Вы находитесь на странице: 1из 408

S B. Краснов Родные К А ЗА К И П.Н.

Краснов

Родные казаки!
шй
клзлчье злрувежье

П.Н. Краснов

РОДЛШ Ш Ш ! . .
(Сборник статей, рассказов,
очерков и отрывков из романов и повестей)

Составитель К.Н. Хохульников

Ростов-на-Дону
Некоммерческий фонд «Казачье зарубежье»
2007
ББК 84-44
К 86

П .Н .К раснов
Родные казаки!.. (Сборник статей, рассказов, очер-
^ ков и отрывков из романов и повестей). - г. Ростов-на-
Дону: «Ростиздат», 2007. - 400 с. с илл.

Очередное издание библиотеки «Казачье зарубежье» - сборник про­


изведений Атамана Всевеликого Войска Донского, генерала от кавале­
рии П.Н. КРАСНОВА «Родные казаки!..» - составлен исследователем
истории казачьего зарубежья и его культурно-исторического, духовно­
го наследия, директором Некоммерческого фонда «Казачье зарубежье»
К.Н. ХОХУЛЬНИКОВЫМ (г. Ростов-на-Дону).
За содействие в сборе материалов для сборника наша искренняя
признательность О.П. ЖАВОЯН (США), В.А. БЫКАДОРОВУ (ФРГ),
Н.Н. ПРОТОПОПОВОЙ (США),|А.Г. ТОКАРЕВИЧ |(США), И.В. ЛУКЬ­
ЯНОВОЙ (США), Н.Л. КАЗАНЦЕВУ (США) и К.М. АНТИЧ (ФРГ).

ISBN 978-5-7509-0828-8
© П.Н. Краснов, 2007
© К.Н. Хохульников, вступительная
статья, составление, 2007
Любил Россию и Лон...

Деятельность генерала Краснова ещё ждёт


своего летописца. После блестящей военной ка­
рьеры в Русской Императорской Армии судьба
поставила его во главе Всевеликого Войска Дон­
ского в дни тяжёлой борьбы Дона за свою сво­
боду...
Трагическим был его конец...
Б.А.Богаевский (Ф ранция). «Родимый край»
(Ф ранция), № 88, июль-август 1969 года.

В российскую литературу и историю постепенно приходят,


но, к сожалению, медленно, имя и богатейшее литературное
наследие одного из крупнейш их русских писателей XX столе­
тия, бывшего (1918-1919 годы) Атамана Всевеликого Войска
Донского, казака станицы Каргинской, Верхне-Донского ок­
руга, Области Войска Донского, генерала от кавалерии Петра
Н и к о л а е в и ч а КРАСНОВА (2 9 .0 6 .1 8 6 9 , г.С .-П етер б у р г -
16.01.1947, внутренняя тюрьма НКВД, г. Москва)1.
Р од и л ся будущ ий писатель и А там ан в славной своими
героическими предками старинной казачьей семье. «...Отец
его, вспоминал бывший командующий Донской армией ге­
нерал С.В. Денисов, - служил в С.-Петербурге (в Главном Уп­
равлении И ррегулярны х (казачьих войск - К .Х .), имея лишь
внутреннюю духовную связь с Тихим Доном. Родовые свои
земли и барские усадьбы отец его по собственной воле пере­
дал и роздал бывш им своим крепостны м крестьянам и ж ил 12

1 Здесь и далее все даты до октября 1917 года приводятся по старо­


му стилю.
2 См.: «Казачий сборник», издание Лихтенгорстской станицы, Гер­
мания, №1, 1922 год.

^ 3
Получив достаточно хорошую подготовку в домаш них ус­
ловиях, Пётр Краснов в 1880 году родителями был определён
на учёбу в 1-ю Петербургскую гимназию , из 5-го класса ко­
торой по личному настоянию был переведён в 5-й класс А лек­
сандровского кадетского корпуса. Окончил его в 1887 году
вице-унтер-офицером, поступив в Павловское военное учи­
лищ е.
10 августа 1889 года, окончив в 20 лет училищ е, Пётр
Краснов был произведён в хорунжие с прикомандированием
к Донскому Лейб-Гвардии А таманскому Его Императорского
Величества Наследника Цесаревича полку. Во время прохож­
дения службы в нём П.Н. Краснов увлёкся конным спортом
и часто был в числе победителей конкур-иппиков в М ихай­
ловском, манеже в С.-Петербурге и скачек в Красном Селе
(пробег на 200 км).
Один год П.Н. Краснов был слушателем Военной Акаде­
мии Генерального Штаба, но «...в 1894 году оставил её по при­
чинам личного характера»1. Что это были за причины писал
генерал С.В. Денисов: «...Н а третьем году офицерской жизни
П.Н. (П.Н. Краснов - К .Х .) одним из первых выдерживает
экзамен и поступает в академию Генерального Штаба. Через
год гордая и самолюбивая натура его не желает оставаться в
академии и он уходит обратно в родной полк, отказываясь от
возможности возвратиться в Академию. Его глубоко и на всю
ж изнь оскорбил и за себя, и за других имевший в те годы
произвол со стороны академического начальства...»12.
Одновременно с армейской службой и увлечением кон­
ным спортом П.Н. Краснов, безусловно, унаследовавший от
отца литературные способности, 17 марта 1891 года опубли­
ковал свою первую, из числа многих десятков последующих,

1 Б.А. Богаевский. «Столетие рождения генерала Петра Николаеви­


ча Краснова и выдача в Лиенце» - «Родимый край», г. Париж (Фран­
ция), №83, июль-август 1969 года.
2 С.В. Денисов. «Краткие сведения о жизни и деятельности б.Атама­
на Всевеликого Войска Донского генерала от кавалерии Петра Николае­
вича Краснова» - «Казачий сборник», издание Лихтенгорстской стани­
цы, Германия», №1, 1922 год.

4
статью «Казачий шатёр - палатка полковника Чеботарёва» в
официальной военной газете правительства России «Русский
инвалид».
В 1897 году в далёкую Абиссинию была направлена Рос­
сийская Императорская миссия во главе с донским казаком
П.М. Власовым. В качестве конвоя ей были приданы, есте­
ственно, казаки, во главе которых был поставлен 28-летний
П .Н . Краснов.
В Аддис-Абебе за отлично продемонстрированное конское
учение и дж игитовку П .Н . Краснов от Негуса М енелика по­
лучил орден Звезды Эфиопии 3-й степени, а в России за дос­
тавку из Аддис-Абебы в Санкт-Петербург особо важ ны х доку­
ментов - орден Св. Станислава 2-й степени.
Литературным итогом служебной командировки П.Н. Крас­
нова стал «Дневник начальника конвоя Российской Импе­
раторской миссии в Абиссинии», опубликованный в 1898 го­
ду в «Военном Сборнике» (С.-Петербург). За этим последовало
приглаш ение стать постоянным сотрудником «Русского ин­
валида», в котором в последующие пятьдесят лет в России и
в зарубежье публиковались статьи и фельетоны, очерки и рас­
сказы , отрывки из романов и повестей П .Н . Краснова.
В 1899 году «Дневник...» под названием «Казаки в Афри­
ке» выш ел в Санкт-Петербурге отдельной книгой, а в 1900
году был переиздан под названием «Казаки в Абиссинии» в
виде дополненного по содержанию и богато иллюстрирован­
ного издания.
В последующие годы, до октября 1917 года, П.Н. Краснов в
России публиковался такж е в газетах и ж урналах: «Развед­
о к » , «Вестник русской конницы», в котором в 1908 году
П .Н . Краснов был назначен помощником редактора, «Воен­
ное обозрение», «Военный журнал», «Военный сборник», «Рус­
ский кавалерист», «Петербургский листок», «Биржевые ведо­
мости», «Петербургская газета», «Отдых», «Нива» и др. Часть
публикаций, как и в последующем в зарубежье, шла под псев­
донимом «Гр. А.Д.». Тайна этого псевдонима проста - имя лю­
бимой лошади «Град» Стрелецкого государственного завода,
имевшей родословную и прослуживш ей П .Н . Краснову под
седлом почти 23 года.
Следует, видимо, отметить, что, будучи специалистом по
выездке лошадей, П.Н. Краснов в 1914 году издал в Петрог­
раде брошюру «Выездка строевой казачьей лошади. Опыт ру­
ководства выездкой молодой лошади в четыре месяца на уз­
дечке и под казачьим седлом», ставшую достаточно хорошо
известной в кругах специалистов в России.
В 1901 году публикации П .Н . Краснова привлекли вни­
мание И мператора Н иколая II и молодой подъесаул Пётр
Краснов был на шесть месяцев командирован на Дальний
Восток: посетил К итай, где в то врем я в разгаре было т.н.
«боксёрское» восстание, проехал верхом почти всю М анч­
ж урию , побывал в Я понии и И ндии, в У ссурийском крае,
во Владивостоке и П орт-А ртуре. По итогам этой поездки в
1903 году в Санкт-Петербурге была издана его книга «По
А зии (Очерки М анчжурии, Д альн. Востока, К итая, Японии
и И ндии)».
У чи ты вая время и х ар ак тер отнош ений с Я понией, а
так ж е район весьма тщ ательного изучен ия, м ожно пола­
гать, что столь длительная ком андировка 32-летнего рос­
сийского офицера П .Н . К раснова носила ознаком ительно­
разведы вательны й х арактер, ведь, в основном, именно в тех
районах М анчж урии в 1904 году проходили сраж ения Рус­
ско-Японской войны.
В следующем, 1902 году, П .Н . Краснов был командиро­
ван в не менее стратегически важ ны й для России район -
З акавказье, где верхом, от одного пограничного пункта к
другому, он объехал зимой границу России с Турцией и
П ерсией.
Следует отметить, что во время этих двух весьма нелёгких
инспекционных поездок рядом с П.Н. Красновым постоянно
была лю бящ ая жена, верный друг и сподвижник - Лидия
Фёдоровна Краснова, урождённая Грюняйзен (24.04.1870 -
23.07.1949, г. Вальхензее, ФРГ), в прошлом кам ерная певи­
ца, стойко переносивш ая вместе с супругом все трудности
армейского быта, смену гарнизонов и подобных путешествий,
а впоследствии и ж изненных неурядиц изгнания.
По возвращении из командировки в Закавказье П .Н. Крас­

6
нов был назначен на службу в Лейб-Гвардии А таманский
Е .И .В .Н .Ц . полк в качестве полкового адъю танта.
В 1904 году, в связи с начавш ейся Русско-Японской вой­
ной, П.Н. Краснов был в качестве военного корреспондента
«Русского инвалида» командирован на Дальний Восток. В
пути следования поездом состоялось его знакомство с будущим
командующим Добровольческой армией генералом А.И. Дени­
кины м .
Следует отметить, что, будучи военным корреспондентом,
П .Н . Краснов не только регулярно публиковал в газете ста­
тьи под общей рубрикой «На войне», но и неоднократно лич­
но участвовал в боевых операциях русских войск, за что был
награж дён орденом Св.Анны 4-й степени с надписью «За
храбрость» и Св.Владимира 4-й степени с мечами и бантом.
Талантливое описание виденного и пережитого в ходе Рус­
ско-Японской войны П .Н . Краснов оставил в большой и пре­
красно изданной книге «Год войны».
В 1906 году П .Н . Краснов был командирован на учёбу в
Офицерскую кавалерийскую школу, которую с отличием окон­
чил в 1908 году и был оставлен при ш коле начальником её
казачьего отдела.
В конце 1910 года «За отличие по службе» П.Н. Краснов
был произведён в полковники и летом 1911 года вступил в
командование дислоцировавшимся на дальней азиатской ок­
раине Империи, у подножья П амира в г. Д ж аркенте, Семи-
реченской области, 1-м С ибирским Е р м ака Тим оф еевича
казачьим полком. Полк входил в состав Западно-Сибирской
казачьей бригады, на которую в Туркестанском военном ок­
руге была возложена охрана границы с Китаем. Под коман­
дованием П .Н . Краснова дваж ды , в 1911 и 1912 годах, вре­
менно исполнявш его обязанности ком андира бригады, полк
стал одним из лучш их полков И мператорской Российской
армии. В период своего командования полком П .Н . Краснов
составил «Записную к н и ж к у 1-го Сибирского Ерм ака Ти­
мофеевича полка».
Позднее, в эмиграции, этот период своей службы, с лета
1911 по осень 1913 года, П.Н. Краснов описал в книге «На

7
составил «Записную к н и ж к у 1-го Сибирского Е рм ака Ти­
мофеевича полка».
Позднее, в эмиграции, этот период своей службы, с лета
1911 по осень 1913 года, П.Н. Краснов описал в книге «На
рубеже К итая». В рецензии на эту книгу донской казак ге­
нерал С.Д. Позднышев отмечал: «...П о всей книге разлито
восторженное любование Россией, её царственной мощью, ве­
личием, её пространственной беспредельностью. Это сынов­
нее любование чувствуется даже тогда, когда автор специаль­
но об этом ничего не говорит...»1.
0 больш ой литературной активности П .Н . К раснова в
дореволю ционные годы достаточно красноречиво свидетель­
ствует такой ф акт: только в 1912 году, когда он ком андо­
вал 1-м Сибирским Е рм ака Тимофеевича казач ьи м полком ,
в газете «Русский инвалид» были опубликованы 26 его ста­
тей и очерков.
Осенью 1913 года П .Н . Краснов принял командование
10-м Донским казачьим генерала Л уковкина конным пол­
ком, с которым в 1914 году выступил на фронт Первой миро­
вой войны, и уже через три месяца за отличие в боях был
произведён в генерал-майоры. Следом - новые назначения: в
ноябре 1914 года - командир бригады 1-й Донской казачьей
дивизии, в мае 1915 - командир 3-й бригады К авказской Ту­
земной дивизии, летом 1915 года - командир 2-й Сводной
казачьей дивизии.
1915 год был тяжёлым для русских армий, и казачьи части,
в том числе и под командованием генерал-майора П.Н. Красно­
ва, успешно выполняли приказы по боевому прикрытию отхо­
дивш их, зачастую без патронов и снарядов, пехотных и ар­
тиллерийских частей. За участие в этих боях П .Н . Краснов
был награждён Георгиевским оружием и орденом Св.Велико­
мученика и Победоносца Георгия 4-й степени.
В 1916 году, во время знаменитого Луцкого прорыва, бе­
зосновательно названного в СССР и именуемого по сей день

1 С.Д. Позднышев. «На рубеже Китая» (библиографический очерк).


См.: «Русский инвалид», г. Париж (Франция), № 127, 4 марта 1939 года,
стр. 6.
Брусиловским, осуществлённого, в основном, соединениями
8-й Русской армии под командованием будущего Донского
А тамана генерала А.М. Каледина, действия 2-й Сводной ка­
зачьей дивизии были особо отмечены в приказе по 4-му Кава­
лерийскому корпусу: «...Славные Донцы, Волгцы и Линей-
цы, ваш кровавый бой 26-го мая у В ульки-Галузинской -
новый ореол Славы в Истории ваш их полков. Вы увлекли за
собой пехоту, показав чудеса порыва. Бой 26-го мая воочию
показал, что может дать орлиная дивизия под командовани­
ем железной воли генерала Петра К раснова...»1.
В этом прорыве П .Н . Краснов был ранен ружейной пулей
в ногу. Он был такж е удостоен ряда наград.
10 июня 1917 года, после выздоровления, П .Н . Краснов
был назначен командиром 1-й Кубанской казачьей дивизии,
а уже 26 августа 1917 года принял командование 3-м Кавале­
рийским корпусом, штаб которого находился в Царском Селе,
а части - в близлеж ащ их к столице городах.
Отмечая подготовку большевиков к вооружённому выступ­
лению, П .Н . Краснов подал через командующего войсками
Петроградского военного округа председателю Временного пра­
вительства А.Ф. Керенскому рапорт с предложением создания
сильной конной группировки из надёж ны х, не затронутых
революционной пропагандой казачьих и кавалерийских час­
тей с бронеавтомобилями и сильной артиллерией.
От А .Ф . Керенского рапорт П .Н . Краснова попал... к ли­
дерам большевиков и в газеты! Вместо укрепления корпуса и
создания на его базе сильной, надёжной армейской группи­
ровки корпус был отведён подальше от столицы в район горо­
дов Пскова и Острова, в распоряжение главкома Северного
фронта генерала Черемисова, который в октябре 1917 года
открыто перешёл на сторону большевиков. Но когда больше­
вики захватили Зимний дворец, то А.Ф. Керенский бежал в12
1 М.К. Бугураев. «Атаман Всевеликого Войска Донского, генерал-от-
кавалерии Пётр Николаевич Краснов». См.: газета «Россия» (США),
№ 8051, 22 октября 1969 года.
2 П.Н. Краснов. «На внутреннем фронте». См.: «Архив русской рево­
люции», г. Берлин (Германия), 1921 год, том 1, стр. 164.

1/2 1. Зак. 0060


чину, а затем и Царское Село. Позднее, в эмиграции, объяс­
няя свои действия, П .Н . Краснов писал: «...Я не был поклон­
ником Керенского... и я иду к нему... Не к Керенскому иду,
иду к Родине, к Великой России, от которой отречься не
могу... Родина его избрала, она пош ла за ним; она не сумела
найти вождя способнее, пойду помогать ему, если он за Рос­
си ю ...» 1.
С боями казаки дошли до П улковских высот в предместье
Петрограда и вынуждены были пойти на перемирие с боль­
ш евиками. П.Н. Краснов дал А .Ф . Керенскому возможность
бежать, а сам был арестован больш евиками, вывезен в Пет­
роград, где после допроса в Смольном был доставлен в свою
петроградскую квартиру и взят под домашний арест. Однако
казачий комитет 1-й казачьей дивизии добился его освобож­
дения и организовал выезд из Петрограда.
Прибыв в Лугу, где собирались части подчинённого ему
корпуса, П .Н . Краснов постепенно отправил всех казаков по
домам, остатки денег сдал в казначейство и, несмотря на рас­
клеенные на всех железнодорожных станциях приказы Со­
внаркома об объявлении его вне закона, аресте и расстреле, 2
февраля 1918 года вместе с женой прибыл на Дон, остановив­
ш ись с несколькими офицерами в станице Константиновс-
кой, где написал повесть «Степь».
Это был крайне тяж ёлы й для Дона период: 9 февраля 1918
года (по ст.ст.) Добровольческая армия оставила Ростов-на-
Дону, 18 февраля казаки уш ли из Новочеркасска, почти вся
Донская область оказалась под властью большевиков; нача­
лись аресты, расстрелы, грабежи, насилие.
И казаки восстали! Первыми, 20 марта, восстали Суворов­
ская и соседние с ней станицы. Огонь восстания быстро рас­
пространился по всей Донской области и на рассвете 23 апре­
ля 1918 года казаки освободили Новочеркасск. Однако зна­
чительная часть Области Войска Донского ещё оставалась под
контролем большевиков. Но восстание набирало силу и уже
28 апреля 1918 года в Н овочеркасске собрался «Круг Спасе­
1 П.Н. Краснов. «На внутреннем фронте». См.: «Архив русской рево­
люции», г. Берлин (Германия), 1921 год, том 1, стр. 149.
ния Дона». На нём присутствовал и по просьбе генерала
С.В. Денисова выступил П .Н . Краснов. В дливш емся два с
половиной часа докладе он дал оценку сложивш егося на Дону
исключительно тяжёлого положения, указал задачи по борьбе
с больш евиками, взаимодействия с Добровольческой арми­
ей, соседями-кубанцами, отнош ений с объявивш ей незави­
симость У краиной и с будущей Россией, излож ил своё ви­
дение будущего Дона и Казачества.
4 мая 1918 года «Круг Спасения Дона» 107 голосами «за»,
13 - «против» и при 10 воздержавш ихся избрал генерал-май­
ора П .Н . Краснова донским Атаманом. «...Любите свою вели­
кую, полную славы Родину - Тихий Дон и мать нашу Рос­
сию. За Веру и Родину - что может быть выше этого деви­
за...» - так начал Атаман П .Н . Краснов возрождать Дон и
казачьи души.
На момент избран ия А там аном у П .Н . К раснова не было
ни средств, ни реальной вооруж ённой силы , ни ап п ар ата
уп равл ен и я, но были м ассовая поддерж ка казач ества Дона,
недю ж инны й ум, больш ой ж и зн ен н ы й опыт и опыт вое­
н ачальн и ка, организаторские способности и завидная целе­
устремлённость.
К середине августа 1918 года почти вся Д он ская об­
ласть восставш им и к азак ам и была освобождена и 15 авгус­
та 1918 года в Н овочеркасске собрался Больш ой Войсковой
К руг. А 16 августа на площ ади у Войскового собора прошёл
строевой смотр казачьих сотен, вы сланны х от всех сформи­
рованных и формировавш ихся частей Молодой Донской ар­
мии: трёх конных дивизий и одной пешей бригады с соот­
ветствую щ им количеством артиллерийских и инж енерных
подразделений. Одновременно состоялся вынос историчес­
ки х знамён и регалий Донского В ойска; в Войсковом собо­
ре духовенством был отслуж ен молебен, по окончании ко­
торого в присутствии п р акти чески всех депутатов Д онско­
го Войскового К руга и офицеров военных миссий бывш их
сою зников России А там ан П .Н . К раснов, сидя на коне с
перначём в руке, провёл строевой смотр.
26 августа 1918 года Донской Войсковой Круг, выехав в
полном составе в казачьи лагеря в станице Персияновской
(под Новочеркасском), принял парад сформированных частей
Молодой Постоянной армии в составе 7 батальонов, 33 сотен
спешенных казаков, 6 артиллерийских батарей, 16 конных
сотен, одной мортирной батареи и 5 аэропланов.
П риняв парад, Круг постановил отдать приказ по Войску,
в котором, в частности, говорилось: «...Д онские орлята! Сле­
зы гордости и бесконечной радости блестели у ваш их дедов
и отцов, когда вы стройны ми и мощ ны ми колоннам и про­
ходили мимо войсковых регалий и стары х боевых знамён -
немы х свидетелей былых подвигов и славы к а за ч ь е й ...» , и
перед лицом казаков Молодой арм ии К руг объявил о про­
изводстве Войскового А там ана П .Н . К раснова в генералы -
от-кавалерии.
А вскоре, 4 сентября 1918 года, приказом А тамана №391
по Всевеликому Войску Донскому были восстановлены наи­
менования исторических донских полков, при этом части
Молодой Донской армии формировались по ш татам, а обуча­
лись - по уставам Императорской Российской армии.
Больш ой Войсковой Круг утвердил такж е разработанные
под руководством А тамана «Основные Законы Всевеликого
Войска Донского» и 15 сентября 234 голосами из 305 вновь
избрал генерала-от-кавалерии П .Н . Краснова Донским А та­
маном.
В своей программной речи П .Н . Краснов, отметив, что
«...мы отделяемся не от России, а от большевиков», особо
подчеркнул, что «...Россию не спасут ни немцы, ни англича­
не, ни ам ериканцы ... Россию спасёт сама Россия. Спасут Рос­
сию её казак и ... и только тогда будет закончен страш ный
крестный путь казач ества...» 1. Добавив несколько позднее:
«...Спасёт казачество преданность вере Христа-Спасителя и
беспредельная страстная любовь к Р одине...»12.

1 П.Н. Краснов. «Всевеликое Войско Донское». См.: «Архив русской


революции», г. Берлин (Германия), том 5, 1922 год, стр. 232.
2 «Казачий сборник», издатель Лихтенгорстская станица, Германия,
№1, 1922 год.
Но чтобы иметь боеспособную армию, её надо не только
укомплектовать личным составом и назначить подготовлен­
ный офицерский и командный состав, её ещё надо воору­
ж ить, обучить и обеспечить боеприпасами, её надо одеть, обуть
и кормить. А выбора не было: единственными надёжными
поставщ иками оруж ия, боеприпасов и обмундирования мог­
ли быть только У краина и немецкие войска, вышедшие на
границы Донской области, а затем занявш ие Ростов-на-Дону
и Таганрог, а такж е значительную часть Донецкого округа, в
основном, по железной дороге на Москву.
Естественно, ожидали помощи от бывших союзников Рос­
сии по Первой мировой войне, и они её неоднократно обеща­
ли, но на Дон она практически так и не поступила. А вот
немецкое командование не только обеспечивало прикрытие
западных границ Донской области, но и в обмен на зерно и
другие виды продовольствия содействовало вооружению и ос­
нащению Донской армии. К лету 1918 года от немцев и с
Украины было получено Доном 25 артиллерийских орудий,
79 пулемётов, 11,7 ты сячи ружей, 119 тысяч снарядов, 13
миллионов 917 тысяч патронов.
Много лет спустя, в июне 1942 года, в своём обращении
«Родные донцы и близкие сердцу моему кубанцы и терцы»
П .Н . Краснов вспоминал: «...Дон леж ал в полной разрухе.
Более трёх четвертей Донской земли находилось во власти
большевиков. О ружия, снарядов и патронов было мало... Я
вошёл в сношения с германским командованием в Ростове и
отправил письмо Германскому И мператору.., прося немцев...
оказать Донскому войску помощь в борьбе с больш евиками.
К азаки эту помощь получили. И не только оружием и
сн аряж ен и ем ...»
Ради объективности следует отметить, что часть получен­
ных от немцев вооружения, боеприпасов и снаряж ения А та­
ман передавал командованию Добровольческой армии, кото­
рое их охотно принимало, но, вместе с тем, pi тогда, и по­
зднее, в эмиграции, лицемерно осуждало П .Н . Краснова за
сотрудничество с германскими властями, т.к . формально Рос-

13
сия находилась в состоянии войны с Германией, обвиняя А та­
мана - фактического героя Первой мировой войны - в прогер­
манской ориентации!(?)
К декабрю 1918 года Донская армия имела в строевых
частях более 1,5 тысяч офицеров и около 50 тысяч казаков,
153 артиллерийских орудия, 581 пулемёт и требуемые по тому
времени технические средства и средства связи; было нала­
жено материально-техническое и продовольственное снабже­
ние армии, отпечатаны воинские уставы и наставления, а
для начальных ш кол издана «Казачья хрестоматия», возоб­
новлены занятия в Новочеркасском военном училищ е с ар­
тиллерий ским и инж енерны м и отделами, в Донском Им­
ператора А лександра III кадетском корпусе и Донском Ма­
риинском институте, а так ж е учреж дена сам остоятельная
офицерская ш кола и создана небольшая Донская ф лотилия.
Для сравнения отметим, что, когда 9 июня 1918 года Доб­
ровольческая армия выступила во Второй Кубанский поход, в
её составе было 8,5-9,0 тысяч солдат и офицеров, из которых
почти 65,0% составляли кубанские казаки , при 21 орудии. В
последующие месяцы её численный состав сколько-нибудь
существенно не вырос.
И вот при таком соотношении сил и технических средств
командование Добровольческой армии требовало от А тамана
П .Н . Краснова подчинения себе Донской армии. На этом же
настаивали неоднократно приезжавш ие на Дон военные пред­
ставители Англии и Ф ранции, вновь и вновь обещавшие ка­
закам помощь и поддержку, но только при условии полного
подчинения Донской армии командованию Добровольческой
армии.
В конце концов Атаман П .Н . Краснов вынужден был при­
нять это условие.
26 декабря 1918 года генерал А.И. Деникин издал приказ
№1, объявив, что «...вступил в командование всеми сухопут­
ными и морскими силами, действующими на юге России».
Однако и после этого сколько-нибудь сущ ественная по­
мощь от Англии и Ф ранции на Дон не поступала. А, вместе с
тем, военно-политическая ситуация вокруг Области Войска

14
Донского всё более ослож нялась. Револю ция в Германии,
выход её из войны и вывод герм анских войск из России и
У краины привёл к оголению западны х границ Дона. Ко­
мандование Добровольческой армии понимало опасность сло­
ж ивш ейся ситуации и 6 декабря 1918 года по приказу гене­
рала А .И . Деникина в район Ю зовки для прикры тия камен­
ноугольного района и западных границ Дона была переброшена
3-я дивизия Добровольческой армии. Однако этого было явно
недостаточно!
Командование Красной армии, прекрасно понимая воен­
ную и политическую значимость разгрома Донской армии и
уничтож ения независимой Области Войска Донского, как
оплота антибольшевизма на юге России, постоянно наращивало
свои силы и средства и к январю 1919 года вело боевые дейст­
вия против Донской армии, не получавшей пополнения лич­
ного состава (почти все казаки в возрасте до 52 лет были
мобилизованы) и практически лиш ивш ейся поступления ору­
ж и я и боеприпасов, четырьмя армиями численностью более
124 тысяч ш тыков и сабель при 435 артиллерийских установ­
ках и 1337 пулемётах.
Многократно ж е обещанной союзнической помощи всё не
было и не было! А сила, к ак известно, ломит силу. Несмотря
на все меры, предпринимавш иеся Атаманом и командовани­
ем Донской армии, в конце декабря 1918-го - январе 1919-го
года не выдержали напряж ения боёв и лживости обещаний
т.н. «союзников» и открыли фронт, частично перейдя на сто­
рону Красной армии, некоторые части Верхне-Донского окру­
га; фронт на севере стал отходить на юг; в конце января 1919
года начался вынужденный отход донских частей на восточ­
ном фронте. В этой критической ситуации французской воен­
ной миссией оказание Дону военной помощи оговаривалось
условием:
«...Дон обязывался уплатить союзникам за все человечес­
кие ж изни погибших их людей в Донецком бассейне, за руд­
ники, заводы и др. промышленные предприятия, а такж е и
на территории Дон. Обл. и соседних с ней районов (с 5%
надбавкой всей стоимости).

15
Второе - к соглаш ению ген.Д еникина и ген. Краснова
должно быть прибавлено: «Все инструкции французского ко­
мандования будут немедленно исполнены по передаче их
французской миссией»1.
Передав эти унизительные, если не сказать оскорбитель­
ные, требования французов генералу А .И . Д еникину, А та­
ман подчеркнул: «...Дон находится в критическом, почти без­
выходном положении, но я не считаю возможным для себя
подписать такие докум енты ...»12.
А .И. Деникин поддержал в этом П .Н . Краснова, но одно­
временно принял находивш ихся в оппозиции к А таману не­
которых руководителей Донского Войскового Круга.
«...1 февраля 1919 года.., - вспоминал в эмиграции П.Н.
Краснов, - к Атаману пришёл председатель Круга В.А. Хар­
ламов и сообщил ему, что Круг реш ил требовать отставки
командующего Дон. Армией ген.Денисова и его помощ ника
ген. И.А. П олякова, в категорической форме.
В такой же категорической форме и я потребую своей от­
ставки», - сказал А там ан...»3.
В сложивш ейся катастрофической ситуации менять ко­
мандование Донской армии было недопустимо, но оппозиция
именно таким путём рассчитывала инспирировать отставку
Атамана. И своей цели оппозиция добилась: 2 февраля 1919
года Атаман П .Н . Краснов приказал опубликовать в «Донс­
ких Войсковых Ведомостях» (г. Новочеркасск) свой прощ аль­
ный приказ и ушёл в отставку.
4 февраля 1919 года П .Н .Краснов навсегда простился с
Батю ш кой Тихим Доном и покинул Всевеликое Войско Дон­
ское, выехав с супругой в Батумскую область, где они про­
ж ивали в феврале-июле 1919 года.

1 М.К. Бугураев, «Атаман Всевеликого Войска Донского, генерал от


кавалерии Пётр Николаевич Краснов». См.: газета «Россия» (США),
№ 8055, 7 ноября 1969 года.
2 Там же.
3 См.: «Архив русской революции», г. Берлин (Германия), 1922 год,
том 5, стр. 310.

16
Эти долгие месяцы, когда в стране ш ла ожесточённая Граж­
данская война, не были спокойным, безмятеж ным отдыхом,
а, вероятно, временем раздум ий, осмысления всего произо­
шедшего в России и на Дону, особенно в 1917-1919 годах,
осознания имевш их место ошибок и просчётов, и не столько
собственных, сколько в масш табах Государства, вы явления
и чёткого определения сил, враждебных И сторической и На­
циональной России. Всё это, безусловно, способствовало в
20-40-е годы столь плодотворной литературно-художествен­
ной и публицистической деятельности П .Н . Краснова в зару­
бежье.
Но для патриота России, профессионального военного,
осознаю щего свой долг перед Отечеством и место в строю,
подобное затворничество не могло быть долгим. Уже в июле
1919 года генерал-от-кавалерии П .Н . Краснов рядовым доб­
ровольцем в составе Северо-Западной арм ии совершает пере­
ход от Нарвы до Царского Села, сотрудничая в прифронтовой
газете «П риневский К рай», редактировавш ейся А .И . Куп­
риным. Именно в этой газете 3 декабря 1919 года была пос­
ледняя на территории России публикация П .Н . Краснова -
звучащ ее и сегодня исклю чительно актуально прощ альное
«Любите Россию!».
В январе 1920 года П .Н . Краснов был назначен предста­
вителем Добровольческой армии в Эстонии, и несколько по­
зднее членом комиссии графа П алена для ликвидации Севе­
ро-Западной армии. А уже в конце марта 1920 года по требо­
ванию властей ставш ей независимой Эстонии П .Н . Краснов
вынужден был покинуть г. Ревель, уходя в изгнание.
Побыв короткое время в Германии, он с супругой обосно­
вался на жительство во Ф ранции, во флигеле имения поме­
щ ицы Де ля Терьер, в глухой деревеньке Сантени в 20 км от
французской столицы, где много и успешно творчески рабо­
тал.
В 1933 году П .Н .Краснов с супругой перебрались в Гер­
манию, где вплоть до конца 1944 года проживали на улице
Адольфа Гитлера, 115, в местечке Далевиц, Тельтовского ок­
руга, 6 30 км восточное Берлина.

17
Все эти годы П.Н. Краснов, активно и успешно занимаясь
литературно-художественным творчеством и публицистикой,
не только не сторонился, но и в силу своих возможностей дос­
таточно активно участвовал и словом, и делом в общественно-
политической ж изни российского и казачьего зарубеж ья, не­
изменно оставаясь на позициях русского патриота и непри­
миримого врага большевизма.
В 1921-1927 годах П .Н . Краснов обратился к разбросанно­
му по разным странам, в основном, Европы, казачеству с во­
семью размнож енными типографским способом, достаточно
большими по формату и объёму, и весьма ёмкими по содер­
жанию «Открытыми письмами казакам ». В частности, он при­
зывал «...создавать и на чужбине привычную организацию
станиц и хуторов, держ аться армии ген.Врангеля и прокла­
дывать политические пути к одной национальной цели - к
России, вне которой не быть К азачеству...»1.
«Открытые письма казакам» охватывали по содержанию
ш ирокий круг волновавш их казаков-изгнанников вопросов,
так, в «Открытом письме...» №2 (5 апреля 1922 года) были
разделы: «Христос Воскресе!» («Родные казаки»), «Когда же
домой?», «Что же делать?», «Что делать казачьим станицам?»,
«Бойтесь авантю р», «Почему нельзя идти сейчас домой?»,
«О Государе» и «Ответы на письма».
Одновременно с «Открытыми письмами...» и в последую­
щие годы, как плод прежних многомесячных раздумий, ос­
мысления и оценки текущ их событий как в СССР, так и в
среде эмиграции, из печати выш ли во многом не утративш ие
и сегодня, в условиях набирающего силу движ ения возрож­
дения Казачества, актуальности содержания, брошюры: «Ка­
зачья самостийность», законченная автором в декабре 1921
года и опубликованная в №25 (1 /1 4 февраля 1922 года) ж ур­
нала «Двуглавый Орёл» (г. Берлин, Германия) и в том же
году выш едш ая в издательстве «Двуглавый Орёл» отдельной
брошюрой; законченная в октябре 1923 года брошюра «Тихие
подвижники» (Венок на могилу неизвестного солдата Импера­
1 «Казаки за границей» (март 1932 - март 1933), г.София (Болга­
рия), 1933 год, стр. 79.
торской Российской Армии)» (писать этот очерк П .Н .К рас­
нов начал в годы Первой мировой войны, находясь на лече­
нии в госпитале), изданная в 1924 году в г. Варшаве (Польша)
и одновременно опубликованная в книге шестой «Русской
летописи» (г. П ариж , Ф ранция); «Армия» (42 стр.), изда­
тельство «Старое время» (г. Белград, Ю гославия, 1924 год);
«Картины Императорской России. 1896-1917» (16 стр.) (г.П а­
риж, Ф ранция, 1927 год); «Исторические очерки Дона», часть
1-я: «Всевеликое Войско Донское» (68 стр.) (издание ж ур­
нала «На казачьем посту», г. Берлин, Германия, 1944 год,
вы пуски 1-4); в том ж е году в г. Берлине (Германия, «Каза-
кен Л ейтеш теллен Дона, Кубани и Терека») была издана
на немецком язы ке написанная П .Н . Красновым брошюра
«Казачьи войска».
В 20-40-е годы множество статей, в том числе библиогра­
фических, и очерков, рассказов, отрывков из воспоминаний,
повестей и романов П .Н . Краснова публиковались в различ­
ных изданиях российского и казачьего зарубежья. Так, по­
рядка 30 были опубликованы только в газете «Русский инва­
лид» (г. П ариж , Ф ранция), а такж е в газетах «Голос России»
(г. София, Б олгария), «Новое время» (г. Белград, Ю госла­
вия), «За Родину» (Ф ранция), «Возрождение» (г. П ариж ,
Ф ранция), «Последние новости» (г. П ариж , Ф ранция); в ж у­
рналах «Двуглавый Орёл» (г. Берлин, Германия), «Часовой»
(г.П ариж , Франция), «Казачий журнал» (г.П ариж , Ф ранция),
«Иллюстрированная Россия» (г.П ариж , Ф ранция), «Русский
колокол» (г. Берлин, Германия), «Детинец» (г. Берлин, Гер­
мания), «Перезвоны» (г. Р ига, Л атвия), «Друг инвалида»
(г. Ш анхай, Китай), «Кадет» (г.П ариж , Ф ранция), «Стани­
ца» (г.П ариж , Ф ранция), «Россия» (г.П ариж , Ф ранция); в
сборниках «Сибирский казак» (1582-1932) (г. Харбин, Ки­
тай) и «Первопоходникам» (В пам ять Первого Кубанского
похода) (г. Белград, Ю гославия, 1928 год); в «Бюллетене му­
зея Лейб-Гвардии Казачьего Е.В. полка» (г.П ариж , Ф ранция),
в альманахах «Русская летопись» (г. П ариж , Ф ранция), «Мед­
ный всадник» (г. Берлин, Германия), «Архив русской рево­
люции» (г. Берлин, Германия) и в ряде других.

19
в альманахах «Русская летопись» (г. П ариж , Ф ранция), «Мед­
ный всадник» (г. Берлин, Германия), «Архив русской рево­
люции» (г. Берлин, Германия) и в ряде других.
Но в своей общественно-политической деятельности пуб­
ли кац и ей многочисленных статей и очерков и рассы лкой
«Открытых писем казакам» П .Н . Краснов не ограничивался.
«...«Ф онд спасения Родины», - отмечал в 1930 году быв­
ш ий товарищ министра внутренних дел России С.Н. Палео­
лог (Ю гославия), - возник в Белграде в конце 1923 года по
мысли генерала П .Н . Краснова, предложивш его русским лю­
дям своими добровольны м и п о ж ер тво ван и ям и облегчить
государственно-патриотическую работу Великого К нязя Ни­
колая Н иколаеви ча...»1.
В начале 1926 года вместе с группой казачьих генералов и
общественных деятелей П .Н . Краснов не только участвовал в
работе имевшего монархическую ориентацию Русского Зару­
бежного Съезда, но и выступал на нём, оставшись, однако,
не удовлетворён итогами работы съезда.
В конце 20-х годов вместе с известным до октябрьского
переворота 1917 года донским предпринимателем Н .Е. П ара­
моновым, проживавш им в Германии, и владельцем издатель­
ства «Медный всадник» (г. Берлин) С.А. Соколовым (Крече­
товым) П .Н . Краснов выступил учредителем боевой антисо­
ветской организации «Братство Русской Правды», которой,
наряду с другой её деятельностью, в конце 20 - начале 30-х
годов издавался ж урнал «Русская Правда».
Вместе с тем, в 20-е годы при определённой финансовой
поддержке Н .Е. Парамонова в принадлежащ ем С.А. Соколо­
ву издательстве «Медный всадник» выш ли романы П .Н . Крас­
нова «Опавшие листья», «Понять - простить», «С нами Бог!»,
историческая повесть «Всё проходит» и очерки по военной
психологии «Душа армии».
В боевой деятельности «Братства Русской Правды» при­
нимали достаточно активное участие и некоторые близкие
П .Н . Краснову казаки , а С.Н. Палеолог в 1930 году подчёр-
1 Газета «Новое время» (г. Белград, Югославия), № 2701, 27 апреля
1930 г.

20
кивал, что «...свою работу в русском национальном движе­
нии... предполагаю сосредоточить в деле помощи «Братству
Русской Правды», к ак наиболее активной боевой организа­
ции, борющейся против большевиков за освобождение Рус­
ского н арода...»1.
Правда, как выяснилось позднее, в 30-е годы, деятель­
ность «БРП» проходила под контролем иностранного отдела
ОГПУ - НКВД СССР.
В 20-30-е годы П .Н . К раснов вместе с супругой а к т и в ­
но участвовал в сборе средств для русски х военны х ин ва­
лидов в зарубеж ье; в конце 20-х годов на у чреж дённ ы х в
г. П ари ж е (Ф ранция) Генерального Ш таба генерал-лейтенан­
том Н .Н . Головиным «Зарубежных Высш их военно-научных
курсах систематического изучения военного дела» впервые в
учебной практике читал подготовленный им курс по военной
психологии; неоднократно выступал с лекциям и и доклада­
ми, в частности, о прош лых поездках в Абиссинию, по Даль­
нему Востоку и Закавказью .
31 октября 1935 года газета «Возрождение» (г. П ариж) в
№ 3802 сообщала о том, что «...П .Н . Краснов только что за­
кончил новое произведение - пьесу «Смена», из ж изни рус­
ских эмигрантов...» А уже в начале 1936 года в № 3987 газе­
та, напоминая читателям , что «...уж е давался после париж с­
кой премьеры критический отзыв о новой пьесе популярного
писателя...» (выделено мною - К.Х.), сообщала о том, что «...в
Белграде с большим успехом... прош ла пьеса П .Н . Краснова
«Смена», уже два раза показанная в театре Русского Дома
имени Императора Н иколая II...» . 19 мая 1936 года премьера
пьесы П .Н . Краснова «Смена» состоялась и в чешской столи­
це, в театре «Умелецка Беседа». Режиссером и исполнитель­
ницей главной роли была бывш ая артистка Императорских
театров Н.Г. Коваленская.
Но всё же долгие годы ж изни в изгнании П.Н. Краснов
прежде всего был «популярным писателем»! И вполне зако-

1 Газета «Новое время» (г. Белград, Югославия), № 2701, 27 апреля


1930 г.

21
«...А литературные произведения П .Н . Краснова? - писал
в те годы С.Н. Палеолог. - Чьё творчество превзошло в скорб­
ные годы патриотические произведения этого кум ира нашей
молодёжи, которыми зачитывались и стар, и млад, проливая
горькие слезы над потерянной Россией. Только большое рус­
ское, казачье сердце могло так правдиво и талантливо изоб­
разить всё, что нам дорого и свя то ...» 1.
И подобное для этого «большого русского, казачьего сер­
дца» было и естественно, и закономерно! Ведь ещё 16 авгус­
та 1918 года в речи на заседании Больш ого Войскового Кру­
га в г. Новочеркасске А таман П .Н . Краснов, глядя на мно­
гие д есяти л ети я вперёд, воскли кнул: «Спасут Россию её
казаки! И тогда снова, к ак встарь, ш ироко развернётся над
дворцом наш его А тамана бело-сине-красный флаг - Единой
и Н еделимой России!». И этим национально-патриотичес­
ким духом проникнуто всё огромное литературное наследие
Атамана!
Вместе с тем, и мне это представляется важ ны м и необ­
ходимым подчеркнуть, будучи донским к азако м и по про­
исхождению , и по духу, немало и с большой любовью писав­
шем о к азаках и Казачестве, что наглядно показано и в дан­
ном сб орн и ке, П .Н . К раснов был и навсегд а о стан ется
крупны м русским писателем , главной героиней больш ин­
ства произведений которого была И сторическая и Н ацио­
нальная РОССИЯ!
Отличаясь огромной работоспособностью, высоким лите­
ратурным мастерством и ш ироким творческим диапазоном,
П.Н. Краснов воспитывал и воспитывает у читателей своих
произведений гордость за многострадальный Русский Народ,
за славное российское прошлое, за великую русскую культу­
ру. У многих десятков ты сяч российских изгнанников он
многие годы поддерживал и укреплял веру в грядущее воз­
рождение Великой, Единой и Неделимой РОССИИ и тради­
ционно верного ей К А З А Ч Е С Т В А !

1 С.Н. Палеолог. «Родные казаки». См.: газета «Новое время» (г. Бел­
град, Югославия), 16 февраля 1928 года.
В числе заверш ённых, написанных и переработанных в
изгнании и изданных в зарубежье произведений П .Н . Крас­
нова:
1. П ять раз в зарубежье (дважды в Берлине, а такж е в
Риге, Нью-Йорке и Сан-Ф ранциско) издававш ийся и пере­
издававш ийся на русском, а такж е на двенадцати иностран­
ных я зы ках , в том числе в первой половине 20-х годов, ма­
лым тираж ом «для служебного пользования» в Советской
России, и практически каж ды й раз, при ж изн и П .Н . Крас­
нова дополнявш ийся им и дорабаты вавш ийся, роман-эпопея
в 4-х томах «От Двуглавого Орла к красному знамени» (1894-
1921 гг.)».
Этот роман по масштабности охвата и глубине познания
писателем отображаемых в романе исторических событий, по
силе сопереживания автора с главными героями и по величи­
не, и яркости таланта мастера совершенно, на мой взгляд,
обоснованно может быть поставлен в один ряд с великими
русскими романами: «Война и мир» Л .Н . Толстого и «Тихий
Дон» М.А. Шолохова!
В 1960-1972 годах в г. Н ью -Й орке (США) «В сеславянс­
ким И здательством » было осущ ествлено последнее в зару­
беж ье, по некоторы м причинам затян у вш ееся на долгие
годы, в современной орф ограф ии, переиздан ие ром ана с
п освящ ен и ем :
«Герою воинского долга, доблестному борцу за В еликую
Россию и славу казачью , проникновенном у баяну русского
величия, венец м ученичест ва принявш ем у за Веру П равослав­
ную , за Ц аря Русского, за Отечество светозарное
генералу от кавалерии

П Е Т Р У Н И К О Л А Е В И Ч У КРАСНОВУ

свой скромный труд по переизданию его т ворений с бла­


гоговением посвящает

Сергей З а в а л и ш и н ,
издат ель».

23
2. Романы о различных исторических этапах становления
и ж изни Государства Российского в XVII - начале XIX столе­
тия: «Цесаревна» (1933 г.), «Екатерина Великая» (1729-1786)»
(1935 г.), «С нами Бог!», в 2-х томах (1927 г.), а такж е исто­
рическая повесть в 2-х томах «Всё проходит» (1926 г.) - о
ж изни донского казачества первой половины XVII века и взя­
тии казакам и турецкой крепости Азов.
3. Романы , охватываю щ ие слож ны й исторический пери­
од ж изни Государства Российского и общества в конце XIX -
начале XX столетия: «Цареубийцы» (1938 г.), «Опавшие ли­
стья» (1923 г.), «В ж итейском море», полностью перерабо­
танны й в эмиграции дореволю ционный роман в 2-х частях
(г. Петроград, 1915 г.), впервые изданны й в новом виде в
1961 году в г. П ариж е (Ф ранция), «Домой! (На льготе)» - о
казачьей ж изни на Дону и военной службе в начале XX века
(1936 г.).
4. Романы о трагедии России и многих русских людей
как в Отечестве, так и в зарубежье, обусловленной события­
ми 1917-1922 годов: связанные нелёгкой судьбой главного ге­
роя романы трилогии «LARGO» (1930 г.), «Выпашь» (1931 г.) и
в 2-х томах «Подвиг» (1932 г.), а такж е романы «Ненависть»
(1934 г.) и «Ложь» (1939 г.).
В 1936 году жюри Католического И нститута (г. П ариж)
присудило литературную премию П .Н . Краснову за роман
«Ненависть», признанный жюри одним из лучш их антиболь­
ш евистских романов1.
5. Романы «Понять - простить» (1924 г.) и «Единая - Неде­
лимая» (1925 г.), в которых автор пы тался, и не безуспешно,
вскрыть и осмыслить ход и причины некоторых трагических
событий предреволюционного периода и Гражданской войны
в России, а такж е как бы предсказать будущее:
«..Тихий Свет Сына Бож ия, любовь к ближнему - един­
ственное спасение человечества от вымирания в злобной клас­
совой борьбе.

1 «Русский инвалид» (г. Париж, Франция), № 90, апрель 1936 года.

24
Когда воссияет над Россией снова тот Тихий Свет, что был
над нею в дни её славы, к о г д а м ы Б о г а б о я л и с ь
и Ц а р я ч т и л и , тогда снова встанет она: В еликая, Единая
и Неделимая».
6. Ф антастические по форме, но связанные по содержа­
нию с попыткой осмысления судьбы России в XX столетии:
«За чертополохом» (1922 г., второе издание - 1928 г.) и «Бе­
лая свитка» (1928 г.).
7. Сентиментальный роман «Амазонка пустыни (У подно­
ж ия Божьего трона)», вышедший вторым, пересмотренным и
исправленным автором изданием в 1922 году в г. Берлине (Гер­
мания) и переизданный в 1945 году берлинским издательством
«Фремдшпрахенферлаг».
8. Сборник (1921 г.) из повести «Терунешь (Любовь абис­
синки)» и рассказа «Асма-М ариам», переизданных в 1947
году небольшими отдельными кни ж кам и в русском издатель­
стве «Златоуст», в лагере «Ш лайсгайм» вблизи г. Мюнхена
(Зап. Германия).
9. И зданны е отдельны м и кни гам и повести для детей
и юношества «Мантык - охотник на львов» (1928 г.), - «П.Н.Кр.
написал увлекательную повесть приклю чений. Её с одина­
ковым интересом прочтёт и стар и млад. Герои - беж ен­
ц ы ...» ; «С Ермаком на Сибирь» (1930 г.), облож ка которой и
прекрасны е иллю страции исполнены талантливы м худож ­
ником донским казаком С.Ф .Ефремовым, - «...новая повесть
П .Н . Краснова живо, с огнём написана, талантливо иллюст­
рирована и изящ но и зд ан а...» 1.
10. Сборник во многом актуальных и сегодня, в период не­
легко, но идущего процесса реформирования Российской Ар­
мии, очерков по военной психологии «Душа армии» (1927 г.),
который, надеюсь, со временем прочтёт нем алая часть офи­
церов и генералов Вооружённых Сил России, ибо написан
он высокообразованным профессиональным военным, про­
ш едшим путь от младш его офицера до генерала от кавале­
рии.

1 «Россия» (г. Париж, Франция), №2, 15 марта 1930 года.

25
11. Изданные в 1935 и 1938 годах в г. П ариже (Ф ранция)
Главным Правлением Зарубежного Союза Русских Военных
Инвалидов (Гл.П р.З.С .Р.В .И .) сборники воспоминаний (очер­
ков): «Накануне войны (Из ж изни пограничного гарнизона)»
и «На рубеже К итая», которые ранее, в 1935-1937 годах,
частично были опубликованы в газете «Русский инвалид»
(г. П ариж).
12. В 1921 году, в 1-м томе (стр. 97-190) «Архива Русской
Революции» (г. Берлин, Германия), а позднее отдельной кни­
гой, были изданы воспоминания «На внутреннем фронте»,
которые в СССР, естественно, без согласия автора, были вклю ­
чены в сборник «Революция и граж данская война в описа­
нии белогвардейцев» (том 4: «Октябрьская револю ция», М.-
Л ., 1926 год).
13. В августе 1938 года в № 118 газеты «Русский инва­
лид» (г. П ариж ) началась пуб ли кац и я воспоминаний «Пав-
лоны» (1-е Военное П авловское У чилищ е полвека тому на­
зад ), и зд ан н ы х в 1943 году о тд ел ьн о й к н и го й в о к к у ­
пированном немцами П ариже (Гл.П р.З.С .Р.В .И .).
14. В 1922 году в г. Берлине (Германия) был переиздан
небольшой сборник, вклю чавш ий повесть «Степь» и рассказ
«Восьмидесятый», впервые изданный в 1919 году в Новочер­
касске; позднее вышел сборник «Поездка на Ай-Петри», вклю­
чавш ий такж е рассказы «Лунной ночью», «Труп», «Хильда»
и «Письмо матери».
15. В 1944 году в г. Берлине (Германия), в серии книг
«Казачья библиотека», издававш ейся журналом «На казачь­
ем посту», вышел под редакцией П .Н . Краснова небольшой
сборник «Казачьи песни», переизданный в 1991 году в Рос­
тове-на-Дону.
Всего же, только в 20-30-е годы романы и повести, сбор­
ники рассказов и очерки П .Н . Краснова на русском и пят­
надцати иностранных язы ках выш ли в зарубежных издатель­
ствах:
- склад изданий - книж ны й магазин «О. Дьяковой и К°»,
«Медный всадник», склад изданий-книж ны й магазин «Град
К итеж », книгоиздательство «Л итература», «С ияльский и

26
Крейшман», Русская типография Е.А. Гутнова, все - г. Бер­
лин (Германия);
- типография Р.Ольденбург, - г. Мюнхен (Германия);
- From m annschen B uchhandlung, - г. Иена (Германия);
- «Главное Правление Зарубежного Союза Русских Воен­
ных инвалидов»,
«Книгоиздательство В. Сияльского», «Payot editeur», все -
г. П ариж (Ф ранция);
- « Z a b a v n a b ib lio te k a » и « N a k la d n is tv o b ib lio te k a
«Otadzdina». оба - г. Загреб (Ю гославия);
- книжный магазин Корниевского «Росинка», - г. Варшава
(Польша);
- «A lbert Bonniers forlaff», - г.Стокгольм (Ш веция).
По некоторы м сведениям , в конце 30-х годов П .Н . К рас­
нов подготовил рукописи «П огибельный К авказ» и «М еж­
ду ж изнью и искусством », которы е, к сож алению , ни при
его ж и зн и , ни в последую щ ие д еся ти л ети я в зарубеж ье
изданы не были. Ц елы ли эти рукописи и где, если целы ,
хранятся?!
В го д ы В то р о й м и р о в о й в о й н ы с т а т ь и и о ч е р к и
П.Н. Краснова - начальника Главного управления казачьих войск
вермахта - публиковались в ряде изданий казачьих формиро­
ваний. Так, в мае-сентябре 1944 года в газете «Казачья лава»
были напечатаны главы «Храбрость», «Религия в армии» и
«Полковой мундир» из сборника «Душа армии», а такж е от­
рывок из книги «Павлоны». В 1944-1945 годах в газете «Ка­
зачья земля», выходившей в «Казачьем стане» в Италии, были
публикации П .Н . Краснова «Где Россия?!», «Беседа старого
казака с молодым», «Исторические очерки Дона» и ряд его
приказов.
В 60-е годы издательством «Глобус» (г. Сан-Франциско,
США) были переизданы 15 романов и повестей П.Н. Красно­
ва, в том числе «Подвиг», в 2-х томах, и «От Двуглавого Орла
к красному знамени» в 4-х томах.
В послевоенные десятилетия некоторые статьи и очерки,
отрывки из романов и повестей П .Н . Краснова неоднократно
публйковались в ж урналах «Военная быль» (г. П ариж , Фран-

27
ция), в «Общеказачьем журнале» (США), «Перезвон» (г. Нью-
Йорк, США), «Часовой» (г. Брюссель, Бельгия) и в ряде дру­
гих зарубежных изданий.
К сожалению, в современной России богатейшее литера­
турно-художественное и публицистическое наследие П.Н. Крас­
нова и по сей день известно пока ещё ограниченному кругу
читателей. А жаль!!! Ведь при всей сложности, противоречиво­
сти и трагичности его ж изни, военно-политической службы и
судьбы, и поныне окутанны х различны м и домыслами, не­
достойными его мифами и легендами, тираж ируем ы м и не­
которы ми малоинф ормированны ми авторами или закосте­
невш ими в своём догматизме «буревестниками революции»,
П.Н . Краснов был и навсегда останется певцом Великой, Еди­
ной и Неделимой РОССИИ!
Следует, видимо, такж е отметить, что в среде немалой,
особенно, военной части российской эм играции, писателя
П .Н . Краснова совершенно обоснованно называли «бардом Рус­
ской Императорской армии».
«...Автор-романист П .Н . Краснов, - писал в рецензии на
книгу «Накануне войны» (Из ж изни пограничного гарнизо­
на)» донской казак-писатель полковник В.С. Крюков, - су­
мел из мелочей полковой ж изни обрисовать истинный облик
казачьего полка и дать ж ивы е характеристики своих сотруд-
ников-офицеров... Есть в книге особо удачные сцены, востор­
гом захватываю щ ие чи тателей ...»1.
«...Краснов глубоко чувствует народный быт и положитель­
ные качества русского народа, спасающие его анархическую
натуру, даже и на предельном рубеже греховности, способнос­
тью к деятельному покаянию .., - отмечал известный в 20-40-е
годы в среде российского зарубежья в Китае казак-публицист
полковник С.Ф. Стариков. - Если мы прибавим к этому мас­
терство Краснова писать занимательно, с пёстрою фабулою, с
уснащением действия увлекательными приклю чениями и, бе­
зусловно, прекрасный русский язы к, то понятно будет совре­
менное увлечение Красновым зарубежной читательской мас-

1 «Станица» (г. Париж, Франция), №21, январь 1937 года.

