Вы находитесь на странице: 1из 9

ИСТОРИЯ НАУКИ

А. С. Стыкалин (Москва),
Ф. Соломон (Яссы)

Историк Александр Болдур – румынский


корреспондент Д. С. Лихачева

Вниманию читателя предлагается краткое жизнеописание


видного румынского историка А. Болдура и фрагмент его
переписки с академиком Д. С. Лихачевым, касавшейся изуче-
ния «Слова о полку Игореве» и публикации статьи Болдура в
СССР.
Ключевые слова: А. Болдур, Д. С. Лихачев, Слово о полку Игоре-
ве, древнерусская литература, румынская историческая наука.

Среди многочисленных зарубежных корреспондентов акаде-


мика Д. С. Лихачева был видный румынский историк Александру
Болдур (1886–1982), обратившийся на одном из этапов своей научной
деятельности к изучению «Слова о полку Игореве».
Родившийся подданным Российской империи Александр Васи-
льевич Болдур, уроженец г. Кишинева, молдаванин, получил сред-
нее теологическое образование, окончив в 1906 г. Кишиневскую
духовную семинарию1. Затем он продолжил учебу в Петербурге на
юридическом факультете университета, который успешно закончил
в 1910 г., и был оставлен в качестве ассистента, а затем «для приго-
товления к профессорскому званию». Интересуясь не только правом,
но и историей, он параллельно в 1911 г. окончил Петербургский архе-
ологический институт, в котором готовили специалистов по архив-
ному и музейному делу.
Впервые Болдур получил достаточно широкую известность за
пределами узкоуниверситетских кругов в августе 1917 г., после пу-
бликации 5 августа в наиболее влиятельной эсеровской газете «Дело
народа» статьи «Украина и Бессарабия», вызвавшей дискуссию в
печати и официальное заявление украинской Центральной Рады.
Болдур не принадлежал к эсеровской партии и выступал как беспар-
тийный эксперт. Эта статья, как и две его другие важные концеп-
туальные статьи в «Деле народа», были подписаны «приват-доцент
А. Болдырь» (он подписывал свои тексты в России именно так, на
украинский манер, хотя в своей поздней переписке уже представлял-
ся российским адресатам как Болдур). Не углубляясь в детали, заме-
тим, что пафос его статьи «Украина и Бессарабия» заключался в том,
500 А. С. Стыкалин, Ф. Соломон

что «Украине должно быть решительно отказано в притязаниях на


Бессарабию», так как это край, обладающий собственной историей;
он никогда не имел отношения к украинской государственности, а
принадлежал до своего вхождения в Российскую империю в 1812 г.
Молдавскому княжеству. Результатом этой статьи стали заявления
представителей украинского национального движения об отсут-
ствии у них притязаний на Бессарабию и о том, что бессарабский
вопрос будет решен в процессе демократического переустройства
Российской империи на федеративных началах2. Сам Болдур стоял
именно на позициях демократической трансформации Российской
империи в такое государственное образование, которое предпри-
няло бы попытку решения национального вопроса с учетом чаяний
разных народов на основе федерализации либо предоставления ши-
рокой автономии. Этой проблеме была посвящена его статья в «Деле
народа» от 8 октября, также опубликованная в дискуссионном по-
рядке. Последовавшие события прервали дискуссию, к концу года
сама газета «Дело народов» как оппозиционная большевикам под-
верглась гонениям, а затем, в первые месяцы 1918 г., была закрыта.
Октябрьский переворот 1917 г. застал Болдура в качестве уни-
верситетского преподавателя. В первые месяцы 1918 г. (возможно,
благодаря своим эсеровским связям) он устраивается служащим
в Наркомат сельского хозяйства, контролировавшийся в то время
левыми эсерами, в апреле того же года переезжает в Москву, куда
была перенесена из Петрограда столица и были переведены общего-
сударственные учреждения. В Москве, однако, он оставался совсем
недолго, решив выехать в Крым в расчете на получение юридиче-
ской кафедры в создаваемом там университете. Проведя три года в
Крыму, Болдур становится свидетелем многократного перехода вла-
сти из рук в руки, что он описал впоследствии в своих мемуарах3. За
этим последовало возвращение в Москву. Растущий бюрократиче-
ский аппарат большевистской власти испытывал потребность в ди-
пломированных юридических кадрах старой школы, и Болдур был
востребован как юрисконсультант ни много ни мало в Министерстве
внешней торговли.
Обстоятельства бегства Болдура из СССР в 1924 г., также под-
робно описанные им в мемуарах, напоминают страницы авантюр-
ного романа. Граница СССР и Румынии (в которую с весны 1918 г.
входила его родная Бессарабия) проходила по Днестру. Воспользо-
вавшись своим знанием местности, Болдур сумел после пары неу-
дачных попыток пересечь границу и сдаться румынским погранич-
Историк Александр Болдур – румынский корреспондент… 501

