Вы находитесь на странице: 1из 337

МИНИСТЕРСТВО НАУКИ И ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования


ОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. Ф.М. ДОСТОЕВСКОГО

ВИЗУАЛЬНЫЕ ОБРАЗЫ
СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЫ
Идеалы и идеологии
(к 25-летию теологического образования в г. Омске)

Сборник научных статей


по материалам VIII Всероссийской
научно-практической конференции
(Омск, 27 сентября – 9 октября 2019 г.)

© ФГБОУ ВО «ОмГУ им. Ф.М. Достоевского», 2020

ISBN 978-5-7779-2462-9

Омск

2020
УДК 008
ББК 71я43
В421

Рецензенты:
д-р филос. наук, проф. Д.М. Федяев,
д-р филос. наук, проф. В.И. Разумов

Редакционная коллегия:
д-р филос. наук, проф. П.Л. Зайцев (отв. редактор),
д-р истор. наук, проф. Н.В. Воробьева,
канд. филос. наук, доц. В.М. Шкарупа,
канд. филос. наук, доц. Е.Ж. Шуплецова,
канд. филос. наук, доц. С.Н. Оводова,
канд. истор. наук, доц. Е.В. Кузьмина

В421 Визуальные образы современной культуры: идеалы и идеологии (к 25-летию


теологического образования в г. Омске) [Электронный ресурс] : сборник научных
статей по материалам VIII Всероссийской научно-практической конференции (Омск,
27 сентября – 9 октября 2019 г.) / [редкол. : П. Л. Зайцев (отв. ред.) и др.]. – Электрон.
текст. дан. – Омск : Изд-во Ом. гос. ун-та, 2020. – 1 электрон. опт. диск (CD-ROM) ;
12 см.
ISBN 978-5-7779-2462-9
В сборник вошли научные статьи и доклады ведущих ученых, молодых научных работ-
ников, аспирантов и студентов университетов Урала и Сибири. Материалы конференции от-
ражают современный уровень осмысления визуальных маркеров лояльности. Издание адресо-
вано философам, культурологам, дизайнерам, преподавателям и студентам высших учебных
заведений.
Рекомендовано для обучения по направлениям подготовки бакалавров – 44.03.04 «Про-
фессиональное обучение», профиль «Декоративно-прикладное искусство и дизайн», 51.03.01
«Культурология», 48.03.01 «Теология»; магистрантов – 47.04.01 «Философия», 48.04.01 «Теоло-
гия», 47.04.03 «Религиоведение»; аспирантов – 47.06.01 «Философия, этика и религиоведение».
УДК 008
ББК 71я43

Текстовое электронное издание


Самостоятельное электронное издание

Минимальные системные требования:


процессор с частотой 1,3 ГГц или выше; ОЗУ 512 Mб;
Microsoft Windows XP/Vista/7/8/10; Adobe Acrobat Reader 8.0 и выше; CD-ROM; мышь

© ФГБОУ ВО «ОмГУ им. Ф.М. Достоевского», 2020


MINISTRY OF SCIENCE AND HIGHER EDUCATION OF THE RUSSIAN FEDERATION
Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Education
DOSTOEVSKY OMSK STATE UNIVERSITY

VISUAL IMAGES
OF CONTEMPORARY CULTURE
Ideals and Ideologies
(for the 25th anniversary of theological education in Omsk)
Proceeding of the VIII All-Russian
Scientific-Practical Conference
(Omsk, September 27 – October 9, 2019)

© Dostoevsky Omsk State University, 2020

ISBN 978-5-7779-2462-9

Omsk
Omsk State University Publishing House
2020
UDC 008
LBC 71z43
V421

Reviewers:
Dr. of Philos. Sciences, Professor D.M. Fedyaev,
Dr. of Philos. Sciences, Professor V.I. Razumov

Editorial board:
Dr. of Philos. Sciences, Professor P.L. Zaitsev (editor),
Dr. of Hist. Sciences, Professor N.V. Vorob’yova,
Cand. of Philos. Sciences, Associate Professor V.M. Shkarupa,
Cand. of Philos. Sciences, Associate Professor Е.J. Shupletsova,
Cand. of Philos. Sciences, Associate Professor S.N. Ovodova,
Cand. of Hist. Sciences, Associate Professor E.V. Kuzmina

V421 Visual Images of Contemporary Culture: Ideals and Ideologies (for the 25th anni-
versary of theological education in Omsk) : Proceeding of the VIII All-Russian Scientific-
Practical Conference (Omsk, September 27 – October 9, 2019) / [Editorial board : P. L. Zait-
sev et al.]. – Electronic text data. – Omsk : Omsk State University Publishing House, 2020.
– 1 electronic disk (CD-ROM) ; 12 cm.
ISBN 978-5-7779-2462-9
The collection includes scientific articles and reports of leading scientists, young scientists,
graduate students and students of universities of the Urals and Siberia. The conference materials re-
flect the current level of understanding of visual markers of locality. The publication is addressed to
philosophers, cultural scientists, designers, teachers and students of higher educational institutions.
Recommended for training in the areas of bachelor's training “Vocational training”, “Culturolo-
gy”, “Theology”; masters “Philosophy”, “Theology”, “Religious Studies”; graduate students “Phi-
losophy”, “Ethics and Religious Studies”.
UDC 008
LBC 71z43

The text is published in the author’s edition

Minimal system requirements:


Processor frequency 1,3 GHz and higher, 512 Mb RAM;
Microsoft Windows XP/Vista/7/8/10; Adobe Acrobat Reader 8.0 and higher; CD-ROM; mouse

© Dostoevsky Omsk State University, 2020


Издается в соответствии с оригиналом,
предоставленным редакционной коллегией.

Дата выпуска: 29.02.2020.


1 электрон. опт. диск (CD-ROM); 12 см.
Тираж 7 копий. Объем 3,3 Мб.

Издательство
Омского государственного университета
им. Ф.М. Достоевского
644077, г. Омск, пр. Мира, 55а
тел.: 8 (3812) 67-32-55, 64-30-61, 64-13-07
СОДЕРЖАНИЕ

ИДЕИ И ИДЕОЛОГИИ В ФИЛОСОФИИ, ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЕ


Купарашвили М. Д. Трансценденталии Православия ........................................................................... 11
Оводова С. Н. От колониализма до теологии освобождения: концепты Другого,
власти и угнетения в дискурсе теории и философии культуры ............................................. 16
Яшин В. Б. Визуальные маркеры конфессиональной идентичности в представле-
нии верующих жителей Омской области .............................................................................................. 22
Разумов В. И. Визуализация рассуждений: теория и практика....................................................... 27
Шкарупа В. М. Визуализация в структуре процесса познания (проблема наглядного
представления математических объектов)......................................................................................... 31
Николин В. В., Николин И. В. Модернизация и традиция в современной информаци-
онной революции................................................................................................................................................ 33
Колесник М. В. Самоценность симулякра в контексте современности ...................................... 37
Кениспаев Ж. К., Скосырева Н. Д., Давлатмуродов Ш. Ш. Сознание и физическая ре-
альность ................................................................................................................................................................... 40
Бекряшев А. К. Методология SADT/IDEF0 как инструмент визуального представле-
ния проблем экономической безопасности и средств ее обеспечения ............................... 43
Шеремет А. А. Интеллектуальная схемотехника в философском исследовании че-
ловека ........................................................................................................................................................................ 47
Ополев П. В. Усложнение в оценке нравственного прогресса.......................................................... 52
Пастухова Е. В. Нарратив языковой личности в эмотивной трансформации....................... 55
Колесник А. Т. Идея саморазвития в этической системе современности.................................. 58
Либина И. Р., Рабинович Е. И. Дружба против синагоги: религиозная идентичность
и современные еврейские организации Екатеринбурга ............................................................. 61
Шаповалов М. С. Рождение мифа «Каинск – Сибирский Иерусалим»: опыт истори-
ческого расследования .................................................................................................................................... 66
Бокатов А. Ю. «Идеальный паломник» в представлении Императорского право-
славного палестинского общества (кон. XIX – нач. ХХ вв.) и современное воспри-
ятие этого феномена......................................................................................................................................... 70
Григорян Э. Р. Два Иерусалима в современных художественных текстах: символы и
пространство (на примере поэтических произведений XXI века).......................................... 74
Валитов А. А. Визуализации Святой Земли на Палестинских чтениях в конце XIX –
начале XX века....................................................................................................................................................... 78
Иванова М. В. Проблема трансформации религиозных практик в условиях совре-
менного общества............................................................................................................................................... 82
Шапова М. Н. Феномен религиозной конверсии в современной культуре ............................. 86
Морозов А. А. Религиозный дискурс в современном медиапространстве ............................... 90
Шайдуров А. В. Сибирский шаманизм. Сакральный взгляд .............................................................. 94
Синяков О. В. Религиозная ситуация в Северо-Казахстанской области ..................................... 97
Барзеева А. Ю. Макдональдизация общества через призму гастрономического дис-
курса: культурные тренды и потребительские практики ...................................................... 101
Визгирда А. С. Сотворение человека через сотворение сверхчеловека в массовой
культуре Японии .............................................................................................................................................. 105
Кондакова Ю. В., Демина А. Л. Специфика социального тренда «святая простота» в
современном дизайне одежды................................................................................................................. 108
Глебов В.В., Родионова О.М., Аникина Е. В. Эколого-формирующее воздействие фи-
тотехнологии и их влияние на визуальную среду современных городов...................... 112
Михайличенко К. Ю., Кулиева Г. А., Аникина Е. В., Журавлев К. П. Перспективы ис-
пользования этнических стилей в архитектуре современных городов ......................... 116

ИДЕИ И ИДЕОЛОГИИ В ТЕОЛОГИИ


Зайцев П. Л. Свободу борцам за огонь! Первобытность и современные проблемы
теологии................................................................................................................................................................ 120
Шульга Р. Б. Визуальные образы теологии в ОмГУ как поиск самоидентичности: к
25-летию теологического образования в ОмГУ ............................................................................. 123
Кузьмина Е.В. Теология межрелигиозного диалога: принципы построения и пер-
спективы в РФ.................................................................................................................................................... 135
Безруков М. А. Духовно-нравственная работа с осуждёнными в контексте церков-
но-государственных отношений: источниковая база ................................................................ 138
Иерей Георгий Калачиков Третий Рейх и Ватикан............................................................................... 142
Данилов В. Л., Епископ Азовский Зосима (Балин) Радикальный ислам в Центральной
Азии на рубеже XX–XXI вв............................................................................................................................ 145
Денисов А. А. Историография русского старчества ............................................................................. 148
Диакон Иван Кузякин Делопроизводство духовных консисторий как исторический
источник (на примере Омской епархии) ............................................................................................ 153
Иерей Александр Добровольский Работа уполномоченного Совета по Омской облас-
ти по вопросам неправославных и инославных вероисповеданийв 60–начале
70-х гг. XX века ................................................................................................................................................... 159
Иерей Алексей Лупсяков Государственное законодательство Республики Узбеки-
стан по предупреждению и противодействию исламскому экстремизму ..................... 163
Иерей Олег Филиппов Современное законодательство Республики Казахстан в
сфере государственно-конфессиональных отношений ............................................................ 167
Воробьева Н. В., Коломникова Е. Н. Проект реставрационной мастерской-музея «От
исторического артефакта к молельному образу», осуществляемый при под-
держке Фонда Президентских грантов ............................................................................................... 174
Диакон Сергей Крыцин Государственная политика по отношению к исламу во вре-
мя правления Екатерины II........................................................................................................................ 178
Лобзова О. Н. Тенденции в становлении иконописи конца 90-х- начала 2000-х гг. в
Омско – Тарской епархии............................................................................................................................. 183
Иерей Михаил Морозов Размышления святителя Филарета (Дроздова) о мерах под-
готовки достойных кандидатов к пастырскому служению .................................................... 186
Протоиерей Сергей Черкасов История церковно-государственных отношений на
примере приходов церквей Седельниковского района Омской области ........................ 190

7
Пушков В. Ю. Начальное образование в Русской Православной Церкви на рубеже
XIX – XX вв.: историографический аспект........................................................................................... 194
Глазов А.И. Образ Библии в массовой культуре: семиотический анализ .............................. 199
Великая В.И. «Легенды о Христе» Сельмы Лангерлев: формирование личной рели-
гиозности.............................................................................................................................................................. 202
Щепёткин А. В. Какой была вечерняя молитва в Древней Руси: чин вечерни по
Студийскому Часослову XIV в.................................................................................................................... 205

ТЕОРЕТИЧЕСКОЕ МЫШЛЕНИЕ И ВИЗУАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА


Климов В. П. Художественное и эстетическое в дизайне ................................................................ 210
Степанов А. В., Степанова Т.М. Системный подход к визуальному моделированию
в дизайн-образовательных процессах ................................................................................................. 214
Осколкова Ю. В., Лазарева В. В. Формирование критического мышления
в процессе становления профессиональной культуры будущего дизайнера-
преподавателя ................................................................................................................................................... 218
Степанов А. В., Степанова Т.М. Визуальные иммерсивные технологии
в подготовке дизайнера..................................................................................................................................... 222
Акберова В. Ю., Степанов А. В., Шуплецова Е. Ж. Алеаторика в обучении дизайнера ...... 226
Кукенков В. И. Синергетический подход в развитии визуальной культуры........................ 230
Вахтина Е. В. Дифференцированные подходы в архитектурном образовании (за-
рубежный опыт) ............................................................................................................................................... 234
Строганова А. А., Степанов А. В. Уровнево-видовая классификация бумагопласти-
ческого моделирования в обучении дизайнеров .......................................................................... 237
Усенкова Е. В. Современные подходы к проектированию системы визуальных
коммуникаций для общественных мест............................................................................................. 241
Борщ А. А. Визуальный образ пешеходных зон в историческом ракурсе .............................. 245
Евтушенко Е. С., Панкина М. В. Арт-объект как эффективное средство формирова-
ния корпоративной культуры.................................................................................................................. 249
Ширина Н. С. Исторический акцидентный шрифт в контексте современной визу-
альной культуры .............................................................................................................................................. 255
Дронова К. А. Стиль «а-ля рус»: русские традиции в современной моде................................ 259
Оводова С. Н. Актуализация урбанистических концептов в российском медиади-
скурсе ...................................................................................................................................................................... 262

ИДЕИ И ИДЕОЛОГИИ В ДИЗАЙНЕ


Энгель Я. С. Идеи и идеологии в этических системах. Идеология и утопия ......................... 267
Ленсу Я. Ю. К эстетической ценности технической конструкции.............................................. 272
Лемонова И. Б., Шмотьева А. О. Космическое мировоззрение в визуальном искус-
стве ........................................................................................................................................................................... 274
Буткевич Н. В., Шмотьева А. О. Использование философских аспектов космизма и
супрематизма при создании арт-объекта.......................................................................................... 280

8
Копылова А. А., Шуплецова Е. Ж. Нейрографика как графический метод трансфор-
мации сознания................................................................................................................................................. 284
Волкова О. В., Панкина М. В. Экологический подход в дизайне одежды с древних
времен..................................................................................................................................................................... 288
Гончаренко Е. С. Иллюстрации: глобальный тренд графического дизайна и эффек-
тивный метод маркетинга.......................................................................................................................... 292

ГЛОБАЛЬНЫЕ ТРЕНДЫ И ЛОКАЛЬНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ


В СОВРЕМЕННОМ ДИЗАЙНЕ
Муромцева Д. П. Коммуникативный дизайн. Пространство и возможности....................... 295
Лемонова И. Б., Фильчакова Я. А. Художественная горячая эмаль в городской среде..... 299
Тихомирова О. М. Опыт использования декоративного искусства как инструмента
в формировании позитивной социальной микросреды в условиях подростково-
го исправительного учреждения ........................................................................................................... 305
Строганова А. А., Тарасова А. Г. Мультимедийный комплекс по дисциплине «Маке-
тирование»........................................................................................................................................................... 309
Фалько В. П., Рогозина А. А. Методическая презентация ручной графики
как способ поиска и разработки проектной идеи............................................................................... 313
Тарасова А. Г., Заласковских Н. В. Концепт-арт персонажей компьютерной игры
«Легенда Урала» ............................................................................................................................................... 318
Матросова И. Г., Красовская Н. И. Особенности применения орнаментальных ком-
позиций Древнего Китая в современном интерьере .................................................................. 323
Пунтус Е. Ю., А. А. Шульга. Некоторые аспекты применения техники батик
в современных интерьерах .............................................................................................................................. 327
Волкова О. В., Панкина М.В. Экологические тенденции современной моды......................... 330
Шевелёва И. А., Чижик М. А. Перспективные направления в технологиях дизайн-
проектирования одежды для защиты от пониженных температур .................................. 334

9
ИДЕИ И ИДЕОЛОГИИ В ФИЛОСОФИИ, ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЕ

Мзия Джемаловна Купарашвили


Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: kuparashvili@rambler.ru

ТРАНСЦЕНДЕНТАЛИИ ПРАВОСЛАВИЯ

Аннотация. Слово как атом мыслительной деятельности и удивительное разнообразие


его синонимов, таких как категория, имя, термин, понятие, обобщение и т.д. имеют бо-
лее фундаментальное значение, чем об этом принято думать при анализе конкретных
проблем. Особое место в этом ряду занимают трансценденталии, которые предназна-
чены для маркировки ощущений, явлений и предметов, позволяющих заглянуть по ту
сторону рассудочной активности сознания.
Ключевые слова: трансцензус, молитва, свобода, слово, сущность человека.

M. D. Kuparashvili
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

TRANSCENDENTALIA OF ORTHODOXY

Abstract. The word as an atom of mental activity and the amazing variety of its synonyms,
such as category, name, term, concept, generalization, etc. are more fundamental than it is
customary to think about in the analysis of specific problems. A special place in this series is
occupied by the transcendentals, which are designed to mark the sensations, phenomena and
objects that allow you to look beyond the mental activity of consciousness.
Keywords: transcensus, prayer, freedom, the word, the essence of the person.

Наша эпоха является концом рациональной, научной парадигмы мышления, в


рамках которой получает полный износ научная система ценностей. Ее катего-
риальный аппарат уже не захватывает актуальное положение человека. К концу
20 в. научная система ценностей окончательно очистила себя от той группы ка-
тегории, которая находится в статусе трансценденталии. Это те понятия, кото-
рые позволяют совершить трансцензус, выход за пределы достигнутого, пере-
шагнуть за порог наличного знания. В силу своей специфики трансценденталии
не востребованы в эпоху крайней прагматичности и меркантильности. Утрата
трансцендентального знаменателя все упрощает, создает иллюзию абсолютной
проницаемости окружающего мира и бесполезности целеполагания.
По большому счету конец рациональной парадигмы мышления означает крах
прикладной религии в ее католическо-протестантском исполнении и крайне ра-
ционализированной этики человеческого общежития, из которых, собственно
говоря, в свое время и вырастает рациональная парадигма. Упрощенно-
практические модели христианских ценностей полностью реализовали свой по-
10
ложительный потенциал. Такое положение привело к тому, что «слишком оче-
ловеченные» идеалы утеряли качество сакрального недостижимого, трансцен-
дентного. Со временем, в угоду низменным чувствам, они были низведены до
уровня плоских и пошлых истин.
На этапе тупикового состояния научно-технического прогресса из-за крайней
девальвации религиозно-нравственных ценностей происходит распыление
культурно-цивилизационного феномена как такового, оформленного в термине
«культурной варваризации» общества. На вопросы: Почему технологическое
совершенство ведет к деградации нравственных качеств человека? Почему уве-
личение прав и свобод личности приводит к атомизации общества и деградации
личности? Означает ли возврат общества и целесообразности – возврат к более
низкому технологическому уровню? Являются ли неотвратимой и единствен-
ной необходимостью такие следствия? Если нет, то, что заставляет человечест-
во не внимать голосу разума? – западная цивилизация уже никогда не ответит.
Все они сегодня адресованы только православному образу мысли и жизни.
Русская философия содержит ту обязательную философскую рефлексию право-
славных ценностей, без которых совершенно немыслимо освоение формата ра-
зума как в его онтологическом, так и гносеологическом статусах. Ключевыми
словами, программообразующими понятиями, (трансценденталиями) право-
славной этики и русской философии являются: всеединство, нестяжание, слу-
жение, примат духовного над материальным, коллективного над индивидуаль-
ным, концепций Личности, правды и Истины, подлинная свобода как внутрен-
нее состояние духа, принципы разумного потребления и достойного существо-
вания. Их познавательный потенциал не доступен в рассудочном формате, для
них гносеология должна быть разумной, так как рассудок может упорядочить
лишь огороженное пространство, а разум – трансцендентное. В русской фило-
софии нет гносеологии, есть софиология – как учение о мудрости.
Ценности православия не потому сегодня выглядят прогрессивными, что они
принадлежат православию, а потому, что в них содержатся человекоохраняю-
щие принципы, отсутствие которых приводит к вырождению. Кроме того они
еще не реализованы человечеством, не получили ни морального, не физическо-
го износа.
Русская философия никогда не противопоставляла философию и религию, не
считала, что богословие делает философию своей служанкой. Наоборот, в
трансценденталиях православия искали способы расширения онтологического
пространства для интеллектуального существования и находили бескрайний
простор для свободного мыслетворчества. Православие воспринималось как
источник вдохновения. «Богословие – стихия свободного познавательного ис-
кания; исходя из него философия не может стать несвободной» [1, с. 90].
Приоритеты православного тезауруса обеспечивают глубокий нравственный
смысл и полноту выражения общечеловеческих ценностей. Средством осмыс-
ления и реализации выступает уникальный в своем роде категориальный аппа-
рат, укомплектованный трансценденталиями, которые требуют сугубо фило-

11
софской рефлексии, которая превращает их в мощный инструмент мобилиза-
ции самых лучших творческих возможностей человека.
В этом контексте православие формирует основу совершенно уникальных от-
ношений между религией и философией. Если протестантская философия пы-
тается «вывести» и доказать религиозные ценности спекулятивными средства-
ми мышления, а католическая философская мысль использует их в качестве
трафарета и клише, пересказывая и втискивая их в философские категории, то
православная философия переводит религиозные ценности в качественно но-
вый духовный план, где происходит постижение философской истины, которая
не содержится в религиозном догмате как таковом [2, с. 40–41].
Так, специфика работы с религиозными ценностями, выраженными в трансцен-
денталиях, обеспечивает русской философии совершенно особое место в фор-
мировании мировоззрения будущего. Достаточно напомнить, что мыслитель-
ные традиции в России закрепили термин «философия» за нефилософским ти-
пом Сознания, где нравственный аспект преобладает над познавательным или
же сама нравственность становится особым, востребованным типом познава-
тельной деятельности.
В качестве демонстрации можно представить понятие всеединство, которое в
русской философии является статическим выражением триединства. В этом
аспекте оно принадлежит к той необходимой качественной определенности, ко-
торая позволяет сохранение любую форму динамики бытия, оно своеобразное
уникальное выражение состояния покоя. Принцип триединства и догмат Трои-
цы не только являются основными средствами описания всеединства, но и объ-
ясняют такие сущностные категории, как личность, симфония, соборность, ко-
фоличность, имя как трансцензус в слух, икона, лик, молитва, свобода как
трансцензус в человека и т. д.
Я остановлюсь лишь на тех трех онтологических началах, Л. Карсавина. Они
строятся в следующем порядке: Бог, Триединство, Личность. Единство этих
категорий в их онтологическом статусе наводит на размышления об их соотно-
симости с тремя другими понятиям: Единое, Целое, Я.
Если принимать утверждение, что первая триада носит онтологический харак-
тер, то, что же из себя представляет вторая? Ясно, что одна из них является
ложной, или иллюзорной. Необходимый ключ развязки может предложить
только гносеология разума (софиология), с помощью интерпретации трансцен-
денталии. Вопрос станет более прозрачным, если прибавить еще одну триаду:
ум, рассудок разум. Их горизонтальные линии образуют еще три вертикальные
триады (рис. 1). (Если применять диалектику бытия и небытия (инобытие) Кар-
савина, то окажется, что вторая триада совпадает с этапом небытия).

12
Онтология

Бытие Бог Триединство Личность

Иллюзорная
онтология

Инобыти Единое Целое Я


е

Гносеология

Бытие Разум Рассудок Ум

Рис. 1. Порядок горизонтальных и вертикальных триад


в онтологии и гносеологии
Первая триада описывает трансцендентные сущности,
вторая – пригодна для организации реальной предметной данности,
третья – формирует порядок мыслительной деятельности.
Было бы несправедливым не увидеть еще две триады, которые читаются по
диагонали: Бог, целое, Ум, и разум, целое, Личность (см. рис. 1).
Кроме того, любую категорию из схемы можно мыслить в качестве центра ор-
ганизации пространства и последовательно описать некоторое видение сово-
купного существования. Методологический потенциал указанных триад в упо-
рядочении бытия практически безграничен. Сделав точкой отсчета любую кате-
горию из схемы, можно получить оригинальный способ описания и упорядоче-
ния пространства мысли.
Так, к примеру, если центром и началом первого бытия является Бог, то центр и
начало второго бытия – Ум. Точки их встречи, пересечения приходятся на реа-
лизацию высшего состояния человека и его высшей познавательной способно-
сти – соответственно это «Личность», «Разум» (рис. 2). В такой расстановке
средние триады, и горизонтальная, и вертикальная, выпадают. Они элимини-
руются как второстепенные и вспомогательные. Однако утверждение их второ-
степенности не тождественно аннуляции их действительности и необходимо-
сти.
Бог Личность

Разум Ум

Рис. 2. Онтологическое и гносеологическое начала


и точки их пересечения
Сводная схема этих триад показывает, что они раскрываются как некий общий
процесс существования и образуют стройную картину, упорядочивающую по-
нятие о бытии вообще. От Бога как начала всего и до конечных точек в обе сто-
роны и от Ума как начала разумного бытия человека симметрично расположе-
ны ключевые понятия. Полноценный контакт онтологии и гносеологии возмо-
жен только на уровне Единства Личности и Разума.
Очень похожие мысли можно прочитать у В. Соловьева, который различает два
вида Абсолюта, абсолюта «двух полюсов». Первый Абсолют – это Первонача-
13
ло, мыслится не как бытие, а как сверхсущий. Второй Абсолют раскрывается
как «становящееся Абсолютное». Оно – не что иное, как космос в целом. В
«Чтениях о Богочеловечестве» Соловьев поясняет: чтобы иметь возможность
проявить себя, Абсолютное из Единого становится Всеединым. Если «про-
странство» Единого представляет собой абсолютную целостность, то простран-
ство второго Абсолюта тоже, но целиком в бесконечных трещинках. Его цело-
стность обеспечивается Софией [3].
В той же идее Троицы Д.Л. Мережковский раскрывает человеческую сущность,
заключенную в трех заветах: Завет Отца получает свою осуществление в языче-
стве и в создании религии Бога в мире; Завет Сына реализуется в историческом
христианстве, в установлении религии Бога в человеке; Завет Святого Духа
толкуется как Дух Матери, в нем первые два завета соединяются, что является
фактом формирования истинной религии – религии Богочеловечества, высту-
пающей истинной основной со-Единения духа и тела, неба и земли, материаль-
ного и идеального, Христа и человека [4].
Самые причудливые комбинации категорий триад дают абсолютное разнообра-
зие средств упорядочения. Именно поэтому рассматриваемое всеединство вы-
глядит как форма устроения бытия, способ его организации. Л. Карсавин
убежден, что Бог открывается нам «в двуединстве нашем с Ним», что связано с
диалектикой бытия и не-бытия, Абсолюта и Иного. Взаимопревращение бытия
и не-бытия выглядит как единство, которое самовоссоединяется, пройдя через
саморазъединения. Мир – это Иное Бога. Мир – это «становящееся Абсолют-
ное».

Литература
1. Карсавин Л. Восток, Запад и русская идея. Пг., 1922.
2. Хоружий С.С. Философский процесс в России как встреча философии и православия
// ВФ. 1991. № 5.
3. Соловьев В.С. Соч.: В 2 т. М.: Мысль, 1990. Т. 1.
4. Мережковский Д.С. Христос и антихрист. М.: Книга, 1990.

14
Светлана Николаевна Оводова
Омский государственный университет имени Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: sn_ovodova@rambler.ru

ОТ КОЛОНИАЛИЗМА ДО ТЕОЛОГИИ ОСВОБОЖДЕНИЯ: КОНЦЕПТЫ


ДРУГОГО, ВЛАСТИ И УГНЕТЕНИЯ В ДИСКУРСЕ ТЕОРИИ И ФИЛОСОФИИ
КУЛЬТУРЫ1

Аннотация. В статье анализируются дискурсы подчинения и угнетения, концепты Дру-


гого и власти в колониализме, постколониальных исследованиях, деколониальной оп-
тике, теологии освобождения. Выявляются точки пересечения понятий теологии осво-
бождения и постоклониальных исследований. Теология освобождения, постколони-
альные исследования и деколониальный поворот – это три разные модели отрицания
глобализма и модерна, однако общим в данных теориях является акцентуация локаль-
ных смыслов.
Ключевые слова: культура, дискурс, угнетенные, глобальное, теология освобождения,
постколониальные исследования, деколониальный поворот, теория и философия
культуры.

S. N. Ovodova
Dostoevsky Omsk State University
the Russian Federation, Omsk

FROM COLONIALISM TO LIBERATION THEOLOGY: THE CONCEPTS


OF THE OTHER, POWER AND SUBALTERN IN THE DISCOURSE OF THEORY
AND PHILOSOPHY OF CULTURE

Abstract. The article analyzes the discourses of submission and oppression, the concepts of
the Other and power in colonialism, postcolonial studies, decolonial optics, and Liberation
theology. The intersection points of the concepts of Liberation theology and postclonial stud-
ies are revealed. The Liberation theology, postcolonial studies, and decolonial turn are three
different models of the denial of globalism and modernity, but the generalization in these
theories is the accentuation of local meanings.
Keywords: culture, discourse, subaltern, global, Liberation theology, postcolonial studies, de-
colonial turn, theory and philosophy of culture.

В рамках статьи мы рассмотрим, как концепты Другого, дискурсы доминирова-


ния и подчинения осмыслялись в колониализме, постколониальных исследова-
ниях, деколониальной оптике, теологии освобождения.
Гюстав Лебон в работе «Психология народов и масс» (1894–1895) говорит о
том, что разница культур предопределена психологическими свойствами рас.
Дальнейшее развитие расовой теории обосновывало легальность колониализма.
Отдельные расы признавались более совершенными, что, по мнению предста-
вителей расовой теории, давало им возможность задавать тенденции развития
иным народам, которые признавались отстающими. Расовая теория вкупе с
15
эволюционизмом создает в теории культуры европоцентристскую иерархичную
модель развития культур. Европейский опыт развития культуры признается
наиболее достойным, остальные культуры помещаются в подчиненное положе-
ние. Такой подход иллюстрирует имперскую модель понимания «глобального».
Культуры делятся на образцовые (доминирующие) и другие культуры. В дан-
ном случае понимание глобального мира воплощается в модели единого уни-
фицированного пространства, выстроенного по «идеальному» образцу. Доми-
нирующая культура задает темп и направление движения, формирует ключевые
тенденции развития глобального, а также определяет критерии оценки эффек-
тивности развития локальностей, которые должны репрезентировать смыслы
доминирующей культуры. При таком подходе самоценность «локального» сти-
рается, «локальное» не признается пространством, которое может породить
значимые смыслы.
Реакцию на такую колониальную модель мира мы можем увидеть во множестве
теорий, где переосмысляются статус Другого и позиции доминирующего и уг-
нетенного. Причем такая рефлексия осуществлялась не только на интеллекту-
альном уровне, но и в виде социальной практики. В частности, борьба за полит-
корректность и за равноправие рас оказывается созвучной второй волне феми-
низма, где также рассматривались вопросы доминирования и угнетения. Дис-
куссия полигенистов и моногенистов по вопросу происхождения и специфики
рас продолжается в спорах о гендере, устойчивой антропной характеристике,
предполагающей членение всего человечества на два вида. Гендерный дискурс
вписался в дискуссию о происхождении видов и их равноправии. Дискуссия о
происхождении рас от множества видов или от одного вида связана с выте-
кающими из этой дискуссии вопросами о неравенстве видов, о власти и подчи-
нении. Значимым является то, что вопросы о гендере в первую очередь возник-
ли в связи с преодолением неравноправия полов, это свидетельствует о том, что
дискурс о гендере представляет собой модификацию дискуссии о происхожде-
нии видов.
Проблематика власти, системы доминирования и подчинения осмыслялись во
многих исследовательских традициях ХХ и ХХI вв.: феминизм, cultural studies,
постмодернизм, постколониальные исследования, деколониальная оптика и т.п.
Теология освобождения стоит особняком в данном ряду. В рамках теологиче-
ской традиции она рассматривается как периферийное направление, не пред-
ставляющее интереса. Однако если мы рассмотрим положения теологии осво-
бождения в контексте осмысления дискурса власти и подчинения в социально-
гуманитарных науках, то данная теологическая система взглядов вписывается в
длительную традицию.
Формирование теологии освобождения оказывается синхронным формирова-
нию постмодернизма. Эти направления мысли обычно не связывают и не видят
в них общих черт. Мы хотим продемонстрировать, как очень похожие интел-
лектуальные конструкции, осмысляющие Другого, осмысляющие доминирова-
ние и угнетение сформировались в разных интеллектуальных традициях.

16
В постмодернизме актуализируется обращение к маргинальным, периферий-
ным смыслам культуры, происходит возрождения интереса к Другому, иному
самому по себе, понятому внутри его же собственного социокультурного кон-
текста. Отказ от логоцентризма влечет за собой актуализацию интереса к иным
внедискурсивным и маргинальным практикам. Ризоматичность – это отказ от
аристотелевской классической логики, от древовидной культуры, от наличия
пронизывающей всю культуру единой идеологии и внятной ценностной моде-
ли. Постмодернизм девальвирует мегапроекты модерна, признается, что идеи
Большого модерна насколько эффективны и рациональны, настолько же
уменьшают ценность отдельной жизни [1].
В модерне возникает феномен тотальной мобилизации, направленный на реали-
зацию мегапроектов. Идея доминирующей мировой системы, великих проры-
вов в науке, производстве, культуре, покорение космоса, успешная жизнь по
образу американской мечты, – все эти проекты рассчитаны на сверхрациональ-
ное расходование сил и времени человека. Мегапроекты модерна требовали от
человека усилий, во многом превосходящих возможности человеческой приро-
ды. В модерне человек должен работать на достижение сверхцели, которая не-
воплотима в пределах его жизни. Великие проекты модерна находятся за гра-
нью, как жизненного пути, так и усилий отдельно взятого конкретного челове-
ка.
Постколониальные исследования (postcolonial studies), возникшие как критиче-
ская теория, акцентирующая внимание на наличии господства и подчинения в
культуре и представляющая собой развитие идей постмодернизма, оказала
влияние на методологию философии и теории культуры. Исследователи декон-
струируют колониализм и его властные образы и пытаются воссоздать само-
бытный облик подчинявшейся культуры или социальной группы. Постколони-
альные исследования критикуют то, что смыслы, тенденции и принципы разви-
тия глобальному миру задает Запад, который, как отмечает Э. Саид, конструи-
руется в качестве концепта только в противопоставлении условному Востоку.
Колониальность является оборотной стороной модерности и неизбежно связана
с формированием капитализма. Критика колониализма как исторического фак-
та связана с осмыслением опыта иных, Других, ранее вытесняемых из доми-
нантного дискурса и главенствующих культурных практик.
Postcolonial studies представляют собой развитие идей о власти и дискурсах М.
Фуко, также они используют метод деконструкции, разработанный Ж Деррида.
Применение указанных европейских схем мышления мы находим в работах G.
Spivak, где она рассуждает о возможности или невозможности дискурса Subal-
tern. Невозможность Subaltern говорить проявляется как раз в отсутствии ре-
сурсов и символической власти, что затрудняет доступ к публичному дискурсу.
Идеи Деррида напрямую продолжает H. Bhabha, который даже в названиях
своих работ делает прямые отсылки к Деррида. Bhabha использует метод де-
конструкции при исследовании концепта «нации».
Обращение к основным положениям теологии освобождения сквозь призму по-
стколониальных исследований позволяет нам увидеть одинаковые идеи, разво-
17
рачивающиеся в разных областях, что говорит о наличии общих тенденций и
тем, которые были значимыми для того периода.
«Теология освобождения» – это богословско-практическое радикальное движе-
ние внутри Римско-Католической Церкви, которое формируется в 1960-е гг. в
странах Латинской Америки. Представителями данного движения признается
очень значимым контекст формирования теологии, что выражается в идее того,
что теологии, созданная в доминирующем мире, и теология, созданная в подчи-
ненном мире, – это разные теологии. В теологии освобождения, как и в постко-
лониальных исследованиях, поднимается тема борьбы с модерном как феноме-
ном Западной доминирующей культуры. В частности, в теологии освобождения
критикуется «Церковь как великий институт» с центрами в богатых странах.
Борьба против институтов, которые диктуют направление развития всем под-
чиненном территориям, отличает постоклониальные исследования, но также
мы видим эти же идеи в теологии освобождения. Мы не оцениваем феномен
теологии освобождения с этической точки зрения, нам важно понять, какие ин-
теллектуальны схемы воспроизводит данное направление. Бедные страны Ла-
тинской Америки понимают свое подчиненное состояние и отдельные интел-
лектуалы-священники начинают трактовать Священное Писание сквозь призму
актуальных социально-экономических проблем. По мнению теологов освобож-
дения, теология доминирующих стран слишком абстрактна (можно даже про-
должить эту мысль: таким образом, Священное Писание отчуждается). Теоло-
гия освобождения выступает за подлинное делание, для нее ортопраксия воз-
вышается над ортодоксией. Теология освобождения призывает освободиться не
только от греха, но и от угнетения. Бедность в теологии освобождения воспри-
нимается как источник греха, поэтому освобождение людей от бедности при-
равнивается ими к освобождению от греха.
Освобождение от греха в теологии освобождения понимается как освобожде-
ние от бедности и освобождение бедных. В рамках теологии освобождения
происходит расширение понятия бедности. Признаются два типа бедности: 1)
социально-экономические бедные (реальные неимущие); 2) евангельские бед-
ные. Евангельские бедные – это более широкое понятие, оно включает в себя и
реальных бедняков и тех, кто борется за права угнетенных. Таким образом,
бедные из трактовки их как объектов, по отношению к которым направлена
помощь, становятся субъектами преобразования, за которыми признается право
на борьбу путем открытой революционной борьбы. В данном контексте Иисус
понимается не только утешитель, но и как освободитель угнетенных.
Визуализацией данной теологической системы является плакат Альфредо Рост-
гаарда «Иисус партизан» (1969 г.). В данном случае эксплуатируется образ
жертвы во имя спасения, но трактуется он социально-политически.
По сути в «теологии освобождения» мы имеем дело с политической герменев-
тикой Писания. С методологической точки зрения теология освобождения
представляет собой микс герменевтики и марксизма. Концепции марксизма о
борьбе классов, критика капитализма продолжают свое развитие в теологии ос-
вобождения в виде идей борьбы с влиянием Запада на политику и теологию Ла-
18
тинской Америки, борьбы бедных за свои права, в критике капитализма как
системы, которая привела к возникновению бедности.
Постколониальные исследователи обращаются к опыту мигрантов и колоний,
для обозначения данного опыта используется фигура угнетенного, «подчинен-
ного» (subaltern в терминологии Г. Спивак. Subaltern и его интересы, утвержда-
ет Спивак, не могут быть репрезентированы официальным институтом, т.к. ин-
ститут не говорит языком угнетенных, а конструирует свой собственный язык и
отстаивает свои интересы. В связи с отсутствием символической власти
subaltern не может получить доступ к дискурсам культуры и там репрезентиро-
вать смыслы, отражающие его идентичность. Опыт подчиненного эксплуатиру-
ется институтами для получения большей власти, однако этот опыт проговари-
вается в понятиях института, который якобы отстаивает интересы угнетенного
и пытается решить его проблемы, но subaltern молчит. На эту проблему указы-
вают представители постколониальных исследований: разрыв репрезентации и
реальности, языка института и реальной идентичности субалтерна.
Когда в рамках теологии освобождения интеллектуалы-священники начинают
говорить от лица бедных и за бедных и вводят для этого понятие «евангельских
бедных», то как раз происходит ситуация подмены. Угнетенные не говорят са-
ми, за них опять говорит кто-то другой.
Постколониальная теория получает свое развитие в деколониальном повороте.
Представители decolonial turn говорят о различии колониализма как историче-
ского факта и колониальности как схем мышления, продолжающих воспроиз-
водить доминирование и подчинение в культуре. Несмотря на то, что колониа-
лизм как факт остался в прошлом, тем не менее, властные механизмы угнетения
продолжают действовать. Представители decolonial option критикуют postcolo-
nial studies за то, что те обозначили проблему угнетения и доминирования, но
для описания этой проблемы используют западные интеллектуальные образцы.
Деколониальный поворот ставит вопрос о категориях восприятия культурной
реальности, акцентируя внимание на том, что привычные теоретику культуры
понятия и категории, в большинстве порождены западной наукой.
Предтечей деколониального поворота признаются работы Э. Дусселя [2].
Именно его философия освобождения дает импульс к развитию идей постколо-
ниальных исследований и интерпретации их в духе деколониальной оптики.
Многие положения теологии освобождения пересекаются с постколониальны-
ми исследованиями. В обеих теориях подчеркивается особый статус угнетен-
ных и необходимость позволить им изъявлять свои права; обе теории представ-
ляют собой критику капитализма, глобализма и Западной модели модерна. Од-
нако теология освобождения с уровня теории переходит в практическое дейст-
вие (ортопраксия), которое связано с открытой борьбой с угнетателями. Деко-
лониальный поворот, который представляет собой развитие идей постколони-
альной теории, наоборот отрицает всякое насилие и выступает за необходи-
мость выстраивать вне иерархические системы, вне насильственные системы.
Теология освобождения, постколониальные исследования и деколониальный

19
поворот – это три разные модели отрицания глобализма и модерна, однако об-
щим в данных теориях является акцентуация локальных смыслов.

Примечание
1
Исследование проводилось при поддержке гранта Президента РФ, проект МК-6373.2018.6.

Литература
1. Зайцев П. Л. Инициационные стратегии «большого» модерна // Омский научный вестник.
2011. № 6 (102). С. 74–77.
2. Черноморская Д. А. Проблема насилия и эпистемологического исключения в философии
Энрике Дусселя // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Философия.
2015. № 3. С. 146-153.

20
Владимир Борисович Яшин
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Омский государственный педагогический университет,
Центр гуманитарных, социально-экономических
и политических исследований-2
Россия, г. Омск
E-mail: yashin.vb@mail.ru

ВИЗУАЛЬНЫЕ МАРКЕРЫ КОНФЕССИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ В


ПРЕДСТАВЛЕНИЯХ ВЕРУЮЩИХ ЖИТЕЛЕЙ ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

Аннотация. На основании анализа материалов комплексного социологического иссле-


дования, проведенного в конце 2018 – первом квартале 2019 гг., конструируется ие-
рархия признаков, по которым верующие жители Омской области идентифицируют
последователей своей конфессии. Делается вывод о смещении визуальных маркеров на
периферию в структуре религиозной идентичности в современных условиях. При этом
представления о религиозной символике как атрибуте репрезентации веры в настоя-
щее время связаны преимущественно со сферой стереотипов массового сознания и
лишь в некоторой степени отражают реальные социокультурные практики.
Ключевые слова: религия; религиозная идентичность; социология религии; Омская об-
ласть.
V. Yashin
Dostoevsky Omsk State University,
Omsk State Pedagogical University,
Centre of Humanitarian, Social-Economic and Political Research – 2
the Russian Federation, Omsk

VISUAL MARKERS OF CONFESSIONAL IDENTITY IN THE VIEWS OF THE


FAITHFUL RESIDENTS OF THE OMSK REGION

Abstract. Based on the analysis of the materials of a comprehensive sociological study con-
ducted at the end of 2018 – the first quarter of 2019, the hierarchy of signs by which the faith-
ful residents of the Omsk region identify the followers of their denomination is constructed.
The conclusion is made about the shift of visual markers to the periphery in the structure of
religious identity in modern conditions. At the same time, the ideas of religious symbolism as
an attribute of the representation of faith are currently associated mainly with the sphere of
stereotypes of mass consciousness and only to some extent reflect real socio-cultural prac-
tices.
Keywords: religion; religious identity; sociology of religion At the same time, the ideas of reli-
gious symbolism as an attribute of the representation of faith are currently associated mainly
with the sphere of stereotypes of mass consciousness and only to some extent reflect real
socio-cultural practices. Omsk region.
Не вызывает сомнения, что в настоящее время мир переживает переходную
эпоху, вектор которой пока невозможно определить. Не случайно сегодня все
чаще высказывается мнение о приближении точки сингулярности, что приме-
нительно к гуманитарной сфере означает вступление человечества в состояние,

21
в котором не действуют привычные социокультурные закономерности и теряют
смысл все прежние представления о человеке и обществе. Активные трансфор-
мационные процессы протекают даже в такой консервативной социальной под-
системе, как религия, что неизбежно приводит к размыванию, деформации и
переформатированию религиозной идентичности, а также средств ее репрезен-
тации [см., например, 1]. В этих условиях нарастает актуальность пересмотра
фундаментальных концепций в различных областях гуманитарного знания, с
одной стороны, а с другой, – прикладных исследований с целью аккумулирова-
ния эмпирических данных о текущем состоянии все более нестабильной социо-
культурной реальности, без чего этот пересмотр превратится в малосодержа-
тельную умозрительную схоластику.
С учетом сказанного обратимся к результатам комплексного социологического
исследования, проведенного под научным руководством автора данной статьи в
конце 2018 – первом квартале 2019 гг. на территории г. Омска и муниципаль-
ных районов Омской области. Объектом выступили верующие в возрасте от 18
лет, принадлежащие к различным конфессиям – от православия, ислама и иуда-
изма до бабаджитов и приверженцев славянского неоязычества. Методы иссле-
дования – фокус-группы и глубинные интервью.
Одной из задач данного исследования было определение основных параметров,
атрибутирующих, по мнению жителей региона, их религиозную идентичность.
В рамках решения указанной задачи, в частности, задавался следующий вопрос:
«Представьте, что Вы находитесь на оживленной улице или в каком-то ином
общественном месте. Можете ли Вы среди множества незнакомых людей «вы-
числить» своих единоверцев? Если да, то по каким признакам?».
Ряд участников исследования указали, что сегодня по внешним признакам кон-
фессиональную принадлежность определить невозможно, при этом как аргу-
мент, прежде всего, приводилось отсутствие конфессиональной привязки в
одежде. Отмечалось, что конфессиональный дресс-код соблюдают лишь немно-
гие верующие, а большинство предпочитают стандартную одежду, принятую в
секулярном обществе. «Лет 20 назад я мог увидеть спокойно, где-то на вокза-
ле увидеть христиан, а сейчас, может быть, как-то в мусульманстве и право-
славии более сохраняется, истинно верующие люди придерживаются свято-
сти в одежде, но эта грань стерлась» (Калачинский МР Омской области, бап-
тист, 43 года). Примечательно, что такое мнение разделили и вайшнавы, хотя в
антисектантской литературе Общество сознания Кришны фигурирует как хре-
стоматийный пример «тоталитарной секты», жестко контролирующей все ас-
пекты жизни своих адептов: «У нас, в основном, – нормальные, обыкновенные
люди. У них нет ярких признаков, например, – женщина-мусульманка идёт – ее
видно, у неё такой головной убор, полностью закрыты шея и волосы. Или, на-
пример, женщины-баптистки – их тоже можно определить, потому что у
них голова прикрыта платочком, при этом они не накрашенные. А наши – нор-
мальные, обыкновенные люди, и в брюках женщины ходят, и всё, как обычно, –
они сильно внешне не отличаются» (г. Омск, представительница Общества
Сознания Кришны, 47 лет). «Девушки Харе Кришна часто ходят в длинных юб-
22
ках, но это не 100%, это не так строго <…> Есть такие кришнаиты, как мы
с мужем, которые вообще не палятся особо, не отсвечивают» (г. Омск, пред-
ставительница Общества Сознания Кришны, 27 лет).
Было отмечено также, что дресс-код, установленный в разных конфессиях, мо-
жет совпадать или быть похожим. «По Казахстану скажу, меня путали раньше
с мусульманками, так как в холодные времена я куталась в платочек, шла в
храм, и меня называли мусульманкой, потому что с виду – вроде бы, – скром-
ная одежда. Это можно спутать. Здесь, в России путают с баптистами» (г.
Омск, православная, 21 год).
Кроме того, обращалось внимание на то, что одежда, обычно считающаяся
конфессионально обусловленной, на самом деле может быть не связанной на-
прямую с религией: «У меня есть много знакомых, выросших в деревне, кото-
рые просто чтят русские традиции. Неважно, какая вера, может быть, это
язычество, может быть еще что-то – просто русские традиции – русский по-
садский платок, те же длинные платья, скромное одеяние» (г. Омск, право-
славная, 21 год).
В то же время большинство участников исследования выразили уверенность в
том, что определить их единоверцев по визуальным маркерам все-таки можно.
Чаще всего речь шла о внешних признаках особых духовно-психологических
состояний, причем в этом контексте в первую очередь упоминалось выражение
глаз. «Люди обычно идут, глаза как стеклянные, в своих мыслях копошатся. У
человека воцерковленного глаза совсем другие» (Муромцевский МР, православ-
ный, 64 года). «Светлые глаза – они лучатся, их видно, будь то мужчина или
женщина, неважно, – с другого конца Земли» (Саргатский МР, последователь
движения «Звенящие кедры России», 65 лет). «В общественном транспорте
ездишь? Понаблюдай за ними, и ты увидишь, может быть, одного в автобусе
живого. Встретитесь с ним глазами, и ты увидишь – он живой. Живой – как
понятие» (Омский МР, последователь славянского неоязычества, 55 лет).
Еще один психофизиологический параметр, значимый для идентификации еди-
новерцев, – улыбка, счастливое выражение лица. «А признаки очень простые.
Весь город живёт проблемами, и человек с утра до вечера решают проблемы.
Одну решил, вторую решают, вторую решил, третью решают. Люди посто-
янно загруженные, у них мозг не отдыхает. У них мозг направлен на решение
проблем. А человек, который живёт в родовом поместье, у него этих проблем,
практически, не должно быть. Это счастливый человек. А как можно увидеть
счастливого человека на улице? Это человек с открытой душой и улыбается.
Он смотрит на тебя теплым взглядом» (Саргатский МР, последователь дви-
жения «Звенящие кедры России», 44 года). «Христиан вообще узнают по вы-
ражению лица, по улыбке, по настроению» (Саргатский МР, баптист, 65 лет).
«Это люди, у которых всегда хорошее настроение» (г. Омск, представитель
Общества сознания Кришны, 49 лет). «Первый признак – они всегда будут улы-
баться» (г. Омск, представитель Общества сознания Кришны, 29 лет).
Кроме того, в качестве внешних признаков своих единоверцев назывались спо-
койствие, несуетность, душевное равновесие. «Лицо более умиротворенное,
23
есть некая отрешенность, то есть, неполная погруженность в мир. Неверую-
щие – обычно растворяются, а верующие – немножко трезвятся, они стара-
ются в предстоянии перед Богом находиться, молятся, чуть-чуть дистанци-
руются – я это замечаю» (г. Омск, православный, 46 лет).
Второй по частоте упоминаний визуальный маркер конфессиональной иден-
тичности – все-таки одежда и головные уборы. «Они будут не совсем обычно
одеты, у женщин длинные юбки, красочные, красивые» (Муромцевский МР,
представитель Общества сознания Кришны, 32 года). «Если пойдет он в веди-
ческой рубашке, то сразу всё понятно, перевязанный ещё поясом. Тут сразу ви-
дать» (последователь славянского неоязычества – инглинг, 65 лет). «Как пра-
вило, стремятся одежду неяркую носить, неброскую» (Саргатский МР, пред-
ставитель движения «Звенящие кедры России, 34 года). «Во-первых, внешний
вид. Юбка, платье, неоголенные, замужние в платке, колец нет, краски нет,
золота нет. Какой ты есть, такой есть» (Черлакский МР, баптистка, 68 лет).
«Баптисты ходят: платочек, длинная юбка. Девушек никогда не увидишь в
брюках» (Черлакский МР, баптистка, 68 лет). «Православных, истинно верую-
щих, которые ходят в церковь, их можно по одежде отличить, покрытая го-
лова, нет макияжа, в длинном» (Тарский МР Омской области, православная, 32
года). «По тюбетейке» (Калачинский МР Омской области, мусульманин, 66
лет). «Если женщина мусульманка, то она в хиджабе» (участник фокус-группы
– Тарский МР, мусульманин, 32 года).
Довольно часто в исследуемом контексте упоминались длинные волосы у муж-
чин, борода: «Многие мужчины носят достаточно длинные волосы, далеко не
все, конечно» (Саргатский МР, представитель движения «Звенящие кедры Рос-
сии, 34 года). «Борода сейчас – не самый главный признак, потому что это
сейчас в тренде, модно, но, тем не менее, это о чём-то говорит. Православные
– они не любят бриться» (г. Омск, православный, 46 лет).
Некоторые участники исследования в качестве внешних признаков привержен-
цев той же веры, что и они, назвали их поведение, причем в основном речь шла
о нравственных поступках и соблюдении норм вежливости: «Чаще всего это
люди, которые готовы помочь, прийти на помощь кому-либо. Если возникают
какие-то трудности, то они готовы поддержать, помочь, которые не стре-
мятся получить для себя какие-то выгоды, а готовы поделиться или уступить
место» (г. Омск, представитель Общества сознания Кришны, 49 лет). «Если
один какой-то упал, а другой его поднимает, – это значит уже – человек на-
шей веры. Он не прошел мимо» (Саргатский МР, православная, 59 лет).
Что касается действий ритуального характера, то они упоминались лишь в еди-
ничных случаях. «Можно определить человека воцерковленного, причём, тако-
го человека, который поборол стеснение в себе перекреститься на храм. Это
уже яркий маркер к определенной группе людей, которая себя идентифицирует
с соборностью» (г. Омск, православный, 38 лет). «[Узнаю единоверца,] если он
пойдет куда-то, расстелет коврик, молиться начнет» (Тарский МР, мусуль-
манин, 32 года).

24
Так же редко среди маркеров конфессиональной идентичности указывалась ре-
лигиозная символика. Соответствующие суждения, главным образом, высказы-
вали православные (нательный крестик) и вайшнавы (тилак – пятно на любу,
четки). В то же время религиозная символика зачастую упоминалась как яркий
признак представителя иной веры: «Много язычников, они как раз на себя та-
кие символы надевают языческие – топор, руны, шрифт, символы. Они пока-
зывают, это тоже их такая проповедь» (г. Омск, православный, 38 лет). «По
машинам даже – у протестантов есть такая рыбка – только по рыбке сразу
вижу. Наклейка такая, знак нарисованный» (г. Омск, мужчина, 30 лет, адвен-
тист седьмого дня). Тем самым есть основания сделать вывод о том, что пред-
ставления о религиозной символике как атрибуте репрезентации веры в на-
стоящее время связаны преимущественно со сферой стереотипов массового
сознания и лишь в некоторой степени отражают реальные социокультурные
практики – на самом деле в самых разных конфессиональных средах бытовое
оперирование религиозной символикой (как и приверженность ритуальным
практикам в быту) сегодня не соблюдается большинством верующих как обяза-
тельная норма.
В целом результаты проведенного исследования свидетельствуют о довольно
слабом влиянии религиозных канонов на повседневные практики верующих
жителей Омской области в публичном пространстве. При этом прослеживается
далеко зашедшая приватизация религии: вера, религиозность воспринимается
жителями региона преимущественно как экзистенциальное состояние, не тре-
бующее внешней демонстрации принадлежности к той или иной конфессии.
Соответственно в современных условиях визуальные маркеры смещены на пе-
риферию в структуре религиозной идентичности – если в массовой секулярной
культуре сегодня «визуальные конструкты постепенно вытесняют вневизуаль-
но-интеллектуальные» [2, с. 14], то в религиозной сфере наблюдается противо-
положный процесс. Кроме того, выявленная относительно низкая актуальность
внешних атрибутов конфессиональной принадлежности для верующих жителей
Омской область позволяет сделать вывод о достаточно благополучной текущей
ситуации в религиозной сфере региона, поскольку повышенной модальностью
визуальные маркеры как система кодов, позволяющих распознавать людей по
принципу «свой – чужой», обладают, прежде всего, в условиях либо экспли-
цитных межконфессиональных конфликтов, либо диктатуры, базирующейся на
идеологии религиозного экстремизма.

Литература
1. Зайцев П.Л., Кузьмина Е.В., Оводова С.Н., Мильчарек Т.П., Мильчарек Н.А., Деревянчен-
ко Ю.И. Фактор самоидентификации в современных религиозных и культурных процессах
(на материале Омской области). Омск : Амфора, 2019. 142 с.
2. Покровский Н.Е. Умение видеть и искусство понимать // Штомпка П. Визуальная социо-
логия. Фотография как метод исследования / пер. с польск. Н.В. Морозовой, авт. вступ. ст.
Н.Е. Покровский. М. : Логос, 2007 С. 8-17.