28
сы, не говоря уже об остром публицистическом значении его
романов...»1.
И подобные высокие оценки творчеству П .Н . Краснова
давались не только в среде казачьего зарубежья.
В 1929 году редактор органа связи русского воинства за
рубежом - ж урнала «Часовой» (г. Париж) - В.В. Орехов, пере­
числив ряд романов П .Н . Краснова и отм ечая, что «...они
сделались необходимыми и зачиты ваемы ми в каж дой биб­
лиотеке, в каж дом к р у ж к е...» , подчёркивал: «...Лю бовь к
Родине, преклонение перед её великим , потом страдальчес­
ким прош лым, боль за её муки и вера в светлое будущее, вот
что отличает и х ...» 12.
А через десять лет, в опубликованном в «Часовом» при­
ветствии П .Н. Краснову в связи с 50-летием его производства
в первый офицерский чин, В.В. Орехов писал: «...О тметить...
Ваш юбилей мы должны! Есть люди, которые себе уже не
принадлеж ат. Отдавши свои силы борьбе и учению других,
они сами становятся достоянием народа. У них неизбежны
преданные друзья и лютые вр аги ...» 3.
Д ействительно, в определённых кругах российской эмиг­
рации, в основном, в 20-30-е годы, отнош ение и к самому
П .Н . Краснову, и к его прош лой, и в эм играции военно­
политической и общественной деятельности, и к его литера­
турным произведениям было не столь восторженное, а под­
час, м ягко говоря, снисходительное, если не сказать хуж е.
Но здесь, наряду, подчас вполне объективны м и оценками и
совершенно обоснованными критическим и замечаниями, ска­
зывалось и укоренивш ееся с давних времён в среде значи­
тельной части российского дворянства и немалых кругов рус­
ской интеллигенции пренебрежительное отношение к «ка-

1 С.Ф. Стариков. «П.Н. Краснов». См.: «Вестник казачьей выставки в


Харбине, 1943 г.» (г. Харбин, Китай), 1943 год, стр. 62.
2 В.В. Орехов. «Генерал П.Н. Краснов». См.: «Часовой» (г. Париж,
Франция),) № 11-12, июнь 1929 года, стр. 18-19.
3 В.В. Орехов. «Петру Николаевичу Краснову». См.: «Часовой»
(г. Париж, Франция), № 242, 15 августа 1939 года, стр. 2-3.
/П С\\

29
зывалось и укоренивш ееся с давних времен в среде значи­
тельной части российского дворянства и немалых кругов рус­
ской интеллигенции пренебрежительное отнош ение к «ка­
зачкам» и глубоко скептическое отнош ение к их способнос­
тям быть кем-либо другим , кром е к а к « н а гаеч н и к ам и » ,
«царскими опричникам и», «душ ителями свободы» и т.п.
Но для нас более важны и непреходящ и другие оценки, в
частности, такого авторитетного военного профессионала, учё­
ного и публициста, к ак генерал-лейтенант Н .Н . Головин
(Ф ранция): «...О писания Красновым быта и боевой ж изни
Русской Армии и, в особенности, казачьей, это перлы рус­
ской литературы и за одни только эти страницы П .Н . Крас­
нов будет причислен к сонму русских к ласси ков...»1.
Очень хочется надеяться, что в современной, хотя и труд­
но, но всё более уверенно идущей по пути возрождения, Рос­
сии так оно и будет, и, вместе с тем, сбудутся слова Н. Чух-
нова из предисловия к роману П .Н . Краснова «От Двуглавого
Орла к красному знамени»:
«...Подвигом мученичества заверш илась земная ж изнь ве­
ликого писателя и русского патриота, но творения его не ум­
рут в веках.
Ш квал последней войны уничтожил многое и многие бес­
ценные памятники истории; но Краснова уничтожить нельзя.
Его книги осветят ещё пути грядущ им поколениям.
...Последующими изданиями, в миллионных тираж ах, уже
озаботится освободившийся русский народ...».

* * *

П ока ж е, не дожидаясь, когда «...озаботится (если такое


случит ся - К.Х.) освободившийся русский народ», публика­
цией и переизданием некоторых произведений П .Н . Красно­
ва озаботился Некоммерческий фонд «Казачье зарубежье»

1 Генерал-лейтенант Е.Е. Головин. «Генерал П.Н. Краснов (К


пятидесятилетию в офицерских чинах)». См.: «Русский инвалид» (г. Па­
риж, Франция), № 138, 20 августа 1939 года, стр. 3.
(г.Ростов-на-Дону), а серия романов А тамана выш ла в изда­
тельстве «Айрис» (г. Москва).
Уверен, что и сборник «Родные к азак и !..» , в который
вклю чены статьи и рассказы, очерки и отрывки из ряда ро­
манов и повестей П .Н . Краснова, посвящ ённые, в основном,
казакам различны х казачьих Войск и Казачеству в целом, а
такж е участию казаков в XVII-XIX столетиях в создании и
защ ите Государства Российского, заинтересует не только ка­
заков. И, вместе с тем, своим содержанием сборник ещё и
ещё раз напомнит и русским, и другим коренным народам
России о том, что славное своим героическим прошлым К аза­
чество почти четыре столетия сражалось «За Веру, Ц аря и
Отечество!», верно служило Государству Российскому, рас­
ш иряя и укрепляя его границы, и внося весомый вклад в
создание Великой, Единой и Неделимой России!1.
Именно поэтому, «...уничтож ая Россию, большевики са­
мое большое внимание обратили на уничтожение к азак о в ...» 12.
И сегодня, во всё более уверенно набираю щ ей имперс­
кую мощь России, возрож дается, к ак Ф еникс из пепла, и
славное Российское К азачество, и его историческая миссия
не закончена!

Директор Некоммерческого фонда


«Казачье зарубежье»
К.Н. Хохульников.
г.Ростов-на-Дону,
октябрь 2006 года.

1 Полагаю необходимым отметить, что все включённые в сборник


произведения П.Н. Краснова публикуются с сохранением авторской ор­
фографии. В частности, сохранено написание Атаманом: «Русский», «Рус­
ские», «Русский народ», «Русская Армия», «Русское Государство», «Им­
ператор», «Императорская Армия», «Царь», «Государь», «Господь»,
«Бог», «Всевышний» с большой буквы.
2 П.Н. Краснов. «Сибирские казаки». См.: «Часовой» (г. Париж, Фран­
ция), № 121, 15 февраля 1934 года.

31
ВСЕВЕЛИКОЕ в о й с к о д о н ско е за РУБЕЖОМ

АТАМАН ДОНСКИХ КАЗАКОВ ЗА РУБЕЖОМ


Prof N.V. FcodoroflT, Dr.C.E, 100 Smith Road, NANUET.NY 10954-5270, U.S.A.;fcl: 914.371.1767;Fax: 973.994.4596
Нанует, Н.Й., 21 января 2001
Профессор H.B. Федоров
Атаман гКолнижочис
Есаул Я.Л.Михеев Я, нижеподписавшийся, профессор Николай Васильевич Федоров, атаман
Войсхоаой Писарь Донских Казаков за Рубежом н председатель союза казаков Дона, Кубани и Терека,
уполномочиваю Константина Николаевича Хохульникова переиздать все труды
(книги, статьи и письма) знаменитого писателя земли Русской генерала Петра
Николаевича Краснова. По его завещанию при перепечатывании требуется
сохранять старое правописание. В случае если будут авторские гонорары,
издательство должно разыскать и выплатить родственникам автора Петра
Николаевича Краснова, если таковые найдутся. Если таковые не найдутся, то
передать гонорары национальной казачьей организации или Войску Донскому
исключительно на воспитательные, образовательные и религиозные нужды сирот
потомственных донских казаков.
Петр Николаевич Краснов особенно известен своими книгами "Картины
былого Тихого Дона" (1900), от "Двуглавого Орла к Красному Знамени" (1924) и
многими другими китами (около 100) и статьями затрагивающими многие области
человеческой жизни, включая военные и психологические как "Душа Армии".
Большинство его трудов переведены на многое языки мира и распространены в
Азии, Европе, Австралии и Америке.
Сие полномочие своей подписью н атаманской войсковой печатью
Вссвеликого Войска Донского подтверждаю

Верно: Н, 8
ML I Проф. Н.В.Фсдоров, Dr.C.E.
Атаман Донских Казаков за Рубежом
Р^аул Я.Л.Михеев, С.Е. н предссд. Союза Дона, Кубани и Терека
Войсковой Писарь

V
te tn4 ubtcrUwtf Utoft м г С У М А Х У f^ D
-----
UAR« «we*
« л с ----- NoUry РиЫс о( Ми . Jwwy
С ф м п и в л E i t v i i 9 /1 8 /3 0 0 9
«Яко с нами Бог»

Это было очень, очень давно, в 1915 году, во время моего


посещ ения пленных в Австро-Венгрии. Тогда ещё Божией
милостью была Императорская Армия.
В госпиталях умирающие раненые. В лагерях, на поле­
вых работах - все, как один, тянулись в Своей М атушке Рос­
сии. Многие от одной тоски по ней умирали. Семья, деревни,
сёла, церковь, поля и леса звали и звали их к себе... Но, что
всего больше поражало - это их простая вера в Бога, их пора­
зительная покорность воле Божией и Православное велича­
ние Бога. Сквозь всего этого мира чувств, и страданий, и
молитвы, сиял для них тихий образ Ц аря-Батю ш ки. Всё для
них начиналось и кончалось Им. Он был их Отец везде, в
деревне, в бою, в ранении, в плену... Ибо всё добро, всё счас­
тье - всё было от Бога и от Батю ш ки-Ц аря, и могло быть
только в России.
В одном громадном здании, устроенном для лазарета, ле­
ж ало много раненых, умираю щ их, выздоравливаю щ их. Со­
брали и всех работающих пленных в этом городе. Сердце было
залито их слезами, страданием, тоской и верой в Бога. К аза­
лось, от этого исповедания земля соединялась с небом в серд­
це человека.
Обход кончался, темнело. Кто-то подошёл ко мне попро­
сить начальство разреш ить спеть. «Хотим спеть Вам всё, что
чувствуем. Себя и Вас утеш ить на прощ ание...»
Где-то задали тон - его передали по коридорам, палатам,
лестницам ... Всё замерло. И вдруг, где-то далеко, пронизы­
вая и побеждая всё, один чистый голос канонарха зазвенел
«С нами Бог, разумейте язы цы и покоряйтеся». И еле, еле
слыш но, всё расш иряясь, дивный хор зазвенел: «Яко с нами
Бог». Из другой палаты прозвучал малиновый голос кано­
нарха: «У слыш ите до последних зем ли». А хор, к ак ан­
гельские к р ы л ья, всё выш е и выш е подним ал эти слова
Великого П овечерия... Спустилось на землю благословен­
ное молчание, никто уж е не мог говорить. Все безмолвно

2. Зак. 0060 33
толпились у выхода, к ак вдруг всё это море людей упало на
колени и запело: «Боже, Ц аря храни!» Ры дание перебива­
ло пение. В плену было запрещ ено петь гимн за строгое
наказани е. Но эта любовь и верность смели все законы вой­
ны. А встрийское начальство сняло головной убор, вы тяну­
лись и стояли смирно.
Склонялись невидимые знамена перед великим призва­
нием России!

Октябрь 1923 года.


ИСТОРИЧЕСКИЕ
ОЧЕРКИ ДОНА
Часть первая

Всевеликое Войско Донское

Книга первая:

С давнего прошлого по сентябрь 1613 года:

Исторический край бесконечной борьбы,


Край казачества, вольности, славы,
Подвергался не раз ты ударам судьбы,
Сын свободной великой держ авы ...

Ты героев гнездо, где родился Ермак,


Где явился граф Платов, Бакланов,
Богатырь чародей, нагоняющий страх
На чеченцев и гордых османов...
Чулков
1

Д авнее прошлое Юго-Востока Европы. Степь. Первые её


насельники, о которых упом инает ист ория, - скифы. Гречес­
кие колонии. Город Танаиды. Х а за р ска я крепость Саркелы.
П оловцы. П озднейш ие раскопки. Греческие вазы с изображе­
ниям и скифов.

Ш ирокая, на тысячу вёрст, равнина между ю жными отро­


гами Уральского горного хребта и восточными окраинами Кар­
патских гор, перерезанная низовьями мощ ных полноводных
рек, Я ика (Урала), Волги, Дона и Днепра, - бесконечная,
бескрайняя степь - «Поле», с глубокими оврагами-балками,
поросшими дремучими лесами, - ворота, проходной двор наро­
дов Азии в Европу.
Ни высоких гор, ни скалистых хребтов, ни естественных
оборонительных рубежей. Только реки, замерзаю щ ие зимой,
с низкими левыми и возвыш енными, в холмах, правыми бе­
регами. Равнина, ш ирь, простор необъятный.
Весной - синь небесная наверху, синь цветочная, степная
внизу. Тюльпаны, лю тики... Серебристый ковыль струит свои
султаны по ветру. Простор и корма для табунов диких коней,
для стад сайгаков и оленей, для зайцев. В балках всяким
зверем полно. По степи дудаки-дрофы гуляют, стаи куропа­
ток, перепелов. В небе льётся непрестанная сладкая песня
жаворонков. По степным озёрам, по речным заводям и прото­
кам - что птицы!.. Лебеди, дикие гуси, утки всевозможных
пород, гордо в небе парит царственный орёл, и голубая тень
от его широко разметанных крыльев дрожит на ветром колы-
шемой траве.
Летом от нестерпимого зноя погорит степь. Н икнет к зем­
ле сухая желто-бурая трава. Степной пожар палом пробежит

36
по степи, дочерна вы ж ж ет землю, избороздит глубокими тре­
щ инами, щ елями.
Под осень прольют дожди. И голками зелёной яркой тра­
вы покроется погорелое место, отдохнет, оживят птица и зверь.
И вот уже готовится она к дальнему отлёту. В сентябре, ког­
да катит по степи сухое «перекати-поле» и плывёт по возду­
ху серебряная лип кая паутинка, слышно в небе глухое, будто
гортанное, курлы канье журавлей, несутся их стаи на юг. Тя­
нут гуси и лебеди, понеслись утки, исчезли, умолкли ж аво­
ронки. Глубоко зары лся в балке в берлогу степной медведь.
Сайгаки сбились в стада, хоронятся в затиш ке. Голодный волк
воет в степи. Кричат по ночам ш акалы .
А когда зимою дохнёт из Сибирских просторов северо-
восточный ветер, зак р у ж и т снеж ны м маревом, зап урж ит
страш ны ми буранами - вымрет степь. Мороз прочными мос­
тами окуёт реки. Толстым саваном на саж ень и больше по­
кроется земля снегом. Ж и зн ь притаится в степи. Тощают и
гибнут табуны. К репким копытом роют снег кони, пробива­
ют ледяной наст, гложут замёрзш ую , сухую траву, лиж ут
холодную просоленную землю.
Мёртвый, страш ный край. Нет в нём ж изни.
Таким рисовался он древним греческим и римским коло­
нистам - страна скифов и сарматов. Историк Геродот сказал
о нём: «...в Скифии нет ничего достопримечательного, кроме
рек, её орошающих. Они велики и многочисленны...»
Конец света. Дальш е - Гиперборейские страны - холод...
м рак... Не отваживались идти туда ни греческий купец, ни
римский воин-завоеватель. Теснились к берегам тёплых мо­
рей - Азовского и Чёрного. Там ставили они свои торговые
города, строили военные крепости для гарнизонов.
Римские историки, описывая этот край, указываю т, что
населяли его с к и ф ы и с а р м а т ы . Реку Дон называют они
Т а н а и с о м и в низовьях его отмечают, в 9 верстах от устья
реки Мёртвого Донца, между тепершними селениями Недви-
говкой и Сенявкой, греческий город Т а н а и д ы .
В недавнее время, уже при больш евиках, профессор ар­
хеологии Г.А. Миллер произвёл раскопки около станиц Цым-

37
лянской и Семикаракорской и нашёл остатки большого города.
Найдены были обломки керамики, по рисунку и клеймам сход­
ные с греческими рисунками Византийской эпохи Х-ХИ ве­
ков. Белые кирпичи фундаментов показали, что тут была боль­
ш ая крепость и много зданий: это остатки древнего хазарско­
го городка С а р к е л л ы . Х азары вытеснили до Рождества
Христова скифов стали в долине реки Дона и Донца.
Хазар вытеснили в свою очередь п е ч е н е г и , затем
половцы.
И ничего живого не осталось от первых насельников при­
донской земли. Ни людей, ни живого их язы ка, ни преда­
ний, ни сказаний, ни песни, ни крови их, ни рода, ни пле­
мени.
Сухой мёртвый рассказ летописца о скиф ах, искусны х
наездниках, служ ивш их в Римском войске и славивш ихся
как неустраш имая конница.
В Петербурге, в Эрмитаже, хранились две художествен­
ные вазы: Ч е р т о м л ы ц к а я , серебряная, тонкой работы,
IV века до Рождества Христова, греками сработанная, - и на
ней изображения скифов, укрощ аю щ их диких коней, и Ку-
льобская ваза из электрона, смеси золота и серебра, - тоже
греческой работы III-IV века до Рождества Христова, найден­
ная близ Керчи; на ней дюже изображения скифской ж изни.
Ещё при раскопках на местах греческих колоний найде­
ны были статуэтки, изображающие оленя, сражённого стре­
лой, женщ ин-охотниц; обломки копий и стрел, ж енские убо­
ры - всё художественной греческой работы.
А люди? А их потомки? Их дети, внуки, правнуки - кровь
отцов, скифов, гуннов, аваров, венгров, хазар, печенегов, по­
ловцев, всех тех, кто давно, давно, в стародавние времена насе­
лял Донские просторы? Куда девались они? Что сталось с ними?
Одни прош ли через «Великие Европейские Ворота» на
запад за Карпатские горы и там осели, изменив имена и обы­
чаи. Другие бесследно исчезли, и говорит о них лиш ь чуж ая
Р им ская история, да находят мёртвые останки их учёные
археологи, чуть приоткрываю щ ие перед нами завесу прожи­
тых веков.

38
Что же случилось с ними и почему они бесследно исчез­
ли, не оставив своего семени?

2
Н аш ест вие т ат ар. Б ат ы й. Разгром русски х городов. М а ­
май. К уликовская битва. Д м ит рий Донской. Н аш ест вие хана
Тохт амыш а на М оскву. Тамерлан. Тат арские царства и ха н ­
ст ва на Востоке и Юго-Востоке Европы. Татарское иго. Его
последст вия для Руси. Первые слухи о казаках.

Как сибирский зимний буран налетает на степные про­


сторы, покрывает снежным покровом землю и убивает травы
и листву, мертвит степь, так умертвили, уничтож или, без
остатка избили людей, населявш их низовья Я ика, Волги и
Дона, татарские орды, в начале XIII века хлынувш ие неудер­
ж имым потоком из А зии в Европу.
В 1224-м году на хазарскую крепость Саркеллы, на стано­
вищ а половецкие повалили татары. Летописцы сказываю т,
что от поднятой татарскими ордами пыли потускнело и зат­
милось солнце. Рж анье тысяч коней, рёв верблюдов, крик
ослов, скрип тяж ёлы х арбяных колёс, голоса людей слились
в немолчный гул. Точно море шумело, ревело и билось о ска­
лы. На небольших, крепких, выносливых конях, вооружён­
ные саблями, лукам и и стрелами татары раскинулись по сте­
пи бесконечными лавами и стали ставить свои кибитки.
Они ш ли волнами, волна за волной, всё за собой уничто­
ж ая. Хан Баты й (1238 г.) пошёл на Русскую землю и пото­
пил её в крови. Летописец бесстрастно отмечает, что в Торж­
ке татары перебили всех ж ителей, в Козельске - не только
всё взрослое мужское население, но и ж енщ ин и детей; в
Переяславле половину ж ителей истребили, а другую увели в
плен; в Киеве от большого цветущего города осталось не бо­
лее 200 домов, в окрестностях валялось бесчисленное множест­
во черепов и человеческих костей, разбросанных но полям; в
городе Лады ж ине, на Буге, сдавшееся население было пого­
ловно истреблено. Во Владимире-Волынском не осталось ни
одного живого человека. Ц еркви были забиты трупами. За

39
один февраль 1238 года татары Баты я взяли 14 городов, не
считая слобод и погостов. Население, где могло, бежало в
леса, страна обнищала и запустела.
Татарское иго нависло над Русской землей.
Прошло полтораста тяж ёлы х чёрных лет рабства под тата­
рами. Мамаевы орды прочно стояли в «Поле», поставили свои
сёла - «улусы». Русская ж изнь исчезла. Летописец отметил:
«Где прошёл татарский конь, там трава не росла».
Враждовавшие между собой Русские кн язья приш ли, на­
конец, к единению, собрали большую рать и выступили про­
тив татар. 8 сентября 1380 года на Куликовом поле, на реке
Непрядве, под водительством к н язя Дмитрия Донского Рус­
ские нанесли татарам первое поражение. Это ещё не была
победа, она не дала желанной свободы от татарского ига, но
Русские увидели, что с татарами можно сраж аться и в буду­
щем их можно победить.
И ещё прошли ж уткие годы неволи. В 1381-м году татар­
ский хан Тохтамыш ворвался в Москву и учинил там крова­
вую расправу над ж ителям и. Историк Костомаров так описы­
вает это нашествие: когда татары ворвались в Кремль, напол­
ненный беглецами, «...несчастны е москвичи, м уж чины и
ж енщ ины , дети, метались в беспамятстве туда и сюда; на­
прасно думали они избавиться от смерти; множество их иска­
ло спасения в церквях, но татары разбивали церковные две­
ри, врывались в храм и истребляли всех от мала до велика.
По известию летописца, резня продолжалась до тех пор, пока
у татар не утомились плечи, не иступились сабли. Все цер­
ковные сокровища, великокняж еская казна, боярское иму­
щество, купеческие товары - всё было ограблено... Наконец,
город был заж ж ён. Огонь истреблял тех немногих, которые
успели избежать татарского м еча... Страшное зрелищ е пред­
ставляла теперь русская столица, недавно ещё многолюдная
и богатая. Не было в ней ни одной живой души; кучи трупов
леж али повсюду на улицах среди обгорелых брёвен и пепла,
и растворённые церкви были заставлены телами убитых, не­
кому было ни отпевать мёртвых, ни оплакивать их, ни зво­
нить по ним...»

40
Подводя счёт потерям, летописец отмечает: «Погибло мало
сказать - и ты сяча тысяч!»
Через 14 лет, в 1395-м году, на Европу, из глубин мон­
гольских степей, с огромными силами двинулся покоритель
Азии - Тамерлан. Европа замерла в ужасе, узнав о его при­
ближении. Татары дошли до Ельца и повернули обратно.
Ж уткие времена настали для южных и восточных границ
Русских княж еств. Кругом стояли татарские силы, готовые
каж ды й день обрушиться на Русь. На средней Волге утвер­
дилось царство Казанское, по степям Я ицким кочевала Но­
гайская орда, по низовьям Волги и на её рукаве Ахтубе стало
А страханское царство, на Дону и Донце - огромная Золотая
орда, в Крыму - К ры м ская орда, на Кубани - м алая Ногайс­
кая орда.
Русские кн язья должны были платить татарам дань.
«...Свыше чем двухвековое общение с татарам и,- повеству­
ет историк, - постоянное соприкосновение с ними неизбежно
привело к сильному огрубению нравов, к усвоению варварс­
ких понятий и привычек. В средние века два христианских
народа, на двух противоположных окраинах Европы, терпели
иго мусульманское: русские и испанцы, но последние нахо­
дились в значительно лучш их условиях: мавры принесли с
собой высокую культуру, оставили после себя положитель­
ный след; они содействовали развитию знания и искусства, и
с избытком искупили нанесённый ими материальный вред,
тогда как от татар Русский народ перенял, главным образом,
ж естокие пы тки и кнут, рабское чувство низш их перед выс­
ш ими, привычку к произволу. Татары глуш или чувства за­
конности и нравственного долга, и надолго грубую силу пос­
тавили выше закона...»
Русская ж енщ ина была заперта в терема, семья и м уж ья
оторваны от благого женского влияния. Одежда стала похо­
дить на татарскую . Заняты е татарами на востоке и на юге
Русские были оттёрты от Запада.
На Западе в XV веке пыш ным цветом расцветала эпоха
Возрождения, - Россия к ак бы железной стеной, была отго­
рожена от Запада. Ни Запад ничего не знал про таинствен­
ную Московию, подвластную татарам, ни Московия ничего

1/2 2. Зак. 0060 41


не слы ш ала про немецкие страны, про тамошнюю ж изнь,
про славные времена Возрождения наук и искусств.
Но эта ш естивековая борьба (862-1462 гг.) России с кочев­
никами Азии - аварами, уграми, печенегами, половцами и
монголами - бывш ая величайш им бедствием Русских, явл я­
ется огромной заслугой Руси перед народами Западной Евро­
пы. Русские грудью своей отстояли Запад от страш ных по­
следствий татарского ига, приняли удары его на себя.
В те средневековые годы придонское «поле» носило на­
звание «Дикого Поля». Там кочевали татары, и горе было
тому смельчаку, который вздумал бы проникнуть в их улусы
и заж ить на их земле. Там не было европейцев, не было ни­
каки х потомков скифов и сарматов - там была только татарс­
кая орда.
Кто ж е, однако, были «рязанские казаки », оказавш ие сво­
ему городу Рязани помощь при столкновении с татарами в
1444 году?
О ком пишет в наказе великой княгине Р язанской Аг­
риппине в 1502 году великий князь М осковский Иван III:
«Казнить тех, кто ослушается и поедет с а м о д у р ь ю на
Дон в м о л о д е ч е с т в о » ?
К аких это «рязанских казаков» нанимала В еликая кн я­
гиня Агриппина для провода её людей к Азову для сноше­
ний с К ры м ски м ханом, « к о т о р ы е б ы на
Д о н у з н а л и , чтобы послам её от заполян лиха никакого
не было»?
Что ж е это за люди были - казаки Рязанские и заполяне,
бесстраш но ж ивш ие и ходивш ие между татар по Дикому
Полю?

3
Кто т акие казаки? Отбор сильны х и см елы х. Ж изнь в
Д иком Поле. Что обозначает слово «казак»? К ак приним али
всех казаки. Зем ля, заслуж енная кровью многих поколений.

Разны е то были люди, по разным причинам тянула их


полная опасных приключений ж изнь в Диком Поле.

42
Были люди, в ком «молодецкая сила ж ивчиком по ж и-
луш кам переливалась», кого тянуло к вольной охотничьей
ж изни в дикой необъятной стране, богатой зверем, птицей и
рыбой. Хотелось вволю пополевать, поиграть со смертью в
схватках с татарами и победить смерть... Так ш ли русские и
на Восток, в Азию, становились «землепроходцами», прохо­
дили неведомые страш ные страны, доходили до К итая, бро­
дили по берегам Ледовитого океана и открывали земли на
Восточном океане. Так тянуло людей и на юг, к синему,
никогда не замерзаю щ ему морю, к сказочны м горам с се­
ребряными, вечным льдом покры ты м и, гребнями. Там сбы­
валось то, что слы ш али они в заманчивой старой, старой сказ­
ке! Не беда, что там в каждой балке смерть сторожила, что
татарская стрела могла поразить из-за каждого куста. Тем за­
манчивее, тем привлека-тельнее был поиск.
Ш ли те, кого сломило тяж кое горе. У кого родных увели в
полон татары, у кого татары убили близких, мать, жену, де­
тей, кому стал не мил родной дом, кому стало - «либо в стре­
мя ногой, либо в пень головой». Разм ы кать горе, отомстить
татарам ш ли они в Дикое Поле.
Ещё ш ли те, кому невмоготу становились привитые тата­
рами на Руси жестокие нравы, холопская неволя, угодниче-
нье перед боярами и помещ иками. Они ш ли искать вольной
ж и зн и .
П озднее, когда крестьяне были прикреплены к земле,
когда круче становился помещ ичий произвол над ж изнью
крепостного раба, - уходили люди от этого рабства, бежали от
помещ ика на юг - «К к а з а к а м ... Н а Д о н...»
«С Дона, - слыш али, - выдачи нет!»
Когда начались гонения за старую веру, за рукописные
книги, когда М осковская власть стала насиловать совесть
людей, гнуть веру по-своему, казнить и живьём сж игать не
согласных с нею, пошли на северную окраину Дона, к рекам
Хопру и Медведице, люди старого завета, потянулись и даль­
ше - на реку Я ик, становя там свои старообрядческие скиты
и поселения. Твёрдые в вере, упорные, честные, трезвые и
сильные, то были новые насельники Дона и Я ика.
Так и полнился Юг России приш лыми людьми.
°)V ^
1/2 2 гч^ 43
Какие же это были люди?..
Уже самый путь, - долгий путь пешком или в челноке по
Дону и Донцу, реже на коне, на малообъезженной лошади,
отнятой у татарина, - был полон лиш ений и опасностей - ред­
ко кто мог его вынести. Доходили до казаков, становились
казакам и лиш ь самые крепкие и выносливые телом, самые
волелюбивые, сильные и крепкие духом.
Н елегка была и сама ж изнь в Диком Поле, полна лиш е­
ний, тревог и опасностей. Татары были кругом. К аж дый час
могли наскакать, порубить, уничтож ить приш ельцев. К аж ­
дый час нужно было быть готовым дать отпор, вступить в
страш ный рукопаш ный бой. Н ужно было держ ать «уши бу-
равцом, а глаза огнивцом» - всё слыш ать и далеко видеть.
Здесь вы ж ивали только сильные, воинственные, зоркие и
храбрые.
Ш ли почти без оруж ия. Разве что, засапожны й нож был
при путнике. Оружие нужно было достать, добыть в бою.
П риходили отрёпанные, больные - всё нужно было получить
с боя от врага татарина: «добыть, альбо дома не быть...»
Устраивались в землянках, в камыш овых городках - не­
когда было строить хорошие курени, да и не стоило. В одно­
часье пожгут их татары. П итались охотой и рыбной ловлей -
«с травы да с воды». Неделями голодали; мёрзли зимой; то­
мились от зноя летом. Хлеба не сеяли. Уже больше двухсот
лет стояли по Дону казаки , а всё был запрет сеять хлеб, а кто
будет сеять, то того казнить смертью, - так казаки всегда
были готовыми к бою, не думая о полях и урож аях. В песне
казачьей и по сей день поётся:
...У нас, на Д о н у, да не по-вашему -
Н е сеют, не ж нут , да не т к у т , не прядут ,
Н е т к у т , не прядут , а хорошо ходют...
Как ж е было то, что казаки были в ту пору и одеты, и
вооружены, и гордо говорили про себя: «Все земли нашему
казачьему житью завидуют», или - «У нас зипуны серм яж ­
ные - да умы бархатны е...»?
В огромном большинстве эти насельники Дона были Рус­
ские из Р язан и и М осквы, были люди и с севера, из-под

44
Новгорода - так, есть предание, что Ермак был родом из Нов­
города, были и Черкассы-малороссы из Украины, приходили
и поляки, и горцы К авказа - грузины и черкесы, но главное
население были Великороссы.
Но люди эти перерождались на Дону и становились толь­
ко к а з а к а м и.
Долгая опасная путина на Дон закал ял а их. Слабые отпа­
дали. Поворачивая назад, отставали, гибли от болезней, от
лиш ений, голода или от татарской сабли, выковы вая сталь­
ные души казачьи. Становились «самодурью на Дону в моло­
дечество» лиш ь те, кто не испугался угрозы, Великого князя
Московского Ивана III, что казнит их смертью. Происходил
на Дону отбор самых лучш их, самых крепких, выносливых и
волелюбивых людей - рыцарей-казаков.
Враг был конный. Пришлось и этим людям садиться на
коня. П о-татарски, так ж е, как и по-турецки, легковоору­
жённый конный воин, без доспехов - панцы ря, кольчуги и
ш лема - назывался «гозак». Искажённое это слово и стало
нарицательны м для насельников Донских степей, и стали
они называться везде, и у себя, и за пределами Дикого Поля, -
«казаками».
Когда проходили те люди линию сторожевых Рязанских
крепостей и засек, вступали в Дикое Поле и пробирались
узкими тропками на юг или плыли на челне, в скором време­
ни окликал их громкий голос с выш ки и слы ш ался могучий
посвист:
- Гей! Что за человек?
- Человек я Бож ий, - отвечал обычно приш елец, - обшит
я кожей, крыт рогожей.
- Гей!.. Сам вижу. Чего пришёл искать?
- Счастья пришёл я искать. Воли Бож ией у вас, у каза­
ков, у вольных людей.
- В Бога веруешь?
- Верую. Его молитвами и дошёл.
- А ну, перекрестись!
И крестились все, кто приходил на Дон: и Русские право­
славные с Русскими именами и прозвищ ами, и иных земель
люди: Грековы - выходцы из Греции, Татариновы и Татарки-

45
ны - приш ельцы от татар, менявш ие магометанскую веру на
вольную казачью ж изнь, Грузиновы, пришедшие из далёкой
Грузии, Персияновы - из Персии, Черкесовы - из черкесов,
Сербиновы и Себряковы - из сербов, Миллеры - из немецкой
земли, Калмыковы - из калм ы цких кочевников, М ещ еряко­
вы - из мещ ерских татар, П оляковы и Яновы - из Польши.
Всех обламывала казачья удалая ж изнь, все равно станови­
лись Донскими казакам и и забывали, откуда и каким ветром
занесло их предков на Тихий Дон в Дикое Поле.
Сильный, многочисленный, неистовый и жестокий враг был
кругом. Бывали годы, когда в борьбе один на сто выбивалась
сила казачья. К акая нужна была дисциплина, какое подчине­
ние своему атаману-вождю, чтобы устоять в страшной нерав­
ной борьбе, какое нужно было товарищество - все за одного и
один за всех, чтобы отстоять своё право на ж изнь на Дону!
Вся Донская земля, каж ды й городок казачий от самого
верху, от Хопра и Медведицы, до низовьев Дона и Донца, до
турецкой крепости Азова была густо залита кровью казачьей,
каж дая пядь земли была завоёвана, заслужена большими по­
бедами и подвигами - подлинно кровью предков купленная
земля, навеки нерушимо казачья земля!

...Н е сохами-то славная зем лю ш ка наш а р а сп а ха н а ,


Распахана наша зем лю ш ка лош адиными копы т ам и,
А засеяна славная зем лю ш ка казацким и головами...

И ещё поют казаки про свой, про Тихий Дон:

..Л о и горд наш Д о н , Т ихий Д о н , наш бат ю ш ка,


Басурм анину он не кла нялся, у М осквы, как жить,
не спраш ивал.
А с Турет чиной по пот ылице ш ашкой острою
век здоровкался,
А из года в год степь Д онская, наш а м ат уш ка,
За П речист ую М ат ь Богородицу да веру свою
православную,
Д а за вольный Дон, что волной ш умит ,
в бой звала с супостатами...

46
4
Военно-дозорные дороги. Казачьи городки - военный стан.
Ниж ние и В ерхние Раздоры. Д онской ат ам ан Сары-Азман -
1549 г. М орские поиски казаков по Азовском у и Чёрному мо­
рям. П оходный и ватаж ный атаманы. Односумы. Крепость
Азов. М орская т акт ика казаков. Основание Гребенского (Тер­
ского), Волгского и Я ицкого войск.

Как же и чем ж или казаки в те первые годы заселения


Дикого П оля, когда число их не превышало несколько ты­
сяч, в те далёкие времена первой половины XVI века, когда
Москва хотела их истребить за их молодечество?
Ж или:
Степью широкой....
Степью необъятной...
Там!.. - на воле, на Тихом Дону!..
Скучно ст анет - на В олгу пойдём,
Бедно ст анет - и денег найдём,
Волга-М ат уш ка приют ит,
В сех приласкает и всех одарит!..

Ж или набегами, разбоем, жили войной... Ж или - добычей...


Если приш ельцы не плыли в Дикое Поле, опускаясь по
рекам Дону, Донцу, Хопру и Медведице на челнах, - они
ш ли по ш ляхам-дорогам, проложенным, вернее - протоптан­
ным вдоль этих рек. Дороги эти назывались «военно-дозор­
ными». Главная, протоптанная из Москвы к Крымскому хану,
ш ла по левой, ногайской, стороне Донца. Она входила в Ди­
кое Поле возле речки Деркула, после ш ла вдоль течения рек
Глубокая и Калитвенец к Сокольим горам. За Сокольими го­
рами, за речкою Быстрою леж ал первый казачий городок Раз­
доры Верхние. Н иж ние Раздоры, или «первая станица ата­
манская», находились под Кобяковым Городищем.
К азаки ставили свои городки по течению больших рек.
Городки эти были окружены тыном и терновыми плетнями,
перед которыми были глубокие рвы. За тыном, ближе к го-

47
родку, были валы с деревянными баш нями по углам. Внутри
такой крепости стояли большие избы, помещ авшие по не­
сколько десятков казаков. Иногда весь казачий городок со­
стоял всего из нескольких таких изб-казарм. Возможно, что
название П яти-избянской станицы произошло от того, что
когда-то в её городке стояло только пять изб-казарм. Это были
в полном смысле военные станы с военным устройством. Это­
го требовала суровая ж изнь в степи, где казаки были окруж е­
ны врагами-татарами.
В эту пору, начала XVI века, Дон был пуст. К раковский
каноник, оставивший по себе описание Сарматии, так пишет
о Диком Поле: «...Широко раскинулись степи А лании, поки­
нутые как А ланам и, так и последую щ ими приш ельцам и.
Иногда их пересекают к азаки , ищ ущ ие по обычаю своему
«кого поглотити», ибо ж ивут они грабеж ам и, ником у не
подвластные, и пробегают обширнейшие степи, объединяясь
в ш айки по 10, 20, 60 и более человек...»
В 1538-м году ногайский мирза Келмагмед ж алуется Ве­
ликому Князю Московскому Иоанну Васильевичу (впослед­
ствии царю Ивану Грозному) на притеснения татар от каза­
ков, и тот отвечает ему: «...Л ихих где нет?.. На Поле ходят
казаки многие: казанцы , азовцы, крымцы и иные баловни
казаки , а и с наш их украин казаки , с ними смеш авш ись,
ходят, и те люди как вам тати, так и нам тати ...» .
Однако не просто «тати» были те казаки , иначе не при­
шлось бы одиннадцать лет спустя, в июне 1549 года, Юсуфу,
князю Ногайскому, ж аловаться Царю Московскому Иоанну
IV на грабеж, который учинили татарским купцам «казаки
севрюки, которые на Дону стоят», а в октябре того ж е года
писал он дополнительно: «Холопи твои, некто Сары Азман,
на Дону в трёх и четырёх местах города поделали, да наших
людей и послов стерегут, да разбиваю т...»
В списке Донских атаманов, хранивш емся в Донском му­
зее, в Новочеркасске, под 1549-м годом значится первым Дон­
ским атаманом С а р ы-А 3 М А Н ... Кто он был?.. Возможно,
что был он и татарин. «Сары-азман» по-татарски - «удалая
голова»..
Сары-Азман построил по Дону Верхние и Н иж ние Раздо-

48
ры, Махин Остров на левом берегу Дона, в пяти верстах от
нынеш ней Ольгинской «станицы, М онастырский и Смагин
городки в юрте нынеш ней Старочеркасской станицы.
Т ак, «сам одурью », при ш ед ш и е в Д икое П оле «б а -
л о в н и» к азак и завоёвы вали себе в кровавы х боях место
под солнцем, устраивались в диком богатом краю и, не­
признанны е М осковскою властью , отрекаю щ ейся от них и
назы ваю щ ей их « татям и » -во р ам и , д ел ал и вели кое дело
расш ирения русских пределов и их обороны.
«С травы да о воды» не проживёш ь. Н уж на и одежда,
нужны люди, чтобы ставить городки и обслуживать их, что­
бы ходить за скотом, стеречь в степи табуны, нести всякую
домашнюю чёрную работу. К азак воин, подобный западноев­
ропейскому рыцарю, у него главное - война и набеги. У за­
падноевропейского ры царя были вассалы - его рабы; у казака
ту работу исполняли пленники - «ясыри» и пленницы -
«ясырки»...
Наступал день, когда либо нужда заставляла, либо кровь
казачья разыгрывалась в ж илах молодца казака-атам ана, и
вот, в праздничный день, выходил на площадь городка, на
«майдан», статны й молодец, скиды вал с головы высокую
ш апку-трухменку из бараньей смуш ки, кидал её на землю и
кричал зычным голосом:
- Атаманы-молодцы, послушайте!.. На Сине море аль на
Чёрное поохотиться; на Куму или на Кубань-реку за ясырь-
ми; на Волгу-матуш ку рыбки половить иль под Астрахань,
на низовье, за добычею; иль в Сибирь пуш ных зверей постре­
лять...
- Эге! - раздавалось в казачьей толпе. - Это кто же гута-
рит-то?.. О чём речь-то?..
- Иван Богатый кличет чегой-то.
- Иван Богаты й?.. Ин быть делу!..
Ш апка за ш апкой скидывались с лохматых голов и броса­
лись на землю. Ш ире становился круг казаков около первого,
бросившего свою ш апку, выше поднималась и гора ш апок.
Н есколько сот казаков соглашалось идти в поиск.
- Ну, разбирай, атаманы-молодцы, ш апки и айда Богу
молиться.

49
Ц ерквей в городках тогда ещё не было, но на площади
стояла часовня-голубец; пропоют около неё казаки молитвы,
какие знают, и идут в станичную избу обсудить за чаркою
вина поход и избрать походного атамана.
- Кому же быть походным-то, как ни ему?.. Ивану Бога­
тому!.. - раздавались голоса.
- Быть так!..
- В час добрый!..
Избрав походного атамана, приступали к выборам «ватаж­
ных» атаманов, писаря, разбивались на звенья, казаки под­
бирали себе «односумов», с кем питались из одной сумы,
кого в бою держались, как опоры.
И с того дня ж изнь городка преображалась. Куда дева­
лись пьяные гулёбщ ики к азаки , что целыми дням и ш ата­
лись по майдану, играли в «зернь» да затевали драки. Всё
слушало приказ атамана. Его власть была огромная. Малей­
шее неповиновение, да что неповиновение, просто неуваже­
ние ему, - и «в куль да в воду» или «посадя на землю, забить
его стрелами», - смертная, лю тая, позорная казнь!..
Первые большие набеги казаков были морские. На лёг­
ких «чайках»-однодеревках, опустясь вниз по Дону, в плав­
нях построят большие парусные «будары», приспособленные
и к ходьбе на вёслах. К аж дая такая - «будара» вмещ ала 60-
ЮО человек казаков, и айда в Азовское море и оттуда в Чёр­
ное. Д ля большей устойчивости лодок от морской волны и
для укры тия от неприятельских стрел борта лодок обшива­
лись камыш овыми щ итами. На дне ставили бочки с пресною
водою, бочонки с солёною рыбой, меш ки с сухарями и сушё­
ною рыбой.
Без компаса и без морских карт, спознаваясь днём по сол­
нцу, ночью по звёздам, без секстанта, ш ли казаки поперёк
Чёрного моря, к берегам А натолии. Доходили до Босфора,
грабили окрестности Константинополя. Турки укрепили на­
ходивш ийся в устьях Дона Азов, перегородили реку цепью
из тяж ёлы х брёвен, скованных ж елезными кольцами.
Ничто!.. К азаки ж дали в Донских плавнях, в густых ка­
мыш ах, когда ж естокая буря нагонит воду и поднимется над

50
цепями, когда напором воды порвет и самые цепи, и тогда
ночью врывались в море.
Завидев турецкие корабли, казаки рассыпались и на вёс­
лах уходили против ветра, а к закату солнца приближались к
кораблям с запада, чтобы солнце светило туркам в глаза, и
кидались с топорами и саблями на абордаж. Брали добычу
оружием и одеждою.
Немало казаков гибло в таких отчаянно смелых поисках..
Когда турецкий флот большими силами настигал морской
казачий поиск, казачьи лодки на парусах и на вёслах не­
слись к берегам, рассыпавш ись цепью, скрывались в кам ы ­
ш ах, иногда затопляли и самые лодки. Но только повернут от
берега турецкие корабли, как казаки вылезут из камыш ей,
вычерпают воду из затопленных лодок и понесутся в погоню.
А когда кончится поиск морской, войдут казаки в родные
воды Тихого Дона, идут вверх, обременённые добычей, с лод­
ки на лодку понесётся в лад гребле лихая казачья песня:

Н а усть Д она Тихого,


По край моря синего
Пост роилась бат енька,
Бат енька вы сокая.
Н а этой на бат еньке,
Н а самой на м аковке,
Стоял часовой казак;
Он ст оял, да ум аялся;
Н е долго не м ет кавт и,
Беж ит , спот ы кает ся,
Говорит , задыхается:
«Кормилец нат - бат ю т ка...
Е рм ак Тимофеевич...
П осмот ри-ка, что там на море,
Д а на море, на Азовском-то:
Н е белым там забелелося,
Н е чёрным там зачернелося,
Зачернелись на синем море
Всё т урецкие корабли...»
Речь возговорит надежда ат ам ан
Ерм ак Тимофеевич:
«Вы садитесь в легки лодочки,
Н а носу ставьте по пуш ечке,
По пуш ечке по медненькой,
Разбивайт е корабли басурманские.
М ы достанем много золота
И турецкого оружия...»

Ш утка сказать, а таким и набегами, по морю на ладьях,


через степи на конях, б а л о в н и к а з а к и , с а м о д у р ь ю
ставшие по Дону, с походным атаманом А н д р е е м пошли
поохотиться на Каспийское (тогда Хвалынское) море. Они дош­
ли до К авказских берегов, по реке Тереку поднялись в горы,
стали по гребням их и положили основание Гребенскому ка­
зачьему войску. В 1580-м году царь Иван Васильевич Гроз­
ный перевёл их на Терек и пожаловал их рекой Тереком с
притоками. С той поры стало Терское казачье войско.
В то ж е примерно время другая партия казаков посели­
лась в низовьях Волги у самой А страхани и образовала Волж­
ское войско. В 1584-м году партия Волгских казаков под пред­
водительством атамана Н е ч а я прош ла пустынные степи на
восток и поселилась на реке Я ике, основав Я ицкое (Уральс­
кое) войско.
А там трубою среброгласной раздался голос Донского ата­
мана Ермака Тимофеевича:

Ой вы , Д онские к а за к и , охо т ни ки ,
Вы Д онские, Гребенские со Я и ц ки м и !.. -

звал атаман на Волгу и Каму искать новых земель за Камен­


ным поясом, за Уральскими горами далёкой Сибири...
Нет!.. Т о н е с а м о д у р ь была воровских людей, как
близоруко думала боярская Москва. Это были не б а л о в н и
казаки , не т а т и, но лучш ие, смелые, крепкие русские,
ставшие по Дону рыцарским военным братством, воинствен­
ным народом, совершившим величавый путь обратно через
«Великие Европейские Ворота», путь русской культуры на
восток, в Азию!

52
Ш ли казаки на Сибирь!..

5
Ясыри и ясы рки. Н ачало семейной ж изни казаков. «При-
рожоные казаки». Н изовые и Верховые казаки. П рим ит ив­
ный свадебный обычай. Простота развода.

...Мы достанем много золота


И турецкого оружия...

Не только золото, нужное для обмена у приш лых с Руси


людей на хлеб, на кож у, на вино и дерево, брали казаки в
добычу, не только добывали себе драгоценные турецкие и
кавказские сабельные клинки, луки, саадаки и колчаны со
стрелами, а позднее - руж ья-руш ницы и пуш ки и порох, но
забирали и одежду, материи, ш елка и бархаты, золотую к а­
нитель, самоцветные кам ни, жемчуга, седельные и конские
уборы и сбрую.
Они вели с собою пленников и пленниц - я с ы р е й и
я с ы р о к. П ленники были нужны, чтобы устроить по каза­
чьим городкам кузницы , наладить казачье, своё, производ­
ство оруж ия, чтобы стеречь табуны, тесать лес для лодок и
строить избы, укрепления и сторожевые баш ни, украш ать
привезённые с Руси иконы самоцветными кам ням и и ж ем­
чугом.
Из Крыма везли красавиц кры м ских татарок, счастливое
сочетание татарской, ногайской крови с кровью романской,
итальянской тамош них генуэзских колоний. С К авказских
гор приводили стройных горянок, черкеш енок, осетинок, да­
гестанок и грузинок. С берегов Анатолий - гордых малоази­
атских турчанок-османок.
В домашнем станичном быту казака появились ж енщ и-
ны -ясы рки. П оявились, внесли в суровую ж изнь война-каза­
ка ж енский уют, красоту и восточный, цветистый обычай.
Да так они привились, что ещё в начале XIX века, то есть
спустя* триста лет, в Новочеркасске домашнюю прислугу всё
продолжали называть «ясырками».
И вот - стали между суровыми прямыми избами-казарма­
ми, несколько поодаль, в стороне, на отшибе, отдельные «ку­
рени» семейных казаков. Оплели обширный двор-баз плет­
нём, а там, гляди, появился и вишнёвый садик и цветы. То
черноокая стройная ясы рка заскучала по родному краю, на­
садила цветов - роз и олеандров, мальв и вьюнков, к ак то
было у неё дома. Вместо буйволов появились коровы; овцы
заблеяли на казачьем базу.
П оявились и дети...
Как их назвать?.. Кто они?.. Дети русского к азак а и чу­
жеземной полонянки... Стали звать их «прирожоными» ка­
заками в отличие от казаков приш лых. Стали величать по
батюшке - так начались на Дону казачьи «фамилии».
Н а низовьях Дона и Донца создался свой особый тип каза­
к а - Н и з о в о г о . В него влилась левантийская кровь горцев
Кавказа, татар Крыма и турок А натолии. Стал он черноволос,
черноглаз, высок ростом, строен и красив лицом с тонкими
чертами, кое-где по-туземному обычаю стал брить бороду. В
я зы к вош ли слова с нерусскими корням и - татарским и и
турецкими. В обычай вошёл красивы й, вежливый рыцарс­
кий быт горских народов К авказа.
Иное случилось на верхах, в среднем течении Дона и Дон­
ца, на реках Хопре и Медведице. Тамошний казак-старообря-
дец брезговал магометанками востока, он искал ж енщ ин у
себя дома, приводил из мест, откуда и сам приш ёл, своих
«родимцев» и «родимок». От них и народился тип казака
Верхового. Ш ирокие, светловолосые, голубоглазые и серо­
глазые, основательные, стали по верхам Дона казаки-старо­
обрядцы. Крепче там была семейная ж изнь, и хотя земля там
была много хуже, чем на низах, одолевали пески, - там рань­
ше стали пахать землю и сеять хлеб. Стал там - казак «лапот­
ник». - «Сипа» - презрительно кинул ему воин, низовой ка­
зак. Верховой не остался в долгу, ответил - «чига востропу­
зая». Так и разделился Дон на Верх и Низ, разделился, но не
раскололся. По-прежнему всё войско Донское стояло заеди­
но, «единую думуш ку думало» - о чести и славе своего род­
ного войска Донского. Когда приходило время - собиралось
всё войско на низ, к Раздорам или к М онастырскому город­

54
ку, выбирать всем войсковым Кругом атамана, реш ать боль­
шие вопросы, с кем и где воевать, - ибо война была ж изнь и
смысл ж изни казака.
Когда появились «прирожонные к азач ки » , имевшие от­
цами казаков, простое сожительство с ними стало неудоб­
ным. Девуш ке нужно было оправдать себя перед родителя­
ми. Своя «кровинуш ка» дорога была к азаку . Не хотел он
видеть девичьего срама, не хотел равнять свою дочь с плён-
ницей - «ясыркой».
Церквей и свящ енников по городкам казачьим в ту пору
не было. Ж изнь была всё ещё проста и порядочно дика. Вош­
ло в ту пору в обычай, когда подружится казак с казачкой,
заведёт себе зазнобу, «любушку», шёл он с нею в празднич­
ный день на площ адь-майдан, приглаш ал станичного атама­
на, стариков и родителей наречённой невесты, брал её за руку
и объявлял всенародно:
- Ты будь мне жена!
К азачка отвечала:
- А ты будь мне муж!
- Согласны оба? - спраш ивал атаман.
- Ну, чего там ещё, - смущённо закры вая лицо, говорила
пунцовая от счастья и стыда казачка, - согласны!
- Ну, в час добрый...
Ещё казачьим новым куренём становилось больше в ста­
ничном городке.
Если мужу надоедала семейная ж изнь, если вдруг потя­
нет его в большой и опасный долгий поиск, из которого не
надеется он вернуться целым-невредимым, - выводил он жену
опять на майдан, становился у часовни-голубца и объявлял
казакам :
- Вот, атаманы-молодцы, поглядите, - кому люба, кому
надобна?.. Она мне гожа была, работящ а и домовита. Бери,
кому надобна.
Ж енщ ин было мало на Дону, и почти всегда такая поки­
нутая ж ена находила охотника взять её себе в жёны. За день­
ги, за вещи, а иногда и просто за попойку, муж отдавал свою
жену, пропивал её.

55
Но если не находилось охотника взять в ж ёны , к азак от­
пускал её.
- Иди, куда хочеш ь... Н икому не надобна.
Приходилось такой жене м ы кать горе по чужим людям,
поступать в батрачки, в няни, в прислуги к какому-нибудь
семейному казаку подомовитее.
Так в XVI веке зародилась на Дону семейная ж изнь донс­
ких казаков, о которой в песне про Ермака так поётся:

...Е рм ак тремястами казакам и город в з я л ,


Город взял он Казань и царю от дал,
И зб а ви л Ерм ак войско Ц арское от урона,
За то пож аловал Царь Е рм ака князем
И наградил его медалью именною,
Д а подарил Е рм аку славны й Т и хи й Д он
Со всеми его речкам и и прот очками.

К ак возговорит Ерм ак Д онским казакам:


«П ойдёмт е, брат цы , на Т и хи й Д о н , покаем ся,
Неж енатые, брат цы , все поженимся...»

6
К азачий быт в X V I веке. Свадьбы. Ж ена и мать казака.
Д ет ские игры и воинское обучение. «Ш ермиции». М аслянич-
ные гулянья. Примерные бои. «Прощёный» день.

Сложнее становилась ж изнь казаков по донским стани­


цам. Полнились они уже не только приш лыми людьми, про­
ш едш ими тяж ёлы е испы тания пути, много перенесш ими,
крепкими и сильными, но росли по станицам и дети, и яви­
лась забота, чтобы выросли они казакам и.
Свадебный обряд стал м ягче... Уже не на площади среди
гуляк казаков соверш ался он, но в станичной избе, где в
красном углу стояли образа и теплились лампады и свечи.
Туда и приходили атаман, родители и родичи ж ениха и неве­
сты. Ж ених, принаряж енны й, являлся туда с невестой, тоже
одетой в лучшее платье. Они молились перед образами, кла-

56
нялись в пояс на четыре стороны собравшимся, потом жених
кланялся невесте и говорил:
- Ты, ски ть1, Н астасья, будь мне ж ена...
Невеста становилась на колени, кланялась ж ениху в ноги
и, поднявш ись, отвечала:
- А ты, скить, Гаврила, будь мне м уж ... После этого ж е­
них целовался с невестой, и все присутствующие их поздрав­
ляли.
В случае, если брак был неудачен, муж приводил жену в
станичную избу и говорил:
- Вот, скить, честная станица, она мне не жена и я ей не
м уж ...
Почти всегда отказанную кто-либо из присутствую щ их
прикры вал полою каф тана и тут же брал её в жёны.
Когда в станицу приезж ал свящ енник, все, кто раньше
не был обвенчан по-церковному, венчался у него, и это была
гордость казачки - заверш ить брак в станичной избе церков­
ным обрядом.
До конца XVI века охотников жениться среди казаков было
немного. Свободнее, вольготнее чувствовал себя к азак без
жены. Ж ена - обуза. Говорит, рассказывает о том казачья
старая песня:

...К ак со славной, со восточной со ст оронуш ки


П рот екала быстрая речуш ка, славны й т ихий Дон;
Он прорыл, прокопал, младец, горы крутые,
А по правую по ст оронуш ку - леса тёмные,
К ак да по левую ст оронуш ку - леса тёмные,
По Дону-то всё ж ивут, братцы,
Д онские казаки, люди вольные,
Люди вольные ж ивут, брат цы. Д онские казаки,
Д онские казаки ж ивут, братцы, всё охот нички.
Собирались казаки-други во единый круг,
Они ст али меж собою да всё дуван делить.
К ак на первый-mo пай к л а ли пятьсот рублей,
Н а другой-то пай они к л а ли всею тысячу,

1 «Скить» - старинное «сказать»: «Ты сказать...» «Ты, так сказать».


А на т рет ий ст ановили красную девицу.
Д ост авалась красная девица доброму молодцу.
К ак раст уж ит ся, расплачет ся добрый молодец:
- Голова ль ты моя головуш ка, несчастливая... •
Ко бою л и , ко бат альице ты первая,
Н а паю-mo, на дуване, ты последняя.
К ак возговорит красна девица доброму молодцу:
- А х , не плачь т ы , не туж и, у д а л , добрый молодец,
Я сот ку тебе ш ёлков ковёр в пятьсот р уб лей ,
А другой ковёр я сот ку тебе во всю т ы сячу,
А трет ий я сот ку ковёр, ч т о и сметы нет...