никам. Надо сказать, что ознакомление с его личным делом, храня-


щимся в архивах румынской службы безопасности времен диктату-
ры Чаушеску (Секуритате) и в личном фонде «Болдур» в Румынском
центральном историческом архиве в Бухаресте, создает впечатление,
что даже такие высокопрофессиональные и всезнающие структуры,
как межвоенная румынская Сигуранца и унаследовавшая ее архи-
вы коммунистическая Секуритате не имели полной ясности относи-
тельно обстоятельств его бегства из СССР.
С первых дней пребывания Болдура в Румынии, очевидно, сра-
ботали некоторые личные связи, уберегшие его от ареста, а позднее
помогшие сделать карьеру. Можно предполагать, что он наверняка
был бы сразу арестован (а вполне возможно, и расстрелян) как боль-
шевистский агент, посланный для ведения революционной работы,
если бы не заступничество неких влиятельных лиц. Одним из них
был Ион (по русским документам Иван Константинович) Инкулец,
человек того же поколения, что и Болдур, его знакомый по Петро-
граду. Выпускник физико-математического факультета Петроград-
ского университета, Инкулец стал в 1917 г. депутатом Петроград-
ского совета от партии эсеров, затем был послан А. Ф. Керенским
в Бессарабскую губернию в качестве полномочного представителя
правительства. Там он стал виднейшей фигурой молдавско-румын-
ского национального движения и поддержал в качестве председателя
высшего краевого органа (Совета страны) присоединение Бессара-
бии к Румынии весной 1918 г. Инкулец вошел в политическую элиту
межвоенной Румынии, занимая высокие административные посты
не только в Бессарабии, но в общерумнском масштабе, был, в част-
ности, министром внутренних дел в 1933–1936 гг., пока профранцуз-
ские внешнеполитические ориентации Румынии не сменились на
прогитлеровские. Связь с Ионом Инкульцом и некоторыми другими
покровителями помогла Болдуру интегрироваться в румынские уни-
верситетские и экспертные круги. Этому предшествовало, однако,
издание в 1927 г. в Париже на французском языке его книги по бес-
сарабскому вопросу в контексте русско-румынских отношений4. Она
не только содержала подробный экскурс в историю Бессарабии, но
и давала оценку сегодняшнего состояния бессарабского вопроса с
международно-правовой точки зрения (автор выступал в этой книге
одновременно в качестве юриста и историка). Уже в том же 1927 г.
Болдур получает место доцента на исторической кафедре в родном
Кишиневе, где находился теологический факультет Ясского универ-
ситета. Позднее ему удалось стать профессором. Выходят его новые
502 А. С. Стыкалин, Ф. Соломон

