Вы находитесь на странице: 1из 90

Билет № 14

1. Международные неправительственные организации


Международные неправительственные организации (МНПО) — это объединения национальных
общественных организаций, союзов, групп и отдельных лиц из различных государств, созданные в
целях содействия международному сотрудничеству в политической, экономической, культурной,
научно-технической и других сферах деятельности человека; эти организации учреждены не на
основании межправительственного соглашения и не ставят целью извлечение коммерческой
прибыли.
В международно-правовых документах понятие «международные неправительственные
организации» употребляется в отношении организаций, действующих на национальном,
субрегиональном, региональном или международном уровнях. Учитывая все это, МНПО условно
делят на два типа: объединяющие физических лиц и объединяющие национальные
неправительственные организации.
Бюджеты неправительственных организаций, как правило, складываются из взносов национальных
организаций, отдельных лиц, частных пожертвований, фондов, а иногда и взносов правительств.
Главная функция международных неправительственных организаций заключается в установлении
связей между государствами и негосударственными сегментами. В этом случае неправительственные
организации выступают как бы в качестве неполитического образования и способны действовать в
таком качестве как на национальном, так и на международном уровне.
Несмотря на огромное количество существующих МНПО и отсутствие единого мнения среди
ученых относительно типологии организаций данного рода, для всех без исключения представителей
данной категории акторов международных отношений характерны следующие особенности:
1. В отличие от других акторов стремятся не ко власти в её классическом понимании, а к
оказанию влияния на общественное мнение, как основному способу достижения своих целей;
2. Учредителями являются не государства, а разного рода неправительственные организации;
3. Принимаемые ими решения не имеют для государств юридической силы
Характерными особенностями МНПО являются: отсутствие целей извлечения прибыли; признание,
по крайней мере, одним государством или наличие консультативного статуса при международных
межправительственных организациях; получение денежных средств более чем из одной страны.
МНПО могут заключать договоры о найме персонала, владеть движимым и недвижимым
имуществом, выступать в судах и арбитражных судах.
ПРИМЕРЫ:
Международная Амнистия - Amnesty International
Международная неправительственная организация, основанная в 1961 году. Организация расследует
нарушения прав человека, доводит эти нарушения до внимания общественности, добивается
освобождения «узников совести» — тех, кто находится в заключении за свои убеждения либо из-за
этнического происхождения, пола, цвета кожи или языка. Также Амнистия выступает за
справедливый суд для политических заключенных, прекращение пыток и жестокого обращения с
заключенными и военнопленными, отмену смертной казни, соблюдение прав призывников на
альтернативную гражданскую службу и обеспечение прав беженцев.

Международный комитет красного креста


Гуманитарная организация, осуществляющая свою деятельность во всём мире, исходя из принципа
нейтральности и беспристрастности. Она предоставляет защиту и оказывает помощь пострадавшим в
вооружённых конфликтах и внутренних беспорядках. Представительства организации, где в общей
сложности работают более 12 тысяч человек, расположены почти в 80 странах мира. В ситуациях
вооружённых конфликтов МККК координирует деятельность национальных обществ Красного
Креста и Красного Полумесяца и объединяющей их Международной Федерации.

Врачи без границ - Doctors Without Borders/Medecins Sans Frontieres

Международная независимая гуманитарная медицинская организация, предоставляющая


неотложную помощь жертвам вооруженных конфликтов, природных катастроф и тем, кому отказано
в медицинской помощи. Оказывает помощь тем, кто в ней нуждается, вне зависимости от пола,
расовой принадлежности, религиозных убеждений и политических взглядов. Организация ежегодно
посылает более 3 тысяч добровольцев в более чем 80 стран мира, включая зоны вооружённых
конфликтов. Волонтёры организации работают во многих «горячих точках». Кроме того, «Врачи без
границ» ведут профилактическую и просветительскую работу по борьбе с наркоманией и СПИДом.
Основана в 1971 году и представляет из себя всемирное движение, состоящее из 23 ассоциаций.

2. Многосторонний конфликт вокруг архипелага Спратли.

Спра́тли — архипелаг в юго-западной части Южно-Китайского моря. Урегулирование же давнего


спора вокруг Спратли осложняется наличием большого количества претендентов ( КНР, Тайвань и
страны АСЕАН -Въетнам, Филиппины, Малайзия и Бруней), которые имеют массу взаимно
перекрещивающихся и накладывающихся друг на друга территориальных претензий, вследствие
чего перспектива полного удовлетворения требований всех сторон представляется малореальной.
Экономическое значение островов Спратли очевидно. Прежде всего, здесь осуществляется 10%
мировой добычи рыбы. Для стран-участниц территориального спора «рыбный вопрос» очень важен:
рыба – это 7% экспорта Вьетнама, рыболовный промысел составляет 4% ВВП Филиппин,
потребление рыбы на Филиппинах, во Вьетнаме, и в КНР достигает Золотухин И.Н. Американский
взгляд на территориальный спор ... 145 50%. Загрязнение акватории ЮКМ (в том числе и по причине
интенсивного судоходства и добычи углеводородов) влечёт социальные проблемы, которые в свою
очередь, ведут к обострению проблем безопасности – росту пиратства, борьбе за морское
пространство соседних стран.
освоенные резервы газа в районе шельфовой зоны Спратли в 1 трлн. куб футов, неосвоенные залежи
нефти от 5,4 до 8 млрд. баррелей и неосвоенные залежи газа от 7 до 55 трлн. куб футов. Короче
второй персидский залив.Интерес Китая к энергоресурсам шельфа Спратли очевиден с учётом того,
что в ближайшие 25 лет потребление нефти и газа в стране вырастет вдвое, а потребление угля, как
экологически грязного топлива, сократится. К тому же Спратли значительно ближе, чем Персидский
залив, что снижает себестоимость углеводородов, а также и инфраструктурные и транспортные
затраты.
Наконец, через архипелаг проходят мировые торговые пути, осуществляется транспортировка нефти
и газа в страны Восточной Азии.
Попытки КНР, Вьетнама, Филиппин договориться между собой тоже не привели к успеху: в 2008 г.
было разорвано соглашение о морской и сейсмической разведке в Южно-Китайском море и бывшие
подписанты начали добычу углеводородов в одностороннем порядке.
США. В контексте проблемы Южно-Китайского моря невозможно не упомянуть про курс США на
«возвращение в Азию». Стремление Китая использовать тактику силового давления в отношении
разрешения спора в 90-х годах привело к информационной кампании Филиппин, направленной на
осуждение действий КНР международной общественностью. Более того, уже в 1995 году США
негласной поддержкой своего Юго-Восточного союзника проявили знак своей включённости в
данный территориальный конфликт. Специальный посланник американского президента в разговоре
с президентом Филиппин Фиделем Рамосом «в категоричной форме выразил поддержку попыткам
Филиппин остановить китайское проникновение». После отпора, который страны ЮВА дали КНР,
последняя отложила попытки завладеть островами. Пекин осознал, чем грозит устойчивое
представления Китая как агрессивной державы. Тем не менее, в первой половине 2011 года
столкновения противоборствующих сторон возобновились. На этот раз под усиленным давлением
КНР и Вьетнам, вслед за Филиппинами, обратился за помощью к США. Были проведены совместные
вьетнамо-американские учения ВМС. В результате, за последние 15 лет территориальный спор в
Южно-Китайском море получил подлинную интернационализацию. Более того, в конфликт
вмешалась сверхдержава, которая наряду со странами АСЕАН настаивает на многостороннем
формате решения территориального спора.
Формально Москва не признает суверенитет ни одной из держав над спорными территориями,
придерживаясь верховенства международного права в разрешении подобных вопросов.

Чуть подробнее: Краткая справка

Споры в регионе ведутся между Китаем, Тайванем, Вьетнамом, Филиппинами, Малайзией, Брунеем
и Индонезией. Наиболее активными участниками территориального спора в ЮКМ являются Китай,
Вьетнам, Филиппины и Тайвань, обосновывающие свое присутствие на островах с помощью
различных аргументов. Главным обоснованием для КНР является «историческая принадлежность»
этих территорий, с чем не согласны остальные задействованные государства.

Острова представляют стратегический интерес для всех конфликтующих островов с точки зрения
богатых залежей углеводородов и возможности рыбной ловли, но на первый план выходит их
геополитическое значение. Возможность владения акваторией ЮКМ открывает Китаю возможности
для размещения там своей группировки новейших АПЛ и наращивания в регионе систем ПВО и
ракетных войск, что вызывает опасения всех сопредельных акторов, особенно США. Контроль
островов определяет также контроль морского транзита по морю, в данном контексте не только
страны АСЕАН и США, но и Япония и Южная Корея будут озабочены экспансией Пекина.

Современное состояние конфликта

Конфликт перешел в новую стадию в 2009 году, после того как Филиппины, Малайзия и Вьетнам в
соответствии с положениями Конвенции ООН по морскому праву в 1982 года предоставили свои
заявки в ООН на обладание исключительными экономическими зонами, на что Китай ответил
притязаниями на все острова Спратли и 80% акватории ЮКМ. В качестве итога данного витка
конфликта можно рассматривать постановление международного трибунала при посредничестве
постоянной палаты третейского суда в Гааге от 12 июля 2016, которое отказало Китаю в праве на
острова в ЮКМ. Власти КНР не принимали участие в процессе и не признали правомерность
решения.

Китай в свою очередь, несмотря на поданные иски, активно занимается строительством


искусственных островов на рифах в архипелаге Спратли, расширяя таким образом стратегическую
значимость занятых территорий без как такового территориального продвижения. Развитие
китайской военной программы не может не подкреплять беспокойства стран региона о возможной
экспансии и эскалации конфликта. Помимо строительства дополнительных авианосцев, китайские
стратегические интересы в данной зоне подкрепляются развитием атомного подводного флота. По
размеру своей группировки субмарин Китай занимает уже третье место в мире.

В связи с ростом конфликтного потенциала и наличием стратегических интересов в регионе, США


ведет активную деятельность по вопросу островов. В 2013 году Вьетнам провел военные переговоры
с США, Канадой, Малайзией, Новой Зеландией, Брунеем, Индонезией, ВМФ Королевства
Великобритании, расчертив таким образом примерную картину стратегического балансирования в
регионе. По итогу эти страны выразили согласие оказывать Вьетнаму поддержку в целях
обеспечения морской безопасности.

Новый виток конфликта начался 18 апреля 2020 года, после того как Китай в заявлении о создании
территориальных округов Наньша и Сиша официально включил в состав своей территории 80
островов ЮКМ. Данное действие было расценено Вьетнамом как «серьезное нарушение», а со
стороны Филиппин повлекло за собой демарш. Долгосрочные последствия данного решения еще
предстоит увидеть.

К акторам, играющим положительную роль в регионе, можно отнести АСЕАН которая приложила
свои усилия по деэскалации конфликта, выступив в 2016 г. гарантом рамочного соглашения Кодекса
поведения сторон в ЮКМ, остающегося до сих пор не подписанным вследствие территориальных
претензий. Их проект предполагает учет интересов всех задействованных сторон, предоставляя
площадку трем основным фракциям. Первая фракция Камбоджи, Лаоса и Мьянмы считает, что им не
следует разрушать свое экономическое и политическое сотрудничество с Китаем. Вторая,
включающая в себя Таиланд, Индонезию, Сингапур, Малайзию и Бруней, не видит в этом повода для
ссор. В то время как третья фракция в составе Филиппин и Вьетнама считает это большим вызовом.

Сегодня конфликт характеризуется следующими проявлениями:


Во-первых, страны региона и иные заинтересованные акторы проводят регулярные военные учения с
целью демонстрации силы. Последние значимые военные учения были проведены Китаем в начале
июля 2020 г. около Парасельских островов. Вашингтон выразил озабоченность действиями Пекина
и ответил ему собственными маневрами, впервые за шесть лет задействовав в учениях сразу два
авианосца Nimitz и Ronald Reagan вместе со стратегическим бомбардировщиком B-52 Stratofortress.
Спустя некоторое время, в апреле 2021 года Филиппины также объявили об усилении своего
присутствия с целью противостоять «угрозам» со стороны китайских судов и начали проводить
учения в районе спорных территорий. МИД КНР призвал Манилу «прекратить действия,
усложняющие ситуацию и обостряющие разногласия».

Во-вторых, регулярные дипломатические демарши и использование средств массовой информации


для продвижения своих позиций. Каждая из сторон старается по максимуму использовать
имеющийся у них информационный ресурс для внутренней и внешней пропаганды. Помимо
официальных СМИ, активно используются социальные сети, НГО и экспертные группы, которые все
больше становятся рупором определенной позиции вместо площадки для дискуссии.

В-третьих, постепенное закрепление Китая на спорных территориях. Несмотря на военизацию


конфликта, Китай не только не сбавил обороты, но и активизировал имеющиеся инструменты для
последовательного расширения своих позиций. Помимо создания искусственных территорий и
размещения контингентов, Китай активно использует экономические рычаги, укрепляя
экономическую зависимость стран региона.

В-четвертых, растущее противостояние Китая и США в экономической и политической сфере


проявляется в регионе, спорные территории которого рассматриваются в качестве одни из
фактических и символических столпов конфликта. В следствие этого уступки или отсутствие
реакции на действия одной из сторон конфликта может быть расценено в качестве «поражения».

Экспертные оценки

Западный «мейнстрим» придерживается мнения, что основной причиной конфликта является


агрессивная политика Китая по экспансии своего геополитического и экономического влияния.
Некоторые эксперты сходятся во мнении, что действия Пекина по отстаиванию «своих» территорий
играют в первую очередь роль в деле сохранения легитимности КПК внутри страны. В связи с этим,
доминирующей позицией является подчеркивание необходимости сдерживания Китая путем
увеличения количества военным маневров при тесном сотрудничестве со странами региона.

Российские эксперты разнятся в своих оценках, но разделяют общий скептицизм в отношении


скорого разрешения конфликта. Основной акцент делается на геополитике Китая и США, но также
учитываются и позиции других стран региона, политическая и экономическая ориентация которых
может привести к тому или иному сценарию развития конфликта. Помимо этого, разрастающееся
противостояние США и Китая рассматривается как глобальная проблема, которая затронет и Россию
в процессе своего дальнейшего развития.

Китайские эксперты в целом придерживаются более позитивных взглядов на долгосрочную


перспективу, рассматривая низкую интенсивность конфликта как окно возможностей для развития
многосторонних связей между Китаем и странами региона. Расширение взаимодействия по линии
экономически, гуманитарных и культурных связей может поспособствовать если не решению
конфликта, то как минимум замедлению негативных тенденций его развития.

Возможные сценарии развития конфликта

Исходя из исторических справок, имеющейся на сегодняшний день информации и экспертных


оценок, наша группа рассматривает три возможных развития конфликта в ближайшем будущем.
Первый, наиболее вероятный прогноз — это сохранение имеющейся тенденции к постепенному
закреплению Китая на спорных территориях при низкой интенсивности конфликта. Несмотря на
усиливающееся противостояние Китая и США, наличие многосторонних отношений со странами
региона, включая их экономическую взаимозависимость, позволит найти баланс между
необходимостью ответить на экспансию Китая и очевидное нежелание вступать в открытое
противостояние. Таким образом, страны региона продолжат рассматривать Китай в качестве угрозы,
выражать протесты по поводу его действий на спорных территориях и проводить военные учения, но
сохранение дипломатических контактов как важный элемент данного прогноза позволит
последовательно проводить консультации для сглаживания конфронтационного потенциала. В
контексте данного сценария, Китай займёт только часть акватории, что будет рассматриваться как
«историческая справедливость», при сохранении символического поля для маневра за счет
оставшихся территорий.

Второй, менее вероятный прогноз – временная эскалация конфликтности, после которой произойдет
сброс напряженности, в контексте которого стороны сядут за стол переговоров. Вероятность данного
исхода во многом зависит от наличия политической воли участников идти на уступки. Одним из
определяющих факторов может стать обсуждаемое в экспертном сообществе падение темпов
экономического роста Китая, либо более активное подключение АСЕАН в переговорный процесс в
роли медиатора.

Третий, маловероятный прогноз – полный или долгосрочный отказ стран региона, включая Китай, от
притязаний на острова или заключение соглашения о совместной деятельности на их территории под
общим суверенитетом. Низкая вероятность данного сценария определяется развивающейся по
нарастающей многоуровневой пропагандой, которая транслирует официальные позиции не только
для международного сообщества, но и для населения самих стран региона. Сохранение zero sum
game сознания среди политиков и развитого дискурса о легитимности претензий среди населения
является долгосрочной основой для сохранения конфликта.

Несмотря на прогнозы, в качестве возможного метода решения конфликта рабочая группа


рассматривает организацию многосторонних переговоров, которые подразумевают включение в них
всех заинтересованных сторон. Площадкой для переговоров может стать АСЕАН, в силу уже
наработанной под эти задачи бюрократической системы, либо через «добрые услуги», к примеру, со
стороны РФ. Данные переговоры нацелены в первую очередь на обмен мнениями между
делегациями стран с целью нахождения приемлемого для каждой стороны решения. Несмотря на
низкую вероятность позитивного исхода в краткосрочной перспективе, перенос обсуждения из СМИ
в дипломатическую плоскость позволят замедлить эскалацию. В качестве необходимой меры, каждая
встреча должна сопровождаться заключением финального документа, освещающим позиции и
разногласия сторон, который в следствие будет предоставлен в открытый доступ. Помимо
переговоров на уровне официальных лиц, перспективным проектом видится создание в рамках
переговорного процесса экспертной группы, которая будет работать над историческими аспектами
территориальных претензий. В краткосрочной перспективе рабочая группа должна снизить уровень
напряжения и послужить фундаментом позитивных изменений.

Билет № 15
1. Влияние пандемии коронавируса на современные международные отношения

Положение дел в мире продолжало ухудшаться в сфере не только глобальных угроз для здоровья
людей, но и «жесткой» безопасности. И это долговременный процесс, который прослеживается с
небольшими перерывами на протяжении всего времени после ухода в прошлое биполярности
эпохи холодной войны. Уровень военного насилия в мире принципиально не изменился. Так, в 2015–
2018 гг. в мире насчитывалось более 50 конфликтов с участием государств, что было даже больше,
чем за 30 лет до этого. Учащались случаи интернационализации гражданских войн в слабых
государствах, росла военная роль негосударственных игроков. С начала XXI в. кратно увеличилось
количество жертв международного терроризма. Как отмечалось выше, под вопрос поставлены
практически все каноны, выработанные в 1960–1990-е гг. в области контроля над вооружением и мер
укрепления доверия. Пандемия оказала сдерживающий эффект на военную активность в ми ре, что
не скажешь о военном планировании. Ряд военных учений, в т. ч. в Европе, были отменены или
уменьшены по масштабу. Произошел обмен медицинской техникой между Россией и США;
принято совместное заявление о «духе Эльбы»12 (также в июле 2020 г. подписано соглашение
между Российской академией наук и Национальной академией наук США о сотрудничестве в
различных областях исследований, связанных с COVID-19). Россия направила помощь в борьбе с
коронавирусом нескольким странам, в т. ч. членам НАТО. Однако взаимное восприятие, точнее,
неприятие, уровень недоверия таковы, что пандемия лишь временно приостановила нарастание
конфронтации между Россией и Североатлантическим альянсом. Даже если НАТО под прессингом
Соединенных Штатов будет сдвигаться к новым линиям противостояния в Юго-Восточной Азии, это
не означает, что опасная ситуация в Европе ослабнет сама собой.
В этой ситуации важно, признавая перечисленные трудности и факт блокирования политического и,
соответственно, военного диалога по линии Россия – НАТО, наращивать экспертные каналы обмена
мнениями («второй трек») по самым трудным вопросам с участием российских, европейских и
американских специалистов с подключением официальных лиц, совместную разработку решений по
деконфликтации. Приведем примеры международного проекта Института США и Канады РАН и
Института Европы РАН – Диалога «Россия – НАТО: как снизить напряженность и избежать
кризисов», запущенного в июне текущего года, или проект Европейской сети лидерства
(ELN) «Инициатива больших шагов»13, в рамках которого действует инициативная группа по
вопросам деэскалации в отношениях России – НАТО. Речь вряд ли может идти в обозримом
будущем о возвращении к практике сотрудничества, что является желательным, но на сегодня
идеалистическим вариантом. Несколько больше шансов постепенно вернуться к контролируемому
двустороннему сдерживанию. Но безусловный императив, претворение которого в жизнь не терпит
отлагательств, – фиксация «правил игры» в условиях нынешней политики двустороннего
устрашения. Надо сказать, что и сам Североатлантический альянс переживает далеко не лучшие
времена. И касается это не только отношения к нему Д. Трампа или состояния дел с Турцией, но и
общественного мнения стран-участниц. В период с 2007 по 2019 г. процент тех, кто
положительно относится к деятельности НАТО, снизился, например, в Болгарии с 54 до 42%, в
Германии – с 73 до 57%, во Франции – с 71 до 49%. В самих Соединенных Штатах этот показатель
никогда не был высок, опустившись в названный период с 53 до 52%14.
Геополитическое измерение пандемии предстает ярко выраженным явлением. В основном это
происходит в результате рукотворной деятельности и намеренных шагов, предпринимаемых в
первую очередь Вашингтоном. «Риск со стороны наших противников не только никуда не делся, его
только обострили обстоятельства пандемии», – утверждает К. Купер, помощник госсекретаря
США по военно-политическим делам.
Представители ЕС по-прежнему продолжают говорить о важности движения к «стратегической
автономии», но в то же время постоянно уступают давлению Вашингтона в отношении Китая и
России. Так, в июне 2020 г. на встрече министров иностранных дел ЕС и госсекретаря США М.
Помпео европейцы пошли навстречу Белому дому, согласившись запустить «двусторонний диалог»
по Китаю. Задолго до этого, в марте 2019 г., ЕС объявил Китай своим «системным противником»16.
В западных СМИ против Пекина используют приемы, дискредитировавшие себя еще
на поле антироссийских кампаний, но тем не менее по-прежнему востребованные. Так, в июле 2020
г. британские медиа сообщили, что бывший агент британских спецслужб К. Стил, подготовившей в
свое время скандальное «досье» на Д. Трампа, написал доклад теперь уже о «вмешательстве» Китая
во внутренние дела Соединенного Королевства. Брюссель продолжает сидеть на двух стульях, с
одной стороны, продвигая повестку Глобальной стратегии (июнь 2016 г.) и «оборонного пакта», а с
другой – делает все возможное, чтобы не вызвать излишнего раздражения американцев своими
претензиями на самостоятельность в политико-военной сфере. Что касается России, то ряд стран
ЕС являются прямыми лоббистами Вашингтона по торпедированию проекта
«Северный поток – 2». В новой стратегии национальной безопасности Польши, утвержденной в мае
2020 г., Россия названа основной угрозой безопасности.
В схожем ключе составлена военная доктрина Румынии, принятая в июне. Европарламент в год 75-
летия окончания Второй мировой войны занял открыто антироссийскую позицию по роли нашей
страны в освобождении Европы. Новая волна антироссийских настроений была поднята в ЕС в связи
с событиями в Беларуси. Сугубо неконструктивную позу приняли власти Германии в отношении
ситуации вокруг А.А. Навального и соответствующих запросов Москвы.
В то же время пандемия привела к дальнейшему осложнению отношений
между США и Евросоюзом. В нем крайне болезненно восприняли решение Белого дома о закрытии в
марте 2020 г. границ без согласования с Брюсселем. Вопиющими были расценены факты
перехвата и перекупки американцами в разных районах мира медицинских
масок и оборудования, предназначенных для ЕС, как и, например, попытка
США в агрессивной манере приобрести немецкую фармацевтическую компанию CureVac,
работавшую над изобретением и производством вакцины
от COVID-19.
Можно спрогнозировать, что прогрессирующие элементы деглобализации и различные формы
стратегической расстыковки США и их союзников будут стимулировать и облегчать
интеграцию военно-промышленных
комплексов стран – членов ЕС. Так, если экспорт французских вооружений в
2019 г. в целом снизился на 8%, то в европейские страны он вырос до 45% от
общего объема. Причем эти результаты
были достигнуты в острой конкуренции с США [Французский экспорт вооружений 2020].
Продолжаются работы по реализации франко-германского проекта по созданию боевого танка
нового поколения. К деятельности в
этом направлении в мае 2020 г. приступил консорциум оборонных компаний
двух стран. Предполагается, что замена
немецкого танка «Леопард-2» и французского «Леклерк» на новый образец
начнется в 2035 г. Импульсы к военной
интеграции стран-членов очевидны и
на примере информации о разработке Францией и Германией дальнейшей
стратегии оборонного сотрудничества
ЕС и подготовке к концу 2020 г. новой
оценки угроз [Брюссель выступил за
оборонную интеграцию 2020].
Отмечая эти факты, необходимо подчеркнуть, что на пути дальнейшего развития «стратегической
автономии» Евросоюза стоят не только политические
преграды, но в неменьшей степени и
финансовые, лишь усугубленные панденомикой. Предварительные параметры
нового 7-летнего бюджета ЕС, согласованные на рекордном по продолжительности саммите
организации 17–21 июля
2020 г., сулят ее Общей политике и политике безопасности мало хорошего. По
сравнению с предложениями Еврокомиссии по компоновке бюджета, финансирование
внешнеполитических и оборонных программ на 2021–2027 гг. урезано (только в части
внешнеполитических программ – на 15 млрд евро)
С учетом великого множества мнений и интерпретаций о влиянии и последствиях пандемии,
высказанных в
последнее время специалистами в России, Европе в целом и в США, постараемся выделить
ключевые стороны коронакризиса с точки зрения международных отношений.
Первое. Конкуренция между ведущими центрами силы в мире ускоряется и приобретает все более
ожесточенный характер. В ход идут политические, экономические, идеологические, военные,
информационные инструменты убеждения и принуждения,
не говоря уже о приемах пропаганды и
деятельности спецслужб. Даже вопрос
создания вакцин от COVID-19 усиливает раздоры между государствами,
обнажая «национальные эгоизмы». Создание лекарства от этого вируса превращается в тему для
шпиономании. В
июле текущего года Британия, США и
Канада обвинили Россию на сей раз в
попытке украсть информацию о разработке вакцины от коронавируса17.
Второе. Одной из несущих осей
этой конкуренции со всей очевидностью становятся противоречия между
США и Китаем, причем первые являются стороной, нагнетающей конфронтацию. В то же время
реалии в том, что
Китай не только в целом успешно и в
кратчайшие сроки справился с эпидемией, но и экономически продолжает значительно опережать
темпы развития экономики США и большинства
конкурентов. Конфликтность между
Вашингтоном и Пекином не является
одномерным явлением. Если политическая и технологическая расстыковка
между ними шла полным ходом, то, например, финансовые связи двух стран
по-прежнему усиливались [Дынкин,
Телегина 2020, с. 8].
Третье. Развернулась дискуссия о
сути и масштабах этих противоречий,
где сталкиваются два мнения: что американо-китайское противостояние ведет к новому изданию
глобальной би полярности и что соперничество двух
ведущих экономик на планете является
по своей природе двусторонним конфликтом, который по ряду объективных причин не может
вылиться в новую биполярность, сравнимую с эпохой холодной войны. Провозгласить ее,
конечно, можно, но это не будет отражением реальности.
Четвертое. Мировая экономика втягивается в самую глубокую рецессию
со времен Второй мировой войны или
даже Великой депрессии. По мере этого растут показатели социального неравенства как на мировом
и региональном, так и на внутристрановом уровне.
Мировой экономический спад является источником грозных рисков, но одновременно и
возможностей, особенно
в области «зеленой» экономики, биотехнологий, роботизации и т. п.
Пятое. Продолжается стратегическая расстыковка США и их союзников,
в первую очередь европейских. Еще несколько лет тому назад такой тезис был
в диковинку, но сейчас он стал общим
местом в рассуждениях ведущих европейских политиков и мозговых центров по обе стороны
Атлантики. «Ребалансировка» (pivot to Asia) в сторону Азии была объявлена не Д. Трампом, а его
предшественником Б. Обамой, а до него открыто пренебрегал
мнением ключевых европейских союзников Дж. Буш-мл. Вне зависимости от
исхода президентских выборов в США
Европа для Вашингтона останется по
своей приоритетности вторичной по
сравнению с Азией. Уже практически
во всех стратегических документах Вашингтона, и политических, и военных,
соперником номер один рассматривается Китай, что естественно с учетом
его экономической мощи и быстрого наращивания военного потенциала. В июле 2020 г.
государственный секретарь США Майк Помпео выступил
с программной речью, в которой фактически провозгласил новую холодную
войну против Китая и которая претендует на титул «Фултон 2.0»18.
Не только снижается былая интенсивность интереса Америки к Европе (как и к Ближнему Востоку),
но
этот процесс носит обоюдный характер. Благоприятное мнение о США высказывают лишь 45%
итальянцев, 41%
британцев, 40% испанцев, 31% французов и 26% немцев. Причем такие цифры лишь отчасти
коррелируют в Европе с негативным имиджем Д. Трампа. Если это было бы не так, то, например,
52% немцев не выступали бы против нахождения американских войск в
их стране.
Шестое. Усиливаются неопределенности и риски в развитии Евросоюза;
пандемия обострила его внутренние
проблемы, привела к всплеску евроскептических настроений, острым разногласиям между странами-
членами
по целому ряду вопросов как по линии
«север – юг», так и по линии «запад –
восток». В то же время драма Брекзита привела к определенной консолидации внутри объединения;
опасность
эффекта домино по выходу из ЕС других стран-членов на сегодня снята с повестки дня. Это не
означает, что снизилась угроза целостности нескольких государств из-за сепаратистских настроений,
которые вызваны не пандемией, а
намного более глубокими причинами.
Например, это касается Бельгии, где
постоянного правительства нет уже с
мая 2019 г., Испании (каталонский сепаратизм) и, уже за рамками ЕС, Британии (сепаратизм в
Шотландии и сре ди католиков-республиканцев Северной Ирландии).
Седьмое. Параллельно идут два
процесса: дальнейшее сближение России и Китая, в основном в политиковоенной сфере, и рост
конфронтационности в отношениях России, с одной
стороны, и США и Евросоюза – с другой. В ЕС мнения о политике в отношении России по традиции
разнятся, однако тон задают наиболее антироссийски настроенные страны – Польша и
государства Прибалтики. Также существует вероятность перехода Германии
в лагерь жестких противников России,
что продемонстрировали события вокруг А.А. Навального, как и недалекие
перспективы завоевания власти в Германии политиками, являющимися противниками какого-либо
стратегического сотрудничества с Москвой.
Восьмое. Все хуже функционируют
международные механизмы согласования интересов на фоне стремления опереться на региональные
интеграционные проекты, региональное сотрудничество, государственную промышленную
политику, принципы локализации,
деофшоризации не только экономических, но и политических факторов. Происходит, как отмечено
выше, не только
стратегическая расстыковка США и их
европейских союзников, но Вашингтон
стремится осуществить экономическую
расстыковку с Китаем (особенно в части
торговли и технологий), т. е. с первой
экономикой планеты по паритету покупательной способности.
В этой ситуации институт национального государства с новой силой
предстает опорным для решения как
внутренних задач, так и для поддержания международного сотрудничества. Стремление к
ренационализации
внешней и внутренней политики способствует этому процессу. К ренессансу института государства-
нации ведут многочисленные проявления деглобализации, которые, однако, имеют свои пределы. В
то же время усиление роли этого института сопровождается острой необходимостью
межгосударственного взаимодействия для решения трансрегиональных и глобальных проблем,
включая распад системы контроля над вооружениями, повсеместный рост социального неравенства,
глобальное потепление и др. Многосторонние институты находятся либо в состоянии стагнации,
либо переживают кризис; в первую очередь речь
идет о ВТО, ВОЗ, ОЗХО, ЮНЕСКО,
ООН в целом. В год 75-летия с момента
ее создания эта всемирно признанная и
универсальная организация испытывает на себе весь негатив противоречий
среди своих членов, особенно в Совете
Безопасности.
Девятое. В то время, как в мире ужесточается политическое и экономическое противоборство, все
чаще в ход
идут инструменты санкций, политического шантажа, недобросовестной конкуренции, ведутся
информационные
войны и осуществляется гибридное воздействие на соперников, продолжается развал системы
контроля над вооружениями. Ряд стран возвели в принцип
государственной политики накачку своих территорий импортными вооружениями и живой военной
силой, направленными на борьбу с «российской угрозой». Невысока вероятность продления
СНВ-3, как и спасения Договора по открытому небу с учетом того, что США
два предшествующих десятилетия планомерно разрушали архитектуру международной
безопасности, особенно в годы президентства Дж. Буша-мл.
и с новой силой при Д. Трампе. Растет
диспропорция между захлестывающим
массовые слои населения интересом к
экологической и климатической проблематике и контрастирующим с этим пренебрежением
угрозами милитаризации
и новой гонки вооружений.

2. Роль Австралии в АТР.

В настоящее время ключевыми задачами во внешнеполитической стратегии Австралии в атр


являются:
1) сохранение мирного существования в регионе;
2) обеспечение безопасности собственных территорий и стабильности в АТР;
3) создание условий для расширения свободных торговых связей.
Еще один важный пункт - предоставление помощи тихоокеанским государствам, находящимся на
пути к экономическому благосостоянию и стабильности. Австралия активно участвует в
международных программах по оказанию помощи развивающимся странам Азиатско-
Тихоокеанского региона. В частности, в южной части Тихого океана она обеспечивает половину
мирового объема ОПР (Официальная помощь в целях развития) на 14 тихоокеанских островов.
Она стремится играть активную роль в существующих региональных группировках, таких как
АСЕАН, АТЭС и Саммит стран Восточной Азии, работает над «формированием новой региональной
архитектуры, которая будет удовлетворять потребности региона и обеспечивать мирное будущее.
Помимо споров в Южно-Китайском море неблагоприятное воздействие на региональную
стабильность оказывают действия КНДР по осуществлению ядерной программы. Еще в 2012 г.,
когда была запущена северокорейская ракета с ядерной боеголовкой, со стороны австралийского
МИД звучали заявления о том, что такие действия представляют прямую угрозу для безопасности
Австралии и всего региона. Министр иностранных дел Боб Карр призвал правительство КНДР
«действовать в интересах собственного народа и открыто сотрудничать с международным
сообществом.
США. Основной акцент ставится на военное соглашение с Вашингтоном, что предполагает защиту
Австралии в случае возникновения угрозы. Определенное пространство в южной части Тихого
океана, которое включает в себя Новую Зеландию, Восточный Тимор и Папуа-Новую Гвинею,
находится в ведении Австралии. На данном участке она оставляет за собой право самостоятельного
принятия решений по осуществлению миротворческих и спасательных миссий. Также к сфере
действий австралийских войск относятся охрана торговых морских путей от нападений пиратов,
борьба с транснациональной преступностью и обеспечение безопасности информационного
пространства. Тогда как обеспечение безопасности региона в целом и Австралии в частности
остается за Соединенными Штатами. Вооруженным силам Австралии по большей части отведена
функция поддержки основных американских сил через участие в совместных операциях. С другой
стороны, не все страны, например, Юго-Восточной Азии доверяют Канберре из-за ее зависимости от
США. Еще свеж в памяти образ Австралии как «помощника шерифа» при премьерстве Джона
Говарда. Отношения с Индонезией до сих пор остаются прохладными после скандала вокруг
подслушивания австралийскими спецслужбами государственных лидеров. К тому же Джакарта не
может простить вмешательство вооруженных сил Австралийского Союза в конфликт в Восточном
Тиморе и приобретение им независимости. Тесное сотрудничество с Вашингтоном может привести к
снижению авторитета Австралии среди соседних государств. Хотя среди австралийского
руководства существует иное мнение на этот счет: «На наш взгляд, безусловно, тесные связи с
Соединенными Штатами плюс - не минус», а возвращение США в АТР расценивается как важный
фактор мирного развития региона.
В Белой книге по внешней политике 2017 г., где обрисовываются контуры австралийской
внешнеполитической стратегии на ближайшее десятилетие, указывается, что более, чем когда-либо
Австралия должна быть суверенной и взять на себя ответственность за собственную безопасность и
процветание. Одновременно с этим Канберра осознает пределы своих возможностей и признает, что
может быть сильной при условии тесной кооперации с ее традиционными партнерами.

Австралия позиционирует себя в качестве региональной державы с глобальными интересами,


поэтому в ближайшей и среднесрочной перспективе она будет стремиться к укреплению и развитию
многосторонних международных партнерств в АТР (АТЭС, АСЕАН и др.), а также таких
мегапроектов, как Транстихоокеанское партнерство (ТТП) и Всеобъемлющее региональное
экономическое партнёрство (ВРЭП) .

Особое значение австралийское правительство придает развитию двусторонних отношений с США,


Японией, Индонезией, Индией, КНР, Сингапуром, Республикой Корея и другими государствами .
Отдельно в этом ряду стран, безусловно, стоит Китай, в отношениях с которым не так все
однозначно.

Китай — главный торговый партнер Австралии. Экспорт в эту страну в 2017 г. достиг 68 млрд долл.
(США для австралийцев стоят лишь на 6 месте — 8,6 млрд долл.) Общий товарооборот двух стран в
2017 г. составил 120 млрд долл. Таким образом, австралийская экономика в значительной степени
зависима от китайской. Кроме того, по мнению некоторых экспертов, тесные торговые связи
Австралии и Китая сделали австралийский доллар одной из самых уязвимых валют

Взаимодействие двух стран имеет не только экономическое измерение. Отношения Канберры и


Пекина развиваются и по линии культуры, образования, науки, туризма и безопасности. «Мы
стремимся укреплять наше всеобъемлющее стратегическое партнерство в интересах обеих стран», —
указывается в Белой книге по внешней политике Австралии. А в Белой книге по обороне даже не
исключается расширение сотрудничества двух стран по линии обороны.

Однако усиление мощи Китая чревато ослаблением австралийских позиций как в АТР, так и в
Океании — традиционной сфере влияния Австралии. Похоже, что в среднесрочной перспективе не
исключена и определенная корректировка австралийской стратегической линии в отношении КНР.

Билет № 16
1. Внешняя политика России на рубеже XX-XXI веков: основные теоретические подходы.
Пять Концепций внешней политики РФ.
Внешняя политика Российской Федерации в постсоветский период характеризуется следующими
особенностями:

— изменения в геополитическом пространстве в силу смены парадигм в мировой политике в связи с


окончанием холодной войны, крушения СССР и социалистической системы;
— переход от биполярной системы международных отношений к многополярной, многовекторной
внешней политике;
— появление нового направления во внешнеполитической деятельности — отношений с бывшими
советскими республиками, а ныне странами СНГ.
Главными направлениями внешней политики России, начиная с 1992 г., являются следующие.

1. Проблемы европейской безопасности. Россия и НАТО.


2. Российско-американские отношения.
3. Россия и СНГ.
4. Взаимоотношения России с государствами Азии, Африки и Латинской Америки.
Безопасность на европейском континенте, приближение НАТО к российским границам в результате
принятия в ряды альянса Польши, Чехии и Венгрии стали приоритетами во внешней политике
России. В 1996 г. Российская Федерация вступила в Совет Европы — организацию,
рассматривающую все основные европейские проблемы.

Нормализовались отношения с НАТО. В мае 1997 г. в Париже был подписан документ,


определяющий взаимодействие России и НАТО. Новым шагом в этом направлении стала
Декларация "Отношения Россия — НАТО: новое качество" (май 2002 г.), в соответствии с которой
учреждался Совет "Россия — НАТО", являющийся механизмом консультаций и выработки

совместных решений и действий России и государств — членов НАТО по широкому спектру


вопросов безопасности в евроатлантическом регионе.

В 1997 г. на встрече в Денвере (США) глав семи крупнейших промышленно развитых стран было
одобрено вступление России в Парижский и Лондонские клубы кредиторов. Окончательно Россия
вошла в число ведущих стран мира ("Большая восьмерка") в 1998 г.

Российско-американские отношения всегда занимали важное место в международной деятельности


обеих стран. Российское руководство предприняло ряд инициатив: с боевого дежурства снято около
600 стратегических ракет, в январе 1993 г. был подписан договор о дальнейшем сокращении
стратегических наступательных вооружений (СПВ-2), по которому число ядерных боеголовок
сокращаюсь на 2/3. Отношения с США продолжают динамично развиваться. Президент В. В. Путин
был одним из первых, кто выразил поддержку США в борьбе с международным терроризмом после
атаки на американские города в сентябре 2001 г.

Углубляются стратегические отношения. Во время визита Президента США Дж. Буша-младшего в


Москву в мае 2002 г. была достигнута договоренность о новом соглашении по сокращению
стратегических наступательных вооружений (СПВ-3).

На равноправной основе развиваются отношения России и стран СНГ. Периодически проводятся


встречи глав государств, па которых согласовываются многие экономические, политические,
военные, миграционные и иные вопросы.

Россия и Белоруссия решили углубить интеграцию путем создания союзного государства,


становление которого идет непросто.

С помощью российских войск были погашены очаги вооруженных конфликтов в Таджикистане,


Молдове, Грузии, Нагорном Карабахе.

Однако ситуация на постсоветском пространстве продолжает оставаться сложной. В августе 2008 г.


произошел российско-грузинский военный конфликт, спровоцированный нападением грузинских
войск на российских миротворцев и мирных жителей в Южной Осетии. Грузия хотела насильственно
вернуть эти земли под свою юрисдикцию. Операция по принуждению грузинских властей к миру
была завершена 12 августа 2008 г., грузинские войска были вытеснены с этих земель, а Россия
признала независимость Южной Осетии и Абхазии.

В 2007 2010 гг. президентами Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации
были согласованы и подписаны документы о создании Таможенного союза Евразийского
экономического сообщества (ЕврАзЭС) с целью создания единой таможенной территории, в
пределах которой обеспечивается свободное движение товаров.

Взаимовыгодно развиваются отношения России с азиатскими, африканскими и


латиноамериканскими государствами. Одно из первых мест здесь занимают отношения с Китаем,
одной из крупнейших мировых держав. В июле 2001 г. в Москве был подписан российско-китайский
договор о партнерстве сроком на 20 лет. Данное соглашение создает основы для широкого
сотрудничества.
Россия 22 августа 2012 г. стала 156-м членом Всемирной торговой организации (далее — ВТО),
пройдя долгий и трудный переговорный путь, длившийся с 1993 по 2011 г. Вступление в ВТО было
очень важно для нашей страны, ибо данная международная организация регулирует торгово-
экономические отношения между государствами, способствует созданию благоприятных условий
для всемирной торговли.

