Вы находитесь на странице: 1из 45

Марченко.

Вопрос 1. Сравнительное правоведение: предмет, задачи и проблемы


курса.

Сравнительное правоведение или юридическая компаративистика (лат.


cornparativus - сравнительный) - наука, занимающаяся исследованием общих
и специфических ланономерностей возникновения, развития и
функционирования современных правовых систем мира.

Вопрос 2. Место и роль сравнительного правоведения в системе


юридического образования.

Место и роль сравнительного права в системе юридического образования


[Журнал "Правоведение"/1999/№ 1]

Марченко М.Н.

«Сравнительное право», как традиционно называется эта дисциплина на


Западе, или «сравнительное правоведение», как зачастую она именуется в
отечественной литературе,1 в настоящее время не получило еще в системе
высшего юридического образования России статуса самостоятельной
дисциплины. Однако, исходя из ее огромной теоретической и практической
значимости, надо полагать, что это — дело недалекого будущего.

В силу вышесказанного представляется важным обратить внимание на опыт


преподавания сравнительного права в зарубежных университетах и на
возникающие спорные вопросы, обсуждаемые проблемы.

Несмотря на столь долгую историю развития «образовательных» функций


сравнительного права, многие вопросы, касающиеся не столько их названия,
сколько их роли и содержания, важности сравнительного права как учебной
дисциплины, по-прежнему остаются спорными, до конца не решенными.

Таковыми они являются и для отечественной системы юридического


образования, практически не имевшей и не имеющей до сих пор (в силу
целого ряда объективных и субъективных причин) традиций обучения и
изучения сравнительного права.

Как в зарубежных, так и в отечественных научных и учебных изданиях и


сейчас, например, нередко обсуждаются вопросы о необходимости введения
новых курсов лекций по сравнительному праву или расширения и
обновления старых и др. В постановке и обсуждении этих и им подобных
вопросов прослеживается даже своеобразная историческая
последовательность. Так, расширение связей между различными странами в
конце XIX — начале XX в. и накопление к тому времени первого
позитивного опыта в преподавании и изучении сравнительного права
стимулировали компаративистов к дальнейшему расширению и углублению
процесса изучения сравнительного права.

Это дало возможность Роско Паунду — известному американскому юристу,


основателю социологической (гарвардской) школы права, основывающейся
на философии прагматизма и рассматривающей право как режим
упорядочения человеческих отношений, – уже в 1934 г. с полным
основанием заявить, что изучение сравнительного права становится все более
эффективным, разумеется, при условии, что «преподаватели четко
представляют себе возможности этого предмета и умеют их реализовать».
Автор прогнозировал, что в будущем преподавание права «будет основано на
сравнительно-правовом методе», когда в процессе обучения преподаватель
будет постоянно показывать студенту на конкретных примерах, что «ни одна
из национальных правовых систем, никакая доктрина, концепция, норма или
конструкция не могут предложить адекватного решения проблем, постоянно
возникающих в повседневной жизни».2

Вторая мировая война, так же как и первая, несомненно, наложила свой


негативный отпечаток на развитие сравнительного права и его
«образовательных» функций, в значительной мере затормозив их развитие.
Однако уже вскоре после окончания войны тенденция последовательного
развития сравнительного права и его функций, их естественной,
обусловленной объективными потребностями самой жизни эволюции была в
значительной степени восстановлена.
Изучение сравнительного права — обобщают опыт его преподавания в
европейских университетах К. Цвайгерт и Х. Кетц — не только расширяет
кругозор, но и обогащает знания студентов-юристов. Они учатся «уважать
самостоятельную правовую культуру других народов», начинают понимать.

В данной связи можно лишь упомянуть полезность сравнительного


правоведения для международного частного права, толкования
международных договоров в деятельности международных судов и
арбитражей, международных властных структур, а также для унификации
права.7

Серьезная ответственность ложится на юристов и в отношении других


важных проблем, таких, как улучшение окружающей среды, устранение
расовой розни, усиление социальной справедливости. Они могут быть
успешно решены лишь в сотрудничестве народов и государств друг с другом,
а не в условиях национальной изолированности.

Помимо сказанного, важность изучения сравнительного права


обусловливается также и другими факторами-причинами. Среди них,
например, многие зарубежные и отечественные авторы указывают на то, что
изучение сравнительного права помогает глубже понять собственную
правовую.

Среди причин, вызывающих необходимость введения курсов сравнительного


права в учебные планы юридических вузов, в научной и учебной литературе
указывается также на то, что изучение сравнительного права способствует
углублению понимания национального и международного правопорядка,
взятого «в самом широком философском, историческом и социологическом
смысле» и рассматриваемого не только с позиций сегодняшнего дня, но и в
плане ближайшей и отдаленной перспективы.13

Изучение сравнительного права, по мнению отечественных и западных


компаративистов, способствует не только расширению общего кругозора
студентов-юристов, но и помогает выработке у них критического подхода к
праву и различным явлениям правовой жизни, развитию у них чувства
ответственности за все то, что происходит в мире и в своей стране,
накоплению у них высоких духовных ценностей и усвоению подлинных
человеческих идеалов.

Мысль о том, что широкое распространение сравнительного права и


введение его в учебные планы и программы большинства юридических вузов
многих стран является одной из существенных черт системы юридического
образования за послевоенный период, поддерживается также многими
другими авторами. В настоящее время изучение сравнительного права
ведется во всех главных юридических вузах страны и имеет не только
теоретическую, но и практическую значимость. Оно фактически стало
«повседневным орудием для наших юристов и бизнесменов».19

Особое внимание при этом уделяется по вполне понятным причинам


изучению в сравнительно-правовом плане законодательства отдельных
европейских стран, а также права всего Европейского сообщества.

Курсы лекций по сравнительному праву вообще и сравнительно-правовым


дисциплинам Европейского сообщества в частности читаются также во всех
остальных западноевропейских государствах — в школах права,
юридических колледжах, на юридических факультетах университетов.

Дискуссионным, в частности, остается вопрос о том, как должен строиться


курс сравнительного права. Должен ли он быть массовым, рассчитанным на
всех без исключения студентов юридических вузов, или же ориентироваться
лишь на студентов, специализирующихся по определенным отраслям права,
и в этом смысле быть элитарным? Должен ли он быть обязательным для всех
студентов, или же только факультативным?

Однозначных ответов на данные вопросы нет.

Р. Давид, например, исходит из того, что изучение сравнительного права —


своего рода удел и привилегия лишь отдельных, претендующих на высший
уровень профессионализма и правовой культуры студентов. Однако,
заключает Р. Давид, среди студентов, изучающих право, есть немало таких,
которые хотят не только овладеть «юридической техникой, но и приобрести
общую юридическую культуру». Для таких студентов «сравнительное право,
как и история права, необходимы, ибо без них невозможна общая культура
юриста в наше время».29

Не подлежит никакому сомнению, на наш взгляд, необходимость включения


в учебные планы вузов России или любой иной страны в качестве
обязательной для всех студентов дисциплины сравнительного права. Это
обусловлено как теоретической, так и практической значимостью данной
дисциплины. Однако весьма сомнительно, чтобы каждый вуз, особенно в
современных условиях развития нашей страны и плачевного состояния
системы юридического образования, смог бы осуществить преподавание
данного предмета.

Что же касается программы обучения, ее структуры и содержания, как и


самого предмета сравнительного права, на описание которых в разных
университетах мира, по замечанию Дж. Винтертона, было истрачено
множество страниц бумаги,34 то дело здесь обстоит следующим образом.
Высшее юридическое образование на современном этапе его развития,
несомненно, должно включать в себя изучение не только Общей части
(введения, начального курса и т. п.), но и Особенной части сравнительного
права. Если первая часть, как это следует из ее названия, призвана
сформулировать лишь общее представление о сравнительном праве — его
понятии, структуре, предмете, методе, содержании и т. п., то вторая — дать
конкретные знания об изучаемых в сравнительном плане отдельных нормах,
институтах, отраслях или даже системах права.

Первый цикл (введение в изучение сравнительного метода и основных


правовых семей мира) рассматривается как вводный. В его рамках
преподаются такие дисциплины, как общее введение в международное
частное право, а также общее введение: а) в англосаксонское (общее) право;
б) в романогерманское (континентальную систему) право; в) в
социалистическое право; г) в исламскую систему права; д) в скандинавские
правовые системы; д) в израильскую систему права. Этот цикл включает
курс лекций по такой дисциплине, как общее введение к сравнительному
изучению юридических процедур.37
Второй цикл посвящается изучению основных тенденций развития отраслей
права различных правовых семей. Он распадается на две основные части —
секцию публичного и частного права. В пределах первой секции
преподаются такие курсы, как сравнительное изучение проблем, связанных с
«административными контрактами», с государственной ответственностью в
сфере торговли, с административными процедурами (на примере ряда дел), с
исполнительной государственной властью, с гражданскими правами и
свободами, с методами конституционного контроля, деятельностью
профсоюзов в разных странах и др. В пределах второй секции в
сравнительном плане изучаются право наследования, право частной
собственности, контрактное право, корпоративное право, практика
применения иностранного законодательства в разных странах и др.

Третий цикл обучения сравнительному праву концентрирует внимание


студентов на детальном и более глубоком изучении отдельных (сходных
между собой) правовых проблем, возникающих в разных странах. Обучение
проводится, как правило, в форме заседаний «круглого стола» и на примере
взятых из практики конкретных дел.

Разумеется, данная программа не может рассматриваться в качестве некой


«типовой» программы, рассчитанной на усредненный, типичный для любой
страны вуз, в силу своей масштабности и поистине необозримости
требуемого для ее реализации учебного, научного и методического
материала, а также потребности в довольно многочисленном и
высококвалифицированном профессорско-преподавательском составе.