К азачка оправдала себя не только сотканными коврами,


созданным ею уютом степного казачьего быта, но, выросш ая
в казачьем военном стане, сама в нём дисциплинированная,
и строго одна блюла себя:
- Не замай!.. Не лезь, пока не спраш иваю т... А то знаешь!
Сильная, сноровистая, годная на всякую работу, она стала
вровень с казаком. Уйдёт казак в морской или степной поиск -
казачка останется в его курене, за всем присмотрит, всё со­
блюдёт, а если нападёт в ту пору татарин на казачью стани­
цу, возьмёт и она руш ницу или лук и стрелы и пойдёт с
оставш имися казакам и оборонять и ни в чем не уступит ка­
закам. Своего не отдаст дурно.
Из поколения в поколение она воспитывала своих детей,
как казаков, внуш ила им веру в Бога и любовь к родному
краю. Века прошли - не изменилась казачка, не забыла заве­
тов отцовских и материнских. Граф Л.Н . Толстой в бесподоб­
ной своей повести «Казаки», описывающей ж изнь Терских,
Гребенских казаков в пору завоевания К авказа, даёт прелест­
ный облик М арьянки. В романе М.А. Ш олохова «Тихий Дон»
перед нами казачки уже тепереш них, ж ёстких и смутных
времён, и как ая прелесть они все, каж дая в своём роде!.. Да
разве это не казачки в советском аду вырастили настоящ их
казаков, лю бящ их своё войско, верующих, в Бога, неустра­
ш имых и твёрды х... В тяж ком изгнании, в соблазне европей­
ских городов казачка соблюла казака-эм игранта, любящего

? € 58 %
Родину - Тихий Дон, вольную Кубань, бурный Терек, сибир­
ские просторы, равнины У ральских и Оренбургских степей,
пустыни и горы Семиречья...
Когда появились в городках первые «прирожённые» дети -
что радости было!.. «Нашего полку прибыло!» В Верхне-Кур-
моярской станице до последнего времени сохранилось преда­
ние о второй, после пленниц, ж енщ ине в станице. Это была
некая «Чебачиха»... Первого младенца её нянчили всею ста­
ницей, а на первый зубок у него смотрели все с особенным
восторгом и умилением. А как гордилась им сама «Чебачи­
ха»!.. Ну, ещё бы! Молодой казак растёт! Первый, не при­
ш лы й, какой-то приш лы й будет, Бог его знает, а это уже
самый настоящ ий казак!..
И нужно было воспитать его и обучить казачьей науке.
Тогда была это наука - да и не простая... М еткость глаза,
умение стрелять из лука и из руш ницы , умение ездить и
рубиться с татарином. К аж ется, просто: стрельба на несколь­
ко десятков шагов, да промахнуться нельзя. И такти ка у ка­
заков была своя. Зам анить неприятеля в «вентерь» хитрою
лавой, потом сразу обрушиться на него с флангов, закруж ить
и уничтожить его. Теперь эта тактика, известная с римских
времён, применяется в германской армии и носит учёное на­
звание «Канн» по имени того места, где она впервые была
применена римлянами в войне с карф агенянами. Тогдашние
казаки о «Каннах», конечно, никогда не слы хали, а сами
своим казачьим умом выработали этот приём, и молодёжь
долж на была его знать и понимать.
До пятнадцати лет казачье дитя росло, к ак Бог укаж ет.
И грали на улице в «айданчики» - бараньи или телячьи кос­
ти, поставленные городками, в которые кидали свинчаткой,
разбивая городки. Здесь незаметно за игрою развивалась рука
и приобреталась меткость глаза. Зимними вечерами смотрел
мальчик-казачонок, как в избе под зажжённою свечою игра­
ли старш ие в ш ахматы - очень была в ходу в ту пору у каза­
ков эта игра, привезённая из турецких и персидских стран,
или слуш али дети рассказы старш их о набегах и поисках, о
турках и татарах, и знали казачьи дети, что татарин здесь
близко, что каж ды й час может он прискакать на быстрых
конях и напасть на городок.
Летом скакали дети на неосёдланных конях в табун, отво­
дили отцовских коней и ночью сидели у костра, стерегли
коней от волка и от лихого человека. С пятнадцати лет маль­
чик становился уже казаком и принимал участие во всех ка­
зачьих военных играх - манёврах, в ту пору назы вавш ихся
«ш ермициями ».
Бывали те игры обычно на масляной неделе, когда мороз
станут помягче, дни станет длинее, а о походах и поисках
ещё рано думать - реки покрыты льдом...
К городку к этому времени съезж ались на конях казаки
из окрестных станиц - каж дая станица приезж ала со своим
знаменем. Начинались военные игры с упраж нений в дж и­
гитовке и рубке. Стреляли в глиняные бутылки, поставлен­
ные в поле, из луков и руш ниц. Потом происходили люби­
мые в ту пору кулачные бои, где станица ш ла на станицу
стеною, где начинали бой м альчиш ки, а потом разы гры ва­
лись и взрослые, силачи зазы вали силачей, и вот пош ла сте­
на на стену, поощ ряемая крикам и зрителей, и началась дра­
ка, доходивш ая до смертоубийства. Тут была ж естокая сеча,
но она приучала казак а к бесстрашию и в настоящ ем руко­
пашном бою.
В четверг, на м асляной, станичны е атам аны собирали
«сбор» и объявляли приказ: «На гуляньи быть без бесчинств...»
Станицы разбивались на несколько «ватаг». К аж дая «ва­
тага» выбирала своего ватажного атамана, двух судей и писа­
ря. «Ватаги» ездили по станице верхом или ходили пешком
и возили знамя. При встрече одной «ватаги» с другой они
салютовали, потом разъезж ались и кидались одна на другую
в примерный бой, в дротики.
Тем временем в степи за станицей строилась крепость из
снега с кремлём, и на ней водружалось знамя. Одна часть
молодёжи станичной занимала гарнизон этой крепости, дру­
гая должна была атаковать крепость и сорвать с кремля знамя.
Атаковали на конях, большей частью без сёдел. В ряды моло­
дёжи порою становились и старые казаки - для примера.
Вся станица собиралась в степи и пёстрою толпою распо-

60
лагалась вокруг крепости. Все принарядились, все празднич­
но настроены, все немного под влиянием винных паров. И
крепкого мёда, и пива, и полпива, и пенного «арьяна» выпи­
ли немало. Защ итники и атакую щ ие возбуждены и готовы
на смертный бой.
Раздался сигнал, двинулась стройная казачья лава в ата­
ку. Свищут плети, посылая коней, и вот уже скачут через
ров, карабкаю тся по скользскому скату крепостной ограды.
В толпе не выдерживаю т, кричат, поощряют своих, соболез­
нуют упавшим.
- Ой, батюшки, светы родимые, глянь, да что это, никак
наш Паш ка Кривянсков упал с коня!.. Ить это его конь бежит.
- Расш ибся никак.
- Н ичего... Вскочил... На ногах стоит... Бежит!.. Доспе­
вает!..
- Он и пеший враз потрафит...
- Так его!.. Так его!.. Дай ему раза!.. Да покрепче...
- Не по-ладному бьёт... Ш трахвовать надоть таких. Это
ему не татарин.
- Егорка на пегом у самого знамени свалился.
- Тоже ить не пущ аю т... не отдают свого дурно.
- Котору атаку отбили, а всё идут.
- К чему судьи присудят...
- Не взяли крепости...
- Вот те на!.. Не взяли! Как же оно-то будет?..
- Ить казачья крепость-то оказалась, как её возьмёшь?..
Кончился бой. Идёт сговор между старыми казакам и «с
носа по алтыну» - в кабак водку пить.
Ж ёны недовольны. В открытые окна кабака гремит по
всей станице слы ш ная песня казачья. Услышит в той песне
казачка голос муж а, накинет платок и спешит выручать мужа
из пьяной гульбы. И, если выручит, - плати ш траф, выстав­
ляй честной компании водку на два алты на__
В воскресенье, на масляной, - отбой... На станичном май­
дане в круг поставлены столы и скамьи, навалена закуска:
баранина, тарань, осетровые балыки, икра, солёные арбузы,
хлебы, чего только нет! Стоят жбаны и сулеи с вином и пи­

61
вом, с медами и винами, заморскими, из набегов привезён­
ными. Ватаги собираются к столам со своими атаманами и
знаменами... Ж енщ ины и дети стоят поодаль: не место жен­
щине на казачьей беседе...
Собрались, устроились за столами. Станичный атаман вста­
ёт и снимает ш апку. Встают все казаки и обнажают головы.
Седые, лысые, черноволосые головы с примасленными воло­
сами блестят на зимнем низком солнце.
Разобрали чары. Примолк круг станичный. Атаман воз­
глаш ает:
- Про здравие Ц аря и Великого К нязя Московского!
Молча пьют. Хотя и теснит порою Москва и обижает воль­
ных людей, называет их «татями», - не помнят той обиды
казаки , знают, за кого по степи стоят, где государское дело
вершат.
- Про здравие Войскового Атамана!..
- В час добрый!..
Выше поднимает чару атаман.
- Про здравие Великого Войска Донского!..
Радостно заш умел круг...
- Про здравие честной станицы!.. Садись, атаманы молод­
ц ы ...
Ушло за снежную степь зимнее солнце. Б ли зок конец
«прощёного» дня. Темнеет на площади. Глуше пьяное бормо­
тание толпы. Негромко и будто печально ударил у станич­
ной часовни колокол: зовёт к покаянию .
Все встают, поворачиваются лицом к востоку, где в синею­
щей ночной дымке таинственным фонарём загорается вечер­
няя звезда. Все крестятся и по одному, один за другим, подхо­
дят к атаману, друг к другу, протягивают руки, целуются.
- Прости, атаман, Христа ради, в чём согреш ил...
- Бог простит...
- Прости, дед А лпаты ч...
- Прости, брат Корней...
Попрощ ались, притихли. Хмель вылетел из буйных го­
лов. Раздаётся команда:
- Знамена к относу!..

62
Хрустят по снегу сапоги. В темноту станичных проулков
между заиндевелых плетней казачьих базов уходят знамена.
Так, шуткою-игрою, так, полным повиновением даже и в
самых играх, старые казаки готовили из себя тот рыцарский,
бесстрашный народ, готовый для боя, ж аж дущ ий славы каза­
чьей, не страш ащ ийся смерти, глубоко верующ ий в Бога,
знающ ий своё великое назначение, готовый за себя постоять.
Сегодня - игра... Завтра - набег, поиск, далёкий поход и
новые страны, откуда, может быть, никто не вернётся...

7
Кто был Ермак? П есни-былины. К упцы Строгоновы на
реке Каме. Поход Е рм ака в Сибирь. Бой с царевичем М амет -
кулом у урочища Бабаган. Бой 22 окт ября 1581 года у горо­
дища А т и ка мурзы. В зят ие города Сибири. Посольство И ва ­
на Кольцо к Царю И оанну Грозному. Смерть Ерм ака 6 авгус­
та 1584 г.

Самым ярким представителем Донских гулебщиков-зем-


лепроходцев, со славой уже не донской и русской, но славой
мировой, является Ермак Тимофеевич.
Кто был Ермак? Его имя, его подвиги так опутаны леген­
дой, сказкой, былинною песней, что разобраться в том, отку­
да родом был Ермак, был ли он на Дону приш ельцем или был
«прирожонным» казаком , нет возможности. К ак семь гре­
ческих городов спорили о том, какой из них был родиной
Гомера, так не одна русская, да что русская, но и варяж ская
окраина, приписывали себе честь быть родиной Ермака.
Подобно тому, как это бывает с лицами, далеко выделив­
ш имися среди современников, когда их ж изнь изображается
уж е в песнях-былинах, сказках и смутных, далёких воспо­
минаниях, как, например, Киевский князь Владимир, крес­
тивш ий всю Русь в православную веру, воспет в былинах,
окруж ённый богатырями русскими, Ильёй Муромцем, крес­
тьянским сыном, Добрыней Н икитичем и Алёшей Попови­
чем и весь овеян сказочным вымыслом, так случилось и с
Ермаком.

63
Песня-былина то посылает Ермака в смелый морской по­
иск в Азовском море, то приписывает ему подвиг взятия с
Донскими казакам и города К азани, то описывает его грабе­
ж и на Волге, причём Ермак оправдывается перед грозным
царём Московским и говорит:

- Ой ты, гой ecu, надежда, православный Царь!..


Н е вели меня казнит ь, да вели речь говорить:
К ак и я-то Ермак,» сын Тимофеевич,
К ак и я-то гул я л ведь по синю морю,
Что по синю морю, по Х ва лы н ско м у,
К ак и я-то разбивал ведь бусы корабли,
К ак и те корабли все не орлёные,
А теперича, надежда, православный Царь,
П ринош у тебе буйную головуш ку
И с буйной головой царство Сибирское!

Где же правда? Исторические изы скания скупо и неопре­


делённо говорят о прошлой ж изни Ермака. О Ермаке моло­
дом, времён Казанского похода и поисков по Волге и морю
Хвалынскому, ничего у летописцев не говорится. Самоё имя
«Ермак» подвергнуто оспариванию . Такого православного
имени нет. В песнях Ермака иногда называют Ермолаем Ти­
мофеевичем, но был он действительно Ермолаем, по прозви­
щу Ермак, или нет, кто скаж ет точно? В историю он вошёл,
во всяком случае, с именем Ермака.
Донские казаки того времени, второй половины XVI века, не
имели летописцев, и не дошло до нас никаких писаний. О
Ермаке мы узнаём из русских источников, из записей, со­
хранивш ихся в делах купцов Строгоновых, из М осковских
«списков» и показаний летописцев.
Вскоре после завоевания Казани (в 1552 году) царь Иоанн
IV Васильевич продвинул Московские владения вверх по реке
Каме в Пермскую землю. Обременённому заботами на севере,
где теснили шведы, и на западе, где были войны с ливонца­
ми и поляками, царю было не под силу управиться самостоя­
тельно с новоприобретёнными землями. Н аш лись предпри­
имчивые люди, казачьего склада, купцы Строгоновы. Они

64
получили от Ц аря большие земляные угодья в Уральских го­
рах, право строить крепости, иметь свои наёмные войска для
защ иты их горных и иных промыслов.
Основатели Строгоновского городка Яков и Григорий Стро­
гоновы умерли, не реш ивш ись перешагнуть через каменный
пояс - Уральские горы. Н аследники их - меньшой брат Се­
мён и сыновья М аксим Яковлевич и Н икита Григорьевич,
встретились с Ермаком.
К акая между ними была беседа, где и как она произошла -
можно только догадываться. Купцы Строгоновы поняли и оце­
нили смелого гулебщ ика-завоевателя с орлиным полётом мыс­
ли, восхитились его предложением завоевать Сибирь и обе­
щ али ему поддержку казной, продовольствием, оружием, по­
рохом и войском.
Глухой осенью 1579-го года Ермак с ватаж ны м и атам ана­
ми Иваном Кольцо, Яковом М ихайловым, Н икитой Паном и
Матвеем М ещеряком и с пятьюстами казачьей вольницы под­
нялся на лодках по реке Каме и пригрянул к Строгоновым.
Полтора года готовились к походу. Строгоновы усилили
Ермакову дружину тремястами своих наёмных воинов: рус­
ских, немцев, татар и литовцев, дали проводников и перевод­
чиков. Весной 1581 года отряд Ермака - 840 человек - по-
современному один батальон, пошёл на ладьях вверх по реке
Чусовой до устья реки Серебряной и дальше по реке Серебря­
ной до Сибирской дороги. Здесь Ерм ак залож ил крепость
«Кокуй-город», поставил гарнизон в ней, сложил запасы, сло­
вом, залож ил то, что в науке стратегии называется «базой»;
эту базу он связал с главной -- Строгоновским поселением.
Отсюда по реке Туре к азак и пош ли в Азию. В одном из
татарских улусов к азак и захватили в плен татарского к н я зя
М ирзу Таузака. Ерм ак обласкал пленника, расспросил его о
Сибирском царстве, которым в ту пору правил царь Кучум,
и отпустил Т аузака на волю.
Таузак отправился к Кучуму с известием, что идут на
Сибирь никогда ранее невиданные «белолицые» люди, имею­
щие страшное оружие, бьющее огнём, громом и дымом...
Кучум направил против маленькой дружины Ермака мно­
гочисленную конницу под начальством царевича М аметкула.

3. Зак. 0060 65
Ермак, ш едший на ладьях по реке Тоболу, получил от
своих разъездов донесение, что у урочищ а Бабаган собраны
несметные силы татарской конницы.
Ермац высадил казаков из лодок и приготовился к пеше­
му бою.
Густым строем, дикой ордой, с неистовыми крикам и, раз­
махивая над головами саблями, кинулись татары на казаков.
Те подпустили их на сто шагов и встретили дружным огнём
из пищ алей и аркебузов. Не видевш ие никогда огненного
боя, полудикие татарские лошади остановились, закинулись,
повернули и помчались назад. Пули и стрелы пораж али их.
Произошло смятение. М аметкул остановил свои полки, снова
устроил их и повёл в атаку. А така была опять отбита руж ей­
ным огнём с огромным для татар уроном. Три раза М аметкул
повторял бешеные атаки, но ни разу не смог врубиться в
казачий строй. Он отступил. Ермак возвратился на лодки и
продолжал идти по Тоболу.
На пятьдесят второй день похода, 224 октября 1581 года, под
вечер, казачьи струги, шедшие по реке И ртыш у, подошли к
городищу А тика мурзы.
Перед ними в сумерках осеннего дня показались огни ко-
стров .
Это был стан Сибирского Ц аря Кучума, засевшего с царе­
вичем М аметкулом в крепкой засеке. Гомон тысяч голосов,
рж ание коней доносились по реке за несколько вёрст. Татар­
ский стан гомонил и шумел, точно то было бурное море. Так
ничтожна казалась перед ним пятисотенная казачья друж и­
на Ермака.
Но она была к а з а ч ь я ! . .
На рассвете, 23 октября, казаки бросились на ш турм та­
тарского стана.
Вот когда вспомнили казаки свои масляничные военные
игры, и потехи - «шермиции», и кулачные бои. К азаки по­
дошли на расстояние ружейного выстрела и стали обстрели­
вать засевших за засеками татар. Тучи стрел полетели в каза­
ков. П ерестрелка продолжалась до полудня. Татары увидели
малочисленность отряда Ермака. Они сами поломали засеки
и пошли на казаков для рукопашного боя. Казаки мужественно

66
встретили их - началась свалка, где каж дому казаку прихо­
дилось рубиться против десяти татар. Ж естокий бой продол­
ж ался несколько часов. Летописец написал о нём: «и бысть
сеча зла; за руки емлюще сечахуся...» То есть хватали друг
друга за руки и рубились саблями.
Царевич М аметкул был ранен. Н ачали татары покидать
поле сраж ения.
В сумерках осеннего дня заняли казаки татарские засе­
ки. Союзники Кучума, остяцкие кн язья, покинули поле сра­
ж ения, раненый М аметкул ушёл с конницей. Кучум ночью
скрылся в свою столицу Сибирь, собрал пож итки и жён и
бежал в степи.
Ермак победил. Недёшево досталась ему победа. 107 каза­
ков было убито. Более половины дружины было ранено.
Сделав на татарском становище дневку, похоронив с чес­
тью убитых, перевязав и устроив раненых, Ермак пошёл за
Кучумом и 26 октября 1581 года занял покинутую Кучумом
Сибирь. Там наш ёл Ермак большую добычу и устроился в
Сибири на зимовку.
В эту зиму проявил Ермак большую государственную муд­
рость. Далеко по татарским становищам и улусам послал он
казачьи разъезды. Он внушил казакам , чтобы они ласковым
и внимательным отношением к ж ителям и кочевникам при­
влекали их сердца к себе и приводили татар к присяге Мос­
ковскому царю.
В Сибири Ермак готовил посольство к Строгоновым и к
Царю Ивану Васильевичу. Собиралась «летучая станица» с да­
рами Сибири. Станичным атаманом этой станицы был назна­
чен Ермаком его лучш ий дружинник - И в а н К о л ь ц о .
Ему было наказано, прибыв в Москву, «бить челом царю цар­
ством Сибирским».
Посольство Ерм ака было радостно принято в Москве. Про­
шлые разбои казаков на Волге были прощены; казаки были
пожалованы деньгами и сукнами на одежду. Атаману Кольцо
было разрешено набирать в Московской земле «охочих лю­
дей» для заселения Сибири. Ермаку и его станичникам была
пожалована особая грамота, где Ермак был назван к н я з е м
С и б и р с к и м . Ему было поручено устраивать Сибирскую

3’ 67
землю. Царь подарил Ермаку драгоценный стальной панцирь,
украш енный золотым Московским орлом... Д ля принятия от
Ермака сибирских городов был послан из Москвы воевода
князь Семён Волховский и голова Иван Глухов с отрядами
стрельцов.
Ермак провёл в Сибири без малого три года, доверш ая
начатое дело завоевания огромного края. В неравных частых
боях и сты чках таяла ермаковская дружина. Туго и медленно
приходили из Москвы обещанные подкрепления. Много ка­
заков погибло от болезней, главным образом, от цинги.
Татары стали чувствовать свою силу.
Ермак, не смущ аясь потерями, продолжал налаж ивать ус­
тройство Сибирского края. Он завязы вал торговые сношения
с Китаем и Бухарой. Сибирь богатела торговлей. Силы же
казачьи расходились по постам и гарнизонам в маленьких
городках.
Скитавш ийся в поверховьях И ртыш а, в А лтайских горах,
старый Кучум собрал войско и стал с ним на И ртыш е, не
пропуская бухарских купцов в Сибирь.
Ермак о пятидесятью казакам и пошёл искать Кучума. Он
поднялся на челнах по Иртыш у. Кучум, узнав о приближе­
нии Ермака, скрылся в горах. Несколько дней казаки иска­
ли его, но не наш ли в оставленных Кучумом заставах. Уста­
лая, измученная, голодная друж ина Ермака вернулась к лод­
кам 5 августа 1584 года и заночевала на берегу в лесах.
Ночь на 6 августа была тём ная и бурная. Ветер шумел
верш инами деревьев, нагоняя сон на усталы х казаков. Бди­
тельность постов притупилась - казак и уснули.
Кучум, следивш ий за к азакам и с противоположного бе­
рега, переправился ночью через И ртыш и врасплох напал на
спящ их казаков. Бесш умно подползли татары к стану к аза­
чьему и перерезали всех сонными. Проснулись только Ер­
мак и один донец. Они отчаянно оборонялись. Когда Ермак
увидел, что он остался один, он кинулся в реку, надеясь
доплыть до лодок. Тяж ёлы й панцирь, надетый на него, тя ­
нул его ко дну. К нязь Сибирский утонул в И рты ш е, не доп­
лыв до стругов.
Сказкой веет от подвигов Ермака. Его образ исполнен ка-

68
зачьего благородства. Его мужество' и его государственный
ум поражают нас. О нём сложились песни. Стихотворцы по­
святили ему немало звучных стихов. В Сибири, в Тобольске,
и в Новочеркасске, на Дону, поставлены пам ятники. В доре­
волюционное время имя Ермака Тимофеевича носили 3-й Дон­
ской и 1-й Сибирский казачьи полки. На Дону имеются Ер-
маковская станица и Ермаковы хутора. Не один казак носит
фамилию Ермакова. Сподвижники Ермака положили основа­
ние Сибирскому казачьему войску.
До последних лет в сибирской глуш и сохранились боль­
шие церкви совсем особенной постройки, из кедровых брёвен
и досок. Ц еркви эти, по преданию, поставлены казакам и Ер­
мака.
Ермаком Тимофеевичем начинается длинная череда каза­
ков, своими подвигами, умом, волею, честью прославивш их
имя донского казака.

8
Сношения Д она с М осквой. Легковые и зимовые станицы.
Царское жалованье казакам за помощь М оскве. Равенство
казаков на Д о н у. П ервая Ц арская грамота Д ону. О т каз Д о н­
цов исполнит ь пож елания Ц аря Фёдора И оанновича.

Скоро поняли М осковские власти, какую выгоду могут


они иметь от прочно ставш их по Дону и его притокам каза­
ков. На южной степной окраине Московского Царства, ещё
так недавно опасной от татарских набегов, стало русское, ни­
кому не подчинённое, вольное войско, не пускавш ее татар к
Рязанским рубежам.
Когда татарские кн язья, кры мцы или турки жаловались
Москве на казачьи набеги, на разорение приморских городов
и селений, на непроездность степных дорог из-за казачьих
застав, Москва отрекалась от казаков: «Лихих где нет? - пи­
сала Москва. - Они вам тати, к ак и нам тати...» Но когда
нужно было провожать через Донские степи караваны Мос­
ковских купцов, М осковских послов в Азов или Крым, Моск­
ва поручала их охрану казакам . Так постепенно на казаков

69
была возложена охранная, сторожевая и разведывательная
служба на южной окраине Московского Государства. Донс­
кие казаки должны были следить за тем, что делается в та­
тарских и турецких землях, и отписывать о том Московскому
Царю.
После завоевания Московским Царём Казани (1552 год) и
А страхани (1554-1556 годы) сношения с Доном становятся
теснее. С Дона в Москву посылается «Легковая станица» для
оговора, с Московским Царством. Она принимается в Посольс­
ком приказе, то есть в том, что теперь назы вается М ини­
стерством иностранных дел. Этим М осква показала, что она
рассматривает Донское войско как « с а м о с т о я т е л ь н о е
иноземное государство».
Москва сговаривается с легковой станицей о той помощи,
какую Донское войско будет оказывать Москве в деле охра­
ны, разведки и конвойной службы и какое за это ежегодно
жалованье хлебом, селитрой (для пороха), сукнами, холста­
ми, камкой, золотом и пр. будет войско получать от Москвы.
Для более тесных сношений, для получения этого ж алованья
и отвоза его в Войско должна была ежегодно осенью перед
осенним ледоставом приходить с Дона особая «станица», ко­
торая зимовала в Москве и весною, получив «жалованье», спус­
калась по Дону обратно в войско. Посольство это получило
наименование з и м о в о й с т а н и ц ы . Она состояла из 98
казаков при атамане, есауле и писаре.
В ту пору в Москве все люди делились на сословия. И сосло­
вия эти были неравны между собою. Были знатные, родовитые
и богатые б о я р е ; были п о м е с т н ы е л ю д и , владевшие
крепостными людьми; была т о р г о в а я с о т н я - купцы;
были и з г о и - люди без определённых занятий: сыновья
свящ енников, не научивш ихся грамоте и потому отставш их
от духовного сословия, х о л о п ы , выкупивш иеся из холоп­
ства, наконец, с м е р д ы и к р е п о с т н ы е р а б ы .
Не только меж ду сословиям и не было равенства, но и в
самих сословиях соблюдалось м е с т н и ч е с т в о . Б оярин
более старого рода, более отличенны й царём , становился
выш е других бояр. Это так вошло в обычай М осковских

70
лю дей, что те не могли представить себе иного порядка
вещ ей.
В 1592 году русский посол в Константинополе Григорий
Нащ окин, ехавший через Донское войско, привёз казакам от
Ц аря подарки и сказал, чтобы казаки, разверстав, раздали луч­
шим добрые, рядовым - средние и иным «рославские» сукна.
Казаки ответили. «У нас больших никого нет, все р а в н ы ,
разделят они сукна на всё войско, кому что достанется».
Несколько лет спустя Москва предложила казакам послать
в Москву посольство («зимовую станицу») «лучших людей».
С Дона ответили: «Лучших у нас нет; все казаки между со­
бой равны; лучш ие, кого они, выбрав войском, пош лю т...»
К репко держ ались к азак и равенства, установивш егося
между казакам и с древних времён.
В 1585 году скончался М осковский царь Иоанн IV Васи­
льевич. На престол Московский вступил его сын Феодор Иоан­
нович. В том же 1585 году, 31 августа, от Ц аря Фёдора Иоан­
новича была послана грамота войску Донскому. Это была пер­
вая грамота войску. Она начиналась словами:
«...От Ц аря и Великого К нязя Феодора Иоанновича всея
Р у с и на Дон, Донским Атаманам и К азакам , старым и но­
вым, которые ныне на Дону и которые зимуют близко Азо­
ва...»
Казакам объявлялось, что от Москвы к Азовскому паше
послан для переговоров Борис Петрович Благово; казаки дол­
ж ны помочь ему доехать до Азова. Далее говорилось, что Царь
ж елает, чтобы казаки с азовскими людьми «...ж или смирно
и задору никоторого азовским людям не чинили...» К азаки
должны были Азовским людям позволить ловить рыбу на Дону,
рубить в придонских рощ ах дрова и становиться на Дону.
К азакам же запрещ алось ходить против Крымцев и требова­
лось, чтобы казаки ж или с Крымским ханом в мире. За то
посылал М осковский царь казакам жалованье: селитру для
пороха и свинец. И на будущее время было обещано ж алова­
нье, казаки же должны были составить поимённые списки,
кто и где атаман и сколько с ним казаков, и список этот
отдать тому же Благово, когда тот поедет обратно в Москву.

71
Так была сделана первая попытка Москвы налож ить руку
на вольную казачью общину и сделать из Донского Государ­
ства свою область.
Но не настало для этого время. Москва была слаба для
того, чтобы силою заставить казаков исполнять её повеления,
казаки ж е к этому времени представляли из себя прочное и
серьёзно управляемое самостоятельное государство. Они зна­
ли, что ж ить с азовцами в мире они не могут, потому что это
не казаки нападали на азовцев, но азовцы нападали на каза­
ков, и верные своей тактике обороняться, нападая, казаки
должны были вести почти непрерывную войну с туркам и.
Так же не могли и не ж елали казаки пускать азовцев в свои
рыбные донские угодья и селиться на Дону.
Ц арская грамота осталась без последствий. В Москве же
скоро наступили такие события, что уже приказы вать каза­
кам она не могла, но должна была искать казачьей помощи и
спасения от врагов.

9
Государственное устройство Донского Войска в конце X V I
и начале X V II века. Войсковой Круг. Кто имел право быть
участ ником Круга. Порядок на Кругу. Войсковой ат ам ан и
П равит ельст во. Власт ь Круга. Д он ка к военное самостоя­
тельное государство.

Равные между собой, казаки считали лучш ими тех, кого


выберут войском.
К началу XVII века Войско Донское было настолько мно­
гочисленным, что нужно было выработать правила о том, кто
ж е может избирать и законодательствовать в Войске? Те вре­
мена, когда всё войско едва насчитывало пять тысяч человек,
прош ли. Тогда действительно в с е казак и войска съезж а­
лись в Круг, чтобы избирать из своей среды атамана и вер­
ш ить свои дела войсковые всем войском. Теперь в войске было
много разного народа. Были казаки и были люди случайные,
приезжие из России, были пленные - ясыри. Бы ли ж енщ и­
ны, чего раньш е не было, были и «прирожонные» казаки

72
разного возраста, и нужно было определить права всех этих
людей.
Казачьи дети, мальчики с 16 с половиной лет и до 18,
назывались в ы р о с т к а м и . В 18 лет они становились м а
л о л е т к а м и и только после 19 лет м альчик-казак мог
заслуж ить название с л у ж и л о г о к а з а к а .
Выростки и малолетки могли присутствовать на Круге, но
без права голоса.
О з и м е й н ы е к а з а к и - те, кто «сбежал» или
«прибрёл» на Дон, и ж ил, хотя и год, и два или три года, и
даже участвовал в походах или иных станичных делах, но
приговором станицы не был зачислен в Войско, не мог быть
участником Круга. Осторожно допускали к азак и людей в
свою среду. Долго, годами, испы ты вали новых людей. Это
уж е не было, как сто лет перед тем, когда только спраш ива­
ли - «В Бога веруеш ь?», и довольно - становись с нами в
наш у станицу.
Б у р л а к и и даж е з а ж и л ы е б у р л а к и - так
назывались «новоприходцы», убежавшие на Дон и бродив­
шие по Дону, укры ваясь от преследования Московской влас­
ти или в поисках работы, не могли быть участниками Круга.
К азаки не хотели принимать тех, кто шёл для того, чтобы
спасать свою ж изнь. Это были не ры цари-казаки.
Не могли, естественно, быть на Кругу ч у ж е з е м ц ы -
люди, приходивш ие на Дон на весеннее и летнее время, что­
бы «покормиться» работою в казачьих городках, ж ивя в куре­
нях у более состоятельных казаков.
Я с ы р и не могли быть участниками на Кругу, но могли
«бить челом» Кругу и просить помощи и защ иты у Войска.
Не могли, естественно, быть на Кругу ч у ж е з е м ц ы -
московские люди, торговые люди, приезж авш ие к казакам
за рыбой или для сбора для церкви, «вожи» (провожатые),
«казачьи (не Донские) головы», стрельцы, сопровождавшие
царских послов.
А з и а т ы - турки, татары и калм ы ки, как те, с кем
почти непрерывно воевали казаки, не допускались на Круг
как враги Донского государства.

1/2 3. Зак. 0060 73


Д у х о в е н с т в о не допускалось на Круг. Церковь
Бож ия не от мира сего. Это отлично понимали казаки , и счи­
тали, что дела мирские не касаю тся служителей Бога.
П е н н ы е к а з а к и , то есть казаки , за какие-нибудь
проступки лиш ённые казачьих прав, не допускались на Круг.
Не допускались на Круг и ж е н щ и н ы . Не женское это
дело реш ать казачьи дела.
Созыв Круга совершался тайно от татар и турок. Если та­
ковые были ко времени созыва Круга в Черкасском городке,
их удаляли с острова.
На время Круга была запрещ ена продажа водки. И если
кто «к обещанию (присяге) придёт пьян, и такому человеку,
и продавцу вина учинено будет жестокое наказание».
Войсковой Круг собирался на главной площади - майдане
Черкасского городка у часовни. «Сбивали» Круг «войсковые
есаулы». Они следили за порядком на Круге, наказы вали
тех, кто был признан Кругом виновным, исполняли приказа­
ния атамана и приводили на Круг тех лиц, кого Войско ж е­
лало видеть и выслуш ать.
У частн ики К руга стан овились на площ ади «кругом »,
оставляя в середине место для атам ана. Когда «Круг» был
«сбит», то есть собран, из станичной избы вы ходил атам ан
с насекою в руке, за ним ш ли избранные Кругом старш и­
ны и несли за ним Войсковое знам я. К ак только атам ан
п о к а ж ется на площ ади, есаулы к р и ч ал и «есаульским и»
голосами:
- Помолчите-те ста (пожалуйста), атаманы молодцы!
Круг стихал. Атаман входил на середину и становился
под знаменем. Он снимал ш апку, и сейчас ж е все к азаки
обнажали головы, показы вая этим уважение к месту и к слу­
чаю.
- Обычным обращением атамана к Кругу было:
- Атаманы молодцы и всё великое Войско!
Дальш е коротко ставился вопрос, подлежащ ий решению
Круга, и предложение атамана, как он реш ил это дело, и
спраш ивал атаман:
- Любо ль? Не любо?

74
Обычно Круг отвечал коротко:
- Любо!
- Не любо!
И ли, если это касалось приговора о каком-нибудь пре­
ступнике:
- В куль да в воду!
Если о каком-нибудь новом деле, то отвечали:
- Бог в помочь!
- С Богом!
Если не было единогласного ответа, но слыш алась разно­
голосица, есаулы спраш ивали, обращаясь в разные стороны:
- Все ли так соизволяют?
Каждый из участников Круга мог говорить на Кругу и
высказывать своё мнение. Для этого он должен был выйти в
середину майдана и стать против атамана.
Круг избирал всё управление войском: В о й с к о в о г о
атамана, Войсковых есаулов, Войскового
д ь я к а (писаря), В о й с к о в о г о т о л м а ч а и п о д ­
т о л м а ч а (переводчиков) для сношения с турками, татара­
ми и калм ы кам и; атаманов, есаулов и казаков з и м о в ы х
с т а н и ц ; выборных п о с ы л ь щ и к о в к соседним казачь­
им войскам - Запорожскому, Волжскому, Терскому и Яицко-
му; Войсковых старш ин и казаков, посылавш ихся по донс­
ким городкам для разбора на месте различных дел местного
значения; п о х о д н ы х а т а м а н о в и п о л к о в н и ­
к о в при отправлении всего ли войска или только части его в
поход. Если в поход уходил и сам Войсковой атаман, то на
время его отсутствия из Войска Круг выбирал ему заместите­
ля-н аказн о г о атамана.
Первое время атамана избирали без срока, «пока угоден
Кругу». Неугодный атаман мог быть «отставлен» и даже «ски­
нут». Так, в 1675 году Круг не ж елал согласиться с атаманом
на постройку крепости на реке Миусе, отговаривался мало­
людством казаков и тянул дело, не. давая ответа. Атаман Кор­
нилин Яковлев потребовал от Круга реш ительного ответа.
К азаки, не дав ответа, стали расходиться. Яковлев стал уко­
рять Круг и трёх возразивш их ему казаков ударил палкой.

1/2 3 * 75
Казаки» бросились на атамана, избили его и выбрали атам а­
ном М ихаила Самарянина.
Впоследствии вошло в обычай избирать атамана на один
год.
С выбором атамана не было недоразумений. Ко времени со­
зыва Круга атаман был уже намечен. В войске люди были на
виду. Казаки знали друг друга и намечали того, кто отличался
храбростью и распорядительностью в походах или умелым
ведением войсковых дел. Их и избирали почти всегда едино­
гласно.
Огромна была власть К руга и избранного им атам ан а.
К р у г п о с ы л а л п о с л о в , то есть, вы раж аясь
современным язы ком , «вступал в дипломатические сноше­
ния с другими государствами...»
В 1616 году посылали с Дона атаманы и казаки на Днепр
к Черкасам (Запорожским казакам ) друж ину Трубникова и
Ивана Слепова договориться о том, чтобы «черкасы на них не
приходили, а были с ними в миру».
В 1661 году к калм ы кам были посланы старш ины Будан
и Степан Разин.
К р у г п р и н и м а л п о с л о в . В Ц арском наказе послу
Егорью, посланному на Дон в 1662 году, было написано: «Как
атаманы и казаки в Круг соберутся, послу при всех говорить:
- Атаманы и казаки , Фрол Минаев и всё Войско Донское!
Великий Государь Ц арь...» - далее следовал полный титул
Московского Ц аря с перечислением всех подвластных ему
царств и земель - «...велел вас, атаманов и казаков и всё
Войско Донское, спросить о здоровьи...»
Потом посол, «изговоря речь», должен был подать атама­
ну грамоту.
«Да как атаманы и казаки Великого Государя грамоту у
него, Егорья (посла), примут, в Кругу вычтут и выслушают,
и Егорья говорит: «Атаманы и казаки , Фрол Минаев и всё
Войско Донское, Великий Государь, Ц арь и пр. велел вам
говорить...», далее шло то, о чём ж елал договориться с Войс­
ком Московский Царь.

76
В о й с к о в о й К р у г к а р а л к а з а к о в ,
поступавш их самовольно.
В 16231 году 600 к азаков без спроса атам ан а и К руга на
Дону в устье реки Ч ира построили город и отписали в Мос­
кву, что «с Д онским и де к азак ам и и ниж ним и городками
они не съезж аю тся и ни в чём донских к азаков не слуш а­
ю т...»
Это была полная измена Войску. По повелению Круга,
городок был сметён с лица земли. Атаман Епифан Родилов
послал приказ атаманам верхних станиц и городков и потре­
бовал, чтобы все те казаки , которые самовольничали на Чиру
и «ныне воруют на Волге», и те, которые их у себя укры вали,
явились на суд Войска на Яру, на урочище М онастырском.
Там этих казаков и тех, кто их ссужал зельем (порохом) и
свинцом и помогал им, и атаманов их «били на Кругу ослопь-
ем и грабили...»
В 1659-1660 году казаки самовольно поставили городок в
«пустом юрте» между П анш инским и Иловлинским городка­
ми и назвали тот городок - Рыгиным. Круг послал на Рыгин
своих «низовых казаков, многих конных и пеших с пуш ка­
ми, и те посыльщ ики тот городок взяли за большим боем и
подкопами... Городок воровской сожгли и старш ин их, воров­
ских заводчиков, сожгли; атамана и есаула с товарищ ами, 10
человек, привезли для верш ения (то есть на суд Войска) ж и ­
вых и, распрося, тех воров повесили...»
Круг расправлялся так сурово не только со своими казак а­
ми и приш лыми случайными людьми, но не стеснялся с рас­
правой и над иноземными послами, не оказавш ими должно­
го уваж ения войску или наруш ивш ими законы и обычаи вой­
сковые. История знает несколько примеров таких расправ с
М осковскими, Ч еркасским и и Турецкими послами.
В 1648 году майор Андрей Лазарев привёл из Московско­
го государства на помощь Войску по Царскому повелению
отряд из 4-х капитанов, 5 поручиков и 1000 наёмных солдат.
Лазарев потребовал, чтобы казаки приш ли к нему на «стан».
По^юйсковому обычаю, он должен был сам у ви ться на Круг и_
на Кругу объявить Ц арскую грамоту. «К азаки учинились

77
непослушными, - пишет в Москву майор Лазарев, - против
царского повеления, ко мне в ш атёр милостивых слов слу­
ш ать не пошли и казны тут у меня не при няли__ » Несколь­
ко крепостных слуг Лазарева перебежало к казакам . Лазарев
послал в станицу искать тех людей офицера-иностранца и с
ним команду солдат. Это было полное нарушение казачьих
обычаев. К азаки схватили того офицера и команду его и, как
доносит Царю Лазарев: «Им, иноземцам, были за то в Круге
позорные лай (попросту - их обругали). А меня, холопа твое­
го, сверх разорения моего, хотели убить в Кругу до смерти
без вины моей...»
Войско Донское в ту пору ревниво оберегало свои права и
законы, и сурово расправлялось с наруш ителями этих зако­
нов. Оно держало строжайшую дисциплину и повиновение
всех Атаману и Кругу, и именно за это-то в те времена Войс­
ко Донское пользовалось огромным уважением у московских
властей. Да и помнил Ц арь, кому он был обязан престолом
своим. В Москве знали, что Войско «ворам» повадки не даст.
В 1625 году Царь М ихаил Феодорович писал «крепкий
заказ» о том, что, если «кто куда пойдёт б е з в е д о м а
в о й с к о в о г о , и тех каж нивали смертью». Тот ж е Царь
просил Войско, чтобы «ходившим (для разбоя) на Волгу и
Я ик казакам и впредь чинить наказание п о с в о е м у суду,
как у вас, на Дону, повелось...»
Так уважало Московское правительство Войсковые поряд­
ки и законы.
К ак усовершенствовалось, к ак далеко шагнуло Донское
Войско за какие-нибудь сто лет! Сто лет тому назад - б а л о в
н и казаки , «тати», теперь - Правовое государство сурового
военного закала, дисциплинированный военный стан, с су­
дом строгим и беспристрастным. Государство, права на суще­
ствование которого признаёт сама державная Москва!
Сто лет тому назад казаки свободно « б р о д и л и » по Дико­
му Полю, по «ничьей земле» - теперь рубежи В ойска бы­
ли обозначены, и земля та называлась «землёю к а з а ч ь е г о
п р и с у да», а Московское царство, запорожцы, турки, тата­
ры и калм ы ки называли ту землю - «землёю Донских каза­
ков»... Закрепили за собою кровью политую землю к азак и ...

78
Чтобы ж ить на земле «казачьего присуда», нужно было
получить от станицы или от Круга «жилую грамоту», чтобы
проехать через землю Донских казаков нужно было иметь
«проезжую грамоту». Круг выдавал казакам , желавш им уст­
роить новый станичный юрт и поставить на нём станицы и
хутора, «заимную грамоту». Круг утверждал представления
станичных сборов о зачислении в донские казаки «озимей-
ных казаков» и «заж илы х бурлаков». Круг разреш ал каза­
кам выезд за границу к «родимцам», на богомолье, для тор­
говли с товарами и пр.
Старел казак, обессилевая от ран и болезней, нуждался в
покое, и, если не было у него семьи, которая приютила бы
его, Войско шло ему на помощь. Такие казака отправлялись
в монастыри, служивш ие в ту пору лучш им убежищем для
престарелых и больных.
И можно только удивляться, как во времена, когда боль­
шие и сильные государства брели в рабстве и насилиях, на
юге России процветало свободное государство, устроившее
своих членов так, к ак только много позже стали устраивать
другие государства...
Не зря с ранних времён своего сущ ествования казаки го­
ворили: «Все нашему житью завидую т...», «Зипуны у нас
сермяжные, да умы бархатны е...»

10
Управление ст аницей в X V II веке. А т ам анская насека и
булава. Круг (ст аничны й сбор). Выборы ат ам ана и «подпис­
ны х стариков». Решение ст аничны х дел на К ругу. Ст анич­
ный суд.

Как же управлялась в эту пору казачья станица?


Всеми делам и ведал в ней и творили суд и расправу
с т а н и ч н ы й а т а м а н , выборные старики и станичный
Круг. Атаман избирался на один год.
Круг собирался на площ ади, майдане; зимою, в крепкий
мороз, в станичной избе. В каж дой станице был свой день
для сбора круга и выбора атамана. Так, в Верхне-Курмоярс-

79
кой станице выборы бывали 6-го января, в Богоявление, в
станице Есауловской в четверг, на маслянице, и т.д.
Если в станице был свящ енник, то служ или у станичной
часовни утреню, после чего станица скликалась на майдан
или в станичную избу. Приходил туда и станичный атаман с
н а с е к о ю .
Н асека изготовлялась следующим образом: выбирали пря­
мой терновый ствол и, не срезая его с корня, делали на нём
частые насечки. За время роста тёрна насечки заплывались
кож ицей и образовывали возвыш ения. Получалась пёстрая
прям ая трость. Когда она вырастала до двух арш ин, её среза­
ли и украш али на верху серебряной ш апкой - б у л а в о й .
Отсюда и произошли названия: «насека» и «булава». Так и
поговорка сложилась на Дону: «Не атаман при булаве, а була­
ва при атамане».
Атаман долго и истово молился перед иконами в станич­
ной избе. Перед образами теплились лампады. К азаки стави­
ли заж ж ённы е восковые свечи; тихо было в избе. Слышны
были тяж ёлы е вздохи молитв.
Атаман оборачивался к казакам и говорил:
- Простите, атаманы молодцы, в чём кому согреш ил...
Гулом пронеслось по избе:
- Благодарим, Зиновий М ихайлович, что потрудился.
Атаман клал ш апку на стол, поверх ш апки клал насеку.
Это означало, что он отбыл свой срок и нужно выбрать нового
атамана. Д ля этого должен был быть раньш е выбран почёт­
ный старик, который и передаст новому атаману насеку от
лица всей станицы.
- Есаул, - говорил атаман, - доложи!
Станичный есаул выходил перед стоящ их кругом казаков
и говорил:
- Кому, честная станица, прикаж ете насеку взять?
На кругу поднимался шум. К аж ды й кричал своего из­
бранника. Старый атаман и есаул прислуш ивались, на ком
остановятся. Наконец, как будто одно имя стало чаще повто­
ряться.
- Сохрону Самойловичу... Сохрону Самойловичу.., - согла­
ш ались казаки .

80
Софрон Самойлович, наиболее уваж аемый в станице ста­
рик, брал насеку и становился на место атамана. Разгладив
седую бороду, в сознании важности и ответственности проис­
ходящего, он медленно и негромко говорил:
- Есаул, доложи!
Есаул обращ ался к станице:
- Вот, честная станица Курмоярская! Старый атаман свой
год отходил, а вам без атамана быть нельзя. Так на кого,
честная станица, покажете?
Снова поднимался невообразимый шум.
- М акея!.. М акея!.. М акея Яковлевича!.. - кричали одни.
Их перебивали другие:
- Якова!.. Якова Матвеевича!
Хорошее ухо нужно было иметь есаулу, чтобы в разнобое
голосов уловить, чьё имя повторяется чаще, за кем становится
большинство.
Кто-то возмущённо кричал:
- 3-зач-чем Якова Матвеевича? Григория Петровича на-
доть просить.
И опять, и уже дружно, кричали:
- Якова!.. Якова Матвеевича!..
Есаул докладывал старику:
- Сохрон Самойлович! На Я кова М атвеевича указываю т, -
и крикнул казакам : - Помолчите-ста, честная станица!
Софрон Самойлович троекратно спраш ивал примолкш ий
Круг:
- Так на Якове Матвеевиче порешили?
- На Якове М атвеевиче, - раздаю тся одинокие голоса.
Остальные молчат, подтверждая выборы.
Из среды казаков выдвигается Яков Матвеевич.
- Ослобонить бы надо, -- говорит он хмуро.
Он смущён и доволен оказанным ему вниманием, но и
озабочен. Н есладкая, хотя и почётная, служба ходить атама­
ном. Суеты, хлопот и неприятностей - не оберёшься. Он зна­
ет, что «атаману - первая чарка, атаману - и первая палка...»
- Может, и то, честная станица, ослобоните... За старо­
стью ... за ранениям и...

81
Станица молчит. Кое-кто посмеивается - дескать: «попался».
- Потрудись, Яков Матвеевич, на тебя станица указала, -
раздаётся одинокий голос.
Софрон Самойлович вручает Якову Матвеевичу насеку, тот,
перекрестившись, принимает её. Старики окружаю т новоиз­
бранного атамана и в знак поздравления накрываю т его свои­
ми ш апками. Новоизбранный садится и говорит:
- Спасибо, честная станица, на выборе... на почёте... Так
приступим к выборам «подписных стариков».
«Подписных стариков» выбирают десять человек, тоже
наиболее уважаемых и ревностных казаков. На их обязаннос­
ти: в случае нападения на станицу скакать в степь, скликая
казаков «в станицу... в осаду»; мирить ссорящ ихся; по об­
щим делам брать ш трафы на выпивку; вести очередь нарядов
в караулы; для провода служилых людей; в посыльные в Глав­
ное Войско, в Раздоры или в М онастырский городок; объяв­
лять Кругу о преступлениях, совершённых казакам и, и ож и­
дать от Круга приговора.
Атаман избран; казаки расходятся в кабак пить могарыч.
В станицу съехались казаки из степных хуторов. Нужно
воспользоваться этим, чтобы реш ить накопивш иеся в стани­
це дела.
Наутро идёт «з а к л и ч к а».
По улицам и проулкам между казачьих куреней ходит
есаул и резким протяжным с т а н и ч н ы м е с а у л ь с к и м
голосом кричит:
- А таманы молодцы, вся честная станица Курмоярская!
Сходитеся на беседу ради для станичного дела! А кто не при­
дёт, на том станичный приговор - осьмуха!
Когда казаки соберутся, приходят атаман с есаулом и «под­
писные старики».
В станичной избе шумно. Старые односумы собрались в
кучки, гутарят о том, о сём, невнимательно слуш ают, что
докладывают Кругу атаман и «подписные старики». Всё идут
неважные, мелкие дела.
Уже не раз и не два кричит есаул с т а н и ч н ы м голо­
сом:

82
- Атаманы молодцы, вся честная станица Курмоярская!
Помолчите!
Он бьёт тростью о пол и снова кричит:
- Помолчите-ста, атаманы молодцы, помолчите-ста!
- Говор и шум переходят в шепот.
Поднимается со своего места атаман:
- Помолчите, атаманы молодцы!
Наступает тиш ина, и атаман докладывает:
- Вот, честная станица, Аксён Пахомович просит дать клин
степовой, что возле левады, для попаса его кобылиц. Как при­
судите - дать или не дать?
Заш умел снова Круг:
- Не дать!
- За что?
Тут кто-нибудь, скаж ет:
- В час добрый!
И вдруг все согласятся:
- В добрый час! Пущай принимает!
- Что-нибудь да поставит!
Аксён Пахомович выходит на середину и кланяется Кру­
гу, благодарит за «присуд»...
Есаул вызывает обвиняемого в каком-то поступке, тот вы­
ходит, кланяется Кругу и ждёт своей участи. Есаул доклады­
вает старикам его вину.
Н а К ругу опять ш ум , к р и к и , споры и разговоры , н и к ­
то не слуш ает, о чём идёт речь. М ежду тем атам ан во згл а­
ш ает:
- Вот, честная станица, старики присудили наказать его
плетьми. Как прикаж ете? Простить ли его или выстегать?
- В добрый час! - раздаю тся голоса. - Не лови рыбу в
неурочное время...
- В добрый час! - кричит и молодой бравый казак, не
расслыш авш ий, о ком идёт речь.
Сосед хватает его за руку и говорит:
- Да что с тобой, Левонтий! Это твоего отца бить хотят... А
ты - в добрый час!
Левонтий машет руками и кричит на весь Круг:

83
- За что батюшку сечь? Не надо!
Если казаки находили, что какое-нибудь дело не стоит
внимания - они заявляли о том атаману, и тот не делал о том
деле доклада Кругу. Отсюда и сложилась на Дону поговорка.
«Атаман не волен и в докладе».
Так просто, по-семейному, общим дружным сбором, еди­
ною душой, реш али казаки на станичных кругах все свои
маловажные дела. Когда же дело касалось чего-нибудь важ ­
ного, затрагивающ его интересы всего Войска, постановлялось
передать дело Войсковому Кругу на общее решение всем Вой­
ском.
Вскоре после славного подвига Ермака Тимофеевича и его
смерти перед донскими казакам и стали дела огромной госу­
дарственной важности. Дело касалось - быть или не быть
Московскому Государству?
Много осторожности и глубокой мудрости показали в этом
случае Донцы и вплели не одну красивую страницу в исто­
рию уже не только родного Войска, но и Государства Россий­
ского.

11
С мут ное время на Р уси . П р а вле н и е Бориса Годунова.
Смерть царевича Д им ит рия. Первое появление Самозванца -
Григория Отрепьева. Посольство Самозванца на Дон. П осы л­
ка ат аманов Корела и М еж акова к Самозванцу. Д ворянин
Хрущ ов. К азаки с Лж едимитрием в М оскве.

Ж уткие, кровавые 1584-1613 годы в Москве русская исто­


рия назвала с м у т н ы м в р е м е н е м .
Подлинно: всё замутилось в тогдаш ней обширной Мос­
ковской Руси - великая началась смута.
У Ц аря Иоанна IV, кроме сына Феодора, был ещё Димит­
рий. Он ж ил с матерью, Марией Нагой, в городе Угличе.
Ц арь Феодор И оаннович был неспособен к управлению
государством, расш атанны м войнами и внутренним и бес­
порядкам и в последние годы царствования его отца. Ти­
хий, застенчивы й, безвластны й, он любил церковны е служ -

84
бы да колокольны е звоны и ч уж дался дел управления. За
него правили Ц арством бояре. Среди них вы делялся влас­
толю бивый и твёрды й боярин Борис Годунов, татарского
прои схож ден ия.
15 мая 1591 года пришло известие из Углича, что 8-лет­
ний Царевич Димитрий в припадке падучей болезни зако­
лолся ножом.
В народе были сильно недовольны Царём Феодором Иоан­
новичем, вернее - его правителем Борисом Годуновым. Крес­
тьяне были прикреплены к земле и не могли, как раньше,
переходить от одного помещ ика к другому. В Москве из-за
неудачного подвоза хлеба был такой голод, что люди умирали
на улицах. Страшный пожар истребил большую часть Моск­
вы, населённую московской беднотой.
Всё это приписали Годунову. И когда в Москве узнали о
смерти Царевича Д им итрия, народная молва стала утверж ­
дать, что Царевич убит по приказанию Годунова. У казывали
и на убийц...
Потом пошли тёмные слухи, что Ц аревич не был убит,
что убит был другой м альчик, что Ц аревича верные его слуги
спасли, что он где-то до времени скрывается, придёт и спасёт
Русь от Годунова.
Н аш лись лю ди, реш ивш ие использовать эти слухи. Они
поды скали молодого послуш ника, подходивш его по возрас­
ту к убитому Д им итрию , - Григория О трепьева, переправи­
ли его в Л итву и стали распространять слухи, что Д им ит­
рий ж ив, что подлинны й царь придёт спасать Русь от Го­
ду н о в а .
Отрепьевым заинтересовались поляки. Король польский Си-
гизмунд послал средства на содержание Самозванца. Лж еди-
митрия окруж или католические свящ енники и монахи иезу­
иты, обставили Самозванца с царской роскошью, прислали
ему польское войско для похода на Москву.
Все эти московские настроения доходили до донских к а­
заков. На Дону были очень недовольны Годуновым. Это в его
правление приш ла от Ц аря Феодора Иоанновича грамота, ко­
торой запрещалось воевать с азовцами, требовалось пускать

85
азовцев на донскую землю. Годунов запретил донским каза­
кам ездить в Московскую землю для продажи добычи и пост­
роил крепость на Донце Ц а р ё в - Б о р и с о в , где задерж и­
вали казаков, ехавш их в Москву.
От Годунова приезж ал в Раздоры князь Вяземский, при­
везший от Ц аря грамоту. В ней говорилось, что за борьбу с
азовцами, которая может «царскому делу с Турским султа­
ном учинить поруху», будет казакам «опала и казни и впредь
в Москве вам к нам николи не бывать, и по!плём на Низ Дона
к Раздорам большую свою рать и поставить велим город на
Раздорах и вас сгоним с Дона, и вам от нас и от Турского
султана где избыти? Только почнёте так воровать, к ак ныне
воруете? »
Ещё был князь Волконский в Раздорах в ож идании прово­
ж аты х в Азов, когда прибежал из города Серпухова казак
Нехорошко Картавы й, служ ивш ий с другими казакам и по
вольному найму в Москве, и рассказал, что «в Москве их
товарищ ам нуж а великая: государева ж алованья им не дают,
а на Дон не пускают, а служ ат на своих конях и корму им не
дают, и иных в х о л о п и о т д а ю т . . . »
Взволновался Войсковой Круг. Особенно шумели так на­
зываемые «голутвенные» казаки , « г о л ы т ь б а » - казаки -
бедняки, ж ивш ие по-старинному набегами и добычей. Это
касалось более всего их - запрещение воевать с туркам и, хо­
дить на Русь продавать добычу; это они нанимались на раз­
ные службы, и это их хотели в «холопи» писать.
Заговорили на Кругу и о Годуновых угрозах. Слышали,
что уже и начальник в те Раздоры, что грозил Ц арь поста­
вить на месте казачьих Раздор, назначен - дворянин москов­
ский Хрущов.
Круг вызвал Волконского к себе и в резкой отповеди отка­
зался дать ему провожатых в А зов...
В это время прибыл от Самозванца на Круг литвин Свирс-
кий о грамотой от Д имитрия.
Лж едимитрий писал в ней, что он «сын Ц аря Белого»,
что «вы, казаки, вольные христианские рыцари, присягнули

86
бы тому Царю в верности...», «помогли бы ему свергнуть раба
и злодея с Престола Иоаннова».
Пошли разговоры по Кругу.
- Не по-русскому грамота писана...
- Н иколи мы никому не присягали. Всегда были вольным
народом.
- Н азвал нас вольными христианскими ры царям и, как ая
ж е тут присяга?
- Чего доброго ж дать от Бориса Годунова? Надо настоящ е­
го искать Руси царя, который не покуш ался бы на наш и
вольности, не мешал нашему делу с азовцами. Может быть, и
точно Димитрий есть сын Иоаннов, а не татарин Бориска?..
Может быть, тот Димитрий-то помягче будет?..
- С Москвой нам не воевать, а пособить новому царю, отче­
го не пособить?
- И раньше мы царям пособляли, пособим и теперь.
И было решено послать к Самозванцу выборных атаманов
Андрея Корела и Ф илата М ежакова, чтобы те атаманы допод­
линно «узнали, точно ли - Димитрий, сын Иоаннов?
Корела и М ежаков увидели у Самозванца роскошь польско­
го стана, прекрасных коней, богатые одежды, польское войс­
ко в светло-бронных доспехах, и самого Самозванца, молодо­
го, приятного в обращении, смелого и радушного. Атаманов
хорошо кормили и поили.
Они вернулись на Дон и рассказали о всём виденном, но
сказать, подлинно ли то сын Иоаннов, не могли.
- Надо кого попросить, кто Ц аря хорошо знал, а мы ни­
когда царя не видали.
Рассказы Корела и М ежакова взволновали «голытьбу».
Давно ожидала она хорошего похода, где можно было бы брать
добычу. К азаки настояли перед Кругом, чтобы Кореле и Ме-
ж акову было разреш ено собрать отряд и идти к Л ж еди-
митрию, в город Самбор. Собралось 8000 казаков, добыли ко­
ней и оружие и собрались в поход.
Когда узнали о том в Москве, послали на Дон дворянина
Хрущова отговаривать казаков от похода к Самозванцу.

87
К азаки выслуш али грамоту Хрущова и сказали:
- Это ты тот самый Хрущов, кого хотели назначить на­
чальником всего Войска Донского?
Хрущов стал отговариваться. К азаки схватили его, зако­
вали в кандалы и повезли в Самбор с атаманом Корелой.
3 сентября 1604 года казаки привели Хрущова к палатке
Самозванца.
Лж едимитрий вышел к нему в прекрасных одеждах. Хру­
щов залился слезами, стал на колени и воскликнул:
- Вижу Иоанна в лице твоём! Я твой слуга навеки!
- Так о чём же нам теперь говорить, - рассуждали казаки. -
Ему виднее, чем нам.
Обо всём отписали в Войско, и Круг реш ил послать ещё
4000 казаков с Дона в помощь Самозванцу.
Эта казачья сила явилась главной опорой Самозванца.
Когда высланный от Бориса Годунова большой отряд вое­
воды Мстиславского опрокинул польскую рать Л ж едим итрия,
на М стиславского неожиданно ударили Донцы, и Мстиславс­
кий стал отходить к Москве.
13 апреля 1605 года в Москве скончался Борис Годунов,
не сумев окончить смуты. На московский престол вступил сын
Годунова, юный Федор. Недолго поцарствовал он. Слухи о при­
ближении Самозванца дошли до Москвы. Чернь московская
взволновалась, ворвалась в Кремль. Федор и его мать М ария
Годунова были убиты.
В эту летнюю пору Самозванец в Туле принимал перебе­
гавш их к нему М осковских бояр. Приведш ий к нему новое
Донское подкрепление атаман Смага Степанович Чершенс-
кий был принят «прежде московских бояр».
Донские и запорожские казаки окруж или Самозванца во
время приёма бояр и при Лж едимитрии «лаяли и позорили
бояр». И сам Л ж едимитрий «наказывавш е и лаявш е бояр,
якож е прямой царский сын, и срамиш а их за то, что они
признали его позже казаков и простого народа...»
20 июня 1605 года Самозванец во главе польской и каза­
чьей конницы вступил в Москву.