25
Владимир Ильич Разумов
Омский государственный университет имени Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: razumovvi@omsu.ru

ВИЗУАЛИЗАЦИЯ РАССУЖДЕНИЙ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

Аннотация. Обсуждается тема необходимости включения в современную интеллекту-


альную культуру методов и технологий визуализации рассуждений. Приводятся опы-
ты визуализации в познании и практике. Излагается подход к развертыванию визуа-
лизации рассуждений в ранге категориальных схем, ориентированных на междисцип-
линарные исследования, и выполненных на базах категориально-системной методоло-
гии и теории динамических информационных систем.
Ключевые слова: Визуализация, инсейфинг, категориальные схемы, категориально-
системная методология, междисциплинарные исследования, номологическая база, рас-
суждения, теория динамических информационных систем.

V. I. Razumov
Dostoevsky Omsk State University
the Russian Federation, Omsk

THE VISUALIZATION OF DISCUSSION: THEORY AND PRACTICE

Abstract. The topic of the need for inclusion of methods and technologies for discussion visu-
alization in the modern intellectual culture is discussed. Visualization experiments in knowl-
edge and practice are made. The approach to the deployment of the visualization of discussion
in the rank of categorical schemes with a focus on interdisciplinary research and based on the
categorical-system methodology and the theory of dynamic information systems is described
Keywords: visualization, “the insafing”, categorical schemes, the categorical systemic method-
ology, an interdisciplinary research, the nomological base, discussions, the theory of dynamic
information systems.

Человеческая деятельность все более интенсивно употребляет в своем развитии


визуальные компоненты. На этом фоне такая важная область жизнеобеспечения
как интеллектуальная деятельность чрезвычайно мало включает в себя компо-
ненты визуализации. В распространенном представлении визуализацию рассу-
ждений связывают с сопровождением научного, учебного, проектировочного
процессов иллюстрациями, поясняющими основной материал, представленный
в привычном линеаризованном тексте. Задача использования визуализации в
ранге инструмента рассуждения хотя и решается от опытов геометрического
обоснования рассуждений Платоном и неоплатониками, Н. Кузанским, Б. Спи-
нозой, но она практически не решена на уровне таком, чтобы визуализация рас-
суждений стала повседневной практикой для интеллектуалов.
Интересные опыты визуализации рассуждений были предприняты как построе-
ние схем деятельностей в направлении организационно-деловых игр, лидером
которых с 70-х г. XX в. выступал Г.П. Щедровицкий, а после его многочислен-
26
ные ученики и последователи. Также стоит выделить возникшую в этот же пе-
риод в США школу управления, называемую реинжинирингом бизнес-
процессов, где любой усовершенствуемый, а в идеале автоматизируемый про-
цесс, детально представляется в форме схемы «процесс как он есть». Однако,
даже в этих направлениях визуализации рассматриваются в основном как до-
полнения к привычным приемам описания объектов в форме текстов. В этой
ситуации странными представляются такие объекты как географические карты
и технические чертежи, поскольку они выступают продуктами работы ума, но
не инструментами организации рассуждений непосредственно.
Идея визуализации рассуждений обосновывается следующими соображениями.
Фактически, логика Аристотеля, доведенная до уровня массовой интеллекту-
альной практики в XVII в. в виде логики Пор-Рояль [1], предусматривает
оформление любого рассуждения как линеаризованного текста. При этом мы
мало задумываемся о том, что процесс мышления многомерен, и уже переходя
к привычному способу рассуждения субъект осуществляет гомоморфное ото-
бражение многомерной мысли в двумерное рассуждение, ориентированное на
речь и письмо. Естественно, при этом происходят потери смысла и содержания
исходной мысли. Наука и техника уже со второй половины XIX в. работают со
все более сложными объектами, а технологии XXI в. окружили человека все
более сложными конструкциями. В результате наблюдается существенное от-
ставание конфигураций знания от организации и устройства объектов. Слабое
использование в интеллектуальных практиках визуализации приводит к тому,
что ходе рассуждений чрезвычайно мало используется потенциал правого по-
лушария головного мозга, а, следовательно межполушарный диалог.
В ответе на вопрос о том, как включить визуализации в теорию и практику рас-
суждений обратимся к категориальным схемам. При этом, выделяя три подхода
к категориям как к «родам бытия» (Платон), родам знания (Аристотель), «поня-
тиям, организующим мышление» (И. Кант), будем придерживаться подхода
Канта.
В качестве элементарного примера того, каким образом категории могут быть
использованы в подготовке любой интеллектуальной работы приведем техно-
логию построения простой категориальной схемы для исследования любого ви-
да. Итак, обратим внимание на то, что большинство научных работ реализуется
в ситуации «не осмысленной неполноты». Если даже предположить, что клю-
чевые слова (категории) адекватно репрезентируют объект, окажется, что все
возможные их комбинации определяются формулой n!, где n есть число ключе-
вых слов. Естественно, для большинства случаев, даже когда ключевых слов 4
(4!=1×2×3×4=24), в исследовании практически никто не прорабатывает все 24
комбинации для данных категорий. Для выхода из данного затруднения перей-
дем к установке на «осмысленную неполноту». 1. Возьмем набор ключевых
слов, к примеру, для любой из научных публикаций. 2. Запишем их в произ-
вольной последовательности. 3. Вообразим, что эти категории есть множество
вершин для ориентированного графа. 4. Укажем цифрами актуальную для нас в
данном случае последовательность обхода вершин как последовательность из-
27
ложения разделов работы. 5. Построим с учетом уже установленной последова-
тельности переходов от категории к категории соответствующий орграф. 6.
Проведем между данными вершинами дополнительные связи. При этом мы
сознательно игнорируем утверждение о том, что «все связано со всем», а про-
водим те и только те связи, которые будем специально описывать в работе. 6.1.
В изображении связей в данном орграфе (форматом стрелок, их направлением)
выражается их характер (прямая, обратная, сильная, слабая связи). Примечание.
Каждая из выделенных на таком орграфе связей должна быть описана в пояс-
нении к данной схеме. Данная технология элементарно применяется в подго-
товке курсовых, выпускных квалификационных работ, статей и т.д. по разным
специальностям. Она очень эффективна именно при проведении междисципли-
нарных исследований, включая разработки учебно-методических материалов,
проектов.
В принципе установка на визуализацию рассуждений с применением аппарата
категориальных схем имеет прямое назначение в применении к развертыванию
междисциплинарных исследований. Междисциплинарные исследования остро
необходимы для преодоления тенденций фрагментации в науке, образовании,
проектировании. Однако развертывание таких исследований тормозится отсут-
ствием методологии, способной реализовать особый подход к реальности уже
на уровне задания предмета изучения. В интересах преодолеть отмеченные
трудности предлагается использовать аппарат категориальных схем, которые в
традиции И. Канта рассматриваются конструкциями, организующими мышле-
ние, рассуждения. Устройство таких схем организуется на двух теоретических
базах: категориально-системной методологии (КСМ) [2] и теории динамиче-
ских информационных систем (ТДИС) [3]. Предложенный подход к категори-
альным схемам сам по сути междисциплинарен, поскольку ориентируется на
синтез философии, физики, математики, развернутый до уровня технологии
синтеза систем [4]. Демонстрируется, каким образом технологии конструиро-
вания категориальных схем на основе ТДИС могут быть доведены до уровня
автоматизации [5]. Излагается как это можно реализовать в формах: универ-
сальной, математически связной и имеющей формальный алфавит системе ка-
тегорий – номологической базе [6]; новой организационно-деловой игре – ин-
сейфинг [7]; компьютерных программах для автоматизации рассуждений на
уровне конструирования категориальных схем [8].
В качестве примеров, подтверждающих продуктивность данного подхода,
можно обратиться к электронным библиотекам, где представлены публикации
(к примеру это может быть известная электронная библиотека на сайте:
https://elibrary.ru/defaultx.asp), где в исследованиях по различным конкретным
дисциплинам, включая информатику, культурологию, математику, педагогику,
философию, экологию, экономику и др., использованы методологии конструи-
рования категориальных схем и их визуализации, разработанные с использова-
нием КСМ, ТДИС.

Литература

28
1. Арно А., Николь П. Логика или искусство мыслить, где помимо обычных правил со-
держатся некоторые новые соображения, полезные для развития способности суждения: Пер.
с франц. – М.: Наука, 1991. 414 с.
2. Разумов В.И. Категориально-системная методология в подготовке ученых: Учебное
пособие / Вст. ст. А.Г. Теслинова. (Учебно-теоретическое издание).
3. Разумов В.И., Сизиков В.П. Основы теории динамических информационных систем.
(Научная монография). Основы теории динамических информационных систем. Омск: Ом-
ГУ, 2005. 212 с.
4. Разумов В.И., Сизиков В.П. Философия синтеза: история и опыт концептуализации //
Вестн. Ом. ун-та. 2013. № 3. С. 13-16.
5. Разумов В.И., Рыженко Л.И., Сизиков В.П. Автоматизация интеллектуальной дея-
тельности // Философия науки. № 4 (59). 2013. С. 125-135.
6. Разумов В.И., Сизиков В.П. Номологическая база как мембрана для упорядочения
знаний в процессах рассуждения на уровне общества // Вестн. Ом. ун-та. 2014. № 2. С. 136-
140.
7. Дусь Ю.П., Разумов В.И., Рыженко Л.И., Сизиков В.П. Инсейфинг как новая интел-
лектуальная коммуникация в управлении // Вестн. УрФУ. Сер. Экономика и управление.
2014, № 4. С. 4-12.
8. Разумов В.И., Сизиков В.П. Автоматизация рассуждений: программирование мутаций
ДИС-компьютера уровня 2 // Сибирский философский журнал. 2016. Том 14, № 1. С. 53-69.

29
Владимир Михайлович Шкарупа
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: shkaru@rambler.ru

ВИЗУАЛИЗАЦИЯ В СТРУКТУРЕ ПРОЦЕССА ПОЗНАНИЯ (ПРОБЛЕМА


НАГЛЯДНОГО ПРЕДСТАВЛЕНИЯ МАТЕМАТИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ)

Аннотация. Визуализация, являясь одной из главных познавательных способностей


человека, содержит в себе опасность переоценки ее значимости. Проводится противо-
поставление понятийного и визуального мышления с привлечением примера матема-
тических объектов.
Ключевые слова: Визуальное мышление; понятийное мышление; математические объ-
екты; характер логического мышления.

V. M. Shkarupa
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

VISUALIZATION IN THE STRUCTURE OF THE COGNITION PROCESS


(PROBLEM OF VISUAL REPRESENTATION OF MATHEMATICAL OBJECTS)

Abstract. Visualization, being one of the main cognitive abilities of a person, contains the dan-
ger of re-evaluating its significance. There is a contrast of conceptual and visual thinking with
the use of an example of mathematical objects.
Keywords: Visual thinking; conceptual thinking; mathematical objects character of logical
thinking.

Визуализация, или создание визуальных образов, является одной из главных


способностей человека в процессе познания не только (и даже не столько) кон-
кретных сущностей, но в первую очередь сущностей абстрактных, которые не
даны непосредственно человеку в его чувственных образах окружающего мира.
Однако здесь притаилась опасность в оценке значимости возможностей визуа-
лизации. Дело все в том, что на чувственной стадии познания она вполне соот-
ветствует тем познавательным задачам, которые ставит себе мышление, подго-
тавливая плацдарм для прыжка в сферу абстракций. Но как только оно достига-
ет вожделенной области абстрактных сущностей, визуализация перестает быть
адекватным средством познания, не столько помогая, сколько мешая мышле-
нию оперировать абстрактными идеями.
Понятийное мышление vs визуальное (зрительно-образное) мышление. В
понятии «треугольник», напр., мы мыслим треугольник вообще, треугольник
как таковой, тогда как образное мышление всегда имеет дело с тем или иным
видом треугольника: либо равносторонним, либо прямоугольным, либо равно-
бедренным, либо неправильным. В понятии треугольника содержатся лишь

30
признаки, которые делают данную геометрическую фигуру именно треуголь-
ником, а не кругом, квадратом, многоугольником etc.
Поэтому визуальный образ служит для мышления лишь чувственной подпор-
кой, которая не столько приближает, сколько удаляет его от абстрактности в
осуществлении мыслительных операций. Внесение в мышление чувственного
элемента способствует усилению хаоса в совокупности абстрактных признаков
того или иного определения мышления (к тому же непомерно утяжеляя это оп-
ределение), и если оно вначале могло поспособствовать мышлению, подтолк-
нуть его к нахождению решения задачи, то затем оно способно только увести
его в сторону, затуманить перспективу.
Т. о., визуализация потенциально содержит в себе элемент, препятствующий
мышлению в деле обобщения данных, с которыми оно работает.
Природа логического мышления. В связи с проблемой использования визуа-
лизации в процессе познания отметим весьма распространенную ошибочность
многих подходов к трактовке природы логического мышления, приписывая ему
— и приписывая совершенно необоснованно — свойство нелинейности, тогда
как, напротив, логическое мышление существенно линейно, что больше соот-
ветствует слуховому каналу поступления в сознание информации.
Визуализация же толкает нас на осуществление нелинейности в силу своей
пространственной природы, что может в принципе способствовать рождению
новых, неожиданных идей, но препятствует логически строгому оформлению
уже полученного и утвердившегося знания.

31
Виктор Владимирович Николин
Илья Владимирович Николин
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: Nvv06@mail.ru

МОДЕРНИЗАЦИЯ И ТРАДИЦИЯ В СОВРЕМЕННОЙ ИНФОРМАЦИОННОЙ


РЕВОЛЮЦИИ

Аннотация Рассматриваются азиатские варианты модернизации и прогно-


зируется четвертая информационная технологическая революция, как пе-
реход от «знания что» к «знанию кто».
Ключевые слова: модернизация в СССР, Японии, Китае, Индии, «Знания что»,
«знания кто».

V.V.Nikolin
I.V. Nikolin
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

MODERNIZATION AND TRADITION IN THE CONTEMPORARY


INFORMATION REVOLUTION

Abstract. Are examined the Asian versions of modernization and is forecast the fourth infor-
mation technological revolution, as passage from “the knowledge that” to “the knowledge
who”.
Keywords: modernization in the USSR, Japan, China, India, “Knowledge that”, “knowledge
who”.

Рассмотрим модернизацию в её соотношении с традицией. В настоящее время


доминирует мнение, что отсталым странам нужна западная культура и демо-
кратия, чтобы перейти в модернизационные процессы. Однако, опыт азиатской
модернизации, которая оказывается эффективнее европейской, показывает об-
ратное. Рассмотрим четыре примера модернизации:
Современный мир подходит к глобальной информационной революции, если в
России её не произойдет, она исчезнет, исчезнет как цивилизация.
Четвертая, или информационная революция выстраивается в ряду. Первая –
создание рабочей машины, заменившей руки человека, реализуется в фабриках,
когда работающих меньше, а товара выпускается больше. Вторая соотносится к
переворотом в транспорте и энергетике: века пара и железных дорог. Она меня-
ет мир с военной точки зрения. Третья технологическая революция означает
переход к веку электричества, отметим, что СССР с этого начинается, с плана
ГОЭЛРО. Наконец, четвертая революция означает изменение самого человека,

32
она когнитивная в плане того, что происходит реальное самовоспроизводства
человеческого качества.
Внешним образом ход четвертой революции показывает, что традиции при мо-
дернизации могут не меняться. В СССР и Китае произошла культурная рево-
люция. Но сейчас лидеров в информационной революции стала Индия, которая
не меняла культуру и социум, там по-прежнему сохраняется кастовое общест-
во.
Посмотрим сколько примеров четвертой технологической революции.
1. Япония в период своего экономического чуда тратила на покупки патентов
столько же средств, сколько США на их разработку. Япония не развивала науку
как таковую, только после перехода к низким темпам развития, с 1975 г. наука
стала развиваться.
При этом японский рабочий, благодаря системе пожизненного найма и оплате
за полезность, был нацелен быстро заменять свой собственный живой труд и
предельно совершенствовать автоматизацию, то есть рабочий был ас в замене
самого себя, за что и получал больше.
2. Китай. Привлекал дешевой рабочей силой иностранный капитал, но после
строительства заводов, быстро, пока продукция морально не устаревает, идет
копирование технологии на собственных параллельных заводах. За это их и об-
винял в воровстве технологий. Кроме того, китайцы строят в других странах за-
воды, на которых работают сами китайцы. Дешевизна рабочей силы касается
деревень, где жители живут скудно, поездка за границу – дает им возможность
переехать потом в город и резко повысить благосостояние.
3. Индия. Информационной революцией, или четвертым технологической ре-
волюцией занимаются люди из высших каст, их поощряют ехать за границу и
учиться там, но будучи хозяевами в Индии они получив опыт возвращаются и
создают сами свое производство в Индии.
4. Для понимания успешной модернизации в СССР (речь о третьей технологи-
ческой революции) ключевой место занимает план ГОЭЛРО. Он создал в Рос-
сии поле непрерывной электрификации, что дало возможность строить заводы
независимо от энергетики, в привязке к месторождениям. То есть началом было
создание однородного энергопространства России.
Каждая версия плана модернизации, или третьей и четвертой технологической
революции предполагает особенные способы организации и поощрения, они
могут усиливать друг друга и должны поддерживаться все варианты. Например,
поддержка научных школ – одни меры, привлечение иностранного инноваци-
онного капитала – другие, возвращение соотечественников – третьи.
Характерно также, что определенные варианты тяготеют к определенным ин-
новациям и поиску решений, и вовсе не является фактом перестройка менталь-
ности и культуры народа страны, которая участвует в модернизации. Отметим в
связи с разностью проектов модернизации, что происходит она совершенно
различно. Например, в Китае и СССР проведена культурная революция, а в
Японии и Индии – нет, тем не менее, Индия сейчас лидер в развертывании чет-
вертой революции, а успешная модернизации Японии не вызывает сомнения.
33
Следовательно, нет необходимости уничтожать собственный народ, культуру и
его традиции, для революции технологического характера. Возможно, не унич-
тожение, а бурное развитие традиций как раз и становится в современную эпо-
ху источником прорыва в информационной революции, а устойчивость тради-
ции гарантирует постоянное развитие этой революции.
Итак, изменение традиционного культурного базиса не обязательно. Его изме-
нение ускоряет модернизацию, но и вырождает, и общество и саму модерниза-
цию. Культура становится клоном чужого мира и не способна развиваться.
Суть современной революции изнутри в новом характере знания. Для этого
следует разделить знание-что, знание-как и знание-кто. Первое знание, пример,
тригонометрия. Все мы знаем, что есть синусы, мы в это верим, но никогда не
применяли. Такое знание лежит в голове, в памяти, но никак не влияет на дей-
ствие и мышление человека. Второе знание действует, часто оно соответствует
не действительности, а реальности, представлению человека и опирается на во-
лю, или веру, проведенную в действие, примером такого знания является идео-
логия и технология. Третье знание касается изменения самого человека, кото-
рое происходит или от самого человека, или извне, под воздействием средств
массового воздействия, интернета, компьютерных игр. например, игромания.
Чтобы понять механизм знания-кто, приведем пример. В западной культуре вы-
зов нового типа формирования человека, например, в Японии, вызвал создание
новой системы образования, ил эмоционального интеллекта, который в боль-
шинстве случает, по американским данным в 80%, – залог успешности человека
в любых начинаниях (Бредбери). У японцев система пожизненного найма ведет
к стремительному применению технологий самим работником, который заме-
няет себя автоматом, и за это получает большую зарплату. Он доверяет фирме,
он и сбережения хранит в фирме, и активнее работает на неё, 80% средств ра-
ботников в Японии хранятся в самой фирме, а у американцев 80% средств хра-
нятся вне фирмы.
Понять знание-кто можно, если осмыслить способности человека. Мы выделим
три основные способности человека: чувство, разум и вера. Рассудок – искусст-
венная способность, она возникает из формализации разума. Граница разума и
рассудка меняется. Разум отвечает за изобретение нового, а рассудок – внут-
ренняя логика знания, которая делает его знание-как. Так у Бэкона разум опи-
рается на индукцию, которая должна быть максимально полной. Рассудок для
Бэкона – это способность видеть применения знания. У Декарта индукция –
часть рассудка, а разум опирается на дедукции. Наконец, у Канта и индукция, и
дедукция, и вся система категорий – рассудок, или трансцендентальная логика,
а разуму остается паралогизм, антиномия и идеал.
Отметим, что в английском языке разум и рассудок не разводятся, то есть про-
блема не фиксируется. Между тем, если их разводить, то оказывается, что мы
живем в век рассудка, когда чувства модернизированы им как способ создания
фактом, чувства утрачивают способность желания, разум становится источни-
ком новых методов для рассудка, которые формализуется со стороны субъек-
тивности, то есть разум перетекает в рассудок, по мере становления данного
34
знания или метода нейтральным субъективно. Вера в рассудке остается как ин-
туиция, инсайт, и как она работает рассудок не знает.
Аналогично средневековую, или религиозную культуру можно понимать как
сверхразвитие святости как искусственной способности на базе веры, которая
подчиняет себе другие. А античность как сверхразвитеи чувственности в пре-
красном. Каждый раз видим существенное изменение базовых способностей
под воздействием ключевой, порожденной культурой и искусственной способ-
ности. При этом стоит заметить, что главную роль в формировании новой спо-
собности и человека играет именно вера, в науке, в формализованном рассудке
она сведена к вере в истину, но она есть. Изменение веры и её реализация – вот
стержень знания-кто.
С этой точки зрения эмоциональный интеллект это не только управление эмо-
циями себя, другого и коллектива, но и управление верой. В эмоциональном
интеллекте мы видим стремление рассудка контролировать веру. Однако исто-
рия показывает, что при столкновении веры и разума (а рассудок – клон разу-
ма), всегда побеждает вера.
Итак, внутри четвертой технологической революции возникает многообразие
способностей и возможность для человека управлять их оригинальным синте-
зом и этом создавать свое неповторимое Я. Извне эта способность должна быть
реализована в создании собственного мира, но желательно, для э
Эффективного развития, чтобы этот мир проистекал из родной традиции, а не
был клоном западного. Западная модернизация в настоящее время проигрывает
именно из-за сверхразвития рассудка, восточная модернизация широко приме-
няет и сохраняет традицию.

35
Михаил Васильевич Колесник
Омский государственный аграрный университет имени П.А. Столыпина,
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: kolesnikbox12@gmail.com

САМОЦЕННОСТЬ СИМУЛЯКРА В КОНТЕКСТЕ СОВРЕМЕННОСТИ

Аннотация. Симулякр становится не только самоцелью для воспроизводства культуры


современности, но и приобретает некую самоценность. Смыслы современности осуще-
ствляются посредством симулякров через эмоциональные импульсы и колебания в са-
мой культуре и, в свою очередь, требуют семантической распаковки.
Ключевые слова: современность, феномены современной культуры, самоценность си-
мулякра, семантическая распаковка, цифровой образ, цифровая культура.

M. V. Kolesnik
Omsk state agrarian university named by Stolipin,
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

SELF-VALUE SIMULACRA IN THE CONTEXT OF MODERNITY

Abstract. Simulacrum becomes not only an end in itself for the reproduction of a modern cul-
ture, but also acquires a certain value. The meanings of modernity are realized through simu-
lacra through emotional impulses and vibrations in the culture itself and, in turn, require se-
mantic unpacking.
Keywords: современность, феномены современной культуры, самоценность симулякра,
семантическая распаковка, цифровой образ, цифровая культура.

Известно, что в современности синтез симулятивного воспроизводства комму-


никации и информации позволяет воспроизводить симулякры, которые стано-
вятся культурным кодом как самым востребованным товаром. Посредством си-
мулякров, как политические, так и корпоративные структуры общества, ведут
активную борьбу за влияние на сознание потребителей, программируя либо
трансформируя последнее, и создают ценности "духовного"порядка, произве-
денные симуляцией. Вследствие этих процессов симулякр становится не только
самоцелью для воспроизводства культуры современности, но и приобретает не-
кую самоценность, что требует более тщательного рассмотрения и понимания.
Современность это незавершенная динамически развивающаяся актуальность.
Смыслы современности осуществляются посредством симулякров через эмо-
циональные импульсы и колебания в самой культуре и требуют семантической
распаковки. Под семантической распаковкой мы будем подразумевать способ
разъяснения смысла центральной категории, лежащей в основе заданного дис-
курса или же процесс раскрытия ее потенциального ресурса понимания. Соз-
дание ценностей или смыслов через эмоции реализует в современности саму
36
самоценность симулякра. Говоря о современности как об определенной системе
ценностей, мы должны помнить, что самоценность является качеством системы
и целевая функция самоценности направлена на саму систему.
Пользуясь дешифровкой первого уровня согласно методологии ТДИС, при са-
мом первом приближении, самоценность симулякра мы представляем в виде
смысловой триады Упаковка – Чувство – Смысл:
Смысл Рассматривая сферу цифрой
культуры современности и
актуальной ей экономики,
самоценность симулякра на-
Самоценность ходит себя здесь как качество
симулякров
стабильно существующей
системы. Современные люди
Чувство Упаковка находятся в борьбе за капи-
тал внимания, так как внима-
ние к себе вызывает и фиксирует чувства, а чувства в свою очередь монетизи-
руются и являются самым ликвидным товаром в эпоху цифровой экономики.
Труд, тех кто имеет реальное влияние в обществе, заключается в создание кон-
тента -упаковки смысла, который определяет актуальность культурного контек-
ста, а обработка этого контента и контекста является работой большинства и
происходит в виде тотального потребления, что отчасти является парадоксаль-
ным производством современной культуры.
Известно, что в современности мы наблюдаем тенденции две:
1. Финансовый сектор экономики влияет на реальный сектор экономики, что
выражается в доминировании символических ценностей над реальными и пере-
носятся на офф-лайн бытие. 2. Принципы развития он-лайн среды интернета
переносятся на офф-лайн бытие.
Исходя из этих тенденции, можно говорить о том, что симулякры, представ-
ляющие миры физической и цифрового реальности тесно переплетены. Напри-
мер, главный герой современного Интернета, самой масштабной гиперреально-
сти это видеоблоггер в Youtube – он сам собой представляет самоценный симу-
лякр-образ, цифровой двойник, персонаж, отражающий реального человека в
цифровом мире. В интернете скорость формирования контента выше скорости
потребления, поэтому нужно выбрать формат, максимально удобный для по-
требления. Главная цель – раскачать зрителя на эмоции. Самое эффективное –
через максимально тесную обратную связь, поэтому необходимо дать ощуще-
ние близости, сопричастности с цифровым героем. И самое, пожалуй, главное в
том, что можно самостоятельно формировать "повестку дня", ту самую тему,
которую несет блоггер через свой цифровой образ и ту , которую подписчик
будет уже формулировать для себя как смысл.
Егор Летов пел о том, что "пластмассовый мир победил и макет оказался силь-
ней"[2], но, при этом, персональный и самоценный симулякр Летова, возник-
ший после его смерти в официальных масс-медиа, скорее всего победил, а вер-
нее покорил "пластмассовый" мир, он покорил этот мир своей непосредствен-
37
ностью, своей старой-новой искренностью и на свой юбилей стал в сентябре
2019 стал интернет-мемом.
Сталкиваясь с самоценными симулякрами, мы придаем значение тому, что не
имеет либо уже не имеет подлинного значения, но чувствуем что это нечто что-
то означает, воображаем, верим в значение, поэтому видим в этом ценность,
некий смысл. Поэтому с одной стороны, для одних симулякры пропаганды вы-
зывают чувства патриотизма, аппелируя к духовным скрепам, а для других яр-
кие чувства вызывают "скрепыши" из супермаркета "Магнит", на первый
взгляд безобидные, но вирусные симулякры в нашей "современности" этого се-
зона.
Современный человек, является канатоходецем условного "метамодерна", в ко-
тором ему приходиться колебаться между теми крайностями бытия, что ему
поставляет ему культура. Сделав условный выход из модальности постмодерна
в сторону метамодерна, мы стоим на позиции того, что симулякры продолжают
быть важными элементами культуры современности и приобретают парадок-
сальную самоценность.

Литература
1. Разумов В. И., Сизиков В. П. Практика с мутациями ДИС-компьютеров // Вестн. НГУ. Сер.
«Философия». 2013. № 3. С. 16–22.
2. Летов Е. Моя оборона [Электронный ресурс] URL: http://www.gr-
oborona.ru/texts/1056898718.html. (дата обращения 01.09.2019).

38
Жумагельды Кубжасарович Кениспаев
Нина Данииловна Скосырева
Омский государственный аграрный университет,
Россия, г. Омск
E-mail: kenispaev@mail.ru, nina_skosyreva@mail.ru
Шараф Шарифхожаевич Давлатмуродов
Алтайский государственный педагогический университет
Россия, г. Барнаул
E-mail: sharafphd@mail.ru

СОЗНАНИЕ И ФИЗИЧЕСКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Аннотация. Субъективная реальность – это одна из основных категории классической


философии. Центром субъективной реальности является сознание, которое есть глав-
ное орудие познавательной деятельности человека. Исследуя на протяжении многих
веков внешний мир, человек стремился получить объективную научную картину фи-
зической реальности. Но оказалось, что в процессе познания человеческий разум в зна-
чительной степени изменяет внешний мир согласно своим представлениям о нем. Эта
тема впервые была сформулирована еще в античной философии, но в прошлом веке в
связи с новыми открытиями в физике она вновь стала актуальной.
Ключевые слова: философия; наука; сознание; субъект; физическая реальность.

Zh. К. Kenispaev
N. D. Skosyreva
Omsk state agrarian University
the Russian Federation, Omsk
S. S. Davletmuratov
Altai state pedagogical University
the Russian Federation, Barnaul

CONSCIOUSNESS AND PHYSICAL REALITY

Abstract. Subjective reality is one of the main categories of classical philosophy. The center of
subjective reality is consciousness, which is the main instrument of human cognitive activity.
Exploring for many centuries the external world, man sought to obtain an objective scientific
picture of physical reality. But it turned out that in the process of cognition, the human mind
largely changes the external world according to its ideas about it. This topic was first formu-
lated in ancient philosophy, but in the last century, due to new discoveries in physics, it again
became relevant.
Keywords: philosophy; science; consciousness; subject; physical reality.
Среди многих философских проблем особое место принадлежит диалектике
субъективной реальности и физического мира. Значительная часть философии
посвящена решению проблемы их взаимоотношений. Основным элементом
субъективной реальности является сознание, которое во многом определяет от-
ношение человека к внешнему миру. Сознание, благодаря творческой сущно-
сти, создает свой особый мир, который принципиально отличается от действи-
тельности и постепенно субъективная реальность «накладывает свой отпеча-
39
ток» на физический мир. Этот факт был известен еще философам античности,
но дополнительное подтверждение получил в физике прошлого века. Известно,
что квантовая механика для объяснения свойств исследуемых субатомных час-
тиц применяет принцип неопределенности. Немецкий физик В. Гейзенберг
предложил этот методологический принцип для решения трудной задачи, воз-
никшей в физике первой половины прошлого века. Согласно этому принципу,
средства, используемые для изучения элементарных частиц, оказывают влияние
на результат познания. В частности, чем точнее измеряется одна из характери-
стик частицы (скорость), тем менее точной будет ее другая характеристика (по-
ложение в пространстве). Попытки применить к элементарным частицам мето-
ды классической механики закончились неудачей и тогда физики вышли на ме-
танаучный уровень и ввели принцип, который позволил некоторым образом
решить проблему. Но принцип неопределенности это не только физический, но
и метафизический (философский) принцип, который играет роль и при изуче-
нии макромира. Сознание человека в качестве основного орудия познания ока-
зывает на физическую реальность определенное влияние, в том смысле, что оно
создает весьма специфическую картину внешнего мира.
Философы давно заметили, что сознание познает не объективный мир, а то, что
уже было трансформировано его же активной деятельностью. В свое время
И. Кант эту идею выразил следующим образом. «Естествоиспытатели поняли, –
пишет И. Кант, – что разум видит только то, что сам создает по собственному
плану, что он с принципами своих суждений должен идти впереди, согласно
постоянным законам, и заставлять природу отвечать на его вопросы, а не та-
щиться у нее словно на поводу» [1, с. 16]. В философии немецкого мыслителя
познающий субъект не столько познает законы объективного мира, сколько
предписывает их. Человек в антропологии И. Канта обладает автономией по
отношению к внешнему миру и природной (механической) причинности, кото-
рая не оставляет места для его свободы, человека противопоставляет так назы-
ваемую свободную причинность (Causalität durch Freiheit). Последняя является
не только основой его познавательной деятельности и свободного выбора, но
условием формирования особой субъективной реальности.
Следуя этой логике можно утверждать, что научные теории – это своеобразные
теоретические модели мира, которые постепенно становятся предметом внима-
ния человека, отодвигая на задний план саму объективную реальность. Но, с
другой стороны, научные теории, конечно, отражают основные закономерности
развития объективного мира, позволяя человеку понимать и объяснять его. На-
пример, известный философ К. Поппер, придавал особое значение методологи-
ческим проблемам познания, утверждая, что постепенное проникновение в тай-
ны природы порождает еще больше вопросов. По его мнению, «каждое реше-
ние некоторой проблемы порождает новые нерешенные проблемы, более глу-
бокие по сравнению с первоначальной проблемой и требующие более смелых
решений. Чем больше и глубже мы погружаемся в изучение мира, тем более
осознанным и точным становится наше знание о том, чего мы не знаем, знание
нашего невежества. В самом деле, основной источник нашего невежества за-
40
ключен в том факте, что наше знание может быть лишь конечным, в то время
как наше невежество необходимо должно быть бесконечно» [3, с. 56]. В своей
теории «трех миров» философ выделяет специальную сферу знаний, которая
обладает относительной автономностью по отношению, как к субъективному,
так и объективному миру. Мир знаний есть результат познавательной деятель-
ности человеческого разума, и представляет собой своеобразный синтез диа-
лектики субъективного (тезиса) и объективного (антитезиса) мира. Познающий
субъект не простой наблюдатель, фиксирующий свойства мира, а созидатель,
который порождает субъективный мир, с течением времени заменяющий собой
всю реальность.
Идея включенности познающего субъекта в познаваемый физический мир, как
известно, по-новому была обоснованна в физике середины прошлого века. В
определенном смысле можно утверждать, что познающий субъект формирует
физическую картину мира согласно своим представлениям о порядке и гармо-
нии. Первый важный шаг подобного творческого отношения к внешнему миру
сделали древние философы, которые посчитали возможным определять поря-
док Космоса согласно представлениям человеческого разума. Субъективный
мир человека является главным условием возможности реализации его потен-
циала, основой его деятельности по преобразованию окружающего мира. Но
возникает вопрос о совместимости картин мира, создаваемых различными
субъектами. Этот вопрос связан с темой всеобщности и необходимости науч-
ных истин и в целом научной картины мира. Здесь уже действуют строгие пра-
вила, которые основаны на формальной логике Аристотеля. Если же некоторые
положения не соответствуют существующим гносеологическим традициям, но
они объявляются вне закона, и не могут претендовать на высокий статус науч-
ной теории. Как утверждал писатель, за которым закрепилось имя «русского
Борхеса», С. Д. Кржижановский: «Выжившие или, точнее, выжитые из своих
умов люди, выселенные, так сказать, из двенадцати кантовских категорий рас-
судка, естественно, принуждены ютиться в какой-нибудь тринадцатой катего-
рии; этакой логической боковушке, лишь кое-как прислоненной к объективно
обязательному мышлению» [2, с. 631-632].
Таким образом, категория сознание человека является связующим звеном меж-
ду человеком и физической реальностью. Сознание в процессе познавательной
деятельности человека преобразует реальность в свой предмет познания, и тем
самым создает новую реальность, свойства которой и отражаются в научной
картине мира. Очевидно, что в таком случае между научной картиной мира и
физической реальностью возникают некоторые различия. Сознание человека и
физическая реальность – это единая динамическая система, ведущую роль в ко-
торой играет сознание человека. Благодаря своей творческой сущности, по-
знающее сознание создает искусственные миры человеческой культуры.

Литература
1. Кант И. Критика чистого разума. М.: Мысль, 1994. 591 с.
2. Кржижановский С. Д. Тринадцатая категория рассудка. М.: Эксмо, 2006. 640 с.
3. Поппер К. Предположения и опровержения: Рост научного знания. М.: АСТ, 2004. 638 с.
41
Андрей Клавдиевич Бекряшев
Омская академия МВД России,
Россия, г. Омск
E-mail: klavdievitch@mail.ru

МЕТОДОЛОГИЯ SADT/IDEF0 КАК ИНСТРУМЕНТ ВИЗУАЛЬНОГО


ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ПРОБЛЕМ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
И СРЕДСТВ ЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЯ

Аннотация. В тезисах рассматриваются возможности методологии структурного ана-


лиза проектирования SADT, реализованной в стандарте моделирования IDEF0, для ви-
зуального исследования проблем экономической безопасности сложных систем. Инст-
румент базируется на функциональном подходе к экономической безопасности и по-
зволяет идентифицировать уязвимости, проектировать изменения, облегчить комму-
никацию связанных с референтом безопасности лиц и экспертов.
Ключевые слова: экономическая безопасность, методология SADT, стандарт IDEF0,
функциональная модель.

A. K. Bekryashev
Omsk Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia
the Russian Federation, Omsk

SADT/IDEF0 METHODOLOGY AS A TOOL FOR VISUAL REPRESENTATION


OF ECONOMIC SECURITY PROBLEMS AND MEANS OF ITS SUPPORT

Abstract. Abstracts discuss the capabilities of the SADT design structural analysis methodol-
ogy implemented in the IDEF0 modeling standard for the visual study of the economic secu-
rity problems of complex systems. The tool is based on a functional approach to economic se-
curity and allows identifying vulnerabilities, designing changes, and facilitating the communi-
cation of individuals and experts associated with the security referent.
Keywords: economic security, SADT methodology, IDEF0 standard, functional model.

Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.


Народная мудрость
Обеспечение экономической безопасности предполагает наличие эффективного
аналитического обеспечения принятия решений. Одним из перспективных на-
правлений повышения его эффективности является использование средств ви-
зуализации. Преимуществом визуального анализа является облегчение и уско-
рение идентификации уязвимостей, проектирование изменений, облегчение
процесса коммуникации связанных с системой лиц и экспертов.
Однако данные и иные преимущества могут быть реализованы лишь при ис-
пользовании методологии, релевантной архитектуре сложных систем и способу
концептуализации экономической безопасности, которые также должны быть
взаимно подходящими (fit). Одним из способов достижения согласованности
является применение функционального подхода. Референт безопасности может
42
быть представлен как совокупность функций различной степени агрегирования,
а экономическая безопасность может интерпретироваться как способность сис-
темы (референтного объекта безопасности) обеспечивать устойчивую реализа-
цию ее функций [1]. Соответственно, проблемы экономической безопасности
описываются в терминах дисфункций.
Аргументом в пользу функционального подхода является его опора на проце-
дурное знание (в противовес дескритипивному). Герберт А. Саймон подчерки-
вает значимость процедурного знания, связывая это с неполнотой информации,
ограниченностью возможностей человеческого интеллекта и апеллируя к ре-
альной практике принятия управленческих решений [2].
Одним из инструментов реализации визуального анализа проблем экономиче-
ской безопасности на базе функционального подхода является методология
структурного анализа и проектирования SADT (Structured Analysis and Design
Technique) [3]. SADT реализована в стандарте моделирования IDEF0, который
принят в качестве стандарта в США [4], а также рекомендован Госстандартом
России [5] для исследования структуры, параметров и характеристик производ-
ственных и организационно-экономических систем.
Нотация SADT/IDEF0 предлагает формат и правила описания функций, про-
цессов, графических объектов. Можно отметить некоторые ее особенности:
1. Система представляется как совокупность взаимосвязанных функций, каждая
из которых описывается в виде SA-блока. Последний выступает универсальной
единицей универсальной пунктуации и позволяет выполнять строгий структур-
ный анализ системы.
2. Каждый из SA-блоков специфицируется входом, выходом, управлением
(предписывает требования и условия выполнения функции) и механизмами
(ресурсы) (рис. 1).
3. SA-блоки могут быть декомпозированы: объекты определяются и описыва-
ются сверху-вниз до требуемого уровня детализации (см. пример на рис. 2)
4. Результат моделирования – иерархическую, взаимосвязанную совокупность
диаграмм.
5. Модель строится исходя из определенной "точки зрения", которая определяет
круг вопросов, на которые модель призвана дать ответ.
Достоинством SADT/IDEF0 с точки зрения визуального анализа является воз-
можность отказаться от громоздких построений и создать несколько небольших
взаимодополняющих и последовательно декомпозируемых моделей. Модели
отличаются хорошей читабельностью, диаграммы органично дополняются тек-
стом. Преимуществом использования методологии/стандарта SADT/IDEF0 для
визуального представления и анализа является также наличие развитых видов
программного обеспечения их реализации [6]
Обеспечение экономической безопасности – функция, производная от функций
референтного объекта безопасности. Поэтому предпосылкой ее построения яв-
ляется формирование функциональной модели предметной деятельности. Рас-
смотрим процесс построения функциональной модели обеспечения экономиче-
ской безопасности на примере регистратора (держателя реестра владельцев
43
ценных бумаг). На первом этапе строится SA-блок деятельности регистратора в
стандартном виде (рис. 1).
При декомпозиции на втором уровне детализируются основные функции реги-
стратора и специфицируются взаимосвязи между ними.
Каждый из блоков декомпозируется до необходимого уровня. Например, при
декомпозиции блока «Процессы управления» на третьем уровне выделяются
функции, среди которых – «Управление рисками регистратора».
УПРАВЛЕНИЕ
(Федеральные законы,
нормативные правовые
акты Банка России)

ВХОД:
Информация внешней среды
Деятельность ВЫХОД: Реестр,
(Информация для открытия,
держателя реестра информация
закрытия, блокирования,
владельцев ценных из реестра
ведения лицевых счетов,
бумаг для зарегистрированных
рыночная информация) A0 лиц

МЕХАНИЗМЫ
(Ресурсное
обеспечение
осуществления
целевой функции)

Рис. 1. Функциональная модель деятельности регистратора (агрегированное представление)


Этот блок может быть декомпозирован на отдельные функции, среди которых,
например – функция «Оценка рисков» (рис. 3). Дальнейшая декомпозиция воз-
можна по видам рисков и объектам управления вплоть до отдельных операций.
УПРАВЛЕНИЕ
(Значения целевых индикаторов риска,
модели, методики оценки, паспорт риска)

C1
Выявление
факторов
риска
A311

Оценка
вероятности
реализации
риска
A312

Оценка
ожидаемого
Оценка
вероятного
I1 ущерба (функции
ВХОД: распределения
База данных ущерба)
A313
по рискам

Оценка
приемлемости
риска
A314

Идентификация
зоны
максимального
риска
M1 A315

МЕХАНИЗМЫ:
техническое,
кадровое,
программное
обеспечение

Рис. 2. Декомпозиция функции «Оценка рисков» 4-го уровня функциональной модели


Функциональная модель может строиться не только с точки регистратора, но и
других связанных с ним лиц: гаранта подписи, эмитента, страховщика, поли-
цию, нотариуса, финансового регулятора. Полезным может быть выбор и "точ-
ки зрения" преступника (например, риск незаконного списания ценных бумаг с
44
лицевых счетов в реестре посредством подложного распоряжения) для по-
строения модели угрозы экономической безопасности.
Безусловно, методология SADT не лишена недостатков, однако является полез-
ным средством визуального представления и анализа проблем экономической
безопасности в сложных системах.

Литература
1. Бекряшев А.К., Белозеров И.П. Финансовая безопасность России в сфере государственно-
го кредита и фондового рынка: монография, Омск, 2012. С 64.
2. Саймон Г.А. Рациональность как процесс и продукт мышления // Thesis. 1993. Вып. 3. C.
16-38.
3. Марка Д. А., МакГоуэн К. Методология структурного анализа и проектирования SADT
(Structured Analysis & Design Technique). М.: МетаТехнология, 1993. – 240 с.
4. Integration DEFinition for function modeling (IDEF0). Draft Federal Information Processing
Standards . December 21. URL: http:idef.com/wp-content/uploads/2016/02/idef0.pdf.
5. РД IDEF0-2000. Методология функционального моделирования IDEF0. М.: Госстандарт
России, 2000. – 75 с.
6. Карпычев В.Ю.Современные методологии и инструментальные средства поддержки про-
ектирования информационных систем: учеб. пособие. Нижний Новгород, 2014. С. 27-54.

45
Анна Александровна Шеремет
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: sheremetAA@omsu.ru

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СХЕМОТЕХНИКА В ФИЛОСОФСКОМ


ИССЛЕДОВАНИИ ЧЕЛОВЕКА

Аннотация. Статья посвящена представлению фундаментальных аспектов человече-


ского существования в виде первоэлементов в пентаграмме У-син с целью более пол-
ного и глубокого понимания связей между уровнями становления человека и законо-
мерностей их взаимовлияния, поддерживающих развитие индивида, личности, либо
ограничивающих его. Данная интеллектуальная модель позволяет осмыслить иссле-
дуемый предмет в его целостности, и что крайне важно, сделать это с учетом внутрен-
него ресурса системы, с помощью которого разворачивается каждый аспект и станов-
ление человека в общем.
Ключевые слова: Связи и закономерности взаимовлияния фундаментальных аспектов
бытия человека; категориально-системная методология В.И. Разумова.

A. A. Sheremet
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

INTELLECTUAL CIRCUITRY IN THE PHILOSOPHICAL STUDY OF HUMAN

Abstract. The article is devoted to the presentation of the fundamental aspects of human exis-
tence in the form of primary elements in the U-syn pentagram with the aim of a more com-
plete and deeper understanding of the relationships between the levels of human being and
the laws of their interaction, supporting the further development of the individual, personality
or limiting human. This intellectual model makes it possible to comprehend the studied sub-
ject in its integrity, and what is extremely important, to do this taking into account the inter-
nal resource of the system by which each of the aspects and human being as a whole unfolds.
Keywords: Connections and patterns of mutual influence of fundamental aspects of human be-
ing; V.I. Razumov’s categorical-systemic methodology.

Безусловно, тема человека не нова, однако нетривиальные способы и методы


добывания знания о нем, с нашей точки зрения, способны обогатить сущест-
вующие на настоящий момент представления, систематизировать их и интегри-
ровать в целостную модель. В философской антропологии общим местом стало
видение человека существом био-социальным. С целью формирования более
полной картины считаем необходимым включить в анализ также культурный,
экзистенциальный и духовный аспекты бытия/становления человека.
Обратимся к научной методологии В.И. Разумова [1, 40-41], а именно: методу
построения пентаграммы У-син, в основу которого положено философское
представление о том, что мир и его объекты (в нашем случае – человек) явля-

46
ются результатом смешения в разных пропорциях первоэлементов: воды, дере-
ва, огня, земли и металла.
Вода – начальный элемент, недифференцированное состояние объекта.
Дерево – расцвет объекта, выход объекта из внутреннего состояния во внеш-
нюю среду, начало динамичного развития.
Огонь – самый активный и ресурсозатратный элемент.
Земля – элемент, способствующий установлению баланса.
Металл – завершающий элемент.
Эти элементы расположены в порядке цикла порождения, начиная с точки за-
рождения – элемента воды, и находятся в отношениях взаимной поддержки и
ограничения.
Разработка модели «пентаграмма у-син» позволяет, с одной стороны, визуали-
зировать материал исследования, а с другой, – рассматривать предмет в единст-
ве составляющих его элементов с учетом влияния этих элементов друг на друга
и на систему в целом; познавать и описывать взаимосвязанность и взаимообу-
словленность различных аспектов, знания о которых способствуют выработке
способов усиления положительных связей между элементами и нивелирования
негативных воздействий. Одним из ключевых понятий цикла у-син является
«ресурс», именно поэтому данный метод позволяет обнаружить источник раз-
вертывания каждого аспекта и осмыслить «силу», дающую возможность в той
или иной степени развиться каждому элементу и обеспечивающую целостность
объекта.
Настоящая работа посвящена представлению фундаментальных аспектов чело-
веческого существования (биологического, социального, культурного, экзи-
стенциального, духовного) в виде первоэлементов в пентаграмме у-син с целью
более полного и глубокого понимания связей между этапами становления чело-
века и закономерностей их взаимовлияния, поддерживающих развитие индиви-
да, личности, либо ограничивающих его:

Рис. 1. Аспекты становления человека


Начальному элементу вода соответствует биологический этап развития челове-
ка. Человеческое существо, родившись на свет, представляет собой биологиче-
ский организм, подчиняющийся соответствующим законам на ряду с другими
животными, однако требующий к себе особого внимания и заботы для того,
чтобы те потенции, которые заложены в нем, вместе со всем тем, что он приоб-
47
ретет в будущем, смогли полноценно раскрыться в нем. Самым мощным ресур-
сом на данном этапе выступают благоприятные условия развития, прежде все-
го, биологического организма, обеспечивающие его витальные потребности и
потребности безопасности.
Следующий элемент – дерево – начало динамичного развития соответствует
социальному аспекту бытия человека. Этап начинается с первичной социализа-
ции в кругу значимых близких, постепенно расширяясь до последующих ста-
дий включенности в социальное через специализированные механизмы и тех-
нологии воспитания, обучения, образования и т.д. В цикле у-син – это выход
объекта во внешнюю среду, его расцвет. Динамичность и продуктивность дан-
ного этапа будет определяться благоприятным прохождением первого этапа
(элементарно отсутствуют умственные и физиологические задержки развития
индивида). По нашему мнению, ресурсом социального аспекта развития чело-
века является коммуникация: способность к коммуникации, развитые комму-
никативные навыки, а также способность к пониманию и извлечению смыслов.
Кроме того, эффективному прохождению данного этапа человеком способст-
вуют готовность к научению, обучение, развитие ума.
Следующий этап – культурный – соответствует самому активному элементу
огню – это период постижения личностью наследия материальной и духовной
деятельности человечества (философии, науки, искусства, религии), приобще-
ния к миру ценностей. Этот период выступает в цикле самым ресурсозатрат-
ным, действительно, овладение культурным опытом требует не только высоких
интеллектуальных способностей, рассудка, но в этот процесс напрямую вовле-
чена душа человека – это труд его души. В данном бытийном аспекте актуали-
зируется творческий потенциал человека, его способность слушать, слышать,
видеть, чувствовать, понимать послание своих предшественников, воплощен-
ное в различных формах культуры. Ресурсом данного этапа становления чело-
века является творчество, ответственное созидание в самом широком смысле
этого слова.
Далее при гармоничном течении жизненного цикла, цикла становления челове-
ка, обнаруживается стадия экзистенциальная, согласующаяся с элементом зем-
ли, выступающим в качестве оси баланса. Это период особого переживания че-
ловеком собственного бытия (может быть связан с описываемыми экзистенциа-
листами кризисными состояниями, переоценкой ценностей, промежуточным
подведением итогов и т.п.). На экзистенциальном этапе происходит достижение
личностью внутреннего равновесия, когда человек приходит, с одной стороны,
к пониманию и принятию себя, с другой стороны, он осознает, что является не-
завершенным, перманентно становящимся, совершенствующимся. На этом
уровне мышление человека свободно и самостоятельно (до условной степени),
он способен установить баланс между внутренним и внешним, частным и об-
щим, индивидуальным и общественным и т.п. По-нашему мнению, ресурсом
здесь является умение мыслить самостоятельно, жить сердцем, безусловное
принятие и фундаментальное доверие жизни.

48
Духовный уровень является завершающим элементом цикла. Это этап осозна-
ния подлинной целостности, единства человека с миром и другими людьми, пе-
риод согласования личностью собственной жизни в соответствии с идеалами
высших универсальных ценностей – красоты, добра, истины, блага, справедли-
вости, любви – и преобразования человеком мира вокруг себя, на сколько ему
по силам. Это сфера подлинно человеческого, сфера разума. Ресурсом на ито-
говом этапе выступает духовность человека.
Что же является ключевым источником и «силой», подпитывающей разворачи-
вание каждого аспекта и обеспечивающей становление и существование систе-
мы в целом? Считаем, что тем, что направляет, определяет и гармонизирует
весь цикл является Дух как «совокупность всех смысловых значимостей, на-
правленностей жизни» [2, 97-98]. Именно Дух как внутренне присущая сила
побуждает человека к достижению высшего идеала.
Итак, пентаграмма отражает завершенный цикл пяти последовательных стадий,
имеющий начало и некое окончание. В данном исследовании – это существова-
ние человека, развертывание основных аспектов его бытия, представленное как
цикл, завершающий не жизнь человека как таковую, а его становление, в нашем
понимании, становление подлинно человеком. При этом, полагаем, что нет чет-
ких рамок прохождения установленных периодов, как нет и гарантии того, что
этот путь вообще будет пройден человеком.
Отражением нарушения течения выделенных этапов развития индивида в под-
линно человека могут стать нарушения во взаимодействии аспектов бытия, что
также может быть проанализировано с помощью модели пентаграммы.
Уже упоминалось, что элементы модели находятся в отношениях взаимной
поддержки и ограничения. Взаимная поддержка отражается в фигуре пяти-
угольника течением ресурса, которым располагает элемент, по часовой стрелке
(рис. 2, а). В случае дефицита ресурса осуществляется обратная поддержка пре-
дыдущего элемента (рис. 2, б). Это приводит к угнетению развития следующего
по часовой стрелке элемента.

а) б)
Рис. 2. Отношения взаимной поддержки между этапами развития человека
За неимением возможности глубокого и детального анализа в рамках данной
работы, приведем лишь некоторые примеры: рис. 2, а демонстрирует идеаль-
ную модель развития человека, однако обратное влияние элемента (рис. 2, б), в
котором недостаточно ресурса для дальнейшего собственного развития, приве-
49
дет к большему или меньшему замедлению (или купированию) разворачивания
последующего этапа цикла человеческого существования. У индивидов с серь-
езными «застреваниями» на предыдущих этапах цикл развития может остаться
незавершенным до завершения жизни человека. Считаем, что большинство лю-
дей «обитает» на социальной стадии, чем, по сути, и оправдывает свою био-
социальную дуальность, с которой мы начали изложение. Их положение обос-
новывается низким уровнем ресурса уже на социальной стадии (коммуникатив-
ных навыков, обучаемости, понимания, развития интеллектуальных способно-
стей), соответственно, на культурной стадии – овладение ими культурой чело-
вечества предстает ущербным, на экзистенциальном уровне – они не способны
достичь равновесия как внутреннего, так и внешнего, не говоря уже о духовно-
сти.
Отношения ограничения выражены расположением стрелок в изображении пя-
тиконечных звезд. Взаимный контроль важен для гармоничного существования
системы. Воздействие элементов друг на друга по часовой стрелке является
плодотворным и даже необходимым (рис. 3, а), в то время как направление ог-
раничения против часовой стрелки приводит к патологическому негативному
воздействию (рис. 3, б).

а) б)
Рис. 3. Отношения взаимного ограничения между этапами развития человека
Примерами негативного ограничения элементов (рис. 3, б) могут быть: на экзи-
стенциальном уровне – человек не сумел найти баланс «внутреннего» и «внеш-
него», либо внутренний глубинный кризис, поразивший индивида, привел к на-
рушениям его взаимодействий с социальным окружением; или на духовном
уровне – личность, достигшая «просветления», попавшая в сферу разума, осоз-
нанно «выходит» из рамок социо-культурного бытия.
Итак, представленная нами интеллектуальная модель позволяет осмыслить че-
ловека в его целостности в актах разворачивания основных аспектов бытия с
учетом «силы» – Духа, направляющего индивида к совершенствованию и ста-
новлению подлинно человеческого в человеке.

Литература
1. Разумов В.И. Категориально-системная методология в подготовке ученых. Омск: Омск.
гос. ун-т, 2004. 277 с.
2. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1979. 424 с.

50
Павел Валерьевич Ополев
Сибирский государственный автомобильно-дорожный университет,
Россия, г. Омск
E-mail: pvo-sinergetica@rambler.ru

УСЛОЖНЕНИЕ В ОЦЕНКЕ НРАВСТВЕННОГО ПРОГРЕССА

Аннотация. Прогресс представляет наиболее общую тенденцию исторического процес-


са. Принято считать, что прогресс есть квинтэссенция когнитивной и созидательной
деятельности человека, обладает самоценностью и способствует совершенствованию
человеческой природы. В работе поднимается вопрос о возможности объективной
оценки нравственного прогресса. Нравственный прогресс рассматривается как аспект
антропосоциокультурной эволюции, способствующий раскрытию гуманистического
потенциала культуры. Нравственный прогресс заключается в возрастающей способно-
сти человека к дифференциации должного и сущего. Усложнение нравственного соз-
нания может носить характер упрощения, которое находит свою содержательную реф-
лексию в специализированных формах культуры.
Ключевые слова: культура; прогресс; регресс; упрощение; усложнение; гуманизм.

