Вы находитесь на странице: 1из 250

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего образования
«Санкт-Петербургский государственный университет»
Институт истории

На правах рукописи

Орлова Анна Петровна

Население Царскосельского уезда в XVIII – начале ХХ в.:


источники и методы их обработки

Специальность 07.00.09 – Историография,


источниковедение и методы исторического исследования

ДИССЕРТАЦИЯ
на соискание ученой степени
кандидата исторических наук

Научный руководитель
д.и.н., проф. С.Г.Кащенко

Санкт-Петербург
2016
2

Оглавление

Введение…...……………………………………………………………….………………………5–10

Глава 1. Историография проблемы…………………………………………………………...11–33


1.1. Проблемы анализа источников в отечественных работах
по истории населения России XVIII – начала ХХ века………………......................................11–24
1.2. Исследования по истории населения Царскосельского уезда
Санкт-Петербургской губернии………………………………………………………………….24–33

Глава 2. Источники XVIII – начала ХХ в. по истории населения


Царскосельского уезда………………………………………………………………………...34–142
2.1. Материалы административного учета населения
Царскосельского уезда………………………………………………………………………….34–92
2.1.1. Общая характеристика административных источников……………....…………………….34
2.1.2. Ревизские сказки и окладные книги XVIII–XIX вв.
как источники по истории населения Царскосельского уезда………………………………...34–49
2.1.3. Рекрутские списки дворцовых поселений Царскосельского уезда
в первой половине XIX в………………………………………….…………..............................49–56
2.1.4. Материалы городовых дум, ратуш и магистратов,
Царскосельского дворцового управления и полиции…………………………………………56–73
2.1.5. Труды Центрального и губернского статистических комитетов
как источники сведений по истории населения Царскосельского уезда……………………..73–80
2.1.6. Материалы городской переписной комиссии Царского Села и
опубликованные итоги Первой всеобщей переписи 1897 г. ………………………………….80–89
2.1.7. Статистические карты и листы переписи беспризорников и сирот
начала ХХ в. как источники по истории населения Царскосельского уезда………………...89–92
2.2. Материалы церковного учета населения Царскосельского уезда………………92–116
2.2.1. Общая характеристика. Особенности сохранности источников учета
православного населения уезда ….……………………………………………………………...92–98
2.2.2. Метрические книги и брачные документы……………………………………………...98–104
2.2.3. Исповедные и клировые ведомости……………………………………………………105–106
2.2.4. Материалы церковного учета населения
Преображенского прихода (с. Орлино) как пример сохранившегося
комплекса документов по исторической демографии отдельных поселений
3

Царскосельского уезда…………….…………………………………………………………...107–116
2.3 Поземельные описания, материалы земского,
промышленного, сельскохозяйственного и медицинского учета
населения Царскосельского уезда………………………………………………………….116–142
2.3.1.Поземельные описания, карты и переписные книги
конца XVII – первой половины XVIII в………………………………………..…………….117–126
2.3.2. Материалы Генерального межевания XVIII в. ………………….…………………….127–129
2.3.3. Публикация итогов земской переписи населения
Царскосельского уезда 1880-х годов………………………………………………………….130–133
2.3.4. Фабрично-заводские, поземельные и сельскохозяйственные
переписи конца XIX – начала ХХ в. о населении уезда……………………………………..133–136
2.3.5. Материалы медицинского учета жителей Царскосельского уезда
в 1860-х – 1910-х годах………………………………………………………………………..136–142

Глава 3. Некоторые результаты изучения населения


Царскосельского уезда в XVIII – начале ХХ в.
по материалам выявленных источников………………………………………………….143–178
3.1 Формирование состава населения Царскосельского уезда
в XVIII – начале ХIХ в…………………………………………………………………………144–163
3.2 Исследование населения прихода Преображенской церкви (с. Орлино)
в XVIII – первой половине XIX в. по данным метрик и исповедных росписей…………...163–169
3.3 Движение населения Царскосельского уезда в 1860–1910 гг.
по публикациям Центрального и Губернского статистических комитетов……………….169–178

Заключение………………………..………………………………………...............................179–182
Список источников и литературы………………………………………………………….183–205
Список сокращений и терминов…………………………………………………………………206
Приложения……………………………………………………………………………………207–250
1. Поселения Царскосельского уезда в конце XVII – нач. XVIII в…………………………207–208
2. Владельцы земель Царскосельского уезда в 1749 г…………………………………………….208
3. Материалы о населении Царскосельского уезда в XVIII в. в фондах РГАДА………….209–210
4. Состав населения дворцовой сл. Кузьмино по ревизским сказкам третьей ревизии…...210–211
5. Этнический состав населения Софийского – Царскосельского уезда
в 1760–1810-х гг………………………………………………………………………………..212–215
6. Из отчетов полиции Царского Села в 1817–1825 гг. о пойманных беглых……………..215–217
4

7. Численность жителей Орлинского Преображенского прихода


в 1837–1838 гг. по материалам церковного и административного учета……………………....217
8. Данные рекрутских списков 1848 г. о составе
крестьянских семей в поселениях Царскосельского дворцового управления…………………..218
9. Данные о рождаемости, смертности и брачности населения
Царскосельского уезда (1860-е – 1910-е гг.)…………………………………………………218–226
10. Структура населения Царскосельского уезда в 1860-е – 1900-е гг……………………..227–229
11. Предприятия в Царскосельском уезде в нач. ХХ в………………………………………230–231
12. Данные о заболеваемости жителей Царскосельского уезда в 1870-е – 1890-е гг……...232–233
13. Перепись детей-сирот и беспризорников во время Первой мировой войны…………..234–235
14. Иностранные подданные и военнопленные в Царскосельском уезде:
Первая мировая война………………………………………………………………………….236–237
15. Состав населения и хозяйств в Царскосельском – Детскосельском уезде
в 1916–1920 гг………………………………………………………………………………….237–239
16. Сохранность источников текущего церковного учета населения
Царскосельского уезда в XVIII – начале ХХ века в фондах РГИА и ЦГИА СПб…………240–250
5

Введение

Проблемы исторической демографии Российской империи сегодня все чаще попадают в


поле зрения отечественных и зарубежных историков.
Сегодня изучение истории населения России активно ведется в академических и
университетских центрах страны. Так, одним из традиционных направлений научной
деятельности в Институте истории СПбГУ является изучение источников по истории населения
Северо-Запада, в том числе Санкт-Петербургской губернии.
Изучение населения уездов столичной губернии представляют несомненный интерес для
исследователей. Северо-Западный регион, активно заселявшийся в XVIII в., получил
дальнейший импульс для своего развития в XIX – начале ХХ в., что обеспечило миграционный
и естественный прирост населения.
Среди уездов Санкт-Петербургской губернии особое место занимает Царскосельский уезд
(в 1780–1808 гг. – Софийский уезд, после 1918 г. – Детскосельский), который размещался в
центральной части Санкт-Петербургской губернии. Его границы охватывали территории от
Дудергофских и Пулковских высот на севере до р. Ящера и Кемка, впадающих в р. Лугу на юге,
от Старых Раглиц на западе до Тосно и Лисино на востоке. С северо-востока уезд граничил с
подстоличным уездом, а с юга – с Новгородской губернией.
Таким образом, уезд занимал выгодное географическое положение вблизи Петербурга.
Вместе с тем, город Царское Село являлся одновременно и административным центром уезда, и
крупнейшей резиденцией императоров.
Весьма любопытен этнический состав населения, в который вошли русские, финны, водь
и ижора, шведы и эстонцы, поляки, немцы и представители других национальностей.
Царскосельский уезд стал своеобразным центром притяжения жителей из разных губерний
России. В границах Царскосельского уезда действовали православные, католические,
лютеранские церкви. В течение XVIII – начала XIX в. складывался сложный состав местного
населения, устанавливались административные границы уезда. Постепенно выросла
численность населения, и Царское Село превратилось в крупнейший уездный город столичной
губернии.
Все это делает население, проживавшее на территории Царскосельского уезда,
интересным и перспективным объектом для исследования.
Проведение крупного историко-демографического исследования невозможно без
выявления и тщательного анализа источников, в чем состоит цель данной работы. Это
определило задачи, которые были поставлены в настоящей работе. Основной задачей стало
6

выявление и изучение комплекса сохранившихся источников по истории населения Царского


Села и уезда в архивохранилищах и библиотеках Санкт-Петербурга. Следует отметить, что
изученные фонды отличаются хорошей сохранностью материалов с высоким информативным
уровнем, что связано со статусом городов дворцового ведомства. Территориальная близость
уезда к столице Российской империи также повлияла на объем и уровень сохранности
материалов.
При рассмотрении материалов полицейско-административного, военного, церковного,
сельскохозяйственного и промышленного учета населения было важно выявить взаимосвязь
различных типов источников. Необходимо было также рассмотреть этот комплекс источников с
учетом хронологической преемственности документов.
В ходе работы показано, как на основании изученных документов можно раскрыть ряд
аспектов демографических процессов, происходивших в Царскосельском уезде.
Методологической основой работы являются принципы историзма и научной
объективности. Общенаучные методы и подходы вспомогательных исторических дисциплин
способствовали изучению источников XVIII – нач. ХХ в.
В качестве ведущих методов исследования необходимо назвать: системный метод,
который послужил основой для определения взаимосвязи материалов учета населения,
сравнительно-исторический метод, метод микроисследования для детализации изучаемых
явлений и процессов, графоаналитические и картографические методы работы, методы
описательной статистики, исторической демографии и исторической географии. Для работы со
статистическими данными была использована электронная таблица Microsoft Office Excel 2007.
Широкие хронологические рамки исследования – XVIII – нач. ХХ в., - позволяют
последовательно изучить источники по истории населения Царскосельского уезда от
завоевания земель Ингерманландии в ходе Северной войны до революции 1917 г.1
Научная новизна диссертации заключается в выявлении и анализе обширного комплекса
источников по истории населения Царскосельского уезда XVIII – начала XX вв.
Впервые выявлены и введены в оборот ряд источников из фондов Центрального
государственного исторического архива Санкт-Петербурга (ЦГИА СПб) и Российского
государственного исторического архива (РГИА) по истории населения Царскосельского уезда.
Проанализированы материалы Санкт-Петербургского филиала Архива РАН, Научно-
исторического архива Санкт-Петербургского института истории РАН, Научно-
исследовательского отдела рукописей Библиотеки РАН.

1
В работе были также использованы первые послереволюционные статистические материалы для того, чтобы
проиллюстрировать изменения численности и этнического состава населения уезда. В частности: Статистический
сборник по Петрограду и Петроградской губернии. Пг., 1922.
7

Статус Царского Села и входивших в границы уезда Гатчины и Павловска как городов
Дворцового ведомства и резиденций во многом способствовал хорошей сохранности
источников в архивах Санкт-Петербурга. Были проанализированы данные о населении уезда в
административных и полицейских, военных и церковных, земских и медицинских источниках,
материалах Всероссийских и промышленных переписей.
При рассмотрении материалов ревизского и административно-полицейского учета
обращено внимание на возможность эффективного применения статистических методов при
систематической обработке сохранившихся сведений, начиная с первых ревизий.
Впервые по публикациям Центрального и губернского статистических комитетов МВД,
отчетам губернаторов и материалам земской статистики в качестве иллюстрации возможностей
источника проведен расчет некоторых общих и специальных коэффициентов рождаемости,
смертности и брачности в Царскосельском уезде.
Отмечено значение исповедных росписей и рекрутских списков XVIII – XIX вв. для
верификации сведений метрик и ревизских сказок, расчета демографических показателей. По
материалам ЦГИА СПб и РГИА подготовлена база данных, в которой охарактеризован уровень
сохранности материалов церковного учета в православных приходах Царскосельского уезда.
Для иллюстрации возможностей сохранившихся источников впервые изучено
демографическое поведение населения одного из приходов Царскосельского уезда. В качестве
примера выбран отдаленный от потоков миграции Преображенский приход в Орлино.
Стабильное демографическое развитие крестьянского населения и хорошая сохранность
церковных материалов позволили провести расчеты общих и специальных коэффициентов
рождаемости, брачности и смертности в 1730–1850-е гг. Для уточнения записей церковных
источников привлекались данные Генерального плана Ингерманландии 1749 г., списков
населенных мест Санкт-Петербургской губернии 1838, 1856 и 1861 гг.
Проведено комплексное исследование административно-полицейских и медицинских
отчетов, периодики второй половины XIX – нач. ХХ в., публикаций статистических комитетов
МВД.
Были изучены особенности промышленной и ведомственной, сельскохозяйственной
статистики нач. ХХ в., которые свидетельствуют о росте числа рабочих и изменении
социальной структуры населения Царскосельского уезда.
Рассмотрены сведения о родном языке, сохранившиеся в Всероссийских переписях 1897 и
1920 г., позволяющие уточнить значительное изменение национального состава населения
Царскосельского – Детскосельского уезда под влиянием Первой мировой войны и революций
1917 г.
8

Гипотеза, выдвинутая в исследовании, состоит в том, что в условиях Царскосельского


уезда должна наблюдаться хорошая сохранность материалов по истории движения населения за
весь период существования уезда, что позволит изучить как результаты массовых
демографических процессов, так и уникальные явления. Предполагалось, что исследование
формуляра источников должно отразить и общие аспекты, присутствующие в
административных и церковных материалах, и некоторые специфические особенности, которые
непосредственно связаны с историей Царскосельского уезда.
Применение комплекса современных междисциплинарных методов изучения
демографических источников позволит достоверно и полно проанализировать
информационный потенциал сохранившихся материалов и, не экстраполируя результаты
наблюдений, полученные для одного уезда, на всю губернию, выделить важные этапы развития
демографической ситуации под столицей.
Положения, выносимые на защиту:
Источники по истории населения Царскосельского уезда XVIII – нач. ХХ в. достаточно
широко представлены в архивах Санкт-Петербурга. При этом, сохранность различных по
происхождению материалов фрагментарна. Так, выявлены временные лакуны для ревизских
сказок, метрических книг и исповедных росписей, материалов текущего административно-
полицейского учета. Наличие различных по происхождению источников для одного и того же
времени позволяет восполнить часть утерянных сведений.
Для XVIII – нач. XX в. основными источниками, которые свидетельствуют о
естественном движении населения Царскосельского уезда, являются метрические книги,
исповедные росписи и, до середины XIX в., ревизские сказки. Сохранность этих материалов
достаточно высока. Однако, степень достоверности их сведений является предметом дискуссии
отечественных исследователей. Одновременно с тем, возможно изучение населения
Царскосельского уезда в 1860-е – 1910-е гг. по более достоверным публикациям
«Статистического Временника»2 и «Статистики Российской империи»3, сведения для которых
черпались из материалов консисторий и административно-полицейских источников.
При изучении административно-полицейского учета жителей Царскосельского уезда
сделан вывод о различных типах и видах сохранившихся источников XVIII – нач. ХХ в., а
также постепенном расширении спектра вопросов, связанных с движением населения,
отраженных в материалах МВД.
Для того, чтобы раскрыть возможности работы с первоисточниками и итоговыми
документами (в т.ч. в статистических публикациях) проведен расчет коэффициентов

2
Статистический временник Российской империи. Серия 1–3.СПб., 1866–1889.
3
Статистика Российской империи. СПб.; Пг., 1890–1916. Вып. 11–93.
9

рождаемости, брачности и смертности. В ходе исследования ревизских сказок, метрических


книг были приведены локальные примеры роста рождаемости и постепенного спада смертности
XVIII–XIX вв. в отдельных поселениях уезда, рассмотрена связь брачного поведения населения
с социально-экономическими факторами. Расчеты по материалам публикаций МВД привели к
предположению о том, что в Царскосельском уезде на рубеже XIX–XX в. снизился показатель
младенческой смертности.
Время войн и революций повлекло за собой в нач. ХХ в. снижение рождаемости и рост
смертности. Миграционный приток, постоянно подпитывавший с нач. XVIII в. рост населения,
во время революции и Гражданской войны сменился оттоком жителей. Вместе с увеличением
смертности и снижением рождаемости эмиграция привела к убыли населения в Царскосельском
– Детскосельском уезде к 1920 г.
Структура диссертации включает введение, три главы, заключение и приложение.
Первая глава «Историография проблемы» содержит два параграфа «Проблемы анализа
источников в отечественных работах по истории населения России XVIII – начала ХХ века» и
«Исследования по истории населения Царскосельского уезда Санкт-Петербургской губернии»,
в которых отражены особенности исследования источников по исторической демографии и
работ по истории населения Царскосельского уезда.
Вторая глава «Источники XVIII – нач. ХХ в. по истории населения Царскосельского
уезда» разделена на три части в соответствии с происхождением источников: в первой части
описаны источники административного учета, во второй – текущего церковного учета
населения, в третьей – поземельные описания и материалы земской, промышленной и
сельскохозяйственной переписи, а также медицинской отчетности.
Третья глава «Население Царскосельского уезда в XVIII – нач. ХХ в.» содержит сведения
о формировании состава населения уезда в XVIII – нач. ХIХ в. На примере локального изучения
населения прихода Преображенской церкви (с. Орлино) в XVIII – первой половине XIX в. во
второй части главы проведен анализ сведений церковных и административных источников. В
третьей части главы описаны показатели рождаемости, смертности, брачности, сословного и
конфессионального состава населения Царскосельского уезда в 1860–1910 гг.
В заключении подведены итоги исследования.
Практическая значимость работы: материалы диссертации и приложения будут
полезны специалистам по истории и источниковедению России XVIII – нач. ХХ в.,
исторической демографии и краеведению.
Стоит отметить практическое значение выявленных материалов текущего церковного и
ревизского учета населения для генеалогических поисков.
10

Апробация результатов диссертации прошла во время докладов на конференциях в


Историко-архивном институте РГГУ в Москве: «Историческая география: пространство
человека vs человек в пространстве: XXIII международная конференция к 70-летию
В.А.Муравьева» в январе 2011 г., «Проблемы поиска и публикации российских и зарубежных
источников о Первой мировой войне 1914–1918 гг. на современном этапе развития
исторической науки» в июне 2014 г., в Санкт-Петербурге в декабре 2008 г. на международной
конференции к 100-летию со дня рождения А.Л.Шапиро «Историческое исследование и
повествование. Традиции научной школы А.Л.Шапиро», в Выборге на XI научной
межвузовской конференции аспирантов и студентов «Состояние и перспективы социально-
экономического развития Северо-Запада России», посвященной 300-летию взятия Выборга
войсками Петра I и 65-летию Победы в Великой Отечественной войне и в Царском Селе в ходе
XVI Царскосельской научной конференции «Царское Село на перекрестке времен и судеб» в
2010 г. По теме диссертации вышло 13 публикаций, из числа которых четыре статьи в
журналах4, рекомендованных Высшей Аттестационной Комиссией РФ.

4
Орлова А.П. Источники по истории межевания в XVIII в. Царскосельского уезда Санкт-Петербургской губернии
// Клио. 2015. № 9. С. 28–35.
Орлова А.П. К вопросу об изучении третьей ревизии // Вестник Ленинградского Государственного Университета
им. А.С.Пушкина. Сер.: История. 2013. Т. 4. № 3. С. 71–82.
Орлова А.П. Опыт изучения рождаемости и младенческой смертности в Царскосельском уезде в 1860–1910 гг. по
публикациям МВД // Клио. 2014. № 7. С. 65–73.
Орлова А.П. Особенности изучения метрических книг церкви Преображения (Орлинский приход Царскосельского
уезда) // Клио. 2014. № 9. С. 11–16.
Орлова А.П. Первая мировая война: документы о русских и иностранцах Царскосельского уезда Петроградской
губернии // Первая мировая: неоконченная война: материалы международной научной конференции, посвященной
100-летию начала Первой мировой войны 1914–1918 гг.: «Проблемы поиска и публикации российских и
зарубежных источников о Первой мировой войне 1914–1918 гг. на современном этапе развития исторической
науки», Москва, 18 июня 2014 г. / отв. ред. Е.И.Пивовар; сост. И.А.Анфертьев. М.; РГГУ, 2015.
Орлова А.П. Демографические процессы XVII–XVIII вв. в Ингерманландии // Историческое исследование и
повествование. Традиции научной школы А.Л.Шапиро: труды международной конференции к 100-летию со дня
рождения А.Л.Шапиро. СПб., 2013. С. 94–104.
Орлова А.П. К вопросу об истории изучения населения Царскосельского уезда в историографии // Вестник
филиала СЗАГС в г. Выборге (научные труды и материалы). Выборг, 2011. С. 39–54.
Орлова А.П. Государственное регулирование миграции населения Северо-Запада России на рубеже XVIII – XIX в.
// Состояние и перспективы социально-экономического развития Северо-Запада России: тезисы докладов XI
научной межвузовской конференции аспирантов и студентов, посвященной 300-летию взятия Выборга войсками
Петра I и 65-летию Победы в Великой Отечественной войне. Выборг, 2010. С. 88–94.
Орлова А.П. Источники по исторической демографии Царского Села и Царскосельского уезда XVIII – нач. XX
века // Материалы XVI Царскосельской научной конференции «Царское Село на перекрестке времен и судеб»:
сборник научных статей. СПб., 2010. Ч. 2. С. 123–135.
Орлова А.П. Население Царскосельских земель в начале XVIII в. // Материалы XVI Царскосельской научной
конференции «Царское Село на перекрестке времен и судеб»: сборник научных статей. СПб., 2010. Ч. 2. С. 135–
147.
Орлова А.П. Миграция населения Ингерманландии в XVII в. // Нестор: журнал истории и культуры России и
Восточной Европы: Финно-угорские народы России (проблемы истории и культуры): источники, исследования,
историография. СПб., 2007. № 10. С. 301–307.
Орлова А.П. Воспитательная работа со студентами на примере электива «Из истории Царского Села» // Роль
кафедр гуманитарных наук медицинских вузов в воспитательном процессе. СПб., 2011. С. 104–107.
Орлова А.П. Историческая география Царскосельского уезда во второй половине XVIII – нач. XIX в. на картах и
планах // Историческая география: пространство человека vs человек в пространстве: материалы XXIII
11

Глава 1. Историография проблемы


1.1. Проблемы анализа источников в отечественных работах по истории
населения России XVIII – начала ХХ века

Начало планомерного изучение населения и географии России можно отнести к первой


половине XVIII в. Обязанности по сбору первичных сведений были возложены государством на
военных, местную администрацию, священнослужителей и сотрудников департаментов
Академии наук. Их целью стало изучение государства и его жителей и совершенствование
новых форм учѐта.
В 1730-е гг. обер-секретарь Сената И. К. Кирилов составил «первый свод экономико-
географических сведений по губерниям и провинциям»5. Задачей И.К.Кирилова была
подготовка первого подробного атласа Российской империи по картографическим,
описательным, статистическим материалам, собранным петровскими топографами.
Экономические и социальные результаты реформ Петра, отразившиеся на состоянии города и
деревни, охарактеризованы им в работе «Цветущее состояние Всероссийского государства»6.
И.К.Кирилов впервые привел статистические сведения в табличной форме, подтверждая
быстрое развития населения и хозяйства в Санкт-Петербургской губернии. Впервые И.К.
Кирилов представил оценку достоверности подворных переписей и ревизских сказок, отчетов с
мест, собранных в архиве Сената.
Вызывает интерес историко-географический «Лексикон»7 В. Н. Татищева. Автор
приступил к сбору географических, статистических и этнографических сведений о России по
приказанию Петра I. К 1737 г. В.Н.Татищев подготовил «Предложение о сочинении истории и
географии Российской», на основе которого Академия наук отправила на места анкеты. Ответы
оказались настолько подробными и пространными, что В.Н.Татищев разделил их на
исторические и историко-географические. Историко-географические ответы с мест были
систематизированы и опубликованы В.Н.Татищевым в «Лексиконе». Труд послужил образцом
для составления последующих географических словарей. Автор собрал воедино и расположил
по алфавитному принципу сведения источников по истории России, в т.ч. истории
многонационального населения Ингерманландии.

международной конференции к 70-летию В.А.Муравьева / РГГУ, ИАИ, Каф. источниковед-я и вспомогательных


дисциплин. М., РГГУ. 2011. С. 356–358.
5
Источники по истории населенных пунктов дореволюционной России. Вып.1: Печатные источники периода
Российской империи (1721–1917): сб. библиографических материалов / [сост. Н.М.Балацкая, Г.М.Вольберг,
А.И.Раздорский]. СПб., 1996. С. 19.
6
Кирилов И. К. Цветущее состояние Всероссийского государства. М., 1977.
7
Татищев В. Н. Лексикон Российской исторической, географической, политической и гражданской // Татищев В.Н.
Избранные произведения / под общ. ред. С. Н. Валка. Л., 1979. С. 153–360.
12

В 1747 г. после подведения итогов второй ревизии В.Н.Татищевым было написано


«Разсуждение о ревизии»8. К недостаткам сложившегося учѐта податного населения военными
В.Н.Татищев отнѐс взятки, которые брали офицеры при заполнении ревизских сказок. Вместе с
тем, на полноту учета жителей повлияло отсутствие у офицеров примеров правильного
заполнения ревизских сказок, пропуски записей. Также минусами первых ревизий В.Н.Татищев
назвал ложные данные о беглых, рекрутах и переселенцах. Он предложил изменить правила и
сроки проведения ревизии, ввести штрафы за их невыполнение. Автор отметил
малограмотность крестьян и сложность проверки сведений: «О умерших, когда, кто умер, как
подлинно сказать крестьяне не могут, ибо у церквей по прежним указам книг записных
родясчимся, умершим и бракам нет и справиться не по чем»9. В.Н.Татищев поднял важные
вопросы учета населения, описал особенности формуляра ревизских сказок, критического
отношения к данным источников и объяснил взаимосвязь материалов административного и
церковного ведомства. «Рассуждение» В.Н.Татищева и сегодня остается актуальным при работе
с ревизскими сказками и метрическими книгами 1730–1760-х гг.
В это же время к проблеме народонаселения обратился М.В.Ломоносов. В письме «О
сохранении и умножении российского народа»10 он рассмотрел особенности записей в
метриках и материалах ревизий. Считая народ главным богатством и сокровищем государства,
М.В.Ломоносов назвал несколько необходимых мер для увеличения численности населения.
Изучение этнического, численного состава многонационального населения России в XVIII
веке продолжалось в ходе экспедиций Академии наук, иностранных учѐных и
путешественников. Участвуя в академических экспедициях во второй половине XVIII в.,
И.Г.Георги11 сделал подробные записи о традициях и быте разных народов Российской
империи12. В качестве основы описания населения России в форме очерков И.Г.Георги
использовал свои записи, отечественные и иностранные работы, свидетельства очевидцев.
В конце XVIII в. большой популярностью пользовалось исследование С.И.Плещеева
«Обозрение Российской империи»13. «Обозрение» является примером одного из первых общих
статистических и географических описаний Российской империи. В своѐм труде Плещеев

8
Татищев В.Н. Разсуждение о ревизии поголовной и касающемся до оной // Татищев В.Н. Избранные
произведения… С. 361–391.
9
Там же. С. 373.
10
Ломоносов М.В. О сохранении и умножении российского народа //Русская старина. 1873. Т. 8. С. 563–580.
11
Иоганн Готлиб Георги – академик Императорской Академии наук. В ходе экспедиций в Сибирь и на Дальний
Восток он охарактеризовал особенности народов России. Также он подготовил подробное «Описание российско-
императорского столичного города Санкт-Петербурга и достопримечательностей в окрестностях оного, с планом
1794—1796». Книга была опубликована на немецком и русском языке как одно из первых исследований истории
столичной губернии.
12
Георги И. Г. Описание всех в Российском государстве обитающих народов, также их житейских обрядов, вер,
обыкновений, жилищ, одежд и прочих достопамятностей. СПб., 1776. Ч. 1, 2.
13
Плещеев С. И. Обозрение Российской империи в нынешнем ея новоустроенном состоянии. СПб., 1790.
13

рассмотрел экономическое и политическое состояние страны на основе правительственных


актов, публикаций Академии наук исповедных экстрактов и академических географических
анкет, материалов Генерального межевания. Большое внимание С.И.Плещеев уделил
численности и этническому составу населения наместничеств и губерний.
Таким образом, исследователи в XVIII веке в трудах по географии, этнографии, истории и
статистике приводили данные источников, не отделяя последние от аналитической части труда.
Ряд таких работ содержал критику существовавших форм учета населения и предложения об их
исправлении.
В названиях и содержании работ слово «статистика» не звучало до 1806 г. – до появления
«Статистического журнала»14, и в 1819 г. выхода в свет «Статистического исследования
относительно Российской империи» К.Ф.Германа15. Одновременно с утверждением нового
подхода к исследованию населения России было создано статистическое отделение при
министерстве полиции (1817), а затем при МВД (1834).
При изучении населения по данным церковного и административного учета
исследователи стали обращать внимание на точность расчѐтов, динамику показателей. При
этом истории населения стало придаваться всѐ большее значение. В труде К. И. Арсеньева16
обширное введение посвящено обзору и сравнению русских и иностранных источников и
историографии. Большую часть трудов, которые выявил автор, представляли французскую и
немецкую, а не отечественную школу. Именно поэтому К.И. Арсеньев подчеркнул
необходимость создания научного описания России, в т.ч. и ее жителей, а также отечественной
работы по теории статистики. Он охарактеризовал массовые источники, которые появились при
проведении Генерального межевания, ревизий и церковного учѐта населения. В первой части
книги приведены сведения о населении России в XVIII – нач. XIX в., его занятиях и промыслах.
К.И.Арсеньев провел расчѐты соотношения доли мужского и женского населения, некоторых
показателей рождаемости и смертности. В рамках характеристики населения России по
сословиям он рассмотрел правовое положение колонистов и жителей городов и селений
дворцового и других ведомств Санкт-Петербургской губернии и Царскосельского уезда.
Глава статистического отделения Российского географического общества П.И.Кеппен на
примере изучения материалов ревизии доказал, что с течением времени повысился уровень
достоверности ревизских данных. К 1848 г. он представил в Академию наук сочинение «О
народных переписях в России», в котором отразил опыт статистического и этнографического
изучения населения, накопленный во время поездок по России. Работа была издана только

14
Статистический журнал. СПб., 1806. Т. 1, ч. 1, 2.
15
Герман К.Ф. Статистическое исследование относительно Российской империи. СПб., 1819.
16
Арсеньев К. И. Начертание статистики Российского государства. СПб., 1818. Ч. 1, 2.
14

перед проведением первой Всероссийской переписи 1897 г. П.И.Кеппен подготовил


этнографические карты Санкт-Петербургской губернии17 и Европейской России18. Он отметил
необходимость проведения всеобщей переписи населения19. Обобщая данные исследований
Российского географического общества, министерства внутренних дел и Синода, П.И.Кеппен
начал составлять полный список населенных мест России. Эти материалы были дополнены
сведениями о поселениях из приходских списков и периодики, сведены П.И.Кеппеном в
картотеку поселений, которая легла в основу «Географическо-статистического словаря
Российской империи»20.
В 1840–1850-е годы были прочитаны первые курсы лекций по статистике населения в
университетах и Академии Генштаба, разработаны новые формы учета населения.
21
А.П.Рославский по опубликованным материалам епархиальных экстрактов рассмотрел
динамику естественного движения населения России за десятилетие – 1838–1848 гг. Для
выявления закономерности демографических процессов он подчѐркнул важность исследования
метрических книг и материалов ревизий.
Исследование Д.П. Журавского «Об источниках и употреблении статистических
сведений»22 отличает критическое отношение к источникам. Статистические сведения
рассмотрены автором как основа для необходимых реформ и актуального изменения
законодательства. Д.П.Журавский предложил ввести единый государственный учѐт движения
населения по этническому, географическому, конфессиональному и социальному признакам.
По материалам учета населения Е.И.Кайпш рассмотрел особенности демографических
показателей для населения европейской части России в 1848–1852 гг.23. Основываясь на
материалах церковного и административного учѐта, он отметил, что детей, рожденных
мертвыми, не крестили, а, следовательно, и не заносили в метрические книги, что вело в XVIII–
XIX вв. к неполному учету рождаемости и смертности24. Для более точной характеристики
демографических процессов Е.И.Кайпш отметил значимость изучения исповедных книг. Так,

17
Ethnographische karte des St. Petersburgischen Gouvernements, / angefertigt und erläurtert vom Akademiker, Dr P. v.
Koeppen. Herasgegeben. von der K.Akademie der Wissenschaften zu St. Petersburg, 1849. [Этнографическая карта
Санкт-Петербургской губернии / подготовленная П.И.Кеппеном. СПб., 1849]. Масштаб [1:630 000]. 1 л. 68x81 //
БАН. Сектор картографии ОФО. V 9623.
18
Этнографическая карта Европейской России, / составленная Петром Кеппеном издана Императорским Русским
Географическим обществом. СПб., 1851. [1:3150000]. 1 л. 100х100 (110х108) // БАН. Сектор картографии ОФО. V
1956 в/706.
19
Кеппен П.И. О народных переписях в России // Записки РГО по отделению статистики. СПб., 1889. Т. 6.
20
Географическо-статистический словарь / сост. П.П.Семенов, Зверинский. 1863–1885. Т. 1–5.
21
Рославский А. Руководство к статистике. Харьков, 1844.
22
Журавский Д.П. Об источниках и употреблении статистических сведений. Калуга, 1946.
23
Кайпш Е.И. Движение народонаселения в России с 1848 по 1852 год // Сборник статистических сведений о
России, издаваемый статистическим отделением императорского РГО. СПб., 1858. Кн. 3. С. 429–464.
24
Это утверждение важно учитывать при сравнении сведений метрик и административной статистики населения
Царскосельского уезда в 1840–1850-е гг., когда оно становится более подверженным миграции, сохраняя высокие
уровни рождаемости и смертности.
15

при сопоставлении данных исповедных росписей и метрических книг уменьшается ошибка при
определении возраста. При рассмотрении закономерностей движения народонаселения
Е.И.Кайпш отметил, что мальчиков рождается больше, чем девочек. Одновременно с тем,
смертность мальчиков до 5 лет и взрослых мужчин выше, чем смертность девочек и женщин.
Как следствие, возникает превышение численности женского населения над мужским.
Рождаемость, брачность и смертность сопоставлены автором за два периода по пять лет 1843–
1847 гг. и 1848–1852 гг. Е.И.Кайпш считал, что после повышения смертности из-за эпидемии
1848 г. последующий рост брачности 1849–1850 гг. стал путем естественного возмещения
потерь населения. Данные гипотезы находят подтверждение при расчете демографических
показателей Царскосельского уезда по данным метрик и публикаций статистических
комитетов.
В.В.Трубников25 изучил причины движения, структуру населения по полу, возрасту,
гражданскому состоянию, величину и состав семьи, сравнил динамику численности городского
и сельского населения. Ревизские сказки рассмотрены им в комплексе с формулярными
списками лиц, принятых на службу, метриками. Широкий круг источников дал возможность
автору выработать методику определения интенсивности миграции, охарактеризовать
состояние здоровья населения.
Вопросы учета населения и его размещения, изучаемые в рамках исторической
демографии, важны в военной статистике. В России основы военной научной статистики были
заложены 1830–1880-е гг. «В середине ΧΙΧ в. центром создания общероссийских сводов
сведений становится военное ведомство, в 1848–1868 гг. подготовившее для своих нужд
многотомные издания»26. Отметим, что в целом военная статистика как отрасль военной
географии была охарактеризована в работе П.А.Языкова27.
А.И.Макшеев подвел итоги проведенного офицерами Генерального штаба в 1840–1850-е
годы исследования географии, хозяйства и населения России. Его работа представляет
обобщение сведений 17 томов Военно-статистического обозрения губерний Российской
империи28. При описании населения России, автор сопоставил данные военных с работами
Е.И.Кайпша, А.Н.Корсакова, А.П.Заблоцкого и А.П.Рославского. Автором был поставлен
вопрос о достоверности сведений ревизий и необходимости единообразия при составлении
бланков и отчетности – требования, которые были выдвинуты на I статистическом конгрессе
1853 г. в Брюсселе, что говорит о связи исследования населения в России и за рубежом.

