Вы находитесь на странице: 1из 9

 

«Сув» – Образ жизни

   Значимость общественных институтов в деле сохранения и популяризации традиционных устоев, обычаев, норм и
ценностей в условиях почти что изолированного, неконтактного существования, невозможно было переоценить. (то
есть в обществе, где нет других доступных источников информации).

   Одним из таких общественных институтов у ингушей был институт «Сув», целями и задачами которого были
социализация и интеграция женщин, как образованного, всесторонне развитого человека. Образованность в данном
контексте рассматривается как получение практических знаний, умений и навыков ведения хозяйства, быта, построения
межличностного диалога в семье и в обществе, а также этикет гостеприимства и прочее. В отличии от других соседних
народов, у ингушей традиционно в качестве носителей музыкального и устного народного творчества выступали
женщины и эти навыки, и знания они получали в процессе пребывания в статусе «Сув».

   Нужно отметить, что каждая семья, в которой рождалась девочка, так или иначе подсознательно сызмальства готовила
ее стать «Сув». Это проявлялось во всем. В доме, где есть дети женского пола, непозволительно было разговаривать на
повышенных тонах, употреблять определенную лексику, так же строго следовали этикету приема пищи, манере
одеваться, все женские хлопоты проходили непременно с участием и привлечением девочек. Категорически
запрещалось девочкам чрезмерных дружеских отношений с мальчиками, независимо от степени родства (даже с
родными, двоюродными братьями), чтобы исключить в будущем гендерное нивелирование. При каждом удобном и
подходящем случае (ненавязчиво) девочкам напоминали, что они будущие «Сув», что какие-либо проступки в
поведении не позволительны. До сих пор в бытовом общении с дочерями у ингушей сохранились такие
выражения: «Аьа, хьо сув хила езаш ма йий, 1а мишта ду из мо х1ама?» или же «Сув санна йо1 я кхувш йоаг1аш», то
есть «Ты же будущая «Сув», как ты могла сделать такое; «Девочка растет словно «Сув». Эти выражения берут свое
начало именно из той эпохи, когда общественные институты, в том числе «Кхел, Мехка Кхел»- (Суд, народный
суд); «Сув» - (аналогия института благородных девиц), имели влияние, а решения, нормы и практики, выработанные
ими, подлежали исполнению.

   Несмотря на то, что в целом концепция института «Сув» во многом была идентична, но в каждом населенном пункте
«Сув», воспитывающая девочек вводила дополнительные приемы или наоборот давала послабление по некоторым
вопросам. Например, из рассказов Накостхоевой Устарха Совдат (уроженка села Галашки, (1900 г.р. - 1994 г.с.) дата
рождения приблизительная), которая обучалась у одной «Сув», рассказывала, что их учили правильно и бесшумно
ходить по дому. Для этого им на головы одевали «курхарсы» (роговидный женский головной убор) на рожке, которого
подвешивали колокольчик (гургал) и девочки должны были так плавно и грациозно пройтись, чтобы колокольчик над
головой не зазвенел. Более того, между лопатками им завязывали тонкую дощечку, чтобы девочки держали осанку. В
моей памяти, она навсегда осталась статной, сдержанной, мудрой женщиной, слово которой было точным и всегда
уместным.

   Однажды, в селении Ахки-Юрт (ныне с.п. Сунжа Пригородного района РСО-А)на свадьбе односельчанина в самый
разгар остановили танцы (ловзар), все удивленно осмотрелись и не могли понять причину. Женщина средних лет,
вывела из круга гармонистку, отвела в отдельную комнату и начала ее порицать. Потом, как выяснилось, пользуясь
своим положением девушка играла оскорбительную мелодию во время танца парня из знатной семьи, так как он
позволил себе выйти в круг на танец с другой. Этой женщиной оказалась известная во всей округе «Сув» по имени
Гошта. (записано со слов уроженки с.Ахки-Юрт, Пригородного района, СОАССР Евлоевой Эсет Идиговны (1906
г.р.- 2004 г.с.), очевидца и участника данной истории).