Это — программа-максимум, успешное выполнение которой под силу лишь


отдельным, элитным по своему формальному и реальному статусу
юридическим вузам. Что же касается всех остальных юридических вузов, то
здесь, сообразуясь с их реальными возможностями, можно для начала
ограничиться лишь Общей частью сравнительного права и хотя бы
отдельными фрагментами Особенной части.
Вопрос 3. Сравнительное правоведение: место в системе юридических
наук.

В связи с чем, в системе общественных наук сравнительное правоведение,


как одна из отраслей всей юридической науки выступает как единая отрасль
знаний, предметом изучения которой являются - общие и специфические
закономерности возникновения, развития и функционирования правовых
систем миря в их сравнительном познании.

Таким образом, сравнительное правоведение является цельной отраслью всей


юридической науки как таковой (юриспруденции), гармонично
взаимосвязанной со всеми остальными ее отраслями.

Наиболее близко к сравнительному правоведению находится теория


государства и права, с которой оно взаимодействует на разных уровнях.

СП и ТГП. По мнению А.Ф. Скакун, задачей сравнительного правоведения


является детализация основных семей правовых систем, их групп, правовых
средств регулирования общественных отношений в сравнительно-правовом
аспекте. То есть эти две науки обращаются к одним и тем же юридическим
категориям и понятиям, акцентируют внимание на кодификации,
правотворчестве, применении права, толковании права, правоотношении и т.
д. Только в науке теории государства и права указанные категории являются
основными объектами изучения в общем виде при опоре, как правило, на
национальный материал. А в науке сравнительного правоведения главным
является раскрытие в обобщенном и целостном виде специфичности
правовых систем мира, их типов (семей).

СП и государствоведение. Предметом изучения которого является


возникновение и тенденции развития государства и взаимно-отношения с
другими общественными структурами, и, наконец, функции, методы
осуществления деятельности и структура государства. Иными словами,
государствоведение является системой знаний о государственности в ее
различных связях и опосредованиях. На этом основании В.Е. Чиркин
выделяет сравнительное государствоведение. Характеризуя
взаимоотношения сравнительного государствоведения и сравнительного
правоведения, он отмечает, что, несмотря на то, что каждая из этих двух
дисциплин имеет свой предмет изучения, их нельзя отрывать друг от друга,
как нельзя изучать государственность только через призму права. В связи с
этим, по его мнению, существуют проблемы, решение которых требует
объединения обоих подходов.
СП и зарубежное право. Сравнительное правоведение анализирует две или
более правовые системы путем сопоставления различных аспектов с целью
выявления общих и отличительных свойств. Зарубежное же право изучает
только одну зарубежную правовую систему, не сравнивая ее с другими
правовыми системами. Исследование зарубежного права является
основанием для проведения сравнительно-правовых исследований.

СП и история государства и права. Сравнительное правоведение и история


государства и права - общетеоретические, обобщающие науки, имеющие
один объект исследования в целом, но сравнительное правоведение не в
такой степени уделяет внимание хронологии и детализации событий, как
история государства и права. Сравнительное правоведение не ограничивается
изучением национальной правовой системы. Оно устанавливает
закономерности функционирования и развития правовых систем. Результат
же исследований истории государства и права - выявление ряда событий и
фактов, причин и их анализ. История государства и права представляет
широкий историко-правовой материал для сравнительного правоведения. Без
знания исторического развития права невозможно исследовать правовые
системы, которые в значительной степени является продуктом исторических
условий, заимствований и взаимовлияния правовых систем в прошлом.
Сравнительный метод в историко-правовых исследованиях применяется в
двух видах. Первый вид - это одновременное (синхронное) сравнение
объектов исследования в прошлом. Например, сравнение римского права с
правом других античных государств. Второй вид - сравнение одного или
нескольких объектов исследования в разное время (диахронные сравнения).

СП и международное частное право. Необходимо отметить, что


сравнительно-правовые исследования занимают важное место в изучении
вопросов, входящих в сферу интересов международного частного права,
например, все системы разрешения коллизий законом предусматривают
применение в ряде случаев зарубежного законодательства. Естественно, что
нормы национального права сопоставляются с правовыми нормами других
государств.

СП и муждународное публичное право. Для сравнительного правоведения


как направления исследований очень важна международно-правовая
проблематика. Оно предоставляет в распоряжение международного
публичного права инструментарий, позволяющий изучить многие его
научно-прикладные проблемы. Сравнительный метод широко применяется и
в самом международном публичном праве, например, в исследовании
взаимодействия международной и национальной правовых систем при
унификации международных материально-правовых норм, в образовании
международно-правовых обычаев и общих принципов международного
публичного права и др. Кроме того, методология сравнительно-правовых
исследований достаточно активно используется при толковании
международных договоров, концепций и институтов, непосредственно
касается международного права.

СП и отраслевые науки. Если последние значительно расширяют


проблематику сравнительного правоведения, то оно, в свою очередь,
поставляет материал отраслевым юридическим наукам для теоретических
обобщений на более высоком уровне. Об этом свидетельствует
существование таких научных направлений, как сравнительное
конституционное право, сравнительное гражданское право, сравнительное
трудовое право и др., которые являются результатом взаимообогащения,
взаимного сравнительного правоведения и отраслевых юридических наук.
Большая часть всех исследований проблематики сравнительного
правоведения, касаются и основ отраслевых наук.

Вопрос 4. Практическая значимость сравнительного правоведения.

1. Значение сравнительного правоведения

1) для юридической науки, обращенной, прежде всего к национальному


праву, использование сравнительного правоведения помогает установить,
каким образом решается одна и та же проблема в разных странах, позволяет
учитывать как позитивный, так и негативный юридический опыт.

2) сравнительное правоведение на основе сопоставимости правовых систем


современности призвано показать все многообразие правового мира в его
правовых аспектах, подчеркивая приоритет общечеловеческих ценностей в
развитии права в цивилизованных обществах.

3) возможность использования сравнительного правоведения в целях


международного сотрудничества, формирования единого мирового
правового пространства

4) создает благоприятную почву для плодотворного сотрудничества юристов


разных стран.
5) социально-политическое значение сравнительного правоведения
находится в тесной связи с обеспечением правовых основ развертывания
демократии, укрепления законности.

2. Использование результатов сравнительного правоведения

Результаты сравнительного правоведения используются в следующих


сферах:

1) В первую очередь, в процессе законотворчества.

2) Реализация выводов, итогов сравнительно-правового изучения


осуществляется в процессе толкования положений Конституции и законов.

3) В правоприменительной практике материалы сравнительно-правового


изучения могут принести определенную пользу. Регулярное ознакомление с
материалами деятельности иностранных судов может позволить не только
совершенствовать процедуры осуществления правосудия, взаимоотношения
судов с другими государственными органами, но и готовить предложения о
законодательном регулировании статуса судов.

4) В деятельности хозяйствующих субъектов знание общих деловых правил,


вводимых международными организациями и межгосударственными
объединениями, юридических правил финансовой, хозяйственной
деятельности и торгового оборота иностранных государств, становится
органическим элементом экономической деятельности. Прогрессирующее
экономическое сотрудничество государств и деловых кругов предъявляет
новые требования к сравнительно-правовому правоведению и использованию
его результатов.

5) В научных исследованиях сравнительное правоведение является


ценнейшим источником.

7) Для юридического образования, подготовки кадров сравнительное


правоведение приобретает первостепенное значение. Юристу начала 21-го
века нужно знать не только основы иностранного законодательства, но и
овладеть методологией и методами сравнительно-правового анализа. Умелое
сопоставление норм и институтов национального, иностранного и
международного права позволяет быть в курсе событий общеправового
развития. Правильно ориентироваться в громадных нормативно-правовых
массивах и пользоваться ими с помощью современной компьютерной
технологии и сетей. Сопоставлять разные варианты правовых решений и
выбирать наилучший с учетом зарубежного опыта Бесплатная система
онлайн-бронирования (записи) для любого бизнеса

Вопрос 5. Предмет и метод сравнительного правоведения.

Сравнительное правоведение или юридическая компаративистика (лат.


cornparativus - сравнительный) - наука, занимающаяся исследованием общих
и специфических закономерностей возникновения, развития и
функционирования современных правовых систем мира.

Сравнение как метод является тем способом, с помощью какого


устанавливается аналогичность или отличие исследуемых объектов
(пилений, предметов и процессов окружающего нас мира) Данный результат
достигается путем сопоставления исследуемых объектов по определенным
признакам либо свойствам. В связи с чем, сравнение имеет сиысл лишь тогда
когда сравниваемые объекты имеют какую-либо определенную именно
качественную схожесть.

При этом для сравнительного правоведения является характерным активное


использование всех общефилософских методов, принципов законов и
категорий диалектики, системного подхода и т.д. Кроме того, при
проведении сравнительных исследований используются также и иные
научные методы (формально-юридический, исторический, социологический
методы, метод правового моделирования, всевозможные математические и
даже кибернетические методы).

аука сравнительного правоведения призвана охватить сравнением правовые


системы, представить современную правовую карту мира и которой то право
жителей каждой страны, какое установлено для них властвующим над ними
государством, отнесено к определенному гип-, (семье) правовых систем В
связи с чем, одной из основных задач науки сравнительного правоведения
является проведение научной классификации правовых систем государств
(властвовавших в прошлом и властвующих сегодня над населением
различных стран нашей планеты) с помощыс группировки правовых систем
этих государств в те или иные правовые семьи по совокупностям
аналогичных и различных правовых параметров.

Предмет сравнительного правоведения — общие и специфические


закономерности возникновения, развития и функционирования правовых
систем мира в их сравнительном познании. Сравнительное познание может
начинаться как минимум с двух правовых систем. Важно подчеркнуть, что
предмет сравнительного правоведения как самостоятельной науки включает
в себя не только процесс сравнения отдельных нормативно-правовых актов,
отраслей права или институтов, но охватывает правовые системы в целом.
Сравнение предполагает деятельность, в ходе которой соответствующие
элементы сравниваемых правовых систем сопоставляются для того, чтобы
определить имеющиеся между ними сходства и различия.

