Вы находитесь на странице: 1из 8

41

2001.01.008. ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ


ТЕОРИИ ТЕКСТА: (Обзор по материалам публикаций Уллыя Фикс)
Улла Фикс — д-р филол. наук, проф. Ин-та германистики
Лейпциг. ун-та, спец. в обл. социо- и прагмалингвистики, лингвистики
текста и стилистики.
У.Фикс называет два основных вопроса, которые всегда стояли
перед лингвистикой текста и которые стоят перед ней и сегодня: 1)
что такое текст? 2) как структурировано поле этого феномена? В статье
“Тип текста — модель текста — смешение текстовых моделей:
концепция и анализ” (Fix 1999) отмечается, что эти два вопроса
разрабатывались в истории лингвистики текста всегда более или менее
независимо друг от друга. Первый дебатировался преиму-щественно на
первых этапах развития этого раздела языкознания, второй — на более
поздних этапах и сегодня.
Сначала понятие текста формулировалось в терминах теории
сверхфразового единства и, соответственно, истолковывалось с позиций
законов синтаксиса. Однако учет особенностей поверх-ностной
структуры был признан явно недостаточным для адекват-ного
освещения феномена “текст”, и к анализу был привлечен семантический
аспект текста. Поскольку затем была признана значимость
коммуникативного контекста, текст был подвергнут анализу с позиций
прагмалингвистики.
Если для всех названных подходов к тексту разработка типологии
текстов была второстепенной, то для когнитивного подхода (Heinemann,
Viehweger 1991) она стала одной из центральных, ведь это направление
лингвистики текста исходит из того, что для порождения и восприятия
текста необходимо не только знание говорящими его функций, речевых
ситуаций и речевых максим, но и знание ими моделей построения
текстов (Fix 1999: 13). Знание таких моделей значительно отличается от
знания языковых правил (например, орфографических или
синтаксических), подчер-кивает У.Фикс. Правила представляют собой
инвентаризованный список вполне определенных предписаний, в то
время как модель представляет собой (с позиций когнитивной
психологии) некое поле для коммуникативного действия, в котором
необходимость следо-вания надындивидуальным нормам сочетается с
возможностью индивидуального выбора. Таким образом, модель — это
сочетание конвенционального и индивидуального, допускающее
возможность отклонения от стандарта. Модели могут перениматься,
42

имити-роваться и узнаваться, что является условием для их


употребления в речи. Это связано с тем, что заданные, т.е.
конвенциональные элементы носят прототипический характер (там же):
некоторые восокотипичные элементы с сигнальной функцией
маркируют модель (Es war еinmal Жил-был — сказка; Im Namen des
Volkes Именем народа — судебное разбирательство; Liebe Brüder und
Schwester Дорогие Братья и cecтры Gehet hin im Frieden Идитe c
миpoм) — протестантское богослужение). Моделированность
заключается не только в предписанной языковой форме, но также и в
обращении к определенной тематической и функциональной сфере.
Отсюда следует, что текстовая модель — это: 1) многоаспектное
образование; 2) комплексный речевой акт, состоящий из следующих
компонентов: а) пропозиции текста, которую У.Фикс называет
пропозицио-нальным базовым элементом (propositionales Grundelement)
(там же, с. 14); так, например, в типе текста “автобиография”это
фрагменты об образовании и важных событиях в жизни человека; б)
иллокуция текста, т.е. речевой акт, определяющий текст (“иллокутивный
базо-вый элемент”, в терминологии У.Фикс, illokutives Grundelement);
например, “информирование” для автобиографии; в) локуция текста, т.е.
типичные для данного типа текста элементы акта речевого
формулирования (стилистико-формулятивный базовый элемент, в
терминологии У.Фикс); так, например, конструкции Am.... wurde ich als
Sohn des... und der... in ...geboren Я родился ... в ... в семье, Nach
erfolgreichem Abschlufi des Gymnasiums nahm ich eine Lehre als ...auf
После успешного окончания гимназии я начал обучение по
специальности… По этим прототипическим элементам любой носи-тель
немецкого языка и немецкой культуры (или человек, хорошо с ней
знакомый) без труда узнает тип текста “автобиография”, т.к.
прототипические элементы известны ему из его языкового опыта.
Смешение текстовых моделей (Textmustermischung) может, с
одной стороны, затруднить опознание типа текста, а с другой, создать
желаемый дополнительный стилистический эффект. Ср., например,
следующие тексты объявлений о рождении ребенка:
1. О рождении здорового сына с радостью сообщают
Андреа и Клаус Мюллеры.
Макс родился 1 марта. Его длина 53 см, вес 3,5 кг.

