Вы находитесь на странице: 1из 16

Интервью с Джеймсом Лавлоком, автором теории Гайи [или Геи, матери Земли]

24 августа 2007 - Inforumpatagonia.net.

Подобно гномам, Джеймс Лавлок живет в сельской местности на юго-западе Англии, на


ферме четырнадцать акров. Снаружи буколический мир, внутри, непрерывная работа: два
компьютерных класса, документы, книги и безделушки. С помощью Сэнди, своей второй
жены, которая моложе его на тридцать лет, Лавлок продолжает свою научную
деятельность. Сорок лет назад он разработал теорию Гайи [или Геи, матери Земли – прим.
перев.], по которой наша планета является целым саморегулирующимся созданием. Он
никогда не говорил, что Гайя, Земля, является думающим существом, ни что она имеет
сознание либо цель, но его идеи были жестоко атакованы и высмеяны учеными в течение
длительного времени. Только с начала 90-х годов их начали воспринимать серьезно.

Этот долголетний британский ученый обожает конструировать свои инструменты своими


собственными руками и является плодовитым изобретателем. Также сорок лет тому назад
он создали детектор улавливания электронов (ДУЭ), небольшое и недорогое устройство,
которое произвело революцию в мире. ДУЭ настолько чувствителен, что если мы прольем
флакон духов в Японии на одеяло, две недели спустя детектор сможет обнаружить
частицы этих духов в воздухе Лондона. С помощью этого простого и чудесным
изобретением, экологи нашли остатки пестицидов на всей планете. И сам Лавлок,
используя свою машину, обнаружил в своих измерениях над океаном существование
хлорфторуглеродов, тех самых знаменитых хлорфторуглеродов, которые радикально
изменяют атмосферный баланс. Все это привело к Монреальскому протоколу и всему
тому, что последовало затем в области охраны окружающей среды. Лавлок стал отцом
современной экологии, но не слишком хорошо ладит с зелеными: он считает, что
большинство "не только не знают науку, но и еще и ненавидят ее".

Этот виталистический и бодрый «дедушка» возвращается посланником тьмы. Его


последняя книга "Месть Гайи", только что опубликованная в Великобритании, говорит
нам, что мы неизбежно обречены на почти ближайшие стихийные бедствия. Трудно
поверить в то, что тот мир, такой, каким мы знаем его заканчивается через несколько лет.
Но нам трудно также поверить и в нашу собственную смерть.

– Ваша последняя книга - настоящая сенсация, которая представляет будущее очень


черным для всего человечества.
– Боюсь, что да, это очень грустная история, хотя не полностью безнадежная. Это
будет большим ударом для людей, но будут выжившие, и мы будем иметь
возможность начать все сначала. Потому что в этот раз мы сделали плохо. В
известной степени я плохо себя чувствую оттого, что я являюсь вестником такой
ужасной новости, но с другой стороны посмотрите на то, что делается вокруг, и вы
увидите, что дела непрестанно идут все хуже и хуже иногда в мире, и кто-то
должен попытаться остановить это бедствие.
– Вы говорите, что к 2050 году полюса растают и Лондон, среди многих других мест
на земле, будет находиться под водой.
– Действительно, полюса полностью растают и, возможно это случится ранее этой
даты. Что же касается наводнений, я не уверен, что это произойдет так скоро. Что
приведет к массовым наводнениям, так это таяние ледников, и это может занять
немного больше времени.
– Но в любом случае это произойдет достаточно рано, до конца этого века.
– Ну, да, разумеется. Определенно до конца этого века, Лондон будет затоплен. И все
прибрежные районы. Представьте себе, Бангладеш, например: вся страна окажется
под водой. А ее 140 миллионов жителей постараются переселиться в другие
страны, где им не будет оказан хороший прием. Во всем мире будет много войн и
крови.
– Послушайте, больше всего из Ваших предсказаний меня беспокоит то, что Вы
никогда не выступали человеком, предвещающим Апокалипсис.
– Да, никогда и нисколько. Я всегда занимал противоположные позиции.
– То, что Вы опубликовали такую пессимистическую книгу, возможно, должно быть
потрясением в научном сообществе.
– Ну, у меня много друзей в области науки, особенно среди климатологов, которые
располагают теми же самыми данные, что и я. Дело в том, что поскольку они
являются наемными работниками, то они не могут говорить открыто об этих
теориях, так как они потеряли бы тогда свои рабочие места. Но со мной они
общаются и говорят, что я в некотором смысле я их представитель. Они очень
озабочены. И их отношение к той книге, которую я только что опубликовал в том,
что в любом случае, времени осталось мало. Ситуация действительно очень
плохая.
– Настолько плохая, что Вы говорите о том, что придется прибегнуть к ядерной
энергетике, потому что нет времени, чтобы найти достаточно эффективную
альтернативу.
– Так и есть. Не то, чтобы я был против других альтернативных видов энергии,
особенно в таких местах, как пустынные страны, где наиболее целесообразно
использовать энергию ветра для опреснения воды. Но в более урбанизированных и
густо населенных странах, таких, как Англия или Германия, это абсурдно пытаться
использовать энергию ветряных мельниц.

– Ваша поддержка ядерной энергетики поместила однажды Вас в эпицентр урагана.


Продолжать полемизировать таким образом, имея за плечами 86 лет, вызывает
уважение и благодарность.

– Ну, я думаю, что да, в той мере пока удается избежать ракет, которые стреляют по
мне отовсюду.

– Кроме того, как изобретатель и ученый Вы создали около шестидесяти патентов.