P. V. Opolev
The Siberian State Automobile and Highway academy
the Russian Federation, Omsk

A COMPLICATION IN THE ASSESSMENT OF MORAL PROGRESS

Abstract. Progress represents the most General trend of the historical process. It is believed
that progress is the quintessence of cognitive and creative human activity, has its own value
and contributes to the improvement of human nature. The paper raises the question of the
possibility of an objective assessment of moral progress. Moral progress is considered as an
aspect anthroposociology of evolution, contribute to the humanistic potential of culture.
Moral progress consists in the increasing ability of man to differentiate between what is due
and what is. The complication of moral consciousness can have the character of simplification,
which finds its meaningful reflection in specialized forms of culture.
Keywords: culture; progress; regression; simplification; complication; humanism.

Мысль о том, что человечество неуклонно движется к совершенству, представ-


ляет собой одну из базовых мифологем западноевропейской цивилизации. Не-
смотря на критику, идея прогрессивного развития наделяется преимущественно
позитивными коннотациями: рассматривается как синоним развития и эволю-
ции, противопоставляется процессам деградации и распада. При этом представ-
ления о прогрессе нельзя считать ценностно нейтральными, поскольку они за-
трагивают не только развитие материальной культуры, но и культуры духов-
ной. Однако «торжество человеческого разума» преимущественно связывалось
с приращением знания, а не с «приращением добродетелей».
Одним из существенных признаков прогресса можно считать усложнение – ум-
ножение сложности, в которой обнаруживается приращение благ как в эконо-
51
мико-социальном, так и в духовном смысле. Культура обладает «несократимой
сложностью», будучи вынужденой всякий раз воспроизводить свою структуру
под воздействием внешних и внутренних факторов. Это касается и нравствен-
ности. Усложнение материальной культуры не требует дополнительного обос-
нования: материально-техническое разнообразие современной цивилизации об-
ладает видимыми преимуществами по сравнению со средневековьем. Вместе с
тем возникают вопросы: как возможен нравственный прогресс, усложнение ка-
кого свойства заключает в себе нравственное совершенствование человечества?
Человеческий разум стремится к простоте, но «возникает» из сложности. Эта
мысль находит свое подтверждение как в рамках классической философии, так
и в данных эволюционной эпистемологии. Чем бы человек не занимался, он
производит культурную сложность. Деятельность человека связана с диффе-
ренциацией, в которой неизбежны акты упорядочивания и хаотизации, упро-
щения и усложнения. Мораль и нравственность также возникают вследствие
объективного и субъективного разнообразия – сложности. Ситуация выбора в
условиях неопределенности, противоречие между должным и сущим возникает
из социокультурного многообразия. Усложнение культурной действительности
сопровождается усложнением нравственного сознания. Однако само усложне-
ние нравственного сознания может носить характер упрощения, когда от мно-
жества директивных норм переходят к одной этической максиме. Так, ядро вет-
хозаветного нравственного закона составляет 10 заповедей, в то время как
нравственный императив христианства умещается в двух «наибольших» запо-
ведях.
Идея равенства всех людей перед законом, будучи основой для любого право-
вого государства, представляется нам более простой, чем сложное многообра-
зие правоприменения, порожденное кастовым или сословным делением. При
этом «простая» идея всеобщего равенства способствует оформлению более
глубоких форм самосознания индивида, усложнению форм его ответственности
перед собой, обществом и общечеловеческой культурой. Формирование право-
сознания способствовало утверждению идеи как свободы личности, так и ее от-
ветственности.
В одной из работ, посвященных феномену прогресса, нам довелось встретиться
с таким критерием прогрессивного развития: «прогрессивно то, что способст-
вует гуманизму». Если в оценке усложнения материальной культуры и общест-
ва можно обойтись абстрактным понятием «цветущей сложности» (К. Н. Леон-
тьев), то в оценке «гуманистического прогресса» трудно ограничиться образом
«всеобщего блага» (или «индивидуального блага»), не говоря уже о понятии
«счастье». Вряд ли мы могли бы сказать наверняка, что «усложнение способст-
вует гуманизму». Здесь неизбежно возникают вопросы о природе этого услож-
нения. С одной стороны, усложнение культуры способствует раскрытию гума-
нитарного потенциала, а, с другой стороны, пролиферация сложности, вызван-
ная разрастанием системных структур разной природы, получает противоречи-
вые оценки, создает порядок, который постмодернисты назвали «метастатиче-
ским».
52
В специализированных словарных изданиях по философии понятие нравствен-
ный прогресс определяется как «процесс улучшения нравов». В исторической
перспективе сложились полярные оценки перспектив морального развития че-
ловечества: от признания неизбежного, планомерного совершенствования мо-
рального сознания до отрицания возможности этической трансформации чело-
вечества. Лейтмотив «ухудшения нравов» под воздействием материального
прогресса проходит красной нитью через многие светские представления о про-
грессе (начиная с Лукреция). Обсуждение перспектив нравственного прогресса
принимает остродискуссионный характер. Д. И. Дубровский в работе «О нрав-
ственном прогрессе и нравственном регрессе» отмечает, что «вряд ли европей-
ская цивилизация даже в лучшие свои периоды дает повод говорить о нравст-
венном прогрессе» [2, с. 91]. Действительно, многообразие исторического опы-
та и культурного своеобразия (А. Д. Тойнби) трудно примирить с образом по-
следовательного, всеобщего нравственного прогресса. Исключением в этом ря-
ду критики и отрицания нравственного прогресса является марксизм. Улучше-
ние социальной природы человека сопровождается неизбежным изживанием
эгоизма – следствия капиталистического способа хозяйствования.
По мысли Р. Нисбета, идея прогресса возникает на фоне синтеза античных идей
с христианством [3]. В контексте христианской антропологии история челове-
чества связана с деградацией, с потерей совершенства. Усложнение – это след-
ствие человеческого грехопадения. Вавилонское столпотворение является од-
ним из символов греха и своего рода «смесительного усложнения». Все, что об-
ладает сложностью, по мысли Аристотеля, несовершенно, а «испорченный че-
ловек есть самый изменчивый» [1, с. 220]. Получается, что формирование эти-
ческих максим, нравственного сознания, совершенствование правосознания яв-
ляется следствием несовершенства. Однако возрастающую в культуре способ-
ность к интроспекции (например, в рамках такого жанра как «исповедь»), к
экспликации нравственных переживаний в литературе (на примере рассужде-
ний героев Ф. М. Достоевского) можно считать признаком усложнения.
Весь XX век связан с критическим отношением к идее прогресса, в том числе и
нравственного. Однако по большей части критика обращена не к самой идее
прогресса, а к ее конкретно-исторической форме. Усложнение в оценке нравст-
венного прогресса не может быть описано как появление новых этических про-
грамм и максим. Полагаем, что «золотое правило нравственности» не подлежит
трансформации. Усложнение в оценке нравственного прогресса должно сопро-
вождаться усложнением нравственного сознания – способности субъектов к
дифференциации собственного сознания, осознанию границ между должным и
сущим. Нравственный прогресс возможен только как аспект антропосоциаль-
ной эволюции, в которой нравственное совершенство рассматривается как мо-
мент раскрытия гуманитарного потенциала культуры. Полагаем, что культуры
обладают различным гуманитарным потенциалом, что требует дополнительно-
го обсуждения.
Литература
1. Аристотель. Никомахова этика // Аристотель. Сочинения: В 4–х т. – М.: Мысль, 1984. – Т.
4. 832 с.
2. Дубровский Д. И. О нравственном прогрессе и нравственном регрессе // Философские нау-
ки. 2007. №11. С. 81–102.
3. Нисбет Р. Прогресс: история идеи. М.: ИРИСЭН, 2007. 557 с.

53
Елена Валерьевна Пастухова
Омский государственный медицинский университет,
Россия, г. Омск
E-mail: lyisyakova@mail.ru

НАРРАТИВ ЯЗЫКОВОЙ ЛИЧНОСТИ В ЭМОТИВНОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ

Аннотация. В эпоху цифровой революции из человека классической науки формирует-


ся человек информационный. Нарратив такой языковой личности характеризуется
ростом эмоционального компонента. Подобного рода эмотивная трансформация ниве-
лирует коммуникацию, направленную на развитие суждения, понимания, познания.
Ключевые слова: языковая личность, когнитивный и эмоциональный аспекты, нарра-
тив, эмотивная трансформация.

E. V. Pastukhova
Omsk State Medical University
the Russian Federation, Omsk

NARRATIVE OF A LINGUISTIC PERSONALITY IN AN EMOTIVE


TRANSFORMATION

Abstract. In the era of the digital revolution man of classical science is formed into information
man. The narrative of such a linguistic personality has a high emotional component. This kind
of emotional transformation eliminates communication aimed at the development of judg-
ment, understanding, cognition.
Keywords: linguistic personality, cognitive and emotional aspects, narrative, emotive trans-
formation.

Львиная доля исследований языковой личности приходится на такие области


науки, как дидактика, лингвистика, языкознание, педагогика и методика обуче-
нию языкам. Тем не менее, когнитивная наука, психология и философия также
не остаются в стороне и активно включаются в полемику вопросов, связанных с
языковой личностью, а также языковым контекстом в целом.Наиболее актуаль-
ными эти вопросы становятся благодаря изучению особенностей языковой лич-
ности в эпоху цифровой революции и всему, что ей сопутствует.
Значимыми компонентами языка в целом и языковой личности в частности ста-
новятся не только когниция, но и эмоция. В связи с развитием и всепоглащен-
ностью мира цифрой кажется, что коммуникация приобретает статус универ-
сальности увидеть ее можно везде и во всем.
Между тем, ни для кого не секрет, что именно благодаря виртуальной реально-
сти человеку все труднее найти не только собеседника, но и себя самого в пла-
стах такой коммуникации. На наш взгляд это связано как раз с тем, что эпоха
цифры нивелирует коммуникацию, направленную на суждение, понимание, по-
знание и стирает границы, в рамках которых происходит размышление над ис-
тинностью высказывания, соответствием его действительности, либо ложью,
54
искажающей восприятие действительности. Поэтому становится так трудно
дать определение тому или иному объекту или процессу, то есть в Аристоте-
левском смысле установить границы его существования, в пределах которых
происходило его познание [1].
Расширение количества знаков в эпоху цифровой революции способствует соз-
данию новой лингвоэкологии и нового типа коммуникации, где нарратив язы-
ковой личности воспроизводится в эмотивной трансформации. Обращение к
смайлам, гифкам, аватаркам и другим формам визуализации языковой личности
выставляет на первый план ее (личности) переживания, эмоциональные им-
пульсы, интонационные способности и просодические средства в целом, кото-
рые используются в коммуникации. Специфика такой трансформации состоит в
качественных изменениях нарратива языковой личности, а также в перспективе
их воздействия. В связи с этим возникают интересные аспекты новых методов
развития коммуникации, мысли и языка, следовательно, формируется и новый
тип языковой личности. Здесь образование становится ключевым способом
формирования такой личности, поэтому есть причины задуматься над тем, что
современная образовательная система способствует формированию скорее ту-
совщика, чем информационного человека.
Итак, языковая личность в нарративах вербального и невербального плана из
человека классической науки трансформируется в человека информационного,
но с ярко выраженным эмотивным аспектом. Такая языковая личность в боль-
шей степени передает знание, чем изобретает нечто новое, что как раз и отра-
жает эффект относительного торможения личности. Таким образом, можно
констатировать, что информационная коммуникация характеризуется ростом
эмоционального компонента, который в свою очередь приостанавливает разви-
тие когнитивного компонента. В эпоху информационной революции мы гово-
рим о цифровых изменениях, которые в свою очередь меняют и эмоциональ-
ный аспект языковой личности.
Если ранее на заре возникновения информационная коммуникация преобладала
над чистой эмоциональной коммуникацией, то теперь последняя не только бе-
рет верх, но и используется для манипуляции потребителя. Нарратив языковой
личности в этом контексте требует тщательного исследования как средство
воздействия не столько информационного, сколько эмотивного. При всех дос-
тоинствах развития эмоционального компонента языковой личности не стоит
умалять опасность преобладания эмоционального компонента над когнитив-
ным. Проблема формирования и воспитания языковой личности также тесно
связана с изучением эмоционального интеллекта, которое вносит свои коррек-
тивы в ориентиры настоящего.
Говоря о формировании языковой личности в эпоху цифровой революции, за-
фиксируем, что язык приобретает собственный импульс развития, вопрос будет
заключаться в том, насколько он совпадает с развитием представления и позна-
ния описываемого предмета. При совпадении импульса развития языка с разви-
тием познания объекта получается более объективная картина закономерно-
стей, при несовпадении мы получаем картину образ мира, зафиксированный
55
скорее из языка, чем из реальности. Тем не менее, зафиксируем возможность
проникновения в информационную составляющую коммуникации вектора раз-
вития предмета анализируемого в коммуникации.
Нарративизация здесь становится основной единицей при изучении языковой
личности и ее эмотивной трансформации. Если под нарративом понимается из-
ложенное самостоятельно повествование о некотором множестве взаимосвя-
занных событий, представленных зрителю, читателю или слушателю в виде оп-
ределенной последовательности слов, фраз или образов, то нарратив языковой
личности включает в себя процесс воплощения слова и мысли, принадлежащих
определенному субъекту повествования, в рамках общей системы наррации. В
этом смысле нарративизация, как она понимается в нарратологии, включает в
себя двухэтапный конструкт, состоящий из когнитивных и лингвистических
аспектов. Один из них представляет собой бессознательное выделение когни-
тивных единиц в качестве событий среди потока истории в целом. Другой ас-
пект подразумевает языковое изложение данных событий путем внесения в них
связности и последовательности. Cам по себе процесс нарративизации пред-
ставляет собой субъективный эмоционально окрашенный и оказывающий оп-
ределенное влияние на окружающих познающий и лингвистический акт, вклю-
чающий в себя одновременно и процесс и результат деятельности конкретного
субъекта, языковой личности [2].
Подводя итоги, можно сформулировать парадокс, смысл которого в следую-
щем: цифровая революция, изначально подразумевавшая развитие и преобла-
дание информационной коммуникации все больше характеризуется эмотивной
трансформацией. Нарратив языковой личности со всеми его просодическими
средствами вербального и невербального характера вынуждает обратиться к
изучению его как средства воздействия не столько информационного, сколько
эмотивного. В этом контексте становится краеугольной проблема развития (или
торможения?) эмоционального интеллекта, потому что в современные средства
коммуникации и использование интернета направлены на развитие не интел-
лекта, а средств эмоционального отклика и разрядки.

Литература
1. Аристотель. Категории. Об истолковании . Сочинения – М.: 1978. Т.2. – С. 53 – 90, 93
– 116
2. Кондина А.С., Пастухова Е.В. Проявление эмоционального интеллекта как сущест-
венный признак нарративизации вторичной языковой личности // Верхневолжский филоло-
гич. вестн. 2019.№ 2 (17). С. 156–166.

56
Алия Толеувна Колесник
Омский государственный университет имени Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: lu.ko.88@mail.ru

ИДЕЯ САМОРАЗВИТИЯ В ЭТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ СОВРЕМЕННОСТИ

Аннотация. Саморазвитие лежит в основе человеческого существования как некая


ценность и цель. На саморазвитие человека, определение его целей и ценностей влияет
та этическая система, в контекст которой человек "заброшен". Согласно принципам
ТДИС мы можем выразить интерпретацию саморазвития, как некую концептуальную
программу личностного роста современного человека.
Ключевые слова: саморазвитие, самопознание, культура. ТДИС, этическая система, со-
временность, личностный рост, ценности.

A. T. Kolesnik
Dostoevsky Omsk State University
the Russian Federation, Omsk

IDEA OF SELF-DEVELOPMENT IN AN ETHICAL SYSTEM OF MODERNITY

Abstract. Self-development lies at the heart of human existence as a certain value and purpose.
The person’s self-development, determination of his goals and values is influenced by that
ethical system in the context of which the person is “abandoned”. According to the principles
of TDIS, we can express the interpretation of self-development as a kind of conceptual pro-
gram of personal growth of a modern person.
Keywords: self-development, self-knowledge, culture. TDIS, ethical system, modernity, per-
sonal growth, values.

Известно, что одна из высших ценностей и целей человека это возможность и


способность преодолеть себя. Согласно Ф. Ницше важно не то, кто мы есть, а
то, кем мы можем стать, например, через преодоление "слишком человеческо-
го", от человека к сверхчеловеку. Тема саморазвития противоречивая, с одной
стороны культура катализирует процесс саморазвития, открывает для него про-
стор возможностей, с другой стороны, "рамки" культуры всегда формализиру-
ют, сдерживают, пытаются догматизировать какое то представление о человеке,
привести его к некой норме. При этом, очевидно то, что человек все таки разви-
вается, испытывает противоречия и меняется, благодаря процессам связанным с
феноменом "саморазвитие".
Саморазвитие лежит в основе человеческого существования как некая ценность
и цель. Именно ценность определяет постановку целей и действий, которые оп-
ределяют результаты, которых добивается человек. Человек это существо не
"ставшее", но постоянно, регулярно "становящееся" в "шпенглеровском" смыс-
ле, особенно в современном мире, это существо так или иначе изменчивое, но
меняется он не на своем морфологическом уровне, который определен биоло-
гией, а меняется на уровне культурном. И на саморазвитие человека, определе-
57
ние его целей и ценностей влияет та этическая система, в контекст которой че-
ловек "заброшен", то есть помещен.
Говоря о этической системе современности, можно допустить идею о том, что,
если раньше саморазвитие было необходимой практикой выживания, то сейчас
это элемент этики, некий этический императив, который гарантирует не только
самосохранение, но и сущностное содержание личности. Это желание идти по
пути личного саморазвития, быть открытым к знаниям, уметь разбираться в се-
бе и людях, понимать тот факт, что мир многополярен и не однороден, что все
имеет свои индивидуальные грани и особенности, и при этом, быть терпимым к
этому – это и есть главное содержание современной этики в ее универсальном
понимании. Этическая система современности требует в большей степени
осознанности в отношении собственной личности и ее уровня развития.
Попробуем в обобщенном виде выявить содержание идеи саморазвития, кото-
рое согласно нашей гипотезе занимает ведущее место в этической системе со-
временности. В данном случае, мы обращаемся к интерпретации саморазвития
посредством определённой методологии, которая нам кажется достаточно эф-
фективна в условиях современных кросскультурных и междисциплинарных ис-
следованиях. Эта методология ТДИС – теория динамических информационных
систем. Согласно принципам ТДИС мы можем выразить нашу интерпретацию
саморазвития, как некую концептуальную программу личностного роста [1].

При дешифровке первого уровня, изображенной на рисунке 1, мы видим что


саморазвитие представляет собой сочетание следующих процессов, связанных с
развитием человека: самопознание, самообразование и самоактуализация.
Исходя из методологии, мы не останавливаемся на этих результатах и рассмот-
рим каждую категорию отдельно.
На рисунке 2 изображена уже дешифровка второго уровня, которая образует
новые категории: самопознание представляется нам как биологический, соци-
альный и личностный уровень; самообразование как инициативность, ответст-
венность и автономность; самоактуализация как потенциал, стремление и рас-
крытие Я.
В данной статье мы не планируем обращаться к операции мутаций, т.е. даль-
нейшему смешивание индексов по законам схемы .
На данном этапе по средствам методологии ТДИС нам удалось представить
концепцию нашей идеи, как некую программу действий, суть которой выража-
58
ется в саморазвития человека.
Программа включает в себя три этапа:
1) самопознание – срез и инвентаризация, необходимо оценить и протестиро-
вать себя: свой возраст, чего ты добил-
ся, твои ценности и т.д., понять кто ты
есть на данный момент времени
2) самообразование – такой же срез,
оценка своей инициативности, оценка
ответственности, что ты готов пожерт-
вовать ради самообразования, какие ре-
сурсы готов вложить; и оценка своей
автономности, насколько ты автономен
от чужого мнения, от влияния социаль-
ных стереотипов, которые загоняют че-
ловека в определенные обстоятельства:
быт, семья, работа, коллеги, общий ин-
фофон и т.д.
Рис.2 Схема дешифровки второго уровня
3) самоактуализация → нахождение смысла, стремления человека → овладе-
ние смыслом себя (смыслом жизни) и как итог → саморазвитие.
Таким образом, взяв известные понятия и с комбинировав их по средствам ме-
тодологии ТДИС мы видим дальнейшее поле для исследовательской работы.
Но даже эта схема является потенциальной для дискуссии, рефлексии и по-
строения дискурса саморазвития в современных условиях.
Тема саморазвития важна в её философско-культурном и социально-
философском контексте, так как сам феномен саморазвития, направлен не толь-
ко на субъект саморазвития, но и на результат его личностного роста, который
отображается в отношениях в обществе, создаёт определённые парадигмы по-
ведения. То есть субъект начинает влиять на социальный объект, и вот качество
этого влияния для нас представляется важным. Поэтому саморазвитие само, по
умолчанию, есть процесс культуротворческий. Получается человек творит себя
как некую культуру, обрабатывая свою природу, резонируя с окружающим ми-
ром и представляет тем самым определенную этику по отношению ко всему
окружающему.

Литература
1. Разумов В.И. Категориально-системная методология в подготовке ученых: учеб. пособие /
вст. ст. А.Г. Теслинова. 2-е изд., стереотип. Омск: Омск. гос. ун-т, 2008. 277 с.

59
Ирина Романовна Либина
Евгений Ильич Рабинович
Уральский федеральный университет,
Россия, г. Екатеринбург
E-mail: irisha_libina@mail ru, rabinovichevgeny@gmail.com

ДРУЖБА ПРОТИВ СИНАГОГИ: РЕЛИГИОЗНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ


И СОВРЕМЕННЫЕ ЕВРЕЙСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕКАТЕРИНБУРГА

Аннотация. Статья посвящена взаимодействиям еврейских культурных центров Ека-


теринбурга и синагоги. Показываются противоречия между пониманием культурной и
религиозной идентичности у акторов еврейской общинной жизни на Урале. Рассмат-
ривается актуальное состояние и проблемы еврейской общины города.
Ключевые слова: Урал; иудаизм в России; синагога; еврейские культурные центры; ев-
реи на Урале; Хабад.

Irina Libina
Evgeny Rabinovich
Ural Federal University,
the Russian Federation, Ekaterinburg

FRIENDSHIP VS THE SYNAGOGUE: RELIGIOUS IDENTITY


AND MODERN JEWISH ORGANIZATIONS IN YEKATERINBURG

Abstract. This paper focuses on the interactions between jewish cultural centers and the syna-
gogue in Yekaterinburg. It reveals the contradictions between the ideas of cultural and reli-
gious identities of Ural jewish community members. The article deals with the issues that are
present in Jewish community Yekaterinburg and its current status.
Keywords: Ural; Judaism in Russia; synagogue; jewish cultural centers; jews in Ural; Chabad.

На сегодня в Екатеринбурге насчитывается пять еврейских организаций: Ев-


рейский общинный центр «Синагога», Свердловское общество еврейской куль-
туры «Атиква», Екатеринбургский еврейский культурный центр «Менора», ме-
ждународная студенческая организация «Гилель» и Еврейское агентство для
Израиля «Сохнут». Здесь мы в первом приближении попробуем рассмотреть
специфику их взаимодействия и понять их роль в формировании религиозной
идентичности евреев Екатеринбурга. Наша аналитика опирается на данные ин-
тервьюирования представителей указанных еврейских организаций, проведён-
ного И.Р. Либиной в 2019 году.
Все еврейские культурные центры города появились раньше синагоги в поздне-
советский и ранний постсоветский периоды. Так, датой образования «Атиква»
является 1989 г., появление в Екатеринбурге «Сохнута» – 1991 г., «Меноры» –
1993 г., «Гилеля» – 1996 г. Движение Хабад приходит в город только в 1997 го-
ду, когда главным раввином г. Екатеринбурга и Свердловской области стано-
вится Зелиг Ашкенази. Синагога в Екатеринбурге была открыта лишь в 2005
60
году и фактически тогда же фиксируется появление противоречий между куль-
товым и культурными центрами города. До включения синагоги в культурное
тело города, почти 15 лет в Екатеринбурге активно протекала еврейская жизнь:
проводились праздники и шаббаты, детские и семейные лагеря, семинары, кур-
сы по еврейской истории и изучению иврита и т.д. Появление синагоги вызвало
значительный отток аудитории из еврейских культурных центров. С точки зре-
ния активистов и сотрудников этих центров, причиной стала специфическая
политика синагоги, стимулировавшей людей различными благами: от продук-
товых наборов до бесплатных билетов на концерты. Как отмечает одна из акти-
висток бывшей общины прогрессивного иудаизма в Екатеринбурге: «Зелиг пе-
реманил к себе людей бутербродами со шпротами». Подобные благотворитель-
ные акции нередко критикуются членами еврейских культурных центров. «Ха-
бад за эти годы приучил евреев города Екатеринбурга к халяве», – говорит один
из активистов «Атиква», – «сформировал общину потребителей, не желающих
создавать что-либо, вкладываться в жизнь общины». Нам представляется, что
подобная деятельность синагоги отразила, скорее, не локальную специфику, но
общее состояние российского общества (вне зависимости от этнического или
религиозного фактора), в принципе заинтересованного в том, чтобы получить
что-либо бесплатно. Запрос уже был сформирован, и движение Хабад умело
воспользовалось этим, обладая значительными финансовыми средствами.
Фиксируется и другое мнение. Так, один из активистов «Гилеля» считает дея-
тельность Хабада необходимой, поскольку, по его версии, без неё невоз-
можно восстановление и сохранение еврейской идентичности в г. Екате-
ринбурге. Хабад не даёт размыться границам понятия «еврей». В стремле-
нии Хабада монополизировать еврейскую жизнь города, не замечая при
этом другие организации, он видит естественный взгляд религиозных лю-
дей на мир. Религия, по его мнению, для них представляется наиболее
важной частью еврейской идентичности и, соответственно, акцент других
еврейские организации на «культуру» – есть некоторое искажение еврей-
ской традиции.
Впрочем, приведенная точка зрения маргинальна, в том смысле, что по-
давляющее большинство представителей еврейских организаций города
считают методики Хабада по вовлечению евреев диаспоры в еврейскую
жизнь не вполне отвечающими запросам современности и характеризую-
щиеся чрезмерным религиозным радикализмом. «Хабадники предлагают,
немедленно начать молиться – каждый день, три раза, и все соблюдать срочно»,
– так охарактеризовал их деятельность один из активистов «Атиква». С этой
точки зрения, деятельность Хабад признаётся полезной (сохранение еврейской
традиции), но, параллельно, порицается за требование беспрекословного со-
блюдения заповедей от людей, которые неожиданно узнали о своих корнях или
внезапно осознали себя как евреев. В итоге, «жёсткий» вариант включения
неофитов в пространство религиозной практики становится одним из значимых
элементов критики деятельности синагоги со стороны членов еврейский орга-
низаций Екатеринбурга. Значительная часть неофитов приходит к религии
61
движимая не собственно верой, но поиском национальной идентичности, когда
религиозная практика воспринимается лишь как один (пусть и значимый) из
элементов пазла под названием «национальная культура».
Значимость этому направлению критики придаёт очевидная альтернатива – в
соседнем областном центре действует реформистская синагога. В синагоге
этого направления иудаизма в Тюмени женщины и мужчины могут мо-
литься совместно, не требуется «мгновенное» погружение в традицию,
можно свободно, в неформальной манере пообщаться с раввином, каббалат
шаббат проходит с живым музыкальным сопровождением. Пожалуй, са-
мым главным следует признать то, здесь отсутствует деление на галахиче-
ских и не галахических евреев. На многих представителей еврейских куль-
турных центров (в первую очередь, молодёжного «Гилеля») столь ради-
кальное отличие хабадской и реформистской синагоги производит значи-
тельное впечатление, при этом, предпочтение отдаётся последней. По мне-
нию активистки «Меноры», у екатеринбургской общины ещё не до конца
сформирована потребность в следовании другим направлениям иудаизма.
Она замечает: «с точки зрения религиозных ритуалов и обязательств наших –
пока они есть, есть синагога. Когда община дозреет до того, что у нее будет три
синагоги, как положено, значит, будет три синагоги, не дозреет – значит, не бу-
дет».
При этом, фиксируется точка зрения, что даже если такая потребность у
евреев Екатеринбурга оформится в ближайшее время, то Хабад использует
все свои ресурсы, для того, чтобы не допустить появления в городе рефор-
мистской синагоги. Вместе с тем, очевидно, что, если и будет представле-
на такая альтернативная «точка доступа» к традиции, это не приведёт к
гармонизации еврейской жизни Екатеринбурга1. Проблема заключается в
том, что между уже существующими еврейскими организациями города не
вполне чётко распределены «обязанности». Это усугубляется и сложными
отношениями между их членами. Активистка «Сохнута» комментирует си-
туацию так: «есть много людей, которые хотят ходить и на шаббат, и на какие-
то праздники, но им не подходит сам формат синагоги, либо контингент, кото-
рый туда приходит. И как мне кажется, появление второй синагоги могло бы
это решить. Но с другой стороны, это город, в котором и так уже десять тысяч
еврейских организаций, <.> вопрос, насколько городу это действительно надо.
Потому что если в этот компот добавится еще две организации, реформистская
синагога сама по себе и "НЕЦЕР", то мы вообще тут с ума посходим».
Такая точка зрения действительно достаточно точно описывает актуальную си-
туацию. У каждого еврейского центра города есть свой вектор развития. Так,
«Менора» делает упор на волонтерство и социальную помощь, «Атиква» ак-
центирует внимание на роли цдаки и традиции, «Гилель» пропагандирует при-
1
Такое противостояние между пониманием еврейской жизни в версии Хабад и другими общинами, с почти не-
избежной альтернативой в виде обращения представителей еврейских центров к реформистскому иудаизму,
фиксируется не только на Урале. Фактически, здесь мы видим локальный микро-вариант общероссийской си-
туации, наиболее полно представленной в столице [см., напр. 1].

62
общение к еврейству через развлечения, а «Сохнут» указывает на важность ев-
рейского образования и связь с Израилем посредством проведения семинаров и
изучения иврита. Помимо этого, еврейские организации на протяжении десяти-
летий не могут договориться о том, что является сущностью феномена под на-
званием «еврейская община» и как правильно она должна функционировать.
Для ответа на эти вопросы каждая из еврейских организаций выработала свой
комплекс ответов.
Члены «Атиква» убеждены, что община должна быть независимой и саморегу-
лируемой. «Менора» не видит никакого противоречия в том, что она существу-
ет на спонсорские средства, потому что именно благодаря им реализуется це-
лый комплекс программ для еврейского населения региона. Для «Сохнута» об-
щина в диаспоре не может существовать без интереса к Израилю как естест-
венному центру притяжения и возможностей его посещения (учебные про-
граммы, стажировки, репатриация и т.д.). «Гилель» мыслит общину как объе-
динение молодого поколения евреев (от 18 до 35 лет), активно участвующего в
мероприятиях и создающих свои проекты (в идеале реализуя главный проект –
«семья»). Таким образом, мы видим несколько микро-общин, образованных во-
круг отдельных организаций, что позволяет постулировать отсутствие единой
еврейской общины Екатеринбурга.
Последнее как проблему воспринимает, в первую очередь, Американский ев-
рейский распределительный комитет «Джоинт». Для объединения и координа-
ции деятельности различных сегментов еврейской общинной жизнью под па-
тронажем этой организации проводятся общинные форумы. Последний состо-
ялся в мае 2019 года. Основными целями этой встречи были: попытка прими-
рения руководителей еврейских культурных центров, поиск компромиссов и
построение плана развития общины города на ближайшие 3-5 лет. Характерно,
что многие участники форума выразили недовольство конфронтацией между
еврейскими центрами и Хабадом в Екатеринбурге. Те, кто не первый год пыта-
ется наладить контакт с синагогой, рассказывали, преимущественно, о негатив-
ном личном опыте. В целом, участники форума пришли к мнению, что все ев-
рейские культурные центры города должны объединиться, чтобы синагога «на-
чала с нами считаться». Транслировалась точка зрения, согласно которой Хабад
(и, фактически, синагога) представляет серьёзную угрозу для остальных еврей-
ских организаций. Согласно такому подходу, Хабад, в итоге, обретёт абсолют-
ную «монополию» на статус единственной «подлинной» еврейской общины
Екатеринбурга. Единственным выходом здесь мыслится консолидация раз-
дробленных еврейских организаций города, своеобразное «объединение против
синагоги», точнее – против методов Хабад (претендующих на безальтернатив-
ную универсальность) для сохранения сложного, многосоставного культурного
поля.
Уменьшение значимости и влияния еврейских культурных центров (в сравне-
нии с 1990-ми и началом 2000-х гг.), вызывает у их представителей опасение,
что в дальнейшем приобщение к еврейской традиции будет происходить ис-
ключительно через посредничество синагоги. Нежелание же и/или невозмож-
63
ность соблюдения традиции в варианте Хабад, может привести к отказу от
формирования/следования еврейской идентичности у ряда евреев города и об-
ласти.
В итоге, на форуме была выдвинута задача организовать в городе ещё один
миньян, чтобы удовлетворять религиозные потребности тех, кто не может или
не хочет молиться в синагоге. Логика такого решения обусловлена необходи-
мостью ответа на комплекс серьёзных вызовов: укрепление еврейской идентич-
ности в её «оригинальном» виде (через иудаизм); повышение уровня знаний о
способах соблюдения заповедей Торы; создание конкуренции Хабаду в Екате-
ринбурге. Таким образом, несмотря на очевидное отличие целей и методов ев-
рейских культурных центров города, как и многолетнее разногласие между их
руководством, можно зафиксировать актуальную точку соприкосновения меж-
ду ними: «дружбу против синагоги».

Литература
1. Зеленина Г. Портрет на стене и шпроты на хлебе: московские евреи между двумя «секта-
ми» // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. 2015. № 3 (33). C. 121-169.

64
Михаил Сергеевич Шаповалов
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: Shapovalov_ms@mail.ru

РОЖДЕНИЕ МИФА «КАИНСК – СИБИРСКИЙ ИЕРУСАЛИМ»: ОПЫТ


ИСТОРИЧЕСКОГО РАССЛЕДОВАНИЯ1

Аннотация. В современном общественном и научном дискурсе Сибири существует фе-


номен «сибирского Иерусалима». Очевидно первым городом, к которому была приме-
нена метафора «Сибирского Иерусалима» был Каинск. При этом сегодня до конца не
понятно кто первый применил эту метафору? Как происходило ее распространение и
верификация? Получить ответы на эти вопросы предлагается в данной статье.
Ключевые слова: Сибирский Иерусалим; Каинск.

M. S. Shapovalov
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

BIRTH OF THE KAINSK-SIBERIAN JERUSALEM MYTH: HISTORICAL


INVESTIGATION EXPERIENCE

Abstract. In the modern public and scientific discourse of Siberia, there is the phenomenon of
“Siberian Jerusalem”. Obviously the first city to which the metaphor of Siberian Jerusalem was
applied was Kainsk. Moreover, today it is not completely clear who first applied this meta-
phor? How did it spread and verify? Get answers to these questions is proposed in this article.
Keywords: Siberian Jerusalem; Kainsk.

Метафора «Сибирского Иерусалима» в 2000-х гг. получила широкое распро-


странение в Зауралье, сегодня эту удачную конструкцию активно используют
по отношению к Енисейску, параллельно развивается идея «Забайкальского»
(Баргузин) и «Дальневосточного» (Албазино, Благовещенск, Биробиджан) Ие-
русалимов. При этом, очевидно первым городом, к которому была применена
метафора «Сибирского Иерусалима» был Каинск (современный город Куйбы-
шев в Новосибирской области), и именно от конструкции «Каинск – Сибирский
Иерусалим» была запущена цепочка создания «Сибирских Иерусалимов» при-
менительно к другим городам региона. Оставив за скобками текстологический
анализ эволюции метафоры «Сибирский Иерусалим», а также вопросы христи-
анской эсхатологии и взаимосвязи между Новым и «Сибирским Иерусалимом»,
зададимся в этом тексте лишь вопросом появления мифа «Каинск – Сибирский
Иерусалим». Кто первый применил эту метафору? Как происходило распро-
странение мифа и его верификация? Учитывая специфику вопросов, речь в тек-

1
Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда (проект № 18-78-10062)
65
сте будет вестись скорее не об исследовании, а историческом расследовании
рождения мифа.
Центральным источником, в котором упоминается и дается расшифровка кон-
структа «Каинск – Сибирский Иерусалим» стали статьи и монографии барна-
ульского исследователя Ю.М. Гончарова. С 2005 по 2010 г. он несколько раз
воспроизвел в своих работах текст, в котором, ссылаясь на авторов XIX в., но-
минировал Каинск «Сибирским Иерусалимом». Приведем отрывки из его тек-
ста: «Декабрист И.И. Завалишин отметил, что Каинск в шутку называют
“сибирским жидовским Иерусалимом“» и далее «Из города Каинска евреи
умудрились сделать такой же город, каких неисчислимое множество во всем
западном крае России. Каинск сибиряки справедливо называют “сибирским
Иерусалимом”…» [1, c. 213; 2, c.54-55; 4, с.32,43; 5, с. 25, 28]. Во втором отрыв-
ке Ю.М. Гончаров ссылался на текст известного российский этнографа-
беллетриста С.В. Максимова, посетившего Сибирь в начале 1860-х гг., в первом
же отрывке ссылка на труд И.И. Завалишина отсутствует. При этом, отсутствие
ссылки повторяется во всех работах Ю.М. Гончарова про «Сибирский Иеруса-
лим». Отсутствие этой ссылки и привело автора этого текста к необходимости
начать историческое расследование рождения мифа.
Прежде всего, обратимся к книге С.В. Максимова, на цитируемой Ю.М. Гонча-
ровым странице, находим текст: «Каинск сибиряки справедливо прозвали «жи-
довским Иерусалимом» (евреи составляют 4/5 части всего городского населе-
ния)» [9, с. 128]. Таким образом, этнограф Максимов применял к Каинску но-
минацию «жидовский Иерусалим», метафора же «Сибирский Иерусалим» не
встречается в его тексте ни разу (Любопытно также, что сразу же после описа-
ния Каинска, С.В. Максимов рассказывает, про еще один город, где «евреи уст-
раивают такой же кипучий оборотливый городок» [9, с.129], это Баргузин. В
последствии исследовательница Л.В. Кальмина назовет Баргузин по аналогии с
Каинском «забайкальским Иерусалимом» [7, с.30]). Первым на эту нестыковку
обратил внимание исследователь В.Н. Шайдуров: «Сибиряки, по сведениям С.В.
Максимова, именовали Каинск не иначе как «жидовский Иерусалим» (в неко-
торых работах современных авторов приводится иное название Каинска –
«сибирский Иерусалим» [Шайдуров дает ссылку на статью Ю.М. Гончарова
2010 г.], что не соответствует действительности)» [12, c.83]. Возможно
Ю.М. Гончаров старался избежать в своем тексте не политкорректной форму-
лировки «жидовский Иерусалим» и заменил ее на более нейтральное наимено-
вание.
Нестыковка с цитированием С.В. Максимова, придает дополнительную важ-
ность проверки фразы про «Сибирский Иерусалим» у И.И. Завалишина. Веро-
ятно, имеется ввиду этнограф и писатель Ипполит Иринархович Завалишин,
который в 1862 г. опубликовал книгу «Описание Западной Сибири». Важно за-
метить, что И.И. Завалишин был не декабристом, а братом декабриста Дмитрия
Иринарховича Завалишина (на этот факт первой обратила внимание исследова-
тельница Э. Григорян). В своей книге И.И. Завалишин действительно называет
Каинск Иерусалимом, однако его точная цитата звучит иначе, чем в тексте у
66
Ю.М. Гончарова: «Каинск – “Иерусалим“ Евреев. Нигде в целой Сибири нет их
столько, как в этом городе…» [6, c.87-88]. Можно было бы предположить, что
Ю.М. Гончаров не имел возможности получить доступ к тексту И.И. Завали-
шина, и поэтому был вынужден использовать некую чужую или примерную
трактовку источника, но в своем учебном пособии 2008 г. он приводил точную
цитату из И.И. Завалишина: «суетливый Каинск, этот «Иерусалим» сибирских
евреев» [3, c.37].
Проверка источников дает возможность сделать два предварительных вывода,
во-первых, ни С.В. Максимов, ни И.И. Завалишин не использовали метафору
«Сибирский Иерусалим», хотя и номинировали Каинск «еврейским» или «жи-
довским» Иерусалимом. Во-вторых, складывается представление, что именно
исследователь Ю.М. Гончаров первым, преобразовав фразы из источников XIX
в., создал совершенно новый конструкт «Каинск – Сибирский Иерусалим». Од-
нако, последнее предположение сразу же следует признать ошибочным. Мета-
фора «Сибирский Иерусалим» к городу Каинску применялась новосибирскими
исследователями Г.А. Ноздриным и М.В. Шиловским еще в конце 1990-х гг.
начале 2000-х гг. [10; 11; 13], до публикации работ Ю.М. Гончарова. При этот,
сам Ю.М. Гончаров не ссылался в своих работах о «Сибирском Иерусалиме» ни
на один труд Г.А. Ноздрина и М.В. Шиловского. Исходя из этого, следует
предположить, что или нам сегодня еще не известен некий изначальный текст,
из которого исследователи взяли метафору «Сибирский Иерусалим» (Г.А. Ноз-
дрин и Ю.М. Гончаров писали, что указанная номинация Каинску была дана
именно в XIX в) либо процесс создания мифа «Сибирского Иерусалима» шел
среди исследователей параллельно на рубеже XX-XXI вв. Тем самым, конст-
рукт «Сибирского Иерусалима» имеет современное происхождение.
Не выяснив точно авторство метафоры, расследование точно выявило процесс
верификации и распространения мифа. Благодаря тому, что миф был сконст-
руирован в научной, экспертной среде, его практически без проверки стали ти-
ражировать СМИ (прежде всего Новосибирской области). В 2006 г. вышла ста-
тья в Вечернем Новосибирске, где был воспроизведен вариант Ю.М. Гончарова
цитат С.В. Максимова и И.И. Завалишина [8]. Текст новосибирской газеты в
свою очередь получил широкое распространение благодаря размещению на
сайте «Библиотека сибирского краеведения». В результате метафора «Сибир-
ского Иерусалима» проникла сегодня в тексты от школьных рефератов до инве-
стиционного паспорта г. Куйбышева.

Литература
1. Гончаров Ю.М. "Сибирский Иерусалим" (город Каинск в XIX – начале XX века) //
Проблемы еврейской истории Материалы научных конференций Центра «Сэфер» по иудаике
2007 года. – 2008. – С. 212-221.
2. Гончаров Ю.М. "Сибирский Иерусалим": еврейская община города Каинска в XIX –
начале XX в // Известия Алтайского государственного университета. – 2010. – № 4-3 (68). –
С. 54-57.
3. Гончаров Ю.М. Быт горожан Сибири во второй половине XIX – начале XX в.: Учеб-
ное пособие. – Барнаул, 2008. – 178 с.

67
4. Гончаров Ю.М. Еврейские общины Западной Сибири (XIX – начало XX в.). – Барна-
ул, 2013. – 174 с.
5. Гончаров Ю.М. Очерки истории еврейских общин Западной Сибири (XIX – начало
XX в.). – Барнаул, 2005. – 108 с.
6. Завалишин И.И. Описание Западной Сибири. – Тюмень, 2005. – 512 с.
7. Кальмина Л.В. Еврейское купечество Забайкалья в конце XIX – начале ХХ в.: элита
сословия // Сибирские исторические исследования. – 2016. – № 2. – С. 21-41.
8. Кузменкин В.И. Сибирский Иерусалим // Вечерний Новосибирск. – 2006. 6 октября. –
С.6-7.
9. Максимов С.В. Сибирь и каторга. В 3-х ч. Ч. 1. – СПб., 1900. – 492 с.
10. Ноздрин Г. Взаимодействие уездных городов и деревни Сибири во второй половине
XIX – XX в. (на примере Каинска) // Сибирь на рубеже XIX – XX веков. – Новосибирск,
1997.
11. Ноздрин Г. Ерофеевы // Деловая элита старой Сибири: исторические очерки. – Ново-
сибирск, 2005.
12. Шайдуров В.Н. Евреи, немцы, поляки в Западной Сибири XIX – начала ХХ в. – СПб,
2013. – 260 с.
13. Шиловский М.В. Черносотенно-монархическое движение в Сибири начала XX в. //
Вопросы истории Сибири XX в. – Новосибирск, 1999. – С. 16-37.

68
Алексей Юрьевич Бокатов
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: bokatoff@gmail.com

«ИДЕАЛЬНЫЙ ПАЛОМНИК» В ПРЕДСТАВЛЕНИИ ИМПЕРАТОРСКОГО


ПРАВОСЛАВНОГО ПАЛЕСТИНСКОГО ОБЩЕСТВА (КОН. XIX– НАЧ. ХХ ВВ.)
И СОВРЕМЕННОЕ ВОСПРИЯТИЕ ЭТОГО ФЕНОМЕНА 1

Аннотация. В докладе анализируется официальная точка зрения Императорского пра-


вославного палестинского общества на то, какими должны быть православные палом-
ники. Данное исследование является частью цикла публикаций о восприятии феноме-
на православного паломничества русским обществом 2-й пол. XIX – нач. ХХ вв.
Ключевые слова: паломник; православный паломник; паломничество; странник; рус-
ский паломник.

A. Yu. Bokatov
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

THE IMAGES OF «IDEAL PILGRIM» OF IMPERIAL ORTHODOX PALESTINE


SOCIETY (END OF XIX – EARLY XX CC.) AND MODERN ACCEPTANCE
OF THIS PHENOMENA

Abstract. The official point of view on the ideal orthodox pilgrim of the Imperial Orthodox Pal-
estine Society are investigates in this report. This research is the part of the serial publications
dedicated to orthodox pilgrimage phenomena acceptance in Russian society in the 2nd half of
XIX – beginning of XX cc.
Keywords: pilgrim; orthodox pilgrim; pilgrimage; stranger («strannik»); Russian pilgrim.

В 1905 г. Императорское православное палестинское общество (ИППО) выпус-


тило брошюру «Типы современных русских паломников в Святую Землю»
профессора Дмитриевского. В ней постулировался ряд очень любопытных те-
зисов, характеризующих тенденции эпохи.
Согласно классификации автора, русские православные паломники, путешест-
вующие в Палестину, делятся на две категории.
1) Обычный паломник – это глубоко и чисто верующий человек невысокого со-
циального происхождения, решивший совершить паломничество в Святую
землю, вопреки всем опасностям и трудностям данного дела, прошедший па-
ломнический путь и вернувшийся домой из Палестины «божьим человеком»
[3].
2) Праздношатающийся, расчётливый и живущий за счёт милостыни странник.
Этому типу богомольца приписывается нередкое мошенничество со сбором

1
Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда (проект № 18-78-10062)
69
пожертвований, и распространение среди добропорядочных паломников спле-
тен и слухов [3].
В заключении данного описания следует «контрольный выстрел»: «К глубоко-
му сожалению, приходится отметить и тот весьма печальный факт, что в этой
неблагодарной роли отрицательного паломнического типа на православном
Востоке и в Палестине чаще гораздо встречается русская женщина, чем мужчи-
на». Автор также намекает на то, что русских женщин-паломниц прибывает в
Святую землю слишком много и далеко не все они движимы религиозным чув-
ством, а скорее желанием «вырваться из-под надзора родных или старших» [3].
Система ценностей, фигурирующая в данной брошюре, предназначенной для
массового читателя, укладывается в рамки тех тенденций, которые господство-
вали в русском обществе начала XX века и существуют по сей день.
Мифологизация образа паломника
Косвенные признаки позволяют предположить, что в России практика походов
на богомолье, особенно внутри страны, была обычным делом и затрагивала
очень многих.
В первой половине и середине XIX века набирает популярность идея паломни-
чества в Палестину, где разворачивались события Ветхого и Нового Завета.
Увеличивается количество публикаций описаний паломнических путешествий
в периодике, книги паломнических мемуаров многократно переиздаются. Как
следствие, обобщённый образ паломника, появившийся в нарративном поле
стремительно мифологизируется.
Публицист П. Иванов писал в 1865 году: «…ошибки не будет, если предполо-
жим, что из всего количества поклонников, ежегодно отправляющихся на бо-
гомолье, девять десятых составляют исключительно женщины» [4, с.13].
Верифицировать это утверждение мы можем косвенно, обратившись к стати-
стическим данным, которые собирали деятели ИППО [6, с.9]. Косвенной эта
верификация будет потому, что приведённые цифры взяты для заграничной
святыни, а период отстоит от времени первой цитаты на 30 лет. Тем не менее,
согласно данным, число православных женщин-паломниц в Палестине состав-
ляет 2/3 от общего количества всех паломников. Это не 9/10, но тоже весьма
заметное число.
Проявления мифологизации становятся заметны, если обратиться к фотоот-
крыткам и иллюстрациям конца XIX – начала ХХ века, на которых изображают
паломников и странников. Женщин-паломниц на них нет.
Таким образом, несмотря на общее большое количество женщин в числе право-
славных паломников, сама фигура женщины-паломницы крайне редко попадает
в оптику авторов описаний путешествий богомольцев.
Стремительная популяризация паломничества, превращающая его в пра-
вославный туризм
С середины XIX века начала активную деятельность Русская духовная миссия в
Иерусалиме. Параллельно с ней работал Палестинский комитет, преобразован-
ный затем в Императорское православное палестинское общество. Помимо

70
прочего, в числе его задач была популяризация православного паломничества в
Палестину и улучшение условий пути и быта паломников.
Что фактически сделало ИППО:
- удешевление и упрощение процедуры получения паломнического паспорта
(50 коп. против 10 руб. за обычный заграничный паспорт);
- разработка маршрутов следования паломников по железным дорогам России
до Одессы, откуда отправлялись корабли в Палестину и на Афон;
- работа в Одессе особого подворья, принимающего паломников, желающих
посетить Святую землю. В самих палестинских землях появилась целая сеть
обителей, принимающих русских паломников, с центром на Русском подворье
Иерусалима;
- опека паломников в Святой земле, организация всенощные бдения в храме
Гроба Господня, паломнические караваны в Назарет, Вифлеем, к Иордану и по
другим маршрутам.
Паломник становился под покровительство ИППО, приобретая паломническую
книжку, дающую право на бесплатный проезд до Иерусалима и обратно. Благо-
даря деятельности ИППО паломничество в Святую землю получило структури-
рованную форму.
Как следствие, с одной стороны, поток паломников из России на Афон и в Па-
лестину во 2-й половине XIX в. вырос в десятки раз. С другой стороны, распро-
странение и популяризация паломничества в читающих кругах, а также воз-
можность быстрее и безопаснее добраться до Святой земли привело к упроще-
нию взглядов на паломничество как на подвиг.
То есть можно сказать, что деятельность ИППО по упрощению пути и быта па-
ломников, ускорила процесс расслоения путешественников на паломников и
туристов.
Недоверие к странникам
Понятие «странник» для русского обывателя XIX века означало человека, по-
стоянно идущего от святыни к святыне. В апологетической публицистике
странники изображались людьми смиренными и праведными, терпящими мно-
го неудобств и лишений, подвергающими себя опасностям дальнего пути [5,
с.50-67].
Однако эта категория богомольцев находила в русском обществе как сторонни-
ков, так и противников. Ещё в XII веке новгородский архиепископ Нифонт
осуждал отходы в Иерусалим как праздную жизнь за чужой счёт, и считал, что
обет идти в Иерусалим «губит землю сию» [2]. У этой точки зрения находилось
множество сторонников и на рубеже XIX-XX веков. Странник для ИППО – не-
желательный элемент по двум причинам:
Как любая государственная структура, ИППО не было заинтересовано в том,
чтобы человек, отправившийся в паломничество, рвал все социальные связи и
продолжал странствовать.
Странничество было движением стихийным, а значит составляло конкуренцию
«организованному» паломничеству; тем упорядоченным схемам, по которым
ИППО принимало и отправляло паломников в Святую землю и на Афон.
71
Заключение
С одной стороны, образ «идеального паломника» и негативное отношение к
большому количеству женщин-паломниц, поддерживаемый с подачи ИППО
довольно архаичен. Существовал вполне традиционный перечень имён автори-
тетных православных паломников, сформировавших к XIX веку корпус попу-
лярных сочинений о хождениях на богомолье в Палестину. Эти авторы – Игу-
мен Даниил, Антоний Новгородский, архимандрит Досифей, св. Евфросинья
Полоцкая, дьяк Зосима, Василий Поздняков, Трифон Коробейников, Василий
Гагара. Судя по всему, образ женщины-паломницы воспринимался в свете
именно этого перечня: во-первых, женщин в числе паломников не должно быть
много; во-вторых, женщины должны соответствовать очень строгим нравст-
венным критериям.
В культурологическом аспекте сам ритуал паломничества принято рассматри-
вать как обряд перехода [1]. То есть в процессе совершения ряда ритуальных
действий в ходе паломничества личность меняет свои качества, переходя в но-
вое состояние [5, с. 65-81]. С этой стороны, модель «организованного» палом-
ничества, сформированная с помощью ИППО во 2-й половине XIX – начале ХХ
в – по сей день является действующей моделью паломнического ритуала. Такая
форма «организованного» паломничества осталась в культурном контексте
именно за счёт своей универсальности и возможности трансформации.
Изначальные формы православного паломнического ритуала эволюционирова-
ли и закрепились в традициях светского паломничества. В России ХХ века они
особо ярко проявляются в таком явлении как спортивный туризм.

Литература
1. Ван Геннеп А. Обряды перехода / Арнольд ван Геннеп. — М.: Восточная литература,
1999. — 200 с.
2. Вопрошание Кириково архиепископу Нифонту [Электронный ресурс] // URL:
https://azbyka.ru/otechnik/Kirik_Novgorodskij/voproshanii-kirika/ (дата обращения: 23.03.2019).
3. Дмитриевский А.А. Типы современных русских паломников в Святую землю. Санкт-
Петербург: Тип. В.Ф. Киршбаума; 1905. – 41 с. [Электронный ресурс] // URL:
https://azbyka.ru/otechnik/Aleksej_Dmitrievskij/tipy-sovremennyh-russkih-palomnikov-v-svjatuyu-
zemlyu/ (дата обращения: 23.09.2019).
4. Иванов П. Приключения с пешеходами, странствовавшими по святым местам//Странник:
Духовный, учёно-литературный журнал. – 1885. – с.13-22.
5. Калужникова Е.А. Паломничество как ритуал: сущность и культурно-исторические типы:
дис. . канд. культурологии: 24.00.01 – Екатеринбург, 2007. – 167 с.
5. Сладкопевцев П. Странничество как путь спасения//Странник: Духовный, учёно-
литературный журнал. – 1880. – Январь. – с. 50-67.
6. Хитрово В.Н. Откуда идут в Святую землю русские паломники. – Б/м., Б/г.

72
Элиза Рудиковна Григорян
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: elizagri@mail.ru

ДВА ИЕРУСАЛИМА В СОВРЕМЕННЫХ ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ТЕКСТАХ:


СИМВОЛЫ И ПРОСТРАНСТВО (НА ПРИМЕРЕ ПОЭТИЧЕСКИХ
ПРОИЗВЕДЕНИЙ XXI ВЕКА) 1

Аннотация. В исследовании анализируется образ Иерусалима на материале произве-


дений современной поэзии. Прослеживаются способы репрезентации сакрального про-
странствообразующего символа в текстах. Доказывается существование двух Иеруса-
лимов: географически существующего города, имеющего пространственные и времен-
ные границы, аккумулирующего межнациональные и межконфессиональные связи, и
второго – «Града Небесного», символа Святой Земли.
Ключевые слова: современная поэзия; образ Иерусалима; сакральный символ; про-
странствообразующий символ; Иерусалим; Святая Земля.

E. R. Grigorian
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

TWO JERUSALEMS ARE REFLECTED IN MODERN LITERARY TEXTS:


SYMBOLS AND SPACE (IN POETIC WORKS OF THE XXI CENTURY)

Abstract. The article analyzes the Jerusalem-image in modern poetic literature. There is traced
the representation ways space-forming symbol in the texts. It proves the existence of two Je-
rusalems, the first is the geographically real city with spatial and temporal boundaries that
accumulates interethnic and interfaith ties; and the second is the Bible city, the City of Heaven,
the Holy Land symbol.
Keywords: modern poetry; Jerusalem-image; sacred symbol; space-forming symbol; Jerusa-
lem; the Holy Land.

Художественные произведения XXI в. малоизучены. Несмотря на это, исследо-


вателей всегда интересовала религиозность русской литературы: И.А. Есаулов
уделяет внимание теме пасхальности, категории соборности и духовному осно-
ванию отечественной литературы, А.В. Моторин анализирует в своих работах
образ Иерусалима в русском романтизме, П.Е. Буханкин разделяет понятия
христианства и церковности, Ю.М. Лотман также обращается к христианским
традициям в русской литературе, М.М. Дунаев видит в религиозности основу
миропонимания русского словесного художника, а А.М. Любомудров обосно-
вывает существование духовного реализма.