   В 1998 году эту историю я рассказал известной на Кавказе гармонистке, заслуженной артистке РФ Рае Евлоевой,
которая тут же взяла гармонь и наиграла мне две мелодии и со слов своей матери, дочери купца Томова Шамиль-хаджи
Эсмарза из горного селения Барах- Кейпы Томовой, (некогда известной гармонистки) подтвердила, что язык этих
мелодий понимали и понимают гармонистки и их ни в коем случае не играли на таких торжествах, как свадьба. Честно
говоря, для меня это было открытием.

   Нужно отметить, что девушки, прошедшие школу «Сув» умели не только играть на музыкальных инструментах, но и
понимали язык музыки, наизусть знали песни, рассказы, былины, сказки, а самое главное обладали поэтическим даром.
Если девушка – «Сув» принимала участие в шуточном сватовстве то, она могла, экспромтом, используя имена героев
сватовства исполнить песню во время танцев, порой забавную, порой хвалебную в отношении и парня и девушки.

   В своей монографии «Традиционный свадебный обряд и этикет ингушей» доктор исторических наук, руководитель
творческой мастерской войлочного ковроделия «InqIstihqZD» Республиканского Дома народного творчества Зейнеп
Дзарахова подробно раскрывает данную тему.

   Дом народного творчества начал работу по сбору, описанию и систематизации нематериального культурного наследия
ингушского народа, в том числе и то, что касается общественного института «Сув».
   Мы будем рады, если жители нашей республики помогут нам и предоставят копии имеющихся у них фото и видео
материалов, касающиеся жизни и быта и

Воспитание подрастающего поколения всегда остается важной и актуальной проблемой человечества.

   Для этих целей давно созданы и существуют различные учебные заведения.

   С давних пор у царствующих особ, графов, князей, дворян также существовали принципы воспитания и обучения
детей в домашних условиях, силами приглашенных учителей, гувернеров и гувернанток, в том числе из иностранных
государств, для обучения детей не только разным школьным предметам, но и европейским языкам: французскому,
немецкому, английскому, испанскому и. т.д.

   О школьном образовании в нашем крае один из исследователей пишет: «… Вплоть до установления Советской власти
в горах почти не было общеобразовательных школ, и грамотность оставалась редким, а среди женщин совершенно
исключительным явлением,,,». 1

   Здесь надо особо отметить, что первая светская школа в Ингушетии была открыта 14 февраля 1868 года в
Назрановской крепости. 2

   Она была рассчитана на сто (100) приходящих мальчиков.

   С первых лет советской власти был взят курс на полную ликвидацию безграмотности среди населения страны. Он
назывался «Ликбез» - т.е. «ликвидация безграмотности у населения».

   Повсеместно были открыты школы, в том числе и в Ингушетии. Начали функционировать избы-читальни, а
малочисленные народы получили письменность на родных языках. Вначале на латинице, а с начала 1938 года для
унификации алфавитов народов СССР перешли на кириллицу.

   В 20-30 годах прошлого столетия школьное образование для ингушских женщин было недоступно, в том числе в силу
многих этнических особенностей. Поэтому воспитание и обучение детей женского пола у ингушек проходило на основе
народных обычаев и традиций.

   В Ингушетии довольно много девочек в конце 50-х - начале 60-х годов ХХ века получали только уровень начального
образования, ввиду того, что многие родители противились просвещению девочек, опираясь на древние адаты народа и
утверждая, что место женщины только у очага.

   Именно в эпоху, когда еще в помине даже не было появление светских школ, в Ингушетии существовал «народный
институт «Сув».

   Здесь надо пояснить, что означал у ингушей «этот народный институт «Сув».

   История его проста и исходит из глубины веков, ибо всегда существовала необходимость обучения девочектем или
иным ремеслам, навыкам, научить их нормам «эздела» - нравственно-этического и эстетического кодекса чести и
благородства и различным жанрам народного творчества.

   Сегодня же, само время и сложившиеся условия жизни народа вытеснили необходимость в институте «Сув».