– Но я не являюсь владельцем ни одного из них. Люди обычно не знают, что если вы


что-то хотите запатентовать, весь юридический процесс, пока вы не добьетесь
патента, будут стоить тебе 100 000 фунтов и еще надо узнать, у скольких людей
есть такие деньги. Потому что еще только одно изобретение из пяти выходит
прибыльным. С другой стороны, я не бизнесмен, и никогда не хотел им быть, так
что я пытался искать какую-нибудь хорошую, дружелюбную и честную компанию,
как Hewlett-Packard, например. И тогда вы придете к очень простому соглашению,
по которому вы уступаете им Ваши изобретения в какой-либо области, а за это они
платят деньги. Hewlett-Packard заплатила мне $ 32000 в год и для меня этого
достаточно.
– Но Вы могли бы стать мультимиллионером, особенно с ДУЭ. И действительно, вы
запатентовал это изобретение. Но потом его у Вас украли.
– Что случилось, что я отправился в Йельский университет, на работу в течение
нескольких месяцев в департаменте по медицине. Я уже долго вынашивал ДУЭ удо
этого, но построил его в Йельском университете. Люди из Йельского университета
сказали: "Ну, давайте будем запатентовывать изобретение; одна треть пойдет в
Йельский университет, вторая треть в патентное агентство и еще одна треть для
Вас. "Хорошо, сказал я, я согласен". Я не честолюбивый, и мне не было важно быть
совладельцем патента. Но когда мы запатентовали ДУЭ, я получил очень грубое
письмо от американского правительства, в котором говорилось, что они оставляют
патент себе. Я был ошеломлен, но потом я получил гораздо более любезное письмо
от декана Медицинского факультета при Йельском университете, где он просил
меня отказаться от моих прав, поскольку они договаривались оставить половину
предполагаемой суммы департаменту. Вот так я и отказался. Я мог бы обратиться
к адвокатам и другим лицам, но все это стоит денег, и я не знал, сумею ли я
вернуть их. По правде говоря, тогда я не думал, что ДУЭ будет очень ценным
патентом.
– А потом он стал одним из ключевых изобретений второй половины двадцатого
века.
– Да, но я не хотел бы создавать впечатление, что я чувствую себя расстроенным или
огорченным из-за потери патента. Это не то, что меня беспокоило. Смотрите, это
ДУЭ (это предмет размером с пачку сигарет, несколько старых железок,
присоединенных гвоздями к деревянному основанию).

– И этот малыш настолько изменил мир?

– Ну, ему не надо быть большим. И что меня восхищает – так это то, что сделал я его
сам. Было очень забавно.
– Да, и для получения необходимого источника радиоактивного Вы соскребли
флуоресцентную краску с приборной панели старого военного самолета.

– Верно. Сегодня я не смог бы этого сделать, потому что новые правила, касающиеся
экологической обработки радиоактивных материалов, остановили бы меня. Это
невероятно, но если бы зеленые были действительно мощными в 1950-е годы, я
никогда не смог бы изобрести это устройство.

– Потом Вы работали с НАСА. Среди прочего, Вы изобрели инструмент, который


впоследствии стал частью "Викинга" и там вдруг, как молния, в 1965 году,
появилась Гайя.
– "Да, я познакомился с некоторыми биологами и в один прекрасный день они мне
сказали: " Почему бы Вам не посетить конференцию по обнаружению жизни на
Марсе? ". Это показалось мне потрясающим. И оказалось, что биологи
разрабатывали оборудование для обнаружения на поверхности Марса, как если бы
они обнаруживали признаки жизни в пустыне Невада. И мне не оставалось ничего,
кроме того, чтобы сказать им: "Но как Вы можете думать, что жизнь на Марсе,
если вообще там есть жизнь, может существовать в таких условиях? Жизнь там
может быть совершенно иной." Тогда они сказали мне: "Что бы ты сделал?". "Ну, я
попытался бы найти уменьшение энтропии". Здесь они прикусили свои языки,
потому что в своем биологическом братстве, никто, похоже, не имел четкого
представления о том, что такое энтропия. Это заставило меня разработать
атмосферный анализ, который показывал бы, какие условия могут привести к
жизни, и с этого момента возникла Гайя.
– Вы сказали, что химический баланс атмосферы имеет очень высокий индекс
энтропии, беспорядка. И что когда встречается атмосфера с низкой энтропией, в
котором слишком много метана, или слишком много кислорода, или какого-либо
другого аномальных химического соотношения, это свидетельствует о наличии
жизни. Потому что это именно жизнь изменяет химический баланс и
упорядочивает его. Эта идея жизни, порождающей порядок, очень красива.

– Спасибо. Ну, тамошний шеф выразил недовольство из-за того, что я ему возражаю
и сказал мне: "Сегодня среда. Приходи ко мне в офис в пятницу с практической
системой обнаружения жизни через атмосферу или будь готов к последствиям".
Это звучало как угроза увольнения, и, по правде говоря, когда на тебя давят,
удивительно, как быстро мы начинаем думать и изобретать.

– И со среды на пятницу родилась Гайя.


– Что я думал, так это что эти газы в атмосфере реагируют друг с другом очень
быстро. Тем не менее, атмосфера Земли оставалась стабильной долго. И я
спрашивал себя: "Что же заставляет всю эту стабильность это сохраняться?". И
единственное, что могло сохранить это равновесие, была жизнь. Климатологам
понравились и название и идея с самого начала. Проблема всегда была с
биологами. Каким-то образом, биологи считают, что жизнь это их собственность.
Биологи были настроены настолько буйно против Гайи (Геи), что нельзя было
даже опубликовать статью в журнале, если каким-то боком была упомянута Гайя
(Гея).
– В то время, как шли эти дискуссии, Гайя была погружена в "войну озона",
полемику семидесятых годов двадцатого столетия между зелеными и химиками
крупных промышленных предприятий.
– О, да. Это была смежная битва, и также в ошибочном секторе. Мы видим, что это
моя судьба быть в неправильном секторе.
– Вы встали на сторону промышленности. Но Вы говорите в своей автобиографии,
что обнаружили, что Вы сами не можете выбирать сторону.
– Ну да, это просто все так получилось. При помощи ДУЭ, люди стали обнаруживать
следы пестицидов во всем мире и начали сходить от этого с ума. Дело в том, что
ДУЭ представляет собой настолько сверхчувствительное устройство, что я вас
уверяю, что если сейчас я взять образец Вашей крови или моей, можно было бы
обнаружить след всех пестицидов, которые были использованы на планете, так как
они накапливаются в нашем теле. И вот уровень этих веществ столь необычайно
мал, что они абсолютно безвредны. И происходит то, что зеленые никак не
способны осмысленно думать, и не могут различить между фактом наличия
пестицидов и тем, что это вещество достигло опасного уровня. Еще средневековый
врач Парацельс говорил, что яд есть доза и он прав, но зеленые не могли этого
понять. И тот факт, что, когда я обнаружил хлорфторуглероды в океане, я сказал
себе, что зеленые заявят о том, что мы отравляем себя, в то время как речь шла о
ничтожных количествах. И тогда в ходе этой войны я утверждал, что
хлорфторуглероды не вредны, и это утверждение поместило меня в сектор зла с
самого начала.
– Тогда было обнаружено, что ущерб, причиняемый хлорфторуглеродами, был
другого рода.
– Конечно, это было в стратосфере и озоновом слое, но не в воздухе, и в качестве
биологической опасности для людей. В конечном счете, это была очень жесткая и
горькая битва. Кроме того, еще и бесполезная. Реальной проблемой было то, что
люди не принимали ответственность за экологическую ситуацию, и тогда Гайя
сама начинает, так сказать, заботиться о себе. Ухудшение зашло слишком далеко, и
теперь система быстро продвигается в сторону одного из этих критических
моментов. Мы сократимся возможно до 500 миллионов людей, как бы мало это ни
казалось, 500 миллионов людей, живущих там внизу, в Арктике. И нам надо будем
начинать сначала.
– А если мы пытаемся принять меры и прекратить такую практику, которая изменяет
озон и вызывает изменение климата ...