1
Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского научного фонда в рамках научного проекта
№ 18-78-10062.
73
Философия религиозности русской литературы заключается в том, что русская
душа, которая ищет истину и Бога, не может не обращаться к религии. Здесь
важно понимать не столько религиозную направленность, сколько устремления
русской души, её вопросы и интерес к Богу. Проблемы вечного определяют
связь религиозности и философичности.
Справедливо отметим, Иерусалим признают одним из сакральных символов в
русской культуре.
В христианской культуре понимание Иерусалима как земли, государства, стра-
ны с пространственными и временными границами, локализованными геогра-
фически, не может быть исчерпаемо [10], так как в семантику слова входит не
только его значение как «исторического города в Палестине», но и как Град
Небесный, который, как пишет А.А. Аванесов, «сойдет с неба по окончании
земной истории» [1].
Стихотворение «Вход Господень в Иерусалим» Станислава Минакова написано
в жанровой форме песни. Главный герой один – Иисус, событие – шествие на
осляти [5]. Помимо центрального действующего лица, присутствуют два героя-
наблюдателя: задающий вопросы и отвечающий. Действие происходит на Свя-
той Земле, Иерусалим изображается как христианская святыня, как «Град Не-
бесный». Пространство рисуется следующим образом: границы обозначены во-
ротами, они сначала овечьи (указывают на мученический, жертвенный путь),
потом Золотые [5], то есть врата рая, небесные. Иерусалим – пространство воз-
рождения Христа. Гора Елеон предстаёт отсылкой к древности и величию ста-
рого города Иерусалима.
Совсем другой образ Иерусалима – современного паломнического города,
представленного такой лексикой, как «шум», «толпа», «блужданье», «пыль»,
«говор», – мы видим в одноимённом стихотворении Юрия Александрова. В
стихотворении строчка «Нарезан будто торт на доли Гроба Храм» становится
кульминационной [2]. Современный Иерусалим противопоставлен Святой Зем-
ле: паломнический город либо уже потерял святость, либо является проводни-
ком к ней, но только если герой готов пройти испытания. Автор поднимает во-
просы межконфессионального государства. Описание начинается с Иерусалима
земного, географического, паломнического и ведёт к истинному Иерусалиму, к
Святой Земле. Хронотоп интересен наслоением времени и пространством двух
Иерусалимов: прошлого «Града Небесного» и настоящего межконфессиональ-
ного. Обратим внимание на важную сюжетообразующую метафору пути: чита-
тель движется через «скольжение», «по дороге к Храму», «где мгновения ткут»
[2]. Иерусалим – это Путь.
Такое же современное паломническое и туристическое пространство города
волнует Александра Мельника в произведении «Иерусалим» [4]. К Гробу Гос-
подня ведет любопытство, слепота. Люди совершают паломничество ради сво-
ей выгоды, ищут бессмертие, но не находят. Интересно сочетание разноуровне-
вой лексики: О Боге и Гробе Господня возвышенно, о современных паломниках
и смерти обыденным языком («Инфаркт миокарда за час до зари» [4]). Весь об-
раз Святой Земли заключен в символе Гроба Господня.
74
Ещё более туристическим и базарным конструируется паломнический «Иеру-
салим» автора Игоря Чурдалёва: «базар», «лабиринт», «шумный торг», «цепи»,
«тьма ароматов», «круговерть мира», люди способные находится только у ко-
лен города, только у подножья [9]. Это межнациональное и межконфессио-
нальное место, центр. Но также и Путь к спасению, очищению. От Геены до
Голгофы. Лирический герой идёт по нему, но вечно отвлекается, спотыкается о
«современность» и «базарность» города. В последней части стихотворения ли-
рический герой достигает катарсиса, доходит до цели. И здесь открывается нам
Божий град. Если в предыдущих стихотворениях сложно найти «Град Небес-
ный» в одной пространственно-временной плоскости с современным Иеруса-
лимом, то здесь автор ведёт от современного к Иерусалиму-Святой Земле.
Божественность города актуализирует Елена Морозова в «Иерусалиме»: он
«прижался к небу куполами» и стены его возвышаются в горы. Город живой,
олицетворённый: у его мостовых есть нательный камень (как нательный кре-
стик), он бежит и вздыхает. Это намоленный город храмов. Но главным его
символом изображены оливки. Они обвивают «огрубевший ствол» времени.
Пространство города – святыня, видавшая те самые стопы, свидетель тех самых
дней [6].
«Иерусалим» Марка Луцкого наделён чертами жанра гражданской лирики.
Главный герой – лирический герой, принадлежащий еврейскому народу, входит
в свой город. Это Град Давида, Храм, Ковчег, Моисеевы скрижали, гора Синай
[3]. Здесь пространство города обозначено историей; город – это всё, что с ним
произошло. Дорога – и здесь важный сюжетообразующиий элемент: она в тек-
сте спотыкается о Иерусалим. Что метафорически означает невозможность
продолжения пути без Иерусалима. Прослеживаются символы, указывающие
на возвышенность города: холмы, стаи птиц, горы, ковчег.
Вознесен ты так высоко, что видны морские дали [3].
Вода в современной литературе символ жизни, времени. Таким образом, писа-
тель возвышает Иерусалим над временем, над жизнью.
Эдуард Учаров подтверждает, что образ Иерусалима заключается в символе
Пути. В его стихотворении царственная дорога (отсылка к «Граду Небесному»)
приводит в Иерусалим [8]. Это город еврейского героя, его родина («родной
Иерусалим», «отцовский холм», мелькают образы и голоса матери и сестры,
что отражает близость автора и города). Иерусалим – храмовая гора. Яркие
символы еврейского Иерусалима: звезда Давида, Стена Плача. Обратим внима-
ние, как умело автор их зашифровывает: «Молитва стояла стеной, хоть и плача
<…>» [8].
В стихотворении Ларисой Соколовой «В нерукотворный Иерусалим» – вечный
– помещён в центр меняющегося «ломкого мира» [7]. Он паломнический и ма-
нит скитальцев. Интересна метафора «родина нездешняя», этот оксюморон
призван обозначить неземное происхождение города, его отдалённость от
здешнего мира. Предстаёт перед нами как отсылка к «Граду Небесному». Иеру-
салим противопоставлен времени, он вне времени и пространства.
Процесс распада в нём необратим,
75
всего, что люди создали успешно. [7].
А значит, Иерусалим, если он нерукотворный и вечный, создан не человеком, а
Богом.
В вышеописанных стихотворениях мы видим два Иерусалима:
1. Город, расположенный в Израиле, на данный момент объединяющий
культуры разных религий: христианство, ислам, иудаизм;
2. «Град Небесный», символ Святой Земли.
Интересно, что даже в пределах одного литературного произведения существу-
ет соотношение этих двух Иерусалимов: параллельное или пересекающееся.
Иерусалим географический репрезентуется как современный паломнический
город и как родина лирического героя еврейской национальности.
Таким образом, мы видим, как конструирование пространства изображаемого
города в стихотворении и актуализация культурных символов в нём отражает
интертекстуальные связи в культуре и ведёт к формированию современного об-
раза Иерусалима, интерпретация и понимание которого важно не только для
литературы, но и для культурологии в целом.

Литература
1. Аванесов С.С. Иерусалимская топика: Западная Сибирь / Нижняя Силезия // Праксе-
ма. Проблемы визуальной семиотики. 2017. № 4 (14). С. 65-89.
2. Александров Ю. Иерусалим. // Информационный портал «Поэзия.ру» [Электронный
ресурс]. URL: https://poezia.ru/works/45345 (дата обращения: 01.09.2019).
3. Луцкий М. Иерусалим. // Информационный портал «Поэзия.ру» [Электронный ре-
сурс]. URL: https://poezia.ru/works/79899 (дата обращения: 01.09.2019).
4. Мельник А. Иерусалим. // Информационный портал «Поэзия.ру» [Электронный ре-
сурс]. URL: https://poezia.ru/works/98004 (дата обращения: 01.09.2019).
5. Минаков С. Вход Господень в Иерусалим. // Информационный портал «Поэзия.ру»
[Электронный ресурс]. URL: https://poezia.ru/works/43906 (дата обращения: 01.09.2019)
6. Морозова Е. Иерусалим. // Информационный портал «Поэзия.ру» [Электронный ре-
сурс]. URL: https://poezia.ru/works/58218 (дата обращения: 01.09.2019).
7. Соколова Л. В нерукотворный Иерусалим. // Информационный портал «Поэзия.ру»
[Электронный ресурс]. URL: https://poezia.ru/works/135346 (дата обращения: 01.09.2019)
8. Учаров Э. Иерусалим. // Информационный портал «Поэзия.ру» [Электронный ресурс].
URL: https://poezia.ru/works/112112 (дата обращения: 01.09.2019).
9. Чурдалёв И. Иерусалим. // Информационный портал «Поэзия.ру» [Электронный ре-
сурс]. URL: https://poezia.ru/works/98457 (дата обращения: 01.09.2019).
10. Рождественская М. В. Образ Святой Земли в древнерусской литературе // Иерусалим в
русской культуре. Москва, 1994. С. 8–14.

76
Александр Александрович Валитов
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: val11@bk.ru

ВИЗУАЛИЗАЦИИ СВЯТОЙ ЗЕМЛИ НА ПАЛЕСТИНСКИХ ЧТЕНИЯХ В


КОНЦЕ XIX – НАЧАЛЕ XX ВЕКА 1

Аннотация. В статье рассматриваются средства визуализации образа Палестины для


поданных Российской империи, которые применяли в своей работе региональные от-
деления Императорского Православного Палестинского Общества. Организаторы «Па-
лестинских чтений» часто использовали «волшебный фонарь», сопровождая свое пове-
ствование изображениями на «туманных картинах» «Святой Земли».
Ключевые слова: Образ, средства визуализации, Святая Земля, палестинские чтения,
«волшебный фонарь», туманные картины.

А. А. Valitov
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

VISUALIZATIONS OF THE HOLY LAND ON PALESTINIAN READINGS IN THE


LATE XIX-EARLY XX CENTUR

Abstract. The article deals with the means of visualization of the image of Palestine for the
subjects of the Russian Empire, which were used in their work by the regional branches of the
Imperial Orthodox Palestinian Society. The organizers of the «Palestinian readings» often
used a "magic lantern" to accompany their narrative with images in misty pictures of the
"Holy Land".
Keywords: The image renderer, the Holy Land, the Palestinian reading, "the magic lantern", a
hazy picture.

Активизация восточной политики Российской империи потребовало усиления


ее присутствия в этом регионе. Одним из самых важных направлений стал
Ближний Восток и, в частности, Святая Земля, где располагались все основные
святыни христианского мира.
Во второй половине XIX в. начинается трансфер образа Палестины в россий-
ский социум. Исследователи выделяют несколько основных каналов, которые
позволяли успешно передавать определенные идеологические концепты и
представления о Святой Земле [2, с. 44].
С появлением в Российской империи Императорского Православного Пале-
стинского Общества (далее ИППО) и созданием разветвленной сети региональ-
ных отделений организации стали активно распространяться знания и пред-
ставления о Святой Земле.

1
Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда (проект N 18-78-10062)
77
Среди наиболее важных каналов передачи образов и смыслов, которые исполь-
зовали в своей практической работе отделы ИППО, выступали «Палестинские
чтения». Данная форма культурно-просветительской работы получила массовое
распространение в исследуемый период, благодаря понятному механизму орга-
низации и доступности для местного населения. Нижневартовский историк
О.П. Цысь, анализируя «Палестинские чтения» в Западной Сибири на рубеже
XIX – XX вв., отмечает ежегодный рост численности данных чтений [8].
При проведении «Палестинских чтений» важным атрибутом данных просвети-
тельских мероприятий стало использование технических средств: «волшебного
фонаря» и «туманных картин», которые визуализировали рассказ лектора. С
помощью данных приспособлений можно было проиллюстрировать устное со-
общение рассказчика реальным изображением упоминаемых мест, и слушатели
получали конкретный образ Святой Земли.
Что из себя представляли данные визуальные устройства? «Волшебный фонарь
‒ это простейшее проекционное устройство. «Волшебным фонарем или проек-
ционным аппаратом называется такой прибор, c помощью которого небольшой
рисунок мог быть получен на экране в значительно увеличенном размере». Ту-
манные картины – стекла для проекций, иногда их называли «теневыми», «све-
товыми», на которые наносились изображения тремя основными способами:
рисунок красками или карандашом; декалькомания или метахромотипическая
печать; фотограмма или диапозитивная печать на альбумине со стеклянных не-
гативов, иногда с подкрашиванием вручную [4, с. 18].
Приобретение «волшебного фонаря» и «туманных картин», было весьма за-
тратным, поэтому не всегда региональный отдел ИППО имел средства на по-
купку «проектора» и иллюстративного материала. Среди источников, оказы-
вающих помощь в получении технических приборов, называются: обществен-
ные организации, приходские священники, частные благотворители и т.д. В
Томской епархии «туманные картины» были доставлены из Святой Земли кре-
стьянкой-паломницей Ф. Щербаковой [5, с. 25]. Основной массив «палестин-
ских картин» накапливался в губернских городах, где располагались отделы
ИППО. Так, в Тобольском отделе к 1910 г. имелось 170 картин для «волшебно-
го фонаря» [6, с. 2]. В Томском отделе в 1907 г. было собрано более 300 [7, Л.
31 об.].
Организаторы Палестинских чтений, следуя инструкции центрального отделе-
ния ИППО, стремились при проведении чтений использовать «волшебный фо-
нарь» и «туманные картины». Именно применение данной технической нова-
ции способствовало большой популярности проводимых чтений, особенно в
среде подрастающего поколения.
В целом для проведения чтения с применением «волшебного фонаря» следова-
ло соблюдать ряд условий.
Наличие просторного помещения. При этом организаторы не могли использо-
вать здание церкви, одними из самых распространенных мест становились ау-
дитории учебных заведений (уездных и духовных училищ, семинарий, церков-

78
но-приходских школ), народные аудитории и любые общественные простран-
ства, которые могли вместить значительное число слушателей.
Помещение должно было быть подготовленным. Это наличие специального бе-
лого экрана, на который проецировалась изображение «туманной картины» с
«волшебного фонаря», а также для достижения нужного эффекта требовались
шторы, либо декорации, которыми можно было закрыть окна и создать полную
темноту. Очень часто для обслуживания и настройки фонаря требовалась по-
мощь специалиста, так в г. Тюмени представители ИППО прибегали к помощи
местного фотографа Ф.Ф. Соколова, который устанавливал проектор и показы-
вал картины во время чтения [6, с. 4-5].
Как отмечали организаторы, использование «волшебного фонаря» способство-
вало более наглядному знакомству с услышанным, дополняло устный рассказ
лектора. Так, в период с 1901 по 1902 гг. в Томской епархии 13,9% «Палестин-
ских чтений» сопровождалось показом «туманных картин» с видами Святой
Земли [Отчет 1902, с. 24].
По воспоминаниям организаторов чтений: «Когда наступало время показыва-
ния картин, то каждый стремился занять место, с которого каждую картину бы-
ло ясно видно, в данном случае как пришлось убедится опытом, руководил не
просто детский интерес или любопытство, но искреннее желание видеть хоть
на картине тем места, на котором редкого Бог сподобит побывать лично» [1, Л.
169]. «Чтения с картинами производили на слушателей глубокое впечатление,
многие особенно преклонного возраста – со слезами на глазах благодарили
Господа, что Он привел их на картинках посмотреть на святые местности о ко-
торых они слышали на чтениях или от паломников» [1, Л.170]
«С особым интересом и любовно относились к чтениям и палестинским карти-
нам старички и старушки. При появлении на полотне каждой новой картины
многие из них осеняли себя крестным знамением, а во время чтения на глазах
их нередко навертывались слезы и из груди вырывался вздох и восклицание:
Господи помилуй!» [3, С. 53-57.].
Таким образом, во время проведения «Палестинских чтений», применяя «вол-
шебный фонарь» и «туманные картины», организаторы способствовали форми-
рованию у слушателей более полного, четкого и максимально приближенного к
реальному образа Палестины и святых мест, о которых вел повествование лек-
тор.

Литература
1. Архив внешней политики Российской Федерации Ф. 337/2 Российское Императорское
Православное Палестинское Общество Оп. 13. Д. 132.
2. Валитов А. А., Шаповалов М. С. Трансфер образа Палестины в сибирский регион в
конце – начале XX века // Вестник Пермского университета. Сер.: История. 2019. Вып. 2. С.
44-52.
3. Деятельность отделов Императорского православного палестинского общества в
1901-1902 гг. // Сообщение ИППО. Т XIII. Приложение 1 Спб 1902. 300 с.
4. Котомина А.А. Археология интермедиальности: публичные народные чтения с «Вол-
шебным фонарем в России в 1872-1915 гг. // Практики и интерпретации: журнал филологи-
ческих, образовательных и культурных исследований. 2016. Т. 1, № 4. С. 16‒36.
79
5. Отчет о деятельности Томского отдела ИППО за 1901-1902 гг. Продолжение // Том-
ские епархиальные ведомости .1902. № 7. Отдел неофициальный. С. 18-34.
6. Отчет о деятельности Тобольского отдела ИППО за 1909-1910 гг. // Тобольские епар-
хиальные ведомости .1910. № 9. Отдел неофициальный. С.1-20.
7. Российский государственный исторический архив Ф. 796. Оп. 442. Д. 2244. Л. 31 об.
8. Цысь О.П. Палестинские чтения в Западной Сибири на рубеже XIX-XX вв. // Вестник
Нижневартовского государственного университета. 2015. № 4. С. 50-59.

80
Мария Владимировна Иванова
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Средняя общеобразовательная школа №18 с углубленным изучением отдельных пред-
метов
Россия, г. Омск
E-mail: meru.ivan@mail.ru

ПРОБЛЕМА ТРАНСФОРМАЦИИ РЕЛИГИОЗНЫХ ПРАКТИК В УСЛОВИЯХ


СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА

Аннотация. В статье рассматривается проблема трансформации религиозных практик,


в частности, формы взаимодействия религиозных организаций с верующими через
Интернет. В статье рассматриваются положительные и отрицательные факторы воз-
действия сети на религиозные практики, появление вымышленных религий.
Ключевые слова: киберрелигия; Интернет пространство, онлайн-участие, «кибер-вера».

M. V. Ivanova
Dostoevsky Omsk State University,
Secondary school No. 18 with in-depth study of certain subjects
the Russian Federation, Omsk

THE PROBLEM OF TRANSFORMATION OF RELIGIOUS PRACTICES


IN MODERN SOCIETY

Abstract. The article deals with the problem of transformation of religious practices, in par-
ticular, the forms of interaction between religious organizations and believers via the Inter-
net. The article discusses the positive and negative factors of the impact of the network on re-
ligious practices, the emergence of fictional religions.
Keywords: cyber religion; Internet space, online participation, «cyber faith».

Религиозное мировоззрение современного человека в настоящее время форми-


руется под воздействием различных средств массовой информации. Особенное
место среди системы разнообразных СМИ, таких как теле- и радиовещание, пе-
чать стало занимать Интернет пространство, которое уже достаточно прочно
вошло в религиозную жизнь общества. Интернет активно используют как тра-
диционные религии, так и новые религиозные движения. Процесс трансформа-
ции религиозных практик достаточно частое явление современности и касается
многих религиозных организаций.
На проблему определения характера трансформаций религиозных практик об-
ратил внимание канд. филос. наук Е.О. Гаврилов. Изменения, происходящие с
религиозными организациями он связывает, прежде всего, с трансформацией
социальных структур, происходящих под воздействием сети. В частности, он
отмечает массовость религиозных объединений, которые возникают вследствие
возможности передачи мгновенных сообщений, возможности координировать
действия, оказывать адресное воздействие на определенный круг людей, а так-
81
же использовать возможность доступа к отдаленным областям страны. Однако
помимо положительных факторов воздействия Интернет пространства на рели-
гию, Е.О. Гаврилов также отмечает, что использование сети для религиозных
практик приводит к потере иерархичности и структурности религиозных сооб-
ществ, к индивидуализированному характеру Интернет сообществ. [1, с.178].
Таким образом, становится очевидным, что религиозные практики в условиях
современного общества являются с одной стороны, адресными, индивидуали-
зированными, а с другой стороны, более масштабными. Благодаря возможности
распространения их фактически в любую точку мира, религиозные сообщества
становятся децентрализованными, а их практика во многом теряет важные ком-
поненты, становится несистематичной, «размытой», фрагментарной.
Важнейшей трансформацией религиозных практик в 21 веке стало возникнове-
ние такого термина как «киберрелигия». Что же это такое? Забияко А.П., Во-
ронкова Е.А и др. в монографии рассматривают киберрелигию как особую ре-
лигиозную реальность, которая появилась на просторах Интернет пространства,
в некой стране Киберии. Киберия – это образное понятие, которое используется
для «обозначения ранее не существовавшего пространства, кибер – пространст-
ва».[2, с. 27]. Относительно данной монографии свое мнение выразила
К.А.Колкунова, которая указала на отсутствие у авторов труда единого пред-
ставления о киберрелигии. Однако, несмотря на критику в адрес авторов дан-
ной монографии, К.А. Колкунова отметила новые формы религиозности, ис-
пользуемые в монографии, а именно на то, что А.В. Лапин рассматривает ие-
рархию божеств, возникших в компьютерных играх. А Забияко выделяет такое
понятие как «кибер-вера», основанное на мифологии и теологии Рунета. [3, с.
246]
В современном обществе получили распространения, так называемые вымыш-
ленные религии, которые возникли под воздействием киноиндустрии и литера-
турных произведений. При распространении таких религий ключевую роль
сыграли различные форумы, сайты для фанатов, а также социальные сети.
Одной из таких религий стал Джедаизм, Как отмечает, В.А. Лапшин, Джедаи-
изм как нетеистическое религиозное сообщество возникло на основе субкуль-
туры фанатов «Звездных войн» и обрело большое количество последователей
[5, с. 338]. Причина возникновения такого религиозного сообщества кроется «в
широкое влияние во всем мире западной популярной культуры в условиях раз-
вивающихся информационных технологий и кризис традиционных религий на
Западе» [5, с. 339]. Поэтому Джедаизм черпает ценности не из традиций и рели-
гиозных норм, а из «элементов массового кинематографа»[5, с. 339]. Однако до
сих пор ведутся споры, считать ли такие сообщества религиями или же их сле-
дует отнести к субкультурам. Еще одним примером, является сообщество «Зве-
нящие кедры России («анастасиевцы») – это сравнительно новое современное
религиозное движение. Оно получило свое название в честь серии книг «Зве-
нящие кедры России», написанной В. Мегре, главной героиней которых являет-
ся сибирская девушка Анастасия, обладающая паронормальными способностя-
ми. [6]
82
Принято различать два направления существования религиозности в Интернет
– среде: «религия онлайн» и «онлайн-религия». Хелланд уверен, что сущест-
венное различие между веб-сайтами в том, что если «люди могут действовать с
неограниченной свободой и высоким уровнем интерактивности», то это «он-
лайн-религия». [4, с. 67-68]. А если сайт предоставляет лишь религиозную ин-
формацию, но не предоставляет возможность интерактивности, то это уже бу-
дет «религия-онлайн»[4, с. 67-68]. Таким образом, данные подходы определяют
форму взаимодействия с сайтом, степень активности пользователя на конкрет-
ном сайте. Примером интерактивных сайтов являются блоги, онлайн-
трансляции и т.д. К подобным сайтам можно отнести один из крупнейших Ин-
тернет – порталов – «Православная энциклопедия “Азбука веры”», аудитория
которой насчитывает ежемесячно около 4 млн. человек. Данный портал харак-
теризуется простотой поиска, богатой фильмографией, аудио и электронными
книгами разнообразной религиозной тематики, ориентированной на каждого
пользователя. Интерес также представляет форум, где в доступной форме отве-
чают на вопросы священники, протоиереи, а также общество православных
психологов СПб. Кроме того, на данном портале можно посмотреть прямые
трансляция богослужений [8]. Таким образом, можно сказать, что данный пор-
тал является типичным примером трансформации представлений о необходи-
мости личного присутствия в церкви , богослужение можно просмотреть в лю-
бом месте, что с одной стороны, позволяет приобщиться к вере всем желаю-
щим, ознакомиться прежде, чем посетить религиозную организацию с материа-
лами представленными в доступной и легкой для восприятия форме. Особенно
данная форма онлайн-участия в обрядах является для некоторых категорий
граждан единственно доступной (например, для людей с ограниченными воз-
можностями передвижения). А с другой стороны, онлайн-трансляции не смогут
передать всю полноту богообщения, невозможно осуществить на расстоянии
одно из главных и важнейших таинств – Причащение. Однако, по мнению, Гав-
рилова Интернет становится также и местом для осуществления религиозных
практик. Так он приводит в качестве примера возможность заключения брака в
мусульманской религиозной школе «Даруль-Улюм» в Индии дистанционно. А
также возможность причащения (верующие самостоятельно вкушают хлеб и
вино), возможность исповедоваться и осуществлять «онлайн-крещения» в
США. [1, с. 179]. В России также существует возможность осуществлять неко-
торые религиозные действия через Интернет, например, заказать поминовение.
Для этого достаточно лишь выйти на сайт и выбрать нужное [7].
Таким образом, происходят изменения как в форме осуществления религиоз-
ных практик. Религиозные организации в попытке привлечь как можно больше
своих представителей, с одной стороны, теряют важные компоненты религиоз-
ной жизни, становятся несистематичными, размытыми. А с другой стороны, по-
зволяют людям с ограниченными возможностями участвовать в богослужениях
через онлайн-трансляции, предоставляют в доступной форме информацию о
религиозных обрядах, ритуалах, о причинах того или иного религиозного явле-

83
ния. Интернет пространство стало причиной возникновения новых вымышлен-
ных религий.

Литература
1. Гаврилов Е.О. Оцифрованное сакральное: особенности существования религии в ин-
тернет-пространстве (по материалам СМИ) / Е.О. Гаврилов // Вестник Кемеровского госу-
дарственного университета культуры и искусств. 2014. №28. С.177-183
2. Киберрелигия: наука как фактор религиозных трансформаций: монография / А.П. За-
бияко [и др].; под ред. А.П. Забияко. – Благовещенск: Амурский гос. ун-т, библиотека жур-
нала «Религиоведение», 2012. – 208 с.
3. Колкунова К.А. Рецензия на: Забияко А.П., Воронкова Е.А., Лапин А.В., Пратына
Д.А. и др. Киберрелигия: наука как фактор религиозных трансформаций / К.А. Колкунова //
Религиоведческие исследования. 2013. С. 244-246
4. Конева А.В. Трансформация религиозных практик в информационную эпоху / А.В.
Конева // Вестник Санкт-Петербургского государственного института культуры. 2018. С. 65-
72
5. Лапшин В.А. Джедаизм / В.А. Лапшин // Знание. Понимание. Умение. 2017. №2. С.
337-340
6. Мегре В. Анастасия [Электронный ресурс] / Электронная библиотека ЛитМир: сайт.
– Режим доступа: https://www.litmir.me/ (дата обращения: 21.09.2019)
7. Заказ поминовений [Электронный ресурс] / Оптинское подворье в Санкт-Петербурге:
сайт. – Режим доступа: https://spb.optina.ru/rites/ (дата обращения: 21.09.2019)
8. Православная энциклопедия «Азбука веры» [Электронный ресурс] / портал.- Режим
доступа: https://azbyka.ru/ (дата обращения: 17.09.2019)

84
Мария Николаевна Шапова
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: maria-shapova@ya.ru

ФЕНОМЕН РЕЛИГИОЗНОЙ КОНВЕРСИИ В СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЕ

Аннотация. В данной работе освещается положение Православия в современной куль-


туре. Поднимается проблема применяемости моделей религиозной конверсии, опи-
санных ранее, к нынешней ситуации обращения в религию.
Ключевые слова: Ключевые слова: религиозность; религиозная конверсия; современ-
ная культура; медиа-пространство.

M. N. Shapova
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

THE PHENOMENON OF RELIGIOUS CONVERSION IN MODERN CULTURE

Abstract. This paper highlights the position of Orthodoxy in modern culture. The problem of
applicability of the models of religious conversion described earlier to the current situation of
conversion to religion is raised.
Keywords: religiosity; religious conversion; modern culture; media-space.

Начало XXI века обуславливается повышением интереса к религии, увеличени-


ем популярности религиозных тем, распространением их как в медиа-
пространстве, так и в повседневности. Возрастающая популярность религиоз-
ной жизни представляет собой ярко выраженный контраст на фоне падающей
нравственности в нынешнем обществе. Современная культура же, влечёт за со-
бой ускорение ритмов жизни и возвышение материальных ценностей над ду-
ховными.
Большой интерес вызывает сейчас феномен религиозной конверсии, означаю-
щий процесс обращения в религию. Знаковым является то, что этому вопросу
сейчас уделяется большое внимание со стороны социологов, теологов и других
исследователей. Данная тема активно обсуждается на конференциях, форумах,
семинарах, в СМИ, и так далее.
В первую очередь, мне хотелось бы разобраться в том, что из себя представляет
Православие XXI века. На мой взгляд, складывается мнение, что в последние
годы, в связи с глобализацией духовной жизни, вследствие которой религии
распространяются по всему миру, вне зависимости от территорий их зарожде-
ния и развития, православие, как религия, менее адаптированная к современно-
му миру, проигрывает конкуренцию буддизму, исламу, католицизму и индуиз-
му. Однако, неразрывно связанное с русской культурой сохранение глубокой
религиозности – есть главное предназначение православия, думаю, именно это
и позволяет православию активно существовать и, даже, развиваться в условиях
85
современной реальности. Несмотря на то, что так могло казаться в свете собы-
тий XX века. После происходивших гонений на Русскую Православную Цер-
ковь, духовного упадка, среди населения СССР и многих других лишений, пра-
вославие сейчас довольно быстро и активно набирает обороты, даже популяр-
ность.
В последние годы неустанно ведутся всевозможные дискуссии о православии, о
религиозности, о вере. Сейчас довольно много и различной медиа-информации
о православной вере. Также, вопросы религии и веры часто затрагивают люди,
совершенно не относящиеся к данной области, например – блогеры, актёры,
музыканты и другие медийные личности. Ярким примером могут быть, выпу-
щенный 2 года назад, скандально известный клип Данилы Поперечного – «Поп
культура», либо же свежий, вышедший в июне 2019 года клип группы Ленин-
град — «i_$uss». Несмотря на вызванный ими шквал критики и недовольств со
стороны верующих, данные видео повысили интерес к православию, люди на-
чали больше обращать внимание на вопросы, касающиеся веры, религии, рели-
гиозности и тому подобного.
Важно то, что в современном мире большую роль играет то, что освещается
средствами массовой информации, в частности то, что распространяется в ин-
тернете. Медиа-пространство сейчас часто заменяет реальный мир, реальное
общение, между людьми, в наши дни куда проще найти, или распространить
какую-либо информацию, что, несомненно, приносит пользу и православной
вере, так как с каждым годом становится всё больше онлайн-проповедей,
трансляций с богослужений, в режиме реального времени, можно общаться со
священниками, задавать интересующие вопросы о вере, религии, церковной и
религиозной жизни, в целом, не выходят из дома, или прямо на рабочем месте.
Это упрощает религиозную жизнь для верующих, а также помогает неверую-
щим обратить внимание, либо же становится ступенькой к их обращению в ре-
лигию. Отсюда следует вывод, что православие сейчас очень даже популярно, а
популярность сегодня является важным критерием доверия, повышает интерес,
к каким-либо вещам, заставляет людей быть в тренде. Однако, многие люди
просто начинают плыть по течению популярности, а истинные чувства и моти-
вы отходят на второй план. Появляются люди, которые приходят в церковь,
принимают православную веру, совершают обряды и таинства не потому, что
им это нужно, не потому что их душа этого требует, а потому что это модно, в
каком-то смысле, так называемый – мейнстрим.
В XXI веке – веке новейших технологий, где уже совершенно другой уровень
жизни, нежели раньше, многие люди не понимают, где найти себе прибежище,
не могут понять, где сохранилось что-то настоящее. Поэтому, думаю, они ищут
это в религии, так как Бог не меняет свои заповеди, и они актуальны во все
времена, а также не изменяется Его учение и Он ждет, когда заблудшие обра-
тятся к Нему, для Него главное – душа человека.
В современном обществе религия выполняет некоторые функции, которые и
определяют её роль. Эти функции заключаются в: 1 – удовлетворении духов-

86
ных потребностей человека; 2 – утешении людей; 3 – воспитании; 4 – коммуни-
кации; 5 – регуляции.
Сейчас, большинство прихожан в церкви привлекает не содержание службы, а
отдельные, исключительно ритуальные моменты. Они приходят в храмы, чтобы
взять святой воды, расцеловать почитаемую икону, или мощи святого, либо же
взять освященное перед ними масло, но не более. Ярким примером могут
явиться огромные, многочасовые очереди ожидающих увидеть и прикоснуться
к привезённым мощам, либо иконам в то время, как на литургии и служения в
церкви ходит куда меньшее количество человек. Люди чувствуют присутствие
высшей силы в церкви, однако, при этом смысл евангельского призыва Иисуса
вытесняется пристрастием к обрядовой стороне православия. В свою очередь,
это приводит к тому, что большим числом людей вера в Бога начинает воспри-
ниматься как нечто магическое, таинственное.
По данным опроса, проведённого 28 октября 2018 года, Фондом «Обществен-
ного мнения», в России, из опрошенных 150000 человек, верующими людьми
себя считают 73% граждан. 63% опрошенных относят себя к православной
церкви. Опрос был проведён среди граждан РФ от 18 лет и старше в 53 субъек-
тах РФ, в 104 населенных пунктах. Большинство православных посещают цер-
ковь несколько раз в год, что составляет 29% и почти никогда не причащаются
– 54%. 34% граждан РФ, в целом, никогда не причащались, а 9% не ходят в
церковь. Раз в месяц и чаще посещают церкви 11% граждан и 17% православ-
ных [3].
И.С. Буланова в своей работе описывает четыре типа религиозной конверсии,
соответствующие характеру изменений, которые сводятся к трансформации
системы смыслов личности: аскетический, кризисный, позитивный и катарси-
ческий типы [1].
Однако, эта типология больше подходит для европейского общества, нежели
для нашего государства. Согласно же информации, которую я получила на
множестве форумов в социальных сетях, интервью священников и различных
статистических исследованиях о причинах обращения в религию, больше всего
людей, приходят к вере, именно через кризисный тип, характеризующийся тем,
что данный тип религиозного опыта связан с отрицательными событиями в
жизни человека, вследствие которых он обратился в веру, а не через катарсиче-
ский, или позитивный.
На мой же взгляд, более всего отражает процессы религиозной конверсии в на-
ше время, теоретическая модель Д. Лофланда и Р. Старка, описанная ими в
1965г., несмотря на то, что в основе данной модели лежит изучение группы по-
следователей движения Церкви Объединения [2]. Согласно их описанию, для
успешного процесса конверсии человек должен: 1) испытывать длительное и
остро переживаемое состояние напряжения; 2) видеть возможный выход из та-
кого состояния в следовании какому-либо религиозному учению; 3) испыты-
вать предрасположенность к религиозному поиску; 4) встретиться с движением
в поворотный момент своей жизни; 5) установить межличностные связи с од-
ним или несколькими последователями данного движения; 6) иметь ослаблен-
87
ные связи вне движения и постепенно утрачивать их в процессе взаимодейст-
вия с членами движения; 7) подвергаться все более интенсивному воздействию
со стороны членов движения и вследствие этого прийти к полному включению
в деятельность движения, т. е. к полному обращению. Это как нельзя лучше
описывает те примеры обращения людей к вере, с которыми я лично сталкива-
лась.

Литература
1. Буланова И.С. Специфика религиозности в зависимости от типа религиозной конвер-
сии // Вестник Ленинградского государственного университета им. А.С. Пушкина. 2014. С.
147-149.
2. Сгибнева О.И. Религиозные конверсии в современной России // Вестник Волгоград-
ского государственного университета. 2017. С. 81-83.
3. Верующими себя называют 73% граждан РФ, православными – 63%// ИА REGNUM.
URL: https://regnum.ru/news/2520454.html (дата обращения: 10.06.2019).

88
Андрей Анатольевич Морозов
Омская академия МВД России,
Россия, г. Омск
E-mail: moroz_may@mail.ru

РЕЛИГИОЗНЫЙ ДИСКУРС В СОВРЕМЕННОМ МЕДИАПРОСТРАНСТВЕ

Аннотация. В статье рассматриваются особенности функционирования религиозного


(православного) дискурса в условиях современных массмедиа. В качестве таких осо-
бенностей называется неоднородность, тематическое многообразие, включенность в
современный культурный контекст, нацеленность на формирования православного
этоса.
Ключевые слова: религиозный дискурс, медиапространство, религия, православная
церковь, нравственность.

А. А. Morozov
Omsk Academy of the Ministry of the Interior of Russia,
the Russian Federation, Omsk

RELIGIOUS DISCOURSE IN THE MODERN MEDIA SPACE

Abstract. the article considers the peculiarities of religious (Orthodox) discourse functioning
in the conditions of modern mass media. Such features include heterogeneity, thematic diver-
sity, inclusion in the modern cultural context, and focus on the formation of the Orthodox
ethos.
Keywords: religious discourse, media space, religion, orthodox church, morality.

Воздействие современных медиа на мотивацию, целеполагание, образ жизни


современного человека, на культурные тренды, политические и социально-
экономические процессы можно признать существенным, не обременяя себя
установлением степени этого воздействия. Нередко сообщения массмедиа про-
воцируют людей на активные действия. Активные кампании благотворитель-
ных организаций приводит к росту благотворительности, а сообщения о само-
убийствах влекут новые суициды. И такие примеры можно умножать бесконеч-
но.
Медиа образуют особое информационное пространство, в котором существуют
тысячи центров притяжения. Идеи, события, представления обретают значи-
мость во многом в зависимости от их актуализации и репрезентации в медиа-
пространстве. Определенный культурный сигнал, запущенный в медиапро-
странство из разных центров, воспроизведенный многократно, способен внести
ощутимые изменения в общественном сознании, межличностных отношениях,
общественной активности людей.
Современное медиапространство полицентрично и сложноорганизовано. В на-
сыщенном многообразными сообщениями, текстами, аудио- и видеоматериала-
ми потоке формируются устойчивые дискурсы, отличающиеся друг от друга

89
стилеречевым компонентом, особенностями мировосприятия, мировоззрения,
набором исследовательских методов, способами доказательств [1, с. 158-159].
Дискурс формируется в многообразные метасообщения, посредством которых
человек включается в определенный смысложизненный семантический круг,
подлежащий интерпретации. Поэтому в медиапространстве наряду с конкури-
рующими дискурсами возникает большое количество интерпретаций, направ-
ленных как на сами эти дискурсы, так и на точки их столкновений.
В настоящее время религиозные сообщества широко представлены в медиапро-
странстве и осуществляют целенаправленную деятельность по формированию
религиозного дискурса. Вполне удовлетворительное определение религиозного
дискурса предложил А.М. Прилуцкий: «Религиозный дискурс представляет со-
бой совокупность коммуникативных действий или событий, направленных на
передачу, сохранение и развитие религиозных представлений» [2, с. 8]. В меди-
апространстве религиозный дискурс представлен практически во всей своей
полноте, включая обрядовую сторону религии, проповедь, теологию, публици-
стику, художественную культуру, гражданскую позицию по разным вопросам
социальной жизни, миссионерство.
Религиозный дискурс в современных медиа неоднороден: он разделен в кон-
фессиональном, теологическом, тематическом плане. Большинство религиоз-
ных организаций в той или иной степени присутствуют и активно проявляют
себя в современном медиапространстве. Их активность задается множеством
факторов: масштаб целевой аудитории, общественно-политическая обстановка,
культурные тренды, социально-экономические проблемы.
Исключительное место в российском медиапространстве занимает православ-
ный дискурс, что оправдано и объяснимо. Крупнейшая религиозная организа-
ция, имеющая самую значительную целевую аудиторию, Русская православная
церковь Московского Патриархата создала значительные медийные ресурсы, к
которым можно отнести литературу религиозного содержания с многочислен-
ными каналами ее реализации (церковные лавки, магазины православной кни-
ги); православные телеканалы (Спас, Союз) и радиостанции (более 15), интер-
нет-ресурсы (интернет-порталы, интернет издания, сайты: Православие и мир,
Азбука веры, Православие ру), группы в социальных сетях. Каталог православ-
ных сайтов, размещенный на сайте синодального отдела по взаимодействию с
вооруженными силами, содержит 65 названий. Кроме того, почти каждая епар-
хия имеет собственные информационные ресурсы. Необходимо также учесть
выступления религиозных деятелей на нерелигиозных канала («Слово пасты-
ря», «Церковь и мир», лекции профессора А. Осипова и т.д.).
К особенностям функционирования современного православного дискурса
можно отнести, во-первых, тематическое многообразие. Основные тематиче-
ские компоненты православного дискурса (предметные области) могут быть
обозначены следующим образом:
1. Освещение годового богослужебного цикла, церковной жизни.
2. Православная культура: литература, изобразительное искусство, музыка, вы-
ставки, история.
90
3. Традиционные ценности и традиционный образ жизни.
4. Нравственность.
5. Взаимодействие Церкви, общества и государства: благотворительная и куль-
турно-просветительская деятельность, противодействие деструктивным, с по-
зиции Церкви, явлениям.
Во-вторых, его включенность в современный культурный контекст, вместе с
тем, явно выраженная оппозиционность по отношению к так называемым за-
падным либеральным ценностям. Например, религиозные телеканалы и радио-
станции вполне вписываются в полифонию современной культурной жизни.
Жанровое многообразие, обсуждение острых злободневных вопросов не только
церковной, но и повседневной жизни в формате телевизионных шоу и многое
другое. Вполне в духе современного плюрализма в церкви сосуществуют аль-
тернативные точки зрения по широкому кругу вопросов: начиная с проблем
воспитания детей до вопросов творческого самовыражения. Вместе с тем, цер-
ковь имеет жесткую последовательную позицию по некоторым острым вопро-
сам, таким как эвтаназия, аборты, оскорбление религиозных святынь.
В-третьих, нацеленность на формирования православного этоса в самом широ-
ком его понимании, включая православные духовно-нравственные ценности,
принципы жизни православного, включенность православного в жизни церкви,
стремление к спасению. Здесь одним из ключевых понятий современного рели-
гиозного дискурса является нравственность. Отождествление нравственной и
религиозной жизни, которое сегодня часто происходит, оказывает религии
«медвежью услугу», формируя значительный слой людей, видящих возмож-
ность спасения без церкви. В современном религиозном сознании мораль пред-
ставляется чем-то неразрывно связанным с религией. Особенная сосредоточен-
ность современных религиозных деятелей на вопросах морали, вплоть до ре-
презентации ее в качестве важнейшего элемента религии, задается очевидным
запросом общественного сознания и амбициями религиозных организаций. Не-
обходимо понимать, что этизация религии, т.е. восприятие религии в качестве
способа демонстрации и обоснования морали, стала одним из существенных
результатов долговременной секуляризации культуры. В этом случае религия
становится превращенной формой морали. Это своего рода ловушка для церк-
ви, так как именно в моральном контексте религию легко представить в качест-
ве ужасного пугала. Религиозная традиция в долгосрочной ретроспективе дает
множество примеров имморализма, антиморализма с позиции современных мо-
ральных представлений, сформированных в контексте гуманистических пред-
ставлений. Современные оппоненты религии постоянно акцентируют на этом
внимание.
Понимание религиозного дискурса в современных массмедиа представляется
значительной исследовательской задачей. Именно в нем религия как явление
существует для миллионов людей, оказывая разностороннее воздействие на об-
раз жизни, ценности, моральные установки, поведенческие модели. В условиях
постсекулярного мира религиозные организации претендуют на расширение
своего влияние на умы и сердца людей, используя большие возможности, пре-
91
доставляемые новыми информационными технологиями. Однако действовать
приходится в условиях жесткой конкурентной борьбы, что нередко препятству-
ет достижению поставленных целей.

Литература
1. Прилуцкий А.М., Андреева Л.Е. Специфика структуры религиозного дискурса // Вестник
Ленинградского государственного университета им. А.С. Пушкина. 2015. № 1. С. 158-164.
2. Прилуцкий А.М. Семиотическое пространство религиозного дискурса как предмет рели-
гиоведческого исследования: Автореф. дисс. … д-ра филос. наук. СПб., 2008.

92
Александр Валерьевич Шайдуров
Омский государственный технический университет,
Россия, г. Омск
E-mail: avalon126@mail.ru

СИБИРСКИЙ ШАМАНИЗМ. САКРАЛЬНЫЙ ВЗГЛЯД

Аннотация. Данная работа посвящена вопросам традиционного шаманского мировоз-


зрения и его роль в создании этнического самосознания автохтонных народов Сибири,
особое место фольклора в формировании мифологического сознания и окружающей
среды, включая объекты природы и этнотопонимы. В работе использован основопола-
гающий принцип в антропологии по трудам Клода Леви-Строса.
Ключевые слова: сакрализация; этническое самосознание; сибирский шаманизм; струк-
турализм.

A. V. Shaidurov
Omsk State Technical University
the Russian Federation, Omsk

SIBERIAN SHAMANISM. SACRED VISION

Abstract. this work is devoted to the issues of the traditional shamanistic worldview and its
role in creating ethnic self-identity of the autochthonous peoples of Siberia, a special place of
folklore in the formation of mythological consciousness and environment, including objects of
nature and ethnic names. The work uses the fundamental principle of anthropology based on
the works of Claude Levy-Strauss.
Keywords: sacralization; ethnic identity; Siberian shamanism; structuralism.

Сакрализация окружающих объектов природы, таких как горы, реки, звёзды и


само небо и земля является одним из составляющих элементов визуализации
традиционного шаманского мировоззрения.
Подходов к изучению этого явления в современном научном мире, где хоть ца-
рит научная парадигма, задающая тренды, существует довольно много мнений
и разногласий в этом вопросе, в связи со спецификой проявления этого элемен-
та культуры в разных частях света.
Изучением сибирского шаманизма занимались отечественный учёные. Одним
из первых в вопросе сибирского шаманизма был С. И. Вайнштейн [1, с. 177-
182], который создал методологию и разграничил понятия шаманство и шама-
низм. В.Г. Тан-Богораз [2, с. 513] изучал и систематизировал шаманизм у чук-
чей и коряков. Т. В. Жеребина [2, с. 552], наш современник, подвела некоторые
итоги в вопросах методологической несуразицы понятий "шаманство" и "ша-
манизм", создала общий этнокультурный атлас сибирского шаманизма. В на-
шем исследовании мы остановились на структурализме в антропологии, пред-
ложенном Клодом Леви-Стросом. Выдвинутый им основополагающий принцип
наук о человеке стал основой для нашего исследования: "Для того чтобы чело-

93
век снова увидел свой собственный образ, отраженный в других людях, . – ему
необходимо сначало отрешиться от своего собственного представления о самом
себе", иначе говоря, это принцип "Я есть другой". Эти рассуждения показывают
некоторую несостоятельность наук о человеке, которые построенны на позити-
вистком подходе [3, с. 22-23].
Сакрализация объектов природы в этническом самосознании народов Сибири
являлась результатом длительного этапа складывания мифологического созна-
ния. Поддержание процесса мифологизации сознания происходит при помощи
воспроизведения в культуре мифологической памяти через посредников в виде
шаманов, кайчи, в некоторых случаях паштыков. Накопленные знания и опыт
шаманов передаётся в устной форме. Стоит отметить, что советский период не-
гативно повлиял на процесс воспроизводства мифологической памяти в куль-
туре, и как следствие утраты некоторого пласта традиционного шаманского
мировоззрения. Из чего вытекает, что найти шамана на территории Сибири, по-
лучившего знания традиционным путём, является проблемой.
Придерживаясь нашего первоначального принципа, заложенного Клодом Леви-
Стросом "Я есть другой", мы в нашем исследовании находим тесную связь ме-
жду этнотопонимами некоторых регионов Сибири, в Горном Алтае и Горной
Шории с мифологией, а именно легендами и героическим эпосом. Это свиде-
тельство позволяет сделать вывод, что легенды и героический эпос в совокуп-
ности с созданными этнотопонимами в некоторой степени способствуют со-
хранению этническое самосознания автохтонных народов этих территорий в
настоящее время. Что касается объектов природы, их сакрализация проходила в
более долгий временной период. Свидетельством этого выступают космогони-
ческие мифы и легенды автохтонных народов Сибири. Некоторые из них про-
слеживаются у большинства народов, например легенда о великом потопе или
об общем высшем божестве, живущем на небе "верхнем мире", именуемым
Ульгенем (у некоторых народов Тенгри, Нга (Нгуо) и др.), а также подземный
мир "нижний мир", где есть свой верхновый бог Эрлик. Это бинарное разделе-
ние свойственно многим легендам и мифам, и впервые этот нюанс заметим
Клод Леви-Строс и описал антропологиечские особенности этого явления. Осо-
бое место в традиционном шаманском мировоззрении занимает небо, которое
разделено на несколько ярусов, где живут высшие духи-помощники и боги. Так
на высшем ярусе мы встречаем Ульгеня. Почетание неба состоит не только в
принесении жертв небу, но и в проведении особых ритуалов и молитв, что осо-
бенно выраженно у культа Тенгри. Почитание других объектов природы (рек,
озёр и гор) сводится к ощущению святости этих объектов, через призму мифо-
логии и событий описанных там. Под мифом мы понимаем описание происхо-
дивших событий, хоть и эмоционально насыщенных. Стоит различать чисто
мифологическую фантастику от мифов, имеющих место в описании этнической
истории путём тщательного анализа и сопоставления с зафиксированными фак-
тами этнической истории. Таких сакральных мест природы, которые возникли
путём мифологизации сознания, на территории Сибири довольно много. У на-

94
родов севера Сибири сакральным является и такое природное явление как се-
верное сияние.
Таким образом мы получаем общую картину сакрализации объектов природы
путём воспроизведения мифологии, и основную роль в этом играют шаманы
Сибири. Наличие у некоторых народов Сибири (эхирит-булагары, некоторые
роды алтайцев и др.) культа Тенгри на территории Сибири свидетельствует о
наличии культурного элемента тюрского каганата V-VII вв. и вхождении части
территории Сибири в состав каганата. Сибирский шаманизм стал не просто
культурным компонентом, но и способом сохранения этнического самосозна-
ния автохтонных народов Сибири.

Литература
1. Вайнштейн С.И. Шаманы и шаманство // Атеистические чтения. Москва, 1981, С. 177-182.
2. Жеребина Т.В. Сибирский Шаманизм. Этнокультурный атлас. Пальмира, 2019, С. 14-23,
513, 552.
3. Леви-Строс К. Первобытное мышление. Республика, 1994, С. 23-23, 51-54.

95
Олег Витальевич Синяков
Омский государственный университет имени Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: Olegsinyakov85@mail.ru

РЕЛИГИОЗНАЯ СИТУАЦИЯ В СЕВЕРО-КАЗАХСТАНСКОЙ ОБЛАСТИ

Аннотация. Население Северного Казахстана представлено самыми разными этниче-


скими и религиозными группами: от традиционных вероучений (ислам и христианст-
во) до новых, нетрадиционных, ранее не представленных в стране религиозных дви-
жений. Несмотря на то, что большинство североказахстанцев считает себя мусульма-
нами, это не мешает полноценному функционированию других вероисповеданий. В со-
временном Казахстане традиционно высокими остаются религиозная и этническая то-
лерантность.
Ключевые слова: религиозная ситуация; этнос; религия; конфессия; религиозные объе-
динения.

O. V. Sinyakov
Dostoevsky Omsk State University
the Russian Federation, Omsk

RELIGIOUS SITUATION IN NORTH KAZAKHSTAN REGION

Abstract. The population of Northern Kazakhstan is represented by a variety of ethnic and re-
ligious groups, from traditional religions (Islam and Christianity) to new, non-traditional, pre-
viously unrepresented religious movements. Despite the fact that most North Kazakhstanis
consider themselves Muslims, this does not prevent the full functioning of other religions. Re-
ligious and ethnic tolerance remains traditionally high in modern Kazakhstan.
Keywords: the religious situation; ethnicity; religion; denomination; religious Association.

В Северном Казахстане, также, как и во всей стране, сложилась устойчивая мо-


дель взаимодействия этносов и религий, обеспечивающая стабильность и атмо-
сферы созидания и согласия в обществе. Как отметил Первый Президент Нур-
султан Назарбаев, «наша модель межнационального и межрелигиозного согла-
сия – это реальный вклад Казахстана в общемировой процесс взаимодействия
различных конфессий». [1]
Ситуация в сфере религии и межконфессиональных отношений в регионе за
последние два десятилетия значительно изменилась. Одной из характерных
особенностей развития на данном этапе стало неуклонное возрастание роли ре-
лигии в жизни общества. Повышается ее авторитет и статус, расширяются
функции, растет число верующих и религиозных объединений.
Для выявления основных тенденций в определении уровня религиозности и
конфессиональной ориентации населения, состояния отношений между пред-
ставителями различных конфессий и религиозных течений, уровня толерантно-
сти и межконфессионального согласия КГУ «Центр анализа и развития меж-
конфессиональных отношений» в июле 2019 года было проведено анкетирова-
96
ние граждан города Петропавловска в количестве 300 человек. Преобладающее
число североказахстанцев идентифицируют себя с определенным вероиспове-
данием (91,3%).

Для определения степени религиозности респондентам, принявшим участие в


исследовании, были заданы вопросы о религиозной практике. Так, значитель-
ное количество верующих области посещают культовые заведения «несколько
раз в год» (44,4%). Практически каждый девятый верующий посещает культо-
вые сооружения «несколько раз в месяц» (11,6%). Процент респондентов, по-
сещающих культовые сооружения «несколько раз в неделю» и «ежедневно» со-
ставил 2,2 и 0,8 соответственно.
На вопрос «Соблюдаете ли Вы обряды, присущие Вашему вероисповеданию?»
значительная часть опрошенных респондентов ответила «да, иногда» (64,4%).
Каждый седьмой верующий респондент области постоянно соблюдает предпи-
санные верой религиозные обряды (14,4%).
На вопрос «Соблюдаете ли Вы обряды, присущие Вашему вероисповеданию?»
значительная часть опрошенных респондентов ответила «да, иногда» (64,4%).
Каждый седьмой верующий респондент области постоянно соблюдает предпи-
санные верой религиозные обряды (14,4%).
Согласно полученным данным, значительное число респондентов отмечают все
праздники (более 92%) Чаще всего в своих ответах респонденты упоминают
«праздники, предписанные религией» (22,4%), «принятые в семье» (35,6%) и
«распространенные в обществе» (30,2%).
Анализ блока вопросов по религиозной практике доказывает «умеренную» ре-
лигиозность жителей Северо-Казахстанской области. Процент практикующих
верующих составляет с учётом погрешности 10-11%.
Духовенство Северо-Казахстанской области пользуется уважением среди её
жителей. По данным проведенного опроса, 89,8% североказахстанцев относятся
с уважением и почтением ко всему или к большей части духовенства. Доля не-
гативных оценок не превышает 1%.
По самооценке жителей области лишь 7,4% североказахстанцев оценили свои
уровень знаний в области религии как «Высокий». На «Удовлетворительный»
уровень своих знания оценили 64.5%, на «Низкий» – 19,2% опрошенных.
В представлении доминирующего большинства жителей области, религиозная
ситуация в области является преимущественно благополучной. Более 91% рес-
пондентов оценили религиозную ситуацию в области как «благополучную» или
«скорее благополучную». В отрицательной тональности дали оценку религиоз-
ной ситуации 0,2% североказахстанцев.
97
Следует обратить особое внимание, на то, что 8,8% жителей области затрудни-
лись с ответом, и не смогли оценить религиозную ситуацию в области. Боль-
шой процент затруднившихся с ответом во многом объясняется преобладанием
среди жителей области умеренных верующих, которые, как правило, не интере-
суются событиями, происходящими в религиозной жизни.
В области в настоящее время проживают представители 10 конфессий, поэтому
поддержание межэтнического и межконфессионального согласия является од-
ним из приоритетных направлений местных государственных органов. От со-
гласия и мирного сотрудничества людей с разными убеждениями и вероиспо-
веданиями зависит сохранение и укрепление политической стабильности, раз-
витие экономики и социальный прогресс.
Большинство североказахстанцев (84,2%) межконфессиональные отношения
оценивают, как дружественные. Считают, что есть скрытая напряженность в
межконфессиональных отношениях 0,2% опрошенных жителей области. За-
служивает внимание факт, что 4,6% респондентов считают, что «отношений
между конфессиями нет», более 5% вообще затруднились дать оценку межкон-
фессиональным отношениям.
По мнению респондентов, рейтинг факторов, в наибольшей степени влияющих
на развитие религиозной ситуации в Северо-Казахстанской области, выглядит
следующим образом: низкий уровень религиозной грамотности населения
(32,4%); социальная незащищенность (28,6%); низкий уровень жизни (25,6%);
отсутствие перспектив и уверенности в завтрашнем дне (21,2%); миграционные
процессы (15,8%).