Вопрос 6. Основные цели и функции сравнительного правоведения.

1) Познавательная. Анализ и оценка правовых явлений применительно к


внутригосударственному развитию будут более полными и объективными,
когда изучаются их общие и специфические причины; временные и
стабильные правовые ситуации в зарубежных государствах и их влияние;
факторы, ведущие к изменению иностранных законодательств, к принятию и
изменению правовых актов; условия, способствующие или содержащие
реализацию права.

2) Информационная. Данная цель производна и тесно связана с первой


целью. Информационная цель является средством достижения
познавательной цели. Она дает возможность получить материалы о развитии
и функционировании зарубежных правовых систем, государственных
институтов, об их взаимосвязи между собой. Сегодня изолированное
правовое развитие невозможно. Информационная цель достигается путем
применения следующих средств:

- подготовка справочных материалов о развитии иностранного


законодательства;

- информационных обзоров зарубежного законодательства.

3) Аналитическаяцель является целью более высокого порядка. Благодаря ей,


компаративисты стремятся обнаружить корни, истоки правовых явлений в
зарубежных правовых системах и тенденции их развития. Именно в процессе
достижения этой цели и происходит сравнение. В результате обнаруживается
общее и специфическое в сравниваемых правовых системах; появляется
возможность использования зарубежного опыта для решения конкретных
правовых задач.

Следующие три вида цели сравнительного правоведения поставлены в


зависимость от политической установки субъекта сравнения, от его
социальной ориентации.

4) Интегративнаяцель. Она предопределяется курсом государства, либо


государств, межгосударственных объединений на гармонизацию и
сближение национальных законодательств. Эта цель дает четкую
ориентацию в разработке способов гармонизации в их практическом
применении, а также действий государств в направлении к данной цели.

Критериям и сравнения и оценки национальных законодательств


является признание общих интересов государств в согласованном правовом
регулировании, поиск и определение объектов такого регулирования,
выявление различий в национальных законодательствах и возможных
средств их преодоления.

5) Критическаяцель является противоположной интегративной цели.


«Критическое сравнение» было преобладающей целью в сопоставлении
правовых систем капитализма и социализма. В трудах советских юристов
преобладали откровенно критические оценки не только законодательства
буржуазных государств в целом, буржуазных правовых теорий, принципов
судопроизводство, но и отдельных законов – о труде, о выборах и т.д.

6) Пропагандистская цель служит своеобразным «ответом» на


вышеназванную цель. Каждое государство заинтересовано в защите своей
правовой системы и пропаганде ее достоинств. Компаративисты для
достижения этой цели стремится к некоторому преувеличению значимости
отдельных сторон национальной правовой системы. Без внимания остаются
положительные аспекты других правовых систем, все составления – «в свою
пользу».
Все три последних цели и порождаемые ими критерии являются
односторонними.

Функции сравнительного правоведения:

1) Научная. Сравнительное правоведение тесно связано и с отраслевыми


юридическими науками. Если отраслевые юридические дисциплины
значительно расширяют проблематику сравнительного правоведения, то
последнее поставляет материал отраслевым наукам для теоретических
обобщений на более высоком уровне.

Одним из основных направлений сравнительного правоведения являются


исследования в рамках и на уровне отраслевых юридических наук. Из общего
числа компаративистских работ около половины посвящено отраслевой
проблематике.

2) Образовательная. Сравнительное правоведение имело важное значение и в


университетском преподавании права XIX в. Во Франции впервые были
учреждены кафедры сравнительного правоведения по различным отраслям
права. Однако из зарубежных правовых систем рассматривались лишь те,
которые были основаны на французской модели.

Преподавание сравнительного правоведения и иностранного права в


западноевропейских университетах ограничено тем, что оно не
рассматривается как ведущая дисциплина. Считается, что зарубежное право
и сравнительное правоведение являются дополнением, интересным с точки
зрения общей правовой культуры и полезным для специалистов, связанных с
международными отношениями, однако большинству юристов они и не
нужны, поскольку для них главное – знать позитивное право своей страны.

Общая структура учебного курса «Основные правовые системы


современности» может выглядеть следующим образом:
- общее введение в теорию сравнительного правоведения; пред-, мет, цели,
задачи, история;

- классификация основных правовых систем современности на правовые


семьи (круги);

- основные правовые семьи: романо-германская, англосаксон ская,


социалистическая, религиозно-традиционная (мусульманская, индусская,
дальневосточная);

- проблемы унификации права.

3) Практическая. Сравнительное правоведение – относительно


самостоятельное направление юридических исследований, цель которого –
изучение зарубежных правовых систем и институтов, ориентированное на
развитие своего национального права, на решение стоящих перед ним
научно-прикладных проблем. Систематизированное изучение тенденций
развития и функционирования зарубежных правовых систем в еще
недалеком прошлом сталкивалось у нас с существенными трудностями. Его
значение или вовсе отрицалось, или сводилось исключительно к критико-
идеологическому подходу, выявлению коренных, фундаментальных отличий
высшего исторического типа права, т.е. социалистического, от буржуазного,
к контрастирующему сравнению.

4) Международная. Международная унификация права – одна из ведущих


проблем сравнительного правоведения. Симптоматично в этой связи, что X.
Гаттеридж, будучи противником унификации, тем не менее посвятил ей три
главы в своей известной книге. Некоторые компаративисты склонны
превратить унификацию в конечную цель сравнительно-правовых
исследований. Такая тенденция упрочилась в начале XX в., когда движение
за унификацию достигло наивысшего размаха.
Корни современного унификационного движения можно видеть и римском
jus gentium в виде попытки создания единообразного права, применимого к
отношениям римлян с иностранцами и с жителями провинций. Движение за
естественное право в XVI-XVIII вв. имело универсалистскую
направленность; Theatram legale, эта панорама развития всех законодательств
мира, очерченная Лейбницем в 1667 г., песет отпечаток унификаторских
идей.

Во второй половине XIX в. осуществились первые унификаторские


начинания. В основе их лежали практические потребности, раз-питие
торговли и международных сношений. Одним из начинателей был Леон
Леви, который в середине века предпринял попытку сравнения торгового
права Великобритании с романскими системами, кодексами и законами 50
других стран. Он впервые показал связь между сравнительными
исследованиями и унификацией права.

Вопрос 7. Развитие идеи сравнительного правоведения в


дореволюционной России.

Характерные особенности:

- длительность по времени

- интенсивность сравнительно-правовых исследований, проводимых в конце


19- начале 20 века

- представители: Коркунов, Кокошкин, Котляревский, Кистяковский,


Шершеневич

- многие русские юристы чрезмерно увлекались западными концепциями

- многие авторы говорили о том, что «если юрист будет воспитан на одном
родном праве, то кругозор его будет слишком узок и что лучшим средством
для того, чтобы углубить познания в праве своей страны, является сравнение
его с какими-либо другими»

- типичным было сопоставление российского, в особенности гражданского


права, с рецепированным римским правом, они приходили к выводу о
необходимости и полезности изучения римского права
- больше изучали прагматическую сторону римского права, то есть как
применить его к практическим нуждам современного оборота

- многие авторы говорили о том, что римское право возродилось в Европе,


потому что у него есть прагматическая ценность

- Шершеневич выделял как минусы, так и плюсы рецепции. Минусы: все


мировоззрение юриста получило римский отпечаток, это привело к полному
игнорированию национальных основ права, которые не получили
дальнейшего развития; рецепция, приучив мысль к постоянному
пользованию готовыми положениями, значительно и надолго ослабила
самостоятельное творчество в области права. Плюсы: римское право
способствовало выработке у юристов-практиков разных стран навыков
юридической техники, привычки к стройным конструкциям и логически
выводам, которые они не приобрели бы на почве национального права, это
способствовало выработке представления об общих началах европейского
законодательства.

- сравнительно-правовые исследования в России в дореволюционный период


велись не только в плане сравнения российского права с римским, но и в
плане сопоставления его с действующим западноевропейским
законодательством, рассматривали также научные школы и правовые
доктрины, существовавшие на Западе

- это происходило из-за того, что расширяются связи России со странами


Запада и Востока, необходимость понимания из законодательства, особенно
это касалось гражданского права

- были не только прагматические цели, но и познавательные и научные

- в числе объективных причин повышенного внимания в дореволюционной


России к сравнительному правоведению следует указать также на
внутренние потребности Российской Империи в унификации своего весьма
разрозненного и противоречивого законодательства

Вопрос 8. Сравнительное правоведение в советской и постсоветской


России.

- произошел резкий поворот в развитии сравнительного правоведения суть


которого в том, что полный разрыв нарождающейся советской
юриспруденции с идеями, принципами и нормами прежнего буржуазного
права привел юристов-ученых и практиков к отходу от позитивного анализа
зарубежных правовых систем

- непримиримость фундаментальных ценностей и интересов СССР с


интересами и ценностями окружавших его капиталистических государств

- сравнительное правоведение, особенно в первые годы Советской власти,


рассматривалось как неотъемлемая составная часть всей системы
буржуазного права, поэтому этим уже определялось негативное отношение к
нему в нашей стране

- враждебное отношение капиталистических стран к СССР

- критика буржуазных учений в трудах советских юристов

- рассмотрение сравнительного правоведения и иных связанных с ним теорий


с политических и идеологических позиций продолжалось в нашей стране и в
последующие годы

- социалистическое сравнительное правоведение

- в 1960 году была основана Международная ассоциация сравнительного


права, членами которой были также советские юристы и юристы из других
социалистических стран. Это способствовало улучшению взаимопонимания
между странами, содействовало проведению сравнительно-правовых
исследований в нашей стране

- были защищены первые диссертации по сравнительно-правовой


проблематике, сделаны первые переводы на русский язык научных работ
наиболее известных западных компаративистов, написаны глубокие труды
по сравнительному правоведению

- в учебниках были отдельные главы по сравнительно-правовой


проблематике

- в 80-х годах происходят изменения

- политическое и экономическое сближение постсоциалистических стран с


иностранными государствами дало мощный толчок к открытости правовых
систем и их широкому взаимовлиянию

- распространение общих правовых идей, концепций сравнительного


правоведения и правового государства сопровождалось копированием и
механическим заимствованием юридических конструкций и правовых
решений
- в настоящее время в России в области сравнительного правоведения такая
ситуация: в практическом плане сравнительное правоведение в силу
прагматических причин не только интенсивно изучается, но и все шире
применяется, а в теоретическом плане наблюдается спад, затишье

- но в настоящее время все равно ведутся теоретические разработки в сфере


сравнительно-правовых исследований

Вопрос 9. Принципы сравнительного правоведения.