– Это уже не поможет. На этой стадии уже невозможно сдержать процесс. 100 или 50
лет назад было бы возможно сделать что-то, но в настоящее время нет
возможности остановить этот процесс. Я считаю, что по отношению к
климатологии каждый специалист этой области знает, что это слишком поздно. Это
как плыть в лодке и быть слишком близко к водопаду. Как бы ты ни греб, ты не
сможешь избежать падения. И теперь то же самое: нельзя остановить силы
природы, которые движут миром. Иногда я думаю, что мы сейчас, как в 1939 году,
когда все знали, что начнется мировая война, но никто не обращал на это
внимание.

– Если ничто не имеет значения, какой смысл использовать ядерную энергию?

– Все же это важно, потому что основное – это сохранить нашу цивилизацию, точно
так же, как римская цивилизация была сохранена в монастырях в темные века. Без
сомнения, придут новые темные века, и оставшимся в живых понадобятся
источники энергии. А в настоящее время единственным достаточным источником,
который может пропорционально распределять продовольствие, электроэнергию и
тепло для выжившим в убежище в Арктике является ядерная энергетика, это
единственно разумная альтернатива.

Fuente: Inforumpatagonia.net (Rosa Montero/Página 12 Argentina, 14 Mayo, 2006) Источник:


Inforumpatagonia.net (Rosa Montero / Page 12 Аргентина, 14 мая 2006 года)

Artículo del autor de la Teoría de Гайя: Статьи автора Гайя Теория:

LA TIERRA ESTÁ A PUNTO DE ENFERMARSE DE UNA FIEBRE MALIGNA QUE


PODRÍA DURAR 100 MIL AÑOS Земле составляет примерно от злокачественных
больна лихорадкой, которая может продлиться около 100 тысяч лет

James Lovelock previene: "Cada nación debe descubrir el mejor uso de sus recursos para
sostener la civilización tanto tiempo como sea posible". Джеймс Лавлок предупреждает:
"Каждая страна должна найти наиболее эффективное использование своих ресурсов для
поддержания цивилизации как можно дольше".

(8 Nov. 2006 / Original publicado el 16 de Enero, 2006, por James Lovelock) Imagine a una
joven mujer policía contenta con su vocación; luego imagínenla teniendo que decirle a una
familia cuyo hijo se ha perdido, que ha sido encontrado muerto, asesinado en un bosque cercano.
(8 ноября 2006 / Оригинал опубликован 16 января 2006 года, Джеймсом Лавлок)
Представьте себе молодого содержание полицейской с ее призвание, то Представьте себе,
что приходится сообщать семья которого потеряла ребенка, он был найден мертвым, убит
в близлежащем лесу. O piensen en un jóven médico recien titulado que tiene que decirles que la
biopsia revela invasión por un tumor de metastasis agresiva. Или, например, молодых, только
квалифицированный врач должен вам сказать, что биопсия показала вторжение
агрессивного метастазирования опухоли. Doctores y policías saben que muchos aceptan la
cruda verdad con dignidad pero que otros tratan en vano de negarla. Врачи и полиция знает,
что многие принять суровую правду с достоинством, но другой тщетно пытается отрицать
это.

Cualquiera que sea la respuesta, médicos y policías no tienen cómo escapar de su deber.
Независимо от ответа, врачи и полицейские не имеют возможности вырваться из своего
долга.

Por estas razonas este artículo es el más difícil que he escrito. По этим причинам настоящей
статьи, является наиболее трудным я написал. Mi teoría Gaia ve a la Tierra comportándose
como si estuviera viva, y desde luego, cualquier cosa viva puede disfrutar de buena salud, o
sufrir enfermedades. Моя теория Гайя видит себя, как Земля, если бы она была жива, и,
конечно, все живы можете наслаждаться хорошим здоровьем, или страдать от болезней.
Gaia me ha convertido en un médico planetario y me tomo mi profesión seriamente, y ahora, yo
también vengo a traer malas noticias. Гея сделала меня планетарным врачом и я с моей
профессии серьезно, и сейчас я пришел принести плохие новости.

Imagen: James Lovelock, autor del paradigma de Gaia, junto a una estatua de la diosa griega
en su jardín. Изображение: Джеймс Лавлок, автор парадигма Гая, а также статуя
греческой богини в своем саду.

Los centros climáticos de todo el mundo, que son el equivalente de los laboratorios de patología
de un hospital, vienen informando de la condición física de la Tierra, y los especialistas en clima
la ven seriamente enferma, a punto de sufrir una fiebre maligna que podría durar 100.000 años.
Климат центров по всему миру, что является эквивалентом лаборатории патологии
больницы, сообщают о физическом состоянии Земли и климата специалисты серьезно
болен, на пороге злокачественной лихорадкой, которая может 100000 последних лет. Me
veo en la obligación de decirles, como miembro de la familia Tierra y como parte íntimamente
relacionada con ella, que ustedes y especialmente la civilización están en grave peligro. Я
должен сказать, как Земля, член семьи и как часть тесно связанным с ним, что вы и в
особенности цивилизация находится в серьезной опасности.

Nuestro planeta se ha mantenido sano y apto para la vida, igual como lo hace un animal, durante
la mayor parte de los más de tres mil millones de años de su existencia. Наша планета
оставалась здоровой и пригодной для жизни, как это делает животное, для большинства из
более чем трех миллиардов лет своего существования. Fue una pésima suerte que nosotros
empezáramos a contaminar en una época en que el sol calienta demasiado para resultar
confortable. Это была неудача мы начали загрязнять в то время, когда солнце становится
слишком жарко, чтобы быть удобной. Le hemos dado fiebre a Gaia y pronto su situación se
agravará hasta un estado semejante al coma. Мы дали Гайя лихорадки и в скором времени
ситуация будет ухудшаться в состояние, сходное с комой. El planeta ya ha pasado por esto y
se recuperó, pero le tomó más de 100.000 años. Планеты прошли через это и выздоровел, но
потребовалось более 100000 лет. Somos los responsables y sufriremos las consecuencias: a
medida que avance el siglo, la temperatura aumentará 8 grados centígrados en regiones
templadas y 5 grados en los trópicos. Мы несем ответственность и будут страдать от
последствий: как век прогрессирует, температура поднимется 8 градусов Цельсия в
регионах с умеренным климатом и 5 градусов в тропиках.