Доминирование социально-экономических факторов, влияющих на религиоз-


ную ситуацию у жителей области во многом объясняется сложной социально-
экономической ситуацией в области. Респонденты, вероятнее всего, при отве-
тах, в том числе, проецировали свои личные проблемы материального характе-
ра.
По данным исследования большинство жителей области (92,4%) поддержива-
ют государственную политику в религиозной сфере.
Более 58% опрошенных североказахстанцев считают проблему религиозного
экстремизма и терроризма актуальной для Казахстана. 42% не осознают опас-
ности данных деструктивных идеологем для современного казахстанского об-
щества.

98
Основные выводы и рекомендации
* Подавляющее большинство жителей области старше 18 лет считает себя ве-
рующими.
* В религиозной практике североказахстанцы достаточно умерены. Жители об-
ласти довольно редко посещают или совсем не посещают культовые объекты,
иногда соблюдают религиозные обряды и религиозные праздники и то, приня-
тые в семье и обществе.
* Духовенство области пользуется уважением среди большинства её жителей.
* Для жителей области характерен «удовлетворительный» и «низкий» уровень
знаний, как о своем вероучении, так и о религии в целом. Грамотными в данной
сфере считает себя лишь незначительное число принявших участие в опросе
респондентов.
* Жители области в основном мало информированы о нетрадиционных религи-
озных организациях и течениях.
* Оценка жителями области религиозной ситуации и межконфессиональных
отношений в стране и области позитивная.
* По мнению североказахстанцев, на религиозную ситуацию серьезное влияние
оказывает ряд факторов. Среди них наиболее значимыми выступают: низкий
уровень религиозной грамотности, социальная незащищенность, низкий уро-
вень жизни, отсутствие перспектив и уверенности в завтрашнем дне, миграци-
онные процессы и др.
* Политика толерантности и межконфессионального согласия, проводимая го-
сударством, находит поддержку у большинства населения области.
* Большинство североказахстанцев продолжает не придавать значение опасно-
сти религиозного экстремизма и терроризма для Казахстана.
Несмотря на многообразие различных взглядов, традиций и культур, Казахстан
остается государством, где нет конфликтов на религиозной почве.

Литература
1. Из выступлений Президента Республики Казахстан Н.А. Назарбаева. О специфике казах-
станской модели межконфессионального согласия. [Электронный ресурс]. – Режим доступа:
http://religiya.kostanay.gov.kz/stati-i-publikatsii/gosudarstvennaya-politika-v-sfere-obespecheniya-
mezhkonfessionalnogo-soglasiya/?print=Y, свободный. – (Дата обращения: 16.07.2019).

99
Анжелика Юрьевна Барзеева
Омский государственный университет имени Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: a.barzeeva@mail.ru

МАКДОНАЛЬДИЗАЦИЯ ОБЩЕСТВА ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ


ГАСТРОНОМИЧЕСКОГО ДИСКУРСА:
КУЛЬТУРНЫЕ ТРЕНДЫ И ПОТРЕБИТЕЛЬСКИЕ ПРАКТИКИ

Аннотация. В исследовании описан процесс проявления макдональдизации в гастро-


номическом дискурсе российской культуры. Также рассмотрена интеграция опреде-
ленных гастрономических практик в повседневную жизнь индивида. Кроме того, про-
анализировано потребление как одна из функций современной культуры.
Ключевые слова: макдональдизация, потребление, дискурс, культура, трапеза.

A. Y. Barzeeva
Dostoevsky Omsk State University
the Russian Federation, Omsk

MACDONALDIZATION OF SOCIETY THROUGH THE PRISM OF


GASTRONOMIC DISCOURSE:
CULTURAL TRENDS AND CONSUMER PRACTICES

Abstract. The research is described the manifestation of McDonaldization in the gastronomic


discourse of Russian culture. Also considered is the integration of certain gastronomic prac-
tices in the daily life of the individual. In addition, consumption is analyzed as one of the func-
tions of modern culture.
Keywords: macdonaldization, consumption, discourse, cultural, meal.

В жизни каждого человека немаловажную роль играет прием пищи. Этот про-
цесс – одна из социокультурных форм взаимодействия индивидов, благодаря
которой происходит не только непосредственно трапеза, но и коммуникация. К
примеру, античный пир можно рассмотреть как предпосылку формирования
греко-римской цивилизации. За столом была возможность стать свидетелем за-
рождения и демонстрации социальных связей, заключения перемирий, создания
замыслов империи. Ксенофон (VI в. до н. э.) описывал пир с помощью опреде-
ленного ритуала, который начинался со священной песни и возлияния в честь
богов [6, с. 87]. Со временем пир стал обретать свои традиции и ритуалы. Если
разделить общество на два вида (секуляризованное и религиозное), то еду мож-
но отметить стойким и стабильным хранителем древнейших верований [там же,
с. 88].
На потребление оказывают влияние социальные механизмы, что и легло в ос-
нову труда Дж. Ритцера «Макдональдизация общества 5». Большинство людей
вкладывают в понятие «макдональдизации» лишь одноименную корпорацию
ресторанов быстрого питания, но стоит осознавать, что макдональдизация –
100
процесс, основанный на принципах эффективности, просчитываемости, пред-
сказуемости и контроля, благодаря которым организация добивается успеха.
Нашу жизнь поглощают не гигантские бургеры с двойной порцией картошки, а
подмена качества продукции количеством.
Концепция макдональдизации создана американским социологом Д. Ритцером
на основе теории «формальной» рациональности М. Вебера. Особенности ме-
тода – в примерах, с помощью которых рассматривается рационализация. Для
М. Вебера – это принципы организации и деятельности западной бюрократии, в
то время как для Д. Ритцера – организация массового потребления в современ-
ном мире [7, с. 58].
Сейчас теория макдональдизации имеет наибольшее признание среди других
теорий постмодерна потому, что данная идея легка для понимания даже непод-
готовленному читателю, так как сеть ресторанов быстрого питания «Макдо-
нальдс» приобщает каждого человека к усовершенствованному стилю жизни [1,
с. 113].
Интеграция определенных гастрономических традиций в повседневную жизнь
осуществляется в виде дискурсивных практик, которые актор закрепляет в сво-
ем коммуникативном опыте, показывая тем самым свои гастрономические ком-
петенции. Они используются в повседневности, к примеру, в процессе самооб-
служивания, а также характеризуют своего носителя как современного и вклю-
ченного в основные культурные тренды.
Если рассматривать процесс ассимиляции пищи формата фаст-фуд в русскую
культуру, то можно выявить одну закономерность: названия, за редким исклю-
чением, не изменяются, а прилагательное «русский» является маркером того,
что российская гастрономическая культура интенсивно вливается в мировое
пространство глобализации. Иными словами, происходит активное усвоение
фаст-фудных номинаций. К примеру, слова «гамбургер», «пицца», «хот-дог»,
«попкорн» и многие другие уже давно стали «своими» для множества россиян.
Свидетельством этого является высокая частотность их употребления и тот
факт, что они даже зафиксированы словарями последнего десятилетия.
Так, согласно Н. М. Мухамеджановой, ключевым трендом изменения русского
пищевого дискурса являются заимствования иностранных слов, для обозначе-
ния новых практик и привычек. Такие номинации как «смузи», «фрэш», «мак-
киато», «суши» и т. д. стали неотъемлемой частью лексикона россиян [3, с. 21].
В меню ресторанов названия разных блюд не переводятся и предлагаются к за-
поминанию в их исконном виде: «паста», а не «макароны», «руккола» вместо
салата и петрушки, «латте», а не одномерный кофе. Таких примеров огромное
множество, данная тенденция – не что иное, как соответствие требованиям гас-
трономического обновления.
Проявлением гастрономической компетенции человека является и следование
моде на тот или иной стиль питания. Отсюда вытекает закономерность: важно
не только само знание о еде, но и практика ее употребления, чтобы в противо-
вес «сытости и вкусу» привести к желаемой фигуре.

101
Кроме того, особая избирательность в пищевых приоритетах продолжает тра-
диции статусного потребления. Иначе говоря, чем выше социальный статус че-
ловека, тем больше возможностей и необходимости разбираться в том, что есть
и как это называть [5, с. 45]. Однако, с другой стороны, современное информи-
рование дает возможность подобной избирательности практически для каждого
желающего.
Исходя из того, что само питание – социальная практика, а здоровое и правиль-
ное питание – социальное конструируемое понятие [2, с. 186], то возникают
своего рода «продвинутые» потребители и профессионалы. Это не только те
индивиды, которые пропагандируют отказ от вредных привычек (и алкоголь, и
курение, и жирная пища в том числе), а также те, кто старательно высчитывают
каждую калорию продукта, посвящая этому целые интернет-блоги.
Огромную популярность приобретает стремление продемонстрировать свои
гастрономические пристрастия. Странички тысяч пользователей социальной
сети Instagram ежедневно обновляются фотографиями еды. Более того, такие
люди даже объединяются общепринятым понятием «фуд блогер». Сюда отно-
сятся и повара, и туристы, изучающие кухню разных стран, и фитнес инструк-
торы, рекомендующие определенный рацион, и просто любители посещать рес-
тораны, которые не могут удержаться от соблазна опубликовать кулинарный
изыск. Иногда складывается впечатление, что современные потребители ценят
не столько само блюдо, сколько его внешний вид, способный приносить сотни
лайков.
Исследуя явление макдональдизации сквозь гастрономическую призму языка,
можно сделать несколько выводов:
- Использование в своем лексиконе заимствованных номинаций позволяет
среднестатистическому россиянину ощутить себя гурманом с несвойственной
каждому человеку способностью ориентироваться в обновляемых гастрономи-
ческих трендах.
- Несмотря на невозможность не использовать определенные слова в своем
языке, многие из них остаются «чужими» для старшего поколения. Чаще всего
эта ситуация проявляется во время заказа блюд в кафе или ресторане.
- Возникает ситуация коммуникативного сбоя, то есть отсутствие фоновых зна-
ний и «неосведомленность» о какой-либо пищевой традиции влекут за собой
неспособность вербализовать заказ. Например, «карбонара» или «феттуччине»
в итальянском ресторане, или же «сябу-сябу», «набэмоно» в японском, вызы-
вают объективные трудности у непосвященного гостя.
- В связи с расширением ассортимента продукции кафе и рестораны предлага-
ют несколько разновидностей одного и того же блюда или напитка. Ярким
примером этого являются сетевые кофейни. «Кофе Хауз», «Старбакс», «Кофе
Шоп», «Травеллерс Кофе» предлагают до 10 видов капучино.
Рассматривая потребление как одну из функций культуры, стоит отметить, что
оно является способом передачи и получения различных культурных ритуалов,
традиций и значений. В современном мире еда становится модной, неким трен-
дом. О ней пишут, ее фотографируют, публикуют, она становится причиной
102
многих дискуссий. Современный прием пищи иногда может принимать даже
форму перфоманса, шоу [4, с. 223].
Таким образом, сейчас трапеза выступает важным регулятором общественных
отношений. Она одновременно укрепляет социальные иерархии и преобразо-
вывает социальную реальность, привнося в нее новые культурные тренды.

Литература
1. Кравченко, С. А. Социология модерна и постмодерна в динамически меняющемся мире /
С. А. Кравченко. – М.: МГИМО-Университет, 2007. – 264 с.
2. Минина, В. Н. Здоровое питание в контексте повседневной жизни россиян / А. Н. Минина,
М. С. Иванова, Е. Ю. Ганскау // Журнал социологии и социальной антропологии. – 2018. –
№21(4). – С. 182-202.
3. Мухамеджанова, Н. М. Межкультурные коммуникации в условиях глобализации / Н. М.
Мухамеджанова // Вестник Оренбургского государственного университета. – 2010. –
№7(113). – С. 17-24.
4. Овруцкий, А. В. Потребление как функция культуры / А. В. Овруцкий // Известия ИГЭА. –
2011. – №5(79). – С. 220-225.
5. Платонова, С. И. Постмодернистские социальные теории: Социально-философский анализ
/ С. И. Платонова // Теория и практика общественного развития. – 2013. – №5. – С. 43-46.
6. Соболева, А. П. Символические функции еды в современной политике / А. П. Соболева //
Власть. – 2013. – №12. – С. 87-90.
7. Ритцер, Дж. Макдональдизация общества 5 / пер. с англ. Т. А. Дмитриева – М.: Праксис,
2011. – 591 с.

103
Алина Сергеевна Визгирда
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: airin.alecksis.st@gmail.com

СОТВОРЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА ЧЕРЕЗ СОТВОРЕНИЕ СВЕРХЧЕЛОВЕКА


В МАССОВОЙ КУЛЬТУРЕ ЯПОНИИ

Аннотация. Статья посвящена осмыслению того, как актуальные ценности оказывают


влияние на массовую культуру, формируя социально одобренный или социально ней-
тральный образ человека. Анализируется ряд произведений массовой культуры Япо-
нии. Рассматриваемые тексты сосредоточены вокруг образа супергероя в различной
степени.
Ключевые слова: супергерой; инвалид; массовая культура; социализация; прекариат;
ценности; Япония; постколониальный дискурс; дискурс травмы.

A. S. Vizgirda
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

THE CREATION OF HUMAN THROUGH THE CREATION OF THE SUPER


HUMAN IN MASS CULTURE OF JAPAN

Abstract. The article is devoted to understanding how actual values influence mass culture,
forming socially approved or socially neutral image of a person. A number of works of mass
culture in Japan are analyzed. The texts under review are concentrated around the image of a
superhero to varying degrees.
Keywords: superhero; disabled person; mass culture; socialization; precariat; values; Japan;
post-colonial discourse; trauma discourse.

Культура супергероики в комиксах начала свое формирование еще в XX веке,


пройдя путь от формирования образа безупречного супергероя до обращения к
антигероям в 90-х. С появлением антигероев началось активное переосмысле-
ние сложившихся ранее архетипов персонажей.
В XXI веке происходит очередное обращение к идеям о сверхчеловеке, на регу-
лярной основе выходят фильмы и сериалы о супергероях. Получают экраниза-
ции и антигерои 90-х. Культура в очередной раз переосмысляет супергероику,
выводя новый образ человека.
Параллельно этому происходит переосмысление человека в целом. Социально
незащищенные работники выделяются в прекариат – отдельный класс. Появ-
ляются новые профессии и формы занятости. С развитием интернета возникает
возможность работы из домашнего офиса или фриланса. Продолжается работа
в постколониальном дискурсе и связанными с ним дискурсами и проблемами
идентичности, принятия внешности, национальности и культурной идентично-
сти и т. д.
104
Ролан Барт писал, что «…каждый текст является интертекстом: другие тексты
присутствуют в нем на различных уровнях в более или менее узнаваемых фор-
мах…» [1]. Все есть текст, поэтому в одних текстах можно попробовать найти
отсылки к проблемам других текстов, то есть найти социальные проблемы че-
рез анализ произведений массовой культуры.
Популярную массовую культуру можно назвать идущей в ногу со временем за
ее работу только с актуальным. Культура отражает и сохраняет социально важ-
ные вещи. Культура может быстро отражать проблемы, возникающие в обще-
стве, и давать прогноз, предлагать варианты решений.
В Японии сформировалась такая массовая культура, которая находит свои ос-
нования как в национальной культуре через мифопоэтику, так и в мировой мас-
совой культуре.
В «Непутевом ученике в школе магии» история буквально создается вокруг со-
творения человека [6]. Главного героя делают магом специально, хотя ему это
не нужно и от этой манипуляции он становится своего рода инвалидом от мира
магии для большинства и для системы, в которую он вынужден вписываться.
Операция также лишила его возможности испытывать эмоции, сделав его инва-
лидом вдвойне. Эта история наглядно демонстрирует идеи Платона как о мире
идей, так и об идеальном государстве [7]. И, если проводить параллели, то
главный герой – воин.
Главный герой, как инвалид, выключен из общества и даже не пытается до-
биться всеобщего признания, но продолжает сражаться и защищать людей.
В серии «Призрак в доспехах» главная героиня не является инвалидом только
потому, что вместо своего парализованного тела использует кибернетическое
тело [8]. В описываемом киберпанк-обществе это является обычным, но герои-
ня все равно отдаляется от людей. Она задается вопросом о том, настоящая ли
ее душа или же искусственно созданная, чтобы не жертвовать настоящими
людьми на госслужбе. При этом она продолжает выполнять свою работу в сфе-
ре общественной безопасности.
В «Дороро» [4], переснятой истории 60-х годов, рассказывается о путешествии
главного героя, инвалида, который пытается вернуть целостность своего тела
через борьбу с демонами, разбираясь с несправедливостью к себе от отца.
Главный герой со спутником исключены из социума – вор и ребенок, от кото-
рого отказался отец (все происходит еще во время существования самураев).
В «Доме радиологии» главный герой обладает такой суперспособностью, как
лицензия врача-рентгенолога с правом описывать снимки, но работает простым
лаборантом рентгенологического кабинета, потому что не хочет давить своим
опытом на девушку, его начальницу, которую он любит с детства [3]. Здесь
можно провести прямую параллель с тем, как Супермен скрывал свои силы,
чтобы спасать мир, потому что главный герой все свободное время использует
на описание снимков и консультацию людей через интернет.
В «Гинтаме» главный герой является тридцатилетним безработным самураем с
деревянным мечом, присматривающим за двумя подростками, мастером на все
руки, ветераном войны, которая была проиграна [2]. История прорабатывается
105
через постколониальный дискурс и дискурс травмы. События происходят во
время после захвата мира пришельцами из космоса, что является отсылкой та-
кому реальному событию, как вторжение американских кораблей в Японию.
В «Моб Психо 100» интерес представляют главный герой и его молодой на-
ставник [5]. Главный герой – школьник, который обладает экстрасенсорными
способностями. Он абсолютно не выделяется из толпы, не общается со сверст-
никами (в начале истории, потом друзья у него появляются) и выглядит очень
неэмоционально, потому что постоянно контролирует свои силы. Он пытается
стать независимым от своих сил, потому что он не может принять их деструк-
тивные возможности, которые все равно проявляются, когда эмоции не получа-
ется сдержать. В конце истории он вступает в конфликт сам с собой, когда идет
к девушке, которая ему очень нравится, чтобы сделать то, что он давно хотел, –
признаться ей в своих чувствах. Из-за нерешенного внутреннего конфликта и
неприятия себя он разрушает город, но его приводит в чувства его наставник.
Молодой наставник – это человек, который работал в офисе, но уволился и стал
экстрасенсом-мошенником. Он не выдержал офисный быт и решил заняться
чем-то более креативным. Не смотря на отсутствие экстрасенсорных способно-
стей, он помогал людям, хотя и был скорее массажистом-психологом-
ретушером фотографий, чем экстрасенсом. Общество не разбиралось, что он
делает, и обвинило его во лжи.
Новые герои слабо включены в общество. Они другие для общества (сверхъес-
тественные силы, инвалидность, социальный статус) и пытаются выстроить ка-
кие-нибудь связи, определить себя и свое место в мире. Это и образ социально
полезного другого, где социальная польза служит для социализации. Происхо-
дит и актуализация старых сюжетов, что говорит о значительной длительности
отражения поднятых проблем в массовой культуре.

Литература
1. Барт Р. Тех! // Encyclopedia universalis. Vol. 15. – P., 1973. – p. 78. (Цит. по: Интертексту-
альность // Современное зарубежное литературоведение: Энциклопедический справочник /
Под ред. И.П. Ильина и Е.А. Цургановой. – М., 1996. – 312 с.).
2. Гинтама // FindAnime URL: https://findanime.org/1490 (дата обращения: 05.10.2019).
3. Дом радиологии // ReadManga URL: http://readmanga.me/radiation_house (дата обращения:
05.10.2019).
4. Дороро // FindAnime URL: https://findanime.org/dororo (дата обращения: 05.10.2019).
5. Моб Психо 100 // FindAnime URL: https://findanime.org/mob_psiho_100 (дата обращения:
05.10.2019).
6. Непутевый ученик в школе магии // FindAnime URL:
https://findanime.org/neputevyi_uchenik_v_shkole_magii (дата обращения: 05.10.2019).
7. Платон. Государство // PSYLIB URL: http://psylib.org.ua/books/plato01/26gos01.htm (дата
обращения: 05.10.2019).
8. Призрак в доспехах // FindAnime URL: https://findanime.org/ghost_in_the_shell (дата обра-
щения: 05.10.2019).

106
Юлия Васильевна Кондакова
Анастасия Леонидовна Демина
Уральский государственный архитектурно-художественный университет,
Россия, г. Екатеринбург
E-mail: jkondakova@yandex.ru, kira9813@gmail.com

СПЕЦИФИКА СОЦИАЛЬНОГО ТРЕНДА «СВЯТАЯ ПРОСТОТА»


В СОВРЕМЕННОМ ДИЗАЙНЕ ОДЕЖДЫ

Аннотация. В статье рассматривается ряд актуальных вопросов, связанных с развити-


ем социальных трендов современности. Статья раскрывает понимание тренда «Святая
простота» как понимание осознанности себя. Само определение «Святая простота»
предполагает формирование простых и лаконичных форм, не перегруженных лишни-
ми деталями. На основе анализа делается вывод о том, что развитие данного тренда
свидетельствует об активизации осознанности в современном мире.
Ключевые слова: тренд; дизайн; минимализм; потребление; мода.

J. V. Kondakova
A. L. Demina
Ural State Architectural and Art University,
the Russian Federation, Yekaterinburg

SPECIFICS OF THE SOCIAL TREND «HOLY SIMPLICITY»


IN MODERN CLOTHING DESIGN

Abstract. In article a number of the topical issues connected with development of social trends
of the present is considered. The article reveals an understanding of the «Holy Simplicity»
trend of understanding self-awareness. The definition of «Holy Simplicity» is the formation of
simple and concise forms, not overloaded with unnecessary details. On the basis of the analy-
sis the conclusion that development of this trend demonstrates activization of self-awareness
in the modern world.
Keywords: trend; design; minimalism; consumption; fashion.

В современном мире практически каждая сфера жизни человека характеризует-


ся тесной взаимосвязью с другими, в связи с чем любые изменения той или
иной стороны жизни общества приводят к трансформации прочих. Преображе-
ние окружающих нас реалий происходит настолько стремительно, значительно
отставая от личностных преобразований, что обуславливает выбор ключевой
стратегии: по-новому выстраивать отношения с трансформирующейся реально-
стью. Для этого необходимо исследовать мегатренды – «основные направления
движения, которые определяют облик и суть нового общества» [3, с. 9], отра-
жающие ключевые факторы глобальных перемен социума.
В рамках мегатрендов выделяют так называемые «социальные тренды», кото-
рые диктуют ход знаковых событий в истории человечества, а также задают
систему ориентиров как в экономической и политической сферах, так и в ду-
107
ховной жизни людей. Разумеется, «рождение» социальных трендов, диктующих
те или иные трансформации в моде, нередко тесно связано с коммерческими
целями мегакорпораций. Однако в последнее время среди факторов, влияющих
на изменение подиумных тенденций, появляются и те, которые подчеркивают
ответственность каждого перед обществом за свое поведение, мнение и внеш-
ний облик. Действительно, «тренды в моде формируются на основе того, что
является мотивом выбора, на какие сообщения реагирует аудитория, к чему
стремится, каким функционалом должна быть наделена одежда, из каких эле-
ментов состоит гардероб. Это социальный и культурный контекст, который оп-
ределяет стиль жизни и эстетику продуктов, которыми человек наполняет соб-
ственную среду обитания» [4]. Таким образом, за «точку отсчета» при проекти-
ровании образа берется сам человек: от характера его потребностей зависит
дальнейшее развитие новых модных идей.
Среди актуальных социальных трендов, отмеченных маркетологом Игорем Ро-
гатинским [5], обращает на себя внимание тот, который обладает весьма ориги-
нальным названием – «Святая простота». Примечательно, что этот тренд, обо-
значенный специалистами как яркий и перспективный (см. исследования Рога-
тинского 2017 г.), с годами не только не теряет своей значимости, но становит-
ся все более актуальным. Он демонстрирует глубинные внутренние потребно-
сти человека, отраженные в элементах внешнего облика, вещах, посредством
которых материализируется некий визуальный код, связанный не только с кон-
кретной личностью, но и с явлениями окружающего мира. Само название этого
тренда говорит за себя: оно свидетельствует о тяготении людей к сфере са-
крального, сокрытого от внешнего мира и понятного только внутреннему.
В число ключевых характеристик социального тренда «Святая простота» вхо-
дит как стремление к душевному спокойствию человека, упрощению окру-
жающего мира, так и ориентация на лаконичность и снижение концентрации
информации о действительности. Таким образом, «Святая простота» предпола-
гает устремленность к глубокому пониманию и осознанию себя, своих подлин-
ных потребностей, которые нередко обезоруживающе просты, тем не менее,
именно они приводят к подлинному комфорту и гармонии. Действительно,
жизнь многих людей искусственным образом усложнена, поэтому они «нахо-
дятся в постоянном напряжении, постоянно испытывают стресс, не могут про-
думать все как следует, потому что думают о многом, а значит поверхностно и
шаблонно, не вникая в важные детали. Вся жизнь состоит из забегов на корот-
кие дистанции. А такой жизнью некогда наслаждаться, она механистична» [1].
Понимание «святой простоты» в дизайне одежды предполагает создание лако-
ничных, не перегруженных деталями коллекций, в которых простота форм со-
прягается с гармоничностью цветовой гаммы и образов в целом. Такие тенден-
ции заявлены в коллекции Valentito spring-summer 2017, с их натуралистиче-
скими образами девушек без макияжа и платьями простых трапециевидных си-
луэтов. Впрочем предпосылки тренда можно найти даже в 1960 – х гг, напри-
мер, в работах Доналда Джадда, детально исследовавшего в своем творчестве
цвет, объем и пространство. Дизайнер «обратил внимание на взаимосвязь меж-
108
ду объектом, зрителем и окружением, концентрируясь на форме, ритме, про-
странстве вокруг. Свое произведение «Untitled» – вертикально расположенные
блоки из алюминия и акрила, прикрепленные к стене наподобие полок – он
описывал как «Простое выражение сложной мысли» [3].
Calvin Klein, Carolina Herrera, Giorgio Armani,Мах Маra, Burberry являются мар-
ками, давно ориентированными на классический стиль. Ориентация на про-
стые, классические формы в одежде демонстрирует стремление создавать сво-
его рода «вечные» вещи, срок использования которых связан скорее с физиче-
ским, нежели моральным износом. В них делается акцент не на создании новых
принципов формообразоваания, а на идеальном качественном сочетании про-
стых, глубоких форм со спокойными пропорциями и нейтральными цветами
моделей.
Еще одним ярким примером воплощения тренда «Социальная простота» явля-
ется создание многофункциональной одежды – трансформера, предполагающей
возможность преобразования одежды из одной ассортиментной группы в дру-
гую. Так, коллекция РэдаХурани, способна создавать двадцать два разных об-
раза, но состоит всего из пяти вещей, представленных в нейтральной цветовой
гамме: трех жакетов, одной пары брюк и сумки. Примечательно, что эта и по-
добная ей коллекции ориентирована на решение проблемы потребления в мире,
позволяя покупателю самому манипулировать формой изделия, силуэтом и
пропорциями, а дизайнеру – создавать одежду, соответствующую принципам
экологичной моды.
Итак, «долгая жизнь» тренда «Социальная простота» (в то время как стандарт-
ный срок существования трендов в дизайне одежды – около трех лет, именно за
этот период тренд успевает зародиться, получить развитие, распространиться и
угаснуть) обусловлена стремлением дизайнеров проектировать, а потребителей
– приобретать вещи, которые несут скрытый смысл, но внутренне наполненные
и цельные. Объекты, спроектированные в рамках тренда «Святая простота» –
итог процесса, представляющего собой «поиск честности и подлинности в
предметах – мебели и текстиле, которые обладают врожденной простотой» [6].
Упрочение позиций данного тренда обусловлено тем, что он является индика-
тором настроений социума: с течением времени у людей усиливается желание
иметь одежду, отличающуюся как простотой форм, так и глубиной стоящего за
ними смысла. Это стремление утверждать себя как личность и отказываться от
поверхностности в осмыслении сущего, рассказывая миру о своих духовных
поисках. Так, Жиль Зандер, еще в 2010 г. отметила, что популярный сейчас ми-
нимализм стал менее сложным, тем не менее, и более концептуальным, и более
комфортным, связанным с гедонизмом и интуитивным пониманием того, как
следует жить.
Литература
1.Власов М. Психология человека. [Электронный ресурс]. URL: https://psichel.ru/prostota/ (да-
та обращения: 13.09.2019).
2.Минимализм в моде. 2017. [Электронный ресурс]. URL: https://fyrclothes.ru/diary12 (дата
обращения 15.09.2019)
3.Нейсбит Д. Мегатренды. – М.: Издательство АСТ, 2003. – 118 с.
109
4.Прохорова А. Вопрос профессионалу: Откуда берутся тренды. 2016. [Электронный ресурс].
URL: https://www.be-in.ru/ideas/36900-otkuda-berutsya-trendy/ (дата обращения 12.09.2019).
5.Рогатинский А. Мировые социокультурные тренды к началу 2017 года [Электронный ре-
сурс]. URL: https://www.cossa.ru/trends/148508/ (дата обращения: 25.09.2019).
6.Святая простота: Ли Эделькорт – о трендах будущего //Vogue. – № 1. – 2018 [Электронный
ресурс]. URL: https://vogue.ua/article/culture/lifestyle/svyataya-prostota-li-edelkort-o-trendah-
budushchego.html (дата обращения: 20.09.2019).

110
Виктор Васильевич Глебов
Ольга Михайловна Родионова
Елизавета Вячеславовна Аникина
Российский университет дружбы народов,
Россия, г. Москва
E-mail: vg44@mail.ru, proktor6@mail.ru, likanika2008@yandex.ru

ЭКОЛОГО-ФОРМИРУЮЩИЕ ФИТОТЕХНОЛОГИИ И ИХ ВЛИЯНИЕ


НА ВИЗУАЛЬНУЮ СРЕДУ СОВРЕМЕННЫХ ГОРОДОВ

Аннотация. Цель настоящей работы – изучение возможностей использование совре-


менных экологических технологий при реконструкции городской среды. В работе
представлены различные подходы озеленения городского пространства, позволяющие
решать комплексные экологические проблемы, такие например как регуляция микро-
климата городской среды, снижение шумовой нагрузки на население города, очистка
воздушной среды и улучшение визуального облика города. В предлагаемом материале
исследования показаны современные архитектурные решения по озеленению высоко-
убанизированных территорий современных городов.
Ключевые слова: экологические технологии, реконструкция, городская среда, озелене-
ние, качество жизни.

V. V. Glebov
O. M. Rodionova
E. V. Anikina
Peoples' Friendship University of Russia (RUDN University),
the Russian Federation, Moskow

THE USE OF ECOLOGICAL TECHNOLOGIES IN THE RECONSTRUCTION


OF THE URBAN ENVIRONMENT

Abstract. The purpose of this work is to study the possibilities of using modern environmental
technologies in the reconstruction of the urban environment. The paper presents various ap-
proaches to urban greening, allowing to solve complex environmental problems, such as the
regulation of the microclimate of the urban environment, reducing the noise load on the popu-
lation of the city, cleaning the air and improving the visual appearance of the city. The pro-
posed research material shows modern architectural solutions for landscaping highly urban-
ized areas of modern cities.
Keywords: ecological technologies, reconstruction, urban environment, landscaping, quality of
life.

У современных городских жителей больших городов существует высокий риск


разнообразных психических отклонений и соматических заболеваний [1, 5, 6, 9,
12]. Основными факторами такого неблагоприятного развития для городского
населения являются высокая плотность городской застройки, серость, безли-
кость, плохое состояние старых зданий и микроклиматические параметры, а
также практическое отсутствие озеленения и негативная визуальная среда [2,
111
5]. Все это в целом приводит к снижению качества жизни населения, что отра-
жается в ежегодных докладах по социально-экономическому развитию городов
мира и России [11].
В этой связи важным является поиск различных инженерных решений с целью
улучшения экологической ситуации при реконструкции городской застройки.
Поэтому в этом аспекте необходимы комплексные исследования с участием
многих специалистов в области урбоэкологии и общественного здоровья для
поиска технологических решений по проблемам урбанизированных террито-
рий. К ним в первую очередь относят: повышение качество атмосферного воз-
духа, борьба с шумовым загрязнением, улучшение микроклиматических пока-
зателей (температуры, влажности воздуха), гармонизация видеоэкологических
и санитарно-гигиенических показателей, которые можно осуществить при ре-
конструкции городской среды. В этом направлении можно с успехом использо-
вать посадку и выращивание растительности на урбанизированных территори-
ях [8].
При реконструкции городской среды растительность может успешно решать
рекреационные и декоративно-художественные проблемы современного города
[7].
Рекреационные и декоративно-художественные функции растений [7, 8]:
Рекреационная функция. При реконструкции городской застройки важно учи-
тывать удовлетворение потребностей людей в отдыхе, получение ими психоло-
гической разрядки. Поэтому посадка растительности будет благотворно влиять
на эмоциональную сферу горожанина, иметь большую эстетическую ценность,
способствовать сохранению гармонии окружающей среды и человека даже в
условиях высокой городской застройки.
Декоративно-художественная функция растений заключается в возможности
создания ландшафтов, планировки пространства и организации отдыха город-
ского населения. Учитывая это при реконструкции городской застройки важно
крупные зеленые массивы, расположенные между отдельными районами за-
стройки, объединять их, придавая городским районам целостность и гармонию.
К тому же при реконструкции городской застройки добавление ярких по цвету
пород кустарников и деревьев в разное время года оживляет городской пейзаж
[10].
Разработка новых материалов и строительных технологий позволяют решать
задачи при реконструкции городской среды, которые были практически не вы-
полнимыми раньше. Такие разработки широко используются в развитых стра-
нах [3]. На современном этапе экологических и технологических решений при
возведении зданий с успехом используется ассортимент специализированных
растений, которые значительно улучшают микроклимат и эстетический вид го-
рода. Классическим примером таких новшеств при реконструкции зданий стал
Торонто, где озеленение крыш было урегулировано на законодательном уровне
[8]. В Японии действует предписание разбивать сады при возведении зданий и
при реконструкции старых построек на всех плоских кровлях, площадь кото-
рых превышает 100 м2 (рис.2).
112
Рис. 1. Зеленые крыши в Торонто Рис. 2. Жилой квартал Намба Паркс в Осаке
В Западной Европе, Японии, США и Канаде (рис. 1) при реконструкции старых
районов города широко применяются постройки крыш-садов. В такой благопо-
лучной стране как Швейцарии более 25% плоских крыш городских домов за-
нимают газоны [7, 8, 10].
На рис. 2 и 3 показаны примеры озеленения крыши, рекомендованной компа-
нией Гринлайф [10].

Рис. 3. Устройство зеленой кровли


Такая технология зеленой кровли при реконструкции старой позволяет: значи-
тельно увеличивать площадь кустарниковых и травянистых насаждений,
регулировать водный баланс в окружающей среде и улучшать звуко- и тепло-
изоляционные условия реконструированных зданий.
Пример такого удачного решения при реконструкции старой постройки пред-
ставлен на Новом Арбате г. Москвы (рис. 4) [4].
Заключение. Таким образом, на современном этапе развития города при ре-
конструкции городской постройки важным аспектом является использование
возможностей новых технологий. Они позволят решать комплексные экологи-
ческие проблемы (регуляция микроклимата городской среды, снижение шумо-
вой нагрузки на населения города, очистки воздушной среды и улучшение ви-
113
зуальной среды города), которые значительно улучшают условия окружающей
среды и качество жизни городского населения.

Рис. 4. Сад на крыше Нового Арбата (Москва)

Литература
1. Аршинова В.В., Арпентьева М.Р., Кузнецова Н.В., Новаков А.В. Вопросы психологиче-
ского сопровождения в спорте, рекреационно-оздоровительной и лечебной практиках // Фи-
зическая культура. Спорт. Туризм. Двигательная рекреация. 2019. Т. 4. № 1. С. 106-114.
2. Жученко А.А., Труханов А.И. Средоулучшающие фитотехнологии в северных мегаполи-
сах. М.: КРАСАНД, 2009. 192 с.
3. Завадская Л.В. Вертикальное озеленение. М.: Издательский дом МСП, 2005. 128 с.
4. Зеленые крыши в Москве – утопия или реальность? [Электронный ресурс]. URL:
http://www.rugbc.org/ru/resources/ articles/green-roofsmoscow (12.09.2019).
5. Родионова О.М., Глебов В.В. Влияние видеоэкологии современного мегаполиса на психо-
физиологическое состояние населения // В сборнике: Актуальные проблемы экологии и при-
родопользования / Сборник научных трудов. 2014. С. 497-499.
6. Северин А.Е., Якунина Е.Б., Торшин В.И., Желудова Е.М. Динамика антропометрических
характеристик у студентов из разных климатогеографических регионов при адаптации к ус-
ловиям средней полосы России // Технологии живых систем. 2012. Т. 9. № 10. С. 066-069.
7. Тимофеева С.С., Тимофеев С.С. Фитотехнологии в улучшении условий труда в учрежде-
ниях социальной сферы // Вестник ИрГТУ. 2013. № 10 (81). С. 131-135.
8. Титова Н. Сады на крышах: прошлое, настоящее и будущее. [Электронный ресурс]. URL:
http://www.nkj.ru/archive/articles/4270/ (12.01.2017)
9. Торшин В.И., Якунина Е.Б., Северин А.Е., Желудова Е.М., Батоцыренова Т.Е. Влияние
климатогеографических условий на антропометрические и функциональные показатели у
студентов // Экология человека. 2012. № 9. С. 23-25.
10. Трофимов Н.А. Инновации для «зеленого» развития // Наука за рубежом: ежемесячное
обозрение. 2014. № 34. С. 9–12
11. Экология городов: самые чистые и самые грязные [Электронный ресурс]. URL:
http://greenologia.ru/ekoproblemy/goroda (12.09.2019).
12. Rodionova O.M., Chernykh N.A., Glebov V.V., Shamsher A.M., Baeva Y.I. (2019). The Role
of Ecological Factors in Acute Enteric Infection Morbidity of Population of the People's Republic
of Bangladesh //Problemy sotsial'noi gigieny, zdravookhraneniia i istorii meditsiny

114
Ксения Юрьевна Михайличенко
Гульнара Александровна Кулиева
Елизавета Вячеславовна Аникина
Константин Павлович Журавлев
Российский университет дружбы народов,
Россия, г. Москва
E-mail: ksecofak@yandex.ru, gkulieva@mail.ru, likanika2008@yandex.ru,
mr.rouk@bk.ru

ПЕРСПЕКТИВЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ЭТНИЧЕСКИХ СТИЛЕЙ


В АРХИТЕКТУРЕ СОВРЕМЕННЫХ ГОРОДОВ

Аннотация. В работе приведено разнообразие этнических стилей в архитектурном


строительстве. Приведен сравнительный анализ и разнообразных стилевых решений и
их представленность в мире.
Ключевые слова: архитектура, этнические стили, строительные технологии.

K. Y. Mikhaylichenko
G. A. Guliyeva
E. V. Anikina
K. P. Zhuravlev
Peoples' Friendship University of Russia (RUDN University),
the Russian Federation, Moskow

PROSPECTS OF USING ETHNIC STYLES IN THE ARCHITECTURE


OF MODERN CITIES

Abstract. The paper presents a variety of ethnic styles in architectural construction. The com-
parative analysis and various stylistic decisions and their representation in the world is re-
sulted.
Keywords: architecture, ethnic styles, building technologies.

У каждой страны есть своя традиционная архитектура. Так, с российским архи-


тектурным стилем часто ассоциируется с избами, Китай – с ее многочленными
пагодами, Европа – с готическими сооружениями, а США – с небоскребами
[1,3]. Стилистику городского пейзажа создает национальный дух, культурно-
исторические традиции общности людей, населяющих страны и континенты в
течение многих веков. Этнический или национальный стиль является особен-
ным. Именно он подчеркивает идентичность, где каждая составляющая ориги-
нальна, где важен не только внешний стилистический облик, но и внутреннее
убранство помещений [2,3]. Рассмотрим некоторые наиболее яркие этнические
стили.
Японский стиль в архитектуре. Этому стилю в определенной мере характерны
натуральность, легкость и лаконичность. Ей свойственно простота построения
и четкие формы строительных элементов (рис.1).
115
Рис. 1. Внешний вид постройки дома Японии

При постройке зданий при отделке стен в основном применяются природный


камень, стекло и дерево [3]. Цветовая палитра интерьера японского дома всегда
сдержана и в основном присутствуют светлые, пастельные тона (рис.2).

Рис. 2. Внутренний интерьер комнаты дома в Японии.

С каждой стороны дома в японском стиле присутствуют раздвижные двери,


имеется крытая веранда или терраса без крыши. В аналогичном минималисти-
ческом стиле обустраивается японский садик (рис.1). Непременные его атрибу-
ты – несколько каменных глыб, карликовые деревья и маленький пруд.
Яркой противоположностью такой постройки является дом в скандинавском
стиле, где преобладают натуральные материалы (дерево, оцилиндрованное
бревно, камень и металл), четкие контуры, минимум декора, но максимум
удобств (рис.3).

116
Рис. 3. Внешний вид постройки скандинавского дома

В домах обязательно присутствуют большие стеклянные окна, часто одна из


наружных стен полностью стеклянная. Такой прием применяют для энергосбе-
режения в условиях дефицита естественного солнечного света [3,9,10]. Дома
отделаны деревянной вагонкой в контраст дверям – светлые стены и темные
коричневые двери, либо наоборот. В отделке используется светлая штукатурка.
В скандинавском стиле часто используют новейшие тепло и энергосберегаю-
щие технологии. Дома чаще прямоугольной формы, крыши плоские или дву-
скатные.
Если рассматривать русское зодчество, то наиболее известен в русской тради-
ционной культуре, который широко был представлен ещё в конце XIX — нача-
ле XX веков, — это сооружение из дерева — изба, которая строилась по сруб-
ной или каркасной технологии [10] (рис.4).
Необходимо подчеркнуть, что такие дома были, как сейчас говорят экологич-
ными, и были благоприятными для здоровья, что было показано в исследовани-
ях Глебова В.В. на выборке школьников и студентов столичного мегаполиса [4-
8].
В настоящее время в традиционном виде такие дома почти не встречаются, но
его традиции сохраняются в архитектуре сельского жилища, а также в дачном
строительстве.

Рис. 4. Деревянное зодчество и дачная постройка в русском стиле

117
При строительстве домов ставили каркас, который состоял из крепких деревян-
ных балок. Далее делали деревянные панели. Прослойку между панелями за-
полняли из смеси глины с соломой. Такие дома сохраняли тепло в зимнее вре-
мя, а летом сохраняли прохладу [10].
Заключение. Таким образом, в каждой стране существует своя самобытная
стилистика городской постройки, которая создает национальный дух. Этниче-
ский стиль несет в себе память многих поколений. Именно такой стиль спасает
культуру на фоне стирания национальных границ и процессов глобализма, под-
черкивая идентичность.

Литература
1. Архитектурный облик города и его значение. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
https://studwood.ru/1915569/nedvizhimost/arhitekturnyy_oblik _goroda _znachenie/ (дата обра-
щения: 12.09.2019).
2. Внешний вид здания в сочетании с его архитектурным стилем. [Электронный ре-
сурс]. Режим доступа: http://beton-stroyka.ru/fasad/vneshniy-vid-zdaniya-vsochetanii-s-ego-
arhitekturnym-stilem-eto.html/ (дата обращения: 12.09.2019).
3. Все архитектурные стили от А до Я. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
https://rehouz.info/arhitekturnyestili/ (дата обращения: 12.09.2019).
4. Глебов В.В. Экоурбанистическое развитие городских пространств и парков на со-
временном этапе развития человечества // В сборнике: Зеленая инфраструктура городской
среды: современное состояние и перспективы развития. Сборник статей II международной
научно-практической конференции. 2018. С. 39-45.
5. Глебов В.В. Оценка адаптационных процессов младших школьников, проживающих
в разных средовых условиях столичного мегаполиса по состоянию сердечнососудистой сис-
темы // В книге: Вопросы неотложной кардиологии 2017 Материалы X Всероссийского фо-
рума. 2017. С. 20.
6. Глебов В.В. Состояние микогенной опасности в учебных заведениях //Успехи меди-
цинской микологии. 2017. Т. 17. С. 383-385.
7. Глебов В.В., Даначева М.Н. Психофизиологическая оценка адаптационных процес-
сов учащихся средней школы, проживающих в разных условиях среды столичного мегапо-
лиса. Монография. Москва, РУДН, 2018.
8. Глебов В.В., Лямина Д.С., Трушин В.А., Попова П.Ф. Динамика работы функцио-
нальных систем студентов экологов РУДН за последние 10 лет // В сборнике: Эколого-
физиологические проблемы адаптации материалы XVIII Всероссийского симпозиума с меж-
дународным участием. Российский университет дружбы народов. Москва, 2019. С. 66-67.
9. Ерофеева В.В., Глебов В.В. Экология (для небиологических специальностей). Учеб-
ное пособие. Ставрополь, 2018.
10. Красовский М. В. Энциклопедия русской архитектуры : Деревянное зодчество. —
СПб. : Сатисъ Держава, 2005. — 384 с.
11. Askarova D.A., Glebov V.V. The greening of agriculture through the creation of agricul-
tural landscapes // В сборнике: Теоретические и технологические основы биогеохимических
потоков веществ в агроландшафтах. Сборник научных трудов по материалам Международ-
ной научно-практической конференции приуроченной к 65-летию кафедры агрохимии и фи-
зиологии растений Ставропольского ГАУ. 2018. С. 391-393.

118
ИДЕИ И ИДЕОЛОГИИ В ТЕОЛОГИИ

Павел Леонидович Зайцев


Омский государственный университет имени Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: zaitsevpl@rambler.ru

СВОБОДУ БОРЦАМ ЗА ОГОНЬ! ПЕРВОБЫТНОСТЬ И СОВРЕМЕННЫЕ


ПРОБЛЕМЫ ТЕОЛОГИИ

Аннотация. В работе обосновывается утверждение, что колониальное восприятие Вос-


тока, характерное для западного образа мысли вплоть до новейшего времени укорене-
но в идее познающего субъекта Рене Декарта. Объявляя Восток не достаточно рацио-
нальным, западное мышление формирует концепт его интеллектуального подчинения.
Данная практика применяется и по отношении к собственному прошлому – недоста-
точно рациональной первобытности
Ключевые слова: первобытность, теология, колониализм, постколониальный поворот,
Восток, Запад, подчинение.

P.L. Zaytsev
Dostoevsky Omsk State University
the Russian Federation, Omsk

FREEDOM WRESTLERS FOR FIRE! PROBABILITY AND MODERN PROBLEMS


OF THEOLOGY

Abstract. The paper substantiates the assertion that the colonial perception of the East, char-
acteristic of the Western way of thinking, is rooted in the idea of the cognizing subject of Rene
Descartes until modern times. Declaring the East is not sufficiently rational, Western thinking
forms the concept of its intellectual subordination. This practice is also applied in relation to
one's own past – insufficiently rational primitiveness.
Keywords: primitive, theology, colonialism, postcolonial turn, East, West, submission.

Постколониальный поворот может быть позой, в которой можно красиво стоять


за университетской кафедрой, а может пониматься как путь освобождения по-
знания по которому нужно идти, предпринимая попытки мыслить вне привыч-
ных вариантов дихотомии цертр – переферия. Мыслить мир не деля его на не-
равные части, не устанавливая связи между тем, что представляется главным и
второстепенным, невероятно трудно, по крайней мере у основоположников по-
стколониального подхода получалась скорее поза, обусловленная методологи-
ческой зависимостью от французких постмодернистов. Согласно Эдварду Саи-
ду, автору бетселлера «Ориентализм. Западные концепции Востока» – Восток
является концептом, рожденным на Западе и для Запада, благодаря которому
стало возможным понять и присвоить то, что стало для Запада Востоком (ибо
нельзя подчинить не поняв). Или наротив, нельзя понять то, что уже не при-

119
своено, не схвачено, не отнято у мира, как считал Мартин Хайдеггер, согласно
которому сущее принадлежит субъекту на правах собственности, после того,
как он его потребил, захватил, сформировал и обозначил как таковое, принад-
лежащее.
К познающему субъекту, освоившему множество способов присвоения сущего,
но без надежды упускающему бытие мы еще вернемся, а пока отметим, что
борьба за самобытность для родоначальников постколониального дискурса
проходила в аудиториях Лиги Плюща.
Сегодня подобное состояние переживает теология. Некогда находясь в центре
европейского образования, после в эпоху Просвящения смещенная на перефи-
рию и лишенная всех привелегий. И вот, спустя столетия, когда теология инте-
ресовала только теологов, снова активно ищущая свое место в постсекулярном
мире. Отчасти это стремление заметно по самим теологам, активно отстаиваю-
щим свои интересы в университетской среде современной России, что особенно
заметно на фоне философии, уходящей из провинции, теряющей там факульте-
ты, кафедры, студентов и все более превращающейся в систему закрытых клу-
бов в столичных университетах, получивших исключительное право себя за-
щищать, себя публиковать, и как следствие самих себя читающих и не интерес-
ных по большей части никому, кроме себя самих.
Возвращаясь к проблеме возможных диспозиций внутри колониального дис-
курса еще раз отметим глубину проблемы, что не может быть в полной мере
освоена самим постколониальным подходом, так как колониализм как дейст-
вие, связан с колониальным мышлением, а последнее является ничем иным как
часным случаем более глубокой гносеологической константы именуемой по-
знающим субъектом. Познающий субъект рожденный из манифестации «я –
мыслю» Рене Декарта только представляется свободным, он свободен от веры,
но несвободен от метода. Рассуждения Декарта о субъекте – рассуждения о ме-
тоде. Мышление организованное методом репродуктивно, это четко представ-
лял себе Хайдеггер в скандально известной фразе «наука не мыслит». Высшая
власть проявляется субъектом тогда, когда он расстается с методом, показывает
независимость от него. Восток уже показал независимость от Запада, расстался
с ним и встал на путь понимания себя, этот путь получил название деколониза-
ция. Следующий шаг за Западом, которому нужно отказаться не только от ко-
лонизации Востока, но и колонизации своего прошлого. Прошлое Запада еще
до становления идеи первобытно-общинного строя у основоположников мар-
ксизма, мыслилось как предшествующая цивилизации эпоха дикости. Мы ут-
верждаем, что понимание собственной первобытности строилось западной нау-
кой по тем же принципам, что и понимание Востока. Понять и присвоить пер-
вобытность отходя от концепта залотого века (что был перенесен в просвящен-
ное будущее) стало возможным через концепт дикаря – колонизатора, что в
произведениях Рони Старшего осваивал землю схожим образом, как обустраи-
вал свой быт Робинзон Крузо – руководствуясь здравым смыслом, пытаясь
мыслить рационально и в этом, понятный читателям: «мрачные мысли сверли-
ли темный мозг Флаума», «пока Нао мучительно раздумывал над этой загад-
120
кой», «уламры поняли, что их племени угрожает опасность». Получается, что
мыслить дикарям было больно, но они мыслили. В уламрах Рони Старшего ви-
димы черты философствующего дикаря Э.Б. Тайлора, показывающего, что на
Западе всегда был Запад. Обратная точка зрения, теория сопричастности и до-
логического мышления Леви Брюля иная, на Западе некогда был Восток. Так
или иначе, теория первобытной культуры оказывается в методологических тис-
ках колониального подхода и нуждается в постколониальной ревизии.

121
Роман Борисович Шульга
Омский государственный университет имени Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: Shulga_rom@mail.ru

ВИЗУАЛЬНЫЕ ОБРАЗЫ ТЕОЛОГИИ В ОМГУ КАК ПОИСК


САМОИДЕНТИЧНОСТИ:
К 25-ЛЕТИЮ ТЕОЛОГИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ОМГУ

Аннотация. Статья предлагает рассмотрение истории теологии в Омском государст-


венном университете, где впервые в истории России началась и не прерывалась подго-
товка теологов в государственном ВУЗе. История теологического образования пред-
стает через рассмотрение форм, содержание и идей рекламных материалов и визуаль-
ных образов, созданных за четверть века. Визуальные образы это не только то, что
предлагается абитуриентам, но и как теология заявляет себя внутри университета и
воспринимается во вне.
Ключевые слова: история теологии в России, теологическое образование, богословие в
светском ВУЗе, религиозное образование в ВУЗе, университетология, вузовская рекла-
ма и профориентация.

R.B.Shulga
Dostoevsky Omsk State University
the Russian Federation, Omsk

VISUAL IMAGES OF THEOLOGY AT OMSU AS A SEARCH FOR SELF-IDENTITY:


ON THE 25TH ANNIVERSARY OF THEOLOGICAL EDUCATION AT OMSU

Abstract. The article offers a review of the history of theology at Omsk State University, where
for the first time in the history of Russia, the theologians began to be trained and continued at
the state university. The history of theological education appears through consideration of the
forms, content and ideas of advertising materials and visual images, created over a quarter
century. Visual images are not only what is offered to applicants, but also how theology de-
clares itself inside the university and is perceived outside.
Keywords: the history of theology in Russia, theological education, theology in a secular uni-
versity, religious education in a university, university studies, university advertising and ca-
reer guidance.

В 1993 году в ОмГУ произошло удивительное событие – в октябре университет


посетил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Ученый со-
вет университета присвоил Святейшему Патриарху Honores cause – звание по-
четного профессора. ОмГУ оказался первым ВУЗом в России, который присво-
ил Святейшему Патриарху Русской Православной Церкви звание почетного
профессора. Во время этого визита Святейший Патриарх высказал идею начала
в Омском университете богословского образования. Это было время обновле-
ния отечественного образования и невозможное оказалось возможным. Даль-
нейшие события по Промыслу Божиему развивались быстро. 30 декабря 1993
122
года председатель Госкомвуза подписал государственный стандарт в образова-
тельной области «теология». В Рождественском послании Феодосий, тогда еще
архиепископ Омский и Тарский, писал о том, что хорошо бы было в универси-
тете, где Святейший Патриарх является почетным профессором, открыть бого-
словский факультет. Ректор университета привез из Москвы государственный
стандарт и уже в марте трудами первого декана, ныне покойного Александра
Ивановича Петрова, были подготовлены учебный план и все документы к от-
крытию. Так получилось, что в Омском университете впервые в России в 1994
году был набран первый курс на отделение теологии.
История теологического образования очень хорошо отражает состояние нашего
постсоветского общества, постепенно возвращающегося к вере и Церкви. Мис-
сия теологии в университете – не просто подготовка новых специалистов для
общества и государства, но и возвращение науки и высшей школы в Церковь и
православную культуру. Первые десять лет преподавания богословских дисци-
плин в светском ВУЗе теология, следуя государственным стандартам, посте-
пенно переходила от размытых требований, более похожих на религиоведения
к четкой конфессиональной ориентации и православному богословию. Это бы-
ло время поиска и открытий, т.к. многое делалось впервые. Ориентиром был
опыт западных университетов и русской духовной школы. Многолетний заве-
дующий кафедрой и основатель омской теологии Ю.В.Балакин (1946-2014) на-
звал первые 10 лет теологии в ОмГУ «романтическим периодом» [3, c. 203].
Назначение теологического образования эти 25 лет: служить просвещению сво-
его народа и Отечества, выступать неким мостиком, восстанавливающим на-
рушенную в советское время тысячелетнюю традицию единой связи Церкви и
общества.
Цель статьи: проследить, как изменялись формы и содержание рекламных ма-
териалов и визуальных образов теологии, созданных за четверть века. Реклам-
ные материалы и визуальные образы – это не только то, что мы предлагаем
абитуриентам (буклеты, календари, рекламные развороты в специализирован-
ных СМИ), но и как теология заявляет себя внутри университета. Автору дово-
дилось активно участвовать в создании многих рекламных материалов с начала
2000 годов. При подготовке статьи пришлось пересмотреть много личных ар-
хивов. Общее число отобранных материалов около 120. Некоторое обобщение
позволило разбить их на группы.
1. Реклама собственного производства для абитуриентов.
2. Образы теологии внутри университетского сообщества.
3. Визуальные представления о теологии из внецерковной и неуниверситет-
ской среды.
4. Материалы созданные студентами.
В статье материал будет рассматриваться хронологически. Поэтому нельзя не
затронуть вопрос об этапах развития теологического образования в ОмГУ. Вы-
деление этапов теологического образования и определение их характеристик
должно решаться в отдельной статье. Здесь же предложим наше видение, не
вдаваясь в подробности.
123
1. Этап становления с 1994 г. по 2001 г.
2. Этап укоренения с 2001 г. по 2012 г.
3. Этап реформы и новых вызовов с 2012 г. по 2019 г. (современный этапа)
Первый этап с момента начала обучения до 2001 г. – этап становления образо-
вания, поиска содержания и смысла организаторами.
Рекламные материалы этого этапа большей части скудные. Самые ранний – это
номер газеты «Омский Университет» для абитуриентов, выходившие в свет
ежегодно в апреле. С 1994 г в каждом номере появляется текст об отделении
теологии на историческом факультете. Объем: половина листа А 4. Текст на
протяжении 90 годов не подвергается кардинальной перестройке. Визуальными
образами не сопровождается. Вероятно, эпоха визуальной культуры еще не
наступила и тексту отдавали неоспоримое преимущество, да и достаточного
осмыслении нового явления еще не было.
В мае 2000 года в результате объединения кафедр истории и теории религии и
теории и истории мировой культуры,
готовящих соответственно теологов и
культурологов был образован само-
стоятельный факультет. Отделение
теологии стало факультетом теологии и
мировых культур. В конце мая — нача-
ле июня 2000 г. появился первый само-
стоятельный рекламный проект – спе-
циальный номер студенческой газеты
«Источник», созданный совместными
усилиями студентов и молодых препо-
давателей. (Рис. 1) Здесь мы видим
первое графическое изображение на-
звания факультета. Никакой религиоз-
ной символики нет. Используется при-
родный орнамент (листья). В газете по-
являются первые визуальные образы
теологии: купола русских православ-
ным храмов с крестами (Рис. 2).
В названии направления используются
стилизованные под кириллицу шриф-
ты. В газете кроме текста и фото пре-
Рис. 1. Спецвыпуск газеты «Источник». 2000 г. подавателей в большом количестве ис-
пользуются фотографии, отражаю-
щие внеучебную жизнь студентов.
К этому времени относится еще одна
попытка визуального образа факуль-
тета – изображение учебного корпу-
са и надпись обычным гражданским Рис. 2. Спецвыпуск газеты «Источник» 2000 г.