  Как правило, ингушские семьи были многодетными. Более того, в большинстве своем cостояли из трех поколений:
родители, дети, внуки, то есть семьи были большими, с патриархальным укладом жизни. В силу этого ингушские
женщины были заняты на различных работах по дому и хозяйству, и по этой причине матерям не всегда удавалось дать
дочерям соответствующее воспитание и обучить их всем необходимым ремеслам.

   Практически все предметы быта, орудия труда, утварь, одежда, обувь, головные уборы изготавливались кустарным
способом и каждая ингушская хозяйка, должна была обладать в той или иной мере навыками по их изготовлению.
Фото предоставлено Б.Газиковым (с. Мецхал. Начало 20в.)
Фото предоставлено Б. Газиковым (с. Тарш. Начало 20 в.)

Фото И. Евлоева (Истинг из коллекции З. М-Т. Дзараховой, чесалка для шерсти и козьего пуха и веретено. Из
частной коллекции, известного этнографа С. Мерешкова)

   Для подготовки девочек к взрослой и семейной жизни, приобретения ими всех необходимых знаний и навыков для
ведения быта и домашнего хозяйства, их определяли к специально избранной, обученной и особо воспитанной с детства
девушке «Сув». Она как наставница и педагог, должна была владеть практически всеми навыками домоводства,
рукоделия.

   Например, готовое полотно для одежды было привозное и ценилось очень дорого и потому домотканое сукно -
«маша» (б, д) для верхней одежды ингушки ткали на простейших горизонтальных ткацких станках «т1алх»(б, д).

   На другом вертикальном станке «духьараш» (д) изготавливали рогожи, циновки, небольшие куски домотканого сукна,
ковры и.т.д. Кожа, шерсть, конопля, хлопок, лен, козий пух, также обрабатывались женщинами.
Фото предоставлено Б. Газиковым (ковровщица за станком)

Фото И. А. Евлоева (чесалка для шерсти и козьего пуха)

   «Сув» (й,б) учила девочек, в том числе, и этому, очень сложному и трудоемкому виду рукоделия.

   Чтобы заправить горизонтальный ткацкий станок «т1алх» приходилось продевать шерстяные нитки в одно сложение
через «ехк» (й,й) – бердо//набилки и «толдаш» (д) – ниченки//нитченки, в количестве от четырехсот (400) до шестисот
(600) ниток, в строгой последовательности - в ниченках//нитченках через одну, а в набилках подряд.

   Все это требовало и от наставницы, и от ее учениц большого терпения, внимательности и усидчивости.


Фото И. Евлоева (уменьшенная копия горизонтального ткацкого станка «Т1алх» (б,д), воссозданная известным
этнографом С. Мерешковым)

   По данной теме, процитированный исследователь замечает: «…Хозяйство велось сообща под руководством
«старшего» и «старшей», распоряжавшихся соответственно мужской и женской частью семьи. Разделение труда между
полами у разных народов имело свои особенности, но, как правило, мужчины занимались земледелием и пастбищным
скотоводством, на женщинах лежала вся работа по дому и значительная часть домашних промыслов, подростки
помогали взрослым…». 3

   «Сув» выделялась на фоне других девушек не только своим народным «статусом» но и формой одежды, среди
которых был особенный головной убор «Курхьарс» (б,д) -курхарс, или по другому «ч1угал» (й,й) - хохол.

   Вот что пишет по данному женскому головному убору ученый: «…К числу интереснейших предметов старинного
ингушского быта следует отнести женский головной убор своеобразной формы, о котором впервые упомянули члены
русского посольства посетившие в 1638 г. Ингушию, направляясь в Грузию. В их отчетах отмечается: «Дома у них
каменные, выстроены в горах; мужчины одеты по черкески, а женщины носят на головах рога в пол-аршина…» . 4

Фото Ф. Арчхоевой

   По данным полевых записей автора, вышитая золотыми, серебряными и шелковыми нитями шапочка невесты-«ега
кий»//«нускала кий» (й,й) свадебного костюма ингушек, есть усеченная форма данного головного убора. 5
   Также «Сув» учила девочек этике приема, размещения и угощения гостей, нормам поведения в быту и обществе,
передавала им знания по всем жанрам устного народного творчества ингушей, игре на гармони, учила их танцевать,
чтобы у девочек сформировалась красивая, «девичья» походка. Она преподавала им как себя вести в гостях, на свадьбах
и похоронах, во время шуточного сватовства «Бегашха зоахалол», при участии в коллективной помощи «белхи» (б).