88
В Москве Лж едим итрий «боярские дворы и животы (кре­
постных) и поместья, и вотчины роздал худым людям и каза­
кам Донским и Запорож ским». К азаки тех даров от Само­
званца не приняли.
По свидетельству П алицы на: «атаман Корела расхаж ивал
по Москве и ч у д и л , говоря, что он презирает блага мира
сего... Тогда от злы х врагов - казаков и холопей, все умные
плакали, не смея слова сказать, только назови кто царя (Лже-
димитрия) разстригою - тот и пропал...»
Самозванец послал в Войско знамя и требовал, чтобы вой­
ско Донское принесло ему присягу на верность. Но Войско
того знамени не приняло и присягу принести отказалось.
Службу у Самозванца атаманов Корела и М ежакова Войско
рассматривало, как их частное дело. И раньш е так бывало,
что казаки ходили служ ить даже и в иностранные государст­
ва - это не нарушало самостоятельности Войска Донского.
Недолго, менее года, процарствовал Л ж едим итрий в Моск­
ве. Только первые дни он был ласков и милостив к простому
народу. Вскоре наехали в Москву гордые польские паны, при­
ехала невеста Самозванца, польская к н я ж н а М арина Мни­
ш ек, с нею католи чески е ксендзы и иезуиты . По городу
пош ли слухи, что русский народ и казаков будут обращ ать в
католическую веру. М осква возмутилась, собралась около
любимого в народе боярина В асилия Ш уйского. Вооружён­
ная толпа 17 м ая 1606 года ворвалась в Кремль, растерзала
Л ж едим итрия и прах его развеяла по четырём ветрам. Не
оборонило его польское войско.
Царём в Москве стал Василии Иванович Ш уйский.

12
Войсковой Круг о М осковских событиях. Второй Самозва­
нец. Т уш инский вор. А т ам ан Меж аков наблюдает за собы­
т иями. Королевич Владислав. Грамоты Троице-Сергиевой Л ав­
ры. Козьма М и н и н и князь Пожарский. П рокопий Л япунов.
Убийство казакам и Л япунова. Меж аков переходит к князю
Трубецкому.

89
В дни убийства Лж едим итрия донских казаков в Москве
не было. Больш ая часть их с атаманом Корелой, получив на­
граду за помощь, осенью 1605 года отправилась на Дон. Че­
ловек 500 настоящ их гулебщиков с атаманами М ежаковым,
Епифанцем, Коломной, Романовым и Козловым стали каза­
чьим станом недалеко от Москвы, следя за тем, что делалось
в Москве, и отписывая о событиях в Войско.
Доклад в Раздорах, на Кругу, атамана Корелы слуш али с
громадным вниманием.
Первый раз донским казакам пришлось сраж аться против
Московской рати. Случалось и прежде, когда ходили они раз­
бойничьими ватагами по Волге, нападать на стрельцов, со­
провождавш их товары, но то были небольшие схватки, где
всё решалось быстро, круто и кроваво.
Р ассказ казаков о битве 21 января 1605 года у села Доб­
рынин, которую они наблю дали со стороны, когда о н и виде­
ли, как Ц арское войско сначала было опрокинуто запорож с­
ким и казакам и и польской конницей, но не бежало; к ак
воевода М стиславский скоро устроил М осковские полки и
встретил полки Самозванца залпом из 12000 руж ей, после
чего поляки и запорож цы стали отступать, запорож ская пе­
хота была истреблена; Л ж едим итрий на раненном в ногу
коне беж ал, и попался бы в плен, если бы его не вы ручили
донские казаки .
Рассказ об осаде города Кромы, где донцы атамана Коре-
лы и небольшая русская друж ина Григория Акинфеева обо­
ронялись от стотысячного войска М стиславского, где один
дрался против десяти, заставил казаков призадуматься.
«Худой мир лучше доброй ссоры», - так думали казаки,
слуш ая о силе Московских войск. Москва сильна и средства­
ми, и землями, и людьми. А говорится: «С сильным не бо­
рись, с богатым не судись».
О кружённая со всех сторон врагами «земля казачьего при-
суда» может существовать только тогда, когда подле неё бу­
дет кто-то сильный и могущественный, кто поможет казакам
в случае беды. Военные припасы, хлеб и одежда получались
казакам и от Московского Ц арства, с М осковскими людьми

90
торговали казаки, продавая за границу своих земель добычу,
полученную в набегах, рыбу и соль.
Пахать самим землю? Обратиться в мужиков-земледельцев?
Перестать быть казакам и, перестать «казаковать», стать ре­
месленниками? Претило это казакам. Не хотели они расста­
ваться со своею военною жизнью, со славою побед и набегов.
Так ж ить можно лиш ь тогда, когда было какое-то непи-
санное соглашение с Москвою Царей и Великих Князей Ива­
нов и Василиев, когда разреш алось казакам бороться с азов-
цами, когда на них возложено было охранение Московских
ю жных рубежей, разведка и провожание Московских послов
и торговых людей к крымцам и туркам ...
Ныне - в Москве поляки: католики, схизм атики, надмен­
ные ляхи , презирающие казаков. С польскою Москвою нельзя
ж ить и друж ить. Идти под самого короля Сигизмунда, ис­
кать помощи и защ иты у Польши ещё того хуж е. Много на­
слы ш аны были от запорожцев донцы, что такое польская
власть... Переходить к своему злейш ему врагу, с кем всегда
боролись донцы, к турецкому султану?..
Ясным было одно - без Москвы казакам не ж и ть... Худо
ли - хорошо ли с Москвою, мать или мачеха Москва, но нуж ­
но идти с Москвою. Нужно помочь тамош ним людям преодо­
леть смуту и заслуж ить перед Москвою, чтобы ж ить по-пре­
ж нему.
Знали казаки , что смута в Московском царстве продолжа­
лась.
П оляки и Московские бояре, завистники Василия Ш уй­
ского, пустили слух, что в Москве был убит не Лж едимит-
рий, но какой-то немец, что Л ж едимитрий спасён. В стане
польском появился новый Л ж едимитрий - Л ж едимитрий II.
Он шёл с польскими полками Гетмана Рожинского на Моск­
ву и стал в укреплённом лагере у села Тушино. В Москве
назвали его «Тушинским вором». Часть донских казаков с
атаманом Епифанцем явилась в Тушино и, увлечённая обе­
щ аниями наград от польских воевод Сапеги и Лисовского,
согласилась принять участие в осаде Троице-Сергиевой Лав­
ры. К азаки неохотно пошли на это. П оляки, считая Епифан-
ца человеком неверным, реш или отделаться от него и убить.
К азаки узнали про это. Заш умел Донской казачий стан. Ка­
заки собрались в круг и вынесли постановление: «Не делать
зла царствующему городу Москве и стоять с православными
заодно на иноверных».
Ночью донцы поседлали коней и уш ли из польского стана
на Дон. Л итовская конница догнала Епифанца на реке К лязь­
ме у деревни Вохпы. Н ачались переговоры. К азаки были не­
преклонны в своём решении; литовцы хотели обезоружить
донцов, но те не дались. Отряд Епифанца пошёл на Дон, вы­
делив небольшие силы для наблюдения за тем, что будет даль­
ше. Во главе этого наблюдательного отряда стал атаман Ме-
жаков.
Он донёс в Войско, что на Московское Царство с большим
войском идёт польский король Сигизмунд. Московские горо­
да один за другим сдаются ему. К Сигизмунду прибыли мос­
ковские бояре просить короля, чтобы в Москве царствовал его
сын королевич Владислав. В августе бояре, сдаваясь на ми­
лость полякам, писали в договоре: «На Волге, на Дону, на
Яике и на Тереке казаки будет надобе или ненадобе, о том
Государю Королевичу говорить о боярами и с думными людь­
ми, как будет на государстве...»
Самоё существование казачьих войск становилось под воп­
росом. Бояре московские предавали казаков.
На Дону собрали большое войско и с атаманами Марко­
вым и Епанчиным послали на поляков.
Слухи о таком предательстве московских бояр дошли и до
отряда М ежакова. Они взволновали казаков, но ещё более
взволновали их грамотки, посылаемые из Троице-Сергиевой
Лавры монахом Авраамием П алицы ным, с беспощадною прав­
дою писавшем о несчастиях Московской земли.
«Отечество терзали более свои, нежели иноземцы, - писал
П алицын, - наставниками и предводителями ляхов были наши
изменники. С оружием в руках ляхи только глядели на бе­
зумное междоусобие и смеялись. Оберегая их в опасности
превосходным числом своим, русские умирали за тех, кото­
рые обходились с ними, как с рабами. Вся добыча принадле-

92
ж ала ляхам и, избирая себе лучш их юношей и девиц, они
отдавали на выкуп ближ ним и снова отнимали и х ... Многие
гибли уж е не за отечество, а за свои семейства: муж за жену,
брат за сестру, отец за дочь. М илосердие исчезло: первые
царю люди, взяты е в плен, иногда находили в лях ах ж а­
лость и уваж ение, но русские изм енники, считая их про­
тивникам и царя Туш инского, подвергали ж естокой смерти:
кидали в реки, расстреливали из луков, перед родителями
ж гли детей, носили их головы на саблях и копьях, младен­
цев разбивали о кам ни. Смотря на это, сами л ях и содрога­
лись и говорили: что ж е будет нам от россиян, когда они и
друг друга губят с такой лютостью? В этом омрачении умов
все хотели быть выше своего звания: рабы - господами, чернь
- дворянством, дворяне - вельмож ами. Не только простые
простых, но и знатны е знатны х обольщ али изменою. Вмес­
те с отечеством гибла и церковь: храмы были разорены, скот
и псы ж или в ал тар ях , воздухами и пеленам и украш али
коней, из чаш со святы м и Дарами пили, на дискос клали
мясо, на иконах играли в кости... Свящ енников и иноков
ж гли огнём, допы ты ваясь сокровищ . Города пустели. Моги­
лы , как горы, везде возвыш ались. Граждане и земледельцы
укры вались в дебрях, в лесах и болотах. Грабители, чего не
могли взять с собою, сож игали дома и всё, превращ ая Рос­
сию в пустыню ...»
Ж ёсткие и правдивые слова грамоток доходили до сер­
дец многих и многих русских. Все видели развал кругом.
Раздавались голоса: «Нужно нам всем, православны м, вос­
стать и прекратить это ужасное зло... нельзя этого терпеть
дальш е...»
В Нижнем Новгороде купец Козьма Минин собирал по­
ж ертвования на вооружение и содержание ополчения. Кто
что мог, несли ему. Отдавали крестильные кресты, несли об­
ручальны е кольца, ж енщ ины приносили свои украш ения:
поднимался народ. Собирались люди, готовые жертвовать со­
бою за Родину. Во главе ополчения стал доблестный князь
П ож арский и повёл ополчение на выручку Москве.
Не остались равнодуш ными к этому освободительному

93
движению и донцы атамана М ежакова. М ежаков явился к
Ляпунову и сказал, что донцы готовы постоять за Русь и за
веру православную.
Стан Ляпунова полнился разны м и лю дьми. П риш ли к
Ляпунову и недавние сторонники Л ж едим итрия, князь Ди­
митрий Трубецкой и Заруцкий, называвш ие себя «казацки­
ми атаманами». Они привели с собою московскую чернь, бег­
лы х воров и разбойников.
10 декабря 1610 года Л ж едимитрий II был убит. П оляки
короля Сигизмунда заняли Москву.
В начале марта 1611 года, не дожидаясь распутицы, раз­
ные ополчения пошли к Москве. П ожарский ворвался в окра­
ины города. Москвичи заволновались. Народ, стрельцы и опол­
ченцы кн язя Пожарского загнали было поляков в Кремль.
Москва горела в разных, местах.
Ляпунов пошёл к Москве с юга. В его стане было неблаго­
получно. Единственною твёрдою и дисциплинированною час­
тью у него были донцы атам ана М ежакова. Все остальные
занимались грабежами и пьянством. Ляпунов пы тался вос­
становить порядок, но люди Заруцкого заволновались и ре­
ш или его погубить. В стане Заруцкого была составлена под­
дельная грамата, будто от Л япунова, где говорилось - «Каза­
ки - враги и разорители Московского Государства. Их следует
брать и топить, куда только они придут. Когда, Бог даст,
Московское Государство успокоится, тогда мы истребим этот
злой народ».
Донцы, причитав эту грамоту, возмутились, собрались на
круг и потребовали на него Ляпунова. На круг явились и
люди Заруцкого. Ляпунов пытался оправдаться, но люди За­
руцкого стали наседать на него со своими обвинениями. Про­
изош ла свалка, и Ляпунов был на кругу зарублен.
К огда слух об убийстве на казачьем кругу Л япун ова
распространился по Руси, восточные и северо-восточные го­
рода послали грамоты: «Казаков в города не пущ ати... а выб-
рати бы нам на Московское государство Государя всею зем­
лёю Российския державы; а будет казаки учнут выбирати

94
Государя по своему изволению, одни, не сославшася со всею
землёю, и нам того Государя на государство не хотети...»
Под влиянием этих грамот М ежаков с донцами стал под
команду Трубецкого и Заруцкого.

13
Беспорядки в ст ане к н я зя Трубецкого. Осада М осквы .
Меж аков переходит к князю Пожарскому. П римирение к н я ­
зей Трубецкого и Пожарского. Д онцы выгоняют короля Сиги-
амунда из Московского царства. Зем ский собор 24 февраля
1613 года. Участие ат ам ана Меж акова в выборе царя М и х а ­
ила Феодоровича Романова.

Ни князь Димитрий Трубецкой, ни Заруцкий не могли


справиться с набранным ими ополчением. Беглые холопы,
равнодуш ные к судьбам Российским, тупые и жадные, не
понимали величия совершавшегося вокруг них. Они могли
только пьянствовать и грабить население. Они называли себя
«казаками». И это было оскорбительно для донцов М ежако­
ва, Донцы старались держ аться в стороне от этой рати Тру­
бецкого.
Оттеснённый от Москвы к Ярославлю князь П ожарский
20 августа 1613 года подошёл к Москве и остановился в пяти
верстах от города, на реке Яузе.
К нязь Трубецкой, стоявш ий под Москвой, послал гонцов
к П ож арском у звать к н я зя к себе, чтобы вместе идти на
М оскву.
Из стана Пожарского ответили: «Отнюдь не бывать тому,
чтобы нам стать вместе с ворами-казаками».
Трубецкой и его «казаки» обиделись, и остались стоять
неподалеку от П ожарского по другую сторону реки Яузы,
наблюдая за его действиями, но не принимая участия в боях.
К нязь П ож арский приступил к осаде Москвы.
П ольский гетман Ходкевич спешил на помощь полякам ,
засевшим в Москве. Вечером 21 августа Ходкевич занял По­
клонную гору, на рассвете 22-го перешёл через М осква-реку,

95
и атаковал ополчение кн язя Пожарского. С восхода солнца, в
продолжении семи часов, поляки бились с ополченцами.
К нязь Трубецкой, его начальники и М ежаков наблюдали
за боем. Они смеялись над неудачами Пожарского.
- Так им и надо. Богаты пришли из Ярославля! Отстоятся и
одни от гетмана.
Солнце перевалило за полдень. Полки Пожарского отсту­
пали к стенам Москвы. Польские конные латники понеслись
в атаку на мужицкую конницу П ожарского. Та не приняла
атаки и стала покидать коней для пешего боя. П оляки вруби­
лись в муж ицкие ряды.
Возмущённый видом этого избиения русских поляками,
М ежаков подошёл к князю Трубецкому и сказал:
- От вашей нелюбви к Московскому государству пагуба
становится!
Вскочив на коня, он помчался к своим донским полкам и
понёсся с ними на поляков.
А такованные сзади поляки смеш ались, повернули и уш ли
за Поклонную гору. Н а другой день Х одкевич, силы которо­
го были потрёпаны в бою, пошёл от Москвы.
Перед П ожарским были лиш ь небольшие силы поляков,
крепко засевших в Кремле. Они ожидали помощи от короля
Сигизмунда.
П ристыженный М ежаковым князь Трубецкой примирил­
ся с князем П ожарским, и оба ополчения пош ли на Москву.
У Волоколамска король Сигизмунд был разбит донскими
казакам и атаманов М аркова и Епанчина, и бежал до самой
границы Польши, неотступно преследуемый донцами. В эту
пору сложилась поговорка: «Пришли казаки с Дону - погна­
ли ляхов к дому...»
22 октября войска к н я зя Пожарского приступом взяли
предместье Кремля Китай-город. Вскоре над Кремлём пока­
залось белое знамя - поляки сдавались П ожарскому. В Крем­
ле наш ли поруганные святыни церкви, котлы с человечес­
ким мясом и изголодавш ихся поляков. Мерзость запустения
была в Москве.
Нужно было приступать к строительству Москвы. К нязья

96
П ож арски й, Трубецкой, прибывш ие из Троице-Сергиевой
Лавры монахи, архимандрит Дионисий и келарь Авраамий
выпустили воззвание, призы вая поместных людей да Мос­
ковский Земский Собор для реш ения государственных дел.
Келарь Авраамий приехал к атаману М ежакову и привёз
ему золотую и серебряную церковную утварь в награду за
помощь Московскому ополчению. Атаман М ежаков отказал­
ся принять церковное достояние.
- Донцы, - сказал он, - почитали своею обязанностью и
долгом помочь Москве. Не ради награды ш ли они на бран­
ный труд. Они поклялись, не освободивши Москвы, не идти
на Дон...
Среди полков Московского ополчения донские казаки были
самою лучшею, верною и дисциплинированною частью. Они
стали в ту пору первыми людьми в Москве. Боярский сын
Иван Философов в конце ноября 1612 года показывал поля­
кам: «Бояре и лучш ие люди хотят на царство Владислава, но
прямо говорить не смеют, боясь казаков. А казаки-де гово­
рят, чтоб обрать кого из русских бояр и примеривают Ф ила-
ретова сына и Воровского Калужского. И во всём-де казаки
бояром и дворяном сильны, делают что хотят...»
21 февраля 1613 года Земский Собор собрался в Москве.
Первым делом было приступлено к избранию Ц аря. Между
боярами было большое волнение - каж ды й имел своего став­
ленника. Многие тянули к польскому королевичу. Стали по­
давать голоса. Первым выступил Галицкий дворянин и ска­
зал, что «быть на царстве М ихаилу Феодоровичу Романову».
Раздались в собрании сердитые голоса:
- Кто принёс?
- Откуда?
- Молодший помеж боярских родов... Есть и познатнее, и
постарше.
В разгар этих пререканий из рядов выборщиков вышел
донской атаман М ежаков и, подошедши к столу, за которым
сидел князь П ож арский, положил записку.
- Какое это писание ты подал, атаман? - спросил П ожар­
ски й.

4. Зак. 0060 97
- О природном царе М ихаиле Феодоровиче Романове, -
громко ответил М ежаков.
Летописец, записавш ий действия и постановления Собо­
ра, отметил: «Прочетше писание атаманское, бысть у всех
согласен и единомыслен совет...»
Иначе и не могло быть. В тогдашней разнузданной и раз­
ноголосой Москве, полной всякого преступного сброда, един­
ственной силой, с которой считались и которой боялись, были
донские казаки. Так много они в ту пору сделали для спасе­
ния земли от поляков. П оляки же прямо уверяли, что «Миха­
ила выбрали не бояре, а взбунтованное казачество».
После выборов Ц аря Собор не разъехался, но приступил к
решению многих дел, возникш их в пору смутного времени.
Между ними была и жалоба донских казаков на то, что «ка­
заками» называют всяких воров и разбойников, и этим поро­
чат имя казака.
Собор разобрал эту жалобу и в сентябре 1613 года вынес
постановление: «К атаманам и казакам , которые стоят в уез­
дах и Государеву землю пустошат, послать людей от Собора и
предложить тем атаманам и казакам , которые хотят отобра-
тися от воров, имён своих списки прислать к Государю и
идти на Государеву службу, за которую царь пожалует их
денежным жалованием. Верным казакам стоять за один, и
над ними промыш лять для того, что они пуще и грубее Л ит­
вы и немец, и «казаки» тех воров не называть, чтобы пря­
мым атаманам, которые Государю служ ат, тех воров казачь­
им именем бесчестья не наносить...»
В М оскве на К расной площ ади стоит прекрасны й па­
м ятн и к князю П ож арском у и Козьме М инину, спасителям
М осквы.
П ам ятник Ф еофилакту М ежакову и его донцам Москва
нигде не поставила.
Историк В. Ключевский пишет: «...Повернувш ись лицом
на запад к своим колониальным богатствам, к своей корице и
гвоздике, Европа чувствовала, что сзади, со стороны Урало-
Алтайского востока, ей ничего не угрожает, и плохо замеча­
ла, что там идёт борьба, что, переменив две главные боевые

98
квартиры на Днепре и Клязьме, штаб этой борьбы перемес­
тился на берега Москвы и что здесь в XVII веке образовался
центр государства, которое, наконец, перешло от обороны в
наступление на азиатское гнездо, спасая европейскую куль­
ту РУ от татарских ударов. Так мы очутились в арьергарде
Европы, оберегали тыл европейской цивилизации. Но сторо­
ж евая служба везде неблагодарна и скоро забывается, особен­
но, когда она исправна; чем бдительнее охрана, тем жертвы
спокойнее спится охраняемому и тем менее расположены они
ценить жертвы своего покоя...»
Эти слова историка Ключевского в полной мере можно
отнести к отношению Московского государства к Донскому
Войску. «Самодурью» образовавшееся на юге России казачье
государство стало прочной охраной и защ итой России, не раз
являясь спасителем её, но «сторожевая служба» везде небла­
годарна и скоро забывается...» Москва очень скоро забыла
жертвы и подвиги охранителей своего степного юга.
Войско же Донское в ближ айш ие годы показало, на ка­
кие величайш ие подвиги способно оно ради спокойствия, ти­
ш ины и неприкосновенности русских рубежей.

(К о н ец первой к н и г и )
В поход, на
П С1 Азов!
Г

(1634 г.)
(Отрывок из романа «Всё проходит»)
«...Старики-то пьют , гуляют ,
по беседушкам сидят.
По беседушкам сидят ,
про Азов наш говорят...»
Казачья песня.
1
В степи было ж арко. П рипархиваю щ ий оттуда ветерок
приносил запах полыни и м яты , а в городке пахло соломен­
ной гарью и ладаном. Н изкие мазанки под соломенными кры ­
ш ами просыхали под солнечным зноем от весеннего полово­
дья. Кое-где на улице леж ала черная блестящ ая грязь. Сквозь
неё тонкий типец пробивался острыми иглами. От деревян­
ной часовни на площади, стоявшей под развесистыми стары­
ми дубами и яблонями, убранными белым весенним цветом,
через майдан на кривых дрю чках были помещены мостки.
Узкой лентой посеревших от солнца и времени досок, где с
перилами, где без перил, то поднимаясь горбом, то опуска­
ясь, они вились вдоль улицы, перекидывались через загнутое
подковой озерко, где сквозь старый серый кам ы ш пробива­
лись зелёные ростки, копош ились пёстрые утки и пахло илом
и тиной, мостом переходили через северную мелкую прото­
ку, издали казавш ую ся голубой, а вблизи золотой от песка,
сквозившего через воду, и скрывались у молодых тополей в
степи.
На реке вдоль берега, у причалов и на прибрежном белом
песке, стояли челны и большие чёрно-просмоленные будары.
Лес низких мачт рябил над голубым простором Дона. За ре-

100
кой зеленели холмы, всыпавш иеся желто-песчаными и бело­
меловыми осыпями к воде.
За городком, на восток, степь начиналась не сразу. Снача­
ла были сады, ничем не огороженные, отделённые от дороги,
шедшей на север, низким тыном, облепленные тёрном в бе­
лых цветах и с острыми иглами на ветках. За садами росли
ш ирокие ивы - точно пальмы, раскинувш ие пушистые ветки
с длинными, узким и и тонкими листьями.
На степь только что прогнали табуны войсковых лош а­
дей, и в улице между садами, где повыше, стояла тонкая
серая пыль, когда У льянка К аторж ная вы ш ла на околицу к
протоке.
Сады примы кали к валу и тыну, тянувш им ся вдоль про­
токи и составлявш ими северное укрепление Монастырского
Городка.
Стая воробьев с шумом вспорхнула, из кустов и полетела, о
чём-то споря, к часовне. Ульянка вздрогнула от неожиданности.
Тонкий голос раздался из-за вала. Кто-то пел, точно ж ало­
бу точил, точно круш ил своё сердце кручиною чёрною... Всю
ночь просидела У льянка у раскрытого окна, думая - каж ется
это, что ли, ей??? Так нет - не казалось. Н изались слова,
полные жалоб, напоённые тескою, - одно к одному. Слова
говорили о казачьем горе.
«Ах т алан л и , мой т а л а я 1 такой
И л и участь моя горькая, -
- говорил неизвестный певец, -
Т ы , звезда моя злосчаст ная!
Высоко, звезда, восходила,
Выш е свет ла м лада, м есяца,
Что зат м ило солнце красное!
Н а роду л и мне написано,
Н а делу12 ли мне дост алося,
Что до м ладост и и до ст арост и,
До седого, бела волоса,

1 Талан - участь, судьба.


2 На делу - на дележе.

101
Во весь век мне горе м ы ка т и ,
Что до самой гробовой доски.»
У льянка прокралась к валу и легко взбежала на него. От
маленьких босых ножек посыпались кам еш ки и куски земли
и заш урш али в траве. У льянка испугалась, остановилась и
рукой ухватилась за сердце. Она хотела назад удариться, но
любопытство превозмогло страх. Она раздвинула ивовые вет­
ки и заглянула к протоке. На берегу, поджав под себя по-
турецки ноги, сидел загорелый дочерна, худощ авый человек
в бедном, изорванном платье. Серо-жёлтое полотенце чалмою
обвивало его лоб и свешивалось лохмотьями к правому уху.
Растрёпанная, черная с проседью, борода была не расчёсана
и длинными прядями леж ала на коричневой груди, сквозив­
шей через дыры рубахи. Человек этот сидел, обернувшись
лицом на восток, и У льянка увидела его пустые, выколотые
глаза, страш ными чёрными отверстиями глядевш ие из-под
коричневых век.
Он не слыш ал шагов девуш ки, и продолжал свою песню-
жалобу. Как молитва в пустыне, была его песня, полная тон­
ких плачущ их переливов, слож енная в длинны е, тяж к и е,
одинокие и слепые ночи в плену на чужбине.
В А зове, славном городе,
Во стене ли белокам енной,
К ак была т ут т ём ная т ем ница
Без дверей и без окошечек.
У льянка блестящ ими глазами смотрела на певшего, лови­
ла каждое слово ж адным ухом, и трепетало её молодое серд­
це. «Полонянник турецкий?.. Надо отцу сказать, - билась
робкой пташ ечкой мысль в её голове. - Экий жалостны й ка­
кой! Да худой же! И слепой?!..»
Во той л и тёмной темнице
Сидел там добрый молодец.
Добрый молодец - Д онской к а за к ,
Во заклю ченъи ровно двадцать л е т ,
Ровно двадцать лет и два года.
«Вот-то жалости! Всю-то молодость провёл, все-то лучш ие
годы протосковал бедняга на чужой стороне, в тёмной темни­
це. К ликну батю ш ку... А то песню дослушаю? Больно песня-
то занятная, грусть, тоску наводит, полыхает моё сердце де­
вичье».
Певец почуял присутствие другого существа в кустах. Он
повернул худое, тёмное лицо к Ульяне и продолжал петь,
ш евеля сухими губами:

Случилось т ут мимо ехат и


Самому царю т урецком у.
К ак возговорит добрый молодец:
«Ой ты, гой ecu, т урецкий царь!
П рикаж и м еня поить, кормить,
П рикаж и м еня скорей казнит ь -
Прикаж и на волю вы пуст ит ь.
Н е прикажешь ты вон вы пуст ит ь -
Н а п и ш у я скору грамот ку
К т оварищ ам на т ихий Дон:
С лавны й т и хи й Д он взволнует ся,
Весь казачий круг взбунт ует ся,
Разобьют силу т урецкую
И тебя, царя, в полон возьмут!».
К а к возговорит т урецкий царь:
«Вы пускайт е добра молодца,
Удалого казака Донского,
Во его л и землю Русскую
Ко его л и Ц аря Б елом у...»

- Дедушка!.. А, дедушка! - крикнула У льянка. - Вы кто


такие будете?
Человек поднялся с земли, повернулся к У льянке и спо­
койно сказал:
- Я беглый из турецкого полона донской к азак . Семь
ты сяч в сто двадцать третьем году1 забрат я во время мор-

1 В те времена летоисчисление было от сотворения мира - 7123 год


отвечает 1615-му году от Р.Х.
ского поиска на Азовском море в плен, был мучим лю тыми
муками, ослеплён и двадцать два года просидел я в темни­
ц е... А теперь, к ак пустили меня за старостью турки на
свободу, иду на родную землю в Раздоры. Несу атам ану Дон­
скому грамоты, пущ енные от казачьих и русских полонян-
ников - молить Государя М осковского, вызволил бы нас из
турецкой неволи.
- Д едуш ка... Ходить в Раздоры вам без надобности. Ми-
хайло И ванович, атаман донской, здесь, в М онастырском.
Ожидают на послезавтра всё войско Донское. Круг весен­
ний будет.
- Слава Господу Нашему Иисусу Христу! Пречистой Бого­
родице слава. Хвала Наш ему покровителю И оанну... Это ка­
ких же будет Михайло Иванович?
- Татариновых.
- Не слы хал... При мне Смага Степанович Черш енский
на Дону атаманил. Еще про М ежакова помню, что на Москву
царя ставить с казакам и ходил, слыхал. А вы чьих будете?
- Я - Ульяна К аторж ная.
- Это что?.. Не И вана ли Каторжного, что под Цареград
хаж ивал, дочка будете?
- Его самого, - улыбнулась, увидев, как просветлело лиц
странника, У льянка.
- Так ведь это же? Господи!.. Его честная воля. Вот собы­
тие!.. Вот, можно сказать, произволение Господне! Ведь по­
ходным атаманом, когда за Азов в поход ходили, - Иван Катор­
ж ны й был. На больших тогда каторгах ш ли, - по тридцать
гребцов на каждой! Борта камыш овым заслоном от стрел за­
навешены, по шестьдесят, по сто человек казаков на дне к аж ­
дой сидели. Хлеба, воды, зелья на два месяца было взято. И
отстала, значит, наш а каторга с Исаем М артемьяновичем че­
рез туман сильный, отстала и заблудилась в Азовских плав­
нях. А под Азовскими стенами окруж или нас турецкие ко­
рабли. Мы дрались отчаянно! Да куды же! Сто на одного...
Разве посечешь столько голов?.. Пропали казачьи головушки
в тот страш ный утренний час, когда гуси над Доном стани­
цей летели. Пропали без молитвы церковной. Много, как меня,

104
в полон забрали. И что хуже - не ведаю: смерть ли честная,
полон ли лютый?
- Дедуш ка, соловья баснями не кормят. Идемте на хату.
Батю ш ка рад будет вас принять, да попотчевать, чем Бог по­
слал... Да вы погодьте, я к вам спущусь, проведу вас. А то
неладно тернами-то, и оборваться недолго.
У льянка сбежала к полоняннику и бережно повела его
стёжкой к перелазу в тыне, венчавшем городской вал.

2
У И вана Н аум ы ча К аторж наго хата была богато убрана
зам орским и коврам и и издели ям и. На чисто подметённом
глиняном полу, где иголочкам и был насы пан для духа зе­
лёны й укроп, в углу, за ш ирокий печью, стояла постель
черно-дубового дерева. О тдёрнутая голубая, с белыми цвета­
ми, занавесь висела тяж ёлы м и склад кам и . На постели в
три ряда леж ало девять подуш ек, ш иты х ш елкам и и на­
кры ты х м ал ьти й ск и м и кр у ж евам и . Над нею на полочке
стоял корабль о трёх м ачтах с парусами из пергам ента -
и груш ка генуэзской работы. Подле постели, под м алень­
ким продолговатым окош ком в свинцовом переплёте со слю­
дой, стоял больш ой сундук. Сундук был раскры т и И ван
Н аумы ч, вы сокий худощ авы й к азак с тём ны м и длинны м и
усами и ж идкой растрепанной бородой, с двум я рядовы м и
казак ам и расклады вал на столе и по скам ьям вещ и, вы ни­
м ая их из сундука.
На столе стояли серебряная чаш а, чарка, ковш ик и пол­
дю жины винных чарок. Медный позолоченный ящ и к с ж ем ­
чужным ожерельем Иван Наумыч тщ ательно осмотрел и по­
лож ил на постель, туда ж е бросил золотые серьги с нанизан­
ными по-казачьи жемчугами и перстни с кам ням и - Ульянино
приданое. Когда У льянка вошла в хату с пленным, её отец
вынул золотой каф тан с серебряными пуговицами венской
работы и, держа его на вытянутой руке, разгляды вал его.
- И зрядны й каф тан, атаман, нет ладней, как в нём на
кругу вам быть, - встряхивая кудрями, сказал молодой чер­
ноусый казак, состоявший при Каторжном.

с (( Г '
1/2 4. Зак. 0060 105
- Почистить малость надо. Заплесневел от зимней сырос­
ти. Да, где У льянка запропала?
- Я, батюшка, здесь... За водой на протоку ходила.
- За водой?... А это?... Кого привела?
Каторжный вгляделся в лицо полонянника.
- Что?.. Да ни как?.. Не признаю ... Рябинин, што ли?
- Павел Рябинин, Иван Н аум ы ч...
- Господи! Мать честная!.. Кабы не рубец на носу, да не
рябины воспенныя по лицу, не признал бы тебя. А поста­
рел... ф у... да и постарел! Из турецкого полона бежал?
- Не бежал, а пустили. Им я не гож показался, а своим
службу сослужу.
- Ну вот что, Павел Петрович. Это разговоры, разговари­
вать это опосля будем. Допреж всего приодеть да накормить
тебя надо... У льянка, спорхай к туркеням, скаж и, чтобы бань­
ку протопили дорогому гостю, казаку донскому... А ты ... Да
ты не видиш ь... Ну мы тебе ладный кафтан подберем... Что­
бы знали про тебя, что ты старый ватаж ны й Ивана К аторж ­
ного.
- Я, Иван Наумыч, сюда не как беглый полонянник при­
ш ёл. Я принёс слезы чистые казаков донских, передам я
тебе стоны казачьи горькие, жалобу их истошную, из души,
от сердца идущую.
- Рассказы вай к азак у про азовские вести. Н а посля обе­
да мы это отложим. Да кой-кого на беседу пригласим . Пос­
ле завтра круг будет. В самый раз твой рассказ пригодится.
П отому... М ихаиле И ванович... всё реш иться не может. Нето
М осквы, нето турок боится...
После полудня, в сером зипуне, подпоясанном синим ш ар­
фом, сидел у Ивана Каторжнаго турецкий полонянник. Вок­
руг стола сидели удалые казаки М онастырского городка, а
под образами на скамейке были почетные гости, старики дон­
ские. Они сидели в тёмных каф танах, подпоясанные золоты­
ми и серебряными поясами с тяж елы м и и дорогими саблями
на боку. Тут была вся старая слава казачья.
С темным, густо заросшим седою бородою, лицом, с длин­
ными, до плеч, в завитках, нежными волосами, расчесанны­
ми на пробор, белый, как лунь, и в белом кафтане, под боль-

106
шой черной иконой Спаса Нерукотворного сидел старик Ми­
хаил Черкаш енин. При нём, 67 лет тому назад, приш ла на
Дон первая Ц арская грамота, покойного Ц аря Ивана Василь­
евича Грозного. Черкаш енин помнил Ермака. Он был грозою
азовцам, и при ним вольно гуляли казаки по Азовскому морю,
ходили и за Керчь. И рыбалили, и за добычей ходили - зипу­
нов добывать. Ч еркаш енин, как сел под образа на лавку, на­
супил седые, кустами, брови над темными, прикрытыми ве­
ками глазами, так и сидел, молча, тяж ело и шумно дыш а
столетнею грудью.
Рядом с ним, лысый и толстый, нос картош кой, лицо хит­
рое и сальное, что твой боярин московский, сел Иван Киш-
кин, ловко ладивш ий со смирным Царем Федором Иоаннови­
чем.
По левую руку от Черкаш енина сидел м ягкотелы й, с бело­
розовым нежным лицом, в пухе седой бороды, с длинными,
до ушей, белыми волосами Василий Ж игулин. Он улыбался
хитрой улыбкой и изредка, когда раздавалось смелое слово,
чуть поталкивал под локоть столетнего Ч еркаш енина, точно
говорил: «Слышишь, мол, как ноне казаки говорят. Не по-
нашему!»
Человек сорок набилось в хату Каторжного на беседу. Было
чинно и тихо на ней, не было табачного дыма, только ковши
с московской брагой гуляли по рукам, да стояло несколько
сулей доброго фряж ского вина, привезённого с последнего
набега из-под Ц ареграда. Старое было вино и крепкое.
А в углу за занавеской, на постели, в голубом кубелёке с
ж емчуж ны ми пуговками, с по-девичьи убранными чёрными
косами, сидела на подуш ках У льянка. Она в сумраке занаве­
шенной постели, разлож ив на подуш ках ож ерелья, самоцвет­
ные камни, перстни и серьги, играла ими, то складывала их
на алой шелковой подушке, то ссыпала их в медный, хитрым
узором, резаный ящ ичек. А сама чутко слуш ала то, что гово­
рилось на беседе. Иногда У льянка хваталась рукой за сердце,
делала порывистое движение, точно хотела сорваться с места,
а потом приникала былинкой к подуш кам, сж им ала в кулаке
жемчуга ожерелья и с отчаяньем смотрела на икону Божьей
Матери, висевшую в углу. Не шёл у неё из ума полонянник
/л <г\\^
1/2 4* 107
турецкий, звучала в уш ах его песня тоскливая, разрывала
сердце её. «Сколько их там ещё осталось?» - думала она.
Говорил Фёдор Татар. Длинный, худой, чёрные волосы,
как тетина у вепря, во все стороны змеями завитков бежали,
коротконогий, грудастый, с ш ирокими монгольскими скула­
ми, он выступил первый после доклада полонянника и про­
чтенья грамоток, что привез тот от пленных.
- Надо, атаманы-молодцы, нам покориться и молчать. Всех
полонянников не вызволим, царской милости за то не заслу­
жим. Москва леж ит разоренная. От Москвы к турецкому сул­
тану бесперечь посланники ездиют сговариваться о мире. Куда
мы пойдем? Разве тот Азов теперь, что был несколько годов
тому назад? Слыхали, что сказывал полонянник: каменные
стены наново возведены, прокопаны вокруг водные рвы, на­
сыпаны валы, круглы я башни по углам поставлены. За кре­
постной оградой Кремль построен с крутыми стенами белого
кам ня. По берегу Дона накопаны передовые крепостцы, на
устье речки Каланчи башни каменны я стоят с янычарской
стражею, поперек Дона Тихаго цепи пропущены, колокола
со струнами понавешены. Не подойдёшь ноне к Азову с на­
храпа, не возьмешь его голыми руками. Что мы имеем? Ни­
чего...
- Окромя доблести казачьей, - вставил молодой казак Осип
Петров.
У льянка быстро глянула на него, и застыдилась. Не раз
примечала она в городке этого лихого казака. Молод был, а
лучш е всех одет. Молод, а из-за гребней снежных гор привёл
жеребца. Червонцем горела шерсть на жеребце и чёрный ре­
мень тянулся по крупу. Седло у него было маленькое, чер­
кесское, луки серебром выложены, а по пахвам и нагрудни­
ку бляхи, чернью украш енные, черкесской работы. Проедет
Петров по улице мимо У льянки, завидит её за огорожей или
в саду, гикнет, пригнется к луке и промчится, до земли на­
гнется руками, по пыли черкнёт - отвагу покаж ет. Лихой
был казак Осип Петрович Петров, лихой и богатый! И давно
приглянулся он У льянке.
Диким вепрем ринулся на него Татар. П альцы в кулаки
сж ал, голову нагнул, чёрные волосы, как на пруж инах, захо­
дили, вот-вот забодает Петрова.
-Д облести казачьей?!. Доблести казачьей?!. Мало кровуш ­
ки казачьей лилось понапрасну? Не довольно ли? Не пора ли
нам перестать? От царя указ: азовцев не трогать, в мире с
ними быть!
- Негоже так, ах, негоже, - м ягко заговорил Василий
Ж игулин. - Н ю жли ж е нельзя, братцы, нам во сине море
пройтись? Н ю жли же нам больше по синю по морю не гу­
лять? Зипунов не доставать? Царь на Москве, а мы казаки на
Тихом Дону. У его царской милости своя царская воля, у нас
своя. Нюжли же допустить, чтобы басурманская вера над нами
посмеялась, ню жли ж е поступимся хотя пядью государевой
вотчины.
- А для ча? - завопил Татар. - Для ча нам Азов брать?.. А?
Мы не горододержцы, нам в городу всё одно не усидеть. Нет
у нас ни наряда, ни пуш ек, нету доспехов бранных. Спроси
стариков, что под Казань ходили, легко им было?.. Море за­
перли нам - степь нам осталась. Коли крымцам досадить не
можем, досадим ногайцам. Свет не короток - казаку место
найдётся. Вали на восход, аль на закат, - всё твоё!
- Ты слыхал, - наставительно заговорил хозяин, - ты слы­
хал, о чём речь ш ла? П олонянникам нашим из турецкой не­
воли избавление послать. Ты слыхал про их муки лю тыя? Вот
сидит мой ватаж ны й товарищ - Павел Рябинин. Гляди в его
очи пустыя, что говорят они тебе? Ты слыхал: по двадцать
лет и более томятся наш и православные люди, умирают в
неволе, гибнут, а за что? Что мы здесь боярами заделались,
что мы казачье рукомесло забывать стали.
- Москва? - сказал К иш кин наставительно.
- Что Москва? Здравствуй, Ц арь, в Кременной Москве, а
мы, казаки, на Тихом Дону. Али плохое дело Ермак Тимофе­
евич задумал: Сибирь от Кучума-царя отвоевывать? Кабы не
Сибирь, плохо было бы теперь на Москве. И хлебом, я скотом
Сибирь помогла, - начал свою речь хозяин Иван Каторжный.
Залюбовалась отцом У льянка.
- Азов, братцы, Москве ещё понужнее Сибири будет. Ха-

109
ж ивали мы и к берегам А зиатским , и в Крым, видали людей
Геновейской земли: способные, геройские люди! С ними Мос­
кве спознаться не плохое было бы дело! Через них и с нем­
цем, и с франком можно связаться. Отпертыя ворота для Моск­
вы, вот что такое Азов. Пусть на полуночи Ш вед, на закате -
Л ях, мы полдневныя ворота откроем, к синему морю пойдём,
к солнцу красному, к святой горе Афонской, к Иерусалиму-
городу. Наш покровитель Предтеча Иоанн поведёт нас к род­
ной своей реке Иорданской. Вот это дело будет!
Едва кончил своё слово Иван К аторкны й, вся беседа заш у­
мела. Не сочувствие, а сомнения слыш ались в голосах каза­
ков.
Старый Василий Кабан, соучастник Ермаковых походов,
постучал серебряным перстнем по столу и, когда наступила
тиш ина, стал говорить медленно, чётко и убедительно.
- И тут правда, и там правда, братцы. Правильное слово
Иван Наумович сказал, ну Фёдор Степанович тоже не не­
правду говорит. Значит, правда-то где-то посерёдке леж ит.
Ну-к, что ж? Давай пош укаем. Когда плы л, значит, Атаман
Ермак-то, по Волге, чтобы на Каму забраться, не дуром плыл
Ермак. Озорной был казак, а умом раскидистый. На пять
верст под землю видел. Знал, что голыми рукам и и Кучумово
деревянное царство не возьмёшь. Спознался с боярами Стро­
гоновыми, от них подмогу получил, от них и бударами, и
зельем, я снарядом, и одеждой разж ился, от них казну полу­
чил. Тады только и пошёл, как казной - золотом-серебром,
обогател. А теперя? Кто нам поможет? Мы люди бедные, и
такой поход от себя сделать, войной пойти против турецкого
султана, мы без подмоги не можем.
- Правильное слово.
- Это истинно так!
- Кто нам поможет?
- Москва, - сказал Осип Петров, но и его голос прозвучал
несмело.
- Нет, Москва не поможет, - сказал Кабан. - Нас, бедных,
на Руси не любят, ненавидят нас, аки псов смрадных. Ушли
мы от государства Московского по своей вольной волюшке.
Ушли от неволи, от налога, от холопства вечнаго. Ушли от
детей боярских московских и от городовых приказных лю­
дей. Поселились мы здесь в непроходимой пустыне, и наде­
емся только на Боге и на святы х Его угодников.
- На Бога надейся, а сам не плош ай, - раздался голос из
угла.
Кабан продолжал:
- Кому о нас, бедных, в М осковском государстве поту­
ж ить аль порадеть? Там погибели нашей рады будут. А ныне,
когда с турецким султаном М осковский Ц арь переговоры
ведет, когда от Его Царского Величества нам заказано по
А зовскому и Чёрному морям гулять, - поможет нам Москва?
Да никогда не поможет! Своей пользы М осква не понимает.
Вдаль Москва не смотрит. Ей лиш ь бы ж ивоты свои сберечь.
Слаба Москва стал а.... А нам ... без казны и без Царского
указа не идти.
К абан зам ол чал. Тихо стало на стар и ко вско й беседе.
П ротянулась чья-то мохнатая и волосатая рука к сулее с
вином, наполнила ковш , и пошёл ковш , как ладья по морю,
колы хаться из рук в руки.
- Так вот, полонянник турецкий! Ж алко нам вас, в тем­
ницах сидящ их... Вот к ак , до слёз, нам вас ж ал ко ... А толь­
ко... Что ж воевать без казны!.. Сам понимаеш ь... Не можем.
- И казны ваять неоткуда.
- Где её возьмешь?
- Надо зелье достать, да сготовить.
- Ш турмовые маш ины.
- П уш ки отлить...
- Продовольствия.
- Без сапог казаки сидят. Вон с верхов после завтрева в
лаптях придут!
- Л естницы ... бочки...
- Крючья да копья.
- Без казны не пойдёшь!
Голоса наростали, сливались в гул, что носится над мо­
рем в предвидении бури. К аж ды й говорил слово себе в оп­
равдание, потому что темно было у казаков на совести, они
понимали, что нехорошо поступают, отказы ваясь идти вое­
вать Азов.
У льянка выпрямилась за занавеской, как струна. Стала
она ещё тоньше и стройнее. Она подняла глаза на образ. «Что
ж, - думала У льянка, - и Креститель Иоанн не поможет? Не
подаст совета разумнаго? Он, Христа крестивш ий в козьей
ш куре, сам бедняк, не поможет беднякам?»
Она перебирала ожерелья и золото в медном ларце, и вдруг
спустила ноги на пол. Она знала, что строго-настрого запре­
щал ей отец появляться на казачьих беседах. К аторжный в
своём доме хранил московский обычай, и частенько говари­
вал дочери: «Бабий волос долог, да ум короток, твоё, Ульян­
ка, дело во дворе да в пекарне, да при котлах, а в горнице на
совете, чтобы ноги твоей не было...»
У льянка встала на ковёр подле постели. Сжала левой ру­
кой грудь у сердца. Точно хотела она заставить сердце не так
бурно колотиться, её грудь поднималась и опускалась, рот
полуоткрылся, обнажая ряды белых и ровных зубов. Правой
рукой она перебирала в ларце драгоценности. Вся она была
решимость, а не реш алась. У льянка в мгновение всё проду­
мала, всё поняла, и не реш алась, потому что знала, на какой
дерзкий поступок толкало её сердце. Тёмные брови сдвину­
лись. М орщинка легла поперёк лба, от носа к подбородку
потянулись две складки, придавая молодому прекрасному лицу
выражение неутолимой скорби.
У льянка отняла от сердца руку, коснулась к р ая занавес­
ки, и сейчас же отдёрнула её, точно обожглась. Потом, ре­
ш ивш ись, обеими рукам и раздвинула её так быстро, что виз­
гнули медные кольца по железному приту.
У льянка появилась в хате, и на занавесях, тканны х золо­
том по тёмно-синему тяж ёлом у китайскому ш ёлку, она сто­
яла прекрасная в суровой решимости. К азаки повернули к
ней головы. Они смотрели на неё с недоумением. Лицо Уль-
янкина отца исказилось гневом. К аторжный встал и стал про­
талкиваться к У льянке. Она сделала два лёгких ш ага к сте­
лу, широким взмахом рук выбросила на стол содержимое брон­
зового ларца. По столу рассыпались золотые перстни, легли
белыми змеями жемчуж ные ожерелья и свесились нитями,
точно пролитое молоко, к полу. Самоцветные камни сверкну­
ли огнями в лучах заходящего за Дон солнца.

112
- Вот вам казна! - проговорила, задыхаясь, Ульянка. - По­
тукайте в сундуках жён и полюбовниц ваших, и вы найдёте
казну! Не казачьи речи довелось мне в тайнике моём слушать!..
Где ваши сердца казачьи? Где ваша любовь в Тихому Дону?..
Голос У льянки окреп. Сама она не слыш ала, что говори­
ла. У нее шумело в голове. Красные солнца и колёса верте­
лись перед глазами. Под голубым парчёвым кубелеком тряс­
лись её ноги.
-1Нюжли же не восчувствовали вы ж алости к слезам поло-
нянника? Н ю жли же сердце не вывернулось, когда читали
грамоты, как в неволе турецкой томятся наши отцы и братья,
православные русские лю ди... Для ча носите вы сабли при
бедре?.. Для ча похваляетесь: мы, де, казаки! Без казны нам
не воевать! Так вот вам казна! Соберите её промежду себя, а
не отказывайтесь от святого дела, от подвига, куда зовёт вас
Иоанн Креститель! Не срамите своего казачьего рода пусты­
ми речами и трусливыми словами!..
Сказав это, У льянка закры ла лицо обеими руками и ки­
нулась вон из хаты.
Казаки встали в крайнем смущении и возбуждении. Только
столетний М ихаил Ч еркаш енин, как сидел, так и остался
сидеть под образами. Медленно из-под густых тяж ёлы х бро­
вей поднялись коричневые, в белых складках, веки и откры­
ли глаза, знающие столетнюю тайну. Старый голос раздельно
произнёс:
- Судили... рядили к азак и .., а ума не наш ли... Рассудила
их баба...
И стал Черкаш енин подниматься с лавки. Смага Степано­
вич и Василий Кабан подхватили его под локти. Он встал,
громадный своим старым костяком, с обвисшим на нём вет­
хим длинным кафтаном.
- Это, как круг постановит... Всё великое войско Донс­
кое, - растерянно затараторил Фёдор Татар, и щ етина вепря
заколыхалась на его тёмной голове.
- Как мы здесь постановим, - внушительно сказал Черка­
шенин, - так и круг повелит. Не бывало того на Дону, чтобы
майдан казакам и правил. П равили - старики по беседам. А
мы пореш или... - он протянул иссохшую чёрную руку к две­
рям, куда выш ла У льянка, - как она нам указала!
И медленно пошёл к дверям.

3
Еще не вставало солнце над зелёной степью и клубились
туманы над Доном, скры вая реку, когда толпа пестро одетых
казаков стала наполнять станичный майдан. Духовенство -
греческий поп, отец М ардарий, и два беглых из Москвы свя­
щ енника, выборных казачьих духовника, в светлых ризах
стояли подле небольшой бревенчатой часовни.
Парчовые хоругви висели неподвижно на дубовых древках.
Старики, опираясь на длинные палки, сходились к часовне.
Прибывшие с низов, с М ахина городка и Раздор и других
становищ казаки, всего около трёх ты сяч, разбились на две
части. Одни стояли над Доном, где по ж ёлтым пескам тихо
плескалась река. Другие заполнили ш ирокий выезд из го­
родка на северную Раздорскую дорогу, где застилало степь
молочное море тумана.
- П лы вут... - сказал молодой казак в чистом белом зипу­
не, поверх которого была накинута голубая епанча. На плече
он держ ал пищ аль с ремнём.
- Иде? - спросил его сосед в сером рваном зипуне, в ш та­
нах, подвязанных под коленом, и с босыми ногами. Он вошёл
в реку, поболтал ногами и, улыбаясь, сказал: - А тёплая вода.
И скупаться бы славно.
- Ну! Дурной! Зараз круг будет. Молебен... а он - иску­
паться.
С севера стало доноситься мерное покряхты вание вёсел о
деревянные уклю чины. Вскоре стали слыш ны голоса. П лы ­
ло вниз по Дону много больш их лодок, и на одной начина­
лась песня, подхватывалась на другой, и вдруг все пели ра­
зом, торжественно и стройно, и умолкали, тихо зам ирая, как
в церковном псалме.
У н а с , б рат ц ы , на Д о н у, во Ч еркасском городу, -
начинали на одной лодке чинно, мерно и стройно, а с другой
ей отвечали:
П р о яви ла сь у н а с , б р а т ц ы , прирож ённая т у м а 1.
И несколько хоров продолжали:
Он из ш ум , брат цы , т ум а , Сенька М а но ц хо в, злодей!
Слышнее было кряхтенье и скрип тяж елы х уклю чин, стал
раздаваться плеск рассекаемой бударами волны, и в тумане
показались очертания лодок, хоругвей и знамён. Верховые
станицы спускались по Дону, спеш а на войсковой круг.
Отчетливо стало слышно дружное пение, и в размере плав­
ного колы ханья голосов наваливались длинные вёсла, будя
уснувшую реку.
Старики-то пью т -гуляю т , по беседушкам сидят ,
По беседушкам сидят , про А зов ваш говорят.
В то ж е время у околицы, у северных ворот, раздались
пальба, визг, крики , треск бубна, рокот литавров и, заглу­
ш ая весь этот шум, высокий тенор взвился к самому небу и
заговорил скороговоркой запевок:

Ой да, - подним ался с М осквы большой боярин,


Ой да, - ён на т и хи й Д он гулят и, -
и ещё невидимый хор ответил ему м ягким и вздохами:

Н е доехавш и т ихаго, Д она ст ановился,


П о хва лялся всех казаков перевешать!..
Брызнуло на востоке яркое солнце. Заклубились туманы,
улетая к небу, и стали видны конные казачьи полки. Слы-
ш ись топот конских ног по пыльной дороге, фырканье ко­
ней, почуявш их роздых. Заш лёпали по воде, спустились к
протоке, прош ли, и вот показались все ш ироким пёстрым
строем, - кто в шеломе и русских доспехах, кто в парчовом
кафтане, кто в ш елку, кто в сермяге, кто в одной белой руба­
хе. Хор гремел сотней голосов:

1 Тума - изменник, перебежчик.