Непросто развивались отношения с Японией, для которой главным вопросом всех контактов с
Россией является проблема Курильских островов.

Традиционным экономическим и политическим партнером остается Индия, с которой в январе 1993


г. был подписан договор о дружбе и сотрудничестве, а также заключено соглашение о передаче ей
криогенных ракетных двигателей.

Новый импульс отечественной внешней политике придала активная деятельность Президента РФ В.


В. Путина на международной арене. Им были установлены личные партнерские отношения с
лидерами большинства государств. Заметно вырос авторитет России в политике.

В 2000 г. в Москве Президентом РФ была утверждена новая концепция внешней политики России,
которая исходила из многополярной системы международных отношений, реально отражающей
многоликость современного мира с многообразием его интересов. Место России в мире
определялось как великой евразийской державы, несущей ответственность за поддержание
безопасности на земном шаре по всем направлениям, как на глобальном, так и региональном
уровнях.

Таким образом, в своей международной политике Россия стремится к прочному миру, установлению
партнерских отношений со всеми странами, включению в орбиту мировых экономических связей на
равноправной и недискриминационной основе.

Концепция 1993 г. её авторы ввели ставший в текстах будущих Концепций


неотъемлемым раздел, посвящённый месту России в мире и анализу
господствующих в международных отношениях тенденций 84. Более того,
указанные в документе задачи внешней политики («обеспечение безопасности
и суверенитета, защита прав и свобод российских граждан, создание
благоприятных внешних условий для внутреннего развития» и др.) 85 с
небольшими изменениями в формулировках сохранили свою актуальность
вплоть до сегодняшнего дня. Структурной особенностью КВП 1993 г. является
отсутствие характерного для всех последующих доктрин деления на
глобальные и региональные приоритеты внешней политики. 4 основные направления:
а) необходимость развития добрососедских отношений со странами
Постсоветского пространства;
б) необходимость интеграции России в сообщество наиболее развитых стран
Запада;
в) необходимость создания благоприятных внешних условий для проведения
рыночных реформ;
г) необходимость поддержания новых взаимовыгодных отношений со всеми
остальными странами (т.е. с государствами Азии, Ближнего Востока,
Африки и Латинской Америки)
Концепция 2000 г. эта доктрина оказала прямое влияние на все
последующие редакции: КВП 2008 г., 2013 г. и 2016 г. лишь дополняли и
немного корректировали положения предыдущих версий. Более того, именно
в 2000 г. была сформирована существующая и по сей день структура
документа, состоящая из следующих разделов:
1) «Общие положения», в которых дано определение концепции, указана
правовая основа документа, а также сформулированы высший приоритет и
основные цели внешнеполитического курса России;
2) «Современный мир и внешняя политика России», дающий общее
представление о ключевых господствовавших в данный исторический период
тенденций международных отношений и месте России в них;
3) «Приоритеты России в решении глобальных проблем», связанных с такими
вопросами как «формирование нового мироустройства», «укрепление
международной безопасности», развитие международных экономических
отношений, поддержание прав человека, а также осуществление
информационного сопровождения внешней политики;
4) «Региональные приоритеты», в которых последовательно изложены
состояние и перспективы развития отношений России со странами СНГ,
Европы (а также США), Азии, Ближнего Востока, Африки, а также
Центральной и Южной Америки;
5) «Формирование и реализация внешней политики РФ», где перечисляются
основные органы, участвующие в разработке и реализации
внешнеполитического курса
Интересной особенностью КВП 2000 г. является её взаимозависимость
с другими стратегическими документами, в частности с Концепцией
национальной безопасности 1997 г., оказавшей непосредственное влияние на
формулировку высшего приоритета внешней политики («защита интересов
личности, общества и государства»), понимание места России в мировом
сообществе и её национальных интересов, а также восприятие угроз
национальной безопасности173. Наконец, при разработке данной Концепции её
авторы стремились решить двуединую задачу: закрепить изменения,
произошедшие во внешнеполитическом курсе во второй половине 1990-х, и
провозгласить ключевые подходы в наступающем XXI веке. Многополярный мир блабла
Концепция 2008 г. Во-первых, одним из ключевых функциональных приоритетов стало
«верховенство международного права». Во-вторых, в разделе «формирование
и реализация внешней политики РФ» впервые отмечалась роль Правительства,
что было воспринято как демонстрация влияния на внешнеполитический курс
страны действующего на тот момент премьер-министра 293 , являвшегося
участником «тандема», отражавшего существовавшее в те годы политическое
взаимодействие между Д.А.Медведевым и В.В.Путиным.
В то же время необходимо отметить, что основные изменения касались
не «буквы», а «духа» стратегии внешней политики, которая, несмотря на
общую преемственность внешнеполитического курса, обогатилась новыми
тенденциями. В частотности, именно в этот исторический период Россия выдвинула целый ряд
крупномасштабных инициатив, направленных на
преодоление имевшихся разногласий (преимущественно со странами Запада)
по самым разным глобальным и региональным вопросам. В одних случаях
наши предложения оставались неуслышанными, в других – способствовали
формированию необходимого духа сотрудничества, приводившего к
конкретным результатам. Более того, многие внешнеполитические проекты
были подчинены идее сохранения благоприятных внешних условий для
стабильного экономического развития страны, проходившего под лозунгом
модернизации.
Продолжая отстаивать тезис о необходимости развития коллективных
начал при решении международных проблем295, Россия в этот исторический
период продвигала концепцию «сетевой дипломатии» 296 ,
противопоставляемую военно-политическим альянсам вида многостороннего
взаимодействия, предполагающего опору на «гибкие» структуры, создаваемые
для решения конкретных проблем, открытые для участия всех
заинтересованных стран и не требующие образования громоздких
бюрократических структур (т.е. создания постоянно действующего
секретариата организации, принятия Устава и пр.). Наглядным примером
практической реализации этой идеи стало создание новых форматов
коллективного решения проблем, необходимость появления которых стала
особенно заметной на фоне глобального экономического кризиса 2008–2009
гг.
Концепция 2013 г. В КВП 2013 г. впервые введено деление на
параграфы и закреплена актуальная вплоть до сегодняшнего дня иерархия
региональных приоритетов, в которой геополитический конструкт «Евро-
Атлантический регион» вытеснил традиционное деление на Европу и США, а
Латинская Америка опередила Африку. Наконец, в качестве отдельной задачи
выделялось «...дипломатическое сопровождение интересов экономических
операторов за рубежом...
Концепция 2016 г. реди нововведений
этой версии доктрины можно выделить следующие:
а) переформулирование основной цели внешнеполитической деятельности
(«обеспечение национальных интересов и реализация стратегических
приоритетов»);
б) добавление новых задач, в частности, «упрочение позиций РФ как одного
из влиятельных центров современного мира» 384 и «укрепление позиций
российских СМИ в глобальном информационном пространстве и доведение до
широких кругов мировой общественности российской точки зрения на
международные процессы»;
в) видоизменение одного из функциональных приоритетов: «формирование
справедливого и устойчивого мироустройства»;
г) смена акцентов в разделе региональных приоритетов, где, например, на
евроатлантическом направлении перестали фигурировать страны Восточной
Европы, Балтики и Балкан385.
Одной из ключевых концептуальных основ внешней политики России
является видение основ миропорядка. В этой связи Россия ещё с 1990-х
выступает за построение полицентричного (многополюсного 386 /
многополярного387 ) мира, базирующегося на нескольких представляющих
разные регионы мира центрах силы, сотрудничество между которыми должно
происходить на основе многосторонних форматов взаимодействия
(международных организаций и «сетевых» альянсов), на верховенстве
международного права и равноправных, партнёрских отношениях между
государствами при сохранении центральной координирующей роли ООН в
международных отношениях 388 . При этом Москва воспринимает себя в
качестве самостоятельного центра этой многополярной конструкции мира. Так, например, выступая
за
развитие правовых основ миропорядка, Россия неизбежно сталкивается с
неразрешенной в современном международном праве проблемой
соотношения таких принципов, как «территориальная целостность»
государств и «права наций на самоопределение»

2. Обострение конфликтов с участием Китая вокруг островов Сэнкаку и в Южно-


Китайском море.
В последние годы (начиная с 2010 г.) обострился длительный вялотекущий конфликт между
Японией и Китаем за спорные острова Сэнкаку (китайское название — Дяоюй-дао). Главная причина
обострения — попытки сторон завладеть месторождениями нефти и газа на шельфе островов.
В июне 1971 г. США вернули Японии Окинаву и Сэнкаку, которые после завершения Второй
мировой войны по условиям Сан-Францисского мирного договора (1951 г.) находились под их
временным административным контролем. МИД КНР выразил протест против возвращения этих
территорий Японии. Тем не менее вопрос не обострился, так как обе стороны были заняты
восстановлением дипломатических отношений и подготовкой Договора о мире и дружбе.
1978 г. (год подписания Договора) стал годом первого силового столкновения двух стран за спорные
острова. В апреле более 100 китайских рыболовных судов с транспарантами «Дяоюйдао — исконно
китайская территория» и крупнокалиберными пулеметами на борту вошли в их акваторию. В ответ
Япония внесла Сэнкаку в национальный реестр земель, а на самом большом острове, Уоцури (3,6 кв.
км), начала строительство вертолетной площадки, причалов и укрытий для рыболовецких судов.
Нужно отметить, что, предпринимая эти действия, стороны не афишировали зарождающиеся
противоречия, не делали громких заявлений. Лишь в 90-е гг. прозвучало официальное объявление
спорной территории «исконно китайской».
В 2003 г. КНР начала монтаж морской платформы и бурение скважин у границы с японскими
водами. В течение 2004 г. в японских территориальных водах были обнаружены более 20 китайских
исследовательских судов, а также атомная подводная лодка. В 2005 г. правительство Японии
объявило о рассмотрении заявок японских фирм на выдачу лицензий на добычу газа на шельфе.
МИД КНР потребовал отменить это решение, поскольку речь шла о «китайской территории».
Начались японо-китайские консультации, которые завершились принятием в 2008 г. предложения о
совместной разработке месторождения Асунаро (Лунцзин), а также о том, что японские компании
примут инвестиционное участие в разработке месторождения Сирикаба (Чуньсяо), уже осваиваемого
китайцами. По нескольким месторождениям переговоры решили продолжить.
В апреле 2010 г. началась демонстрация силы. Сначала Китай провел в Восточно-Китайском море,
вблизи южных территориальных вод Японии, учения ВМС с участием восьми кораблей и двух
подводных лодок. На запрос Токио власти Пекина опубликовали заявление Министерства обороны
КНР, в котором сообщалось, что учения носили плановый характер. Через несколько дней в районе
Окинавы прошли учения ВМС США, Японии и Австралии с участием 19 кораблей, в том числе
атомного авианосца, и значительного числа самолетов.
В сентябре 2010 г. в японских территориальных водах был задержан китайский рыболовный траулер,
при этом он оказал сопротивление силам береговой охраны. Китай пригрозил «жесткими ответными
мерами», потребовал вернуть судно и освободить капитана, которого Япония собиралась привлечь к
ответственности. В то же время японские самолеты зафиксировали в районе месторождений на
шельфе островов китайские суда с бурильным оборудованием. Официальный представитель МИД
КНР заявил, что «технические средства предназначены для ремонтных целей»1.
В обеих странах СМИ разразились бурей негодования. В провинции Сычуань (КНР) прошли акции
протеста, во время которых были разгромлены японские рестораны, магазины, разбиты машины
японских марок. Китай разместил свои патрульные суда вблизи островов, а Япония объявила о
направлении в Восточно-Китайское море специально оборудованного судна, которое должно было
проверить, не начал ли Китай несанкционированное бурение на газовых месторождениях2.
Весной 2011 г. Китай в одностороннем порядке, без уведомления японской стороны, начал
разработку газового месторождения Сирикаба (Чуньсяо).
В июле 2011 г. девять японских рыбацких лодок, в одной из которых находились представители
японской националистической группировки, вышли к спорным островам на лов рыбы. Реакция
Китая была молниеносной. Как отметил официальный представитель МИД КНР Хун Лэй, «любые
действия со стороны Японии в водах вокруг Дяоюйдао являются незаконными и недопустимыми.
Группа островов Дяоюйдао является китайской территорией с древнейших времен, и Китай обладает
неоспоримым суверенитетом над ней»3. Инцидент произошел, когда в Пекине шли переговоры
министров иностранных дел двух стран, и китайский министр Ян Цзечи официально заявил
японскому коллеге Такэаки Мацумото, что острова — исконно китайская территория. Японская
сторона констатировала: позиции сторон по вопросу о спорных островах остаются далекими друг от
друга4.
К этому времени спор за Сэнкаку вышел за рамки двусторонних отношений, к нему подключились
США и некоторые страны АСЕАН. В 2010 г. во время визита в Токио госсекретарь США Хиллари
Клинтон заявила, что действие американо-японского Договора о безопасности распространяется и на
названные острова. Госсекретарь предложила провести трехстороннюю встречу представителей
США, Японии и Китая для обсуждения проблемы5. МИД Китая заявил, что не намерен решать этот
вопрос при американском посредничестве.
Япония придерживается международного принципа первообладания11 и, поскольку она первой
заявила о своем праве на владение островами, считает, что реальное управление ими — ее право.
Можно сделать некоторые выводы. Вялотекущий конфликт из-за островов мешает полноценному
развитию японо-китайских двусторонних отношений. Им пользуются националистически
настроенные группировки обеих сторон. Но с учетом растущей мощи и влияния Китая в мире
вероятно усиление его давления на Японию, которую США в этом вопросе продолжат поддерживать
Билет № 17
1. Динамика внешнеполитического курса Российской Федерации в 1991-2021 годах.
После распада СССР наступил новый важный этап в истории российской государственности. Это
время можно условно разделить на три основных хронологических этапа: 1991-1993 гг., 1993-2000
гг., 2000-2012 гг.
Первый период (1992-1993 гг.) следует характеризовать как
«постсоветский», во многих отношениях переходный. В сжатые сроки, в условиях продолжавшегося
экономического кризиса, в Российской Федерации был осуществлен демонтаж советской
экономической системы и заложены основы рыночной экономики. Эти задачи были в основном
реализованы в ходе либеральных по содержанию и радикальных по исполнению экономических
реформ, начатых правительством Ельцина-Гайдара в январе 1992 г. «Шоковая терапия» привела к
резкому снижению уровня жизни населения. Усилились голоса критиков радикальных реформ, в том
числе среди членов депутатского корпуса.
Социально-экономический кризис, развал структур управления, сепаратистские тенденции
вследствие распада СССР, последствия борьбы Центра за лояльность автономий (политика
«автономизации» М.С.Горбачева, призыв Б.Н. Ельцина «берите столько суверенитета, сколько
хотите»), - все это вело к росту центробежных настроений в российских регионах. Нараставшее с
середины 1992 г. противостояние президентской и парламентской (в лице съезда народных
депутатов и Верховного Совета РСФСР) ветвей власти привело в 1993 г. к политико-
конституционному кризису и параличу власти. Это грозило утратой управляемости и развалом
страны. Россия оказалась на пороге Гражданской войны.
В результате победы Ельцина после трагических событий в Москве в октябре 1993 г. в России
произошла кардинальная смена политической системы. Была проведена поэтапная конституционная
реформа, создана республика, в которой президент получил обширные полномочия. Завершением
первого периода стала окончательная ликвидация доставшейся в наследство от СССР системы
Советов и принятие в конце 1993 г. ныне действующей российской Конституции.
Второй период в истории российской государственности (конец 1993- 2000 гг.) связан с
корректировкой курса реформ и попытками экономической стабилизации. В 1998 г. экономику
потряс новый финансовый кризис (дефолт), оказавший временное благотворное влияние на
экономические процессы. Однако параллельно нарастал кризис центральной власти, который
усугублялся правительственной чехардой, коррупционными скандалами, военно-политическим
кризисом в Чеченской Республике. В этих условиях президент Б.Н. Ельцин подал в отставку и, в
соответствии с Конституцией, руководителем государства стал премьер-министр В.В.Путин,
избранный вскоре новым президентом России.
В ходе третьего периода (2000-2012 гг.) В.В.Путин в рамках своего первого и второго президентских
сроков сумел стабилизировать ситуацию в стране, провести меры по укреплению властной
вертикали. Благоприятная конъюнктура способствовала экономическому росту, который
продолжался в России вплоть до начала мирового экономического кризиса 2008 г. При президенте
Д.А.Медведеве и премьер-министре В.В.Путине (май 2008 - май 2012 гг.) были предприняты меры
по преодолению экономического кризиса. Преемственность власти была подтверждена возращением
на пост президента России В.В. Путина в 2012 г. Становление новой России (1991-2000 гг.)
Б.Н.Ельцин и его окружение. Взаимодействие ветвей власти на первом этапе преобразований.
Предоставление Б.Н.Ельцину дополнительных полномочий для успешного проведения реформ.
Начало радикальных экономических преобразований. Либерализация цен. «Шоковая терапия».
Ваучерная приватизация. Долларизация экономики. Гиперинфляция, рост цен и падение жизненного
уровня населения. Безработица. «Черный» рынок и криминализация жизни. Рост недовольства
граждан первыми результатами экономических реформ. Особенности их осуществления в регионах
России. Меры по смягчению последствий «шоковой терапии» в Татарстане.
От сотрудничества к противостоянию исполнительной и законодательной власти в 1992-1993 гг.
Нарастание политико-конституционного кризиса в условиях ухудшения экономической ситуации.
Указ Б.Н.Ельцина №1400 и его оценка Конституционным судом. Попытки мирного выхода из
политического кризиса.
«Нулевой вариант». Позиция регионов. Посреднические усилия Русской православной церкви.
Трагические события осени 1993 г. в Москве. Обстрел Белого дома. Последующее решение об
амнистии участников октябрьских событий 1993 г.
Всенародное голосование (плебесцит) по новой Конституции. Ликвидация Советов и новая система
государственного устройства. Принятие новой Конституции России. Утверждение государственной
символики. Итоги радикальных преобразований 1992-1993 гг.
Обострение межнациональных и межконфессиональных отношений в 1990-е гг. Подписание
Федеративного договора (1992) и отдельных соглашений центра с республиками. Альтернативные
модели федеративного процесса («модель Татарстана»). Взаимоотношения Центра и субъектов
Федерации. Опасность исламского фундаментализма. Восстановление конституционного порядка в
Чеченской Республике.
Корректировка курса реформ и попытки стабилизации экономики. Проблема сбора налогов и
стимулирования инвестиций. Тенденции деиндустриализации и увеличения зависимости экономики
от мировых цен на энергоносители. Сегментация экономики на производственный и энергетический
секторы. Положение крупного бизнеса и мелкого предпринимательства. Ситуация в российском
сельском хозяйстве и увеличение зависимости от экспорта продовольствия. Финансовые пирамиды и
залоговые аукционы. Вывод денежных активов из страны. Дефолт 1998 г. и его последствия.
Повседневная жизнь и общественные настроения россиян в условиях реформ. Кризис образования и
науки. Падение престижа инженерного труда и интеллектуальных профессий. Социальная
поляризация общества и смена ценностных ориентиров. Безработица и детская беспризорность.
«Новые русские» и их образ жизни.
Новые приоритеты внешней политики. Взаимоотношения с США и странами Запада. Подписание
Договора СНВ-2 (1993). Вступление России в «большую семерку». Усиление антизападных
настроений как результат бомбежек Югославии и расширения НАТО на Восток. Россия на
постсоветском пространстве. СНГ и союз с Белоруссией. Восточный вектор российской внешней
политики в 1990-е гг.
Российская многопартийность и строительство гражданского общества. Основные политические
партии и движения 1990-х гг., их лидеры и платформы. Кризис центральной власти. Президентские
выборы 1996 г. Политтехнологи.
«Семибанкирщина». «Олигархический» капитализм. Правительство Е.М. Примакова. Обострение
ситуации на Северном Кавказе. Вторжение террористических группировок с территории Чечни в
Дагестан. Отставка Б.Н. Ельцина.
Россия в 2000-е гг.: вызовы времени и задачи модернизации
Политические и экономические приоритеты
Первое и второе президентства В.В. Путина. Президентство Д.А. Медведева. Избрание В.В. Путина
президентом на третий срок. Государственная Дума. Многопартийность. Политические партии и
электорат. Федерализм и сепаратизм. Разграничение властных полномочий центра и регионов.
Террористическая угроза. Построение вертикали власти и гражданское общество. Стратегия
развития страны. Экономическое развитие в 2000-е годы. Финансовое положение. Рыночная
экономика и монополии. Экономический подъем 1999-2007 гг. и кризис 2008 г. Структура
экономики и задачи инновационного развития. Сельское хозяйство. Россия в системе мировой
рыночной экономики.
Человек и общество в конце XX – начале XXI вв.
Новый облик российского общества после распада СССР. Социальная и профессиональная
структура. Занятость и трудовая миграция. Основные принципы и направления государственной
социальной политики. Реформы здравоохранения. Пенсионные реформы. Реформирование
образования и его результаты.
Демографическая статистика. Снижение средней продолжительности жизни и тенденции
депопуляции. Государственные программы демографического возрождения России. Разработка
семейной политики и меры по поощрению рождаемости. Пропаганда спорта и здорового образа
жизни. Разработка миграционной политики..
Повседневная жизнь. Качество, уровень жизни и размеры доходов разных слоев населения.
Общественные представления и ожидания в зеркале социологии.. Постановка государством вопроса
о социальной ответственности бизнеса.
Модернизация бытовой сферы. Россиянин в глобальном информационном пространстве: СМИ,
компьютеризация, Интернет.
Внешняя политика в конце XX – начале XXI вв.
Внешнеполитический курс в годы президентства В.В. Путина. Восстановление позиций России в
международных отношениях. Современная концепция российской внешней политики. Участие в
международной борьбе с терроризмом и в урегулировании локальных конфликтов. Центробежные и
партнерские тенденции в СНГ. СНГ и ЕврАзЭС. Отношения с США и Евросоюзом. Дальневосточное
и другие направления политики России.
Культура и наука России в конце XX – начале XXI вв.
Повышение общественной роли СМИ как «четвертой власти». Коммерциализация культуры.
Ведущие тенденции в развитии образования и науки. Расширение сферы платного образования.
Сокращение финансирования науки, падение престижа научного труда. «Утечка мозгов» за рубеж.
Основные достижения российских ученых и невостребованность результатов их труда. Религиозные
конфессии и повышение их роли в жизни страны. Предоставление церкви налоговых льгот. Передача
государством зданий и предметов культа для религиозных нужд. Особенности развития современной
художественной культуры: литературы, киноискусства, театра, изобразительного искусства.
Процессы глобализации и массовая культура.

В марте 2012 г. В. В. Путин победил уже в первом туре (63,6 %) и был избран президентом РФ на
период до 2018 г. Еще будучи председателем правительства страны, он предпринял меры по
поддержке экономики в условиях продолжающегося мирового экономического кризиса. Поскольку
надежды на быстрое восстановление народного хозяйства не оправдались и вернуться к устойчивым
темпам роста производства не удалось, предлагалось сделать ставку на развитие отраслей
машиностроения, металлургии, военно-промышленного комплекса, аграрного сектора и уменьшить
зависимость бюджета страны от экспорта сырьевых ресурсов. Это оказалось своевременным,
поскольку серьезный удар по доходам бюджета нанесло падение в 2014 г. мировых цен на нефть. Это
привело и к падению курса рубля по отношению к мировым валютам, росту инфляции, безработицы,
снижению доходов населения. На состояние экономики негативно сказались и введенные странами
ЕС и США санкций в связи с событиями на Украине.

Важнейшим событием стали состоявшиеся в Сочи XXII Зимние Олимпийские игры, на которых
сборная России добилась впечатляющего успеха. Вслед за этим наша страна получила право на
проведение чемпионата мира по футболу в 2018 г.

Российская внешняя политика при В. В. Путине приобрела больший прагматизм и


сбалансированность. Международные шаги отечественной дипломатии были направлены на
отстаивание национальных интересов и подчинены логике внутреннего развития. Россия вновь
превратилась в важного и равноправного участника мирового политического процесса.
Стратегическое партнерство отличает международные связи России с Индией, Китаем, Бразилией,
Южноафриканской республикой (БРИКС), со странами Шанхайской организации сотрудничества
(ШОС). На Ближнем Востоке Россия выступает за диалог между Израилем и Палестинской
автономией во имя сохранения мира и предотвращения войны, за прекращение вооруженного
конфликта на территории Сирии. В сентябре 2015 г. Россия начала активное участие в борьбе против
международного терроризма в этой стране и помогла законному правительству восстановить
контроль на территории страны.

Международное положение и внешняя политика России в настоящее время тесно связаны с


разразившимся политическим кризисом на Украине. В соседней братской нам стране произошел
государственный переворот, в результате которого в феврале 2014 г. во главе государства оказались
ультраправые националистические силы, заявившие о приверженности евроинтеграции и
фактическом разрыве экономических, политических и культурных связей с Россией. Но эти
намерения не встретили поддержки в Крыму и на юго-востоке Украины. Здесь население отстаивало
сохранение отношений с Россией, использование русского языка и культурных традиций, требовало
федерализации страны. Мирные протесты населения в Донецкой и Луганской областях новое
киевское руководство попыталось подавить вооруженной силой, развернув так называемую
антитеррористическую операцию, а фактически начав гражданскую войну против своего народа. Но,
несмотря на преимущество украинской армии в вооружении, живой силе и технике, подавить
сопротивление повстанцев не удалось. На многосторонних переговорах в Минске с участием
Франции, Германии, Украины и России в начале 2015 г. было принято решение о прекращении огня,
отводе тяжелых вооружений, контроле достигнутых соглашений со стороны ОБСЕ (Организации по
безопасности и сотрудничеству в Европе). В Крыму события развивались иначе. Здесь избранное
руководство Автономной республики Крым и города Севастополя отказалось признавать законность
смены власти в Киеве, провело референдум о статусе полуострова и города, и по его результатам
обратилось к руководству Российской Федерации с просьбой о принятии в состав России. В марте
2014 г. Федеральное собрание России одобрило это решение, Республика Крым и город Севастополь
стали новыми субъектами РФ.

Данный шаг вызвал отрицательную реакцию со стороны западноевропейских стран и США,


обвинивших Россию в агрессии и нарушении международного права. За этим последовали
политические и экономические санкции, усиление военного контингента НАТО на границах нашей
страны. Охлаждение отношений с западными партнерами явилось самым серьезным
внешнеполитическим кризисом после окончания холодной войны.

В марте 2018 г. состоялись выборы президента Российской Федерации, на которых победил В. В.


Путин, набрав уже в первом туре убедительное количество голосов избирателей (76,6 %). 7 мая 2018
г. состоялась церемония вступления В. В. Путина в должность главы государства. Главой
правительства РФ по его предложению был назначен Д. А. Медведев, утверждена структура
правительства и состав министров.

В мае 2018 г., на полгода раньше срока, было открыто движение по автомобильному мосту между
Таманью (Краснодарский край) и Крымом. С введением в строй Крымского моста развитие
полуострова в составе России, безусловно, станет еще более динамичным.

2021
 Продление Договора СНВ-3.
 Мораторий на размещение в Европе ракет средней и меньшей дальности.
 Саммит P5.
 Восстановление военного измерения в работе Совета Россия-НАТО (СРН).
 Включение России в осуществление «зеленой сделки» Евросоюза.
 Белорусский политический транзит.
 Недопущение эскалации в Донбассе.
 Предотвращение новой вспышки вооруженных столкновений в Карабахе.
 Расширение повестки дня Арктического совета.
 Завершение работы над «Северным потоком-2».
 Сохранение механизма OPEC+.
 Диверсификация экономического сотрудничества с КНР.
 Начало экономических и политических реформ в Сирии.
 Предотвращение кризиса в российско-турецких отношениях.
Ясно, что в этом списке отсутствуют задачи, связанные с возможным появлением на российских
внешнеполитических горизонтах тех или иных «черных лебедей» — непредвиденных изменений в
международной обстановке, на которые Москве так или иначе придется реагировать. Также понятно,
что не все пункты приведенного выше списка буду выполнены, а сам список может восприниматься
как субъективный и далеко не полный. Тем не менее, представляется возможным предположить, что,
если хотя бы половина из перечисленных задач будут решены, то следующие двенадцать месяцев
можно будет по праву считать вполне успешными для российской внешней политики.

2. Индо-пакистанский конфликт на современном этапе развития.


В 1947 г. на территории бывшей Британской Индии были образованы два государства - Индийский
Союз и Пакистан - с предоставлением им прав доминионов (1950 г. - провозглашена Республика
Индия, 1956 г. - ИР Пакистан). Раздел территорий произошел по религиозному принципу: провинции
с преимущественно мусульманским населением - Пакистану, а с индуистским - Индии. Одним из
спорных вопросов стала территориальная принадлежность княжества Джамму и Кашмир,
населенного преимущественно мусульманами. В соответствии с планом раздела, предусмотренным в
Акте о независимости Индии 1947 г., Кашмир имел право присоединиться либо к Индии, либо к
Пакистану.
Правитель княжества Хари Сингх (индуист) отказался от проведения плебисцита (СЕЙЧАС
ПАКИСТАН НА ЭТОМ НАСТАИВАЕТ) и присоединил Джамму и Кашмир к Индии. Это =>
недовольство Пакистана и ввод войск на территорию княжества. Первая индо-пакистанская война
1947-1948 гг. завершилась разгромом пакистанцев, общее число жертв составило 7,5 тыс. К 1 января
1949 г. под эгидой ООН была установлена линия прекращения огня, в соответствии с которой
северо-западная часть Кашмира (около 1/3) оказалась под контролем Пакистана, остальные
территории - под юрисдикцией Индии.
Вторая и Третья индо-пакистанские войны
В августе 1965 г. многочисленные пограничные стычки привели ко Второй индо-пакистанской
войне. Благодаря международным посредническим усилиям, в частности СССР, уже в сентябре
стороны начали мирные переговоры. 10 января 1966 г. была подписана Ташкентская декларация.
26 марта 1971 г. Бангладеш - бывшая провинция Восточный Пакистан, составлявшая около 16% от
общей территории страны, - объявила независимость. Это привело к войне между новым
государством и властями Пакистана. Индия первой признала Бангладеш, что было расценено
Пакистаном как нарушение Ташкентской декларации. Власти Пакистана начали третью войну
против Индии и вновь потерпели поражение. Уже 17 декабря стороны подписали соглашение о
прекращении огня, а 2 июля 1972 г. - Симлское соглашение об установлении контрольной линии
(она почти совпадает с линией прекращения огня 1949 г.).
После нескольких военных поражений Пакистан временно прекратил попытки оспорить
принадлежность Кашмира силовым путем. Однако с конца 1980-хх гг. в регионе активизировалась
деятельность исламистских организаций, требующих "свободы оккупированного Индией Кашмира".
Власти Индии заявляли о причастности Пакистана к спонсированию сепаратистов, однако
Исламабад отвергал эти обвинения.
Каргильская война и обострение 2001-2002 гг.
В мае 1999 г. между Индией и Пакистаном произошел новый вооруженный конфликт, получивший
название "Каргильская война". Пакистанские военные в очередной раз попытались отвоевать
Кашмир, но в июле того же года им нанесли поражение. Очередная неудача привела к военному
перевороту, в результате которого главнокомандующий вооруженными силами страны генерал
Первез Мушарраф сместил с поста п-м Наваза Шарифа (с 2013 опять он же).
Очередное серьезное обострение произошло в 2001-2002 гг. Повод - нападение боевиков-
сепаратистов на здание индийского парламента. В результате погибли десять человек. Индийские
власти обвинили Пакистан в поддержке сепаратистов.
Страны провели мобилизацию, и к январю 2002 г. на границе находились около 500 тыс. индийских
и 300 тыс. пакистанских военных. Угрозу обостряло наличие у обеих стран ядерного оружия. Хотя
полномасштабного конфликта удалось избежать, в результате приграничных столкновений погибли
порядка 3 тыс. военных.
Текущая ситуация
В настоящее время Индию и Пакистан в зоне Кашмира разделяет Линия контроля (с 1949 г. здесь
находится Группа военных наблюдателей ООН, контролирующая режим прекращения огня).
В индийской части региона продолжаются нападения боевиков. С 1989 г. в Кашмире погибли от 70
до 100 тыс. человек.
Очередная эскалация конфликта началась в июле 2016 г. Индийские военнослужащие
ликвидировали трех членов сепаратистской группировки "Хизб-уль-Муджахидин", в том числе
одного из ее лидеров Бурхана Вани. Эти события повлекли за собой столкновения между жителями
штата Джамму и Кашмир и индийскими силами безопасности.
18 сентября 2016 г. боевики совершили крупнейшее за последние 15 лет нападение на
дислоцированный в Джамму и Кашмире индийский пехотный батальон.
В связи с последней эскалацией в Кашмире в Исламабаде звучат все более воинственные заявления:
критики премьера Шарифа обвиняют его в недостаточной жесткости. Напомним, что после прихода
к власти в Индии нового премьера Нарендры Моди в мае 2014 года между двумя лидерами
установились неплохие личные отношения. Господин Моди сделал неожиданный жест, пригласив
главу соседнего государства на свою инаугурацию. После этого в обеих столицах заговорили об
индо-пакистанской перезагрузке. Однако последние события в Кашмире грозят перечеркнуть
наработки последних лет и вернуть два ядерных государства Южной Азии в эпоху прежнего
противостояния.
Столкновения происходят постоянно. В апреле и конце октября были опять. (В апреле Индия якобы
хотела провести операцию в Кашмире против мусульман). За последний год число вооруженных
инцидентов в Кашмире заметно возросло: индийские и пакистанские военные регулярно
обстреливают позиции друг друга, после чего каждая из сторон обвиняет другую в срыве перемирия.
Октябрь 2018: Представитель пакистанского МИД Мохаммад Фейсал заявил, что правительственные
силы Индии, предположительно, использовали химоружие во время недавней поисковой операции в
округе Бандипора. Фейсал обвинил военных соседней страны в "жестоком и бесчеловечном"
поведение в приграничных районах Кашмира.
Нью-Дели категорически отвергает обвинения Пакистана.
Вмешательство других игроков:
Пекин самоустранился от открытого вмешательства в спор двух соседей, но в 2000-е МИД Китая
начал поддерживать позицию Пакистана в вопросе мирного урегулирования в Кашмире. Даже если
официальные представители КНР воздерживаются от открытой критики Индии в кашмирском
вопросе, политика Пекина, включая дискриминационный визовый режим для граждан,
проживающих в индийском секторе, инвестирование в Азад Кашмир, и поставки вооружений для
пакистанской армии, говорит сама за себя.
В годы холодной войны СССР и США старались напрямую не вмешиваться в кашмирский
конфликт, ограничивая свою роль участием в урегулировании наиболее острых кризисных ситуаций
между Индией и Пакистаном.
Появление ядерного фактора заставило США более активно вмешиваться в конфликт. В первой
половине 1990-х гг. Вашингтон занимал скорее пропакистанскую позицию, оказывая давление на
Индию в связи с массовым нарушениями прав человека. Однако после 11 сентября 2001 г.
Вашингтон признал связь действующих на территории индийского Кашмира группировок с
международным терроризмом и начал оказывать политическое давление на Исламабад, чтобы
добиться свертывания поддержки исламистов в Кашмире.
Сейчас основная задача и США, и России — не допустить превращения Кашмира в очаг
международного терроризма и предотвратить перерастание конфликта в ядерную войну. Только
благодаря посредничеству России и США в переговорах между Дели и Исламабадом удалось
избежать эскалации противостояния.
Ядерное противостояние, существующее между Индией и Пакистаном. Гонка ядерных вооружений с
обеих сторон продолжается в условиях индийско- американского соглашения по сотрудничеству в
области мирной атомной энергии, а также снятия ограничений Группой ядерных поставщиков (ГЯП)
на поставки Индии ядерной технологии и оборудования. Соглашение являет собой пример «двойных
стандартов» США в подходе к проблеме ядерного распространения, девальвирует значимость
ДНЯО.
Доступные факты говорят о том, что группировкой, проявляющей активный интерес к
пакистанскому ядерному оружию, является международная террористическая сеть «Аль-Каида».
Внутриполитическая ситуация в Пакистане, в настоящее время, характеризуется заметным ростом
исламистской террористической угрозы
Как очевидно, в настоящее время, гражданское правительство в Пакистане не в состоянии
самостоятельно справиться с волной террора и насилия, прежде всего с растущим числом
террористических актов со стороны боевиков «Талибана» и «Аль-Каиды».
В случае неблагоприятного развития внутриполитической ситуации в Пакистане, вероятна
нелегальная передача чувствительных ядерных технологий «проблемным», с точки зрения, ядерного
распространения странам, таким, как Иран и Северная Корея, и, возможно, Саудовская Аравия и
Сирия, что создаст для России угрозу возникновения «исламского ядерного пояса» или «ядерной
дуги нестабильности» по периметру южных границ СНГ и РФ.
По состоянию на 2021 г. ситуация взаимоотношений между странами продолжает накаляться и
находится практически на грани объявления войны. Оба государства сконцентрировали свои
вооружённые силы вблизи с границей и регулярно проводят усиленное патрулирование своих
территорий.
В феврале противники устроили артиллерийский обстрел. Хотя призыв вступить в переговоры
высказывали все ведущие державы мира, а руководство РФ даже предложило сотрудничество на
нейтральной стороне, разрешение конфликта пока не предвидится.
Воздушный бой 1 марта 2019 г.
Столкновения авиации враждующих сторон признано крупнейшим в мире за несколько последних
лет. В воздушном бою приняли участие 32 самолёта.
Подробностей произошедшего очень мало, известно, что со стороны Пакистана принимали участие
восемь американских Ф-16, индийскую авиацию представляли два МиГ-21. Об остальных
участниках данных нет.
В результате сражения Пакистан потерял один американский самолёт, Индия — два, один из
которых упал на её территории, второй — на стороне противника, пилот попал в плен.
Эти события стали продолжением конфликта, произошедшего 14 февраля. В этот день пакистанский
смертник, подорвав себя, убил более 40 военнослужащих противника. В ответ индийцы нанесли
авиаудар по позициям пакистанской армии.
Сегодня
После своеобразного «обмена любезностями» стороны наконец-то осознали, что находятся на грани
ядерной войны. Проанализировав события и возможные «перспективы», противники внезапно
поняли, что даже сев за стол переговоров, не смогут найти авторитетных посредников.
США использует Исламабад в качестве главного парламентёра в Афганистане. Индийцы выступают
в качестве одного их главных элементов сдерживания внешней политики Китая. Последний, в свою
очередь, вряд ли сможет оказать значительную помощь. Слишком многими бизнес-контрактами он
связан с Исламабадом, а желания ссориться с индийцами нет из-за собственных давних вопросов,
касающихся территорий Тибета.
Таким образом, американское или китайское правительство не может выступать в роли посредника
из-за сильной взаимосвязи и двухсторонней зависимости, которая может отразиться на дальнейшем
сотрудничестве (если один из противников окажется недовольным результатами).
Поэтому можно предположить, что именно такая оценка происходящего могла послужить причиной
того, что стороны приостановили вражду. Исламабад отпустил пленного лётчика. Нью-Дели,
получив военнослужащего, прекратил активные движения войск вдоль границ.
Можно предположить, что обе стороны «остались довольны» результатом:
 Пакистан показал, что способен уничтожить авиацию противника.
 Индия вернула пленного пилота и отомстила за террористический подрыв авиаударом.
Хотя армии двух стран сегодня и находятся в боевой готовности, такой активности, как в конце
февраля и начале марта уже не наблюдается. Политики при этом сели за стол переговоров, поняв, что
война (возможно, третья мировая) не нужна ни одной, ни другой стороне.
На протяжении 70 лет своего независимого существования как государств современного мира Индия
и Пакистан находятся в напряженном отношении друг с другом. Но из-за того, что оба государства
являются членами Ядерного клуба и имеют на своём вооружении более 100 атомных боеголовок,
каждый результат давнего противостояния может оказаться плачевным.

Билет № 18
1. Российская Федерация как системообразующий элемент многополярного мирового
устройства. Глобальные и региональные приоритеты её внешней политики.