Лейпциг, 5 марта 1999 г.


43

2. После краткого планирования и успешной разработки


нам удалось в течение девятимесячного производственного
цикла ровно к 26.10.1998 представить общественности прототип —
Теодора Гилля
Первые испытания свидетельствуют об отрадно низком уровне
шума. Абсолютно положительная реакция публики заставляет
конструкторов задуматься о серийном производстве.

Анетта и Михаэль Гилль

У.Фикс различает понятия модель текста (Textmuster) и тип


текста (Textsorte) как две стороны одного явления. Под моделью текста
понимается качественный аспект определенного множества текстов, т.е.
конвенционализированное предписание по исполь-зованию данных
текстов, а именно их общих базовых элементов (пропозициональных,
иллокутивных, локутивных). Под типом текста понимается
количественный аспект исследуемого феномена, т.е. тип текста — это
класс текстов, построенных по общей текстовой модели.
И, наконец, о термине стилистическая модель (Stilmuster). Под
ним понимается конвенционализированный набор формулятивно-
стилистических средств, представляющий собой лишь один из аспектов
текстовой модели.
Смешение текстовых моделей может иметь место также при
перенесении типа текста в другой коммуникативный контекст (Über-
tragung der Textsorte in andere Handlungszusammenhänge), например:
Час смерти пробил слишком рано,
Но его определила политика и личная позиция.
Слишком рано для всех нас почил сегодня
После многих лет вынужденной смертельной борьбы
Мой спутник с юных лет,
Мой друг и помощник в трудный час,
Наш мудрый советник,
Наш терпеливый учитель

Лес

Он жил только для нас, и мы ему за это отплатили


Лицемерной печалью и неблагодарной любовью.
44

Угольные электростанции и теплоцентрали,


Промышленные выбросы, Правительства и лоббисты —
Всех виновников загрязнения окружающей среды,
Всех рецензентов и контр-рецензентов,
Равнодушных и безответственных
От выражения соболезнования у могилы
Просим воздержаться.
Этот текст уже не информирует людей о смерти близкого им
человека, его функция иная — предъявление обвинения широкой
общественности.
Типологическая классификация текстов на основе вышеназ-
ванных параметров текстовых моделей определяется У.Фикс как
индуктивная классификация, поскольку она базируется на конвен-
циональном знании носителей данного языка и данной культуры, т.е.
текстовые модели культурообусловлены. Традиционная же типология
текстов (У.Фикс называет ее классической) дедуктивна по своей сути,
поскольку ее критерии заранее задаются, а не выявляются при анализе
текстового материала (такова, например, типология текстов,
предлагаемая Х.Изенбергом (Isenberg 1984). Из факта
культурообусловленности текстовых моделей следует, что описание
типов текстов должно предшествовать их классификации.
Отвечая на вопрос о локальной и хронологической ограни-
ченности типов текстов (т.е. существуют ли одни и те же типы текстов в
различных культурах и изменяются ли они со временем), У.Фикс
указывает, что квалифицированный ответ может быть дан только с
привлечением фактов истории национальных культур.
Автор подчеркивает большую значимость культурной
соотнесенности типов текстов для определения текстуальности и
предлагает дополнить семь признаков текстуальности, сформули-
рованных Р.А.Бограндом и В.У.Дресслером (Beaugrande, Dressier 1981) (
когезия, когерентность, интенциональность, приемлемость,
информативность, ситуциональность, интертекстуальность), вось-мым
— культурной соотнесенностью (Kulturalität) (Fix 1999: 20).
В качестве новой задачи лингвистики текста У.Фикс называет
исследование интертекстуальности в аспекте типологии текстов.
Сегодня в лингвистике текста различаются два вида
интертекстуальности: 1) референциальная (отношения “текст-текст”); 2)
типологическая (отношения “текст-модель текста”). Первый тип
45