25
Трубников В.В. Результаты народных переписей в Ардатовском уезде Симбирской губернии // Сборник
статистических сведений о России, издаваемый статистическим отделением Императорского Российского
географического общества. СПб., 1858. Кн. III. С. 343–428.
26
Источники по истории населенных пунктов... С. 28.
27
Языков П.А. Опыт теории военной географии. СПб., 1838. Ч. 1, 2.
28
Макшеев А.И. Военно-статистическое обозрение Российской империи. СПб., 1867.
16

В эти же годы генерал от инфантерии Н.С.Голицын предложил усовершенствовать


систему учета населения России для создания достоверной государственной статистики.
Важной основой статистики автор назвал «математически верное измерение и исчисление
величины поверхности государства»29 и подчеркнул значимость картографических работ
Генерального Штаба и Военно-топографического Депо как для военного дела, так и для
верного учета населения. Существовавшие источники Н.С.Голицын охарактеризовал так:
«Метрические книги и народные переписи (ревизии) не удовлетворяют, да и не могут
удовлетворять истинным потребностям науки»30, и поэтому, достоверно описать законы
движения населения России невозможно. Он считал, что полноценному сбору статистических
сведений и точности расчетов препятствуют порядок проведения статистических работ и
уровень знаний полицейских, ответственных за них. В 1860 г. Н.С.Голицын предложил
сосредоточить обработку и сверку метрик и ревизских сказок, материалов полицейско-
административного учета в комиссиях местных статистических комитетов, организовать
ежегодную публикацию и создание указателя по статистике России по отечественным и
иностранным работам. Стоит отметить, что близких взглядов придерживался известный
статистик А.Б.Бушен31, который критически переосмыслил систему учѐта населения России.
Эти идеи были воплощены в жизнь в ежегодных публикациях отмеченных ранее
Статистического Временника и Статистики Российской империи, на страницах которых были
отражены данные о населении и хозяйстве России в 1860–1910-е гг.
С 1866 г. по договоренности обер-прокурора Синода графа Д.А.Толстого с министром
внутренних дел П.А.Валуевым в духовных консисториях стала осуществляться совместная
разработка материалов церковного учета с сотрудниками местных статистических комитетов.
Во второй половине XIX века появилось большое количество статистических работ по
учету и истории населения. Источниками для них стали как существовавшие с XVIII в. метрики
и ревизские сказки, так и данные исследований ЦСК МВД, Российского Географического
общества и местных земств.
В 1860–1870-е гг. в статистических и демографических работах авторы обратили
внимание на продолжительность жизни в России. Современный петербургский исследователь
Е.Д.Твердюкова отметила, что «возникновение и развитие страховых учреждений в
России…послужило основанием для построения таблиц смертности в работах

29
Голицын Н.С. О мерах к устройству статистических источников и работ в России// ЖМВД. 1860. Ч. 42, отд. II,
кн. 5. С. 3.
30
Там же. С. 7.
31
Бушен А.Б. Об устройстве источников статистики населения в России. СПб., 1864.
17

В.Я.Буняковского, К.А.Андреева, В.И.Борткевича, Л.Бессера и К.Баллода»32. К.А Андреев33


для оценки ежегодной рождаемости в 1796–1855 гг. использовал епархиальные отчѐты,
опубликованные в Месяцесловах Академии. Он сравнил их с таблицами смертности 1851–1860
гг., составленными В.Я.Буняковским34. Автор объяснил хронологические рамки исследования
тем, «что в это десятилетие происходило у нас (как надо полагать) наиболее быстрое изменение
смертности со временем»35. Андреев вступил в дискуссию с Буняковским об определении в
различных епархиях смертности групп населения по возрасту. Он рассмотрел смертность в
южной, средней и северной России для избранного периода, (регионы были выделены по
средней годовой температуре). Также он отметил изменения в соотношении новорожденных по
полу. В.И.Борткевич36 использовал методы вероятностного анализа и усовершенствовал
таблицы смертности, которые опубликовал В.Я.Буняковский. Основным источником сведений
для В.И.Борткевича послужили данные полицейских отчетов и Статистического Временника.
Различия в приросте сельского и городского населения отметил в своей работе К.Баллод37.
Вместе с Л.Бессером они рассмотрели вопросы демографических прогнозов и расчѐта
показателей движения населения. При критическом отношении к ранним метрикам они считали
материалы второй половины XIX в. более достоверными, и при расчетах показателей
пользовались данными метрик и публикаций ЦСК МВД.
При подробном рассмотрении методов работы и организации статистических учреждений
в России и Европе генерал А.М.Золотарев относился к несогласованности действий различных
министерств по учету населения отрицательно. Он считал задачей статистики 1880-х годов
достижение единства форм бланков и личных карточек, системы государственного учета
населения. А.М.Золотарев38 также обосновал новый подход к изучению военной статистики как
части общей статистической науки. С 1896 г. он активно участвовал в подготовке Всеобщей
переписи 1897 г. В 1904 г. А.М.Золотарев возглавил Центральный Статистический Комитет и
положил начало изданию «Статистического Ежегодника России»39.

32
Твердюкова Е.Д. Административные и церковные источники по истории народонаселения Новгородской
губернии XIX – начала ХХ века (Опыт комплексного анализа): диссертация … канд. ист. наук. СПб., 2001. С. 31.
33
Андреев К. О таблицах смертности: опыт теоретического исследования о законах смертности и составления
таблиц смертности для России. М., 1871.
34
Буняковский В.Я. Опыт о законах смертности в России и о распределении православного народонаселения по
возрастам. СПб., 1865.
35
Андреев К. О таблицах… С. 68.
36
Борткевич В.И. Смертность и долговечность мужского православного населения Европейской России // Записки
императорской Академии наук. 1890. Вып. 63, прил. 8. Борткевич В.И. Смертность и долговечность женского
православного населения Европейской России // Записки императорской Академии наук. 1891. Вып. 66, прил. 3.
37
Баллод К., Бессер Л. Смертность, возрастной состав и долговечность православного народонаселения обоего
пола в России за 1851–1890 гг. СПб., 1887.
38
Золотарев А.М. Записки военной статистики России. СПб., 1885. Т. 1, 2.
39
Статистический ежегодник России. СПб., [1904–1916]. № 1–13.
18

28 января (9 февраля) 1897 года была проведена I Всеобщая перепись населения


Российской империи по принципу однодневной переписи. Программа переписи была
предложена ещѐ в 1860-е гг. П.П.Семеновым Тян-Шанским. Материалы переписных листов по
многоступенчатой системе были обработаны ручным и машинным способом. После проверки в
статистическом отделении МВД сведения заносились на перфокарты.
Под редакцией Н.А.Тройницкого были опубликованы итоги переписи по губерниям,
уездам и городам. С 1899 по 1905 г. были изданы 89 томов (119 книг) – основные результаты
Первой Всеобщей переписи населения. Также в 1905–1906 гг. публиковались общие итоги
переписи, сведения о распределении рынка труда и расселении жителей империи40. Анализ этих
данных послужил основой для написания работ Б.П.Кадомцева41, А.Н.Котельникова42,
С.А.Новосельского43. Впервые источниковедческие вопросы разработки материалов переписи
были подняты в начале ХХ в. А.Н.Котельниковым, а позже, уже в советское время –
К.Б.Литваком44.
В 1902 г. вышли в свет два тома сочинения В. Э. Дена45 по истории пятой ревизий в
России. Он подчѐркнул необходимость критического отношения к сведениям ревизий. При
подготовке I тома автор предполагал в следующей части рассмотреть соотношение населения
по сословиям за каждую ревизию. В свет вышла II часть второго тома, а первую В. Э. Ден
задержал для исправления, и она не была выпущена. В приложении к I тому он охарактеризовал
(в частности) территориально-административные изменения в Санкт-Петербургской губернии
со времени V ревизии до первой Всероссийской переписи населения 1897 г.
Таким образом, в течение XIX столетия практически все аспекты статистики населения
были отражены в работах отечественных демографов.
По принятой до революции программе в 1916–1917 гг. была проведена
сельскохозяйственная перепись, а в 1920 г. – вторая Всеобщая перепись населения, в
материалах которых отражено население в т.ч. Царскосельского, затем Детскосельского уезда.

40
I Всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Т. 37: Санкт-Петербургская губерния/ под ред.
Н.А.Тройницкого. СПб., 1903. Общий свод по империи результатов разработки данных первой всеобщей переписи
населения, произведенной 28 января 1897 г. СПб., 1905. Т. 1, 2. Распределение населения по видам главных
занятий и возрастным группам по отдельным территориальным районам. СПб., 1905. Распределение рабочих и
прислуги по группам занятий и месту жительства на основании данных Первой Всеобщей переписи населения
Российской империи 28 января 1897 г. СПб., 1905. Города и поселения в уездах, имеющие 2000 и более жителей.
СПб., 1905. Численность и состав рабочих в России на основании данных Первой Всеобщей переписи. СПб., 1906.
41
Кадомцев Б.П. Профессиональный и социальный состав населения Европейской России по переписи 1897 г.:
Критико-статистический этюд. СПб., 1909.
42
Котельников А.Н. История производства и разработки Всероссийской переписи населения 28 января 1897 г.
СПб., 1909.
43
Новосельский С.А. Смертность и продолжительность жизни в России. Пг., 1916. Обзор главнейших данных по
демографии и санитарной статистике России. Пг., 1916.
44
Литвак К.Б. Перепись населения 1897 г. о крестьянстве России (источниковедческий аспект) // История СССР.
1990. № 1. С. 114-126.
45
Ден В. Э. Население России по пятой ревизии. М., 1902. Т. 1. Т. 2, ч. 2.
19

После революции были реогранизованы центральные и местные статистические комитеты,


созданы органы ЗАГС, осуществляющие текущий учет населения. 1920–1930-е годы – особый
переломный этап исследования населения. В течение 1919–1936 гг. работал Институт
Демографии Академии наук Украины, а в 1930–1934 гг. – Демографический институт АН
СССР в Ленинграде. Под руководством академика И.М.Виноградова в институте проводились
демографические исследования населения дореволюционной и советской России.
Продолжались исследования результатов переписи 1897 и 1920 гг., формировались коллекции и
фонды метрических книг и других церковных и административных источников.
В 1933 г. М. К. Любавский46 завершил труд по истории колонизации России с древнейших
времѐн до ХХ в. Книга вышла в свет во второй половине 90-х годов XX века в Москве, была
отредактирована и прокомментирована ведущими специалистами по исторической демографии
и географии России. Труд Любавского важен для изучения населения Царскосельского уезда
обзором заселения северо-западного региона при описании территориального роста России,
особенно второй волной колонизации Ингерманландии русскими в XVIII в.
Необходимо отметить труд М.В.Птухи по истории статистики47. Период XVII–XVIII вв.
автор охарактеризовал как время появления государственного учета (политической арифметики
и государствоведения), XIX в. – как период публикаций статистических данных о населении
Академии наук и Вольного Экономического общества, Российского Географического общества
и Центрального статистического комитета МВД. М.В.Птуха проанализировал инструкции
В.Н.Татищева, А.П.Волынского, А.Т.Болотова, источники по истории населения. Автор
подчеркнул важность комплексного исследования различных видов источников. М.В.Птуха
пришел к выводу о том, что пробелы в информации и разнородность материалов ведут к
неполному восстановлению картины движения населения.
Историко-демографические исследования ХХ века зачастую базируются на материалах
вторичных источников, перерасчете данных XIX в. Демографические вопросы стали
рассматриваться в региональном аспекте. В монографиях и статьях Я.Е.Водарского,
А.Г.Рашина, Л.Г.Бескровного, В.К.Яцунского и других обращается большое внимание на
комплексный подход в источниковедческом изучении материалов учѐта населения. Так,
например, Я.Е.Водарский48 рассмотрел значение переписных книг конца XVII в., которые
свидетельствовали о преодолении демографического кризиса XVI–XVII вв. Он сделал вывод о
положительном значении для проведения реформ Петра I роста численности населения. Автор

46
Любавский М. К. Обзор истории русской колонизации с древнейших времѐн и до XX века / отв. ред. А. Я.
Дегтярѐв. М., 1996.
47
Птуха М.В. Очерки по истории статистики в СССР. М., 1955. Т. 1. 1959. Т. 2.
48
Водарский Я.Е. Население России в конце XVII – начале XVIII века. М., 1977.
20

считал, что систематическое описание податного населения способствовало постепенной


выработке формуляра массовых источников и введения подушной подати и ревизий.
При написании статьи о населении России в 1724–1916 гг. В.К.Яцунский49 использовал
окладные книги, епархиальные отчѐты и отчеты губернаторов. К недостаткам метрик им был
отнесен недоучет смертности, и как следствие – завышенный показатель естественного
прироста населения в исследованиях XIX в. Для более достоверного изучения движения
населения, в особенности миграции, он отказался от исследования динамики населения в
рамках менявшихся со временем границ губерний и уездов и выделил несколько
географических районов расселения населения. В.К.Яцунский сделал вывод о резком
увеличении естественного прироста населения в пореформенной России 1860–1880-х гг. за счет
миграции и роста рождаемости в южных и черноземных губерниях.
В демографических исследованиях эстонских исследователей Ю.Ю.Кахка и Х.Палли
большую роль играют математические методы. Х.Палли50, при сопоставлении сведений метрик
с данными о численности населения церковного прихода, показал, что наличие одновременно
метрик, исповедных росписей и ревизских сказок за один период времени резко уменьшает
возможность ошибок в расчетах.
Х.Палли применял семейные бланки, в которые записывал состав семьи и важнейшие
демографические показатели. Так, он рассмотрел характеристику семей, отдельных когорт
населения. При описании народонаселения населения автор учитывал его социальные,
конфессиональные и этнические особенности. Он подчеркнул, что анализ широкого круга
источников обеспечивает большую достоверность и информативность результатов
исследования. Ю.Ю.Кахк51 подчеркнул значимость математических методов для изучения
исторических источников по истории населения.
К 1989 г. Н.Л.Юрченко52 была подготовлена одна из первых диссертаций по
источниковедению ревизских сказок. Изданные в 1883–1889 гг. «Материалы для истории
московского купечества», содержащие материалы ревизий, дали автору возможность сделать
перерасчет показателей структуры купеческого сословия Москвы. Н.Л.Юрченко были
«вскрыты источники ошибок в ранее публиковавшихся работах»53. Она предложила методику
выявления истинного возраста регистрируемого: «год рождения надо определять по возрасту

49
Яцунский В.К. Изменения в размещение населения Европейской России в 1724–1916 гг. // История СССР. 1957.
№ 1. С. 192–225.
50
Палли Х. Методика использования метрик в историко-демографических исследованиях // История СССР. 1982.
№ 1. С. 87–93.
51
Кахк Ю.Ю. Математические методы в исторических исследованиях // Вопросы истории. 1989. № 2. С. 32–41.
52
Юрченко Н.Л. Ревизские сказки как источник по социально-демографической истории (опыт обработки на ЭВМ
ревизских сказок Московского купечества XVIII – первой половины XIX в.): автореф. … канд. ист. наук. Л., 1989.
53
Там же. С. 4.
21

первого появления в ревизских сказках»54, и отметила уменьшение возрастной аккумуляции в


записях сказок к восьмой ревизии. Ревизские сказки тесно связаны с окладными книгами и
материалами церковного учета, поэтому, раскрывая информативные возможности ревизской
сказки, автор подчеркнула особое значение источника для демографических и генеалогических
изысканий.
Еще одна работа по источниковедению материалов учета населения XVIII – первой
половины XIX в. была опубликована Б.Н.Мироновым55. Он рассмотрел исповедные ведомости
и епархиальные экстракты и обосновал использование математических методов для их
обработки. Автор отметил возможности определения на основе исповедных ведомостей состава
семьи, социальной, этнической и возрастной структуры населения.
В 1980-е – нач. 1990-х гг. был опубликован ряд обобщающих трудов по демографии56.
Заметным событием стало создание демографических энциклопедических словарей57.
Активное обсуждение проблем источниковедения и исторической демографии вылилось в
проведение конференций, круглых столов. В сборнике статей по проблемам исторической
демографии С.И.Брук и В.М.Кабузан проанализировали сохранность массовых источников и
состояние исторической демографии в России, рассмотрели вопросы истории создания
материалов церковного и административного учѐта и информативность источников58.
В сборнике библиографических материалов «Источники по истории населенных пунктов
дореволюционной России»59 охарактеризованы существующие источники по истории
населенных мест Российской империи. В историографической части описывается история
изучения расселения населения России, которая продолжена библиографией статистических,
этнографических и географических исследований.
В 1998 и 2002 гг. были выпущены две работы В.М.Кабузана, посвященные
демографическим процессам XVIII – начала XX века в России60. Еще в 1963 г. В.М.Кабузан
опубликовал статью по проблемам источниковедения исторической географии, в т.ч. – и

54
Юрченко Н.Л. Ревизские сказки... С. 14.
55
Миронов Б.Н. Исповедные ведомости – источник о численности и структуре православного населения России
XVIII – первой половины XIX века // Вспомогательные исторические дисциплины. 1989. Т. ХХ. С. 102–117. Также
можно отметить следующие работы: Миронов Б.Н. Русский город в 1740–1860-е гг.: демографическое, социальное
и экономическое развитие. Л., 1990. Миронов Б.Н. Социальная история России: в 2 т. СПб., 1999.
56
Валентей Д. И., Кваша А. Я. Основы демографии. М., 1989. Горская Н. А. Историческая демография эпохи
феодализма: итоги и проблемы изучения. М., 1994. Современная демография / под ред. А. Я. Кваши, В. А.
Ионцева. М., 1995.
57
Демографический энциклопедический словарь. М., 1985. Народонаселение: энциклопедический словарь. М,
1994.
58
Историческая демография: проблемы, суждения, задачи / отв. ред. Ю.А. Поляков. Л., 1989.
59
Источники по истории населенных пунктов … СПб., 1996.
60
Кабузан В. М. Эмиграция и реэмиграция в России в XVIII – начале XX века. М., 1998. Кабузан В. М. Крепостное
население России. СПб., 2002. Кабузан В. М. Распространение православия и других конфессий в России в XVIII -
начале XX в. (1719—1917) / Институт российской истории РАН. М.: ИРИ РАН, 2008.
22

расселения населения61. Автор охарактеризовал карты и планы, массовые источники XVIII –


нач. XIX в., особенности их возникновения. В последующих работах автор проанализировал
широкий спектр массовых источников от первых описаний населения и территории с конца
XVII в. до материалов Всеобщей переписи 1897 г., ведомственных переписей, источников о
населении времени Столыпинских реформ и Первой мировой войны. Труды В.М.Кабузана
обобщают многолетний опыт изучения населения России и массовых источников.
Среди диссертационных исследований массовых источников стоит отметить работу
С.С.Смирновой62. Автор изучила комплекс метрических книг Олонецкой губернии.
С.С.Смирнова пришла к выводу об изменениях в брачном поведении крестьян Олонца в XIX –
нач. ХХ в. под влиянием военных и крестьянских реформ. Ее работа отличается большой
источниковой базой, тщательным анализом историографии проблемы и комплексным
применением различных исторических и статистических методов изучения информации.
Междисциплинарным подходом к изучению миграции в России отличается диссертация
Е.А.Ионцевой «Иммиграционные процессы в России в XVII – в начале ХХ в.»63. С
исторической и экономической точки зрения автор подробно описала территориальную
мобильность населения России в течение длительного периода. Источниками послужили
ревизские сказки, публикации окладных книг, материалы Всероссийской переписи населения
1897 г.
В диссертации «Метрические книги XVIII – начала ХХ в. в России: источниковедческое
исследование» И.А.Антонова уделила большое внимание сохранности источников и вопросам
государственного права, связанным с регистрацией населения. Ее целью являлся
источниковедческий анализ метрик. Автор отнесла метрические книги к актам регистрации
учетного вида, «объединенных общим графическим формуляром»64. Рассмотрена история
регистрации населения России и Европы, историография и методология работы с массовыми
источниками, по сведениям которых автором была подготовлена база данных. Выбранный
метод интерпретации источника привел И.А.Антонову к созданию базы данных по трѐм
принципам: «хронология», «география» и «персона».
В диссертационных работах И.А.Троицкой, Е.Д.Твердюковой на основе комплексного
подхода к изучению массовых источников были созданы реляционные базы данных.
61
Кабузан В. М. Некоторые материалы для изучения исторической географии России XVIII – начала XIX века //
Проблемы источниковедения. М., 1963. Вып. 11. С. 153–195.
62
Смирнова С.С. Демографические процессы в Олонецкой губернии в XIX – начале ХХ в. Опыт компьютерного
анализа метрических книг: автореф. дис…канд. ист. наук. СПб., 2002.
63
Ионцева Е.А. Иммиграционные процессы в России в XVII – в нач. ХХ в.: автореф. дис…канд. экон. наук. М.,
2008.
64
Антонова И.А. Метрические книги XVIII – начала ХХ в. в России: источниковедческое исследование: автореф.
дис… канд. ист. наук. М., 1998. С. 10. Антонов Д.Н., Антонова И.А. Метрические книги: время собирать камни //
Отечественные архивы. 1996. № 4. С. 5–28; № 5. С. 26–39. Антонов Д.Н., Антонова И.А. Метрические книги
России XVIII – нач. ХХ в. М., 2007.
23

И.А.Троицкая на примере ревизских материалов Московского уезда выявила степень


достоверности учѐта податного населения65. В диссертации «Ревизии населения России как
источник демографической информации» она провела источниковедческий анализ ревизских
сказок и расчет ряда демографических показателей.
В диссертации «Административные и церковные источники по истории народонаселения
Новгородской губернии XIX – начала ХХ века» Е.Д.Твердюкова66 обратила особое внимание на
критику административных, церковных и земских материалов учѐта православного населения.
Главной целью автора стал анализ массовых источников. Рассмотрен механизм
функционирования системы сбора данных о населении в XVIII – нач. ХХ в. Е.Д.Твердюкова
сделала акцент на взаимосвязи различных видов учета населения: церковного,
административного и земского, и пришла к выводу о репрезентативности сохранившихся
массовых источников. В работе приведен обширный историографический обзор,
охватывающий труды отечественных исследователей XVIII–XX вв.
Также стоит отметить работы сотрудников Алтайского государственного университета,
посвященные исследованию метрических книг, вопросов истории семьи и миграции населения,
(можно назвать работы И.Г.Силиной, В.М.Гончарова, Д.С.Дегтярева). Так, в 2013 г. была
опубликована монография В.Н.Владимирова и Д.Е.Сарафанова, посвященная применению
информационных технологий в изучении метрических книг67. Интересно, что авторы
рассматривают особенности метрик Барнаула, а также используют методы социологии при
компьютерной обработке сведений источников.
Большое внимание вопросам исторической демографии Коми уделяет в своих
исследованиях И.Л.Жеребцов68. Источниками статистических данных о населении XIX – нач.
ХХ в. послужили переписные книги ревизий, Памятные книжки, материалы переписей
населения, административно-полицейского учета, списки населенных мест и картографические
материалы.
А.И.Федорец в своей диссертации «Исповедные ведомости как исторический источник по
социальному составу и расселению дворовладельцев города Москвы в 40-х – 80-х гг. XVIII в.»
дала подробную характеристику исповедных ведомостей69. Она подчеркнула достоверность
сведений материалов церковных приходов и возможность применять для их обработки методы
65
Троицкая И.А. Ревизии населения России как источник демографической информации: автореф. дис. … канд.
ист. наук. М., 1995.
66
Твердюкова Е.Д. Административные и церковные источники по истории народонаселения Новгородской
губернии XIX – начала ХХ века (Опыт комплексного анализа): дис… канд.ист.наук. СПб., 2001.
67
Владимиров В.Н. Информационные технологии в изучении метрических книг (население Барнаула в конце
XVIII – нач. ХХ в.). Барнаул, 2013.
68
Жеребцов И.Л. Демографические процессы в Коми крае в конце XV – нач. ХХ в.: дисс. … докт. ист. наук.
Сыктывкар, 1998.
69
Федорец А.И. Исповедные ведомости как исторический источник по социальному составу и расселению
дворовладельцев города Москвы в 40-х – 80-х гг. XVIII в.: дис… канд. ист. наук. М., 2014.
24

описательной статистики. А.И.Федорец проанализировала особенности церковного прихода,


которые отразились на специфике исповедных росписей. Изучая историю создания и
информационный потенциал источника, автор рассмотрела ранние материалы московских
церковных приходов за 1740–1780-е гг. Так, она отметила сильное влияние миграции на
структуру городского населения, учет в росписях наличного населения, формирование
церковных источников по «сорокам», (принятому в Москве объединению приходов). Также
А.И.Федорец рассмотрела некоторые аспекты демографического поведения населения Москвы.
Автор нанесла на административную карту Москвы границы и центры «сороков», объединения
приходов, сопоставив результаты своего исследования с картографическими источниками.
Таким образом, изучение источников по истории населения России XVIII – нач. ХХ в.
является одним из важных вопросов отечественной историографии. В трудах по истории
населения и источниковедению, исторической географии и демографии были охарактеризованы
общенаучные и междисциплинарные методы изучения источников как в рамках империи, так и
в некоторых регионах. Однако целый ряд губерний и уездов России еще не охвачен историко-
демографическими исследованиями.

1.2. Исследования по истории населения Царскосельского уезда


Санкт-Петербургской губернии

Начало изучения населения Ингерманландии, в границах которой формировалось


население Царскосельского уезда, было положено с момента ее присоединения к России.
Одним из ранних исследований этнического состава Ингерманландии можно считать
«Лексикон» В.Н.Татищева70 и названный выше труд И.К.Кирилова71. В.Н.Татищев указал на
происхождение древнего названия местных жителей С.-Петербургской губернии «водь», а
также экзоэтноним русских в Ингерманландии «венелаины», связывая его с летописными
венедами.
В 1794 г. на русском языке была опубликована книга И. Г. Георги «Описание Российско-
императорского столичного города Санкт-Петербурга и достопамятностей в окрестностях
онаго»72, которая впервые вышла в свет в 1791 г. на немецком языке. Подготовка книги заняла
16 лет из-за: «неизбежимых при том трудностей, весьма многотрудного немалого времени и

70
Татищев В. Н. Лексикон…
71
Кирилов И. К. Цветущее состояние...
72
Георги И. Г. Описание Российско-императорского столичного города Санкт-Петербурга и достопамятностей в
окрестностях онаго. СПб., 1794.
25

великих издержек требующего упражнения собирать словесные и письменные известия о


безчисленном почти множестве предметов, осматривать сколько возможно всѐ самому,
испытывать и сравнивать известия»73. Автор говорил и о создании русского варианта книги с
помощью «консультантов». И. Г. Георги привел обзор отечественной и зарубежной литературы
по истории Ингерманландии. Сложностью для современного читателя может стать стиль
изложения, на котором сильно отразились особенности перевода с немецкого языка на русский
язык XVIII века. Работа богато иллюстрирована гравюрами, которые сделаны по авторским
зарисовкам жителей России в национальных костюмах. И.Г.Георги дал характеристику
населения, описал отдельные поселения, привел имена их владельцев.
Одним из первых исследователей истории Царского Села был И.Ф.Яковкин74. Автор
подробно описал источники, опубликовал данные последней шведской переписи и первые
распоряжения российских властей Ингерманландии. Для характеристики населения и хозяйства
Царского Села первой половины XVIII века он использовал материалы местных переписей
1711–1727 гг. – первых поземельных описаний, проведенных для того, чтобы уточнить состав
местных жителей и распределение земельных дач до ревизии 1732 г. Он описал меры по
улучшению земледелия дворцовых крестьян, переселение крестьян и мещан при образовании
города Софии. Для 1762–1825 гг. им приведены некоторые данные о населении окружающих
царскую резиденцию дворцовых поселений.
Описание Санкт-Петербургской губернии И.Пушкарева является одним из первых
региональных статистических исследований75. Выписки из шведских и русских бумаг
Копорского архива, содержащих сведения по Ингерманландии, актовые и массовые источники
легли в основу исследования, в рамках которого был кратко описан и Царскосельский уезд с
исторической и демографической точки зрения.
Работа «Нева и Ниеншанц»76, написанная А. И. Гиппингом в первой трети XIX в.,
интересна подробным анализом источников по истории Ингерманландии. В основу
исследования были положены русские летописи, этнографические, лингвистические труды,

73
Георги И. Г. Описание... С. I.
74
Яковкин И. История Села Царскаго в трѐх частях, составленная из дел архива правления Села Царскаго. СПб.,
1829–1833. Т. 1–3.
75
Пушкарев И. Краткое историко-статистическое описание Санкт-Петербургской губернии. СПб., 1845.
76
Гиппинг А. И. Нева и Ниеншанц. СПб., 1909. Ч.1, 2. СПб., 1916. Ч. 3. История создания книги отразилась на еѐ
содержании. Первая часть исследования посвящена событиям V – начала XVII века: расселению населения,
истории земель в составе Новгорода и борьбе за них как за перекрѐсток торговых путей. Во второй части
А.И.Гиппинг детально рассмотрел жизнь в Ингерманландии под властью Швеции. В 1836 г. А. И. Гиппинг
опубликовал первую часть книги на шведском языке. К 1860 г. были окончательно подготовлены на русском языке
обе части, вторая – с приложением копий шведских источников XVII века, указателя и 13 шведских карт
Карельского перешейка. По причине смерти автора книга не публиковалась. Спустя полвека труд увидел свет
стараниями историка М. К. Марченко, хранителя рукописей Академии наук В. И. Срезневского и А. С. Лаппо-
Данилевского. В 2004 г. книга была переиздана с обширными комментариями и статьѐй о шведской картографии
Ингерманландии Уллы Эренсверд.
26

шведские и русские законодательные материалы, документы по истории торговли, ведения