Глобальное – участие в разных м/н организациях. В этой связи в качестве одного из краеугольных
камней
внешнеполитической стратегии России выступает поддержание центральной
координирующей роли Организации Объединенных Наций в международных
отношениях. Что касается реформы Совета Безопасности ООН428, Россия исходит из
принципа, что создание дополнительных мест возможно лишь в случае
достижения максимально широкого консенсуса среди стран-участниц .
Кроме того, наша страна официально поддерживает заявки Индии и Бразилии,
а также считает необходимым обеспечить постоянное присутствие
Африканского континента в работе органа430 . При этом статус постоянных
членов Совета Безопасности должен быть сохранен. На антитеррористическом направлении наша
страна придаёт
первостепенное значение претворению в жизнь Глобальной
антитеррористической стратегии ООН439, в деле борьбы с изменением климата
подписала и ратифицировала Парижское соглашение по климату 2015 г.440, а в
области устойчивого развития поддерживает Глобальную повестку дня
2030.
К числу основных достижений БРИКС относят политическую
координацию по ключевым вопросам международных отношений в рамках
ООН и Группы двадцати453, создание около 70 форматов межведомственного
сотрудничества454 , переход на взаиморасчёт в национальных валютах 455 ,
достижение 15% голосов в МВФ, позволяющих применять
скоординированное право вето 456 , создание Нового банка развития
(капитализация – 200 млрд долл.) и Пула валютных резервов (объёмом 100
млрд. долл.) 457 , Сетевого университета и мн. другое. При этом на данный
момент страны-члены объединения не считают необходимым создание
военно-политического союза458.
Успехи БРИКС неизменно ставят вопрос о возможном подключении к
работе объединения новых участников. И хотя расширение объединения на
повестке дня не стоит459, страны–члены организации выработали несколько
способов работы в расширенном составе. Так, благодаря механизму «аутрич»
с 2013 г. страна-председатель имела возможность приглашать на саммит
БРИКС своих региональных партнёров (ЮАР – страны Африки, Бразилия –
страны Латинской Америки, Россия – страны СНГ и ШОС). Другим
механизмом стал предложенный Китаем в 2017 г. формат «БРИКС+»,
позволяющий каждой стране объединения приглашать по одному из своих
региональных союзников для формирования сети партнёров по диалогу из
всех регионов мира.
+проблемы вооружений. (СНВ-3 в 2010). Обеспокоенность выходом США из ДРСМД. В рамках
многосторонних структур Россия выступает за
универсализацию ДНЯО путём присоединения Израиля, Индии и Пакистана в
качестве неядерных государств.
+ Борьба с терроризмом.
Региональные.
1.Внимание на постсоветское пространство. Самым главным интеграционном проектом для
России на
Постсоветском пространстве остаётся созданный в 2015 г. ЕАЭС,
объединяющий «евразийскую пятёрку» (Россия, Белоруссия, Казахстан,
Армения, Киргизия). В то время как основным внутрирегиональным
приоритетом организации является создание общего рынка («свободное
перемещение товаров, услуг, капиталов и рабочей силы, а также проведение
скоординированной, согласованной или единой политики в отраслях
экономики»554 ), главной внешнерегиональной целью объединения следует
рассматривать формирование Большого евразийского пространства с
участием ЕАЭС, ШОС и АСЕАН555.
В последние годы одной из отличительных черт ЕАЭС стала активная
международная деятельность: с 2015 г. действует зона свободной торговли
(ЗСТ) с Вьетнамом, с 2018 г. – с Ираном, а с 2019 г. – с Сербией и
Сингапуром556 . В этом же году было подписано Соглашение о торгово-
экономическом сотрудничестве с Китаем 557 . Параллельно с этим ведутся
переговоры о создании ЗСТ с Индией, Израилем, Египтом и др.558. Всего же, в
разное время, интерес к сотрудничеству с ЕАЭС проявили около 50 государств
и 10 интеграционных образований.+ ОДКБ.
2. ЕС. (сначала норм отношения, потом санкции)
3.АТР (сотрудничество с Китаем – договор о дружбе 2001). в качестве одного из ключевых
институтов для России в этом
регионе выступает Шанхайская организация сотрудничества, занимающаяся
как обеспечением региональной безопасности, борьбой с терроризмом,
сепаратизмом, экстремизмом и наркоугрозой, так и развитием экономического
сотрудничества, а также поддержанием гуманитарных связей. Не менее важны для будущего
Евразии отношения России с АСЕАН. Так,
наша страна заинтересована не только в развитии стратегического партнёрства
на базе существующего с 1996 г. диалогового партнёрства с АСЕАН, но и в участии в
Восточноазиатском саммите683, Региональном форуме АСЕАН по
безопасности, Совещании министров обороны государств – членов АСЕАН с
диалоговыми партнерами684 . Развитие отношений с АСЕАН как одним из
важнейших глобальных и региональных центров в формирующемся
многополярном мире нацелено на то, чтобы положение в АТР определялось
не на основе заключения договоренностей в рамках закрытых блоковых
структур и альянсов, а путём проведения открытого диалога с участием всех
стран региона685.
Россия и АСЕАН не только разделяют общие политические ценности:
уважение принципа невмешательства во внутренние дела, суверенитета,
равноправия и пр.686, но и активно развивают экономическое сотрудничество:
подписание между ЕАЭС и Вьетнамом Договора о зоне свободной торговли,
реализация крупных инфраструктурных проектов (проекты РЖД и «Петрос» в
Индонезии, строительство АЭС «Ниньтхуан–1» во Вьетнаме, проекты
«Газпрома» и «Роснефти» в Южно-Китайском море и др.)687.
Представление об азиатском направлении внешней политики было бы
неполным без анализа участия России в Азиатско-Тихоокеанском
экономическом сотрудничестве (АТЭС). На фоне продолжающегося кризиса
в ВТО (отсутствие прогресса в рамках Дохийского раунда, протекционизм
США как главной мировой экономики, складывание закрытых экономических пространств и пр.)
основное регулирование международной торговли
переходит на макрорегиональный уровень, в том числе и в зону
ответственности АТЭС. В этой связи, Россия поддерживает общую позицию в
рамках АТЭС о дополняющей роли региональных соглашений по отношению
к глобальным многосторонним договорённостям688. В то же время основной
недостаток в деятельности АТЭС заключается в неспособности стран–
участниц форума договориться об условиях Азиатско-тихоокеанской зоне
свободной торговли.
С японией никак не разберемся с курилами. Россия не поддерживает санкции против КНДР.
Ближний Восток. СИРИЯ. Так, в ближневосточном урегулировании
(БВУ) Россия выступает за т.н. двугосударственное решение (“the two-state
solution”), т.е. за создание независимого739, территориально непрерывного и
жизнеспособного палестинского государства, мирно сосуществующего с
Израилем в безопасных границах740 и со столицей в Восточном Иерусалиме. СОТРУДНИЧЕСТВО
С ИРАНОМ.
Латинская Америка. В то же время к числу основных торгово-экономических партнёров
нашей страны в регионе следует отнести Бразилию (товарооборот в 2018 г. –
5 млрд долл.), Мексику (2,9 млрд долл.), Эквадор (1,6 млрд долл.) и Аргентину
(1,2 млрд долл.) 772 . Более того, Аргентина, Бразилия и Мексика остаётся
нашими партнёрами в рамках G20, а Бразилия – в рамках БРИКС. Что же
касается номенклатуры экономического взаимодействия, то Россия стремится
развивать не только военно-техническое или нефтегазовое сотрудничество, но
и взаимодействие в области машиностроения (авиа- или вертолетостроение),
биофармацевтики, развития мирного космоса, IT-технологий.
Африка. Ключевым партнёром России на континенте следует считать ЮАР,
ставшая своеобразным «окном в Африку». Являясь главным региональным
торгово-экономическим партнёром, ЮАР также остаётся нашим надёжным
союзником в БРИКС782 и G20783 в том, что касается не только реформирования
политико-экономической архитектуры современных международных
отношений, но и развития связей с другими государствами Африки, а также
помощи странам региона в развитии.
На двусторонней основе Россия вносит свой посильный вклад в решение
общерегиональных проблем, в частности, путём списывания государственных
долгов африканских стран (на сумму более 20 млрд. долл.) в рамках
конверсионной программы «долг в обмен на развитие», в то время как общая
сумма содействия международному развитию составила 875 млн. долл.784
Кроме того, та весомая роль, которую играет Москва в улучшении социально-
экономического положения народов континента, особенно ярко
иллюстрируется усилиями как по противодействию угрозе возникновений
пандемических болезней (таких как Эбола), так и по предоставлению
возможностей для обучения студентов в отечественных вузах (более 15 тыс.
студентов из Африки). осознание необходимости
активизации африканского направления лежало в основе проведения в 2019 г.
в Сочи саммита Россия–Африка793 , по итогам которого был создан форум
партнёрства, предполагающий проведение подобных встреч на высшем
уровне с периодичностью раз в три года, а также ежегодных встреч министров
иностранных дел в формате Россия и «тройка» Африканского союза
(включающая бывшего, нынешнего и будущего председателей
организации).

2. Афганский конфликт на современном этапе развития.

"Несокрушимая свобода" (2001-2014 годы)


С 1996 года большая часть территории Афганистана была под контролем радикального
исламистского движения "Талибан" (запрещено в РФ). Здесь находились базы международной
террористической организации "Аль-Каида" (запрещена в РФ) и ее лидер Усама бен Ладен.

После организованных "Аль-Каидой" терактов в США 11 сентября 2001 года и отказа выдать Усаму
бен Ладена США и Великобритания начали против талибов военную операцию "Несокрушимая
свобода" (Enduring Freedom). Ее целями были заявлены освобождение Афганистана от влияния
талибов, уничтожение баз террористов и захват руководителей "Аль-Каиды". Операция не была
одобрена ООН - США и Великобритания лишь уведомили Совет Безопасности о начале военных
действий, квалифицировав их "как реализацию права на индивидуальную и коллективную
самооборону в соответствии со статьей 51 Устава ООН". Американо-британская группировка,
непосредственно участвовавшая в боевых действиях, насчитывала до 55 тыс. военнослужащих.
Более 40 стран (в основном страны - члены и партнеры НАТО) предоставили воздушные коридоры,
аэродромы, передвижные госпитали и т.д.

К декабрю 2001 года режим талибов был свергнут. После завершения основной фазы перед
участниками операции были поставлены задачи поиска и ликвидации отрядов талибов и "Аль-
Каиды", действовавших в южных и восточных провинциях Афганистана вблизи с границами
Пакистана. Костяк контингента составляли американцы (10 тыс., или более 90% от общего состава).
Руководили операцией США. 2 мая 2011 года американским спецназовцам удалось ликвидировать в
Пакистане Усаму бен Ладена.

ISAF (2001-2014 годы)


В декабре 2001 года с санкции СБ ООН (резолюция 1386) были созданы Международные силы
содействия безопасности в Афганистане (International Security Assistance Force in Afghanistan, ISAF).
В общей сложности в период с 2001 по 2014 год в состав ISAF входили подразделения 50 стран - 28
стран НАТО и 22 стран - партнеров альянса. Численность этой коалиции была непостоянной. На
пике - в 2012 году - она достигала 130 тыс. человек. Численность американского контингента
составляла в разные годы от 1/2 до 3/4 состава ISAF (пик в 2011 году - 101 тыс. американцев),
британский контингент до сокращения в 2012 году насчитывал 9,5 тыс. Помимо США и
Великобритании наибольшие контингенты предоставили Германия (2012 год - 5,3 тыс.) и Италия (в
2011 году - 4,2 тыс.).

На начальном этапе руководство силами коалиции осуществлялось государствами на добровольной


основе по полгода. С августа 2003 года она действовала под руководством НАТО (первая операция
альянса за пределами Европы). Первоначально зона ответственности ISAF охватывала только Кабул.
В 2003-2006 годах она была расширена на всю территорию страны. Целями ISAF были объявлены
содействие правительству Афганистана в расширении и закреплении центральной власти на всей
территории страны, поддержание безопасности, создание условий для соблюдения законности. ISAF
оказывали помощь правительству Афганистана в проведении президентских и парламентских
выборов, обеспечивали деятельность Кабульского международного аэропорта, содействовали
руководству страны в создании национальной армии и реформировании органов безопасности. Для
реализации восстановительных проектов в ключевых населенных пунктах страны были
расквартированы "провинциальные группы реконструкции" (Provincial Reconstruction Team, PRT),
включавшие военных и гражданских специалистов. Их задачей было содействие процессу
восстановления страны.

Завершение боевых миссий в 2014 году


К 2013 году иностранным войскам и афганским силовым структурам удалось перевести под
контроль правительства в Кабуле примерно 70% страны, в связи с чем началось постепенное
сокращение численности коалиционных войск. К 31 декабря 2014 года контингенты всех стран,
кроме США, были полностью выведены. За 13 лет проведения операции "Несокрушимая свобода" и
действий войск ISAF погибли 2,2 тыс. военнослужащих США и 1,8 тыс. из других стран коалиции.

Иностранные войска в 2015-2021 годах


Завершение боевой миссии НАТО вызвало увеличение активности талибов. Помимо этого,
обстановку усугубляли действия боевиков террористической группировки "Исламское государство"
(ИГ, запрещена в РФ), воюющих как против правительства в Кабуле, так и против талибов. США и
другие страны НАТО стали наращивать свое военное присутствие в стране. С 1 января 2015 года с
целью обучения сотрудников полиции, служб безопасности и армии Афганистана в республике
начала действовать небоевая миссия НАТО "Решительная поддержка" (численностью около 17 тыс.
человек, в т.ч. 8,4 тыс. из США).

К концу 2017 года талибы владели уже 13% территории страны (в 2015 году - 7%), правительство
удерживало лишь 57%. На этом фоне американская администрация начала искать пути для
переговоров и заявила о готовности поддержать мирные переговоры между правительством
Афганистана и движением "Талибан". 29 февраля 2020 года США и талибы подписали соглашение, в
соответствии с которым последние обязались прекратить террористическую и военную
деятельность, а США и их союзники - вывести войска в течение 14 месяцев (к 1 мая 2021 года).
Постепенное сокращение сил началось в марте 2020 года. По состоянию на январь 2021 года, в
составе американского контингента насчитывалось 2,5 тыс. человек, численность участников
небоевой миссии НАТО, по данным на февраль 2021 года, составляла порядка 10 тыс. (36 стран -
участниц).

В апреле 2021 года новый глава Белого дома Джо Байден объявил, что вывод американских войск
начнется ближе к 1 мая и завершится к 11 сентября 2021 года. Вслед за США подобное решение
было принято в НАТО. В заявлении альянса говорится, что силы, участвующие в операции
"Решительная поддержка", начнут покидать страну одновременно с американскими военными.
Представители движения "Талибан" считают это решение нарушением достигнутого ранее
соглашения.

По мнению экспертов, международная военная поддержка является решающим фактором


стабильности в Афганистане. Многие наблюдатели опасаются, что уход США из республики может
нивелировать все успехи в области защиты прав человека, достигнутые страной за последние два
десятилетия, и осложнить положение в области безопасности в Южной и Центральной Азии.

С 11 сентября 2001 года общая стоимость операций США в Афганистане составила $737,6 млрд.
Жертвами конфликта стали почти 2,5 тыс. американских военнослужащих, свыше 20,7 тыс. были
ранены.

РФ:
Для России значение событий внутри и вокруг Афганистана как в течение десятилетия пребывания
там сил США и НАТО, так и в виду их грядущего ухода выходит за рамки сравнений с советским
опытом контрповстанческих операций, государственного строительства и социально-
экономического развития в этой стране в 1980-е гг. и параллелей с выводом советских войск в 1989 г.
Хотя в более широком регионе Россия и играет немаловажную роль, есть игроки, которых развитие
событий в самом Афганистане затрагивает несравнимо больше, чем ее. Речь идет, прежде всего, о
двух соседях Афганистана, которые являются основными региональными игроками в афганском
контексте – Пакистане и Иране, а также о двух других граничащих с Афганистаном мощных
державах – Китае и Индии – и, не в последнюю очередь, о государствах Центральной Азии. По
сравнению с этими странами, особенно с Пакистаном и Ираном, Россия в отношении Афганистана
играет второстепенную роль. В отдельных сферах, например, в плане влияния на внутриафганский
политический процесс, донорской активности и помощи по развитию Афганистана, роль России
даже менее значима, чем роль некоторых других прилегающих к региону государств – таких, как
Объединенные Арабские Эмираты или Турция. Тем не менее, у России есть свои причины для
беспокойства по поводу ситуации в Афганистане и, по крайней мере, по трем вопросам она играет
заметную роль. Россия является, во-первых, крупнейшим в мире рынком сбыта афганского героина,
во-вторых, важным партнером США и НАТО в организации транзита грузов, связанных с западным
присутствием и выходом из Афганистана, а в-третьих, крупным и влиятельным игроком в
Центральной Азии и союзником ряда государств в этом граничащем с Афганистаном регионе.
Отношение России, как и многих других государств региона, к затянувшемуся более чем на
десятилетие военному присутствию США и НАТО в Афганистане было двойственным.
Первоначально Москва официально приветствовала объявленную США после терактов 11 сентября
2001 г. «войну с терроризмом» и предпринятую в этом контексте интервенцию в Афганистане. Такая
позиция была частично продиктована озабоченностью Москвы нестабильной ситуацией к югу от
границ бывшего СССР и опасениями относительно «внешних» террористических угроз со стороны
исламских экстремистов.
Однако такая позиция в неменьшей степени была продиктована стремлением «увязать» собственную
кампанию в Чечне с
«глобальной войной с терроризмом» и попыткой придать ей большую легитимность в более
широком международном антитеррористическом контексте. Это, впрочем, не мешало Москве все это
время подозревать, что затянувшееся присутствие США и НАТО в Афганистане в какой-то мере
является закамуфлированным «проецированием силы» в регионе, и рассматривать это присутствие
как частично или даже в значительной мере нацеленное на то, чтобы уравновесить влияние России (и
Китая) в Центральной Азии.
Реакция России на начавшийся вывод сил США и НАТО из Афганистана представляется не менее,
если не более, противоречивой.
С одной стороны, пожалуй, ничто так не иллюстрирует пределы «всесилия» американской мощи в
современном мире, как бесславный, хотя и объяснимый конец афганской кампании США и НАТО
(по крайней мере, в ее нынешнем виде). Соединенные Штаты и НАТО постепенно втянулись в
сегментированную, но интенсивную, смертоносную и бесперспективную асимметричную войну с
несравнимо более слабым, но имеющим глубокие местные корни и высокую степень решимости и
организационной гибкости повстанческим движением во главе с талибами. Параллельно Запад
неизбежно втянулся и в очередной эксперимент по государственному строительству с
сомнительными, в лучшем случае, результатами. Военное присутствие США и НАТО не принесло
Афганистану ни безопасности, ни мира. Не имело оно особого значения и для быстро растущей
опийной экономики, продукция которой в 2000е гг. стала главной и прямой угрозой безопасности
России, исходящей из Афганистана.
Вывод сил США и НАТО из Афганистана лишь подтверждает и подливает масла в огонь российской
критики по поводу неэффективности западной кампании по стабилизации страны. Решение о выводе
войск равноценно, по крайней мере, в глазах России и других региональных игроков, вынужденному
признанию Соединенными Штатами и НАТО бесперспективности их контрповстанческих усилий и
отсутствия какого-либо прогресса, если не полного провала, в Афганистане. Можно предположить,
что как только серьезность намерения администрации Барака Обамы вывести войска из Афганистана
стала очевидной (на осознание чего у российских экспертов и политиков ушло некоторое время),
руководство России, в значительно мере продолжающее мыслить геостратегическими категориями,
должно было испытать, хотя и не обязательно озвучить, некоторое облегчение относительно
долгосрочных геополитических амбиций США в регионе. При этом не стоит забывать и о более
приземленных соображениях, связанных с материальным
«бонусом» для России в виде компенсации со стороны США и ряда других стран НАТО за помощь в
организации транзита грузов и персонала из Афганистана.
При этом Россия далека от того, чтобы «пировать на костях», празднуя поспешный вывод сил НАТО
и большей части американских войск. Москва не ожидала, что этот уход будет таким скорым и
решительным. Свертывание американского военного присутствия в Афганистане происходит на
фоне неутихающего вооруженного конфликта и сохраняющейся нестабильности. В условиях
ограниченной функциональности и сомнительной легитимности афганского государства,
повсеместной коррупции и отсутствия прогресса в области политического урегулирования, передача
функций безопасности афганским властям подразумевает создание даже большего
«вакуума безопасности», чем тот, что существовал до сих пор, со всеми вытекающими
последствиями в плане внутренней и трансграничной нестабильности, вооруженной активности и
теневой экономики. Естественно, это не может не волновать всех заинтересованных региональных
игроков. При этом никто из них (и менее всех Россия) не готов и не может себе позволить прямое
силовое вмешательство в Афганистане. Кроме того, вывод сил США и НАТО из Афганистана
потребовал временной активизации западного присутствия в Центральной Азии (в целях
транспортно- тылового обеспечения, а также, в перспективе, как плацдарма для поддержки и
усиления, в случае необходимости, остающихся в Афганистане войск) и возродил интерес США к
сотрудничеству в области безопасности с государствами региона, особенно с режимом И. Каримова
в Узбекистане. Это, в свою очередь, вновь подогрело опасения России относительно подспудных
мотивов расширения западного присутствия в Центральной Азии.
Вопросы безопасности

Хотя российский подход к афганской проблеме в основном сосредоточен на вопросах безопасности,


Россия, по сравнению со всеми другими внешними игроками, пожалуй, наиболее жестко ограничена
в политике безопасности по отношению к Афганистану.
Тяжелый опыт советской военной интервенции в Афганистане, а также сократившийся военный,
политический и экономический потенциал России (по сравнению с СССР) и ее крайне ограниченные
возможности проецирования силы в регионах за пределами постсоветского пространства исключают
какое-либо прямое силовое вмешательство или размещение сил безопасности России в Афганистане
– как до, так и после 2014 г. Влияние России на ситуацию в Афганистане было и останется
косвенным и ограниченным. В ходе военного присутствия США и НАТО в Афганистане Россия
предоставляла и продолжает оказывать определенную военную помощь этой стране, участвуя,
например, в подготовке афганских офицеров и поставляя вооружения и технику – от безвозмездной
передачи стрелкового оружия для нужд афганской армии до американо-российской пакетной
«вертолетной сделки»1. Эта помощь сочетается с прагматичным сотрудничеством России с США и
НАТО в организации и обеспечении транзита их грузов через Центральную Азию и собственно
российскую территорию. Россия также играет роль в экономическом сотрудничестве и помощи
Афганистану. Эта роль пока ограничена и в основном сводится к субподрядным работам и к
отдельным проектам в области восстановления и развития энергетики и транспортной
инфраструктуры, но имеет потенциал роста.
Конечно, стремление России сохранить определенную дистанцию по отношению к Афганистану,
продиктованное как инстинктом «афганского синдрома», так и рациональными соображениями,
отнюдь не означает, что обеспокоенность Москвы проблемами безопасности более широкого
региона не обострилась в виду грядущего вывода оставшихся западных войск в 2014 г.

Возможный рост нестабильности в Центральной Азии

Для России основные последствия окончания операции НАТО и вывода большей части
американских войск из Афганистана связаны даже не столько с самим Афганистаном, сколько с
Центральной Азией. В этом смысле особого внимания заслуживают три момента.
Во-первых, за последнее десятилетие оценка Россией террористических угроз, исходящих из
Афганистана, претерпела определенные изменения. В российском восприятии террористических
угроз со стороны вооруженных группировок, базирующихся в афгано-пакистанском ареале,
произошел определенный сдвиг. На смену доминировавшему на ранних этапах международной
«войны с терроризмом» вниманию России к «аль-Каиде» и аффилированным с ней глобальным
сетям, включая их возможные связи с боевиками на Северном Кавказе, постепенно пришел более
выраженный упор на региональные террористические вызовы для государств Центральной Азии. В
первые годы после терактов 11 сентября 2001 г. готовность России разделить одержимость США
угрозой со стороны «аль- Каиды» была во многом продиктована прагматичным стремлением Кремля
увязать собственную многолетнюю кампанию в Чечне с международной «войной с терроризмом» во
главе с США и подчеркнуть «общность» глобальной террористической угрозы. Однако вскоре
международные условия изменились. США и их союзники безнадежно увязли в Афганистане, где
активизировлось повстанческое движение во главе с талибами. В конечном счете, «война с
терроризмом» во главе с США имела весьма неоднозначные последствия и, в какой-то мере, даже
оказалась контрпродуктивной. Согласно наиболее полной статистике по терроризму
(интегрированной в Глобальный индекс терроризма), за десятилетие с начала «войны с
терроризмом», т. е. с 2001 г., террористическая активности в мире возросла на 234%. При этом
львиная доля террористической активности – и ее наиболее резкий рост – пришлись как раз на те две
страны, которые стали главными мишенями американской «войны с терроризмом», т. е. на Ирак
после 2004 г. и на Афганистан в конце 2000-х гг.
В то же время России на протяжении 2000-х гг. удалось – невзирая на все высокие политические и
финансовые издержки взятого ею курса на «чеченизацию» -- снизить градус вооруженного
противостояния в Чечне. Из полномасштабной войны в этой республике оно превратилось во
фрагментарный конфликт низкой интенсивности в разных точках Северокавказского региона. В этой
связи руководство России все больше осознавало важность налаживания нормальных отношений с
умеренными исламскими силами и мусульманскими государствами и неадекватность подхода,
основанного на приоритетном упоре на угрозе «исламистского терроризма», для более широких
целей российской политики на Ближнем и Среднем Востоке. Это отчасти проявилось и в переходе к
более четкому и реалистичному пониманию Россией террористических угроз, исходящих из
Афганистана (и пограничных с ним районов Пакистана). Теперь они все чаще интерпретируются как
более локальные угрозы трансграничного «выплескивания» террористической, повстанческой и
другой вооруженной активности, в основном со стороны центральноазиатских боевиков, нашедших
убежище в Афганистане и Пакистане. Параллельно, резкий рост и беспрецедентный масштаб угрозы
афганского наркотрафика уже непосредственно безопасности самой России требовали не только
большего внимания со стороны Москвы, но и определенного пересмотра афганской политики России
в сторону отхода от чрезмерной зацикленности лишь на проблеме терроризма.
Во-вторых, хотя Москву беспокоит угроза распространения терроризма и другой вооруженной
активности из Афганистана, особенно с учетом заинтересованности России в стабильности в
Центральной Азии и ее союзнических обязательств в отношении ряда центральноазиатских
государств, преувеличивать угрозу дестабилизации для стран Центральной Азии в связи с
событиями в Афганистане так же недальновидно, как и недооценивать ее. Действительно, начиная с
2009 г. на севере и северо-востоке Афганистана наблюдался определенный рост числа вооруженных
инцидентов. Однако это еще не повод для того, чтобы сваливать всю вину за вспышки насилия и
(контр)повстанческой активности в соседних центральноазиатских странах, особенно в
Таджикистане в 2010–2012 гг., на «экспорт» внутренних конфликтов и нестабильности из
Афганистана.
Во-первых, если «экспорт нестабильности» и имеет место, то он идет в обоих направлениях – т. е. не
только из Афганистана в Центральную Азию, но и обратно – например, из Таджикистана в
Афганистан3. Во-вторых, основные источники нестабильности и организованного насилия в
Таджикистане, Кыргызстане и Узбекистане носят внутренний характер и не являются
«производными» от того, что происходит в Афганистане (хотя во всех странах региона правящие
круги испытывают острую политическая потребность в поиске зарубежных «козлов отпущения»). В-
третьих, далеко не вся нестабильность на севере Афганистана – дело рук «старшего поколения»
боевиков, в свое время изгнанных из стран Центральной Азии, и прежде всего, Исламского движения
Узбекистана (ИДУ). В конце 1990-х ИДУ было вынуждено перебраться из Таджикистана, после
окончания там гражданской войны, на север Афганистана, где основные силы группировки были
разгромлены антиталибской коалицией в 2001 г. Это вынудило остатки ИДУ бежать в пограничную
племенную зону Пакистана, где они практически потерялись из виду к середине 2000-х гг.4.
Конечно, для всех – начиная с Сил НАТО по содействию в Афганистане (ISAF) и кончая афганским
правительством – гораздо проще приписать новые всплески насилия на севере Афганистана хорошо
знакомому фантому ИДУ, чем признать более жесткие и нелицеприятные реалии, а именно
активизацию в северных и северо-восточных провинциях как местных антиправительственных
элементов, так и новых центральноазиатских боевиков, вынужденных бежать из Таджикистана и не
связанных с ИДУ. Что особенно трудно признать НАТО и местным афганским «князькам» – так это
спорадические проявления вооруженной активности талибов на севере страны, где прежде они не
имели ни влияния, ни поддержки. Наконец, со стороны России было бы весьма недальновидно
игнорировать определенную степень манипуляции угрозой «экспорта» нестабильности и терроризма
из Афганистана. Этой угрозой успешно спекулируют самые разные игроки. Они включают как США
и их союзников по НАТО (в их стремлении наладить отношения с центральноазиатскими режимами,
особенно с Узбекистаном, чтобы облегчить транспортно-тыловое обеспечение, а в перспективе – и
военную поддержку остающихся в Афганистане сил), так и правительства самих
центральноазиатских государств, которые пытаются повысить собственную стратегическую
значимость в связи с афганской проблемой в глазах США, НАТО, а также России и других
региональных держав.
В-третьих, Россию беспокоит не только возможное распространение трансграничного насилия и
нестабильности из Афганистана в страны Центральной Азии, но и то, что сам процесс вывода
американских сил из Афганистана дал США своеобразный импульс к расширению своего
присутствия в Центральной Азии. Основной интерес США в размещении объектов и сил
безопасности в этом регионе, в общем, самоочевиден. Он состоит, прежде всего, в обеспечении
связанного с Афганистаном транзита по «северному маршруту», а также зондировании возможности
создания плацдармов для размещения техники и персонала – на тот случай, если возникнет
необходимость «усиления» или срочной эвакуации того небольшого контингента, который останется
в Афганистане и после 2014 г. Однако такая внезапная вспышка интереса к Центральной Азии не
могла не вызвать определенных подозрений и недоверия со стороны России относительно реальных
целей США в регионе, особенно в виду очередного сближения между США и Узбекистаном на фоне
выхода Ташкента из Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) в июне 2012 г.
Этот пусть даже временно обострившийся интерес США к Центральной Азии отчасти стимулировал
активизацию российской политики в регионе. Визиты президента В. Путина в Кыргызстан и
Таджикистан осенью 2012 г. дают представление о том, по какому пути будет развиваться эта
активность. В ее основе – сочетание экономической помощи и сотрудничества (особенно в сфере
энергетики, прежде всего, строительства гидроэлектростанций) и соглашений в области военного
сотрудничества и безопасности (например, «пакетных» договоренностей о российских военных
базах и о комплексе российских военных объектов в этих странах, а также о военной и военно-
технической помощи).
Таким образом, основной стратегией Москвы по парированию угроз безопасности в Центральной
Азии в контексте вывода сил США и НАТО из Афганистана стало наращивание помощи и
сотрудничества в области безопасности и экономики с российскими партнерами по ОДКБ в регионе.
Катализатором этого процесса стала не только перспектива ухода США и НАТО из Афганистана, но
и связанная с этим вспышка, пусть даже временная, интереса западных стран к размещению
собственных военных сил и объектов в Центральной Азии.
Активизация России на центральноазиатском направлении будет, впрочем, сочетаться с сохранением
определенной дистанции по отношению к самому Афганистану. Эта дистанция достаточно велика
для того, чтобы полностью исключить любое прямое участие России в обеспечении безопасности в
Афганистане, но не настолько, чтобы помешать развитию экономического сотрудничества и
оказанию Россией определенной помощи в области безопасности (от поставок оружия и ремонта
военной техники до подготовки персонала) любому правительству, которое будет у власти в
Афганистане после 2014 г., независимо от того, на основе какой политической коалиции оно будет
сформировано.

Билет № 19
1. Содружество Независимых государств. Структура и принципы его деятельности.

СОДРУЖЕСТВО НЕЗАВИСИМЫХ ГОСУДАРСТВ (СНГ), сообщество бывших республик Союза


Советских Социалистических Республик. Образовано в соответствии с соглашением, подписанным 8
декабря 1991

Цели Содружества:
 - осуществление сотрудничества между государствами-членами в политической,
экономической, правовой, культурной, экологической, гуманитарной и других областях,
сотрудничества в деле обеспечения международного мира и безопасности, а также
достижения разоружения;
 - создание общего экономического пространства, обеспечение межгосударственной
кооперации и интеграции в интересах всестороннего и сбалансированного экономического и
социального развития государств-членов;
 - взаимопомощь в целях создания мирных условий жизни народов, обеспечение коллективной
безопасности;
 - мирное разрешение споров и конфликтов между странами-участниками;
 - содействие гражданам государств-членов в свободном общении, контактах и передвижении
по территории стран, входящих в Содружество.
Задачи:

 обеспечение прав и основных свобод человека;


 координация внешнеполитической деятельности;
 сотрудничество в формировании и развитии общего экономического пространства,
таможенной политики;
 сотрудничество в развитии систем транспорта, связи;
 охрана здоровья и окружающей среды;
 вопросы социальной и миграционной политики;
 борьба с организованной преступностью;
 сотрудничество в области оборонной политики и охраны внешних границ

Структура:

Совет глав государств является, согласно ст. 21 Устава, высшим органом Содружества. Он
обсуждает и решает принципиальные вопросы деятельности государств-членов в сфере их общих
интересов и собирается на заседания два раза в год (возможны внеочередные заседания).

Совет глав правительств координирует сотрудничество исполнительный власти государств-членов и


собирается на заседания четыре раза в год.
Решения обоих органов принимаются с общего согласия - консенсуса. Любое государство может
заявить о своей незаинтересованности в том или ином вопросе, что не рассматривается как
препятствие для принятия решения.

Совет министров иностранных дел (СМИД) осуществляет координацию внешнеполитической


деятельности государств-членов, взаимодействие дипломатических служб, сотрудничество с ООН,
ОБСЕ и другими международными организациями, разрабатывает предложения для Совета глав
государств и Совета глав правительств и обеспечивает реализацию их решений. Заседания СМИД
проводятся не реже одного раза в три месяца, решения принимаются с общего согласия.

Совет министров обороны (СМО) ведает вопросами военной политики, военного строительства и
безопасности, координирует деятельность министерств (комитетов) обороны государств-членов,
представляет предложения Совету глав государств и Совету глав правительства о составе и
предназначении Объединенных Вооруженных Сил Содружества, принципах их подготовки и
материально-технического обеспечения, о ядерной политике и т. д.

Совет командующих пограничными войсками компетентен в вопросах охраны внешних границ


государств-членов и обеспечения стабильного положения на них.

Координационно-консультативный комитет является постоянно действующим исполнительным


органом Содружества. Он во исполнение решений Совета глав государств и Совета глав
правительств вырабатывает предложения по вопросам сотрудничества в рамках СНГ, организует
совещания представителей и экспертов для подготовки проектов документов, обеспечивает
проведение заседаний Совета глав государств и Совета глав правительств, содействует работе других
органов.

Исполнительный секретариат ведает организационно-административными вопросами деятельности


СНГ; его возглавляет Исполнительный секретарь СНГ.

Экономический суд - орган рассмотрения споров по заявлениям государств - участников СНГ и


институтов Содружества, а также толкования вопросов юридического характера

Комиссия по правам человека является, согласно ст. 33 Устава СНГ, консультативным органом,
наблюдающим за выполнением обязательств по правам человека, взятым на себя государствами-
членами в рамках Содружества. Она состоит из представителей государств и действует на основе
Положения, утвержденного решением Совета глав государств 24 сентября 1993 г.

2. Конфликт вокруг иранской ядерной программы.

Ядерная история Ирана. Ядерная программа Ирана (ЯПИ) насчитывает уже более 60 лет. Начало
исследованиям в ядерной сфере было положено амбициозными инициативами шаха Ирана
Мохаммада Резы Пехлеви, запланировавшего широкомасштабную программу развития ядерных
технологий в Иране.

Исламская революция 1979 года, свергнувшая шаха, нарушила планы Ирана в области ядерных
разработок. Лидер исламской революции аятолла Хомейни после прихода к власти заморозил
научно-исследовательские работы и создание ядерной инфраструктуры ИРИ.

В середине 1980 гг., в разгар ирано-иракской войны, когда иракская армия использовала химическое
оружие против иранцев, иранское руководство задумалось о создании собственного оружия
массового поражения. В Иране была принята секретная директива, подписанная бывшим
президентом А.А. Хашеми-Рафсанджани, по которой наличие ядерного оружия является
стратегической гарантией сохранения исламского режима в Тегеране. Был также разработан план
«Амад», целью которого являлось создание ядерной боеголовки для баллистической ракеты.Кстати,
именно МАГАТЭ стало основным источником сведений о проекте «Амад», опубликовав в конце
2011 г. подробный двенадцатистраничный документ «Возможные военные аспекты» иранской
ядерной программы.

С этого времени началось ускоренное развитие ядерных технологий. К настоящему времени в Иране
создана мощная ядерная инфраструктура.[1]

Ядерный потенциал Ирана перед принятием Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД)
(июль 2015 г.)был значителен.Иранские ученые-ядерщики сформировали научно-производственную
базу, позволившую им создать ядерную инфраструктуру, которая обеспечивает полный ядерный
топливный цикл (ЯТЦ), начиная от добычи урановой руды до складирования ядерных отходов.

Важным этапом в цепочке ЯТЦ является процесс обогащения урана. Для обеспечения этого процесса
в Иране в 2000 – 2011 гг. созданы два крупных центра: в Натанзе (провинция Исфахан) и в Фордо (в
районе города Кум — столицы одноименной провинции). И это не требуется Ирану для обеспечения
своих атомных электростанций, так как действующий и строящиеся энергоблоки на АЭС в Бушере
обеспечиваются ядерным топливом создателем Бушерской станции – Россией.

В 2004 г. в окрестностях г. Арак (Центральная провинция) началось строительство тяжеловодного


реактора IR-40 мощностью 40 МВт. и производительностью около 10 кг. оружейного плутония в год
(достаточно для двух плутониевых зарядов). Как известно, реакторы на тяжелой воде можно
использовать для переработки урана в плутоний, используемый в ядерных зарядах, без дальнейшего
обогащения.

Выполнение ядерной программы ИРИ обеспечивалась целенаправленной, хорошо организованной


научно-исследовательской работой. В стране были созданы десятки крупных НИИ и центров,
лабораторий и экспериментальных производств, в том числе и частных.

Следует отметить, что куратором иранской ядерной программы является Корпус стражей исламской
революции (КСИР).

Возможности Ирана по созданию ядерного оружия в 2015 г. были реальными.По данным МАГАТЭ,
к 2015 г. Иран наработал 10357 кг урана, обогащенного от 3 до 5% и 410,4 кг урана 20%-ного уровня
обогащения. В среднем иранские ядерные производства ежемесячно нарабатывали более 200 кг. 3-
5%-го и 15 кг 20%-го урана.

Такого количества низкообогащенного урана при дальнейшем его обогащении в каскадах центрифуг
и превращении в высокообогащенный, было достаточно для производства пяти ядерных зарядов.
Хотя следует уточнить, что даже обогащенный до 93% уран – это еще не взрывное устройство. И
специалисты высказывают сомнение, что Иран обладает высокими технологиями и химически
чистыми веществами, чтобы осуществить процесс перевода высокообогащенного газообразного
урана, нарабатываемого в центрифугах, в металлическое состояние, необходимое для создания
ядерного оружия. Временные рамки этого процесса также вызывают споры, но в любом случае
СВПД сыграл свою важнейшую роль в торможении развития ядерного потенциала ИРИ.

Ядерная сделка, удар Трампа и вероятный коллапс СВПД. СВПД существенно ограничивал и
сокращал иранскую ядерную программу, ставил под контроль запасы и качество ядерных
материалов, а также запрещал деятельность потенциально военного характера. 20 июля 2015 г. Совет
Безопасности ООН принял резолюцию в поддержку этого документа.

Эксперты МАГАТЭ, в соответствие с СВПД должны были проводить мониторинг ядерных объектов
в течение 25 лет. Все международные санкции должны были бы сняты с Ирана через 10 - 15 лет при
условии выполнения соглашения.
Однако в 2018 г. президент США Дональд Трамп нанес нелогичный и агрессивный по сути удар по
СВПД, выведя США из соглашения и введя жесткие санкции против ИРИ. Это расшатало ядерную
сделку, что в перспективе может обернуться катастрофическими последствиями.

Великобритания, Франция и Германия, как участники и соавторы СВПД, - выступили против


антииранской политики Трампа. Они при одобрении РФ и КНР смогли разработать, официально
зарегистрировать и запустить «Инструмент для поддержки торговых обменов» с Ираном – INSTEX
(Instrument for Supporting Trade Exchanges). До сих пор он, к сожалению, так и не заработал.

Тегеран выжидал и надеялся на Европу. Но Трамп 22 апреля 2019 г. отказался от льгот для 8 стран
импортеров иранской нефти. Полный запрет со стороны США на закупки нефти из ИРИ вступил в
силу в мае 2018 года. Как результат, поо американским данным, ИРИ потеряла порядка 90% доходов
от нефти.

Евросоюз вряд ли сможет сопротивляться антииранским санкциям США, которые по своей


жесткости близки к санкциям 2012-16 годов, когда иранская экономика оказалась на грани коллапса.
Европейские государственные деятели, политики, дипломаты хотели бы сохранить СВПД в той или
иной форме, хотели бы нормальных торгово-экономических отношений с Ираном, но они не могут
заставить бизнес своих стран работать в Иране под жесткими американскими санкциями, чреватыми
для них серьезными потерями.

Иран ищет выхода из сложнейшей для него ситуации, вплоть до игнорирования СВПД. В мае 2019 г.
Тегераном был разработан план поэтапной (сроком по 60 дней) приостановке выполнения части
обязательств по СВПД и призвал других участников сделки вернуться к полному ее выполнению (то
есть противодействовать США и осуществить обход американских санкций).

6 января 2020 г. закончился четвертый этап. За это время Иран значительно преуспел в
восстановлении своей ядерной инфраструктуры. Было увеличено допустимое количество хранимого
обогащенного урана и тяжелой воды, увеличен уровень обогащения с 3,76% до 4,5%, введены в
стадию испытаний и задействованы в производстве новейшие и более эффективные центрифуги, что
запрещено СВПД, возобновился процесс обогащения урана на заводе Фордо, что также недопустимо
в рамках ядерной сделки.

На днях замглавы Организации по атомной энергии Ирана Али Асгар Зареан заявил, что
технический уровень, достигнутый Ираном, позволяет ему обогащать уран до любого уровня в
процентном выражении. Вопреки положениям СВПД восстанавливаются также возможности
тяжеловодного реактора в Араке по производству оружейного плутония.

Пятый этап, представляется, будет более драматичным. Тегеран объявил, что это последний этап и
последний шанс спасти СВПД. В официальном заявлении правительства Ирана сказано: «Иран
окончательно отказывается от ограничений по ядерной сделке, прежде всего касающихся числа
центрифуг. Таким образом, иранская ядерная программа не будет иметь никаких ограничений в
части производства, включая мощности по обогащению, процентное соотношение и количество
обогащенного урана, а также исследования в этой области и дальнейшее развитие программы».

Необходимо подчеркнуть, что коллеги Ирана по СВПД (кроме США, конечно) настоятельно
советовали Тегерану не расширять масштабы своего невыполнения положений ядерной сделки. Ведь
пятый этап по существу характеризуется выходом ИРИ из СВПД, а это может привести к самым
нежелательным последствиям.

Однако, похоже, Тегеран пошел ва-банк. События стали развиваться с огромной скоростью. 13
января Лондон, Париж и Берлин в соответствие со статьями 36 и 37 СВПД заявили о запуске
механизма урегулирования споров.[2] В совместном англо-франко-германском заявлении говорится:
«Мы не принимаем аргумент о том, что Иран имеет право на снижение соблюдения требований
СВПД. Вместо обратного курса Иран решил еще больше сократить соблюдение его требований».
14 января верховный представитель Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности
Жозеп Боррель поддержал от имени ЕС действия трех стран.

И уже 17 января официально механизм был запущен. Он достаточно сложный и в соответствии с ним
на изучение вопроса в различных комиссиях уйдет не меньше двух месяцев. Консенсуса ждать не
приходится. Значит в итоге, через 30 дней, скорее всего, вопрос будет вынесен в Совбез ООН. А там
с большой долей вероятности резолюция о сохранении режима отмены санкций в отношении ИРИ в
течение еще 30 дней принята не будет. Значит, Совбез вновь введет в действие все семь прошлые
резолюции[3], включающие санкционные меры протии Ирана.