Ты, гой ecu, бат ю ш ка, православный Ц арь!
Ты суди нас праведной расправой,
П овели над нами делат ь, ч т о изволишь:
Ты волен над наш им и буйны м и головами.
Некоторое время майдан шумел и крутился человеческими
пятнами, как река, несущая осенью листья в водовороте. В
рассеявшемся тумане сверкали яркие пятна пёстрых одежд,
горели седельные наборы, сабли и чепраки, развевались ста­
ничные знамена. На майдане из хат таскали ковры, бочки,
устраивались, кто сидел, кто лежал. Раздавались веселые при­
ветственные крики.
- Здорово дневали!
- Бувайте здоровэньки!
К азаки целовались, обнимались и вспоминали походы.
Сквозь шум голосов, таких же пёстрых, как одежда, вдруг
прорвалось гнусавое одноголосое греческое пение молебна.
Всё стихло. Обнажились чёрные, русые, седые и блестя­
щие лысые головы. Толпа придвинулась, притиснулась бли­
ж е к часовне. А оттуда несся то м ягкий тенор, то густой бас.
Кадильный дым возносился к синему небу, к ярком у солнцу
и слышалось полыханье старых голосов:
- Не имамы ины я помощ и, не имамы ины я надеж ды,
разве Тебе, П речистая Дева...
Прерывались, вздыхали всею пятитысячною ратью каза­
чьей), всем войсковым кругом, и продолжали с молитвенным
восторгом:
- Ты нам помози! На Тебя надеемся и Тобою хвалим ся...
Потом толпа колыхнулась. Обносили Азовскую икону гре­
ческого письма Иоанна Крестителя и духовенство пело вели­
чание:
- Величаем Тя, Предтече Спасов, Иоанне, и чтём ещё от
неплодове преславное рождество Твое...
Сквозь толпу продирался старый М ардарий, кропил ус-
сопом и брызги воды радугой летели на склонивш иеся голо­
вы. Опять гремели выстрелы и их грохот заглуш ал молебное
пение.
Когда хоругви и иконы скрылись в часовню, блестевшую
тысячью маленьких ж ёлты х огоньков, толпа раздалась, стала
расходиться, становясь по станицам, отслаиваться, образуя
громадный круг, по середине которого собирались старики.
Там блистали ратные, тяж ёлы е, жалованные доспехи, свер­
кали ш елка, бархат и атлас дорогих кафтанов, там в серебре,
золоте и самоцветных кам нях были кривые азиатские сабли.
К краям круга цвета были менее ярки, серели пёстрые сер­
мяж ны е зипуны, видны были липовые лапти и сабли были в
чёрных деревянных ножнах с пёстрой медной оправой. Круг
гомонил и шумел. По краям казаки сидели на коврах, пили
вино, закусы вали хлебом, бараниной и копчёной таранью.
М альчиш ки играли в айданчики и звонко щ ёлкала свинчат­
ка по бараньим костям.
Внизу, у жёлтой песчаной осыпи, тихо плескал весь те­
перь видный голубыми просторами Дон. Весь берег был зас­
тавлен бударами, убранными пёстрыми коврами, хоругвями
и знаменами. К азаки и казачки навеш ивали на берегу на
треноги котлы, разводили огни, готовя обед.
Ш умно гомонила и ш евелилась толпа. Станицы обсужда­
ли свои деловые вопросы. Спрашивали атаманов и есаулов,
для чего собралось всё войско и что будет обсуждаться?
У часовни показался атаман М ихаил Иванович.
Он долго стоял на бочонке, оглядывая круг, ож идая, ког­
да стихнут голоса и напряж ённо станет внимание. Наконец,
взялся за ш апку.
И сейчас по всему майдану раздались властные крики:
- Замолчи, честная станица? Атаман трухменку гнёт!
И гравш ие на коврах в зернь казаки суеюали кости и по­
дошли к кругу. М альчиш ки бросили свинчатки и стали про­
дираться между ног казаков поближе к середине.
Есаулы махали над головами ш апками и зычно кричали:
- Помолчи, честная станица? Помолчите-ста, атаманы-мо­
лодцы!
Войсковой круг стих.
Атаман снял с головы ш апку и поклонился войсковому
кРУгу- Вся громадная толпа, заполнивш ая ш ирокий майдан,
обнажила головы и гул приветствий пронёсся по кругу. На­
кры лись... В передних рядах старики стали садиться на при­

117
несённые скамьи и табуретки. Атаман надел ш апку и стал
говорить. Что он говорил, большинство казаков плохо слыш а­
ло. По рядам пронеслось шорохом: «Об Азове говорит атаман.
С Азова грамоты приш ли».
Заш умели станицы.
К азаки , приш едш ие с Раздор, с М ахина и со Смагина
городков, конные полки, прибывшие со степи, быстро вос­
пламенились мыслью идти в большой и серьезный поход ре­
шать государево дело. К агальницкие казаки , казаки с Хопра
и Медведицы - колебались. Среди них мотался высокий и
нескладный Федор Татар. Непокорные черные вихри его гри­
вы, торчавшие из-под ш апки и змеями бежавшие к плечам,
показывались над казачьим и головами, слыш ался его долбя­
щ ий голос. Оттуда приходили атаманы, указы вали на сер­
мяж ные зипуны и рваные холщовые штаны, на лапти да онучи
и доказывали, что им такого похода не осилить.
- Сила турецкого султана в Азове великая. Одних пуш ек,
считали лазутчики, до трёхсот, а вся наш а войсковая артил­
лерия - четыре лёгких фальконета. Зипуниш ки наш и рва­
ные, обнищали мы за эти годы. И не можем мы на такое дело
реш иться.
- Не обнищали вы, а измалодуш ествовались, - строго вы­
говаривал им атаман, - а что зипуниш ки у вас рваные, так в
самую пору вам идти хороших зипунов добывать у азовцев.
Там и казна леж ит богатая, будет на чём поправиться.
Солнце приближалось к полудню и сильно пекло на май­
дане казачьи головы и плечи. От реки доносился запах ухи и
жареной баранины, а станицы всё не могли столковаться, всё
ходили среди них люди, убеждая то в одном, то в другом.
А таман, дожидавш ийся в кругу стариков доклада о мыс­
л ях казаков, стал выслуш ивать подходивших к нему станич­
ных атаманов и есаулов. Его лицо было довольно. Ш ирокой
ладонью поглаживал он тёмную бороду, наконец, встал на
бочонок. Есаулы бросились в толпу. Раздались голоса:
- Помолчите-ста, атаманы-молодцы!..
Замолчи, честная станица...
Не сразу водворилась тиш ина. Но когда она настала, то
была такая напряж ённая, такая полная, что где-то далеко за

118
станицей в степи брехала собака, был слышен её лай и казал­
ся неприличным и неуместным. Старики встали с лавок. Они
окруж или тесным кругом атамана и стояли лицом к каза­
кам. В ореоле седых кудрей и бород, над ш итыми золотом и
серебром кафтанами, над цветными ш апками, в пестрой кра­
соте живописных одеяний и блестящего оруж ия, атаман в
розовом парчовом кафтане, тканном серебряными цветами и
отороченном по борту соболем, в дорогой собольей ш апке, с
кривым ятаганом на боку, горевшим кам ням и, был красив и
величествен. Сзади него виднелось молодое лицо ю нош и-ка­
зака, полное воли, с сухими сж атыми губами, Осипа Петро­
вича Петрова, и бритая голова запорожского кошевого, при­
бывшего с запорожскими казакам и с далёкого поиска. Тон­
кое бритое лицо с острым прямым носом и длинными седыми
усами походило на голову хищ ной птицы. Оно казалось голо­
вой степного орла, сидящего на человеческом теле. В рубахе,
по-турецки заправленной в ш ирокие ш аровары, с пистолетом
и ножами за поясом, запорож ский кошевой нагнул голову
набок и с хитрой усмеш кой приготовился слуш ать, что ска­
ж ет атаман.
Проста и коротка была атаманова речь.
- Предлагаем мы, - отчётливо, рубя каждое слово, говорил
атаман и его слова были далеко слыш ны. Каш евары, готовив­
шие у котлов обед, встали от костров и подошли к кругу.
У льянка выш ла на крыльцо отцовского дома, стояла, прислу­
ш иваясь, и глядела в молодое лицо Осипа Петровича. Лицо
казака румянилось от её издали идущего взора и реш итель­
нее стягивались губы, сж им ая волевой подбородок. - Предла­
гаем мы, - говорил М ихайло Иваныч, - главному войску, ата­
манам и казакам совершить великий подвиг!
Он остановился. Было так тихо, что слышно было дыха­
ние толпы и тихий шелест молодых камыш ей на берегу Дона.
Атаман продолжал:
- Смыть вины наши перед Государем. Сделать дело, как
сделал его Ермак! Открыть Москве ворота к морю... Пойти
посечь басурман... взять город Азов и утвердить в нем право­
славную веру!..
Атаман замолчал. Ни один голос не раздался из Круга.
Круг стоял неподвижный, точно пораженный решительнос­
тью и смелостью атамана.
Вдруг медленно, едва сгибаясь, поднялась чёрная рука
столетнего казака М ихаила Ч еркаш енина, потянулась к шап­
ке, сняла ш апку, обнажила серебро тонких, как пух, волос.
Черкаш енин перекрестился.
И сейчас же молодо и весело крикнул Осип Петрович,
удалой казак:
- В час добрый?
Весь Круг загудел голосами.
- В добрый час!
И опять пошёл гул и разговоры по кругу, иные казаки
начали расходиться. Но побежали по кругу есаулы и закри­
чали властно:
- Помолчите-ста, атаманы-молодцы! Помолчите-ста!
- Атаманы-молодцы! - сказал атаман, - наш и братья запо­
рожские казаки, что гостями у нас, поклялись идти за одно с
нами и до смерти воевать против басурман.
Бурей приветствий грянул круг. С бочонка улыбался пти­
чьей головой запорожский кошевой и кланялся, кривя беззу­
бый рот.
- Ай, молодца! - кричали казаки. - Спасибо, товарищи.
Доброе задумали! Прибыло нашего полку.
Когда круг успокоился, было предложено избрать поход­
ного атамана.
- М ихаила Ивановича Татаринова, - крикнул кто-то из
круга.
- Кому?.. Ему и быть... Атаману.
- Ваньку Каторжного!
- Тимофея Я ковлевича...
- Просить всем кругом Тимофея Яковлевича.
- М ихаила Ивановича!
- М ихаила Ивановича!
- К ак присудили, атаманы-молодцы?..
- М ихаила Ивановича, - был единодушен крик.
Атаман снял ш апку и поклонился.
Круг начал расходиться. Есаулы обегали станицы, требо­
вали выборных для обсуждения вопроса посылки особой лег-

120
ковой станицы для доклада Москве, выработки плана похода,
а на завтра назначался общий сбор и молебен.
Вечером под сиреневыми кустами поймал У льянку Осип
Петрович. Он поцеловал вырвавшуюся девуш ку в обе щ еки и
сказал:
- И люба же ты мне, У льяна Ивановна. Будь мне женой!
- Ишь ты какой!.. Ты допреж Азов возьми, а потом будем
разговоры разговаривать, - вырываясь из крепких рук каза­
ка, сказала У льянка и так толкнула Петрова, что он прива­
лился на тын.
- Может, У льяна Ивановна, мне под Азовом припадет в
новоселье скочевать в м атуш ку сырую землю?
- Нук что ж , - беспечно ответила У льянка, - это дело
казацкое, обычное.
- Ты же знаешь, У льяна Ивановна, нас немного, первый,
второй, да и конец счёта, а А зовская сила дюже большая.
- Аль испугался, Осип Петрович! - насмешливо сказала
У льянка. - Сила-то больш ая, да Азовский паш а громоздок
ордою, а лихих начальников и молодцов-наездников у него
по пальцам перечесть можно. А не нравится? Что тебе лучше -
голова с плеч, или ж ивые ноги в кандалы татарски я?.. А
нето поезжай с батюшкой, сказы вали к азаки , батюшку вы­
бирать будут с бударами на Москву итить, - У льянка сбоку,
не скры вая насмеш ки, посмотрела на Петрова.
Осип Петрович плюнул.
- Змея - девка! - крикнул он. - А будешь моей.
У льянка скрылась в отцовской хате.
Осип Петрович, ш атаясь, пошёл к берегу Дона, где отра­
ж ались в воде алые костры и откуда стройная песня неслась:

Старики-то пьют, гуляю т , по беседушкам сидят ,


По беседушкам сидят , про Азов ваш говорят.
Казаки

Прежде всего скаж у о казаках, как они представлялись


мне за время моей долгой ж изни.
Раннее детство. Пора, когда явления поражают и бьют, воз­
никая из неизвестности и исчезая в неизвестность, как чет­
кие, яркие сны. Утро. Я иду с нянькой, кронштадтской ме­
щанкой, по Загородному проспекту в Петербурге, мимо Мос­
ковской части, где заманчивым полубогом, мечтою детских
дней, стоит пожарный в сером бушлате и медной желтой кас­
ке. Нас обгоняет, заворачивая на Звенигородскую, колонна
всадников. Кожаные черные кивера вердами круто надеты
на правую бровь. Едва держатся на подбородочном ремне. Алые
пики стройно косят «по плечу». Бойкие лошади цокают под­
ковами по булыжной мостовой. Заглуш ая городские шумы,
треск дрожек, стук конских ног, к синему весеннему небу
звонко несется песня. Дрожит, заливаясь, певучий подголо­
сок. Красивый голос запевалы вбивает в память слова песни:
Чтобы бы ли у вас, ребят а,
Ружья новые Бердана,
Ш аш ки вострые в ножнах!
Мы останавливаемся и смотрим. Винтовки в кож аны х,
неуклю ж их, тяж елы х чехлах, длинные ш аш ки, медью горя­
щие на солнце, алые остроугольные вальтрапы.
Разговор в толпе:
- Это что!
- Казаки!.. Не люди!..
- Да разве казаки не люди?
- Конечно, не люди.
* * *
П риш ли неизвестно откуда - эти «не люди», - прошли
мимо, непонятно взволновав детскую душу, и исчезли в ту-

122
манах Звенигородской, за Н иколаевской. Точно уш ли в не­
бытие.
Не л ю д и .
Прошло пятнадцать лет, и я стал в строй этих «не людей» -
помощником заведующего в эскадроне молодыми казаками.
Хмурым октябрьским утром они приш ли с Н иколаевско­
го вокзала со своими лош адьми и покорно столпились на мок­
ром полковом дворе серым стадом.
Высокие, красивые, они пугливо-зорко поглядывали по
сторонам. После занятий сбивались кучами. Садились на по­
стелях, прямо поставив ноги, положив руки на колени... Гру­
стно молчали.
О дностаничники.
О чем они думали, о чем грустили в эти темные печаль­
ные дни петербургской осени, когда вставали при огне и на
послеобеденную уборку лошадей ш ли при фонарях?
- Ты чего, А гафош кин, загрустил?
- Так, ничего.
И голос бравого унтер-офицера, черобородого и пышнобо­
родого, красавца К алинина:
- Вы, ваше благородие, его оставьте. П ущ ай о «домашнес-
ти» подумает.
- Давно, ваше благородие, он из дома писем не получал.
Известно, молодая ж ена в «жолнерках» осталась. Вот и ску­
лит, - солидно добавлял вахмистр Полубояринов. - Ну, стано­
вись, ребята, в круг! Развлекись какой песней...
- Зачинай, Донецков!
Сотрясая стекла в казарм е, гулко отдаваясь по коридорам,
«заиграла» казачья песня:

...У нас на Д о н у ,
Д а не по-вашему:
Н е сеют, не ж нут ,
Д а не т к у т , не прядут ,
А хорошо ходют...

123
* * *

Вот он и Дон.
Когда вышел первый раз на полустанке «Тарасовке», сел
в присланную за мною коляску, запряженную тройкой рос­
лых караковых лошадей, обогнули мы станцинные построй­
ки, переехали рельсы, и степь открылась передо мною в осен­
ней сухости, сладко сжало сердце от медвяного запаха степи
и полыни, от чистоты воздушных просторов, к ак ая бывает на
море, в степи да в пустыне.
Я объехал его со временем весь, и много раз. Какой одно­
образный и какой бесконечно разнообразный. Какой новый,
современный, культурный и какой седой, старый. Какой мо­
гучий во всем: в природе, лю дях, лош адях и скоте...

И ст орический край бесконечной борьбы,


Край казачест ва, вольност и, славы .
П одвергался не раз ты ударам судьбы,
Сын свободной великой державы.
Ты героев гнездо, где родился Е р м а к,
Где явился граф П ла т о в, Б а кла н о в,
Богатырь-чародей, нагоняющий ст рах
Н а чеченцев и гордых османов!..
(Стихотворение Чулкова)

То - вон - слобода крестьянская, хохлы ж ивут «иногород­


ние», а то немцы-тавричане, а это - хутор казач и й ... А там -
тридцать верст степью, и станица казачья.
Слобода вытянулась широкою, прямою улицей. Спусти­
лась балкою вниз, подошла к запруде, поднялась наверх, вы­
бежала на степь серыми старыми ветрякам и. Весело машет
кры льям и на свежем осеннем ветру.
Немцы сбились плотным и чинным рядом. М аленькие са­
дики возле хат, а сами хаты - как по шнуру отбиты.
Хутор казачий разбросался по балке, завив лабиринтом
улицы. Хаты, при хатах сараи, на кривых дубовых сохах ко­
нюшни, базы для скота, овечьи кош ары; всё окружено то

124
каменным, грубо сложенным, то плетневым забором. По за­
бору цепкая виснет еж евика, облепиха пускает белые пуш ки
семян, торчат из-за забора стройные мальвы. Все в цвету.
Х ата обведена глин ян ы м рундуком , по низу покраш ена
голубой краской. В округ дома бежит галлерей ка. На ней
цветы в горш ках и кад к ах : бальзам ины , герани, ф уксии.
За домом садок - виш невы й, яблоневы й, груш евы й. Ве­
сною абрикос выбьет розовые огни среди белого цвета ви­
шен. За плетнем - птичий двор, овцы, коровы, волы на базу,
лош ади в коню ш не, - всё в один курень сбито, всё под хо­
зяйственны м глазом х о зяи н а-казака и его верной подруги-
к азач к и .
Казачья д о м а ш н е с т ь !
Д а... есть о чем тосковать казаку в сумрачной полковой
казарме - в Петербурге ли, в Москве, в Одессе у Черного
моря, или в польской далекой земле - в Замостье, Красни-
ке, Томашове, Августове, Радзивилове и других глухих и,
будто темных после донского простора и света, городах и
местечках.
- Мы что ж! Какое наше богатство! Перебиваемся кое-как.
Коней с пяток, волов три пары, овец тридцать да птицы,
конешно, немного... Не для продажи - для себя, - говорит
казак с седеющей бородой, - а семейство наше сами видите.
Иван у вас в Лейб-Гвардейском полку, Семена в прошлом
годе в полевой полк справили, на польскую границу ушел,
М ихайла в малолетках, да еще вот Мануил растет - учить
надоть. Всем коней подавай... Да теперь как требуют-то! За
коня на ярмарке четыреста, а то пятьсот рублей, подай! Хоро­
шо - у меня доморощенные, станичного приплоду... А то
разорение, прямо. Дорога стала «справа» к азач ья...
Вспомнилось далекое детство. Звонкий голос запевалы:

Чтобы бы ли у вас, ребят а,


Ружья новые Бердана,
Ш аш ки вострые в ножнах!

Встала перед глазами картина проводов казака на служ­


бу:

125
Конь боевой с походным вьюком
У церкви ржет: кого-то ждет.
В ограде бабка плачет с внуко м ,
М олодка возле слезы льет.
А из дверей святого храма
К азак в доспехах боевых
И дет к коню из церкви прямо
С отцом в кругу своих родных.
Ж ена коня подводит муж у,
П лем я н н и к п и ку подает.
- В от , - говорит от ец, - послуш ай
М оих речей ты наперед.
М ы послуж или Государю,
Теперь тебе черед служить.
Н у у поцелуй же ж ёнку Варю ,
И Бог тебя благословит...
(Стихотворение А.Туроверова,
начала второй половины прошлого века)

Но к ак ая горделивая радость, когда по окончании служ ­


бы к азак возвращ ается дом ой... Полыхаю т в степном про­
сторе, приближ аясь к хутору, вы стрелы . Д алеко слы ш на
звонкая казачья песня. Весь хутор у околицы.
- Наш и идут?
П ри ш ли ...
М амуш ка!., я дома!., дома!., в родит ельском, углу? -
раст роганны м , плачущ им голосом, т ыкаясь лицом в плечо
м ат ери, восклицал Гаврила Ю лю хин.
И у подняв голову, ум иленны м взглядом огляды вался кру­
гом. Дома!.. Вот оно9 то родное, бесконечно м илое, всегда во
сне снивш ееся, издали такое прекрасное, ни с чем не срав-
ненное9 о чем т осковало, к чему лет ело на кры лах мечты
сердце. Свежепобеленные ст ены дедовского еще куреня, м а­
ленькие окош ки с радуж ными ст еклам и и прелая поломан­
ная крыш а с дырами, проделанны ми воробьями для гнезд.
Сараи на кривы х со ха х, покачнувш иеся хлевуш ки в глубине
двора и старые проломанные плетни... И вот , даже старая
кобыла М арф уш ка, мат ь его З а льян а , подняла голову, гля­
д и т , ржет...
- .# дома! - взм а хи ва я рукам и и ш ат аясь, кр и кн ул он
восторженно и пошел целоват ься с т ем и, неизвест ны м и те­
перь, забы т ы ми, изм енивш им ися лю дьми, большими и малень­
к и м и ч т о тесной грудой ст олпились у ворот.
Ф илипповна же ( мать Ю лю хи на ), вся охваченная благо­
дарным восторгом и счастьем, подошла к серому З а л ья н у,
поднявш ему голову на свою м ат ь, которая смотрела через
ворота заднего двора, и поклонилась ему в копыта.
- Спаси т ебя, Х рист ос, м и ла я лош адуш ка! Н осила ты
моего сыночка родимого, служ ила ему верно, товарищем была
и целым принесла мне его назад!
И , п ла ча , взяла рукам и ум ную голову лош ади и поцелова­
ла ее в м ягкие, вздрагивающ ие ноздри».
В этом бесподобном описании возвращения казака домой,
сделанном лучшим донским писателем Ф.Д. Крюковым, - весь
смысл, всё обаяние казачьего «дома», той «домашнести», о
которой мечтали казаки в хмурые октябрьские дни в петер­
бургской казарме.
Донским атаманом, в 1918 году 31-го ию ля, уже под ве­
чер, приехал я в станицу Егорлыцкую. Станичный атаман,
бывш ий вахмистр Л.-Гв. казачьего Его Величества полка, не­
пременно хотел, чтобы я заш ел к нему «попробовать» его
хлеба-соли...
Я заш ел. В большой горнице очень чистой хаты был на­
кры т стол сажени две длиною и полтора арш ина шириною.
Он весь был заставлен, к ак на Пасху, куличам и, бабами, око­
роками свинины, телячьим и лопатками, ж ареными порося­
тами, индейками, каплунам и, корж икам и, густым и ж ир­
ным каймаком, бутылками с вином. Красивая хозяйка сто­
яла в углу у самовара, где были приготовлены стаканы и
сахар.
- Вы, господин атаман, только попробуйте (на Дону вино
никогда не пьют, а только пробуют). Ведь всё своё, не покуп­
ное. Вот только чай, сахар да лимоны брали в лавке на день­

127
ги, а то всё своё, своих садов, своей птиш ни, своих полей,
своих рук изделие. Вот она у меня всё и готовила!..
Сколько гордости было в этом приглаш ении попробовать
и полюбоваться на это непокупное богатство.
Но каким необычайным, не знающим и не признающим
усталости трудом создавалось всё это своё, н е п о к у п н о е .
Когда зацветет степь, настанет время сенокоса, выедет
казак со всей семьею на «летник» в степь, на свой участок.
Выедет с маленьким домиком на низких колесах и на неде­
лю, на две погрузится в покос, не возвращ аясь домой.
П окойны й, расстрелянны й больш евикам и, атам ан Н а­
заров рассказы вал мне, к ак он косил с отцом в степи.
Косили от рассвета до поздней ночи. Сухие сухари, клю­
чевая вода - вот вся пищ а к азака в эти дни. К азаки худели,
чернели на работе, заботливо заготовляя сено лош адям и ско­
ту на всю зиму.
И такая же страсть, такая же ж адная любовь к земле ох­
ватывала казаков в дни пахоты, посева и ж атвы . Последнее
время пахали американскими плугами, появились и тракто­
ры, ж али ж неями, познакомились с лобогрейками, что лоб
греют, молотили молотилками, приводимыми в движение ло­
комобилем.
Культура была у казаков, культура нравилась казаку. Он
ее ж аж дал. Он осветил почти все окружные станицы элект­
ричеством. Вдумчиво выписывал сельскохозяйственные ж ур­
налы, следил «за наукой». На выставках в Ростове он являл­
ся с кровными лошадьми, с племенным скотом и птицей, с
великолепными винами своих лоз, своих названий.
Донское ш ампанское, цимлянское - ш ипучее, вымороз­
ки, ладанное... кто не знал этих вин, но настоящ ие вина
были только на Дону.
К азак сам устроил на свой счет в Гундоровской станице
Политехнический институт, наполнил все высшие и средние
учебные заведения своей Донской земли, - он прошел в Мос­
ковский, Петербургский и Х арьковский университеты, - и
что замечательно: став ученым, профессором, художником,
он не терял связь с родной землею и не брал от родительского
куреня, но нес в него, вкладывал в него свои знания и уме­
нья, отстаивал, где только мог, свой родной край, не стыдил­
ся, но гордился быть казаком ...
Вот они какие были - н е л ю д и казаки!

* * *

Судьба мотала м еня по всему свету. Зн аком и ла с к а зак а­


ми всех войск, с лучш им и ж ем чуж ин ам и короны русского
царя, как назвал казаков поэт (если мне пам ять не изм еня­
ет, - К укольник). В 1896 году был я начальником казачьего
конвоя русского посланника П.М. Власова при дворе негуса
абиссинского М енелика.
В далекой, чуж ой, черной А фрике не растерялись каза­
ки. Они не только несли охранную и представительную службу
эффектного экспорта при посланнике, не только пораж али
абиссинцев смелою ездою и лихой дж игитовкой - они несли
в аф риканские дебри на плоскогорья Аддис-Абебы и культу­
ру. Они построили настоящ ий европейский дом для послан­
ника, они учили абиссинцев ездить на колесах...
Ц елы м и дням и толпы абиссинцев в белых ш ам ах (пла-
щ ях) сидели подле казачьей палатки . К азаки говорили с
ними по-абиссински. Лучш е всех говорил вы сокий щ ерба­
ты й уралец Сидоров. Спорили со свящ енн икам и о вере, рас­
сказы вали о своей земле, о ж изни на Дону и на Урале. В
конце беседы заводил уралец Сидоров применную к Абисси­
нии свою уральскую песню:

За А ваш ем , за рекой,
К азаки гуляю т
И калёною стролой
За А ваш пускаю т ...

Рвался к темнею щ ему тропическому небу бархатны й ба­


ритон Сидорова. Стемнело совсем. Я ркие, не наш и, звезды
загорались по небу. Засветился Орион. Д алеко на горизонте
под перевернутой Больш ой Медведицей загорелась родная

5. Зак. 0060 129


П олярная звезда. Там - Дон, там Урал, - и, глядя туда,
несли свою песню разгульной, лихой ж изн и к азак и , чаруя
абиссинцев.
К азаки - не люди!
В 1900 году был я в М анчжурии, где оправлялась после
боксерского восстания К итайская Восточная ж елезная доро­
га. Вдоль дороги, где в ш алаш ах, где в зем лянках, где в толь­
ко что отстроенных кирпичны х казарм ах, стояли сотни воль­
нонаемной охранной страж и. Больш ая часть сотен была со­
ставлена из казаков. Тут были донские, кубанские, терские,
оренбургские и уральские сотни.
На станции «Джелантунь» говорил мне командир кубанс­
кой сотни ротмистр Булацель:
- Н аш и жен повыписывали, землю у китайцев по речке
Д ж елантунь откупили. После службы селиться хотят. Гово­
рят, земля очень хорош ая. И места им Кубань напоминаю т.
А охота! Стада сай гаков... Сотни ф азанов... Р аздолье... По­
нимают в ж изни толк кубанцы ...
В П екине, только что занятом войсками международного
отряда, куда первыми в ворота ворвались восточно-сибирские
стрелки и с ними казаки-забайкальцы 1-го Верхнеудинского
казачьего полка, меня водил осматривать дворцы бравый уряд­
ник-забайкалец. Он совершенно свободно и бойко говорил по-
китайски. Он был не победитель, но друг китайцев, и по его
просьбе китайские офицеры показывали то, что было закры ­
то для других европейцев.
Незадолго до великой войны я командовал 1-м Сибирским
казачьим Ермака Тимофеевича полком. Полк стоял в Дж ар-
кенте у китайской границы. Кругом на тысячи верст песча­
ная пустыня. Два грозных хребта, Кунгей А латау, и Терский
А латау стерегут ее с юга и севера. Мне приходилось на сотни
вёрст ездить по этой пустыне. Ездить верхом, ночевать в па­
латке. Меня сопровождали казаки Порох и Запевалов.
Под вечер, когда поставят палатку и в пустыне станет та
звенящ ая тиш ина, когда каж ется, что ощ ущаеш ь полет зем­
ли, и звёзды с неба рассказываю т свои чудесные сказки, кто-
нибудь из них, или Пороха, или Запевалов, скаж ут:

130
- Ваши благородие, разреш ите съездить к киргизам бара­
на купить.
- Езжай.
Кругом мёртвая пустыня. К акие там киргизы! Орлов не
видно в небе. П есок... кам ень... сухая, ж есткая верблюжья
травка торчит беловато-зелеными клочкам и да кое-где мерт­
вый саксаул ползет желто-серыми зм еям и. Но глаза к азак а
уж е увидели где-то, вернее, почуяли, киргизское кочевье.
И не проходит часа, едет мой Порох, а впереди луки на шее
вороного коня леж ит молодой бараш ек... В 1914-м году, после
атаки на турецкий табор у Сарынимыш а, где сибиряки взя­
ли знам я и порубили весь табор, так ж е, на шее маленького
киргиза, привезли казак и тело убитого доблестного Пороха.
Как они знали пустыню!
И вспомнил я, что ведь это они водили в тибетские дали, в
Монголию, к озеру Далай-Кор экспедиции П ржевальского,
Роборовского и Козлова. Это они, сибирские, оренбургские и
семиреченские казаки , сопровождали профессора Мензбири
на верш ину горы Хан-Тен-Гри, это они, Порохи и Запевало-
вы, правнуки Ермака, помогали составлять коллекции и гер­
барии, набивать чучела и были переводчиками. Это благодаря
их дипломатическому такту открывались сокровищницы ти­
бетских мудрецов, и пытливый ум русского путешественни­
ка загляды вал в тайны тибетской науки и искусства.
О них так тепло писали все эти ученые и путешественни­
ки, называя их своими помощ никами. Императорское Рус­
ское Географическое Общество награждало этих урядников и
казаков сибиряков, оренбуржцев и семиреченцев, H onoris
causa, золотыми и серебряными медалями!

* * *
Дни русского бунта. К аж ется, нет того города, фабрики,
большого имения, культурного гнезда, куда не стали бы на
охрану казаки . Они были подняты в этот пожарный, крова­
вый 1905-й год все поголовно.
П ечальный октябрьский вечер в Петербурге. Не горят фо-
нари, не слышно фабричных гудков и свистков паровозов -
забастовка сковала параличом могучее тело столицы.
На окраинах города чёрная толпа бастующих рабочих за­
лила все улицы. Сквозь эту толпу, как щ епки по бурной реке,
едет казачий патруль.
В толпе появились студенческие ш инели.
Свист сзади. Дикие крики:
- Опричники-и!.. Гасильники!.. Казаки - опричники!..
Это Порох и Запевалов, это казак и , сотрудники П рж е­
вальского, Мензбири, Козлова и Роборовского, казак-перевод­
чик в П екинском дворце, казак-хозяин, у которого в глухой
Задонской степи всё богатство своё - непокупное - опрични­
ки? Гасильники?!
Господи! Да где же справедливость?

* * *
Эти «опричники» и «гасильники» первыми по призыву
Временного П равительства в больш евицкие ию льские дни
1917 года явились подавлять восстание большевиков. Тела
казаков Л.-Гв. 6-й Донской батареи и 4-го Донского казачье­
го полка на Литейном проспекте, остановка болыпевицкого
перевор о т а ^ свидетели того, что они хотели спасти Россию.
Они боролись с большевиками и в дни 25 октября - l jio g g ^
ря 1917 года, когда сдавалась Российская власть. Четыреста
казаков 9-го и 10-го Донских казачьих полков, три батареи,
сотня гвардейских оренбуржцев, юнкера и женский батальон -
вот всё, что пришло в эти дни «начала» сраж аться против
большевиков.
Потом они потянулись целыми полками, дивизиям и, где
с оружием, где опозоренные, сдавшие оружие, к родным ку­
реням, лелея мечту в разгульном, пьяном море крови и пожа­
ров отстоять хотя бы свои земли, заж ить отдельно от сошед-
шей с ума России.
Они выбрали своих атаманов - Каледина на Дону, Карау­
лова на Кубани, Дутова - оренбуржцы, Анненкова - семире-
ки, Толстова - уральцы. Они боролись с больш евиками, исте­
кали кровью. Гибли деды рядом с внуками, отцы рядом с
сыновьями. Они примкнули к Добровольческой армии Дени­
кина, к Сибирской армии Колчака.
Они погибли. Застрелился в хмурый январский день (29 ян­
варя 1918 года) первоизбранный донской атаман А лексей
Каледин. В заседании малого войскового круга 7-го февраля
1918 года сказал об этом в заклю чение своей речи помощник
его, Митрофан Петрович Богаевский:
«...Выстрел А лексея М аксимовича разбудил Дон. Смерти
он не боялся и не испугался. Его смерть - сигнал казачеству.
Проснитесь, казаки!..
...Если эхо, отголоски этого выстрела, вы слышите - вы
должны понять.
Вы должны понять сказанные Алексеем М аксимовичем
слова:
- Если бы мне два полка... Да разве это было бы!
Своего позора он пережить не мог...»
К азаки услыш али выстрел своего атамана. Не сразу дока­
тилось до них его эхо, но докатилось. Не два полка - 2000, а
сорок с лиш ним полков, около 75000 казаков, дало донское
войско на защ иту своих куреней.
Два года боролись... И погибли в борьбе...
Кубанского атамана Караулова убили солдаты. Дутова боль­
ш евики обманом выманили из китайского дома и обманом
убили... Анненкова, ушедшего со своими дружинами в Ки­
тай, в прошлом, 1927 году, китайцы выдали большевикам и
после оскорбительного, тяж ёлого суда в Семипалатинске его
расстреляли.
Казачье дело погибло. Красная коммунистическая власть
ворвалась в казач ьи земли, осквернила храмы, уничтожила
сомоё имя казаков, на места атаманов посадила своих комис­
саров.
Но казаки не сдались.
Они уш ли. Они уш ли на кораблях генерала Врангеля и
на острове Лемносе устроили своё Донское, Кубанское, Тер­
ское и А страханское - «Галлиполи», где выковали в себе
спайку и готовность, сцепя зубы, терпеть, ож идая великого
часа возвращ ения на Родину. Уральцы после страш но тяж ё-
лого похода по Закаспийским степям рассеялись по Турции,
и самое мало зерно их с атаманом Толстовым оказалось в
А встралии. Оренбуржцы, сибиряки, семиреченцы, забайкаль­
цы, амурпы и уссурийцы остались на Дальнем Востоке и в
Китае и не оставили борьбы... С Лемноса к азак и двинулись
на запад.
Своими станицами, прочными, сколоченными полками с
офицерами и командирами они устроились в Болгарии. На­
нялись батраками на земли, занялись торговлей, поползли
под землю на болгарских рудниках - минах.
Они наполнили города и веси Юго-Славии, они приш ли
во Францию.
Кто не знает на юге Ф ранции на cote d ’A z u z . у лазоревого
моря, у золотой Н иццы в Cannes - La Восса дружной казачь­
ей артели казаков атаманцев? Кто не слыхал на берегу Сре­
диземного моря, после долгого трудового дня, их лихих, пре­
красных песен?
Кто не видел собрания музея, созданного лейб-казакам и в
П ариж е? Эту прекрасную коллекцию старинных гравюр и
литографий, касаю щ ихся казачьей старины, собрали люди,
работающие как чернорабочие на Восточном вокзале.
Казачьи хоры объехали со своими песнями весь мир.
К азаки-дж игиты пленяли своею удалью французов и сер­
бов, испанцев и англичан, американцев и немцев. Во фран­
цузской Бретани и Нормандии казаки заарендовали фермы,
и уже угощают друзей своим «непокупным» обедом.
Нет, не погибли казаки. Их семя осталось на развод. Мно­
го ли надо их, чтобы вернуть былую славу, вековые тради­
ции, крепкую любовь к Родине?
Запорожье не насчитывало и трех тысяч. На Дону в царс­
кие времена было пять тысяч. С Ермаком воевать Сибирь по­
шло меньше тысячи. Три богатыря было у киевского князя
Владимира - Красное Солнышко: И лья Муромец, Добрыня
Н икитич и А леша Попович. Три стояли на богатырской зас­
таве и охраняли всю Свято-Русскую землю ... Расползлись,
разош лись, покорили полсуши!

134
2

Откуда же взялись казаки? Кто они? Как образовались те,


про кого в толпе сказали: «казаки - не люди», те, кого наш а
передовая молодежь назвала «опричниками и гасильниками»?
Кто они, носители чистого русского язы ка, в былине и
песне, в одежде и в обычае сохранивш ие всю прелесть ста­
ринной Руси? Кто они, не расплескавш ие драгоценного сосу­
да горячей и нежной, действенной и работящ ей любви к Ро­
дине? Кто они, гордящ иеся своим именем казака, готовые
отдать свою ж изнь за Родину, за веру, за мать свою Россию?
Кто они, кто так прекрасно сказал про себя: « Н а то кИГ^
з а к и р о д и л с я , ч т о он ц а р ю п р и г о д и л с я » ?
Кто они, гордо вступавш ие в бой с приграничным кочев­
ником для того, « ч т о б ы б а с у р м а н с к а я в е р а
н а д н а м и не п о с м е я л а с ь , ч т о б ы г о с у д а р е ­
в о й в о т ч и н ы п я д и н е п о с т у п и т ь с я»?
К азаки ведут свое прошлое от богатырей киевских. «Эти
богатыри древности, - пишет автор истории России Соловьев, -
в новейшие времена носят название казаков. Быт, подвиги *
богатырей древних схожи с бытом, подвигами казаков, и на­
родное представление верно отождествляет эти два явления,
разнящ иеся только именем, но и здесь народная песня уничто­
ж ает различие, назы вая, например, Илью Муромца старым
казаком »1 -— '
...Как далече-далече в чистом поле -
Что ковыль трава во чистом поле шатается.
А и ездит в поле стар-матёр человек,
Старый ли казак - И лья Муромец...
К азаки в своих песнях величают Илью Муромца своим
атаманом:
П ом ут ился весь т ихий Д о н ,
П ом еш ался весь казачий круг,
Что не ст ало у н и х ат ам ана,
Что старого ка за ка , И льи Муромца...

1 Соловьев. Т .Х Ш , стр.166.

135
Вот из какой киевской старины, былинной дали идет к
нам молва о казаках, стоящ их на защ ите рубежей Свято-Рус­
ской земли.
Что же делали тогда казаки? Да делали они то же, что
делали и потом, во времена Московские, что делали и всегда,
и, Бог даст, будут делать и впредь.
Охраняли земли русские от врагов внешних, от Ж идови-
на, могуч-богатыря - от хозар. Ходили по степям с разъезда­
ми, на разведку, охотились, и за охотою узнавали о врагах
Русской земли.

...Под славны м городом, под Киевом,


Н а т ех на ст еп ях, на Ц ы царских,
Стояла заст ава богатырская;
Н а заст аве ат аманом был И лья М уром ец,
Под ат аманье был Добрыня Н и ки т и ч млад;
Е саул - А леш а , поповский сын;
Ещ е был у н и х Гриш ка, боярский сы н.
Б ы л у н и х Васька Д олгополы й.
Все были братцы в разъезднице.
Гриш ка боярский в те поры кравчим жил;
Алеш а-П опович ездил в Киев-град;
И лья М уромец был в чистом поле,
Спал в белом шатре;
Д обрыня Н и ки т и ч ездил по синю морю,
П о синю морю ездил за охотою,
За той ли за охотой, за молодецкою;
Н а охоте ст релят ь гусей, лебедей.
Едет Добрыня из чиста поля,
В чистом поле увидел ископыть великую .
И скопы т ь велика - полпечи.
Учал он ископыть досматривать:
«Еще что же то за богатырь ехал?
И з той земли, из жидовския
П роехал Ж идовин, могуч богатырь,
Н а эти ст епи Цыцарския...

Так, во времена стародавние, крепкие, древние и про-


стые сам собою, к ак говорит старая летопись, «самодурью» -
произошел в русском народе отбор сильны х, крепких, воин­
ственных людей, которые, ж елая вольно ж ить, «не сеять, не
ж ать, не ткать, не прясти», создали себе полуразбойную,
полувоенную ж изнь, ради добычи стали ходить к врагу Рус­
ской земли «зипуны добывать», стали по окраинным сте­
пям ж ить «с травы да с воды», то есть ж ить скотоводче-
ством, охотой и рыбной ловлей. Они не отры вали себя от
государства. Они служ или ему, обороняя его от врага внеш ­
него (Ж идовин, могуч богатырь - хозары) и от врага внут­
реннего:

...Садился-mo И лья на добра ко ня,


Е х а л И ль я в раздольице - чисто поле,
Срубил Соловью буйну голову.
Рубил ему головку, выговаривал:
«П олно-т ка тебе слезит ь отцов-матерей,
П олно-т ка вдовить жен м олоды их,
П олно спущ ат ь сиротать м а лы х дет уш ек!

Казаки-богатыри являлись русской государственной влас­


ти лучш ими помощ никами и вместе с иноком (св.Сергий),
княж еской дружиной, воинами, впереди их - ш ли, неся пра­
вославную христианскую веру, свет русской культуры в ди­
кие, языческие татарские страны. Они получали за то царс­
кое пожалованье, и разно, и разноценно было то пожалова-
нье, но всегда указы вало на подчиненье казаков княж еской
или царской власти.
Есть легенда о том, что Ермак с казакам и участвовал в
покорении царём Иваном IV Казани. К азачья песня расска­
зывает, как Ермак через подкоп взорвал башню Казанскую и
помог царю взять Казань.

...Ермак тремястами казакам и город в з я л ,


Город взя л он Казань и царю отдал.
И збавил Ерм ак войско царское от урона.
За то царь пож аловал Ерм ака князем
И наградил его медалью именною,

1/2 5. Зак. 0060 137


Д а подарил Е рм аку славны й т и хи й Д он
Со всеми его речкам и и прот очками.

За покорение Сибири Ермак был пожалован разными по­


дарками, в том числе кольчугою и шлемом.
Из народной былины, из казачьей песни мы узнаём о
казачьей службе Русскому государству. Потом появляю тся
акты : царские грамоты Донскому и другим войскам, отпис­
ки атаманов, «сказки», целые вороха различны х дел посольс­
кого приказа в Москве.
Казачье прошлое проясняется. Из туманного былинного
эпоса переходит в точную историю.

* * *
«...От Ц аря и Великаго К нязя Фёдора Иоанновича всея
Русии в нижние и верхние юрты атаманам и казакам и всему
великому войску, - писал донским казакам в 1584 году Мос­
ковский царь, - ...и как пойдет на Азов Доном и вы б одно­
лично с Азовскими людьми ж или смирно, и задору никото­
рого Азовскдм людем не чинили, чтоб в том наш ему делу
порухи не было. И которые, будет, Азовские люди учнут хо­
дить на Дон, и по рекам, для рыбных ловель и для дров, и
иных которых запасов, и вы б тех людей пропущ али...
...А ныне есмя к вам свое жалованье которые ходил ата­
маны и казаки под Калмиюс, послали... селитру и свинец, а
вперед вас, своим жалованьем, хотим ж аловать...
...Д ож даться вам посла из Турции и проводить до Р язска-
го города...
...А которые останутца низовые атаманы от Азова до Раз­
доров, и вы о их им яна, хто имянем атаман, и сколько с
которым атаманом казаков останетца, тоб есте имянно пере­
писав, дали писмо посланнику наш ему... А мы к ним впе­
ред, на весне рано, свое жалованье приш лем»1.
Царь писал казакам , как своим подданым. Он указы вал
им, как они должны относиться к соседям-азовцам, он обя­
зывал казаков конвойною службою - «...дож даться посла из
1 С.Г. Сватиков. Россия и Дон. Стр. 47 и 48.
Турции и проводить до Рязскаго города», награж дал их за
разведывательную службу в сторону реки Калмиуса и тре­
бовал списки казаков, стоящ их на сторожевой службе от Р аз­
доров до Азова, чтобы и их наградить.
Это было царское войско, но войско особенное.
К азаки при знавали зем ли, на которы х они ж и ли и ко­
торые они себе завоевали у татар, царским и, государствен­
ны ми зем лям и и были готовы полностью и всецело слу­
ж и ть государю, все, к ак один - «заедино».
В 1675-м году донские казаки писали царю: «А на твою
государеву отчину, на реку Дон, приходят к нам всяких чи­
нов люди и иноземцы, надеючись на твою государеву пре-
многую милость, и теми людьми твоя государева река напол­
няется и служат тебе, великому государю, за един о...»1.
К азаки имели свое управление, реш али свои дела, собира­
ясь по весне на общий круг и думая «думушку единую». Они
покорялись царю через свою выборную власть - а т а м а н о в .
Они посылали в Москву свое «посольство» - « з и м о в у ю с
т а н и ц у», а в нуж ны х случаях посылали особые экстрен­
ные посольства, «легковые станицы», и государи русские сно­
сились с ними г р а м о т а м и и, когда нужно, посылали к
ним п о с л о в и воевод не для начальствования над ними, а
для переговоров с атаманами и кругом.
Что же это была за община?
С а м о с т о я т е л ь н а я р е с п у б л и к а , на началах
конфедерации, соединенная с Россией и управляем ая своим
парламентом - кругом, и своим президентом - атам аном ...?
Вассалитет?
Нито, н и д р у г о е . Западно-европейские определе­
ния и названия ни как не пристали к тому, что представляло
из себя в старые времена донское войско, послуживш ее об­
разцом для устройства других войск.
Не республика, н о в о е н н о е б р а т с т в о , братская
артель со старшиной - атаманом, артель, где, раз собрались
на дело - слепое повиновение атаману, а непослушным смер­
тная казнь - «куль - да в воду...» Артель, подчинённая стар-

1 С.Г. Сватиков. Россия и Дон. Стр. 25.

1/2 5* 139
шему хозяину - Русскому государству, его царю, и от него и
для него по его указам орудующая. До дела - до выбора ата­
мана, при общем решении вопросов, на кругу - ш умливая,
бранчливая, крикливая, но, в конце концов, во всём едино­
гласная, прислушиваю щ аяся к голосу стариков, русская проч­
ная, один за одного стоящ ая артель, а не болтливый, блещу­
щ ий красноречием, разбитый на партии европейский парла­
мент. Артель, на кругу обсуждающая, как лучш е исполнить
государево дело, как полезнее быть матери России. Артель,
где лучш ие, старш ие, более опытные казаки - «старики» -
подготовляли всякое решение для круга.
Старики-то пьют, гуляю т , по беседушкам сидят ,
П о беседушкам сидят , про Азов ваш говорят:
Ой, не дай, Боже, А зовцам ума-разума того, -
Н е пост авили б они баш енки на усть речки К а ла нчи ,
Н е перекинули бы цепи через славны й т и хи й Д о н ,
Н е подвели бы они ст руны ко звонким колоколам!..

* * *

М енялись обстоятельства русской ж изни, менялись гра­


ницы и отношение к соседям, и казаки , непрерывно и посто­
янно участвуя в русской ж изни, приспосабливались к быту и
ж изни своей матери России.
В Смутное время долго мотались казачьи друж ины , не
зная к кому пристать, кому служ ить, не умея разобраться в
п ри тязан иях различны х людей на М осковский престол. Дон­
ские казаки атаманов М ежакова, Коломны, Романова и Коз­
лова с удивлением и негодованием увидали, что между боя­
рами нет единодуш ия в деле спасения М осквы от поляков,
Трубецкой не помогал князю П ож арском у в его борьбе с
полякам и, и со скорбью сказал Трубецкому атаман донской
М ежаков:
- От вашей нелюбви Московскому государству пагуба ста­
новится!..
Этот же донской атаман на великом Земском соборе 21-го
февраля 1613 года, когда при выборе царя вышло разногла­
сие между боярами, положил этому разногласию конец. Пер-
цым за М ихаила Федоровича подал голос Галицкий дворя­
нин. Это раздражало многих. Больш е всего заш умели сторон­
ники кн язя Пожарского, ж елавш ие его видеть на Московс­
ком престоле.
- Кто принёс? Откуда? - раздались сердитые голоса.
Из рядов выборных вышел донской атаман и, подошедши
к столу, положил записку.
- Какое это писание ты подал, атаман? - спросил его князь
П ож арский.
- О природном царе Михаиле Фёдоровиче, - отвечал атаман.
«Прочетше писание атаманское, бысть у всех согласен и
единомыслен совет», - питает летописец.
За казакам и была вооружённая и организованная сила.
Бояре были во вражде друг с другом, и придача силы М ихаи­
лу Федоровичу реш ила дело.

* * *
С домом Романовых тесно связана казачья слава. Для Рос­
сии самочинно при царе М ихаиле Федоровиче казаки воева­
ли Азов. С донским атаманом Фролом М инаевым Петр Вели­
кий одержал свою первую морскую победу 21-го февраля 1696
года на Азовском море над турецким флотом. Казачьими огня­
ми загорелась заря Русского флота:

- М ы завт ра, на заре, чем свет , суда с подмогой


Окружим лодкам и казачьим и. Судам
В Азове не быват ь. И крепости немного
Уж времени стоять. Сейчас же снаряжай
Все сорок лодок мне на бранную забаву
И двадцать человек на каждую сажай!
Я сам вас поведу на бит ву и на славу!
Д а , с завт раш няго дня победою морскою
Впервые озарю свою от чизну я!
С восходом солнечны м , с дня новаго зарёю
И флота Русскаго засвет ит ся заря1.

1 «Казак на бочке». Драма. Соч. Н.И. Краснов. Сб. «Часовой». 1871г.

141
Так говорил Петр атаману Минаеву.
С Петра Великого начинается новое время для казаков.
Ими перестаёт ведать посольский приказ, их дела передают­
ся в военную коллегию.
Наступает конец казачьей вольницы. Наступает время ве­
ликой мировой славы казачьих войск.

* * *
До этого времени казаки воевали от себя, без приказа,
иногда вопреки царскому приказу, воевали с соседями «са-
модурью». Самодурью шли покорять новые страны, чтобы под­
нести их своим царям.
Так, самочинно, за У ральский хребет, за реку И рты ш ,
пошёл Ермак воевать Сибирское царство. Подвиг Ермака, по
заслугам оцененный царем Иваном IV, скольким к азакам
потом круж ил голову, скольких вызвал на подражание! В на­
чале своей кровавой карьеры ходил атаман Степан Разин вое­
вать Персидское царство, ж елая этим услуж ить государю.
До него воевали казаки от себя, своею волею, с туркам и,
отняли у них Азов, поднесли клю чи от Азовского моря царю
М ихаилу Федоровичу. Поднесли не вовремя. О тказался царь
принять Азов, и после долгой и славной обороны Азова каза­
ки должны были его оставить.
Ходили казаки-«землепроходцы» к Ледовитому и Вели­
кому океанам, достигали Китайской земли, входили в самый
город Канбалык - Пекин. К азак Дежнёв дотлел до Камчатки.
Куда ни попадали казаки - по примеру Ермакову они ру­
били деревянные городки с баш нями, рыли рвы, насыпали
валы, ставили церкви православные. Ш ла с ними граница
Российской земли в морозные тундры устьев великих рек
Оби и Лены, подходила к устьям Амура, углублялась в пески
среднеазиатских пустынь, переваливала К авказский хребет.
Они несли меч, но на острие этого меча они несли мир. Они
сж ивались, сливались с местным населением, становились
кунакам и с кавказским и горцами, перенимали их одежду и
обычаи, становились «таймырами»1 с киргизам и, женились
1 Таймыр то же, что кунак: друг-приятель.
на туземках, но твердо блюли православную веру и хранили
верность государю и России.
Правительство поняло и оценило значение военно-поли­
тического казачьего авангарда России. Оно стало поддержи­
вать самобытно образовавш иеся по границам Киевского и
Московского княж еств - Донское, Запорожское, Гребенское
(Терское), Уральское и Волгское (Астраханское) войска, и оно
же стало продвигать казаков на новые границы , на новые
«линии» Русской земли, образуя Кубанское (линейное), Орен­
бургское, Сибирское, Семиреченское, Забайкальское, Амурс­
кое и Уссурийское войска.
В глухой пустыне становились казачьи городки. Вестовая
пуш ка, сотня казаков, впоследствии - ракетная команда, ка­
зачьи семьи и на тысячи вёрст безлюдье пустыни, ее тиш и­
на, наруш аемая дикими крикам и татарских кочующих орд
да клекотом орлов. Казачьи крепости стояли, как м аяки сре­
ди моря. Светочи русской культуры в среднеазиатской ночи!
Картинно, ярко и красочно рисует нам тревогу в таком
городке сибирская песня:
Утром рано весной
Н а редут крепостной
Раз поднялся пуш карь поседелый...
..Д ы м раздался волной,
З ву к пронёсся ст релой,
А по крепости гул прокат ился...
...К ак сибирский буран,
П рилет ел ат ам ан,
А за ним есаулы л и х и е ...
Поднялся весь городок на защ иту линии. Идет прощание
с семьями...
- Я и рад на войну,
Ж аль покинут ь ж ену,
С голубыми, как небо, очами...
Казачьи сотни ходили в степь, сопровождали транспорты.
В этих походах они сталкивались с кочевниками и вели страш­

143
ные бои - один против тысячи. Под Иканом, обороняясь за
положенными на землю коням и, трое суток отбивались от
коканцев уральская сотня есаула Серова и полегла почти вся,
но коканцев отбила.

В степи широкой под И каном


Н ас окруж ил коканец зло й ,
И трое сут ок с басурманом
У нас кипел кровавый бой -

так поют угрюмые бородатые старообрядцы-уральцы.


Из кровавого разбойничьего поиска «за зипунами» вырос­
ла могучая сила охраны Русской земли.
Расползлись казаки по границам России, подлинно ста­
ли, как жемчуга, по краям Императорской короны ... Спод­
виж ники Суворова, Вельяминова, Слепцова, Бакланова, Ка­
уфмана, Скобелева и М уравьева - героев-завоевателей.

3
Там, где граница зам и р ял ась, где она уходила за к аза­
ков, упираясь в море, к азач ь я боевая ж и зн ь не п рекращ а­
лась. Она м еняла формы. Вместо боёв на своей зем ле, вмес­
то недальних походов к врагу-соседу, к азак и сн ар яж ал и
полки на новые «линии», в Грузию - на К авказ, к Оренбур­
гу в пустыни Средней А зии, или отправляли их в Российс­
кую действующую армию .
В зависимости от размеров войны казаки входили в армию
или своим особым «казачьим корпусом» - таким был корпус
атамана Платова в войне с Наполеоном, - или полками, батаре­
ями, дивизиями... иногда просто отдельными сотнями... даже
отдельными людьми - ординарцами и вестовыми.
К азаки связали свою славу со всеми великими русскими
полководцами. Они были при Петре. Они ходили в Л иф лян-
дию с Ш ереметьевым.
Под Выборгом есть камень, называемый «камень-казак».
Легенда говорит, что при осаде Выборга Петр для лучшего
наблюдения за войсками влез на высокий камень. Находив-
ш ийся при нём казак заметил ядро, летевшее в царя. К азак
отстранил Петра и заслонил его своею грудью. Старинное сти­
хотворение говорит об этом камне:
Камень тот свящ ен для нас,
Где ка за к П ет ра нам спас.
И удар лет ящ и й , зря -
Грудью заслонил царя.
П а л к а за к , но подвиг жив:
Славной смертью он счаст лив
Он России спас царя.
С генерал-майором Данилой Ефремовым казаки в Семи­
летнюю войну исходили всю Пруссию. Полк Себрякова в бою
у Грос-Эгерсдорфа разбил полк немецкого принца Браунш ­
вейгского. К азаки забрали чепраки с черными прусскими
орлами, срезали орлов и сделали из них облачение на аналои
Старочеркасского собора. Бы ли казаки с генералами Черны­
ш ёвым и Краснощ ёковым 27 сентября 1760 года победителя­
ми в Потсдаме и Берлине.
К азаки связали свою славу с бессмертным Суворовым. Они
с ним были везде, где был и сам «непобедимый»... Кинбурн
и И змаил, пленение Костюшко, штурм П раги, И тальянский
поход, Треббия, переход через Альпы - везде были казаки,
свивая свою славу со славою славнейшего. В лучах его славы,
в его ш коле, зарождались, учились и совершенствовались ге­
рои-витязи Отечественной войны - и первый между ними
Матвей Иванович Платов.
Войны с Наполеоном - Ш енграбен и Аустерлиц, Гейльс-
берг, Гутштадт и Ф ридланд, - поля Австрии и Пруссии, их
каменные городки увидели казаков во всей их славе. От Виль-
ны к Бородину и от Москвы и Тарутино через Лейпциг до
самого П ариж а - тернистый путь казачьей славы. Последние
при отступлении (арьергард атамана Платова), - первые при
наступлении (авангард графа Платова.

* * *
Что ж е это были за лю ди, эти к азак и , кого Н аполеон
назы вал «исчадием ада», про кого ф ранцузские генералы в
отчаян ии доносили: «Не знаеш ь, к ак против казак о в дей­
ствовать: развернёш ь линию - они мгновенно соберутся в
колонну и прорвут линию ; хочеш ь атаковать их колонною -
они быстро развёрты ваю тся и охваты ваю т ее со всех сто­
рон?..»
Писал про них и их атамана Платова поэт Ж уковский:

Х ва л а ! Н аш вихорь ат ам ан!
Вождь невредимых П лат ов.
Твой очарованный аркан -
Гроза для супостатов.
Орлом ш умиш ь по облакам ,
П о полю волком рыщешь.
Летаеш ь страхом в т ыл врагам,
Бедой - им в уш и свищешь!
Они лиш ь к лесу - ожил лес:
Деревья сыплю т стрелы.
Они лиш ь к мост у - мост исчез,
Л иш ь к сёлам - пы ш ут сёла...

Бы ли они подобны тем бесчисленным карикатурам , ли­


тографиям, гравюрам, сделанным в это время немецкими,
французскими и английскими художниками?
Не лю ди... Исчадие ада... Едят сальные свечи и детей?..
Как подписывали немцы под карикатурой: «Чем казак отли­
чается от калм ы ка? К алм ы к жрет мыш ь с головы, а казак с
хвоста? »
Или они были таким и, каким и в десятках картин изобра­
зил их художник второй половины прошлого века, профессор
Виллевальде? Красивые, рослые, благодуш ные. Помогают
неприятельским ж ителям в хозяйстве. Возятся с детьми. Едут
провожаемые девуш ками, украш енными цветами. П рилиза­
но? Лачком покрыто? Слащаво?
Да ведь и век, и войны были такие: немного прилизан­
ные, красивые, покрытые не лаком, но славой побед, из-под
которой не видно ни грязи, ни крови.
Вот как характеризует «ворчунов» - «Les grognards» Ве­
ликой Армии в своей последней, только что выш едш ей, кни-

146
re «La France de L’Empire» - Louis Madelio : «...они были -
одни сентиментальны, другие предприимчивы; они испыты­
вали слабость к прекрасному полу. Они хотели нравиться да­
м ам ...». «Чувствительные, подвижные, часто рыцарски бла­
городные, почти всегда готовые услужить - они нравились...».
«Особенно любили их за их всегда прекрасное настроение
даже в самые тяж елы е м и н уты ...»1
Я думаю, что наш и казаки 1805-14 годов во многом были
подобны grognards - ворчунам Великой Армии Наполеона.
Они были, скорее, казаки картин профессора Виллеваль-
де, чем казаки немецких карикатур.
Сужу по тем многим документам, что были у меня в ру­
ках, когда я работал в архиве главного штаба в С.-Петербурге
и в библиотеке Донского музея в Новочеркасске.
Донесения донского урядника с полей войны 1812-го года...
Простого урядника - того, что «ест мышь с хвоста».
Листок плотной, к ак тогда делали, синеватой или желто­
ватой бумаги. На нем свинцовым карандашом четко и грамот­
но: «С рассветом со стороны Корелич показался неприятель...
Неприятель... и в силе... не менее трех полков польских улан,
подошел к реке У ш е... Поит лош адей... Лош ади размундш ­
тучены ...»
Донесение, достойное теперешнего офицера.
Я читал письма графа П латова. П оры ж елы е буквы, кое-
где с титлам и, ровными строкам и бегут по бумаге. Он писал
князю Б агратиону, Ермолову, Денисову и другим. Письма
характерны и своеобразно красиво написаны. Они обстоя­
тельны . Да, Варш аву П латов назы вал А рш авой, а офицера-
топографа - планщ иком . Не всегда на месте «ять», но с нею
в те поры никто не считался.
К азаки и их офицеры не отставали от своего века. Они
ш ли за веком.
Они дали кавказского героя богатыря Б акланова. Без бо­
гаты рской фигуры донца героя Я кова П етровича Б акланова
нельзя представить себе к авказски х войн. Он вошел своей
громадной фигурой в целую эпоху царствования императоров
Н иколая I и А лександра II.
1 Louis Madelin «Le France de L’Empire”. Стр. 233-234.
Поют про него кавказские полки:

Честь прадедов ат ам анов,


Богатырь, боец л и х о й ,
Здравст вуй, храбрый наш Б а к л а н о в,
Разудалы й наш герой!..

Сыт железной просфорою,


Спишь на конском арчаке
И зато прослыл грозою
В М алой и Больш ой Чечне...

Бакланов по военному уму, храбрости и по военно-адми­


нистративному таланту шел впереди своего века. Он завел в
своем полку учебную сотню, прообраз полковых команд по­
зднейшего времени; он устроил при полку конно-ракетные
ком анды ...
А ведь он учился на медные деньги. Сын простого казака
Гугнинской станицы, за храбрость в Отечественную войну по­
жалованного в хорунжие, дослужившегося до штаб-офицерс­
кого чина, он грамоте учился у бабки-старухи Кудимовны. У
неё он прошел азы, потом учился у приходского пономаря и у
станичного дьячка. П салтырь... Часослов... а потом - в отцовс­
ком полку - обучение у полковых писарей, - и война! Потом
уже, в годы «льготы», пополнил свое образование Бакланов в
Новочеркасске, в «учебном полку». Вот и вся его академия!
В Бакланове было удивительно верное присяге воинское вос­
питание, которое внушил ему его отец, старый герой 1812 года,
когда, провожая его на службу, сказал ему после молебна:
- Служи, Яков, верою и правдою Богу, государю и наше­
му великому войску. Помни всегда, что твой отец без малей­
шего покровительства, одною честною службою дошел до штаб-
офицерского чина. Храни ненаруш имо простоту отцовских
обычаев, будь строг к себе, а больше всего - не забывай свою
благодатную родину, наш тихий Дон, который вскормил, взле­
леял и воспитал тебя!
Таким, каким «наказал» Бакланову быть его отец, - та-
ким он и был. Спрашивали молодые, с Дону прибывшие на
службу на Кавказ, казаки у старых казаков про командира
полка Бакланова, какой он?
- Командир такой, - говорили старые, - что при нём и
отца родного не надо. Если есть нужда - иди пряло к нему:
поможет и добрым словом, и советом, и деньгами. Простота
такая, что ничего не пожалеет, последнюю рубаш ку снимет
и отдаст, а тебя в нужде твоей выручит. Но на службе, брат­
цы мои, держите ухо востро; вы не бойтесь чеченцев, а бой­
тесь своего асмодея: ш аг назад - в куски изрубит.
Такими были казаки - таким и они и остались. В великую
германскую войну, в самом ее начале, громким подвигом блес­
нул казак 1-го Донского казачьего полка Козьма Крючков, и
заблистала за ним по всем фронтам, по всем армиям и корпу­
сам казачья слава П латовскими и Баклановским и огням и...