хозяйства. А. И. Гиппинг описал, как изменился под властью Швеции этнический состав
населения Ингерманландии в XVII в. Автор рассмотрел влияние Северной войны и основания
Санкт-Петербурга на состав населения и развитие в начале XVIII в. экономики
Ингерманландии.
На территории Царскосельского уезда с XVIII в. находились несколько немецких
колоний. В 1910 г. А. фон Гернетом77 был составлен «юбилейный листок» в честь празднования
100-летия немецкой колонии в Стрельне. По материалам учѐта лютеранского населения
(немецких и польских переселенцев) прослежена судьба жителей всех колоний Санкт-
Петербургской губернии. Надо отметить, что современные исследователи78 подвергли критике
расчеты А. фон Гернета.
Можно отметить еще одну публикацию, подготовленную в первой половине XIX в., -
«Военно-статистическое обозрение Санкт-Петербургской губернии»79. Труд подготовил
полковник Гвардейского Генерального штаба А.М.Жуковский по рекогносцировкам и
материалам, собранным на месте. Помимо подробной характеристики численности,
размещения и занятий населения Царскосельского уезда в первой половине XIX в.,
А.М.Жуковский привел сведения XVIII в. об изменениях административных границ и
размещении населения, о Генеральном межевании.
По примеру статистического описания Парижа, к 1868 г. в Петербурге ЦСК МВД
совместно с городской думой подготовили объемный статистический труд по истории и
статистике населения столицы. Основой для работы «Санкт-Петербург. Исследования по
истории, топографии и статистике столицы»80 стала городская перепись 1864 г. Движение
населения за 1856–1865 гг. проанализировано по данным метрических книг приходов
Петербурга. П.П.Семенов как директор комитета, а А.Б.Бушен как старший редактор составили
критический разбор первичных источников и проект руководства для произведения переписей
в России. Проект представляет переработанную программу ревизии. Авторы посчитали, что
метрики «почти не требуют изменений»81. Была подвергнута сомнению лишь точность записи
священников о причине смерти. Они предложили передать эту обязанность полицейским
медикам, что было введено в Санкт-Петербурге и уездах губернии. По сведениям метрик было

77
Немецкая колония Стрельна под Санкт-Петербургом 1810–1910: юбилейный листок в память столетия
существования колонии / сост. А. фон Гернет. СПб., 1910.
78
Бахмутская Е.В. Немецкие колонии Санкт-Петербургской губернии: 1760–1870: дис… канд. ист. наук. СПб.,
2002. Князева Е.Е. Метрические книги Санкт-Петербургского консисториального округа как источник по истории
лютеранского населения Российской империи XVIII–нач. ХХ в.: дис. … канд. ист. наук. СПб., 2004. Князева Е.Е.,
Соловьева Г.Ф. Лютеранские церкви и приходы России XVIII–XX вв. СПб., 2001.
79
Военно-статистическое обозрение Российской империи: Санкт-Петербургская губерния. СПб., 1851. Т. 3, ч. 1.
80
Санкт-Петербург: исследования по истории, топографии и статистике столицы. СПб., 1868. Т. 1–3.
81
Там же. Т. 1. С. 3.
27

рассчитано число демографических событий по времени (месяцам) и территории (всем уездам,


в т. ч. по Царскосельскому уезду). По образцу этого труда были отредактированы последующие
выпуски Статистического временника Российской империи82.
С постройкой железных дорог и расцветом дачного промысла во второй половине XIX в.
– нач. ХХ в. Царское Село привлекло внимание авторов с точки зрения организации
медицинской и социальной помощи населению. Изучались геология, климат, качество воды и
здоровье местных жителей. Работы медиков Н.Ф.Здекауера, И.В.Бертенсона, Ю.Ю.Гюбнера
можно рассматривать как с медицинской, так и с демографической точки зрения.
Подготовленные по отчетам земских медиков, рапортам врачей и интервью местных жителей
статьи раскрывают вопросы медицинской помощи населению Царскосельского уезда. По
83
мнению лейб-медика Н.Ф.Здекауера эпидемии холеры 1830 и 1848 гг. и оспы 1866 г.
затронули жителей Царскосельского уезда меньше, чем население других уездов столичной
губернии. Это подтверждают данные о населении в Памятных книжках Санкт-Петербургской
губернии, Статистическом Временнике и губернаторских отчетах. По отчетам земских врачей и
собственным наблюдениям И.В.Бертенсон84 охарактеризовал состояние больниц и
фельдшерских пунктов и заболевания населения в уездах столичной губернии.
Введение отчетов врачей, расширение вопросов, которые контролировали санитарные
врачи после проведения земской реформы, и борьба с последствиями тифа 1877–1878 гг. в
Санкт-Петербургской губернии позволили Ю.Ю.Гюбнеру85 составить подробный отчет о
заболеваемости среди населения за 1860–1870-е гг. Автор обратил внимание на проблемы
ведомственных больниц, недостаток медицинских кадров и сложность со сбором финансовых
средств и большие расходы на санитарное дело в Царскосельском уезде. Отмечены местные
особенности заболеваний вследствие сырого климата, несоблюдения крестьянами правил
гигиены, организации лечения. Оба автора-медика пришли к выводу о необходимости
совершенствования системы здравоохранения в окрестностях Санкт-Петербурга.
Расположение Царского Села на возвышенности, ее геологическое строение, состав почвы
и воды (она была чище в 7–11 раз, чем в Неве) стали привлекать в Царское Село как дачников,
так и постоянных жителей. По мнению А.В.Пеля, Царское Село – это место, «где природа и

82
Статистический временник Российской империи. Серия 1–3. СПб., 1866–1889. Статистика Российской империи.
СПб.; Пг., 1890–1916. Вып. 11–93.
83
Здекауер Н.Ф. Отчет об оспенной эпидемии, свирепствовавшей в Царскосельском уезде в 1866 году // Военно-
медицинский журнал. 1867. Ч. 98. (№ 2). С. 164–207.
84
Бертенсон И.В. Обзор врачебной части С.-Петербургской губернии за 1875 г. // Здоровье. 1876. № 40 С. 234–236.
№ 41. С. 258–259. № 42. С. 281–282. № 44. С. 327–329.
85
Гюбнер Ю.Ю. О санитарном состоянии Санкт-Петербургской губернии по сведениям земских врачей. СПб.,
1879. С. 87–94. Также: Кислов В.А. Земская медицина Гатчины и окрестностей. СПб., 2002. [URL:
http://www.history-gatchina.ru/author/kislov.php]. (24.02.2016).
28

искусство соединены для того, чтобы придти на помощь»86. К началу ХХ в. в Царском Селе и
уезде действовали ведомственные больницы, лазареты, и проходили заседания Общества
врачей, открывались частные и земские лечебницы, психиатрическая клиника, родильные
приюты. Некоторые из медицинских и санаторных учреждений, открытых в конце XIX – нач.
ХХ в., действуют и сейчас. Влияние этих медицинских учреждений на здоровье населения
Царскосельского уезда можно определить по снижению младенческой и эпидемической
смертности, о чем свидетельствуют статистические публикации нач. ХХ в.
Один из современных исследователей истории медицины Царскосельского уезда,
В.А.Кислов в исследовании «Земская медицина Гатчины и окрестностей»87 изучил материалы
по истории земских больниц и лазаретов большинства поселений Царскосельского уезда. Автор
проанализировал специфику борьбы врачей с такими заболеваниями, как тиф, холера, оспа,
которыми болели жители. Он также отметил конфликт деятелей земства с лейб-медиками,
противившихся открытию в царских резиденциях инфекционных отделений. Выводы
В.А.Кислова подтверждают связь заболеваемости со смертностью и рождаемостью населения
Царскосельского уезда, охарактеризованных в материалах учета населения XVIII – нач. ХХ в.
Рассмотрим некоторые из путеводителей, в которых характеризуется население
Царскосельского уезда.
Среди первых работ XIX в., в которых подробно описано Царское Село, стоит назвать
«Атлас города Царского Села» полицмейстера Н.И.Цылова88 с указанием на число и
размещение жителей.
Внимание И. П. Золотницкого89 было сосредоточено на истории возникновения и
функционирования первой железной дороги России. Источниками послужила документация
Министерства путей сообщения. Автор кратко описывает состояние станций – поселений
Царскосельского уезда. Эти сведения можно сопоставить с данными списков населенных мест,
составленных ранее в Центральном Статистическом комитете для проведения Всероссийской
переписи населения в 1897 г.
Как в книге И. П. Золотницкого, так и в появившемся позднее путеводителе
С.Н.Вильчковского по Царскому Селу начала ХХ в. исторический очерк о населении написан
на основе существовавших ранее трудов. Этот путеводитель посвящен возникновению и
развитию царской резиденции. Впервые путеводитель был опубликован в 1910 г.90, а год спустя

86
Пель А.В. Царское Село как здравница С-Петербурга // Народное здравие. 1902. № 21. С. 655.
87
Кислов В.А. Земская медицина...
88
Цылов Н.И. Атлас города Царского Села. [СПб.], 1857.
89
Золотницкий И. П. По Царскосельской дороге: путеводитель. СПб., 1882.
90
Царское Село: путеводитель. СПб., 1910.
29

с указанием автора, - С.Н.Вильчковского – был переиздан без изменений, а позже – на


иностранных языках.
В 1933 г. увидел свет первый справочник по библиографии работ по истории Царского
Села и его жителей – «Литература о Детском Селе». Ещѐ в начале ХХ века он был подготовлен
Э.Голлербахом91 и после революции был дополнен В. М. Лосевым и О. Э. Вольценбургом.
Краткая история Царского Села и Павловска с заметками о населении приведена в одном из
первых послереволюционных путеводителей А.Иконникова и А.Матвеева 92.
Отметим, что существующие сегодня справочники и путеводители по Царскому Селу
достаточно подробно охарактеризованы в диссертации М.П.Денисовой93 и А.З.Большаковой94.
В 1960–1980-е гг. большую работу по выявлению источников и литературы по истории
населения северо-западной России провел коллектив авторов «Аграрной истории северо-запада
России»95. На семинаре по аграрной истории А.Л.Шапиро были предложены принципы анализа
массовых исторических источников на основе статистических методов. «Метод шурфов»
заключается в последовательной проверке выводов микроисследования на относящемся к
большему региону материале «различных источников и за различные периоды»96. Для изучения
движения населения Царскосельского уезда данные публикации «Аграрной истории…»97
позволили проследить этапы формирования основных групп населения Ижорской земли и
Ингерманландии в XVI–XVII вв.
Последующий этап расселения дворцового населения в Ингерманландии XVIII в. раскрыт
на страницах труда Е.И.Индовой98. При исследовании экономических проблем Северо-Запада
России автор пользовалась источниками по описанию дворцовых земель из фондов
Центрального государственного исторического архива Ленинграда, (сегодня – ЦГИА СПб). Е.
И. Индова указала на большой приток переселенцев в Ингерманландию. Для второй половины
XVIII столетия в книге можно найти данные о размещении переселенцев, их занятиях. Данная
работа подробно освещает ситуацию в Ингерманландии. В работе приведены записи
дворцового управления о конфликтах крестьян: в нач. XVIII в. были осложнены отношения
между местными финскими жителями и переселенными на их земли из разных губерний
России крестьянами и мастеровыми.

91
Литература о Детском Селе / сост. Э. Голлербах; доп. В. М. Лосев, под ред. О. Э. Вольценбурга. Л., 1933.
92
Иконников А., Матвеев А. Детское Село и Слуцк. Л., 1933.
93
Денисова М.П. Источники по истории административно-хозяйственного управления Царским Селом (1801 –
вторая половина 1860-х гг.): дис…канд. ист. наук. СПб., 2014.
94
Большакова Л.З. Дворцовый город Царское село во второй половине ХIХ – начале ХХ в.: особенности
управления и городское хозяйство: дис… канд. ист. наук. СПб., 2014.
95
Аграрная история северо-запада России: вторая половина ХV - нач. ХVI века/ под ред. А. Л. Шапиро. Л., 1971.
96
Там же. С. 5.
97
Аграрная история северо-запада России ХVII в.: Население, землевладение, землепользование. Л., 1989.
98
Индова Е. И. Дворцовое хозяйство в России: первая половина XVIII века. М., 1964.
30

Н.В.Юхнѐва проанализировала размещение этнических групп населения Санкт-


Петербурга, использовала картографирование численных показателей движения населения99.
Источниками автору послужили материалы городских переписей и ревизий XVIII–XIX веков
Автор сделала вывод о том, что особая структура населения Санкт-Петербурга и уездов
столичной губернии, включающая представителей различных культур и национальностей,
значительно повлияла на его историю.
Под редакцией Н.В.Юхневой в 1989 г. был опубликован сборник историко-
этнографических исследований100, который представляет интерес и для демографов. В статье
Н.В.Ушакова101, посвященной жилищу русских крестьян, сопоставлены на карте границы
уездов XIX века и районов современной Ленинградской области, определено расселение
русских крестьян среди финнов-ингерманландцев. В контексте описания этнического состава
Санкт-Петербургской губернии Л.В.Выскочков102 охарактеризовал русские поселения
Ингерманландии. Основными источниками автору послужили ревизские сказки и карты.
Л.В.Выскочков пришел к выводу о том, что быстрое развитие экономики и культуры столицы
ускорило ассимиляцию приехавших жителей. Однако, динамика этого процесса зависела от
конфессиональной принадлежности и социального положения изучаемой группы жителей.
В трудах В.М.Кабузана, названных выше, охарактеризованы изменения естественного
прироста в Озерном регионе, к границам которого относился Царскосельский уезд 103. В целом,
по расчетам автора, прирост населения повышался до 1780–1790-х гг., но снизился к началу
XIX в. Исключение в регионе составили Санкт-Петербургский и Софийский уезды, где
увеличение населения происходило за счѐт иммигрантов и войск, стабилизации и увеличения
рождаемости и снижения смертности, быстрой борьбе с последствиями эпидемий.
В диссертации «Первичные документы по учету населения Санкт-Петербургской
губернии в XVIII – первой половине XIX вв.» М.А.Маркова104 составила свод сохранившихся
метрических книг, исповедных и клировых ведомостей и ревизских сказок Петербургской
губернии и проанализировала их как исторические источники демографической информации

99
Юхнева Н. В. Этнический состав и этносоциальная структура населения Петербурга. М., 1984.
100
Петербург и губерния: историко-этнографические исследования / отв. ред. Н. В. Юхнева. Л., 1989.
101
Ушаков Н. В. Жилище русских крестьян Петербургской губернии конца XIX – начала XX века // Петербург и
губерния ... С. 140–153.
102
Выскочков Л. В. Об этническом составе сельского населения Северо-Запада России (вторая половина XVIII –
XIX век ) // Петербург и губерния… С. 113–132.
103
Кабузан В. М. Эмиграция и реэмиграция… Кабузан В. М. Крепостное население...
104
Маркова М. А. Первичные документы по учету населения Санкт-Петербургской губернии в XVIII – первой
половине XIX вв. как исторический источник: Метрические книги, исповедные росписи, ревизские сказки: дис.
…канд. ист. наук. СПб., 2005. См. также: Кащенко С.Г., Маркова М.А. Население уездов столичной губернии в
XVIII – первой половине XIX в.: историко-демографические очерки. СПб.; Брянск, 2013.
Вопросы, связанные с изучением метрик православных церквей Санкт-Петербургской епархии, отражены также в
работах: Ропакова Е.Н. Уездные приходы Санкт-Петербургской епархии во второй половине XIX в.: дис. … канд.
ист. наук. СПб., 2009. Дружинкина Н.Г. Православные приходы Санкт-Петербургской епархии во второй половине
XIX – нач. ХХ в.: дис. … докт. ист. наук. СПб., 2010.
31

XVIII – нач. ХХ века. М.А.Маркова продолжила свои исследования массовых источников,


результаты которых отразила в ряде публикаций. В центре ее внимания оказались метрические
книги, исповедные росписи и ревизские сказки XVIII–XIX вв. На примере материалов
Рождественского прихода Санкт-Петербургской губернии автор изучила распределение по
месяцам и дням числа рождений, браков, смертей в 1792–1801 гг. М.А.Маркова выявила
распределение числа смертей по заболеваниям. Отметим, что оно оказалось во многом сходно с
полученными нами результатами по соседнему с Рождественским Орлинскому приходу.
Интересно, что исследователь провела расчет линейной корреляции Пирсона для определения
доли смертности в приходе от оспы. Частой причиной смерти людей в возрасте от 15 до 59 лет
М.А.Маркова назвала чахотку, для «каждой пятой женщины» - смерть во время и после родов.
При рассмотрении по исповедной росписи 1797 г. социального состава Рождествена и на основе
проведенного анализа сведений метрик, М.А.Маркова сделала вывод об отсутствии
«существенных различий между Рождественом и другими поселениями прихода»105.
М.А.Маркова, основываясь на выборочном исследовании ревизских сказок, метрик и
исповедных росписей XVIII–XIX вв., изучила аспекты брачного поведения населения семи
приходов106. Особое внимание она обратила на расчет статистических показателей среднего
возраста вступления в первый брак и разницу в возрасте супругов. Автор создала по
информации метрик 1842–1846 гг. базы данных о рождениях, браках и смертях в приходах.
М.А.Маркова получила важные результаты об изменении брачного поведения в XVIII–XIX вв.:
увеличении доли повторных браков и браков с разницей в возрасте более 10 лет. Для четырех
приходов автор определила, что с разницей супругов в возрасте от 1 года до пяти лет
составляли 48,9% браков, на долю ровесников приходилось 15,2% браков.
Метрические книги лютеранских приходов Санкт-Петербургской губернии, в т.ч.
Царскосельского уезда, были рассмотрены в работах Е.В.Бахмутской107 и Е.Е.Князевой108,
Г.Ф.Соловьевой109.
К 2004 г. преподавателями исторического факультета СПбГУ была подготовлена книга по
этнографии Северо-Запада России110. Еѐ главы были написаны на основе широкого ряда

105
Маркова М.А. Демографические процессы в Рождественском приходе Санкт-Петербургской губернии в 1792 –
1801 гг. (по материалам церковно-приходского учета) // Труды исторического факультета Санкт-Петербургского
университета. 2014. № 17. С. 78.
106
Маркова М.А. Брачное поведение сельского населения Санкт-Петербургской губернии в XVIII – первой
половине XIX в. (по материалам ревизского и церковно-приходского учета) // Историческая информатика.
Информационные технологии и математические методы в исторических исследованиях и образовании. 2013. № 2
(4). С. 080-085.
107
Бахмутская Е.В. Немецкие колонии Санкт-Петербургской губернии: 1760–1870: дис… канд. ист. наук. СПб.,
2002.
108
Князева Е.Е. Метрические книги Санкт-Петербургского консисториального округа как источник по истории
лютеранского населения Российской империи XVIII – нач. ХХ в.: дис. … канд. ист. наук. СПб., 2004.
109
Князева Е.Е., Соловьева Г.Ф. Лютеранские церкви и приходы России XVIII–XX вв. СПб., 2001.
110
Гадло А. В., Верняев И. И., Егоров С. Б., Чистяков А. Ю. Этнография Северо-Запада России. СПб., 2004.
32

источников с обзором отечественной и зарубежной историографии. В труде прослеживается


история этнических групп региона, изменение их численности и расселения. Также важно
отметить, что авторы подготовили таблицу упоминания в письменных источниках XVI–XIX вв.
тех поселений, в которых проходили полевые исследования.
Во введении к политической истории Ингерманландии XIX–XX вв. В.И.Мусаев111
подробно рассмотрел этнические и социальные проблемы многонационального населения края.
В 2005 г. А.И.Рупасовым со шведского языка была переведена книга М.Энгмана «Финляндцы в
Петербурге»112. При ее написании были использованы материалы ревизий, паспортного
контроля и приходского учѐта, публицистики и периодики, политических партий и движений.
М.Энгман обратил внимание на проблему отношений финнов-ингерманландцев, которые
принадлежали к разным волнам миграции XVII–XIX вв., их взаимодействие с русскими
переселенцами в Ингерманландии, в т.ч. в окрестностях Царского Села. Автор рассмотрел
особенности миграции населения, взаимодействие экономических и социальных факторов
развития Северо-Запада России, Финляндии и Швеции. Данная работа представляет
значительный интерес при характеристике изменений этнического состава населения и
промыслов в Царскосельском уезде Санкт-Петербургской губернии.
В 2005 г. на историческом факультете СПбГУ А. А. Трипольская113 защитила
диссертацию по теме «Русские Ингерманландии». Она охарактеризовала социальное и
экономическое положение русских крестьян среди финно-угорских жителей, затронув вопрос
постепенной ассимиляции различных этнических групп населения. А.А.Трипольская сделала
вывод о ведущей роли языка, традиций и вероисповедания при смешении различных
этнических групп.
Вопросы, связанные с историей военных в Царском Селе, их быте, размещении, полковых
церквях рассмотрены в книге «Царскосельские полки» под редакцией А.Ю.Егорова114. В
работе обращено внимание на историю лейб-гвардейских полков, квартировавших в Царском
Селе, военные учебные заведения, примеры из жизни военных, составлявших до трети
населения города-резиденции.
В диссертации Л.З.Большаковой «Дворцовый город Царское село во второй половине ХIХ
– начале ХХ вв.: особенности управления и городское хозяйство»115 были рассмотрены аспекты
функционирования и развития Царского Села во второй половине XIХ – начале ХХ в. как

111
Мусаев В. И. Политическая история Ингерманландии в конце XIX–XX веке. СПб., 2004.
112
Энгман М. Финляндцы в Петербурге / пер. со шведского А. И. Рупасова. СПб., 2005.
113
Трипольская А. А. Русские Ингерманландии: история и культура (XVIII – начало XX в.): дис. …канд. ист. наук.
СПб., 2005.
114
Егоров М.Ю., Рогулин Н.Г. и др. Царскосельские полки/ под общ. ред. А.Ю.Егорова. СПб., 2009.
115
Большакова Л.З. Дворцовый город Царское село во второй половине ХIХ – начале ХХ вв.: особенности
управления и городское хозяйство: дис… канд. ист. наук. СПб., 2014.
33

города и резиденции российских императоров. В качестве источников исследователь


рассмотрела материалы дворцовых управлений, законодательства, периодики и мемуаров,
статистических публикаций МВД, карты и планы. Автор подробно проанализировала
историографию вопроса, выделив современные работы по истории и культуре Царского Села, а
также исследования административно-правового статуса поселений различных ведомств.
Особый акцент Л.З.Большакова сделала на приоритете решений дворцового ведомства для
повседневной жизни города.
М.П.Денисова в диссертации «Источники по истории административно-хозяйственного
управления Царским Селом (1801 – вторая половина 1860-х гг.)», отразила обширную
историографию вопроса и проанализировала опубликованные и архивные материалы по
истории Царского Села116. Особый интерес для автора представили послужные списки и
мемуары, финансовые и административные документы. М.П.Денисова рассмотрела архивные
фонды по истории гвардейских полков, управления дворцовыми землями, деятельности
ратуши, подчеркнув роль Я.В.Захаржевского на посту Главноуправляющего Дворцовыми
Правлениями и городом Царское Село.
В отечественной историографии вопроса второй половины ХХ – нач. XXI в. большая
часть работ была посвящена политическим, социальным и экономическим аспектам истории
Царскосельского уезда. Начиная с 1990-х гг., традицией сотрудников Государственных музеев-
заповедников «Царское Село», «Гатчина», «Павловск» и «Петергоф» стало проведение
ежегодных научных конференций. Современные исследователи обращают внимание на
вопросы военной и церковной истории, проблемы образования.
Таким образом, среди изученных нами трудов нет специальных исследований об
источниках XVIII – нач. ХХ в. по истории населения Царскосельского уезда, что дало
возможность автору провести данную работу.

116
Денисова М.П. Источники по истории административно-хозяйственного управления Царским Селом (1801 –
вторая половина 1860-х гг.): дис…канд. ист. наук. СПб., 2014.
34

Глава 2. Источники XVIII – начала ХХ в. по истории населения Царскосельского уезда


2.1. Материалы административного учета населения

2.1.1. Общая характеристика

При исследовании законодательных, административных и хозяйственных источников


основное внимание нами было обращено на особенности местных материалов и
сопоставимость их данных, а также на возможность применения компьютерных методов
обработки информации о населении уезда.
Комплекс административных и хозяйственных источников XVIII – начала ХХ века
(первичных и вторичных сведений учета) составляют:
1) материалы ревизий (ревизские сказки, которые с нач. XVIII в. включали сведения о
хозяйстве, составе семьи, половозрастную характеристику населения; ведомости о
задолженности; окладные книги);
2) посемейные рекрутские списки (сведения для набора рекрут сверяли с ревизскими
сказками и метрическими книгами);
3) отчеты полиции о людях, проживающих в уезде и городах, приезжих и беглых,
иностранцах, старообрядцах (материалы ежегодного учета населения под контролем МВД);
4) отчеты губернатора Санкт-Петербургской губернии;
5) публикации Центрального и Губернского статистических комитетов, которые отражают
движение населения России за 1860–1910 гг.;
6) материалы Первой Всероссийской переписи населения 1897 г.
Материалы городских, земских, промышленных и сельскохозяйственных переписей,
которые содержат сведения о населении 1860–1917 гг. и подготовленные по поземельным и
геодезическим данным карты и планы Генерального межевания, краткие экономические
примечания к ним, отражающие историю населения Царскосельского уезда в XVIII – нач. ХХ в.
рассмотрены далее в особом параграфе.

2.1.2. Ревизские сказки и окладные книги XVIII–XIX вв. как источники


по истории населения Царскосельского уезда

Административный учет населения России с начала XVIII века был организован по указам
Петра I. С введением подушного налогообложения большую часть населения России стали
фиксировать ревизии. С 1718 по 1858 год в стране было проведено 10 ревизий (народных
35

переписей). Временной промежуток между ревизиями составлял 15–20 лет. В XIX в. интервал
между ревизиями уменьшался во время войн и подготовки крестьянской реформы. Так, VI
ревизия была проведена через 4 года после V, а десятая – вскоре после девятой.
С начала подушной фиксации населения постоянно ставился вопрос о методах проведения
ревизий и достоверности сведений, точности расчѐтов. Постепенно были расширены сословные
и территориальные рамки описания. Ревизии дают возможность говорить о фискальной,
сословной, экономической политике.
С XVIII века завоеванные земли Ингерманландии наносятся на карты, раздаются знати в
качестве дач, заселяются русскими крестьянами. В нач. XVIII в. Царское Село становится
мызой супруги Петра I Екатерины Алексеевны117, а с 1727 г. – переходит цесаревне Елизавете
Петровне.
Дворцовые земли и живущие на них крестьяне постоянно фиксировались в различных
отчетах и ведомостях, межеваниях нач. XVIII в., сведения которых были опубликованы
И.Яковкиным118. Однако, эти материалы связаны только с жителями дворцовых поселений в
границах будущего Царскосельского уезда и не могут быть экстраполированы на весь уезд.
Важным вопросом при изучении истории населения Царскосельского уезда по ревизским
материалам является учет изменений административных границ.
В 1708 г. в ходе губернской реформы была образована Санкт-Петербургская губерния. В
ее границах одним из крупнейших уездов был Копорский, являвшийся центром
Ингерманландии. В XVIII в. большая часть поселений Царскосельского уезда относилась к
Копорскому уезду.
1 января 1780 г. при проведении губернской реформы Екатерины II в качестве уездного
города была основана София. «При Селе Царском, по правую сторону новой дороги
Новгородской, а по левую к Порхову идущей, устроить город под названием София»119. Вся
губерния для удобства проведения ревизий и сбора податей была разделена на 7 уездов (Санкт-
Петербургский, Шлиссельбургский, Софийский, Рождественский, Ораниенбаумский,
Ямбургский и Нарвский) или 11 округ. Софийская и Рождественская округи составили основу
Царскосельского уезда.
Несколько поселений на северо-западе Царскосельского уезда до 1808 г. принадлежали
Ораниенбаумской округе. С упразднением в 1798 г. Рождествена как города и приказом о

117
Дата основания Царского Села считается дискуссионной: И.Ф.Яковкин (История Села Царского) и составители
Памятной книжки С.-Петербургской губернии 1905 г. указывают на 1708 г., А.Н. Бенуа и Г.С.Ходасевич – 1710 г.
(Ходасевич Г.С. Метаморфозы Царскосельской Клио. От 1708 к 1710 г.// «Царское Село на перекрестке времен и
судеб» … Ч. 2. С. 400–409).
118
Яковкин И. История Села Царскаго...
119
ПСЗРИ. I собр. Т. ХХ. № 14958. С. 906.
36

переселении части мещан и купцов оттуда в Гатчину и Павловск, Софийский уезд стал
практически соответствовать границам учрежденного в 1808 г. Царскосельского уезда.
Первичными источниками в материалах ревизий являются ревизские сказки. Составлялись
два экземпляра сказки, один отправлялся в казенную палату, второй – в местное казначейство.
На основании ревизских сказок составлялись «перечневые ведомости», генеральные табели и
окладные книги. Генеральные табели подготавливались на момент окончания ревизии.
С IV ревизии были введены окладные книги, которые содержат итоговые сведения о
численности населения по сословиям. Большая часть данных окладных книг в т.ч. по столичной
губернии, была опубликована в 1970–1980-е гг. в составе издания «Переписи населения России:
Итоговые материалы подворных переписей и ревизий населения России (1646–1858)»120.
Ревизские сказки частновладельческих и дворцовых поселений XVIII в. в границах
Царскосельского уезда сохранились в ЦГИА СПб и РГИА, Российском государственном архиве
древних актов (РГАДА) фрагментарно.
Первая специальная ревизия Ингерманландии была официально проведена в 1732 г.
Большинство материалов переписей населения Царскосельского уезда первой трети XVIII века
находятся в различных фондах РГАДА (Ф. 210, 248 и др.) 121. В фондах Сената, военной
коллегии и коллегии экономии собраны материалы о ходе первых ревизий и заселении
Петербурга и губернии.
Ревизские сказки Царскосельского уезда за XVIII–XIX вв. фрагментарно сохранились в
РГИА и ЦГИА СПб. Лучше других сохранились сведения о жителях дворцовых городов,
ближайших к ним дворцовых и частновладельческих поселений. Ревизские сказки, окладные
книги и ведомости были изучены в фондах РГИА (фонды дворцовых городов Царскосельского
уезда, Ф. 486, 487) и ЦГИА СПб (Ф. 1402, Царскосельское уездное казначейство).
Ревизские сказки жителей Царскосельского уезда выявлены в ЦГИА СПб в фонде
Царскосельского (Софийского) уездного казначейства, которое было подведомственно
Министерству финансов. Здесь находятся ревизские сказки, начиная с пятой ревизии.
Сохранились сказки на крестьян и дворовых людей ведомства Гатчинского и Павловского
городового правлений, частновладельческих имений уезда за 1811 г., самые ранние сказки в
этом фонде относятся к пятой ревизии 1795 г.122 В фонде представлены сказки за 1815–1816
годы на крепостных и казенных крестьян, духовенство и жителей Царского Села, крестьян

120
Переписи населения России: итоговые материалы подворных переписей и ревизий населения России (1646–
1858) / редколлегия: Бескровный Л. Г., Водарский Я. Е. и Кабузан В. М. М., 1972. Вып. 1–12.
121
См. Приложение 3. Материалы о населении Царскосельского уезда в XVIII в. в фондах РГАДА.
122
ЦГИА СПб. Ф. 1402. Оп. 1. Д. 74, 112–114.
37

вотчины вдовствующей императрицы Марии Федоровны ведомства Павловского городового


правления, а также Красносельской вотчины123.
Достаточно скупо (10 дел) представлены в материалах фонда сказки Царскосельского
уезда за VIII–IX ревизии124. Что заметно при сравнении с сохранностью сказок жителей
125
Царскосельского уезда по десятой ревизии 1858 г .
В РГИА самые ранние ревизские сказки Царскосельского уезда относятся к III ревизии
(1765 г.)126 Здесь ревизские сказки III–V народных переписей по сельским поселениям
сохранились по Царскосельской вотчине – с. Кузьмино, ближайшему к Царскому Селу
поселению127. Сказки за 1811 и 1849 гг. скупо представлены только в двух делах 128.
Намного лучше в РГИА до нас дошли сведения о семьях, численности и половозрастном
составе крестьян, их болезнях в Царскосельской дворцовой вотчине, сохранившихся семейных
и призывных рекрутских списках с первого по восьмой участки 129 за 1830–1840-е гг.
За VIII ревизию по ведомству полиции Царского Села сказки собраны фрагментарно
(Кузьмино, Пулково и Шушар, и пятого – седьмого дворцовых Царскосельских участков за
1834 г.130).
В РГИА в фондах дворцовых городов собраны практически все ревизские сказки жителей
Царского Села, Гатчины и Павловска за IX–X ревизии. На мещан Царского Села за 1850 год
представлено 1178 сказок131, на купцов – 257 ревизских сказок132, сохранились также сказки
купцов и мещан Гатчины133 и Павловска134. За десятую ревизию по Царскому Селу до нас
дошли 1329 сказок мещан135 и 755 сказок о купцах136 на 1857 г. Также за этот год представлены
материалы о купцах и мещанах Павловска137 и Гатчины138. Таким образом, и сельское, и
городское население Царскосельского уезда отражены в ревизских сказках 1857–1858 гг.
(ЦГИА СПб и РГИА).
*

123
Там же. Д. 128, 143–153.
124
ЦГИА СПб. Ф. 1402. Оп. 1. Д. 202–209, 223, 224.
125
Там же. Д. 268–286.
126
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 899.
127
Там же. Д. 900, 901.
128
Там же. Д. 902, 903.
129
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 8728. Оп. 9. Д. 875–898.
130
Там же. Д. 8721–8727.
131
РГИА. Ф. 486. Оп. 6. Д. 298–300.
132
Там же. Д. 301.
133
Там же. Д. 310.
134
Там же. Д. 313.
135
Там же. Д. 302–306.
136
Там же. Д. 307–309.
137
РГИА. Ф. 486. Оп. 6. Д. 314, 315.
138
Там же. Д. 311, 312.
38

Первая ревизия Ингерманландии началась по сенатскому указу 25 сентября 1732 г.