интертекстуальности признан давно и исследован достаточно подробно,


второй же — значительно меньше, хотя он наиболее интересен в плане
культурной специфики, ведь даже тексты, не выполняющие сугубо
культуроспецифичной функции, могут быть все же построены в разных
культурах по разным моделям (например, немецкие и грузинские тосты
(см. исследование Х.Коттхофф (Kotthoff 1993). Интертекстуальность по
типу “текст-модель текста” наблюдается во многих текстах молодежной
культуры и рекламы, где смешение текстовых моделей стало нормой.
У.Фикс различает смешение текстовых моделей и монтаж
текстовых моделей (Textmustermontage). В первом случае пропо-
зициональный базовый элемент текста и его доминирующая иллокуция
могут относиться к разным типам текста. При монтаже происходит
объединение нескольких текстов, построенных по разным моделям, но
подчиненных единой текстовой интенции. Восприятие таких текстов,
широко распространенных в совре-менных СМИ, возможно лишь при
наличии у коммуникантов соответствующих общих фоновых знаний.
Для смонтированных текстов характерна утрата линейности при
передаче информации и формирование нового нелинейного образования
— текстового кластера (Text-Cluster), состоящего не только из языкового
сообщения, но и из изображений, графиков, цветовых пятен, таблиц и
т.д. Так возникают тексты с единой пропозицией, но различными
текстовыми иллокуциями и формулятивно-стилистическими
элементами.
Текст может анализироваться не только в аспекте его
моделирования или стилистических особенностей, но и в аспекте
коммуникативной этики, в частности, в плане соблюдения/несоблю-
дения базовых норм речевого общения, известных как максимы, или
принципы Грайса (Fix 1996): 1) принцип количества (Будь информа-
тивен); 2) принцип качества (Будь искренен!); 3) принцип
относительности (Говори по существу!); 4) принцип ясности (Говори
ясно!). Такой подход У.Фикс называет анализом речевого поведения
(Gesprächsver-haltensanalyse). Существенны следующие два момента: 1)
этому анализу могут быть подвергнуты как диалогические, так и
монологические тексты, поскольку любой текст рассматривается в
контексте отношения “отправитель-получатель”; 2) поведение полу-
чателя текста (Empfängerverhalten) также рассматривается с точки зрения
реализации речевых максим. У.Фикс видит свою исследовательскую
задачу в том, чтобы выявить варианты нарушения этих максим, т.е.
46

случаев обмана, речевой манипуляции, приукрашивания


действительности. “Мы нарушаем максимы на фоне нашего знания о
том, что они существуют и что их следует соблюдать. В принципе, мы
верим в подлинность этих максим, и нам бывает очень неприятно быть
застигнутыми на их нарушении. Собственно, в этом и проявляется тот
факт, что мы признаем эти максимы” (там же, с.55).
П.фон Поленц дополнил перечень максим Грайса, сформулировав
следующие максимы ориентации на партнера по речевой коммуникации
(partnerbezogene Prinzipien) (Polenz 1985; 311):
1) “Говори так, чтобы твой партнер мог понять максимально
точно и без спешки (ohne Zeitdruck) то, что ты имеешь в виду!”;
2) “Дай высказаться твоему партнеру!”;
3) “Дай ему все те же шансы в разговоре, которые ты хотел бы
иметь для себя и на которые каждый имеет право!”;
4) “Постарайся как можно точнее понять своего партнера (если
это необходимо, задавая ему уточняющие вопросы), прежде чем
реагировать на сказанное им!”;
5) “Уважай социальную самооценку своего партнера непри-
косновенность имиджа партнера!”.
Эти максимы касаются различных сторон речевой комму-
никации. Первая ориентирована на говорящего в настоящий момент и
подчеркивает его обязанность (Pflicht) говорить понятно. Вторая и
третья максимы предполагают права (Rechte) другого — того, кто готов
сменить роль слушающего на роль говорящего. Четвертая максима
называет обязанность того, к кому обращена речь. Пятая формулирует
обязанность говорящего не задевать человеческое достоинство
слушающего.
П.Кассирер, который с успехом использует максимы Грайса в
процессе стилистического анализа (Cassirer 1981), разработал в допол-
нение к ним следующие три правила, которые У.Фикс также считает
очень полезными:
1)То, что говориться, — исключение. То, что не говоритья, —
норма, известное, само собой разумеющееся. (Как пишет Кассирер,
почтальон, придя после работы домой, не будет рассказывать своей
семье, что он сегодня разносил письма; если же ему пришлось, в порядке
исключения, разносить еще и бандероли, то он, вероятно, об этом
расскажет).
47