* * *
Мучит казаков, притаивш ихся по своим станицам и хуто­
рам под тяж кою сатанинскою властью коммунистов и рассеян­
ных по всему свету бездомными эмигрантами, одна тяж елая
мысль - будут ли нужны они, казаки, в той новой России, что
станет тогда, когда сгинет проклятая советская власть? Пона­
добятся ли России они - воины, носители русской культуры
в азиатские дебри, верные сторожа по казачьим порубежным
линиям?
Чужою и чуждою, иноземною и инородческою властью III
интернационала, враждебного России, Россия сломлена. Она
отодвинута от старых границ. Её престиж, влияние и обаяние
имени русского Белого Ц аря у азиатских народов потеряны.
Россия отодвинута и внутри, и вовне в тёмное средневековье.
Неграмотная, дикая, развращ енная, с пошатнувшимися идеа­
лами семьи и семейной ж изни, с поруганною церковью, с на­
родом, лиш ивш имся веры, она приведена ко временам древ-*'
ним, ко временам, когда, -

Под городом Черкизовым


стоит силуш ка неверная.
У речки , у Смородинки,
Соловей-разбойник, О дихмант ьев сы н.
Свищет-то Соловей по-соловьему.
Кричит злодей-разбойник по-звериному.
Коммунистические ячейки, комсомольские клубы, мил­
лионы одичалых, беспризорных детей, хулиганы, городские
и деревенские, - это та «силуш ка неверная», которая еще
долго будет по всей России «слезить отцов, матерей, вдовить
жен молодыих, спущать сирот, малых детуш ек». И чтобы
охранить в России закон и порядок, ей понадобятся снова
Ильи Муромцы, богатыри-казаки, готовые нести внутреннюю
охранную службу, как несли её во времена легендарные, бы­
линные, богатырские, как несли её с атаманом М ежаковым в
страшное Смутное вр^емя 1605-1913 годов, как несли её в 1905-
1906 годах.
Вовне перед Россией стоит вопрос о незаконных захватах
земли Русской, о нарушенном мире и согласии на Кавказе и в
Закавказьи, о развитии басмачества в Средней Азии, о набегах
хунхузов на Дальнем Востоке. Перед Россией встанут во всей
силе вопросы украинский, кавказский и закавказский, тур­
кестанский, монгольский, манчжурский - ей опять будут нуж­
ны свои Ермаки, свои донцы, «самодурью» воевавшие Азов,
свои Баклановы, Вельяминовы, С лепцовы,Бородины и Ионо­
вы, чтобы твердою рукой восстановить мир на русских окраи­
нах
Опять, как шестьсот лет тому назад, Р о с с и я б у д е т
н у ж д а т ь с я в и н о к е , в о и н е и б о г а т ы р е-к а -
з а к е.
И н о к , в о и н и б о г а т ы р ь-к а з а к помогут ей
смыть всё то ужасное, худшее последствий татарского ига,
что сделали сатанисты и коммунисты за время их тирании
над русским народом.
И так, воин и казак водворят спокойствие во всей Свято-
Русской земле и вернут ей ее мир, тиш ину и благоденствие.

/ Ы , с с* ^ ^ Я н в арь 1928г.,
'антени (Франция).
Сибирские казаки

Триста пятьдесят один год тому назад небольшая друж и­


на Ермака разбила полчищ а Сибирского хана Кучума и по­
клонилась Московскому Царю Ивану IV-му Васильевичу Си­
бирским Царством. Началось завоевание громадного азиатс­
кого материка.
Когда вдумаешься в это событие - как много поучительно­
го находиш ь в нем, - даже и для настоящего небывало тяж е­
лого времени. Д руж ина Ермака - в ней и ты сячи человек не
было, - разобрать по-нынешнему: к о н А ш полк, пехотный
батальон - песчинка среди моря-океана сибирских степей,
лесов, горных кряж ей, болотной тундры, среди миллионов
бродячих, полуоседлых инородцев. П риш ли, сраж ались ог­
ненным боем, палили из пищ алей и руш ниц, атаковали на
конях, рубились сабельным боем. Бы ли окруж ены, застигну­
ты врасплох, прижаты к крутым, отвесным берегам И ртыша -
и все погибли...
Не так ли было и с другим Сибирским казаком , Лавром
Георгиевичем Корниловым, и с начатым им делом?.. Тоже -
песчинка добровольцев среди моря-океана разбуш евавш ейся
распропагандированной больш евиками озверелой солдатни -
и та же припертость - только не к И ртыш у, но к Черному
морю, гибель вождя и вынужденный уход из России.
Дело Ермака - семена, брошенные в землю: «Аще не умрет -
не оживет». Прошли годы - семя ожило, дало ростки и пыш­
ною нивою покрыло сибирские степи. По всей Сибири стали
деревянные срубы-городки - крепости старорусские. «Пеше и
конно, стружно и лыжно» начали нести свою службу по защ и­
те, разведке и завоеванию новых земель Сибирские казаки. И
вот пошли и пошли - на восток, откуда солнышко восходит,
на север, где странным светом сполох играет, куда манит та­
инственное северное сияние. Сибирские к а за к и А тласов,
Стадухин, Козыревский с такими же малыми силами, как и
Ермак, дошли до края земли, до Камчатки, и привели ее к
повиновению Русскому Царю, наложили дань-ясак на народы,
посадили воевод, поставили городки-крепости...
...«С ибирь Царю покорена... И мы не праздно в мире
ж и л и »...
Сибирские казаки?.. Особый народ?.. П лемя?.. Нет, силь­
ные духом и волею РУССКИЕ... Они собирались отовсюду, как
«с бору, да с сосенки» была набрана удалая Ермакова дружи­
на. В ней - Ермак-Ермолай Тимофеевич, о происхождении ко­
торого спорит Дон с Новгородом, в ней Иван Кольцо проис­
хождения как будто бы среднерусского, в ней Мещеряков, не
из татар ли? В Сибирском войске, что ни фамилия, то - целая
история. Есть старые сибиряки, предки которых, быть может,
и самого Ермака помнили - Потанины, Катанаевы, Волковы,
Первуш ины, Корниловы, есть те, кто в Екатерининские и
Александровские времена солдатами пришли «на линию», да
на ней и остались - «писаны были в казаки», - Порохи и
Запеваловы, Солдатовы и Ружейниковы, Осиповы и Калачёвы,
есть и выходцы из туземцев - Калмыковы и Бурятовы, есть и
совсем новый молодой народ, кого толкнули к сибирским ка­
закам - случай, судьба или желание приключений боевой охот­
ничьей ж изни в пустынях Средней Азии - Анненковы, Кра­
сильниковы, Артифексовы, Калитины, Раддацы, Борисовичи,
вписавшие в историю Сибирского казачества свои страницы.
Когда в средне-азиатской пустыне соберутся Сибирские
казаки и запоют свою песню-гимн:

М ы давно сжились с ст епям и,


И давно привы кли к ни м ,
Перед диким и ордами
М ы не в первый раз стоим... -

точно горный ветер И рты ш ских каменных ущ елий ревёт и


свищ ет, несясь из далеких, дальних Сибирских дебрей, и
веет неукротимой, лютой, страшной, какой-то первобытной
силою духа.
* * *

Что отличало Сибирского казака от казаков других каза­


чьих войск, от русского человека-обывателя?.. Как часто и,
особенно в последнюю войну, а еще более того, в годы нашего
величайшего несчастия, приходилось и приходится слы ш ать:
«это невозможно»...
Сибирский казак этого слова не знал.
По существу - с пятьюстами человек пойти за Каменный
пояс, за Уральский хребет, в зеленые степи - воевать о ханом
Кучумом, - это, конечно, невозм ож но... А вот - пош ли и
завоевали.
И куда бы ни приходили Сибирские казаки - им всё было
возможно. Потому-то так и ценили их учёные-естествоиспы-
"татели и путеш ественники, потому-то своё невозможное пу­
тешествие в центр Монголии и в Тибет, к свящ енным горо­
дам и монастырям буддийских лам, П рж евальский делал с
Сибирскими казакам и, и его последователи - Роборовский и
Козлов - колесили по дебрям и пустыням тоже с Сибирскими
казакам и, и Сибирские казаки сопровождали ученого немца
Мензбира при его попытке подняться на высочайшую гору
Алатаусского хребта - Хан-Тенгри.
С Корниловым они ходили на П амир. Л едники Куэнь-
Л уня и Тянь-Ш аня исследовали Сибирские казаки.
В конце сен тяб р я1 8 7 5 года в крепости А ндижане скопи­
лось до шестидесяти'тгоюандцев. У Скобелева - 1-я, 2-я и 4-я
сотни 1-го Сибирского полка, полусотня Оренбуржцев, одно
орудие и ракетный станок. Атаковать, логически рассуждая, -
невозможно. Но тут Скобелев и Сибирские казаки - две силы,
два духа, не признаю щ ие этого слова. Спешенные казак и
один за другим взяли пять завалов, захватили орудие и в 60
ш агах от противника разобрали последний завал и 1-го ок­
тября 1875 г. взяли штурмом А ндижан.
17-го мая 1904 года головная сотня Сибирской казачьей
дивизии генерала Самсонова двинулась вдоль железной доро­
ги от Л яоляна к Вафангоу. Дозорные увидали по ту сторону
высокой насыпи 2 эскадрона японцев, изготовивш ихся для
атаки. Сотня в колонне по три проскочила сквозь виадук,
часть казаков беспорядочной толпою перелезла через насыпь.
А таковав построенных и готовых к бою японцев в два раза
более м ногочисленны х, - невозм ож но?!.. - «С Б огом !»...
«Ш аш ки-пики к бою!»... А таковали, порубили, прогнали и
в плен забрали... Сибирские к азаки !... Кто не помнит лу­
бочной картины известного худож ника академ ика Н.С. Са-
мокиш а «Сибирские к азак и под В аф ангоу»... Ж ёлто-корич­
невые рубахи, алый лампас на тёмно-зелёных ш ароварах,
коренастые гнедые кони скачут навстречу японцам в чёр­
ных мундирах и ф ураж ках с ж ёлты м околыш ем?
В книге Е.В.М асловского «Мировая война на Кавказском
фронте», на странице 122, читаем: « ...казаки ж е Сибирской
бригады, произведя обход, нанесли быстрый удар о северо-
западной стороны и конной атакой овладели Ардаганом. А та­
ка была произведена утром 22-го декабря (1914 года). Турки
в беспорядке бежали через Я ла-нуз-гамский перевал, оставив
Сибирякам много пленных и два орудия...»
Это был 1-й Сибирский казачий Ермака Тимофеевича полк
под командой полковника Раддаца. К азаки на рассвете выш ­
ли к Ардагану. Сильный мороз, глубокий снег, обледенелый
каменистый горный скат делали атаку невозможной. На плос-
когорьи целый табор турецкой пехоты... А таковали... Впе­
реди - 4-я сотня есаула Волкова, за нею - полк. Беш еный
порыв казачьих лав, атакую щ их поэшелонно, сверкание ш а­
ш ек, дикие кри ки ... Табор сдался, взято было знамя, пуш ки
и пленные...
Нет невозможного для человеческого духа, нет невозмож­
ного для сильных духом Сибирских казаков.

* * *
Я их хорошо знал. Почти три года я имел высокую честь
командовать 1-м Сибирским казачьим Ермака Тимофеевича
полком, и потому позволю себе рассказать, почему я говорю и
утверждаю, что для Сибирских казаков нет ничего невозмож­
ного.
П олк, всего только за год до моего назначения, собрался
с постов, на которых он стоял вдоль китайской границы , по
шести, по двенадцати человек на посту. Я застал штаб полка
и три сотни в Д ж аркенте, в 1096 верстах грунтовой дороги от
ближайш ей станции «Кабул-Сай» Оренбург-Ташкентской ж е­
лезной дороги, две сотни - в Верном, в 325 верстах от штаба
полка, и одну сотню на высотах А латаусских гор, на урочи­
ще Кольджат, в 11-ти верстах от штаба полка, на высоте двух
с половиной вёрст, где редкий горный воздух, ранняя, очень
суровая зима, поздняя весна, глубокие снега и мёртвая, пер­
вобытная тиш ина. Таковы были условия расквартирования
полка. Вот тут-то и началось мое знаком ство с тем, что
воспитанные в таких условиях Сибирские казаки умеют ко
всему применяться и с честью выходить из самых невозмож­
ных положений.
Почти каждую неделю на столе - рапорт: «лошадь казака
такого-то, павшую сего числа от колик, прошу исклю чить с
фуражного довольствия, а самого казака переименовать в спе­
ш енны е...»
От колик... Колики от корма. Кругом, туземцы-таранчи
и дунгане, сеют только ячмень. Недробленный ячмень плохо
усваивается лош адьми, отсюда - колики. Надо дробить яч­
мень. Выписать зернодробилку можно только из «России» -
из Москвы или Петербурга, - это ж дать по меньшей мере три
м есяца... Что же делать?..
Я вызвал на совет своего помощ ника по хозяйственной
части войскового старш ину Е.Н. Осипова. Ростом без верш ка
сажень, сложения соответственного, Ефим Н икитич был пи­
саный красавец. Румяное - кровь с молоком - лицо, малень­
кие чёрные усы, густые чёрные волосы, речь медлительная и
осторожная, точно сознает свою силу и боится причинить не­
приятное. Ж енаты й на красавице, светлой блондинке, семей­
ный - Осипов был ярким представителем настоящего Сибир­
ского казака. Сам кончил корпус и Оренбургское Казачье
училищ е, ж ена кончила Семипалатинскую гимназию и ни­
когда в ж изни не видала железной дороги, совершая стран­
ствия из Семипалатинска в Д ж аркент в тарантасе. Каким-то
вековым удивительным уютом и силою веяло от этих людей.
Я высказал Осипову свои заботы и волнения, и ожидал: «Что
же, ничего не поделаешь!.. Вот выпишем зернодробилку, тогда,
авось, дело пойдёт по-иному», - так, казалось мне, должен
был ответить мне этот громадный человек, наполнявш ий всю
нашу маленькую полковую канцелярию .
- Позвольте, господин полковник, подумать до завтра...
На другой день Осипов явился ко мне с полковым оружей­
ным мастером, нестроевым старшего разряда Поротиковым.
- Если вы, г-н полковник, -- сказал мне Осипов, - разре­
шите произвести из хозяйственных сумм расход около пяти­
десяти рублей на материалы и попросите полковника М ихай­
лова (командира 6-го Туркестанского стрелкового артиллерий­
ского дивизиона) дать нам два пустых ш рапнельных стакана,
вот он (Поротиков) берется сделать маш ину для дробления
ячменя.
Отношения между частями гарнизона были чисто братс­
кие, как были они на окраинах, и, особенно, в Туркестане,
на Кавказе и на Дальнем Востоке; полковник М ихайлов, бо­
левш ий теми же заботами и заинтересовавш ийся, что это де­
лается, охотно предоставил ш рапнельные стаканы , и через
неделю загудела, затрещ ала изобретенная и слаж енная Поро­
тиковым зернодробилка.
Но войсковой старш ина Осипов на этом не остановился.
Вскоре он порадовал меня:
- Я уговорил нашего нового подрядчика, Нурмаметова, с
этой весны сеять, специально для полка, в нужном количе­
стве, овёс, вам остаётся только подписать контракт, - сказал
он мне.
С сентября лошади полка стали получать овсяную дачу, и
мы забыли про колики.
В январе, когда была закончена и утверждена смета, и мы
оказались хозяевами приличных полковых сумм, мы говори­
ли с Осиповым о том, что на них сделать для полка. Выписка
приборов для обучения стрельбе, гимнастических снарядов,
устройство стрельбища с показкой пуль без вызова махаль­
ных, покупка призов для различных состязаний, приобрете­
ние нового инструмента хорового и фанфар - предмет стольких
мечтаний молодежи! - всё это было просто и возможно, но
была другая забота. К ак и где мыться казакам в лагере?
Гарнизонный лагерь был на Тыш канском плоскогорье, у под-

156
н о ж и я в ел и ч ес тв ен н ы х сн его вы х А л а т а у с с к и х гор, на
двухвёрстной высоте. Через лагерь шумно неслась малень­
к ая порож истая речка Т ы ш канка, со студёной ледниковой
водой.
Устроить баню? Но откуда брать топливо? В Туркестане
топят сухим саксаулом, очень дорогим. Уголь и дрова ещё
того дороже. Очевидно - невозможно... Но Сибирские каза­
ки, видя мою настойчивость в этом вопросе,*подумали, и при­
думали. Было решено сделать отвод от Ты ш канки и направить
часть её вод в громадный - пять на пять саж ень - деревянный
бассейн, утверждённый на ш естиарш инных столбах. Дно бас­
сейна было сделано двойное - нижнее было в множестве ма­
леньких дырочек, как сито, верхнее сплошное. Утром, когда
казаки уходили на ученье, задвигалось верхнее дно и вода
наполняла бассейн. Горное солнце ко времени возвращ ения
казаков с учения нагревало воду до 16-18 градусов. Когда
казаки возвращ ались с ученья, верхнее дно отодвигалось и из
бассейна лил сплошной тёплый душ. До пятидесяти казаков
могли мыться одновременно в этом непрерывном душе. Пол­
ковой врач Белевич, сначала скептически отнёсшийся к этой
выдумке, был потом в восторге от такого купания.
Осенью 1913-го года в Верном была объявлена областная
выставка. Примерно, в январе получили от Военного Губер­
натора Семиреченской области и Командующего войсками,
моего прямого начальника, генерал-лейтенанта М.А.Фольба-
ума, официальное письмо, в котором он предлагал вверенному
мне полку принять участие в выставке.
Я собрал г.г. офицеров, прочитал им письмо. Задум а­
лись. Ну, пош лём на вы ставку ко е-каки х оф ицерских ло­
ш адей - в полку были прекрасны е кровны е лош ади, - так
это не то... лош ади «российские», приведённые из Москвы
и с Кавказа. Надо дать своё, Сибирского казачьего полка. Но
ведь полк-то учится, служ ит, воюет, когда надо, но ничего не
производит. И вот тут-то и должен был я услыш ать это «не­
возможно». Но офицеры молчали. Тогда я рассказал, как в
бытность мою в Офицерской Кавалерийской Ш коле, образцо­
вая учебная кузница Ш колы изготовила крош ечные модели
всех видов подков и ковочного инструмента и поднесла их
Государю, Наследнику Цесаревичу.
Лица войсковых старшин Осипова и Первушина оживились.
- Что же, попробуем и м ы ... Поговорим с кузнецами.
Разговор этот за кипучей полковой работой как-то поза­
былся. Я отписал генералу Фольбауму, что предложение уча­
ствовать на выставке «принято к сведению» и что полк «по­
старается» что-нибудь прислать. М.А.Фольбаум и сам, веро­
ятно, отлично понимал, что ж е такое, в самом деле, может
выставить полк?..
Уже летом, в лагере, прихожу как-то в канцелярию , а там
меня ожидают оба мои помощ ника и полковые кузнецы. На
столе стоит прекрасно сработанный полированный дубовый
ящ и к со стеклом и в нём, на черном бархате, разложены:
маленькая наковальня, молотки, щ ипцы, зубила, мех, раш ­
пили, расчистки, копытные ножи - словом, весь кузнечный
ковочный инструмент, а кругом, на м аленьких гвоздиках,
повешено тридцать шесть крош ечных подков в одну восьмую
натуральной величины: обыкновенные летние, зимние с раз­
личного вида ш ипами, скаковые, для лошадей с порочными
копытами - словом, весь комплект, как то указано в «Настав­
лении для ковки лошадей». И все - прямо ю велирная рабо­
та!.. И тут ничего невозможного не оказалось. Этот ящ и к
имел большой успех на выставке, и кузница получила ме­
даль.
В декабре 1912 года в Китае произошла револю ция. По­
мню, ночью, в первый день Рождества Христова, я проснулся
от далёкого гула, - нето от орудийной пальбы, нето от боль­
шого взрыва. Я сначала подумал, не землетрясение ли это?
Но всё было тихо в Д ж аркенте. Гул взрыва прокатился и
смолк.
Утром «пантофельная почта», особенно быстрая в азиатс­
кой пустыне, принесла известие, что в Курэ, это - крепость
подле города Суйдуна, верстах в 87 от Д ж аркента, - идёт
резня между маньчжурами и китайцам и. Вскоре появились
и первы е «беженцы» из К и тая. Они были зад ер ж ан ы и
допрошены. Толком они ничего показать не могли, ибо выш ­
ли из К итая до «событий».
После полудня, по летучей почте, пришло донесение от
офицера, находившегося с полусотней 2-го Сибирского каза­
чьего полка в Суйдуне. Офицер сообщал, что ночью войска
Ян-Ту-Линя, войска нового К итая, не носившие кос, напали
с артиллерией на ямы нь (присутственные места) крепости
Курэ, взяли их, что в городе была резня и что Суйдунский
дзянь-дзю нь (губернатор) взорвался.
К вечеру приш ла телеграмма от консула в Кульдже, кото­
рой тот просил на всякий случай помощи и усиления его
консульского конвоя. Я был в это время временно командую­
щ им Сибирской казачьей отдельной бригадой и начальником
гарнизона города Д ж аркента. Я немедленно, еще утром, до­
нёс обо всём шифрованной телеграммой генералу Фольбауму
и главнокомандую щ ему войсками Туркестанского военного
округа генералу Самсонову. Частям же гарнизона приказал -
быть в полной готовности к немедленному выступлению. Это,
впрочем, было излиш ним - войска Д ж аркентского гарнизо­
на часты ми тревогами днем и ночью были приучены генера­
лом Калитиным быть всегда начеку.
26-е число прошло в ожидании дальнейш их донесений и
распоряж ений свыше. 27-го, когда я пришел в штаб брига­
ды, я застал чинов штаба за расш ифровкой телеграммы, по­
лученной из Таш кента, от генерала Самсонова... «В Китае
революция! - значилось в телеграмме. - Немедленно выш ли­
те две сотни с пулемётной командой в К ульдж у, для охраны
русских подданных»...
На Кульдж инском тракте, на самой китайской границе, в
селении Хоргос стояли 3-я и 5-я сотни Сибирского полка. Я
вызвал к себе по телефону командира 2-го Сибирского полка,
полковника Бурова. Он явился ко мне вместе с войсковым
старш иной Ш мониным. Я передал им приказание немедленно
двинуть сотни из Хогоса на Кульджу, пулемётной команде
сейчас ж е выступить на соединение с этими сотнями. Буров
молчал. Ш монин посмотрел на меня мрачно и проговорил:
- Известно ли Вам, г-н полковник, что в Суйдуне, на на­
шем пути, стоит пехотная дивизия нового образования Ян
Ту-Лина?
- Да, известно.

159
- Если эта дивизия преградит мне путь?
- Вы её отбросите.
- Если у меня для этого будет недостаточно сил?
- Вы мне донесёте по гелиографу, и я приду со своим
полком, а если надо, то и стрелками (21-м Туркестанским
стрелковым полком) и артиллерией.
Полномочий на это я не имел, но уже и я заразился от
моих казаков тем же духом, что ничего невозможного не мо­
ж ет быть.
- Может быть, г-н полковник, вы мне всё это дадите пись­
менно, в предписании?
Это мне было вполне понятно: боя войсковой старш ина
Ш монин не боялся, но ответственности за бой опасался. Тут
ведь уже было не одно военное министерство, но не дай Бог
попасть на зубок министерству иностранных дел или, еще
того хуже, - Государственной Думе, где могли найтись люди,
которым интересы китайской революции станут дороже ин­
тересов и самой ж изни русских подданных в Китае.
- Охотно. Снаряжайте пулемёты и, как будете готовы, за­
езж айте в канцелярию - предписание вам будет дано.
На бланке начальника бригады я собственноручно и со
всеми точками над «и» написал войсковому старш ине Шмо-
нину боевой приказ.
Он пришёл ко мне в походном снаряж ении, тяж ёлы й и
грузный, в теплом, наваченном пальто. Он угрюмо прочитал
предписание, радостно улыбнулся и сказал:
- Весьма благодарен вам, г-н полковник. Гора с плеч. На
другой день я получил донесение от Ш монина, что он рано
утром подошел к Суйдуну, где был встречен помощ ником
градоначальника, фудутуном Джан-Тай. Дж ан-Тай умолял
Ш монина повернуть обратно, говорил, что не может быть того,
чтобы русские войска вошли в Китай, так как никакой войны
между Россией и Китаем нет. Он говорил, что, если русские
пройдут Суйдун и займут Кульджу, - он «потеряет лицо».
Шмонин был непреклонен, и продолжал движение мимо Суй-
дуна. Тогда Джан-Тай стал просить Ш монина заехать к нему
и принять «дастархан» (чай со сладостями), «чтобы наши по­
думали, что это я пригласил вас, к ак своих друзей...» Шмо-

160
нин скомандовал: «рысью!» - и провёл свой отряд мимо огор­
чённого Джан-Тая.
Вечером того же дня Ш монин вошел, без всякого сопро­
тивления со стороны китайцев, в Кульджу. Там по всем ули­
цам были развешены русские флаги и всё население востор­
женно приветствовало казаков.
Кульдж а была занята. В ней стал дивизион 2-го Сибирс­
кого казачьего полка с четырьмя пулемётами, - войскового
старш ины М ихайлова-2-го, сменивш его Ш монина. Стояла
суровая зима, и было ясно, что К ульдж а занимается нами
надолго.
Войсковой старш ина Михайлов-2-й написал мне, что сто­
ять, не имея теплых квартир «невозможно», но просил хода­
тайствовать об отпуске 20-ти тысяч рублей, на которые он
сам с казакам и хотел построить казармы . Город безвозмездно
отводил для того участок земли.
В феврале я уж е осматривал прекрасные казарм ы , постро­
енные М ихайловым. Светлые, тёплые, просторные, со своею
баней, с механической прачечной, с коню ш нями, с пулемёт­
ными сараями, они были лучш е наш их Д ж аркентских, а стро­
ились без инженеров, без подрядчиков и обошлись до сме­
шного дёшево - двадцать тысяч рублей - один м атериал...
На этом преодолении «невозможного» я и закончу, ибо
бесконечна вереница случаев проявления находчивости, ума,
воли и трудолюбия, словом - природного гения Сибирского
казака, какую мне пришлось наблюдать за время тесного с
ним сожительства и общей службы Государю и Родине!

* * *
Немудрено, что, уничтож ая Россию, больш евики самое
большое внимание обратили на уничтожение казаков.
Сибирские казак и не признали советской власти. В ар­
мии адмирала К олчака, в отрядах К аппеля, Семёнова, Ан­
ненкова они дрались до последнего, и лиш ь небольшие ос­
татки их осели на Дальнем Востоке. И те, кого я знал и с
кем работал, и служ ил, почти все погибли.
Н ачальник Отдельной Сибирской Казачьей Бригады, впос-

6. Зак. 0060
ледствии командир 1-го К авказского Армейского Корпуса,
генерал П .П .К алитин умер в нищете в П ариж е, лиш ь в пос­
ледние дни своей ж изни пригретый в Русском Доме княги ­
ни Мещерской и там, на Русском кладбищ е, и похоронен­
ный. Замучен и убит большевиками герой Ардаганского дела
генерал Раддац; полковник Буров умер в Корее, где его при­
ютили его бывшие офицеры. Расстрелян большевиками в Се­
м ипалатинске «атаман» А нненков, обманом заманенный в
Монголию полковником Гущиным; убит большевиками геор­
гиевский кавалер, главный герой Ардагана, есаул Волков, уби­
ты Калмыков, Первушин, Красильников, Самсонов... Листая
списки офицеров бригады моего времени, как похоронным зво­
ном отзваниваешь: «убит»... «расстрелян»... «замучен»...
Под корень уничтожаю т больш евики, злейш ие враги Рос­
сии, Сибирское Казачье Войско.

И никогда не уничтожат!..
Коммунизм умрёт - Россия не умрёт!..

«Сибирский К азак. 1582-1932 гг.»


Юбилейный сборник Сибирского Казачьего Войска.
г.Харбин (Китай), 1934 год.
Селлиреченские
казаки

П роезж ая по Семиречью, как часто удивляеш ься его пус­


тынности и бесплодию. То горы-исполины, созданные из скал,
осыпанных песком и кам ням и, то пески, пески на десятки
вёрст, то уны лая бесплодная степь, орошённая лиш ь потока­
ми снеговой воды, степь, ж изнь которой - одна весна. Зацве­
тёт степными тю льпанами, покроется ковром цветов эта степь
и, точно устыдивш ись блеска своего и своей красоты, сейчас
ж е завянет, поблекнет, выгорит, станет коричневато-бурой.
Бродят по ней, бесплодной уже, табуны киргизских лош а­
дей, стада верблюдов, да овцы и козы дощипывают всё то, что
оставили им быки и лошади. Но степи редкие посёлки: Ка­
занско-Богородское, Верный, Любовная, Н иколаевский, Илий-
ски й, там дальш е К опал, Голубевская, Д ж аркен т, П рж е-
вальск... Это русские и казаки настроили здесь дома, поста­
вили церкви, провели воду из реки, оросили почву, насадили
сады и ... живут.
Переселенцы - м уж ики и казаки. Вон мелькнули за огра­
дой малиновые лампасы, мохнатая папаха; вот на снегу под­
ле ш колы врыта гимнастика; вот проскакал в форменной ш и­
нели и фураж ке при ш аш ке здоровый мужчина.
- Кто это? - спросили вы.
- Семирек... - коротко ответят вам.
Кость от кости, плоть от плоти сибирского казака, се-
миреченский брат его здоровее, сильнее, предприимчивее,
более казак. Под голубым небом Семиречья, под жгучим лет­
ним солнцем, при недолгой зиме и отсутствии жестоких мо­
розов, сёмиреченского казака потянуло вверх, раздало вширь.
Притом, на новые места, в вечную борьбу с природой, в обстанов­

6* 163
ку постоянной опасности, естественно, шло самое сильное,
боевое и воинственное1.
М аленькое войско, выставляю щ ее в мирное время всего
один полк в четыре сотни, оно сыграло громадную роль в
ж изни и истории этого края, сыграло совершенно незаметно
и бескорыстно.
Бросьте мысленный свой взор на двести лет назад, что
было в этих самых степях. Больш ая, Средняя и М алая Орды
киргиз-кайсаков сходились здесь краям и своих кочевий. Там,
где-то далеко-далеко, на Каспийском море, кончалось влады­
чество Российского Императора, и А страхань, и Гурьев были
базами походов в степь. Отважные русские купцы с карава­
нами товаров устремлялись в Хиву и Бухару, привозили отту­
да различные ш али и ковры, везли ш елка и пряности, и вме­
сте с товарами везли страш ные рассказы о русских пленных,
о русских рабах и рабынях, том ящ ихся в Хиве и Бухаре.
Прочтите «Историю завоевания Средней Азии» генерал-лей­
тенанта Терентьева, и вы увидите, сколько ужаса, сколько
позора русского, сколько крови и костей русских людей скры­
вают эти унылые пески, эти степи и горы Средней Азии. Без
малого два века - от Бековича при Петре и Перовского при
Н иколае I - до времён ныне благополучно царствую щ его
Государя Императора здесь ш ла кровавая борьба за право
жизни в этом крае... Можем ли мы сказать, что она окончи­
лась?
Уныло звенит колокольчик под дугою. По этим пескам,
занесённым снегом, по этим вдруг забуш евавш им рекам и
речуш кам, взломавшим лёд и бурными потоками несущимся
по необозримой пустыне, мы идём шагом. Уже давно скры­
лось солнце за далёкие горы, и яркие звёзды трепетным мер­
цанием освещают наш путь. Полна дивной тайны звёздная
сказка ночи пустыни...
Мы едем пять, шесть часов шагом, не встречая ж илья,

1 Семиреченское войско образовалось первоначально в 1867 году


выделением в него целиком 9-го и 10-го полковых округов Сибирского
войска; потом оно пополнялось желающими остаться в Семиречье сибир­
скими казаками и отчасти поселенцами.

164
едем под шепот ночи, под тихий шелест невидимых ручьёв.
И вот в низине одинокий огонёк. Две, три постройки станци­
онного двора, староста, два-три русских лица и десяток ям-
щ иков-киргизов.
- Они кроткие, эти киргизы , - говорят нам.
Веред нами тёмно-бурое лицо, приплюснутый нос, узкие,
косые глаза, ж алкая растительность на лице. Он весь заш ит в
кожу. Он помогает уложить вещи, он смазывает колёса таран­
таса, он приводит тройку унылых, заморенных лошадёнок,
приносит звенящую дугу, ещё минута - и кругом нас опять
таинственное мерцание звёзд пустыни, звенящ ая тиш ина вол­
шебной ночи да тихий звон уставших колокольцев. И на всём
этом мире вас только двое: вы - спящ ий безоружный пасса­
ж ир, заваленный подушками и тю фяками, и ваш возница.
Иногда так едет с ярмарки «ухарь-купец», везёт десятки ты­
сяч; иногда едет одинокая девушка, учительница, гувернант­
ка, кончивш ая столичный институт офицерская дочка.
Они кроткие - эти киргизы ...
Тпру!.. Вы стоите над бездной. Под ногами бушующий
между льдин и снегов поток. Медленно слезает ям щ ик, мед­
ленно отстёгивает пристяж ку, садится на неё и исчезает в
ночной темноте. Вы одни теперь в мёртвой пустыне. Я мщ ик-
киргиз в размытой дороге ищет вам переправу. Проходит пять
минут и он возвращ ается, промокш ий, прыгает в грязь, при­
стёгивает пристяж ку, и вы проделываете с тарантасом италь­
янские спуски и подъёмы. К ряхтит тарантас, прыгая с ар­
шинного обрыва в кип ящ ий ручей, ш елестит колёсами по
каменистому дну и под ободрительные крики ямщ ика-кир-
гиза влезает на обрыв.
Они - кроткие, эти киргизы .
И вы вспоминаете то, что было сорок, пятьдесят лет тому
назад; перед вами кровавый день Узуц-Дгдчского^боя и под­
виг Колпаковского с Семиреченскими казаками. В ваших ушах
бойким напевом звучат слова полкового марш а 1-го Сибирс­
кого казачьего полка:

„.Как сибирский б ур а н ,
П ри скакал ат ам ан ,
А за ним есаулы лихие.
- И на эт у орду
Я вас сам поведу ,
А за мною пойдут есаулы...

Вы вспоминаете пленных русских у хивинцев, вы вспо­


минаете вырезанные посёлки, и кровь русских ж енщ ин и
детей проступает из песков пустыни. Здесь ш ла борьба с эти­
ми самыми киргизами, здесь изменнически резали карава­
ны, здесь дрались целыми днями, обороняясь за положенны­
ми в круг лошадьми. И теперь, в 1912 году, в прошлом, в
позапрошлом годах, нет-нет, да и народится в народе вздор­
ная молва: киргиз волнуется, и население одиноких посёл­
ков и станиц вдруг начинает вспоминать киргизскую резню,
дунганскую резню, восстание таранчей. Не бои, не сраж е­
ния, не блестящие походы и атаки, не марш и-манёвры, за
которые дают кресты и знамена, а резню в тёмных саклях,
потоки чёрной крови, свирепые лица азиатов, кривые ножи,
одинокие выстрелы вестовой пуш ки и безмолвие пустыни...
Возникнут эти слухи, прокатятся от посёлка к посёлку,
от заимки к заимке, к ак катится «перекати поле» осенью,
гонимый степным ветром, и зам олкнут...
Теперь не посмеют...
___ Почему не посмеют? _
«А на что ж е у нас кругом казаки!» - говорит тот самый
поселенец, который не давал вчера казаку напоить лошадь и
бегал ж аловаться полицейскому за взятую охапку ничего не
стоящего сена. ---------- -— ------------------- -----------<
^ 'Т о л ь к о в России,~да, пожалуй, в степях южной А м ерики1
есть такое особенное поселённое войско, которое одним при­
сутствием своим держит эту орду в страхе и повиновении^__ ^
прошлых* главах я рисовал... печальную, безотрадную
картину кочёвки сибирских казаков из полков на льготу и со
льготы в полк. Идут с офицерами их ж ёны, везут и малень­
ких детей. Бывает, что в степи эти дети умирают, и нет до­
сок, чтобы сколотить гробик, и нет свящ енника, чтобы от-

1 Если разуметь под казаками Америки вооружённых фермеров.

166
петь, и их хоронят в песке, наваливаю т груды камней, и на
каждом биваке проторенного пути из Сибири в Семиречье вы
найдёте такие могилы, одинокие казачьи могилы степной
пусты н и...
Эти кочёвки - это подвиг, и подвиг далеко не бесплод­
ный. Каждое лето, каждую осень через суровую пустыню мимо
становищ киргизов, мимо их ды м ящ ихся юрт идут казачьи
сотни. По всем направлениям от Н арына и Бахтов, от Джар-
кента и Алтын-Емельского перевала проходят здоровые, заго­
релые, властные люди, идёт сила русская, и страх охватыва­
ет киргизское население, и оно вспоминает жестокие каза­
чьи расправы.
Не солдаты, не гарнизоны пехоты и артиллерия, но имен­
но казаки , эти вооружённые кочевники, держ ат в руках орды
и делают киргизов кротким и. И когда за переселенческой
волной проходят в киргизах тёмные слухи, что от них отни­
мут их землю и отдадут русским, и тёмные лица туманятся,
и жестоким огнём загораются косые глаза, и в мутной памя­
ти киргиза встают легенды дикой резни, потоков крови не­
верных, вдруг в мирную станицу семиреков приходит при­
каз, и оттуда, где ничего не было, выезж ает сотня «казаков
усачей», сверкают на солнце копья пик, горят огнём ш аш ки,
и идёт лихая рубка и дж игитовка, а потом с манёвром или
песнями пройдут по окрестным кочевьям.
И потухают сердитым огнём горевшие глаза и недобрые
разговоры сменяю тся мусульманской покорностью. Да будет
так!
По приказу военного губернатора Семиреченской облас­
ти и в поселенческих, м уж иц ких посёлках из запасных сол­
дат стали образовываться друж ины . Идёт повторение сол­
датской науки и здесь, в этом краю , это повторение во мно­
гих местах уж е делается охотно, потому что каж ды й отлично
понимает, что без оруж ия, без вооружённой силы здесь не
прож ивёш ь.
Если в Европейской России казачество понемногу утра­
чивает, своё значение вооружённого оплота и под напором
левы х партий и организаций постепенно «расказачивается»,
если на Дону доходят уже до создания смешанного иного-
роднего с казакам и земства и сдают постепенно позицию за
позицией под влиянием левых учений, то здесь казачество
стоит прочным сплотом русской границы и русского посе­
ления, стоит так, как некогда стояли донские к азак и , за­
щ ищ ая Русь от татар.
Молодое Семиреченское войско за походы и подвиги с
1855 по 1867 год уже заслуж ило себе георгиевское знам я
(1903 г.), но нет у него грамот, утверж даю щ их за ним его
земли от края и до края; оно ж ивёт до сих пор не обеспечен­
ное землёю, не уверенное в своей будущности. П ереселенцы
идут толпами; для них работает зем леустроительная комис­
сия и переселенческие чиновники отхватываю т под них всё
лучш ие и лучш ие участки. Долго просили семиреченские
атаманы позаботиться о к азак ах , и вот на днях этому делу
положено начало. Ассигнованы суммы на организацию зем-
лемерческих работ. Но уж е поздно. Те, кто там, в далёком
Петербурге, смотрел на карту Семиречья, те видели громад­
ную площ адь земли, вспоминая нарядны е фотографии Ис-
сыкского озера и красоту А лмаатинского ущ елья, и думали,
что всё Семиречье таково. Они не знали, что многие из этих
вью щ ихся на сотни вёрст гор - только груды камней и пес­
ка, без при знака растительности; они не знали, что сама
река И ли течёт по бесплодной пока песчаной пустыне и что
вдоль её берегов нет ни одного дерева. Они не знали, что по
Семиречью можно селиться только ж и л кам и , по плодород­
ным пластам, где возможно провести воду. А к азак и растут.
К аж ды й год часть сибиряков, привлечённых теплом, про­
сятся устроиться здесь навсегда, перейти «в Семиреки»; к аж ­
дый год подрастает молодёжь и требует паевого надела. Увы -
новые станицы малоземельны, увы! У частки казаков начи­
нают страдать черезполосицей и во вновь образуемых стани­
цах некоторые полосы отойдут от станиц и посёлков на де­
сятки вёрст.
Чем виновато это доблестное войско, что дела его и подви­
ги были совершены так далеко от центра России? И когда
донцы за усмирение П угачёвщ ины получили драгоценные
грамоты, утверждаю щ ие на веки веков земли, их отцами за­
нятые, когда Бородино, Лейпциг, П ариж , Севастополь, ус­

168
мирение всероссийской П угачёвщ ины 1905 года утвердили
за ними и подтвердили эту старую грамоту М атушки Екате­
рины, чем виноваты Семиреки, что их дела, славные и сме­
лые, их смерть были в далёкой пустыне? Разве русское дело
только тогда важно, когда оно коснётся самой Москвы? Не ту
же ли Москву, не то же ли русское имя кровью отстаивали
семиреченские казаки , когда умирали под Узун-А гачем, дра­
лись под Хивою и в Фергане, когда усмиряли и беспощадно
били дикие орды, делая киргизов покорными?..
В своё время в сумятице вновь образуемого края о них
позабыли. Позабыли дать им бумагу, грамоту на земли. С
тоскою смотрит семиреченский казак на быстро льющуюся
струю переселенчества, он видит, как уходят из-под него луч­
шие и лучш ие участки, и атаман его ищет и хлопочет об этой
бумаге, которая воздала бы должное терпеливой борьбе с при­
родой, кровавым «резням», усмирению этого и по сие время
полного возможных случайностей края и утвердила бы за ним
навеки все спорные зем ли...
Рядом сейчас неспокойно.
Там идёт анархия. Из сбивчивых телеграмм и консульс­
ких донесений, из разведки ж ивущ их там казаков, вы знае­
те, что там в кровавых м уках рождается китай ская республи­
ка, что тот порядок и относительная безопасность, которые
там существуют, держ атся лиш ь одним лицом - Ян-Ту-Ли-
ном; этот кипящ ий котёл готов вот-вот перебрызнуть горя­
чую пену свою за тихую речку Хогоску и повторить уже в
русских пределах былые резни таранчанами дунган и дунга­
нами таранчей. На смену Российскому Своду Законов вот-вот
готово придти право сильного, право кривого ножа и сечки
для клевера. Согласно это или не согласно с соображениями
дипломатического характера, будет коситься на это западная
Европа или нет, нам придётся, вероятно, в скором времени
властною, вооружённою рукою остановить кровавый разгром
богатого края. Есть закон, по которому два государства, слиш ­
ком различные по культуре своей, не могут существовать ря­
дом. Тихий и мирный порядок Семиречья не может быть ря­
дом с разгулом страстей разноплемённого конгломерата на­
родностей, борющихся за право жизни.

1/2 6. Зак. 0060 169


И вот здесь-то оплотом и должно стать доблестное войско
Семиреченское. Это авангард России, это на границе с воз­
рождаю щ имся или догнивающим китайским государством то,
чем были донцы на Дону и Кубани, терцы на Тереке, ураль­
цы, оренбуржцы и сибиряки на унылой «линии». К ак встарь,
ж ёлтая опасность повторения татарского ига уш ла в область
тяж ёлы х преданий под напором казачьих набегов, раствори­
лась под натиском казачьих поселений, так та ж ёлтая опас­
ность, которую пророчит нам грозное будущее, разобьётся о
груди казачьи, исчезнет, растворивш ись в станицах и горо­
дках семиреченских, сибирских и забайкальских казаков.
Но войско должно иметь землю, много зем ли...

«Русский Инвалид » ,
г.С-Петербург (Россия),
№ 33, 1912 год.
Иркутские казаки

Не помню, кто доказы вал, что те чудеса, которые делали


казаки в эпоху наполеоновских войн, в настоящ ее время не­
мыслимы. М аленькие казачьи лош адки неспособны на шок,
и сами изведутся гораздо скорее, нежели изведут противни­
ка, сидящего на кровных пятиверш ковых лош адях. П ризна­
юсь, тогда же мне было больно сознавать, что казачество от­
ж ивает свой век и что недалеко то время, когда будут упраз­
днены, как упразднены стрельцы, потом гусары, уланы и
многие другие разновидности нашего войска. И мне казалось -
нет ли тут ош ибки, нет ли увлечения красотой больших ло­
ш адей, нет ли пристрастия к сраж ению , разыгрываемому
на ровной местности, слагаю щ емуся из ряда столкновений
линии на линию . К азак создан для одиночного боя, ж изнь
его на коне и в степи приучила его к седлу, и в седле казак
прочнее и увертливее, нежели регулярный и тем более ино­
земный кавалерист. И мне опять слыш ались возраж ения -
казаки отж или свое время, и теперь уже нет тех людей, ко­
торые сроднились бы с лошадью.
Такие мысли неотступно лезли мне в голову, когда в хо­
лодный сентябрьский день, на грязном иркутском извозчике
я ехал по размытой черноземной дороге, направляясь к заим­
ке Ш адрина.
И ркутская конн о-казачья сотня состоит из иркутски х
казаков - потомков бывшего здесь когда-то городового пол­
ка. Ввиду малочисленности их они не ж ивут по станицам,
но во время своего свободного пребывания приписаны к сель­
ским обществам И ркутской губернии, подчинены старостам,
старш инам и прочим деревенским властям, и совершенно сме­
ш ались с русским населением. Долговременное пребывание
их среди бурятов и приискового бродяжнического люда, тя­
ж елая ж изнь среди таежной глуш и отозвались на их типе, и

1/2 6' 171


половина казаков носит, несомненно, в себе немалую при­
месь монгольской крови.
Войско, состоящее в мирное время из одной сотни, в воен­
ное время из полка шестисотенного состава, затерявш ееся и
находящ ееся накануне реорганизации, принадлеж ит к чис­
лу любопытных явлений нашей мало исследованной, ж иву­
щей больше на основании традиции казацкой ж изни. И ркут­
ские казаки служат через два года в третий по году. Прихо­
дит казак на службу в марте месяце и к марту следующего
года он уже увольняется домой на два года, а через два года -
он снова должен явиться на службу, опять на год. Но, подоб­
но тому, как это сделано в Уральском казачьем войске, иркут­
ские казаки могут выставлять вместо себя наемников из ка­
заков же, и, каж ется, это ими широко практикуется. При
подобных условиях службы весьма трудно подготовить в сот­
не же хороший кадр урядников и приходится довольствоваться
непродолжительным их обучением. Больш им подспорьем яв­
ляется для сотни то, что многие казаки, окончив год службы,
сейчас же нанимаются на службу вновь и таким образом ос­
таются на второй, третий, а иногда и больший срок службы.
Однако, состав иркутской сотни, виденный мною, был моло­
ж ав, без усов и бороды, худощав, стрижен по-солдатски, под
гребенку. И ркутская сотня, составляя с резервным батальо­
ном, ю нкерским училищ ем и дисциплинарной ротой гарни­
зон города Иркутска, несет в нем службу кавалерии на совмест­
ных учениях, полицейско-разъездную, отправляет команды
на прииски для предотвращения там беспорядков, сопровож­
дает партии арестантов и несет службу в гарнизоне. Очевид­
но, на ученья времени остается немного. В подобных ж е, ис­
ключительных, условиях комплектования и службы находится
еще Красноярская казачья сотня...

Всё это было мне известно, когда я проезжал по предмес­


тью города и шагом на усталой лошади направлялся в гору по
плохой черноземной дороге, мимо густых зарослей мелкого
березняка. Вдали на горах виднелись высокие деревья тайги,
справа, с Б айкала, леденящ ий ветер нес обрывки черных туч.
Вот показались бараки лагеря резервного батальона и учили­
ща, сад сзади них, вот довольно высокий соломенный барьер,
павильон, украш енны й ф лагами и зеленью для скачек, за
ним чистое поле...
- Да где же они? - проворчал извозчик, буланая лошаден­
ка которого совсем выбилась из сил.
Я оглянул поле. П ривычный глаз тотчас заметил тонкую
черточку развернутого строя сотни. Я бросил извозчика и
пешком подошел поближе. Только что было дано «вольно,
оправиться». М аленькие разномастные, но подобранные по
взводам лош адки, с косматыми громадными гривами, сто­
яли , опустив головы, и ф ы ркали. М аленькие глазки их сер­
дито косились по сторонам. К азаки в ф ураж ках с желтыми
околыш ами и с козы рькам и, надетыми на заты лок, и в теп­
луш ках без погон выглядели вольными наездниками. Фронт
был низок вследствие мелкорослости лошадей, и четвертый
взвод на белых лош адях с затесавш ейся между ними буланой
резал глаз ярким пятном ... Но эта разношерстность конского
состава, мелкорослость его, некрасивая обмундировка выку­
пались бравым видом людей, чистым равнением, всем напря­
женным, подтянутым видом сотни. Словом, впечатление было
выгодное для сотни, грозное, мелкорослость не была так за­
метна.
Сотенный командир производил учение, видимо, доволь­
ный тем, что есть собрат по оружию, которому можно пока­
зать труды многих лет, с которым можно поговорить о темпе,
о направлении, о равнении, о лаве, словом, о всём том, о чём
любят поговорить преданные своему делу военные лю ди...
Он увидел меня, подъехал, познакомил с офицерами и,
предложив стать на горке, попросил для его практики изоб­
разить начальство.
П ять тысяч верст разделяли шадринскую заимку от крас­
носельского военного поля. П авильон, увитый зеленью, был
вместо Царского валика, а вместо новопурского леса таинствен­
но чернела угрюмая тайга. Было скользско на поле, едва по­
крытом затоптанной осенней травой, тучки с дождем налета­
ли, кропили нас и уходили... Я был в сибирской глуш и, воз­
ле таинственного Б айкала, а предо мною всё делалось так же,
как не раз видел я, да и сам делывал, на военном поле. Та же

173
программа, рекомендованная «Наставлением для ведения заня­
тий в кавалерии», тот же темп рыси, тот ж е мах намета...
Может быть, не так изящ ны были сигналы, подаваемые тру­
бачом, старая сибирская труба басила; не так точно, в одну
секунду, подымались сибирские м аш таки в намет, но впе­
чатление строя было столь стройное, что забывалось, что это
Сибирь, что это часть, которая редко бывает в сборе, что тут
нет соседей, у которых можно позаимствовать сноровки, по­
учиться приемам.
Но всё это было знакомое... И вот развернулась в немую,
рассыпалась на звенья лава... Нет, иркутские таежные каза­
ки лиш е виденных мною донцев и уральцев. Их крош ечные,
но сильные и мощные лош адки, словно маленькие свинцо­
вые ш арики, катились по полю. Карьер короткий, частый,
но быстрый, необыкновенно увертливый и грозный. Много
слыш ал я о монгольских лош адях чудес, но, поклонник чис­
токровной, я считал эти чудеса обычными россказнями путе­
шественников. Теперь я сам видел. Да - они делают версту в
целых две минуты, но зато на этой версте они увертливы и
поворотливы, как заяц, в сравнении с более быстрой, но ме­
нее ловкой борзой. Эта атака не опрокинет, не сшибет несу­
щуюся стройную конницу, но она озадачит ее своими быст­
рыми и непонятными действиями. Почти час носилась сотня
по полю, не сходя с карьера, то рассы паясь в лаву, то момен­
тально по знаку сбиваясь в тесные кучки м аленьких звень­
ев. И лош ади не были в поту. И вот лава рысью уш ла от
меня далеко, версты на полторы. Д линная цепь м аленьких
лош адок скры лась за холмом. И вот скачут на меня. Скачут
быстро, скачут маленькие, словно катятся по полю черные
ш арики... Стонет земля. Какой-то знак - секунда - и вот вся
сотня упала... Лошади всех семидесяти двух казаков и восьми
урядников с полного хода упали. Упали настолько одновремен­
но, что даже не разравнялись. Я знал этот фокус джигитовки,
я не раз видел, как долго крутилась лошадь, не ж елая падать
на месте и казак уговаривал ее, я считал этот номер возмож­
ным лиш ь для показа, как обыкновенный кондитерский кун­
штюк смотровой джигитовки, но так, как он был сделан в
иркутской сотне, - это уже был серьезный боевой прием. Ло­

174
шади легли так быстро, как - ложится пехота, когда раздается
в конце перебежки грозный оклик - «стой, ложись». Секунда,
и уже затарахтели выстрелы леж ащ их казаков. Замялись, к
великому негодованию командира, две лошади в третьем взво­
де... Две из восьми-десяти... Правильный огонь из-за поло­
женных лошадей разгорался по всей стрелковой линии. Лоша­
ди леж али, как убитые. Ни одна не вздохнула, ни одна не
дрогнула, не подняла готовы... Стрельба длилась долго. И вот
сотенный попал сигнал. Всё встрепенулось. Лошади вскочи­
ли - казаки уже на них: «за мной - на крест!»... Раздался
страш ный, особенный гик, какой-то дикий рев слыш ался в
нем. Тайга говорила, тайга ревела и гикала, и настоящ ая уг­
рюмая лесная тайга отвечала своим сынам дальним эхом. Уве­
ряю вас - шок был страшный, стремительный, тяж елы й...

И я вспомнил обычные, чуть свысока, отзывы о казаках


далекой Азии.
- Китайцев-то важно били, однако, - скаж ет кто-нибудь в
защ иту.
- Ну, что китайцы! К итайцы - это вздор...
Вообразим себе иностранную пехоту, в мундирах цвета
хаки. И ркутская лава летит на нее со страш ной скоростью.
П ехота бежит. Л ава близко... П ора... «Встать, в кучки, при­
м ы кай ш тыки»! Сумятица. Страшного огня пехотного нет,
но нет л авы ... Д линная черная цепь чуть ды м ится, и выст­
релы звероловов-охотников без промахов бьют кучки... «Шты­
ки долой! - стрелять»!.. - Нет стрелков, сверкнули ш аш ки, и
грозная с гиком несется лава...
«Фантазия!», слыш у я ... Я знаю, что для того, чтобы убе­
диться в том, что это не ф антазия, нужно видеть иркутскую
лаву, нужно видеть поразительную быстроту кладки этих ма­
леньких лохматых лош адок, с сердитыми, злыми глазам и...
Я видел потом оборону в кругу, видел дж игитовку, видел
сбор сотни на карьере - все это было европейское, наше, как
и у нас в Красном Селе. Одно было лучш е - всё и всегда
целились, и, говорят, на карьере редкий промахнется при
стрельбе боевым патроном по однофигурной миш ени...
Погода совсем испортилась. Я ехал верхом на маленькой
томской лошаденке, делясь впечатлениями с командиром и
офицерами. Сзади тенор выводит высоким голосом.

Ревела б уря , гром гуд ел ,


Во мраке молния бли ст ал а ,
И беспрерывно дождь ш ум ел ,
i f вет ры в дебрях буш евали .
Б таеж ных дебрях кам ы ш а ,
В стране суровой и угрю м ой ,
i f a низком бреге И рт ы ш а
Сидел Е рм ак , объятый дум ой ...

Мы ш ли проселком через деревню к помещ ению сотни.


К расивая кам енная часовня с образами хорошего письма сто­
яла между бревенчатых бараков. На дворе встретил дежур­
ный, внутри железные койки, крытые серыми одеялами, кух­
ня, сверкающая медью, ды мящ аяся ароматными щ ами, какие
не снились ни Деко, ни Метрополю, - иркутским ресторато­
рам, пробная порция на столе, конюшня с табличками имен
казаков на столбах, чисто вымытые полы, таблицы, портре­
ты ... Россия цивилизующ ая. Россия, несущая чувство долга и
дисциплины, глядела со стен, глядела из умных глаз худоща­
вого вахмистра и краснощекого дежурного. И приятно было
сознание, что ни сибирские холода, ни маленькие, до смеш­
ного, лош адки, ни удаленность от центра не ослабили власти
этого центра в маленькой военной семье. И, когда всё в Ир­
кутске туго воспринимает рвущ уюся на него по ж елезной
дороге цивилизацию , военный мир уже забрал переда и мощ­
но рвется вперед...

(Отрывок из книги «По Азии»),


г. Санкт-Петербургу 1903 год.
Идеальная бригада

Лейб-Гвардии К азачий и А таманский полки - два родных


брата, едва ли не близнецы. В один год, по мысли блестящ е­
го преобразователя юга России Потёмкина, родились они - и
оба были сынами Великой Екатерины.
И мператрица Екатерина в награду Донскому Войску за
его ничем непоколебимую верность и помощь, оказанную при
преследовании и пленении бунтовщ ика Емельки Пугачёва,
приказала выслать в 1775-м году в Москву 65 донских каза­
ков «самых лучш их и способнейш их в оборотах к азац к и х » .
Они долж ны были составить вместе с лейб-гусарским эска­
дроном, тогда ж е сф орм ированны м , почётны й конвой И м­
ператрицы . К азак и эти образовали Лейб-Гвардии К азачий
Эскадрон - развернувш ий ся вскоре в 4-эскадронны й Лейб-
Гвардии Казачий полк, где три эскадрона были Донские и
четвёртый Черноморский.
И 5-го мая того же 1775-го года, по мысли Донского А та­
мана А .И .И ловайского, в Черкасске был из молодых казаков
со всего Войска сформирован для постоянной службы 5-со-
тенный А таманский полк, который должен был быть «всегда
в особом присмотре у атамана и исправностью своею во всех
нуж дах Казацкой службы служ ить образцом для всех прочих
полков». В скором времени он развернулся в «тысячный»,
девятисотенный Войска Донского А таманский полк и стал
любимым детищем Донского Войска и его атаманов.
Одним - Царское Село, С.-Петербург и Гатчина, блестя­
щ ая придворная служба и близость к светлому солныш ку -
ясному уму Российскому - Екатерине Великой. Тонкость об­
ращ ения, красота мундира, великолепие выправки, столич­
ная, европейская выучка.
Другим - тихий Ч еркасск, заливаемый весенним полово­

177
дьем Дона, приволье Задонских степей и примитивные уче­
нья на грязной толоке.
Два брата: столичный гвардеец и степняк-провинциал с
домашними учителями в сытой станичной ж изни. Так и по­
ш ли они каж ды й своей дорогой, ищ а славы Российской, ле­
лея память о Тихом Доне, их породившем. Один по северным
краям , по западу Европы, другой по глухим приазиатским ,
Закубанским степям, по полям Молдавии и Валахии. Одному -
Голландская экспедиция и возня с забывш ими Бога «фран-
цузиш ками», Ш ведская война и Ф инляндские леса и скалы;
другому - поход на Индию - «в сторону Оренбурга», закон­
чивш ийся едва не трагически, у села Мечетнаго, стояние под
Рущ уком и Рассеватская победа над турецким Сераскиром-
пашою на Дунае.
Одним - блеск гвардии и близость к Трону, другим - свой
родной атаман - А .И .И ловайский, В.П.Орлов и Матвей Ива­
нович Платов.
Так и ш ли два родных брата, два любимых сына Донского
Войска, порознь, пока при Платове великие войны с Наполе­
оном их не сблизили.
Сблизили, но не соединили, и, если старш ий - лейб-ка-
зак, говорил, научивш ись в походах, по-французски и по-
немецки, младш ий свободно балакал по-турецки и по-кал-
мы цки.
В великую Отечественную войну и в Заграничны й поход
1812-13 и 14-го годов одним досталась работа с гвардейской
кавалерией, почётный конвой И мператора - Вильна июня
1812-го года и Вильна декабря того ж е года, первый выст­
рел по ф ранцузам на Н емане и первая над ними победа.
Яркий блеск атаки-молнии на Л ейпцигских полях 4-го октяб­
ря 1813 года, спасение И мператора и пораж ение непобеди­
мой конницы М арата.
Другим выпала тяж ёлая казачья доля: изматывание непри­
ятельской кавалерии казачьей лавой, бои с польскими улана­
ми у Корелич, Романева и Мира - бесконечные аванпосты,
сторожовки, прикрытие Русской Армии при отступлении к
Москве и неутомимое преследование неприятеля при отходе
Наполеона из Русских пределов. Осеннее зарево Тарутине-
кой победы. Тысяча с лиш ним Атаманцев встретила армию
дванадесяти язы ков ию льским вечером у Карелич - и лиш ь
150 проводило их в декабре за Неман. Остальные полегли на
полях Российских за Веру, Ц аря и Отечество...
Одним достался блестящ ий въезд в П ариж в сиянии мар­
товского дня и бивак на Елисейских полях у площади Согла­
сия, купанье коней в Сене; другим - сторожение Наполеона
у Фнтенебло и тесные биваки у ф ранцузских городков.
Л ейб-казаки получили георгиевский ш тандарт и серебря­
ные трубы с так много говорящей надписью: «За Лейпциг».
А таманцы - голубое знамя с изображением Спасителя, бла­
гословляющего на подвиг, Георгиевский бунчук и примеча­
тельны й приказ ви хря-атам ан а графа П латова, помеченный
10 ию ля 1815 года в городе П ариже.
Так и вошли эти два полка, два брата родные, два сына
Великой Екатерины в ж изнь Донского Войска, оба равно лю­
бимые и чтимые: один под именем «Лейб-Гвардейского», дру­
гой - «Атаманского» полков.