работы по проблемам российско-румынских отношений, а румын-


ский МИД выделяет средства на обеспечение его как ведущего экс-
перта новейшей литературой.
Университетская карьера Болдура в Кишиневе, а затем и в Яссах
складывается довольно успешно, ей сопутствует и выход в 1930-е гг.
ряда книг по истории Бессарабии, где, с одной стороны, отстаива-
лось право Румынии на этот край, а с другой, признавались пози-
тивные стороны российского влияния на экономическое развитие
Бессарабской области (затем губернии) после присоединения меж-
дуречья Днестра и Прута к Российской империи5. В политической
жизни он выступал как сторонник автономии Бессарабии в составе
Румынии, его работы и публичные выступления не раз подвергались
за это критике со стороны представителей крайнего румынского на-
ционализма. Его критиковал за «чрезмерное русофильство» и очень
крупный румынский историк Николае Йорга. К этому можно еще
добавить, что в досье Секуритате в справке, относящейся к 1948 г.,
Болдур квалифицировался как человек, питавший определенные
симпатии к царскому режиму, а в донесениях конца 1950-х гг. от-
мечались его широкие связи с русскими эмигрантами, а также пред-
ставителями русской диаспоры, вышедшими из Бессарабии6.
В годы крайне правой диктатуры маршала Антонеску (1940–
1944) Болдур хотя и сторонился политики, тем не менее продолжал
находиться на госслужбе в качестве университетского профессора
и, более того, в 1943 г. возглавил Ясский академический историче-
ский институт, функционировавший в структуре Румынской ака-
демии (возглавлял его до 1946 г.). Во время оккупации Румынией в
1941–1944 гг. территории между Днестром и Бугом он несколько раз
бывал в Одессе, где вместе с другими румынскими историками, эт-
нографами и филологами читал публичные лекции7. Во время войны
он опубликовал также несколько работ по истории днестровского
левобережья, очевидно не противоречивших официальной румын-
ской точке зрения8. Разумеется, начиная с 1945 г. это создало ему
серьезные проблемы в отношениях с левым коалиционным прави-
тельством, где уже в то время тон задавали коммунисты, а потом и
с коммунистическими властями. Тем не менее арестован он не был,
несмотря на то что в его личном досье Секуритате содержится не-
малое количество компромата – о его контактах со сторонниками
крайне правого легионерского движения и даже с атташе по куль-
туре посольства нацистской Германии. Удивляет, однако, то, что в
документах Секуритате нет никаких данных о его выступлениях и
Историк Александр Болдур – румынский корреспондент… 503

деятельности в Одессе, хотя об этом было известно в широких на-


учных и политических кругах, да и сам Болдур не скрывал этого
в многочисленных оправдательных письмах, отправленных сразу
после окончания войны в различные органы власти. Попытки Бол-
дура убедить новую власть в том, что он не представляет никакой
угрозы для государства, не увенчались успехом и в рамках кампании
по «чистке» научных учреждений и вузов от скомпрометированных
кадров он был отравлен на пенсию9. Переселившись из Ясс в Буха-
рест, Болдур жил в первой половине 1950-х гг. очень бедно. Однако
со второй половины 1950-х гг. он уже получил некоторые возмож-
ности публиковаться в академических изданиях, кроме того, препо-
давал румынский язык советским дипломатам.
К этому времени Болдур всё больше занимается проблемами
истории культуры и в том числе русско-восточнороманских контак-
тов в раннее Средневековье. Особый интерес он проявил к «Слову
о полку Игореве», где увидел румынские и дако-романские реми-
нисценции. Именно этим интересом объясняются установившиеся в
1950-е гг. эпистолярные связи Болдура с В. П. Адриановой-Перетц
(1888–1972), а затем и с Д. С. Лихачевым. Ниже в качестве приложе-
ния публикуется очень маленький фрагмент из обширного и до сих
пор лишь в очень ограниченной мере изученного эпистолярного на-
следия выдающегося филолога, историка и общественного деятеля
академика Д. С. Лихачева (1906–1999), которое хранится во многих
архивных собраниях мира. Следует сказать, что международные
связи Д. С. Лихачева, которые он поддерживал посредством пере-
писки, были весьма активны и в советское время, когда он почти не
имел возможности выезжать за границу. Обмен письмами с румын-
ским ученым предшествовал публикации статьи А. Болдура «Траян
в Слове о полку Игореве» в «Трудах Отдела древнерусской литерату-
ры» ИРЛИ АН СССР (Пушкинский дом) в 1958 г. (вып. XV). В 1964 г.
в другом издании того же института, журнале «Русская литература»
(№ 1), была напечатана и другая его статья – «О русском двоеверии
XII в.».
К 1966 г. А. Болдур завершил на румынском языке монографию
о «Слове о полку Игореве», которая так и не была опубликована.
Один ее экземпляр был послан в СССР. В сопроводительном письме,
адресованном тогдашнему академику-секретарю Отделения литера-
туры и языка АН СССР М. Б. Храпченко и хранящемся в Российском
государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ)10, 80-лет-
ний автор обращался с вопросом: «Мне хотелось бы знать, имеется
504 А. С. Стыкалин, Ф. Соломон