   Она конечно легко и свободно, в любое время могла стать «фусам-нана» (т.н. «хозяйка дома») и «тамадой», в
зависимости от ситуации при посещении девушками увеселительного мероприятия «ловзар» (народное гуляние).

   Но находясь в статусе «Сув» она очень редко посещала свадьбы. В исключительных случаях, по просьбе
родственников невесты она могла прийти, чтобы достойно ответить экспромтом, песенкой собственного сочинения,
девушкам из свадебного поезда, при исполнении ими песен-перебранок// «иллеш-яппараш» (д). Эти шуточные песенки
создавали праздничную, веселую обстановку. Тексты данного жанра устного народного творчества ингушей
сохранились благодаря Ахмеду Мальсагову, который в 1990 г. издал сборник «Илле тамаш// Чудо песни», куда
включены с другими текстами и несколько песен-перебранок. 6

   При обучении девочек танцам вместо партнера-мужчины выступала одна из девочек, умеющая исполнять мужские
танцы.7

  Девушка, согласившись, стать «Сув», получала не только высокую самооценку, но становилась известной во всей
округе. Данный статус «Сув» повышал ее девичий авторитет, как потенциальной невесты. Отбоя от женихов не было.

   По ингушским обычаям ее называли по имени и отчеству, не упоминая фамилию. У ингушей, как правило, вначале
называют имя отца и затем только имя сына или дочери. 8

   Конечно, не все известные девушки могли претендовать на статус «Сув», ибо для этого нужно было обладать не
только всеми видами народных ремесел и навыками рукоделия, знать жанры устного народного творчества, все стороны
этических норм ингушского кодекса чести «Эздел», но и владеть всеми приемами народной педагогики. Именно только
они, избранные, могли стать «Сув».

   На каком–нибудь торжестве, скорее всего на свадьбе, девушка объявляла, что с данного времени, она переходит в
статус «Сув» и будет обучать девочек своего села, для передачи им накопленного опыта и знаний.

  Обычно это длилось примерно два-три года. За время нахождения ее в роли такой наставницы девочек, к ней никто не
сватался, ибо это не было принято, пока она не закончит обучение данной группы девочек и официально не объявит о
выходе из данного статуса.

   И тогда каждый потенциальный жених с округи не терял надежду взять в жёны именно ее.

   За все время нахождения ее в статусе «Сув», она не посещала свадьбы, народные гуляния - «Ловзар» (д,д), «Белхи» (б)
– коллективную помощь родственникам, соседям при авралах по хозяйственно-бытовым работам.

   Другими словами, девушка становилась, образно говоря затворницей.

  Как правило, исключение было при смерти близкого человека, где она была обязана присутствовать.

  Она также в любое время могла стать «тамадой» девушек (распорядитель торжества) во время проведения такого
обряда, как «Бегашха зоахалол» (шуточное сватовство) на свадьбе, а также при поездке за невестой в день свадьбы в
составе свадебного кортежа «замеш».

  Там она могла выступать с песнями –перебранками//»иллеш-яппараш» (при необходимости). Здесь надо отметить, что
в этой роли девушке часто приходилось, образно говоря на ходу, импровизировать ответы соперницам. Как известно это
были песенные диалоги двух, острых на язык девушек. Тем самым они развлекали участников свадебного торжества
различными остротами и колкостями, в рамках приличия.