Уточнение указа последовало 16 ноября 1732 г.: «По доношению Гвардии майора Ивана
Шипова, приказали: По 1 пункту. Которые пришлые в Ингерманландии живут на помещичьих
землях, а те помещики и люди их и крестьяне жительство от тех деревень имеют разных
губерний в дальних городах: о таких … утверждать добрыми посторонними поруками…, ежели
они востребуются, чтоб явились немедленно. Пришлых, которые явились при канальной
слободе на р. Назие, разночинцев и беглых людей и крестьян различных городов, которые
живут своими дворами, без пашпортов, и чужестранных, которые имеют торги, вольные домы,
и некоторые из них, паспорты на немецком языке, также которые в той же слободе живут у
вышеписанных пришлых бурлаков, не имеющих паспортов, и бурлаков же, которые живут по
каналу в новопостроенных избах, и работают при канале: по силе данных ему майору указов,
только переписать, кто какого чина и откуда, и сколь давно на те места жить перешли, и по
какому случаю на тех местах живут, и для чего кто без паспортов, а из тех слобод и изб, до
указа, их не высылать. Солдаты, которым даны апшиды, что им идти на старые жилища, а они
живут обще с бурлаками, також и переведенцев мастеровых людей, каменьщиков, плотников,
которые отпущены с указами на прежние жилища, а живут своими домами: по силе указа,
переписать же, и в книгах и списках показать о них особо»139.
В.И.Мусаев так характеризует население этого времени: «По данным переписи податного
населения 1732 г. в Ингерманландии проживали 58979 крестьян, из них 22986 лютеран, т.е.
финнов, 14511 ижор, 5883 «старожилов русских», 10457 «переведенцев из российских
городов»140.
Как видно из указа о ревизии за первые три десятилетия XVIII века политика переселения
повлекла за собой довольно большой приток жителей различных национальностей и занятий.
Целью ревизии 1732 г. было не только выяснение численности податных сословий в
Ингерманландии, но и определение сложившегося состава населения, расселения и занятий
жителей столичной губернии.
В 1733 г. был опубликован указ об обязательном объявлении «утаенных при переписи
душ»141. Штраф за одну «утаѐнную душу» составлял 5 рублей. Помещики и их приказчики
должны были заявить о неучтенных душах м.п. Утайки были и в дворцовых поселениях: «Ныне
нам от вышеписанного майора Шипова донесено, - что … в приписных к дворцовому нашему
селу Красному Дудоровской и других мыз, також дворцовой же Шунгоровой мызы, в
латышских деревнях, … явилась в душах вымышленная утайка»142.

139
ПСЗРИ. I собр. Т. VIII. № 6258. С. 973–974.
140
Мусаев В. И. Политическая история… С. 25.
141
ПСЗРИ. I собр. Т. IX. № 6432. С. 160.
142
Там же. С. 160–161.
39

По переписи 1732 г. майора Шипова в приписанных к Царскому Селу дворах были


зафиксированы переведенцы и старожилы мужчины и женщины. Всего в 317 крестьянских
дворах значилось 2053 человека, 1064 душ м.п., 989 душ ж.п143.
Вторая ревизия в Копорском уезде началась в 1744–1745 гг. после указа в конце 1743 г. В
1747 году общая перепись жителей была дополнена межеванием земель Ингерманландии 144.
Межевание проводили прапорщики-геодезисты Софонов и Петрюгин. Ответственным за
перепись был майор В. Фермор. В поданной сказке от управителя Царского Села Удолова
показано, что самой населенной была Кузмина слобода (111 дворов, 832 душ м. п. и 79 душ м.
п. приписано, таким образом, всего было 911 душ м. п.); часть жителей Пулково оставались в
старых домах, часть ушли на оброк или стали бобылями. «Всѐ наличное население,
приписанное в 1747 году к ведомству, составило 2870 человек, а ещѐ 80 отсутствовали»145. По
данным И. Яковкина146 в межевании Софонова и Петрюгина было установлено распределение
земель между Управлением Царского Села, русскими переведенцами и финнами-
ингерманландцами.
В трех русских дворцовых слободах оказалось на месте 1174 души м.п. В 34 приписных
деревнях с ижорским, финским и эстонским населением было 540 душ м.п. тяглых крестьян.
Как отметил И.Яковкин, повинности были равными и для русских переведенцев, и для
крестьян-старожилов, хотя земли у последних было несколько больше. Тяглым крестьянам
запрещалось заниматься промыслами, извозом. Неотложные работы в Царском Селе за
обязательные повинности не засчитывались.
При исследовании сохранившихся материалов административного учета жителей
Царскосельского уезда в фондах РГИА и ЦГИА СПб найдены ревизские сказки третьей
ревизии. В фонде Царскосельского дворцового правления до нас дошли ревизские сказки
селения Кузьмино за 1763–1765 гг.147
Третья ревизия была начата по указу 28 ноября 1761 г. по новым правилам: «На этот раз
на места уже не посылались ревизоры, а их обязанности были возложены на местную власть –
губернские, провинциальные и воеводские канцелярии. Ревизия затянулась до 1767 г. В ходе еѐ
учитывалось одно только податное население и ямщики»148. В ходе общей ревизии было
переписано и население Санкт-Петербургской губернии, которое «не платило подушной

143
Яковкин И. История ...Т. 2. С. 30
144
ПСЗРИ. I собр. Т. XII. № 8937, 9024, 9195, 9259, 9333, 9471.
145
Яковкин И. История ...Т. 2. С. 30–35.
146
Там же.
147
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 899. См. Приложение 4. Состав населения дворцовой сл. Кузьмино по ревизским
сказкам третьей ревизии.
148
Переписи населения России: итоговые материалы… М., 1972. Вып. 1. С. 18.
40

подати, а заготовляло фураж для армии»149. Была установлена новая форма сказок, в которых
«для счету» фиксировалось женское население. Их подавали «местным канцеляриям при
платеже подушного сбора за первую половину 1762 г.»150
При заселении земель Ингерманландии в начале XVIII в. русскими переведенцами на
месте нескольких финских поселений на границе с Царским Селом было создано дворцовое
село Кузьмино. Рассмотрим по материалам ревизии в Кузьмино 1765 г. особенности ревизских
сказок третьей ревизии.
Ревизская сказка была рассчитана на запись членов семей по полу, возрасту и положению
в семье. Сведения о каждом домохозяйстве записывались на отдельный бланк под ревизским
номером, служившим связью ревизской сказки и рекрутского списка для того, чтобы уточнить
состав семьи возможного рекрута.
Ревизские сказки собирались писарем села и сверялись с метриками и материалами
прошлой ревизии. В течение ревизии в сказки вносились изменения о прибывших и убывших. В
ревизской сказке для мужчин, кроме фамилии, имени и отчества, фиксировались сословие и
возраст.
Данные о возрасте включены в несколько граф: «сколько лет по последней (предыдущей)
ревизии состояло» и «после оной прибыло» (т.е. родившихся или приписанных между
ревизиями), «из того числа (крестьян) выбыло» (отметка о годе смерти) и «ныне на лицо» (лет).
Такие подробные сведения о возрасте крестьян позволяют проанализировать динамику
рождаемости и смертности, изменения половозрастного состава мужского населения за 1744–
1765 годы.151
В ревизскую сказку заносились перемены места приписки, работы. Для женщин,
сведения о которых в описании семьи следовали за характеристикой мужчин, записывалось
семейное положение и его изменения. По правилам третьей ревизии возраст женщин
указывался только на момент проведения «народной переписи». Поэтому при известном
возрасте мужчин в 1740-е гг. и 1760-е гг. сопоставление половозрастного состава женского и
мужского населения Кузьмино возможно только за время проведения третьей ревизии. Можно
уточнить численность женского населения сл. Кузьмино в 1765 г. по отметкам об отъезде: «во
временной отлучке с котораго времени».
Сказки Кузьмино были составлены в 1763 г. и исправлены через два года. Сведения о
жителях поселения охватывают время от предыдущей ревизии в 1744 г. до 1765 г. Исправления
за 1763–1765 гг. отражают данные о родившихся и приехавших, присоединившихся к сельской

149
Там же. С. 21.
150
Ден В. Э. Население России … Т. 1. С. 88.
151
Приложение 4. Диагр. 1. Распределение возраста мужского населения сл. Кузьмино в 1744 г. Диагр. 2.
Распределение возраста мужского населения сл. Кузьмино в 1763–1765 гг.
41

общине, о девушках, которые вышли замуж за крестьян Кузьмино из других поселений.


Внесены в сказки и отметки об убыли жителей за эти годы из-за смерти, отъезда или переводе
на работы в Царское Село.
Общая численность населения Кузьмино составила 574 человека. Рассматриваемые сказки
дают возможность проанализировать состав населения по возрасту и полу, состав семьи.
Хотя вопрос о различии в возрасте жениха и невесты при вступлении в брак точнее всего
отражается в церковных источниках: венечных памятях, метриках и исповедных росписях,
однако и по данным ревизий также можно определить возраст вступления в брак и семейное
положение мужчин и женщин, число детей, порядок деторождения и частоту рождений в одной
семье. На основании документов видно, что большинство домохозяйств состояли из нескольких
семей разных поколений. Особенностями ревизских сказок XVIII в. являются лакуны (недоучет
жителей, пропуск даты смерти или переезда, (особенно для женщин), сведений о семейном
положении мужчин и женщин).
Следующие по времени материалы IV ревизии из фондов РГИА также охватывают
жителей дворцовых поселений152. Главное отличие в формуляре 1781–1782 гг. состоит в
выделении граф для записи возраста женского населения по предыдущей и новой ревизии и о
случаях выбытия. Следовательно, эти экземпляры ревизских сказок хранились и уточнялись на
местах. Для всех записей введена сквозная нумерация. К ревизским сказкам приложен регистр-
оглавление с указанием для каждого поселения числа душ мужского и женского пола.
Рассмотрим различия ревизских сказок дворцовых и помещичьих крестьян. Обратимся к
ревизским сказкам 1811 г. из фонда Царскосельского уездного казначейства 153.
Часть сказок составлена на печатных бланках под названием «Ревижская сказка», часть –
полностью заполнена от руки., Большая часть ревизских сказок частновладельческих крестьян в
1811 г. была составлена по-старому – с отметкой о Софийском уезде, хотя с 1808 г. уезд был
переименован из Софийского в Царскосельский Вероятно, новое название уезда приживалось
среди жителей постепенно.
Все сказки заверены владельцем или его представителем. Помещики представляли в
казначейство общую ревизскую сказку на крестьян и дворовых нескольких сел и деревень. На
каждой сказке в Царскосельском уездном казначействе отмечался номер и дата получения,
например, «Получ 12 сентября 1811»154.
Ревизия 1811 г. учитывала только мужское население, что отразилось на содержании и
порядке составления ревизских сказок. Для каждой семьи указан отец и его сыновья под

152
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 900.
153
ЦГИА СПб. Ф. 1402. Оп. 1. Д. 113.
154
Там же. Л. 30.
42

собственным номером по ревизии. В некоторых случаях при описании семьи в сказке из


нумерации исключены дети. При подведении итогов по владениям помещика учитываются все
наличные крестьяне и дворовые.
Для каждого из крестьян приводится возраст по предыдущей и текущей ревизии. В случае
отсутствия крестьянина в деревне на момент ревизии обязательно указана причина выбытия.
Самой частой отметкой о выбытии является запись о дате смерти (например, «умер 1799»).
Встречаются заметки о бегстве (например, «бежал в 1803 г.») или переходе из крестьян в
военные («отдан в милицию», «отдан в рекруты»).
При переводе крестьян из одной деревни в другую между ревизиями их имена можно
встретить в ревизской сказке дважды: первый раз они фиксируются по месту приписки по
последней ревизии с указанием их возраста, а второй – в новой деревне по текущей ревизии. И
в том, и в другом случае составитель ревизской сказки записывал год и место перевода, что
помогает исследователю избежать повторов при выяснении численности и движения населения.
При переводе части семьи, обязательно отмечено, кто остался на старом месте. Зачастую
помещики переселяли в менее населенные (или новые) деревни старших сыновей, оставляя в
более населенных – отца с младшими детьми. Поэтому, в сказки по порядку, после старожилов,
записывали вновь переселенных.
При записи о переведенных крестьянах косвенно указано время создания деревни –
«вновь построена». Например, из деревни Нижней несколько семей были переведены в Тайцы,
а еще 9 человек – во вновь построенную деревню Бугорки. Для некоторых крестьян к именам
добавлены личные прозвища или отметки об этнической принадлежности («ижорянин»).
Помимо прозвищ, у некоторых крестьян записана и фамилия. Можно предположить, что они –
финны, потомки тех, которые мигрировали в Ингерманландию в XVII в. Например: «Юган
Томасов сын Мулла, Алексей Мулло, 38 (лет), умер 1811, Алексеевы дети: Матвей, 13 ½ – умер
1809, Карл, 10 – выбыл в дворовые, брат Алексеев Симан, 25 – выбыл в дворовые, племянник
их Гаврилов сын Адам, 8 – умер 1798»155.
Много финских имен встречается в ревизских сказках 1811 г. вотчины великого князя
Михаила Павловича, ведомства Гатчинского и Павловского правления, помещичьих
деревень156. В сказках крестьян, подведомственных Гатчинскому правлению также, как и для
помещичьих, встречается двойное название уезда «Софийский или Царскосельский». Можно
отметить для этих деревень, населенных по большей части ингерманландскими финнами,
использование такого административного термина, как «амт»157.

155
ЦГИА СПб. Ф. 1402. Оп. 1. Д. 113. Л. 17 об.
156
Там же. Д. 112.
157
Амт – административно-территориальная единица в Швеции и других странах Северной Европы.
43

При указании на возраст людей, выбывших по разным причинам из деревень или


скончавшихся до текущей ревизии, прослеживается возрастная аккумуляция на число лет,
оканчивающееся на «5» и «10».
В окрестностях Павловска и Гатчины местные жители не выселялись при возведении
царских резиденций, как это произошло при создании Царского Села. Поэтому и ревизские
сказки 1811 г. отражают сложившиеся еще с XVII в. традиции и названия.
В фонде Царскосельского дворцового правления собраны ведомости, копии указов и
ведомственная переписка, связанная с проведением ревизии с 18 мая 1811 г. по 15 июля 1812
года. В этих материалах, несмотря на правила ревизии 1811 г. не учитывать женское население,
были встречены записи о душах м.п. и душах ж.п.158. В документах идет речь о крестьянах
дворцовой вотчины в Царскосельском уезде и приписанных к ней в тех губерниях, где с начала
XVIII века оставались семьи переселенцев и вернувшиеся обратно с разрешения
администрации Царского Села.
Ревизия 1811 г. по решению Александра I проводилась по условиям предыдущей ревизии.
Впервые были отменены любые наказания за прописные души, не внесенные ранее в сказки.
После объявления манифеста 18 мая 1811 г. Царскосельское правление отправило запрос в
Вологодскую, Костромскую и Ярославскую губернии159 и Царскосельское городовое
управление о количестве ревизских душ, которые были подотчетны правлению Царского Села.
По V ревизии в его ведомстве состояло 2965 душ м.п., к шестой народной переписи
население выросло на 653 души м.п. и составило 3618 душ м.п.
Все документы направлялись в Софийскую ревизскую комиссию, которая отправляла
сведения в Казенную палату. Исключены из общего числа плательщиков были только
крестьяне дер. Белозерки. Их особое положение было подтверждено именным указом 14 мая
1773 г.160 Однако, население дер. Белозерки не росло, и отмена податей не распространялась на
другие поселения. Среди ближайших к Царскому Селу поселений с русским населением –
потомками переведенцев XVIII в. – самой большой считалась Кузьмина слобода с 735 душами
м.п., и Пулково с 506 душами м.п.161
В переписке о проведении ревизии отражена численность населения, приписанного к
Царскосельскому правлению. Наименьшее число жителей в русских селениях насчитывало 10

158
РГИА. Ф. 487. Оп. 20. Д. 195. Для исследователей сфрагистики будет интересно, что на письмах из
Костромской, Вологодской и Ярославской губерний в Царскосельскую ревизскую комиссию хорошо сохранились
оттиски сургучных печатей.
159
В дворцовых деревнях этих губерний в XVIII в. набирались для переселения на царскосельские земли крестьяне
и мастеровые. Часть их семей так и осталась, или была отпущена на прежнее место жительства с припиской к
Царскосельскому правлению, что постоянно поддерживало семейные и территориальные связи, активную
миграцию крестьян Царского Села.
160
РГИА. Ф. 487. Оп. 20. Д. 195. Л. 25.
161
Там же. Л. 24.
44

душ м.п., или два-три двора. Число крестьян в финских деревнях и селах колебалось не так
резко, как в русских поселениях. Например, Кошелева слобода с 114 душами м.п., Соболева –
108 душами м.п. и Попово – 101 душой м.п. По данным 1796 г. Среднерогатская колония
насчитывала 86 душ м.п., а Ижорская – 106 крестьян162, - эти колонии и селения при
Александровской мануфактуре были приписаны к Царскосельскому правлению. По ведомости
5 мая 1800 г. в Рыбачьей слободе проживали 535 душ м.п., а в с. Усть-Ижора – 286 душ м.п.,
всего с рабочими мануфактуры – 2018 чел.
Из писем в Царскосельское управление видно, что в 1811 г. в Нерехтском уезде
Костромской губернии за Управлением числились 13 душ, в Даниловском уезде Ярославской
губернии – 60 душ. В переписке главы Царскоселького правления графа А.Ожаровского по
поводу дворцовых деревень можно найти ревизские сказки крестьян Кадниковского уезда
Вологодской губернии, жители которых были приписаны к Царскому Селу. Сказки из
Вологодской губернии фиксируют население и женского, и мужского пола. Не смотря на
правила проведения ревизии, по которым в 1811 г. учитывались только мужчины, в сказки
подробно занесены сведения о 56 душах м.п. и 62 душах ж.п., с указанием на число выбывших
после V ревизии. Примечательно, что в сказках уточняется возраст детей вплоть до 1 месяца от
роду.
Данные ревизские сказки, ведомости и переписка 1811–1812 гг. являются ценными
источники сведений о проведении ревизий в сельских поселениях разных ведомств и
владельцев Царскосельского уезда. Они отражают переход от полностью рукописных
ревизских сказок к составленным по единообразному формуляру печатным бланкам.
В фондах ЦГИА СПб и РГИА материалы последующих ревизий описывают только
сельское население, ревизские сказки по городам Царскосельского уезда 163 дошли до нас
фрагментарно только за IX и Х ревизии. В качестве примера ревизских сказок горожан можно
привести материалы IX народной переписи о мещанах г. Царское Село.164 Ревизские сказки
собраны за февраль – август 1850 гг. Большая часть сказок представлена на типографских
бланках, заполненных несколькими почерками. Отсутствуют сказки № 560–599, 660–669, 687,
688, 690–699, 887, 898, и дело в целом можно считать «естественно сложившейся выборкой».
Ревизские сказки мещан начинаются с даты заполнения и порядкового номера семьи по
ревизии. Для мужчин, кроме фамилии, имени и отчества, фиксировалось сословие. Возраст
записывался как по прошедшей ревизии (сколько лет по последней ревизии «состояло», так и

162
Ижорская и Среднерогатская немецкие колонии были основаны в 1765–1766-е гг.
163
Сведения о жителях г. Царское Село, Гатчина и Павловск до сер. XIX в. можно найти в окладных книгах
(Переписи населения России… Вып. 1–12), географических словарях, справочниках, публикациях по истории
Царского Села (Яковкин И. История Села Царского…).
164
РГИА. Ф. 486. Оп. 6. Д. 298.
45

во время текущей переписи «ныне на лицо»). Дети, родившиеся между ревизиями вписывались
в графу «после оной прибыло», а в графе «из того числа выбыло» стоят отметки о годе смерти
или перехода в другое ведомство. Также в сказку заносились перемены места приписки, работы
и сословия. Для женщин записывались имя, возраст, семейное положение, для отсутствовавших
– «во временной отлучке с котораго времени».
Ревизская сказка была рассчитана на запись членов семей по полу, возрасту и положению
в семье. Записи завершались указаниями на перемены сословия, состояния, семейного и
экономического положения и места жительства. Горожане должны были сами подписывать
свои ревизские сказки, но часто сказка подписывалась другим грамотным человеком, например,
«а вместо ее за неумением грамоты по ея личному прошению царскосельский мещанин
Игнатий … руку приложил». Подпись заверяла достоверность сведений и отсутствие
прописных душ. Встречаются исправления карандашом имени, фамилии или отчества
(например, «Афимья Филиппова (исправлено на Фролова) Варичева»)165.
Ревизские сказки отражают состав и характеристики городской семьи 166. В Царском Селе
проживали как полные по составу (родители с детьми), так и большое число неполных семей
(один из родителей с детьми). В состав расширенных семей входили братья главы семьи или
родственники жены (родители, сестры, братья).
Среди ревизских сказок горожан встречаются бумаги и старожилов, и лиц, недавно
причисленных к мещанам. Например, в 1849 г. на гербовой бумаге от руки была составлена
ревизская сказка мещанина Петра Васильева Карнышева с просьбой, направленной в
Царскосельскую городовую ратушу, «в производящуюся ныне 9 ю народную перепись в
Общество мещан города Царского Села по оной семейство мое записать»167.
Ревизская сказка мещанина Шиленкова 30 июля 1850 г. отразила переход из одного
сословия в другое. Шиленков, бывший вольноотпущенный крестьянин, приписался в 1842 г. к
мещанам Царского Села. Документ был составлен в Нижнем Тагиле и заверен подписью
исправника нижнетагильских заводов Демидовых и гербовой печатью нижнетагильской управы
благочиния Пермской губернии168.

165
РГИА. Ф. 486. Оп. 6. Д. 298. Л. 1054.
166
Как пример, при изучении ревизских сказок мещан, можно привести сведения о составе семей Царского Села.
Различие в возрасте родителей колебалось от 5 до 7 лет. Возраст вступления в первый брак для женщин составил
17–18 лет, для мужчин – 23–28 лет. Для расширенных семей с 6–8 детьми их разница в возрасте колебалась от 1
года до 16 лет. В ревизских сказках встречено много записей о случаях смерти в 1848–1849 гг. – годы эпидемии.
Сказки отражают переход жителей из одного сословия в другое, социальную и миграционную активность мещан и
купцов.
167
РГИА. Ф. 486. Оп. 6. Д. 298. Лл. 972–973.
168
Там же. Лл. 1015–1016.
46

Ревизская сказка Иоганна Беккера свидетельствует о том, что он в 1840-е гг. дважды
изменил свое общественное положение: «в 1844 г. из Прусских подданных в купцы, а на 1847
год мещанин»169.
При анализе полноты сведений и сохранности сказок стоит отметить, что встречаются
записи на полях, частично срезанные при брошюровке, например, «Царскосельская мещанка
девица Наталья Захарова а вместо ея ра» (далее срезано)170. На материалах стоят отметки
карандашом о возвращении и исправлении сказок. Пропущены сказки № 540, 550–559.
Практически половина материалов дела – это полностью рукописные ревизские сказки на
гербовой бумаге, а не на типографском бланке171. Данные ревизские сказки городских жителей
показывают отсутствие единообразия даже при заполнении типографских бланков ревизий.
Также выявлены ревизские сказки, заполненные на иностранном языке, как, например, сказка
Юргенса, выходца из Лифляндии – на немецком172.
Ревизии учитывали жителей, плативших подушную подать. Крестьян, которые вовремя не
выплатили подати, в Управлении записывали в ведомости о задолженности, копировавшие
сведения ревизской сказки с указанием на время и размер задолженности в подушной подати.
Те, кто не мог справиться с выплатами подати и задолженности добровольно шли на воинскую
службу.
В РГИА сохранилась ведомость 1789 г. о крестьянах-должниках подушной подати
дворцовых земель Царского Села173. В ней полностью записаны должники, способные
выплатить оброчную задолженность, и приведены сведения о составе их семей, старшем и
младшем поколении. Возраст отмечен для всех жителей (и мужчин, и женщин) довольно точно
– вплоть до нескольких дней и недель у новорожденных. Целью подготовки ведомости стало
выяснение платежеспособности жителей-должников (мужчин трудоспособного возраста) и
экономического состояния их хозяйств. В крайних случаях, если хозяин двора был слеп, без
руки, и по здоровью не мог выполнить требуемую работу, правление Царского Села
аннулировало его долги по подушной подати. Все посемейные списки соотнесены с числом
тягол. Последняя графа в таблице (ведомости) отведена для примечаний. Здесь уточняется
возраст, поведение крестьян – например, «онаго мать вздорная и возмущает других»174. Таким
образом, ведомости о задолженности уточняют и во многом дополняют сведения ревизских
сказок.

169
РГИА. Ф. 486. Оп. 6. Д. 298. Лл. 1017–1018.
170
РГИА. Ф. 486. Оп. 6. Д. 299. Л. 6.
171
Там же. Лл. 548–1013.
172
РГИА. Ф. 486. Оп. 6. Д. 299. Лл. 23–24.
173
РГИА. Ф. 487. Оп. 1. Д. 1045.
174
Там же. Л. 3.
47

Ревизские сказки как источники административного учета являются основой для изучения
истории населения XVIII – середине XIX века. Важнейшие итоги ревизских сказок с XVIII в.
суммировались в окладных книгах. Сегодня оригиналы книг находятся в РГАДА и РГИА, и их
сведения можно найти в издании 1972 г. «Переписи населения России: Итоговые материалы
подворных переписей и ревизий населения России (1646–1858)»175. Данные ревизий по
Софийскому уезду впервые представлены воедино в окладной книге третьей ревизии.
Окладные книги подготавливались так, чтобы четко определить податное и не положенное
в оклад население по сословиям (например, помещичьи крестьяне, ямщики, мастеровые),
ведомствам – «Ведомства канцелярии от строений при дворцах и заводах» и поселениям
(например, Царское Село, Рождествено).
Сведения книг сведены воедино в соответствие с географическим и административным
принципами. В границах Санкт-Петербургской губернии по II–III ревизиям к будущему
Царскосельскому уезду относилась часть земель Копорского и часть Шлиссельбургского
уездов.
В первой графе таблицы записано, сколько «По минувшей переписи состояло и
приписных после оной переписи положенных в оклад», во второй – «Из того числа померло, в
рекруты взято и другими случаями невозвратно убыло», в третьей – «ныне по поданным
скаскам явилось положенных в оклад и написанных же; а в оклад не положенных и вновь
рожденных и разными случаями прибылых», и в последней – подведен итог – «против
последней ревизии прибыло и убыло». Благодаря такому формуляру, окладная книга 1765 г.
связывает сведения о движении населения Санкт-Петербургской губернии за 1744–1765 гг.
После проведения губернской реформы Екатерины II к границам будущего Царскосельского
уезда стали относится поселения Софийской, Рождественской и части Ораниенбаумской
округи.
Окладная книга 1786 г. отразила изменения под влиянием реформ Екатерины II в
социально-экономической сфере, многие из этих нововведений просуществовали до середины
XIX в. Как отметил К.И.Арсеньев, изучая административные материалы о населении, «каждое
сословие делилось на большое количество разделений и подразделений, которые различались
между собою по своим платежным отношениям к государству. К ведомству императорского
двора относилась гоф-интендантская контора под контролем обер-гофмейстера, ремесленники
и «равным образом все императорские дворцы внутри и вне столицы. Департамент уделов,
заведывающий всеми имениями, императорскому дому принадлежащими, или удельными
землями и крестьянами. От сего Департамента зависят удельные канторы. Кабинет
Императорского Величества, в ведомстве коего состоят горные заводы и фабрики шпалерная,
175
Переписи населения России … Вып. 3. С. 337–354.
48

фарфоровая и стеклянная в С.-Петербурге, гранильная в Петергофе и Екатеринбурге,


мраморные ломки Финляндские и бумажные фабрики в Ропше и Петергофе. Правление городов
Павловска, Гатчины, Ораниенбаума»176. Казенными крестьянами ведала Санкт-Петербургская
палата государственных имуществ по округам. «Округа Государственных имуществ дробятся
на волости, коих считается восемь... В ведении палаты государственных имуществ состоят
кроме того, 13 колоний иностранных поселенцев Петербургской губернии»177. В состав
окладной книги вошли данные о мещанах, ремесленниках, мастеровых и купцах, которые
относились к городскому населению, архиерейские и монастырские крестьяне были переведены
в экономические, в числе сельских жителей появились колонисты. Среди податного населения
Рождественской и Ораниенбаумской округи можно отметить крестьян, с которых вместо
фуража стали собирать по 1 рублю. Это свидетельствует о постепенном переходе части
жителей к оброчному хозяйству. Интересно, что 1815 крестьян Софийской округи, которые
жили в окрестностях Гатчины и Павловска. После смерти графа Г.Орлова крестьяне и эти земли
были выкуплены в казну по приказу Екатерины II, а затем переданы будущему императору
Павлу I. В 1797–1811 гг. крестьяне подчинялись Гатчинскому и Павловскому городовым
правлениям и обеспечивали необходимые работы в царских резиденциях.
К неподатным жителям уезда отнесены, прежде всего, мастеровые казенных фабрик,
иностранцы и крестьяне, которые записывались в мещане.
Список неподатного населения завершают сведения о штатных и заштатных
церковнослужителях.
С 1808 г. окладные книги помогают оценить численность населения Царскосельского
уезда во вновь установленных границах, с записью в особых графах данных о населении
городов Гатчина, Павловск, Рождествено, и сопоставить их со сведениями уездов. Отметим, что
среди крестьян, приписанных к дворцовым городам, увеличилось число «Собственных еѐ
величества государыни императрицы Марии Федоровны, приписных к городу Павловску»,
которое составило 3878 душ м.п.
Данные окладных книг и ревизских сказок VIII–X ревизий дают возможность достоверно
описать податное население в городах дворцового ведомства Царскосельского уезда и сравнить
результаты со списками поселений уезда.
На примере окладных книг 1814–1834 гг. Царскосельского уезда можно проследить
изменения структуры населения, увеличение числа гильдейских купцов, мастеровых и
ремесленников фабрик и мануфактур, отставных солдат, колонистов и иностранцев178.

176
Арсеньев К. И. Начертание статистики... Ч. 2. С. 25–26.
177
Военно-статистическое обозрение Российской империи... С. 15.
178
Переписи населения России… Вып. VIII. С. 42 – 44. Вып. IX. Ч. 1. С. 43–44. Яковкин И. Я. История...Т. 3. Прил.
49

Постепенно к середине XIX в. структура населения по сословиям приобретает большую


четкость, и сведения окладных книг о жителях Царскосельского уезда по сословиям могут быть
изучены в комплексе с материалами губернаторских и полицейских отчетов, Памятными
книжками Санкт-Петербургской губернии. Большая часть итоговых обобщающих сведений
собиралась через Казенную палату179 и попадала в ежегодные губернаторские отчеты в
статистическом отделении МВД.

2.1.3. Рекрутские списки дворцовых поселений Царскосельского уезда


в первой половине XIX в.