2) Если в тексте содержатся два сообщения, между которыми


может быть установлена причинно-следственная связь, то текст будет
интерпретироваться именно в таком аспекте, что может способствовать
формированию предрассудков, например: У нее были рыжие волосы.
Она была неискренна.
3) Если замалчивается что-то ожидаемое, это интерпре-тируется
отрицательно по сравнению со сказанным. Например, если в
характеристике с места работы написано, что человек пунктуален и
хорошо ладит с коллегами, но не сказано, что его работа и его
отношении к ней заслуживают высокой оценки, то это восприни-мается
как сигнал к тому, что такого человека на новую работу принимать не
следует.
Проанализировав максимы Грайса и дополнения П.Поленца и
П.Кассирера, У.Фикс предложила следующие правила речевого
общения:
1) “Воспринимай партнера всерьез и исходи из корректности его
коммуникативных намерений!”;
2) “Помни, что для партнера его сообщение и цели общения так
же важны, как для тебя твои!”;
3) “Если ты чего-то не понимаешь, то причина может быть в тебе
самом. Слушай внимательно!”;
4) “Помни, что смысл речи может тебе раскрыться лишь в
процессе ее восприятия. Дай другому время, чтобы изложить свои
мысли, не перебивая его преждевременными вопросами!”;
5) “Прежде, чем возразить, спроси!”;
6) “Попробуй встать на место другого! Попробуй разделить его
точку зрения!”;
7) “Вдумайся в ход мыслей и аргументы другого. Не отметай их!”;
8) “Не интерпретируй речь другого в соответствии с заранее
заготовленными оценками! Они могут оказаться ложными
предубеждениями!”;
9) “Дай другому почувствовать, что ты его уважаешь!”
В заключение настоящего обзора следует отметить продук-
тивность прагмалингвистического подхода, учитывающего культуро-
логическую специфику текста, при анализе различных его аспектов.
48

Список литературы

1. Beaugrande R.-A. de.. Dressier W.U. Einfuhrung in die Textlinguistik. — Tubingen:


Niemeyer, 1981. — 210 S.
2. Cassirer P. Regein der alltaglichen {Conversation als Grundlage der interpretativen Stilistik
// Lili: Zischr. f. Linguistik u. Literaturwiss. — Goffinden, — 1981. — Jg.ll, H.43/44. — S.
110-131.
3. Fix U. Text-und Stilanalyse unter dem Aspekt der kommunikativen Ethik: Der Umgang mit
den Griceschen Konversationsmaximen in dem Dialog “Das Ei” von Loriot // Beitrage zur
Text-und Stilanalyse. — Frankfurt a.M., 1996. — S. 53-67.
4. Fix U. Textsorte — Textmuster — Textmustennischung: Konzept und Analysebeispiele //
Cahiers d’ftudes germaniques. Textlinguistik: An-und Ausschten. — P. 1999. — Jg.2, aN
37. — S. 11-25.
5. Heinemann W., Viehweger D. Texdinguistik: Eine Einfuhrung. — Tübingen: Niemeyer,
1991.-310 S.
6. Isenberg H. Texttypen als Interaktionstypen // Ztschr. Germanistik. — Bern, 1984. — № 5.
— S. 261-270.
7. Kotthoff H. Mahlzeiten mit Moral — georgische Trinksprüche zwischen Kunst und
Kompetition. Arbeitspapiere des Projekts “Formen der kommunikativen Konstruktion von
Moral” // FG Soziologie der Univ. Konstanz. — Konstanz, 1993. — Н.3. — S.
8. Polenz P.V. Deutsche Satzsemantik: Grundbegrifife des Zwischen-den- Zeichenlesens. —
В.; New York: de Gryuter, 1985. — 389 S..
Н.Н.Трошина