   Все свое свободное время она отдавала воспитанию девочек, взятых ею под свою опеку. Встречи или точнее «уроки»
проходили в доме «Сув» или другого родственника (брат, дядя и т. д.), который мог выделить для этих целей свободную
комнату или дом. И здесь надо особо отметить, что она не освобождалась от ее домашних хлопот, невзирая на то, что
она обучает и воспитывает девочек. Иногда группа приходящих учениц доходила до 15-20 человек. 9

   После прохождения, так называемого «полного» курса обучения девочек различным «женским» ремеслам, жанрам
устного народного творчества и нормам «Эздела», «Сув» могла принять решение о выходе из данного статуса.

   И тогда решался вопрос ее замужества.


   Она, как известная рукодельница и благородная девушка не нуждалась в представлении и легко находила себе
достойную пару.

   Кстати, с ее мнением насчет избранника считались все старейшины, и брак заключали только с тем, кого она назовет.

   В новой семье она становилась любимой снохой, готовой поддерживать согласие - «барт» (б) среди всех
родственников мужа, уют и порядок – «лостам» (б) в доме и на подворье.

Фото Ф. Арчхоевой (фотопроект «Возрождение – жизнь и быт наших предков»)

   Такой родственницей гордились, ее уважали, с ней советовались по различным жизненным вопросам. Когда она
проходила мимо по своим делам, или по воду, убеленные сединами старейшины вставали со своих мест, оказывая ей
знаки уважения. Примерно вот так можно охарактеризовать ингушский народный институт «Сув», который
существовал в прошлом.

   Девушка, обладающая всеми достоинствами и навыками необходимыми для ведения домашнего хозяйства,
воспитанная в духе народных традиций и обычаев, знающая все нормы «Эздела» - нравственно-этического кодекса
чести и благородства, владеющая всеми жанрами устного народного творчества: сказки, песни, сказания, легенды,
предания, пословицы и поговорки, становилась известной во всей Ингушетии и завидной невестой.

   Из всех известных на всю Ингушетию своей благородностью девушек, последней в статусе «Сув» была Буружева
(Корахоева) Субар Хунсаговна, (1907-1995 гг.) 10

   Далее мы заметим, что полноценной научной работы по данной тематике пока нет. Исследователи быта ингушей,
конечно же оставили много записей по различным аспектам. Например, исследователи Ф .И. Кудусова и З. М. Долакова
только вскользь упоминают о статусе «Сув»: «…Девочки воспитывались в атмосфере послушания и скромности; мать
приучала их к ведению домашнего хозяйства, поведению в обществе, целевым индикатором являлось понятие
«Сув»…». 11

   По нашим данным, это было не только понятие, а образ и условие воспитания девочек в национальных традициях и
обычаях, обучение их различным ремеслам, способствуя их адаптации к реалиям жизни с младенческих лет.
   Согласившись с вышеупомянутыми авторами, что мать воспитывала девочек с раннего возраста, приведем ингушскую
поговорку: «Йи1ий, нанаси Далеи деннар мара хьаькъал дац» (У девушки нет ума, кроме данного матерью и Богом). 12

   В наше время, для воспитания девочек в духе современных требований очень много возможностей и условий. Кроме
наставлений родителей, есть общеобразовательные и инновационные школы, средние и высшие учебные заведения
профессионального обучения и современные средства коммуникации.

   С целью приобщения подрастающего поколения к истории жизни и быта ингушского народа, популяризации
народных традиций и обычаев, на ГТРК «Ингушетия» в 2020 году был реализован первый региональный телевизионный
проект реалити-шоу «Сув».

   Участницы телепроекта — жительницы республики от 18 до 35 лет — должны были продемонстрировать свои


таланты в кулинарии и рукоделии, проявить находчивость, а также знания родного языка, обычаев, традиций и истории
ингушей. Каждая участница проекта стремилась соответствовать высоким требованиям, объединяемым ёмким понятием
«Сув».

   Реалити-шоу «Сув», осуществленный ГТРК «Ингушетия» вызвал неподдельный интерес к истории, жизни и быту
ингушей, не только у жителей Республики Ингушетия, но и в других регионах России, в странах ближнего и дальнего
зарубежья.