С материалами ревизий Царскосельского уезда были связаны источники военно-


административного учета населения. Документация рекрутских наборов основывалась на
ревизских сказках и метриках.
Рекрутские и жеребьевые списки, списки призывников по всеобщей воинской повинности
Царскосельского уезда находятся в РГИА (Ф. 487. Оп. 9. Д. 875–898.) и ЦГИА СПб (Ф. 232,
919, 1116).
Помимо них, в фондах дворцового и военного ведомств сохранились материалы о
численности и расположении различных полков на территории Царскосельского уезда.
Основная часть рекрутских списков по столичной губернии и еѐ уездам находится в фонде
Санкт-Петербургского губернского рекрутского присутствия180.
Рекрутские присутствия в уездных и губернских городах были созданы на основании
устава 28 июня 1831 г. и подчинялись МВД. С 1874 г. с введением всеобщей воинской
повинности учреждения были переименованы в губернские и уездные по воинской повинности
присутствия. Председателем губернского присутствия являлся вице-губернатор, а членами
присутствия состояли местный уездный предводитель дворянства, советник казенной палаты,
управляющий хозяйственным отделением, военный приемщик от военного управления и
медицинский чиновник по назначению врачебного управления. Соответственно подчинению
различных членов присутствия разным ведомствам часть рекрутских списков, медицинских
освидетельствований, выписок по учетным и выкупным квитанциям сохранились как в фондах

179
В ЦГИА СПб в фондах Рождественского (Ф. 1991) и Царскосельского (Софийского) (Ф. 1402) уездных
казначейств отложились окладные книги, ревизские сказки по дворцовым и частновладельческим селениям уезда
по V–X ревизиям, а также книги выдачи крестьянам паспортов и приписки вернувшихся беглых. В фонде
Софийской нижней расправы находятся ревизские сказки 1783 г. деревень, переданных Г. Орловым в казну,
материалы Казенной палаты, тесно связанные с окладными книгами.
180
ЦГИА СПб. Ф. 919. Оп. 1–2.
50

учреждений по воинским делам, так и в фондах административно-полицейских, финансовых и


статистических учреждений.
В ЦГИА СПб в фонде 919 Губернского рекрутского присутствия находятся итоговые
ежегодные списки рекрутов за 1833–1874 гг., а также приемные рекрутские росписи. В фонде
548 Царскосельского уездного рекрутского присутствия хранятся именные свидетельства 1863–
1866 гг. о приеме в рекруты жителей городов и поселений уезда. Дела о призыве новобранцев в
1874–1918 гг., после проведения военной реформы и введения всеобщей воинской повинности,
сконцентрированы в фонде Санкт-Петербургского (после 1914 г. – Петроградского)
губернского и уездных по воинской повинности присутствий 181.
Сопутствующие спискам метрические свидетельства и часть медицинских документов при
экспертизе фонда были уничтожены или переданы в другие фонды.
Сведения о призывниках Царскосельского уезда пореформенного времени сохранились
только как составные части итоговых губернских списков и отчетов. Из материалов
Царскосельского воинского присутствия в Ф. 232 хранятся лишь личные дела служащих
присутствия за 1916–1917 гг.182 Переписка и отчеты о проведении рекрутских наборов
находятся также в фондах уездной и городской полиции и Царскосельского уездного
предводителя дворянства183.
Одним из примеров рекрутских списков, созданных на основе ревизских сказок, являются
материалы о наборах в армию в Царскосельском уезде в 1811–1816 гг. «с 500 душ по 4
рекрута»184. Переписка и ведомости представляют связующие административный и военный
учет источники до введения в действие Воинского Устава 1831 г.
По манифесту о наборе рекрут все данные сверялись с материалами V ревизии. В «указе
из Сената на места» отмечен двухмесячный срок набора рекрут, начиная с 1 ноября 1811 г. В
письмах и ордерах Царскосельского правления обозначался порядок набора «из очередного
семейства и по шалостям нетерпимых»185.
Казенная палата указала с «3095 душ сей палатой назначено поставить 25 рекрут».
Следовательно, из дворцовых крестьян Царскосельского правления один рекрут брался со 123
душ. По набору 1810 г. не было поставлено 3 рекрута, 1 из них был направлен из Пулковой
слободы. Еще 27 рекрут были расписаны по селениям Царскосельского правления из различных
семей по трем очередям. С одного крестьянского общества (Кузьминой слободы, Пулкова) и с
маймистских деревень были взяты по 7–8 человек, из Большого Катлино – 1 рекрут,

181
ЦГИА СПб. Ф. 232. Оп. 1.
182
Там же. Д. 1114–1116.
183
Там же. Ф. 1116. Оп. 1.
184
РГИА. Ф. 487. Оп. 20. Д. 234.
185
Там же. Л. 8–8 об.
51

отмеченный за дурное поведение. Во время сопровождения рекрут в Рекрутское присутствие в


Петербург он бежал вместе с одним из маймистов.
За тех призывников, которых освобождали от набора, семьи выплачивали значительную
по тем временам сумму по квитанции. Квитанции отмечают общие суммы в 2000 рублей
ассигнациями, которые были отданы в зачет рекрутских денег в Казенную палату за свою
семью крестьянином Пулковской слободы Семеном Васильевым Галкиным186. Такие же
квитанции были сданы Федором Васильевым из Подгорной Пулковой, Алексеем Кондратьевым
из дер. Каменки, из той же деревни – за Григория Данилова, также из дер. Глиняной Горки
Пулковой слободы – Лаврентием Ескиным, Адамом Егаковым, Кузьминой слободы
Александром Петровым. Таким образом, 8 из 27 рекрут в 1811 г. были выкуплены семьями. В
1816 г. последовали следующие 6 квитанций, т.е. из 27 были выкуплены 14 рекрут.
Из поселений, приписанных к Царскосельскому правлению в Вологодской, Костромской
и Ярославской губерниях, были направлены по одному рекруту. Встречен один случай замены
рекрута по здоровью. Так, один из троих рекрут из губерний из-за выбитых зубов был заменен.
Всем рекрутам выдавались деньги, провиант, одежда и обувь.
Именной список посылаемым к принятию в рекруты крестьянам, служил документом, по
которому сверяли возраст, рост и место жительства. При несоответствии сведений, их
обязательно проверяли по метрикам (имя и дата рождения) и ревизским сказкам.
Окончательное решение о выдаче в рекруты принимал сельский сход. Например, 27 июня 1812
года нерадивого по хозяйству, пьющего и не пашущего свой надел крестьянина Сергея Иванова
сход Кузьминой слободы выдал в зачет недоимки за 1811 год187. По сопроводительному письму
ему исполнилось 24 года.
В рекруты в Царскосельском уезде брали и русских, и ингерманландцев-финнов. Для
маймистов, записанных в рекрутский список как русских, имя и фамилия исправлялись на
финский манер. Например, Илью Никитина из дер. Пески после проверки по метрике
переименовали в Ильяса Миккелева188. Можно сделать вывод о тщательной перепроверке
точности всех записей при составлении рекрутских списков.
В письме Казенной палаты № 8665 от 25 октября 1815 г. Санкт-Петербургскому
гражданскому губернатору М.М.Бакунину дан отчет о проведении Царскосельским правлением
от 80-го до 83-го наборов. Всего за 80-й набор были взяты в рекруты 18, за 81-й – 26, за 82-й –
16, за 83-й – 10 человек. Рекруты, взятые за 81-й и за 82-й набор, (больше, чем требовалось),
были посчитаны в счет недоимок 80-го и 83-го наборов189. При взаимозачетах и

186
РГИА. Ф. 487. Оп. 20. Д. 234. Л. 50.
187
Там же. Л. 120.
188
Там же. Л. 126.
189
Там же. Л. 151 об.
52

перераспределении числа рекрут от набора к набору рекрутские списки в течение нескольких


лет были в работе, дополнялись и переписывались. Поэтому, при проведении рекрутских
наборов требовался четкий военный и административный контроль за точностью метрик,
ревизских сказок и рекрутских списков.
Призывной возраст рекрут с 1831 г. устанавливался от 18 до 37 лет. Сельским обществам
позволялось поставлять рекрут добровольно и из тех, кто приписался к ним, (но не ранее 3 лет с
момента причисления). Недоимочных рекрут за прошедшие наборы требовалось поставлять по
Генеральному учреждению от 17 до 35 лет и ростом не ниже 2 аршин 4 вершков190.
По военному уставу 1831 года порядок набора рекрут соответствовал многочисленности
семьи. При этом обязательно учитывались все души мужского пола, которые присоединились,
убыли или умерли с момента последней ревизии. «Первой очереди в участке подлежат те
семейства, из коих в каждом число наличных душ, рекрутству подлежащих, есть самое
большое, например, семейства по двенадцати душ имеющия …и так далее, до двойников
включительно. Одиночки, т.е. семейства, … в коих … считается наличных душ, рекрутству
подлежащих, не более, как по одной, не подлежат рекрутской очереди»191.
При наличии в семье лишь отца и сына, они освобождались от набора. Исключались из
очереди и крестьяне, которые служили в земских и иных судах по выбору сельского общества
или волостного правления. Устав определял очередность набора рекрут из больших семей:
второго и третьего рекрута можно было взять из одной семьи только при учете малого числа
сыновей в других семьях. Именно поэтому, для семейств, которые могли поставить трех
рекрутов, были введены специальные учетные книги. При характеристике числа
трудоспособных мужчин в семье использовали слова «шестерик», «восьмерик», т.е. в семье
было по 6–8 мужчин от 18 до 60 лет.
В пределах одного участка обязательно фиксировались очередь таких семейств и
изменения их состава. При разделе семьи для каждого образовавшегося семейства очередь
рекрутских наборов начиналась вновь. Однако, в случае проживания разделившихся семей в
одном хозяйстве, очередь рекрутства не изменялась. Сведения о всех работниках в рекрутские
списки вносились под тем же номером семьи, что и в ревизскую сказку. Записывались
мужчины от 18 до 60 лет, набору подлежали лица с 18 до 37 лет. Следовательно, рекрутские
списки дают информацию для анализа трудоспособного мужского населения.
Очередные списки должны были составляться Городскими Думами, а в сельской
местности – подтверждаться на сельском сходе. Среди казенных крестьян учет велся

190
С 1831 г. при наборе рекрут в армию, их рост мог быть не ниже 2 аршин и 3 вершков (155–160 см), т.о. можно
было призвать большее число новобранцев.
191
ПСЗРИ. II собр. Т. VI. № 4677. С. 514.
53

Волостными правлениями. Волостные приказы и Удельная контора контролировали набор


рекрут из удельных крестьян. Для владельческих крестьян очередь отдачи в рекруты
определялась помещиками. При объявлении рекрутского набора в Городской Думе избирали
рекрутского старосту (в сельской местности он действовал с начала предыдущего набора) и
составляли рекрутские списки. Они обновлялись каждые три года. Каждый раз рекрутские
списки составлялись в двух экземплярах. Один отправляли в Казенную палату, а второй -
оставался в Думе или в участке. Сведения о семействах, подлежащих рекрутскому набору, в
течение этих 3 лет должны были постоянно уточнять. При ведении списка среди казенных и
удельных крестьян все сведения проверялись каждые 4 месяца. Отметки о зачетных
квитанциях, изменении состава семьи, или установление возраста рекрута по метрикам
вносились карандашом, а затем вписывались в соответствующие графы чернилами.
При проведении очередного рекрутского набора в губерниях учреждались рекрутские
присутствия. Воинский устав 1831 года оговаривает целый комплекс документов, требующихся
для приема рекрут. Непосредственно из Казенной палаты доставлялись «росписание участков,
подведомственных рекрутскому присутствию, очередные списки семействам мещан, крестьян
казенных и свободных хлебопашцев, ревизские сказки (они отсылаются в рекрутские
присутствия в верных списках-копиях, кои Хозяйственное отделение Казенной палаты обязано
иметь у себя именно для сего по каждому уезду отдельно»192. При проведении набора
рекрутские присутствия в уездах и губерниях должны были пользоваться заранее
подготовленными бланками билетов, квитанций, журналов. Отданные в Канцелярию рекруты
записывались в приемную роспись. При этом возраст указывался только по ревизским сказкам,
а имя, фамилия, отчество – по очередным семейным спискам. «При внесении прозваний рекрут
и подставных в приемную роспись, непристойные прозвания переменяются на другия, а
именно, по отечествам, с кратким объяснением о сей перемене»193. Все уездные рекрутские
присутствия закрывались при завершении набора, а губернские – завершали работу после
отчета.
Уездные присутствия отчитывались гражданскому губернатору, а материалы сдавали в
хозяйственное отделение Казенной палаты. Правильность постановки рекрут в очередь к
призыву подтверждается мирским приговором в очередном списке. В случае неточного
указания возраста или сомнений рекрутского присутствия в сведениях, устав рекомендует
обратиться к местному духовному правлению: «В сих случаях требуется от местного Духовного
правления или консистории, справка из метрических книг. В сих требованиях указывается

192
ПСЗРИ. II собр. T. VI. № 4677. С. 522.
193
Там же. С. 528.
54

духовному начальству, в каком приходе и от кого родился представленный в рекруты»194.


Также при записи обязательно указывался точный рост рекрута. По уставу состояние здоровья
рекрута фиксировал специальный врач. При неизлечимых болезнях рекрут освобождался от
службы, все сомнительные случаи должны были быть удостоверены в больнице и специальной
врачебной комиссией. В результате все принятые рекруты фиксировались в формулярных
списках: «Канцелярия составляет по росписям журнал: 1) о рекрутах, принятых окончательно, о
принятых на испытание, о числе возвращенных отдатчикам за негодностью или до получения
справок, или за излишеством, и 2) о вновь прибывших отдатчиках и о числе привезенных ими
рекрут и подставных»195.
«Очередной рекрутский список Царскосельской дворцовой вотчины I-го участка,
состоящего из слободы Кузьминой, учинен и поверен в числе наличных людей 1833-го года
апреля по 18-е число»196 - один из примеров первых рекрутских списков по правилам Устава
1831 г.
Он представляет собой таблицу, первые две графы которой содержат номер семьи по
ревизским сказкам и по очереди в наборе в поселении, что позволяет при сохранившихся
ревизских сказках сопоставить материалы о семьях из рекрутских списков и ревизских сказок.
При перечислении мужчин в семье в третьей графе обязательно отмечалось социальное и
сословное положение, случаи и даты смерти. Сведения о женщинах в семье вносились редко.
Карандашом вносили пометки во вторую графу, а затем копировали чернилами в пятой.
Исправления отмечают зачет покупных квитанций с указанием даты и имени мужчин, которые
были освобождены от рекрутского набора в графе «убыло». При этом, такой человек не
фиксировался в основной части поименного списка. Также в графе «убыло» указаны решения
мирского соглашения о покупке зачетной квитанции и последующем освобождении от
поставки рекрута. При невозможности поставить рекрута семья выплачивала пособие 500 руб. в
пользу той семьи, которая поставляла рекрута вне своей очереди. Возраст призываемых
указывался в списке в полных годах. Однако, при рассмотрении данных необходимо уточнить,
что составители списка записывали возраст рекрута по ревизской сказке последней ревизии.
Именно поэтому, для достоверного и полноценного анализа демографической
информации, которой богаты рекрутские списки, исследователю необходимо изучать их в
комплексе с ревизскими сказками.
При обработке материалов рекрутских списков обязательным условием становится
сохранность ревизских сказок и метрик поселения. При отсутствии или трудности доступа к

194
Там же. С. 529.
195
ПСЗРИ. II собр. T. VI. № 4677. С. 532.
196
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 8728. Часть заголовков и сведений о главах семей размыта, иногда не читается, т.к. верх
рукописи оказался залит водой. Записи в таблице велись чернилами, а позже были исправлены карандашом.
55

таким источникам, появляется вероятность ошибки при обработке сведений о возрасте. Так как
каждая ревизия проводилась в течение нескольких лет, то определение возраста призывников
может быть приблизительным.
VIII ревизия 1833 г. стала основой для сверки рекрутских списков 1844 г. Для получения
данных о возрасте рекрут, можно использовать сведения о них, содержащиеся в материалах
VIII-й ревизии, прибавив к указанному там возрасту 10–11 лет. При таком расчете рекрутам из
слободы Кузьмино в 1844 г. должно было исполниться по 21–22 года.
Сохранился и призывной список за 1848 г.197. Дело сохранилось полностью и без
повреждений. Благодаря этому можно подробно изучить формуляр рекрутского списка и
определить точное название граф источников, описанных выше. В описи дело приведено без
даты, на переплете отмечен карандашом 1848 г. по крайней дате, которая встречается в тексте.
Имеются пометы карандашом и чернилами, которые были внесены в разное время.
Следовательно, после составления список правился несколько раз. По записям о возрасте
рекрут и отметкам о дополнениях можно предположить, что изначально список подготовлен
ранее 1848 года на один или два года. Список представлен на отпечатанных типографских
бланках по принятой форме.
Таблица разделена на три основные части: в котором отражен порядок набора рекрут в
селе: «действия сельского старосты», «действия на сельском сходе» и «действия на волостном
сходе».
Первая часть содержит информацию «о счете лиц призываемых» (с указанием на номер по
порядку в списке и номер переписываемой семьи, например, 1/1, 2/1, 10/5). Далее содержатся
персональные данные, т.е. имя, отчество и семейное «прозвание призываемаго (или
изъемлемаго от призыва)», номер семейства его по ревизской сказке, «лета его по ревизии».
Следующая графа: сколько в семействе призываемого: 1) работников мужского пола,
кроме самого призываемого (со степенью родства), 2) лиц нерабочих, в том числе женского
пола.
Третья графа: 1) холост ли призываемый или женат, или вдов, 2) имя и отчество жены, 3)
имена детей, 4) вероисповедание198.
Последняя графа первой части «действия сельского старосты» посвящена характеристике
призываемого: 1) умеет ли призываемый читать и писать на каком-либо языке, 2) знает ли он
какое-либо мастерство, 3) если был наказан по Уголовному суду, то в каком году, чем наказан и
за что.

197
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 875. См. Приложение 8. Данные рекрутских списков 1848 г. о составе крестьянских
семей в поселениях Царскосельского дворцового управления.
198
Стоит отметить, что в рекрутском списке для всех новобранцев записано «русское» вероисповедание.
56

«Действия на сельском сходе»: разделены на 3 графы: 1) содержание примечаний и жалоб


частных, самого призываемого или того, кто его лицо представляет, 2) содержание отзыва
большинства голосов на сельском сходе, и 3) мнения волостного головы.
«Действия на волостном сходе» разделены на две графы: 1) содержание мнения
Окружного начальства, 2) номер вынутого жребия, (который указан только для призываемых).
Большая часть записей сделана чернилами, но на полях сделаны отметки карандашом,
если призываемые по очереди были «из одного семейства». В некоторых графах карандашом
исправлены данные о количестве работников мужского пола, в графе «содержание мнения
волостного головы» отметки «по метрике правильно» и уточнения о причине освобождения от
призыва сделаны только карандашом.
По первому участку переписаны слобода Пулково («Пулкола»), Подгорное Пулково,
слобода Редкое Кузмино, слобода Кузмина, Верхнее Кузмино, деревни Каменка, Перелесино и
Александровка.
Изучение рекрутских списков может быть как самостоятельной темой для исследования,
так и сопутствовать обработке данных ревизских сказок. Хорошая сохранность метрических
книг и исповедных росписей одновременно с вышеназванными источниками способствует
перекрестной проверке их данных и точности исследования демографических аспектов.
Ревизские сказки были основой и для набора рекрут, и для действий местных
государственных учреждений. Материалы ревизий должны были служить подтверждением
записей Царскосельской ратуши о «причислении» жителей к мещанам, купцам или отмечать
потерю социального статуса из-за неплатежеспособности.

2.1.4. Материалы городовых дум, ратуш, магистратов, Царскосельского дворцового


управления и полиции по истории населения Царскосельского уезда

Городовые магистраты и ратуши в России были образованы в ходе городских реформ


Петра I. Они начинают стабильно функционировать с 1724 г. В Софийском – Царскосельском
уезде в качестве сословных органов самоуправления магистраты и ратуши действовали для
купцов и мещан Софии (Царского Села), Рождествено, Гатчины и Павловска. После введения в
1780 году в Санкт-Петербургской губернии «Учреждения для управления губерний
Всероссийской империи» ратуши и магистраты были наделены судебными правами в
отношении городского населения. Вместе с тем, они сохранили часть прежних
административных функций – взимание налогов с недвижимого имущества, ведение списков
57

местных ремесленников, мещан и купцов, дозволение перехода из одного городского податного


сословия в другое и подтверждение возможности заключения брака или пострижения в
монастырь.
До 1796 г. купцы и мещане городов могли подать жалобу в губернский магистрат, а в
1796–1800 гг. – в губернские палаты суда и расправы. В 1800 г. магистраты и ратуши городов
Царскосельского уезда как части столичной губернии были подчинены Санкт-Петербургскому
городовому правлению. При проведении в жизнь судебной реформы Александра II большая
часть магистратов и ратуш Российской империи к 1866 г. была закрыта. Софийский магистрат
просуществовал недолго – с учреждения Софии как уездного города в 1780 по 1789 г., когда
был заменен Городовой ратушей. Из-за особого статуса города – подчинения Царского Села
Министерству императорского двора, – Царскосельская ратуша просуществовала вплоть до
революции 1917 г., практически незатронутая судебной реформой второй половины XIX века.
В 1839–1865 гг. она подчинялась «Главноуправляющему городом Царским Селом», в 1886–
1893 гг. – «заведующему императорскими Царскосельскими дворцами и гор. Царским Селом»,
в 1893–1917 гг. – Царскосельскому дворцовому управлению.
В 1786 г. в результате проведения Екатериной II городской реформы – дарования городам
21 апреля 1785 г. «Грамоты на права и выгоды» в Софии была создана Городская Дума. В 1789
году магистрат и дума были заменены Городовой ратушей. При образовании в 1808 г.
Царскосельского уезда София, присоединенная к Царскому Селу – новому центру уезда,
потеряла административное значение, и Софийская ратуша оказалась переименованной в
Царскосельскую Городовую Ратушу.
В конце XVIII – нач. XIX в. в Софийском – Царскосельском уезде действовали ратуши в
городах Рождествено (1797–1798 гг.), Гатчина и Павловск. В связи с отказом купцов
Рождествено платить увеличившиеся подати император Павел I упразднил городовую ратушу, а
купцов и мещан переселил в г. Гатчину. Возможно, переселение было только «на бумаге».
Гатчинская и Павловская городовые ратуши просуществовали с 1797 по 1811 г., когда были
присоединены к Царскосельской ратуше. Гатчинская городовая ратуша была учреждена 12
января 1797 г. на основании высочайше утвержденного доклада генерал-майора Обольянинова
об учреждении в Гатчине городового правления199. Апелляционным органом ратуши служила
Камерная экспедиция городового правления г. Гатчины. Именным указом 26 февраля 1811 г.
ратуши Гатчины и Павловска были закрыты, а дела переданы ратуше Царского Села.
Во второй половине XIX – начале ХХ века в границах Царскосельского уезда действовала
Колпинская городская дума. В 1878 г. Колпино получает статус посада, а с 1912 г. – города, в
связи с чем вначале открываются, а затем соответственно были возобновлены Колпинские
199
ПСЗРИ. I собр. Т. XXIV. № 17725.
58

городские дума и управа. В 1896–1912 гг. они были замещены «Упрощенным городским
общественным управлением».
В ЦГИА СПб находятся несколько фондов органов самоуправления городов
Царскосельского уезда: Ф. 1743. Оп. 1 – Софийский магистрат (1780–1790 гг.), Ф. 696. Оп. 1–2
– Царскосельская городовая дума (ратуша) (1783–1800, 1812, 1829–1917 гг.), Ф. 1707. Оп. 1 –
Павловская городовая ратуша (1798–1799 гг.), Ф. 1741. Оп. 1 – Рождественская городовая
ратуша (1798–1799 гг.), Ф. 1708. Оп. 1 – Гатчинская городовая ратуша (1797–1811 гг.), Ф. 1126.
Оп. 1 – Колпинская городская дума.
Ратуши и думы контролировали соблюдение общественного порядка и самоуправление
городов. Одним из видов источников, отражающих состав населения города, является книга
прошений и свидетельств о причислении жителей к городским сословиям.
Самые первые свидетельства о переходе из одного сословия в другое зафиксированы в
материалах Софийского магистрата за 1782–1789 гг.
За 1829–1916 гг. прошения о приписке крестьян к купцам или мещанам, или
несостоятельных купцов к мещанам Царского Села, Гатчины и Павловска собраны в фонде
Царскосельской и Гатчинской городовой думы. Жители Рождествена, по приказу Павла I, были
вынуждены переселиться в Гатчину. Однако, они постарались отложить переезд, о чем
свидетельствуют их прошения200. В Фонде 1708 ЦГИА СПб также находятся прошения
крестьян, мещан, купцов о причислении их к городским жителям Гатчины за 1799 г.,
подтвержденные ревизскими сказками из различных губерний201.
Гатчина как императорская резиденция в 1796–1801 гг. стала одним из центров
притяжения для миграции как в столичной губернии, так и Российской империи. В 1804 г.
сведения о лицах, причисленных к мещанам Гатчины, были представлены в Санкт-
Петербургскую казенную палату202. Для конца XVIII – начала ХХ века такие материалы
помогают установить динамику численности городских сословий Царскосельского уезда, а
дополняют их посемейные и поименные списки жителей посадов и городов, сохранившиеся в
фондах городских ратуш в ЦГИА СПб и в фондах правления дворцовыми городами – в РГИА.
Действия Царскосельской ратуши и полиции в связи с важностью императорской
резиденции координировались Главноуправляющим г. Царское Село. Поэтому, в РГИА в
Фонде 487 Царскосельского дворцового управления в собраниях «по полиции Царского
Села»203 и «по городу»204 за первую треть XIX в. и вторую половину XIX – нач. ХХ века

200
ЦГИА СПб. Ф. 1708. Оп. 1. Д. 10, 17.
201
Там же. Д. 16.
202
ЦГИА СПб. Ф. 1708. Оп. 1. Д. 90.
203
РГИА. Ф. 487. Оп. 8.
204
Там же. Оп. 6.
59

собраны материалы административно-полицейского учета населения дворцовых земель


Царскосельского уезда.
В ЦГИА СПб представлены материалы Царскосельского уездного полицейского
управления205, которые расширяют сведения о населении уезда за 1887–1917 гг.
Полиция Царского Села206, Павловска207, Гатчины208 подчинялась с 1808 г. до 1847 г.
МВД, а затем была передана в ведомство Министерства императорского двора. Полиция
Царского Села отправляла рапорты и донесения непосредственно Главноуправляющему
Царским Селом. Как полиция городов дворцового ведомства, так и Царскосельское уездное
полицейское управление оказались упраздненными в 1917 г. Полицейско-административные
материалы, фиксирующие численность, состав и движение населения Царскосельского уезда, в
том числе и ревизские сказки, частично повторяются в итоговых годовых отчетах
полицмейстера и статистических сведениях о населении в уезде и столичной губернии, которые
содержатся в фондах Центрального209 и Санкт-Петербургского губернского статистического
комитетов210.
В связи с присвоением Царскому Селу в 1808 г. статуса города была создана городская
полиция. Царское Село было освобождено от воинского постоя «мимо проходящих
подразделений»211. Казармы в Софии были переданы в военное ведомство, помещения
конюшен заняты лейб-гвардии гусарским полком, необходимые помещения для полиции к 1808
году были не достроены. За 20 лет до этого указа все городские учреждения и «обыватели»
Царского Села по решению Екатерины II переехали в Софию. В 1808–1809 гг. по
распоряжению Александра I всех обывателей Софии перевели в Царское Село. В результате
постоянных перемещений населения, нехватки жилья и казарм, недостроенных в срок, полиция
разместилась в казармах лейб-гусарского полка.
Ежегодно, начиная с 1817 г., полиция Царского Села представляла в Санкт-Петербургское
губернское правление ведомости по учету различных категорий жителей дворцовых городов.
Рассмотрим несколько полицейских отчетов. С 1817–1819 гг. полиция Царского Села
отчитывалась о постоянно проживающих и переехавших в ближайшие к городу поселения на
заработки жителей, в городе и уезде строго контролировали беглых и беспаспортных, был
введен учет раскольников.

205
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Оп. 1, 2.
206
РГИА. Ф. 487. Оп. 8.
207
ЦГИА СПб. Ф. 964. Оп. 1-4.
208
ЦГИА СПб. Ф. 1795. Оп. 1.
209
РГИА. Ф. 1290. Оп. 4
210
ЦГИА СПб. Ф. 260. Оп. 1-2.
211
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 7361. Л. 1.
60

Накануне Отечественной войны 1812 г. полиция должна была наблюдать за


иностранными и российскими подданными. С началом войны было решено усилить надзор за
иностранцами. В копии письма № 271 из Особенной канцелярии Министерства полиции (стол
1), отправленного 5 июля 1812 г., указываются условия возможного проживания
212
иностранцев . Только самые благонадежные могли остаться на прежних местах, а
ответственность за них возлагалась на губернаторов. Неблагонадежных иностранцев
требовалось выслать за границу. Иностранных подданных, вызывавших подозрение, но
которых в силу общественного положения без огласки выселить за рубеж было невозможно,
надо было отправить в разные города России под надзор полиции, как указывалось в письме
«по усмотрению моему»213 - т.е. министра внутренних дел. Вместе с письмом МВД
губернаторы получили форму отчета, по которой было необходимо представить полные и
подробные ответы об иностранцах. В таблице надо было отметить имя, прозвание, состояние,
«нацию», собственность (дом), время проживания в России, ответственность начальника
губернии и назначения к выезду за границу, либо в другие губернии.
Гражданский губернатор М.Бакунин отправил копию письма и формы в Царскосельское
дворцовое правление, но в ответ получил только краткую справку об иностранцах,
проживавших на территории Царского Села. Отказ в выполнении требований объяснен тем, что
«невозможно переписать знатных особ во дворцах»214. Переписка о сборе всех сведений и
представление различных ведомостей заняла два месяца. Надо отметить, что вопросы в письмах
зачастую повторялись. Постепенно полицией было выяснено время приезда иностранных
подданных в Россию и в Царское Село, особенность работы, состав семей и занятий
родственников и прислуги у мастеров-иностранцев подведомственных правлению Царского
Села или проживающих на его земле. Среди последних, проживающих вблизи резиденции,
отмечены генерал-лейтенант Августин Бетанкур, «мастер мозаики» Албани, часовой мастер
Гайман и еще несколько человек. В деле представлены документы, касающиеся только жителей
Царского Села – 24 взрослых и с ними 30 детей215. Таблицы представляют и состав семей с
указанием возраста детей, и происхождение – зачастую мастера наследовали дело своего отца.
По данным Царскосельского правления выясняется, что большая часть иностранцев прибыла в
1780-е – 1810 гг. из Швеции, Пруссии, Испании, Швейцарии, Англии и Италии, Австрии. По
возрасту мастерам было 40–45 лет.

212
РГИА. Ф. 487. Оп. 20. Д. 501.
213
Там же. Л. 3.
214
Там же. Л. 7.
215
См. Приложение 5. Табл. 4. Иностранные подданные, проживавшие в Царском Селе в Екатерининском дворце и
его окрестностях в 1811–1812 гг.
61

При прочтении отчетов, можно заметить, что женские имена иностранок записаны на
русский манер. Однако, в некоторых случаях указанием на национальность служит прямая
ссылка. Например, Анну Иванову, жену Августина Бетанкура, можно посчитать и русской,
если бы не отметка – «англичанка»216. Для четырех семей можно предположить, что женами
иностранцев стали русские. Для девяти женщин-иностранок отмечено, что они вдовы, холосты,
или девицы. В некоторых случаях семейное положение не указано.
По возрасту, жены были либо сверстницами мужей, либо младше их на 5–10 лет. Только в
семье «трубочистного мастера» Вебера из Пруссии его жена, пятидесятидвухлетняя Анна
Иванова, была на 12 лет старше мужа. Детей в семье не было. В большинстве случаев число
детей разнится от 1 до 4 в одной семье. Однако, в семье часового мастера Вениамина Гаймана и
его жены Лизаветы было 7 детей.
Вопрос точных записей о детях коснулся не только иностранцев, но и самих служащих в
полиции Царского Села.
Рождение детей в семьях нижних чинов строго фиксировалось в отчетах полиции. В
будущем детей необходимо было причислить к Военно-сиротскому отделению под
руководством коменданта Петербургской крепости (затем – к батальону военных кантонистов).
В такие ежегодные ведомости и рапорты заносились мальчики с рождения и до 7 лет – время,
которое они проводили с родителями. В 7–10 лет они отправлялись к коменданту
Петербургской крепости или к смотрителю Санкт-Петербургского военно-сиротского
отделения и окончательно записывались в число воспитанников военного ведомства –
кантонистов. Ведомости о рождении мальчиков в семьях нижних чинов сопровождаются
письмами Главноуправляющего Царским Селом Я.В.Захаржевского коменданту крепости с
просьбами о выдаче «аттестата на провиант», своеобразных карточек на питание. По правилам
такой аттестат выдавался семье после достижения ребенком двух лет. Просьба «не оставить
прислать аттестат»217 повторяется в каждом письме. Полиция ходатайствовала за каждого
ребенка по два-три раза. Выдача половины провианта дозволялась с 6 месяцев, выписывался
аттестат. В случае смерти ребенка отправлялось срочное отношение, и дело закрывалось. Так,
родившийся в начале апреля 1817 г. у помощника брандмейстера Федора Борисова сын Иван
умер 17 августа того же года, о чем было сразу же сообщено коменданту218.
Аттестат давал право родителям получать провиант на ребенка и обязывал «полагать по
спискам до семилетнего возраста в городе Царском Селе при родителях»219.