- принцип сравнимости рассматриваемых учреждений, институтов и явлений.


Вся его суть сводится к тому, что в подготовке и проведении сравнительно-
правовых исследований нужно чётко соблюдать требование, по которому все
объекты сравнения обязаны быть сравнимыми. То есть, между ними должна
прослеживаться прямая связь.

- принцип строгого соответствия разных видов, форм и уровней


сравнительных систем. Содержание и суть этого принципа сводится к тому,
что в самом процессе сравнения различных правовых систем должно быть
строго выдержано правило по которому сравнению подлежат исключительно
однопорядковые учреждения, институты, а также явления, которые взяты в
их определённых формах и рассматриваются на соответствующих им
уровнях. К примеру, традиционным для зарубежной и отечественной
литературы является выделение в процессе проведения определённых
правовых исследований микро и макро уровней.

- принцип объективности; «Главная цель сравнительного анализа правовых


систем не хвалить одну систему и опорочить другую, не обелить одну
правовую культуру и очернить другую, а понять исторические предпосылки
формирования каждой из них».

- принцип всестороннего учета исторических, национальных, экономических,


социально-политических условий

Вопрос 10. Сравнительное правоведение и национальное право:


соотношение.

Вопрос 11. Национальные правовые системы: критерии классификации.


В настоящее время, как правило, используются основания для
классификации правовых систем, опирающиеся главным образом на этно-
географические, технико-юридические и религиозно-этические признаки
права.

В современном мире обычно различают следующие правовые массивы:


национальные правовые системы, правовые семьи, группы правовых систем.

Национальная правовая система – это конкретно-историческая совокупность


права (законодательства), юридической практики и господствующей
правовой идеологии отдельной страны (государства). Национальная правовая
система – элемент того или иного конкретного общества и отражает его
социально-экономические, политические, культурные особенности. По
отношению к группам правовых систем и правовым семьям национальные
правовые системы выступают в качестве явления особенного, единичного. В
настоящее время в мире насчитывается около двухсот национальных
правовых систем.

В пределах одного или разных исторических типов национальные правовые


системы нередко отличаются особым построением, значительной
спецификой со стороны своего технико-юридического содержания. Это и
позволяет рассматривать ту или иную правовую систему или их группу в
качестве структурной общности.

Правовая семья – это совокупность национальных правовых систем,


основанная на общности источников, структуры права и исторического пути
его формирования. В соответствии с этими критериями можно выделить
следующие правовые семьи: общего права, романо-германскую, обычно-
традиционную, мусульманскую, индусскую (индусское право), славянскую.
Ни одна из классификаций правовых семей не является исчерпывающей для
правовых систем мира, и поэтому в литературе можно встретить самые
различные типологические подразделения семей национального права. В
приведенной классификации своеобразие правовой семьи определяется
характером ее источников: юридических, духовных (религия, этика и т.д.) и
культурно-исторических. Один из этих признаков может преобладать в
разграничении правовых семей.

На сегодняшний день в мире существует множество правовых семей, таких


как: романо-германская, англосаксонская, мусульманская, китайская,
африканская, а также существовавшая до начала 1990 годов
социалистическая. Каждая из перечисленных правовых семей имеет
присущие им особые характеристики. Различные национальные системы
права включают сходные отрасли права, которые делятся на близкие по
своему содержанию правовые институты, объединяющие группу однородных
норм права.

В рамках той или иной правовой семьи возможны более дробные элементы,
представленные определенной группой правовых систем.

Так, внутри романо-германской правовой семьи выделяют группу


романского права, в зону которой входят правовые системы таких стран, как
Франция, Италия, Бельгия, Испания, Швейцария, Португалия и другие и
группу германского права, в которую входят правовые системы ФРГ,
Австрии, Венгрии, скандинавских стран и др. Внутри англо-саксонской
правовой семьи различают правовую систему Англии, США и право бывших
англоязычных колоний Великобритании. Славянская правовая семья
включает группу российского права (Россия и ее субъекты) и западно-
славянского права (Украина, Белоруссия, Болгария, новая Югославия).

Вопрос 12. Романо-германское право: отличительные черты и


особенности. Источники, первичные и вторичные.

Она объединяет правовые системы всех стран континентальной Европы (в


том числе и России).

Основной источник права — закон (нормативный правовой акт). Ей присуще


чёткое отраслевое деление норм права. Закон имеет безусловный приоритет
перед иными источниками. Система нормативных актов составляет основу
правопорядка. Законодательство регулирует все наиболее важные аспекты
жизни.

В свою очередь практически все отрасли права подразделяются на две


подсистемы: частное право и публичное право.

Повсеместно распространена отраслевая кодификация с целью упорядочения


нормативного материала.

Правовые нормы как общие модели правомерного поведения


формулируются законодательными и исполнительными органами
государственной власти. При этом удельный вес ведомственного,
подзаконного нормотворчества достаточно велик. Суд не создает права, он
его только толкует и применяет. При отправлении правосудия судья
осуществляет не правотворчество, а правовую квалификацию, устанавливая
соответствие фактических обстоятельств действующей нормативной модели.
Роль обычая ограничена, он не считается самостоятельным источником
права, является лишь дополнением к закону.

К достоинствам романо-германской правовой системы следует отнести четко


организованную, непротиворечивую, иерархически структурированную
систему законодательства. К недостаткам - наличие пробелов и некоторую
оторванность от реальной жизни, поскольку законотворчество объективно не
может предусмотреть все нюансы и изменения социальных отношений, не
всегда поспевает за этими изменениями.

Согласно романо-германской доктрине законы подразделяются на


конституционные и обычные (текущие). Во всех странах системы закреплен
принцип приоритета конституционных законов по отношению к обычным.
Верховенство их обеспечивается специальными конституционными судами
либо верховными судебными органами. Для конституционных законов
предусмотрен особый порядок их отмены, изменения, предполагающий
согласие на то квалифицированного большинства депутатов. Предметом
регулирования законов являются наиболее важные вопросы общественного
устройства, права и свободы граждан, структура, организация
государственной власти.

Важное место среди текущих законов занимают кодифицированные акты


(кодексы). Романо-германское право в отличие от права англосаксонского
стремится не к внешнему объединению, систематизации нормативного
материала (инкорпорации), а к объединению содержательному, внутреннему,
основанному на существенной переработке нормативного материала,
«разделении труда» между отдельными нормами, их кооперации
(кодификации). Кодексы обычно носят отраслевой характер (гражданско-
правовые, уголовные, торговые, семейные и т.д.) и выступают своего рода
«центрами притяжения» для других норм данных отраслей.

Кроме законов в странах романо-германской системы принимается


множество подзаконных актов: декреты, регламенты, инструкции,
циркуляры, другие документы, издаваемые исполнительной властью. Часть
из них имеет делегированную природу, и их значение, роль в правовом
регулировании определяются полномочиями издавших их органов. Другие
решения принимаются по инициативе самих исполнительно-
распорядительных органов. Они с точки зрения своей юридической силы
уступают актам первой категории, однако их число весьма велико и поэтому,
особенно в тех странах, где нет жесткой системы контроля за их принятием,
они оказывают существенное воздействие не только на организационные
отношения, складывающиеся внутри исполнительной власти, но и на
деятельность граждан, учреждений, предприятий.

Вторым источником романо-германского права является обычай.


Исторически многие обычные нормы получили закрепление в законах, стали
их содержанием. Но как самостоятельный источник права обычай сегодня
выполняет второстепенную роль в правовой системе, выступая в качестве
дополнения к закону.

В ряде европейских гражданских и торговых кодексов закреплены нормы,


позволяющие использовать обычаи, обыкновения хозяйственной и торговой
практики при отсутствии, «молчании» закона, т.е. с их помощью
восполняются пробелы законодательного регулирования. Обычай также
осуществляет функцию «амортизатора», сглаживателя противоречий,
несправедливости законодательных решений. Например, в ФРГ он
используется наряду с принципами права при толковании неотмененных
законов времен национал-социализма в случае их противоречия основным
правовым началам и идеям социальной справедливости. С этой точки зрения
роль обычая до конца не исчерпана.

Третьим источником романо-германского права с определенными


оговорками может быть признана судебная практика. Смысл этих оговорок
сводится к тому, что согласно действующей доктрине нормы права могут
приниматься лишь самим законодателем и уполномоченными им органами.
Тем не менее существующие противоречия, пробелы законодательства и,
самое главное, широкий простор, предоставленный парламентами судебным
органам, обусловили разработку судьями принципиальных решений,
уточняющих положения закона, а иногда идущих вразрез с волей
законодателя.

Подобного рода решения вырабатываются, как правило, высшими


судебными инстанциями и конституционными судами стран системы. В силу
места и роли этих инстанций в судебной иерархии все нижестоящие
судебные органы обязаны следовать сформированной ими практике
разрешения дел конкретных категорий под угрозой отмены иных решений.
Таким образом, создаются своеобразные судебные нормы – правоположения
судебной практики, учитываемые всеми применяющими право юристами.
Эти правоположения публикуются в судебных сборниках, приобретают
широкую известность и становятся частью правовой системы.