Кроме того, нет сомнений, что в этих условиях Евросоюз присоединится к США и введет против
ИРИ свою порцию односторонних санкций. Для Ирана такое развитие событий близка к катастрофе
и экономической, и политической.

В Тегеране это хорошо понимают, опасаются этого и стараются сделать всё, что избежать подобных
перспектив. При этом Тегеран пытается угрожать и диктовать свои условия своим оппонентам.

19 января председатель меджлиса ИРИ Али Лариджани в этой связи заявил, что Тегеран может
пересмотреть позицию по сотрудничеству с МАГАТЭ в случае несправедливых мер европейских
стран при использовании механизма разрешения споров по СВПД.

Усиливая впечатление от заявления Лариджани, 20 января министр иностранных дел ИРИ Мохаммад
Джавад Зариф заявил, что, в случае направления вопроса о соблюдении Ираном СВПД Совбезу
ООН, Иран выйдет из Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), который объединяет
188 стран. Напомним, из ДНЯО вышла только Северная Корея, создав ядерное оружие. Еще четыре
страны не подписывали Договор: Израиль, Индия, Пакистан (являются нелегитимными ядерными
державами) и Южный Судан.

Безусловно, подобное развитие событий, резко обострит ситуацию вокруг Ирана. Поэтому МИД РФ
устами заместителя министра Сергея Рябкова заявил: «Мы предостерегаем иранскую сторону от
опрометчивых шагов в части сохранения обязательств ИРИ по ДНЯО. Мы считаем, что оснований
ставить вопрос в этой плоскости нет. …Мы также призываем Иран твёрдо придерживаться
обязательств, имеющихся у него с МАГАТЭ в рамках соглашения о гарантиях, обязательств в рамках
дополнительного протокола о гарантиях».

Времени остается мало. Если учитывать сроки, необходимые для работы Комиссии СВПД по
спорам, а также процедуры в Совбезе ООН, то получается порядка 60 – 70 дней.

Россия предлагает не спешить с передачей вопроса в Совбез ООН и, как заявил министр
иностранных дел Сергей Лавров, провести встречу политдиректоров всех оставшихся участников
СВПД и разобраться с ситуацией. Но, по всей вероятности, сейчас подобная встреча или не
состоится, или будет неэффективна – европейцы закусили удила.

Иранцы также могут резко отреагировать на вызовы европейцев и выйти из ДНЯО и из-под контроля
МАГАТЭ. Тем самым Иран откроет себе путь для безотчетного и полномасштабного развития своей
ядерной программы и в том числе ее военной составляющей.

Да, конечно, на следующий день ИРИ не создаст ядерного оружия. Для восстановления ядерной
инфраструктуры, которая была до СВПД, потребуется не один месяц. А затем… Даже, если не будет
политического, экономического и кибер противостояния со стороны оппонентов создание ядерного
оружия Ираном займет не один год.

Фигурирующие в выступлениях западных политиков и политиков Израиля заявления о возможных


сроках создания Ираном ядерного оружия (от 12 до 24 месяцев) представляют собой результаты
чисто формального, математического подхода без учета всего многообразия внешних и внутренних
факторов. Напомним, Пакистану понадобилось около 10 лет, чтобы пройти путь от первого
подземного испытания ядерного устройства до создания ядерной боеголовки для ракеты. Реальные
сроки создания ядерного взрывного устройства в ИРИ накануне вступления в силу СВПД
оценивались в 4 – 6 лет (без создания носителей ядерного оружия).

Но, пожалуй, не это главное. Главным будет реакция Израиля и США на бесконтрольное развитие
ядерного потенциала ИРИ. Если иранцы доведут свои ядерные работы до уровня близкого к
созданию ядерного заряда, нет никакого сомнения, что вероятность удара Израиля и/или США по
ядерным объектам ИРИ равняется 100%.

А это война. Можно, конечно, спорить, насколько ракетно-бомбовые удары (других быть не может)
нанесут достаточный урон ядерной инфраструктуре Ирана и затормозят развитие ядерной сферы, но
то, что это будет началом серьезного конфликта в регионе, можно быть уверенным.

Не надо думать, что конфликт перерастет в мировую войну. Этого не будет. Но то, что он взорвет и
так тлеющий и временами горящий Ближний Восток в этом сомнений нет.

Что делать?

Беспристрастный анализ ситуации, свидетельствует, что у Ирана выход только один – переговоры.
Конечно, с американцами после событий конца декабря – начала января это труднодостижимо. Хотя
уже после убийства американцами генерала Солеймани министр иностранных дел Ирана Мохаммад
Джавад Зариф не исключил возможности переговоров с американской стороной. В интервью
немецкому журналу Der Spiegel (24.01.2020) он сказал: «Администрация Трампа может исправить
прошлое, снять санкции и вернуться за стол переговоров. Мы до сих пор за столом переговоров. Это
они ушли».

Дональд Трамп категорически против иранской идеи снятия санкций как условия для переговоров.
Точно как в известном романе Ильфа и Петрова «12 стульев»: сначала деньги – потом стулья. Нет,
сначала стулья – потом деньги. Здесь прийти к консенсусу явно очень сложно.

Однако Иран имеет возможность вести переговоры с европейцами, Россией и Китаем, что
чрезвычайно необходимо для формирования реальной, оптимальной базы для организации
переговоров Иран – США, которые, несомненно, единственный шанс снизить напряжение.

Как отмечает бывший специальный советник Госдепартамента США по нераспространению и


контролю над вооружениями Роберт Айнхорн, работающий сейчас в вашингтонском Институте
Брукингса, в первоначальном виде ядерную сделку с Ираном сохранить уже не удастся, однако есть
шансы реанимировать ее в виде версии 2.0. Однако, чтобы «проложить мост» к новому СВПД,
следует сохранить как можно больше элементов нынешней договорной конструкции, которые
послужат основой для переговоров о будущем соглашении.

А эти переговоры абсолютно необходимы, вне зависимости от развития внутриполитической


обстановки в Иране (в феврале – выборы в меджлис) и в США (в ноябре – президентские выборы).
Это судьбоносный момент.

При этом следует учитывать, что США, безусловно, будут пытаться давить и оказывать влияние на
любые контакты с Ираном. Важным, а возможно, и основополагающим моментом, станут
президентские выборы в США. В этом плане следует иметь в виду, что в случае победы демократов
договоренности с Ираном, возможно, не сразу и не в прежнем виде, но все-таки возобновятся. Если
же победителем на ноябрьских выборах окажется нынешний президент-республиканец, то ситуация
будет менее оптимистичной. Но даже в этом пессимистическом сценарии надо искать семена
надежды.
Однако при любых прогнозах на президентские выборы в США, ныне противоборствующим
сторонам, а именно Ирану и трем европейским державам, было бы наиболее прагматичным снизить
накал взаимных претензий, обвинений, угроз и решать насущные и очень сложные проблемы в
формате, который предложил министр Сергей Лавров.

Билет № 20
1. Экономическая интеграция на постсоветском пространстве: ЕврАзЭС, Единое
экономическое пространство, Таможенный союз, ЕАЭС.

Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС) - международная экономическая организация,


наделенная функциями, связанными с формированием общих внешних таможенных границ
входящих в нее стран, выработкой единой внешнеэкономической политики, тарифов, цен и другими
составляющими функционирования общего рынка.
Договор о создании ЕврАзЭС подписан 10 октября 2000 г. в Астане и вступил в силу 30 мая 2001 г.
после его ратификации всеми государствами-членами.
Членами Евразийского экономического сообщества с момента его образования являются 5
государств - Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Россия и Таджикистан.
25 января 2006 г. был подписан протокол о присоединении к организации Узбекистана.
В октябре 2008 г. Узбекистан приостановил участие в работе органов ЕврАзЭС.
С мая 2002 г. статус наблюдателей при ЕврAзЭС имеют Украина и Молдова, с января 2003 г. -
Армения. Им также обладают Межгосударственный авиационный комитет (МАК), Евразийский банк
развития (ЕАБР).
ЕврАзЭС создано с целью развития экономического взаимодействия, торговли, эффективного
продвижения процесса формирования Таможенного союза и Единого экономического пространства,
координации действий государств Сообщества при интеграции в мировую экономику и
международную торговую систему.
В соответствии с уставными целями и задачами Сообщества и руководствуясь принципом
разноскоростной интеграции, Беларусь, Казахстан и Россия в 2007-2010 годах создали Таможенный
союз и планомерно формируют следующий интеграционный этап – Единое экономическое
пространство ЕврАзЭС, к которым другие государства Сообщества будут присоединяться по мере
готовности. ЕЭП — общий рынок, созданный 1 января 2012 года. В общий рынок входят Белоруссия,
Казахстан и Россия, которые ранее, 1 июля 2010 года, создали таможенный союз.
ЕЭП представляет собой одну из форм межгосударственной интеграции, целью которой является
либерализация внешнеэкономических отношений внутри объединения и осуществление
коллективного протекционизма за его
пределами. Задачей ЕЭП является обеспечение так называемых «четырёх свобод» между
государствами-участниками: движения товаров, капиталов, услуг и рабочей силы, а также
обеспечение начал координации экономической политики государств-участников в отношении
макроэкономики и финансового сектора, транспорта и энергетики, торговли, промышленного и
агропромышленного комплексов и пр.
Участники · Белоруссия (с 29 мая 2012 года) · Казахстан (с 29 мая 2012 года) · Россия (с 29 мая 2012
года) · Армения (с 10 октября 2014 года) · Киргизия (c 23 мая 2015 года)
Возможные кандидаты · Таджикистан (Правительство Таджикистана выразило заинтересованность к
вступлению в организацию и заявило, что изучает возможные последствия для экономики страны в
том случае, если решение будет принято.) · Республика Абхазия (Правительство Абхазии
заинтересовано вступлением в организацию, но вступление страны затрудняет то, что независимость
Абхазии не признают Беларусь, Армения, Казахстан, Киргизия.) · Узбекистан (Правительство
Узбекистана рассмотрит возможность вступления в организацию.) Краткая выдержка из Концепции
формирования Единого экономического пространства:
· Целью формирования ЕЭП является создание условий для стабильного и эффективного
развития экономик государств-участников и повышения уровня жизни населения. · Основными
принципами функционирования ЕЭП являются обеспечение свободы перемещения товаров, услуг,
финансового и человеческого капитала через границы государств-участников.
· Принцип свободного движения товаров предусматривает устранение изъятий из режима
свободной торговли и снятие ограничений во взаимной торговле на основе унификации таможенных
тарифов, формирования общего таможенного тарифа, установленного на основе согласованной
государствами-участниками методики, мер нетарифного регулирования, применения инструментов
регулирования торговли товарами с третьими странами. Механизмы применения во взаимной
торговле антидемпинговых, компенсационных, специальных защитных мер будут заменяться
едиными правилами в области конкуренции и субсидий.
· ЕЭП формируется постепенно, путём повышения уровня интеграции, через синхронизацию
осуществляемых государствами-участниками преобразований в экономике, совместных мер по
проведению согласованной экономической политики, гармонизацию и унификацию
законодательства в сфере экономики, торговли и по другим направлениям, с учётом
общепризнанных норм и принципов международного права, а также опыта и законодательства
Евросоюза.
· Направления интеграции и мероприятия по их реализации определяются на основе
соответствующих международных договоров и решений органов ЕЭП, предусматривающих
обязательность их выполнения для каждого из государств-участников в полном объёме, а также
механизм их реализации и ответственности за невыполнение согласованных решений. ·
Формирование и деятельность ЕЭП осуществляется с учётом норм и правил ВТО.
· Координация процессов формирования ЕЭП осуществляется соответствующими органами,
создаваемыми на основе отдельных международных договоров. Структура органов формируется с
учётом уровней интеграции.
· Правовой основой формирования и деятельности ЕЭП являются международные договоры и
решения органов ЕЭП, заключаемые и принимаемые с учётом интересов и законодательств
государств-участников и в соответствии с общепризнанными нормами и принципами
международного права.
· Общий рынок лекарств трёх стран планируется сформировать к 2017 году. Срок
формирования общих рынков нефти, газа и электроэнергетики — 2019 год.
· Планируется проводить единую макроэкономическую, антимонопольную, валютную и
финансовую политику с 2025 года.
Таможенный союз – это форма торгово-экономической интеграции стран ряда стран-членов ЕАЭС
(ранее АврАзЭС), предусматривающая единую таможенную территорию. Суть единой таможенной
территории состоит в том, что в ее пределах во взаимной торговле товарами страны не применяют
таможенные пошлины и ограничения экономического характера, за исключением специальных
защитных, антидемпинговых и компенсационных мер. При этом страны-участники Таможенного
союза применяют единые таможенные тарифы и другие меры регулирования при торговле с
третьими странами.
Соответственно Таможенный союз не является международной организацией, в отличие от ЕАЭС и
ЕврАзЭС, а представляет собой форму экономического взаимодействия ряда государств.
Таможенный союз ЕАЭС — форма торгово-экономической интеграции Белоруссии, Казахстана и
России, Армении и Киргизии, предусматривающая единую таможенную территорию, в пределах
которой во взаимной торговле товарами не применяются таможенные пошлины и ограничения
экономического характера, за исключением специальных защитных, антидемпинговых и
компенсационных мер.
Страны-участники таможенного союза: Казахстан (с 1 января 2015 года), Россия (с 1 января 2015
года), Белоруссия (с 1 января 2015 года), Армения (со 2 января 2015 года), Киргизия (с 29 мая 2015
года). Возможный кандидат ЕАЭС — Таджикистан. О намерении вступить в ТС заявляли Сирия и
Тунис, было озвучено предложение принять в состав Союза Турцию. Однако о конкретных
действиях по реализации этих намерений ничего не известно.
Основными органами управления ЕАЭС продолжают являться Высший Евразийский экономический
совет и Евразийская экономическая комиссия.
Евразийский экономический союз возник в результате того, что в рамках СНГ договориться по
самому широкому спектру вопросов не удалось из-за числа участников и отсутствия взаимного
доверия внутри него. Ввиду санкций, введенных против России, задачей Евразийского союза будет
протекционизм и замещение импорта.
Основные цели и задачи объединения:
· - завершение оформления в полном объеме режима свободной торговли, формирование
общего таможенного тарифа и единой системы мер нетарифного регулирования
· - обеспечение свободы движения капитала
· - формирование общего финансового рынка
· - установление общих правил торговли товарами и услугами и их доступа на внутренние
рынки - создание общей унифицированной системы таможенного регулирования
· - создание равных условий для производственной и предпринимательской деятельности.
Важным аспектом деятельности Союза стала система централизованного распределения таможенных
пошлин уплачиваемых при пересечении границ Единого экономического пространства.
· На долю России приходится 85, 33% от общей суммы;
· Казахстан получает – 7,11%;
· Беларусь – 4,55%;
· Кыргызстан – 1,9%;
· Армения – 1,11%.
Кроме того в ТС действует механизм согласованного взимания и распределения косвенных налогов.
Таким образом, в своем нынешнем состоянии Таможенный союз представляет собой способ
экономической интеграции государств входящих в ЕАЭС.
Союз открыт для вступления любого государства, разделяющего его цели и принципы, на условиях,
согласованных государствами-членами. Также предусмотрена возможность получения любым
заинтересованным государством статуса государства-наблюдателя при Союзе. Евразийский
межправительственный совет на своем заседании 25 октября 2017 г. одобрил план мероприятий
(«дорожную карту») по устранению изъятий и ограничений на внутреннем рынке Евразийского
экономического союза на 2018-2019 годы.
На уровне глав государств утверждены Основные направления реализации цифровой повестки
Евразийского экономического союза до 2025 года. С 2018 – Молдавия – наблюдатель.
Статьей 4 Договора о ЕАЭС от 29 мая 2014 года в Союзе обеспечивается свобода движения товаров,
услуг, капитала и рабочей силы, или «четыре свободы», а также проведение скоординированной,
согласованной или единой политики в отраслях экономики.
Общий макроэкономический эффект от интеграции постсоветских стран разделяют на несколько
пунктов:
· Снижение цены на товары благодаря уменьшению издержек перевозки необходимого
сырья/экспорта своего готового товара
· Стимулируется «здоровая» конкуренция на общем рынке ЕАЭС за счёт равного уровня
экономического развития
· Увеличение конкуренции на общем рынке стран-членов Таможенного Союза благодаря
вхождению на рынок новых игроков из общего пространства
· Увеличение средней з/п благодаря уменьшению издержек и повышению производительности
· Наращивание производства благодаря увеличению спроса на товары
· Увеличение благосостояния народов стран ЕАЭС благодаря снижению цен на продукты и
увеличению занятости населения в экспансирующихся производствах
импортоориентированных/экспортоориентированных фирм
· Повышается окупаемость новых технологий и товаров благодаря увеличенному объёму рынка
· Увеличение объёма ВВП стран ЕАЭС минимум на 25 %.

2. Иран в современной системе международных отношений и российско-иранское


сотрудничество.
Лекция: Иран в системе международных координат на рубеже веков
В Азии традиционно выделяют центры силы или государства отношения, между которыми
определяют баланс сил в том или ином регионе.
На ближнем востоке такими центрами силами (вплоть до начала 2003) Ирак, Саудовская Аравия и
Иран, образуя стратегический треугольник этих государств. В 90е американскому проекту
многополярной глобализации был противоставлен проект многополярного мира, это прослужило
росту популярности идей по создания региональных Союзов: евразийского, Исламского.
Формирование внешней политики Ирана в начале 21 века происходило под влиянием исламизации
геополитизации и глобализации. Исламская составляющая принципа «ни запад- ни восток»
реализовалась в политике «третьего пути» Ирана, как альтернативы союзам по флагом одной из
сверх держав.
До 1979 шахский Иран активно продвигался в своей внешней политике в сторону индийского океана
до ЮАР. На глобальном региональном уровне был призван выполнять роль центрального игрока в
стратегическом треугольнике обеспечения безопасности индийского океана.
Одновременно Иран в системе МО биполярного мира рассматривался США в качестве жандарма
среднего востока. Победившая в 1979 г исламская революция не изменила обеспокоенности Ирана и
США по обеспечению региональной стабильности в целях гарантии поставок энергоресурсов, но
изменило роли игроков, поэтому стремление США иметь Иран гегемоном в Персидском заливе
исчезло вместе с имперским строем правления в этом государстве.
Таким образом, треугольные альянсы с участием Ирана в XX столетии инициировались на
глобальном уровне лидерами биполярного мира.
Переход в 1979 к руководству Ираном Аятоллах Хомени означал для США коллапс регионального
стратегического Иран оказался в эпицентре воздействия США.
После 2001 на фоне актуализации проблемы международного терроризма, все более заметной стала
геополитическая окрашенность внешней политики США и глобализации внешней политики Ирана.
Основные характеристики Ирана в этот период были основаны на исторической традиции и
специфики геополитического положения и проявлялись в условиях давления со стороны США,
особенно после создания со стороны Афганистана и Ирака политического навеса.
Тем самым с одной стороны в регионе ближнего и среднего востока сформировался новый
геополитический треугольник с участием США, Афганистана и Ирака, с другой стороны возник
новый стратегический треугольник центров силы, где вместо разгромленного Ирака стала Турция.
Многие эксперты отмечают, что с распадом СССР иранская традиционная внешнеполитическая
концепция балансированиях между двумя силами стала неприемлемы в новом мировом порядке. Во-
первых частично потерял свою актуальность один из принципов внешней политики Ирана «не запад,
не восток, а Ислам»
Со ослаблением Ирака потеряла смысл традиционная для геополитики триада Иран-Ирак-
Саудовская Аравия, Как источник проблем и угроз в рамки стратегии баланса сил. На фоне угроз
Ирану связанных с военными заявлениями Израиля и военными действиями США на границе Ирана
проблема безопасности страны переросла в глобальный характер
В новых условиях шиитский Иран попытался выйти на роль регионального гегемона
Внешнеполитические амбиции Ирана вписывались в современную трактовку лидерства
Всю новую внешнеполитическую линию поведения Ирана можно разделить на след период:
1. 1989-1997 - приход в качестве нового Исламского лидера Хаминеи и Рафсан Джани - глава
государства
2.1997-2005-Хатами
3.2005-2013-Махмут Ахмади Нижат
4.2013- Хасан Рухани
Рахимжани пытался найти компромиссы с западом в частности с США, но США отказались вступать
в диалог с руководством Ирана, на Иран налагалась санкции, эмбарго, экспортирование важнейшими
стратегических ресурсов, обвиняли в пособничестве экстремистских группировках- Хисбалла,
Хамас, Алавитов, и курды в Ираке.
В 1997 Хатами выдвигает тезис который духовное руководство активно отвергало на протяжении
десятилетий «Запад в ряде сфер продвинул Иран и соответственно нужно перенять все самое
лучшее. Это вызывало противоречия в правящих кругах и постоянные столкновения духовного
лидера Ирана и главы правительства, однако мы можем наблюдать положительную динамику
двусторонних отношений до 2001. После 2001 Буш младший назовёт Иран одной из основных сил в
оси зла. С 2001 начинает усиление санкционная политика против иранских властей. Буш в 2001
назовёт Иран - ось зла. В 2005 году после смены главы государств и впервые за долгое время
духовный лидер и глава правительства найдут общий язык. Одной из основных целей была
выведение Ирана в ранг лидеров региона за счёт активного инвестирования в ядерную программу. В
этих условиях будут достигнуты соглашения с Россией и КНР об АЭС и ученых для разработки
ядерного оружия
В 2013 году Рухани выразил подход, который направлен на сближение с европейскими
государствами. Это позволит заключить в Вене соглашение 5+1, по которой Иран замораживает
ядерную программу, а ему разрешались в обмен поставки энергоресурсов на мировой рынок.
Кроме того Европейские страны обязались инвестировать в экономику Ирана, что позволит на
определённый промежуток времени с 2015-2018 улучшить социальный и экономический
микроклимат внутри Ирана, а также усилить позиции Ирана внутри региона. Помимо этого Иран
ведёт активные переговоры с Россией становясь одним из стратегическим партнером в
ближневосточном регионе. Стратегическое взаимодействие между Москвой и Тегераном проходило
в 5 направлениях:
1. согласованная оценка мировой региональной ситуации и тенденции развития;
2. близко или совпадающую систему доминирующих жизненных принципов и духовных ценностей;
3. желаемую модель мироустройства и стратегия строительства будущего миропорядка;
4. общее понимание и признание системы меж безопасности;
5. Взаимодействие и взаимопомощь в укреплении государственности и безопасности друг друга.

Помимо этого РФ и Иран с 90 годов взаимодействуют сфере военного и специальных служб - в


Афганистане, оставили резню и стабилизировали в Таджикистане ситуацию, по ликвидации угрозы в
Чечне.
Активно взаимодействует в решении Каспийского вопроса (2018 - декларация по разграничению
Каспия)
Кроме того, сотрудничество в ходе сирийского кризиса. Цель – недопущение изменение
геополитической карты ближнего востока и соотношений сил в регионе. Позитивный удел
сотрудничества требует общих усилий так как ситуация в мире усложняется
Тенденция мирового развития в начале 21 столетия претерпели следующие изменения:
1.Привалились попытки постарения
Мир не воспринял однополярный диктат военный силы США.
2. Западная система стандартов так не была воспринята в качестве универсальной. США стремится
за счёт технического и военного превосходства, усвоения своего глобального доминирования.
В этих условиях Иран стремится заручиться поддержкой как можно более крупных меж акторов и не
допустить открытой конфронтации.
Бжезинский считает, что конфликты которые происходят, имеют цель недопущения объединения
КНР, РФ и Ирана. В 21 столетии Иран столкнулась с рядом сложностей во внешней и внутренней
политике. Внешние ориентиры от которых отталкивалось руководство Ирана не всегда срабатывали
в изменяющейся в меж ситуации и в этой связи породили внутренний кризис в самом Иране. На
сегодняшний день Иран стоит перед выбором продолжать линию поведения выдвинутую духовным
лидером и правителем Ирана или попытаться найти компромисс с государствами исповедующими
другие ценности. От выбора пути развития Ирана будет зависеть сохранение баланса в
ближневосточном регионе.

ВОПРОС: Иран в географическом отношении находится на перепутье транспортно-


коммуникационные маршруты с участием всех ключевых государств континента, в том числе и
России (МТК Север—Юг, газовый ОПЕК и др.).
Цели ИРИ: изменение межконфессионального диалога цивилизаций в целях продвижения
мессианского в своей основе проекта исламской революции.
Мохаммед Хатами (1997-2005):
*курс на сближение с арабскими государствами Персидского залива + начал добиваться
благосклонности руководителей Саудовской Аравии.
* заметное смягчение позиции Ирана в вопросах
* Президент Хатами заявил, что его страна готова примириться с существованием соглашения между
Израилем и Организацией освобождения Палестины
* Конфликт Ирана и Азербайджана по разделу Каспия (защита собственных национальных
интересов).
* Иран становится все более открытой страной
* Хатами осудил поборников "идеи превосходства и исключительности исламской цивилизации" и
предложил мусульманам положительно относиться к восприятию идей и материальных достижений
западной цивилизации.
Махмуд Ахмади Нежад (2005-2013):
*сотрудничество со странами Латинской Америки в целях противостояния гегемонии США (встреча
с президентами Венесуэлы Уго Чавесом, Боливии — Эво Моралесом, Никарагуа — Даниэлем
Ортегой и Эквадора — Рафаэлем Корреа). В Иране надеются, что новая внешнеполитическая
активность в Латинской Америке вынудит США отказаться от нападения на Иран или хотя бы
отсрочить его.
* усилил антиизраильскую политику Ирана, начавшуюся после исламской революции.
* Ахмадинежад стал первым иранским лидером (завершил свой визит в Багдад подписанием ряда
соглашений по экономическому сотрудничеству).
* выступал за усиление связей Ирана с Россией и арабским миром.
* ускорилось развитие иранской ядерной программы.
* С 2006 – санкции от США.
*сохранение приверженности политике относительной независимости от глобальных центров силы и
активное включение в процесс формирования новой архитектуры региональных отношений,
реализуя в сфере внешней политики концепцию созидательного взаимодействия. Деятельность по
реализации концепции созидательного взаимодействия должна была структурироваться по шести
уровням: 1) международный; 2) развивающийся мир; 3) мир ислама; 4) Средний Восток; 5) соседи; 6)
национальный
*Международная изоляция, способствовала развитию иранской ядерной программы и
возникновению нового стратегического направления во внешней политике — ядерной дипломатии,
что не имело аналогов в международной практике.
Хасан Рухани (с 2013-…):
* переговоры по иранскому ядерному досье, которые завершились 14 июля 2015 г. подписанием
итогового Совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе (Иран
обязался не производить оружейный плутоний и ограничить запасы обогащенного урана в обмен на
снятие санкций).
* 2014: «Иран собирается начать новое сотрудничество с двумя восточными державами – Россией и
Китаем».
* 7 августа 2018 - санкции от США – запреты на: * продажу и передачу наличных долларов Ирану;
* торговлю золотом и другими драгоценными металлами с Ираном; * сделки в иранских риалах;
* любые действия, связанные с выпуском иранского госдолга; * торговлю алюминием, графитом,
сталью, углем и программным обеспечением промышленного назначения; * импорт предметов
роскоши, включая иранские ковры и черную икру; * поставки пассажирских самолетов в Иран.
С 5 ноября вернулись три главных ограничения:
* фактический запрет на операции в долларах для банков тех стран, которые не будут сокращать
закупки иранской нефти;
* санкции против иранских портов и ключевых отраслей: энергетики, судоходства и судостроения.
* все расчеты иностранных банков с центробанком Ирана и запрет на доступ Ирана к валюте,
которую он хранит на зарубежных счетах
Стратегическое партнерство РФ и ИРИ (союзничество в сирийском ? + сотрудничество в военно-
технической сфере (закупка танков T-90, систем противовоздушной обороны С-300)). В 2016 г.
Россия полностью сняла санкции в отношении Ирана.
*множество противоречий с арабским миром:
*после ядерных испытаний Ирана премьер-министр Израиля Б.Нетаньяху заявил, что нужно
строжайше наказать ИРИ.
*напряженные отношения с СА (Причины - дискриминация шиитского меньшинства в Саудовской
Аравии + допуск иранских паломников для совершения хаджа + вмешательство во внутренние дела
СА). *Отношения между Ираном и Ираком осложнились вскоре после передачи американцами
власти в Ираке временному правительству в середине 2004 года. Тегеран отказался признать новые
власти, а Ирак обвинил Иран в прямом вмешательстве во внутренние дела Ирака, захвате нескольких
иракских пограничных постов.
Правительство Ирана, начиная с 2011 года, поддерживает правительство Башара Асада
(консультативный характер - предоставили Дамаску специальную технику, необходимую для
осуществления контроля за интернетом + Иран ведет прямую и опосредованную борьбу как с
радикальными, так и с умеренными группировками внутри сирийской оппозиции). Элитное иранское
военно-политическое формирование Корпус стражей исламской революции (КСИР) участвует в
военных операциях сирийского правительства. Помимо Сирии, у Ирана почти нет союзников на
Ближнем Востоке, то есть поддерживая режим Башара Асада, Иран приобретает партнера в
противостоянии с Израилем и Саудовской Аравией на Ближнем Востоке, и с Соединенными
штатами.

РФ
27-28 марта 2017 года президент Ирана Хасан Роухани посетил Россию с официальным визитом. По
итогам переговоров был подписан ряд двусторонних документов. Состоялась отдельная встреча
Хасана Роухани с председателем правительства РФ Дмитрием Медведевым.
1 ноября 2017 года президент РФ Владимир Путин посетил Тегеран с рабочим визитом для участия в
трехсторонней встрече глав России, Ирана и Азербайджана. В ходе визита он встретился с
Верховным руководителем Ирана Али Хаменеи и президентом Ирана Хасаном Роухани.
22 ноября 2017 года в Сочи состоялась встреча Владимира Путина с президентом Ирана Хасаном
Роухани и президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. Переговоры были посвящены
проблематике сирийского урегулирования с учетом совместной работы в астанинском формате.
По окончании встречи Владимир Путин провел отдельную двустороннюю встречу с президентом
Ирана Хасаном Роухани.
4 апреля 2018 года Владимир Путин и Хасан Роухани провели встречу в Анкаре. Лидеры обсудили
актуальные вопросы отношений двух стран, международной и региональной повестки дня. Также
состоялась трехсторонняя встреча глав России, Ирана и Турции.
9 июня состоялась встреча Владимира Путина и Хасана Роухани "на полях" саммита ШОС в Циндао
(Китай).
12 июля Владимир Путин принял старшего советника Верховного руководителя Ирана по
международным вопросам Али Акбара Велаяти. Он передал главе российского государства послания
от верховного руководителя Ирана аятоллы Али Хаменеи и президента Ирана Хасана Роухани.
12 августа президент России Владимир Путин и президент Ирана Хасан Роухани провели встречу
"на полях" Каспийского саммита в Актау (Казахстан).
7 сентября президент России Владимир Путин посетил Тегеран, где принял участие в третьей
трехсторонней встрече глав государств – гарантов Астанинского процесса содействия сирийскому
урегулированию. Состоялись также отдельные двусторонние встречи с президентом Ирана Хасаном
Роухани и с Верховным руководителем Ирана Али Хаменеи.
14 февраля 2019 года президент Ирана Хасан Роухани прибыл в Сочи для участия в трехстороннем
саммите Россия – Турция – Иран по сирийскому урегулированию. "На полях" саммита состоялась
двусторонняя встреча Владимира Путина с Хасаном Роухани.
14 июня Владимир Путин и Хасан Роухани побеседовали по завершении саммита Шанхайской
организации сотрудничества в Бишкеке (Киргизия).
Поддерживаются контакты по линии министерств иностранных дел.
В мае и сентябре 2019 года Москву с рабочим визитом посещал министр иностранных дел Ирана
Мохаммад Зариф.
Главы внешнеполитических ведомств двух стран также регулярно встречаются в рамках сессий ГА
ООН, "на полях" других международных мероприятий, общаются по телефону.
На постоянной основе проводятся российско-иранские межмидовские консультации на уровне
заместителей министров, в том числе по вопросам двусторонней повестки дня, актуальным
проблемам Ближнего Востока и Северной Африки.
Поддерживаются межпарламентские связи, налажен контакт на уровне министерств и ведомств двух
стран.
Россия и Иран ведут совместную работу по поиску эффективных ответов на актуальные вызовы и
угрозы современности, включая борьбу с международным терроризмом, политико-дипломатическое
урегулирование ситуации в Сирии.
Россия внесла весомый вклад в урегулирование ситуации вокруг иранской ядерной программы
(ИЯП). В настоящее время на фоне приостановки Ираном добровольных обязательств в рамках
СВПД Москва продолжает призывать Тегеран воздерживаться от эскалационных шагов вокруг
ядерной сделки. При этом согласно заявлению МИД России, "приостановка Ираном добровольных
обязательств в рамках СВПД – прямое следствие бездумной политики Вашингтона, который
игнорирует международные договоры и многосторонние договоренности".
Стабильно осуществляется торгово-экономическое сотрудничество. По итогам 2018 года объем
внешней торговли России и Ирана составил 1,7 миллиарда долларов, в том числе российского
экспорта – 1,2 миллиарда долларов и импорта – 533,1 миллиона долларов.
За январь-июль 2019 года оборот внешней торговли России и Ирана составил 1,3 миллиарда
долларов, в том числе российский экспорт – 996,3 миллиона долларов и импорт – 333,7 миллиона
долларов.
В структуре экспорта России в Иран основная доля поставок приходится на продовольственные
товары и сельскохозяйственное сырье; древесину и целлюлозно-бумажные изделия; машины,
оборудование и транспортные средства и др.
Основу российского импорта составляют продовольственные товары и сельскохозяйственное сырье;
металлы и изделия из них; продукция химической промышленности и др.
Действует постоянная российско-иранская комиссия по торгово-экономическому сотрудничеству
(МПК). Очередное 15-е заседание прошло 18 июня 2019 года в Исфагане (Иран).
Флагман двустороннего партнерства в энергетике – проект сооружения первой в Иране атомной
электростанции "Бушер". В ноябре 2014 года РФ и Иран подписали контракт на строительство
второго и третьего энергоблоков АЭС "Бушер" (проект "Бушер-2") на условиях "под ключ".
Церемония начала проекта "Бушер-2" состоялась 10 сентября 2016 года. Суммарная мощность двух
новых блоков – 2,1 тысячи МВт. Строительство второго блока планируется завершить в 2024 году,
третьего блока – в 2026 году.
Осуществляется взаимодействие в нефтяной сфере. В ноябре 2017 года Россия начала закупки у
Ирана по программе "нефть в обмен на товары". Россия и Иран начали обсуждать эту программу
несколько лет назад, в августе 2014 года был подписан соответствующий меморандум. Однако старт
совместной программы неоднократно переносился, во многом из-за сложностей с денежными
расчетами. По условиям программы, Тегеран должен направлять половину получаемых средств на
закупки российских товаров и услуг. В октябре 2018 года глава Минэнерго РФ Александр Новак
сообщал, что РФ продолжит программу "нефть в обмен на товары" с Ираном независимо от санкций
США в оговоренном ранее объеме и возможностью его корректировки. Объем поставок нефти по
договоренностям составлял 5 миллионов тонн в год.
В марте 2018 года российская компания "Зарубежнефть", ее иранский партнер Dana Energy и
Национальная иранская нефтяная компания (NIOC) подписали договор о разработке двух
месторождений в Иране – "Абан" и "Западный Пейдар". "Зарубежнефть" стала единственной
российской компанией, заключившей контракт на разработку иранских месторождений. В октябре
2018 года "Зарубежнефть" продала активы в Иран "Промсырьеимпорту" – структуре Минэнерго РФ.
Переговоры с NIOC также вели и другие российские компании – "Лукойл", "Роснефть", "Газпром",
"Газпром нефть", "Татнефть".
В рамках предоставленных Россией госкредитов компания ООО "ИК "Технопромэкспорт" реализует
контракт с иранской стороной на строительство ТЭС "Сирик" на юге Ирана, ООО "РЖД
Интернешнл" выполняет проект электрификации железнодорожной линии Гармсар – Инче Бурун.
Важную роль в развитии двустороннего сотрудничества играет сельское хозяйство.
Иранский рынок является ключевым в регионе Ближнего Востока и Персидского залива для
российских экспортеров продукции АПК. Основными товарными позициями в структуре экспорта из
России на территорию Ирана в 2018 году в стоимостном выражении являлись зерновые культуры,
подсолнечное масло и баранина.
12 февраля 2019 года был подписан Меморандум о взаимопонимании между министерством
сельского хозяйства РФ, министерством сельского хозяйства Казахстана и министерством
сельскохозяйственного джихада Ирана по вопросу сотрудничества в торговле пшеницей.
Российско-иранское военно-техническое сотрудничество развивается в строгом соответствии с
действующими международно-правовыми нормами. В 2007 году был заключен контракт на поставку
Ирану зенитно-ракетных комплексов С-300. Однако его выполнение было приостановлено с
принятием 9 июня 2010 года Советом Безопасности ООН резолюции 1929, которая наложила запрет
на передачу Ирану современных вооружений, в том числе ракет и ракетных систем. В апреле 2015
года президент России Владимир Путин снял запрет на поставку С-300 в Иран. В июне стало
известно, что Москва и Тегеран вновь готовят контракт. В ноябре 2015 года контракт на поставку С-
300 в Иран вступил в силу. В октябре 2016 года стало известно, что Россия завершила исполнение
контракта на поставку зенитных ракетных систем С-300 в Иран.
В марте 2018 года стало известно, что Россия создаст в Иране специальный сервисный центр по
послепродажному обслуживанию техники противовоздушной обороны (ПВО).
Развивается российско-иранское сотрудничество в культурной, гуманитарной и научно-
образовательной сферах. С 1998 года работает Культурное представительство при посольстве
Исламской Республики Иран в Москве. В сотрудничестве с российскими университетами
представительство проводит ежегодную Всероссийскую олимпиаду по персидскому языку и
литературе, организует практику российских студентов и преподавателей в иранских вузах и на
курсах повышения квалификации по персидскому языку в ИРИ.
Для оказания Ирану помощи в подготовке национальных кадров министерство образования и науки
РФ выделяет государственные стипендии для приема на обучение иранских граждан в российских
вузах.
К числу наиболее важных целей, которые, по всей вероятности, преследуют Иран и Россия,
относятся следующие.
1.Предотвращение пролонгации санкций ООН на поставки вооружений
Россия является одной из стран, выступающих в ООН против запроса США о продлении эмбарго на
поставки оружия Ирану, срок действия которого истекает в октябре нынешнего года. Представители
правительства США пытались убедить другие страны ввести оружейное эмбарго в отношении
Ирана, но пока их попытки были безуспешными. Посол Ирана в России заявил в интервью
«Российской газете», что Иран заинтересован в покупке у Москвы новых вооружений «для
повышения своего оборонного потенциала». «Продажа российского и китайского оружия Ирану
после наступления установленного законом срока может быть экономически выгодной для Москвы и
Пекина», – сказал он. Пока остается неясным, какое именно оружие предложат Ирану, если санкции
не будут продлены. Однако, следует отметить, что возможность военных поставок рассматривается в
настоящее время обеими сторонами.
2.Ядерная сделка с Ираном
Пожалуй, самой важной проблемой, которую призвано решить продление соглашения между
Ираном и Россией, является ядерная сделка. После выхода Соединенных Штатов из СВПД
(совместного всеобъемлющего плана действий), условия для возобновления переговоров по
достижению коллективного соглашения стали несколько сложнее. Между тем Россия и Китай, а
также, в некоторой степени, объединенная Европа, проявили желание сохранить ядерную сделку
2015 года. Россияне, похоже, стремятся сохранить ее потому, что они знают — наилучшим
возможным способом контролировать Иран и использовать иранскую карту для игры с США по
вопросам региональных кризисов (Украина и Сирия) является именно ядерная сделка.
3.Урегулирование сирийского кризиса
Сирийский кризис — это еще одна проблема для лидеров российской и иранской дипломатии,
которая является одновременно предметом сотрудничества и разногласий между двумя сторонами. С
одной стороны, победы, достигнутые в Сирии с помощью Ирана и России, пока помогают
президенту Башару аль-Асаду удержаться у власти, но с другой, в будущем развитие сирийских
событий с большой вероятностью может усилить разногласия между Ираном и Россией.
Похоже, что одним из важнейших вопросов переговоров о пролонгации договора является будущее
Сирии и роль Ирана в этой стране. Дело в том, что Тегеран беспокоит перспектива лишиться
масштабного присутствия в будущем политическом устройстве Сирии. Факты свидетельствуют о
том, что Россия, Соединенные Штаты и Израиль достигли какого-то соглашения по Сирии и это
указывает на стремление Ирана подчеркнуть свою роль наряду с Россией в готовящемся
обновленном договоре. Опасения Тегерана заключаются в том, что если альянс между Россией,
США, Израилем и Саудовской Аравией будет носить не краткосрочный, а долгосрочный характер,
это приведет к определенной изоляции Ирана в регионе. Поэтому, прежде чем такие договоренности
будут достигнуты, Иран начал работать над долгосрочным стратегическим соглашением с Москвой,
в надежде сохранить поддержку России.
Следует отметить, что хотя Москва и настаивает на том, что начала свою военную кампанию в
Сирии исключительно с целью борьбы с терроризмом, она пытается изменить режим и структуры
безопасности страны, внедрив большое количество верных людей в командование сирийской армии.
Одной из наиболее важных фигур в Сирии, которую продвигают в российских СМИ, является
генерал Сухейль аль-Хасан, возглавляющий дивизию спецназначения «Тигр» в сирийской армии. Во
многих аспектах именно этот человек считается идеальным кандидатом на роль будущего лидера
страны с точки зрения интересов России. Вполне возможно, что Асад мог бы остаться у власти,
изменив сирийскую экономику и структуры безопасности, но Россия знает, что сохранение власти
Асада ей ни к чему, поскольку Европа не поддерживает проекты восстановления Сирии, пока Асад
остается во главе страны.
Россия и Иран расходятся во мнении относительно будущего политического устройства Сирии, и
Путин поддерживает Асада лишь до тех пор, пока интересы России соблюдаются, а в будущем он
заинтересован в замене Асада человеком, который может не устраивать Иран.
Заключение
Итак, Россия, по всей видимости, обладает преимуществами в ходе заключения соглашения с
Ираном по следующим причинам: 1 — сирийский кризис; 2 — противостояние американской
односторонней политике; 3 — ядерное соглашение; 4 — покупка вооружений; преодоление
нынешнего экономического кризиса; 5 — обеспокоенность Тегерана формированием альянса между
Россией, США, Израилем и Саудовской Аравией; 6 — стремление Тегарана обеспечить
долгосрочную поддержку России и Китая. С другой стороны, И Россия и Китай обеспокоены по
поводу смещения внешней политики Ирана в сторону Запада, и поэтому, подписав с Тегераном
долгосрочные соглашения, они смогут в определенной мере контролировать его.