216
РГИА. Ф. 487. Оп. 20. Д. 501. Л. 16 об.
217
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 7386. Л. 2.
218
Там же. Л. 1–2, 13–13 об.
219
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 7386. Л. 3.
62

За составление рапортов и списков до 1818 г. в произвольной форме комендант Санкт-


Петербургской крепости сделал Я.В.Захаржевскому замечание. Только после этого в
Управление Царским Селом были отправлены необходимые формы ведомостей, напечатанные
по одному образцу. С 1819 г. печатные полицейские ведомости стали включать и сведения о
солдатских детях в Царском Селе.
Начиная с 1817 г., Главноуправляющий Царским Селом стал контролировать подготовку
ведомостей и рапортов полиции о старообрядцах и сектантах, которые отправлялись
гражданскому губернатору Санкт-Петербурга. В случае задержки ведомостей он напоминал
Я.В.Захаржевскому, что эти сведения необходимы и для министерства полиции. В эти списки
каждые полгода вносились сведения о сектантах, которые жили в Царском Селе и Софии. В
таблицу записывали сведения о семейном и сословном положении, имени и возрасте
старообрядцев, ниже уточнялись места собрания и молельни. В течение 1817–1819 гг. список
старообрядцев почти не менялся, за исключением возраста и отметок о поведении. В переписке
Я.В.Захаржевского с полицией Царского Села и губернатором встречены даты отправки
ведомостей, которые не соответствовали отраженным в них периодам времени. В списках
старообрядцев по Царскому Селу значится два человека:
«В городе Царском селе старообрятцы миловой секты
1. вдова здешняго мещанина Артамонова Акулина Клементьева 54 лет
2. здешняго мещанина Дубовицкаго жена Анна Ефимова 44 лет
Асобыи заключении. Для богомоления ходят в Санкт-Петербург в Милову церковь
грекороссийскаго исповедания, с людьми из одной посуды пищи и пития не употребляют, ведут
себя смирно. Полицмейстер Петхе»220.
По такому же образцу подготавливались ведомости о старообрядцах за последующие
годы. По Царскому Селу в РГИА они сохранились за 1817–1830 гг.221, 1833 г. По
Царскосельскому уезду материалы о старообрядцах и «скакунах» собраны в ЦГИА СПб в
фонде уездной полицейской управы за 1906–1912 гг.222, а также в отчетах о раскольниках по
губернии в фонде губернского статистического комитета за 1882 г., 1885–1890 гг., 1892, 1896 и
1897 г.223
До нас дошли отчеты о раскольниках по Царскому Селу и уезду в фондах полиции и
статистического комитета фрагментарно. Отчеты не позволяют полностью изучить изменение
расселения, численности и состава раскольников и сектантов в Царскосельском уезде на
протяжение XVIII – нач. ХХ в.

220
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 7369. Л. 2.
221
Там же. Д. 7369, 7412, 7413, 7519.
222
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Оп. 1. Д. 13, 32.
223
ЦГИА СПб. Ф. 260. Оп. 1. Д. 245, 271, 291, 297, 324, 374, 379, 391, 397, 477, 484.
63

Ежегодные материалы полиции Царского Села содержат сведения о пойманных беглых,


как, например, отчеты за 1817–1821 гг.224 Записи велись в полицейском управлении Царского
Села. Рапорты полицмейстера Царского Села, служебные письма и отчеты полковника
Я.В.Захаржевского отражают социальный состав и миграцию нелегальных жителей Царского
Села.
Например, 8 августа «2-й части бутошниками» (будочниками-А.О.) был пойман Николай
Алексеев, дворовый человек майора Шереметьева. «Три месяца в побеге из Воронежской
губернии» - так Я.В.Захаржевский сообщал в 1817 г. о пойманном беглом с отметкой об
отсутствии таковых в мае – июле225. В следующем письме Я.В.Захаржевский в Санкт-
Петербургское Губернское правление отчитался о поимке двух беглых в первой половине
сентября. В таблице указано: когда, кто именно, кем был пойман, куда и когда отосланы226.
Отчеты представляют сведения за 9 лет, в течение которых было поймано 76 беглых227.
При рассмотрении материалов становится возможным выяснить время и причины их бегства в
Царское Село и в Петербург. Время и расстояние, на которое человек мог переехать без
документов характеризуют нелегальную миграцию в России в нач. XIX в. Вместе с тем, отчеты
и рапорты полиции Царского Села о беглых раскрывают социально-экономические, сословные
аспекты истории населения и дополняют материалы о приезжих с «видом» (паспортом).
В качестве источников полицейского учета «легальной миграции» следует назвать книги
записи приезжих в Царскосельский уезд.
К началу деятельности министерства полиции в данное время также относится книга для
записей лиц, приехавших в поселения дворцового ведомства в Царскосельском уезде 228. В
сведениях о мигрантах повторяются те же вопросы о происхождении, времени и цели переезда,
месте проживания приезжего, что и в переписке о беглых. Однако, в книгу приезжих
записывали крестьян, каменщиков, плотников и других мастеров, прибывших по паспортам,
отпускным и ревизским сказкам.
224
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 7381.
225
Там же. Л. 2. См. Приложение 6. Табл. 5. Из отчетов полиции Царского Села в 1817–1825 гг. о пойманных
беглых.
226
Например, в сентябре 1817 г. в Царском Селе был пойман Петр Никитин, дворовый человек статского советника
Измайлова. Он был в бегах из С-Петербурга к 5 сентября третий день. После поимки и записи в полиции его
препроводили к владельцу. Второй беглец, Иван Симаченко, рядовой лейб-гвардии гусарского полка в побеге к 10
сентября числился уже 2 недели. Пойманного отправили в Петербургскую полицию. Совершенно иной случай
произошел в феврале 1818 г., когда Алексей Васильев, рядовой Псковского драгунского полка, спустя 11 лет после
боев в Пруссии, где он был контужен, сам пришел в полицию Царского Села. Стоит упомянуть еще один случай,
который за 1817–1825 гг. отмечен в переписке Захаржевского, полиции и губернатора несколько раз. 7 августа
1825 г. был пойман татарин Аюп Чернышев, который обычно жил в Пензенской губ. Краснослободской округе
дер. Старая Аллагулова. Он, ища милости у императора, попал в Царское Село, где и был схвачен,– «взят в
Царскосельском саду, где хотел обратиться с просьбой к императору об отмене наказания за кражу у крестьянина
Ступина кафтана и лошади, за что Пензенская палата уголовного суда приговорила его к 30 ударам плетьми и
отсылке в солдаты, или в Сибирь на поселение» (РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 3781. Лл. 137–140).
227
См. Приложение 12. Отчеты полиции Царского Села 1817–1825 гг. о пойманных беглых.
228
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 846.
64

«Книга для записи видов различных людей, проживающих в селениях за 1818–1820


годы»229, прошита и скреплена печатью «Царскосельской императорского величества канторы».
Запись велась строго в таблице по следующему формуляру: в какой деревне, у кого, кто
проживает и зачем, «по какому виду», «срок оному», «отсрочка или перемена вида», когда
прибыл и когда выбыл.
Книга содержит информацию о месте выезда и социальном положении мигранта.
Своебразные центры миграции (деревни) были расположены, в основном, в восточной и
северной части уезда на границах с Санкт-Петербургом, с Московской дорогой и с трактом в
Царское Село. Отметок о деревнях южной и западной части уезда мало. Большая часть
приезжих прибывала в Царское Село из ближайших поселений230.
Во второй графе таблицы («у кого») записаны хозяева домов, у которых остановились
приезжие. Интересно, что здесь реже всего встречены записи о родственниках приезжих.
Зачастую приезжие останавливались там, где устраивались на работу: например, у владельцев
кузницы, купцов и мещан.
Третья графа содержит важные сведения о тех, кто приехал. Номинативная информация
без указания возраста содержит данные об имени, фамилии и отечестве приезжего, его
сословии и месте выезда. Здесь также указывается цель приезда в Царскосельский уезд.
Встречаются отметки о здоровье. Таким образом, изучая этот источник, исследователь получает
возможность проанализировать характер миграционных процессов. Первичный анализ
показывает, что среди мигрантов преобладали мужчины. Большинство мещан, наемных
рабочих, крестьян приехали из Вологодской, Олонецкой, Ярославской и Псковской губерний.
Из Смоленской и Витебской губерний в Царскосельский уезд военные и инвалиды прибывали
по военным и плакатным билетам к родственникам для свидания или лечения.
Среди целей приезда на первом месте стоит «работа и подвоз камня на Московской
дороге». Большинство работников на некоторое время оставались на ночлег в харчевнях и на
постоялых дворах в Александровке, Пабузи, Пулково и Редком Кузьмине. В этих и других
поселениях также останавливались на год или без указания срока наемные работники и
крестьяне, взятые в пастухи.
Вид на жительство (пятая графа) содержит указания на самые разнообразные документы.
Обязательно отмечается ведомство и лицо, которое выдало паспорт или билет, а также срок
действия и номер документа. Кроме записей чернилами здесь встречаются пометки, сделанные

229
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 846.
230
Например, чаще остальных в книге отмечены сл. Пулково, Подгорное Пулково, Редкое Кузьмино, дер. Гарри,
Нижняя Коерова пустошь, Перелисино, Большое Катлино, Сусара, Александровка, Аннолово, Каменка, Новая,
Райково, Пабузи, Новоселки, Шушары, Пески, Карлина, Новосельски, Большая Ладога (Ладука), Пязелево, Синда.
65

карандашом. Практически все приезжие останавливались на год, за редким исключением тех,


кто проживал по паспорту без сроков.
По такому же образцу составлены книги о выдаче людям различных званий свидетельств
и паспортов для проживания и вступления в брак за 1820–1822 гг.231, ежегодные списки летних
жителей Царского Села за 1866–1906 и 1909–1916 гг., книги для записи прибывающих и
выбывающих временно 1899–1916 гг. и книги для записи паспортов, билетов и
увольнительных, выданных на время (нач. ХХ в.)232. На основе статистической обработки
данных таких источников появляется возможность подробно и достаточно точно проследить
внутреннюю и частично внешнюю миграцию с центром притяжения – Царским Селом в
течение XIX – нач. ХХ в.
Еще одним примером аналогичных документов может послужить «список обывательский
граждан города Гатчины» 1833–1834 гг.233 Список представляет собой рукописную книгу в
твердом переплете, составленную по табличному формуляру. Однако таблица подготовлена не
на типографских бланках, а от руки. Книга велась по месяцам в алфавитном порядке. При этом
заголовки и итоги отсутствуют. Для каждого горожанина отмечены личные данные, полное
число лет, длительность проживания в Гатчине. Следующие графы списка посвящены
семейному положению, здесь же перечислены дети по имени, полу, возрасту, указано место их
проживания. Затем указаны место жительства горожанина и его собственность, общественные
обязанности, возложенные на мещанина, факты получения почетного гражданства, наказания за
провинности.
В качестве примера можно привести одну из записей в этой книге – «18 апреля. Родионов
Андрей, 52 лет, старожил. Жена – Катерина Яковлева, 40 лет. Имеют детей: сын Егор 15 лет,
Антон 12 лет, Максим 1 год, дочь Авдотья 23 лет»234, и еще 5 детей разного возраста.
Зная возраст детей, можно определить время их рождения и возраст матери. Так, Катерина
Яковлева к 40 годам стала матерью 9 детей. К этому времени ее старшей дочери исполнилось
23 года, поэтому, возможно, что первый ребенок у Катерины Яковлевой родился в 17 лет.
Следуя записям, было рассчитано, что следующие дети у Катерины родились в 21 год, 25,
26, 28, 31, 33, 35 и 38 лет. Такие сведения нужны для характеристики истории семьи и делают
«список» важным источником демографической информации.
Одновременно с тем, надо учитывать, что в этих записях отсутствуют сведения об
умерших. Книги (или «списки») сохранились частично по дворцовым городам Царскосельского

231
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 402.
232
Там же. Д. 621–665, 819–842.
233
РГИА. Ф. 486. Оп. 6. Д. 316.
234
Там же. Л. 48 об.
66

уезда, их данные можно проверить по ревизским сказкам и материалам церковного учета и, тем
самым, выявить полноту и достоверность записей.
Общее число проживающих в Царском Селе и окрестностях отражено в различных
источниках, в том числе списках населенных мест. Подготовительными материалами для
публикации таких изданий ЦСК МВД служили ежегодные ведомости и отчеты, которые
собирались полицией о числе проживающих, количестве деревянных домов по поселениям в
станах и волостях, городам дворцового ведомства в Царскосельском уезде. Отчеты полиции с
приложенными списками домов отложились в фондах Царскосельского, Гатчинского и
Павловского дворцового управления, ЦСК МВД в РГИА235 и фондах уездного полицейского
управления, Петроградского губернского правления и губернского статистического комитета в
ЦГИА СПб236.
В качестве примера можно рассмотреть сведения о церквях, домах, казармах, торговых и
промышленных заведениях, находящихся в Царском Селе, и о числе городских и сельских
жителей за 1850–1855 гг.237 как один из видов полицейского учета жителей уезда. Интересно,
что сведения отчета можно сопоставить с «Атласом города Царского Села» Н.И.Цылова238.
Так, 17 декабря 1855 г. в письме № 5038 полиция Царского Села МИДв сообщает по
требованию Главноуправляющего городом подробные данные о строениях и заведениях. В
приложении к письму информация сведена в таблицу. Сведения представлены по семи
кварталам города, в конце подведены итоги. Общие данные о числе жителей приведены по
сословиям и полу. Также ведомости были дополнены отметками о размещении учреждений и
полицейских будок по трем частям и улицам города.
Такие отчеты сопоставимы с публикацией в Памятных книжках Санкт-Петербургской
губернии в 1860 – нач. ХХ в. и дают характеристику населения городов и Царскосельского
уезда с разделением по сословиям и полу.
Они важны при сопоставлении и уточнении данных о жителях городов и других
поселений Царскосельского уезда по рапортам полиции, ведомственного учета и метрическим
книгам.
К началу XX в., когда усилился приток дачников в Царское Село, появляется новый
источник, списки жителей, которые приезжали в город только на лето. Эти списки и
приложенные к ним справки помогают проанализировать сезонную миграцию жителей между
столицей и Царским Селом, которую довольно сложно учесть по другим видам массовых
источников.

235
РГИА. Ф. 486, 487, 1290.
236
ЦГИА СПб. Ф. 260, 1697.
237
РГИА. Ф. 486. Оп. 6. Д. 343.
238
Цылов Н.И. Атлас города Царского Села…
67

Безусловно, по материалам списков летних жителей, которые далеко не всегда стремились


взять справку в полицейском участке о приезде на отдых в дворцовый город, достоверно и
полно охарактеризовать всех приехавших нельзя. Надо отметить, что дачниками называли тех,
кто жил на даче большую часть года, в отличие от приехавших в Царское Село на полтора-два
месяца «летних жителей».
Однако, благодаря сохранности за довольно продолжительное время 1866–1916 гг.
списков летних жителей, дачников и временных книг, для записи прибывающих и убывающих,
можно определить устойчивый состав приезжих, их особенности жизни в Царском Селе,
примерно оценить летнюю миграцию в город. Список летних жителей Царского Села за 1913
год239 представляет собой собранные и прошитые вместе за год машинописные справки о
ежедневном прибытии на лето в Царское Село новых жителей. Справки, выданные полицией
дачникам, заверялись печатью в Царскосельском дворцовом управлении и выдавались на руки,
а их копии оставались в дворцовом архиве. В каждой справке указано звание, сословие и место
жительства, полностью фамилия, имя и отчество приезжих, а также подданство для
иностранцев. Однако весь состав семьи, приехавшей на отдых, в справке не отражен.
Отмечается лишь, что глава семьи или хозяйства прибыл «с семейством». Поэтому точную
оценку размеров сезонной миграции в Царское Село дать довольно сложно.
Этому может способствовать сопоставление данных таких справок с информацией книг
для записей выбывающих и прибывающих в Царское Село. Рассмотрим такую книгу за 1910–
1914 годы240. Источник представляет собой отпечатанную в типографии канцелярскую книгу
для заполнения по разделам и по алфавиту. В нее внесены фамилии, имена и отчества
родственников, семейное положение и сословие. При фиксации семейного положения, родства
обязательно уточнен возраст человека.
Специальные графы отведены для отметки о доходе и занятиях приезжих. Жители
Царского Села записаны в книге и по приписке, и по происхождению с указанием города, села,
уезда и губернии. Книги и списки «летних жителей» сохранились с небольшими лакунами и
дают возможность создания фрагмента базы данных о приезжих жителях Царского Села
накануне революции 1917 г.
Материалы по движению населения Царскосельского уезда находятся не только в РГИА в
фондах Главноуправляющего Царским Селом и полиции дворцовых городов уезда, а также в
ЦГИА СПб в фонде уездного полицейского управления241.

239
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 663.
240
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 833.
241
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Оп. 1-2.
68

Полицейские управления были образованы в 1862 г. по «Временным правилам об


устройстве полиции в городах и уездах по общему учреждению управляемых» и сменили
городничих. Уездному исправнику, который возглавлял управление, были подчинены становые
приставы, полицейские урядники и полицейская стража. В Царскосельском уезде на рубеже
1880-х – 1890-х гг. число полицейских станов было увеличено с трех до четырех.
Полицейские приставы и исправник для решения текущих дел были постоянно связаны
перепиской с полицией соседних уездов, а отчитывались перед МВД, Главноуправляющим
Царским Селом и губернатором Санкт-Петербургской губернии. Среди обязанностей
полицейского управления была и регистрация жителей, и сбор важной информации об
эпидемиях и болезнях в уезде.
Рассмотрим в качестве примера несколько дел Ф. 1697 ЦГИА СПб уездного полицейского
управления242. Ежегодно регистрировались выданные паспорта и виды на жительство, а также
документы тех жителей, которым было позволено проживание в Царскосельском уезде и
Петербургской губернии. Достаточно полно представлены ежегодные сведения за 1887–1917 гг.
об арестованных и состоящих под надзором полиции.
Дела фонда достаточно подробно отражают многонациональный состав населения уезда.
Евреи, прибывавшие в Царскосельский уезд, должны были получить особое разрешение на
поселение. Так как в ходе сражений Первой мировой войны часть из них бежали из Польши и
Прибалтики в столичную губернию, в т.ч. в Царскосельский уезд, то к 1915 г. их регистрация
была упрощена.
Интересно, что в это же время многонациональный состав населения уезда пополнился за
счет военнопленных из австрийской и немецкой армии, а также китайцев и киргизов,
отправленных Амурским бюро труда на работы в уезды столичной губернии. Все приехавшие
иностранцы должны были контролироваться полицией уезда. Так, дела фонда уездной полиции
ЦГИА СПб (Ф. 1697) за 1910–1917 гг. содержат информацию об иностранных подданных. В
составе фонда находятся также дела о проведении мобилизации, о возникавших общественных
беспорядках и всплеске заразных заболеваний в Царскосельском уезде накануне революции.
С началом военных действий Первой мировой войны усилилась миграция населения в
приграничной полосе европейской части России. При объявлении в 1914 г. мобилизации через
уездные и губернские воинские присутствия набранным в армию и их семьям выдавались
удостоверения о мобилизации. Сведения о мобилизованных через Царскосельское воинское
управление собраны в небольшом деле о призыве243. В нем представлены 17 удостоверений от

242
В 1973 г. в ЦГИА СПб часть секретных материалов о населении нач. ХХ в. была открыта для исследования, в
т.ч. в фонде полиции Царскосельского уезда, Ф. 1697.
243
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Оп. 1. Д. 66.
69

Управления уездного воинского начальника. Личные данные и подписи вписывались в


машинописное клише с угловым штампом воинского начальника, датой и № удостоверения. От
руки отмечался маршрут следования и должность призывника. При выдаче документа жене или
матери призывника, кроме маршрута по железной дороге, указан состав семьи, имена и возраст
детей. Такие удостоверения служили подорожными для ходатайства о бесплатном проезде на
поезде. С течением времени аккуратность заполнения удостоверений меняется: почерк
становится более размашистым, а с 1915 г. машинописные тексты сменяются записками светло
синими и черными чернилами. Однако, смена способа записи не влечет за собой небрежность в
заполнении удостоверений.
Отметим также, что в фонде Царскосельского полицейского управления ЦГИА СПб
хранятся два дела начала ХХ в. об иностранных подданных244. Первое из них охватывает
довоенный период 1910–1914 гг. Оно содержит информацию об иностранных жителях, которые
оказались под пристальным контролем полиции уезда для выяснения их благонадежности245.
Материалы содержат секретную переписку Петербургского губернатора, чиновников с
уездной полицейской управой о наблюдении за иностранными подданными столичной
губернии накануне Первой мировой войны. Главной целью учета иностранцев стало выявление
шпионов и «подозреваемых по поведению». Систематический сбор сведений о подданных
других государств в уездах Санкт-Петербургской губернии был связан с требованием
начальника штаба войск гвардии и Петербургского военного округа в начале 1910 г. о
своевременной подаче материалов и выработке единой формы отчета об иностранцах.
В письме Санкт-Петербургского губернатора исправникам и полицмейстерам уездов, в
том числе Царскосельского, за 20 января 1910 г. уточнялась необходимость сбора сведений об
иностранцах. Ежегодные отчеты губернаторов с требуемой информацией доставлялись в МВД
из разных губерний в разное время. Вместе с тем, как отмечено в письме, отсутствие единой
формы «затрудняет составление сводки»246. В письме обозначены два срока подачи сведений:
поименный список с указанием занятий и ведомость о тех, кто вызывает у полиции
подозрение, заполнялись к 15 марта, а три формы отчетов о численности иностранцев – к 15
декабря. По распоряжению губернатора А.Зиновьева еще три ведомости (№ 1-3) с текущими
изменениями должны были быть подготовлены уездными исправниками к 15 июля каждого
года.
При учете иностранцев особое внимание полиции было обращено на ведомость (форма 3),
содержавшую сведения: 1) фамилия и имя, отчество, 2) «какого государства», 3) «где

244
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Д. 186, 191.
245
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Оп. 1. Д. 186.
246
Там же. Л. 2.
70

проживает», 4) возраст, 5) семейное положение, 6) образовательный ценз, 7) «служил ли в


иностранной армии и в каком чине», 8) род занятий, 9) материальные средства, 10) «давно ли
проживает в России», 11) «что замечено полицией».
Формы заполнялись по четырем станам Царскосельского уезда и дополнялись ведомостью
о числе иностранных подданных. В ней указано число всех жителей-иностранцев. На
достоверность учета иностранцев неоднократно обращал внимание в своих письмах
губернатор. При определении подданства было необходимо записать граждан Германии,
Японии и Швеции, время проживания в России (меньше или больше 2 лет). Для мужчин,
служивших в иностранной армии, обязательно указан чин (нижний или офицер). В примечании
уточнялись случаи выезда из границ уезда и поездки по стране или отсутствие в течение
некоторого времени в России.
В 1910 г. исправник Царскосельского уездного полицейского управления потребовал от
приставов прислать сведения и к 1 марта, и к 5 июля. В следующем году необходимо было
исполнить предписание губернатора и прислать отчеты к 15 марта и 15 декабря. Ведомости
составлены по четырем полицейским станам уезда и г. Колпино. К каждой из ведомостей
прикладывался рапорт об изменениях состава иностранцев247. Основным отличием списков за
1914 г. от других является тщательная перепроверка информации248. Имена иностранцев,
выехавших за границу 30 июня 1914 г. подчеркнуты синим и красным карандашом. Около
трети иностранных подданных, внесенных в списки полиции, в мае – июне 1914 г. выехали в
Германию.
Завершает материалы общий список иностранных подданных Царскосельского уезда,
составленный в отличие от охарактеризованных ранее, не по станам уезда, а по подданству.
После предварительного анализа можно сделать вывод, что больше всего иностранцев,
проживающих с рождения в Царскосельском уезде, были подданными Германии и Пруссии 249.
C обострением международных отношений накануне Первой мировой войны, на подданных
этих стран было обращено пристальное внимание российской полиции.
С началом I Мировой войны на территории Царскосельского уезда начинают размещать
военнопленных австрийской и германской армии: солдат и офицеров, военных священников250,
медицинский персонал. Документы 1915–1916 гг. (с дополнением 1918 г.) свидетельствуют о
работах военнопленных по заготовке леса в Кастенском и Лисинском лесничестве, а также – на
прокладке веток железных дорог. Не смотря на то, что дело называется «О прибывших

247
Список первого стана за 1914 г. испорчен – залит водой.
248
В ходе двойной проверки почти все имена были подчеркнуты, а затем зачеркнуты грифельным карандашом.
Особо выделены имена Отто Шмидта и сербского подданного Владимира Кушича.
249
См. Приложение 14. Табл. 24. Иностранные подданные Царскосельского уезда (к 15 июля 1914 г.).
250
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Оп. 1. Д. 147.
71

военнопленных австрийцах и германцах» за 27.11.1915–28.12. 1916 гг. большая часть пленных


состояла из поляков, русин, чехов, хорватов, словаков и румын 251.
Дело состоит из рукописных и машинописных сброшюрованных документов. Из
различных материалов можно выделить межведомственную переписку и рапорты становых
приставов Царскосельскому уездному исправнику. Особенностью данных является точное
фиксирование численности вновь прибывших партий военнопленных и распределение
последних по работам. В материалах выявлены поименные списки военнопленных с указанием
возраста.
При размещении первых пленных в ноябре 1915 г. 600 человек были отправлены на
строительство железной дороги. Работы в казенном Кастенском и Изварском лесничествах
начали выполнять 900 человек, 300 из которых были размещены в бараках, а остальные – по
деревням Сосницкой волости. Вначале все военнопленные были переданы «в распоряжение
господ лесничих»252 Турова и Городецкого.
По рапорту исправника губернатору 20 ноября 1915 г. прибыли еще 200 австрийцев на
заготовку дров, ожидалось еще 2000 человек. Они расселились в дер. Поги. Следующая группа
в 350 человек прибыла 29 ноября на станцию Лисино и была направлена в Котелино, где
расселили еще 700 человек. Все военнопленные находились «на всем содержании
Петроградской управы»253. Нехватка охраны привела к побегу 50 человек: военнопленные не
имели никакого надзора и конвоя, к чему привлек внимание только случай побега.
Комитет по топливу должен был осуществлять охрану 900 военнопленных, работавших в
лесничествах. Комитет указал в письме 20 января 1916 г. уездному исправнику на
ответственного разработчика Лисинской дачи Д.И. Подорогу, от которого трудно было
добиться ответа. Поэтому из Смоленской пешей дружины для охраны были командированы 18
нижних чинов под командованием младшего унтер-офицера Безобразова – на том охрана
военнопленных закончилась.
В телеграммах, полученных Царскосельским исправником от исправников Лужского и
Петергофского уездов 2 февраля 1916 г., указан национальный состав пленных, которые
работают на строительстве железной дороги, объединяющей уезды. Так, на ветке Волосово –
Извара трудились «293 военнопленных австрийских подданных, из числа которых поляков – 34,
русин – 77, чехов – 23, хорватов – 97, словаков – 19, румын – 43 человека»254. Большая часть
пленных были католиками, и в списке пленных по вероисповеданию полиция особо выделила
православных хорватов (37 чел.) и румын (43 чел.).

251
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Оп. 1. Д. 191.
252
Там же. Л. 1 об.
253
Там же. Л. 4.
254
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Оп. 1. Д. 191. Л. 19–19 об.
72

На отрезке пути от Мшинской до Верести работали 303 человека: поляки – 52, русины –
140, чехи – 15, словаки – 14, хорват – 1, румыны – 81 человек.
Сведения о военнопленных, находящихся во втором стане Царскосельского уезда на постройке
линии железной дороги Мшинская-Волосово, были направлены в Царскосельское уездное
полицейское управление255.
Если в феврале военнопленных было более 1,5 тыс. человек, то на 1 марта 1916 г. в
рапорте говорится о 1100 пленных. К маю 1916 г. остро встал вопрос об охране местного
населения и военнопленных, которые работали на ветках железной дороги Волосово-Мшинская
«от пленных, работающих в местных лесничествах, где развивается эпидемия сыпного тифа» 256.
Причиной обращения губернатора к Царскосельскому исправнику стало ходатайство Главной
Санитарно-исполнительной Комиссии при Управлении Северо-Западной железной дороги.
В связи с формированием сербской армии в составе русских войск военнопленным
сербам, хорватам и словенцам было предложено вступить в ее ряды. Однако, следуя ответам
приставов, среди военнопленных Царскосельского уезда никто «желания не изъявлял»257.
Только осенью 1916 г. девять вновь прибывших военнопленных (от 22 до 32 лет) поступили в
Сербско-Славянскую дивизию258.
Несколько раз губернатор делал запрос в полицию Царского Села о привлечении
военнопленных на сельскохозяйственные работы. Ответа, как и на запрос о размещении
военнопленных, не было. Эти сведения нужно было представить для публикации в Германии и
Австро-Венгрии для переписки военнопленных с родственниками. К этому времени
Центральным Справочным бюро Германии был выпущен «Справочник для сношения с
русскими военнопленными, находящимися в Германии и Австро-Венгрии с приложением
карт»259 и опубликован в России.
Следующая партия из 80 военнопленных австрийской армии была отправлена из
Переславля Владимирской губернии до ст. Поповка. На три повторные телефонограммы
Петроградского губернатора полиция уезда сумела ответить только о 3600 военнопленных.
Никто не считал умерших и сбежавших – документы говорят лишь о позднем выяснении в
сентябре 1916 г. мест захоронений. «Умершие военнопленные австрийцы на Петроградских
кладбищах похоронены не были, а похоронены по месту нахождения в Изварском лесничестве

255
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Оп. 1. Д. 191. Л. 25. См. Приложение 14. Табл. 25. Этнический состав военнопленных на
работах в Царскосельском уезде. Диагр. 15. Иностранцы, работавшие на железной дороге в царскосельском уезде в
1916 г.
256
Там же. Л. 45 об.
257
Там же. Л. 57.
258
Там же. Л. 176.
259
Там же. Л. 62.
73

на кладбищах при селе Грызове и Верестском лесничестве на специально отведенном кладбище


№ 5745»260.
В письмах за ноябрь и декабрь, помимо размещения русских и иностранных рабочих в
уезде, губернатор постоянно запрашивал о военнопленных, которые знают колбасное
производство. К концу месяца приставы выяснили, что 5 работающих на железной дороге –
колбасники, и со списком отправили их к губернатору. Этот вопрос при изучении документов
особенно обращает на себя внимание, т.к. сменявшихся губернаторов Петрограда интересовали
знания военнопленных о производстве колбас, а не проблемы их охраны и здоровья, борьбы с
эпидемией сыпного тифа в ближайших к столице уездах.
Одновременно, для работ на железной дороге в первый стан уезда прибыли «киргизы
Семипалатинской области в числе 170 человек»261. А в августе 1916 г. в Царскосельский уезд
прибыли и 58 китайцев, присланных «Амурским бюро труда»262.
По рапортам 23–28 декабря 1916 г., накануне Февральской революции, из
Царскосельского уезда спешно были отправлены «на родину в Туркестанский край 1000
человек»263.
Таким образом, дело об иностранных подданных по данным полицейской управы
Царскосельского уезда раскрывает вопросы расселения, национального состава иностранцев и
их возраста.