* * *

Отечественная, а потом П ерсидская война, привлекли вни­


мание и благодарную память И мператора Н иколая I к А та­
манскому полку и он 2 октября 1827 года пож аловал полку,
Ш ефа Н аследника Цесаревича А лександра Н иколаевича (Им­
ператор А лександр И). В Турецкую войну 1828 года под
Б раиловы м к азак и Н аследника взяли турецкий бунчук и
отправили свой трофей Августейш ему Ш ефу. Д есятилетний
Н аследник, ученик и воспитанник поэта Ж уковского, отве­
тил полку письмом-приветом, выраж енным следующими сти­
хами:
М ой храбры й полк , благодарю
За первый твой трофей победны й ,
Ты верен славе был последней ,
Ты делом угодил Ц арю !
Твой А т ам ан перед тобою
Ещ ё не может в бой лет ет ь ,
Н о может он уже душою

179
От дел от важ ных пламенеть.
Ещё он скры т от взоров свет а ,
Н а честь м ладенцев права нет ,
Но знает он , что дет ски лет а
Готовят честь грядущ их лет.
Л ет и за славою прекрасной ,
М олит есь , храбры е друзья ,
Чтоб лет а не прошли напрасно ,
Чтоб славу мог нажить и я.

П ольская смута 1831 года впервые соединила обоих брать­


ев. После неё А таманский дивизион был вызван в Петербург
и с той поры полки стали неразлучны. А что это были тогда
за полки видно из следующего отзыва французского послан­
ника при Императоре Н иколае I Ламорисьера, видевшего в
мае 1848 года на М осковском поле под В арш авой ученье
Л.-Гв.Казачьего Его Величества и Казачьего Е.И.В. Наслед­
ника (Атаманского) полков. На вопрос Государя: «Как нра­
вится бригада?», генерал Ламорисьер отвечал: «Если я видел
в Европе лёгкую кавалерию в полном значении этого слова,
то только у Вашего Величества в лице этой бригады».
На следующем смотру в той же Варшаве Император Ни­
колай I, подъехав к Казачьей бригаде, обернулся к своей сви­
те и сказал:
- Чудо-богатыри! Это моя идеальная бригада!
И деальная бригада!.. Такою осталась она и до сей поры.
Она первая из гвардейских частей после круш ения Рус­
ской армии в дни жесточайш его бунта 1917 года возроди­
лась в персияновском лагере под Н овочеркасском в августе
1918 года. Она стала в дни прорывов, в тяж ёлы е дни отхода
Добровольческой армии к Н овороссийску скоропоспеш аю -
щей помощ ницей везде, где была неустойка. И назвали её
за это - «карета скорой помощ и». Не звучно и не красиво
назвали, кровавое было время. Не до цветистых эпитетов
тогда было, но назвали метко. Скоро помогала - идеальная
бригада, закалённая в доблести почти полутора веками служ ­
бы и не изменивш ая П латовским заветам «неустрашимости
и храбрости, всеми признанной...»
Гвардейская К азачья бригада была любимой частью пос­
леднего Главнокомандующего Русской Армией генерала Вран­
геля и от неё он брал казаков в свой непобедимый Конвой.
Потомки оказались достойными преемниками славы пред­
ков. Они сохранили нерушимо обеты верности к Царю, Вере
и Отечеству, и в горькое изгнание своё они принесли свои
ш тандарты и знамена, летописи славы своей, гордость полко­
вых реликвий, веру в Бога и Верность Престолу и Родине.
И деальная бригада! Б ы ла... есть... и будет!
В том же порядке - неустраш имая, с былою стремитель­
ностью - «лёгкая кавалер и я в полном значении этого сло­
ва», - с гвардейскою верою и верностью пойдёт она - два
сына Тихаго Дона, два близнеца, равно любимых и чтимых,
равно «прославленных и превознесённых» - по первому зову
матери России на «поприще дальнейшего ей служ ения»...

Журнал «Часовой»,
№ 28, 31 марта 1930 г.
г.Париж ( Франция).
К 150-летнеллу юбилею основания полка
(1775 - 1925)

Сегодня, 4(17) октября, в день Св.Иерофея, JI.-Гв.К азачий


ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА полк празднует полковой праздник и вме­
сте с тем 150-летнюю годовщину своего сущ ествования.
Какой это торжественный, радостный, осиянный многи­
ми милостями и счастливый был бы день для лейб-казаков..,
если бы не было этой мерзости - революции!
4 октября в Петербурге иногда бывало ещё бабье лето.
Бледно-голубое небо было чисто и с Невы припархивал све­
ж ий ветерок, пахнущ ий морозцем. Лейб-казаков выводили в
мундирах, алая полоска сотен устанавливалась ш ироким по­
коем вокруг полкового платца тылом к гауптвахте, лицом к
казарме. Старые лейб-казаки выстраивались на левом флан­
ге. В сотне Его Величества стояли люди без малого сажень
ростом и все почти бородачи, красавцы той дивной русской
красотой, подобной которой нигде нет на свете.
И мне рассказывал старый лейб-казак М итрофан Ильич
Греков, а ему рассказывал его дед:
- В кампанию 1813 года в полку были люди более сажени
ростом. А сила!.. Лошади были, правда, некрупные, но злые
и выносливые. Подойдёт казак к лошади, намотает чёлку на
руку, дёрнет - и лошадь падает на землю со всех ног, и потом
встанет, стоит, дрожит и думает, к ак угодить лейб-казаку.
Эти люди и погнали полки Наполеона. Такие люди смяли его
кирасир...
И так было бы и сегодня. Стояли бы на своём петербургс­
ком плацу лейб-казаки. Седые ш тандарты тихо повисли бы
на правом фланге 3-й сотни и блистали бы серебряные трубы
«За Лейпциг».
И приехал бы в алом мундире своего Лейб-казачьего пол­
ка Государь Император и с ним 21-летний Н аследник. При-
ехали осчастливить полк своими милостями, поздравить с от­
личиям и к 150-летнему юбилею, сказать ласковые слова сво­
им казакам . Сколько сердец билось бы тогда биением счас­
тья! Сколько глаз затуманила бы слеза радостного волнения!
И сколько было бы воспоминаний на всю ж изнь об этом дне!
Н о... Убит И м ператор... Убит Н аследник Ц есаревич...
Замучены русским народом, восставшим против Бога и Госу­
д аря... И нет России.
Нет и полка ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА.
И плакать хочется в этот великий день памяти героев, а
не торжествовать! Где старый Ж еребков, водивший полк с
победой под Ловчей? Где Родионов, М аш лы кин, где славный
и добрейший Иван Давыдович Орлов? У мерли... Не перенес­
ли поганого времени бесправья, и умерли. Убит больш евика­
ми у станционных пакгаузов И.Д.Орлов. И сколько ещё за­
мучено, убито, истерзано интернациональной сволочью лейб-
казаков по станицам и хуторам на полях битв Донской и
Добровольческой Армий!
Их имена Ты, Господи, веси!

Бюллетень музея
Л.-Гв.Казачьего ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА полка ,
№ 17, октябрь 1969 года.
г.Париж (Франция).
Родному Атаманскому полку...

8-го декабря (1928 года, - К .Х .) в Каннской церкви была


отслуж ена панихида по Д ерж авным Ш ефам П олка и всем
А таманцам, за Веру, Ц аря и Отечество ж изнь свою на поле
брани положивш им, в смуте убиенным и скончавш им ся...
9 декабря чины дивизиона в специально нанятом автобусе
поехали в церковь. Литургию пел хор А таманцев, одетых в
белые рубахи. Икона святого покровителя полка Св. А лек­
сандра Невского была красиво убрана розами. После обедни
был молебен по случаю праздника Георгиевских Кавалеров...
От генерала П.Н.Краснова было получено следующее письмо:
«28 ноября - 6 декабря 1928 г., С ант ени.
Ваш е П ревосходит ельст во, Глубокоуваж аемый М и х а и л
Георгиевич!
П рим ит е моё сердечное поздравление с сегодняш ним днём
праздника родного мне и бесконечно дорогого Л.-ГвЛт аманс-
кого Е.И.В.Г.Н.Ц. п олка. Передайт е это моё поздравление и
наилучш ие пож елания господам офицерам и казакам п о лка .
К ак не сжиматься от воспоминаний моему сердцу в этот
день, когда в наступающем году будет 40 л е т , что я имел
высокое счастье вст упит ь в ряды п олка, и с т ех пор, можно
сказат ь, ни на м инут у не терял его из виду и не было дня,
чтобы я о нём не дум ал. И в дни его славы , и в дни мирного
благополучия, и в дни расстройства и р а зва ла , и в блестящую
годину возрождения и великой боевой славы , и теперь, в годы
тяжёлого изгнания и ожидания. 18 лет я имел честь не толь­
ко носить столь дорогой мне м ундир, но и служить в рядах
полка. Я прошёл длинны й путь строевого офицера, обучая
молодых казаков, потом заведуя разведчиками 3-й сот ни, был
делопроизводителем полкового суда, долгое время был полко­
вым адъютантом и, наконец, командовал 3-й сотней. П очт и
20 лет жизни в полку. Кажется, нет такого уголка, такой
щели в казармах на Обводном К анале, которых бы я не знал.
Д еревня П елгола, потом Н иколаевка - мне ст али родными.
Я видел 6 сотен и пулем ёт ную команду полка на войне,
когда как-т о, т ум анны м осенним днём, где-то под Влода-
вой, в 1915 году я р а зм и нулся с ними. Я шёл с дивизией и
вст рет ил полк-красот у, полк-восторг, полк-мою любовь, -- и
бурно забилось сердце.
В дни развала я был как-то в полку у Т.В.Михайлова и, с
болью глядя на голубые погоны родного полкаУдумал о его буду­
щем... П олк исчез... И в дни моего атаманства терпеливо, офице­
ра за офицером, казака за казаком, лошадь за лошадью, я подби­
рал в Персиановку, во второй полку всё ожидая благоприятного
времени, когда вернётся полк к своему святому Штандарту.
И он вернулся! М удрость простых казаков подсказала
им: не может быть Донского войска без его славы - Л.-Гв.
Ат ам анского полка.
А т ам анский полк - это граф П ла т о в, это самые блест я­
щие ст раницы Донского войска. Это его мировая слава! Уб­
рат ь А т ам анский полк - это от казат ься от славы Корелич
и М и р а у Романова и Бородина, от казат ься от славы П ари­
жа и Фонтенебло...
И будет день - и скоро будет этот день - когда Д он
увидит своих сынов, своих родны х А т а м анц еву когда заголу­
беют по ст епям А т а м а нски е ш апки и далеко взовьёт ся
А т ам анская «Н аследницкая» песня, Вам и на чужбине сло­
женная. И своего Шефа - Святого, невинно умученного отро­
ка наследника - Ваш А т ам анский полк сохранит во веки
веков, пока стоять будет Русская Земля.
За Верховного Вождя Вашего, Августейшего Соседа Ваше­
го, Великого К н язя Н и ко ла я Н иколаевича, да пош лёт Е м у
Господь здравия на многие годы и да поможет совершить на­
чатое И м святое дело спасения России!
За доблестного Командира и господ офицеров!
За полк!..
Искренно преданный и уважающий В асП . К р а с н о в ».

«Казаки за границей»,
г. София (Болгария),
1928 г.- I II. 1929 г.
Сто лет тому назад...
(Атаманский полк при штурме Варшавы
26-го августа (7-го сентября) 1831 гола)

1931-й год - год столетних юбилеев многих славных битв


и Высочайших пожалований полкам за отличие «в войне с
поляками» в 1831 году.
В числе таких отмеченных за храбрость и верность полков
находится и А таманский Н аследника Цесаревича полк, по­
лучивш ий только начавшую входить в обращение и потому
редкую награду - отличие на ш апки, в просторечии называе­
мое «змейками».
Это была одна из самых нелепых и трудных войн. Война
не война, м ятеж не м ятеж . Война, потому, что наш им войс­
кам пришлось иметь дело с прекрасными регулярны ми, да
ещё наш ими же офицерами и по нашим уставам обученными
войсками. М ятеж, потому что, кроме этих войск, почти всё
население восстало против нас. Повсюду образовались м ятеж ­
ные банды, руководимые польскими помещ иками, вооружён­
ные чем попало, часто просто косами, насаженными на пики.
М ятеж, тем более неожиданный и внезапный, что казалось,
Й о л ы ш П еш на что не могла быть в претензии на Русское
Правительство. Она была почти самостоятельна и управля­
лась через особого Н ам естника, назначаемого Российским
Государем. Наместником этим был польский генерал, князь
Зайончек, а Главнокомандующим родной брат Государя Ни­
колая Павловича, Великий К нязь Константин Павлович. Он
очень любил поляков, и любовь его к ним усугублялась ещё и
тем обстоятельством, что он был женат на польке. Польш а
имела свои войска.
17-го ноября 1^30 года эти войска и часть ж ителей города
Варшавы взбунтовались и с оружием в руках бросились на
казармы Русских полков, квартировавш их в Варшаве. Мно-

186
гие офицеры были зарезаны бунтовщ иками на своих кварти­
рах, и началась война, где не было ни флангов, ни тыла, но
везде был фронт. Где не было ни отдыха, ни покоя, ибо враг
был повсюду. Приш лось спешно выводить войска из Польши,
чтобы потом систематическим наступлением завоёвывать по­
терянное и брать снова, после кровопролитного боя, Варшаву,
сильно укреплённую полякам и.
А таманский полк был вызван на эту войну с Дона и 9-го
февраля 1831 года прибыл в г.П ултуск, где вошёл в корпус
генерала Гуро.
Н ачалась утомительная полупартизанская война, очище­
ние лесов и дебрей польских от ш аек польских м ятеж ников.
В то время, как А таманский полк действовал на левом флан­
ге нашей армии, очищ ая пути к Варшаве с юга, главная наш а
армия под начальством гр.Паскевича-Эриванского ш ла к са­
мой Варшаве.
16-го августа А таманский полк подошёл к Варшаве и во­
шёл в авангард генерала гр.Витте. Полком командовал пол­
ковник Кузнецов. На рассвете 16-го августа поляки силою 4-
х батальонов, 10-ти эскадронов при 4-х орудиях делали уси­
ленную рекогносцировку, пытаясь узнать положение наших
частей. А таманский и Донской казачий Грекова полки уда­
рили на конях во фланг польского отряда. Одновременно ге­
нерал гр.Витте при содействии нашей конной артиллерии
бросил в атаку 5-й Черноморский казачий полк и эскадроны
Л .-Гв.К азачьего, Л.-Гв.Конно-Егерского и Л.-Гв.Гусарского
полков с фронта и прогнал поляков обратно за польские ук­
репления Варшавы.
Бой продолжался до полудня. П олякам их рекогносциров­
ка не удалась. Гр.Витте в своём донесении отметил, что он
«отдаёт полную справедливость реш ительному действию ка­
зачьих полков и в особенности Атаманскому Е.И.В. Наслед­
ника Цесаревича и Грекова полкам, а равномерно эскадрону
Л.-Гв.Конно-Егерского полка».
Так начались для Атаманского полка его бои под Варшавой.
Через неделю гр.П аскевич-Эриванский назначил штурм
города Варшавы.
Варш ава к этому времени была окруж ена рядом высоких
зем ляны х валов с глубокими рвами впереди. Перед рвами
были накопаны волчьи ямы . Внутри города были устроены
ж ителям и баррикады. Многие дома были укреплены . Л еж а­
щ ая впереди Варш авы деревня Воля с каменны м костёлом и
высокой колокольней была тоже сильно укреплена. Вокруг
неё были возведены высокие посады из заострённых брёвен.
Всё это при тогдашнем малом разруш ительном действии ар­
тиллерийских снарядов представляло сильное препятствие
нашим войскам.
24-го августа части, назначенные для ш турма, были со­
средоточены подле Варшавы. На 25-е число назначен был и
самый ш турм. Как полагалось тогда в дни генеральных сра­
жений, было приказано надеть парадную форму. Мера в дан­
ном случае особо необходимая, потому что форма польских
войск походила на нашу и было надо как-нибудь в рукопаш ­
ном бою отличаться от неприятеля.
В 4 часа утра с обеих сторон загремела канонада и вся
окрестность стала затягиваться пороховым дымом. Войска
пош ли на ш турм. А там анцы , исполняя возложенную на них
диспозицией задачу, потеснили польскую кавалерию , овла­
дели Виллановой, продвинулись до Черникова и стали вдоль
берега Вислы.
Пехота упорно дралась на валах, медленно продвигаясь
вперёд, всюду встречая сильное огневое сопротивление, и толь­
ко к закату солнца овладела передовыми укреплениями Воли.
На рассвете 25-го августа в наш лагерь явились переговор­
щ ики. Они обещали сдать город без лишнего кровопролития
и просили только до конца дня прекратить военные действия.
До часа дня с обеих сторон была тиш ина, не наруш аемая ни
одним выстрелом. Час дня прошёл, белый флаг не взвился
над Варшавой. В половине второго пушечный выстрел с на­
шей стороны возвестил возобновление ш турма. Всё покры­
лось дымом. П уш ечная и руж ейная пальба слилась в непрес­
танный грохот. Команды не были слыш ны. Деревня Ц иста и
ветряные мельницы кругом Варшавы пылали. Чёрный дым
и пламя пожаров усиливали мрачную картину боя. С барабан­
ным боем и с музыкой полковых маршей, с распущ енными
знаменами наши пехотные полки, предшествуемые штурмо-
выми колоннами, с лестницами и фаш инами бросились на
ш турм.
К вечеру из всех передовых окопов поляки были прогна­
ны ш ты ками. Ночь прекратила бойню, но перестрелка с обе­
их сторон не прекращ алась. Ночь войска провели под руж ь­
ём, не ложась, не разводя костров. К авалерия не рассёдлыва­
ла лошадей и держ ала их на поводу.
А таманский полк был отозван в резерв и поставлен за
центром вместе с Л .-Гв.К азачьим полком, 1-й кирасирской и
3-й уланской дивизиям и.
От зарева пожаров было, светло. Кругом раздавались стоны
и вопли раненых. Священники обходили умирающих, напут­
ствовали их и давали им Святое Причастие.
Ещё ночь была в полной силе, как над Варшавой взвился
большой белый флаг. Я вивш иеся переговорщ ики просили о
пощаде города и сказали, что польские войска отводятся в
П лоцк.
В 6 часов утра Атаманскому полку было приказано «ос­
мотреть» Варшаву. Полк постепенно тронулся к обвалившимся
укреплениям Воли. За А таманцами пошли Лейб-Казаки, за
ними остальная кавалерия. В улицах, на баррикадах постре­
ливали, отдельные ф анатики не хотели примириться со сда­
чей Варш авы. Стреляли и из домов. Казачьи разъезды спе­
ш ивались, размётывали баррикады, кидались в дома и заби­
рали мятеж ников.
Проехали Волю, вошли в Прагу, а затем и в самую Варш а­
ву. М ёртвая тиш ина была в улицах. Дома со спущенными
ставнями казались настороживш имися, пахло пожарной га­
рью и пороховым дымом. И далеко сзади были слыш ны тор­
жественные Русские марш и, - наш а пехота густыми колон­
нами входила в Варшаву.
В те славны е и счастливы е времена твердо было: «за
Богом молитва, за Ц арём служ ба не пропадаю т». За блиста­
тельную храбрость и м уж ество 25 и 26 августа при ш турме
варш авских укреплений, городового вала и города В арш а­
вы полковник Кузнецов, ком андир А там анского полка, был
произведён в генерал-майоры. Много казаков были награжде­
ны знаками отличия военного ордена, а 6-го декабря 1831-го

189
года Высочайш им приказом на ш апки офицерам и к азак ам
А там анского полка были пож алованы зн аки отличия с над­
писью: «За Варшаву 25 и 26 августа 1831 г.»
«Всё проходит и возвращ ается ветер на круги своя». Вер­
нулся белый польский орёл в покорённую некогда Варшаву,
вернётся и А таманский полк к своим родным куреням и бу­
дет и впредь носить свои почётные «змейки» «За Варшаву»,
как память прош лых недоразумений, крови и славных по-
бед.

Журнал «Часовой» ,
№ 64 от 15.09.1931 года,
г. Париж (Франция).
Терцы на войне
Ночная конная атака 2 и 6 сотен 1 Волгского казачьего
полка 21 июля 1915 года у посада Савин

В начале июля 1915 года, находясь в Буковине, на Днест­


ре, где я командовал 3 бригадой К авказской Туземной диви­
зии, я получил назначение командовать 2 Казачьей Сводной
дивизией и направился к ней.
Д ивизию я наш ел м еж ду г.В ладим иром -В олы нским и
Влодавой, в сел. Л уки. Она стояла по ш ироким квартирам и
была подчинена ком андиру 14 армейского корпуса. Я при­
был в дивизию верхом в сопровождении вестового и денщ и­
ка с вьючным конем. Это было 19 ию ля. В тот же день я
приступил к приему дивизии и стал знаком иться с ее ко­
мандным составом. Кроме ком андира 2 бригады генерала
П лаутина и командира 17 Донского казачьего генерала Б ак ­
ланова полка, полковника М аркозова, обоих бывш их Лейб-
гусар, я никого не знал, но я много слы ш ал о подвигах
дивизии, уже ею соверш енных в начале войны, в 1914 год,
знал, что моим предш ественником генералом А .А .П авловы м
она была воспитана в наступательном духе, в духе конных
атак, что она состояла из казаков Донского, Кубанского,
Терского и Оренбургского казачьих войск и что все эти к а­
заки соревновались друг перед другом в доблести, смелости
и несокруш имости конны х атак.
Знал я еще, что «попики», как называли австрийцы Кав­
казских казаков за их длинные черкесски, наводили на не­
приятеля панику. Всё это давало мне ту глубокую веру в свои
части, о которой всё становится возможным.
Наш и армии отступали. Никто хорошенько не знал при­
чин этого отступления. Говорили: «патронов и снарядов нет,
и потому нельзя держ аться». Как всегда при отступлении,
настроение в частях, особенно пехотных, было подавленное,
оглядывались на соседей, боялись, что кто-нибудь отступит
раньше времени и обнажит фланг, и трудно было одерживать
неприятеля.
Утром 21 июля я получил по телеграфу приказание с ди­
визией перейти в район посада Савин, самому же явиться в
посад к командиру 14 корпуса генерал-лейтенанту Войшин-
М урдас-Ж илинскому. Я прибыл к нему около полудня.
- Ничего особенно серьезного нет, - сказал мне генерал
Ж илинский, - мы должны во что бы то ни стало додержаться
на занимаемых нами местах до часу ночи. После мы будем
отходить, вы прикроете наш отход. П ока оставайтесь у меня.
Н еприятель как будто и сам утомился и не напирает.
Однако, несмотря на эти утеш ительные слова, я чувство­
вал, что какая-то озабоченность была в штабе.
Длинный ию льский день потянулся в беседах, - я встре­
чался с генералом в Петербурге, - в дремоте и в установлении
связи с частями, ставш ими биваками в лесах подле посада и
в самом посаде.
Около шести часов вечера было получено донесение от ко­
мандира Лохвицкого пехотного полка, что он ввиду сильного
напора немцев держаться не может и просит поддержки, а
потом от деревни Чукчицы донесли, что там пехота наш а не
слушает начальников и не ж елает остановиться для боя.
Я получил приказание послать один полк казаков к Лох­
вицкому полку, чтобы поддержать его боем в спешенном по­
рядке, другой полк направить в деревню Ч укчицы и навести
порядок среди пехоты.
К Лохвицкому полку я назначил 17 Донской казачий полк,
а в деревню Ч укчицы 16-й полк. Отправив полки, я через
некоторое время со старш им адъютантом штаба дивизии ге­
нерального штаба капитаном Иващ енковым поехал в фоль­
варк Гродек, около которого шел бой Лохвицкого полка.
Вечерело. Н акрапывал дождь. Я нашел командира Лох­
вицкого пехотного полка в конце маленькой деревуш ки из
шести-восьми дворов. Там же был генерал Гуславский, коман­
дир 1 бригады, и командир 17 полка полковник Маркозов.
Впереди ф ольварка шел вялы й бой. Н еприятель посылал
ш рапнели, рвавш иеся сзади и много левее ф ольварка на ме­
стах, где никого не было, да впереди ф ольварка трещ ала
руж ейная перестрелка. П ули простреливали улицу фольвар­
ка, и всё в нем притаилось за стенами домов и сараев. Ж и те­
лей в нем не было. Командир Лохвицкого полка, молодой
полковник, доложил мне, что он долго не продерж ится. П ат­
ронов мало. Люди выш ли из повиновения и ротные коман­
диры не могут их остановить, потому что левее их никого
нет и противник заходит во фланг. Такой ж е безотрадный
был доклад и полковника М аркозова. Четы реста спеш енных
казаков, разбросанных по позиции пехотного полка и вкрап­
ленны х среди солдат, большой помощи оказать не могли;
притом им скоро передалось настроение пехоты, что их ок­
руж ает неприятель и потому они могли держ аться лиш ь до
тех пор, пока держ ится на позиции пехота. Вскоре вслед за
этим при скакал из уж е пылавш ей пож арам и деревни Ч ук-
чицы офицер 16 полка и передал мне, что через деревню
валом валит наш а пехота, что при попы тке задерж ать ее
смертельно ранен войсковой старш ина У ш аков и четыре к а­
зака убиты. Командир 16 полка не считает при таких обсто­
ятельствах возможным выполнить данную ему задачу, так
как драться со своей пехотой не может. Левый фланг Лох­
вицкого полка, как раз упиравш ийся в эту деревню, оказы ­
вался, таким образом, на весу. П олож ение становилось гроз­
ным. Я передал обо всем командиру корпуса.
- Как хотите, но держитесь до часа ночи. Я на вас и ва­
ш их казаков надеюсь. Нам необходимо вывезти артиллерийс­
кие парки и обозы корпуса; раньше часа ночи мы этого окон­
чить не можем. П рислать вам никого больше не могу, - полу­
чил я в ответ.
Я передал это командиру Лохвицкого полка. Он только
пожал плечами.
- Постараюсь сделать всё, что могу, - сказал он, - но вы
сами видите, что скоро нас обойдут слева и выйдут в тыл.
Между тем дождь перестал. Из-за посада Савина выплы­
вала круглая луна. Ф ольварк Гродек постепенно заливался
светом. Слева светило зарево пылающей деревни Чукчицы.
Ночь надвигалась.

7. Зак. 0060 193


Было, должно быть, девять с лиш ним часов, когда ко мне
пришел командир Лохвицкого полка.
- Мы сделали невозможное. Моя позиция простреливает­
ся вдоль. Они скоро будут здесь. Между вами и неприятелем
никого не будет, - доложил он.
Действительно: пули уже залетали к нам и за наш и зак­
ры тия.
Я послал конного ординарца к генералу П лаутину с при­
казанием, чтобы он всё, что может сию же минуту напра­
вить, отправил бы, как можно скорее, ко мне на фольварк, а
сам, собрав всю бригаду, спеш ил бы к Гродеку.
По опыту войны 1914 и начала 1915 года, имея за собою
уже несколько конных атак, я знал, что вопреки тому, что
мы учили в тактике, атаковать в конном строю отступающую
пехоту много труднее, чем атаковать пехоту наступающую, и
вот почему: пехота отступает всегда на заранее подготовлен­
ные позиции, там уж е ждет ее арьергард, готовый ко вся­
ким случайностям, и конница, атак у я, нары вается на ар­
тиллерийский огонь, на пулеметы и на сильный руж ейны й
огонь. П ритом, она идет на новые места и не знает, каки е
местные преграды она на своем пути встретит. Мне уж е
приходилось, во время ком андования полком, два раза дви­
нутый в конном строю в преследование полк спеш ивать и
продолж ать бой пешком.
Совсем другое дело атаковать неприятеля, наступающего
на нас. Местность при нашем отступлении нами пройдена, и
мы знаем, что никаких сюрпризов, в виде болот, проволоч­
ных заграж дений, крутых оврагов, она не представит. Не­
приятель, атакуя нас, сам дошел до последней черты мораль­
ного напряж ения. Нервы, хотя и приподняты победой и ви­
дом отступающего неприятеля, но вместе с тем и притуплены.
Он вступает в неизвестность. Разведка еще не произведена,
части во время атаки перепутаны, резервы влиты в цепи,
артиллерия не успела занять новых позиций, - и потому кон­
ная атака непременно долж на иметь успех. Мое мнение в
этом отношении разделял и мой начальник штаба полковник
Агапеев, приехавш ий ко мне к ночи, и капитан Иващенков.
Больш е никому я не говорил о своем намерении остановить
врага конной атакой.
К авказская бригада находилась верстах в двух от меня.
Она стояла в лесу. П ока я ожидал ее, случилось то, что и
должно было случиться: Л охвицкий полк, а за ним и донцы
1-го полка, покинули позицию и проходили, не задерж ива­
ясь, через фольварк. Между нами и неприятелем больше ни­
кого не было. Мой штаб садился на лошадей. В это время
показались идущ ие в колонне по три первые присланные ко
мне сотни 1-го Волгского полка Терского Казачьего Войска.
Это были 2 и 6 сотни полка. Их вел есаул Негоднов. К азаки,
прохода мимо меня, снимали винтовки. Они полагали, что
бой будет в спешенном порядке.
- Надеть винтовки, - крикнул я казакам .
Я видел, как к азаки снимали папахи и крестились. Они
поняли, что будет атака на конях. Еще при свете луны я
увидал, что в каждом взводе были казаки , везшие на плече
сенокосильные косы. Схваченные быстро и неожиданно из
леса, на опуш ке которого они занимались сенокосом, они не
успели сдать косы в обоз и так с ними и прискакали. Эти
косы, темные черкесски с реющими за плечами баш лыками
придавали казакам мрачный и зловещ ий вид.
- Прибыл с 2-ю и 6-ю сотнями в ваше распоряжение, -
доложил мне Негоднов.
Я в двух словах сообщил ему обстановку и приказал, раз­
вернув обе сотни эш елонами в лаву, атаковать с гиком насту­
пающую на нас германскую пехоту.
Отлично помню, - и это так характерно для доблестных
терцев, - есаул Негоднов не спросил меня, «сколько там нем­
цев?», но спросил только, проходима местность, нет ли болот
или заболоченных канав? Я успокоил его в этом отношении:
никаких преград не было.
- С Богом, казаки , - громко сказал я остановивш имся в
ожидании приказаний сотням. - Кресты за вами!
Есаул Негоднов назначая в первую линию 2-ю сотню, быв­
шую под командой есаула Серикова; 6-й сотне, под командой
хорунжего Кулеш а, приказал следовать за 2-й несколько ус­
тупом справа. К азаки бесшумно и быстро, наметом, развер-
нули лавы. Я сел на лошадь, приказал ехать за мной капи­
тану Иващ енкову и четырем полковым ординарцам; полков­
нику же Агапееву приказал дождаться Линейного полка, ко­
торый шел сзади Волгцев, и, когда тот придет, передать ему
мой приказ - развернуть все шесть сотен в лавы поэшелонно
и бросить их в поддержу атаки сотен Волгского полка. Еще
услыш ал я, как генерал Гуславский негромко и, надо пола­
гать, по моему адресу, сказал:
- Сумасшедший...
Я поскакал за лавами.
От луны и пожара деревни Ч укчицы было светло, несмот­
ря на то, что ию льская ночь уже наступила. М ягкий луг очень
полого спускался куда-то вдаль, Н есколько мгновений мы
скакали в полной тиш ине. Сотни скрались в сумраке обман­
чивого лунного света. Потом вдруг сразу затрещ али руж ья и
забил свою редкую строчку немецкий пулемет, и сейчас же
раздался неистовый гик и крик «ура!». Волгцы бросились в
атаку. Стрельба продолжалась, должно быть, не больше од­
ной минуты, потом снова стало тихо, где-то в отдалении опять
прогремело «ура», раздалось еще несколько выстрелов, и все
смолкло. Навстречу нам стали попадаться пешие казаки , иду­
щие назад.
- Н аш и их побили... Всех... Чисто... Х орунжий Кулеш
убит... В ихний окоп, сказываю т, свалился, кинж алом оборо­
нялся, да очень много на его навалилось, казаки , значит, не
поспели на помощ ь... На ш ты ки подняли... - быстро на ходу
рассказывали они нам.
Мы переехали окопы. Много там леж ало немецких тел и
совсем почти не было видно наш их... И главное: тиш ина кру­
гом, лунный свет и зарево пожара слева. Мы ехали совсем
одни, но не было страшно. Уже чувствовался тот неуловимый
запах победы и отсутствие неприятеля, что давало отрадное
спокойствие. Так мы проехали, должно быть, около трех верст,
когда вдали показалась темная колонна конницы. Есаул Не­
годное собрал свои сотни и вел их назад.
Тогда пош ли рассказы и доклады о том, что только что
произошло.
К ак только казаки прошли окопы нашей пехоты, тут сей­

196
час и оказались уже совсем близко немцы. П оявление каза­
ков было так неожиданно, - ночь прикры ла их появление, -
что немцы подпустили первую лаву без выстрела. К азаки,
проскакивая через немецкие цепи, рубили их своим страш ­
ным и метким ударом. За первою немецкою цепью оказа­
лось еще до шести цепей. К аж ды й к азак теперь был предо­
ставлен самому себе. Л уна и зарево пож ара, хотя и достаточ­
но освещ али, чтобы видеть всё вокруг себя, но вдали всё
скрывалось в голубом лунном сумраке. У правлять частям и
стало невозможно. Вот тут и сказались отличные качества
терск и х к азак о в , которы х н и к ак и м обучением добиться
нельзя. Ни ночная обстановка, ни множество неприятеля,
раз в шесть превыш авш его числом наш и две сотни, ни от­
сутствие команд и приказаний не смутили казаков. К аж ­
дый знал, что чем больше он поразил неприятеля, тем ско­
рей достигнет победы. Рубили ш аш кам и, стреляли с коня в
упор из винтовок по залегш им пехотинцам , сваливш иеся с
раненых и убитых лош адей хватались за кин ж алы , нако­
нец, просто дрались кулакам и и зубами, всюду неся смерть
и победу...
2-я сотня проскакала первые цепи немцев почти без по­
терь, но порубить всех не смогла. Л ава ш ла жидко, цепи же
л еж ал и густые. О ставш иеся нетронутые немцы встретили
страш ным огнем шедшую на уступе 6-ю сотню. Откуда-то
справа с бугра зачастил пулемет, нанося потери казакам .
Командующий сотней хорунжий Кулеш свалился с убитого
коня и был окружен немцами и, несмотря на отчаянную обо­
рону, убит. М ладший офицер 2-й сотни хорунжий Вдовченко
был ранен, но остался в строю... Под вахмистром шестой сот­
ни Старицким упал убитый конь. Ш аш ка была подмята под
лошадь и сорвана. Немцы целой толпой навалились на Ста-
рицкого. Он выхватил кинж ал и бросился в их толпу, про­
клады вая себе дорогу кинж алом и распихивая ногами. Млад­
ш ий урядник 2-й сотни Богаевский, потеряв коня убитым
перед самыми окопами, бросился бегом за казакам и, крича:
«Братцы, коня! Коня мне, какого ни на есть, дайте!.. Я им
покажу», - и пеший врубился в немецкую цепь...
Всего атаковала немцев в двух сотнях - 191 ш аш ка.
Есаул Негоднов прошел наметом около четырех верст, рубя
бегущих немцев, и остановился лиш ь тогда, когда дошел до
сильно болотистого ручья, через который ш ла только одна
очень узкая гать. По ней пришлось бы переходить ручей по
одному. За гатью виден был ярко освещенный господский
дом. Там были слыш ны крики и стук колес. Там была пани­
ка. Есаул Негоднов не рискнул идти за болото. Задача была
выполнена. Шел одиннадцатый час ночи, и было ясно, что
терцы задали так немцам, что они нескоро оправятся, а и
оправятся, сзади должен был быть весь Линейный полк, зна­
чит, и в этом случае было чем их задержать.
Я поехал назад. За мною ш ли победные сотни. Разговоры
и рассказы о только что там пережитом не смолкали. Отдель­
ные группы казаков отъезж али в сторону, чтобы подобрать и
увезти своих убитых и раненых, снять сёдла с убитых лош а­
дей. Всего в обеих сотнях было убито: офицеров - 1, хорун­
ж ий Кулеш , казаков - 8, лошадей - 11; ранено: офицеров - 1
(хорунжий Вдовенко), казаков - 12, лошадей - 25.
Когда я проехал от гати около двух верст, я встретил ко­
мандира 1-го Линейного казачьего полка Кубанского Войска
полковника Черного. Он мне доложил, что спешил свой полк
и спешенными казакам и занял линию впереди старой пехот­
ной позиции.
С фольварка Гродек я стал докладывать по телефону гене­
ралу Войш ин-М урдас-Ж илинскому об атаке Волгских сотен,
но он уж е всё знал.
- Сейчас же вместе с доблестными сотнями приезжайте
ко мне в Савин. Я буду вас ожидать. Я хочу видеть молодцов
казаков и лично поблагодарить их за лихую , несравненную
атаку, - весело сказал он.
Было около часа ночи и луна светила необычайно ярко,
когда обе сотни выстроились в улице против кры льца дома,
занятого штабом 14 армейского корпуса. Генерал Ж илинс-
кий сейчас же вышел к казакам . Много лестного пришлось
услыш ать Волгцам в эту тихую и теплую июльскую ночь,
много такого, что заставило их позабыть всё пережитое и при­
мириться с неизбежными и сравнительно малыми потерями.

198
Их дело сравнивали со знаменитым Бегли-А хметским делом
Нижегородцев, когда была такая ж е ночная конная атака. А
дело это вошло в историю, как славнейшее дело конницы.
- Обоих командиров сотен и убитого хорунжего Кулеш а
представьте к награж дению орденами св.Георгия, осталь­
ных офицеров к орденам св. В ладимира и всех казаков к
Георгиевским крестам и медалям за храбрость, - закончил
свое слово сотням командир корпуса.
В штабе ликование было полное. Не только задержались
до положенного часа и успели убрать все обозы и парки, но
по всему было видно, что и дальше немцы не будут насту­
пать.
- А вы понимаете, - говорил генерал Ж илинский, - не
только каж ды й лиш ний день, но каж ды й час, что мы оста­
немся без напора неприятеля, нам дорог, потому что там,
сзади, лучш е успеют укрепить позицию и подвезти больше
снарядов и патронов. Оставайтесь на занятой вами позиции.
Завтра я пришлю в ваше распоряжение пехотный полк. Им
вы займете прежнюю позицию Лохвицкого полка и стойте,
сколько можно.
Счастливые и довольные, с песнями, пош ли к азаки на
бивак. Мало кто спал в эту ночь.
С колько было убито в этом деле немцев, я затрудняю сь
сказать. П ехота, см енивш ая на позиции Л инейцев, собрала
85 трупов, но, конечно, убитых было гораздо больше. На
Л охвицки й полк наступало не менее полка немцев, к а ж ­
дый к азак кого-нибудь да зарубил, а многие зарубили и
н ескольки х, а казак о в было 191, поэтому и потери немцев
не могут быть исчислены этими 85 найденны м и и похоро­
ненны ми трупам и. Да дело и не в потерях, а в результате
этой лихой терской атак и ; результаты ж е оказали сь совер­
шенно неож иданны м и, но о них мы узнали только несколько
дней спустя.
22-е ию ля мы простояли в посаде Савин. Было тихо. Не­
приятель не только не наступал, но даже не показывались и
его разведчики. Настроение было праздничное. Это был день
тезоименитства государыни императрицы М арии Федоровны,
и праздник увеличивался сознанием блестящ ей победы. Ни
одного выстрела не было слышно кругом. Разъезды , послан­
ные мною, прошли далеко за гать, но немцев не встретили. К
ночи ко мне прибыл в мое распоряж ение броневик «Илья
Муромец».
Часов около одиннадцати я реш ил произвести личную раз­
ведку, воспользовавшись для этого броневиком. С полусотней
казаков и броневой машиной я выдвинулся по шоссе в сторо­
ну неприятеля. Мы прошли, никого не встретив, верст де­
сять, когда вправо от дороги, и примерно в полуверсте, в
лунном обманчивом свете увидали на лугу темное пятно, об­
ратившее наше внимание правильностью своих очертаний. Я
приказал броневику бросить по нему несколько ш рапнелей.
Эффект получился совсем неожиданный. П ослыш ался конс­
кий топот, пятно во мгновение ока исчезло за лесом, потом
раздалась сильная, но быстро прекративш аяся стрельба из
винтовок и пулеметов, и всё стихло.
23 и 24 июля мы простояли на месте, не видев неприяте­
ля. 25-го прияло приказание отойти, пропустив вперед пехо­
ту, в глубокий тыл.
На наше направление становилась гвардейская пехота. Она
уже успела подготовить укрепленную позицию и ж дала на­
ступления неприятеля.
Числа 28-го или 29-го ию ля я был вызван к ш табу 14
армейского корпуса, куда должен был выслать всех георгиев­
ских кавалеров дивизии. Туда из ставки приехал генерал-
лейтенант Кондзеровский, чтобы именем Верховного Главно­
командующего раздать кресты, медали и ордена.
За завтраком в штабе корпуса мне рассказывали штабные
офицеры: при наступлении на наш у гвардейскую пехоту, два
дня тому назад, дело дошло до ш ты ка и до стремительной
контратаки гвардейцев. Были взяты пленные. При их допро­
се им был задан вопрос, почему немцы не наступали и не
преследовали нас 21-го июля? Причиной оказалась паника в
частях, стоявш их в этом направлении. Ночью в штаб пехот­
ной дивизии прибежали люди, сказавш ие, что массы казаков
их стремительно атаковали и всех порубили. Было вполне
понятно, что две сотни Волгцев, за которыми следовали шесть
сотен Линейцев, ночью, при луне, могли показаться многи-

200
ми тысячами казаков. Штаб спешно снялся и отошел далеко
назад. П риползш ие с поля сраж ения раненые со страш ными
ш аш ечными ранениями увеличили панику. По требованию
командования для успокоения людей вперед пехотных застав
был выдвинут конный полк, который стоял в резервной ко­
лонне, держ а лошадей в поводу. В этот-то полк мы и бросили
свои ш рапнели с броневика. П олк, очень нервно настроен­
ный, повернул и поскакал к своим. Там приняли их за каза­
ков, снова атакую щ их немцев. П однялась беспорядочная
стрельба и паника усилилась. Пришлось снять с этого направ­
ления запуганные и изнервничавш иеся части и заменить их
свежими. Эта перегруппировка и задерж ала преследование
отступавшей нашей армии на пять дней.
Я привожу это к тому, чтобы показать, что и в наше вре­
мя войн технических, с преобладанием огня над ш тыком и
саблей, бывают такие положения, когда сабля и конь могут
наруш ить все расчеты огня и мощной техники. А знай мы
это, не будь мы связаны определенной и скромной задачей
обороны, что могли бы наделать все двадцать четыре конных
сотни, переправивш ись через гать и протяж ны м гиком на­
полнивш ие молчание обманчивой лунной ночи!
Дерзать и дерзать долж на конница, как дерзновенно, пре­
зирая ночь и огонь, и жуткое настроение отступления дерз­
нули в своей атаке сотни 1-го Волгского полка в эту июльс­
кую ночь и в этой дерзании получивш ие победу и вечную, из
рода в род, славу.
2-я и 6-я сотни 1-го Волгского казачьего полка Терского
Казачьего Войска за это славное дело были представлены к
отличиям на папахи с надписью: «За ночную конную атаку
21-го июля 1915-го года». Есаулы Негоднов и Сериков и уби­
тый хорунжий Кулеш получили ордена св.Георгия 4-й ст. с
мечами и бантом, и все казаки Георгиевские кресты и медали.
1-й Волгский казачий полк вписал новую страницу славы
в историю побед и лихих дел Терского Казачьего Войска.
Кубанцы в Великой войне
Подвиг дивизиона 1-го Линейного казачьего генерала
Вельяминова полка Кубанского Казачьего Войска войскового
старш ины У лагая у д.Н .Червищ е в августе 1916 года

Донское и Кубанское - два старейш их войска казачьих


Российской Империи. Одно росло под влиянием великорос­
сийским, пополняясь из Москвы, Рязани, Воронежа и Твери.
Обычаи заимствовало от Руси, платье носило великорусское,
блюло старую веру и крепло в боях с туркам и и татарами.
Другое пополнялось из М алороссии, из польских панских
вотчин, впитывало в себя польскую культуру, говорило певу­
чим малороссийским говором и крепло, ожесточаясь в боях с
турками и поляками. Закалялось в Запорожской Сечи с по­
чти монастырским ж изненным укладом.
Две разны х культуры - два разны х Войска: Донское и
Запорожское - мать Кубанского.
Кавказские войны венчали их браком. Бакланов и Велья­
минов были друж кам и, великий князь М ихаил Н иколаевич -
посаженным отцом. Так дрались они братским общим строем
и несли тяж елую , докучную службу «на линии». Там, на
Кавказе, запорожцы слились с донцами и составили Кубанское
Войско. Там донцы пели протяжно и грустно про пику.

Орлов К авказа внем ля к р и к у ,


Д онской казак сторожевой,
Безм олвно прислонясь на п и к у ,
Он дум ал о стране родной.

Кубанцы им вторили про кривую легкую ш аш ку, волчок, -


владеть которой были они таким и мастерами. Арбуз на скаку
перерубали!
Стать ат ам ану с М и ха и ло м
Перед войсками на врага -
Н а ш аш ки удалью прибры знем ,
Врагам т ут смерть, а нам - ура!..

После покорения К авказа донцы вернулись с Грузинской


линии на Тихий Дон, - кубанцы заселили Кубань, побережье
Черного моря и северные отроги К авказских гор. Покуми­
лись с местными ж ителям и татарами и черкесами, породни­
лись с князьям и и ханами, взяли их одежду и танцы, весе­
лый и лихой их боевой обычай, -

Н а во й ну, ка к на охот у,
С радостью пойдём,
М ы т урецкую пехот у -
В полон заберём...

Ч еркеска и лезгинка боевым куначеством связали их с


народами К авказа. Сам донец, я, если не считать знакомства
с кавказским и казакам и Собственного Его Величества Кон­
воя, впервые повидал кубанцев в 1903 году, когда зимою объе­
хал их приграничную «линию» по турецкому и персидскому
рубежам. 1-й П олтавский, 1-й Уманский, 1-й К авказский пол­
ки несли там пограничную службу в Каракурте, А ралыхе,
Кагызмане, Игдыре и других местах, не на всякой карте ука­
занных. Помню охоту, поездки к куртинским князьям , ли­
хих горских коней, терпкое Кахетинское вино и стройные
песни, словно по нотам полковых «певчих». Но то было зна­
комство мимолетное, дорожное - от него остались одни кра­
сочные краткие впечатления.
Более подробно узнал я кубанцев, когда получил уже в
разгар Великой войны в командование 2-ю казачью Сводную
дивизию .
Д ивизия эта была одна из доблестнейш их и красивей­
ш их конных дивизий И мператорской армии. В ней соревно­
вались четыре славны х Войска: Донское, Кубанское, Тер­
ское и Оренбургское. Донское - в полках 16-м и 17-м гене­
рала Б акланова - имело представителей низовых: 16-й полк,

1/2 7 *
и верховых - 17-й полк - донских казаков. Кубанское Войско
имело в ней 1-й Линейный генерала Вельяминова полк, Тер­
ское - 1-й Волгский Е.И.В. наследника цесаревича полк и
Оренбургское - 2-ю и 3-ю оренбургские конные батареи.
Х арактер казаков отдельных Войск особенно сказы вался
на войне, где напряженнее нервы, душа нараспаш ку и тай­
ное явно.
Помню кануны больших боев, прорывов, сраж ений, когда
непрерывна канонада немецких орудий и близок час работы
конницы. Тих и серьезно нахмурен донской бивуак. Велико­
русский характер, староверческий и сосредоточенный, в нем
сказывался:

Но т их был наш бивак от кры т ы й,


Кто кивер чист ил весь избит ы й,
Кто ш т ы к т очил, ворча сердито,
Кусая длинны й ус...

На бивуаке Кавказской бригады - дым коромыслом. До


зари не смолкают трубачи. Играют песни, поёт зурна, бьет
бубен - идет лезгинка с хлопаньем в ладош и, с диким и гор­
танными вскриками, с револьверной пальбой. Реют алые баш­
лы ки кубанцев, развиваю тся голубые волгцев. Пир - а не
война!.. Подлинно: «на войну, к ак на охоту - с радостью пой­
дём!..»
Славным боем, лихою конною атакою на венгерскую кон­
ницу 4-го августа 1914 года под Городком начали в Вели­
кую войну бесчисленные свои подвиги кубанские к азак и
1-го Л инейного генерала В ельям инова полка и необычайно
красивы м и смелым подвигом вы ручки наш ей пехоты закон­
чили через два года, в августе 1916 года, у деревни Рудка
Червищ е на реке Стоходе. После было мрачное сидение в
окопах, революция и... конец...
Подвиг Линейцев в бою у Рудка Червищ е по самой своей
обстановке необычаен. Конные части пошли впереди пехоты
через болотистую реку, на крутой обрывистый берег, на про­
волоку окопов германской пехоты!
В августе 1916 года наш а пехота 3-й армии генерала Леш а
получила задание - пробить германскую сильно укреплён­
ную позицию на реке Стоходе и овладеть левым берегом для
устройства плацдарма, имея в виду дальнейшее наступление
позднею осенью и весною 1917-го года.
На участке против селения Тоболы и деревни Рудка Чер-
вище наступала бригада пехотной дивизии (если память мне
изменяет - 25-ой).
Здесь раньш е держ ал сторожевое охранение 1-й Л иней­
ный казачий генерала Вельяминова полк Кубанского казачь­
его Войска и здесь ж е конно-саперной командой 2-й казачь­
ей сводной дивизии под начальством есаула 1-го Волгского
полка Терского казачьего Войска Зимина наводились, взамен
пож ж ённых, новые мосты.
П ехота, с рассветом начавш ая наступление, к полудню
подош ла к реке и здесь залегла. Перед нею, к ак только она
вы ш ла из ольховых и осиновых лесов, откры лась местность,
поросш ая густым кам ы ш ом и вся насквозь простреливаемая
артиллерийским , пулемётным и руж ейны м огнём. За кам ы ­
ш ами сквозила река, текущ ая многими рукавам и, тем ная,
неведомая, казалось: глубокая, топкая и неодолимая. За ре­
кою черно-песчаные отвесные осыпи враж еского берега и на
них круж евной узор проволоки и кольев и невидимые око­
пы потревоженных германцев. Вошедшие в кам ы ш и цепи
смеш ались. У правление было потеряно. Солдаты не видели
своих офицеров, офицеры видели лиш ь единичных стрел­
ков. Тщ етны были свистки и кри ки «вперёд, вперёд!..» Из
кам ы ш а вы лезали единичные смельчаки и гибли, так к ак в
топком болотистом грунте нельзя было окопаться. П ехотная
атака захлестнулась. А ртиллерия бессильна была ей помочь,
и дело становилось, что называется, дрянь. Единственное сред­
ство было - встать и, не останавливаясь, перебрести болотис­
тые рукава, - однако, более версты! и окопаться на немец­
ком берегу. Н ачальник пехотной дивизии генерал-лейтенант
В. после полудня вы звал меня к себе на наблю дательный
пункт, на вы ш ку у лесной прогалины , верстах в двух от
реки.* Вверенная мне дивизия переходила в его подчинение.
- Легче в знойный день по сыпучему песку везти телегу,

205
груженную кам ням и, - сказал он мне, - чем двигать вперед
залегш ие пехотные цепи, потерявш ие сердце.
Шел третий год войны. Части состояли почти сплошь из
запасных. Старых офицеров и унтер-офицеров было мало.
- Н аш и, - продолжал генерал В., - боятся идти в реку.
Увлеките их своими людьми. П окаж ите им, что река прохо­
дима вброд.
Переговорив по телефону с командиром 1-го Линейного
полка, я вызвал к себе войскового старш ину У лагая, зани­
мавшего заставами этот участок реки, и приказал ему изго­
товить для боя его 2-й дивизион 1-го Линейного полка и кон­
но-пулеметную команду.
И было между много и доблестнейшим войсковым стар­
шиною Улагаем решено, что Линейцы пойдут в конном строю,
поэшелонно, широко разомкнувш ись, имея пулеметы на вью­
ках, что так они пройдут лес и кам ы ш и, на конях перейдут
все рукава реки и, прижавш ись к неприятельскому берегу и
старой дамбе мостов, в мертвом, необстреливаемом простран­
стве спеш атся и ружейным и пулемётным огнем с близкой
дистанции погасят на участке против сел. Тоболы огонь гер­
манской пехоты и дадут возможность нашей пехоте перейти
реку.
Предприятие безумное, но во вкусе войскового старш ины
У лагая. Чем рискованнее было дело - тем интереснее и увле­
кательнее было для него.
Прошло более часа. Войсковой старш ина У лагай давно
уехал отдавать распоряж ения своим сотням. Стоял ж аркий
августовский день. Высокая некош еная трава ш ирокой лес­
ной прогалины не шевелилась и тонкий аромат травных се­
мян шел от нее. Ж у ж ж али кругом пчелы, толклись и тре­
петали по ту сторону прогалины осины редкого леса. И на
мгновение стало тихо, как бывает тихо в бою, после полудня,
когда захлестнётся атака и наступит роковая, недоуменная
минута: или вперед, или назад... Редко постукивали над ре­
кою выстрелы.
Вдруг громом небесным прокатился залп германских ба­
тарей. Против нас, на одной высоте с нами, стаям и белых
дымков повисли над лесом разрывы ш рапнелей. Секунда пе-

206
рерыва, и новые залпы, и новые стайки ш рапнельных разры­
вов, точно бараш ки на небе.
Из леса мягкою, плавною неслышною рысью выходили
Линейцы. Гнедые кони упруго ш ли по траве. Черные папахи
с алыми тумаками, серые черкесски и за плечами чуть колы­
хали, развеваясь концами, красные баш лыки. Первым вые­
хал на гнедом коне командир 4-й сотни подъесаул Тутов и с
ним хорунжий Венеровский, за 4-й сотней, ведя пятую, шел
подъесаул Пахомов и хорунжий Посохов, и за ними, пересе­
кая зеленое поле на статном светло-сером красавце коне, ко­
мандир шестой сотни подъесаул Л исевицкий и с ним лихой
партизан-разведчик сотник Непокупной. Войсковой старш и­
на Улагай вел сотни. За 4-й сотней ш ли пулеметные вьюки
хорунжего М алахина.
У дивительной, редкой по красоте батальной картиной
запечатлелись в моей памяти эти широко разомкнутые ше­
ренги сотен, проходящ их под грохот ш рапнельных разрывов
широкую зеленую поляну на фоне ольхового и осинового леса.
Н икто нигде не разравнялся, нигде не сбился с интервала,
не потерял направления. Ни одна не заскакала лошадь. Мол­
ча, сурово-нарядно, обвеянные духом победы, прошли Л и­
нейцы, как красивое видение войны, и скрылись в лесу. Их
движ ения не было больше видно. Оно отмечалось только дым­
ками ш рапнелей... И прошло пять, десять напряж енны х ми­
нут ож идания.
Вдруг бешено затрещали ружья и пулеметы вдоль берега.
Германская пехота обрушилась на линейцев, вышедших из леса
и проходивших открыто через камыши.
Первой на враж еский берег выскочила 4-я сотня. Во вре­
мя переправы ни одна лошадь, ни один к азак не были убиты.
Точно околдованы были немцы видом этой безумно храброй
атаки. Но, как только казаки попади на чистое, на берег с
почти отвесными краям и, на прямой выстрел стали поражать
Линейцев германцы. Впереди - круча и на ней проволока в
девять рядов кольев, влево крутая дамба моста. Командир 4-й
сотни подъесаул Тутов только успел указать на дамбу, как и
упал, тяж ело раненный. Среди казаков произошло мгновен­
ное пагубное замеш ательство. Часть, увлекаемая доблестным

207
хорунжим Венеровским, поскакала к дамбе; за ней увяза­
лись пулеметы хорунжего М алахина. Часть заметалась вдоль
берега. Стали падать убитые и раненые, люди и лошади. В
эту сумятицу вскочила 5-я сотня. Ее командир подъесаул Па­
хомов тут же упал, убитый пулеметным огнем. Сотня, остав­
ш аяся на молодого хорунжего Посохова, смешалась. Но в это
мгновение затрещ али винтовочные выстрелы за дамбой, зас­
трочили кровавую строчку линейные пулеметы. Вставш ие,
было, в рост германцы спрятали свои круглые каски и фельд-
грау мундиров. Их огонь на время стих. Сотни оправились, и с
налета перемахнули дамбу, укрываясь за ней от огня. Там шло
проворное спешивание. Порядок восстановился. Частый огонь
стал крыть наискось по немецким окопам, и только оправи­
лись немцы - вот она - валом повалила наша пехота! Бригада
генерала В. густыми цепями, увлеченная казакам и, вылезала
на берег. Затрещ ал, заскворчал, как масло на сковородке, па­
чечный пехотный огонь. Развернули свою музыку пулеметы.
Немцы стали очищать передовые окопы. Наш а пехота начала
закрепляться на завоеванном берегу.
Опасная переправа совершалась.
«Небываемое» стало совершивш имся.
Тем временем под жестоким артиллерийским огнем кон­
ные саперы есаула Зимина заканчивали мост. Особенно ста­
рались Л инейцы. Знали: понадобится их мост вынести ране­
ных и убитых. И, когда наступила августовская темная ночь,
по наскоро настланным доскам понесли Л инейцы своего лю­
бимого командира сотни, раненого в голову есаула Тутова,
хорунжего, убитых и раненных казаков. Никого не оставили
казаки в болотах Стохода, всех вынесли - таков старый каза­
чий кавказский завет, таковы традиции от предков казаков
Днепра и Дона.
Не так велики были потери, как, казалось, должны были
быть. Один офицер был убит и два ранено, около 40 казаков
выбыло из строя, 12 лошадей было убито и очень много было
ранено.
Дивилась пехота на кубанскую доблесть!
Дивизион войскового старш ины Улагая вписал последнюю
страницу в толстую книгу славы и подвигов 1-го Линейного

208
генерала Вельяминова полка, в Великую войну совершённых.
На первой странице этой книги подвиг есаула Тихоцкого под
Городком 4-го августа 1914 года, на последней этот, Черви-
щ енский, налет дивизиона войскового старш ины У лагая...
Дальш е небытие - до новых подвигов гражданской вой­
ны.
Торжественно и печально хоронили кубанцы своих уби­
тых в селении Грива.
А потом, как требуется по кавказским дедовским заве­
там, как поется в застольной кавказской песне:

- Л инейцы
...Стремились к схват кам новы м,
Н е ожидая череды...
Х в а л а же павш им , а здоровым
А л л а верды!.. А л л а верды!..
Казачьи войска

Одиннадцать казачьих войск - одиннадцать ж ем чуж ин в


блистательной короне Российской Империи. Три городовых
казачьих полка - три бурмицких зерна Белого Ц аря.
Донское, Кубанское, Терское, Уральское, Сибирское, Аст­
раханское, Оренбургское, Забайкальское, Семиреченское, Амур­
ское и Уссурийское казачьи войска - у каждого своя история, -
у кого уходящ ая в даль веков, к истокам земли Русской, у
кого еще недолгая, молодая жизнь искусственно продвинутых
«на линию» полков; все покрыты неувядаемой славой походов
и боев, сражений и побед. У каждого был свой неприятель,
свой театр военных действий, свои в песнях воспетые герои.
Три городовых полка - Красноярские, И ркутские и Ени­
сейские казаки - три горододержца, хранителя порядка в
Сибири, на далеком Сибирском тракте.
Кроме А страханцев и Красноярцев - я знал их всех. С
одними прожил тесною жизнью на протяж ении десятков лет,
с другими связан годами, проведенными вместе в трех вой­
нах, третьих видел только в лагерях, на ученьях. Всех успел
оценить и горячо полюбить.