ли какая-нибудь возможность издания хотя бы некоторой части моей


работы на русском языке? Если нет, то я предлагаю предоставить в
распоряжение Отделения один экземпляр работы с правом всех лиц,
интересующихся “Словом”, пользоваться ею. Для Вашего сведения
сообщаю, что я – историк и долгое время был профессором Ясского
Университета, а также директором Института истории в Яссах. Про-
шу Вас не отказать в любезности сообщить мне Ваши соображения
по затронутому мною вопросу». К письму был приложен перечень
глав монографии, дававший представление о ее структуре.
Обращение к «Слову о полку Игореве» явилось лишь этапом в
деятельности Болдура-историка, более известные работы которого,
посвященные проблемам истории Бессарабии и русско-румынских
отношений, много публиковались при жизни, неоднократно пере-
издавались и после смерти историка. О том, насколько значима эта
фигура для молдавской и румынской исторической науки, можно
судить хотя бы по тому, что 130-летие со дня его рождения в 2016
г. было отмечено в Кишиневе молдавско-румынской академической
научной конференцией, материалы которой ждут своей публикации.
Письма публикуются по личному делу А. Болдура, хранящему-
ся в Румынском центральном историческом архиве в Бухаресте11.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Глубокоуважаемый профессор Александру Болдур!


Вашу статью «Траян в Слове о полку Игореве» Варвара Павлов-
на Адрианова-Перетц передала в Сектор древнерусской литературы
Института русской литературы Академии наук СССР. Варвара Пав-
ловна очень высокого мнения о Вашей статье. Ее мнение разделяю и
я. У нас есть возможность напечатать Вашу статью в томе XV наше-
го ежегодника – «Труды Отдела древнерусской литературы», но вый-
дет этот том не скоро: в конце 1958 г. Поэтому я написал в Москву
председателю Советского комитета славистов академику Виктору
Владимировичу Виноградову и просил его напечатать Вашу рабо-
ту в одном из двух славистических сборников, которые выпускают-
ся Советским комитетом к международному конгрессу славистов12.
Единственное препятствие, которое здесь может возникнуть, – это
то, что Ваша статья превышает по своему размеру тот лимит (2
печатных листа, т. е. 44 стр. на машинке), который установлен для
этих сборников.
Историк Александр Болдур – румынский корреспондент… 505

Итак, если не удастся напечатать Вашу статью в одном из


славистических сборников, – мы печатаем ее в Трудах отдела
древнерусской литературы. Устраивает ли Вас это?
Ваша статья прибыла с большой задержкой. Вы послали ее
Варваре Павловне Адриановой-Перетц в Москву, между тем, она
живет в Ленинграде.
Пишите нам по адресу: Ленинград, Васильевский остров,
Набережная адмирала Макарова, д. 4. Институт русской литературы
Академии наук СССР, сектор древне-русской литературы.
С уважением, Лихачев Дмитрий Сергеевич,
член-корреспондент АН СССР, профессор, зав.
сектором древнерусской литературы
14 XII 1956 [Машинопись]

Глубокоуважаемый профессор Дмитрий Сергеевич,


Вчера получил Ваше любезное письмо и сегодня же спешу
ответить Вам во избежание потери времени.
Я очень польщен Вашим отзывом о моей работе, равно как и
мнением Варвары Павловны Адриановой-Перетц, которое очень ценю.
Благодарю Вас за желание ускорить напечатание моей работы. Конечно,
два года – срок слишком большой даже для нашей быстро текущей
жизни. Ваша идея приурочить напечатание работы к предстоящему
международном конгрессу славистов чудесна, и я хотел бы облегчить
ее осуществление. Поэтому если Виктор Владимирович Виноградов не
согласится печатать работу в том виде как она есть из-за формальных
оснований, то я готов произвести в ней сокращения с таким расчетом,
чтобы она вместилась в лимит. Переработка материала будет сделана
в кратчайший срок, т. е. потребует не больше 2 недель. Надеюсь,
что сжатие некоторых разделов моей работы не нарушит цельности
трактовки вопроса и не ослабит убедительности его решения, в то же
время будет выходом из затруднительного положения.
Жду с Вашей стороны указаний.
Со всем уважением,
Александр Вас. Болдур

23. XII 1956


Bucureşti, 12, strada Doctor Raţiu 2
Al. Boldur [Рукопись с многочисленными зачеркиваниями.
Черновик]
506 А. С. Стыкалин, Ф. Соломон