В рамках романо-германской правовой семьи выделяют следующие группы:

группу романского права (правовые системы Франции, Бельгии, Испании,


Италии, Люксембурга, Монако, Нидерландов, Румынии, Филиппин,
латиноамериканских государств, африканских стран — бывших французских
колоний, а также некоторых стран Ближнего и Среднего Востока и др.);

группу германского права (правовые системы Германии, Австрии, Армении,


Бразилии, Венгрии, Греции, Индонезии, Казахстана, Латвии, Португалии,
России, Словакии, Таиланда, Турции, Украины, Хорватии, Чехии,
Швейцарии, Эстонии, Южной Кореи, Японии и др.);

группу скандинавского права (правовые системы Дании, Исландии,


Норвегии, Финляндии, Швеции).

Первичными источниками у всех государтсв ромаио-германской правовой


семьи яляются нормативно-правовой акт и правовой обычай.

Причем в единой иерархически построенной системе источников


обязательного права ведущее место занимает именно нормативно-правовой
акт (закон). Закон имеет приоритет по отношению не только обобщениям
судебной практики, и межгосударственным договорам, но и к обычаю (как
первичному источнику права,). Законы регулируют частную и публичную
сферы общественных отношений наиболее важные вопросы общественного
устройства права и свободы граждан, структуру и организацию
государственной власти. Они закрепляют правовое положение физических и
юридичес-ких лиц. отношения между ними Важное место среди обычных
законов занимают кодексы. Установлен судебный контроль за
конституционностью действующих законов Верховенство конституционных
законов обеспечивается специальными конституционными судами или
верховными судебными органами.

Последнее время, в системе источников ром а но-герма некого права


существенно возросла роль подзаконных нормативных актов, актов
правительственной власти. Это ордонансы, декреты, регламенты, решения,
постановления, циркуляры, инструкции, уведомления и др. Значительная
часть из них появляется на свет в результате делегированного
правотворчества. Парламент в пределах своей компетенции и в соответствии
с конституцией делегирует полномочия правительству и его структурным
подразделениям. Значение правовых актов, являющихся результатом
делегированного правотворчества, определяется полномочиями издавших их
органов.

Правовому обычаю как источнику права ныне уже отведена вспомогательная


роль. Закон, как писаный нормативный акт, подкрепляет свою силу и
общепризнанность благодаря базированию на обычае. Как правило,
толкование закона, чтобы сделать его доступным для населения,
осуществляют с точки зрения обычая. В то же время, роль обычая в качестве
обязательного источника права варьируется в разных государствам романо-
германской правовой семьи (в Швейцарии и Германии обычаи считается
почти что равноценным закону источником права, а во Франции
рассмотрение обычая в качестве источники права считается ужа несколько
устаревшим)

Общие принципы права - основополагающие идеи права (с пра вед лип ость,
народовластие, презумпция невиновности, обязатель ность возмещения
причиненного вреда и т.д.) являются также обязательными первичными
источниками права, которые используются и том случае, если в нормативных
актах невозможно найти конкретны» правовых норм для рассматриваемого
случая.

Международные договоры, в результате развития международных


отношений |международной интеграции (особенно в рамках ЕС) сегодня
начинают играть всё более мощную роль как источники права романо-
германской правовой семьи.

Те международные оговоры, которые ратифицированы национальными


законодательными органами являются в национальных правовых системах
государств романо-германской правовой семьи такими же источниками
права как и законы .

Вторичные источники имеют определенную юридическую силу лишь в том


случае, когда первичные источники либо отсутствуют либо являются в
решении данного конкретного вопроса неясными и неполными, В то же
время использование вторичных источников не является юридически-
обязательным. К вторичным источникам романо-германского права
принадлежат судебные преценденты, правовые доктрины (научные работы
известных ученых-юристов).

Правовая доктрина, представляя теоретические положения, а также научные


теории юридического характера, ныне, являясь одним из уже неофициальных
источников права, оттеснена на второй план основным официальным
источником - законом

Судебная практика является спорным источником права романо-германской


правовой семьи. Так во Франции судебные решения, официально не являясь
основным источником права, тем не менее играют значительную роль в
повседневном регулировании общественных отношений. А в Германии в
качестве одного из самых главных источников Права выступают решения Ко
нет и туи и о иного суда страны. Также кассационный суд во многиз
государствах романо-германской семьи - это высшая инстанция. Поэтому, в
сущности, и «простое» судебное решение, основанное, например, на
аналогии или на общих принципах, благополучно пройдя кассационный этап,
может восприниматься другими судами при решении подобных дел как
фактический прецедент, И все же, в общем для есей семьи романо-
германского права, судебную доктину сегодня можно отнести к
вспомогательному источнику права

Вопрос 13. Обычаи в системе источников романо-германского права: место и


роль.

Вопрос 14. Особенности англо-саксонского права.

Вопрос 15. Понятие и основные черты англо-саксонского права.

Вопрос 16. Понятие и основные виды источников англо-саксонского


права.

Вопрос 17. Прецедент как основной источник системы общего права.

Вопрос 18. Место и роль законов в системе общего права.

Вопрос 19. Обычаи и правовая доктрина в системе общего права.

Это правовая семья, объединяющая правовые системы Великобритании и


бывших британских владений (колоний), в том числе стран Содружества
наций, и США. В основе национальных правовых систем лежит общее право
Англии.
Среди отличительных черт англо-саксонской правовой семьи —
доминирование прецедента среди всех других источников права,
преобладание вопросов процессуального права над вопросами материального
права, отсутствие четкого отраслевого деления системы права,
невыраженность разделения права на публичное и частное (ввиду
поглощения последнего первым). Содержание права отличается сложностью
и казуистичностью.

В странах англосаксонской правовой семьи судебный прецедент является


основным источником права (см. Общее право), хотя возрастает роль актов
статутного права и англ. regulations. Весомое место среди источников права
занимает также правовая доктрина. Существует иерархия прецедентов,
согласно которой решения, принятые вышестоящими судами (например,
Палатой лордов в Великобритании), обязательны для нижестоящих.

Англосаксонскую правовую семью часто называют еще семьей общего права


(common law). От других правовых семей она отличается прежде всего тем,
что в качестве основного источника права в ней признается судебный
прецедент. Согласно существующим правилам суд при решении какого бы то
ни было вопроса является формально связанным решением по аналогичному
вопросу, вынесенным вышестоящим судом или судом той же инстанции.
Однако фактически в процессе выбора соответствующего прецедента, его
толкования, принятия или непринятия под предлогом значительного отличия
обстоятельств вновь рассматриваемого дела от ранее рассмотренного и
ставшего прецедентом суд в целом и отдельные судьи обладают
значительной свободой. Признание прецедента источником права дает
возможность суду фактически творить право.

Эти и другие подобные особенности в той или иной степени охватывают все
без исключения правовые системы, входящие в семью англосаксонского
права. Наиболее полно и ярко они отражаются в английском праве. Менее
отчетливо и последовательно они проявляются в американской и канадской
правовых системах.

Причин такого неравномерного распространения тех или иных черт на


разные правовые системы много. Но наиболее важные из них заключаются в
различных исторических, национальных, культурных и иных условиях, в
которых возникают и развиваются или же в которые переносятся те или иные
правовые институты и модели.
Так, система общего права в Англии возникла исключительно благодаря
деятельности королевских судов. Происхождение и развитие ее неразрывно
связаны с королевской властью. В то время как в США использование идей и
институтов общего права всегда находилось в неразрывной связи с
республиканской властью, особенности исторического развития этих стран,
политической и общей культуры наложили свой неизгладимый отпечаток и
на их правовые системы, и правовую культуру.

В силу исторических и иных условий английское право всегда занимало и


продолжает занимать центральное, доминирующее место в англосаксонской
правовой семье, или в правовой семье общего права.

В настоящее время в качестве важнейших источников английского права


продолжают оставаться судебные прецеденты - решения высших судебных
инстанций, имеющие обязательную силу как для них самих, так и для всех
нижестоящих судебных инстанций. Однако наряду с ними с конца XIX -
начала XX в. все большее значение приобретают парламентские статуты -
законодательные акты, применяемые британским парламентом.

В XX в. среди источников английского права резко возрастает роль


делегированного законодательства, особенно в сфере образования,
медицинского обслуживания, социального страхования. Высшей формой
делегированного законодательства считается "приказ в Совете" -
правительственный акт, издаваемый от имени короны и Тайного совета.
Многие акты делегированного законодательства издаются министерствами и
другими органами управления по уполномочию парламента*(693). Их
развитие, так же, как и развитие статутного права, обусловлено не только
внутренними потребностями страны, но и внешними причинами,
касающимися международного экономического и иного сотрудничества.
Большое значение в этом отношении имеет развитие связей Англии со
странами Британского содружества, а также ее роль в рамках Европейского
экономического союза (ЕЭС).

Наряду с английским правом в англосаксонской правовой семье особо


выделяется американское право - правовая система США. В основных своих
чертах эта правовая система начала складываться еще в XVII-XVIII вв. в
условиях колониализма и многие свои первоначальные особенности
сохранила вплоть до сегодняшнего дня.

Огромное влияние на процесс становления и развития правовой системы


США сыграло английское право. На территорию Северной Америки оно
было привнесено переселенцами из Англии. В каждой из 13 британских
колоний, существовавших в этой части земного шара, применялись
одновременно английские законы и нормы общего права. Однако их
действие не было неограниченным. Применение английского права
ограничивалось актами местных органов, а также появившимися в конце
XVII-XVIII вв. в ряде британских колоний собраниями законодательных
актов. "Перенесенное" через океан английское право должно было в полной
мере учитывать местные условия, складывающиеся обычаи и традиции. Речь,
разумеется, не шла об обычаях и традициях местных жителей-аборигенов.
Они вообще не принимались в расчет, поскольку, по мнению просвещенных
пришельцев, были не в меру грубы и нецивилизованны.