Билет № 21
1. Военно-политическая интеграция в СНГ. Роль ОДКБ в обеспечении безопасности на
постсоветском пространстве.

Как и любое иное проявление интеграции военно-политическая интеграция определяется рядом


специфических черт, субъективных и объективных факторов, имеющих как региональное измерение,
так и выходящих за пределы пространства Евразии. Выделим их.

1. Национальные интересы подчас носят конъюнктурный характер и определяются узкими


интересами национальных элит.
2. Военно-стратегическое пространство в СНГ фрагментировано, оформился геополитический
плюрализм, наблюдается отход ряда государств от принципов интеграции.
3. Все отчетливее просматривается стремление ряда государств-участников СНГ получить
особый статус в отношениях с НАТО, создать совместные миротворческие подразделения,
укрепить военные связи и контакты.
4. Вследствие активного влияния извне на территории ряда государств СНГ активизировали
свою деятельность антиправительственные силы, усилились проявления экстремизма и
международного терроризма.
5. Государства СНГ, в первую очередь республики Центральной Азии, активно конкурируют
между собой за региональное лидерство.
6. Динамично развивается международная конкуренция за доступ к энергетическим ресурсам
стран СНГ, что сказывается на их взаимодействии в военно-политической сфере.
7. Продолжают пребывать в замороженном состоянии этнополитические конфликты на
пространстве СНГ, появляются новые проявления противоборства как между государствами,
так и внутри отдельных из них.

Вызовы и угрозы безопасности стран-участниц СНГ можно разделить на несколько уровней:

· Глобальный уровень. Это угрозы, находящиеся за пределами СНГ. К ним относятся:


международный терроризм, религиозный экстремизм, организованная преступность, наркоторговля
и др. Подобные угрозы влияют на безопасность всех без исключения стран СНГ и в наибольшей
степени определяют стремление к развитию системы региональной безопасности, поскольку
противостоять таким вызовам в своем большинстве государства региона в одиночку не могут;
· Региональный уровень. Это угрозы, формирующиеся в конкретном субрегионе. К ним
относятся: нерешенные территориальные, пограничные проблемы; вооруженные конфликты;
противоречия по вопросам связанным с природными ресурсами (например, водными), нелегальная
миграция и др. Подобные вызовы также определяют стремление государств обеспечить свою
безопасность посредством участия в тех или иных военно-политических структурах;
· Внутренний уровень. Это угрозы, истоки которых находятся внутри самих стран СНГ. К ним
относятся: национальный эгоизм правящих элит, слабость политических институтов,
неэффективность государственного управления, архаичность экономик, контрабанда оружия и
наркотиков, потоки беженцев, рост организованной преступности. Подобные вызовы, как показывает
опыт интеграции в СНГ, в меньшей степени воздействуют на желание развивать региональные
структуры по безопасности.

Таким образом, угрозы глобального и регионального масштабов побуждают страны СНГ к участию в
процессе военно-политической интеграции. В то время как внутригосударственные проблемы,
наоборот, поощряют воздерживаться от углубления интеграционного взаимодействия. Поэтому
военно-политическая интеграция в СНГ носит во много ограниченный характер.

Тем не менее, создание региональных институтов по безопасности является жизненно важной


потребностью для стран Содружества. Её реализация облегчается общей заинтересованностью в
объединении усилий по урегулированию вооруженных конфликтов, охране периметра
государственных границ, восстановлению эффективного сотрудничества в деле поддержания
боеспособности своих вооруженных сил.

Помимо приведенных выше вызовов и угроз, есть и еще ряд обстоятельств, которые направляют
усилия стран СНГ к развитию военно-политической интеграции. Выделим следующие:

1. С распадом СССР была разрушена централизованная система материально-технического


обеспечения военных потребностей бывших советских республик. Их военно-промышленный
комплекс (ВПК) оказался дезинтегрированным. Россия унаследовала от СССР большую часть
предприятий бывшей союзной оборонной промышленности, около 75%, и ещё большую часть
научно-исследовательских учреждений. И потому в настоящее время из стран СНГ лишь
Россия имеет целостный ВПК, позволяющий осуществлять завершенный цикл разработки и
производства техники и вооружений, боеприпасов и материально-технических средств.
2. Производить весь спектр вооружения на своих предприятиях другим странам СНГ не
позволяет и состояние экономики в целом. В связи с чем самостоятельное же обеспечение же
новыми видами вооружения и техники для большинства государств СНГ крайне
проблематично. Сказываются и определенные бюджетные ограничения, которые испытывают
отдельные страны региона. Даже поддержание жизнедеятельности национальных армий для
некоторых превратилось в проблему. Что обуславливает потребность изыскивать
возможности обеспечения своей военной безопасности через участие в военно-политической
интеграции.
3. Для создания развития военно-политической интеграции и оформления единого оборонного
пространства необходим целый ряд факторов. Таких, как: общие стандарты вооружений,
боеприпасов, принципы обучения военнослужащих, совместимость систем управления, язык
и др.
4. Страны СНГ в силу своих интересов нацелены на участие в разных форматах военно-
политической интеграции. Для одних важно именно военное сотрудничество перед лицом
общих угроз безопасности, другие намерены взаимодействовать лишь в военно-техническом
отношении. Третьи ориентируются на создание объединенной системы ПВО, четвертые
заинтересованы в миротворческой деятельности.

Военно-политическая интеграция на постсоветском пространстве ведется посредством создания


систем коллективной безопасности в рамках таких структур, как СНГ и Организация Договора о
коллективной безопасности (ОДКБ), а также через систему двусторонних и многосторонних
программ военного сотрудничества. Общие вызовы и угрозы безопасности, а также ограниченные
возможности по обеспечению собственной военной безопасности способствуют стремлению стран
объединить свои усилия.

Формирование органов военного управления СНГ.


Еще 8 декабря 1991 г. в статьях Беловежского соглашения, касающихся проблем военного
строительства и обороны, государства-учредители СНГ зафиксировали свою готовность активно
сотрудничать в «обеспечении международного мира и безопасности, осуществления эффективных
мер сокращения вооружений и военных расходов», еще раз подтвердили стремление к «ликвидации
всех ядерных вооружений, всеобщему и полному разоружению под строгим международным
контролем», засвидетельствовали свое уважение партнерам по Соглашению, устремленным «к
достижению статуса безъядерной зоны и нейтрального государства». Также руководители
Российской Федерации, Республики Беларусь и Украины заявили, что «будут сохранять и
поддерживать под объединенным командованием общее военно-стратегическое пространство,
включая единый контроль над ядерным оружием», а также «совместно гарантируют необходимые
условия размещения, функционирования, материального и социального обеспечения стратегических
вооруженных сил». Эти положения легли в основу последующих многосторонних договоров и
соглашений по военным вопросам в СНГ.

На этом же этапе создаются объединенные органы военного управления СНГ. Решением Совета глав
государств СНГ (Республики Армения, Республики Казахстан, Российской Федерации, Республики
Таджикистан и Республики Узбекистан) 14 февраля 1992 г.10 были образованы Совет министров
обороны (СМО) и Главное командование Объединенных вооруженных сил СНГ (ОВС СНГ). 22
января 1993 г. к данному решению присоединилась Кыргызская Республика. А 20 марта 1992 г.
состоялось подписание Соглашения об Объединенных вооруженных силах на переходный период.

Несмотря на намерение сохранить Объединенные силы, в государствах СНГ начинается


формирование и развитие национальных армий, что обусловило стихийный раздел Вооруженных сил
СССР. Вследствие этого образовались неравные, разные по составу и уровню оснащенности
национальные вооруженные силы стран—участниц СНГ.

В мае 1992 г. данный процесс завершился, причем Республика Беларусь, Республика Казахстан,
Российская Федерация и Украина стали обладателями ядерного оружия.

Основная часть инфраструктуры стратегических сил и ядерного комплекса, а также большинство


стратегических носителей ядерного оружия оказались на территории России. На Украине в момент
распада СССР находились 130 пусковых установок ракет УР-100НУ (SS-19) и 46 шахтных установок
ракет РТ-23УТТХ (SS-24). Кроме этого, на территории Украины дислоцировались 19
бомбардировщиков Ту-160, 25 бомбардировщиков Ту-95МС и 2 бомбардировщика Ту-95, в
Белоруссии — 81 грунтовый ракетный комплекс «Тополь» (SS-25), в Казахстане — 104 шахтные
пусковые установки ракет Р-36МУТТХ/Р-36М2 (SS-18) и 40 бомбардировщиков Ту-95МС.
Впоследствии ядерное оружие вывели с территории Республики Беларусь, Республики Казахстан и
Украины.

В сентябре 1993 г. Главное командование Объединенных сил СНГ было преобразовано в Штаб по
координации военного сотрудничества стран—участниц СНГ (это несколько понизило уровень
руководства военным строительством в Содружестве), а Управление стратегическими ядерными
силами передано Министерству обороны РФ.

Впоследствии в рамках СНГ были также подписаны Меморандум об «Основных направлениях


интеграционного развития СНГ» и «Перспективный план интеграционного развития СНГ» (оба 1994
г.), «Концепция коллективной безопасности» (1995 г.), «Соглашение о создании объединенной
системы ПВО» (1995), «Положение о Коллективных силах по поддержанию мира в СНГ» (1996 г.) и
др.

Ташкентский договор.

15 мая 1992 г. в Ташкенте руководители Республики Армения, Республики Казахстан, Кыргызской


Республики, Российской Федерации, Республики Таджикистан и Республики Узбекистан подписали
Договор о коллективной безопасности (ДКБ). В период 1993—1994 гг. к нему присоединились
Республика Беларусь, Грузия и Азербайджанская Республика, после чего он был ратифицирован и
вступил в силу. ДКБ состоит из 11 статей.

В статье 1 Договора говорится, что «участники будут воздерживаться от применения силы или
угрозы силы в межгосударственных отношениях». Государства также обязуются разрешать
разногласия между собой и другими государствами мирными путями. Важно отметить, что на
государства-участники накладывается запрет на вступление в военные союзы, а также на участие в
каких-либо группировках государств и в действиях, направленных против другого государства-
участника. Данная норма создает прочный плацдарм для дальнейшего военнополитического
сотрудничества. При этом Договор не исключает возможность участия государств ДКБ в более
широких системах коллективной безопасности в Европе и Азии.

Статья 2 ДКБ устанавливает механизм совместных консультаций с целью координации своих


позиций, который незамедлительно срабатывает в случае возникновения угрозы безопасности,
стабильности, территориальной целостности и суверенитету одного или нескольких государств-
участников либо угрозы международному миру и безопасности государства.

В статье 3 говорится о Совете коллективной безопасности в составе глав государств-участников. Это


единственный упомянутый в ДКБ орган. Совет создает свои органы и берет на себя координацию и
обеспечение совместной деятельности государств-участников в соответствии с Договором (ст. 5). На
основании данной статьи Решениями Совета коллективной безопасности были сформированы Совет
министров иностранных дел, Совет министров обороны и Комитет секретарей советов безопасности,
Секретариат.

Главной несущей конструкцией ДКБ является ст. 4, согласно которой агрессия против одной из
сторон Договора будет рассматриваться как агрессия против всех участников ДКБ.В научной
литературе ст. 4 ДКБ сравнивается с аналогичной ст. 5 Североатлантического договора, которая
также рассматривает агрессию против одного государства-участника как агрессию против всего
военного блока.

В 1999 г. Азербайджанская Республика, Грузия и Республика Узбекистан отказались продлевать ДКБ


на следующие пять лет. Усиливался процесс альтернативной интеграции — без участия России:
развивался формат ГУАМ. Учредителями Консультативного форума ГУАМ в октябре 1997 г.
становятся Грузия, Украина, Азербайджанская Республика и Республика Молдова. В апреле 1999 г. в
ходе встречи президентов государств-участников ГУАМ и Республики Узбекистан форум
трансформируется в ГУУАМ. В мае 2005 г. Республика Узбекистан заявила о своем выходе из
организации, указав в качестве формального повода «существенное изменение изначально
объявленных целей и задач организации». 28 июня 2012 г. Республика Узбекистан направила ноту с
уведомлением о приостановлении своего членства в ОДКБ. Это решение вступило в силу 19 декабря
2012 г.

Обеспечение региональной безопасности.

Государства СНГ проводят согласованную политику в области международной безопасности,


разоружения и контроля над вооружениями, строительства вооруженных сил и поддерживают
безопасность в Содружестве, в том числе с помощью групп военных наблюдателей и коллективных
сил по поддержанию мира.

Поскольку внутренние границы стран СНГ оставались «прозрачными», главное внимание уделялось
охране внешних границ Содружества. В 1992 г. были подписаны Соглашение об охране
государственных границ и морских экономических зон государств, Соглашение о сотрудничестве
государств Содружества по обеспечению стабильного положения на их внешних границах,
Соглашение о статусе Пограничных войск СНГ и другие документы, обеспечивающие
неприкосновенность границ. В 1996 г. Совет глав государств принял Концепцию охраны границ
государств СНГ с государствами, не входящими в Содружество. Концепция призвана
координировать усилия пограничных войск по обеспечению безопасности границ. Этот документ
определяет основы пограничной политики, основные направления сотрудничества по обеспечению
безопасности границ, а также пути реализации ее положений.

В январе 1996 г. страны СНГ приняли Концепцию предотвращения и урегулирования конфликтов на


территории государств Содружества. Она определяет общие принципы стран СНГ в решении
вопросов предотвращения и урегулирования конфликтов, разрешении возникающих споров и
разногласий. Деятельность государств Содружества в этом направлении содействует
предотвращению, урегулированию спорных вопросов, конфликтных ситуаций и сближению точек
зрения конфликтующих сторон в целях поиска взаимоприемлемых договоренностей. Характер этой
деятельности и выбор средств зависят от масштабов и стадии развития конфликтов. В январе 1996 г.
Совет глав государств утвердил Положение о Коллективных силах по поддержанию мира в СНГ.
Эти силы представляют собой временное коалиционное формирование, которое создается на период
проведения операции по поддержанию мира в целях содействия урегулированию конфликтов на
территории любого государства-участника СНГ.

Новый этап в существовании Договора о коллективной безопасности начался после Минской сессии
в мае 2000 г., где проявились единая политическая позиция руководителей государств-участников
ДКБ, стремление идти по пути наращивания военно-политической интеграции, общность подходов к
обеспечению безопасности с учетом развития геополитической обстановки и практического опыта.
Признавая крайнюю серьезность новых транснациональных опасностей и рисков, участники
Договора о коллективной безопасности приоритетным на данном этапе считали противодействие
международному терроризму и экстремизму.

Было решено в 2000 г. приступить к созданию региональных систем коллективной безопасности и


соответствующих совместных органов управления. Предполагалось формирование системы
коллективной безопасности ДКБ при сочетании многостороннего и двустороннего подходов. Была
оформлена структура консультативных органов Совета коллективной безопасности в составе Совета
министров иностранных дел, Совета министров обороны и секретарей Советов безопасности в целях
координации действий, в первую очередь в борьбе с международным терроризмом, принят ряд
договорно-правовых документов, имеющих существенное значение именно для практического
развития и функционирования системы коллективной безопасности, например Соглашение об
основных принципах военно-технического сотрудничества.

Особенно активизировалась деятельность Договора о коллективной безопасности осенью 2001 г.,


когда практически все постсоветские государства активно включились в борьбу с международным
терроризмом. Страны СНГ провели интенсивные двусторонние и многосторонние консультации и
договорились о дополнительных совместных шагах по активизации борьбы с терроризмом.
Обсуждался вопрос об увеличении численного состава Коллективных сил быстрого развертывания
Центрально-Азиатского региона. На внеочередном заседании Комитета секретарей Советов
безопасности государств—участников ДКБ 9 октября 2001 г. присутствовали также секретари
Советов безопасности Грузии, Молдовы, Украины и Республики Узбекистан, а также руководства
Антитеррористического центра СНГ.

Институционализация ОДКБ и создание ШОС.

14 мая 2002 г. на Московском саммите стран—участниц ДКБ было принято решение о


трансформации ДКБ в полноценную организацию — ОДКБ, а 7 октября 2002 г. в Кишиневе
подписаны Устав и Соглашение о правовом статусе ОДКБ, которые вступили в силу 18 сентября
2003 г. На Сочинском саммите ОДКБ 16 августа 2006 г. решение о полноправном членстве в
организации принял Узбекистан. Целью создания ОДКБ провозглашалась защита территориально-
экономического пространства стран-участниц совместными усилиями армий и вспомогательных
подразделений от любых внешних агрессоров, международных террористов, а также от природных
катастроф. В задачу ОДКБ входила координация деятельности различных вооруженных
формирований: Восточноевропейские союзнические силы (российско-белорусские), Кавказские
союзнические силы (российско-армянские), союзнические силы Центрально-Азиатского региона.

В условиях возросшей военно-политической нестабильности в мире и приграничных с зоной


ответственности ОДКБ регионах возрастает роль военной составляющей Организации. Ее основу
составляют Коллективные силы (войска) ОДКБ, объединяющие двусторонние и многосторонние
региональные и коалиционные группировки войск, созданные и создаваемые объединенные системы
ПВО, связи и управления, коллективные механизмы военно-технического и военно-экономического
сотрудничества. В рамках такого взаимодействия в формате ОДКБ образован и совершенствуется
механизм оснащения вооруженных сил и других силовых структур государств-членов современными
и совместимыми вооружением, военной и специальной техникой. Предпринимаются практические
шаги по развертыванию в государствах-членах производства комплектующих для вооружения и
военной техники, ранее производимых за рубежом. В военных вузах государств организована
подготовка кадров по широкому спектру специальностей на безвозмездной и льготной основе.

Также формируется Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), которая ориентирована на


развитие как экономического сотрудничества, так и военнополитического.

ШОС была образована в апреле 1996 г. В настоящее время ее членами являются Российская
Федерация, Китайская Народная Республика, Республика Казахстан, Кыргызская Республика,
Республика Узбекистан, Республика Таджикистан, Республика Индия и Исламская Республика
Пакистан. Статус наблюдателей имеют Исламская Республика Афганистан, Республика Беларусь,
Монголия и Исламская Республика Иран. Партнеры по диалогу — Азербайджанская Республика,
Республика Армения, Королевство Камбоджа, Непал, Турецкая Республика, Шри-Ланка. Заявки на
участие в качестве наблюдателей подали Народная Республика Бангладеш, Арабская Республика
Египет, Сирийская Арабская Республика.

Цели в области безопасности у ШОС следующие: совместное противодействие терроризму,


сепаратизму и экстремизму во всех их проявлениях, борьба с незаконным оборотом наркотиков и
оружия, другими видами транснациональной преступности и нелегальной миграцией,
взаимодействие в предотвращении международных конфликтов и их мирном урегулировании. С
2002 г. в рамках ШОС действует Региональная антитеррористическая структура (РАТС). Регулярно
проводятся совместные антитеррористические учения. При этом военным союзом ШОС не является.

Углубление интеграции в рамках ОДКБ.

14 июня 2009 г. было подписано Соглашение о создании Коллективных сил оперативного


реагирования (КСОР) ОДКБ, состоящих из десяти батальонов национальных Вооруженных сил (по
три от Российской Федерации и Республики Таджикистан, по два от Республики Казахстан и
Кыргызской Республики), для защиты территориальной целостности и суверенитета государств-
членов ОДКБ, а также для отражения военной агрессии, проведения спецопераций по борьбе с
терроризмом и экстремизмом, противодействия транснациональной организованной преступности,
наркоторговле и пр.

Масштабные учения Коллективных сил оперативного реагирования ОДКБ прошли в октябре 2010 г.
на Чебаркульском полигоне в Челябинской области РФ. В них участвовали в общей сложности 1,7
тыс. военных из пяти стран (Республики Армения, Республики Казахстан, Кыргызской Республики,
Российской Федерации и Республики Таджикистан).

Данные подразделения в мирное время подчиняются исключительно командованиям вооруженных


сил своих стран и лишь в случае необходимости выполняют союзнические обязательства. Из-за
особой позиции Республики Беларусь документы, подписанные А. Г. Лукашенко, поступили в
секретариат ОДКБ 20 октября 2009 г.
В 2014—2016 гг. продолжилась интеграция в рамках ОДКБ. Принято решение Совета коллективной
безопасности ОДКБ «О Коллективных авиационных силах ОДКБ» (2014). В мае 2015 г. проводилась
внезапная проверка готовности воинских контингентов всех государств-членов КСОР ОДКБ, в ходе
которой они были переброшены в Республику Таджикистан для выполнения учебно-боевых задач
вблизи таджикско-афганской границы. В 2016 г. принято решение о создании Центра кризисного
реагирования ОДКБ, а также утверждена Стратегия коллективной безопасности ОДКБ на период до
2025 г. (2016), которая служит основой планирования развития системы коллективной безопасности
ОДКБ. Документ закрепляет ориентиры дальнейшего развития по всем основным направлениям
сотрудничества.

Военно-промышленная кооперация.

Восстановление научно-технической и производственной кооперации ВПК стран СНГ —


взаимовыгодный проект, позволяющий сократить издержки на производство продукции военного
назначения и в полной мере воспользоваться эффектом экономии на масштабах производства.
Военно-промышленная кооперация — необходимое дополнение к военно-политической кооперации.
Например, в Европе с 2004 г. действует Европейское оборонное агентство, орган общей внешней
политики и политики безопасности.

На пространстве СНГ согласно решению Совета глав правительств СНГ от 15 сентября 2004 г. и
Совета коллективной безопасности ОДКБ от 23 июня 2005 г. была создана Межгосударственная
комиссия по военно-экономическому сотрудничеству (МКВЭС) стран ОДКБ. Основными
направлениями сотрудничества в рамках ОДКБ являются:
 ■ формирование оптимальной в формате ОДКБ системы совместных предприятий по
разработке, производству, модернизации, ремонту и утилизации продукции военного
назначения, со всесторонней отработкой механизма их деятельности, в том числе и контроля,
как в формате Организации, так и при выходе на внешний рынок вооружений;
 ■ создание нормативно-правовой базы, обеспечивающей единые принципы и правила
взаимодействия по всем аспектам внешнеэкономического сотрудничества;
 ■ проведение согласованной политики по унификации и стандартизации образцов
вооружения и военной техники;
 ■ переход к долгосрочному планированию военно-экономического и военно-технического
сотрудничества;
 ■ формирование единого рекламно-выставочного поля в сфере военно-экономического
сотрудничества в рамках ОДКБ.

В ходе регулярных заседаний МКВЭС обсуждаются вопросы военно-промышленного


сотрудничества, стандартизации оборонной продукции, создания межгосударственной системы
каталогизации предметов снабжения вооруженных сил государств—членов ОДКБ,
совершенствования механизма поставок продукции военного назначения, развития интеграции
предприятий боеприпасных отраслей промышленности и др. Так, на XIV заседании МКВЭС ОДКБ в
Душанбе (май 2016 г.) обсуждались возможности использования странами ОДКБ высокоточного
сигнала российской системы спутниковой связи ГЛОНАСС.

Выводы.

1. 1.За годы после распада СССР военно-политическая интеграция в формате СНГ себя не
оправдала. В настоящее время в формате СНГ действует лишь Объединенная система ПВО,
созданная на основе Соглашения, подписанного 10 февраля 1995 г. Ее участниками являются
Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Россия, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан,
Украина. Причем Узбекистан и Украина сотрудничают с Россией на двусторонней основе. Не
являются участниками Азербайджан, Грузия и Молдавия.
2. 2.Ослабление военно-политических механизмов СНГ компенсировалось углублением
интеграции в рамках ОДКБ, которая развивалась успешнее, но не без проблем. Тем не менее,
страны-участницы ОДКБ, развивая военно-политическую интеграцию, превратились в
заметную коллективную силу в региональном и международном плане, в весомый фактор
безопасности и стабильности.
3. 3.На евразийском пространстве оформился новый тип военно-политической интеграции,
специфика которого заключается в ее разноскоростном и разноуровневом характере, опоре на
невоенные средства обеспечения безопасности, ненаправленности против конкретных
государств или военно-политических объединений, использовании военной силы в качестве
фактора сдерживания, акценте на противодействие новым вызовам и угрозам. При этом
созданное в рамках ОДКБ союзническое ядро характеризуется общностью стратегических
интересов и представляет наиболее продвинутый в регионе СНГ уровень военно-
политической интеграции.
4. 4.В ОДКБ закрепляется форма многосторонней военно-политической интеграции с
союзническими отношениями, имеющими приоритетный характер по сравнению со связями с
третьими странами и организациями, с главенствующей ролью президентского органа –
Совета коллективной бзопасности, позволяющего оперативно выходить на крупные решения
по продвижению интеграции, с приобретением наднациональных функций некоторыми
звеньями Организации.
5. 5.Создаваемая система коллективной безопасности проходит ряд этапов, ведущих к созданию
и совершенствованию коалиционных группировок войск, позволяющих отражать возможную
агрессию или террористическое нападение. ОДКБ на данном этапе по форме обеспечения
безопасности может быть классифицирована как находящаяся между форматами общей, или
кооперативной безопасности и коллективной обороны, или военного союза с возможной
эволюций к более высокому военно-политическому интеграционному уровню.
6. 6.Создание единого пространства безопасности предполагает формирование единого
экономического пространства, создающего материальные предпосылки для интеграции в
военно-политической области. Это относится, прежде всего, к сфере производства
современных вооружений, префенциальному военно-экономическому и военно-техническому
сотрудничеству, способности оказывать необходимую военно-техническую помощь
партнерам и союзникам.
7. 7.Противодействие новым вызовам и угрозам предполагает значительное расширение
диапазона и набора используемого инструментария коллективной безопасности, включая
активизацию внешнеполитического взаимодействия, расширение и углубление связей между
силовыми, специальными, правоохранительными, информационными, социальными и
финансовыми органами стран-участниц ОДКБ.
8. 8.Акцент на противодействие новым вызовам и угрозам не снижает значения классических
угроз независимости и территориальной целостности союзнических государств
постсоветского пространства, что требует повышенного внимания к военной составляющей
системы коллективной безопасности, ее соответствующей адаптации к современным
условиям.
9. 9.Перспектива интеграции во многом будет зависеть от расстановки внутриполитических сил
в государствах СНГ и ОДКБ, и прежде всего в России. Она на данном этапе в целом
благоприятствует линии на углубление интеграции постсоветского пространства, создание
крепкого союзнического ядра под руководством России. Представляется также важным, что
ОДКБ, следуя своим основополагающим принципам, не вмешивается, как показали события в
Киргизии, во внутренние дела государств-участников.

Таким образом, углубление военно-политической интеграции в постсоветской Евразии – это


объективный процесс и долговременный стратегический приоритет России и ее союзников,
требующий первостепенного внимания со стороны государственных структур и общественности,
политических и материальных вложений, взаимного учета национальных интересов государств-
участников и их народов.

2. Арабо-израильский конфликт на современном этапе.

Арабо-израильский конфликт на протяжении многих десятилетий остается одной из самых


взрывоопасных среди ближневосточных «горячих точек», эскалация событий вокруг которого может
в любой момент привести к новой региональной войне, а также существенно повлиять на систему
международных отношений в целом.
Конфликт между арабами и евреями из-за Палестины начался еще до создания государства Израиль.
Корни конфликта уходят и в период Британского мандата и даже в более ранний период, когда
положение евреев в Османской империи и Палестине определялось исламским религиозным правом,
согласно которому статус и права религиозных меньшинств были ниже мусульманских. Евреи тогда
подвергались всяческой дискриминации со стороны местной власти, сосредоточенной в руках
представителей арабской знати и со стороны местного мусульманского населения. Кроме того, корни
следует искать в столкновении психологий двух народов: арабского населения, которое было
привержено старым религиозным традициям и укладу жизни, верило в духовный авторитет власти и
представителей сионистского движения, принесшим с собой из Европы совершенно новый уклад
жизни.
Конфликт подогревался влиянием Великобритании, а позднее – Германии и Италии – на арабское
население.
С 1947 г. уже полным ходом шла война на территории Палестины за создание еврейского
национального государства. В мае 1948 г. было провозглашено государство Израиль на основании
Резолюции № 181 ГА ООН, принятой в ноябре 1947 года. Арабские страны крайне негативно
отреагировали на происходящее путем непризнания Израиля, что привело к эскалации конфликта
между Израилем и соседними арабскими странами. В ходе арабо-израильской войны (1947-49 гг.)
Израилю удалось отстоять независимость и завладеть Западным Иерусалимом и частью территории,
отведенной Палестине по мандату ООН.
На момент очередного арабо-израильского столкновения (Шестидневная война, 1967 г.) Израиль
прошел вглубь Синайского полуострова, захватил Голанские высоты, Западный берег р. Иордан,
Сектор Газы и Восточный Иерусалим.
Во время войны Судного дня (1973 г.) Иран оказывал небольшую и неявную поддержку Израилю в
виде истребителей и прочей военной техники. Война закончилась победой Израиля, и поверженные
арабские страны-члены ОПЕК ввели эмбарго на поставки нефти в страны, поддерживающие
Израиль, и сильно завысили цену на нефтяной баррель, что привело к состоянию «нефтяного шока»
в мире.
После 1979 г. ирано-израильские отношения резко ухудшились. Ключевая идея, поднятая в Иране
того времени – распространение и экспансия исламской революции за пределы государства.
Израиль, обладающий контролем над Иерусалимом, где расположена мечеть аль-Акса (третья
святыня ислама), стал камнем преткновения.
В сентябре 1980 г. началась ирано-иракская война из-за приграничной территории, перенявшая все
внимание Ирана. Обе воюющие стороны получали колоссальную финансовую и военную помощь
извне, также и отдельные структуры В 1988 г. война закончилась ничьей.
В июне 2003 года на саммите в Иордании с участием президента США Джорджа Буша-младшего и
главы палестинского правительства Махмуда Аббаса премьер Шарон подтвердил согласие Израиля
на создание демилитаризованного палестинского государства в рамках плана, известного как
«Дорожная карта». Основные пункты плана:
1) этот план предполагает «международный контроль» над его выполнением, осуществлять его будут
ЕС, США, Россия, ООН;
2) урегулирование процесса делится на три этапа, в результате завершения которых на Западном
берегу Иордана и в секторе Газы к 2005 г. будет образовано постоянное государство Палестина.
В 2006 году Лига арабских государств (ЛАГ) выдвинула свой план решения ближневосточного
конфликта: признание арабскими государствами права Израиля на существование, отказ от
насильственных акций с обеих сторон, признание палестинской стороной всех предыдущих
соглашений, отвод израильских войск к границам 1967 года и возвращение палестинских беженцев.
Однако урегулирование конфликта с мертвой точки не сдвинулось, т.к. возврат к границам 1967 года
(до Шестидневной войны) является для Израиля большой потерей.
Основные проблемы, по которым стороны не могут прийти к взаимоприемлемому соглашению:
· Раздел Иерусалима
· Проблема беженцев
· Проблема поселений
Арабо-израильский конфликт в настоящее время включает в себя четыре параллельных процесса:
процесс восстановления мира между арабами и Израилем; процесс поэтапного уничтожения страны
Израиль; процесс усиления арабо-израильского конфликта; процесс глобального противостояния
мусульманской цивилизации остальному человечеству.
После смерти Арафата, в январе 2005 года президентом ПНА был избран Аббас, который сумел
договориться с Израилем о прекращении насилия. В марте 2005 года Израиль официально передал
палестинской администрации контроль над Иерихоном, за ним последовали Тулькарм, Рамаллах,
Калькийя и Вифлеем.
Шарон еще в 2004 году добился, несмотря на протесты в рядах его собственной правящей коалиции,
принятия плана об "одностороннем отделении" от палестинцев. В августе 2005 года Израиль
эвакуировал поселения из полосы Газа и несколько поселений на Западном берегу, а в сентябре 2005
года вывел войска из Газы, положив конец ее 38-летней оккупации.
Периоды относительного спокойствия в зоне палестино-израильского конфликта чередуются со
всплесками напряженности, в т.ч. вооруженного противостояния. Конфронтация усилилась после
прихода к власти в секторе Газа радикальной группировки ХАМАС в январе 2006 года. Израильтяне
установили блокаду Газы, а после захвата рядом палестинских группировок израильского
военнослужащего Гилада Шалита в июле 2006 года, начали проводить в секторе военные операции.
Наиболее значительные из них - операции "Летние дожди" 2006 года и "Литой свинец" зимой 2008-
2009 годов.
Обстановка в зоне палестино-израильского конфликта вновь обострилась осенью 2015 года.
Жертвами арабских атак стали более 40 израильтян и иностранцев. В начале 2017 года количество
нападений пошло на спад, но полностью не прекратилось. Подобные вылазки в Израиле обычно
признают действиями одиночек, но обвиняют палестинские власти, группировки и контролируемые
ими СМИ в разжигании радикальных настроений.
В середине июля 2017 года новый виток протестов жителей Палестины спровоцировало усиление
мер безопасности на Храмовой горе, почитаемой как третья по значимости святыня ислама.
Кульминацией протестов стало 21 июля, когда в стычках с полицией в Иерусалиме погибли четверо
палестинцев. Всего за десять дней обострения ситуации вокруг Храмовой горы пострадали около 900
палестинцев. Установку металлоискателей и введение поголовных проверок палестинцы называют
посягательством на святыню и попыткой ограничить там права мусульман. Отвергая обвинения в
свой адрес, израильтяне напоминают, что ужесточение мер безопасности стало реакцией на убийство
в этом районе двух полицейских.
Очередной раз обстановка резко обострилась в начале декабря 2017 года, когда президент США
Дональд Трамп объявил о признании Иерусалима израильской столицей и о планах по переносу туда
американского посольства. Конгресс США еще в 1995 году принял закон о переносе посольства
страны в Израиле из Тель-Авива в Иерусалим, но из-за спорного статуса города президенты каждые
полгода подписывали документ, откладывающий исполнение этого решение.
Признание Иерусалима противоречит одному из основополагающих для ближневосточного
урегулирования документов, резолюции Генассамблеи ООН 181 от 1947 года, которая определяет
город как "отдельную единицу" (corpus separatum) со специальным международным режимом под
управлением Организации Объединенных Наций". Еще один документ на эту тему, резолюция СБ
ООН 478 от 1980 года, "порицает" Израиль за принятие основного закона о столичном статусе всего
Иерусалима и призывает государства вывести свои дипломатические миссии из города.
Несмотря на протесты палестинцев в секторе Газа, в середине мая 2018 года американское
посольство все же было перенесено в Иерусалим.
Катализатором очередного обострения в зоне конфликта стал снос в июле 2019 года десяти
многоквартирных палестинских домов в Вади-Хуммус. Свои действия, вызвавшие протесты
мирового сообщества, израильтяне обосновали соображениями безопасности и ссылками на приказ
военных властей, которые запрещают строительство вблизи разделительных сооружений,
опоясывающих Западный берег реки Иордан. Из-за этих событий президент Палестины Аббас решил
прекратить действие всех соглашений, подписанных с Израилем.
Еще одно крупнейшее обострение конфликта произошло в ноябре 2019 года после того, как
израильские военные ликвидировали командира группировки "Исламский джихад" в палестинском
секторе Газа, по их данным, готовившего крупный теракт. Палестинцы после этого выпустили более
200 ракет, израильские военные ответили авиаударами. Взаимные удары продолжались три дня, пока
израильские власти и "Исламский джихад" не согласовали перемирие. В результате погибли 34
палестинца, более 100 получили ранения.
Урегулирование конфликта стало интернациональной задачей: в мирный процесс были вовлечены
международные посредники – c 2002 года работает квартет по ближневосточному урегулированию
(ООН, США, Россия, Европейский союз). Было предложено несколько планов мирного
урегулирования конфликта (в том числе "Дорожная карта") и программ (женевская, египетская и
другие).
Прямые контакты сторон были возобновлены 2 сентября 2010 года в Вашингтоне. 14 и 15 сентября
2010 года в Шарм-эш-Шейхе и Иерусалиме соответственно прошли второй и третий раунды прямого
диалога между Аббасом и Нетаньяху. Потом лидеры больше не встречались. В конце 2015 года
Аббас и Нетаньяху обменялись рукопожатием "на полях" климатической конференции в Париже.
Позже израильский премьер объяснил этот жест требованиями дипломатического протокола.
Мирное урегулирование палестино-израильского конфликта до сих пор не стало реальностью. Все
предлагавшиеся программы урегулирования не были реализованы из-за того, что и палестинцы, и
израильтяне выдвигали и выдвигают условия, практически неприемлемые для другой стороны.
Каждая новая серия переговоров прерывалась очередными терактами, взрывами, ракетными
обстрелами, провокациями.
Развитие сети еврейских поселений Западного берега реки Иордан и Восточного Иерусалима, где
живут порядка 500 тысяч израильтян, принято считать главным раздражителем в отношениях
Израиля с международным сообществом и одним из основных препятствий в поисках мира с
палестинцами.
В последние годы наблюдался значительный рост поселенческой активности Израиля на
оккупированных палестинских территориях. 24 января 2017 года объявлено о принятом властями
страны решении возвести около 2500 новых единиц жилья в поселениях на Западном берегу реки
Иордан. Двумя днями ранее было утверждено строительство 566 квартир в Восточном Иерусалиме в
районах Рамот, Писгат Зеэв и Рамат Шломо. В соответствии с международным правом данная
практика Израиля является незаконной, что в очередной раз было подтверждено в резолюции 2334
СБ ООН от 23 декабря 2016 года. В ней подчеркнуто, что такого рода израильское строительство не
имеет юридической силы и представляет собой одно из главных препятствий на пути к
установлению справедливого, прочного и всеобъемлющего мира на Ближнем Востоке.
6 февраля 2017 года израильский Кнессет утвердил закон, который предполагает легализацию
поселенческих форпостов, созданных при израильском государственном участии на частных
палестинских землях на Западном берегу реки Иордан. Под действие этого правового акта
подпадают порядка 4 тысяч единиц жилья, построенных на оккупированных палестинских
территориях без соответствующего разрешения властей Израиля и считавшихся до сих пор ими
самими незаконными.
15 января 2017 года в Париже состоялась Международная конференция по ближневосточному
урегулированию. В форуме, цель которого – содействие возобновлению зашедших в тупик
палестино-израильских мирных переговоров, приняли участие представители 70 стран. Израиль его
бойкотировал, считая, что он лишь отдаляет мир, укрепляя непримиримость позиций палестинцев.
Палестинцы приветствовали многосторонний подход, отмечая, что годы переговоров с Израилем
никак не приблизили решение вопроса.
Президент России Владимир Путин еще в 2016 году предложил провести в Москве встречу
Нетаньяху с ббасом. Нетаньяху и Аббас заявили о принципиальной поддержке российской
инициативы, призванной способствовать возобновлению мирных переговоров. Однако в публичных
выступлениях они возложили друг на друга ответственность за то, что саммит не был согласован до
этого.
После победы в ноябре 2016 года на президентских выборах в США Трамп пообещал вплотную
заняться урегулированием палестино-израильского конфликта и привести стороны к миру. Однако
последующие действия США стали наоборот ухудшать ситуацию. Это в первую очередь, решение
Трампа в декабре 2017 года о переносе американского посольства в Иерусалим, признание в марте
2019 года американцами израильского суверенитета над оккупированными сирийскими Голанскими
высотами, а также заявление в ноябре 2019 года госсекретаря США Майка Помпео о том, что
Вашингтон более не считает поселенческую деятельность Израиля на Западном берегу и в
Восточном Иерусалиме нарушением международного права.
28 января 2020 года американский Трамп представил "сделку века" - план палестино-израильского
урегулирования, разработанный администрацией США. В соответствии с этим планом, Иерусалим
должен остаться неделимой столицей Израиля, США откроют свое посольство для палестинцев в
Восточном Иерусалиме, палестинцы смогут вдвое увеличить свою территорию, а США помогут
Аббасу в создании государства, если он согласится на переговоры. Для реализации "сделки века"
США образуют совместный комитет с Израилем, премьер которого Нетаньяху, по словам Трампа,
согласился с предложенным Вашингтоном планом.
Предполагается, что переговоры по заключению окончательного соглашения должны пройти в
течение четырех лет.
Аббас, комментируя предложенную США "сделку века", заявил, что Иерусалим не продается.
Палестинцы в рамках процесса мирного урегулирования с Израилем, который в данный момент
приостановлен, требуют, чтобы будущие границы между двумя суверенными государствами
проходили по линиям, которые существовали до Шестидневной войны 1967 года, с возможным
обменом территорий. Они надеются создать свое государство на Западном берегу реки Иордан и в
секторе Газа, а Восточный Иерусалим хотят сделать его столицей. Израиль отказывается вернуться к
границам 1967 года, а тем более делить с арабами Иерусалим, который уже объявил своей вечной и
неделимой столицей.
В 2020 году Израиль успел наладить отношения и с другими арабскими странами. До этого года
только два ближневосточных государства признавали Израиль: Египет и Иордания. В 2020-м
соглашение с Израилем подписали Бахрейн, Объединенные Арабские Эмираты и Судан.
С 10 мая 2021 г. палестинские группировки, в первую очередь ХАМАС (Исламское движение
сопротивления), начали обстрел израильских городов и населенных пунктов ракетами. Большая
часть ракет выпускается из специальных шахт, оборудованных в северной части сектора Газа. В
ответ Армия обороны Израиля приступила к нанесению авиационных ударов по сектору Газа.
В настоящее время израильская сторона утверждает о тысяче ракет, выпущенных ХАМАС по
территории страны. В свою очередь, палестинцы сообщают о гибели большого количества мирных
жителей, включая детей, и о серьезных разрушениях. Например, в Газе было разрушено 13-этажное
здание «Бурдж-Ханади», где размещались штабные структуры ХАМАС. В свою очередь, из-за
ракетных обстрелов был вынужден временно прекратить вылеты самолетов аэропорт «Бен-Гурион»
в Тель-Авиве.