La mayor parte de la masa de tierra tropical se convertirá en desierto y ya no servirá como


regulador (del clima), lo que se suma al 40% de la superficie de la Tierra que hemos devastado
para alimentarnos. Большинство тропической суши станет пустыней, и уже не служат в
качестве регулятора (погода), которые составляют 40% от поверхности Земли, что мы
разрушили на продовольствие.

Curiosamente, la polución aerosol del hemisferio norte está reduciendo el calentamiento global
porque refleja la luz solar al espacio. Любопытно, что аэрозольное загрязнение северного
полушария борьбу с глобальным потеплением, поскольку она отражает солнечный свет
обратно в космос. Este 'oscurecimiento global' es transitorio y podría desaparecer en pocos días
como el humo que es, dejándonos completamente expuestos al calor del invernadero global.
Этот "глобальный затухающей 'является временным и может исчезнуть в течение
нескольких дней, как дым, который, оставив нас полностью разоблачил себя от жары
глобальных выбросов. Estamos en el clima del tonto, que se mantiene fresco de forma
accidental gracias al humo, y antes de que este siglo termine, miles de millones de nosotros
moriremos y las pocas parejas de humanos capaces de reproducirse que sobrevivan estarán en el
Artico donde el clima se mantiene tolerable. Мы климата Fool's, которое храниться в
холодном месте от аварии из-за дыма, а до этого века миллиарды из нас умрет, и
несколько гнездящихся пар людей способны воспроизводить, что выжить будет в
Арктике, где климат остается терпимым.

Al no ver que la Tierra ya no regula su clima y su composición, hemos cometido el error de


tratar de hacerlo nosotros, actuando como si estuviéramos al mando. Не видя больше, чем на
Земле регулирует климат и состав, мы сделали ошибку, пытаясь делать это сами, действуя
так, словно мы были в заряда. Y al hacerlo, no hemos condenado a la peor forma de esclavitud.
И в этом мы были обречены на наихудшие формы рабства. Si elegimos ser los mayordomos
de la Tierra, entonces somos responsables de mantener la atmósfera, el océano y la superficie de
la tierra en condiciones correctas para la vida. Если мы хотим быть как распорядители Земле,
то мы несем ответственность за сохранение атмосферы, океана и земной поверхности при
наличии надлежащих условий для жизни. Tarea que pronto descubriremos que es imposible -
y que antes de que tratáramos a Gaia tan mal, ella hacía gratuitamente por nosotros. Вскоре
обнаруживают, что задачей является невозможным, - и что, прежде чем мы попытаемся
Гайя так плохо, она была свободна для нас.

Para comprender hasta qué punto es imposible, piensen como se las arreglarían ustedes para
regular su propia temperatura o la composición de su sangre. Чтобы понять, как далеко это
невозможно, как вы думаете, удастся регулировать свою собственную температуру и
состав крови. Las personas con riñones que fallan conocen el eterno problema diario de ajustar
el consumo de agua, sal y proteína. В противном случае люди с почками знаю вечная
проблема корректировки ежедневного потребления воды, соли и белка. El artefacto
tecnológico de la diálisis ayuda, pero no es sustituto de unos riñones sanos. Технологического
артефакта диализа помогает, но не является заменой для здоровых почек.

Mi nuevo libro 'La Venganza de Гайя' expande estas ideas, pero se preguntarán por qué la
ciencia tardó tanto en reconocer la verdadera naturaleza de la Tierra. Мой новый сборник "Гея"
расширяет эти идеи, но могут спросить, почему наука так долго, чтобы признать
истинную природу Земли. Creo que se debe a que la visión de Darwin era tan buena y clara
que nos ha tomado hasta ahora digerirla. Я думаю, это потому, что видение Дарвин был так
хорошо и четко, что она приняла до сих пор, чтобы переварить ее. En tiempos de Darwin,
poco se sabía sobre química de la atmósfera y los océanos y debieron haber pocas razones para
que Darwin se preguntara si los organismos cambiaban su entorno además de adaptarse a él. Во
времена Дарвина, было мало что известно о химии атмосферы и океанов, и должна иметь
смысла до Дарвина удивительного, если организмы изменили свою окружающую среду, а
также адаптироваться к нему.

Si en esa época se hubiera sabido que la vida y el ambiente están estrechamente compenetrados,
Darwin habría visto que la evolución implicaba no solamente a los organismos sino también a
toda la superficie planetaria. Если бы в то время знали бы, что жизнь и окружающей среды
тесно настроены, Дарвин увидел бы, что эволюция участие не только учреждения, но и
для всей поверхности планеты. Entonces podríamos haber mirado a la Tierra como si estuviera
viva, y haber sabido que no podemos contaminar el aire o usar su piel - sus bosques y
ecosistemas oceánicos - como una mera fuente de productos que nos alimenten y amueblen
nuestras casas. Тогда мы могли бы посмотрел на землю, как если он жив, и знал, что мы не
можем загрязняет воздух или использовать вашу кожу своих лесов и экосистем океана,
как простой источник продуктов, кормов и представить наши дома. Habríamos percibido de
forma instintiva que esos ecosistemas deben permanecer intactos porque son parte de la Tierra
viviente. Мы бы инстинктивно чувствовали, что эти экосистемы должны оставаться
неизменными, поскольку они являются частью жизни Земли.

Así que ¿qué debemos hacer? Так что же нам делать? Lo primero es tomar conciencia del ritmo
sobrecogedor de cambio y comprender qué queda poco tiempo para actuar; luego, cada
comunidad y cada nación debe descubrir el mejor uso de sus recursos para sostener la
civilización tanto tiempo como sea posible. Первым делом нужно реализовать Awesome
темпы изменений и понять, почему у них нет времени, чтобы действовать, а затем каждое
сообщество и страна должны найти оптимально использовать свои ресурсы для
поддержания цивилизации как можно дольше. Nuestra civilización es intensiva en energía y
no podemos apagarla sin estrellarnos, así que necesitamos la seguridad de un descenso
propulsado. Наша цивилизация, энергоемких и не можете выключить ее без аварий,
поэтому нам необходимо безопасности Powered происхождения. En Gran Bretaña estamos
acostumbrados a pensar en toda la humanidad y no solamente en nosotros mismos; el cambio
ambiental es global pero tenemos que ocuparnos de las consecuencias aquí, en el Reino Unido. В
Великобритании мы привыкли к мысли всего человечества, а не только на самих себя,
изменения в окружающей среде носит глобальный характер, но нам приходится иметь
дело с последствиями здесь, в Великобритании.