шрифтом названия факультета. (Рис. 3)


124
Более значительными были образы, определяющие тео-
логию внутри университета. Вплоть до середины 2000
гг. для омской теологии важнейшей была внутриуни-
верситетская миссия и признание нового направления в
Университете.
Первым визуальным образом явления теологии в про-
странстве ВУЗа считаем инициативу по созданию уни-
верситетского храма. Началом можно считать 1995г. В
Рис. 3. IV учебный корпус.
2000 г. июньском номере газеты «Омский Университет» [2,
c.7] мы обнаружили, что помощник ректора по строи-
тельству Л.Д.Леднев говорит о возможном месте для домового храма универси-
тета в готовящемся к сдаче после капитального ремонта IV корпусе. Эта ини-
циатива подтверждается воспоминаниями о беседах декана А.И. Петрова со
студентами в конце 90 годов. В какой момент, и по каким причинам, но уже в
1999 г. (по воспоминаниям прот. А.Алексеева) ректор имел планы на строи-
тельство отдельного здания храма на университетской земле. Окончательно
этот вопрос найдет свое разрешение во второй период омской теологии.
Другим заметным образом теологии в университетском пространстве первого
периода стала икона Божией Матери. Осенью 1999 г. над входом на террито-
рию отделения теологии в IV корпусе (сейчас там находится отдел кадров со-
трудников) зам. деканы А.С. Алексеев и С.Ю. Ладыкин поместили икону Божи-
ей Матери. Это был образ либо Иверской, либо Смоленской Божией Матери.
Размещение иконы на постоянной основе вызвало секулярно-
постатеистическую реакцию университетского сообщества в лице проректора
по учебной работе, который видел в этом явное нарушение светскости высшего
образования. Он в резкой форме требовал убрать икону, но сам делать это отка-
зывался. Икона не была убрана, но вызвала некоторое обсуждение. Хотя и не-
долгое.
В группе представлений из нецерковной и неуниверситетской среды во второй
половине 1990 годов появляются материалы о теологии в ОмГУ на местном те-
левидении. Например, в 1997 г. на т/к «Агава» в авторском проекте «Прикосно-
вение» выходит передача о теологии. В содержании передачи много интервью:
с деканом отделения, преподавателями и студентами. Интересным с точки зре-
ния восприятия обществом теологического образования был видеоряд, завер-
шающий передачу – костер под ночным небом, цыгане рядом и голос журнали-
стки о необходимости мира, добра в современном обществе.
Другой пример визуального восприятия теологии обывательским сообществом
– социологический опрос абитуриентов и их родителей в 2000 году с целью вы-
явить их отношение к названию нового факультета. Д.П.Синельников, ставший
деканом после трагической смерти А.И.Петрова, вспоминал:
«Социологи собрали группу абитуриентов и их родителей и задавали им вопро-
сы о том, какие ассоциации вызывают слова из названия факультета. Для меня
было совершенно удивительно узнать, что у нескольких участников исследова-
ния при незначительных разночтениях общая тема была такой: Теология ассо-
125
циировалась с каким-то стариком, у которого в руках палка, он одет во что-то
темное и напоминает колдуна. Такие ответы были неожиданными не только для
нас, но и для самих социологов. Мы не ожидали, что настолько дремучими ока-
зываются наши сограждане. Ведь это были старшеклассники, которые плани-
ровали поступать в университет, и их родители в возрасте в пределах 40 лет.
С одной стороны, это позабавило, но с другой – навело на достаточно серьез-
ные размышления о том, насколько необходимым у нас оказывается религиоз-
ное просвещение. Представления о религии, о жизни Русской Православной
Церкви у значительной части нашего общества оказываются не просто отсутст-
вующими, но чрезвычайно искаженными, шаржированными» [1, c. 7].
Завершая рассмотрение первого периода. Нужно упомянуть о студенческих об-
разах теологии. Если спросить обычного студента университета конца 90-ых
годов о теологах, то первое что можно было услышать, что на теологии учатся
странные ребята, которые ходят босиком с фенечками, дудками и прочими не-
традиционными атрибутами. Действительно, среди поступивших на теологию
была небольшая группа ребят, увлекающихся восточно-оккультными и раста-
манскими идеями. В течение обучения кто-то изменил свои убеждения на пра-
вославные, кто-то уходил с теологии. Этих духовно ищущих ребят было немно-
го, но они сильно выделялись из прочих студентов университета, поэтому они и
стали главным визуальным образом теологии в студенческой среде университе-
та.
После 2001 г. новым антропологическим образом теологии в университете стал
священник. Эта смена символична и отражает изменение понимания сути тео-
логии даже на уровне государственных стандартов. В январе 2002 г. был при-
нят ГОС по специальности теология, где содержание было уже не размытым, а
четко ориентировало на русскую богословскую традицию.
Второй этап в истории омской теологии начался в 2000-2001 учебный год. Это
начало функционирования факультета уже под руководством нового декана,
Д.П.Синельникова. Это принятие в день памяти св. Иоанна Кронштадского 2
января 2001 г. священнического сана зам.декана А.С. Алексеевым. Он стал пер-
вым представителем омской теологии, принявшим свя-
щенство. Весной 2001 г. на земле между I и II корпуса-
ми, выделенной Ученым советом ОмГУ под строитель-
ство храма, состоялось освящение закладного креста
ОмГУ (рис. 4).
Крест между корпусами – первый визуальный образ это-
го периода, относящийся к внутриуниверситетской мис-
сии теологии. В следующем 2001-2002 учебном году фа-
культет теологии и мировых культур размещается на 3
этаже II-го учебного корпуса. Теология переехала из IV
корпуса на новые, большие площади (ранее это место
занимал экономический факультет).
Осенью 2001 г. Администрация города Омска для общи-
Рис. 4. Современный вид ны университетского храма выделяет пустующий дет-
закладного креста
126
ский сад по адресу ул. Андрианова 32 а. В 2003 г. здесь Митрополит Омский и
Тарский Феодосий освятил храм св.мц.Татианы, который юридически станет
самостоятельным, но в университетском сознании он будет считаться универ-
ситетским. Освящение храма – это еще более значимый теологический образ
внутриуниверситетской
миссии.
В середине 2000-х годов
появятся новые образы ом-
ской теологии не только
внутри университета, но и в
российском теологическом
сообществе.
На протяжении нескольких
лет будет поддерживаться
практика рассылки всем фа-
культетам университета и
партнерам внутри россий-
ского теологического сооб-
щества поздравительных
открыток, писем с праздни-
ком Рождества Христова и
Рис. 5. Поздравительные открытки, письма и постер. Середина
Воскресения Христова. 2000-х годов
(Рис. 5) Как видно на ри-
сунке в оформлении преобладают орнаменты и шрифты в древнерусском стиле
и православная символика (Крест, иконы).
Одной из главных задач молодого факультета был поиск совместных проектов
и направлений работы, точек соприкосновения между теологией и культуроло-
гией. Следствием этих поисков стала одна весьма значительная дискуссия об
общей эмблеме факультета. Началось все после присвоения университету име-
ни Ф.М.Достоевского в 2004 г. На факультете появилась идея
создать собственный герб (Рис. 6), а затем распространить эту практику на все
факультеты университета. По геральдическим правилам в гербе была отражена
принадлежность к университету и г. Омску. Этими элементами стали книга и
стена (из герба г. Омска). В левом нижнем углу должен был располагаться сим-
вол кафедры, а в правом верхнем символ факультета (объеди-
няющий символы кафедр). Для теологии (кафедра истории и
теории религии) символ креста не вызывал сомнений. Вопрос
был в его графическом исполнении. С символом культуроло-
гии возникло много споров. Культурологи в лице декана
Д.П.Синельникова настаивали на «Леонардовском человеке»
(рис. 7). Теологов это не устраивало и прежде всего отца
Рис. 6. Герб кафед- Александра Алексеева, который категорически указывал, что
ры истории и тео-
рии религии (теоло- это пародия на Крест Господень и находиться рядом они не
гии) 2004 г. могут. Теологи предлагали культурологам образ «Парфено-
127
на», но последние
воспринимали его как слишком ограниченный символ. В
результате договориться об общем гербе или хотя бы об
эмблеме с помощью символов не удалось. Было еще и иро-
ническое предложение, как итог дискуссии – двухглавый
орел. Тело одно, а головы две, но смотрят в разные сторо-
ны. Выходом стало предложение Е. Груздова: эмблема фа-
культета должна быть графическим изображением текста, Рис. 7. Леонардовкий
что сразу упростит ситуацию. человек
В 2005 г. в студенческой среде появилось текстовое
изображение – слово «теология» было графически
написано греческим шрифтом. (Рис. 8) Здесь было
прямое указание на теологию, причем в восточно-
Рис. 8. Эмблема теологии «Гре-
ческая». 2005 г. христианской традиции, благодаря греческому на-
писанию, хотя сам термин относился к латинской
традиции. В таком изображение таилась некая загадка, неизвестность, которая
могла притягивать абитуриентов, привлекать внимание.
По аналогии, но с меньшей оригинальностью, был
придуман знак культурологии (Рис. 9) и уже в 2006 г.
используется общая эмблема факультета (Рис. 10), ко-
Рис. 9. Эмблема
торая прижилась на долгое время.
культурологии. 2005 г. Тексто-
вое на-
писание теологии не стало един- Рис. 10. Эмблема факультета 2006 г.
ственной эмблемой или знаком
теологии.
В декабре 2006 г. появляется графическое изображение «Два храма» (Рис. 11).
Эта идея, скорее всего следствие дискуссии о гербе и изначально она имела от-
ношение к факультету, но закрепилась за теологией. В изображении выражена
мысль о единстве древнегреческой и христианской мудрости на русской почве.
Рисунок был выполнен студенткой специальности РR. К
сожалению, ее имя не сохранилось.

Рис. 11. Символ теологии


«Два храма». 2006 г.

128
Вторая половина 2000 годов – это резкий всплеск маркетинговой деятельности
в университете и создания множества материалов, ориентированных на абиту-
риентов. Именно в это время появляется больше всего визуальной рекламы.
Самым массовым материалом для абитуриентов были буклеты о факультете.
Первые появились в 2003 г. Но массовая печать пришлась на вторую половину
2000 гг. (Рис. 12) На протяжении 2000 гг.
визуальное содержание буклетов, в отличие от текстового, не меняется: эмбле-
ма университета и изображение второго корпуса. Отметим, что во второй поло-
вине 2000 гг. улучшается
качество материалов
буклетов. Хотя главным
была установка на мак-
симальную дешевизну
буклета из-за тиражей
более 500 экземпляров.
Некая скудность визу-
альных образов и их ус-
тойчивость вызвана тем,
что буклет был общий
для двух специальностей
факультета, а значит, на-
кладывал ограничения на Рис. 12. Факультетские буклеты середины 2000-х годов
общие знаки и символы.
С другой стороны в рекламе упор делался на текстовый способ донесения ин-
формации. Текст в университетской среде все еще имел большее значенье, чем
образ.
На рубеже 2000 и 2010 гг.
происходит ребрендинг
буклета. Главное, появля-
ется раздельная реклама
теологии и культурологии.
На буклете теологии (Рис.
13) доминирует образ «Два
храма», используется знак
«Греческий», новая эмбле-
ма ОмГУ и новый вид вто-
рого корпуса университета.
Заметим, что образы теоло-
гии значительно превали- Рис. 13. Буклет теологии. 2010 год
руют над образами, указы-
вающими на принадлежность к университету.
К концу 2000 образы «Два храма» и «Греческий» окончательно закрепились за
теологией, не вызывали каких-то сомнений. Они имели, на наш взгляд, важное
преимущество над традиционными православными визуальными образами:
129
крест, иконы. Поскольку последние являются священными предметами и сим-
волами, их широкое маркетинговое использование вызывает сомнения в благо-
честивости обращения с ними. Рекламные материалы, как правило, массово
распространяются и к ним часто относятся очень небрежно.
Во второй половине 2000 гг. во время подъема маркетинговой деятельности
университета, когда не жалели средств, появляется интересная группа визуаль-
ных образов теологии, созданная неуниверситетскими рекламщиками. Универ-
ситет заказывал рекламу во всех специализированных для абитуриентов изда-
ниях. Так, в 2005 г. в одном из таких изданий к нашему тексту были предложе-
ны образы, которые, по мнению внешних специалистов, ассоциировались с
теологией и культурологией. Это омский православный собор, икона западно-
европейского письма, скорее всего до эпохи Возрождения, и античная ваза (рис.
14).
С 2009 г. по 2011 г. в университете массово, на
всех факультетах, заказывались карманные ка-
лендари для абитуриентов. Разработка макета
делалась внешними специалистами. На лице-
вой стороне
общим является
изображение
логотипа фа-
культета, уни-
верситета и
слогана фа-
культета (фун-
даментальное, Рис. 14. Визуальный ряд факультета из
универсальное специализированного сборника для
гуманитарное абитуриентов. 2005 г.

образование)
(Рис. 15).
Наиболее глубокой видится использование кар-
тины Микеланджело «Сотворение Адама», где
есть отнесение к культурологии через образ ху-
дожественной культуры эпохи Возрождения, в
то же время сама картина отражает связь Бога и
человека. Второй вариант явно ориентирован на
культурологию. Он содержит солянку образов
русской художественной культуры 18-19 вв. и
Рис. 15. Карманные календари. скульптуры ангела, вероятно относящей к теоло-
2009–2011 гг гии. Третий вариант ориентирован на теологию.
Здесь изображен главный собор города Омска – Успенский кафедральный со-
бор, являющийся и культурной доминантой центра города.

130
На рубеже 2000 и 2010
гг. собственными сила-
ми создаются баннеры
размером 2м х 0,8 м
(Рис 16) Один баннер
рассказывает о вехах
истории теологии. Вто-
рой о внеучебной жиз-
ни факультета. Глав-
ным образом они рас-
считаны на использо-
вание в рамках право-
славных выставок и на-
правлены на привлече-
ние церковно ориенти-
рованных абитуриен-
тов. Рекламных мате-
риалов, нацеленных на
церковную аудиторию,
ранее не изготовлялось,
т.к. большинство аби-
Рис. 16. Баннеры. Слева: внеучебная жизнь.
Справа: вехи истории. 2010 г. туриентов были сред-
нестатистические вы-
пускники школ. Это говорит о возросшей необходимости точечной работе с це-
левыми группами абитуриентов. Надо сказать, что в это время в университете
начинает остро ощущаться демографический спад и падение количества и каче-
ства абитуриентов.
Современный период в развитии теологии и факультета начался в 2012 г. На
основе факультета теологии и
мировых культур путем при-
соединения нескольких но-
вых направлений был создан
социально-гуманитарный фа-
Рис. 17. Логотип социально-гуманитарного факультета. 2012г. культет. Главным для теоло-
гического образования в этих процессах стало то, что оно утратило титульное
положение на факультете, а в дальнейшем и на кафедре, которая также была
укрупнена, появились новые направления, магистратура.
Надо заметить, что эти преобразования были направлены на создание условий,
которые позволят преодолеть сложный период демографического спада.
Создание нового факультета дало новый вектор развития, новые образы, новый
слоган и логотип. (рис. 17). Интерес представляет студенческое творчество в
разработке нового логотипа факультета. (рис. 18). Предложенные варианты ис-
пользуют, как правило, прием графического изображение текста. Привлекаются
различные элементы: книга, животное, античные узоры, человечки. Важно, что
131
во всех вариантах не было религиозных элементов в брендировании факульте-
та, хотя половину вариантов предлагали студенты теологи.
Появляются новые рекламные материалы. Новый буклет, листовки направле-
ний, баннеры. В холле на стене появился большой баннер размерами 3×2 м, как
фон для создания фото студентами и гостями факультета (рис. 19). На баннере
размещены образы крупных профориентационных мероприятий: Городские
этические чтения, Областная олимпиада по
основам православной культуры, а также ло-
готипы университета и факультета. Это
единственный материал, где встречаются ре-
лигиозные элементы – крест и купол как
элемент знака областной олимпиады по ос-
новам православной культуры.
Появляется новый образ теологии для рек-
ламных листовок (Рис 20) – открытая книга и
написание теологии латинскими буквами.
Общим для рекламных материалов, создан- Рис. 18. Логотипы факультета созданные
студентами 2012 г.
ных в 2012-2015 гг, было
ориентация на секулярное
содержание. Главной це-
лью было привлечение
абитуриентов любыми
средствами. Ситуация ко-
нечно была обусловлена и
тем, что на факультете
была собрана очень пест-
рая группа направлений:
от теологии и философии
Рисунок 19. Баннер настенный 2014г до адаптивной физиче-
ской культуры.
В 2018 г. происходит смена концепции
факультета и его переименование в фа-
культет теологии, философии и мировых
культур. Главной причиной, считаем,
Рис. 20. Визуальный образ теологии на рек- объективную невозможность достичь
ламной листовке. 2014 г. стратегической цели большого много-
профильного факультета – стать площадкой для включения гуманитарных на-
правлений при объединении ВУЗов, которое было окончательно снято с пове-
стки ближайшего времени. Определенную роль в восстановлении нового старо-
го названия была и позиция стратегического партнера для направления теоло-
гия, Омской митрополии. Новое название – это возвращение к старой концеп-
ции факультета, объединяющего близкие гуманитарные направления, не вы-
росшие в самостоятельные факультеты. Важно, что теология возвращается как
титульное направление
132
Разрабатывается новый логотип, хотя уже и
без конкурса среди студентов, но с привле-
чением студентов заочников направления
«Дизайн» для графического воплощения
(рис. 21). Новый логотип представляет ука-
зание на университет, доминирование тек- Рис. 21. Логотип факультета ТФМК 2018 г.
стовой аббревиатуры факультета или пол-
ного написания и графический элемент «крыло ангела». Элемент «крыло анге-
ла» имеет намек на религиозное содержание. Можно сказать, что возвращение
теологии в качестве титульного направления вернул и религиозные мотивы в
логотип факультета. Обратим внимание, что в рекламных материалах совре-
менного периода вместо шрифтов стилизованных под древнерусскую традицию
приходят современные шрифты. Возможно, это вызвано желанием показать со-
временный характер образования, вместо возможных ассоциаций с чем-то
древним, неактуальным.
В нашем докладе мы показали историю становления и развития в ОмГУ совер-
шенно нового для отечественного образования направления «теологии». Рас-
сматривая формы, содержание и идеи визуальных образов, мы показываем не
только самовыражение или самоидентификацию омской теологии, но и воспри-
ятие ее со стороны университета, общества. Все материалы разделены на четы-
ре группы. Материалы для абитуриентов, материалы, ориентированные на
внутриуниверситетское сообщество, внеуниверситетское представление о тео-
логии и студенческое представление о теологии.
В 90-е гг. визуальные образы теологии скудны, в рекламных материалах доми-
нирует текст. С конца 90-х гг. наблюдается четкая тенденция на использование
православно-ориентированных образов внутриуниверситетской миссии теоло-
гии. Эта миссия в конце 1990–2000 гг. является приоритетной. На протяжении
всего времени образы, ориентированные на абитуриентов, осторожно использу-
ют религиозные смыслы и знаки, за исключением рубежа 2000-2010 гг. Наиболее
творчески бурным временем поиска самоидентичности были 2000 гг.. Главные
ориентиры в образах: христианское, античное наследие и древнерусский стиль.
Современный период теологического образования стал временем жестких внеш-
них вызовов, приведших к временной потере статуса титульного направления на
факультете, усилению секулярных мотивов в рекламных материалах.

Литература
1. Культуролог или теолог: интервью с деканом // Источник. 2004. №5 (27). С. 6-7.
2. Обещанного три года ждут // Ом. ун-т. 1995. 8 июня. С. 7.
3. Шульга Р.Б. Неизвестные публикации Ю.В.Балакина на страницах газеты «Источник» //
Вестн. Ом. ун-та: историч. науки. 2017. № 1 (13). С. 199-204.

133
Елена Викторовна Кузьмина
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
Россия, г. Омск
E-mail: kuzminahv@rambler.ru

ТЕОЛОГИЯ МЕЖРЕЛИГИОЗНОГО ДИАЛОГА: ПРИНЦИПЫ ПОСТРОЕНИЯ


И ПЕРСПЕКТИВЫ В РФ

Аннотация. Междисциплинарное предметное поле межрелигиозного диалога создает-


ся несколькими участниками. Теологи разных конфессий – одни из отцов-основателей.
И дело не только в задачах миссионерской деятельности. Несмотря на заявления неко-
торый оппонентов, сфера религии конституирует не только «конфликт», но и «мир».
Встреча с Иным имеет теологическое звучание и в вертикальном и в горизонтальном
измерении. Абсолютная инаковость Бога в христианской традиции – основа для при-
нятия иного в мире человеческом.
Ключевые слова: межрелигиозный диалог; сравнительная теология; теология мира.

E. V. Kuzmina
Dostoevsky Omsk State University,
the Russian Federation, Omsk

THEOLOGY OF INTERRELIGIOUS DIALOGUE: PRINCIPLES


OF CONSTRUCTION AND PROSPECTS IN THE RUSSIAN FEDERATION

Abstract. The interdisciplinary substantive field of interreligious dialogue is created by several


participants. Theologians of different faiths are one of the founding fathers. And it 's not just
about the tasks of missionary activity. Despite the statements of some opponents, the sphere
of religion constituts not only «conflict», but also «peace». Meeting the Another has a theologi-
cal sound in both vertical and horizontal dimension. God 's absolute anotherness in Christian
tradition is the basis for accepting a different human in the world.
Keywords: interreligious dialogue; comparative theology; theology of the peace.

Тематика межрелигиозного диалога уже получила своих теоретиков, не только


в мировой, но в отечественной науке. Сфера религии, по мнению историков
культуры, была доминирующей в эпоху «средневековья». Поэтому она первая в
очереди…
Сергей Мельник выстраивает классификацию типов межрелигиозного диалога
по антропологическому принципу. Он связывает теологический диалог с «голо-
вой» и гносеологическим (познавательным) подходом. Хотя логика основных
концептов явно обнаруживает христианскую парадигму: учение о Боге и его
отношении к миру, учение о боговоплощении, оно же – учение о спасении [1, с.
96]. «Dialogue of study» – диалог изучения.
Герменевтика давно стала универсальной площадкой для многих специалистов.
Многие из них утверждают «бесконечную открытость» и спиральную траекто-

134
рию разворачивания смыслов, обращение «на себя». Самое важное, здесь воз-
рождается герменевтика истины, истины по отношению к себе.
Интересно, что в своей классификации С. Мельник выделяет модель русского
философа С.С. Хоружего, который типологизирует только два «контакта»:
«формализированный» и основанный на парадигме «личного общения» [2, с.
166]. Личное измерение трудно поддается верификации. Здесь возможно не-
совпадение концептов. Принципиальная инаковость. Но, тем не менее, «сосед-
ство» оказывается очевидным. (Как в случае с исихазмом и суфизмом).
Мы опускаем теологию конфликта, хотя она тоже имеет интересную логику и
конфликты. Здесь работают классические концепты, такие как насилие и нена-
силие. Частично, эти концепты обнаружили себя в теологии мира, но с другими
акцентами.
«Мирные» поиски (в контексте peace studies как междисциплинарной области)
конституируются с 50-х годов прошлого столетия. Как определяют сами теоре-
тики этой новой дисциплины, peace studies – ответ на вызовы XX века, связан-
ные с мировыми войнами, а также с крупными конфликтами XX и уже XXI ве-
ка (11 сентября 2001 г., сирийский конфликт). При всех «наработках» peace-
building, основанных на «уроках» предыдущего столетия, материал для даль-
нейшего уточнения «предметной области» продолжает поступать. Специалисты
в этой области говорят о необходимости «измерения» (экономического, поли-
тического, культурного и др.) «цены» будущего конфликта. В том числе для
упреждения возможных открытых конфликтов.
К совместной работе по профилактике религиозных конфликтов подключается
и теология. Для РФ теология – новая научная специальность, призванная обес-
печивать межрелигиозный диалог. Российские теологи могут использовать
опыт зарубежных коллег. Европейская и американская теология уже предложи-
ли две модели, которые работают с вопросами глобализации, такие как теоло-
гия религии и компаративная теологии. И та и другая находятся в дискурсе
«религиозного плюрализма». Корреляция с актуальными вопросами современ-
ности рождает новые концепты, такие как «священное насилие».
Христианские теологи полагают, что эти процессы можно квалифицировать с
помощью таких концептов как moral relativism. Система измерения – взаимоот-
ношение христианства и гуманизма – которое прошло определенную историю,
от противопоставления к взаимодействию. Все это – пространство «постсеку-
лярного»: присутствие религиозного в сфере светского и наоборот.
Христианские теологи стали рассматривать свою доктрину в качестве возмож-
ной среды для вызревания конфликта. Пересмотрение основных источников
(священных текстов) и самой парадигмы средневековья – как религиозной то-
тальности, происходит с помощью таких концептов, как «the logic of retribution»
(логика возмездия).
Одной из актуальных задач современной национальной политики, в том числе в
современной России, является выстраивание работающей системы межрелиги-
озного диалога. РФ – поликонфессиональное государство. Таким же поликон-
фессиональным регионом является Омск. Количество зарегистрированных
135
здесь религиозных организаций сопоставимо со спектром религий РФ. Граница
с республикой Казахстан «осложняет» ситуацию и делает необходимым вы-
страивание «умной границы» (по аналогии с «умной границей» между США и
Канадой, Россией и Украиной).
Теоретической базой для осуществления поставленных задач так и остаются
вопросы идентичности, национальной и религиозной (как составляющей). Из-
мерения, в том числе религиозное, идентичности позволяют сохранять баланс
между социальным и личностным полюсами самоопределения и принятие
«иного», «уловить» номадические формы современной культуры и религии

Литература
1. Мельник С. Классификации типов межрелигиозного диалога: анализ существующих под-
ходов // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. 2018. №4. С. 87–118.
2. Хоружий С.С. Диалог религий: исторический опыт и принципиальные основания // Хри-
стианство и ислам в контексте современной культуры: Межрелигиозный диалог в России и
на Ближнем Востоке / под ред. Д. Спивака. СПб; Бейрут: ФКИЦ «Эйдос», 2009. С. 160–171.

136
Михаил Андреевич Безруков
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: miklb_i@mail.ru

ДУХОВНО-НРАВСТВЕННАЯ РАБОТА С ОСУЖДЁННЫМИ В КОНТЕКСТЕ


ЦЕРКОВНО-ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ: ИСТОЧНИКОВАЯ БАЗА

Аннотация. На основании проводимых автором духовно-нравственных лекториев в


исправительных колониях представлены и типологизированы современные методы
духовно-нравственной работы с осужденными подведомственных ИК УФСИН России
по Омской области в концепции социального служения Русской Православной Церкви.
Автор выделяет шесть типов источников в рамках использования ключевых методик
исследования, а именно: богословской; исторической; изучение и анализ юридической,
педагогической, психологической пенитенциарной литературы; наблюдение за мис-
сионерским служением в местах лишения свободы на примере Омской епархии; бесе-
ды, встречи, интервьюирование тюремных пастырей и самих заключенных; изучение
епархиальных отчетов о служении в местах лишения свободы.
Ключевые слова: исправительные колонии УФСИН, осужденные, тюремное служение,
Русская Православная Церковь.

M. A. Bezrukov
Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

EDUCATIONAL AND MORAL WORK WITH PRISONERS IN THE CONTEXT OF


CHURCH-STATE RELATIONS: A SOURCE BASE

Abstract. This research explains methods of ecclesiastic and moral work with convicted per-
sons, who are within the jurisdiction of Correctional Facility Federal Penitentiary Service
Office of Russia in the Omsk Region in the concept of social service of the Russian Orthodox
Church. The author identifies six types of sources within the framework of using key research
methods, namely: theological; historical; study and analysis of legal, pedagogical, psychologi-
cal prison literature; monitoring missionary service in places of deprivation of liberty on the
example of the Omsk diocese; conversations, meetings, interviews of prison shepherds and
prisoners themselves; the study of diocesan reports on ministry in prisons.
Keywords: convicted persons, prison service, Correctional Facility Federal Penitentiary Service
Office of Russia in the Omsk Region, Russian Orthodox Church.

Надо признать, что научных работ и публикаций по миссионерскому служению


в исправительных колониях практически не имеется. Есть лишь в научном обо-
роте несколько брошюр-рекомендаций, которые направлены на тематику мис-
сионерского служения в исправительных колониях. В связи с этим приходится
использовать те источники, которые косвенно касаются выбранной тематики.
В связи с решением использования шести ключевых методик исследования, а
именно: богословской; исторической; изучение и анализ юридической, педаго-
137
гической, психологической пенитенциарной литературы; наблюдение за мис-
сионерским служением в местах лишения свободы на примере Омской епар-
хии; беседы, встречи, интервьюирование тюремных пастырей и самих заклю-
ченных; изучение епархиальных отчетов о служении в местах лишения свобо-
ды.
На основании этих пунктов источниковедческую базу мы можем разделить на
шесть групп.
I Богословские научные труды
Фундаментом любой научной работы, касающейся святой Православной Церк-
ви и её служения обществу, является Священное Писание Ветхого и Нового За-
вета. Тема наказания её последствий красной нитью проходит во всём Священ-
ном Писании. Кроме того, имеются много трудов святых отцов церкви, которые
прямо или косвенно писали о людях в темницах и оковах. Особо известными
отцами церкви, затрагивавшие тему узничества были великие богословы Кап-
падокийцы, такие как Василий Великий (ок. 330—379), Григорий Богослов
(329—389) и Григорий Нисский (ок. 335 — после 394) [6].
Особую роль в изучении данного вопроса также имеет Церковное Богослуже-
ние и особые молитвы о заключенных, заблудших.
Из богослужебных книг можно выделить Служебник, Требник и Часослов [5].
II Исторические аспект
Немало полезных сведений содержится в кандидатских диссертациях:
Неткачева В. «История пастырского служения Русской Православной Церкви
среди заключенных в XIX-XX вв.» (МДА, 1993); иерея Олега Скомороха «Пас-
тырское служение в тюрьме в настоящее время» (СПбДА, 1998), в этом сочине-
нии разносторонне описывается как отечественный опыт служения в тюрьмах,
так и инославный.
В сборнике церковных и светских законов IX-XIII века, являвшихся руково-
дством при управлении Церковью и в церковном суде православных славян-
ских стран – Кормчая книга является серьезным научным источником об уго-
ловно-исполнительной системе тех времён и участие Православной Церкви в
данных процессах.
Стоит также отметить обильное количество научных статей на образователь-
ных порталах касательно исторического аспекта миссионерского служения
Церкви среди заключенных в исправительных колониях, приведём некоторые
из них: научная статья Трудова Павла Владимировича: «Православная миссия в
пенитенциарных учреждениях: церковно-правовой и методологический ас-
пект», а также научная статья Безрукова Михаила Андреевича: «Миссионер-
ское служение Русской Православной Церкви в ИК УФСИН России по Омской
области» в них имеет место быть рассмотрение современного исторического
положения исправительных колоний в взаимодействии с Русской Православной
Церковью.

138
III Изучение и анализ юридической, педагогической, психологической пени-
тенциарной литературы
В основание данной работы положены следующие труды: протоиерея Глеба
Каледы «Остановитесь на путях ваших» (1995) [1], в котором священник делит-
ся с нами своими размышлениями, касаясь многих граней тюремного служения;
архимандрита Спиридона «Из виденного и пережитого» (1998), в своих воспо-
минаниях тюремный миссионер приводит примеры покаяния у заключенных,
события происходят в 19 веке; протоиерея Евгения Попова «Беседы с заклю-
ченными в тюрьме» (1870), и «Письма по православно-пастырскому богосло-
вию» (1877); профессора В. Певницкого «Служение священника в качестве ду-
ховного руководителя прихожан» (1898).
Особую группу используемых в работе источников составили написанные
светскими авторами диссертации. Докторские диссертации: В.Н. Анисимков
«Криминальная субкультура и ее нейтрализация в исправительных учреждени-
ях России» (1998); В.Б. Козлов «Этносоциологические проблемы деятельности
органов внутренних дел» (1998); кандидатские диссертации: В.Н. Королева
«Проблемы реализации права осужденных на свободу вероисповедания»
(1992), в ней подробно и обстоятельно изложен механизм реализации прав за-
ключенных на свободу вероисповедания; М.И. Кузнецова «Адаптация выпуск-
ников Вузов МВД РФ пенитенциарного профиля к воспитательной работе в ко-
лонии (1996), акцент делается на то, чтобы обращать внимание на подбор тю-
ремного персонала, исходя из нравственных качеств, кандидата, абитуриентов,
желающих учиться для работы в уголовно-исполнительных учреждениях; Т.И.
Волковой «Проблемы отбывания наказания и ресоциализация женщин, осуж-
денных к лишению свободы» (1997); А.И. Шилова «Уголовное наказание в ви-
де содержания в дисциплинарной воинской части (правовые и криминологиче-
ские проблемы)» (1998); Л.И. Разбириной «Исполнение наказания в отношении
осужденных женщин в исправительных колониях общего режима» (1999) [2].
Особую историческую роль играет дореволюционное издательство журнала
«Тюремный вестник», «Духовная беседа», «Вестник военного духовенства», в
которых находится хороший гомилетический материал для тюремного амвона.
Исследуя психологические особенности заключенных, автор использовал пени-
тенциарно-педагогические пособия Ю.В. Гербеева «Педагогика и политико-
воспитательная работа с осужденными» (1985), А.И. Зубкова, М.П. Стуровой
«Исправительная (пенитенциарная) педагогика» (1993). Не потеряли своей ак-
туальности и дореволюционные труды по тюрьмоведению, такие как: В.Н. Ни-
китина «Тюрьма и ссылка» (1880), «Жизнь заключенных» (1871), С.В. Макси-
мова «Сибирь и каторга» (1891).
IV Наблюдение за миссионерским служением в местах лишения свободы
на примере Омской епархии
В Омской епархии имеется 12 исправительных колоний и один следственный
изолятор. Помощником генерала УФСИН и ответственным за работу с верую-
щими в местах лишения свободы является протоиерей Алексий Айжинас. Так-
же помощник рождественского благочиния по миссионерскому служению Без-
139
руков Михаил Андреевич ежемесячно проводит мероприятия миссионерской
направленности. Годовые епархиальные отчеты о миссионерских трудах в пе-
нитенциарных учреждениях позволяют понять масштабы и карту миссионер-
ского служения в этой области.
V Беседы, встречи, интервьюирование тюремных пастырей и миссионеров
с самими заключенными
Документальная повесть Виктора Николаева «Из рода в род» очень глубокий
труд. Она о людях, совершивших преступления и оказавшихся за колючей про-
волокой. Рассуждения автора прерываются письмами заключенных. Попадают-
ся письма смертников. Читать тяжело. Не все раскаиваются в содеянном, боль-
шинство живет по тюремным понятиям, но все же есть люди, которые сожале-
ют о прошлом. Их очень мало – документальная повесть «Из рода в род» о них
[3].
Также важным являются записки тюремного священника «Остановитесь на пу-
тях ваших…» – протоиерея Глеба Каледы [1]. В письмах, опубликованных в
данной книге содержится мысль о том, что наши тюрьмы (СИЗО), наши лагеря
(ИТК, ИУ), наши заключенные – всегда остаются с нами как наши кровоточа-
щие и гноящиеся раны общества в целом.

Литература
1. Глеб Каледа, свящ. Остановитесь на путях ваших… Записки тюремного священника //
Электронный ресурс. URL: https://azbyka.ru/katehizacija/ostanovites-na-putyax-vashix-zapiski-
tyuremnogo-svyashhennika-protoierej-gleb-kaleda.shtml (дата обращения: 12.09.2019)
2. Иванова Н.А. Гуманизация исполнения наказания в виде лишения свободы в отноше-
нии осужденных женщин в современных условиях. Дисс. …к.ю.н. Рязань, 2011.
3. Николаев В. Н. Из рода в род // Электронный ресурс. URL:
https://eknigi.org/religija/148972-iz-roda-v-rod.html (дата обращения: 12.09.2019)
4. Сочинения святых отцов Каппадокийцы IV века // Электронный ресурс. URL:
https://azbyka.ru/otechnik/Konstantin_Skurat/svjatye-ottsy-1-5-veka/2 (дата обращения:
12.09.2019)
5. Требник на церковно-славянском языке // Электронный ресурс URL:
https://azbyka.ru/bogosluzhenie/trebnik/ (дата обращения: 12.09.2019)

140
Иерей Георгий (Юрий) Александрович Калачиков
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: somele@mail.ru

ТРЕТИЙ РЕЙХ И ВАТИКАН

Аннотация. Статья посвящена вопросам взаимоотношений государством и Церковью в


Третьем Рейхе. Статья проиллюстрирована конкретными примерами отношения госу-
дарства и Церкви при национал-социализме.
Ключевые слова: национал- социализм, Третий Рейх, католицизм, Церковь, религия,
Христианство, конфессиональные отношения.

Priest G. A. Kalachikov
Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

THIRD REICH AND VATICAN

Abstract. The article reviews the relations between the State and Church in the Third Reich.
The article is filled with examples of the states attitude to the Church during the period of Na-
tional-Socialism.
Keywords: National Socialism, Third Reich, Catholicism, Church, religion, Christianity, confes-
sional relations.

С приходом к власти в Германии нацистов Ватикану пришлось искать полити-


ческое урегулирования конфликта между правительством Третьего Рейха и Ри-
мо-католической Церковью. Решением Ватикана стало подписание с нацист-
ским правительством Германии 20 июля 1933 года конкордата. В сентябре это-
го же года документ был ратифицирован обоими правительствами. Конкордат
гарантировал Церкви свободу решения внутренних вопросов, право на католи-
ческое образование и многое другое [2]. Ватикан со своей стороны должен был
распустить католические политические организации и запретить священникам
и епископам вступать в такие организации.
Папа Пий XI и кардинал Эудженио Мария Джузеппе Джованни Пачелли пони-
мали, что этим конкордатом помогают нацистскому правительству обрести
ореол славы в глазах рядовых немцев и мировой общественности [4]. Но Вати-
кан рассматривал конкордат, как защитный механизм для предотвращения го-
нений на Церковь. К тому же мы должны понимать, что Ватикан заключил до-
говор с демократически и законно избранным правительством.
Через некоторое время правительство Германии нарушило предписания кон-
кордата. Нацисты нарушили международное соглашение не только с Ватика-
ном, но и со многими правительствами других стран [5].
В 1937 году папа Пий XI издаёт энциклику Mit brennender Sorge “С глубокой
тревогой” [1]. Эта энциклика содержит критику нацизма. А также, что некото-
141
рые положения нацизма, включая расизм, несовместимы с католичеством. В
энциклике Адольф Гитлер изображается предателем. Интересен тот факт, что
архивных документах на черновиках энциклике есть записи сделанные Пачелли
[8]. Они свидетельствуют об осуждение нацизма.
Досталось и самому Гитлеру, за его „самообожествление“, „попытки заменить
собой Христа“, его называли „ сумасшедшим пророком, охваченным омерзи-
тельной гордыней (widerliche Hochmut)“ [10]. Степень ярости нацистов проде-
монстрировали немедленные меры против распространения документа. Ни од-
на фраза из энциклики не была опубликована в газетах, на следующий день гес-
тапо нанесло визит в канцелярии диоцезов и конфисковало все попавшие в их
руки экземпляры. Журналы католических диоцезов были запрещены, лимит
бумаги на церковные нужды резко ограничен. Кроме того, были приняты иные
меры, такие как снижение размеров пособий нуждающимся священникам и
студентам, изучавшим теологию, размер которых был оговорен в договоре кон-
кордата [6].
В 1938 году на территории Германии и Австрии произошла так называемая
“хрустальная ночь”, когда были сожжены большинство синагог, а евреев от-
правляли в Дахау. В ответ на это папа Пий XI составил протест осуждающий
антисемитизм. Но этот документ был перехвачен госсекретарём Ватикана Па-
челли, который убедил Пия XI, что этот документ может навредить жизни мил-
лионам католиков в Германии, Италии, Австрии, Бельгии, Голландии и Поль-
ши.
Всё же на энциклику, изданную годом раньше и осуждающую нацизм, после-
довала реакция со стороны германского правительства. Начались расправы и
преследования духовенства. Стали закрывать католические школы и газеты.
Даже в концлагере в Дахау появились отдельные помещения для протестант-
ского и католического духовенства. Кресты в церквях предлагалось заменить
свастикой [7].
9 февраля 1939 года папа Пий XI скончался. 2 марта 1939 года конклав избрал
нового папу. Им стал кардинал Пачели с именем папа Пий XII.
В сентябре 1939 года началась Вторая Мировая война. Первым народом, кото-
рый пострадал от вторжения фашистов и коммунистов стал многострадальный
и героический народ Польши. В связи с этим папа Пий XII выступил против
этого вторжения, так как страдал не только народ Польши, но и католическая
Церковь Польши. В Польше было убито 2500 монахов и священников [9]. Мно-
гих отправили в концлагеря Освенцим и Дахау.
В меморандуме Бормана, направленном в декабре 1941 года всем гаулейтерам и
разосланном СС, резюмируется сущность отношения нацистов к христианству:
«Национал-социалистские и христианские идеи несовместимы… Если, поэто-
му, в будущем наша молодёжь ничего не будет знать о христианстве, чьи док-
трины во многом уступают нашим, христианство исчезнет само собой. Все
влияния, которые могут ослабить или нанести ущерб народному руководству,
которое осуществляется фюрером при помощи НСДАП, должны быть устране-

142
ны: народ должен быть все более и более отделен от церкви и её рупора-
пасторов» [3].
В своей энциклике папа Пий XII писал: «Кровь бесчисленных человеческих
существ вызывает яростный гнев. Дорогая Польша, которая за свою
преданность Церкви, за свои заслуги в защите христианской цивилизации,
написана несмываемыми символами в анналах история имеет право на защиту»
[1].
Во время Второй Мировой войны Ватикан спас огромное количество людей от
рук нацизма, не только христиан, но и евреев-иудеев. Благодаря вмешательству
политики Ватикана многие города Европы избежали тотальной бомбардировки
авиации союзников, например города Италии.
После войны папа Пий XII направил силы Ватикан на борьбу с коммунизмом.

Литература
1. Encyclical of Pope Pius XII on the Unity of Human Society to our venerable Brethren: the
Patriarchs, Primates, Archbishops, Bishops, and other Ordinaries in Peace and Communion with the
Apostolic See // [Электронный ресурс] // http://w2.vatican.va/content/pius-
xii/en/encyclicals/documents/hf_p-xii_enc_20101939_summi-pontificatus.html (дата обращения:
06.10.2019).
2. Бессонов Б.Н. Фашизм: идеология, политика. М., 1985.
3. Бланк A.C. Из истории раннего фашизма в Германии. М., 1978.
4. Брандмюллер В. Развитие католической церкви с конца Первой мировой войны // Ре-
лигии мира. История и современность. 1999. М., 1999.
5. Бровко Л.H. К вопросу о христианском сопротивлении в фашистской Германии // О
мирном и непримиримом противостоянии злу в церкви и обществе. Материалы международ-
ной богословской конференции. Москва, 28-30 сентября 2005 г. М., 2007.
6. Бровко Л.H. Конкордат и вокруг него: католическая церковь в Германии и нацистский
режим // Государство и церковь в XX веке: эволюция взаимоотношений, политический и со-
циокультурный аспекты: Опыт России и Европы. Отв.ред. А.И.Филимонова. М., 2011.
7. Бровко Л.H. Церковь и Третий рейх. СПб., 2009.
8. Гаврилов А.В. Католицизм и национал-социализм в Германии (1933-1945): дис. . канд.
ист. наук: спец. 07.00.03 – всеобщая история. Ярославль, 2001. 220 с.
9. Одинцов М.И. Русская Православная Церковь в ХХ веке: история и взаимоотношения
с государством и обществом. М., 2002. – 312 с.
10. Vidmar J. The Catholic Church Through the Ages. — Paulist Press, 2005. P. 327.

143
Вячеслав Леонидович Данилов
Епископ Азовский Зосима (Балин)
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: dv76@mail.ru

РАДИКАЛЬНЫЙ ИСЛАМ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ НА РУБЕЖЕ XX–XXI ВВ.

Аннотация. В статье излагаются основные аспекты бытования радикального ислама в


странах центральноазиатского региона на рубеже XX-XXI вв.; указываются основные
причины, приведшие к радикализации ислама, рассматриваются главные направления
деятельности государственных органов по противодействию исламскому экстремизму
и терроризму.
Ключевые слова: ислам; радикализм; терроризм; экстремизм; Центральная Азия.

V. L. Danilov, Zosima (Balin)


Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

RADICAL ISLAM IN CENTRAL ASIA AT THE TURN OF THE 21ST CENTURY

Abstract. the article describes the main aspects of the existence of radical Islam in the coun-
tries of the Central Asian region at the turn of XX-XXI centuries; identifies the main reasons
that led to the radicalization of Islam, examines the main activities of state bodies to counter
Islamic extremism and terrorism
Keywords: Islam; radicalism; terrorism; extremism; Central Asia.

В последние десятилетия в мире отчетливо обозначился ряд проблем, решение


которых приняло первостепенное значение и стало главной задачей по обеспе-
чению национальной и государственной безопасности. Основным трендом про-
исходящих на рубеже XX-XXI вв. политических процессов стали события,
прямо или косвенно связанные с религией, а именно, с исламом. Последние
полвека своего существования эта религия все больше и больше политизирова-
лась и, как следствие, на сегодняшний день представляет собой идеологию, ас-
социирующуюся с такими явлениями, как экстремизм и терроризм.
Причиной этого стал процесс радикализации исламского вероучения и резкое
возрастание значения ислама как политического фактора.
Сегодня именно исламский экстремизм и терроризм подавляющим большинст-
вом исследователей признается в качестве одной из самых опасных и острых
проблем современности. Подчеркивается, что радикальный ислам перестал
быть эпизодическим и экстраординарным явлениям и превратился в угрозу для
стабильности всего мирового сообщества в целом и отдельно взятых госу-
дарств, в частности.
Среди государств, национальная безопасность которых оказалась под угрозой
вследствие активизации на их территории экстремистских и террористических
144
организаций, в настоящее время являются страны центральноазиатского регио-
на.
К сожалению, мы не можем не обращать внимания на проблемы, возникшие у
наших южных соседей, поскольку угроза распространения идей радикального
ислама в России с южного направления реальна как никогда.
Начало процесса распространения идей радикального ислама в странах Цен-
тральной Азии совпало с периодом распада Советского Союза и образованием
на его обломках независимых государств.
Безусловно, радикальный ислам не пришел в указанный регион в одночасье.
Еще во времена СССР в Узбекистане, Киргизии, Таджикистане действовали
подпольные школы по изучению «истинного» ислама, транслировавшие в мас-
сы идеи исламского фундаментализма.
«Истинный» ислам завозился в центральноазиатские страны местными студен-
тами, выезжавшими в ближневосточные учебные заведения в рамках академи-
ческого обмена; местными чиновниками, выезжавшими в зарубежные коман-
дировки на Ближний Восток; а также духовными лицами, имевшими возмож-
ность беспрепятственного выезда в мусульманские страны.
Общепринято считать, что факторами, способствовавшими проникновению,
утверждению и последующему распространению идеологии исламского ради-
кализма в рассматриваемом регионе были, главным образом, проблемы соци-
ально-экономического и политического характера. Сюда же можно отнести
проблемы духовной безопасности.
В странах Центральной Азии радикальный ислам появлялся, в основном, извне.
Этот процесс был связан с проникновением ближневосточных движений так
называемого «арабского ислама» («чистого ислама») – ваххабитов. Они сумели
закрепиться в центральноазиатском регионе и начали активную деятельность.
Главной целью ваххабизма провозглашалось превращение законов шариата в
нормы права, обязательные для всего населения, а, в конечном счете – создание
исламского государства.
Под влиянием ваххабитов в центральноазиатских странах начали возникать
джамааты. Их лидеры выступали за строгое соблюдение исламской морали и
нравственности, призывали не признавать светские режимы, ориентироваться
на образ жизни и веру ранней мусульманской общины времен Пророка Мухам-
меда.
В 1990-е гг. далеко не все центральноазиатские государства смогли отреагиро-
вать на потенциальную угрозу в виде радикального ислама. Причин этому было
несколько. Здесь и желание государственных властей не мешать религиозному
ренессансу, и наличие либерального законодательства в сфере религии, и сла-
бость традиционного ислама, не способного противостоять «истинному» исла-
му.
На рубеже XX-XXI вв. в ряде стран Центральной Азии (Узбекистан, Кыргызс-
тан, Казахстан) произошли террористические акты, унесшие жизни десятков
людей. В этой связи правительствами вышеназванных государств были пред-
приняты меры по профилактике и предупреждению распространения исламско-
145
го экстремизма и терроризма. Активнее заработали правоохранительные орга-
ны, на государственном уровне были приняты ряд юридических документов, в
частности, программы по противодействию религиозному экстремизму и тер-
роризму, главными задачами которых явились совершенствование мер профи-
лактики религиозного экстремизма и терроризма, направленных на формирова-
ние в обществе толерантного религиозного сознания и иммунитета к радикаль-
ной идеологии; повышение эффективности выявления и пресечения проявле-
ний религиозного экстремизма и терроризма, в том числе, путем совершенство-
вания системы обеспечения деятельности специальных государственных и пра-
воохранительных органов и совершенствование системы мер минимизации и
ликвидации последствий экстремистской и террористической деятельности.
Однако должного эффекта все эти меры пока не принесли. Задача по борьбе с
радикальным исламом не будет решена, пока не будут до конца устранены про-
блемы в социально-экономической и политической сферах, а традиционный
ислам не получит государственной поддержки в своем противостоянии с ради-
кальным исламом.

146
Андрей Анатольевич Денисов
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: andrey-pustinnik@yandex.ru

ИСТОРИОГРАФИЯ РУССКОГО СТАРЧЕСТВА

Аннотация. В статье рассматриваются историографические подходы к изучению стар-


чества. Приводятся оценки, предлагается классификация исторических периодов изу-
чения проблемы.
Ключевые слова: История Русской Православной Церкви, старчество, церковно-
государственные отношения.

А. А. Denisov
Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

HISTORIOGRAPHY OF THE RUSSIAN ELDERSHIP

Abstract. The article deals with historiographic approaches to the study of eldership. Esti-
mates are given, a classification of historical periods of studying of a problem is offered.
Keywords: History of The Russian Orthodox Church, eldership, Church-state relations.

Современный этап изучения русского старчества, вследствие радикально изме-


нившихся общественно-политических условий в стране, характеризуется боль-
шой вариативностью подходов к исследованию настоящей темы, привлечением
и публикацией новых источников, написанием статей, монографий и научных
диссертаций, которые во многом восполнили недостаток изучения данного
предмета в отечественной науке в советский период.
В постсоветский период появилось несколько книг и статей современных учё-
ных и философов, где предпринимаются попытки заново определиться с сущ-
ностью и ролью старчества в русской культуре (С.С. Хоружий, А.Л. Беглов, Л.
Ильюнина, Н. Митрохин, О. В. Кириченко, М. А. Суханова, Н. Е. Шафажин-
ская).
Николай Митрохин в своём фундаментальном труде «Русская православная
церковь» впервые начал изучать феномен старчества, опираясь на светскую на-
учную методологию, а не на богословский анализ. Учёный сущность старчества
видел в психологической поддержке верующих: «Старчество – это оказание
психологической помощи верующим, в том числе путём исповеди, совета, на-
ставления, молитвенного заступничества, пророчества, изгнания бесов» [7. C.
92]. Данное им определение старчества по большому счёту отражает представ-
ление многих современных религиоведов о компенсаторной и психотерапевти-
ческой сущности самой религии. Однако автор не остался в своих исследовани-
ях в рамках исключительно психологического подхода и предложил рассмот-

147
реть старчество с точки зрения его социальных оснований и той роли, которое
оно играет в структуре Русской православной церкви.
В своих исследованиях Николай Митрохин отошёл от несколько метафизиче-
ского понимания института старчества, которое было свойственно работам до-
революционного и советского периодов. Учёный один из первых рассмотрел
институт старчества в системе социальных связей и взаимодействий. Николаю
Митрохину удалось как никогда близко подойти к пониманию старчества как
неформального института в рамках Русской православной церкви.
Как и Николай Митрохин в рамках институционального подхода изучал стар-
чество Алексей Беглов. В своём докладе «Старчество в церковной традиции» на
конференции в Московской духовной академии он попытался определить место
старчества в церкви. Исходя из такого широкого понимания старчества, автор
выделил несколько категорий старцев: 1) монахи, облечённые священным са-
ном; 2) монахи, не имеющие священного сана; 3) женщины-монахини; 4) стар-
цы-святители; 5) некоторые белые священники; 6) подвижники-миряне [1].
Автор рассматривает старчество лишь как одну из множества аскетических
практик наряду с молитвой (частной и литургической), внешними подвигами
(постом, бдением, поклонами, ношением вериг), молитвенным чтением Свя-
щенного Писания и писаний святых отцов. Такая редукция старчества к одной
из многих практик, с нашей точки зрения, существенно обедняет его понимание
как сложного социокультурного феномена.
Целый ряд новых подходов к пониманию старчества предложил известный
православный философ С.С. Хоружий. В своей программной работе «Духовные
основы русского старчества» он впервые рассмотрел старчество как один из
способов трансляции исихастской традиции. Старчество играет важнейшую
роль в процессе обожения человека, которое является важнейшим «онтологиче-
ским заданием человека» [11. C. 29]. Старчество в этой трактовке уже не просто
одна из аскетических монашеских практик, а традиция передачи опыта транс-
формации человеческого бытия. С.С. Хоружий по существу отрицает наличие
старчества в России до XVIII-XIX веков. По его мнению, современное старче-
ство является доказательством возможности совмещения исихастской традиции
с социальной активностью. Философ один из первых перестал рассматривать
старчество как исключительно монашеский институт, связав его с более широ-
ким духовно-антропологическим процессом трансформации человеческого и
социального бытия. Он выделил четыре основных этапа эволюции русского
старчества: 1) паисианский этап, связанный уже с развитием киновийного, а не
анахоретского монашества и работой «филолого-аскетической школы» над пе-
реводами святоотеческой литературы; 2) деятельность оптинского старца Ма-
кария, который впервые стал привлекать к работе над переводами мирян, кото-
рые представляли, как правило, культурную элиту общества; 3) старчество пре-
подобного Амвросия, который окончательно разрушил барьер между монасты-
рём и остальным миром, полностью посвятив себя окормлению всех тех, кто
приходил к нему или писал. Как пишет С. С. Хоружий, «в опыте Амвросия
исихастская практика делается совместима с принятием другого» [11. C. 27]; 4)
148
этап старчества в миру, который он связал прежде всего с деятельностью бело-
го священника Алексея Мечева, который стал духовным руководителем «пока-
яльных семей», тем самым реализовав идею «монастыря в миру».
В отличие от Алексея Беглова автор не только признаёт старчество в миру как
естественный процесс развития данного феномена, но и рассматривает его как
наиболее совершенную форму старческого служения, которая становится воз-
можной только в эпоху исихастского возрождения. В такой благотворный для
церкви период роли монастырского старца и белого священника начинают диа-
лектически переходить друг в друга: «Здесь роль старца может вбирать в себя
роль священника или же, говоря иначе, роль священника может возрастать ду-
ховно до своего сочетания с ролью старца» [11. C. 22]. Старчество в миру в
контексте философии Хоружего является необходимым элементом дальнейшей
«исихизации социума». Другое дело, что автор совершенно не учитывает по-
требности самого общества в подобной трансформации, не объясняет почему
именно сейчас стало возможно старчество в миру.
Философ также достаточно феноменологически трактует саму эволюцию стар-
чества, с его точки зрения, меняются лишь проявления старчества, формы его
взаимодействия с миром, но не его сущностные характеристики: «Творческий
вклад, который внесло старчество в исихастскую традицию и её отношения с
мирским обществом, заключается не в изменении характера старческого слу-
жения, а в создании в мире, в обществе новых возможностей для восприятия
установок исихастской жизни» [11. C. 28]. Сергей Хоружий в своих исследова-
ниях так и не вышел за рамки развиваемой им философии исихазма, что суще-
ственно ограничило и обеднило его анализ старчества. Однако предложенная
им методология изучения старчества очень востребованной в целом ряде дис-
сертационных работ, которые регулярно начинают появляться на эту тему с на-
чала XXI века.
Но наиболее серьёзный вклад в исследование старчества внесли диссертацион-
ные исследования, которые регулярно начинают появляться на эту тему с нача-
ла XXI века. Среди этих работ следует отметить труды Е. В. Зимаковой, О. А.
Корнецовой, Е. В. Худяковой и Д. Н. Демидова и других [2; 3; 6; 12]. В их тру-
дах старчество рассматривается как форма наставничества, принятая у право-
славных монахов и одновременно как социокультурный феномен, оказываю-
щий влияние на общество. В этих исследованиях авторы опираются на социо-
культурный подход, в рамках которого старчество рассматривается, прежде
всего, как социальный институт, реализующий определённые функции в обще-
стве.
Собственно говоря, социальность русского старчества и является главным при-
знаком его самобытности и отличия от древневосточного. Е.В. Худякова в сво-
ей диссертации предлагает идти дальше и настаивает, что старчество следует
рассматривать шире, чем просто церковный институт: «Старчество в России –
многостороннее явление, которое является не только специфическим церков-
ным институтом, но и культурологической практикой, объединяющей религи-
озную и светскую культурную традиции, открытой для художественного ос-
149
мысления» [12. C. 23]. Данные диссертационные работы имеют большое значе-
ние для понимания сущности старчества, так в них старческое служение уже не
рассматривается в узких рамках аскетической монашеской практики.
Старчество также рассматривается некоторыми исследователями как разновид-
ность аскетического подвижничества, без которого невозможно становление
духовного наставника как старца (О. В. Кириченко, И. В. Рынковой, М. Ю. Не-
ронова) [4; 8; 9].
Выделяем также работы современных авторов, которые в своих исследованиях
пытаются доказать, что старчество не может существовать как институт вне
контекста народной культуры, в которую оно погружено и от которой зависит
(С. П. Коноваленко, А. В. Тарабукина, И. В. Цуканова) [5; 10; 13].
Таким образом, старчество в настоящее время уже неплохо изучено во многих
своих аспектах, но до сих пор нет ни одного исследования, в котором старчест-
во анализировалось бы в контексте эволюции церковно-государственных от-
ношений в тот или иной исторический период России. Наиболее перспектив-
ным направлением подобного исследования является изучение влияния старче-
ства как неформального церковного института на официальные церковные
структуры и государственную власть в синодальный период, характеризую-
щийся омертвением живых, органических форм духовной жизни и полной ут-
ратой Симфонии между Церковью и Государством.