Речь шла о местных нормативных актах, обычаях и традициях,


складывавшихся среди переселенцев, создававших своеобразные правовые
системы колоний и выступавших в качестве активных регуляторов
общественных отношений.

Различия между этими правовыми системами и применявшимся в


британских колониях английским правом были порой настолько велики, что
исследователи колониальной правовой системы, в частности, северо-
восточной колонии Массачусетс, спорили между собой по поводу того,
должна ли вообще ее правовая система рассматриваться как одна из
разнородностей "общего семейства английского права".

Пестрота зародившейся, а затем набравшей силу правовой системы США


станет еще более очевидной, если вспомнить о разнообразии правовых
систем существовавших на территории этой страны испанских, голландских,
французских и иных колоний. Все они имели не только местный
политический и социально-бытовой колорит, но и различное
законодательство метрополий.

Сказанное вовсе не означает, что в правовой системе США, так же, как и в
правовых системах отдельных штатов, доминируют зарубежные правовые
системы. Борясь со своим "английским прошлым" после провозглашения
независимости бывших британских колоний, а равно как и доминированием
на территории США иных правовых систем, американская правовая теория и
практика весьма преуспели уже в первые годы на пути американизации своих
основных постулатов.

Важной вехой на этом пути стала Конституция. Принятая в 1787 г., она не
только закрепила государственный и общественно-политический строй
новой страны, но и создала предпосылки для ее развития. Американская
Конституция - это не только и даже не столько юридический, сколько
политический, социальный и идеологический документ. В ней
устанавливаются, закрепляются система органов государства, политических
институтов общества, совокупность конституционных прав и свобод
граждан, принцип разделения властей и другие государственно-правовые
принципы. Конституция США создает правовые основы построения и
деятельности всех государственных и общественно-политических
институтов, служит юридическим фундаментом, на котором строятся
правовая система США и правовые системы всех 50 штатов.

Наличие писаной Конституции, содержащей Билль о правах, является весьма


важной отличительной чертой правовой системы США по сравнению с
системой английского права. В правовой системе Великобритании, как
известно, нет писаного текста конституционного акта, как нет и аналога
американского Билля о правах. Однако неточно утверждение относительно
того, что в Англии вообще нет конституции. Последняя представляет собой
не отдельный конституционный акт, а совокупность таких актов. Среди них
можно назвать, например, Акт о Парламенте 1911 г., Акты о министрах
короны 1937, 1964 и 1975 гг., Акт о народном представительстве 1969 г., Акт
о местном управлении 1972 г.

С наличием писаной Конституции как одной из особенностей правовой


системы США связаны и некоторые другие ее особенности. Одна из них -
право Верховного суда США толковать текст и содержание Конституции
страны, а также право высших судебных инстанций различных штатов
толковать их собственные конституции. Все развитие права США, а также
различия между федеральным правом и правом отдельных штатов
толкованием Верховного суда были подогнаны, по мнению многих
исследователей, под определенные формулы Конституции США. Без учета
этого толкования, путем лишь одного ознакомления с текстом того или иного
закона и Конституции нельзя определить, соответствует ли этот закон
Конституции или не соответствует, является ли он конституционным или же
не является таковым. Акты толкования Конституции играют в процессах
правотворчества и правоприменения США весьма важную теоретическую и
практическую роль.

Деятельность Верховного суда США по толкованию Конституции страны


есть проявление судебного контроля за законностью федеральных законов и
законов, принимаемых на уровне штатов легислатурами. Наличие такого
контроля - тоже особенность правой системы США по сравнению с правовой
системой Англии.

Выделим еще одну особенность правовой системы США - ее "федеративный"


характер, непосредственную связь правовой системы с федеративной
структурой государства. В силу исторических причин, в частности, под
влиянием на процесс становления и развития права в бывших колониях, а
ныне штатов, субъектов федерации, различных правовых систем и традиций
на территории США фактически сложилась 51 в значительной мере
отличающаяся друг от друга правовая система. Это федеральная правовая
система, охватывающая территорию всей страны и правовые системы,
действующие на территории штатов.

В формально-юридическом смысле федеральная правовая система,


закрепляющая общегосударственные приоритеты, несомненно, играет
первостепенную роль в сложившемся за более чем 200-летнюю историю
существования США правовом массиве. За последние несколько десятилетий
такая роль федерального законодательства не только не уменьшилась, но и
еще более возросла. Этому в значительной мере содействовали, например,
различные социальные программы в области образования, здравоохранения,
борьбы с организованной преступностью, которые разрабатываются и
финансируются федеральными органами. Одним из непременных условий их
реализации на уровне штатов является подчинение требованиям
федеральных законов в данной области всех без исключения властей штатов.

В настоящее время федеральное законодательство США постоянно


публикуется в систематизированном виде в Своде законов страны,
состоящем из 50 различных разделов. Каждый из разделов содержит или
отраслевое законодательство, или же законодательство, касающееся
конкретных, весьма значимых правовых институтов.

Несмотря на повышение роли федеральных законов по сравнению с


законодательством штатов, все же в своей практической деятельности
юристы США апеллируют прежде всего к актам местных органов
государственной власти и законодательству штатов, а не к федеральному.

Сетуя на сложность и запутанность американской системы права, особенно


на местном уровне, Л. Фридмэн не случайно обращает внимание на то, что в
США - этом государстве-Левиафане - интенсивные законодательные
процессы "постоянно присутствуют и в обществе, и в правовой системе" на
всех уровнях.
На всех уровнях существует огромное число законодательных органов, а еще
больше издаваемых ими актов. Только в одном штате Калифорния
насчитывается более трех тысяч местных законодательных органов. Это
прежде всего высшие законодательные органы самого штата, а затем
законодательные органы городов, округов и так называемых школьных и
специальных районов.

Среди особенностей, отличающих правовую систему США от английской


правовой системы, можно указать также на большую значимость в ней
законодательства по сравнению со статутами в английском праве; большую
"подверженность" кодификации американского права по сравнению с
английским правом; важную, но в меньшей мере, роль судебной практики в
правовой системе США по сравнению с правовой системой Англии.

1. Понятие закон можно понимать как в широком, так и в узком смысле.

В широком смысле понятие закон совпадает по содержанию с понятием


нормативно-правовой акт, т.е. закон – это акт, содержащий норму права.

Понятием закон в широком смысле слова охватываются не только акты


Парламента (статуты), акты делегированного законодательства (приказы в
Совете, постановления и инструкции, подзаконные нормативные акты), но и
первичные и некоторые вторичные источники права Европейского Союза. К
первичным источникам относятся договоры, учреждающие Европейское
Сообщество (1951, 1957), Договор о Европейском Союзе (Маастрихтский
Договор) (1992)), Амстердамский Договор (1997). Ко вторичным – решения
органов Европейского Союза (регламенты, директивы, решения.

В узком смысле понятие закон совпадает по содержанию с понятием


«статут», т.е. под законом понимается формальный, в письменном виде
оформленный акт, исходящий от высшего законодательного органа страны
(Парламента), который принят в особой процедуре и обязателен для
соблюдения. В статуте документально отражается воля законодателя
(Парламента) и раскрываются его намерения, касающиеся рассматриваемого
в законе вопроса.

3. Верховенство статутов.
На основании доктрины верховенства Парламента законность того или иного
статута не может быть подвергнута сомнению никаким английским судом (в
Англии нет конституционного суда). Если статут противоречит вынесенному
ранее судебному решению, решение в схожем деле должно приниматься на
основании положений статута, истолкованных судом, а не прошлого
судебного решения.

8. Оценка роли закона как источника права Англии. Его соотношение с


прецедентом.

Несмотря на тот факт, что роль статутного регулирования различных


отраслей английского права заметно возросла в течение последних 50-60 лет,
закон, согласно классической, традиционной для Англии теории права не
считается нормальной формой выражения права, а всегда является
«инородным телом в системе английского права» (Рене Давид). Судьи
применяют закон, но норма, которую он содержит, принимается
окончательно, инкорпорируется полностью в английское право лишь после
того, как она будет неоднократно применена и истолкована судьями, и в той
форме, а также в той степени, какую установят судьи. В Англии всегда
предпочтут цитировать вместо текста закона судебные решения,
применяющие закон.

Логически из доктрины верховенства парламента (в которое входят


полномочия на отмену судебных решений) и невозможности английских
судов подвергнуть сомнению законность того или иного акта парламента
следует, что по юридической силе прецедент подчинен статуту. Однако
данное положение остается всего лишь теорией. Во-первых, законы в Англии
принимаются на основе прецедентов, а не наоборот. Во-вторых, практически
в каждой отрасли английского права есть отмененный парламентскими
актами (статутами) прецеденты, которые тем не менее продолжают
применяться судами еще в течение многих лет.

Единообразной трактовки термина «источник права» в Англии, как и в


современной России, не существует. «В самом общем плане – пишет
отечественный компаративист М.Н. Марченко – «источник права»
рассматривается в рамках данной правовой семьи (англосаксонской) как
«один из путей», средств или способов формирования той или иной
национальной правовой системы, который «признается и используется»
судами».
Английское право уникально тем, что рассматривает понятие источника
права гораздо шире, нежели это принято в государствах романо-германской
правовой семьи. Классическая дефиниция источника права как формы
выражения правовых норм, некого резервуара общеобязательных, формально
определенных и гарантированных возможностью государственного
принуждения правил поведения неприменима к источникам английского
права. В частности, нельзя признать, что правовая доктрина, судебные
отчеты, материалы Правовой Комиссии и разум содержат такие нормы права.
Тем не менее, эти источники в некоторых случаях влияют на результат
судебного рассмотрения того или иного дела, возможно, и в большей
степени, нежели первичные источники – судебный прецедент и
законодательство.