Por desgracia nuestra nación está actualmente tan urbanizada que es casi como una gran ciudad y
contamos con areas pequeñas para agricultura y bosques. К сожалению, наш народ сейчас
настолько урбанизированный, что это почти как большой город, и есть небольшие участки
для сельского и лесного хозяйства. Dependemos del mundo comercial para sustentarnos. Мы
зависим от коммерческого мира, чтобы поддерживать нас. El cambio climático nos negará
nuestros suministros regulares de alimento y combustible que viene de ultramar. Изменение
климата будет лишить нас наших постоянных поставок продовольствия и топлива,
которое поставляется из-за рубежа.

Podríamos crecer lo suficiente como para ser capaces de alimentarnos con la dieta de la Segunda
Guerra Mundial, pero la noción de que todavía hay suficiente tierra para producir combustible
orgánico o para convertirla en granjas de energía eólica es absurda. Мы могли бы расти
достаточно, чтобы иметь возможность кормить диета Второй мировой войны, но о том,
что есть еще достаточно земли для производства органического топлива или для
преобразования энергии ветра ферма является абсурдным. Haremos cuanto podamos para
sobrevivir, pero lamentablemente no veo a los Estados Unidos o las economías emergentes de
China e India deteniéndose a tiempo, y ellos son la principal fuente de emisiones. Мы сделаем
все от нас зависящее, чтобы выжить, но, к сожалению я не вижу, США или
развивающиеся экономики Китая и Индии, останавливаясь во времени, и они являются
основным источником выбросов. Ocurrirá lo peor y los que sobrevivan tendrán que adaptarse
a un clima infernal. Худшее произойдет, и тех, кто выживает приходится адаптироваться к
адским климатом.

Posiblemente, lo más triste es que Gaia va a perder tanto o más que nosotros. Пожалуй, самое
печальное то, что Гайя будет тратить так много, как мы. No solamente se extinguirá vida
silvestre y ecosistemas completos, pero en la civilización humana, el planeta tiene un recurso
precioso. Не только был потушен диких животных и целые экосистемы, а человеческая
цивилизация, планета имеет драгоценный ресурс. No somos sólo una enfermedad. Мы не
просто болезнь. Somos, por nuestra inteligencia y comunicación, el sistema nervioso del
planeta. Мы, со своей разведки и связи, нервную систему планеты. Es a través nuestro, que
Gaia se ha visto a sí misma desde el espacio y empieza a conocer su lugar en el universo.
Именно через нас, Гайя увидела саму себя из космоса и начинает познавать свое место во
вселенной.

Deberíamos ser el corazón y la mente de la Tierra, no su enfermedad. Мы должны быть


сердцем и разумом Земли, а не болезнь. Seamos valientes y dejemos de pensar solamente en
las necesidades y derechos, reconozcamos que hemos hecho daño a la Tierra viviente y que
necesitamos hacer las paces con Gaia. Будь храбр и перестать думать только о потребностях
и правах, мы признаем, что мы причинили вред живой Земли и необходимости заключить
мир с Природой. Debemos hacerlo cuando todavía somos fuertes como para negociar y no una
chusma desesperada dirigida por señores de la guerra brutales. Мы должны делать, когда мы
все еще достаточно сильны, чтобы вести переговоры, а не сломанной чернь во главе с
жестоким милитаристов. Más aún, deberíamos recodar que somos parte de ella, y que ella es
realmente nuestro hogar. Кроме того, мы должны помнить, что мы являемся частью ее, и
она действительно является нашим домом.

James Lovelock Джеймс Лавлок

El autor es un científico medioambientalista independiente y miembro de la Royal Society.


Автор является независимым экологическим ученого, члена Королевского общества. Su
libro 'La venganza de Гайя' fue publicado en inglés y está disponible en Amazon, haciendo click
aquí. Его книга 'Месть Гайи "была опубликована на английском языке и доступна на
Amazon, нажав здесь.

Nuevo: Новые:

Breve biografía de James Lovelock: Краткая биография Джеймс Лавлок:

Ha actuado como científico independente por más de cuarenta años. Он выступал в качестве
научного независимости для более чем сорока лет. Es Honorary Visiting Fellow del Green
College, Universidad de Oxford. Это почетный приглашенный научный сотрудник в
зеленой колледж, Оксфордский университет. Fue elegido miembro de la Royal Society en
1974 y como Acompañante de Honor de la Reina Elizabeth II en 2003. Он был избран членом
Королевского общества в 1974 году и почетным компаньоном королевы Елизаветы II в
2003 году. Además ha recibido premios internacionales por sus aportes medio ambientales:
Premio Blue Planet, Volvo y la Medalla Wollaston de la Geological Society de Londres. Он
также получил международных наград за свои экологические взносы: Blue Planet премия,
Volvo и Волластона медаль Геологическое общество Лондона.

El aporte principal de James Lovelock es la Teoría de Гайя, actualmente aceptada con el nombre
menos poético de Sistema Científico de la Tierra, y por el descubrimiento en l972 de los CFCs
en la atmósfera y su posterior monitoreo. Основной вклад в теорию Гайя Джеймс Лавлок,
теперь принято менее поэтичным названием науки о земных системах, а также открытие в
l972 хлорфторуглеродов атмосфере и их последующего контроля. Es inventor del "detector
de captura de electrones" (ECD), un sencillo y sensible aparato capaz de detectar trazas de
elementos en la atmósfera*, con este instrumento se dió la alerta sobre la contaminación
generalizada de pesticidas y PCBs. Он изобрел "Детектор улавливания электронов (ДУЭ),
простого и чувствительного устройства способны обнаруживать микроэлементов в
атмосфере *, этот документ получил предупреждение о загрязнении пестициды и ПХД.

A través de su carrera como científico ambientalista ha apoyado la energía nuclear como la


preferida para el suministro de electricidad. На протяжении своей карьеры в качестве
экологического ученого поддерживается атомная энергия в качестве предпочтительного
источника питания. Es autor de cinco libros y más de 200 artículos científicos. Автор пяти
книг и более 200 научных статей.