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Эта семинария была основана в 1813 г., через год после присо-
единения Бессарабии к Российской империи. Инициатором ее основа-
ния выступил выдающийся деятель русской и молдавской православной
церкви митрополит Гавриил Банулеску-Бодони – человек, в 1790 г. ос-
вятивший место, где был построен г. Одесса, а в последние годы жизни,
в бытность митрополитом в Кишиневе, познакомившийся с А. С. Пуш-
киным, который находился в кишиневской ссылке и в апреле 1821 г. по-
бывал на похоронах знаменитого митрополита в монастыре Каприяна.
В конце XIX – начале XX в. кишиневская семинария была весьма про-
грессивным учебным заведением, из стен которого вышел ряд людей,
оставивших определенный след как в молдавской, румынской, так и в
русской культуре. Среди ее педагогов в 1890-е гг. был будущий митро-
полит Арсений (Стадницкий), один из самых влиятельных иерархов
Русской православной церкви предреволюционных лет.
2 См. подробнее: Cojocaru Gh. E. Autodetrminarea Basarabiei în
condiţiile anului 1917 în concepţia lui Alexandru V. Boldur // Revista de Isto-
rie a Moldovei. Chişinău, 2016. № 2. P. 22–27.
3 См.: Boldur A.V. Viaţa mea. Lumini şi umbre. Memorii. Bucureşti,
2006.
4 Boldur A. La Basarabie et les relations russo-roumaines. Paris, 1927.
5 См. новейшее издание его синтетического труда по истории
Бессарабии: Boldur A. Istoria Basarabiei. Vol. 1–2. Chişinău, 2015–2016.
6 Материалы Архива Секуритате, связанные с А. Болдуром, см.:
Arhiva Consiliului Naţional pentru Studierea Arhivelor Securităţii, CNSAS
(București), Arhiva Operativă, dosar 65355, fond operativ Boldur Alexandru.
7 Болдур, разумеется, делал это на русском языке. См. его науч-
но-популярное издание тех лет: Болдур А. История румынского народа.
Книга для общего ознакомления. Бухарест, 1943. См. тексты его высту-
плений того времени, изданные на румынском языке: Boldur A. V. Co-
municări făcute la Ședințele Institutului de Istorie Națională A.D. Xenopol la
Odesa și Iași. Zalău, 1944.
8 См. на русском языке: Болдур А. История Транснистрии. Одесса,
1942. Есть основания говорить и о причастности Ясского историческо-
го института к созданию при Одесском университете так называемого
«Института антикоммунистических исследований». Из литературы,
рассматривающей участие советских ученых в деятельности подобного
рода структур, созданных в условиях оккупации, см.: Сорокина М. Ю.
Меж двух диктатур: Советские ученые на оккупированных террито-
Историк Александр Болдур – румынский корреспондент… 507

риях СССР в годы Второй мировой войны. (К постановке проблемы) //


Ежегодник Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына,
2012. М., 2012. C. 146–178.
9 См.: Doboș D. Universitatea ieşeana în primele decenii de dupa cel
de-al doilea razboi mondial. Teză de doctorat. Iaşi, 1994.
10 РГАЛИ. Ф. 2894. Оп. 1. Д. 90. Л. 1–1об.
11 Arhivele Naționale Istorice Centrale, ANIC (București), fond perso-
nal Alexandru Boldur, dosare (дела) II–12, III–8, IV–1, IV–3, IV–6, IV–10,
III–30. Переписка с советскими учеными находится в деле IV-6.
12 IV Международный съезд славистов состоялся в Москве в сен-
тябре 1958 г.

Работа выполнена в рамках Программы Отделения историко-фило-


логических наук РАН «Историческое наследие Евразии и его смыслы».

A. S. Stykalin, F. Solomon
Historian Alexandru Boldur – Romanian correspondent of D. S. Likhachev

A brief biographical sketch of the Romanian historian Alexandru


Boldur is published as well as the fragment of his correspondence
with D. S. Lihachev concerning the publication in the USSR of the
Boldur’s work on «The Tale of Igor’s Campaign».
Keywords: Alexandru Boldur, Dmitrij Likhachev, “The Tale of Ig-
or’s Campaign”, the Romanian historical science.