2.1.5. Труды Центрального и губернского статистических комитетов


как источники сведений по истории населения Царскосельского уезда

Прейдем теперь к публикациям Центрального и губернского статистических комитетов


МВД, которые содержат информацию о населении Царскосельского уезда. В 1834 г. было
открыто Статистическое Отделение, с 1852 г. – Центральный статистический комитет МВД
(далее – ЦСК МВД). Как подчиненный ЦСК МВД Петербургский (Петроградский) губернский
комитет, возглавляемый столичным губернатором, действовал в 1834–1918 гг.
Одной из важнейших задач комитета являлась обработка сведений о численности,
движении и составе населения столичной губернии и еѐ уездов. Часть годовых отчетов по
Санкт-Петербургской (Петроградской) губернии и Царскосельскому уезду были включены в
такие публикации ЦСК МВД, как Статистический Временник Российской губернии (1861–1885
260
ЦГИА СПб. Ф. 1697. Оп. 1. Д. 191. Л. 102.
261
Там же. Л. 47.
262
Там же. Л. 63.
263
Там же. Л. 231.
74

годы) и Статистика Российской империи, продолжающая его до революции, юбилейный


сборник Центрального статистического комитета264. Данные собирались и обрабатывались для
всероссийских (Статистический Временник) и губернских изданий (Памятных книжек Санкт-
Петербургской губернии) последовательно через статистические отделения Казенной палаты и
передавались в Центральный и губернский статистический комитеты.
Комплекс массовых источников административного учета населения за XIX – начало ХХ
века находится в фонде губернского статистического комитета265. Материалы Ф. 260 ЦГИА
СПб охватывают 1857–1914 гг. Ежегодные отчеты комитета включают сведения о движении
населения губернии и Царскосельского уезда с 1868 г., здесь же находятся статистические
сведения о церковных приходах по полицейским частям и уездам, списки населенных мест и
отчеты об иностранных подданных в губернии.
Особый корпус источников, важный для исследования населения Царскосельского уезда,
составляют сведения о насильственных и случайных смертях, преступлениях по губернии и
уезду, Царскому Селу, Гатчине и Павловску с 1884 по 1897 гг., сведения о слепых и лицах,
достигших 100-летнего возраста во время переписи 1897 г.
В числе дел фонда губернского статистического комитета необходимо отметить
ведомости о количестве браков, родившихся и умерших в уездах и городах, которые послужили
основой публикаций ЦСК МВД о населении. Ежегодные ведомости о движении населения,
распределения по сословиям приведены, начиная с 1860-х гг. до 1916–1917 г.
С середины XIX в. статистическое отделение МВД и военное ведомство издавали
материалы по статистике народонаселения. Списки населенных мест вместе с картами военных
топографов представляют достоверную информацию о топонимах и размещению населения. В
1850-е годы увидело свет первое издание списков населенных мест Санкт-Петербургской
губернии266, которое было полностью подготовлено в губернском статистическом комитете.
Однако, еще в 1838 году в редакции Санкт-Петербургских ведомостей собрали сведения о
поселениях столичной губернии267. Одной из целей издания списков населенных мест 1838 г.
стала публикация данных о новом устройстве полицейских участков и земской полиции.
Описание каждого уезда предваряется указанием на число полицейских станов. Все поселения
распределены по уездам и с отметкой о принадлежности к ведомствам или частным
владельцам, для каждого населенного пункта указано число дворов, крепостных крестьян (муж.
и жен.) по данным VIII ревизии, их владельцы. Для изучения населения Царскосельского уезда

264
Юбилейный сборник Центрального статистического комитета МВД. 1863–30.04.1913. СПб., 1913.
265
ЦГИА СПб. Ф. 260. Оп. 1-2.
266
Список населѐнных мест С.-Петербургской губернии, составленный при Губернском Статистическом Комитете.
СПб., 1856.
267
Описание Санкт-Петербургской губернии по уездам и станам. СПб., 1838.
75

такие сведения важны при сопоставлении с данными окладных книг, исповедных росписей и
метрических книг за 1830-е гг. В городах и селах отмечены церковные приходы и
административные учреждения.
Списки поселений столичной губернии, которые были опубликованы в 1856 г., помогают
уточнить число жителей в приходах, старое и новое название поселения, смену владельцев
поместий в первой половине XIX в. Таким образом, данное издание позволяет рассматривать
систему расселения населения в Царскосельском уезде от материалов Генерального межевания
до 1850-х гг., а также уточнять названия поселений и их владельцев, записанные в метрических
книгах.
Следующее издание появилось в 1860-е гг. и по содержанию отличалось от
предыдущего268. Сведения для него собирались и подготавливались в 1862 г. в Центральном
Статистическом Комитете Министерства Внутренних Дел. Том по Санкт-Петербургской
губернии редактировал И. Вильсон. Всѐ содержание можно разделить на 3 части: введение
(обзор географии и истории Санкт-Петербургской губернии), основную часть (списки
населѐнных мест) и приложение (итоговые статистические таблицы).
Списки населѐнных мест составлены по уездам, внутри описания каждого уезда поселения
разделены по станам. В таблице содержатся сведения о новом и старом названии, статусе
поселения, его населении, географическом положении, расстоянии до города и трактов, о
важных объектах. Списки населенных мест важны для верификации записей в источниках
церковного учета населения и расчета некоторых локальных демографических показателей.
В 1861–1917 гг. ежегодно публиковались Памятные книжки губернии – справочные
издания губернского статистического комитета, подчинявшегося Санкт-Петербургскому
губернатору. В Памятной книжке Санкт-Петербургской губернии на 1861 г.269 для
Царскосельского уезда указываются все учреждения в Царском Селе, Гатчине и Павловске. В
сборнике сведений по России за 1885 г. директор ЦСК МВД Н.А.Тройницкий отметил
неудовлетворительность результатов разработок данных о национальном, сословном и
конфессиональном составе населения в Европейской России270. При характеристике движения
населения и численности жителей по сословиям и вероисповеданиям данные различаются
почти в каждом издании Памятных книжек. Например, при расчете численности населения по
сословиям и вероисповеданию в 1868 г. разница составила 2000 чел., (в 1880 г. – 2 чел.). Как
указано в юбилейном сборнике ЦСК МВД о всех изданиях этого периода: «рядом с точными

268
Списки населенных мест Российской империи, составленные и изданные Центральным Статистическим
Комитетом Министерства внутренних дел. Вып. 37: Санкт-Петербургская губерния. СПб., 1864.
269
Памятная книжка Санкт-Петербургской губернии на 1861 г. СПб., 1861. См.: Памятные книжки губерний и
областей Российской империи: указатель содержания / РНБ, науч. ред.: В.В.Антонов, Н.М.Балацкая. Т. 2: Северо-
Запад (Новгородская, Псковская и Санкт-Петербургская губернии. СПб., 2003.
270
Сборник сведений по России за 1884–1885 гг. // Статистика Российской империи. СПб., 1887. Вып. 1. С. II.
76

данными, где ошибка не превосходила 2–3 %, получались данные с ошибкой в 35–40 %, и даже
более»271.
К тому же, в каждом выпуске численность сословий детализирована различно: от общих
данных о городском, сельском сословии (1868 г.), до подробного перечисления всех, кто в него
входил. Так, по Памятной книжке за 1862 г. в военное сословие входили регулярные и
иррегулярные войска, бессрочно отпускные, отставные нижние чины, солдатские жены и
дочери, солдатские дети (сыновья) и кантонисты.
По всем публикациям Памятных книжек возможно сравнение численности следующих
сословий: 1) дворянство (потомственные и личные дворяне), 2) духовное сословие, 3) городские
сословия (почетные граждане, купцы и мещане, цеховые ремесленники), 4) сельские сословия,
5) разночинцы, 6) военные, 7) инородцы и иностранные подданные.
К сельским сословиям относились государственные, удельные, временнообязанные
крестьяне, дворовые люди, и колонисты, т.к. при проведении крестьянской реформы они были
приравнены к сельским обывателям.
В 1880 г. вместе со сведениями о сословиях приведена информация о воспитанниках
Гатчинского сиротского института и женской гимназии, а в переписи 1897 г. не указано число
военных. По вероисповеданиям в Памятной книжке нет сведений за 1880-е гг.
С Памятными книжками по своим сведениям о движении населения согласуются
публикации Центрального статистического комитета МВД – «Статистического Временника
Российской империи» (далее – СВРИ). Идея публикации статистических данных о населении
возникла под влиянием работы П.И.Кеппена в Отделении статистики Российского
Географического Общества272. Данные о населении по сословиям и вероисповеданию в первом
выпуске Статистического Временника 1866 г. были разработаны А.Б.Бушеном и
П.И.Бларамбергом, а по городам и сельским поселениям – Е.К.Огородниковым и
А.Д.Добровольским. В начале 1864 г. в ЦСК МВД при изучении учета населения в европейских
странах возникла мысль о периодическом издании, отражающем по примеру Австрии
демографические и экономические сведения. Сложности при статистическом описании России
в 1860-е гг. вызывала разница в укладе жизни множества народов, которые населяли империю.
Следствием такой разнородности сведений, поступавших из разных губерний и уездов, и
невозможности единого подхода при анализе информации стали трудности при сравнении
271
Юбилейный сборник ЦСК МВД… С. 36.
272
Стремление отразить всю Россию в публикации статистических данных возникло в середине XIX в. в
Отделении статистики Российского Географического Общества и ЦСК МВД почти одновременно. C 1860-х гг.
стали публиковаться выпуски Географическо-статистического словаря РГО и Статистического Временника
Российской империи ЦСК МВД. Статьи Географическо-статистического словаря написаны как историко-
географические обзоры. (Географическо-статистический словарь / сост. П.П.Семенов, Зверинский. 1863–1885. Т.
1–5). В свою очередь, издания статистических комитетов МВД отразили данные текущего учета населения и
хозяйства России.
77

показателей. Первая публикация Статистического Временника представляет свод


статистических данных по губерниям, в т.ч. Санкт-Петербургской губернии. Большое внимание
разработчики уделяли достоверности данных и критике источников273.
Этот подход сохранен во всех публикациях Временника и последовавшей за ним
«Статистике Российской империи». Редакторы изданий описывали общие изменения
рождаемости, брачности и смертности за год или 5 лет во введении. В приложении к изданию с
конца XIX века итоги демографических расчетов схематично обозначались на карте
Европейской России274. Для их уточнения привлекались новейшие для того времени военно-
топографические и планиметрические карты. Большая же часть сведений, опубликованных на
страницах Временника, взята из материалов административно-полицейского учѐта. Отметим,
что ревизская сказка – источник, на котором основывался административный учѐт населения в
XVIII – середине XIX века, с переводом налогов с ревизской души на землю, – потеряла своѐ
значение. Однако, традиция составления подворных списков осталась – как для составления
списков населенных мест, так и для текущего полицейского учета жителей. Волостные
правления и полицейские чины стали вносить в подворные списки сведения о родившихся и
умерших в каждом домохозяйстве, приписанных и выбывших из сельского общества.
Редакторы выпуска отметили большую достоверность сведений при учете сельского
населения, т.к. повышенная мобильность населения в городах усложняла полицейский учет.
Однако, результаты первых однодневных городских переписей в Европейской России 1850–
1860-х гг. были положительно оценены редакцией Статистического временника.
С 1866 г. выписки данных из материалов текущего церковного учета стали направляться в
губернские статистические учреждения. Министр внутренних дел Валуев и обер-прокурор
Синода Д.А.Толстой согласовали изменения формы выписок из метрических книг в
консисториях, а также предписали точнее определять соотношение границ церковных епархий
и округов с границами городов, уездов и губерний. «В 1865 г. ноября 4-го, по
всеподданнейшему докладу обер-прокурора Священного Синода, согласно с определением
Святейшего Синода и отзывом МВД, последовало высочайшее повеление о порядке
составления и сообщения Губернским статистическим комитетам и другим местам и лицам
гражданского ведомства статистических сведений из церковных книг и актов»275. Соглашение
1865–1866 гг. МВД и Синода способствовало получению из консисторий ежегодных данных о
числе рождений, браков и смертей Центральным и губернскими статистическими комитетами и

273
Статистический Временник Российской империи. СПб., 1866. Вып. 1. С. III–IV.
274
На картах Европейской России штриховкой обозначали итоги статистических расчетов по методу П.Бечаснова.
275
Движение населения в Российской империи за 1867 г. // Статистический Временник Российской империи. Серия
2. СПб., 1872. Вып. 8.
78

их публикации276. Это соглашение давало возможность администрации выяснить


приблизительное число раскольников, уклонявшихся от административного учета.
При переносе из церковных в административные источники сведений о браке информация
группировалась по возрасту и семейному положению жениха и невесты, по которому можно
выяснить очередность брака. Акт подтверждал обязанность сотрудников консисторий помогать
чиновникам, командированным туда из статистических комитетов. Данные могли быть
опубликованы в епархиальных ведомостях, и при их отсутствии сведения «могут быть
сообщаемы для напечатания в губернских ведомостях»277.
Подлинные приходские ведомости отправлялись в губернские комитеты, а сводки из них
– в ЦСК МВД. Эти правила оказались столь удобными для МВД, что были применены и к
другим вероисповеданиям. В дальнейшем это решение привело к подробному отражению на
страницах Временника данных о вероисповеданиях по уездам и губерниям и характеристике
смертности в губерниях по возрасту, вероисповеданиям и месяцам.
Первые данные о движении населения Царскосельского уезда за 1870-е гг. появились в
«Статистическом Временнике Российской империи» только в 1890 г. в дополнениях к ранним
выпускам278. Сведения о численности населения Царскосельского уезда в «Статистическом
Временнике» можно сопоставить с данными Памятных книжек столичной губернии. Стоит
отметить, что в Памятных книжках данные о рождаемости, смертности и брачности появлялись
с большими пропусками по годам.
На страницах «Статистического Временника» и «Статистики Российской империи» были
опубликованы сведения о рождениях, смертях и браках в Царскосельском уезде по городу и
селу по месяцам 1876–1910 г. 279
В каждом выпуске СВРИ в качестве введения приведено общее описание движения
населения России за год, дана характеристика методов работы редакции и отмечено, кто
проводил расчеты. В.В.Додонов, Н.А.Федулов, А. Сырнев, П.Бечаснов, П.В.Охочинский,
В.К.Гутковский, П.П.Гусятников занимались расчетами поуездных данных. Статистические

276
Собрание узаконений и распоряжений правительства 1866 г. № 20. С. 141. Также этому процессу способствовал
запрет духовенству хоронить умерших без разрешения полиции и свидетельства врача. Запрет начал действовать в
Санкт-Петербурге с 1867 г., в Царскосельском уезде – с 1887 г. (РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5929). С 1866 г. вводились
новые правила и формы записи, сведения о рождении (крещении), смерти (отпевании), браке (венчании) за год
делились по месяцам. О родившихся священнослужители записывали: рожден ли ребенок в браке или
незаконнорожденный, число подкидышей, многоплодные рождения и число мертворожденных детей. Данные об
умерших записывали по различным возрастным категориям, обратив особое внимание на детей до 1 года по
трехмесячным группам. Эти сведения также публиковались на страницах Памятных книжек и Статистистического
Временника.
277
Собрание узаконений и распоряжений правительства 1866 г. № 20. С. 141.
278
Дополнительные сведения по движению населения в Европейской России за 1876, 1877 и 1878 гг. Поуездные
таблицы//Статистический временник Российской империи. Серия 3. СПб., 1890. Вып. 25.
279
См. Приложение 9. Данные о рождаемости, смертности и брачности населения Царскосельского уезда
(1860-е – 1910-е гг.).
79

материалы Временника и Статистики Российской империи в комплексе с данными Памятных


книжек губернии и Ежегодника по России представляют возможность рассмотреть динамику
движения населения Царскосельского уезда.
Публикации ЦСК МВД и губернского статистического комитета позволяют подробно
рассмотреть изменение числа демографических событий по месяцам, рассчитать общие и
специальные коэффициенты.
Для расчета демографических коэффициентов необходимы данные о численности
населения и его структуре по полу и возрасту. В изданиях СВРИ таких данных по
Царскосельскому уезду за 1876–1910 гг. нет. Сведения о постоянном населении уезда
содержатся в материалах Памятных книжек280, губернаторском отчете 1891 г.281 (т.к. в других
губернаторских отчетах за 1870–1900-е гг. по Санкт-Петербургской губернии отсутствуют
приложения о населении), I Всероссийской переписи 1897 г. и ежегодниках России с 1905 г.282
В Памятных книжках Санкт-Петербургской губернии за 1860–1870-е гг. смертность по
полу и возрасту (с рождения до 100 лет) представлена по Царскосельскому уезду в изданиях за
1862 г. и 1873 г. – за 1871 г.283 В Памятной книжке 1863 г. информация о смертности среди
православных жителей по возрасту в 1862 г. определена для детей от рождения до года, от 1 до
5 лет и далее с 5 лет до 100 лет по пятилетним периодам (с повторением границ возрастных
групп).
Отметим, что в Памятной книжке 1868 г. подробных сведений о смерти лиц разных
возрастов нет, зато впервые в книжках столичной губернии было отражено число
новорожденных и умерших разного пола в расчете на 100 чел. населения284.
Данные о смертности по возрасту за 1871 г. представлены по городам и сельской округе в
публикации Губернского статистического комитета в 1873 г.285 В отличие от всех
рассмотренных ранее публикаций Центрального и Губернского статистических комитетов МВД
в Памятной книжке указаны умершие дети до года и мертворожденные. Например, в
Царскосельском уезде было зафиксировано мертворожденных 31 муж. и 18 жен. Младенческая
смертность показана от 1 дня до 1 года, а детская – от 2 до 5 и от 6 до 15 лет. Все последующие
возрастные периоды разделены на 10-летия, например, от 26 до 35 лет, а для людей, старше 75
лет определен один период от 76 до 100 лет и последний – свыше 100 лет. В сведениях о смерти

280
Памятная книжка Санкт-Петербургской губернии на … [1863–1905] г. СПб., [1863…1905].
281
РГИА. Ф. 1284. Оп. 223. Д. 207. Сведения о сельском населении уезда в приложении под литерой «А» включают
данные по полу, вероисповеданию и заболеваниям (с диагнозами на русском и латинском языках). См.
Приложение 12. Табл. 20. Заболеваемость сельских жителей Царскосельского уезда в 1891 г.
282
Ежегодник России за… [1905-1915] гг. СПб., [1906-1916].
283
Памятная книжка … на [1863, 1871] гг. СПб., 1863. 1873.
284
Памятная книжка… на 1868 г. СПб., 1868.
285
Памятная книжка… на 1871 г. СПб., 1873.
80

по возрасту появляется еще одна категория – люди неизвестного возраста, среди которых, как
правило, преобладают мужчины.
Что касается периодов, за которые приведены подробные сведения в изданиях ЦСК МВД
о смертности в уезде, то они различны для 1876–1883 гг. и 1884–1910 гг. Для первого периода
характерно выделение одного периода от 2 до 5 лет. Начиная с 1884 г. 286, данные
сгруппированы за каждый год жизни ребенка. Возраст взрослых с 20 лет «разбит» на три
периода: с 20 до 35 лет, с 35 до 55 и с 55 до 80 лет. Сведения за 1884–1910 гг. для взрослых
отражаются намного подробнее за каждые 5 лет жизни.
Наиболее точные данные о группах населения разного возраста приводятся в публикациях
сведений Всероссийской переписи населения. Поэтому повозрастные коэффициенты
смертности можно рассчитать по данным 1897 г.
Можно отметить, что в публикациях ЦСК МВД за одно и то же время по-разному
представлены шкалы возраста в разделах брачности и смертности. Если для смертности по
возрасту используется шкала с повторением рубежей возрастных периодов (40; 45) и (45; 50)
лет, то при характеристике брачности – без повторов (до 20 лет, с 21 до 25 лет и т.д.).
В изданиях ЦСК МВД браки распределены по семейному статусу мужчины: сколько
холостых и вдовых мужчин женились на девицах и вдовах. Соответственно этому, при
исследовании брачности в 1876–1910 гг. можно выделить браки следующей очередности:
первый для жениха и невесты, первый для мужчины и повторный для женщины, повторный для
мужчины и первый для женщины, повторный для обоих.
По материалам Центрального и губернского статистических комитетов возможно
провести расчет общих и специальных коэффициентов рождаемости, брачности и смертности,
рассмотреть распределение демографических случаев по месяцам. Расчет повозрастных
коэффициентов возможен по данным Всеобщей переписи 1897 г.

2.1.6. Материалы городской переписной комиссии Царского Села и


опубликованные итоги Первой всеобщей переписи 1897 г.

28 января (9 февраля) 1897 года была проведена I Всеобщая перепись населения


Российской империи по принципу однодневной. Ее программа была предложена ещѐ в 1860-е
годы П.П.Семеновым Тян-Шанским, главой Российского Географического общества.
Статистическое Отделение МВД координировало проведение переписи. Главная комиссия

286
Движение населения… за 1884 г. // Статистический временник... Серия 3. СПб., 1889. Вып. 24.
81

возглавляла работу многоуровневой структуры переписных комиссий. Последняя


соответствовала территориально-административному и ведомственному делению населения.
«Переписные листы списочной формы: листы формы А (для крестьянских хозяйств
сельских обществ) должны были заполнять счѐтчики, формы Б (для владельческих хозяйств и
частных домов и дворов внутри селений) и формы В (для городских жителей) –
квартирохозяева (метод самоисчисления). Переписные листы раздавались и заполнялись в селе
за 30–20, в городах – за 10–5 дней до дня переписи. 9 и 10 февраля в городах и 9–12 февраля в
сельской местности счѐтчики собирали заполненные листы и вносили в них исправления по
состоянию на критический момент»287.
Материалы переписных листов по многоступенчатой системе были обработаны ручным
и машинным способом. После проверки в статистическом отделении МВД сведения заносились
на перфокарты. Перфокарты с данными, один из первых видов машиночитаемого массового
источника, обрабатывались на счѐтных машинах Холлерита288.
С 1899 по 1905 г. были изданы 89 томов (119 книг) итогов Первой Всеобщей переписи
населения. В 1905–1906 гг. публиковались общие итоги переписи, сведения о распределении
рынка труда и расселении жителей империи289. Большинство первоисточников – переписных
листов – после обработки и публикации результатов были уничтожены. В федеральных и
местных архивах сохранились сопутствующие материалы о работе переписных комиссий
разных уровней, переписные листы 100-летних жителей и членов переписных комиссий.
По Царскосельскому уезду материалы переписи 1897 г. находятся в РГИА и ЦГИА СПб. В
РГИА в фондах дворцового ведомства, земского отделения и Центрального Статистического
Комитета МВД (Ф. 487, 1290, 1291) можно найти материалы работы специальных городских
переписных комиссий и переписные листы 100-летних жителей уезда, сведения о населенных
местах и ведомости подсчета населения290.
Рассмотрим материалы по проведению I Всеобщей переписи в городах дворцового
ведомства в Царскосельском уезде (РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5959, 5960)291. Среди
сброшюрованных и несброшюрованных документов находятся отпечатанные в типографии
положения о проведении переписи, инструкции переписным комиссиям и счетчикам, а также
напечатанные на машинке отчеты заседаний Царскосельской городской переписной комиссии.
287
Демографический энциклопедический словарь / гл. ред. Д.И.Валентей. М., 1985. С. 322–323.
288
Сегодня одна из машин Холлерита находится в музее Политехнического университета Санкт-Петербурга.
289
Общий свод по империи результатов разработки данных первой всеобщей переписи населения, произведенной
28 января 1897 г. СПб., 1905. Т. 1, 2. Распределение населения по видам главных занятий и возрастным группам
по отдельным территориальным районам. СПб., 1905. Распределение рабочих и прислуги по группам занятий и
месту жительства на основании данных Первой Всеобщей переписи населения Российской империи 28 января
1897 г. СПб., 1905. Города и поселения в уездах, имеющие 2000 и более жителей. СПб., 1905. Численность и состав
рабочих в России на основании данных Первой Всеобщей переписи. СПб., 1906.
290
РГИА. Ф. 1290. Оп. 11. Д. 1737–1743, 2885, 2968.
291
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5959.
82

Большинство документов на полях помечены синим и красным карандашами. Пометы в


тексте указывают на спорные места переписи, планирование по датам конкретных действий по
созданию городских комиссий. Также в этом деле представлена служебная переписка в форме
писем и телеграмм, сведения которых дают возможность предположить, что автор помет
карандашом – председатель городской переписной комиссии полковник М.К.Тулинский. В это
время он служил помощником начальника Царскосельского дворцового правления генерал-
майора В.Е.Ионова.
К рукописным материалам относятся черновики отчѐтов, переписные листы членов
комиссий и черновики перечневых ведомостей Царского Села, Гатчины и Павловска.
Как отмечено в инструкции, целью переписи населения было «привести в известность
его численность, состав и местное распределение. Переписи подлежат все жители империи
обоего пола, всякого возраста, состояния, вероисповедания и племени, как русские подданные,
так и иностранцы. В переписные листы следует занести следующие о каждом лице сведения:
имя, фамилию, отчество или прозвище, семейное положение (холост, женат, вдов, разведен),
отношение к хозяину (родственник, свойственник, приемыш или жилец, прислуга, работник и
т.п.), а равно взаимные семейные отношения лиц, не принадлежащих к семейству хозяина (ст.
29), пол, возраст, состояние или сословие, вероисповедание, место рождения, место
постоянного жительства или место приписки, а для иностранцев, сверх того, и подданство,
место постоянного пребывания, родной язык, грамотность, занятие, ремесло, промысел,
важнейшие физические недостатки, как то: слепоту, немоту, глухонемоту, душевную болезнь.
Для удостоверения правильности сведений, заносимых в переписные листы, документов не
требуется»292. Следовательно, при подготовке переписи должна была учитываться вероятность
ошибки, а контроль достоверности сведений был возложен на «счетчиков».
По правилам в один переписной участок в уезде включалось до 25000 человек. Счетчики
должны были работать в относительно равных по нагрузке участках. Городская и уездная
переписные комиссии утверждали списки счетчиков и планировали оплату их труда.
Ответственным за работу счетчиков назначался заведующий переписным участком. Для начала
работы ему требовались: «1) открытый лист, удостоверяющий личность, 2) инструкция, 3)
список населенных мест, дворов, карта»293.
Уточнение сведений о населенных местах стало важным этапом в проведении переписи
1897 г. на местах. Только после проверки списков населенных мест определялись границы
переписных и счетных участков294. При уточнении данных отмечались название поселения, род

292
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5959.
293
Там же. Л. 32. На листе сделана помета карандашом: «К 15 февраля».
294
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5960.
83

поселения, дороги и пути, «вода» (реки и озера), количество дворовых мест и жилых домов,
численность всех наличных жителей, как взрослых, так и детей смежные поселения, церкви и
учреждения, промышленные заведения, постоялые дворы, ярмарки 295.
В переписке о назначении членов Царскосельской переписной комиссии, в письмах
согласовываются межведомственные вопросы, утверждаются принципы работы во время
переписи в Царском Селе и Павловске. Переписка датируется сентябрем – октябрем 1896 г.,
включая момент открытия комиссии. Управление Царского Села проявило нежелание
открывать особую Царскосельскую городскую переписную комиссию и указывало на
возможность работы только уездной комиссии. В письме в начале сентября 1896 г. отмечено,
что после разговора по телефону с министром внутренних дел, В.Е.Ионов спешно подтвердил
готовность к учреждению городской комиссии в городах дворцового ведомства.
Все приготовления в комиссиях должны быть закончены не позже, чем за 2 месяца до дня
переписи. Переписная комиссия исполняла функции контроля, арбитра и проверки действий
счетчиков.
В городах нужно было разделить переписные участки на т.н. счетные и обеспечить
«изготовление списка дворовых мест и домов для каждого из этих участков». Каждый счетный
участок включал 750 жителей (150 квартир). Требовалось, «чтобы счетчик был в состоянии
непременно в течение 2 дней обойти все квартиры своего участка для обратного собирания
переписных листов, их проверки и исправления на месте»296.
Из-за интенсивной миграции в городах население получало переписные листы от
счетчиков за 5–10 дней до переписи. В ночь перед переписью счетчик с полицейскими чинами
проводил перепись ночлежных домов. Через 6 дней (2 дня – на исправление сведений и 4 – на
подсчет) после переписи счетчики сдавали материалы заведующему.
Заведующий комиссией должен был следить за сроком сбора информации, проверить
полноту охвата местности, достоверность сведений и точность расчетов. За один месяц до
переписи заведующий уточнял необходимое число бланков для учреждений. К 14 января

295
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5960. Л. 10–10 об. Например, в ответах для Царского Села отмечено «жилых домов
вообще 833, нежилых 595, итого 1428. 12324 м.п. и 11270 ж.п., итого 23594, кроме войсковых частей. Имеется 12
православных церквей, 1 римо-католическая, 1 евангелическо-лютеранская, 1 еврейская молельня в частном доме,
2 богадельни, 2 гимназии мужская и женская, 1 городское училище, 1 училище для девиц духовного ведомства, 1
земская школа, 1 приходское училище при евангелическо-лютеранской церкви, 3 церковно-приходские школы, 5
приготовительных школ, 1 госпиталь придворного ведомства, 1 военный лазарет, 1 железнодорожная станция, 1
почтовая станция, 1 провиантский магазин интендантского ведомства. Промышленных заведений 110: мастерских
40, фабрик 1 и торговых заведений 238, в том числе имеется Гостиный двор, в коем 36 лавок и мясной рынок о 2
лавках и 3 отделений зеленых. Постоялые дворы: 1, трактирных заведений 17, ренсковых погребов 42, винных
складов, пива и меда 6».
296
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5959. Счетчики и их запасные набирались из местных жителей. Заведующие участками
стремились набрать добровольцев, которым необходимые материалы раздавали за 2 недели до переписи. В ходе
подготовке к переписи было решено, что оплата труда счетчиков должна составить 7 рублей. При согласии
счетчиков работать бесплатно, выделенные деньги оставались в канцелярии комиссии.
84

учреждения получали листы и перечневые ведомости, и обязаны были их вернуть в течение


следующих за 28 января 6 дней. Заведующий составлял общую ведомость переписного участка
по ведомостям счетных участков и обложек переписных листов учреждений по порядку
номеров. За следующие после переписи 20 дней заведующий и счетчики составляли вторые
экземпляры листов и в течение одного месяца отправляли все материалы в местную
переписную комиссию.
Переписной лист предназначался для одной квартиры или хозяйства. Записи вносились
квартирохозяевами, командирами судов, владельцами гостиниц. Последние также, как и
заведующие учреждениями, заполняли общий переписной лист и лист для персонала.
Перечневые ведомости разделены на общие, воинские для записи нижних чинов. Чины
одной роты, эскадрона, расквартированные в разных домах, фиксировались в разных
ведомостях, а в одной ведомости – расселенные в квартирах обывателей.
Рассмотрим проект распределения счетных участков по двум Царскосельским переписным
участкам и Павловску. Таблица состояла из шести граф:
1. № счетного участка,
2. поселения, входящие в состав счетного участка,
3. числится в счетном участке поселений, хозяйств, жителей обоего пола,
4. звание, Ф.И.О. счетчика,
5. вознаграждение счетчику,
6. примечания.
Проекты распределения поселений по счетным участкам и переписному участку
подготавливались по списку населенных мест ЦСК МВД.
В подсчетных ведомостях по Царскому Селу приведено три варианта расчетов по первому
переписному участку и два варианта – по второму. В границах первого участка выделены 17
счетных участков, ведомственные и общественные учреждения: учебные заведения, приюты,
фабрики, госпиталь, арестный дом и суды, здания Дворцового и Интендантского ведомства,
Сводно-Гвардейский батальон и императорский конвой. Так, представление о численности
населения первого переписного участка дает таблица 1.

Табл. 1. Население первого переписного участка г. Царское Село при проведении


Всероссийской переписи населения 1897 г.297
Наличное Постоянно В числе постоянно живущих лиц некрестьянских
население живущих сословий
Муж. Жен. Муж. Жен. Муж. Жен.
7291 6517 6966 6235 3060 3510

297
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5959.
85

Заведующим первым переписным участком из состава городской переписной комиссии


был избран Иван Алексеевич Лазарев, а второго – Александр Михайлович Скабичевский.
В границах второго переписного участка были определены 6 счетных участков,
Офицерская Артиллерийская школа, лейб-гвардии кирасирский, гусарский полки и первый,
второй и четвертый стрелковые батальоны, инженерная дистанция, управление
Царскосельского воинского начальника, местный лазарет, Царскосельское дворцовое ведомство
и 2-й участок полиции. Итоговые данные по второму участку Царского Села отражены в
следующей таблице.

Табл. 2. Население второго переписного участка г. Царское Село в 1897 г298.


Наличное Постоянно В числе постоянно живущих лиц некрестьянских
население живущих сословий
Муж. Жен. Муж. Жен. Муж. Жен.
6200 2179 6604 2136 1552 1116

Сохранились документы и по Павловску. Ведомость по двум переписным участкам и


железнодорожному участку г. Павловска копирует основные формы городских ведомостей.
Первый переписной участок состоял из 3-х счетных участков и учреждений, а второй – 5-ти
счетных и ведомственных учреждений. В деле экземпляр ведомости представлен без
исправлений и подписей (см. Таблицу 3).

Табл. 3. Население г. Павловска по материалам переписной комиссии 1897 г.299


Переписные Наличное Постоянно В числе постоянно живущих
участки г. население живущих лиц некрестьянских сословий
Павловск
Муж. Жен. Муж. Жен. Муж. Жен.
I 1246 779 1300 777 473 345
II 1385 1382 1388 1362 572 746
железнодорожный 77 80 78 78 35 40

Ведомости переписных участков были составлены в двух экземплярах. При этом, в


ведомости при проведении подсчетов карандашом были сделаны отметки о ходе переписи и

298
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5959. Л. 75.
299
Там же. Лл. 79–80.
86

сбора сведений. Такие отметки послужили основой отчетов о работе городской Царскосельской
комиссии.
Первое установочное заседание комиссии датировано 31 октября 1896 г. Статский
советник И.В.Козьмин был выбран заведующим делопроизводством. Особенностью
делопроизводства в Царском Селе и Павловске «в случае необходимости утверждения действий
комиссии губернатором» стала необходимость сначала обращаться к Начальнику
Царскосельского Дворцового управления, а в Павловске – к Управляющему городом.
Переписные участки городов находились под контролем двух приставов полиции. Второе
заседание 11 ноября 1896 г. завершилось тем, что постановили приурочить районы переписных
участков к существующим в городах полицейским участкам. Третье заседание прошло 18
ноября. В ноябре 1896 г. – январе 1897 г. состоялось 5 заседаний комиссии, из которых только
11 декабря был решен вопрос финансирования переписи. Девятое заседание проводилось после
критического момента переписи 19 февраля 1897 г. с целью подсчета данных.
В комиссии Царского Села вошли председатель – помощник начальника Царскосельского
дворцового управления гвардии полковник М.К.Тулинский, члены – полицмейстер Царского
Села полковник барон А.Н.А. Врангель, и. д. полицмейстера Павловска статский советник
К.С.Сыровяткин, председатель от военного ведомства поручик лейб-гвардии 2-го стрелкового
батальона А.А.Тилло, правитель канцелярии Царскосельского дворцового управления статский
советник И.В.Козьмин, секретарь Павловского городового правления коллежский асессор
Елисеев и ратман Царскосельской городовой ратуши Царского Села второй гильдии купец
Сергеев, почетный гражданин Синебрюхов и отставной титулярный советник Вальх.
Несмотря на решение об оплате труда, оказалось, что «все счетчики по г. Царскому Селу
и Павловску были безплатные»300. При переписи жителей в городах уезда произошла
«значительная порча этих листов, вследствие неправильности в ответах и помещении их в
ненадлежащие графы… означенное обстоятельство объясняется малограмотностью некоторого
числа населения и новизною самого дела»301. Комиссия отметила неверные итоги по счетным
участкам, неполные сведения по учреждениям военного ведомства, материалы которых
отправлены для исправления, отсутствовали вторые экземпляры подсчетных ведомостей, для
некоторых учреждений были не заполнены обложки с итогами и данными об учреждениях. Как
писал председатель городской переписной комиссии: «чтобы исправить все вышеописанные
неточности, а равно подсчитать и проверить общие и частные итоги 1) по листам формы В, 2)
по ведомостям счетных участков и 3) по ведомостям переписных участков потребовалось 10

300
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5959. Л. 159.
301
Там же. Л. 159 об.
87

дней, вследствие чего отсылка первых экземпляров переписных листов в Санкт-Петербургскую


губернскую переписную комиссию замедлилась на 3 дня»302.
Сведения по Павловску собраны в ведомостях о количестве дворов ведомства
Павловского городового правления с находящимися на них жилыми строениями, квартирами и
числом жителей по двум переписным участкам. Рукопись была подготовлена счетчиком
Филипповым. Списки домов на счетных участках Павловска кроме №№ домов и названия улиц
содержат сведения о домовладельцах и статистическую информацию о числе квартир и
жителей. Списки по 1, 2 и 3-му счетным участкам первого переписного участка Павловска
представлены машинописными документами. Также их отличают от других списков отметки о
счетчиках и количестве переписанных жителей. Среди отметок в рукописных списках второго
переписного участка Павловска часто встречается фраза: «никто не живет».
По копиям перечневых ведомостей с расчетами итогов по Царскому Селу и Павловску
видно двойное исправление сведений. Окончательно было решено передать следующие
сведения о населении Царского Села и Павловска, которые вошли в публикации (Табл. 4).