Билет № 22
1. Шанхайская Организация сотрудничества на современном этапе развития.
Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) – региональное международное объединение, в
которое входят Россия, Китай, Казахстан, Киргизия, Таджикистан и Узбекистан. С 2004 года ШОС
является наблюдателем при Генеральной ассамблее ООН.
В начале второго десятилетия ХХI века Шанхайская организация сотрудничества является одним из
ключевых акторов международной политики в Азии. В настоящее время ШОС развивает
сотрудничество в формате 8+4+6 (государства-члены ШОС (Россия, Китай, Таджикистан, Казахстан,
Узбекистан, Кыргызстан, Индия, Пакистан )+ государства наблюдатели (Беларусь, Иран, Монголия,
Афганистан) + партнеры по диалогу(Турция, Непал, Азербайджан, Армения, Камбоджа, Шри-
Ланка)). С точки зрения евразийского развития ШОС является важным институтом обеспечения
безопасности в центральноазиатском регионе.
Шанхайская организация сотрудничества объединяет государства, которые придерживаются
сходных взглядов на тенденции мирового развития и готовы совместно искать согласованные
подходы к решению международных и региональных проблем. Другая ее задача – укрепление
регионального экономического и культурного сотрудничества. ШОС никому не противопоставляет
себя, она нацелена на позитивное решение конкретных проблем в интересах стран-членов.
На современном этапе геополитическую ситуацию в постсоветской Азии определяют следующие
факторы. Это сохраняющийся конфликтный потенциал в Афганистане и неопределенность в регионе
после вывода коалиционных сил в 2014 г.; латентный конфликтный потенциал Ферганской долины;
столкновение интересов ведущих геополитических сил мира актуализируется теперь наряду с
нетрадиционными угрозами безопасности (периодически обостряются проблемы: водные,
этнотерриториальные, пограничные, межэтнические, внутриэтнические—клановые); идет борьба
ведущих мировых инвесторов — России, США, Китая, Евросоюза за ресурсы и за контроль
маршрутов их транспортировки, а также за доступ к рынкам.
Ключевыми центрами силы на постсоветской Азии являются Россия и Китай. При этом огромное
воздействие на геополитику государств региона оказывает китайский фактор. Интересы Китая :
борьба с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом; обеспечение безопасности в пограничных
районах; поддержание стабильности в регионе; содействие экономическому развитию; обеспечение
дружественных отношений стран региона к Китаю; недопущение усиление в Центральной Азией
государств, враждебных к Китаю; недопущение создания в регионе военных союзов, направленных
против Китая; обеспечение доступности для Китая энергетических и иных ресурсов региона.
Для России постсоветская Центральная Азия является одним из ключевых звеньев в борьбе с
международным терроризмом в непосредственной близости от российских границ. Для России
доминирующее влияние в постсоветской Азии необходимо для восстановления ее стратегического
влияния в мире, а для развития экономического потенциала России важны центральноазиатские
ресурсы.
Другим важнейшим фактором нестабильности может стать очередной виток нагнетания вокруг
иранской ядерной программы военно-политической обстановки. Перспективы военной угрозы в
отношении Ирана вызывают напряженность в государствах, граничащих или расположенных
неподалеку от границ Ирана. В данном контексте реальной угрозе подвергается безопасность
постсоветских государств: это угроза экономическим интересам новых государств, экологические и
гуманитарные риски, проблема миграции в условиях экологической катастрофы.
Если в Вашингтоне на первое место ставят военные удары по международным террористическим
центрам и давление на государства, поддерживающие терроризм, то, с точки зрения Шанхайской
организации сотрудничества, международный терроризм напрямую связан с сепаратизмом и
религиозным экстремизмом. Другое направление, по которому Шанхайская организация
сотрудничества не разделяет американского подхода, – борьба с наркоторговлей. Серьезными
препятствиями для ШОС как компонента формирующейся азиатской безопасности остаются
диспропорции в экономическом развитии, размещении и состоянии дорожной и
телекоммуникационной инфраструктуры, различный уровень устойчивости национальных валют,
незавершенность политических преобразований в большинстве стран-
участниц, наличие таможенных и иных барьеров между ними, обостряющаяся проблема незаконной
миграции. Но самым главным препятствием для ШОС представляются противоречия в определении
приоритетов в работе организации между ее крупнейшими государствами — Россией и Китаем. Если
для КНР первостепенное значение имеет вектор экономического сотрудничества, то для Российской
Федерации приоритетными остаются все же поддержание стабильности в регионе и борьба с
терроризмом и экстремизмом, незаконной миграцией, оборотом оружия, наркотраффиком

2. Ситуация в Ираке после вторжения США и Великобритании

Война в Ираке началась весной 2003 года с вторжения на территорию страны войск США и их
союзников, в частности Великобритании, с целью свержения режима Саддама Хусейна. Вопрос
участия в операции британских войск вызвал раскол в кабинете Блэра: кабинет принял решение об
отправке в Ирак воинских контингентов лишь после заявлений Блэра о том, что Хусейн располагает
оружием массового поражения, которое в Ираке так и не было найдено. С сентября 2010 года власти
США объявили об официальном окончании боевой операции в ближневосточном государстве.
Комиссия Чилкота постановила, что британское правительство при подготовке вторжения
оперировало недостоверными сведениям и ошибочными оценками, а само решение о начале
операции принималось на основании "недоказанной информации". При этом, согласно докладу, Блэр
пообещал американскому президенту Джорджу Бушу поддержать вторжение "в любом случае" еще
за восемь месяцев до начала операции.
Расследование также установило, что законных оснований для вторжения Великобритании в Ирак
было недостаточно. "Обстоятельства, при которых было решено, что есть законная база для военных
действий, были далеки от удовлетворительных", — сказал глава комиссии. При этом британское
правительство пренебрегло анализом возможностей мирного решения иракской проблемы.
"Мы заключили, что Великобритания сделала выбор присоединиться (к операции) по вторжению до
того, как возможности мирного разоружения были исчерпаны… Военные действия в то время не
были последним способом", — сказал Чилкот.
Великобритания также осознавала, что США в недостаточной степени подготовлены к вторжению в
Ирак и действиям по оккупации, в то время как военные надеялись на успешную и быструю
кампанию — падение Багдада и захват иракского президента Саддама Хусейна менее чем за месяц.

Пренебрегло правительство Блэра и информацией о том, что вторжение в Ирак увеличит угрозу для
Британии от "Аль-Каиды". "Риск внутренних противостояний в Ираке, действия Ирана,
преследовавшего свои интересы, нестабильность в регионе и действия "Аль-Каиды" в Ираке — все
эти риски были определены и известны еще до вторжения", — сказал Чилкот, представляя доклад.

Опасности не было
Самой серьезной претензией к Блэру стало пренебрежение принципами ООН, в то время как
военные операции такого масштаба должны быть обязательно одобрены всеми членами Совета
Безопасности.
"При отсутствии поддержки военной акции большинством (членов СБ ООН), мы полагаем, что
Великобритания фактически подрывала авторитет СБ ООН", — сказал Чилкот.
По его словам, на момент начала вторжения Ирак не представлял опасности для мира, а инспекторы
ООН успешно проводили проверки иракских предприятий и контролировали режим
нераспространения.
"Саддам Хусейн не представлял угрозы в марте 2003 года… Инспекторы ООН совершали проверки в
стране, следили за соблюдением санкций", — сказал Чилкот, подчеркнув, что введенные ООН в
отношении Ирака санкции были эффективными, и благодаря им Ирак не мог создать ни ядерного
оружия, ни ракет дальнего радиуса действия.
"Комиссия также пришла к выводу, что так как санкции были эффективными, Ирак не мог
произвести ядерное оружие, и что это бы заняло несколько лет, чтобы разработать и произвести
ракеты дальнего радиуса действия", — добавил глава комиссии.

Блэр не согласен
Сам Блэр, комментируя доклад, отверг обвинения в том, что намеренно дезинформировал кабинет
министров, используя недостоверную информацию в процессе подготовке вторжения, а также
заявил, что по-прежнему считает, что отстранение Саддама Хусейна от власти было необходимо.
При этом экс-премьер сказал, что готов нести ответственность за совершенные ошибки.
"Я несу полную ответственность за любые без исключений ошибки, без всяких оправданий… Я
выражаю глубочайшее сожаление в связи с жертвами (операции в Ираке) и выражаю поддержку
нашим вооруженным силам… Я принял решение о военной операции в уверенности, что это лучшим
способом послужит интересам нашей страны", — отмечается в заявлении", — говорится в заявлении
Блэра, опубликованном после обнародования результатов расследования британского участия в
иракской военной кампании.

Позже, выступая на пресс-конференции Блэр заявил, что "режим Саддама Хуссейна был способен на
катастрофические, непредсказуемые действия" и "мир сейчас лучше и был лучше без Саддама
Хуссейна". Блэр подчеркнул, что понимал всю непопулярность своего решения, но при этом заявил,
что никогда не согласится с тем, что "погибшие принесли свою жертву напрасно".

Вторжение в Ирак стало катастрофой


Вторжение в Ирак в 2003 году было катастрофой и привело к распространению терроризма по всему
ближневосточному региону, заявил глава Лейбористской партии Джереми Корбин, комментируя
выводы опубликованного доклада.
Корбин напомнил, что в феврале 2003 года, перед вторжением, в Великобритании прошла массовая
манифестация против войны. В ней приняли участие 1,5 миллиона человек. При этом, по его словам,
в годы, когда США и Британия поддерживали иракского лидера Саддама Хусейна, многие британцы
протестовали против такой поддержки. "Вы (парламентарии) должны были голосовать тогда против
вторжения в Ирак… Эта война дестабилизировала целый регион, и – также, как и вторжение в
Ливию – лишь повысило террористическую опасность", — сказал лидер лейбористов.
В свою очередь член парламента от Шотландской национальной партии Джордж Кереван заявил, что
действия Блэра привели, в том числе, к теракту, который произошел накануне публикации доклада.

"Важно то, что случилось вчера, а именно самый кровопролитный теракт с 2003 года (теракт в
Багдаде, жертвами которого, по последним данным, стали 250 человек). Важно, что волна насилия,
которая началась из-за Блэра и Джорджа Буша, продолжает уносить жизни. Это доклад не будет
последним, люди продолжат умирать. Его нужно использовать для прекращения этого насилия:
нужно думать не о прошлом, а о будущем. Вторжение США и Великобритании в 2003 году привело
к дестабилизации Ближнего Востока. С тех пор ситуация остается напряженной, война
продолжается… Результаты (доклада) надо перевести в плоскость действий, а именно свершить
правосудие в память всех погибших в этой ужаснейшей войне – и британцев, и жителей Ирака", —
заявил Кереван в интервью RT.

Также в среду стало известно, что парламент Ирака потребует от правительства подать иск против
Великобритании и других стран, участвовавших в военном вторжении в Ирак в 2003 году.

"После праздника (Ид-аль-Фитр — окончание мусульманского поста — ред.) мы обратимся к


правительству с требованием подать в суд против Великобритании и ее союзников, которые
оккупировали Ирак. Парламент проведет первое заседание после праздника, и мы будем добиваться
решения правительства о подаче судебного иска против стран коалиции", — заявила РИА Новости
иракский депутат Алия Насыф. Она выразила убеждение, что Россия — это "единственная страна-
постоянный член СБ ООН, которая поддержит позицию Ирака после подачи иска".

За ошибки нужно платить


Экс-глава МИД РФ Игорь Иванов приветствует публикацию доклада о действиях британского
руководства накануне вторжения сил США и Великобритании в Ирак, по его словам, у ошибок
такого масштаба, которые допустил Лондон, нет срока давности и за них рано или поздно
приходится отвечать.

Игорь Иванов занимал пост министра иностранных дел с 1998 по 2004 гг, в период начала военной
операции Британии и США в Ираке.

"Содержащиеся в Докладе выводы нельзя назвать сенсационными. Уже с первых дней операции
США и Великобритании в Ираке всем было ясно, что эта операция имеет под собой геополитические
интересы Вашингтона и Лондона, а "неопровержимые данные" о наличии у Саддама Хуссейна
оружия массового поражения — не более чем благовидный предлог для интервенции. Об этом
открыто заявляло не только российское руководство, но даже и ближайшие союзники США", —
заявил Иванов РИА Новости.

По его словам, когда Лондон публично объявил о том, что располагает данными о наличии в Ираке
оружия массового уничтожения, "российская сторона сразу же обратились к нашим английским
партнерам по линии МИД и спецслужб".

"Мы попросили предоставить такую информацию либо России, либо в соответствующие комиссии
ООН. К сожалению, в этой просьбе нам было отказано под обычным в таких случаях предлогом —
"чтобы не раскрывать источники информации". Вместе с тем сам факт проведения независимого
расследования на протяжении семи лет и открытую публикацию доклада с жесткими выводами в
отношении британского руководства того времени можно только приветствовать. Установление
истины важно не только и не столько для историков, сколько для действующих и будущих
политиков, которые должны знать: у ошибок такого масштаба нет срока давности, и рано или поздно
за них приходится отвечать", — подчеркнул Иванов.

Билет № 23
1. Республика Белоруссия и Союзное государство России и Белоруссии.

2 апреля 1997 г., был подписан Договор о Союзе Беларуси и России. 25 декабря 1998 г. президенты
России и Белоруссии Б. Ельцин и А. Лукашенко подписали новый пакет документов, в который, в
частности, вошла Декларация о дальнейшем единении Беларуси и России1. А уже 8 декабря 1999 г.
новое политическое образование было окончательно оформлено подписанием Договора о создании
Союзного государства, который был ратифицирован парламентами обоих государств и вступил в
силу 26 января 2000 г. В соответствии с Договором были сформированы высшие органы СГ -
Высший государственный совет (ВГС), Совет министров (СМ) и Постоянный комитет (ПК).
Одним из наиболее существенных остается вопрос о дальнейшем углублении интеграции в рамках
СГРБ, с учетом того факта, что существует Евразийский экономический союз (ЕАЭС), в который
входят Россия и Белоруссия и который тоже нацелен на углубление интеграции. Россия предлагает
создать и ввести в действие те структуры Союзного государства, которые предусмотрены договором
от 8 декабря 1999 г., но на сегодняшний день реально не функционируют - единый эмиссионный
центр, единую таможню, суд, счетную палату. Белоруссия также формально не собирается
отказываться от формата СГ, но упор делает на том, что его развитие должно строиться на
равноправной основе - не путем создания новых бюрократических структур, а через развитие уже
существующих. Но очевидно, что главное намерение Минска - создание общего рынка нефти и газа,
который позволил бы Беларуси закупать углеводороды в России по внутренним ценам1.
Конечно, нельзя забывать и того, что со времени подписания договора о создании Союзного
государства весьма существенно изменилась международная ситуация. Сам договор в 1999 г. был
подписан явно под влиянием идеи создания «общего европейского дома» (сама эта идея, выдвинутая
еще в 1960 г. во время встречи Н. Хрущева в Париже с президентом Франции Ш. де Голлем, так и не
была реализована: она не привела страны к общему рынку ни после объединения Германии, ни после
распада СССР). Сейчас же в условиях «санкционной войны», направленной как против России, так и
против Белоруссии, маловероятно, что такого рода план может быть осуществлен. Тем более, если
какие-то иллюзии на этот счет и сохраняются, то в любом случае широкой интеграции можно будет
достичь только после окончательного формирования всех структур ЕАЭС, а это произойдет не
раньше 2025 г., когда планируется создать общий рынок нефти, газа и электроэнергии2.
Не менее острым остается и вопрос, связанный с введением единой валюты Союзного государства.
Эта проблема обсуждается практически с самого зарождения данного Союза, и изначально
предполагалось, что такой валютой станет российский рубль. Но в январе 2019 г. президент
Белоруссии А. Лукашенко сделал заявление, в котором указал, что он не против введения с Россией
общей валюты, но это не может быть российский рубль. «Мы не против общей валюты, но это
должна быть общая валюта, а не валюта Центробанка России. Должен быть эмиссионный центр,
созданный на равных условиях. Если вы приводите пример ЕС, хорошо - на принципах Евросоюза.
Но чтобы условия были равные и подход», - заявил белорусский президент3. А вот какая должна
быть эта валюта, белорусский лидер так и не уточнил. Но проблема с её введением остается,
становясь еще одним камнем преткновения на пути формирования полноценного Союза России и
Белоруссии.
Что касается российской позиции по данному вопросу, то она достаточно сдержанная. Так, в июле
2019 г. её озвучил министр экономического развития РФ М. Орешкин, который, в частности, заявил,
что страны не должны торопиться с введением общей валюты. «Поэтому бежать впереди с точки
зрения создания единой валюты и единой денежно-кредитной политики точно не стоит. Мы с
нашими белорусскими коллегами эту тему еще не обсуждали. Это вопрос совсем дальних сроков», -
заявил российский министр в интервью радиостанции «Эхо Москвы»4. Таким образом, вопрос о
введении единой валюты в рамках СГРБ по-прежнему остается открытым.
Одним из важных направлений взаимодействия России и Белоруссии в рамках Союзного государства
является военное сотрудничество, особенно если учитывать тот факт, что США/НАТО продолжают
наращивать различные виды вооружений на границах СГРБ, в частности, в Польше и в Прибалтике.
И в этой связи важным является принятие Военной доктрины Союзного государства, которая
создавалась как документ, основанный на военных доктринах Белоруссии 2016 г. и России 2015 г.
Военная доктрина предусматривает не только совместную оборону пространства Союзного
государства, но и более конкретные мероприятия, адекватно соответствующие современным
вызовам безопасности двух стран: преодоление опасностей, которые исходят от частных военных
компаний; противодействие организации цветных революций, нарушению конституционного строя
РФ и РБ; провоцирование внутренних вооруженных конфликтов; противостояние гибридным войнам
и т.д. Предыдущая военная доктрина была принята еще в 2001 г. и формально продолжает
действовать до сих пор. Но с того времени произошел ряд изменений, которые требуют
корректировки российско-белорусских отношений в военной сфере. Проект новой военной доктрины
в декабре 2018 г. одобрил российский президент В. Путин, и в ближайшее время она должна быть
принята на заседании ВГС СГРБ1.
19 ноября 2019 г. в подмосковной резиденции главы российского правительства в Горках состоялись
переговоры Д. Медведева и С. Румаса, которые продолжались более семи часов. Главной темой этих
переговоров было согласование так называемых «дорожных карт» по дальнейшей интеграции двух
стран в рамках Союзного государства. Как заявил по итогам переговоров С. Румас, перед
правительствами РФ и РБ стояли масштабные задачи по согласованию тридцати одной дорожной
карты, которые включают в себя более 700 мероприятий, большая часть которых, в итоге, была
согласована2.
Одним из ключевых остается вопрос о будущем Союзного государства, перспективах и
альтернативах его развития. И здесь, на наш взгляд, возможны несколько сценариев.
Согласно первому, Белоруссия может войти в состав России. Такая перспектива, если брать
обозримое будущее, кажется маловероятной по причине уже сформировавшийся и устоявшейся
белорусской государственности. Существенен и такой фактор -позиция белорусской элиты, а также и
самого президента А. Лукашенко, противящихся развитию событий в таком направлении.
Вспоминается в этой связи сказанное А. Лукашенко еще в январе 2007 года: «От нас требуют
вступления в состав России... Я не хочу похоронить суверенитет и независимость моей Беларуси.»3.
Второй сценарий - более тесная интеграция России и Белоруссии, с общим бюджетом и единой
валютой. Но и этот сценарий к реализации не просматривается, если принять во внимание
существующие серьезные разногласия между Россией и Беларусью по вопросу валютно-
финансового регулирования, о чем говорилось выше.
Третий сценарий - сохранение статуса кво, что подразумевает сосуществование России и Белоруссии
в качестве независимых государств (с сохранением национального суверенитета, Конституций,
гражданства, валюты, органов власти и т.д.) с одновременным функционированием в рамках СГРБ
наднациональных структур, наделенных определённым набором полномочий. Этот вариант
выглядит наиболее реалистичным, так как он, судя по всему, устраивает и Россию, и Белоруссию.
Согласно четвертому сценарию, вся деятельность Союзного государства переводится в чисто
формальную плоскость. В таком сценарий выглядит на сегодняшний день варианте СГ приобретает
виртуальный ха- неосуществимым, учитывая существующие рактер, решение общих для двух
государств тесные связи между Россией и Белоруссией вопросов переносится в сферу компетенции в
экономической, политической, социаль-СНГ, военных - в ОДКБ, а экономических - ной, да и
духовной сферах. Но нельзя при в ЕАЭС. Этот сценарий, с одной стороны, этом исключить
возможности изменений в возможен, учитывая противоречия, перио- высших эшелонах власти
Белоруссии, при-дически возникающие между Россией и Бе- хода там к управлению страной
откровен-лоруссией. С другой стороны, обе страны ных националистов-русофобов - по схоже-уже
настолько тесно взаимодействуют друг му с Украиной сценарию. с другом в рамках СГРБ, что
подобный разрыв представляется маловероятным.
И, наконец, пятый самый негативный еще свой ресурс, и его существование спо-сценарий, который
условно можно назвать собствует в определенной мере более дина-«украинским». Он предполагает,
как это мичному развитию двух стран, определяет имело место с начала 2000-х гг. в отношени-
основные векторы их взаимоотношений и ях России и Украины, полное отдаление сотрудничества.
А какой из сценариев раз-двух стран, де-факто разрыв межгосудар- вития СГРБ будет реализован на
практике, ственных отношений, взаимные претензии будет зависеть от дальновидности и полити-и,
как следствие, перевод отношений между ческой воли руководства обоих государств странами
исключительно на конфронтаци- как в настоящем, так и в будущем. онную основу с нулевой суммой.

2. Проблема международного терроризма. Аль-Каида, «Исламское государство» и борьба с


ними.
Понятие о терроризме и его виды. Термин «терроризм» проистекает из латинского слова terror,
означающего страх, ужас. И действительно, идеология, основная черта терроризма – устрашение,
наведение ужаса. В этом главная специфика терроризма, позволяющая отделить его от смешанных и
очень похожих преступлений. Криминологи считают, что трактовок этого явления насчитывается
более сотни, но в основе каждой из них лежит концепция осуществления насилия для достижения
поставленной цели. Из этой идеологической доктрины вытекает и политическая практика
терроризма, ибо любой террористический акт имеет своей целью устрашение как отдельных лиц
(политических деятелей и простых людей), так и целых социальных групп населения и даже
государственных образований. Вот почему терроризм обычно выражается в таких преступлениях как
убийство, захват заложников, бандитизм, торговля людьми, контрабанда и др. В случаях срастания
терроризма с организованной преступностью и коррупцией его опасность еще более возрастает. Что
же касается главной цели терроризма, то она заключается в дестабилизации обстановки в обществе,
ослаблении или свержении государственного строя, смены этнических и религиозных ориентиров,
подавлении психического состояния людей.

По вопросу выделения разновидностей терроризма в литературе нет полного единства. Но


большинство авторов склоняется к признанию четырех главных его видов.

Во-первых, это социально-политический терроризм, который подразделяется на терроризм левых и


правых экстремистов. Первые из них ориентируются на такие левые социально-политические
течения как марксизм, ленинизм, троцкизм, маоизм, анархизм. В их задачу входит уничтожение
капитализма и замена его социалистическим строем. К терактам против гражданского населения они,
как правило, не прибегают. Но похищают и даже убивают богатых людей, политиков, организуют
взрывы. Левые террористы создают свои боевые организации, действующие подпольно. А правые
ориентируются на социально-политические доктрины фашизма и неонацизма и ведут борьбу против
демократических правительств, добиваясь прихода к власти реакционных партий. Правые
экстремисты преследуют и убивают политиков левой и либеральной ориентации, представителей
профсоюзов. И действуют большей частью легально.

Во-вторых, это национальный и этнический терроризм обычно на сепаратистской основе, участники


которого ставят своей целью формирование независимого государства или по крайней мере
завоевание автономии. Этот вид терроризма опирается на идеологию национальной идентичности, а
наиболее яркое выражение он находит в районах этнических конфликтов, характерных прежде всего
для многонациональных государств, которых всего в мире более 60, и в странах со значительными
национальными меньшинствами. Наряду с этим, история дает нам примеры того как воинствующий
национализм привел к расизму, шовинизму, ксенофобии и даже геноциду целых народов.

В-третьих, это религиозный терроризм, связанный с борьбой приверженцев одной религии или секты
в рамках того или иного государства с адептами другой религии, либо с попыткой подорвать и
низвергнуть светскую власть и утвердить власть религиозную. В данном случае идейным
обоснованием терроризма служат те разновидности религиозных учений, которые носят
экстремистский характер, тогда как сами мировые и национальные религии основаны обычно на
терпимости и человеколюбии и не призывают напрямую к борьбе с инакомыслием. В данном случае
правильнее было бы говорить о терроризме религиозных экстремистов. Тем более, что в чистом виде
такой терроризм почти не встречается, а переплетается с другими его видами[1].

В-четвертых, это недавно появившейся уголовный терроризм, связанный с развитием


организованной преступности, руководители которой организуют террористические акты в целях
устрашения и воздействия на общество, на отдельных политиков и в целом на власть, чтобы
добиться уступок в пользу криминальной деятельности. Этот вид терроризма получил наибольшее
распространение в странах с высоким уровнем организованной преступности, теневой экономики,
криминализации общественной жизни.

По формам организации терроризм обычно подразделяют на государственный, групповой и


индивидуальный. Государственный террор чаще всего выражается в открытом насилии со стороны
правящих элит, опирающихся на мощь государственных институтов, групповой – в актах насилия и
устрашения, проводимых группировками, оппозиционными правящему режиму. Основной формой
государственного террора служат политические репрессии, а группового – террористические акты. В
зависимости от среды осуществления терактов выделяют наземный, морской, воздушный,
космический терроризм, а в зависимости от территориального охвата – внутригосударственный и
международный терроризм.
Международный терроризм. С начала 90-х гг. в содержании, организации, стратегии и тактике
терроризма произошли очень большие изменения, по мнению специалистов-криминологов
открывшие эпоху «нового терроризма». К его отличительным чертам следует отнести следующие.

Во-первых, современный терроризм на наших глазах трансформировался в международный


терроризм, выходящий за пределы национальных государств и зачастую приобретающий
глобальный характер. Кстати, именно ослабление государственной власти в некоторых странах
привело к усилению террористических действий. Примерами такого рода могут служить
Афганистан, Иран, да и Чечня в 90-е гг.

Во-вторых, применение террора происходит в невиданных ранее масштабах. Оно стало характерным
как для экономически развитых (США, Великобритания, Франция, Япония, Израиль и др.), так и для
развивающихся (Индия, Пакистан, Турция, Алжир, Египет, Колумбия и др.) государств. Не избежала
его и Россия. При этом происходит расширение социальной опоры терроризма – в него вовлекаются
все более значительные группы из разных слоев населения. В особенности это относится к странам с
высоким уровнем политической нестабильности.

В-третьих, наблюдается постоянный рост общественной опасности терроризма. На протяжении всей


своей истории до конца 80-х гг. XXв. в большинстве случаев он был направлен против
принимающей решения элиты с целью ее дезорганизации и запугивания. На современном же этапе
террористические акции затрагивают уже не только правящую элиту, но и все общество. В
результате жертвами терактов становятся десятки, а иногда и сотни ни в чем не повинных людей.

В-четвертых, значительно возросло число террористических организаций, которых по


приблизительным подсчетам ныне в мире уже более 500. Они зарождаются и функционируют вне
поля правового регулирования и способны пронизывать все общество. При этом на рубеже веков
произошел переход от жестко организованных локальных террористических групп к свободно
структурированным международным сетям террористических сообществ[2]. Такие организации
проявляют феноменальную способность к выживанию – если в какой-либо части мира их загоняют в
угол, то своих боевиков они перебрасывают в другой, менее защищенный регион. А людские потери
в своих рядах они быстро пополняют за счет добровольцев. Такие организации все чаще обращаются
к частным источникам финансирования, к наркобизнесу и контрабандной торговле. Это означает,
что современный терроризм и международный преступный мир взаимодействуют друг с другом,
зачастую выступая как единое целое.

В-пятых, современный международный терроризм реализует свои преступные планы с помощью


самых технически современных вооружений и средств связи, которые иногда превосходят средства,
используемые органами безопасности для борьбы с терроризмом. Новые информационно-
коммуникационные системы позволяют ему широко применять тактику постоянного
психологического давления.

В-шестых, нельзя не отметить появление совершенно новых видов терроризма. К их числу относится
компьютерный терроризм (или «кибертерроризм»), под которым понимают умышленное
размещение в Интернете сайтов террористической направленности для создания атмосферы истерии
в обществе и разрушения единого информационного поля. Его разновидностью можно считать
электронный шпионаж. Так, только в США ежегодно фиксируют десятки тысяч атак хакеров на
информационные системы правительства и бизнес-сети. Снова возродилось столь характерное для
эпох Древнего мира и средных веков морское пиратство. Над человечеством все явственнее нависает
угроза космического терроризма. То же можно сказать и о биологическом терроризме, под которым
понимают использование опасных биологических агентов для нанесения ущерба жизни людей с
целью достижения целей политического или идеологического характера.
Все это привело к тому, что и географические рамки терроризма намного раздвинулись. В 60-70-е гг.
XXв. это явление, по определению акад. Е.М.Примакова, имело внутристрановой характер.
Террористы осуществляли свои акции в основном для оказания давления на правительства своих
стран. Стратегические цели современного терроризма направлены не столько на конкретные страны,
сколько на целые регионы. Из всего сказанного следует, что международный терроризм – новое и
крайне опасное явление. За короткое время он превратился из периферийной угрозы в глобальный
вызов безопасности, не имеющий аналогов в мировой истории.

Кризисные события в Ираке, Йемене, Ливии и Сирии оказывают дестабилизирующее влияние на


страны Ближнего Востока. В условиях нарастания турбулентности и непредсказуемости
происходящих в регионе процессов под угрозой оказывается сама модель национального
государства. Последнему становится все труднее реагировать на вызовы, исходящие со стороны
негосударственных акторов международных отношений и прежде всего экстремистских
группировок. Неспособность государства противостоять террористической угрозе ведет к
активизации радикальных элементов, чья деятельность приобретает региональный характер,
способствуя обострению застарелых проблем, в том числе арабо-израильского противостояния. В
этой связи особую важность приобретает комплексный анализ действий экстремистов, так как это
позволит, во-первых, выявить истоки кризисных явлений, и, во-вторых, более точно спрогнозировать
дальнейшее развитие событий в регионе.
С учетом масштаба деятельности и уровня влияния на общемировую повестку дня начать стоит с
рассмотрения обретающих в настоящее время второе дыхание радикальных организаций
исламистского толка. Ярчайший представитель этого течения — «Исламское государство» —
контролирует обширные территории в Ираке и Сирии и позиционирует себя в качестве лидера
глобального джихадистского фронта.
Идеи панисламизма и возрождения халифата — то есть создания государства на основе концепции
мусульманской уммы — далеко не новы. Более того, несмотря на кажущуюся иллюзорность, в
новейшей истории предпринималось сразу несколько попыток реализации этих идей. До ИГ во главе
движения глобального джихада стояла «Аль-Каида». Усама бен Ладен, создатель всемирной
террористической сети, взял на вооружение радикальную исламистскую риторику, став
вдохновителем нескольких поколений религиозных фанатиков.
История формирования «Аль-Каиды»
Группировка возникла в 1988 г. и объединила под своими знаменами боевиков, воевавших против
СССР в Афганистане. Члены новой организации совершили несколько террористических актов по
всему миру, в том числе нападения на посольства США в Кении и Танзании в 1998 г., подрыв
американского эсминца в Аденском заливе в 2000 г. После событий 11 сентября 2001 г. Белый дом
удвоил усилия по борьбе с терроризмом и вынудил руководство «Аль-Каиды» покинуть
Афганистан и укрыться в северо-восточных провинциях Пакистана, контролируемых «Талибан». В
мае 2011 г. спецназ США ликвидировал Усаму бен Ладена, скрывавшегося в частном доме в
пакистанском городе Абботтабад. В последовавшей за этим борьбе за власть верх одержал
ближайший сподвижник бен Ладена Айман аз-Завахири. «Аль-Каида» прошла несколько этапов
становления: от небольшой ячейки до крупнейшей террористической организации с разветвленной
системой филиалов в разных частях земного шара.

Усама бен Ладен и Айман аз-Завахири


Территориальный охват действий
Первоначально обладая иерархичной структурой, группировка со временем стала
децентрализованным объединением, чему в первую очередь способствовало вторжение сил
коалиции в Афганистан, служивший убежищем для боевиков. Джихадисты были вынуждены
скрываться в других странах, где присоединялись к местному террористическому подполью. Они не
забывали о своем афганском прошлом и даже присягали на верность «Аль-Каиде», однако в
большинстве случаев присоединение более мелких групп к сети бен Ладена можно рассматривать
как попытку повысить их авторитет в исламистской среде. Тем не менее уровень кооперации между
материнской организацией и дочерними структурами оставался низким.
Так, появившаяся в 2004 г. в Ираке «Аль-Каида в Междуречье», сохраняя формальные связи с
«центром», проводила самостоятельную политику, которая во многом противоречила идеям Усамы
бен Ладена и способствовала развитию конфликта между «Аль-Каидой» и «Исламским
государством» в будущем.

В 2006 г. на базе «Салафитской группы проповеди и сражения» возникла «Аль-Каида в исламском


Магрибе», действующая в Алжире и сопредельных странах. На счету группировки — серия терактов
в столице и пригородах, похищения и убийства иностранных граждан. Боевики этой организации
вместе с другими экстремистами участвовали в конфликте в Мали в 2012-2013 гг., где были открыты
тренировочные лагеря и налажены поставки оружия. Исламисты стремятся ограничить влияние
Запада в Северной Африке и сместить светские режимы в регионе, установив вместо них свою
власть на основе шариата. Костяк местного подразделения «Аль-Каиды» составляют арабы,
принимавшие участие в войне в Афганистане. Алжирская группировка далеко не однородна: в ее
структуре выделяется несколько ячеек, в ряде случаев действующих автономно. В 2013 г. путем
слияния двух отколовшихся течений появилось новое образование — «Аль-Мурабитун»,
дислоцированное в восточном Сахеле. И хотя лидер «Аль-Каиды в исламском Магрибе»
Абдельмалик Друкдель заявил о своей поддержке Айману аз-Завахири, бытует мнение, что в силу
отсутствия единства часть сил в рамках североафриканского «филиала» в ближайшем будущем
может переориентироваться на «Исламское государство».
В составе сомалийской «Аш-Шабаб» действует большое количество «ветеранов» Афганистана,
состоявших в свое время в организации Усамы бен Ладена. Даже после операции по освобождению
Могадишо и его пригородов под контролем боевиков этой группировки, которая считается
крупнейшим союзником «Аль-Каиды» в Африке, остаются обширные территории в южной и
центральной частях Сомали, ее члены причастны к террористическим атакам в Кении, Уганде и
Джибути. В 2013 г. они совершили нападение на торговый центр в Найроби.

Боевики Аш-Шабаб
Финансовые ресурсы исламисты получают от введения налогов практически на все виды
деятельности, начиная от предпринимательства и заканчивая военными нуждами. Кроме того, доход
приносят традиционные грабежи, похищения с целью получения выкупа и контрабанда.

Главной целью лидеры «Аш-Шабаб» провозгласили освобождение районов на востоке африканского


континента, населенных этническими сомалийцами, и их объединение в исламское государство на
принципах салафизма. Лидеры группировки не раз заявляли о своей принадлежности к движению
глобального джихада и желании распространить «истинный» ислам за пределы контролируемой
территории. В то же время практических шагов по координации действий между «Аш-Шабаб» и
«Аль-Каидой» предпринято не было.
Наиболее тесные связи с «центром» поддерживает «Аль-Каида на Аравийском полуострове». В 2007
г. ее возглавил сподвижник Усамы бен Ладена Насир аль-Вахиши. Близость к «террористу номер
один» способствовала росту его авторитета в подпольной исламистской среде и привлечению новых
членов в ряды группировки. С приходом к власти Аймана аз-Завахири лидер аравийского
подразделения стал играть еще более влиятельную роль в международной террористической сети. В
журнале «Inspire», который выпускается от имени «Аль-Каиды на Аравийском полуострове», не раз
публиковались призывы к совершению терактов против США и их граждан. В 2008 г. боевики
атаковали американское посольство в йеменской столице, в 2009 г. была предпринята неудачная
попытка взорвать самолет, следующий в Детройт. Самым громким преступлением террористов стали
убийства журналистов французского издания «Шарли Эбдо» в январе 2015 г. Однако спустя полгода
группировка понесла тяжелые потери после того, как ударом с воздуха была ликвидирована ее
верхушка, в том числе и Насер аль-Вахиши. Учитывая динамику развития отношений «Аль-Каиды»
со страновыми подразделениями, можно предположить, что за последние пять лет возможности
террористической сети действовать не только на глобальном, но и на региональном уровнях
значительно сократились. Тем не менее говорить об упадке организации преждевременно. С одной
стороны, предшествующие «арабской весне» несколько лет стали серьезным испытанием для «Аль-
Каиды». Утрата влияния в Ираке, ликвидация Усамы бен Ладена, обострение борьбы за власть
внутри группировки и, наконец, триумф политического ислама в Тунисе и Египте — все это, по
мнению многих исследователей, должно было серьезно ослабить позиции террористической сети. С
другой стороны, новый лидер Айман аз-Завахири сделал ряд важных шагов по адаптации стратегии в
условиях меняющейся внешней среды: начала оказываться поддержка народным протестным
движениям, предпринимались попытки по постепенному переориентированию их в сторону
«исламистской альтернативы». В условиях роста экстремистских настроений в Египте, где «Братья-
мусульмане» вновь оказались вне закона, в Ливии и Сирии, охваченных гражданской войной,
происходил заметный рост числа сторонников радикальных преобразований под флагами «Аль-
Каиды».
Источники финансирования
Появление нового центра глобального джихада силы в лице «Исламского государства» несет в себе
новую угрозу позициям группировки Аз-Завахири. Принимая во внимание принципиальные
различия в подходах к ведению войны с «неверными», необходимо отметить, что главным
преимуществом «Исламского государства» может стать его финансовая модель. В отличие от Абу
Бакра аль-Багдади, которому удается извлекать доходы на подконтрольных территориях, лидер
«Аль-Каиды» по-прежнему в значительной степени зависит от пожертвований спонсоров прежде
всего из стран Персидского залива. Зависимость от внешних игроков, испытывающих все больше
трудностей с переводом средств на счета экстремистов в свете растущих усилий международного
сообщества по борьбе с финансированием террористической деятельности, представляет собой одну
из наиболее уязвимых сторон организации.

История формирования ИГИЛ


Появившись в результате интервенции сил многонациональной коалиции в Ираке в 2003 г.,
радикальная ячейка «ат-Таухид валь-Джихад», возглавляемая Абу Мусабом аз-Заркави, достаточно
быстро стала частью террористической сети Усамы бен Ладена, получив название «Аль-Каида в
Междуречье». Однако глубокие противоречия между «центром» и иракским «филиалом» в первую
очередь в вопросах выбора приоритетного направления борьбы и отношения к представителям
других течений в исламе привели к тому, что в 2006 г. группировка Заркави без санкции со стороны
«Аль-Каиды» вошла в состав крупного террористического объединения «Исламского государства в
Ираке» (ИГИ), собравшего под своими знаменами исламистов, сражающихся против оккупационных
сил.

Создание нового полюса притяжения радикально настроенных элементов совпало по времени со


сменой стратегии американского командования по борьбе с исламистским подпольем. Пентагон
сделал ставку на добровольческие «отряды возрождения» (сахва), формировавшиеся из числа
суннитских племен. Такой подход принес свои плоды: к моменту вывода войск стран-союзниц США
из Ирака территория, контролируемая боевиками ИГИ, сократилась вдвое, а 75% живой силы
группировки было уничтожено. Более того, именно в Ираке американское командование
апробировало тактику «обезглавливания» террористических организаций: 19 апреля 2010 г. в
результате спецоперации были ликвидированы глава «Исламского государства в Ираке» Абу Омар
аль-Багдади и его ближайший соратник Абу Хамза аль-Мухаджир
Территориальный охват действий
С началом революций «арабской весны» деятельность ИГИ распространяется за пределы Ирака и
переносится в том числе на территорию соседней Сирии, где разворачивается полномасштабная
гражданская война. 4 апреля 2013 г. руководство иракской группировки объявило о создании
«Исламского государства Ирака и Леванта» (ИГИЛ). Данный шаг спровоцировал конфликт между
Абу Бакром аль-Багдади, с одной стороны, и лидерами «Джабхат ан-Нусры» и «Аль-Каиды» — с
другой. Произошедший раскол привел к кровопролитным столкновениям, в ходе которых боевики
Багдади оккупировали значительные территории на востоке Сирии, в том числе город Ракку —
будущую столицу халифата.

В июне 2014 г. боевики ИГИЛ совершили блицкриг в северных провинциях Ирака, населенных
преимущественно суннитами, установив контроль над крупными населенными пунктами (Самаррой,
Байджи и Тикритом). Наступление исламистов удалось остановить лишь с помощью курдских
вооруженных отрядов, которые встретили боевиков на подходе к богатому нефтью району Киркук.
29 июня 2014 г. в мечети второго по величине города в Ираке Мосул было объявлено о создании
халифата, который возглавил Абу Бакр аль-Багдади, ставший амир аль-муминин, то есть
повелителем всех правоверных.

На Синайском полуострове руководители радикальной ячейки «Ансар Бейт аль-Макдис» присягнули


на верность Абу Бакру аль-Багдади и заявили об образовании новой провинции халифата. Только в
июле 2015 г. от рук экстремистов погибло более 50 египетских военнослужащих. Флаги «Исламского
государства» появляются в Йемене, Ливии и Афганистане.
Источники финансирования
Финансовая мощь играет одну из важнейших ролей в стремительном подъеме и распространении
группировки в регионе. По данным Forbes, в 2015 г. ее бюджет составил около 2 млрд долларов, что
делает ИГ богатейшей террористической организацией в мире. В июне 2015 г. в сети появились
изображения валюты халифата — исламского динара, который эквивалентен 139 долларам США.

Все источники финансирования «Исламского государства» можно условно разделить на пять групп
по степени убывания их значимости в системе сбора средств группировки:

1. Незаконные операции с имуществом и средствами физических и юридических лиц на


оккупированных территориях (банковские грабежи, установление контроля над объектами
нефтедобычи и нефтепереработки, конфискация имущества, введение налога на транзит товаров и
валюты через подконтрольные халифату территории);

2. Похищения с целью выкупа;

3. Пожертвования, включая те, что получены от или с помощью различных НПО;

4. Материальная помощь, поступающая, например, от иностранных террористов;

5. Сбор средств с помощью современных коммуникационных сетей.