В силу высокого темпа развития общественных отношений современное


состояние английской судебной практики характеризуется значительным
повышением количества так называемых «дел по первому впечатлению»
(cases of first impression), т.е. таких, по которым отсутствуют какие-либо
прецедентные и статутные нормы. В такой ситуации английские судьи
нередко обращаются за помощью к английской правовой доктрине,
рекомендациям Правовой Комиссии, могут учесть мнения, изложенные
судьями государств общего права (Австралия, Новая Зеландия, Канада,
США, Индия, Израиль и др.).

Не следует также преуменьшать роль правовой доктрины на формирование


профессионального судейского правосознания.

Правовой обычай. Обычай играл очень значительную роль в формировании


общего права Англии. На протяжении длительного периода времени
гражданское дело можно было выиграть, показав в суде короля, что данный
обычай в действительности существовал в определенной местности. Таким
образом, система общего права долгое время представляла собой
совокупность разнородных обычаев, которые сильно отличались друг от
друга в зависимости от местности, но постепенно с возрастанием роли
королевских судов и обращения к деклараторной теории общего права и
доктрине обязательного судебного прецедента, роль местных обычаев стала
стремительно падать, так как партикуляризм вредил формированию единого
государства и права.
В современном праве обычай играет весьма ограниченную роль и
понимается достаточно узко – лишь как особое правило, которое существует
с незапамятных времен.

Обычай следует отличать от обыкновения, которое рассматривается как


фактическая и обычная для данной профессиональной деятельности
практика. Обыкновение не требует применения строгих тестов, необходимых
для определения его статуса. Обычай же представляет собой практику,
которая имеет правовое значение и отвечает требованиям разумности. В
отдельных случаях обыкновения возвышаются до обычая. Например, в
практике английских судов к правовым обычаям приравнивают обыкновения
торгового оборота, и это учитывается при разрешении споров, возникающих
при определении условий и заключении контрактов.

Считается, что если данный обычай обнаружит наличие все признаков


правового обычая, то даже в наше время он может быть признан источником
права, но на общенациональном уровне в данное время сложно говорить о
роли обычая как действующего источника права. Тем не менее, остаются
сферы, в которых правовой обычай играет весьма ощутимую роль – местные
обычаи на уровне местных территориальных образований; обычаи торгового
оборота (чартерные компании – оплата за работу агента после перевозки
груза), конституционные обычаи.

Особенностями правового обычая как источника английского права


являются: естественный характер формирования, естественное соблюдение
(вне зависимости от возможности применения государственных мер
принуждения), способность трансформироваться в статутные или
прецедентные нормы, локальный (ограниченный по месту и/или субъектам,
виду деятельности) характер действия.

Признаки правового обычая.

1. Существование обычая с незапамятных времен. Чтобы доказать в суде, что


данный обычай может рассматриваться как источник права необходимо
подтвердить его существование с 1189г. Именно эта дата определена как
конец незапамятных времен положениями первого Вестминстерского статута
1275г. В отдельных случаях достаточно просто ограничиться презумпцией
древности обычая. Такое утверждение будет отвергнуто судом, если
найдутся свидетельства того, что данный обычай возник после 1189 г.

2. Разумность обычая. Обычай не будет поддержан, если он не имеет


правового смысла. Отсутствие правового смысла обычая может, например,
означать, что он возник в силу произвольного решения или случайных
обстоятельств (например, как милость, оказанная монархом), а не из прав,
признававшихся в древнее время. Разумность обычая всегда оценивается по
тем общественным и правовым нормам, которые существовали во время его
возникновения. Поэтому нельзя признать неразумным обычай только на том
основании, что он плохо согласуется с положениями общего права. Но если
обнаружится, что обычай противоречит принципам общего права, то он не
может быть поддержан судом.

3. Определенность обычая. Обычай должен быть понятен с точки зрения той


системы права, которая его предусматривает. Определенность касается
природы обычая, круга лиц, в отношении которого должен действовать
обычай и местности, в пределах которой он действует.

4. Обязательность обычая. Если обычай не обнаруживает обязательного для


исполнения характера предусматриваемых им положений, он не может быть
поддержан судом. Считается, что такой обычай не признается правовым, так
как не имеет обязательной силы.

5. Непрерывность действия обычая. Для того чтобы обладать правовой


силой, обычай должен сохранять свое действие без каких-либо перерывов с
«незапамятных времен». Однако непродолжительное прекращение действия
обычая допускается.
Правовая доктрина. Правовая доктрина в Англии всегда носила не
академический, университетский, а судейский характер. Поэтому под
правовой доктриной в Англии как источником права следует понимать не
юридическую науку университетского происхождения, не теоретические
представления, идеи, конструкции, а судебные комментарии, описания
прецедентной практики, призванные выполнять роль практического
руководства (practical guidance) для юристов.

Подавляющее большинство английских юристов-классиков являлись


судьями высших английских судов, а их авторитетные книги (books of
authority) сообщали о действующем праве, ссылаясь на первичный материал
статутов и судебных решений. Такие авторитетные книги или учебники
представляли право в четкой систематизированной форме и использовались
для обучения студентов, но не были авторитетом для английского суда. В
исключительных случаях, когда иные доказательства отсутствовали, данные
юридические трактаты могли рассматриваться как доказательство наличия
того или иного судебного прецедента.

На современном этапе среди английских исследователей существует


относительное единство мнений касательно списка имен тех английских
юристов, чьи труды признаются классическими и могут цитироваться в
английских судах.

Во-первых, это юридические трактаты высших чиновников Королевского


суда Ранульфа Глэнвилля (трактат датируется примерно 1187-1189гг., умер в
1190г.) и Генри Брактона (трактат датируется около 1230г., умер в 1268г.) «О
законах и обычаях Англии», в которых систематизированы и
последовательно прокомментированы все встречающиеся в юридической
практике того времени предписания, которые авторы рассматривали как
действующее право.

Во-вторых, это труд Фортескью «В похвалу законам Англии» (1470г.) и труд


Литтлтона «О земельных держаниях» (конец XVв.), в которых исследуется
преимущественно земельное право Англии того времени и характер его
применения центральными судами.
В-третьих, это труды председателя суда Общих Тяжб, авторитетнейшего
юриста своего времени Эдварда Коука (1552-1634) – шеститомные
«Институции английского права» (опубликованные в 1628-1642 гг.) и «Коук
о Литтлтоне» (1581г.). Именно в «Институциях» Э. Коук впервые
сформулировал в обоснование независимости английских судей принцип
верховенства права, согласно которому судьи являются только слугами
права, но не слугами короля. Также в «Институциях» впервые высказывалась
идея о судебном нормоконтроле, согласно которой судьи общего права могли
проверить правомерность того или иного статута с точки зрения
действующего общего права. Английские юристы указывают, что даже в
современных судах Англии «Институции» Коука цитируются чаще, чем
любой другой сборник прецедентов. Книга «Коук о Литтлтоне» являлась
комментарием к научному труду Литтлтона о земельном праве, в нем
впервые были введены в оборот многие понятия, которые и сегодня
продолжают использоваться в английском земельном праве. Английские
исследователи отмечают, что именно Коук проложил мост между
английским средневековым и современным правом.

В-четвертых, это труды по уголовному праву и другим вопросам общего


права, принадлежащие Фитцхерберту (XVIв.) и Хейлу (XVIIв.).

В-пятых, это четырехтомный классический труд Уильяма Блэкстона (1723-


1780) “Комментарии к законам Англии” (1765-1769гг.), в основу которого
положен лекционный курс автора, который он читал будучи профессором в
Оксфорде. В труде Блэкстона впервые для Англии в систематизированном
виде изложено все английское право – не только частное и процессуальное,
но и государственное и уголовное.

Книга Блэкстона переиздавалась несчетное количество раз и заслужила


похвальные отзывы за ясность и изящество стиля, точность и
афористичность формулировок, разумное ограничение содержания рамками
лишь жизненно важного и главного. Как отмечают немецкие компаративисты
К. Цвайгерт и Х. Кетц, “Значение Блэкстона заключается в том, что он
впервые привел в порядок и во взаимосвязь то необработанное и хаотичное
нагромождение глыб, которое представляло собой в то время английское
прецедентное право, бесформенное, со случайными вкраплениями
законодательных актов, которые еще более запутывали его очертания”.

Уильям Блэкстон считается в современном английском праве последним из


английских юристов-классиков, однако в английских судах современные
адвокаты и судьи Англии ссылаются и на более поздние труды юристов,
среди которых, например, труды Стифена, Кенни, Карда, Кросса и Джонса,
Уильямса, Смита и Хогана по английскому уголовному праву, труды
Оппенгейма по международному публичному праву, Дайси, Беджгота,
Дженнигса, Макинтоша, Гриффита, Мэя по английскому конституционному
праву, Смита и Уэйда по административному праву Англии.

Широкое цитирование и адвокатами, и судьями высших судов авторитетных


трудов английских юристов-классиков говорит гораздо больше, нежели
любые теоретические спекуляции, о реальной роли правовой доктрины в
системе отправления правосудия – как достаточно авторитетного
руководства, хотя данный источник права и не является в строгом смысле
слова юридически обязательным.

Вопрос 20. Соотношение системы международного и национального


права.

В современном мире насчитывается порядка двух сотен независимых


государств и столько же национальных правовых систем. Нормы
международного права раньше регулировали в основном только те
отношения, которые лежали вне компетенции того или иного национального
права. Однако в последнее время процессы общемировой глобализации
приводят, во-первых, ко все большей унификации национальных систем
права (например, путем разработки и принятия модельных нормативных
актов, путем реформы системы законодательства), во-вторых, к резко
возросшей роли международного права, которое весьма активно вторгается в
во внутригосударственные правоотношения.

Внутригосударственное и международное право — это две различные


системы права, которые действуют в пределах своих областей без
специальной соподчиненности. Реально складывающиеся правоотношения
требуют взаимодействия этих систем. Можно выделить три типа такого
взаимодействия.