*=La patente de este invento le fue arrebatada, este invento es ámpliamente utilizado en la
detección de elementos contaminantes. *= Патент на это изобретение было взято из его
словам, это изобретение широко используется для обнаружения загрязнителей.

LA TIERRA COMO LA CONOCEMOS: ENFERMA GRAVE ЗЕМЛЯ КАК МЫ ЗНАЕМ:


тяжелобольных пациентов

Advertencia de Lovelock: Лавлок Внимание!

LA VENGANZA DE LA TIERRA (ГАЙЯ) I Месть ЗЕМЛИ (ГАЙЯ) я

Reproducimos este artículo, de enorme relevancia para quienes desean ver que nuestro planeta
recuperare su salud. Воспроизвести эту статью, большое значение для тех, кто хочет
увидеть нашу планету Recuperare здоровья.

(10 Feb. 2007 Michael McCarthy/The Independet Online Enero 16, 2006 - CA) El mundo ha
sobrepasado el punto de no retorno en el cambio climático y la civilización tal y como la
conocemos ahora es poco probable que sobreviva, sostiene James Lovelock, el científico y guru
verde que concibió la idea de Гайя, la Tierra que se matiene por sí misma apta para la vida. (10
февраля 2007 Michael McCarthy / Independet Интернет 16 января 2006 - CA) Мир прошел
точку невозврата по вопросам изменения климата и цивилизации, как мы знаем, что это
вряд ли смогут выжить, говорит Джеймс Лавлок, ученый и зеленый гуру, который
задумал Гея, Земля сама Matiena пригодной для жизни. En una afirmación profundamente
pesimista, publicada en The Independent, el Profesor Lovelock sugiere que los esfuerzos por
neutralizar el calentamiento global no tendrán éxito y que, de hecho, ya es demasiado tarde. В
глубоко пессимистические заявления, опубликованные в The Independent, профессор
Лавлок показывает, что усилия по борьбе с глобальным потеплением, не могут увенчаться
успехом, и в самом деле, это слишком поздно.
Según él, el mundo y la sociedad humana se enfrentan a un desastre de mucho mayor
envergadura ya un ritmo más rápido del que casi nadie se da cuenta. По его словам, мира и
человеческой катастрофы лицом общества в гораздо больших масштабах и более
быстрыми темпами, чем почти каждый понимает. El dice: "antes de que acabe este siglo,
miles de millones de nosotros morirán y las pocas parejas de personas que sobrevivan vivirán en
el Artico donde el clima se mantiene tolerable." По его словам, "до конца нынешнего века
миллиарды из нас умрет, и несколько гнездящихся пар людей, которые выживают, будут
жить в Арктике, где климат останется терпимым".

Al hacer semejante declaración, mucho más oscura que ninguna de las efectuadas por un
cientifico de importancia internacional comparable, el Profesor Lovelock admite que se está
arriesgando. Делая такое заявление, намного темнее, чем любая из этих сделанных ученым
сопоставимых международное значение, Лавлок признает, что он рискует. Pero como el
hombre que ha concebido la primera nueva forma de mirar la vida en la Tierra desde Charles
Darwin, Lovelock siente que su propio análisis de lo que está pasando no le deja elección. Но
как человек, который первым разработал новый взгляд на жизнь на Земле после Дарвина,
Лавлок считает, что его собственный анализ того, что происходит, не оставляет ему иного
выбора. Lovelock cree que es el propio mecanismo autoregulador de Gaia - concepto que cada
vez es más aceptado por otros científicos a nivel mundial aunque ellos prefieren llamarlo el
Sistema Tierra - el cual, perversamente, se asegurará de que el calentamiento no pueda
controlarse. Лавлок считает, что она является саморегулируемым механизмом концепция
Гайя все чаще принимаются другими учеными по всему миру, хотя они предпочитают
называть его системы Земли - которая парадоксальным образом гарантирует, что
потепление не может контролироваться.

Это потому, что в систему входят мириады механизмов обратной связи, которые в
прошлом действовали вместе, чтобы сохранить Землю гораздо холоднее, чем она могла
бы быть. Ahora, sin embargo, se unirán para amplificar el calentamiento que está siendo
causado por actividades humanas tales como el trasporte o la industria, a traves de inmensas
emisiones de gases con efecto invernadero, tales como el dioxido de carbono (CO2). Теперь,
однако, они объединятся, чтобы расширить потепление, вызванное результатами
деятельности человека, таких как транспорт и промышленность через огромные выбросы
парниковых газов, таких как двуокись углерода (СО2).

Система управления планетой.

Esto significa que las consecuencias dañinas de que los seres humanos deterioren el sistema
ancestral de regulación del planeta vivo no serán lineales, en otras palabras, se acelerarán
descontroladamente. Это означает, что вредные последствия человеческих существ
ухудшают вековую системы регулирования жизни планеты, не будет линейными, иначе
говоря, они будут ускоряться бесконтрольно.

Lovelock denomina este fenómeno 'la venganza de Гайя' y la examina en detalle en su nuevo
libro titulado así, que se publicará el mes que viene(1). Лавлок называет этот феномен
"местью Гайи" и исследует его в деталях в своей новой книге, которая так и называется, и
которая будет опубликовано в следующем месяце (1).

Lo singular del punto de vista de Lovelock es que es holístico más que reduccionista.
Уникальность Лавлока является то, что целостный, а не упрощенный. Aunque es un
partidario comprometido de la investigación actual sobre cambio climático, especialmente en el
Hadley Centre de Gran Bretaña, él no mira los aspectos inviduales de cómo se comporta el clima
como inevitablemente hacen otros científicos. Хотя приверженным сторонником текущих
исследованиях в области изменения климата, особенно в Центре Хэдли в
Великобритании, он не видел их отдельные аспекты климата, как ведет себя как другие
ученые неизбежно есть. Más bien, Lovelock observa cómo se comporta todo el sistema de
control de la Tierra cuando está bajo stress. Скорее, Лавлок увидеть, как он ведет себя по
всей системе управления, когда Земля под нагрузкой.

El Profesor Lovelock quien concibió la idea de Gaia en los setenta (1970) mientras estudiaba la
posibilidad de vida en Marte para la Nasa en Estados Unidos, ha venido advirtiendo sobre los
peligros del cambio climático desde que empezaron las primeras preocupaciones sobre el tema
casi veinte años atrás. Профессор Лавлок, кто задумал Гайя в семидесятые годы (1970),
изучая возможности жизни на Марсе НАСА в США предупреждают об опасностях,
связанных с изменением климата, поскольку они начали первые проблем по данной теме
почти двадцать лет назад.