Литература
1. Беглов А. Л. Старчество в церковной традиции // Материалы Международной научно-
богословской конференции МДА «Русская патрология». М., 2008.
2. Демидов Дмитрий Николаевич. Монастырское старчество и его влияние на религиоз-
но-нравственную жизнь российского общества конца XVIII- начала XX вв.: диссертация .
кандидата исторических наук : 07.00.02 / Демидов Дмитрий Николаевич; [Место защиты:
Рос. гос. социал. ун-т]. – М., 2013. – 202 с.
3. Зимакова Екатерина Викторовна. Старчество как феномен культуры : диссертация .
кандидата культурол. наук : 24.00.01. М., 2000.
4. Кириченко О. В. Женское православное подвижничество в России (XIX – середины
XX в. ) : диссертация…доктора исторических наук: 07.00.07 / Кириченко Олег Викторович
[Место защиты: Институт этнологии и антропологии РАН]. М., 2011. 792 с.
5. Коноваленко С. П Философско-культурологический анализ феномена святости и об-
раза русского святого в народном православии. : диссертация . кандидата философских наук
: 24.00.01 / Коноваленко Светлана Петровна; [Место защиты: Белгород. гос. ун-т].- Белгород,
2008. 145 с.
6. Корнецова О. А. Феномен старчества в православной культуре. : дис. . канд. филос.
наук : 24.00.01 : Ростов н/Д, 2003.
7. Митрохин Н. А. Русская православная церковь: современное состояние и актуальные
проблемы. – М.: Новое литературное обозрение, 2004.
8. Неронова М. Ю. Феномен православного аскетического подвижничества в русской
культуре : диссертация . кандидата философских наук : 09.00.14 / Неронова Марина Юрьев-
на; [Место защиты: Ленингр. гос. обл. ун-т им. А.С. Пушкина].- СПб., 2011.- 165 с.
9. Рынковой И. В. Подвижничество как феномен философско-религиозного сознания :
диссертация . кандидата культурологических наук : : диссертация . кандидата философских
наук : 09.00.01.- М., 2006.- 175 с.

150
10. Тарабукина А.В. Фольклор и духовная культура «церковных людей» (опыт исследо-
вания современного фольклора) диссертация . кандидата филологических наук 10.01.09 / Та-
рабукина Арина Валерьевна; Санкт-Петербург, 2000. 222 с.
11. Хоружий С. С. Духовные основы русского старчества // Феномен русского старчества:
Примеры из духовной практики старцев / Сост. и вступ. Ст. С. С. Хоружего. – М.: Издатель-
ский Совет Русской православной церкви, 2006.
12. Худякова Е. В. Старчество в русской художественной литературе конца XIX-начала
XX веков : диссертация . кандидата культурологии : 24.00.01.- Ярославль, 2003.
13. Цуканова И.В. Философско-культурологический анализ феномена народной религи-
озности : дис. . канд. филос. наук : 09.00.13. Белгород, 2006. 179 с.

151
Диакон Иван Анатольевич Кузякин
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: ivanK1988@yandex.ru

ДЕЛОПРОИЗВОДСТВО ДУХОВНЫХ КОНСИСТОРИЙ КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ


ИСТОЧНИК (НА ПРИМЕРЕ ОМСКОЙ ЕПАРХИИ)

Аннотация. В статье рассматриваются особенности делопроизводства и документиро-


вания духовных консисторий в дореволюционный период на примере Омской духов-
ной консистории. Исследуются дела, рассмотренные Омской духовной консисторией и
представленные на утверждение епархиальному архиерею за 1902 и 1907 гг
Ключевые слова: духовные консистории, история делопроизводства, Омская епархия,
церковно-государственные отношения.

Deacon Ioann Kuzyakin


Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

CLERICAL WORK OF DIOCESE CONSISTORIES AS A HISTORICAL SOURCE


(ON THE EXAMPLE OF THE OMSK DIOCESE)

Abstract. The article discusses the features of clerical work and documentation of diocese con-
sistories in the pre-revolutionary period on the example of the Omsk diocese consistory. The
cases examined by the Omsk Diocese Consistory and submitted for approval to the diocesan
bishop for 1902 and 1907 are investigated.
Keywords: diocese consistories, history of clerical work, Omsk diocese, church-state relations.

Особенностью документооборота и документирования в учреждениях XVIII


века являлось то, что работа с документами все решительнее регулировалась
законодательством. Для начала определим основные понятия и рассмотрим ви-
ды используемых документов.
Делопроизводство представляет собой особую область деятельности, основные
правила которой вырабатывались многовековой практикой и закреплены в со-
ответствующих руководствах. Термин «делопроизводство» появился во второй
половине XVIII в. и первоначально обозначал деятельность. Это понятие про-
исходит от слов производство дела, а под делом понимался рассматриваемый
вопрос, то есть под производством дела понималось решение дела. Поэтому
церковным делопроизводством на протяжении синодального периода можно
было называть только решение дел в учреждениях по управлению Русской
Православной Церкви.
Основные положения, определяющие порядок ведения церковных документов,
выработанные в течение XVIII – начала XX века, были включены в системати-
зированное законодательство царской России, и прежде всего в «Полное собра-
ние законов Российской Империи».
152
Полное собрание законов Российской Империи – наиболее полный сборник за-
конодательных актов, расположенных в хронологическом порядке, по номерам
и датам утверждения каждого акта царем. Собрание считается монументальным
памятником русского права. Его сила и действие распространялись на все уст-
ройство государственной и общественной жизни.
Составление Полного собрания законов было вызвано кодификационными ра-
ботами императора Николая I, то есть работами направленными на составле-
ние, систематическое объединение законов страны. Прежде чем приступить к
изданию свода действующих законов, необходимо было иметь Полное собра-
ние законов, отсутствие которого так парализовало кодификационные труды
предшествовавших царствований, когда не только частные лица, но даже пра-
вительственные места часто находились в неизвестности о составе содержания
действующего права.
Работа по составлению продолжалась четыре года, и в 1830 году было издано
первое Полное собрание законов за период с 1649 года по 12 декабря 1825 года
— от Соборного уложения царя Алексея Михайловича до конца царствования
Александра I (45 томов). В него вошли 30920 актов, подробные хронологиче-
ские и предметные указатели.
Второе собрание выпускалось ежегодно в 1830—1884 годы, содержит более 60
тысяч законодательных актов с 12 декабря 1825 года по 28 февраля 1881 года,
охватывает царствования Николая I и Александра II (55 томов и указатели).
Третье собрание выходило ежегодно до 1916 года, включает более 40 тысяч за-
конодательных актов с 1 марта 1881 года до конца 1913 года – время правления
Александра III и Николая II (33 тома).
Акты внутри каждого из трёх собраний имели сквозную пятизначную нумера-
цию. Каждое собрание состояло из двух частей: первая содержала собственно
тексты, а вторая разного рода прилагаемые табличные материалы (штаты, табе-
ли, финансовые росписи), чертежи и рисунки. В конце каждого собрания нахо-
дился предметный указатель.
Условно документы РПЦ можно разделить на шесть групп: актовая докумен-
тация, документы церковного учета, отчетная документация, переписка, хозяй-
ственные документы и церковно-приходские летописи.
Группу актовых документов, то есть документов правового и нормативного
характера, можно разделить на три категории: законодательные акты высших
органов власти, ведомственные акты Синода и нормативные акты местных ор-
ганов церковной власти.
Первая категория актовых документов – законодательные акты высших ор-
ганов власти – объединяет нормативные документы, санкционированные вер-
ховной властью, которые поступали к причтам приходских церквей епархии от
вышестоящих учреждений и должностных лиц по следующей цепочке: царь –
Синод – Духовная Консистория – благочинный – причт церкви.
В консистории приходили копии так называемых «именных», то есть царских
указов, которые печатали в Московской Синодальной типографии по количест-

153
ву церквей и рассылали по епархиям. Эти законодательные акты посвящались
особо важным вопросам.
Следующим видом законодательных актов являются манифесты, извещавшие
об особо значимых событиях (вступление на престол нового императора, рож-
дения, браки и кончины лиц императорской фамилии, наиболее важные рефор-
мы, объявление войны, заключение мирных соглашений, стихийные бедствия),
чаще всего с призывом к молитве.
Ко второй категории актовых источников относятся ведомственные акты
Синода – центрального учреждения по управлению РПЦ, представленные в ос-
новном указами, устанавливающими формуляр документов отдельных разно-
видностей, порядок их прохождения, организацию документопотоков между
учреждениями РПЦ и решавших многие другие частные вопросы организации
церковного делопроизводства.
Третья категория – нормативные акты местных органов церковной власти – в
которую входили определения и указы епархиальных архиереев и предписания
благочинных приходских церквей.
Благочинные регулировали работу причтов церквей посредством приказов и
предписаний. Основной состав реквизитов включал наименование вида доку-
мента, обозначение автора документа (адресанта), адресат, текст, дату докумен-
та, подпись, дату и регистрационный номер входящего документа, отметку о
том, что документ являлся копией.
Во вторую группу входят документы церковного учета – вид документации, в
группу которых можно отнести метрические книги и выписи из них, брачные
обыски, клировые ведомости, исповедные росписи, ревизские сказки о священ-
но- и церковнослужителях и их детях, документы о раскольниках и богослу-
жебные журналы.
Метрические книги – записи актов гражданского состояния – были основ-
ным учетным документом приходских церквей и состояли из трех частей для
записи родившихся (крестившихся), сочетавшихся браком (венчавшихся) и
умерших (погребенных). Метрические книги в России велись с начала XVIII
века по 1918 год. Велись они в двух экземплярах: один оставался на приходе, а
второй отправлялся в архив Духовной Консистории.
Обыском называлось предварительное исследование и выявление препятствий
к предполагаемому браку, производимое священно- и церковнослужителями,
через «расспросы» брачующихся лиц и «достоверных» свидетелей или поручи-
телей, а также посредством рассмотрения различных документов. Брачные до-
кументы содержали в основном биографические данные о будущих супругах.
Клировые ведомости, или списки лицам духовного ведомства, по закону счи-
тались актами, которыми удостоверяется состояние лиц духовного звания, бы-
ли введены с 1769 года. Первоначально имели трехчастную форму: «именные
списки всем лицам духовного звания православного вероисповедания», «по-
служные списки», «о прихожанах».
Исповедные росписи (духовные росписи, исповедные ведомости) – доку-
мент церковного учета населения, фиксирующий ежегодную динамику и струк-
154
туру, назначением которого являлось ежегодное подтверждение степени рели-
гиозности через исповедание и причащение Святых Таинств накануне Пасхи.
Ревизские сказки о священно- и церковнослужителей, их детях. Начало со-
ставления ревизских сказок было положено указом Петра I от 22 января 1719 г.,
согласно которому «ради расположения армейских полков на крестьян всего
государства» приказывалось брать со всех губерний сказки о дворцовых и про-
чих «государевых», патриарших, архиерейских, монастырских, церковных, по-
мещиковых и вотчинниковых селах и деревнях, о количестве в каждом насе-
ленном пункте крестьян.
Документирование учета раскольников. Первым документом, велевшим гу-
бернаторам описать раскольников обоих полов и прислать ведения в Канцеля-
рию Сената, а после положить их в двойной оклад стал указ от 8 февраля 1716
года.
Еще один вид учетной документации – церковно-служебные журналы – до-
кументы, содержащие сведения о проведенных в церкви богослужениях, с ука-
занием даты, должности и отсутствующих духовных лицах.
К отчетным документам церквей (третья группа) относятся доношения и ра-
порты. Правила представления донесений о получении распоряжений утвер-
ждены Синодом от 31 декабря 1852 года. Духовные правления и благочинные
обязаны были посылать ответные донесения на указы епархиального начальст-
ва, но только после исполнения указа. В донесении следовало указать номер и
дату указа или кратко изложить его содержание. Консисториям разрешалось на
документах, требующих несложных решений или сообщений, сведений или на-
ставлений, ответы писать на тех же документах в конце или сбоку, а при недос-
татке места на пришитом листе или «полулисте» с подписью члена консисто-
рии, секретаря или столоначальника.
На основании отчетов причтов и благочинных, составлялись отчеты о со-
стоянии епархии. Епископы должны были дважды в год присылать в коллегию
рапорты «о состоянии и поведении епархии» согласно 15 пункта 2 части Ду-
ховного регламента и указа от 25 ноября 1737 года. Рапорты о состоянии епар-
хии должны были быть подписаны архиереями по указу 11 ноября 1765 года.
Указ от 31 августа 1832 г. изменил периодичность донесения о благосостоянии
епархий с двух до одного раза в год. В этих донесениях требовалось с 1841 года
представлять сведения о положении ризниц во всех церквях епархии из благо-
чиннических клировых ведомостей, о положении церквей по вопросам благоус-
тройства и о нерешенных присутствием и неисполненных канцелярией делах.
Четвертая группа документов – это переписка приходских церквей между со-
бой и с другими учреждениями посредством различных видов писем.
К просительным документам можно отнести прошения и жалобы. Порядок
донесения Синоду духовными лицами просьб и жалоб на действия их началь-
ников был утвержден на законодательном уровне согласно указам Синода от 31
декабря 1856 года и от 30 ноября 1873 года. Священники должны были предос-
тавить в Консисторию отзывы благочинных; дьяконы и причетники – отзывы

155
священников о том, что во время их отсутствия богослужения и требы будут
совершаться безостановочно и без затруднения.
В следующую группу – хозяйственные документы – можно отнести приход-
но-расходные книги, описи имущества приходских церквей и другие докумен-
ты. Приходно-расходные книги были введены указом Синода от 12 февраля
1723 года, но на данном этапе только в Синоде, архиерейских домах и мона-
стырях. Указ Синода от 24 декабря 1876 года о новых формах приходо-
расходных книг и отчетных ведомостях утвердил новые правила о порядке за-
писи в церковные книги прихода и расхода средств и представления отчетных
ведомостей.
Велись ведомости о приходе и расходе свечных доходов. Велся учет венчи-
ков, полагающихся на усопших, и листов, содержащих в себе разрешительную
молитву.
Годовые ведомости о деньгах, собираемых в учрежденных при церквях круж-
ках. По указу Синода от 29 июля 1723 года в конце каждого месяца протопопы
в соборах, священно-церковнослужители и знатные прихожане в церквях
должны были записывать в книги приход от кошельковых сборов и расход этих
денег для церковных нужд. Епархиальные архиереи по указу от 16 февраля
1824 года должны были представлять в Министерство внутренних дел годовые
ведомости о деньгах, собираемых в учрежденных при церквях кружках на по-
мощь разорившимся людям. Консисториям ее уставом обязывалось доносить в
Синод о кошельковых суммах в течение года по форме. Александр II приказал
21 декабря 1870 г. отчислять в распоряжение центрального управления Синода
определенное количество процентов с церковных доходов с суммы и утвердил
форму «ведомости о количестве процентного по епархиям сбора с кружечного,
кошелькового и свечного церковных доходов, подлежащего отчислению на
расходы по содержанию учебной части духовного ведомства», в которой требо-
валось указывать сумму процентного сбора в рублях и копейках по каждой
епархии.
Описи имущества. Указ Синода от 25 июня 1771 года подтвердил обязанность
ведения описей имущества в монастырях, а указ от 17 июля 1788 года велел
иметь не только в монастырях, но и во всех архиерейских домах, лаврах описи
имущества.
И, наконец, последняя шестая группа – Церковно-приходские летописи мож-
но отнести к внутренним делопроизводственным документам, так как они со-
ставлялись и хранились в церквях, не передавались в вышестоящие учреждения
и являлись хроникой жизни прихода. Они в значительной степени повторяли
содержание метрических книг, клировых ведомостей и других источников. По
указу от 19 января 1868 г. епархии обязывались составлять свои исторические и
статистические описания [6].
Таким образом, документы приходских церквей свидетельствуют о многих сто-
ронах жизни и деятельности православного населения − как причта, так и при-
хожан, отражая социальные, демографические и миграционные процессы. Та-

156
кие документы имеют огромную роль при углубленном изучении истории ре-
гиона, населенных пунктов, жизни их населения и отдельных лиц.
В Историческом архиве Омской области хранится большой объем историко-
документального наследия Русской Православной Церкви, а в частности дело-
производства Омской епархии [1; 2; 3; 4]. Эти документы позволят более под-
робно узнать не только историю Омской епархии, но и историю Русской Церк-
ви. Каждый вид церковных документов уникален и важен для раскрытия пол-
ной картины истории.
За сравнительно небольшое время существования Омской епархии было сфор-
мировано огромное количество документов и напечатано 510 выпусков Епар-
хиальной газеты.
Несмотря на разрушение церквей в богоборческие годы, на политику советско-
го строя уничтожения всего, что было связано с Церковью, на время граждан-
ской и Великой Отечественной войн, документы Омской Духовной Консисто-
рии сохранились в архивах и в настоящее время доступны для исследователей.

Литература
1. Исторический архив Омской области (ИА ОО). Ф. 16 «Омская духовная консисто-
рия». Д. 71.
2. ИА ОО. Ф. 16. Д. 72.
3. ИА ОО. Ф. 16. Д. 143.
4. ИА ОО. Ф. 16. Д. 144.
5. Голубцов С., свящ. Омская епархия. Начало [Текст] / С.В. Голубцов. Омск: ООО
«Полиграф», 2016. – 304 с.: ил. – ISBN 978-5-86747-068-5
6. Спичак А.В. Эволюция документирования деятельности приходских церквей
Тобольской епархии в XVIII – начале ХХ веков: дис. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук.
Нижневартовск, 2016. 364 с.

157
Иерей Александр Добровольский
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: ap.dobro@yandex.ru

РАБОТА УПОЛНОМОЧЕННОГО СОВЕТА ПО ОМСКОЙ ОБЛАСТИ


ПО ВОПРОСАМ НЕПРАВОСЛАВНЫХ И ИНОСЛАВНЫХ
ВЕРОИСПОВЕДАНИЙ В 60– НАЧАЛЕ 70-х гг. XX ВЕКА

Аннотация. В статье сопоставляются формы и методы взаимодействия уполномочен-


ного Совета при Совете Министров СССР по Омской области по отношению к Русской
Православной Церкви и к инославным конфессиям в рамках реализации установок со-
ветского законодательства о культах в 60-е гг. XX в
Ключевые слова: Церковно-государственные отношения, Омская и Тюменская епархия,
уполномоченный Совета по делам РПЦ при СНК – Совете министров.

Priest Alexander Dobrovolsky


Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

THE WORK OF THE AUTHORIZED COUNCIL FOR OMSK REGION ON ISSUES


OF NON-ORTHODOX AND HETERODOX RELIGIONS IN 60–70s XX C.

Abstract. The article compares the forms and methods of interaction between the authorized
Council of the Council of Ministers of the USSR in the Omsk Region in relation to the Russian
Orthodox Church and non-Orthodox confessions in the framework of the implementation of
the principles of the Soviet legislation on cults in the 1960 s.
Keywords: Church-state relations, Omsk and Tyumen diocese, authorized representative of the
Council on the Affairs of the Russian Orthodox Church under the Council of People’s Commis-
sars – Council of Ministers.

Считается, что некоторое послабление гонений на Русскую Православную Цер-


ковь последовало с отставкой Н.С. Хрущева с поста первого секретаря ЦК
КПСС 14 октября 1964 года.
Тем не менее, подчиненное положение Русской Православной Церкви в совет-
ском государстве вплоть до принятия закона «О свободе вероисповеданий»
(1990) и Конституции Российской Федерации (1993) сохранялось. Выражалось
оно в вытеснении Церкви из общественной жизни, дискриминации верующих
на производстве, тотальным контролем над деятельностью церковной органи-
зации [13; 14].
Рассмотрим государственно-конфессиональную политику советского государ-
ства в 1960-е – начале 1970-х гг. на примере отчетов уполномоченных Совета
по делам Русской Православной Церкви по Омской области [1; 2; 3; 4; 5; 6; 7; 8;
9; 10; 11; 12].

158
Совет по делам религий через уполномоченного продолжал взаимодействовать
с партийными органами. В июле 1965 г. облисполкомом и обкомом КПСС был
проведен трехдневный областной семинар председателей комиссий содействия
контролю при райгорисполкомах совместно с работниками райкомов КПСС, на
котором были рассмотрены вопросы применения законодательства о культах,
внедрения в быт гражданских обрядов и организация атеистической работы с
верующими. В общей сложности в работе семинара приняли участие свыше 260
человек.
Председателю Омского облисполкома К.Н. Голиков, заведующий отделом аги-
тации и пропаганды обкома КПСС Л.Н. Горбунов и секретарь облисполкома
В.И. Антощенко проводили подобного рода семинары с участием уполномо-
ченного Д.И. Иванова во второй половине 60-х гг. регулярно в районах облас-
ти: Исилькульском, Москаленском, Тюкалинском, Шербакульском, Кормилов-
ском, Калачинском, Тарском, Горьковском, Куйбышевском, кировском, Ленин-
ском, Центральном и др. Уполномоченный Совета выезжал для учета всех не-
зарегистрированных религиозных групп и общин, с целью анализа причин и
оценки степени их влияния на верующих, разработки мер, обеспечивающих со-
блюдение зарегистрированными и незарегистрированными религиозными
группами советского законодательства о культах [4, 10]. По установленным на-
рушениям принимались необходимые меры по предупреждению нарушителей
об ответственности и отстранению их от исполнения обязанностей, например,
были отстранены члены церковного совета Никольского молитвенного дома г.
Исилькуля и правления мусульманской мечети г. Омска.
В апреле 1966 г. в Омской области было проведено областное совещание руко-
водящих работников райгорисполкомов, их комиссий по контролю, облпроку-
ратуры, облсуда, управления охраны общественного порядка (в общей сложно-
сти в нем приняло участие 45 человек), в мае-июне 1966 г. проведены таким же
составом и совместно с партийными органами областные кустовые совещания в
г. Омске (50 чел.) и г. Исилькуле (200 чел.).
К концу 60-х гг. в связи с усилением административных санкций участились
случаи переезда немцев на жительство в Казахстан. Заместитель председателя
Марьяновского райисполкома Савельев заявлял: «там им [немцам-меннонитам]
живется вольготнее, нами никто ими не занимается и не штрафует». Кроме то-
го, отказ отрегистрации общины евангельских христиан баптистов (далее –
ЕХБ) он считал нецелесообразным регистрировать по причинам отсутствия мо-
литвенного помещения, присутствия детей с родителями на собраниях, «близ-
кого» расстояния до зарегистрированного общества ЕХБ в г. Омске и «слабой
богословской подготовки служителей культа». Секретарь Москаленского рай-
исполкома Яношевский заявил: «Если нам не будут мешать, то еще год и мы их
задавим» [8; 9, 7-8].
Неудовлетворенность таким положением дел порождала не только жалобы со
стороны верующих, но и демонстративное нарушение ими законодательства о
религиозных культах (отправление обрядов под открытым небом, проведение
специальных детских и молодежных собраний и т.п.). Фактически получалось,
159
что не религиозные практики верующих, а административное рвение отдель-
ных должностных лиц в Омской области ставило многие религиозные объеди-
нения вне советского закона.
10 июля 1969 г. исполком Омского областного Совета депутатов трудящихся
вынес специальное решение «Об усилении контроля за выполнением законода-
тельства о религиозных культах». Этим решением исполкомы районных и го-
родских Советов депутатов трудящихся обязаны:
- обеспечить строгий контроль за выполнением законодательства и религиоз-
ных культах;
- создать и укрепить комиссии по контролю за соблюдением законодательства о
культах;
- упорядочить дело регистрации религиозных объединений.
С конца 60-х гг. уполномоченный уделял особое внимание изучению проповед-
нической деятельности духовенства, для чего стали привлекаться «силы науч-
ных работников» – преподавателей и студентов последнего курса историческо-
го факультета Омского педагогического института им. А.М. Горького. В отче-
тах «научных работников» отмечается, что главным смыслом православных
проповедей был «призыв к спасению души молением и любовью к ближнему,
постоянно быть с Богом, следовать наставлениям Его», при этом «содержание
проповеднической деятельности в баптистской церкви, более квалифициро-
ванно и целенаправленно, выступающие стремятся непременно затронуть чув-
ства верующих, вызвать у них глубокие эмоциональные переживания и стрем-
ления неукоснительно следовать заповедям Христа – спасать людей, а через это
самих себя» [10, 14].
К началу 70-х гг. также пристально стала изучаться мотивация священнослужи-
телей молодого возраста, видимо в связи с тем, что почти в каждом отчете от-
мечалось «старение кадров» как неизбежное следствие «отмирания религии»
[12, 5-12]. В отчетах уполномоченного отмечается «неумолимое ухудшение ка-
чественного состава служителей культа. В зарегистрированных религиозных
объединениях из 33 служителей культа 25 не имеют никакого духовного обра-
зования. Большинство этих служителей культа, – священники и диаконы право-
славных общин со стажем работы в церкви 2-3 года и меньше. Со светским об-
разованием только 8 человек окончили среднюю школу. Все остальные – с на-
чальным и 5-7 летним образованием. Показательно и старение этих кадров. За
исключением православных общин, в объединениях: мусульман, меннонитов,
иудеев, духовных христиан-молокан и евангельских христиан-баптистов все
служители культа в преклонных годах, каждому из них 80 и более лет».
Таким образом, к началу 70-х годов внутриполитическая ситуация в стране измени-
лась, тем самым изменилась и политика государства по отношению к Церкви, так как
суровые меры по отношению к ней не оправдались. Наметилась тенденция к смягче-
нию государственного религиозного законодательства. Но все же сохранялась поли-
тика негласного подавления Церкви и контроля над ней.

160
Литература
1. Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). г. Москва. Ф. Р 6991. Оп. 3.
д. 788 Материалы о работе уполномоченного по Омской области 1960 г.
2. Омский областной исторический архив (ОО ИА). Ф. Р2603. Оп. 1. д. 42 св. Отчет о
проведенной работе по контролю за соблюдением законодательства о культах в Омской об-
ласти 1964-1965 гг.
3. ОО ИА. Ф. Р2603. д. 46 св. 2. Информационный отчет о деятельности религиозных
организаций и осуществлении контроля за соблюдением законодательства о культах в облас-
ти 1965 г.
4. ОО ИА. Ф. Р2603. д. 52 св. 2. Информационный отчет о деятельности религиозных
организаций и осуществлении контроля за соблюдением законодательства о культах в облас-
ти 1966 г.
5. ОО ИА. Ф. Р2603. д. 56 св. 2. Сведения о совершенной верующими религиозной об-
рядности и о доходах церквей города и области за 1966 год.
6. ОО ИА. Ф. Р2603. д. 63 св. 3. Сравнительные данные о фактически действующих ре-
лигиозных общинах и группах на территории Омской области за 1967 – 1972 гг.
7. ОО ИА. Ф. Р2603. д. 66 св. 3. Информационный отчет о состоянии и деятельности ре-
лигиозных организаций и осуществлению контроля за соблюдением законодательства о ре-
лигиозных культах в области за 1968 год.
8. ОО ИА. Ф. Р2603. д. 71 св. 3. Информационный отчет и сведения о состоянии и дея-
тельности религиозных организаций и контроля за соблюдением законодательства о религи-
озных культах за 1969 год.
9. ОО ИА. Ф. Р2603. д. 74 св. 4. Докладная записка инспектора по делам религий при
Совете Министров СССР о командировке в Омскую область 1969.
10. ОО ИА. Ф. Р2603. д. 80 св. 4. Информационный отчет и справки о деятельности рели-
гиозных организаций, предоставляемые в Совет по делам религии и в Обком КПСС за 1970
год.
11. ОО ИА. Ф. Р2603. д. 81 св. 4. Статистический отчет (сведения) о наличии религиоз-
ных объединений, служителей культа и о их возрасте и образовании, о поступлениях и рас-
ходовании денежных средств, об основной религиозной обрядности за 1970 год.
12. ОО ИА. Ф. Р2603 д. 84 св. 4. Информационный отчет и справки о деятельности рели-
гиозных организаций и состоянии контроля за соблюдением законодательства о религиозных
культах в Омской области за 1971 г., уполномоченный Д. Иванов.
13. Государство и церковь в XX веке: эволюция взаимоотношений, политический и со-
циокультурный аспекты. Опыт России и Европы. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2011. —
464 с.
14. Шкаровский М.В. Русская Православная Церковь в XX веке. М.: Вече; Лепта, 2010. –
430 с.

161
Иерей Алексей Лупсяков
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: aleksej-lupsyakov@yandex.ru

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН


ПО ПРЕДУПРЕЖДЕНИЮ И ПРОТИВОДЕЙСТВИЮ ИСЛАМСКОМУ
ЭКСТРЕМИЗМУ

Аннотация. В статье рассматривается государственное законодательство Республики


Узбекистан в сфере религии по предупреждению и противодействию исламскому экс-
тремизму. Анализируются нормативные документы, делаются выводы об эффективно-
сти существующих законодательных мер по противодействию распространению идей
радикального ислама.
Ключевые слова: Узбекистан; религия; ислам; законодательство; экстремизм; терро-
ризм.

Priest Alexey Lupsyakov


Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

STATE LEGISLATION OF THE REPUBLIC OF UZBEKISTAN ON PREVENTION


AND COMBATING ISLAMIC EXTREMISM

Abstract. the article deals with the state legislation of the Republic of Uzbekistan in the field of
religion to prevent and combat Islamic extremism. Normative documents are analyzed, con-
clusions are drawn about the effectiveness of existing legislative measures to counteract the
spread of ideas of radical Islam.
Keywords: Uzbekistan; religion; Islam; legislation; extremism; terrorism.

Законодательство Республики Узбекистан в сфере религии в его современной


истории начинает формироваться в начале 1990-х гг 14 июня 1991 г. был при-
нят Закон «О свободе совести и религиозных организациях». В 30 статьях со-
держались нормы, гарантировавшие гражданам осуществление их прав на сво-
боду вероисповедания и отношения к религии, социальную справедливость и
равенство независимо от их отношения и принадлежности к религии [1].
Этот документ во многом повторял основополагающие принципы свободы со-
вести, заложенные в Законе СССР от 01.10.1990 г. «О свободе совести и рели-
гиозных организациях».
Закон Республики Узбекистан о религии в статье 3 закрепил за гражданами их
право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Никаких ог-
раничений, связанных с исповеданием религии или нахождением во вневероис-
поведном состоянии, не допускалось.
Статья 5 установила принцип отделения религии и религиозных организаций от
государства, провозгласив равенство всех религий перед законом. Ни одна ре-
162
лигия не могла иметь каких-либо преимуществ перед другой. Служители рели-
гиозных организаций получили право участвовать в политической жизни стра-
ны в отличие от самих религиозных организаций, политическая деятельность
которых была запрещена.
В этой же статье указывалось на недопустимость использования религии в про-
пагандистских целях, направленных на разжигание межнациональной и межре-
лигиозной розни, вражды и ненависти.
Статья 6 подтверждала принцип отделения школы от религии и религиозных
организаций. Как и в СССР, декларировалась невозможность нахождения рели-
гиозного образования в системе государственного образования. Зарегистриро-
ванные религиозные организации были вправе организовывать собственные
учебные заведения, где имели право централизованно обучать религии, но при
ряде условий. Так, лицо, преподававшее религиозное вероучение, было обязано
иметь специализированное духовное образование и разрешение духовного
управления на преподавательскую деятельность. Преподавание религии част-
ным образом, вне учебных заведений или централизованных групп, не допуска-
лось.
Статья 28 гласила, что всеми вопросами, связанными с исповеданием религии и
деятельностью религиозных организаций занимаются Комитет по делам рели-
гий при Кабинете министров Республики Узбекистан, а также областные хоки-
мы (глава местного исполнительного органа власти в Узбекистане), наделен-
ные для этого всеми необходимыми полномочиями.
Таким образом, в Узбекистане был принят закон, в котором максимально полно
были отражены все возможные свободы в части беспрепятственного исповеда-
ния религии.
Однако, как показала практика, государство оказалось не готовым вводить
столь максимальную свободу вероисповедания. Это было связано, главным об-
разом, с активизацией деятельности групп и движений, представлявших нетра-
диционный ислам, а также нарастанием угрозы распространения идеологии ис-
ламского экстремизма.
Через год, 8 декабря 1992 г. в Узбекистане после двухмесячного всенародного
обсуждения была принята Конституция. С одной стороны, необходимость ее
принятия бесспорна, ведь это главный юридический документ, на котором ба-
зируется вся правовая система государства. С другой, все более нараставшая
угроза создания исламского государства и смены действующей власти, сделали
жизненно необходимым юридическое закрепление государственной позиции по
выше обозначенному вопросу.
Данная позиция отчетливо прослеживается в статьях 7 и 52 Конституции Рес-
публики Узбекистан, согласно которым, в частности, запрещалось создание и
деятельность структур, альтернативных государственным, а также создание по-
литических партий, деятельность которых была направлена на изменение кон-
ституционного строя, пропаганду войны, вражды, ненависти по национальным
и религиозным мотивам.

163
Таким образом, государство отчетливо дало понять, что отныне все группы и
движения, будь то политические или религиозные, ставящие перед собой цели
политического содержания (что собственно характерно для объединений экс-
тремистской направленности), преступны и незаконны.
1 мая 1998 г. вышла новая редакция Закона «О свободе совести и религиозных
организациях» [2]. Обращают на себя внимание те изменения, которые про-
изошли в ряде статей.
Так, законодательно был запрещен прозелитизм – действия, направленные на
обращение верующих из одной конфессии в другую. Также была запрещена ка-
кая бы то ни было миссионерская деятельность. Ни первая, ни вторая нормы
ранее в Законе предусмотрены не были.
Появился запрет на включение религиозных дисциплин в учебные программы
системы образования. Причем, данный запрет, не получивший официальных
комментариев, впоследствии истолковывался не только как запрет примени-
тельно к светской системе образования, но и оказался в некоторых случаях
применяем к отдельным религиозным учебным заведениям, в частности, к му-
сульманским. Это происходило в тех случаях, когда у властей возникали по-
дозрения в том, что в стенах медресе и мектебов (мусульманская (как правило)
начальная школа в странах Востока) готовят последователей радикального ис-
лама.
Уже в начале 2000-х гг. серьезной корректировке подверглась Статья 19, в ко-
торой было обозначено условие доставки и реализации в республике продукции
религиозного содержания, изданной за рубежом, а также произведенной непо-
средственно в Узбекистане. Отныне ее распространение оказывалось возмож-
ным только после проведения экспертизы ее содержания, проводимой Комите-
том по делам религий при Кабинете Министров РУз.
Террористические акты, произошедшие в Ташкенте в феврале 1999 г., привели
к ужесточению законодательства в сфере религии. 15 декабря 2000 г. был при-
нят Закон «О борьбе с терроризмом».
В Статье 1 вышеназванного документа обозначались основные понятия, ис-
пользовавшиеся в документе. Среди них – заложник, терроризм, террорист,
террористическая группа, террористическая организация, террористическая
деятельность и т.п
В тексте закона была дана максимально разносторонняя трактовка вышена-
званных понятий, что дало государственным органам возможность более ши-
рокого применения данного закона на практике.
Рассматриваемый документ обозначил достаточно обширную линию государ-
ственных институтов, чьей задачей является обеспечение государственной без-
опасности в сфере предупреждения, профилактики и противодействия угрозам
экстремизма и терроризма в Республике Узбекистан. Среди них Служба нацио-
нальной безопасности (СНБ), Министерство внутренних дел, Министерство
обороны, Министерство по чрезвычайным ситуациям, Генеральная прокурату-
ра.

164
В 2003 г. Узбекистан присоединился к Шанхайской конвенции «О борьбе с
терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом». Участие в конвенции предпола-
гает осуществление сотрудничества в части обмена информацией, выполнения
запросов о проведении оперативно-розыскных мероприятий, принятия мер по
предупреждению, выявлению и пресечению на территории своего государства
действий террористического, сепаратистского и экстремистского характера и
т.д. [3].
Одним из последних законодательных актов, касающихся борьбы с радикаль-
ным исламом, является Закон «О противодействии экстремизму», принятый ле-
том 2018 г.
В данном законе получил максимальное отражение весь практический опыт ус-
пешного противодействия исламскому экстремизму в Республике Узбекистан.
Анализ действующего в Республике Узбекистан законодательства в сфере ре-
лигии позволяет утверждать, что в настоящее время Узбекистан является госу-
дарством, проводящим жесткую политику по отношению к религии в ее самых
радикальных проявлениях.
По сравнению с другими среднеазиатскими республиками, Узбекистан сумел
сформировать гораздо более эффективное религиозное законодательство, по-
зволяющее быстро реагировать на возникающие угрозы и принимать меры в
отношении лиц и объединений, подозреваемых в организации и осуществлении
экстремистской и террористической деятельности.
Отсутствие террористической активности на протяжении последнего десятиле-
тия в условиях непростой социально-экономической и политической обстанов-
ки в стране свидетельствует об эффективности государственного законодатель-
ства в сфере религии по предупреждению и противодействию распространению
идеологии радикального ислама в регионе.

Литература
1. Закон Республики Узбекистан от 14 июня 1991 г. № 289-XII «О свободе совести и религи-
озных организациях». [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[https://nrm.uz/contentf?doc=66105_zakon_respubliki_uzbekistan_ot_14_06_1991_g_n_289-
xii_o_svobode_sovesti_i_religioznyh_organizaciyah_(staraya_redakciya)]. Дата обращения:
12.09.2019.
2. Закон Республики Узбекистан от 1 мая 1998 г. № 618-1 «О свободе совести и религиозных
организациях». [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[https://www.legislationline.org/ru/documents/id/18436]. Дата обращения: 12.09.2019.
3. Шанхайская конвенция «О борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом». [Элек-
тронный ресурс]. Режим доступа: [http://www.lex.uz/docs/2066678]. Дата обращения:
12.09.2019.

165
Иерей Олег Филиппов
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: olewertytq@gmail.com

СОВРЕМЕННОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН


В СФЕРЕ ГОСУДАРСТВЕННО-КОНФЕССИОНАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Аннотация. В статье рассматривается государственное законодательство Республики


Казахстан в сфере религии по предупреждению и противодействию исламскому экс-
тремизму. Анализируются нормативные документы, делаются выводы об эффективно-
сти существующих законодательных мер по противодействию распространению идей
радикального ислама.
Ключевые слова: Казахстан; религия; ислам; законодательство; экстремизм; терроризм.

Priest Oleg Phillippov


Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

MODERN LEGISLATION OF THE REPUBLIC OF KAZAKHSTAN IN THE FIELD


OF STATE-CONFESSIONAL RELATIONS

Abstract. the article deals with the state legislation of the Republic of Kazakhstan in the field of
religion to prevent and combat Islamic extremism. Normative documents are analyzed, con-
clusions are drawn about the effectiveness of existing legislative measures to counteract the
spread of ideas of radical Islam.
Keywords: Kazakhstan; religion; Islam; legislation; extremism; terrorism.

Законодательство о религии в Республике Казахстан начало формироваться


сразу же после обретения страной независимости в начале 1990-х гг. Еще до
появления первой Конституции, принятой 28 января 1993 г., в которой провоз-
глашалась светскость государства, был принят Закон РК от 15 января 1992 г. №
1128-XII «О свободе вероисповедания и религиозных объединениях».
В своей первоначальной редакции данный документ фактически никак не пре-
пятствовал деятельности в стране религиозных организаций, занимавшихся
пропагандой экстремизма и терроризма. Однако, начиная с 1995 г. и на протя-
жении последующих 10 лет, этот закон подвергался корректировке – практиче-
ски в каждую статью вносились изменения, связанные с появлением новых
нормативно-правовых актов, так или иначе регулирующих положение религии
и религиозных организаций в Казахстане.
Так, например, лишь в 2005 г. в рассматриваемом законе появилась Преамбула,
гласившая что «…Республика Казахстан является демократическим, светским
государством, уважающим право каждого человека на свободу убеждений, га-
рантирует равноправие граждан независимо от их вероисповедания, признает
культурную и историческую ценность религий, сочетающихся с духовным на-

166
следием народов Казахстана, и важность межконфессионального согласия, ре-
лигиозную толерантность и уважение религиозных убеждений граждан».
В этом же году были внесены и изменения в Статью 4, запрещавшие пропаган-
ду религиозного экстремизма.
Нарастание угрозы полномасштабного распространения исламского экстре-
мизма и терроризма привело к тому, что данный закон оказался совершенно не
эффективен и, как следствие, утратил силу с выходом нового Закона РК «О ре-
лигиозной деятельности и религиозных объединениях» (от 11 октября 2011 г. за
№ 483-IV).
На республиканском референдуме, состоявшемся 30 августа 1995 г., была при-
нята новая Конституция, по сей день являющаяся основным Законом Республи-
ки Казахстан. Состоящая из 98 статей, она подтвердила принцип светскости го-
сударства (статья 1) и право на свободу совести (статья 22). В 2017 г. в соответ-
ствии с Законом Республики Казахстан от 10 марта 2017 г. № 51-VI «О внесе-
нии изменений и дополнений в Конституцию Республики Казахстан» в статью
10 были внесены поправки, предусматривавшие лишение гражданства по ре-
шению суда за совершение террористических преступлений.
Такие коррективы стали возможными в связи с ужесточением уголовного зако-
нодательства Республики Казахстан, предусматривающего в настоящее время
ответственность за деяния, предусмотренные статьями 170, 171, 173, 177, 178,
184, 255, 256, 258, 259, 260, 261, 269 и 270 УК РК.
1999 г. стал переломным моментом в развитии государственного законодатель-
ства о религии в Республике Казахстан. 13 июля 1999 г. после серии терактов в
соседнем Узбекистане и возрастанием террористической угрозы в Республике
Казахстан был принят закон «О противодействии терроризму».
В этом документе законодатель попытался учесть по возможности все, что бы-
ло связано с терроризмом. Так, в Статье 1 обозначались основные понятия, ис-
пользовавшиеся в Законе. Среди них – заложник, идеология насилия, терро-
ризм, акт терроризма, призыв к совершению акта терроризма, противодействие
терроризма, террорист, террористические материалы и т.п.
Статья 7 поясняла, какие государственные органы в пределах своей компетен-
ции осуществляют противодействие терроризму (органы национальной безо-
пасности и органы внутренних дел, Министерство обороны и т.д.).
Глава 4 была направлена на предупреждение, выявление и пресечение террори-
стической деятельности. В частности, Статья 10 запрещала пропаганду терро-
ризма, а Статья 10-4 запрещала ввоз, издание, изготовление и (или) распростра-
нение террористических материалов на территории Казахстана. Обращает на
себя внимание Статья 12-1, в которой говорилось об Учете террористических
организаций и информационных материалов, признанных террористическими.
В соответствии с данной статьей в стране появились список террористических
организаций и список информационных материалов, признанных судом терро-
ристическими. Указанные списки в настоящее время размещены в глобальной
сети Интернет:

167
1. Список религиозной литературы и информационных материалов, признан-
ных террористическими и запрещенных к ввозу, изданию и распространению
на территории Республики Казахстан – http://pravstat.prokuror.kz/rus/o-
kpsisu/spisok-literatury-i-informacionnyh-materialov-priznannyh-terroristicheskimi-i
2. Список террористических организаций – http://pravstat.prokuror.kz/rus/o-
kpsisu/spisok-terroristicheskih-organizaciy
Наконец, Статьи 20-21 предусматривали ответственность, прежде всего, уго-
ловную, граждан и организации за участие в террористической деятельности.
10 февраля 2000 г. в дополнении к вышеупомянутому Закону был издан Указ
Президента Республики Казахстан за № 322 «О мерах по предупреждению и
пресечению проявлений терроризма и экстремизма». Этот нормативно-
правовой документ предписывал Правительству Республики Казахстан рас-
смотреть вопрос о присоединении к международным конвенциям по борьбе с
терроризмом, а также заключении международных договоров о сотрудничестве
по борьбе с терроризмом и экстремизмом, обмену опытом и подготовке спе-
циалистов со странами, имеющими положительный опыт в данной области;
Министерству культуры, информации и общественного согласия – проводить
мониторинг деятельности религиозных организаций и осуществлять религио-
ведческую экспертизу распространяемой в Казахстане литературы. Комитету
национальной безопасности было предписано координировать деятельность го-
сударственных органов по борьбе с экстремизмом и терроризмом. Комитету
национальной безопасности Республики Казахстан, Министерству внутренних
дел Республики Казахстан и Службе охраны Президента Республики Казахстан
за счет имеющейся штатной численности было предписано укрепить подразде-
ления по борьбе с терроризмом, а также усилить оперативно-розыскную дея-
тельность по предупреждению и пресечению экстремизма и терроризма.
Указ № 322 стал первым юридическим документом, где наряду с терроризмом,
в качестве угрозы обозначается уже экстремизм.
Дальнейшее распространение исламского экстремизма и усиление его влияния
сделали необходимым принятие закона, призванного юридическим путем бо-
роться с этим явлением. В данном случае речь идет о Законе Республики Казах-
стан № 31-III «О противодействии экстремизму» (от 18 февраля 2005 г.). Как и
в случае с законом о противодействии терроризму, законодатель попытался
учесть все, что было связано уже с экстремизмом.
Так, в Статье 1 были обозначены такие основные понятия, как экстремизм, про-
тиводействие экстремизму, профилактика экстремизма, экстремистские дейст-
вия, организация экстремистских действий, экстремистские материалы, экстре-
мистская организация, экстремистская группа.
Статья 3 отныне запрещала на территории Казахстана создание и деятельность
организаций (филиалов и представительств), цели или действия которых были
направлены на осуществление экстремизма.
Статья 8 вводила порядок признания организации экстремистской (исключи-
тельно, в судебной порядке).

168
Статья 9 была посвящена вопросам учета экстремистских организаций, и ин-
формационных материалов, признанных экстремистскими. В соответствии с
данной статьей был составлен список экстремистских организаций и список
информационных материалов, признанных судом экстремистскими. Указанные
списки в настоящее время также размещены в глобальной сети Интернет:
1. Список религиозной литературы и информационных материалов, признан-
ных экстремистскими и запрещенных к ввозу, изданию и распространению на
территории Республики Казахстан – http://pravstat.prokuror.kz/rus/o-
kpsisu/spisok-religioznoy-literatury-i-informacionnyh-materialov-priznannyh-
ekstremistskimi-i
2. Список экстремистских организаций – http://pravstat.prokuror.kz/rus/o-
kpsisu/spisok-ekstremistskih-organizaciy
Как и в законе о противодействии терроризму, предусматривался запрет на
ввоз, издание, изготовление и (или) распространение экстремистских материа-
лов на территории Казахстана, а также использование сетей и средств связи для
осуществления экстремизма (Статья 12).
Статьи 15 и 16 предусматривали ответственность граждан и организаций за
участие в экстремистской деятельности.
11 октября 2011 г. Президентом РК был подписан закон «О религиозной дея-
тельности и религиозных объединениях».
Появление нового правового документа стало важной вехой в истории государ-
ственного законодательства в сфере религии. С его выходом утратил свою силу
закон «О свободе вероисповедания и религиозных объединениях» от 1992 г.
Одной из главных особенностей нового закона о религии стало то, что впервые
в Республике Казахстан законодательно был поддержан ислам ханафитского
толка и православное христианство. За ними признавалась их историческая
роль в развитии культуры и духовной жизни страны. В рассматриваемом законе
были провозглашены постулаты, которые не стали чем-то новым для общества
и религиозных организаций – отделение государства от религии и религиозных
объединений, признание того факта, что никакая религия не может устанавли-
ваться в качестве государственной или обязательной, каждый вправе придер-
живаться религиозных или иных убеждений, распространять их, участвовать в
деятельности религиозных объединений и заниматься миссионерской деятель-
ностью. Более строже были прописаны условия осуществления миссионерской
деятельности. Например, обязательная регистрация миссионеров местными ис-
полнительными органами областей, городов республиканского значения и сто-
лицы; обязательное предоставление религиозной литературы, иных информа-
ционных материалов религиозного содержания, предметов религиозного назна-
чения, предназначенные для миссионерской деятельности для последующей
религиоведческой экспертизы. Использование миссионерами материалов рели-
гиозного содержания и предметов религиозного назначения допускалось только
после получения положительного заключения религиоведческой экспертизы.
Распространение религиозной литературы, иных информационных материалов
религиозного содержания, предметов религиозного назначения допускалось
169
только в культовых зданиях (сооружениях), духовных (религиозных) организа-
циях образования, а также в специально определенных местными исполнитель-
ными органами областей, городов республиканского значения и столицы, ста-
ционарных помещениях. Изготовление, выпуск и распространение религиозной
литературы и иных информационных материалов религиозного содержания до-
пускалось после получения положительного заключения религиоведческой
экспертизы.
С ростом напряженности в религиозной сфере и нарастанием угрозы дальней-
шего распространения исламского экстремизма и терроризма на территории
Казахстана, согласно Указу Президента Республики Казахстан от 24 сентября
2013 года за № 648 была разработана и принята Государственная программа по
противодействию религиозному экстремизму и терроризму в Республике Ка-
захстан на 2013-2017 гг.
Ее главной целью явилось обеспечение безопасности человека, общества и го-
сударства посредством предупреждения проявлений религиозного экстремизма
и предотвращения угроз терроризма. Были выделены три основные задачи Про-
граммы:
- совершенствование мер профилактики религиозного экстремизма и террориз-
ма, направленных на формирование в обществе толерантного религиозного
сознания и иммунитета к радикальной идеологии;
- повышение эффективности выявления и пресечения проявлений религиозного
экстремизма и терроризма, в том числе путем совершенствования системы
обеспечения деятельности специальных государственных и правоохранитель-
ных органов;
- совершенствование системы мер минимизации и ликвидации последствий
экстремистской и террористической деятельности.
Государственная программа по противодействию религиозному экстремизму и
терроризму в Республике Казахстан на 2013-2017 гг. предполагала, что дости-
жение цели можно будет оценить посредством ряда целевых индикаторов. Та-
ковых в Программе было обозначено три. Из них обращает на себя внимание
самый первый индикатор, согласно которому к 2017 г. население страны, в том
числе, 100% молодежи, будут охвачены комплексной профилактической рабо-
той, направленной на отрицание идеологии исламского экстремизма и терро-
ризма. С лета 2016 г. в Республике Казахстан начинается новый этап совершен-
ствования религиозного законодательства по противодействию распростране-
ния исламского экстремизма и терроризма. Работа в этой области привела к то-
му, что летом 2017 г. была принята Концепция государственной политики в ре-
лигиозной сфере Республики Казахстан на 2017–2020 гг. Данный документ от-
разил понимание и осознание властями республики тех вызовов и угроз, как
внутренних, так и внешних, с которыми столкнулось государство на протяже-
нии последних нескольких лет. Было отмечено, что государством принимаются
меры по сохранению стабильности в религиозной сфере, укреплению межкон-
фессионального согласия и толерантности в обществе, формированию иммуни-
тета населения к идеологии религиозного экстремизма и радикализма в любых
170
формах и проявлениях. Обращает на себя особое внимание то обстоятельство,
что, пожалуй, впервые за многие годы, в Концепции был представлен анализ
состояния религиозной сферы и выделены тенденции, требующие решения.
Так, было признано, что Казахстан испытывает риски роста активности ради-
кальных групп и течений, проникающих в регион из Центральной Азии. Ис-
ламский экстремизм и терроризм становится угрозой национальной безопасно-
сти. Учитывая динамичность религиозных процессов и событий, происходящий
в казахском обществе, в Концепции утверждается необходимость пересмотра и
обновления действующего законодательства о религии. По сути, признавая
провал государственной политики в сфере религии в предыдущие годы, зако-
нодатель говорит о том, что предстоит выбрать новые правовые нормы, не до-
пускающие распространение на территории соседнего государства идеологии
религиозного радикализма и экстремизма.
Помимо Концепции государственной политики в религиозной сфере Республи-
ки Казахстан на 2017–2020 гг. Постановлением Правительства Республики Ка-
захстан от 15 марта 2018 г. за № 124 была утверждена новая Государственная
программа по противодействию религиозному экстремизму и терроризму в
Республике Казахстан на 2018 – 2022 гг.
Во Введении к Программе указано, что принятый документ является логиче-
ским продолжением предыдущей государственной программы в сфере проти-
водействия религиозному экстремизму и терроризму. Совершенно очевидно,
что власти Республики Казахстан проанализировали опыт реализации преды-
дущей Программы и на этот раз установили реально достижимые коэффициен-
ты целевых индикаторов, по которым через пять лет будут судить о выполне-
нии программы.

Литература
1. Доктрина Национального единства Казахстана. [Электронный ресурс]. Режим досту-
па: [http://online.zakon.kz/m/Document/?doc_id=30501158]. Дата обращения: 3.10.2018.
2. Закон РК от 15 января 1992 г. № 1128-XII «О свободе вероисповедания и религиозных
объединениях». [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[http://online.zakon.kz/document/?doc_id=1000934#pos=5;-160&sel_link=1002136916]. Дата об-
ращения: 11.10.2018.
3. Закон РК от 13 июля 1999 г. № 416-I «О противодействии терроризму». [Электронный
ресурс]. Режим доступа: [http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=1013957]. Дата обращения:
12.10.2018.
4. Закон РК от 18 февраля 2005 г. № 31-III «О противодействии экстремизму». [Элек-
тронный ресурс]. Режим доступа: [http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30004865]. Дата
обращения: 12.10.2018.
5. Закон РК от 8 июля 2005 г. № 67-III «О внесении изменений и дополнений в некото-
рые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам обеспечения национальной
безопасности. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[http://adilet.zan.kz/rus/docs/Z050000067_]. Дата обращения: 11.10.2018.
6. Закон РК от 23 февраля 2005 г. № 33«О внесении изменений и дополнений в некото-
рые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам противодействия экстремиз-
му». [Электронный ресурс]. Режим доступа: [http://www.knb.kz/ru/article/zakon-respubliki-
kazahstan-ot-23-fevrala-2005-goda-n-33]. Дата обращения: 11.10.2018.