1) дуалистическое: национальное и международное право как две


изолированные и взаимонезависимые системы правового порядка;

2) монистическое представление о том, что международное и национальное


право — это составные части единой системы права, при этом приоритет
отдается верховенству национального права;

3) приоритет отдается именно международному праву. Глобализационные


процессы делают самой актуальной именно последнюю модель
взаимодействия, при этом особая роль уделяется проблематике сохранения
мира, сотрудничества государств, борьбы с терроризмом и наркоторговлей,
защиты и соблюдения прав и свобод человека. Заинтересованные субъекты
политической и геоэкономической активности используют международное
право как инструмент в достижении своих целей, связанных в том числе с
разделом сфер влияния в общемировом масштабе.

В Российской Федерации проблематика соотношения международного и


национального права решена на конституционном уровне: «Общепризнанные
принципы и нормы международного права и международные договоры
Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.
Если международным договором Российской Федерации установлены иные
правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила
международного договора» (п. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации).

Сам процесс вхождения норм международного права в национальное


законодательство называется имплементацией. Способы вхождения
именуются трансформацией.

В доктрине международного права различают несколько способов


трансформации:

а) прямую рецепцию - квогда норма международного права без изменения


заимствуется национальным законодательством. Нередко этот способ
именуется инкорпорацией, т.е. включением;

б) бланкетную рецепцию - когда норма международного права не


заимствуется, но на нее делается соответствующая;
в) собственно трансформацию - когда норма международного права
изменяется путем создания словесной национальной транскрипции
(переводится на другой язык) и закрепляется в национальном нормативном
акте, но ее смысловое значение при этом не претерпевает значительных
изменений.

Вопрос 21. Российская правовая система: основные черты и


особенности.

Вопрос 22. Правовая система современной России и романо-германское


право.

В эволюции современной правовой системы России прослеживаются две


основные тенденции. Это, с одной стороны, исключение из действующего
российского права принципов, норм и институтов, которые были призваны
подчеркнуть принципиальное отличие советского социалистического права
от права буржуазного, а с другой –-появление в российском праве
принципов, норм, институтов и даже отраслей, которые ранее считались
исключительным атрибутом буржуазного права (например, торговое право и
т.д.).

По своим основным юридическим классификационным признакам


российское право всегда относилось к романо-германской правовой семье и
продолжает оставаться таковым. Об этом свидетельствуют
кодификационный характер российского права, структура правовой нормы,
принципы верховенства закона и соответствующая иерархия источников
права, основные принципы судебной организации и судопроизводства.

Источниками права в России являются Конституция, федеральные


конституционные законы, федеральные законы, указы и распоряжения
президента РФ, постановления и распоряжения Правительства РФ,
ведомственные акты федеральных органов исполнительной власти,
конституции (уставы) субъектов РФ, законы субъектов РФ, акты органов
исполнительной власти субъектов РФ, акты органов местного
самоуправления; также к источникам права относятся международные
договоры и соглашения, если они были в установленном порядке
ратифицированы.
Конституция является первоисточником права в России, принципам которой
должны соответствовать все остальные правовые нормы (часть 1 статьи 15
Конституции РФ). Любой акт, противоречащий Конституции, признаётся
недействительным в части противоречащих норм и должен быть либо
отменён, либо изменён.

Современная российская правовая система входит в Романо-германскую


правовую семью, вновь возвратившись в нее после более чем семи
десятилетий господства социалистического права. Начиная с середины 1980-
х годов вместе с развитием демократических реформ в Советском Союзе
начинается его быстрая трансформация, отход от прежних жестких
принципов. С началом деятельности Верховного Совета РСФСР созыва 1990
года начинается развитие собственное российской правовой системы. В
1990-1991 годах российскими законодателями были провозглашены
равенство форм собственности, свобода предпринимательства, примат
международно-признанных прав человека, на доктринальном уровне
восстановлено деление права на публичное и частное. Таким образом,
современная российская правовая система продолжает традиции романо-
германской правовой семьи, заложенные еще в дореволюционный период и
сохраненные отчасти и в советский период.

Вопрос 23. Международное и национальное право современной России.

Вопрос 24. Нормы МП, общепризнанные принципы и международные


договоры РФ как составная часть правовой системы России.

Конституция РФ устанавливает, что общепризнанные принципы и нормы


международного права и международные договоры РФ являются составной
частью ее правовой системы. Если международным договором РФ
установлены иные 'правила, чем предусмотренные законодательством, то
применяются правила международного договора (ч. 4 ст. 15). Если
положения официально опубликованных международных договоров РФ не
требуют издания внутри государственных актов для применения, они
действуют в нашей стране непосредственно.

Принципы международного права и их нормативное содержание изложены в


Декларации о принципах международного права (принятой Генеральной
Ассамблеей ООН в 1970 г.) и Декларации принципов, которыми государства-
участники будут руководствоваться в своих взаимоотношениях
(Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе
1975 г.).

Нормами международного права являются акты международных


организаций (ООН и ее подразделения, Совет Европы, ОБСЕ и др.),
международные договоры и международные обычаи.

Российская Федерация является участницей примерно 20 тыс. действующих


международных договоров. Расширение международных отношений
обусловило необходимость совершенствования законодательства.
Федеральный закон от 15.07.1995 № 101-ФЗ «О международных договорах
Российской Федерации» определяет международный договор как
международное соглашение, заключенное Российской Федерацией с
иностранным государством либо с международной организацией в
письменной форме и регулируемое международным правом.

Международные договоры, имеющие прямое действие в правовой системе


РФ, применимы судами при разрешении гражданских, уголовных и
административных дел.

Согласие на обязательность международного договора для Российской


Федерации должно быть выражено в форме федерального закона, если
указанным договором установлены иные правила, чем федеральным законом.
Правила действующего международного договора РФ, согласие на
обязательность которого было принято в форме федерального закона, имеют
приоритет в применении в отношении законов РФ. Правила действующего
международного договора, согласие на обязательность которого было
принято не в форме федерального закона, имеют приоритет в применении в
отношении подзаконных нормативных актов, изданных органом
государственной власти.

Неправильное применение судом общепризнанных принципов и норм


международного права и международных договоров может являться
основанием к отмене или изменению судебного акта.

Необходимо отметить, что, к сожалению, в современной российской


правовой традиции нет должного уважения к международным правовым
нормам. В России не существует в свободном доступе единой базы
действующих международных договоров, что существенно затрудняет
работу адвоката.
До принятия Конституции РФ в 1993 г. как в теории, так и в практике вопрос
о соотношении норм международных договоров, общепризнанных
принципов и норм международного права, в частности и внутреннего права,
в целом решался в пользу последнего. На протяжении значительного периода
времени отечественная общая теория права не уделяла должного внимания
международной правовой системе, целиком сосредоточиваясь на вопросах
национальной (внутригосударственной) правовой системы.

Представляется, что приоритет международных норм определяется общими


принципами правового государства. Это мнение подтверждается и
Постановлением Конституционного Суда РФ от 31 июля 1995 г., в котором
говорится: "В соответствии с принципами правового государства,
закрепленными в Конституции РФ, органы власти в своей деятельности
связаны как внутренним, так и международным правом. Общепризнанные
принципы и нормы международного права и международные договоры
должны добросовестно соблюдаться, в том числе путем их учета внутренним
законодательством" .

Однако, являясь международно-правовыми нормами, общепризнанные


нормы и принципы международного права занимают обособленное
положение в нормативном массиве правовой системы России, функционируя
при этом наряду с российским правом. Толковаться и применяться они
должны в соответствии с целями и принципами международного права и
конкретного международного договора, с установленными в нем
временными, пространственными и субъективными пределами действия, в
контексте значения используемых в нем терминов. Конституционное право
России, являясь ядром национальной правовой системы, тесно
взаимодействует с международным общим публичным правом. С одной
стороны, Конституция Российской Федерации включает в себя
общеправовые принципы, присущие значительному числу правовых систем
суверенных государств и воспринятые общепризнанными принципами и
нормами международного права, с другой стороны, в соответствии с ч. 4 ст.
15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы
международного права и международные договоры являются составной
частью российской правовой системы, то есть, таким образом, становятся
нормами прямого действия на всей территории Российской Федерации.
Общепризнанные принципы и нормы международного права, а также
ратифицированные международные договоры занимают прочные позиции
среди федеральных источников конституционного права, уступая в
юридической силе лишь положениям Конституции России, федеральных
конституционных законов о поправках к Конституции РФ и иным
федеральным конституционным законам. А согласно ч. 1 ст. 17 в области
защиты прав человека и гражданина занимают приоритетное положение
наряду с конституционными нормами. Правило ч. 4 ст. 15 Конституции
Российской Федерации о приоритете международных договоров над
нормами национального законодательства обязательно для правотворческих
и правоприменительных органов как Российской Федерации, так и субъектов
Федерации.

Тем самым открывается возможность прямого действия и применения норм


международного права органами власти, включая суды. Заинтересованные
физические и юридические лица могут ссылаться прямо на нормы
международного права при разрешении споров между собой и с
государственными органами, предприятиями, учреждениями и
организациями. Конституция закрепила свою высшую юридическую силу и
соответственно установила, что "законы и иные правовые акты,
принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить
Конституции Российской Федерации" (ч. 1 ст. 15). И хотя нормы
международного права не упомянуты, положение о высшей юридической
силе Конституции распространяется на все нормы правовой системы страны.

Включение Конституцией России общепризнанных принципов и норм


международного права и международных договоров Российской Федерации
в правовую систему нашей страны является важным историческим шагом.
Оно коренным образом меняет понятие правовой системы России, структуру
системы источников конституционного права, в том числе ставит по-новому
вопрос о соотношении, иерархии правовых актов по их юридической силе.
Актуальный вопрос, который при этом возникает, заключается в
установлении иерархии юридической силы в процессе применения и
исполнения этих норм в системе источников конституционного права
России.