Lovelock fue uno de los científicos del selecto grupo que dio un resumen inicial sobre
calentamiento global al gabinete de Margaret Thatcher en Downing Street en Abril de 1989.
Лавлок является одним из выбранной группы ученых, которые провели первый брифинг о
глобальном потеплении для правительства Маргарет Тэтчер на Даунинг-стрит в апреле
1989 года.

Давайте готовиться к худшему.

Las preocupaciones de Lovelock se han venido incrementando sostenidamente desde entonces a


medida que la evidencia del calentamiento climático fue aumentando. Озабоченностей Лавлока
постоянно нарастало с тех пор в качестве доказательства глобального потепления
возрастает. Por ejemplo, compartió la alarma de varios científicos acerca de las noticias del
pasado setiembre de que el hielo que actualmente cubre el Oceano Artico está empezando a
derretirse tan rápido que en 2005 llegó a su punto bajo histórico. Например, он разделял
беспокойство многих ученых о новостях в сентябре прошлого года, что лед, что в
настоящее время покрывает Северный Ледовитый океан начинает таять настолько быстро,
что в 2005 году достиг рекордно низкой.

Hace dos años despertó una gran controversia con un artículo en The Independant pidiéndoles a
los medioambientalistas que abandonaran su histórica oposición al poder nuclear que no produce
los gases con efecto invernadero de las centrales convencionales. Два года назад вызвало
весьма спор с статьей в независимой экологи просят отказаться от своего исторического
оппозицию к ядерной энергии, не производит парниковых газов обычных электростанций.

El calentamiento global avanzaba tan de prisa que solo una expansión importante del poder
nuclear podía tenerlo bajo control, dijo. Глобальное потепление идет стремительно, что
только основные расширение использования ядерной энергии могло бы его под
контролем, сказал он. La mayoría de los Verdes rechazaron su petición en redondo, y aún hoy
lo siguen haciendo. Большинство зеленых отклонил его просьбу вокруг, и даже сегодня все
еще делаю.

Ahora su preocupación ha alcanzado un pico - y tiene un nuevo énfasis. Теперь его опасения
достигли пика - и новый акцент. En vez de pedir formas nuevas de neutralizar el cambio
climático, Lovelock está pidiendo a los gobiernos en Gran Bretaña y en todo el mundo que
empiecen a prepararse a gran escala para sobrevivir lo que ahora ve como inevitable, en sus
propias palabras 'un infierno de clima', que en Europa será probablemente 8ºC más caliente de lo
que es hoy. Вместо того чтобы просить новых способов противодействия изменению
климата, Лавлок призывает правительства в Великобритании и по всему миру, чтобы
приступить к подготовке большого масштаба, чтобы выжить, что сейчас рассматривается
как неизбежный, по его словам 'ад Климат ", которая в Европе, вероятно, будет +8 º C
теплее, чем она является сегодня.

En el último capítulo de su libro, Lovelock escribe: "¿Qué debería estar haciendo ahora cualquier
gobierno europeo sensato? Creo que tenemos pocas opciones más que prepararnos para lo peor,
y asumir que hemos superado el umbral".

Y en The Independent de hoy, escribe: "Haremos lo que podamos para sobrevivir, pero
lamentablemente no veo a los Estados Unidos ni a las economías emergentes de China e India
cortando a tiempo, y ellos son la fuente principal de emisiones de CO2. Ocurrirá lo peor..."

Lovelock continúa: "Tenemos que tener en cuenta el ritmo sobrecogedor del cambio y
comprender que nos queda poco tiempo para actuar, y luego, cada nación y comunidad deben
descubrir el mejor uso para los recursos con que cuentan para sostener a la civilización tanto
tiempo como puedan". Lovelock cree que los gobiernos del mundo deberían planificarse para
garantizar los suministros de alimentos y energía durante el calentamiento global así como
defensas contra el aumento esperado de los niveles del mar. La visión de este científico en
cuanto a lo que la sociedad humana podría quedar reducida debido al cambio climático es "una
chusma desesperada dirigida por señores de la guerra brutales".

Una guía para la supervivencia.

El Profesor Lovelock llama la atención sobre un aspecto en concreto de la amenaza del


calentamiento global y es que el incremento esperado de temperatura se está reteniendo
artificialmente por un aerosol global, una capa de polvo en la atmósfera justo alrededor del
hemisferio norte del planeta, que es consecuencia de la industria mundial.

Esto nos hace de escudo protector de parte de la radiación solar en un fenómeno conocido como
'oscurecimiento global' y se cree que está reteniendo la temperatura global en varios grados. Sin
embargo, si se produce una bajada industrial drástica, el aerosol podría caerse de la atmósfera en
poco tiempo y permitir que la temperatura global se disparara rápidamente hacia arriba.

Una de las ideas más llamativas de su libro es la de 'una guía para los supervivientes del
calentamiento global' dirigida a los humanos que estarían luchando por su existencia aún después
del colapso social total.

Escrito, no de forma electrónica, sino en "papel resistente con tinta que dure mucho tiempo",
contendría lo básico del conocimiento científico humano acumulado, mucho del cual ahora
damos por hecho pero que costó mucho aprender, como nuestro lugar en el sistema solar, o el
hecho de que bacterias y viruses causan enfermedades infecciosas.

El calentamiento global, producido principalmente por la emisión a gran escala de gases


industriales tales como el dióxido de carbono (CO2) es casi con seguridad la mayor amenaza a la
que la raza humana se ha enfrentado nunca porque pone un signo de interrogación a la cuestión
de que la propia habitabilidad de la Tierra.

En las décadas venideras, las temperaturas disparadas harán que la agricultura sea inviable en
vastas extensiones del mundo donde la gente ya ahora es pobre y tiene hambre; el suministro de
agua de millones o incluso billones, podría fallar. El ascenso de los niveles del mar destruirá
areas considerables de costa en países situados bajos, como Bangladesh, justo en el momento en
que su población se multiplica como champiñones.
Incontables refugiados medioambientales sobrepasarán la capacidad de cualquier agencia, o de
hecho, de cualquier país, de hacerse cargo, al tiempo que la infrastructura urbana moderna se
enfrentará a la devastación producida por sucesos meteorológicos extremos y muy poderosos,
como el Huracan Katrina que golpeó Nueva Orleans el verano pasado.