Диверсифицированная финансовая модель «Исламского государства» обеспечивает ему высокую


степень независимости от внешних спонсоров, однако она устроена таким образом, что для
поддержания на должном уровне работы механизмов управления, боеспособности вооруженных
формирований, а также создания общественных благ организация должна на постоянной основе
устанавливать контроль над новыми территориями, ресурсы которых будут идти на покрытие
различных расходов.
Социальная база
Поддержание стабильной системы финансов крайне важно для сохранения широкой социальной
базы группировки и привлечения новых членов. В настоящее время «Исламское государство»
опирается прежде всего на иракские суннитские племена, которые за время нахождения у власти
правительства Нури аль-Малики оказались вытеснены из политической и экономической жизни
страны. Верхушка организации в значительной мере состоит из офицеров вооруженных сил
саддамовского Ирака, которые также оказались не у дел после вторжения сил коалиции. Помимо
этого, к группировке Абу Бакра аль-Багдади примкнул ряд других элементов сирийского и арабского
общества, рассматривающих «Исламское государство» в качестве «временного попутчика»,
необходимого для достижения собственных целей. Наконец, нельзя забывать о тысячах наемников,
которые продолжают приезжать в Сирию и Ирак со всех концов земного шара, чтобы стать частью
глобального исламистского проекта.
Международные усилия по борьбе с группировкой
В сентябре 2014 г. Белый дом выступил с инициативой формирования коалиции для борьбы с
террористической угрозой, куда вошли 60 государств, среди которых — союзники Вашингтона по
НАТО и ряд других стран, в том числе монархии Персидского залива и находящиеся в
непосредственной близости от Ирака Египет, Иордания и Ливан. За год интенсивных авиаударов
США так и не удалось завладеть инициативой в борьбе с боевиками ИГ: исламисты по-прежнему
контролируют значительные сирийские и иракские территории, более того, им удалось завладеть
городом Рамади — важным опорным пунктом, находящимся в 106 км от Багдада, и Пальмирой —
местом сосредоточения памятников, входящих в состав культурного наследия ЮНЕСКО.

Исламское государство.
От сетевой франшизы к властной вертикали
Выступая 28 сентября 2015 г. на юбилейной, семидесятой сессии Генеральной Ассамблеи ООН,
Владимир Путин обратился к мировому сообществу с призывом сформировать коалицию для борьбы
с террористами в соответствии с международным правом и с учетом интересов сирийской стороны.
По мнению российского президента, единственная сила, которая сейчас реально способна
противостоять угрозе, исходящей от ИГ, — это сирийская армия. Однако без эффективной
поддержки извне ее усилий будет недостаточно, чтобы уничтожить «Исламское государство»,
превратившееся в квазигосударственное объединение.

30 сентября 2015 г. ВВС России нанесли первые точечные авиаудары по позициям боевиков, что
вызвало неоднозначную реакцию в мире в первую очередь на Западе. По сообщениям Министерства
обороны России, было уничтожено более десятка объектов тыловой инфраструктуры террористов, в
том числе склады с оружием и командные пункты.

На сегодняшний день об успехах борьбы с ИГ говорить преждевременно, так как исход


антитеррористической кампании во многом будет зависеть от согласованных действий всех
вовлеченных сил, в том числе членов западной коалиции во главе с США.

https://russiancouncil.ru/extremism-mena - очень подробно, есть и другие группировки

ИГ и Аль-Каида похожи, но и различаются в некоторых отношениях, и вот список их сходства и


различий:
1) У Аль-Каиды был харизматический лидер с ораторскими способностями. Он мог вдохновить
таких же фанатиков и молодых арабов. ИГ, с другой стороны, не имеет такого лидера и их «калиф»
провалил свою первую речь по ТВ.
2) Бин Ладен лично со своими заместителями управлял Аль-Каидой, в то время, как у ИГ, очевидно
— коллективное руководство.
3) В классификации политических партий Мориса Дюверже Аль-Каида — небольшая элитарная
организация, вербующая идейных сторонников, в то время как ИГ (и в этом его опасность) —
массовая организация/партия, которая желает управлять государствами.
4) Аль-Каида специализировалась на громких нападениях на западные цели, в то время как ИГ
полагается на кошмарные видео, чтобы запугать и победить в войне. Не стоит недооценивать ужас,
который оно внушает своим врагам в Сирии и Ираке.
5) ИГ воюет «у себя дома», в то время как Бин Ладен прежде всего воевал с США и Западом.
6) У них обоих та же идеология — ваххабизм.
7) Оба ненавидят суннитские авторитеты, близкие к властям в Египте и Саудовской Аравии.
8) Оба с легкостью оправдывают убийство других мусльман.
9) Оба рассчитывают на молодежную аудиторию в своей пропаганде на ТВ и в сети.
10) Аль-Каида полагалась на традиционные СМИ, а ИГ — на новые их виды.
11) ИГ одержимо желанием проповедовать именно молодежи.
12) ИГ имеет несколько региональных организаций, чтобы избежать участи Аль-Каиды после того,
как Бин Ладен начал скрываться, а потом был убит.
13) ИГ использует простой язык в социальных сетях, в то время как Бин Ладен предпочитал
старинный стиль арабской речи (его первая речь после 11 сентября была исключением, и это
сработало в его пользу в арабском общественном мнении)
14) ИГ не имеет претензий к Аль-Каиде в принципе, но имеет претензии к нынешнему руководству
Аль-Каиды. Аль-Каида теперь имеет претензии к ИГ в принципе.
15) Аль-Каида была создана с благословения спецслужб Саудовской Аравии (и с согласия США во
время Холодной войны), в то время как ИГ развивалось в оппозиции к саудовской власти.
16) ИГ хочет захватить власть в государстве (и присоединить его к халифату), в то время как Аль-
Каида хочет только подорвать государственную власть без какой-то конечной цели.
17) ИГ хочет ввести исламское право и правила, в то время как Аль-Каида интересуется только
военными действиями.
18) ИГ обращается в прошлое: «решение — в исламе», а Аль-Каида по-прежнему считает, что
решение — во взрывах (здесь я не согласен - werewolf0001).
19) ИГ имеет финансовый отдел, в то время как Аль-Каида полагалась на щедрость Бин Ладена.
20) ИГ обращается к гражданам захваченных им районов, в то время как Аль-Каида обращается ко
всем арабам.
21) ИГ и Аль-Каида не колеблются объявить кого-то «кафиром» (немусульманином)
22) Аль-Каида искала союзников среди джихадистских групп, в то время как ИГ как будто нарочно
отталкивает от себя другие джихадистские группы.
23) Аль-Каида нацелена на внешнюю политику, в то время как ИГ — на внутреннюю политику.
24) ИГ и Аль-Каида не стремятся поссориться с Израилем.
25) Аль-Каида была кратковременной угрозой региону, в то время как ИГ выглядит как
долгосрочная угроза.
26) Само создание Аль-Каиды и позднее ИГ произошло в контексте воспевания Западом насилия и
терроризма исламистов (сначала в Афганистане, потом в Сирии).
27) Обе организации международны по природе.
28) Пропаганда Аль-Каиды выглядит менее враждебной к саудовской королевской семье, чем ИГ.
29) ИГ, несмотря на свою пропаганду, более прагматична и не отказывается от принятия в свои ряды
«бывших» баасистов даже на руководящие посты.

Билет № 24
1. Украинский кризис: предпосылки, развитие, перспективы.

Украинский кризис — одна из самых драматичных страниц новейшей истории на постсоветском


пространстве. Он начался в ноябре 2013 года с мирной акции в центре Киева против отказа
президента Януковича подписывать соглашение об ассоциации с ЕС, получившей название
Евромайдан.
Однако довольно скоро активисты перешли к строительству баррикад и прямым столкновениям с
сотрудниками правоохранительных органов. Почти три месяца украинская столица была охвачена
беспорядками, которые в феврале 2014 года привели к государственному перевороту. Президент
Янукович бежал из страны.
Власть захватили сторонники евроинтеграции и украинские националисты. Проводимая ими
политика вызвала недовольство у жителей южных и восточных регионов Украины. В результате
референдума 16 марта 2014 года Крым объявил о вхождении в состав Российской Федерации, а
Луганский Донецк провозгласили независимость, образовав на Донбассе Донецкую и Луганскую
народные республики. После этого началась вооруженная фаза Украинского кризиса.
На подавление провозглашенных республик Киев бросил войска, и на территории Украины начались
полномасштабные боевые действия.
С момента своего возникновения Украинский кризис стал причиной обострения международной
обстановки. Страны Запада обвинили Россию в поддержке самопровозглашенных республик и ввели
санкции в отношении отдельных граждан Российской Федерации и ряда компаний и организаций.
В феврале 2015 года руководители Германии, Франции, Украины, России совместно с
представителями контактной группой, состоящей из представителей Украины, России и
непризнанных Донецкой и Луганской народных республик подписали в Минске соглашения по
деэскалации вооружённого конфликта на востоке Украины. Однако сроки реализации его основных
положений неоднократно переносились, а введенный ими режим прекращения огня постоянно
нарушался.
В конце января 2017 года ситуация на Юго-Востоке Украины резко обострилась. Опасаясь
ослабления антироссийских санкций, в результате смены американского президента, украинская
армия начала активные боевые действия на Донбассе. В населенный пункт Авдеевка были введены
украинские танки, по Донецку был нанесен артиллерийско-ракетный удар. По данным ООН на 17
ноября 2017 года, жертвами конфликта на Украине стали 35 081 человек.
Перспективы:
Украине грозит распад на четыре части. Такой прогноз сделал экс-депутат Верховной рады Евгений
Мураев. «Мы же понимаем, что Югославия была не последняя страна, которую разделили в
прошлом веке, в этом веке это, скорее всего, будет Украина», — заявил он, добавив, что Польша,
Венгрия и Румыния преследуют собственные цели, безвозмездно вкладывая денежные средства в
сопредельные украинские территории, а также активно раздавая украинцам свои паспорта.
«Мы нежизнеспособны экономически, мы не в состоянии себя содержать, мы не имеем будущей
перспективы, мы живём в кредит», — подчеркнул политик. Экс-депутат также раскритиковал слова
президента Зеленского о том, что СССР был «агрессором», указав, что по такой логике следовало бы
отдать пять областей, подаренных Украине, Европе.
В логике Мураеву не откажешь, ведь Украина получила Крым в качестве «подарка» Хрущёва, а
Львовскую, Ивано-Франковскую, Закарпатскую и Черновицкую области, а также Южную
Бессарабию — согласно пакту Молотова – Риббентропа, который Зеленский обозначил как сговор
Сталина и Гитлера, развязавших войну. Было бы логично отказаться от полученного «преступным
путём».
Но если идти ещё дальше, то Украине, свергающей памятники Ленину, следовало бы отказаться и от
его «подарков», а это весь Юго-Восток. Ну и от «подарков» царей, ведь большую часть
«правобережья» Украина получила в результате раздела Польши. И вообще, период нахождения в
составе Российской империи нынешняя украинская историография считает «оккупацией». Тогда
стоило бы вернуться к границам 1654 года, по сути — к двум нынешним областям —
Кировоградской и Днепропетровской.
Впрочем, обвинять Украину в двойных стандартах было бы моветоном — это норма для украинского
политикума. И не только для него. Литва тоже на каждом шагу подвергает обструкции советско-
германский пакт, но не спешит отдавать полякам Вильнюс. А Польша, в свою очередь, обвиняя
Москву в развязывании войны наравне с Берлином, не вспоминает о том, что сама приросла
германскими землями. По этой же причине она официально не выдвигает претензий на Вильнюс и
Львов, ведь это могло бы стать опасным прецедентом.
Неофициально польские политические силы, которые не находятся у власти, выдвигают подобные
предложения. Националисты в ходе «маршей независимости» традиционно носят растяжки «Помним
о Львове и Вильнюсе», причём акции собирают десятки и сотни тысяч участников.
О том, как выглядела Польша до войны, вспоминают не только политики. На улицах польских
городов вполне официально периодически появляются плакаты с картой, включающей «Восточные
Кресы», а в 2017-м ко Дню независимости билборды с подобной картой появились в аэропорту
Варшавы. Это вызвало истерику у Киева, и их убрали. Сотрудники аэропорта объяснили, что они
были повешены в образовательных целях, чтобы показать, как выглядела Польша перед Второй
мировой войной.
Разумеется, после распада СССР реваншистские настроения в Польше усилились, появились
организации, требующие реституции, а политики впервые начали открыто говорить о возвращении
Галиции.
Понятно, что Варшава, находясь в конфронтации с Москвой и являясь «адвокатом» Киева в Европе,
сегодня поднимать этот вопрос не будет, да и существование буфера с Россией в виде Украины ей
выгодно. Однако в Польше прекрасно понимают то, о чём говорит Мураев: Украина, по сути,
является несостоявшимся государством.
Мураев прав, она не способна содержать себя. Получив от СССР мощнейшую экономику, Украина за
30 лет её полностью «проела», а разорвав связи с Россией, перечеркнула любые надежды на
изменение ситуации к лучшему. К тому же нацистроительство провалено — никакой объединяющей
идеологии не появилось. Напротив, попытка навязать «украинство» привела к потере Крыма и
Донбасса. По их пути может отправиться остальной Юго-Восток, о чём регулярно предупреждают
даже самые антироссийские политики. Да, сегодня Киеву удалось силой подавить сопротивление, но
в любой момент, повторись кризис власти 2014 года, всё вспыхнет по новой.
А в случае отделения Новороссии встанет вопрос о полном распаде Украины. Наверняка повторить
этот опыт захотят и другие регионы, населённые нацменьшинствами (Закарпатье, Буковина). И в
этом случае страны, где проживают их соотечественники, будут вынуждены прийти к ним на
помощь, в лучшем для Украины случае — так, как это сделала Россия в Донбассе, в худшем — как в
Крыму.
Пока им не даёт это сделать солидарность с Западом, но Мураев не зря вспомнил Югославию. Она
распадалась долго и мучительно — через кровопролитные войны. Европейцам не нужна вторая
Югославия по соседству. Раздел Украины мог бы стать единственным способом избежать
многолетней гражданской войны.
И очевидно, что соседи Украины готовятся к этому заранее: поляки раздают «карту поляка», которая
сразу даёт право на получение вида на жительство, а через год — паспорта. Можно не сомневаться,
что, когда на Украине всерьёз запахнет жареным, польские корни, позволяющие получить заветный
документ, внезапно обнаружат у себя те, кто сегодня ходит на бандеровские марши.
Тем же самым занимается Венгрия, которая активно раздаёт паспорта в Закарпатье. Несмотря на
многочисленные дипломатические скандалы, Будапешт продолжает это делать, чуть что — начинает
перекрывать Киеву кислород на всех западных платформах. Помешать ему Киев не в силах.
Да и не очень стремится, ведь на Украине видят исключительно «российскую угрозу». В 2018-м
украинские журналисты отмечали, что «карты поляка» и венгерские паспорта уже имеют по 100
тысяч украинцев, а ещё 50 тысяч — паспорта Румынии. А в 2019-м, по некоторым данным,
обладателями венгерских паспортов стали уже 300 тысяч человек, что больше, чем число этнических
венгров на Украине.
Но в Киеве всё равно паникуют исключительно из-за раздачи российских паспортов в Донбассе и
упорно не хотят замечать, что три европейские страны активно готовят почву для возврата своих
исторических земель и готовы поделить Украину, как только та окончательно продемонстрирует
нежизнеспособность.
Четвёртая часть, исходя из суждений Мураева, и самая крупная, очевидно, должна отойти России. И
это было бы исторически справедливо. У Украины был уникальный исторический шанс построить
сильное государство, но она им не воспользовалась. Нет, никто не стремится никого оккупировать,
как бы этим ни грезили в Киеве. Но очевидно, что нынешняя власть идёт к тому, что соседям просто
придётся разобрать остатки Украины, чтобы предотвратить войну всех против всех, помня о
печальном опыте Югославии.
Как заявил в ходе прямой линии президент России Владимир Путин, нынешний глава Украины
Владимир Зеленский отдал страну «под полное внешнее управление», и вопрос о встрече с ним в
ближайшее время закрыт, и он не знает, о чём с ним говорить. А это значит, что у Украины остаётся
совсем немного времени, чтобы остановиться хотя бы в шаге от пропасти. Но, похоже, ни сами
украинские власти, ни их хозяева за океаном не собираются ничего менять, открывая возможности
для реализации самых негативных для страны сценариев.

2. Конфликт в Сирии и международное вмешательство в него.


15 марта 2011 г. в Сирии начались антиправительственные выступления, которые постепенно
охватили все крупные города страны. Манифестанты требовали проведения демократических
реформ и отставки президента страны Башара Асада. 4 августа 2011 г. Асад утвердил декрет о
введении в стране многопартийной системы и об организации всеобщих выборов. Однако в стране
продолжались протесты, подавляемые правительственными войсками, и к концу 2011 г. жертвами
конфликта стали около 5 тыс. человек.
В 2012 г. в Сирии возросло число вооруженных группировок, ведущих борьбу против сил режима,
появились первые экстремистские группировки, усилился приток в страну иностранных наемников.
На фоне разраставшегося вооруженного противостояния с оппозицией и исламистами, режим Асада
провел ряд внутриполитических реформ. 7 мая 2012 г. в Сирии состоялись первые выборы в
Народный совет (парламент) на многопартийной основе, победу на которых победу одержал блок
"Национальное единство", поддерживающий президента Асада.
Усугубление обстановки в стране, рост числа жертв и беженцев подтолкнули международное
сообщество к активным действиям по поиску путей урегулирования кризиса.
"Женева-1" и "Женева-2"
30 июня 2012 г. в Женеве (Швейцария) состоялась первая международная конференция по Сирии
("Женева-1"). В ней приняли участие представители пяти постоянных членов СБ ООН -
Великобритании, Китая, России, США и Франции, а также Турции, Ирака, Кувейта и Катара,
верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон и
генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун. Ее итогом стало коммюнике "Группы действий",
зафиксировавшее основные принципы урегулирования конфликта: создание переходного
управляющего органа, сформированного на основании консенсуса и включающего как членов
правительства, так и оппозиции и других групп; возможность пересмотра сирийской конституции;
проведение президентских и парламентских выборов; формирование новых органов государственной
власти.
В марте и августе 2013 г. во время боевых действий были проведены химические атаки, в
использовании химоружия друг друга обвиняли власти страны и вооруженная оппозиция. Благодаря
дипломатическим усилиям России удалось избежать иностранной интервенции и достичь
договоренности с правительством Сирии об уничтожении химических арсеналов. В сентябре 2013 г.
Сирия присоединилась к Конвенции о запрещении химоружия и стала членом Организации по
запрещению химического оружия.
Победа Асада на выборах
Несмотря на продолжение вооруженного конфликта, 3 июня 2014 г. в Сирии состоялись первые
альтернативные президентские выборы. Победу на них одержал Башар Асад, получив 88,7 % голосов
избирателей. США и страны ЕС признали выборы нелегитимными и недемократическими, а ООН -
несовместимыми с женевскими договоренностями. 28 августа 2014 г. было сформировано
правительство, большинство мест в котором получили члены прежнего кабинета. Основные фракции
внутренней оппозиции в Сирии отказались от участия в формируемом кабинете.
Ситуация в Сирии усугубилась в связи с деятельностью боевиков террористической группировки
ИГИЛ, которые к настоящему времени контролируют примерно 50% территории страны. 23
сентября 2014 г. международная коалиция во главе с США приступила к нанесению авиаударов по
позициям ИГ на территории Сирии, не получив при этом разрешения правительства страны.
В чем сходства и различия взглядов России и США на ситуацию в Сирии
В 2015 г. состоялись несколько раундов межсирийских консультаций (в Москве, Каире, Астане),
однако они не принесли ощутимых результатов.
Кроме того, продолжился процесс химического разоружения, с января 2015 г. ОЗХО контролирует
уничтожение объектов по производству химоружия на территории Сирии. 7 августа 2015 г. СБ ООН
принял резолюцию 2235 о создании механизма по выявлению ответственных за боевое применение
отравляющих веществ в ходе конфликта в Сирии, предусматривающую учреждение совместной
миссии ООН и ОЗХО.
30 сентября 2015 г. Воздушно-космические силы РФ приступили к нанесению авиаударов по
позициям ИГ в Сирии по просьбе Башара Асада. 18 декабря 2015 г. СБ ООН единогласно одобрил
резолюцию по урегулированию конфликта в Сирии. Это первый за пять лет документ по сирийскому
кризису, который удалось согласовать в Совбезе. 14 марта 2016 г. президент России Владимир Путин
приказал начать вывод основных сил РФ из Сирии с 15 марта. На сегодняшний день перестрелки
продолжаются, активно работают террористические группировки, сирийские беженцы стали
проблемой для Турции и ЕС.

Билет № 25
1. Республика Молдавия, непризнанная Приднестровская Молдавская республика и
Приднестровский конфликт на современном этапе.

История возникновения вооруженного конфликта между Молдавией и Приднестровьем берёт своё


начало с событий конца 80-х годов прошлого столетия, когда летом 1989 г. Верховный Совет
Молдавской ССР (МССР) принял законы о языках, объявлявших молдавский язык единственным
государственным. В ответ на это на промышленных предприятиях Приднестровья создаются советы
трудовых коллективов, которые организуют массовые забастовки, требуя проведения референдума
по этому вопросу, что было отвергнуто Кишиневом. С этого момента нарастание национального
движения в Бессарабии, прежде всего в Кишиневе, стало подталкивать возникновение и рост
движения за создание приднестровской автономии. В Приднестровье жило много русских, чем было
и вызвано недовольство законопроектом. И Приднестровье являлось самой развитой частью страны,
здесь располагались крупнейшие промышленные предприятия, и производилось более половины
потребительских товаров, вывозимых далеко за пределы республики.
1 декабря 1991 г. в Приднестровье состоялись выборы Президента ПМССР и референдум о
независимости Приднестровской Молдавской Республики (ПМР — новое название республики). В
них участвовало 78% жителей, имеющих право голоса, за независимость высказалось почти 98%
голосовавших
Особой остроты вооруженный конфликт достиг в июне 1992 г. во время боев за город Бендеры,
расположенный на правом берегу Днестра, но включенный в состав ПМР. Политическая сторона
противоборства заключалась в попытке молдавского руководства силой захватить город и поставить
его под свой контроль
Соглашение о принципах мирного урегулирования вооруженного конфликта в Приднестровском
регионе Республики Молдова от 21 июля 1992 г.
На встрече лидеров государств-участников СНГ 6 июля 1992 г. молдавский президент М. Снегур
поставил вопрос о направлении в зону конфликта миротворческих сил СНГ, в которые должны были
бы входить молдавские, российские (но не 14-я армия), украинские и белорусские контингенты.
Однако это предложение не получило поддержки, так как миротворческая операция проводится не
под эгидой СНГ, а в состав миротворческих сил вошли лишь молдавский, российский и
приднестровский контингенты. Единственное, что было принято из предложений Снегура,
заключалось в том, что российский миротворческий контингент не вошел в состав 14-й армии.
Юридической основой миротворческой операции служит «Соглашение о принципах мирного
урегулирования вооруженного конфликта в Приднестровском регионе Республики Молдова»,
подписанное Б. Ельциным и М. Снегуром, а также завизированное президентом ПМР И. Смирновым
21 июля 1992 г. Его основное содержание сводилось к следующему:
• конфликтующие стороны обязались предпринять все меры к полному прекращению огня, отвести
войска и вооружения из «зоны безопасности»;
• для обеспечения контроля за прекращением огня, отводом войск и вооружений в этой зоне
создавалась объединенная Контрольная комиссия, «состоящая из представителей трех сторон,
участвующих в урегулировании»;
• комиссия использует в своей работе группы военных наблюдателей, ей в под¬чинение передаются
созданные на добровольной основе воинские контингенты «представляющие стороны, участвующие
в выполнении данного соглашения»;
• помимо контроля за прекращением огня Комиссия обеспечивает поддержание правопорядка в
городе Бендеры;
• решения Комиссии принимаются консенсусом;
• воинские части 14-й армии будут строго соблюдать нейтралитет, вопросы о ее статусе, порядке и
сроках вывода будут определены в ходе переговоров между Российской Федерацией и Республикой
Молдова.
Таким образом, Россия официально закрепила свое положение как сторона, участвующая в
урегулировании конфликта. Российский миротворческий контингент, наряду с молдавским и
приднестровским, был введен в «зону безопасности». Контрольная комиссия приступила к работе.
Положение вдоль берегов Днестра в военном отношении нормализовалось.
Московский меморандум ( Примаков, Молдова – Петр Лучинский, Смирнов, Петерсон с ОБСЕ)
1. Стороны подтверждают свои обязательства не прибегать во взаимных отношениях к применению
силы или угрозы силой. Любые разногласия будут решаться исключительно мирными средствами,
путем переговоров и консультаций при содействии и посредничестве Российской Федерации и
Украины, как стран-гарантов выполнения достигнутых договоренностей, ОБСЕ и при содействии
СНГ.
2. Стороны будут продолжать становление между ними государственно-правовых отношений.
Документ, определяющий эти отношения, статус Приднестровья, будет основываться на принципах
взаимно согласованных решений, включая разграничение и делегирование полномочий, и взаимно
обеспеченных гарантий.
К разработке данного документа стороны приступят сразу же после подписания настоящего
Меморандума с учетом всех ранее достигнутых принципиальных договоренностей, в том числе
достигнутых 17 июня 1996 года.
3. Приднестровье принимает участие в осуществлении внешней политики Республики Молдова -
субъекта международного права, по вопросам, затрагивающим его интересы. Решение по данным
вопросам принимается по согласию сторон.
Приднестровье имеет право самостоятельно устанавливать и поддерживать международные
контакты в экономической, научно-технической и культурной областях, а в других областях - по
согласию сторон.
4. Стороны обращаются к Российской Федерации, Украине и ОБСЕ с просьбой о продолжении их
посреднических усилий в достижении прочной и всеобъемлющей нормализации отношений между
Республикой Молдова и Приднестровьем.
5. Республика Молдова и Приднестровье становятся взаимными гарантами полной и безусловной
реализации договоренностей об отношениях между ними.
6. Стороны приветствуют заявление Российской Федерации и Украины об их готовности стать
государствами-гарантами соблюдения положений определенного соответствующими документами
статуса Приднестровья и договоренностей, зафиксированных в настоящем Меморандуме.
7. Стороны обращаются к ОБСЕ с просьбой продолжить содействие соблюдению договоренностей
между ними.
8. Стороны заявляют о необходимости выработки механизма гарантий всеми участниками
переговорного процесса
В августе 2017 года Молдова на Генеральной ассамблее ООН подняла вопрос о выводе российских
миротворцев из Приднестровья[83]. Киев в свою очередь поддержал данную инициативу.
Встреча Лаврова и Попеску в сентрябре 2019 : Молдавский министр сказал, что нуждается в
российской помощи в поиске «жизнеспособного решения» приднестровского конфликта, заметив,
однако, что военное присутствие России в Приднестровье противоречит закрепленному в
конституции принципу нейтралитета. Кроме того, Нику Попеску оценил готовность России
возобновить диалог о вывозе и утилизации российских боеприпасов, хранящихся в Приднестровье:
«Эти боеприпасы представляют постоянную опасность жителям Молдовы и региону в целом».
М. Санду (нынешний лидер Молдавы) просит рос.военных уйти.

2. Военная и гуманитарная помощь Сирии со стороны России. Астанинской формат


урегулирования сирийского конфликта.
Россия выделила Сирии более $1млрд на гуманитарные цели. Об этом заявил руководитель
российско-сирийского межведомственного координационного штаба по возращению беженцев
Михаил Мизинцев, не уточнив, правда, когда и за какой период выделили средства
По его словам, деньги пошли в том числе на восстановление электроснабжения, промышленности,
религиозных объектов. Чуть позже глава Россотрудничества Евгений Примаков заявил журналистам,
что с 2015 года Москва ежегодно направляла Дамаску на гуманитарные цели не менее $150 млн и
останавливать эту работу российская сторона не планирует.
Всю прошлую неделю в Дамаске проходила международная конференция по возвращению беженцев
на территорию Сирии. В мероприятии участвовали официальные представители 27 стран, в том
числе Объединенных Арабских Эмиратов, Ирана и Китая. По данным российско-сирийского
координационного штаба, за пределами страны сегодня находится более 6,5 млн граждан. Лагеря
беженцев из Сирии есть на территории нескольких государств, в том числе Ливана и Иордании. Но
самые большие временные поселения расположены в Турции. По разным оценкам, там проживает
более 3,5 млн временно перемещенных сирийцев.
Москва уже несколько лет оказывает помощь Дамаску в возвращении беженцев. С 2017 года
действует совместный российско-сирийский межведомственный координационный штаб. Благодаря
его усилиям на территории страны развернуты специальные пропускные пункты. Именно с их
помощью беженцы возвращаются в Сирию с территории других государств. При пересечении
границы они получают материальную помощь, документы, возможность добраться до дома. Как
отметил Михаил Мизинцев, с начала реализации сирийско-российской инициативы наибольшее
число беженцев вернулось с территории Ливана и Иордании.
Почему Россия уделяет такое пристально внимание гуманитарной помощи и работе с беженцами? В
военной науке есть понятие «битва беженцев» (Battle of the Refugees). Уже не одно десятилетие
противоборствующие стороны воюют не только на поле боя, но и сражаются за умы и сердца людей,
спасающихся от войны. Задача такой «битвы» проста — создать из беженцев движение, которое
можно использовать для борьбы со своим противником.
Многие страны специально обучают своих военнослужащих и сотрудников спецслужб, как работать
в условиях Battle of the Refugees. В вооруженных силах США даже есть целая бригада (95th civil
affairs brigade) по взаимодействию с гражданской администрацией. Одна из важнейших задач пяти
батальонов этой воинской части — работа со временно перемещенными лицами.
Бойцы 95-й бригады не просто создают временные жилища для них, оказывают гуманитарную и
медицинскую помощь. Они проводят среди беженцев и так называемые информационные операции
— говоря простым языком, ведут пропаганду. Примечательно, что 95-я бригада официально входит в
состав американских сил специальных операций. Кстати, подразделения «по работе с гражданской
администрацией» постоянно находятся в печально известном лагере сирийских беженцев «Рукбан».
Фактически они и являются негласной администрацией этого образования.
Примеры Battle of the Refugees хорошо известны. Так, во время войны в Афганистане благодаря
помощи США и стран Персидского залива на территории Пакистана была создана целая армия. Ее
солдатами стали воспитанные в лагерях беженцев дети и подростки. Уже в 1990-х годы эти
вооруженные отряды захватили страну и стали называться движением «Талибан» (запрещено в
России).
В начале 1980-х годов исламские радикальные движения превратили лагеря палестинских беженцев
в Ливане в свои вербовочные площадки. В результате в стране вспыхнула гражданская война.
Помимо самих ливанцев, в ней так или иначе приняли участия военнослужащие Сирии, Франции,
Соединенных Штатов и Израиля.
Как показывает опыт современных воин и военных конфликтов, выиграть Battle of the Refugees
очень тяжело. Так, во время американского вторжения в Ирак начался массовый исход беженцев в
соседние страны. Запрещенная в России «Аль-Каида» использовала их как не иссякающий источник
подпитки своих отрядов. Достаточно сказать, что в лагере для иракских беженцев в Иордании
впервые начал свою пропаганду Абу Бакр аль-Багдади.
Соединенные Штаты попытались ответить гуманитарными операциями, созданием так называемых
лагерей безопасности, а также вливанием денежных средств в инфраструктуру разрушенного Ирака
и созданием рабочих мест. Но до самого вывода своих войск США так и не удалось остановить
поток беженцев, не говоря уже о том, чтобы начать возвращать их на родину.
За прошедшие три года с момента начала работы российско-сирийского межведомственного
координационного штаба наша страна проделала огромную работу. Поток беженцев за пределы
страны уже остановлен, более того, люди возвращаются из соседних стран домой. Это положительно
сказывается не только на гуманитарной, но и на военной ситуации в Сирии. К примеру, в
большинстве провинций не происходит террористических актов и волнений. Там идут мирная жизнь
и восстановление экономики.
При поддержке России для сирийских беженцев и мирных жителей в различных районах страны
восстановлены тысячи образовательных и медицинских учреждений, отстроены более 5 тыс. домов,
отремонтированы шесть автомобильных мостов и более тысячи километров автомобильных дорог,
проложены линии электропередач. Введены в эксплуатацию объекты водоснабжения, хлебопекарни,
электроподстанции, автозаправочные станции. А главное, заработало более 14 тыс. промышленных
предприятий.
Фактически $1млрд российской гуманитарной помощи сделал для установления мира в Сирии
гораздо больше, чем крылатые ракеты «Калибр» и высокоточные авиабомбы. Не менее сложная
ситуация и в районе американской военной базы в Эт-Танф. Вокруг нее организована 55-
километровая зона безопасности. Под ее прикрытием продолжают свою террористическую
деятельность незаконные вооруженные формирования. Их боевики курируют и расположенный
здесь лагерь внутренне перемещенных лиц «Рукбан», где в тяжелейших условиях остаются более 4
тыс. сирийских граждан.

Переговоры в Астане (с марта 2019 года – Нур-Султан, после переименования города формат
переговоров сохранил свое название) по урегулированию конфликта в Сирии были инициированы
президентом РФ Владимиром Путиным.
14 декабря 2016 года в телефонном разговоре Путина с президентом Турции Реджепом Эрдоганом
главы двух государств договорились предложить конфликтующим сторонам (Россия –
правительству Сирии, а Турция – представителям вооруженной оппозиции) продолжить процесс
мирных переговоров, помимо Женевы, на новой площадке. В качестве такой площадки называлась
столица Казахстана – Астана.
Предложение президента России Владимира Путина создать дополнительную площадку сирийского
мирного процесса поддержал президент Казахстана (1990-2019) Нурсултан Назарбаев.
В Совместном заявлении министров иностранных дел Ирана, России и Турции по согласованным
мерам, направленным на оживление политического процесса с целью прекращения сирийского
конфликта, сделанном 20 декабря 2016 года по итогам переговоров в Москве, стороны выразили
готовность способствовать выработке и стать гарантами будущего Соглашения между
правительством Сирии и оппозицией, переговоры о котором ведутся. Они пригласили все другие
страны, имеющие влияние на ситуацию "на земле", поступить таким же образом.
Переговоры призваны закрепить действующий режим прекращения огня, установленный в
соответствии с договоренностями, подписанными 29 декабря 2016 года, и стать площадкой для
прямого диалога между правительством и оппозицией в соответствии с требованиями резолюции
2254 Совета Безопасности ООН.
Первый раунд переговоров по Сирии проходил в Астане 23-24 января 2017 года.
В переговорах приняли участие делегация правительства Сирии, вооруженная оппозиция,
представители РФ, Турции и Ирана, а также ООН.
Встреча в Астане стала первым случаем, когда делегации Дамаска и вооруженной оппозиции сели за
один стол переговоров. Переговоры между двумя сирийскими делегациями были непрямыми.
Одним из главных военных итогов переговоров стала договоренность о создании Россией, Ираном и
Турцией, как гарантами перемирия в Сирии, трехстороннего механизма контроля за режимом
прекращения огня в САР.
Второй раунд переговоров в астанинском формате по урегулированию конфликта в Сирии состоялся
15-16 февраля 2017 года. Участие в нем приняли делегации стран-гарантов – России, Ирана и
Турции, представители сирийского правительства, вооруженной оппозиции и ООН. В качестве
наблюдателей были приглашены представители Иордании и США.
Главным итогом переговоров стала окончательная договоренность о создании мониторинговой
группы по перемирию в Сирии с участием Ирана, России, Турции. На переговорах удалось
сформировать механизм обмена пленными, согласован пункт об обмене телами погибших.
Третий раунд переговоров в Астане по сирийскому урегулированию проходил 14-15 марта 2017 года.
Вооруженная оппозиция Сирии приняла решение не направлять своих представителей на
переговоры. Из-за отсутствия оппозиции не состоялось запланированное пленарное заседание,
стороны сосредоточились на консультациях в различных форматах. Стороны обсудили и
продвинулись по темам, связанным с освобождением заключенных – была достигнута
предварительная договоренность о создании рабочей группы, а также по дальнейшему
размежеванию умеренной оппозиции от террористических группировок – стороны сверили карты.
Было начато обсуждение вопроса по созданию конституционной комиссии.
Четвертый раунд переговоров в Астане по сирийскому урегулированию проходил 3-4 мая 2017 года.
По итогам переговоров был подписан меморандум о создании в Сирии четырех зон безопасности. В
ходе встречи в Астане участники также рассмотрели вопросы, касающиеся создания рабочей группы
по обмену насильственно удерживаемыми лицами, и обсудили проект соответствующего документа.
Пятый раунд переговоров в Астане по сирийскому урегулированию прошел 4-5 июля 2017 года.
Главной темой переговоров стало определение зон деэскалации, меморандум об установлении
которых стал главным итогом прошлого раунда. По итогам переговоров никаких документов
подписано не было.
Шестой раунд международной встречи по Сирии в Астане прошел 14-16 сентября 2017 года. По
итогам переговоров было объявлено о создании зон деэскалации в Сирии: к северу от города Хомс, в
пригороде Дамаска – в районе Восточной Гуты, на границе Сирии с Иорданией – в провинции Дераа,
а также в провинции Идлиб. Было решено, что мониторинг в зоне деэскалации в провинции Идлиб
будут вести силы Ирана, России и Турции, а в остальных зонах – российская военная полиция.
Седьмой раунд переговоров по Сирии в Астане состоялся 31 октября 2017 года. Участники
переговоров обсудили предложение России провести Конгресс национального примирения Сирии в
Сочи, с инициативой которого выступил президент РФ Владимир Путин на форуме "Валдай".
Представители Дамаска назвали своевременным проведение Конгресса национального диалога
Сирии и высказали готовность принять в нем участие. Сирийская вооруженная оппозиция заявляла,
что не поедет на Конгресс национального примирения.
Восьмой раунд переговоров по Сирии в Астане прошел 21-22 декабря 2017 года.
По итогам встречи страны-гаранты соблюдения режима перемирия – Иран, Россия и Турция –
подготовили совместное заявление, в котором приветствовали успехи, достигнутые в борьбе с
терроризмом в Сирии, в частности разгром ИГ*. Страны также подтвердили решимость продолжить
сотрудничество для полной ликвидации ИГ*, "Джебхат Ан-Нусры"* и других террористических
организаций, а также не допустить перемещения террористов в другие страны и регионы.
Гаранты приняли положение о рабочей группе по освобождению задержанных и заложников,
передаче тел погибших и поиску пропавших без вести. Также было принято совместное заявление о
гуманитарном разминировании в Сирии, включая объекты культурного наследия ЮНЕСКО.
Отдельной темой обсуждения стал Конгресс сирийского национального диалога.
Девятый раунд переговоров по Сирии под эгидой России, Турции и Ирана прошел в Астане 14-15
мая 2018 года.
Переговоры стартовали заседанием рабочей группы по освобождению задержанных в Сирии, также
прошли консультации между делегациям.
Во второй день состоялось пленарное заседание с участием всех сторон переговоров. В нем приняли
участие делегации стран-гарантов – России, Турции и Ирана, а также правительства Сирии и
сирийской вооруженной оппозиции. В качестве наблюдателей выступили делегация ООН под
руководством спецпосланника генерального секретаря ООН по Сирии Стаффана де Мистуры и
делегация Иордании. США отказались от участия в переговорах в Астане в качестве наблюдателей.
Главными темами переговоров были реализация меморандума о деэскалации, а также создание
конституционного комитета.
Десятый раунд переговоров в астанинском формате прошел 30-31 июля 2018 года впервые не в
столице Казахстана, а в Сочи.
В ходе Астаны-10 интенсивно обсуждалось формирование конституционной комиссии САР: в
первый день переговоров шли консультации по составу кандидатов в комиссию от гражданского
общества Сирии, во второй – спецпосланник ООН Стаффан де Мистура представил странам-
гарантам предварительные списки комиссии и способы назначения ее членов.
В центре дискуссии также были такие вопросы как продление и расширение перемирия в Сирии,
освобождение заключенных и похищенных, ситуация вокруг провинции Идлиб.
Одиннадцатый раунд переговоров по сирийскому урегулированию прошел в Астане 28-29 ноября
2018 года. В нем участвовали делегации стран-гарантов России, Турции, Ирана, спецпосланник
ООН, представители правительства Сирии и оппозиции. В ходе переговоров обсуждалось
формирование конституционного комитета, однако договориться участниками астанинского
процесса не удалось.
Двенадцатый раунд переговоров в астанинском формате с участием представителей РФ, Турции и
Ирана прошел 25 и 26 апреля 2019 года Нур-Султане. Впервые участие в переговорах принял новый
спецпосланник Генерального секретаря ООН Гейр Педерсен. В совместном заявлении по итогам
переговоров Россия, Турция и Иран подчеркнули необходимость создания условий и содействия
безопасному и добровольному возвращению беженцев и внутренне перемещенных лиц в места их
проживания в Сирии. Они призвали международное сообщество оказать соответствующую
поддержку.
Страны отметили необходимость продолжения оказания гуманитарной помощи всем сирийцам на
всей территории Сирии. Также призвали мировое сообщество увеличить содействие Сирии в том
числе через наращивание гуманитарных поставок, реализацию проектов по раннему
восстановлению, включая базовые объекты инфраструктуры – водо- и электроснабжение, школы,
больницы.
Страны-гаранты также договорились пригласить Ирак и Ливан в качестве наблюдателей на
переговоры астанинского формата по Сирии.
Тринадцатый раунд переговоров высокого уровня "астанинского формата" прошел в Нур-Султане 1-
2 августа 2019 года.
В нем участвовали делегации стран-гарантов "Астаны", а также обе стороны конфликта в Сирии –
правительственная делегация, которую возглавил постоянный представитель САР при ООН Башар
аль-Джаафари, и вооруженная оппозиция во главе с Ахмадом аль-Тоумой.
Спецпредставитель Генсекретаря ООН по Сирии Гейр Педерсен по состоянию здоровья пропустил
переговоры. Делегацию ООН возглавил его заместитель. Впервые в качестве наблюдателей прибыли
делегации Ирака и Ливана. Также присутствовали представители международного комитета
Красного креста и управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев.
В ходе прошедших переговоров правительство Сирии и вооруженная оппозиция смогли прийти к
соглашению по соблюдению договоренностей российско-турецкого сочинского соглашения от
сентября 2018 года по перемирию в Идлибской зоне деэскалации.