•к * *

К азаки приходили службу на своих собственных, часто


доморощенных, казачьих конях, со своими седлами, в своем
обмундировании, со своими ш аш кам и и, одно время, со свои­
ми руж ьям и и пиками. Как поётся в казачьей песне:

...Он с походом нас поздравил,


Отдавал строгой приказ:
«Чтобы бы ли у вас, ребят а,
Ружья новые Берданы у
Ш аш ки вострые в ножнах».

210
К азаки снаряж ались д о м а и вполне готовыми приходи­
ли в полки. Ю ношами - «малолетками», они обучались воен­
ному делу, ж или в лагерях, и полковая ж изнь им была зна­
кома и не страш ила их.
Они не боялись лошади. Конь входил в семью казака, был
тесно связан с его бытом. К азаки любили своего коня, как
члена семьи, как связь с домом.
К азаки несли воинскую повинность все поголовно, без
льгот. В казачьей семье - и отец, и дед, и прадед - и, далеко
в века уходя, все были воины; служ или и старш ий, и млад­
ш ий брат, и от того создавалась традиция службы и уваж е­
ния к ней.
По стенам казачьего куреня висели фотографии тех, кто
служ ил раньш е, портреты начальников и героев. О них пели
песни казачки, их помнили и знали.
К а з а к и б ыл и п р и р о ж д е н н ы е воины.
Они сами стали таким и. Их закали ла в боях на границе
история.
Это было очень трудно, дорого и разорительно казакам
снаряж аться на службу. От них требовали всё лучш их, более
рослых и кровных коней, красивого, крепкого, исправного
снаряж ения. Они стояли наряду с полкам и блистательной
кавалерии Российской, и войсковое, казачье самолюбие тре­
бовало не быть ни в чём ниже их.
Я был очень близок с казакам и. В молодые годы, млад­
шим офицером, я ж ил с казакам и одною жизнью , ночевал в
полевых поездках и на манёврах в одной хате, в поле, на
сеновале, сутками был с ними и много говорил, - говорил
откровенно, по душе, не к ак начальник, а как старш ий брат
говорит с младшим.
Я знал родителей многих казаков, говорил с ними.
Я никогда не слыхал ропота, жалоб на разорение, на тя ­
жесть службы.
Молча, в величайш ем сознании своего долга перед Роди­
ной, несли казаки свои тяготы по снаряжению на службу и
гордились своим казачьим именем.
В них было прирожденное - ч у в с т в о д о л г а .
На смотрах и парадах - им выпадало самое трудное. Лейб-
Гвардии 6-я Донская казачья Его Величества батарея всегда,
по традиции - карьером, проходила на церемониальном мар­
ше. Карьером пропускали и казачьи полки. Если на маневрах
конница переплывала реки - первыми плыли казаки.
Они изумляли своею бесстрашной джигитовкой. Они вос­
хищ али легкостью и красотою своего строя, они пораж али
затейливой игрою заманиваю щ ей лавы. Они, по признанию
всех иностранцев, видевших их в мирное время, - были един­
ственной в мире, неподражаемой и несравненной конницей.
О ни б ы л и п р и р о д н ы м и к о н н и к а м и .
Красота их мирного полкового быта, с из глубины веков
идущ ими песнями, с лихой пляской, с тесным и дружным
товариществом, пленяла. Служить у казаков, служ ить с каза­
ками было мечтой всех истинно военных людей. Сколько Рус­
ских героев вошло в казачью историю, благодаря службе с
казакам и. От Ермаковских бояр Строгановых в далекие Иоан­
новы времена - до П .Н .В рангеля в наш и дни.
Писатели и поэты, худож ники и ваятели, композиторы и
танцмейстеры искали у казаков вдохновения. П уш кин, Лер­
монтов, Гоголь, гр. Л .Н . Толстой, Ш олохов воспели их. Вил-
левальде, Самокиш и М азуровский, француз Детайль и не­
мец Рубо оставили нам бессмертные холсты с изображением
казаков. Лансере увековечил их в бронзе, французские, анг­
лийские и немецкие худож ники времен Отечественной и ос­
вободительной войн увлекались ими. Ц езарь Кюн и Траилин
им посвятили свои оперы, о них пишут оперы и в Советском
Союзе. Их сильная, полная красок полковая и боевая ж изнь
пленяют воображение художников всякого рода.
В казачьих полках и батареях была особая, ни с чем не­
сравнимая к р а с о т а к а з а ч ь е й у д а л и .
И раньш е, и теперь, в великую войну, казаки были про­
славлены и оценены и любимы всеми родами войск.
Раннее утро. Густой туман низко приник к полям, затя­
нул овраги, в полроста деревьев покрыл лес. Темными остро­
вами стоят они над белым морем тумана.
Медленно и нерешительно подаются вперед пехотные пат-

212
рульные цепи. Идут ощупью. Война только что началась, и
необстреляна пехота, на половину состоящ ая из запасных.
Солдаты бредут, еле передвигая ноги, останавливаю тся, при­
слуш иваю тся, тяж ело молчат. Никто и не закури т... Впереди
неизвестность. И где он и сколько его, и что надо делать?
Чуть повеяло утренним ветром. Заколы хались, заходили
волны тумана, сзади брызнули солнечные лучи. Вдали, на
сжатой ниве, между золотистых копен, показались одиноч­
ные всадники.
Пехота замялась. Ж утко идти в лесную глушь.
- Вы не могли бы помочь своими казакам и?..
В балочке - звонкая команда сотенного командира.
- Сотня, готовься к пешему строю!.. К пешему строю -
слезай!
К ак на ученьи - в мирное время.
Очень ж идкая казачья цепь. Будто на охоте - облава. Идут
быстро, согнувшись, наперевес несут винтовки, - легко так.
Б ли ж е и ближе к лесу, презирая свист и чмоканье пуль,
разрывы ш рапнели, не оглядываясь на тех, кто упал, сра­
женный пулею. Вошли в гущу, исчезли в ней, как лани идут,
без шороха и шума, скользят между кустами.
Встала и смело пош ла за ними навстречу смерти пехота.
Заш умела густыми цепями по лесу.
К азаки впереди!
Лето 1916-го года. Бои на Стоходе. Его берег, крутой и
высокий, стеной спадает к воде. Стоход течет в несколько
рукавов среди зеленых болотистых лугов, между перелесков
и островов кустарника. Пехотная бригада подошла вплотную
к лугам и нет силы поднять дальш е цепи. Страшит болото,
где нельзя окопаться, страш ат водные пространства рукавов
Стохода. От командира пехотной бригады телефон к началь­
нику Казачьей дивизии: «Не поможете ли своими казакам и
поднять наш и цепи? Н аш а атака захлестнулась».
Кубанцы - две сотни и с ними пулеметы на вьюках. Се­
рые черкески, за спинами алые баш лыки, черные бараньи
ш апки с красными тум акам и, алые бешметы и погоны - ни­
чего «защитного». Развернулись широкою лавою, целый полк
прикры ли. Впереди на парадном сером коне командир сот-
ни, еще дальше впереди на гнедом коне командир дивизио­
на. Как на смотру - чисто равнение. Легко по луговой мок­
рой траве спорою рысью идут горские кони, не колы ш атся в
седлах казаки . Прошумели по кустам и перелескам, прошли
сквозь пехотные цепи. Им навстречу немецкие батареи от­
кры ли ураганный огонь, застрочили кровавую строчку пуле­
меты, котлом кипит огонь винтовок - чистый ад с Любашев-
ского берега... К азаки переш ли в намет, скачут через прото­
ки Стохода, алмазными брызгами сверкает вода из-под конских
копыт. Всё скорее и скорее мчится казачья лава - двести
человек на тысячи немцев. Реют алые баш лы ки... По брюхо в
воде бредут кони через главное русло.
Стих огонь немцев, в их рядах замеш ательство, слиш ком
непонятно-дерзновенна казачья атака.
Н аш а пехота встала и с громовым «ура» бросилась за ка­
заками в воду. Стоходский плацдарм был занят.
К азаки проложили дорогу пехоте.
Осень 1916-го года. У селения Тоболы, на Стоходе, австро­
германская пехота сбила наш у 4-ю Ф инляндскую стрелко­
вую дивизию. С таким трудом завоеванный Червищ енский
плацдарм занимается немцами.
Из ш таба 3-й армии приказ к азакам вы ручить пехоту.
П ять немецких аэропланов низко реют над казачьей диви­
зией, наметом скачущ ей длинной колонной к ж идком у, к а­
закам и построенному мосту. Стучат с аэропланов пулеметы,
часто рвутся бросаемые с них бомбы. А эропланы так низко,
что отчетливо видны лица летчиков. Падают убитые лош а­
ди, везде леж ат убитые и раненые к азаки . К азаки карьером
проскакиваю т по ходуном ходящ ему под ними мосту, про­
ходят через прорезы в проволоках наш их укреплений, и вот
они - перед изумленной германской пехотой разворачивает­
ся ш ирокая, на четыре версты, захвати вш ая весь плацдарм,
казачья лава.
Сотни пленны х... Взятые с боя пулеметы. Очищенное от
врага поле сраж ения... Восстановленное положение. К азаки
выручили свою пехоту. Ф инляндцы вернулись в свои окопы.
Когда армии шли вперед - казаки были впереди армии,
когда отступали - казаки широкой завесой прикры вали их

214
отход, - как во врем ена Н аполеоновских войн, как в Семи­
летнюю войну против Ф ридриха, к ак в Турецкие и П ольские
войны с Суворовым. Ни броневые м аш ины , ни самолеты,
ни пулеметы , ни скорострельны е пуш ки и полевые м орти­
ры и гаубицы не изм енили их дерзновенно-смелой к азач ь ­
ей такти ки .
Летом 1915-го года наши армии отступали. Не было сна­
рядов, не хватало патронов. Больш ие потери были в пехот­
ных полках. Упадал воинский дух.
Ночь с 22 на 23 ию ля. По большому Влодавскому ш ляху
пылаю т сёла и посады. П ожарное зарево кровавым блеском
покры вает ш ирокую полосу полей. Сверху светит полная
луна. Всё каж ется неестественно страш ным и призрачным
в красном свете пож ара и в мутном лунном мареве. Н аш а
пехота отходит. Ш таб 14-го армейского корпуса и все его
обозы еще находятся в посаде Савин. Необходимо остано­
вить наступление немцев.
Две сотни Терцев 1-го Волгского полка и за ними 6 сотен
Кубанцев 1-го Линейного казачьего генерала Вельяминова
полка вылетают в сумрак ночи, озаренный пожарами и лу­
ной, проходят сквозь цепи отступающей нашей пехоты и с
диким гиком кидаю тся на немцев. Результат этой атаки был
поразительно сильный. На п я т ь суток было остановлено
наступление немцев, морально потрясенных ночною дерзкой
атакой казаков.
К азаки остались на завоеванном поле и простояли одни
эти пять суток, дав возможность нашей пехоте пополниться,
устроиться и укрепиться на новых позициях.
Так было везде, на всем двухтысячеверстном Фронте Ев­
ропейского театра военных действий и в Закавказье, в Малой
А зии, где казакам генерала Баратова приходилось выручать
англичан. Донцы, Кубанцы, Терцы, Уральцы и Сибиряки.
Оренбуржцы и А страханцы , Забайкальцы и Семиреченцы,
Амурцы и Уссурийцы - вписывали страницы подлинной сла­
вы в свои войсковые истории, вплетали лавры в венки своих
полков.
Потерь не считали. По казачьему завету - «об убитых и
раненых» был у них свой, «домашний счет».
Когда началась смута - казаки не признали власти боль­
шевиков. Они сражались до последнего, они ушли - не только
офицеры-«золотопогонники» - но целыми полками уш ли в
изгнание в твердой вере, что еще пригодятся они своим род­
ным войскам. Те, кому пришлось остаться испивать горькую
чаш у рабства и насилия, непрерывно и постоянно, несмотря
на жесточайш ий террор и ссылки на север, на верную смерть,
волнуются, поднимают то на Дону, то на Кубани, то на Кав­
казе восстания и только ждут удобного случая, чтобы сверг­
нуть проклятую власть пролетариата.
К азаки не согнулись и не сдались.

* * *

И верю я, что, когда начнет рассеиваться уж е не утрен­


ний тум ан, но туман исторический, туман м еж дународны й,
когда прояснею т мозги задуренны х лож ью народов, а Рус­
ски й народ пойдет в «последний и реш ительны й» бой с
третьим интернационалом, и будет та нереш ительность, ког­
да идут первые цепи тум анны м утром в неизвестность -
верю я - увидят Русские полки за редеющей завесой истори­
ческого тумана родные и дорогие тени легких казачьих ко­
ней, всадников, будто парящ их над конскими спинами, по­
давш ихся вперед, и узнает Русский народ с величайшим лико­
ванием, что уже сбросили тяж кое иго казаки , уже свободны
они и готовы свободными вновь исполнять свой тяж елы й долг
передовой службы - чтобы, к ак всегда, как в старину, один­
надцатью крупными ж ем чуж инам и казачьих войск и тремя
ядры ш ками бурмицкого зерна городовых полков, вновь забли­
стать в дивной короне Имперской России.

«Казачий альманах », 1939 год.


г.Париж ( Франция).
К познанию казаков

В прекрасных, искренних, ж ивы х и ярких воспоминани­


ях о военной службе г.Б и ркина («Молодые офицеры», 1904-
1905 гг.», и «Осиное гнездо»), автор в двух последних кни­
гах отмечает особенности казачьего быта. Его поражает, что
офицеры ходят в гости к своему сотенному вахмистру, что,
несмотря на то, что выпито было немало, дисциплина не стра­
дала, что казаки были неизменно веж ливы и предупреди­
тельны к своим офицерам, что в них была какая-то особая
благовоспитанность, очевидно, приобретенная задолго до служ­
бы, вне её, дома.
Такую же отметку о казаках мы найдём и в интересных
очерках генерала Д еникина «Старая А рмия», где во втором
томе генерал Деникин, описывая недоразумения, после рус­
ско-японской войны в Донской и У рало-забайкальской диви­
зиях, пишет: «во время японской войны, помню, на почве
хозяйственных злоупотреблений был случай массового заяв­
ления жалоб казакам и Донской дивизии - случай редкий,
ибо казаки привы кли разбирать свои внутренние недоразу­
мения между собой, «не вынося сора из избы »... и далее:
«...казачий быт отличался от армейского некоторыми особен­
ностями, а Уральцев - тем более. У последних нет вовсе сос­
ловных подразделений; из одной семьи выходил один сын -
офицером, другой - простым к азак о м , - это дело случая.
Бывало, младш ий брат командует сотней, а старш ий - у него
вестовым. Родственная и бытовая близость между офицером
и казаком составляли особенно характерную черту уральских
полков...» (стр.155).
Всё это происходило потому, что домаш ний быт и всё вос­
питание казака в станице и дома сложилось совсем иначе,
чем у русского крестьянина. И прежде всего потому, что ка­
заки сами не знали крепостного права. Между ними не было

217
холопов и «бар». Помещичьего гнёта они не знали, и, хотя
назы вали иногда офицера «барином» или «паном», это не
носило того характера, как у солдат: непреоборимой стены не
было... И дома, на хуторе, казак о этим «барином» садился за
один стол, в равной доле принимал участие в охоте, до одури
спорил из-за сенокоса, из-за участков, паев и т.д. На службе
в часы «словесности» оф ицер-казак часто и совершенно про­
сто подходил к душе своего казака и разговаривал с ним о
«домашнести», то есть о родной станице, которая была и для
того и для другого предметом одинакового обожания и тоски.
Кто хочет ближе познакомиться, окунуться в этот своеоб­
разный быт, где, наряду с обычной крестьянской грубостью,
есть и много рыцарского, благородного, воинского, тем надо
читать и перечитывать, никем не превзойденное описание
Терской казачьей станицы, сделанное графом Л.Н .Толстым в
его захватывающей повести «Казаки». Лучшего, более точного,
гениального яркого описания казаков я не знаю в нашей лите­
ратуре. Описания природы Терека, типы Л укаш ки , Назар-
ки, бесподобный дядя Брош ка, М арьяна, всё это такие обра­
зы, что просятся на картину, подобно репинским «Запорож­
цам». Но Толстой мало касается отношений между казакам и
и офицерами. Его герой Оленин, юнкер, иногородний, чу­
жой, «Русский», а потому в повести и не видно отношений
между казакам и и офицерами. Кроме того, повесть эта отно­
сится к пятидесятым годам прошлого века, ко временам по­
корения Кавказа, и потому не даёт нам того, что было так
недавно, ещё в наши дни.
Больш ой роман М их.Ш олохова, выш едш ий два года тому
назад в СССР, «Тихий Дон», дает нам очень верное и красоч­
ное описание донского хутора перед Великой войной, во вре­
мя войны и в первые дни революции. Роман этот, и по мане­
ре писания, резко выделяется из всего того, что вышло за
последние годы в советской республике, и представлял бы из
себя ценнейш ий вклад в Русскую литературу, если бы он не
был издан там, где нет свободного слова и где автор, хочет он
этого или не хочет, должен вклады вать в свое произведение,
определённую тенденцию. И эта тенденция немало портит
■Прекрасный, в общем, роман М .Ш олохова.
Много дал для познания казаков Ф .Д .К рю ков, который
так ярко осветил и ж и зн ь казаков в станице, и казачью
военную службу, к ак она претворялась и переж ивалась в
станице.
В настоящ ее время, вот уже год, в выходящем в Париже
ежемесячном журнале «Россия» печатается прекрасный, живо
написанный, отлично рисующий станичный быт терских ка­
заков в смутное время после войны и в начале гражданской
войны роман П .Ергуш ева «На древнем рубеже».
Кто хочет познакомиться о современным бытом казаков,
так тщ ательно теперь разруш аемым больш евиками, кто хо­
чет понять то, что отметили в своих воспоминаниях генерал
Деникин и г.Б и ркин, тому я настоятельно советую прочи­
тать это роман. В нём отразилась ж изнь офицера, есаула Лу­
кина, в родном хуторе среди казаков в месяцы начала граждан­
ской войны на Юге России.
Описание казачьего быта, яркий народный говор, то, что
принято называть «фольклором», нравы станичные, общество
маленького городка, переживающее безвремение и безнача­
лие, проповедь коммунизма, казаки твердые и казаки, уже
готовые к измене своему прошлому, дедовскому завету, гор­
цы-татары, общий сенокос, хозяйственные заботы Л укина и
подготовка к жестокой войне, м аленькая ин триж ка с про­
стой казачкой и глубокая любовь, пасхальные, весенние обы­
чаи, танцы, посиделки и, наконец, страш ные кровавые бои о
больш евиками, всё это, как в зеркале, нашло отражение в
прекрасно написанном романе г.Ергуш ова. Я зы к его ярок и
красочен, описания ж ивы , образы начертаны смелою, уве­
ренною рукою. Много в романе казачьих бытовых песен, много
ярких красок. Ч и тая его, чувствуешь и крепость молодых
губ красивой казачки, пахнущ их при поцелуе купоросом, и
яркую прелесть пёстрых бешметов и чёрных, и серых, и ма­
линовых черкесок и материнскую любовь матери-казачки и
дружбу казачек-подруж ек.
В романе есаул Иван Петрович Л укин с простыми казака­
ми и казачкам и то весело и рьяно танцует лезгинку...
«- Иван Петрович! Иван Петрович! Твой лад! Изволь танце­
вать! - кричал подвыпивш ий хозяин.
- Просим! - подмигнула Д уня, р азж и гая Л уки на. Все
дружно ударили в ладони. Длинно-бородатый П анфил ловко
забарабанил по столу ножом и вилкой. Есаул выскочил из-
за стола.
- Харц! Харц! - крикнула фельдш ериха, муж которой при­
стально следил за ловкими па танцую щ их.
- Экий чёрт! Экий дьявол! Ты в балете учился?! - покачи­
ваясь на широко расставленных ногах, громко восхищ ался
Я зы чков...»
То этот же есаул одним взглядом, одним реш ительным и
смелым движением укрощ ает начинаю щ ийся бунт казаков.
«- Зачем выстроили отряд? - предательским выстрелом
грянуло в спину Л укина. От этого удара у есаула зарябило в
глазах. М итинги, расстрелы солдатами своих офицеров, раз­
вал армии - все эти ж уткие картины с молниеносной быстро­
той пронеслись в его голове.
Оглянувшись, он сразу отыскал угрожающ ее жало.
- Красные отступаю т, сейчас атакуем , - твердо сказал
Л укин, не спуская глаз с урядника Карпова.
- Довольно лить нашу кровь, мы не пойдём, - заявил тот,
взглядами по сторонам как бы подсчитывая своих единомыш­
ленников.
«Еще минута и всё потеряно», - мелькнуло в голове Лу­
ки н а.
- Господа офицеры! Ш аш ки вон! За мной в атаку! Марш,
марш! - словно качнувш ись над пропастью, нечеловеческим
голосом закричал Лукин и, взмахнув клинком , помчался к
колонне.
«Всё равно - пуля в спину, пуля - в лоб», - пронеслось а
его сознании.
- Ура! - рванулись офицеры за командиром. И вдруг раз­
дался пронзительный страш ный гик. М ураш ки побежали по
телу. Вздрогнула земля. И, сорвавшись с места, конная туча
помчалась за офицерами. Выстрелы, крики, кровь, стон, рж а­
ние лошадей, - всё слилось в сплошной гул. «Ура! Ура!» -
кричали, отстреливаясь на бегу, красноармейцы».
Самыми ярким и, полными ж изни и движ ения сценами
переполнен и насыщен роман. Его читаеш ь легко, как холод-

220
ное кавказское вино пьёшь. Он читался бы ещё легче, если
бы автор по своей молодости не увлекался бы тем, что, неза­
метно, входит в нашу теперешнюю литературу и что несомнен­
но портит наш прекрасный Русский язы к.. Это - не всегда
удачные и, точно нарочно придуманные, с р т н е н и я . Идёт это
к нам от писателей СССР, где эта скверна выкупает бедность
содержания.
Такие вы раж ения, как - «затягивал узел событий Лукин»
или «каменной стеной тянулась лин ия фронта, скованная
молчанием», «поливаемые огнём стонущих от хохота орудий»,
«мгновение царило напряжённое равновесие», «По коням! -
разрядился есаул», роман не красят, но, напротив, вызывают
досадное недоумение. П .Ергушев имеет прекрасный стиль, и
уснащ ать роман таким и «фиоритурами», пахнущ ими совет­
ской напыщ енной литературой, ему просто не следует.
В П .Ергушеве виж у писателя большого, и потому не бо­
юсь сказать ему и о недостатках, к счастью, не частых и не
больш их, его прекрасно написанного романа.
Этот роман «На древнем рубеже» даст ответ на те вопро­
сы, что ставят себе в своих зам етках по поводу быта казаков и
генерал Деникин и г.Биркин, они ответят и объяснят и то,
что такое некоторое обособленное движение среди казаков,
которое неумело и неумно называют «самостийностью», име­
ет своё основание и свои корни.
Сохранят ли, удержат ли в больш евицком рабстве казаки
свои прекрасные родственные, семейные обычаи, как сохра­
нили они и пронесли через многие столетия своего служения
Государям Русским, неизменно благоволившим к казакам и
считавш их казаков лучш ей ж емчуж иной Русской короны?
Это покажет будущее, этому может помочь казачья эмигра­
ция, и этому, несомненно, помогут и такие произведения,
как роман П .Ергуш ева - «На древнем рубеже».

Журнал «Часовой»,
г.Париж (Франция),
№55, 15 мая 1931 г.
Казакам - о казаках

Две заботы тяготеют над казакам и-изгнанникам и, ж иву­


щ ими на чужбине, принуждёнными работать не над своим
делом, но рабским подневольным трудом зарабатывать чёр­
ствую корку чужого хлеба.
ПЕРВАЯ - мы, казаки, не едины, нет между нами едино­
мыслия, нет согласия, и вместо дружбы и общей спорой рабо­
ты - вражда, подкопы и раздоры. Что ни большой город - то
две, а то и три, враждующих между собою станицы, несколь­
ко партий, несколько течений, несколько верований... Тут ка­
заки-националисты, «великодержавники», исповедующие не­
обходимость тесной связи с Россией, видящ ие в ней Родину-
Мать, верящие в нужность своей работы для России, своего Ей
служения, идущие по проторенному пути отцов и дедов. Там -
казаки-самостийники», мечтавшие о своём, обособленном от
«Москвы», государстве, какой-то никогда не слыханной, будто
сказочной, «Казакии». Есть казаки-м онархисты , верующие,
что Царём спасётся Россия и только с Царём будет она по-
прежнему сильной и могучей, вспоминающие страш ные дни
1613-го года и мудрое решение Донского атамана М ежакова;
есть казаки-республиканцы, есть казаки , ненавидящ ие ж и-
довскую^советскую власть и её возглавителя^ и есть казаки-
«младороссы», входящие во «вторую советскую партию» и
верующие в возможность преображения коммунизма в наци­
онализм. Всё это мучительно тягостно казаку, верному сыну
Р одины ...
«Ах, если бы у нас было единение! Создать бы какой-
нибудь крепкий союз, всем заговорить одним, общим язы ком
любви к Дон^ПСбнчилось бы, наконец, Ъто Вавилонское стол­
потворение... П оявился бы у нас свой Адольф Гитлер, или
казачий Муссолини, собрал бы нас воедино. Пошли бы за
ним, куда он нас поведёт. Впряглись бы за ним в свою колес­
ницу славы казачьей!».
Нет у нас ни Гитлера, ни М уссолини... Нет никого... Если
явится кто-нибудь, кто начнёт работать, - сейчас заш ипят из
соседних «партий» инаком ы слящ ие, и из всего обильного
казачьего словаря закричат одно только подлое слово разру­
ш ения и погрома: «Долой!..»
Но, если вдуматься во всю эту казачью А разбериху, отча­
сти питаемую на чуж ие, враждебные России деньги, то не
так уже она окаж ется страшной - ей Богу, не стоит казакам
печалиться и ломать свои чубатые, лысые или, по-загранич-
ному, стриженные головы. Верьте, казаки , что те иноземцы,
что сыпят деньги на наш у теперешнюю рознь, - зря бросают
эти деньги на ветер.
Немцы говорят: «Kamm t Zeit - kam m t R at» - «Придёт
время - придет и совет...»
Эта казачья (да и только ли - к азачья?..) неразбериха и
неурядица происходит от ненормального изгнаннического
положения казаков. От того, что - вот и работаем мы от зари
до зари, кто на фабрике или заводе, кто в торговле, кто батра­
ком у чуж еземца-хозяина, кто, ездя на маш ине, - а настоя-
щего-то дела у нас нет. СВОЕГО дела. Вместо него - пустое
место, и потому полное раздолье для самых черных мыслей и
самых фантастических, необузданных планов. Немудрено, что
тут и до нелепейшей «Казакии» додумались. Ум изощ ряется
на том, как бы злее, оскорбительнее, унизительнее обругать
и продёрнуть того, кто смеет с тобою не согласиться. Глав­
ный враг - больш евики - позабыт, и видят врага в том, кто не
пошёл в твою «партию »...
Н о... Представьте себе, что настал - вот он - так давно и
так жадно ожидаемый день возвращ ения на Родину, и мы -
потому ли, что свершился переворот, что Русский народ, опом­
нившись от кровавого кош мара, прогнал жидов и их поганую
болышевицкую власть и что новое Русское правительство при­
гласило казаков-изгнанни ков вернуться в родные курени,
потому ли, что чужие войска пошли водворять порядок, изго­
нять Антихристов третий интернационал из России и при­
гласили казаков пойти с ними бороться за Россию, - так или
иначе, но мы попали на свою свободную Родину.
Что там, где стоял когда-то отцовский курень, где дедовский
скот пасся на толоке и где в степи ходил станичный табун?..
Колхозная казарм а - тю рьма?.. П ожарищ е с торчащими
трубами и черепками битой посуды и стекла?.. Х ата с выби­
тыми окнами?.. Кто встретит нас на станичной площ ади, где
снесена или поругана церкор- где тебя крестили когда-то?..
Не скаж ем ли мы словами поэта П уш кина, когда увидим
тамошнюю подсоветскую молодежь, выросшую и даж е родив­
шуюся без нас:
...Здравст вуй, плем я
М олодое, незнакомое!.. Н е я
Увижу твой могучий поздний возраст...
Обступят нас подсоветские казаки-малолетки, выросшие в
колхозном_рабстве, в голоде и унижений, подГкнутсш жида-
комиссара, закаленные в борьбе за ж изнь с малых лет, знав­
шие то7чёго мы не знаем, и в тайниках своей души выносив­
шие свою мечту, свое представление о России и её Тихом Доне.
Им ли, кто стал уже на наше место, кто приш ёл на смену
нам, понесём мы ахинею заграничных раздоров и партий? Им,
жаждущ им живого слова, тесной дружбы и общей работы, бу­
дем толковать о «второй советской партии», о «деле» «Ленина-
Сталина», и начнём путаться в различны х политических сис­
темах, выношенных в изгнании на дрож ж ах эмигрантской
тоски по Родине? Или будем им говорить о ненависти к «Мос­
кве», о создании «Казакии», о борьбе против России? - гово­
рить им, выносившим кровью тысячи мучеников за эту Рос­
сию свою мысль, своё представление о России, к ак о великой
и сильной Родине...
Камнями побьют!
Наши изгнаннические течения, проекты, программы - смо­
ет, как дорожную пыль смывает вода родного ключа. Стыдно
станет вспоминать о том, что говорили и писали мы друг против
друга по Парижам, Белградам, Софиям, Нью-Йоркам, Ш анха-
ям и другим городам и весям нашего теперешнего рассеяния.
Зем л я... Родная земля зовёт нас к общему труду... Разру-
шенный хутор ждёт обновляющих рук - и тому «младому,
незнакомому племени» нужен весь наш заграничный опыт,
все наш и знания, чтобы создать привольную и точно счастли­
вую ж изнь казаков. Снова, чтобы был не Ш о л о х о в с к и й ,
но подлинный Т и х и й Д о н !..
Если придётся казакам становиться в ряды полков, что-
6HL вооружённою руною освобождать родные земли - в полко­
вых этих рядах - кто позволит^айворить о младороссах, само­
стийниках, республиканцах или ещё о чём-нибудь таком? Там:
«первый... второй... третий» - вот и весь твой расчёт и вся твоя
партия. Станешь ты номером передней или задней шеренги,
прикуют тебя воинской дисциплиной к коню ли, к самокату
ли, мотоциклу, или самолёту, или пулеметзф или орудию -
изгнанническую дурь придётся выбросить из головы и поза­
быть; с нею далеко не уедешь, но вздумаешь спорить или про­
поведовать свои теории - расправа коротка...
Теперешнее наше разъединение не должно смущать или
пугать казаков. Оно от безделья при каторжном труде. Оно -
игра в бирю льки... Тянет кто-нибудь себе крю чком атаманс­
кий пернач вольной «Казакии», глядиш ь - и всю кучу разва­
лил. Посыпались «вторая советская», полетело «вьльно ка-
зацство» и прочий нелепый малограмотный вздор...
Занимайтесь... Играйте! Серьёзному казаку смешны ваши
бирю льки...

* * "к

В т о р а я з а б о т а - как быть с Донским Атаманом?


Сроки его полномочий истекают в текущ ем году. Избирать
ли и как нодого атамана? Согласно с Донской конституцией
на новое трёхлетие, 1936-1941 годы, или просить А тамана
графа Граббе остаться и дальше атаманить за границей?!
К аж ется, дело ясно и просто. Нового кандидата у казаков
нет. Атаман граф Граббе вёл дела при нынеш них ж утко-тя­
ж ёлы х обстоятельствах так, как надо. Выборы производить
суетно и дорого. О чём же говорить? Просить, просить его
сиятельство М ихаила Н иколаевича Граббе остаться и дальше!
Н о..? Как же быть с конституцией?

8. Зак. 0060 225


Полноте вздор городить! Донская конституция написана
наспех в 1918 году Войсковым Кругом для естественно и мирно
живущего на своей земле войска, с его территорией и наро­
дом, с его казной и войском, а у нас ни Всевеликого войска
Донского (сдали его на поток и растление болыпевицким ор­
дам. Не удержали!), нет ни пяди своей земли, где были бы
мы хозяевами, а не гостями, приняты м и из милости, нет
своей армии, есть только - «в рассеянии сущие».
Слава Богу - разумные казаки это отлично поняли и учли.
Главная Ц ентральная Комиссия по выборам Донского А та­
мана, сконструированная согласно распоряж ения Донского
А тамана от 7-го декабря 1937 года, объявленного в ж урнале
«А таманский Вестник», №9 за 1937 год, за то короткое вре­
мя, что истекло до сего дня, получила из разны х стран рас­
сеяния приговоры Донских казачьих организаций и груп­
пировок, насчитываю щ их более 1700 донских казаков; сущ­
ность этих приговоров: «перевыборы Донского А тамана на
новое трёхлетие, 1938-1941 годов, н е п р о и з в о д и т ь...»
Ж ив, значит, казачий разум и не смутить его станичным
горлопанам, за четверть водки готовым срывать любое собра­
ни е...
Казакам нужно серьезно подумать о том, что скаж ут они
«младому, незнакомому племени», которое встретит их, если
их позовет домой Русская власть - победительница жидовс-
к ого больш евизма?.. ^~
Казакам нужно реш ить, «как пойдут они, если их позо­
вут идти свергать большевиков и освобождать от жидов Рос­
сию?
Не сомневаюсь - пойдут «сомкнутыми рядами, с верой в
Бога и упованием на Его помощ ь»... Пойдут единым казачь­
им мощным фронтом, не думая ни о каком «пораженчестве»...
Мы - казаки!.. С нами Бог!

Газета «Голос России»,


№>95, 19 апреля 1938 года,
г.София ( Болгария).
Русская держава

На хуторе царя почти никто не видал, но его все знали, и


он вошел в ж изнь Сергуньки Самохоткина с его детских лет.
Сергунька дальше хутора и его степей не бывал. Окруж­
ная станица далеко; он знал свой хутор и свою станицу по
имени, знал, как ее «дразнят». Не по-хорошему дразнили
станицу. «Порочная» она была: архиерея, мол, встречали не­
когда станичники, надо звон делать, а звонить некому, так,
будто, кобель на колокольне звонил. Спрашивал Сергунька
отца: правда ли так было?
- А, пустобрехи! - скаж ет отец и задумается. Видит Сер­
гунька, что и ему неприятно, что станица так о с р ^ ч л а с ь .
В хуторской ш коле узнал Сергунька, что есть еще Войско
Донское, - Д онская область, - урядник инструктор обучал; и
что есть Россия.
Про Россию рассказы вал батюшка. Хорошо рассказывал.
Но понять было невозможно. Очень уж больш ая Россия. Если
на коне ехать, в год не проедешь с одного конца на другой. И
города есть большие, и реки, и горы огромадные. Только, не
видев ничего, кроме степи да синего неба, да овражистой
балки, трудно было это всё Сергуньке вообразить. И слагалось
в мысли: Россия огромная, и в ней царь.
Ц аря поминали часто. И в песне, и в присказке. Он во­
шел в ж изнь, и как будто «слился» с Богом. И Бог - царь
небесный; и царь, как Бог в своем Российском царстве - зем­
ной царь.
П рислуш ается Сергунька в церкви, что поют и читают, -
и там часто царя поминают. Свящ енник особо и благостно
молится:
- О благочестивейшем, самодержавнейшем, великом госу­
даре нашем, императоре Н иколае Александровиче...
Все слова непонятные, трудные, а торжественные, благо-

227
стные, как-то сливающиеся с молитвою, с пением, с запахом
ладана, с золотыми ризами свящ енника и солнечными луча­
ми, что сквозными потоками входили через овальные стёкла
хуторской церкви.
Поднимали дух эти слова. От них уносилась ввысь душ а и
тепло становилось на сердце.
Царские портреты висели рядом с «Богами». Отец ездил в
Криворожье на ярм арку и привез их оттуда. В золотых узких
рамах, под лаком. Помнил Сергунька, как привезли их, сладко
пахло от них клейким лаком.
Царей было двое: император Александр III Александро­
вич, в темном мундире и при голубой ленте, и наследник
Н иколай Александрович, в голубом казачьем мундире. Те­
перь лаковый запах выветрился, и рамки, засиженные муха­
ми, стали бурыми. Про императора А лександра III А лексан­
дровича говорили, что он «в Бозе почил». И то, что он не
умер, а в Бозе почил, казалось Сергуньке таинственным и
значительны м.
Еще видал Сергунька царское изображение на золотых
десятирублевках и пятирублевках, на рублях и полтинниках,
на почтовых марках. Царь и двуглавый орел. Царь и Россия -
так и вошло с этими изображениями в понятие Сергуньки,
как что-то огромное, прекрасное и святое. Как в церкви.
Во всём хуторе видал царя А лександра Н иколаевича толь­
ко старый дед Бодрухин. Он служ ил в лейб-гвардейском пол­
ку. Ходил в Туретчину освобождать болгар, а раньш е в Санкт-
Петербурге видал часто царя. Он рассказывал про воскрес­
ные разводы перед государем. Как являлись государю офицеры
на ординарца, как скакали и джигитовали мимо царя казаки
и кавказцы .
- Пистолет зарядят порохом и песком. И лист насупротив
государя положат бумажный, большой. И скачут мимо, а подле
листа нагнутся и в лист стреляют. Лист вдребезги. Одни кло­
чья. Кони тогда были!.. Таких нет теперь... Н у... умные!..
Она, животная-то, понимает, что перед царем. Она старает­
ся... Другая на репетициях как ая ндравная: и на дыбки ста­
новится, и сигает - однова не сшибет, а царь приедет - такова
смирная, не узнаеш ь...

228
От этих рассказов дыш ало чем-то великим и важным. Как
в Библии, когда читают про ж изнь при Боге, как Господь
говорил с людьми.
Задумается Сергунька. Мать подойдет к нему, погладит
по вихрастой головке и скаж ет:
- О чем ты ?..
- О царе, м ачка, думаю. Какой он есть?
- До Бога высоко, до царя далеко, - скаж ет, взды хая,
мать. - Всю-то ж изнь прожили, никогда не сподобились царя
повидать...
Осенью отец едет на ссыпку, везет продавать хлеб. Вер­
нется чуть хмельной. Вечер теплый, медвяно и сладко пах­
нет со степи зерном. Тихо спускается солнце. Отец сядет на
рундуке у хаты, Сергунька рядом с ним. Отец обнимет его
рукою и мурлычет вполголоса:

Русский царь живет богато:


Войско водить в сапогах.
Ваш а ж рат ь - есть оборванцы,
Х одят даже без чувяк!.. ^

От отца пахнет дегтем, махоркой и, чуть, водкой. Этот


запах сливается с крепким запахом степи. Сергунька спра­
ш ивает отца:
- Он богатый, русский царь?
- Ужасно какой, Сергунька, богатый...
Так творилась незаметно в простом детском сердце мис­
терия о царе. Радостью и светом озар ял а тоску повседнев­
ной ж и зн и на далёком хуторе. Грязны е, вонючие скотские
базы , овечьи кош ары , нудно пахнущ ие по утрам , вечная,
без розды ха, возня с ж ивотны м и, пти цам и, с грязной зем­
лей, борьба с непогодой и зимнею стужею - всё покры ва­
лось мыслью:
- Царь-то это, поди, знает... Думает о нас, ценит—
Как Бог на небе, так царь на земле. И без них было бы
нельзя ж ить. С тоски, со скуки удавились бы люди.
Сергуньку на приеме записали в гвардию. Отец с гордое-
тью оглядел высокого несуразного парня с розовым безусым
лицом и голубыми в черных ресницах глазами и сказал:
- Ну, брат!.. - Ц аря сподобишься повидать... Счастливым,
знать, ты уродился.
Стали готовить «справу». Ездили к станичному портному,
ш или обмундировку гвардейскую, с ж елтыми петлицами, на
ярмарке искали «справного» коня.
За заботами и хлопотами, за поездкой в Арчеду, в гвар­
дейский лагерь, где обучались малолетки, как-то забылась
тоска предстоящей разлуки. Столько было впечатлений!..
Семь дней ехали по чугунке в красных вагонах с конями
вместе. Нескладно пели песни, смотрели на каменные боль­
шие здания станций, на простор сж аты х полей, на далекие
сёла, на ш ирокие реки, и стали смутно понимать, что такое
Р осси я...
Петербург... Вот он!.. И царь тут живет. Казалось - выле­
зешь и встретишь его? Нет, не встретиш ь его. Разве можно
его так просто увидать.
Хмурые сырые красные казарм ы . Вставать до света. При
свете ламп одеваться и обуваться и идти на конюшню уби­
рать лошадей. Ученья, корм лошадей, обед и опять ученья; и
вечером молитва перед образом с горящей лампадой, мерт­
вый сон усталого тела и пробужденье от грозных криков де­
журного: «вставить, вставать!».
Дни сливались с днями, одинаково заняты е, - только по­
спевай всё исполнить. Взводный и фланговый покрикивали;
приказны й и старые казаки наставляли; приходили господа
офицеры и командовали, учили и поправляли.
Не заметил и сам Сергунька Самохоткин, как из несураз­
ного парня, не знающего, куда девать руки и к ак поставить
ноги, сталь он бравым, расторопным казаком . Уже перевели
ёго за бравый вид и хорошую посадку на коне из задней
шеренги переднюю и дали ему пику.
- Теперь на смотру царя, как меня, увидишь! - сказал ему
хорунжий.
На словесных зан ятиях хорунжий спраш ивал:
- А кто у тебя государь император?

230
И, когда Ры балкин, тупой казак, ответил:
- М иколай А лександрович... - хорунжий поставил его на
два часа в боевую.
И за дело. Надо было отвечать:
- Его императорское величество, государь император Ни­
колай Александрович.
В этих длинных непонятных словах тоже было что-то от
Библии, от Бога, от рассказов деда, от слов матери со вздохом:
- До Бога высоко, до царя далеко...
Как-то вдруг, после Пасхи, стали часто ходить всем пол­
ком на ученья, ездить под музыку. Сказали: на 28-е апреля
назначен высочайший смотр войскам гвардии и Петербургс­
кого военного округа на Марсовом поле.
- Ну вот, Самохоткин, и увидишь ты царя! - сказал Сер­
гуньке хорунжий.
И сказал это так, что Сергуньку теплом обдало. Точно
милость ему объявил...
В этот день встали рано. Раньш е обыкновенного. Уже вес­
на на дворе. Солнышко встаёт рано, а встали до солнца. При
огне. Сразу пош ли на конюшню. И накануне, с вечера, осо­
бенно тщ ательно убирали коней, хвосты им заплетали. С утра
каждую пы линку с них снимали. П риш ли взводные кузне­
цы и раш пилем опиливали спереди подковы, чтобы блесте­
ли, «бронзу» наводили.
Ш ли на царский смотр!
После уборки, в бледном утреннем свете столовой, ^ и
особый завтрак. Не хотелось есть так рано, но старые казаки
говорили: «поешь, а то нескоро обедать будешь. Уморишься.
Сомлеешь»...
- После завтрака каптенармус и взводные раздавали пара­
дные мундиры; все подбеляли ремни портупей, а потом мы­
лись, раздевшись до пояса, ледяною водою и мылом растира­
ли лица, подбивали чубы и медными гребеш ками расчесыва­
ли волосы. Одеваясь, помогали друг другу, осматривали друг
друга. И было торжественно, празднично и необычайно, как
перед Светлой Пасхальной заутреней.
Что за чудные были новые папахи, с голубым верхом,
волнистого черного курпёя с серебряными звездами и отли-
чиями. Удивительного небесного цвета мундиры с желтыми
ж гутами и оловянными пуговицами с двуглавым орлом: Рос­
сия.. Ш аровары темно-синего сукна. Сапоги в черной смаз­
ке, с круглыми подборами и тупыми каблуками. С подошв
лак не сошел. Новые, ненадеванные!
На царский смотр!
Когда построили, сели на коней и под торжественно гроз­
ные звуки «похода» принимали полковой штандарт, не в кожа­
ном, как всегда, чехле, а распущенный, в серебряных и широ­
ких георгиевских лентах, с тяжелыми кистями, точно колокола
зазвонили в душе у Сергуньки малиновым звоном. Штандарт -
полковая святыня... За ним и Бог, и царь, и Россия!..
Вышли на Невский. Всё было не такое, какое было вчера.
Солнце озаряло пеструю линию домов. Тучки набегали на него.
Свежий ветер с Невы полыхал и нес запах морской волны.
На углу Садовой пехотная колонна преградила дорогу пол­
ку. В стройном пении медных труб, в треске барабанов ровно
и плавно проходили пехотные ряды. На солдатах все было
новое. В долгом движении отделений с круто поднятыми ру­
ж ьям и и выравненными ш ты кам и было что-то грозное и не­
сокрушимое... Русская армия!...
П онятны становились Сергункке церковные молитвы о
победоносном, Христолюбивом, Российском воинстве. Оно шло
перед ним, как Христова рать, - царское войско! По сторонам
столпился народ. Раздавались восторженные вскрики:
- Ах! Молодцы, измайловцы!.. Ну, молодцы!
- К акая прелесть казаки! - сказала одна девуш ка.
Купец в дрож ках на рысаке снял ш апку перед знаменем.
Стали снимать и другие. Дворник снял ф ураж ку и долго кре­
стился на знамя. Оно шло, несомое великаном знаменщ и­
ком, и подле шел офицер в золотых эполетах.
- Что за красавец народ в нашей России, - сказал кто-то в
толпе подле Сергуньки.
Почудилось от этих слов дыхание чего-то мощного, пре­
красного и удивительного, имя чему Россия.
Долго стояли на Дворцовой площади позади кирасирской
дивизии. Золотые кирасы, золотая каски с золотыми и се­
ребряными орлами (тоже Россия!), алые и черные пики с
бело-красными и сине-желтыми флюгерами: всё это было так
необычно прекрасно и величественно... Оно подготовляло -
увидеть царя.
Издалека, от самой Невы, донесся какой-то странно волную­
щий гул. Он не походил ни на какие звуки, слышанные рань­
ше Сергунькой. От него подобрались, насторожились и настре-
мили уши кони, точно тоже услышали что-то необычное.
Он шел, всё наростаея из-за высоких домов, шел оттуда,
где сейчас должен быть царь. Сергунька хотел спросить у
соседа, что это такое? Не смел: нельзя говорить во фронте. Он
скоро понял: это войска кричали: «ура!» Кричали многие ты ­
сячи людей. Царь ехал мимо них. Этот крик был грозный и
вместе с тем радостный, легкий, воздушный, точно прозрач­
ный. Он приближ ался. И вот - вспыхнул уже тут, рядом, у
Адмиралтей-ского бульвара, где в зеленую дымку молодых
почек кутались тополя и липы.
На площади раздались команды. Дрогнули пики с флюге­
рами, вспыхнули серебряными звездочками копья на них, и
торжественно заиграли «поход» кавалергардские трубачи.
Сквозь кирасы и пики, сквозь конские головы Самохоткин
увидел, как к полкам приблизилось много пестро одетых всад­
ников. Должно быть, там был и государь.
Внезапно оборвали трубы, и Самохоткину в мертвой ти­
шине, нарушаемой прозрачным топотом копыт, послыш ался
чей-то голос. Должно быть, голос царя. И сейчас же дружно
ответили кавалергарды. Трубачи заиграли знакомый Сергуньке
гимн и люди впереди него закричали «ура!..».
Сергунька увидал полного бритого человека, ехавшего на
большой, совершенно белой, лошади. На нем была алая курт­
ка, расш итая золотом, и белые лосины.
«Уж не царь ли это?» - подумал Сергунька. И сейчас
сообразил: «- Нет, царь не такой».
И тут же увидел царя.
Он ехал на стально-сером коне, чуть позади коляски, зап­
ряженной четырьмя белыми лошадьми по две в ряд. В коляс­
ке сидели императрицы.
Сергунька их почти не видал, он смотрел радостно-востор­
женными глазами в лицо тому, кто, казалось, прямо смотрел

1/2 8. Зак. 0060 233


на него. Он узнавал его по портретам в их домашней хате, но,
более того - он чувствовал его. С приближением этого всадника
Сергунька точно ощущал благостные молитвы «о благочести­
вейшем, самодержавнейшем», он точно понимал теперь значе­
ние слов - «до царя далеко», - хотя, вот он! Как он был близок!
Он услыш ал, и не понял слов государя, так был взволно­
ван. Крикнул ответ и закричал «ура», как учили, и не чув­
ствовал, как текли по его лицу слёзы...
И вот уже далеко царь, смолкли по знаку ш аш ки крики,
повернули направо по шести и пошли рысью вдоль канала,
звонко стуча подковами по кам ням мостовой.
На крытом и широком мосту, в сквозной тени деревьев,
долго стояли, ож идая своей очереди.
Впереди было видно широкое поле, усыпанное ж елтым
песком и уставленное войсками. Кое-где блистали, голубея,
длинные узкие луж и налетевшего ночью дождя. Оттуда до­
носились бодрые звуки музыки. Их то закры вала человечес­
кая завеса идущ их полков, и тогда они слыш ались приглу­
шенные, притушенные, неясные, то вдруг, когда проходил
полк, они врывались на мост и раздавались по всей Садовой,
яркие, звучные и зовущие.
Стало видно, как собрались на середине площ ади трубачи
всей дивизии на серых лош адях. Засверкали золотыя кирасы
и белые орлы кавалергардов, и стало видно, к ак проходили
они мимо государя императора шагом в грозно-радостном ро­
коте литавров и пении труб. Черными опахалами висели хво­
сты гнедых лошадей из-под ш ироких красных вальтрапов.
Там пела м узы ка и точно плела звукам и слож ны й золо­
той узор, и в этом узоре явл ял а свой прекрасны й л и к вели­
кая Россия...
Оттуда, где под старыми липами Летнего сада пестрели
полные людей трибуны, точно серебряный голос, пропел сиг­
нал: «рысь».
- Рысью размаш истой, но не распущенной, для сбереже­
ния коней!
И стало видно, как, освобождая место Сергунькину пол­
ку, мягко подрагивая в такт музыки, пошли по полю, сотня
за сотней, алые лейб-казаки.

234
Сергунькина сотня выстроила фронт. Свалила пики «на
бедро». Сергунька, двигаясь рысью в общем фронте, подрав­
ниваясь одним глазом, видел, как сверкнули ш аш ки в руках
у командира полка, полковника, сотенного и офицеров, и стал
вдруг близок к нему государь. Он его сразу увидал впереди
большой и блестящей свиты, он его сейчас же узнал и рас­
слыш ал теперь ясно его голос:
- Спасибо, молодцы!
Опять залило горячим огнем счастья всю грудь Сергунь­
ки, он радостно крикнул ответ государю. И уже нет ничего.
Впереди широкое поле; хвосты вороных лошадей и красные
мундиры лейб-казаков, скачущ их, загибая мимо памятника;
розовое здание с белыми колоннами и ш ирокий просвет с
голубою Н евой...
Всё, что было потом, уже было не то. Строились для атаки
всею массою кавалерии поперек поля, наматывая на кулак пово­
дья, чтобы вовремя остановить лошадей. ...Потом шли домой...
Когда слезали во дворе казарм с лошадей и положили пики
на плечо, вели их в конюш ни. Сергунька ощущал в своем
сердце, что случилось в нем что-то новое. Он понял нечто
необъятно - великое, точно вся та карта Российской импе­
рии, на которую он тупо смотрел в классе, вошла в него и
стала такою необъятной, к ак о ней говорил хорунжий:
- Солнце не заходит.
- После уборки лошадей, и позднего обеда сдавали в цей­
хгауз парадные мундиры, папахи, амуницию и вальтрапы,
потом поили и задавали корм лош адям, подметали дворы,
сносили навоз в лари. Всё было обыкновенное, будничное. Но
уже в этом будничном точно засветился яркий огонь величия
России и ея царя, засветился, чтобы никогда не угаснуть.
Вечером, в сотенной канцелярии, Сергунька на листе по­
чтовой бумаги, купленной в полковой лавочке, пытался изоб­
разить всё то, что он пережил в этот день, когда первый раз
увидал русского царя.
Он писал домой. На хутор, где никогда не видали госуда­
ря, где женщ ины и многие казаки не видали чугунки. Он
писал туда, где, точно нахохливш аяся наседка, стояла белая
хата под крутою и лохматою соломенною крыш ей, где в этот

1/2 8* 235
апрельский день - бездонно-голубое небо, сладко воркуют го­
луби, вся степь в зеленых прямоугольниках молодых хлебов
и в пестром ковре цветущих трав, где в этот вечерний час на
дворе чуть ладанно пахнет соломенным дымом и дымом уг­
лей, а сбившиеся на ночь овцы несут тепло пахучей овчины.
Он точно видел весь хутор с тополями у церкви, с высокими
ж уравлям и колодцев. Ему казалось, что царь видит хутор, и
ему хотелось, чтобы и хутор увидал царя.
Но как описать - неописуемое? Оно было прекрасно, ког­
да свящ енник возглаш ал:
- Благочестивейш его, самодержавнейш его, великого го­
сударя нашего, императора Н иколая А лександровича... да
помянет Господь во царствии своем!..
Оно было понятно, когда ласково говорила м ачка, гладя
его по голове:
- До Бога высоко, до царя далеко...
Оно казалось простым, когда ж идким тенорком, неся за­
пах махорки, дегтя, овчины и водки, напевал отец:
Русский царь живет богато:
Войско водит в сапогах...
Но как передать это всё своими словами?
Сергунька начал с поклонов. П рочитал, проверил... Не
пропустил ли кого?.. К аж ется, все. Помянул и батюшку, отца
К лавдия... Все...
Долго думал. Потом написал:
«...Без Бога нет царя. Без царя нет армии, а без армии
нет России».
В этих простых, величественно-мудрых словах вылилось у
Сергуньки всё. И то, что он впитал в себя с раннего детства
на хуторе, в семье, в церкви и в ш коле, и что было ему непо­
нятно и далеко, и то, что он сейчас на царском весеннем
смотру, в прозрачных криках «ура», в волнующем виде кра­
соты вдруг понял и осознал навсегда.
«Казачий журнал»,
№7, ноябрь 1929 года,
г. Париж (Франция).
Степь
1
Степь... Какое короткое слово, а какое широкое понятие
изображает! Она раскинулась, плоская и далёкая, на многие
вёрсты ровная, без балок и возвыш ений, без кустарника и
леса. Синее небо и черно-коричневая земля - куда ни глянь.
Торчат там и там сухие колю чки, да ш ирокая степная дорога
глянцевыми колеями вьётся и крутится по степи, без столбов
и телеграфа.
Всюду равнина, всюду и везде всё одинаково. Синее небо
бледнеет к краям горизонта, розовеет, буреет и незаметно
сливается с землею, без резкой полосы. Утопает в прозрач­
ной дымке затуманивш ейся дали.
Блеснула полоска льда. На неё набегают мутно-жёлтые
волны какого-то озерка, речка в глубоком овраге, не замерз­
ш ая, но и тихая, спокойно течёт откуда-то и вливается в озе­
ро. П оказались корявые вётлы, обступили дорогу и вошли на
грязную плотину, сложенную из земли и навоза. Мостик с
грубыми и прочными перилами. Вправо сонная степная ре­
чуш ка, влево озерко.
Н асы щ енны й озоном, пахнущ ий девственной землей и
сухими травами воздух степи, холодный и свежий, обжигаю­
щ ий лицо стал будто теплее. Пахнуло кизечным едким дым­
ком, навозом, ж ильём. Тиш ина степи, наруш авш аяся только
коротким щебетанием серых хохлатых жаворонков, наполни­
лась гоготанием и крикам и кур и петухов. К удлатая, с ост­
рой мордой, похожая на волка, собака с лаем набросилась на
лошадей и проводила коляску через греблю. В порыве собачь­
его усердия она обрывалась в грязь, чуть не упала в воду, и
снова неслась, звонко к весело лая. Здесь так редки посетите­
ли! Так редко можно вдоволь насладиться и лаем, и скачкой
за тройкой добрых лошадей!!

237
За плотиной тополя. Они росли прямоугольником вдоль
жердевой ограды и скрывали белый низенький домик, стояв­
ший в глубине сада и ряды кривых и корявы х яблонь, поса­
женных в стройном порядке за тыном.
Левее сада просторный двор, образованный длинными гли­
нобитными коричневыми сараями, кры ты ми где соломой, где
железом; службы, навес, под которым выстроились в друж ­
ном порядке коляски, телеги, плуги, сеялки, сенокосилки и
веялки; за двором, на грязной земле, истоптанной копытами,
вязкой и черной, неподвижно, как изваяния, стоят большие
красно-рыжие быки, обросшие длинной зимней шерстью.
Это зимовник Тополькова Семена Данилыча. Проезжайте
верст двадцать на север по пустынной степи и вы увидите
такие же вётлы, и греблю из соломы и грязи, и тополя вокруг
сада, так же вдруг пахнёт соломенным дымком, загогочут бе­
лые гуси и мохнатая собака проводит с лаем ваш экипаж , и
такие же красные волы, как изваяния, дремлют подле двора в
черной и липкой, густо натоптанной ногами, грязи. Это будет
тоже зимовник Тополькова, но уже Ивана Даниловича.
П роезж аете 20 верст к югу, и опять та же картина. Толь­
ко дом побольше, кры льцо со стеклянны м балконом, служ ­
бы просторнее и тополя гуще и выше - это зим овник П оля­
кова П етра Ивановича; а потом, и еще в двадцати верстах,
зимовник, и опять П олякова, но уже Н иколая И вановича...
и так вся степь, т ак ая пусты нная, б