171
7. Закон РК от 11 октября 2011 г. за № 483-IV «О религиозной деятельности и религиоз-
ных объединениях». [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31067690]. Дата обращения: 12.10.2018.
8. Закон РК от 10 марта 2017 г. № 51-VI «О внесении изменений и дополнений в Кон-
ституцию Республики Казахстан». [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=32937557#pos=13;-18]. Дата обращения: 11.10.2018.
9. Конституция Республики Казахстан от 28 января 1993 г. [Электронный ресурс]. Ре-
жим доступа: [http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=1010212#pos=0;0]. Дата обращения:
10.10.2018.
10. Конституция Республики Казахстан от 30 августа 1995 г. [Электронный ресурс]. Ре-
жим доступа: [http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=1005029#pos=109;-49]. Дата обраще-
ния: 11.10.2018.
11. О государственной программе по противодействию религиозному экстремизму и тер-
роризму в Республике Казахстан на 2013-2017 гг. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[https://massaget.kz/laws/rus/docs/U1300000648]. Дата обращения: 5.10.2018.
12. О государственной программе по противодействию религиозному экстремизму и тер-
роризму в Республике Казахстан на 2018-2022 гг. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[http://adilet.zan.kz/rus/docs/P1800000124]. Дата обращения: 5.10.2018.
13. Постановление Правительства Республики Казахстан от 29 декабря 2017 г. за № 907
«О проекте Закона Республики Казахстан "О внесении изменений и дополнений в некоторые
законодательные акты Республики Казахстан по вопросам религиозной деятельности и рели-
гиозных объединений"».[Электронный ресурс]. Режим доступа:
[http://adilet.zan.kz/rus/docs/P1700000907]. Дата обращения: 17.10.2018.
14. Список религиозной литературы и информационных материалов, признанных экстре-
мистскими и запрещенных к ввозу, изданию и распространению на территории Республики
Казахстан. [Электронный ресурс]. Режим доступа: [http://pravstat.prokuror.kz/rus/o-
kpsisu/spisok-religioznoy-literatury-i-informacionnyh-materialov-priznannyh-ekstremistskimi-i].
Дата обращения: 13.10.2018.
15. Список экстремистских организаций. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[http://pravstat.prokuror.kz/rus/o-kpsisu/spisok-ekstremistskih-organizaciy]. Дата обращения:
13.10.2018.
16. Список религиозной литературы и информационных материалов, признанных терро-
ристическими и запрещенных к ввозу, изданию и распространению на территории Республи-
ки Казахстан. [Электронный ресурс]. Режим доступа: [http://pravstat.prokuror.kz/rus/o-
kpsisu/spisok-literatury-i-informacionnyh-materialov-priznannyh-terroristicheskimi-i]. Дата обра-
щения: 13.10.2018.
17. Список террористических организаций. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[http://pravstat.prokuror.kz/rus/o-kpsisu/spisok-terroristicheskih-organizaciy]. Дата обращения:
13.10.2018.
18. Уголовный кодекс РК от 3 июля 2014 г. № 226-V (с изменениями и дополнениями по
состоянию на 12.07.2018 г.). [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31575252#pos=5;-160]. Дата обращения: 11.10.2018.
19. Указ Президента РК от 10 февраля 2000 г. № 322 «О мерах по предупреждению и пре-
сечению проявлений терроризма и экстремизма». [Электронный ресурс]. Режим доступа:
[http://adilet.zan.kz/rus/docs/U000000332_]. Дата обращения: 11.10.2018.
20. Указ Президента РК от 20 июня 2017 г. № 500 «Об утверждении Концепции государ-
ственной политики в религиозной сфере Республики Казахстан на 2017-2020 годы». [Элек-
тронный ресурс]. Режим доступа: [http://adilet.zan.kz/rus/docs/U1700000500]. Дата обращения:
15.10.2018.

172
Наталия Владимировна Воробьева,
Елена Николаевна Коломникова
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: nat.vorobiova@gmail, elkolomsk@yandex.ru

ПРОЕКТ РЕСТАВРАЦИОННОЙ МАСТЕРСКОЙ-МУЗЕЯ


«ОТ ИСТОРИЧЕСКОГО АРТЕФАКТА К МОЛЕЛЬНОМУ ОБРАЗУ»,
ОСУЩЕСТВЛЯЕМЫЙ ПРИ ПОДДЕРЖКЕ ФОНДА ПРЕЗИДЕНТСКИХ
ГРАНТОВ1

Аннотация. В статье рассматривается проект реставрационной мастерской-музея «От


исторического артефакта к молельному образу», осуществляемый Омской духовной
семинарией при поддержке Фонда Президентских грантов в 2019-2021 гг
Ключевые слова: реставрация, Омская духовная семинария, Фонд Президентских гран-
тов.

N. V. Vorobieva,
E. N. Kolomnikova
Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

PROJECT OF THE RESTORATION WORKSHOP-MUSEUM “FROM


A HISTORICAL ARTIFACT TO A PRAYER IMAGE”, SUPPORTED BY THE
PRESIDENTIAL GRANTS FUND

Abstract. The article discusses the project of the restoration workshop-museum “From the
historical artifact to the prayer image”, carried out by the Omsk Theological Seminary with the
support of the Presidential Grants Fund in 2019-2021.
Keywords: restoration, Omsk Theological Seminary, Presidential Grants Fund.

Советский период русской истории и культуры значительно повлиял на обще-


ственное восприятие иконы и других священных предметов православного ве-
роисповедания. Антирелигиозная пропаганда часто сопровождалась уничтоже-
нием целых храмовых комплексов, отдельных храмов со всей утварью, их раз-
граблением, как в крупных городских центрах, так и на периферии. В результа-
те было потеряно и повреждено множество памятников православной культуры
России. Часть из них все же сохранилась и дошла до нас благодаря стараниям
искусствоведов, сохранивших иконы как памятники русской культуры в мест-
ных и центральных музеях. Но при этом они рассматривались именно как исто-
рические артефакты, а их ценность не превышала ценности и значимости
обычных музейных экспонатов. Между тем любая икона, вне зависимости от

1
Проект №: 19-1-017120 Название: Реставрационная мастерская-музей «От исторического артефакта к молель-
ному образу» // https://президентскиегранты.рф/Grant/View/102078/
173
именитости мастера, имеет не только материальное, но и духовное значение как
молельный образ. «Икона является неотъемлемой частью православной тради-
ции, без нее трудно представить православный храм и богослужение, дом пра-
вославного человека его жизнь» – пишет известный искусствовед И.К. Языко-
ва. [1, с. 11] Такое понимание иконы воспитывалось в православной среде рус-
ского народа прошлых столетий, было утеряно в советский период и возрожда-
ется в наше время. Во многом благодаря подобному отношению к иконе, со-
хранявшемуся в некоторых семьях на периферии страны, в небольших городках
и селах, до нас и поныне доходят памятники иконописи досоветского периода.
А в связи с возрождением православной традиции в России и повышением зна-
чимости рукописной иконы увеличивается число обращений верующих, в чьих
семьях как наследие сохранились старые иконописные образы, с просьбой по
возможности вернуть им подобающий вид молельного образа. При этом работа
реставраторов-иконописцев направлена не столько на консервацию иконопис-
ных памятников, сколько на воссоздание образа согласно классическим тради-
циям русской иконописи. Но важными остаются обе составляющие: дошедший
до нас исторический артефакт, наглядно представляющий наследие русской
иконописи, и целостный молельный образ, подобающий для молитвенного об-
ращения верующих.
Для разрешения сложившейся ситуации был разработан проект реставрацион-
ной мастерской-музея в стенах Омской духовной семинарии. Он направлен на
сохранение и развитие русской иконописной традиции, на сохранение памят-
ников русской иконописной школы в Омской области, возвращение их в оби-
ход (в литургическую и молитвенную практику православных верующих Ом-
ской епархии), а также в целом на поддержку и продвижение идей православ-
ной культуры и искусства в современном мире.
Проект предусматривает создание реставрационной мастерской, принимающей
от верующих Омской епархии старые иконы для придания им подобающего
молитвенного образа. Для этого закупается специальное оборудование, инст-
рументы и материалы для реставраторов-иконописцев, создаются необходимые
условия для подобных работ. Согласно требованиям к помещению, в котором
производятся реставрационные работы, в нем должны поддерживаться посто-
янные климатические показатели (температура, влажность и т. д.). [2] Поэтому
в мастерской будет смонтирована система вентиляции и кондиционирования,
очистки воздуха, установлены приборы по измерению температуры и влажно-
сти (термогигрометр), увлажнитель воздуха. Поддержание определенных физи-
ческих показателей важно не только для сохранения артефактов и работы с ни-
ми, но и для оптимальной работы реставраторов. Для этой же цели мастерская
оборудуется лупами с подсветкой и другими оптическими приборами, позво-
ляющими проводить более точную работу над мельчайшими деталями иконо-
писного рисунка. Для предварительного осмотра состояния поступивших икон,
более глубокого изучения красочных слоев закуплены профессиональные мик-
роскопы. Такие современные оптические приборы позволят тщательнее рас-
смотреть артефакты в ультрафиолетовом и инфракрасном излучении, а также
174
проводить микро видео- и фотосъемку участков изучаемого артефакта. Поэто-
му с их помощью можно не только проводить точные операции над артефакта-
ми, но и тщательно изучать их для дальнейших научных изысканий. Кроме
прочего, на средства, выделенные фондом президентских грантов, для осуще-
ствления реставрационных работ приобретаются специальные инструменты и
расходные материалы, соответствующие стандартам современной мастерской
по реставрации икон.
Открытие мастерской запланировано на октябрь 2019 года. Далее начнется
кропотливая работа специалистов над фондом икон, которые уже поступили и
будут поступать в течении полутора лет на протяжении проекта. Для скоорди-
нированной профессиональной работы реставраторов иконы сначала будут
проходить процедуру осмотра на реставрационном совете, который будет вы-
носить решения по каждой конкретной иконе: о ее состоянии и шагах по ее
консервации и реставрации, ее примерной атрибуции. Для этой цели к работе
мастерской привлекается профессиональный музейный реставратор. Его кон-
сультации помогут, в том числе, создать в итоге работы каталог отреставриро-
ванных икон с их описанием согласно требованиям, предъявляемым к музей-
ному фонду. Проводимые реставрационные работы будут сопровождаться до-
кументально и наглядно: в видео- и фотоснимках артефактов по этапам работы
над ними, составлении паспортов памятников искусства и др. На основе этих
материалов будут озвучиваться и презентоваться промежуточные итоги работы
мастерской на чтениях и конференциях в январе и мае 2020 г. (в виде презента-
ций, видеороликов и выступлений о ходе реставрации над иконами и их изуче-
нии).
Накопленные материалы будут оформлены на сайте Омской духовной семина-
рии как виртуальный музей старинных икон Омской епархии, доступный для
общего пользования специалистам, преподавателям, учащимся, верующим, ин-
тересующимся иконописью и православной культурой, краеведением. Отдан-
ные в дар отреставрированные иконы составят реальный музей при мастерской
семинарии. Он будет размещаться на территории учебного заведения в специ-
ально созданных выставочных стендах, содержащих различные памятники ис-
тории и культуры Омской епархии: отреставрированные иконы, небольшие по
размеру исторические артефакты, свидетельствующие о культуре, искусстве и
истории православия на Омской земле. Все экспонаты составят единую коллек-
цию музея семинарии, с определенной концепцией, и наглядно представляю-
щую историю Омской епархии.
Кроме того, на базе мастерской с начала 2020 года будут проводиться мастер-
классы и открытые публичные лекции для специалистов и учащихся, на кото-
рых участники узнают о процессе реставрации и поновлении икон. А для групп
школьников, приглашенных из общеобразовательных школ и воскресных школ
Омских храмов, будут организованы познавательные экскурсии по музею Ом-
ской духовной семинарии, посвященные истории православия на Омской зем-
ле. Кроме постоянной экспозиции в стенах учебного заведения, на протяжении
проекта состоятся две выездные выставки. Первая откроется в октябре 2019 г. в
175
картинной галерее историко-культурного комплекса «Старина сибирская» п.
Большеречье Омской области. Вторая выставка, по традиции совместно осуще-
ствляемая в сотрудничестве с музеем «Россия – моя история», запланирована на
весенне-летний период 2020 года на территории этого исторического парка.
В дальнейшем реставрационная мастерская-музей Омской духовной семинарии
может стать центром для объединения специалистов, интересующихся темати-
кой иконописи и реставрации, а также центром поддержки и продвижения пра-
вославной культуры в среде подрастающего поколения.
Вся информация по проекту и его мероприятиям предоставляется на сайте Ом-
ской духовной семинарии (www.ompds.ru), группе в социальной сети
(https://vk.com/omskseminaria) и сайте Омской епархии (http://omsk-eparhiya.ru).

Литература
1. История иконописи: Истоки. Традиции. Современность / Под ред. Т.В. Моисеевой.
М.: ИП Верхов, 2014. 288 с.
2. Филатов В. В. Реставрация станковой темперной живописи. М., 1986.

176
Диакон Сергей Крыцин
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: SKrytsin@yandex.ru

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА ПО ОТНОШЕНИЮ К ИСЛАМУ


ВО ВРЕМЯ ПРАВЛЕНИЯ ЕКАТЕРИНЫ II

Аннотация. В статье рассматривается государственная политика по отношению к ис-


ламу во время правления Екатерины Великой, анализируются ее основные направле-
ния, а также делаются выводы о степени ее реализации.
Ключевые слова: ислам; Екатерина Великая; государственно-конфессиональные отно-
шения; Россия.

Deacon Sergey Kritsyn


Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

STATE POLICY TOWARDS ISLAM DURING THE REIGN OF CATHERINE II

Abstract. the article examines the state policy towards Islam during the reign of Catherine the
Great, analyzes its main directions, and draws conclusions about the degree of its implemen-
tation.
Keywords: Islam; Catherine the Great; state-confessional relations; Russia.

Религиозная политика Екатерины II в отношении мусульман Российской импе-


рии во многом являлась продолжением деятельности Петра I, но вместе с тем
она резко контрастировала с теми государственно-конфессиональными отно-
шениями, которые имели место быть в период с 1725 по 1762 гг.
В законотворческой деятельности этого периода мы находим большую распо-
ложенность правительства по отношению к исламу. Наряду с этим не прекра-
щалась миссионерская работа Русской Православной Церкви среди мусульман.
Екатерина II, также как и ее предшественники, уделяла большое внимание во-
просу христианизации иноверческого населения российских окраин.
По свидетельству Д.Ю. Арапова, Екатерина II практически сразу по восшест-
вию на престол стала осознавать необходимость изменения государственной
политики в отношении ислама [1, с. 26].
Первым ее шагом в этом направлении стало упразднение в 1763 г. Новокре-
щенской комиссии – органа, который занимался миссионерской деятельностью
среди иноверцев и вызывал у последних особое недовольство.
Важную роль в осмыслении императрицей проблем российского ислама сыгра-
ло личное посещение Поволжья весной 1767 г. В Казани ей передали наказы
мусульманских депутатов ряда губерний в Уложенную комиссию, в которых
выражалось, в том числе, недовольство правящими кругами страны в части
177
реализации государственной политики в отношении мусульманских подданных
страны.
Пребывание в Поволжье убедили Екатерину II в том, что ислам для России иг-
рает очень большую роль, и политика его подавления и притеснения – политика
контрпродуктивная. Как сторонница идей просвещенного абсолютизма, русская
императрица больше разделяла идею религиозного многообразия, нежели кон-
цепцию монорелигиозности.
Реализация принципа веротерпимости по отношению к российским мусульма-
нам при Екатерине II растянулась на несколько лет. Отправной точкой этого
процесса можно считать обращение в 1773 г. императрицы к Святейшему Си-
ноду со следующими словами: «Как Всевышний Бог терпит на земле все веры,
то и Ее Величество из тех же правил, сходствуя Его святой воле, в сем посту-
пать изволит, желая только, чтобы между ее подданными всегда любовь и со-
гласие царствовали» [4].
После этого, 17 июня 1773 г., был оглашен Указ Святейшего Синода «О терпи-
мости всех вероисповеданий и о запрещении Архиереям вступать в дела, ка-
сающиеся до иноверных исповеданий и до построения по их закону молитвен-
ных домов, предоставляя все сие светским начальствам» [2].
Согласно этому документу, контроль за религиозной ситуацией в регионах с
мусульманским населением теперь передавался исключительно светским вла-
стям. Правящим архиереям отныне запрещалось вмешиваться в дела иноверцев,
препятствовать ремонту или постройке молитвенных зданий, изгонять их с
привычного места жительства. Указом предписывалось, чтобы на местах между
православными, мусульманами и местной властью «любовь, тишина и согласие
царствовало».
Дарование мусульманам Российской империи некоторых свобод в эпоху прав-
ления Екатерины II, в какой то степени, стало возможным вследствие непро-
стой внешней политики, которую вело государство. Необходимость обоснова-
ния права на защиту интересов немногочисленного православного населения в
той же католической Польше, мусульманских государствах Средней Азии,
стремление обеспечить спокойствие мусульманского населения Крыма, безус-
ловно, способствовали тому, что провозглашенные принципы веротерпимости
начали реализовываться на практике [1, c.27].
Дозволяя мусульманам исповедовать свою религию без особых притеснений,
государство, тем не менее, при случае пыталось создать условия для обращения
оных в православие. Так, например, после двух турецких войн Екатерина II по-
велела освобождать военнопленных мусульман – турок и татар – после того,
как они заявят о готовности принять крещение и перебраться на жительство в
Сибирь.
Не стоит преувеличивать те свободы, которые получили мусульмане от госу-
дарства. Запретов тоже хватало и их было немало. Например, при Екатерине II
мусульманам все еще запрещалось вести проповедническую деятельность, осо-
бенно среди новокрещенных.

178
Некоторые исследователи отмечают, что коренные изменения в государствен-
ной политике по отношению к мусульманам начинают происходить после по-
давления восстания Е. Пугачева. Это было связано, видимо, с тем, что прави-
тельство решило окончательно отказаться от старых методов борьбы с исла-
мом, поставить его на службу государеву и использовать как самостоятельную
силу в своих политических интересах.
Одним из первых шагов в этом направлении стал именной Указ от 1782 г. о
строительстве мечетей, школ и караван-сараев по всем крепостям Сибирской
линии. Ведя строительство за счет государственной казны, правительство пы-
талось тем самым привлечь на службу служилых татар [5, c.141].
Решением командира Сибирской линии Николая Гавриловича Огарева первую
каменную мечеть начали возводить в Петропавловске. На ее строительство бы-
ло отпущено 5 000 р., и к 1795 г. она была построена.
Каменная мечеть в Омске была возведена уже в первой трети XIX в. Ее торже-
ственное открытие произошло в 1829 г.
Еще одним шагом, демонстрировавшим расположение государства к исламу,
можно считать дозволение подданным магометанского закона избирать самим
у себя ахунов.
Сей шаг со стороны государства означал, что мусульманам вверялось право са-
мостоятельного выбора глав губернских, городских, деревенских религиозных
общин. Ранее их назначала государственная власть, исходя из собственных ин-
тересов.
С появлением вышеназванного Указа государство уже на деле демонстрирова-
ло свое обещание о предоставлении мусульманским общинам больше прав и
свобод.
Вскоре небывалые ранее привилегии были дарованы татарским князьям и мур-
зам, дозволявшие последним пользоваться всеми преимуществами российского
дворянства.
Согласно именному Указу, данному Сенату, от 22 февраля 1784 г., все выше-
перечисленные представители татарской верхушки, проживавшие в разных гу-
берниях, при предоставлении доказательств своего благородного происхожде-
ния «возстановлены будут в состоянии, им свойственном».
После этого князьям и мурзам дозволялось воспользоваться вольностями, вы-
годами и преимуществами, которые были пожалованы российским дворянам,
исключая только право покупать, приобретать и иметь крепостных или поддан-
ных христианского исповедания [3].
Особое внимание при Екатерине II было уделено организации структур управ-
ления духовной жизни российских мусульман. В ситуации, когда в исламе не
сложилось организационно-управленческой структуры наподобие церкви в
христианстве, государственная власть попыталась создать ее прототип. Стрем-
ление государства контролировать внутреннюю жизнь мусульман реализова-
лась в создании такого института как Магометанское духовное собрание. В его
появлении было заинтересовано и правительство, и мусульмане.

179
Открытие Собрания состоялось 4 декабря 1789 г. в Уфе. Согласно император-
скому Указу от 22 сентября 1788 г. Собранию подчинялись все губернии, в ко-
торых проживали магометане, кроме Таврической, где имелось собственное
высшее управление.
В ведении Собрания находились испытание претендентов на приходские долж-
ности в знании канонов ислама, надзор за действиями духовенства мусульман-
ского, строительство и ремонт мечетей, заключение браков, имущественные
споры, случаи неповиновения детей родителям, правильность исполнения му-
сульманских обрядов и ведения метрических книг (с 1828 г.) приходским духо-
венством.
Вместе с учреждением Магометанского духовного собрания в российском ис-
ламе появляется должность Муфтия – высшего духовного лица в империи.
Анализируя государственную политику по отношению к исламу во время прав-
ления Екатерины II, стоит согласиться с мнением, высказываемым большинст-
вом авторов о том, что она претерпела серьезные изменения по сравнению с
предыдущими годами. Императрица значительно расширила пределы религи-
озных прав и свобод для приверженцев магометанской веры.
Именно Екатерина II на практике реализовала важнейший принцип стабильно-
сти любой империи: «Мы вами владеем, вы нам подчиняетесь, платите налоги,
за это живите и веруйте как хотите».
В целом, религиозную политику Екатерины II можно охарактеризовать скорее
как ситуативную, нежели как четкую и целенаправленную. Безусловно, импе-
ратрица понимала, что православие является государственной религией в Рос-
сийской империи. В законодательных документах второй половины XVIII в.
например, неоднократно подчеркивалось, что переход православного в иную
веру есть преступление. Однако, с другой стороны, государство хотело полу-
чить полный контроль над мусульманами империи, действуя по тому же прин-
ципу, по которому Петр I подчинил Русскую Православную Церковь.
Императрица стремилась вызвать политическую лояльность со стороны ино-
родцев, распространяя на них некоторые привилегии их религиозной жизни.
Однако, например, разрешение Екатерины II строить мечети привело к неожи-
данным для правительства результатам. Интенсивное строительство молитвен-
ных зданий и открытие при них медресе в конце ХVIII в. мусульмане использо-
вали для создания независимой от официальной идеологии системы народного
образования. Со временем она стала интеллектуальной базой для распростра-
нения новых идей.

Литература
1. Арапов Д.Ю. Исламская политика Екатерины Великой // Вестник Московского уни-
верситета, серия 8. История, 2014. № 5.
2. Полное собрание законов Российской империи. СПб.,1830. Т.19. С. 775-776 (№ 13996,
17.06.1773 г.) – Синодский. – О терпимости всех вероисповеданий и о запрещении Архиере-
ям вступать в дела, касающиеся до иноверных исповеданий и до построения по их закону
молитвенных домов, предоставляя все сие светским начальствам

180
3. Полное собрание законов Российской империи. СПб.,1830. Т.22. С. 51-52 (№ 15936,
22.02.1784 г.) – Именный, данный Сенату. – О позволении князьям и мурзам татарским поль-
зоваться всеми преимуществами российского дворянства
4. Русак В. История Российской Церкви. Электронная версия. Режим доступа:
[https://azbyka.ru/otechnik/Istorija_Tserkvi/istorija-rossijskoj-tserkvi/]. Дата обращения:
05.09.2019.
5. Софронов В.Ю. Государственное законодательство России по конфессиональным во-
просам и православное миссионерство в конце XVII – начале XX в. // Известия Алтайского
государственного университета, 2007. Вып. 4-2.

181
Ольга Николаевна Лобзова
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: lon.68@mail.ru

ТЕНДЕНЦИИ В СТАНОВЛЕНИИ ИКОНОПИСИ КОНЦА 90-Х- НАЧАЛА


2000-Х ГГ. В ОМСКО – ТАРСКОЙ ЕПАРХИИ

Аннотация. Судьба церковных искусств – в частности, иконописи – в России XX века


была очень непростой. Больше половины столетия прошли под знаком борьбы госу-
дарства с церковью и ее духовной составляющей, которой являлась икона. Выход зако-
на об отмене уголовной ответственности, вышедший в 1988 году, привел к тому что в
иконопись хлынул большой поток как профессиональных художников, так и любите-
лей. Можно сказать, что период становления иконописи еще далеко не завершен.
Ключевые слова: иконопись; открытие; техника; ошибки; художники; иконописцы.

O. N. Lobzova
Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

TRENDS IN THE DEVELOPMENT OF ICON PAINTING IN THE LATE 90S AND


EARLY 2000S. IN THE OMSK – TARA DIOCESE

Abstract. The fate of the church arts – in particular, icon painting – in Russia of the XX century
was very difficult. More than half a century passed under the sign of the state’s struggle with
the church and its spiritual component, which was the icon. The release of the law on the abo-
lition of criminal liability, issued in 1988, led to the fact that a large stream of both profes-
sional artists and amateurs poured into the icon painting. We can say that the formation pe-
riod of icon painting is far from over.
Keywords: icon painting; opening; technics; errors of painters; icon painters.

Судьба церковных искусств – в частности, иконописи – в России XX века была


очень непростой. Больше половины столетия прошли под знаком борьбы госу-
дарства с церковью и ее духовной составляющей, которой являлась икона.
Символично то, что именно на пороге 20 века состоялось открытие иконы как
уникального художественного явления для мировой культуры. Открывшиеся
древние образцы заставили восхищаться мировую общественность насыщенно-
стью и яркостью цвета, духовной глубиной образов, в том числе и глубоким бо-
гословием, в русле которого развивалась икона.
Дальнейшее развитие историко-археологического направления, проводившиеся
иконографические исследования, зародившаяся и развивавшаяся научная рес-
таврация, подготовили почву для возрождения иконы. Выход закона об отмене
уголовной ответственности, вышедший в 1988 году, привел к тому что в иконо-
пись хлынул большой поток как профессиональных художников, так и любите-
лей. Кажущаяся простота и лаконизм древних образов заставляют думать о
182
простоте исполнения. – «И я так смогу» – именно такую фразу можно было ус-
лышать от многих художников в этот период. Приходилось постоянно слы-
шать, что хороший художник, получивший классическое образование, может
сам по себе, без всякой школы, если пожелает, заниматься церковными искус-
ствами. Эта точка зрения поддерживалась и искусствоведами – «Художник
плоть от плоти своего времени, и все же они стоят еще как бы и над ним или
даже в какой-то мере вне его. Религиозное чувство переживается художником
лично, но благодаря воплощению в художественном образе пережитое лично
становится доступно другим. Субъективный опыт одного (художника) пережи-
вается субъективным опытом многих (зрителей, критиков) и таким образом
возникает определенное поле взаимодействия, где отрабатываются объектив-
ные критерии оценки религиозного опыта человека в целом» [2, с. 49].
Характерная точка зрения для этого периода, в целом правомерная, но для жи-
вописи на религиозный сюжет, а не для молельного образа, являющегося атри-
бутом литургии – «Иконе», именно в этом случае художники очень часто не
видели особой разницы. Изучая лаконизм святых ликов и проникаясь духовно-
стью образов, многие художники смогли переосмыслить изначальную точку
зрения, уйти далеко, именно из них выросли нынешние профессиональные
иконописцы.
Уже в конце первого десятилетия 2000-х годов иконописец Екатерина Ильин-
ская в своей книге «Секреты иконописца» пишет – «Секрет этот заключается в
том, что мастер, создавая икону, отрекается от себя и отдает душу Господу,
чтобы Он через руки художника воплотил Свой Божественный Замысел» [3, c.
125].
Будущие иконописцы шли к своей цели долгим и трудным путем как отмечает
та же Екатерина Ильинская – «В восьмидесятые годы, когда не было иконопис-
ных школ, студий и курсов, не было книг по этой тематике, мастера передавали
друг другу свои знания как открытие, откровение» [3, c. 126].
Приходится достаточно часто ссылаться именно на этого автора, поскольку и в
настоящее время не так много учебного материала по этому предмету, но он
есть, благодаря мастерам подвижникам, искавшим архивные записи, пробовав-
шим техники старых мастеров, все это описывая в своих заметках и статьях.
Были и другие художники-профессионалы, которых больше увлекала икона как
произведение искусства. Они не вдавались в литургику образа. Ими в основном
создавались копийные произведения, которые неосознанно могли повторять
ошибки артефакта, бравшегося за образец. В силу классического художествен-
ного образования более понятны становились иконы так называемого фряжско-
го письма, т.е более вочеловеченно написанные. Простые для понимания и
привычные для восприятия художника, выросшего в рамках социалистической
культуры, они становились образцом для подражания. Чаще всего для копиро-
вания брались образцы икон конца XIX – начала XX века, по-своему сложного
и интересного периода для иконописи.
Так же как и в период конца XX века, в конце XIX века в связи с открытием
иконы для мирового сообщества в иконопись хлынул поток профессиональных
183
художников, стремящихся найти себя на этом поприще. Художники, выросшие
в традициях дореволюционной православной культуры, понимали всю слож-
ность писания Святых образов, но тем не менее тоже допускали ошибки. Так,
иконостас, написанный Николаем Рерихом в этот период так и не был освящен.
Ошибки, допущенные иконописцами в этот период, достаточно часто обсужда-
лись духовенством, писались статьи, давались рекомендации. Специальные
требования к иконам были разработаны и описаны Л.И. Денисовым (епископ
Каширский Арсений) –
1. Верность композициям, унаследованным от христианской древно-
сти, если они не заключают в себе ничего противного православной дог-
матике и каноническим постановлениям.
2. Соблюдение церковно-исторических и археологических указаний
применительно к изображению построек, костюмов и утвари.
3. Сохранение этнографических в типах лиц и географических (в пей-
зажах) особенностей данной местности и эпохи.
4. Точное и неуклонное изображение общественных символических
признаков, присутствием которых до некоторой степени свидетельству-
ется православные иконы [1].
Казалось бы, такие простые правила, но как они были актуальны на сломе ве-
ков. Иконописцы конца XX века, выросшие вне традиций православия, не зная
догматику иконы, допускали более серьезные ошибки. Осознавая это, некото-
рые навсегда уходили из иконописи, некоторые подавали свои промахи как
своеобразную стилистику, на которую творец-художник имеет право. И такие
иконы в этот период были востребованы. Открывали свои двери отреставриро-
ванные древние храмы, строились новые, им требовалось наполнение, и, к со-
жалению, на периферии к этому относились менее щепетильно. Образцы напи-
санных в тот период икон с ошибками до сих пор можно встретить в удаленных
храмах и часовнях. Казалось бы, этот сложный и интересный период становле-
ния завершен, ведь появились иконописные школы, сведущие преподаватели
взращивают молодых иконописцев, работающих в разных направлениях цер-
ковных искусств, но все-таки, нет-нет да и попадется икона с различными на-
рушениями. Можно сказать, что период становления иконописи еще далеко не
завершен.

Литература
1. Покровский Н.В. Практические меры к улучшению нашего иконописания // Право-
славное русское слово. – 1905.
2. Пятые омские искусствоведческие чтения «Современное искусство Сибири как со-
бытие». 19 апреля 2005 года. Материалы республиканской научной конференции / Отв. Ре-
дактор В.Ф. Чирков. – Омск: «Издательский дом «Наука»», 2005. – 164с.;ил.
3. Секреты иконописца. Энциклопедия мастерства. Тираж 1000 экз. Подписано в печать
24.03.10. М.: Иконописная мастерская Екатерины Ильинской, 2010.

184
Иерей Михаил Морозов
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: mmorozov@list.ru

РАЗМЫШЛЕНИЯ СВЯТИТЕЛЯ ФИЛАРЕТА (ДРОЗДОВА)


О МЕРАХ ПОДГОТОВКИ ДОСТОЙНЫХ КАНДИДАТОВ
К ПАСТЫРСКОМУ СЛУЖЕНИЮ

Аннотация. В данной статье автор предлагает на рассмотрение позицию о направле-


ниях развития духовного образования, которое изложено в резолюциях и отзы-
вах прославленного святителя Филарета (Дрозова), митрополита Московского. Автор
разбирает основные пункты «Положения о занятиях и содержании воспитанников,
окончивших Богословское обучение», созданное святым Филаретом и предлагает их
рассматривать в контексте нынешней реформы богословского образования, что при-
несло бы пользу на благо Святой Православной Церкви.
Ключевые слова: митрополит Филарет (Дроздов), богословское образование, священст-
во.

Priest Mikhail Morozov


Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

REFLECTIONS OF ST. FILARET (DROZDOV) ON MEASURES TO PREPARE


WORTHY CANDIDATES FOR PASTORAL SERVICE

Abstract. In this article, the author proposes to consider the position on the directions of de-
velopment of theological education, which is set out in the resolutions and reviews of the fa-
mous St. Philaret (Drozov), Metropolitan of Moscow. The author examines the main points of
the “Regulations on the classes and the maintenance of pupils who have completed theological
studies”, created by St. Philaret and suggests that they be considered in the context of the cur-
rent reform of theological education, which would be beneficial for the benefit of the Holy Or-
thodox Church.
Keywords: Metropolitan Filaret (Drozdov), theological education, priesthood.

Святитель Филарет Московский был одним из видных руководящих деятелей


своего времени, всесторонне образованным иерархом, внёсшим значительный
вклад в развитие духовно-учебной и научно-богословской областей. Деяния
святого Филарета – первоначально как ректора Академии и члена Комиссии
духовных училищ, затем как ревизора духовных школ и архипастыря – охваты-
вает целую эпоху: от одной духовно-учебной реформы (1814 г.) до другой
(1867–1869 г.г.), начало которой он ещё застал.
По словам протоиерея Г. Флоровского, святой Филарет всегда подчёркивал не-
обходимость богословствовать как «единственное и незаменимое основание
целостной духовной жизни» [6, с.172]. Это невозможно без получения соответ-
ствующего образования, чтения книг и духовного подвига. К сожалению и во
185
времена Святителя нередко можно было увидеть как некоторые пастыри, со-
вершая Божественную литургию, вместо усиленного моления начинали разби-
рать буквы, запутывались и теряли понимание священных слов. По словам
Владыки, если во время чтения Евангелия духовенство будет читать с ошибка-
ми, торопливо и неправильно заменяя слова, то это «приведет в замешательство
слушающих и внесет соблазн в храме» [1, Т.1, с. 371-372]. В конечном итоге,
может привести к ослаблению доверия и «взаимной благонадежности между
правящим и правимыми словом истины» [3, с.103].
Чтобы подобных ситуаций не происходило, Святитель предлагал открыть осо-
бые подготовительные классы для тех, кто окончил полный курс семинарии и
желал получить священный сан. Предполагалось устраивать занятия в течение
двух часов в субботу с утра или в воскресение после обеда. В первой половине
урока руководитель должен был проводить беседы о предметах пастырской
деятельности, а во второй части урока – проверять выполнение домашних зада-
ний. Кроме этого учащиеся должны были проходить церковно-богослужебную
практику на приходах и составлять церковные поучения. Руководство такого
подготовительного класса, по проекту, должно было подавать Святителю не-
сколько раз в году списки кандидатов с подробными характеристиками о спо-
собностях в обучении и в поведении.
В конечном итоге святым Филаретом было издано «Положение о занятиях и
содержании воспитанников, окончивших Богословское обучение» (не ранее
1830 и не позже 1834г.г.) [2, с.17]. Владыка понимал, что проблемы материаль-
ного обеспечения, бытовые условия выпускников занимают далеко не послед-
нее место в их жизни. Эти проблемы были очень важными, так как большинст-
во учащихся – выходцы из бедных церковных семей. Поэтому в соответствии с
«Положением» выпускники должны были содержаться дома или у родственни-
ков. В случае бедности студентов, их можно было распределять для прожива-
ния в монастырские или архиерейские дома, но всё зависело от удобств и мате-
риального обеспечения этих мест. Если же студент обещал своими успехами
«особую пользу для семинарии», то мог оставаться жить и в общежитии [1, Т.1,
с. 404, 405–406, 593, 597].
Было предложено по пунктам то, чем должны заниматься лица, готовящиеся к
церковному служению:
а) чтение Священного Писания с толкованиями, которые даются в писаниях
святых отцов и других православных экзегетов;
б) чтение творений святых отцов с обязательной выпиской всех особо важных
размышлений по поводу пастырской деятельности и обстоятельный разбор со-
чинений такого рода;
в) изучение церковной истории и житий святых с выпиской особо назидатель-
ных примеров и собственные размышления по этому поводу;
г) изучение богослужебных книг и устава богослужения с чтением книг по ли-
тургике;

186
д) чтение Книги правил и канонов Церкви с выпиской важных для пастырского
служения правил с собственными размышлениями о целях, задачах и взаимо-
действии этих правил;
е) изучение апологетической литературы с целью увеличения знаний по поводу
расколов и ересей, а также основные возражения против них;
ж) составление проповедей с обязательной проверкой Ректором семинарии или
местным благочинным или епархиальным цензором;
з) изучение иностранных языков с целью переводов на русский язык назида-
тельных творений о вере и нравственности или с русского языка на местный
язык населения, например, на молдавский язык в Кишиневской епархии;
и) живущим в городе, где есть семинария желательно посещение некоторых
уроков для самосовершенствования, особенно необходимо приходить на заня-
тия в богословский класс.
Кроме домашней подготовки подчёркивалась необходимость церковной прак-
тики, которая должна была заключаться в обязательном посещении храма и
участии в богослужении для наглядного изучения устава, правильного чтения и
пения.
«Положение» предусматривало контроль над выполнением вышеперечислен-
ных занятий, когда «не определенные к месту» выпускники представляли отче-
ты о выполнении работ, вёлся их анализ и аттестация. Такие же требования
предъявлялись и к выпускникам академии [2, Т.2, с.17-20]. При назначении на
приход учитывалась старательность и прилежание учащихся. Кроме этого, су-
ществовали правила, по которым окончившие академический или семинарский
курсы обучения имели преимущество перед прочими кандидатами [2, Т.4,
с.220].
Изложенные в своё время мнения святителя Филарета о духовно-нравственном
воспитании и постановке образовательного процесса в духовно-учебных заве-
дениях имеют большое значение и в настоящее время. Означенные выше пред-
ложения по достоинству оценивались при последующих реформах духовного
образования. По словам протоиерея Георгия Флоровского, «именно эта духов-
но-школьная сеть оказалась подлинным социальным базисом для всего разви-
тия русской культуры и просвещения в XIX в.» [5, с.229].
Наши духовные школы и в настоящее время сохраняют, в общем, тот самый
настрой, который они получили некогда от прославленного Иерарха. И как
точно подметил протоиерей Георгий Флоровский: «Филаретовы заветы… не
устарели, но вновь юнеют, ибо сильны тем пламенем веры, которым горела его
скорбная и твердая душа» [6]. Думается, что не лишним было бы обратиться за
разрешением некоторых вопросов, связанных с духовно-учебными заведения-
ми, к прославленному святителю и в настоящее время ввиду нынешней рефор-
мы богословского образования, что принесло бы несомненную пользу на благо
Церкви.

187
Литература
1. Полное собрание резолюций Филарета, митрополита Московского: в 5 т. / С предисл.
и примеч. проф. И.Н. Корсунского и протопресвитера Большого Успенского Собора В.С.
Маркова. М.: Изд-во редакции ДЧ, 1903–1916 г.г.
2. Собрание мнений и отзывов Филарета, митрополита Московского и Коломенского, по
учебным и церковно-государственным вопросам. В 5 т. / Изд. под ред. преосвященного Сав-
вы, архиепископа Тверского и Кашинского. СПб., 1885–1888 г.г. (Т. 1–3 – 1885, Т. 4 – 1886,
Т.5 [в 2-х кн.] – 1888, Т. доп. – 1887).
3. Сушков Н.В. Записки о жизни и времени святителя Филарета, митрополита Москов-
ского / сост. Н. В. Сушков. М.: Тип. А.И. Мамонтова, 1868. – 294 с.
4. Филарет (Дроздов), свт. Сборник мыслей и изречений митрополита Московского
Филарета. – URL: http://pagez.ru/philaret/nasl_008.php (дата обращения: 17.09.2019).
5. Флоровский Г., прот. Пути русского богословия. Минск: Изд-во Белорусского Экзар-
хата, 2006. – 607 с.
6. Флоровский Г., прот. Филарет, митрополит Московский. – URL:
http://www.kharkov.zachalo.ru/pagez/philaret/about030.php.htm (дата обращения: 4.09.2019).

188
Протоиерей Сергей Викторович Черкасов
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: cherkasov.cergei@mail.ru

ИСТОРИЯ ЦЕРКОВНО-ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ НА ПРИМЕРЕ


ПРИХОДОВ ЦЕРКВЕЙ СЕДЕЛЬНИКОВСКОГО РАЙОНА ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

Аннотация. В статье рассматривается три этапа церковно-государственных отноше-


ний (синодальный, советский, постсоветский) на примере Седельниковского района
Омской области. Дается характеристика историографии вопроса.
Ключевые слова: Омская область; церковно-государственные отношения; Седельни-
ковский район

Archpriest Sergey Cherkasov


Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

THE HISTORY OF CHURCH-STATE RELATIONS ON THE EXAMPLE


OF PARISHES OF CHURCHES OF THE SEDELNIKOVSKY DISTRICT
OF THE OMSK REGION

Abstract. The article considers three stages of church-state relations (synodal, Soviet, post-
Soviet) using the example of the Sedelnikovsky district of the Omsk region. The historiogra-
phy of the issue is described.
Keywords: Omsk region; church-state relations; Sedelnikovsky district.

История Русской Православной Церкви является неотъемлемой частью истории


России. В наше время изучение церковной истории особенно актуально в связи
с возрождением церковной жизни. Изучение церковной истории немыслимо без
изучения истории отдельных приходов, храмов, монастырей. К сожалению,
история приходов церквей Седельниковского района малоизученна, так как
местные историки – краеведы к данной теме почти не обращались.
Местные краеведы Н.Ф. Морозова и Р.С. Шевченко, учителя истории Седельни-
ковской школы, в 1999 году издали очерки по истории Седельниковского района
«В заиртышских далях» [1]. В 2000 году эти же авторы издали учебное пособие
по краеведению «Край мой отчий. Седельниковский район» [2]. Однако в этих
работах почти нет сведений по истории приходов. Эта тема местных краеведов
не интересует. История заселения и освоения территории района, истории
возникновения и развития деревень, особенно малых и исчезнувших, Пересе-
ленческое движение в Сибири, связанное с аграрной реформой, установление
Советской власти, история гражданской войны и партизанского движения,
коллективизация, колхозное строительство, участие седельниковцев в Великой
Отечественной войне, послевоенное восстановление и развитие хозяйства – вот
темы исследований местных краеведов.
189
Датой основания села Седельниково считается 1785 год. Эта дата и является
нижней хронологической границей исследования. Верхней датой исследования
является 2019 год. Географические рамки исследования ограничиваются
территорией Седельниковского района Омской области в его современных
границах.
Изучение церковной истории, в том числе истории отдельных приходов,
неразрывно связано с темой церковно-государственных отношений.
На территории Седельниковского района в начале XX века существовало 7 дей-
ствующих церквей в селах Седельниково, Кейзесс, Унара, Кукарка, Рагозино,
Верхняя Баклянка и Яранка. Кроме того, в Седельниково существовала старо-
обрядческая церковь.
История приходов церквей Седельниковского района с точки зрения церковно-
государственных отношений может быть разделена на три периода:
1 период – с конца XVIII века до падения монархии в России в феврале 1917 г.
2 период — правление Временного правительства и время советской власти до
1990 г.
3 период — с 1990 г. по настоящее время.
Каждый из этих периодов имеет свои характерные особенности.
1 период «синодальный» (1700-1917 гг.). До синодального периода за Уралом
были единственная Тобольская епархия (создана в 1620 году). В XVIII веке
открыты Иркутская (1727) и Оренбургская, а в ХIХ веке были основаны новые
епархии: Томская (1832), Камчатская (1840), Енисейская (1861), Якутская
(1868), Туркестанская (1871), Забайкальская (1894), Омская (1895) и
Владивостокская (1898).
В конце XIX века в связи с переселенческим движением в Сибири развернулось
активное церковное строительство. В целом этот период церковной истории
достаточно хорошо изучен. Существует множество научных исследований и
публикаций по данной теме.
Следует обратить внимание на монографию Н.И. Лебедевой «Храмы и
молитвенные дома Омского Прииртышья», которая посвящена истории и
архитектуре храмов и молитвенных домов всех традиционных конфессий на
территории Омского Прииртышья [3]. В данной работе есть упоминание о
Кейзесской церкви с фотографией 1961 г.
2 период 1917-1990г. Этот период начинается с непродолжительной эпохи
Временного правительства а затем охватывает весь советский период вплоть до
распада Советского Союза.
Революционные преобразования в России затронули все стороны жизни
общества, в том числе и Церковь. Они повлекли за собой коренной переворот в
отношениях между Церковью и государством.
В 1937 г. на территории района были закрыты все церкви и арестовано все
духовенство поголовно. В 1937 г. фактически прекратила свое сущестование
Омская епархия. Хотя в 1946 г. епархия была восстановлена, до 1990 г. на
территории Седельниковского района не было ни одного действующего храма и
церковное богослужение не совершалось.
190
В целом этот период истории очень хорошо изучен и описан в многочисленных
научных исследованиях и публикациях. Преподаватель Омского государствен-
ного технического университета Н.А. Неживых на основании архивных
документов написал 1998 г. обстоятельную монографию по теме «Взаимоотно-
шения партийных и советских органов с Православной Церковью в 1920 – 1929
гг. (на материалах Западной Сибири)» [4]. Данная работа является иссле-
дованием по истории церковно-государственных отношений в Западной Сибири
в этот период.
3 период начался в 1990 г. с распадом Советского Союза и продолжается до
настоящего времени.
Изменения, происходившие в нашей стране во второй половине 1980-х годов,
затронули все стороны жизни нашего общества, в том числе и жизнь
церковную.
Закон «О свободе вероисповеданий», принятый в 1990 году, ознаменовал
переход к принципиально иному правовому положению Русской Православной
Церкви и всех религиозных объединений. Он впервые обеспечил подлинную
свободу вероисповедания для всех граждан.
Впервые именно на уровне закона определялся вопрос свободы
вероисповедания, правового положения религиозных объединений. За весь
советский период нашей истории никогда не принимался какой-либо закон о
свободе совести или религиозных объединениях. Всегда советская власть
регулировала государственно-церковные отношения, определяла положение
верующих и религиозных объединений не законами, а правовыми актами более
низкой значимости. Основным было Постановление ВЦИК и Совнаркома «О
религиозных объединениях» от 8 апреля 1929 года.
С принятием закона 1990 года были отменены юридические ограничения
свободы вероисповедания и деятельности религиозных объединений,
существовавшие в советском законодательстве о религиозных культах.
Прежде всего, была отменена советская система ограничений и ущемлений
Церкви, религиозных организаций и верующих, система государственного
контроля, стремившаяся проникнуть во все сферы внутрицерковной жизни,
ограничить влияние Церкви на общественную жизнь, удалить веру из
общественного сознания.
С принятием в 1990 году закона «О свободе вероисповеданий» граждане нашей
страны получили право беспрепятственно совершать богослужения,
объединяться для совместного исповедания и распространения веры.
Следует вспомнить также, что обязательная регистрация религиозных
объединений в советское время не сопровождалась наделением их правами
юридического лица. Уже ленинский декрет 1918 года, объявлявший «все
имущества церковных и религиозных обществ народным достоянием», лишал
также религиозные сообщества прав юридического лица, тем самым затрудняя
их участие в гражданских правоотношениях, лишая их возможности обладать
собственностью. Как результат, религиозные общества были весьма стеснены в
возможностях вести любую хозяйственную деятельность, обеспечивать свои
191
материальные нужды.
В 1990 г. началось возрождение церковной жизни и на территории Седельни-
ковского района.

Литература
1. Морозова Н.Ф., Шевченко Р.С. В заиртышских далях. Очерки истории Седельников-
ского района. Омск: Омское книжное издательство. 1999.
2. Морозова Н.Ф., Шевченко Р.С. Край мой отчий. Седельниковский район (1924-1999):
Учебное пособие. Омск, 2000.
3. Лебедева Н.И. Храмы и молитвенные дома Омского Прииртышья. – Омск: изд-во Ом-
ГПУ; 2003. 256 с.
4. Неживых Н.А. Взаимоотношения партийных и советских органов с Православной
Церковью в 1920 – 1929 гг. (На материалах Западной Сибири): Автореф. на соиск. степ.
к.и.н. – Омск, 1998.

192
Вадим Юрьевич Пушков
Омская духовная семинария,
Россия, г. Омск
E-mail: pushkov79@mail.ru

НАЧАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ В РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ


НА РУБЕЖЕ XIX – XX ВВ.: ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Аннотация. В статье рассматриваются историографические подходы к изучению на-


чального образования в Русской Православной Церкви рубежа XIX-XX вв.: в советский
период, эмигрантские исследования, постсоветский период на общероссийском и ре-
гиональном уровнях.
Ключевые слова: историография, начальное образование, церковно-приходские школы,
Русская Православная Церковь.

V. Y. Pushkov
Omsk Theological Seminary of the Omsk Diocese of the Russian Orthodox Church,
the Russian Federation, Omsk

PRIMARY EDUCATION IN THE RUSSIAN ORTHODOX CHURCH AT THE TURN


OF THE XIX – XX CENTURIES: HISTORIOGRAPHIC ASPECT

Abstract. The article discusses the historiographic approaches to the study of primary educa-
tion in the Russian Orthodox Church at the turn of the XIX-XX centuries: in the Soviet period,
emigrant studies, the post-Soviet period at the national and regional levels
Keywords: historiography, primary education, parish schools, Russian Orthodox Church.

В отечественной историографии проблема начального образования в Русской


Православной Церкви на рубеже XIX – XX вв. мало изучена. Существуют ис-
следования, посвященные отдельным сторонам данной проблемы, но о серьез-
ной фундаментальной работе говорить не приходится. Церковно-приходская
школа никогда не была предметом особого исследования. Ее значение и оценка
зависели от отношения исследователей к Церкви, и использовалась в апологе-
тических целях, либо наоборот, чтобы доказать ненужность религии. Сущест-
вующие исследования можно разделить условно на две части: всероссийские и
региональные.
Первые попытки изучения роли и места церковно-приходских школ относятся к
началу XX в. Авторы подобных исследований – русский историк и социолог
П.Н. Милюков и Н.П. Малиновский – стояли на либеральных позициях и доста-
точно критично относились к церковной школе, отдавая предпочтение земской.
Поэтому мы не найдем у них глубокой разработки проблемы начального обра-
зования в Русской Православной Церкви, обращения к фундаментальным осно-
ваниям и причинам появления. Их работы необходимы для рассмотрения цер-
ковно-приходских школ в системе российского начального образования и, от-
части, взаимодействия со школами других ведомств.
193
Важную роль для исследования представляет «Записка о церковных школах»
изданная в 1905 г., где дается общий обзор школьной деятельности православ-
ного духовенства с позиции Церкви.
Особое значение вопрос о начальном образовании и воспитании имел в перио-
дической печати начала XX века. Собственно церковно-приходской школе по-
священо немало статей в «Церковных Ведомостях», «Народном образовании»,
«Божьей Ниве», которые печатались при типографии Св. Синода или по его
благословению. В статьях описываются трудности, которые стояли перед цер-
ковной школой и тяготы учительской профессии, в то же время, огромное зна-
чение их в просветительской деятельности и религиозно-нравственном окорм-
лении православных христиан.
Вопросы просвещения и образования поднимались также на страницах газет и
журналов либерального характера, как-то «Русская школа», «Сибирские вопро-
сы», «Для народного учителя», «Народный учитель» и др. Именно здесь была
заложена традиция очернения церковно-приходских школ. Советские историки,
при исследовании истории образования рубежа XIX-XX вв. опирались на по-
добные издания, благодаря чему в советскую историческую науку прочно во-
шло мнение о церковно-приходской школе как рассаднике невежества.
Следующий период, который охватывает почти 70 лет советской власти, харак-
теризуется не только ничтожным количеством исследовательской литературы
по данной проблеме, но и крайне негативными оценками. Чаще всего о церков-
ной школе говорилось несколько слов в работах посвященных Церкви, культу-
ре и образованию. Утвердилось мнение, что церковно-приходская школа имела
целью воспитание забитых рабов, затемнение народного сознания, проповедь
национальной вражды и нетерпимости, сравнивали с лампочкой-коптилкой, ко-
торая лишь пропускает тусклый свет [1]. Царское правительство обвинялось в
том, что оно препятствовало всячески распространению просвещения, т.к. в не-
вежестве народных масс видело одну из основ своего господства [5]. Хотя в 80-
90 гг. XX в. заметны нейтральные характеристики, но это лишь небольшие за-
рисовки, необходимые для фиксации самого факта существования церковно-
приходских школ [3; 6].
Деятельность Русской Православной в области образования и просвещения
привлекла внимание историков, эмигрировавших из России в связи с револю-
цией 1917 г. Особое место занимает труд И.К. Смолича, посвященный истории
Русской Церкви в синодальный период. Этот труд свободен от крайних и пред-
взятых оценок. Отдельную главу автор посвятил преподаванию религии в свет-
ских и церковно-приходских школах в период от Петра I до 1917 г. Появление
церковно-приходских школ он связывает с деятельностью обер-прокурора Св.
Синода К.П. Победоносцева, который стремился сделать народное образование
делом Церкви. Он видит церковно-приходскую школу как главную часть цер-
ковно-политической деятельности К.П. Победоносцева, который является од-
новременно причиной ее появления. Закономерно напрашивается вывод: не
будь К.П. Победоносцева – не было бы церковной школы. Обилие фактическо-
го материала, ссылки на законодательные акты позволяют сконструировать
194
внешнюю картину деятельности церковно-приходских школ: их цель, учебную
программу, финансирование, число учащихся и т.п. Важен вывод Смолича о
том, что церковная школа не сумела выполнить задач, поставленных перед ней.
По сути, труд И.К. Смолича на данный момент можно считать наиболее под-
робным исследованием, хотя он писал в 1930-40 гг. и ему были не доступны
многие источники. Современная ситуация позволяет значительно дополнить
его исследования, рассмотреть данную проблему с других ракурсов.
Другой эмигрантский историк Д.В. Поспеловский крайне пессимистичен при
взгляде на Церковь конца XIX – начала XX вв. Он рассматривает Церковь как
инструмент, с помощью которого Победоносцев пытался заморозить общество,
и церковно-приходская школа трактуется в данном контексте. При ее помощи
К.П. Победоносцев пытался подавить стремление народа к образованию [9].
В эмигрантской исследовательской литературе мы видим, что история церков-
но-приходской школы неразрывно связана с именем К.П. Победоносцева. Так-
же и в отечественной исторической науке прослеживается эта связь. В 1996 г. в
серии «Pro et contra» вышла книга о К.П. Победоносцеве глазами его современ-
ников, где наряду со статьями явно апологетического характера встречаем и
весьма негативные. Значение же церковно-приходских школ видится в отноше-
нии автора к личности К.П. Победоносцева, хотя упоминание о ней крайне ред-
ко.
В советский период получила широкое распространение вторая тенденция. Так
Е.Ф. Грекулов, называя К.П. Победоносцева «российским Торквемадой», обви-
няет его в стремлении превратить Церковь в тайную полицию и уничтожить в
народе жажду просвещения. Стремясь доказать тезис о реакционности школ, он
утверждает, что в церковной школе запрещалось использовать учебные посо-
бия и новые методики преподавания [2].
В современной периодической печати можно встретить статьи, посвященные
церковной и политической деятельности К.П. Победоносцева, где затрагивается
вопрос о начальном образовании. Однако эти работы дают отрывочные харак-
теристики церковных школ. Начальное образование рассматривается не как
существенная проблема в жизни церковного народа, но как простой факт нашей
истории [8, c. 125-136; 10, c. 80-85]. Из этого ряда выбивается статья Б.А. Фи-
липпова [11, c. 104-109]. Автор рассматривает систему образования в деле со-
хранения социальной стабильности. Вся политика II половины XIX в. была на-
правлена на поиск оптимального варианта для народа. Выход был найден в соз-
дании системы церковно-приходских школ. К.П. Победоносцев у него, наряду с
П.Ф. Ушинским и С.А. Рачинским, относится к «национальному лагерю» оте-
чественной педагогики, ставивший на первое место развитие государства при
сохранении социальной стабильности. Т.е. в сфере народного просвещения
К.П. Победоносцев мыслил, прежде всего, государственными интересами.
Научный интерес к проблеме начального церковного образования появился во
II половине 1990-х гг. Обращен