Билет № 26
1. Армения в региональной подсистеме международных отношений.
Основной тенденцией внешней политики Армении в последнее десятилетие остаётся
многовекторность. Несмотря на значительные структурные изменения во внутриполитическом
устройстве в результате смены власти в 2018 г., новое правительство во главе с премьер-министром
Николом Пашиняном сохраняет приверженность сотрудничеству с ЕС, расширению взаимодействия
в рамках Евразийского экономического союза, поддержанию сложившихся взаимоотношений с
Грузией и Ираном. Вместе с тем попытки нормализации взаимоотношений с Азербайджаном и
Турцией, поддерживаемые как Россией, так и западными странами, не привели к существенным
переменам. Армения остаётся в стороне от региональных инициатив, активно выдвигаемых в
треугольнике Грузия-Азербайджан-Турция, что делает её зависимой от поставок энергетических
ресурсов из России, существенно сказывается на возможностях экспорта армянской продукции за
пределы страны.
Конфликтный потенциал в регионе возрастает. Вероятны как краткосрочные нарушения перемирия
на границе с Азербайджаном, так и долгосрочные кризисы, в которых Армения будет вынуждена
полагаться на поддержку международного сообщества. Поэтому немаловажной составляющей её
внешней политики является лоббирование национальных интересов на всех доступных
международных площадках. Ключевым актором в формировании внешнеполитической повестки
остаётся армянская диаспора, которая сконцентрирована на во просах признания геноцида армян и
статусе Нагорного Карабаха.
Актуальным для Армении остаётся участие в программах содействия развитию, поддерживаемых
международными донорами и отдельными странами. Часть из них касается крупных
инфраструктурных проектов, борьбы с бедностью и экономического развития страны. Армения
сотрудничает с другими странами и в гуманитарной сфере, участвуя в образовательных, культурных
инициативах, диалоге гражданского общества. Взаимодействует она с Международным валютным
фондом, Всемирным банком, Германским обществом по международному сотрудничеству и
Европейским союзом. Развиваются межведомственные связи и обмен опытом с российскими
государственными структурами в вопросах, связанных с участием Армении в Евразийском
экономическом союзе и экономическими аспектами двусторонних отношений.
Декларируемые принципы армянской внешней политики в 2019 г. были уточнены и основываются
на трёх позициях: суверенитет, панармянство и взаимодействие. При этом национальная повестка
рассматривается в триединстве: Армения – Арцах (Нагорный Карабах) – Диаспора. Интересы
армянства формируются в диалоге между всеми тремя акторами, где Армения – центр принятия
ключевых решений. Географически и идейно армянское сообщество неоднородно, но его объединяет
принадлежность к армянской нации и стремление к сохранению стабильного и сильного армянского
государства.
Отличие новой власти состоит в том, что она апеллирует к международному армянскому
сообществу, постоянно соотнося свои действия с реакцией различных представителей диаспоры,
политической элиты Арцаха, населения самой Армении. Подобные мотивы часто звучат в речах
премьер-министра. Так, в августе 2019 г. Н. Пашинян, выступая в Степанакерте, заявил: бархатная
революция 2018 г. произошла во всём армянстве, тем самым подчёркивая вотум доверия в масштабе,
превосходящем государственные границы.
Взаимоотношения с Россией
Россия – основной торговый партнёр Армении. Согласно статистическим данным за январь-сентябрь
2019 г., доля Российской Федерации во внешнеторговом обороте страны составила 27,1%, стран ЕС –
25,5%. Отсутствие общей границы с Россией является одной из основных преград к эффективному
участию страны в Евразийском экономическом союзе: большая часть товаров экспортируется через
территорию Грузии, которая не входит в объединение. Для Армении вхождение в ЕАЭС означало в
первую очередь интенсификацию торговых связей с РФ: доля других стран СНГ во взаимной
торговле незначительна.
Ключевая статья экспорта России в Армению – природный газ, по цене которого с приходом новой
власти в Армении стороны смогли договориться. Этот вопрос ранее служил поводом к
общественному недовольству: население не готово к её повышению. По результатам переговоров с 1
января 2019 г. цена газа, поставляемого в Армению транзитом через Грузию, на армяно-грузинской
границе составляет 165 долларов за 1000 м (прежде ‒ 150 долл.). Разница в настоящее время
оплачивается компанией «Газпром Армения». Альтернатива – газ из Ирана ‒ дороже, кроме того,
экспорт из Ирана не имеет геополитической обоснованности.
Со сменой власти в Армении в 2018 г. возобновилась дискуссия, насколько реалистичен подход
Армении к сочетанию стратегического партнёрства с Россией и тесного взаимодействия с ЕС.
Премьер-министр заявил: Россия и Армения – суверенные партнёры, что позволяет Армении
оставаться приверженной европейским ценностям, сохраняя союз с Россией. Вместе с тем он более
критично относится к существующим в российско-армянских отношениях напряжённостям,
предпочитая публично заявлять о них. Среди вызывающих разногласия тем – продажа Россией
оружия Азербайджану, отсутствие полного доверия армянской стороны в вопросе нагорно-
карабахского урегулирования. Немаловажно то, что в Армении расположены российские военные
базы и Российская Федерация по-прежнему играет роль основного гаранта безопасности страны.
Отношения Армении с ЕС и США.
Взаимоотношения Армении и ЕС регулируются Соглашением о расширенном и всеобъемлющем
партнёрстве, подписанном в 2017 г. С 2018 г. проходят регулярные встречи Совета по партнёрству
Армении и ЕС. Соглашение фиксирует демократические ценности в качестве ключевых ориентиров
сотрудничества. Смена власти в стране в ходе мирных протестов и последующий переход к
парламентской системе трактуются Евросоюзом как наглядное свидетельство приверженности
Армении европейской модели развития. Приоритетные сферы сотрудничества: поддержка развития
выборных институтов, реформы государственного управления, правосудия, образовательные
инициативы. Европейский союз осуществляет не только финансовую помощь, но и техническое
содействие и консультирование.
ЕС остаётся одним из основных торговых партнёров Армении. Доля Евросоюза во внешнеторговом
обороте Армении в 2018 г. составила 24,8%. ЕС импортирует из Армении цветные металлы,
текстиль, минеральное сырьё, драгоценные камни, продукты питания, напитки, табак. Экспорт в
Армению из ЕС состоит из машин и оборудования, транспортных средств, химической продукции и
др.
В последние годы наблюдается усиление роли Европейского союза в регионе. Так, в 2019 г.
парламентская ассамблея «Евронест» приняла резолюцию о будущем программы «Восточное
партнёрство» и разработке «Стратегии Трио Плюс 2030», в рамках которой предполагается создать
инструменты для более глубокой интеграции ЕС и стран, ассоциированных с ним, а именно: Грузии,
Украины, Молдовы. Армению предложено включить в новый формат взаимодействия как
единственное государство в Европе, которое в 2018 г. перешло от «гибридного режима»,
характеризующегося авторитарными тенденциями, к демократии. Резолюция однозначно определяет
новую стратегию как геополитический проект, направленный на поддержку партнёров,
продемонстрировавших желание вступить в Европейский союз и сталкивающихся с «кремлёвской
агрессией». Подобная активность Брюсселя может стать дополнительным раздражителем во
взаимоотношениях Россией и ЕС.
Значимым событием для Армении и армянской диаспоры стало единогласное одобрение Сенатом
Конгресса США в декабре 2019 г. резолюции о признании геноцида армян в Османской империи в
1915–1923 гг. Ранее, 29 октября соответствующая резолюция была принята Палатой представителей
Конгресса. Исполнительная власть, однако, пока не спешит последовать за законодательной.
Резолюции Конгресса можно считать тактическим ответом на не устраивающую Вашингтон
политику Т. Эрдогана. На момент обсуждения и принятия этих документов обострились
противоречия между США и Турцией, которая ввела свои войска в Сирию и начала наступление на
курдские силы ‒ американских союзников.
Позиция Армении в нагорно-карабахском конфликте
С избранием Н. Пашиняна премьер-министром были предприняты попытки пересмотреть
устоявшийся формат переговорного процесса. Основные изменения коснулись публичного его
освещения, большей открытости в обсуждении армяно-азербайджанских отношений внутри страны.
Общественный резонанс вызвали заявления Н. Пашиняна о возможности смягчения армянской
позиции в случае ответных шагов азербайджанской стороны. В армянских СМИ активно
обсуждается и критикуется сдача территорий в обмен на мир, несмотря на отсутствие каких-либо
официальных заявлений по этому поводу.
Принципиальная позиция Н. Пашиняна состоит в возвращении Арцаха (Нагорного Карабаха) за стол
переговоров. Вместе с тем эта политика не нашла одобрения членов Минской группы ОБСЕ.
Премьер-министр ввёл практику совместных заседаний Советов безопасности Республики Армении
и непризнанной международным сообществом Нагорно-Карабахской Республики. Третье подобное
заседание прошло 22 февраля 2020 г. В совместном заявлении было подчёркнуто, что восприятие
властями Армении и Арцаха урегулирования нагорно-карабахской проблемы совпадает, что, однако,
не означает полной идентичности взглядов обеих сторон по всем деталям.
Подобный подход отличен от стилистики прежней власти, поскольку подразумевает возможность
расхождений в позициях Армении и Нагорного Карабаха. Хотя эти изменения существенно не
повлияли на переговорный процесс, они активировали дискуссию внутри страны о статусе
Нагорного Карабаха. Стремление нынешнего премьер-министра постоянно согласовывать свой курс
по вопросу урегулирования нагорно-карабахского конфликта непосредственно с политической
элитой НКР было интерпретировано в некоторых СМИ как призыв к объединению Армении с
Арцахом. В действительности линия Пашиняна скорее обозначила ключевой интерес Армении в
совпадении позиций обеих сторон.
31 марта 2020 г. в Нагорном Карабахе прошли всеобщие выборы. Политическая элита непризнанного
государства обновляется: это демонстрирует международному сообществу развитие важнейших
политических институтов. Тем самым сменяемость власти также укрепляет автономность Арцаха
(Нагорного Карабаха). Два лидирующих кандидата прошли во второй тур: Араик Арутюнян, бывший
премьер-министр страны, и Масис Маилян, глава МИД. Оба кандидата отстаивают мнение о
независимости Нагорного Карабаха. Вряд ли кого-либо из них можно автоматически зачислить в
сторонники Пашиняна: вместе с тем Пашинян заинтересован в том, чтобы сохранять стабильный
диалог на принципах взаимного признания и уважения.
Россия, как и другие глобальные игроки, вовлечённые в данный переговорный процесс,
заинтересованы в поиске решения, инициированного самими сторонами конфликта. Единственная
альтернатива военным действиям ‒ продолжение переговорного процесса, что гарантирует
сдерживание конфликта. Главная посредническая роль в переговорах по-прежнему принадлежит
России.
Хотя существенных изменений со сменой власти в 2018 г. во внешней политике Армении не
последовало, уже сейчас заметны основные тенденции и возможные сдвиги. В первую очередь,
премьер-министр страны подверг ревизии все ранее заключённые соглашения и партнёрства,
переоценив выгоды, которые Армения от них получает. Н. Пашинян, в отличие от бывшего
президента Сержа Саргсяна, более открыто говорит о недовольстве наиболее проблематичными
аспектами российско-армянских отношений: зависимостью страны от поставок российских
энергоресурсов, недостаточно ясной позицией России по урегулированию нагорно-карабахского
конфликта и продажей оружия обеим его сторонам. Эти вопросы были подняты премьер-министром,
и, вероятно, российской стороне станет сложнее вести диалог с Ереваном, который всё более
склоняется к стратегии маневрирования между различными глобальными игроками.
Заключение соглашения с ЕС свидетельствует о привлекательности европейской модели для
обновившейся политической элиты Армении, а также о значимости финансовых ресурсов,
направляемых на осуществление политических реформ в стране. Построение общества, основанного
на ценностях демократии, и обеспечение должной защиты прав и свобод граждан со стороны
государства полностью отвечают целям партнёрства ЕС и Армении. Такого рода взаимодействие
усиливает конкуренцию между Россией и ЕС за влияние в регионе. Тревожными знаками в этом
отношении служат заявления Брюсселя об агрессии, исходящей от России, и необходимости ей
противостоять.
Важной характеристикой новой власти стало ещё большее акцентирование роли Армении как
государства, выражающего интересы всех армян вне зависимости от территории проживания. В
связи с этим усилился интерес Н. Пашиняна к позиции политической элиты Нагорного Карабаха по
урегулированию конфликта: прежняя власть не допускала и мысли, что подходы Армении и
Нагорного Карабаха могут различаться. Это привело к внедрению различных практик согласования
переговорных позиций премьер-министра и руководства Нагорного Карабаха.

2. Саудовская Аравия в мировой системе и региональной подсистеме международных


отношений.
В начале XXI в. на Ближнем Востоке происходят радикальные политические изменения. Вторжение
США в Ирак в 2003 г., затем «арабская весна» погрузили регион в пучину нестабильности. Ирак,
Йемен, Сирия погрязли в анархии гражданских войн. Результатом данных процессов становится
появление и рост популярности ИГИЛ. Ситуация в регионе осложнилась скачками цен на нефть в
2014-2016 годах.
В данной ситуации Саудовской Аравии пришлось выстраивать новую внешнеполитическую
стратегию на Ближнем Востоке. Традиционно политическая элита Саудовской Аравии проводила
осторожную внешнюю политику, ориентируясь на тесное военно-политическое сотрудничество с
США. Саудовская Аравия гарантировала США стабильный мировой рынок нефти и регулярные
поставки аравийской нефти в Северную Америку. Исключением стали события 1973 г., когда во
время очередного арабо-израильского конфликта аравийские государства, в том числе Саудовская
Аравия, ввели эмбарго на поставки нефти в США и другие государства Запада. Олицетворением
данной политики являлся предыдущий король Саудовской Аравии Абдулла, правивший страной с
2005 года. После его смерти в 2015 г. новым монархом страны становится Салман.
Новое руководство Саудовской Аравии начинает проявлять больше инициативы в проведении
самостоятельной региональной политики. Данное обстоятельство объяснятся как серьезными
внутриполитическими изменениями внутри страны, так и изменениями в расстановке сил на
мировой арене, в том числе на Ближнем Востоке.
В последние годы возникает некоторая напряженность во взаимоотношениях между США и
Саудовской Аравией. Президент Б. Обама не раз допускал в своих выступлениях ремарки,
вызывавшие раздражение в Эр-Рияде. Вашингтон все меньше зависит от поставок нефти из
Саудовской Аравии и зоны Персидского залива.
Общественность страны и часть политического истеблишмента начинаются тяготиться ролью
«полицейского» США на Ближнем Востоке. Авторитарный режим в Эр-Рияде не вызывает симпатий
у либеральных кругов. США не одобрили вмешательство Эр-Рияда в йеменские дела. В свою
очередь Саудовская Аравия осудила компромиссное соглашение США с Тегераном, так как «ядерная
сделка», по мнению Эр-Рияда, усиливает экономический и военно-политический потенциал Ирана.
Война в Йемене для Саудовской Аравии имеет важное стратегическое значение. Более трети
населения Йемена - шииты, стремящиеся укрепить собственное политическое влияние в Сане при
поддержке Ирана. Для самой Саудовской Аравии проблема шиитского меньшинства является
злободневной. Выступления шиитов представляют опасность для правящей династии в Эр-Рияде.
Расстановку сил на Ближнем Востоке на протяжении многих лет будет определять нарастающий
конфликт между Саудовской Аравией и Ираном. Попытки Саудовской Аравии нейтрализовать рост
влияния Ирана в Ираке не принесли результатов.
Эр-Рияд относит Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Оман к числу своих стратегических союзников,
поэтому Саудовская Аравия будет любыми способами добиваться сохранения в этих государствах
лояльных ей политических режимов.
В сирийском конфликте Тегеран и Эр-Рияд оказались по разные стороны баррикад. Тегеран
поддерживает правительство Б. Асада, а Эр-Рияд - оппозицию. «Битва за Сирию» для обоих
государств имеет огромное значение, победитель значительно увеличит собственное доминирование
на Ближнем Востоке. Саудовская Аравия в случае успеха оппозиции вытеснит Иран из Сирии и
ослабит его позиции в Ливане.
Следует подчеркнуть, что борьба Ирана и Саудовской Аравии за влияние на Ближнем Востоке,
кроме геополитической и религиозной подоплеки, имеет и национальную окраску.
Экономические проблемы Саудовской Аравии представляют опасность для проведения ею активной
политики на Ближнем Востоке. Египет, Иордания, ряд других арабских стран получают
значительную помощь от Саудовской Аравии, неслучайно египетский армейский корпус защищает
северную границу королевства Саудитов.
Таким образом, в начале 21 в. Саудовская Аравия попала в очень сложную ситуацию. Изменение
расстановки сил на Ближнем Востоке, осложнение взаимоотношений с США и внутриполитические
противоречия потребовали от королевства выработки новой внешнеполитической стратегии, в
центре которой оказалось противостояние с Ираном. Саудовская Аравия готова любыми способами
не допустить роста гегемонии Иран в регионе, но ни Эр-Рияд, ни Тегеран не доведут дел до
открытого вооруженного конфликта. Саудовская Аравия пытается закрепить свое влияние на
ведущие государства Ближнего Востока, используя экономические ресурсы. Кроме укрепления
собственных позиций в регионе, она стремится не допустить создания «шиитского пояса» под эгидой
Ирана. Отношения с США, бесспорно, будут во многом определять политику Саудовской Аравии на
Ближнем Востоке. Несмотря на охлаждение контактов между Вашингтоном и Эр-Риядом, США
нуждаются в Саудовской Аравии в вопросах сохранения своего доминирования в зоне Персидского
залива, а королевство Саудитов заинтересовано в военно-техническом сотрудничестве с США и в
присутствии американских войск в регионе.

Билет № 27
1. Роль Азербайджана в региональной подсистеме международных отношений.

Прошедший в конце 1980-х — начале 1990-х годов «парад суверенитетов» привел к полной
перекройке географической и политической карты Евразии, на которой появились новые
независимые государства, вставшие на путь самостоятельного развития на международной арене
исходя исключительно из собственных интересов и потребностей. При этом каждое вновь
образованное государство стремилось к налаживанию многосторонних разновекторных связей,
подчас противоречащих их предыдущему историческому и идеологическому внешнеполитическому
курсу, точнее курсу, проводимому правительством союзного государства. Это касается не только
глобальных отношений, но и интеграции на региональном уровне.
Именно такие процессы начались в 1990-х годах и продолжаются по сей день на Южном Кавказе, и в
частности в Азербайджанской Республике. Республике, ставшей новичком в мировой политической
и экономической системе, пришлось начать решать почти с нулевой отметки проблему своей
интеграции в мировое сообщество. Таким образом, национальные интересы независимой Республики
стали строиться на новых закономерностях, предполагающих ориентацию на внешнюю силу. Такой
силой в разное время и в разной степени были региональные и мировые державы, в первую очередь
Россия и США, а также Турция. Помимо них, в силу исторической и этноконфессиональной
близости, неотъемлемой частью политического развития Азербайджана также были другие
республики Южного Кавказа и Ближнего Востока: Армения, Грузия, Иран. Однако, учитывая роль и
место, занимаемое этими странами в приоритетных направлениях национальных
внешнеполитических стратегий США и России, а также степень их влияния в регионе, их
взаимоотношения с Азербайджаном вполне можно рассматривать сквозь призму обеспечения
именно российских и американских региональных и глобальных интересов. Таким образом,
Азербайджан был и остается ареной борьбы более сильных и значительных государств.
Так сложилось, что с 1988 г. внутри- и внешнеполитическая обстановка вокруг Азербайджана в
основном определялась событиями в Нагорном Карабахе. Длительные разногласия между Арменией
и Азербайджаном по поводу принадлежности данной территории привели к межнациональному
конфликту, переросшему в полномасштабную войну, что существенно осложнило отношения между
тремя закавказскими республиками и их ближайшими соседями. В результате сложилась ситуация,
когда степень интенсивности двусторонних связей Азербайджанской Республики с соседними
государствами определялась в значительной степени их отношением к данному конфликту.
Длительные военные действия, проходившие на территории Республики Азербайджан, формально
завершились 12 мая 1994 г. при вступлении в силу Бишкекского соглашения, ознаменовавшего
прекращение огня в Карабахе. Однако по существу конфликт так и не был разрешен и находится в
замороженной стадии, результатом чего стало существование двух государств, между которыми нет
дипломатических отношений и практически не осуществляется никакого сотрудничества, и одной
само провозглашенной непризнанной республики. Но с юридической точки зрения данная ситуация
выглядит следующим образом: Республика Армения оккупировала до 20% территории
Азербайджана, и найти выход из данной ситуации на сегодняшний день не представляется
возможным, поскольку интересы и требования сторон категорически не совпадают. Существует
мнение, что этот конфликт сам по себе не столь важен, он является выражением более сложных
проблем, затрагивающих интересы России, США, Исламской Республики Иран и Турецкой
Республики, которые заинтересованы не столько в разрешении карабахского конфликта, сколько в
извлечении собственной выгоды и достижении собственных целей [1, с. 23].
Отметим, что место, занимаемое Азербайджаном среди ближайших соседей, сформировалось в
результате внешнеполитической деятельности сменяющих друг друга политических элит и их
идеологий, декларирующих зачастую диаметрально противоположные приоритеты и ориентиры,
которые в конечном счете можно свести к глобальным — северному и западному — направлениям.
Конечно, внешнюю «среду обитания» Азербайджана нельзя ограничить рамками исключительно
России и США, необходимо учитывать и роль других важных геостратегических действующих лиц,
прежде всего Турции и Ирана.
В первой половине 1990-х годов внешнеполитический курс молодой республики был неровным и
неустойчивым. Первый президент независимого Азербайджана А. Н. Муталибов уделял большое
внимание международной деятельности: были установлены контакты с ближайшими соседями —
Ираном и Турцией (именно Турция первой официально признала независимость Азербайджана 9
ноября 1991 г.), Российской Федерацией, США, многими европейскими странами. Азербайджан стал
членом СНГ, ОИК, СБСЕ. В Баку начались переговоры с представителями зарубежных нефтяных
компаний по поводу разработки нефтяных месторождений на континентальном шельфе Каспия.
Такая активная дипломатия преследовала вполне конкретные цели: укрепить международное
положение страны и подчеркнуть ее значение на локальной арене, а также повлиять на мировую
общественность с целью благоприятного разрешения карабахского конфликта.
Однако внутриполитическая обстановка в молодой стране на тот момент не отличалась
стабильностью, в результате чего очень скоро к власти пришел новый лидер с более жесткой
идеологией. А. Эльчибей придерживался отчасти националистических взглядов, подчеркивая
исторически сильную связь азербайджанского и турецкого народов. Внешнеполитический курс
Эльчибея значительно отличался от курса его предшественника. Объявив своим стратегическим
союзником Турцию, а США и страны НАТО партнерами по борьбе с «коммунистической империей»
и Ираном, которые стали считаться врагами, эльчибеевская команда заняла подчеркнуто
антироссийскую и антииранскую позиции. Новое азербайджанское руководство стремилось
прекратить любые политические, военные и экономические отношения с Россией. Эльчибей
потребовал немедленного вывода российских войск с территории Азербайджана, отказался от каких
бы то ни было связей с СНГ. Являясь искренним поклонником Ататюрка [2, с. 95], Эльчибей
полагал, что полная ориентация на Турцию будет выигрышной моделью развития для Азербайджана.
Следует отметить, что Турция сама была не против такого развития событий. В частности, в августе
1992 г. в Анкаре были подписаны первые двусторонние соглашения о сотрудничестве в области
военного обучения. Помимо этого, Турция выражала полную и безоговорочную поддержку
Азербайджану (особенно в вопросе нагорно-карабахского конфликта), основанную на языковых и
этнических связях. В 1992 г. были прерваны все экономические связи Турции с Арменией, а в 1993 г.
турецкие власти полностью закрыли турецко-армянскую границу.
Помимо резкого ухудшения отношений с Россией, политика азербайджанского руководства привела
и к ухудшению отношений с Ираном. Неоднократные заявления лидеров азербайджанской
политической элиты о «необходимости» присоединения Южного Азербайджана к Северному были
восприняты в Тегеране как провокационная пропаганда сепаратизма и посягательство на
территориальную целостность [2, с. 97; 3]. Помимо этого, в условиях резкого усиления турецкого
влияния в Азербайджане и финансово-экономического освоения республики западными
государствами началось вытеснение иранцев из всех областей жизни республики. Более того, после
введения в 1992 г. Азербайджаном транспортно-экономической блокады против Армении именно
небольшой участок сухопутной границы с Исламской Республикой Иран остался для Армении
единственным выходом во внешний мир.
В итоге пантюркизм как реакция на прежнее российское влияние и все, что с ним связано,
способствовал тому, что Азербайджан нажил не одного врага в регионе.
Очевидно, что подобный однобокий националистический курс вряд ли мог просуществовать долго.
Уже в 1993 г. президентом страны стал Г. Алиев, добившийся, наконец, внутриполитической
стабилизации в стране и даже преемственности своего политического курса, проводимого сегодня
его сыном И. Алиевым.
С приходом к власти Г. Алиева внешняя политика страны претерпела значительные изменения,
перестала быть узкоориентированной. Г. Алиев приложил массу усилий для развития
сотрудничества его страны с как можно большим кругом государств.
Среди первых внешнеполитических актов нового президента был ряд мер, направленных на
улучшение отношений с Россией. Однако задачей номер один все же оставалось разрешение
вооруженного конфликта с Арменией. В связи с этим Баку принимал участие в различных
переговорах и встречах, инициированных Россией и другими странами. Азербайджанское
руководство надеялось получить определенную поддержку со стороны России в карабахском
вопросе и, возможно, на достойных условиях прекратить войну [4, с. 156–157]. Однако мирные
инициативы нового президента в первые месяцы после прихода к власти не дали результатов.
Пассивность российского руководства в оказании содействия новому руководству Азербайджана
стала одной из причин «перехода руководства Баку на линию сближения с Западом» [4, с. 157].
Ухудшение двусторонних отношений произошло в 1994 г., когда после начала военной операции в
Чеченской Республике Россия фактически закрыла границу с Азербайджаном, прекратив с ним все
транспортные коммуникации, подозревая Баку в оказании помощи боевикам [2, с. 160].
С 1994 г., после официального визита Г. Алиева в Анкару, в отношениях с Турцией была взята линия
на стратегическое сотрудничество. Первостепенное значение уделялось военно-политическому
сотрудничеству, так как официальный Баку воспринимал Турцию как «своего рода посредника в
сближении Баку с Вашингтоном и НАТО» [5]. Президент не соглашался на российское военное
присутствие на территории страны, отказался от предложения о совместной охране государственных
границ, а затем свернул военное сотрудничество с Россией.
Отметим, что 1994 г. стал решающим в судьбе Азербайджана. 20 сентября 1994 г. разработанная Г.
Алиевым «нефтяная стратегия», суть которой заключалась в максимальном задействовании
нефтяного фактора для достижения стратегических целей Азербайджана, увенчалась успехом: был
заключен так называемый «Контракт века» с консорциумом иностранных компаний на разработку
нефтяных месторождений Каспийского моря. Именно это событие оказалось переломным моментом
в отношениях Азербайджана с внешним миром. Оно свидетельствовало о том, что страна заявила о
себе на международной арене как об активном акторе региональных и глобальных отношений.
В последующие годы такая протурецкая и прозападная позиция Азербайджана во главе с Г. Алиевым
лишь укреплялась, затем эту линию продолжил его сын И. Алиев.
В связи с тем, что интеграция в евроатлантические структуры является одним из приоритетов во
внешней политике Азербайджана, важное место в сегодняшней политике страны занимает
сотрудничество с Турцией. Турецкая Республика — важный региональный партнер Азербайджана в
экономическом и энергетическом секторах. Через территорию Турции проходят несколько
трубопроводов, доставляющих азербайджанский газ и нефть в Европу. Разветвленная сеть
трубопроводов на ее территории может превратить Турцию в ключевое транзитное государство, что
дало бы ей политические и экономические рычаги для большего влияния на Южном Кавказе по
сравнению с Россией и Ираном [6, с. 123].
Для Азербайджана важно то, что турецкая сторона полностью поддерживает его позицию в вопросе
Нагорного Карабаха, настаивая на территориальной целостности страны.
Более того, Турция претендует и на роль регионального гаранта безопасности, высказывая
инициативы и предпринимая шаги для создания коллективной системы безопасности на Кавказе в
рамках «пятерки» региональных государств (Россия, Турция, Армения, Грузия, Азербайджан). Еще в
2000 г. президент Турции выдвинул идею «Кавказского пакта стабильности», открытого для
подписания странами Южного Кавказа, его соседями и всеми странами ОБСЕ. Однако на тот момент
этот пакт не был заключен из-за позиции Армении, которая заявляла об обязательной нормализации
турецко-армянских отношений; такую же позицию заняла и Россия [6, с. 158]. После «пятидневной
войны» 2008 г. Турция в очередной раз предложила создать Кавказскую платформу стабильности и
безопасности. Однако на сегодняшний день будущее данного проекта остается весьма призрачным,
поскольку кооперация между Арменией и Азербайджаном, Россией и Грузией невозможна.
Другим достижением Г. и И. Алиевых стало то, что проводимая ими политическая линия
способствовала развитию и улучшению отношений с другим соседом — Ираном. Современные
отношения Азербайджана и Ирана развиваются достаточно интенсивно, однако между странами
существуют некоторые проблемы, несколько осложняющие сотрудничество. Прежде всего Иран
обеспокоен тесным сотрудничеством Азербайджана с НАТО и возможностью размещения на его
территории американских военных баз и воинских контингентов вооруженных сил США.
Еще одна проблема — неурегулированность правового статуса Каспийского моря, но эта проблема
касается не только Ирана и Азербайджана, но и всех прикаспийских стран. Гораздо больше
отношения между странами осложнены тем, что Иран не участвует в транспортировке
углеводородного сырья и товаров, находясь за пределами существующих кавказских транспортных и
энергетических систем.
Однако несмотря на все противоречия и проблемы, в последние годы отношения между Ираном и
Азербайджаном начали улучшаться. Беспокойство Ирана по поводу возможного размещения
американских военных баз в Азербайджане и угроза нападения США вынудили его руководство
активизировать контакты с Азербайджаном [7, с. 108]. В феврале 2006 г. министр иностранных дел
Азербайджана Э. Мамедъяров заявил, что вопрос об использовании страны для возможных военных
ударов США по Ирану «даже не обсуждается» [8, с. 105]. С 2002 г. Иран, совместно с Индией и
Россией, участвует в крупном альтернативном транспортном проекте «Север—Юг», в котором
задействована и азербайджанская сторона.
Несмотря на тесное сотрудничество Ирана с Арменией, развивающееся еще со времен Нагорно-
Карабахского конфликта, Иран заявляет о поддержке позиции Азербайджана, выступая за его
территориальную целостность и за освобождение территорий, оккупированных Арменией.
Сотрудничество между странами развивается не только в сфере энергетики, но и во многих других
областях. С 2002 г. действует договор «О принципах отношений дружбы и сотрудничества»,
регулярно проходят встречи на высшем уровне, при этом очевидно, что у двух стран есть хорошие
перспективы для более плотного сотрудничества.
Итак, Иран и Турция — это страны, которые уже в течение долгого времени оказывают значительное
влияние на развитие Азербайджана, на направление его внешнеполитического курса. И хотя
отношения между народами и правительствами этих стран не всегда были добрососедскими, Турция
и Иран всегда рассматривали государства Закавказья как зону своих интересов. В итоге в начале XXI
в. стало очевидно, что наиболее тесные отношения складываются между Азербайджаном и Турцией,
причем последняя добилась того, чего хотела, а именно тесного взаимодействия с родственным
азербайджанским народом. Что касается Ирана, то на развитие отношений Азербайджана с этой
страной повлияла его политическая изоляция со стороны США. Несмотря на это, Азербайджан,
стремясь развивать сотрудничество по нескольким внешнеполитическим направлениям, чтобы не
заострять внимание на своем очевидно проамериканском курсе, в последние годы укрепляет
взаимодействие с Ираном. Однако желание Азербайджана равномерного развивать сотрудничество
со всеми странами региона можно рассматривать как несколько декларативное, поскольку степень
вовлеченности США в его политику довольно велика. И если близкое, даже братское турецко-
азербайджанское сотрудничество вполне обосновано, так как Турция является партнером США и
НАТО, активным участником распределения каспийских энергоресурсов и транспортных артерий
региона, то Иран, напротив, является для США вражеским государством и не участвует в
транспортировке углеводородного сырья и товаров.
Говоря о степени кооперации Азербайджана с южными соседями — Турцией и Ираном, — хотелось
бы отметить, что историческая близость судеб именно армянского, азербайджанского и грузинского
народов в рамках единого региона Южный Кавказ должна была бы предполагать их сильную
региональную кооперацию и интеграцию, что позволило бы региону как единому целому стать
значительным актором мировой хозяйственной и политической системы. Однако сложилось так, что
наличие острых неразрешенных проблем как внутреннего, так и межгосударственного характера
воспрепятствовало укреплению их сотрудничества.
Армянское и азербайджанское руководство не могут найти точек соприкосновения для какого бы то
ни было цивилизованного разрешения конфликта в рамках международного права и, следовательно,
для осуществления стабильного политического диалога. Обе страны занимаются поиском союзников
(более влиятельных и весомых в регионе и в мире) для разрешения ситуации в свою пользу.
Азербайджан интенсивно развивает сотрудничество с США и НАТО в надежде создать противовес
откровенной поддержке и существующему влиянию России в Армении. Армения же, принимая
приоритетность отношений с Россией, стремится к форсированию политической интеграции с ней. К
тому же Иран — исторический союзник и партнер Армении в регионе. В условиях значительной
изоляции обоих государств их сотрудничество и кооперация оказались закономерны. Наиболее
заметно это проявляется в развитии транспортной и энергетической инфраструктуры.
Что касается Грузии, то ей в короткий срок после обретения независимости удалось создать
солидную юридически-договорную базу в отношениях с Азербайджаном, Арменией, Российской
Федерацией, США, Турцией и ведущими западными странами. Эта договорная база охватывала
многие важные сферы государственного развития. Как отмечает первый министр иностранных дел
независимой Грузии А. Чикваидзе, для Грузии «кратко- и долгосрочными приоритетами
представлялись установление связей с ближайшими соседями, равно как и с другими государствами
бывшего СССР, и попытки интеграции с Западом в самом широком смысле этого слова» [9, с. 228].
Но с момента прихода к власти в стране Э. Шеварднадзе внешнеполитические и
внешнеэкономические ориентиры Грузии четко обозначились в направлении Запада [10, с. 185]. В
связи с этим отношения между Грузией и Азербайджаном стали носить более тесный характер по
мере того, как обе страны приобретали все большее значение в энергетической политике Запада. В
1996 г. в Тбилиси между Азербайджаном и Грузией был заключен Договор о дружбе,
сотрудничестве и укреплении взаимной безопасности, в 1997 г. в Баку Э. Шеварднадзе и Г. Алиев
заключили Декларацию о дальнейшем углублении стратегического сотрудничества [5, с. 41–42],
которое, очевидно, действительно углубляется и расширяется из года в год. В первую очередь, это
сотрудничество касается энергетических проектов и военной сферы. Грузинская территория весьма
удобна для транспортировки каспийских энергоресурсов. В военной же сфере две страны объединяет
то, что они заинтересованы в тесном сотрудничестве с НАТО и при этом рассматривают именно
Турцию как некоего «проводника» в альянс. Несомненно, такая общность интересов повышает
уровень сотрудничества. К тому же грузинская сторона всегда выступала против независимости
Нагорного Карабаха.
Так сложилось, что за длительный период истории народов, населявших современный Азербайджан,
на их основе не сформировалось действительно сильного и влиятельного государства. Напротив,
соседние более весомые и политически и экономически значимые империи оказывали на них
давление. Однако Азербайджан, добившись наконец желанной независимости в начале 1990-х годов,
не приложил все возможные усилия для преодоления исторической несправедливости и
восстановления или даже приобретения высокого статуса, а снова совершенно спокойно положился
на авторитет соседних государств, вверив им свое внешнеполитическое развитие. При этом
своеобразным определяющим фактором выбора партнера стали этническая, конфессиональная,
языковая, культурная близость населявших регион народов, а также степень их политической, а
главное, экономической стабильности.
Таким образом, с этой точки зрения именно Турция стала лидером в партнерских отношениях с
Азербайджаном. Эта страна представляет собой привлекательную среду для упрочения
политических, военных и экономических контактов (при этом последние приоритетны для обеих
сторон, поскольку на данном этапе существуют огромные возможности для реализации
экономически выгодных проектов).
Иран также является близкой Азербайджану стороной, однако сотрудничества, равного по
интенсивности турецко-азербайджанскому, с ним не осуществляется.
Страной из ближайшего окружения Азербайджана, с которой поддерживаются отношения на
наиболее высоком уровне, оказалась Грузия. Некоторые аспекты, объединявшие страны в прошлом
(в первую очередь связанные с взаимным сосуществованием в СССР) и сближающие их в настоящем
(принадлежность к одному исключительно важному региону), образуют стабильную и надежную
основу для продуктивного диалога.
Учитывая те же обстоятельства, примечательно, что Армения считается Азербайджаном вражеским
государством. Хотя ее включение в общую систему хозяйствования региона было бы выгодно
многим народам и странам Европы, Кавказа, Ближнего Востока, Азии и т. д., стороны не
рассматривают возможности какого бы то ни было сближения, по крайней мере до разрешения
Нагорно-Карабахского конфликта.
Напрашивается вывод о том, что страны, имеющие весомые позиции в Азербайджане и способные
влиять на происходящие события, — это в первую очередь Россия и США. Каждая из них
преследует свои собственные интересы. Однако наибольшее воздействие на Азербайджан оказывают
в данный момент наиболее влиятельные государства региона — Турция и Иран.
2. Конфликт в Йемене и его последствия.

Йемен не богат нефтью и природным газом, это бедная страна. Но географическое положение
Йемена, расположенного у входа в Красное море из Индийского океана, придает этой стране
большое стратегическое значение (с точки зрения контроля над международными морскими путями).
Для Саудовской Аравии Йемен, с которым она имеет общую протяженную границу на юге, обладает
еще большим значением.
Чтобы понять причины возникновения конфликта, нужно обратиться к истории, традиционно
Северной частью Йемена управляли шииты, а Южной- сунниты. Непростые отношения этих двух
государств и их разные пути приобретения независимости обусловили наличие острых
противоречий. Даже после объединения вспыхивали восстания.
В январе 2011 началась Арабская весна в Йемене, протестующие требовали ухода Салеха с поста
президента, который правил к тому времени уже 32 года. В результате вмешательства Совета
Сотрудничества Арабских Государств Персидского залива, в котором тон задавали саудиты, Салех
подал в отставку, Аб Рабо Мансур Аль Хади стал новой главой государства. В августе 2014 года
восстание подняли хуситы. Это движение мусульман шиитского толка, предводителем которого был
Хусейн Аль Хуси, в честь которого и была названа группировка. Цель хуситов - создание
независимого гос-ва Йемен, которое будет выступать против американского империализма и
сионизма.
К середине сентября 2014 года они захватили несколько районов Саны и ряд государственных
учреждений. 21 сентября 2014 года хуситы и правительство Йемена при посредничестве ООН
подписали мирное соглашение, одним из условий которого стала отставка действующего
правительства. 13 октября 2014 года премьер-министром был назначен Халед Махфуз Бахах.
Несмотря на мирное соглашение, в декабре 2014 года хуситы продолжили вооруженную борьбу.
Без всяких резолюций ООН суннитская коалиция в лице Саудовской Аравии, Бахрейна, Катара,
Кувейта и ОАЭ вмешалась в Йеменский конфликт. В ночь на 26 марта 2015 года по просьбе
президента Йемена ВВС Саудовской Аравии при поддержке других монархий Персидского залива
начали наносить авиаудары по позициям хуситов.
Дело в том, что хуситов поддерживал шиитский Иран и ливанская Хезболла, можно догадаться, что
данная операция под названием «Буря решимости» была ничем иным как попыткой Саудовской
Аравии нанести удар по Ирану. Можно сказать, что Йемен стал площадкой борьбы Эр-Рияда и
Тегерана.
Сегодня в Йемене существует два правительства: хуситов и президента Мансура Хади.
Правительство президента Мансура Хади признано международным сообществом и представляет
Йемен в ООН. Саудовская Аравия утверждает, что Иран наряду с политической и финансовой
поддержкой долгое время помогает хуситам оружием и боеприпасами; ракетами, которые летят в
сторону Саудовской Аравии из районов расположения хуситов, их тоже снабжает Иран.
В последующий период в гражданскую войну в Йемене вмешались и группы сторонников «Аль-
Каиды», разделение и конфликты в стране приобрели еще более масштабный и ожесточенный
характер.
Сигналов к тому, что гражданская война в Йемене скоро подойдет к концу, не наблюдается. Однако
крайне многообещающими были подписанные в декабре 2018 года Стокгольмские соглашения.
Наблюдалось вмешательство мировых держав. Нельзя не отметить роль Соединенных штатов в
данном конфликте. США являются основными поставщиками Эр-Рияду тяжелого вооружения,
боеприпасов и другой военной помощи. Кроме этого, в Йемене действуют американские
спецназовцы.
Китай решительно поддерживает законное правительство Йемена, процесс политического
урегулирования йеменской проблемы, готов совместно с йеменской стороной приложить усилия для
скорейшего восстановления мира в Йемене.
Позиция России в этом конфликте однозначна — Москва надеется на мирное урегулирование
противостояния шиитов и суннитов в далекой арабской стране. При этом МИД Российской
Федерации обратил внимание на очевидную практику двойных стандартов, используемую США и их
союзниками в отношении ситуаций на Йемене и на Украине. Очевидным является то, что наша
страна от ослабления Саудовской Аравии только выиграет. Саудовская монархия, как и другие
феодальные государства Персидского залива — давние сателлиты Соединенных Штатов Америки,
на протяжении более чем полувека препятствовавшие советскому, а затем и российскому влиянию
на Ближнем Востоке. Официально РФ сохраняет нейтралитет. С одной стороны, у нас с Ираном
давние исторические связи и в ослаблении его позиций на международной арене мы не
заинтересованы.
Если говорить о роли ЕС в Йеменской проблеме, Брюссель не считает йеменский кризис важным
фактором, способствующим росту экстремизма. Европейское сообщество предпочитает оставаться в
стороне в данном вопросе.