La comunidad internacional acepta la realidad del calentamiento global, apoyada por el Panel
Intergubernamental sobre Cambio Climático de Naciones Unidas. En su último informe, en
2001, el PICC dijo que las temperaturas medias globales probablemente subirían hasta 5.8ºC
para el 2100. En latitudes altas, como Gran Bretaña, el aumento posiblemente será mucho
mayor, quizas de 8ºC. El calentamiento parece estarse produciendo con mayor rapidez que lo
anticipado y es posible que en el próximo informe de la PICC, en 2007, el plazo de tiempo se
acorte. Aún así, todavía existe la presunción de que el cambio climático es controlable si se
curvan las emisiones de CO2. Lovelock advierte: piénsenlo de nuevo.

La solución:

ECOLOGISTAS POR LA ENERGÍA NUCLEAR

James Lovelock y Patrick Moore, el cofundador de Greenpeace defienden la energía nuclear


como solución urgente al calentamiento global.

(10 Febrero, 2007 Agencias - CA) El ecologista y creador de la Teoría de Gaia James Lovelook
reclama un inmediato retorno a la energía nuclear, porque "no hay tiempo que perder ante el
irreversible cambio climático". La única forma como el planeta podría salvarse.

Lovelock, de 88 años, se lamenta de la tenaz resistencia a este tipo de solución por parte del
movimiento ecologista mundial. Ha declarado su decepción por la postura intransingente de los
ecologistas, que según él están condenando al fracaso cualquier solución realista para resolver el
cambio climático.

Artículo de James Lovelock: "La energía nuclear es la única solución verde". (En inglés).
Publicado en The Independent el 24 de Mayo 2004.

No está solo, otros ecologistas han estado cambiando de posición recientemente y se espera que
otros lo hagan en el futuro. Uno de ellos es el ex-presidente de Greepeace Patrick Moore.

Moore afirma que: "La energía nuclear es una bendición para salvarnos del cambio catastrófico
del clima". Moore hace un repaso de los problemas de la energía nuclear -la seguridad, el
terrorismo, las armas nucleares o los residuos de alta actividad- y los deja reducidos a
inconvenientes asumibles ante el cambio climático. Los denomina simplemente "mitos de la
energía nuclear".

Con esta defensa Moore, uno de los ecologistas pioneros que fundó Greenpeace en el año 1971 y
que fue su presidente por 8 años, ha desatado la ira de sus antiguos compañeros. En una columna
publicada en el 'The Washington Post' y reproducida en varias cadenas periodísticas de todo el
mundo defiende la producción de electricidad mediante la fisión atómica.

Moore hace un encendido elogio de la energía nuclear, y lo que un día pensó que podría
llevarnos al "holocausto", hoy lo considera una bendición para salvarnos "del cambio
catastrófico del clima". Lo negro lo ha convertido en blanco y reclama al movimiento ecologista
mundial "poner al día sus opiniones".

Casi 35 años después de que Moore se embarcara en un pequeño velero junto a otros históricos
de Greenpeace para acudir a las islas Aleutianas a impedir las pruebas nucleares de EEUU, este
ecologista que abandonó la organización en 1984, ha dado un giro de 180 grados respecto a la
línea ortodoxa del ecologismo mundial frente a la energía nuclear.

Con respecto a las armas nucleares, Moore argumenta que el mayor genocidio de las últimas dos
décadas ha tenido lugar en Africa con un millón de muertes y se realizó con machetes y no
bombas atómicas.

En cuánto a la proliferación nuclear, propone el "uso de la fuerza" para evitar que terroristas o
países -cita expresamente los "planes malvados" de Irán- utilicen las armas nucleares con fines
destructivos. Eso sí, reconoce que este aspecto negativo es el más problemático. Más incluso que
los residuos del combustible nuclear quemado, para los que propone la reutilización continua en
un permanente reciclado del uranio y el plutonio.

En su artículo afirma:
"Las más de 600 plantas de energía a carbón de Estados Unidos emiten cerca de 2 mil millones
de toneladas de CO2 al año -- el 36 por ciento de las emisiones de EEUU o casi el 10 por ciento
de las emisiones globales -- equivalentes a los gases de los tubos de escape de unos 300 millones
de automóviles. Además el Consejo del Aire Límpio (de EEUU) ha informado que las plantas a
carbón son responsables del 64 por ciento de las emisiones de dióxido de asufre, 26 por ciento de
los óxidos nitrósos y 33 por ciento de las emisiones de mercurio. Estos elementos polucionantes
están erosionando la salud de nuestro ambiente, produciendo lluvia ácida, smog, enfermedades
respiratorias y contaminación de mercurio".

"Al mismo tiempo, las 103 plantas nucleares que operan en Estados Unidos evitan
eficientemente la liberación de 700 millones de toneladas de CO2 al año -- equivalentes a los
gases de los tubos de escape de unos 100 millones de automóviles. Imagínense si la relación
entre plantas a carbón y nucleares se invirtiera y sólo el 20 por ciento de nuestra electricidad se
generara con carbón y el 60 por ciento de plantas nucleares. Esto sería un gran avance hacia
limpiar el aire y reducir las emisiones de gases de invernadero. Cualquier ambientalista
responsable debiera apoyar una iniciativa en esa dirección".

NUEVAS DECLARACIONES DE MOORE

(1 Sept. 2007) Recientemente, uniéndose al científico ecologista James Lovelock, autor de "la
Teoría de Gaia" y del libro recientemente publicado en español, "La Venganza de la Tierra
(Gaia)" afirmó que: "Las decisiones respecto a la energía deben fundamentarse más en la ciencia
y menos en la política y las emociones". Moore llama a la energía nuclear “la única fuente de
energía que no emite gases de invernadero, capaz de reemplazar efectivamente a los
combustibles fósiles y satisfacer la demanda global”.

De hecho la industria de la energía atómica ha causado mucho menos daño que la del carbón o
del petróleo, donde todos los años los accidentes cobran la vida de cientos de mineros en todo el
mundo. Moore afirma que actualmente “Hay una gran cantidad de demostraciones científicas
que demuestran que la energía nuclear es una opción segura ambientalmente”. Moore cree que
sus antiguos colegas de Greenpeace no son realistas cuando llaman a terminar con la producción
de energía nuclear y del carbón en el mundo.
“Simplemante no existen formas alternativas de energía disponibles para reemplazarlas ambas a
la vez. teniendo que elegir entre la opción nuclear por un lado y el carbón, petróleo y el gas
natural por el otro, la energía nuclear es lejos la mejor opción, ya que no emite ni CO2 ni otros
gases contaminantes”.