Табл. 4. Население Царского Села и Павловска по материалам городских переписных


комиссий303
Город Наличное население Живут здесь Лиц некрестьянских сословий
Царское Село 13553 муж. 8800 жен. 13582 муж. 8453 жен. 4653 муж. 4695 жен.
22353 чел. всего 22035 чел. 9348 чел.
Павловск 2708 муж. 2241 жен. 2766 муж. 2217 жен. 1020 муж. 1131 жен.
4949 чел. 4983 чел. 2151 чел.

Среди справок по 100-летним жителям в РГИА сведений о таких лицах в городах


дворцового ведомства Царскосельского уезда нет304. Однако, в публикации итогов переписи
указаны 5 жителей от 100 до 109 лет: один мужчина проживал в Царском Селе, четыре – в
уезде305.
Итоговые данные Всеобщей переписи отражены как в Памятных книжках, так и в
публикациях ЦСК МВД под редакцией Н.А.Тройницкого. После перепроверки информация по
Санкт-Петербургской губернии, в т.ч. и по Царскосельскому уезду, была опубликована в 25
сводных таблицах «I Всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г.»306.

302
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5959. Л. 171.
303
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5960. Л. 33–36 об.
304
РГИА. Ф. 1290. Оп. 11. Д. 2885, 2968.
305
I Всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Т. 37: Санкт-Петербургская губерния... С. 11.
306
Там же. Из-за введения дополнительной нумерации (например, III б), в издании обозначены 25, а не все 28
таблиц.
88

Том по столичной губернии был подготовлен к 1903 г. под наблюдением А.Я.Мосевича. В


предисловии было отмечено сокращение финансирования, из-за которого была ограничена
печать числа итоговых и сводных таблиц переписи. Все данные таблиц были приведены о
наличном населении. Исключение составила первая таблица с указанием как на численность
наличного, так и постоянного и временно отсутствовавшего населения уездов. Стоит отметить,
что в 1897 г. численность постоянного населения Царскосельского уезда составила 150994 чел.
и 658 иностранных подданных307.
Для того, чтобы разделять данные по селу и городу, каждый показатель представлен для
уезда в целом и для уезда без городов. Кроме того, в издание были введены особые таблицы по
распределению населения по губернии и уездам: 1) наличное население с указанием процента
грамотных, пространства губернии и уездов и плотности населения, 2) состав населения по
месту рождения, вероисповеданию, родному языку и сословию, 3) итоги населения по полу и
10-летним возрастным группам, 4) сокращенные губернские итоги порайонных таблиц по
группам занятий с распределением по возрасту.
При рассмотрении в первых таблицах308 состава семей и домохозяйств разработчики
переписи обратили большое внимание на принципы родственных связей, собственности и
применение наемного труда.
Распределение населения по возрасту легло в основу сводных таблиц о семейном
состоянии, грамотности, родном языке, группах занятий, вероисповедании, сословии,
географическом размещении, подданстве309 и месте рождения, болезнях310. Возрастные группы
представлены по-разному: при описании возраста детей до 1 года сведения отражены за
каждый месяц жизни, для сводных таблиц – за каждый год, или по 2-х, 5-ти, 10-летним
группам.
Такие характеристики, как место рождения, подданство, родной язык отражают
территориальные и этнические связи населения Царскосельского уезда. Сведения о приезжих и
иностранцах систематизированы по алфавитному и региональному признакам, что

307
См. Приложение 10. Табл. 15. Структура населения по возрасту по сведениям I Всероссийской переписи 1897 г.
Табл. 16. Распределение населения в 1897 г. по родному языку
308
В графах таблиц сгруппированы данные по показателям от 1 до 5 отдельно, а для 6–10, и 11 и более – в сумме.
309
Следуя данным переписи 1897 г., в Царскосельском уезде жили подданные Австро-Венгрии, Баварии, Бельгии,
Болгарии, Великобритании, Вюртемберга, Германии, Голландии, Греции, Дании, Испании, Италии, Португалии,
Пруссии, Румынии, Саксонии, Турции, Франции, Швейцарии, Швеции, Китая, Кореи, Персии, стран Африки и
США.
310
Число лиц, «одержимых физическими недостатками» приведено по приобретенным и наследственным
заболеваниям (слепые от рождения, ослепшие, глухонемые, немые, умалишенные). Интересно, что эти сведения
сгруппированы с данными по сословиям, родному языку, семейному положению и возрасту. Как указано в
Юбилейном сборнике ЦСК МВД, этим вопросам в переписи 1897 г. предшествовала особая перепись слепых,
проведенная в России в 1886–1887 гг. по предложению К.К.Грота.
89

способствует быстрому поиску необходимых данных. Так, в Царскосельский уезд многие


жители приехали из Новгородской, Псковской, Тверской, Эстляндской и Выборгской губерний.
Публикация итогов Всеобщей переписи 1897 г. стала важным статистическим источником
для характеристики населения и хозяйства на рубеже XIX–XX в.

2.1.7. Статистические карты и листы переписи беспризорников и сирот начала ХХ в.


как источники по истории населения Царскосельского уезда

Среди материалов ЦСК МВД необходимо отметить ежегодные ведомости за 1913–1917 гг.
об умерших, родившихся и вступивших в брак по столичной губернии (Ф. 1290. Оп. 4. Д. 632,
641, 655, 661, 672, 693, 719, 754, 755) и статистические карты России. К началу XX в. в ЦСК
МВД собирались материалы переписи, полицейские и статистические отчеты, были созданы
статистические карты. Также они вошли в состав публикаций Статистики Российской империи
и Ежегодника по России311.
В РГИА собраны карты Европейской России второй половины XIX – нач ХХ в. (Ф. 1290.
Оп. 4. Д. 558) с указанием детской смертности, грамотности, и плотности населения312.
Стоит отметить, что данные карт являются своеобразными демографическими
ориентирами по истории населения Царскосельского уезда. Из 12-ти карт отметим пять:
1. Среднее увеличение населения от 1867 до 1912 г.
2. Грамотные от 3 лет и старше ко всему населению 1897 г. Доля грамотных в
Царскосельском уезде, составляла 61–72 %. По переписи 1897 г. в селе и в городе
Царскосельского уезда записаны дети, которые в 4–5 лет умели читать313.
3. Плотность населения в Европейской России в 1897 г. (отображена в виде дроби,
числитель которой определяет население в губернии, а знаменатель – городское).
4. Плотность населения в 1912 г. в 63 губерниях, в том числе в Санкт-Петербургской.
5. Смертность детей до 1 года в 1909 г. Для всех уездов Санкт-Петербургской губернии
показатель равен 20–27,7%. В 1909 г. по проведенным расчетам по материалам Статистики
Российской империи коэффициент смертности детей до 1 года в Царскосельском уезде равен
226‰ (муж.) и 237‰ (жен.).

311
Ежегодник России за… [1905, 1907, 1910] гг. СПб., [1906, 1908, 1911].
312
РГИА. Ф. 1290. Оп. 4. Д. 558. М/ф. 12 ф.
313
I Всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Т. 37: Санкт-Петербургская губерния… С. 18–19.
90

Статистические карты позволяют сопоставить данные с расчетами по материалам


Временника, Статистики Российской империи и опубликованным итогам Всероссийской
переписи 1897 г.
При рассмотрении дел фонда 1290 Центрального статистического комитета МВД,
связанных с населением Царскосельского уезда интерес вызывают малоизученные источники о
детях сиротах и беспризорниках в городах Царскосельского уезда во время Первой мировой
войны.
Сведения о беспризорных детях, сиротах и полусиротах по Царскосельскому уезду Санкт-
Петербургской губернии собраны в одном деле, в котором объединены по алфавиту материалы
от Оренбургской до Ярославской губернии. Источники не датированы точно 314 (РГИА. Ф. 1290.
Оп. 4. Д. 706. М/ф. 21 фиш).
В деле собраны как черновые варианты документов, так и ведомости с результатами
подсчетов по волостям, городам и уездам различных губерний на печатных бланках. Источники
не датированы, 1915 г. отмечен в названии дела по косвенным признакам (правописанию,
вниманию в вопросах источника к военной службе отца, большому числу беженцев и сирот 3–
12 лет). Точнее определить время составления материалов о сиротах и беспризорниках
возможно при изучении внутренних документов ЦСК МВД.
Как черновые, так и итоговые таблицы составлялись по географическому принципу: в
верхнем левом углу обязательно указывалась губерния, уезд, город. При сборе информации о
детях в больших городах (например, в Петрограде) единицей обследования становилась улица
или дом. Затем по станам сведения подсчитывались для поведения итогов по всему городу и его
пригородам. При заполнении черновиков записи по улицам городов, волостям и станам уезда
сводились к общим итогам и включались в общие таблицы. Каждая ведомость в правом
верхнем углу обязательно подписана «разработчиком»-составителем.
И в черновые, и в итоговые ведомости требовалось вписать день, месяц и год в особую
графу «дата» рядом с указанием поселения. Однако графы были оставлены пустыми.
Сведения о сиротах и беспризорных разделялись по полу (мальчики и девочки) и
возрасту. Возрастные группы определены так: 1) «дети 2 лет и моложе» и 2) «дети старше 2
лет». Так как счет велся в полных годах жизни, то в данном случае возрастной рубеж равен
трем годам. Вторая возрастная группа включала детей до 12 лет и была разделена на две
подгруппы: дети 3–7 лет и 8–12 лет.
Заполненные черновые ведомости для сбора сведений разделены на две части: в первой
графе подробно объяснен порядок заполнения формы в соответствие с положением детей, о
которых государство и общество должно было взять заботу на себя. Краткие правила
314
РГИА. Ф. 1290. Оп. 4. Д. 706.
91

оговаривали, что Таблица I включала сведения о сиротах и полусиротах, таблица II – о


беспризорных детях, сиротами (полусиротами) считались только законные дети, потерявшие
хотя бы одного из своих родителей. Также отмечено, что «дети внебрачные к сиротам
(полусиротам) не причисляются. Должны заноситься во вторую таблицу для беспризорных
детей, приступая к разработке, надо предварительно вычеркнуть синим карандашом всех сирот
или беспризорных детей беженцев, определены две графы по возрасту: до 2-х лет и старше 2-х,
(начиная с трехлетнего возраста), против детей, имеющих физические недостатки, на полях
ставится (с правой стороны) крест (Х) красным карандашом, дети беженцев (вычеркнутые
синим карандашом) записываются и суммируются в соответствующих графах, каждая волость
или стан записываются в одну строку»315.
Вторая часть черновых ведомостей содержит статистические данные. Таблица состоит из
двух частей. Если сведения о детях по возрасту старше двух лет начинают эту таблицу, то
информация о детях до 2-х лет приводится во второй нижней ее части. Все сведения о детях
сгруппированы по полу.
Интересно, что в этой сложной таблице графы по вертикали являются общими для
младшего и старшего возраста. Помимо возраста определялось сословие, положение отца,
физические недостатки ребенка и число «сверх того беженцев, нуждающихся в призрении и
прочие».
Большая часть записей в таблице велась единицами и двойками с указанием итога,
например «2 2 1 / 5» значит, что в квартале города были зафиксированы в двух домах двое, а
еще в одном дворе – один беспризорник, всего (через дробь) 5 человек. Встречаются в
подсчетах и ошибки.

В деле отображены только черновые ведомости по Гатчине. Сведения о беспризорных и


сиротах в Царском Селе, Павловске, Колпино и Гатчине приводятся в составе итоговых таблиц
по Петрограду и губернии. В черновиках данные по сельской местности и уездам
отсутствуют316. Итоговые таблицы I и II расположены на листе формата А3. При
микрофильмировании, возможно, полностью вся таблица не помещалась в объектив, и на копии
видна часть ведомости. Для того, чтобы полностью перенести на микрофиш все сведения
оператору приходилось делать 2 снимка с 1 таблицы. Часть информации не отображена совсем.
Таблицы структурированы немного иначе, чем черновые ведомости. По списку городов
Петроградской губернии подведены итоги подсчѐтов по черновым ведомостям о детях «2-х лет
и моложе» и «старше 2-х лет (до 12-ти лет включительно)».

315
РГИА. Ф. 1290. Оп. 4. Д. 706.
316
См. Приложение 13. Перепись детей-сирот и беспризорников во время Первой мировой войны.
92

Обе таблицы не датированы. В первой графе «Названия волостей и станов» волости и


станы зачѐркнуты, заменены на города – «Названия городов». Сведения о беспризорниках и
сиротах отображены только по 15 городам Петроградской губернии. При этом Петроград
возглавляет алфавитный список городов. В целом графы итоговых материалов повторяют
вопросы черновых ведомостей. Необходимо отметить в таблице о сиротах подробную запись об
их родителях. Главный акцент сделан на военной службе отца – призван ли он на военную
службу, или убит. Определены степени сиротства: круглые сироты – «отец умер в войне»;
полусироты: 1) жива мать, а «отец умер в войне», 2) жив отец, но отец призван на военную
службу.
Таким образом, при выявлении сохранности и характеристики массовых источников
административно-полицейского учета населения Царскосельского уезда можно сделать вывод о
достаточно большом комплексе документов, который доступен для исследования в различных
архивохранилищах (РГИА, ЦГИА СПб, РГАДА) и библиотеках. Важной характеристикой
сохранности административных источников является фрагментарность. Среди тех материалов,
которые дошли до нас, преобладают документы Царскосельского дворцового управления
(РГИА. Ф. 487).
В целом, по Царскосельскому уезду до нас дошел комплекс источников
административного учета жителей городов и сельских поселений, разных сословий, что
позволяет подробно рассмотреть движение населения Царскосельского уезда по сведениям
ревизий за XVIII – сер. XIX в. и по материалам полицейского и статистического учета XIX –
нач. XX в.
Необходимо отметить особое значение Главноуправляющего Царскосельским дворцовым
управлением, который контролировал и во многом координировал деятельность
административных учреждений различных ведомств при учете населения Царскосельского
уезда.

2.2. Материалы церковного учѐта населения Царскосельского уезда


2.2.1. Общая характеристика. Особенности сохранности источников
учета православного населения Царскосельского уезда

Сведения, необходимые для изучения рождаемости, брачности и смертности большой


доли населения Царскосельского уезда, содержатся в источниках церковного учета XVIII – нач.
93

ХХ в. Стоит отметить, что 60% жителей Царскосельского уезда были православными, в разное
время в уезде действовали более 80-ти православных приходов.
Цель записи в приходских книгах была и религиозной, и светской. Занося сведения о
церковных таинствах, священник или дьякон руководствовался как приказами и
распоряжениями, так и обстоятельствами жизни прихода. Первые оговаривали изменение форм
метрических книг, а вторые – влияли в каждом отдельном случае на полноту и достоверность
сведений. К материалам текущего церковного учета также относятся брачные обыски и
документы, исповедные росписи, клировые ведомости, рапорты причтов, отчетные ведомости
благочинных округов.
Метрические книги представляют особый вид текущего учета демографических событий.
На протяжении XVIII – нач. ХХ в. метрики охватывали большинство важнейших событий
жизни человека: рождение, брак, смерть, и отразили их в записях о крещении, венчании и
отпевании.
Первая часть книги «о родившихся» содержала сведения о дате рождения и крещения,
родителях и восприемниках.
Вторая часть «о браком сочетавшихся» указывала: когда и кто венчался, их сословное
положение, происхождение, очередность брака и отмечала, кто был поручителями.
Третья часть, «об умерших» обязательно содержала отметку «у кого, когда
исповедывался, причащался человек», о дате, причине смерти и месте, где похоронен. Все
записи велись по месяцам, в конце года подводился итог.
Первые записи об исполнении обрядов крещения, венчания и отпевания в православных
храмах сохранились с XVII века. С 1702 г. Петр I потребовал систематического ведения метрик
сначала в Москве, в церквях столицы, а затем повсеместно. 17 апреля 1721 г. по указу Синода
было образовано тиунское (т.е. служебное, исполнительное) «особливое духовное правление»,
которое контролировало ведение метрик до 1727 г.
За первые десятилетия XVIII в. вырабатывался формуляр книг, основные разделы и
правила записи в метрических книгах и исповедных ведомостях. Об этом свидетельствует
инструкция 1721 г317.
По указу 20 февраля 1724 г., а затем 1726 г. метрические книги стали составляться в двух
экземплярах, а сведения отправлялись в Святейший Синод и военную коллегию. Петербургское
духовное правление, образованное в 1730 г., по своим функциям приближалось к
консистории318.

317
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 1. Д. 40.
318
С 1744 г. по 1917 гг. консистории, разделенные на присутствия и канцелярии, вели текущие дела при
епархиальных архиереях. Канцелярия консистории направляла в приходские храмы чистые бланки метрических и
исповедных книг и ежегодно в конце декабря собирала заполненные книги и проверяла их исправность. Табели,
94

С учреждением в 1742 году Санкт-Петербургской епархии порядок записи в метриках


стал строго наблюдаться Домовой его преосвященства канцелярией. С 1744 г. канцелярия была
преобразована в Консисторию епископа Санкт-Петербургского и Шлиссельбургского. В 1760 г.
она получила название Петербургской духовной консистории.
Практически каждые 15–20 лет повторялись указы об исправном содержании метрик.
Указы 1764 и 1794 гг. обязывали передавать сведения метрик по месяцам о новорожденных,
вступивших в брак и умерших (по возрасту и причине смерти) и публиковать результаты в
Академии наук319. С 1838 г. причты вели записи по новым правилам и формам320.
Метрические тетради, составлявшие книгу, раз в полгода проверялись благочинными
округов. «Духовный регламент»321 1721 г. ввѐл должность благочинного, т.е. священника,
наблюдавшего за причтом, состоянием храмов и приходов, а также ведением метрик322. По
указу Синода 1737 г. благочинный округа был ответственным за действия причтов церквей,
ведение записей в церковных книгах.
В XVIII – начале ХХ в. приходы Царскосельского уезда были объединены в три, затем – в
два благочинных округа. Благочинные были обязаны контролировать ежегодную
своевременную отсылку экстрактов (или табелей) с итогами о рожденных, умерших и
вступивших в брак и экземпляра метрик в Консисторию. Сама Консистория состояла из
канцелярии, присутствия, двух секретарей, подчиненных обер-прокурору Синода, и архива.
Санкт-Петербургская, затем – Петроградская, консистория была упразднена в 1918 г. С
1917 г. в некоторых церквях название «метрика» было заменено на «книга стола записей актов
гражданского состояния при … церкви»323.
С 1918 г. учет рождаемости, браков, смертности был передан в ведение органов ЗАГС.
Метрики либо передавались в городские и областные архивы Отделений ЗАГС, либо
оставались в зданиях церквей. Выписки из метрик, которые являлись юридическим
обоснованием для набора в армию в XVIII – начале ХХ в., были уничтожены как копии.
***
Материалы церковного учета населения Царскосельского уезда отличаются в архивах
хорошей сохранностью. В ЦГИА СПб и РГИА в границах Царскосельского уезда самые ранние
метрики датируются, начиная с 1722 г.324, самые поздние – 1918 г. С небольшими лакунами

экстракты, перечневые ведомости с данными о родившихся, умерших, вступивших в брак, общем числе прихожан
из консистории отправлялись в канцелярию Св. Синода и в Академию наук.
319
ПСЗРИ. I собр. Т. XVI. № 12061. Т. XXIII. № 17192.
320
ПСЗРИ. II собр. Т. XIII. № 10936.
321
ПСЗРИ. I собр. Т. VI. № 3718.
322
Там же. Т. VI. № 4022. Т. VII. № 4221.
323
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 127.
324
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 770. Ранее всего в XVIII в. новые православные церкви появились в Царском
Селе, Рождествено, Сиворицах, Орлино и Колпино.
95

представлены метрики практически всех приходов уезда, книги которых дошли до нас в фондах
духовного, дворцового, военного ведомства в ЦГИА СПб и РГИА.
Систематическому ведению метрик с 1720-х гг. предшествуют разрозненные
свидетельства о браках, брачные обыски и документы. Большая часть метрических книг
приходов Царскосельского уезда сегодня находятся в фонде Петроградской духовной
консистории (Ф. 19) и в фондах самих церквей в ЦГИА СПб.
Метрики также отложились в фондах ведомственных учреждений соответственно
подчинению церквей. Церкви Царскосельского уезда относились изначально к ведению
Новгородской, а затем Санкт-Петербургской духовной консистории. Следуя территориально-
административному делению Санкт-Петербургской губернии, до 1780 г. они приписывались к
Ямбургскому, Шлиссельбургскому и Копорскому уездам. Эта территориальная
принадлежность православных приходов Царскосельского уезда в отразилась на составе трех, а
затем двух благочинных округов уезда за XIX – нач. ХХ в. К благочинным округам
Царскосельского уезда относились более восьмидесяти приходов различных ведомств в
границах уезда, и 9 приходов – вне.
Вместе с подчинением епархиальному начальству православные храмы по ведомственной
подотчетности прихожан и причта относились к придворным, военным, медицинским
ведомствам, учебным заведениям. В уезде существовало большое число домовых церквей. В
XVIII – нач. XIX века большинство домовых и придворных церквей императорских резиденций
подчинялись дворцовому, и только затем – епархиальному ведомству. Полковые храмы
подчинялись духовному правлению при протопресвитере военного и морского духовенства
Синода (главному священнику армии и флота). Церкви при учебных и медицинских
учреждениях относились к благочинным округам, однако часть документов об их деятельности
сохранилась в фондах училищ, гимназий, кадетских корпусов и госпиталей. К двум
благочинным округам уезда в XVIII – нач. ХХ в. относились несколько монастырей:
в Марьино - Пятогорский Богородицкий женский монастырь,
в Суйде – Никольский монастырь,
в Вохоново – женский монастырь.
При выявлении сохранности метрических книг и других материалов церковного учета по
истории населения Царскосельского уезда в фондах РГИА и ЦГИА СПб была составлена
таблица сохранности данных источников по приходам и годам 325. Стоит обратить внимание на
то, что для всех массивов метрик характерны некоторые пропуски. Можно отметить, что
выявление материалов и заполнение лакун продолжается. В основу систематизации положены

325
См. Приложение 16. Табл. 31. Сохранность источников текущего церковного учета населения Царскосельского
уезда в XVIII – начале ХХ века в фондах РГИА и ЦГИА СПб.
96

географический, ведомственный, хронологический принципы. Для каждого благочинного


округа и центра прихода нами приведены данные об истории церкви, ведомственной
принадлежности храма, рассмотрена сохранность метрик, исповедных росписей и ведомостей,
клировых ведомостей, отчетов и рапортов причта. Брачные обыски, позволительные указы на
сочетание браком и свадебные документы выявлены по дворцовым храмам Царского Села за
1764–1824 гг. в фонде 487 (РГИА)326. Для данных брачных документов пропуски по времени
составляют от 1 года до 5 лет. Эти документы важны не только для изучения демографических
процессов, но и для воссоздания истории повседневной жизни императорского двора. Также в
фонде Канцелярии заведующего придворным духовенством МИДв (РГИА. Ф. 805. Оп. 1, 2)
отмечены дела о рождении, браках и смерти членов императорской семьи. В отдельные дела
собраны ежегодные записи и браках и разводах. Исповедные ведомости придворных церквей
1779–1849 гг. объединены в общие дела327.
Самые ранние метрические книги православных приходов уезда дошли до нас с 1722 г. по
Никольским церквям в Сиворицах и Колпино (перенесена в Ям-Ижору), церкви Рождества
Богородицы в Рождествено и Благовещенской церкви Царского Села за 1727–1728 гг.
Для домовых, дворцовых и полковых церквей Гатчины, Павловска и Царского Села
характерна отличная сохранность метрических книг и исповедных росписей за вторую
половину XVIII в. – 1917 гг.
Большая доля исповедных росписей приходов епархиального ведомства сохранилась с
1735 г. Стоит отметить, что, начиная с 1864 г. исповедные росписи приходов Царскосельского
уезда, хранящиеся в ЦГИА СПб (Ф. 19), не выделены в отдельные дела. Они входят в состав
объединенных дел 1860–1907 гг. по епархии328. Возможно, на такую сохранность исповедных
росписей повлияло распоряжение Центрархива РСФСР от 25 мая 1927 г.329 В 1918 г. все
метрики и исповедные росписи были изъяты из церквей Детскосельского (Царскосельского)
уезда. Следуя распоряжению 1927 г., все исповедные росписи, начиная с 1865 г., подлежали
уничтожению как не имеющие исторической ценности. Так, сохранившаяся часть оказалась в
составе других коллекций.
Интересно, что метрики, исповедные и клировые ведомости полковых церквей
сосредоточены в РГИА (Ф. 806 Духовное правление при протопресвитере военного и морского
духовенства Синода за 1893–1916 гг.), за XVIII – нач. ХХ в. – в ЦГИА СПб (Ф. 19) и в РГВИА.
При сравнении сохранности материалов различных православных приходов в сельских
поселениях или городах уезда определяется закономерность лучшей сохранности источников

326
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 8734–8773.
327
РГИА. Ф. 805. Оп. 1. Д. 2989–3014.
328
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 121. Д. 171–183.
329
Бюллетень Центрархива РСФСР. 1927. № 4/5 (59/60) от 25 мая. С. 7.
97

из больших и длительно действовавших приходов, нежели из малых (домовых или


ведомственных), созданных по соседству с первыми в конце XIX – начале ХХ в.
Так, в фондах архивов не выявлены материалы по ряду приходов: по Царскому Селу –
церкви Рождества Богородицы при Николаевской гимназии, а также Никольских церквей при
реальном училище и тюрьме; церкви св. мученицы царицы Александры; св. великомученика
Дмитрия Солунского и преподобной Марии Египетской при благотворительных учреждениях
Дрожжиной; по Красному Селу – церкви во имя св. Екатерины, действовавшей до пожара 1732
года.
Хорошая сохранность материалов отмечена в фондах дворцового ведомства и Санкт-
Петербургской духовной консистории для больших поселений, которые в XVII в. зачастую
были центрами погостов Ингерманландии, например Сиворицы, Орлино, Суйда и Царская
Славянка.
В 1718 г. в имении Апраксина Суйде была основана Воскресенская церковь, и метрики с
исповедными росписями с незначительными лакунами по времени дошли до нас за 1727–1917
годы. Ранее к приходу относился «монастырек с церковью св. Николая»330.
В Сиворицах для церкви во имя св. Николая сохранились метрики за 1722–1917 гг., а
исповедные росписи за 1736–1864 гг. В Царской Славянке с 1748 г. действовала церковь
Рождества Богородицы и св. великомученицы Екатерины. При этом, первая метрика прихода
относится к 1735 г., следующие – к 1748–1917 гг., исповедные росписи сохранились за 1748–
1864 гг. Здесь же известна еще и церковь св. равноапостольной кн. Ольги, которая была
домовой церковью при Ольгинском детском приюте трудолюбия.
Довольно мало источников церковного учета дошло до нас для небольших приходов
уезда. Например, для Казанской церкви с. Александровки сохранились исповедные росписи за
1791–1793 гг., метрики – за 1893–1916 гг. Таким образом, по материалам церковного учета
можно рассмотреть состав жителей прихода в конце XVIII в. и число рождений, браков и
смертей на рубеже XIX – нач. ХХ в. Однако, сложно проверить достоверность и полноту
записей метрик и исповедных росписей за длительный период, что требует привлечения
административных и земских материалов.
Стоит отметить хорошую сохранность исповедных и клировых ведомостей за 1880–1910-е
годы для полковых и других церквей военного ведомства в Царскосельском уезде. Колпинская
Троицкая церковь, полковые церкви гвардейских полков и батальонов в Царском Селе, Софии,
Гатчине и Павловске подчинялись и епархиальному, и военному начальству. Поэтому метрики,
исповедные росписи и ведомости, клировые ведомости находятся сейчас и в фонде Духовного

330
Историко-статистические сведения о Санкт-Петербургской епархии. СПб., 1884. Вып. 8. С. 419.
98

правления при протопресвитере военного и морского духовенства Синода331 в РГИА и в фонде


Санкт-Петербургской духовной консистории332 в ЦГИА СПб, а также в РГВИА.
Например, метрики 1735–1901 гг. и исповедные росписи 1769–1894 гг. Троицкой церкви
в Колпино за XVIII – XIX вв. находятся в ЦГИА СПб, а исповедные ведомости 1893–1910-х гг.
и клировые ведомости за 1897–1916 гг. – в РГИА.
Данные материалы важны для изучения истории полков, квартировавших в
Царскосельском уезде, и могут быть использованы в генеалогических, источниковедческих и
военно-исторических исследованиях.
Что касается клировых ведомостей дворцовых, городских и сельских приходов, то в
ЦГИА СПб они собраны в объединенные дела по двум благочинным округам: за 1861–1913 гг.
– по первой и за 1830–1915 гг. – по второй. Отчетные ведомости и рапорты церквей
объединены по округам за 1870–1917 гг.
Таким образом, можно сделать вывод о довольно хорошей сохранности материалов
текущего православного церковного учета населения за XVIII – нач. ХХ в. с небольшими
временными и территориальными лакунами. Несмотря на недоучет событий и лакуны в
сохранности, материалы метрик позволяют рассчитать общие и специальные демографические
коэффициенты. Для этого необходимо знать численность постоянного населения прихода,
состав жителей по возрасту и полу – эти данные отражены в исповедных росписях и
ведомостях церквей, а итоговые сведения о населении уезда и губернии можно найти в
исповедных экстрактах. Хорошая сохранность метрик, исповедных росписей и ведомостей,
клировых ведомостей дает возможность исследования этих материалов как массовых
исторических источников, применения математических, статистических и компьютерных
методов обработки их сведений.

2.2.2. Метрические книги и брачные документы

Рассмотрим несколько дел первой половины XVIII в., которые отражают деятельность
приходов Царскосельского уезда после подписания Ништадтского мирного договора и
официального присоединения Ингерманландии к России.
Данные о числе церквей333 за 1722 г. были подготовлены священнослужителями
Петербурга и губернии по приказу Петра I. Рукопись, содержащая эти сведения, датирована 10

331
РГИА. Ф. 806. Оп. 7–14.
332
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111, 112, 124.
99

марта – 5 апреля 1722 г. Сведения о церквях указывалось «взять в тиунскую кантору»334.


Ответы с мест охватывали от одного до нескольких храмов в приходе и список был составлен с
обязательным описанием расположения храма «где в урочищах, и в уездах, где чья вотчина»335.
Все ответы написаны по одинаковой форме: реестр церквей и подпись. Отмечалась дата
подачи сведений в «кантору» и взят ли «отпуск». Сведения о церквях будущего
Царскосельского уезда включены в состав описания Копорского уезда. По материалам
описания можно установить, что большая часть православных церквей Копорского уезда была
воссоздана в центрах прежних погостов и мызах XVI–XVII вв., новые церкви в нач. XVIII в.
зачастую освящались как домовые в поместьях.
Например, относительно церкви в Рождествено, метрики которой дошли до нас с 1722–
1723 гг., имеется следующая запись: «В вотчине государыни царицы и великия княгини
Параскевы Федоровны в селе Рождествене церковь Рождества Пресвятыя Богородицы, при ней
священник, дьякон и пономарь»336. Ответы о других церквях включают сведения о
Преображенской церкви в вотчине И.И.Бутурлина в Орлино, «что ныне зовется Село Спасское,
в нем церковь Преображения Господня При ней священника и дьякона нет, только один
пономарь Афанасий Никитин.
В том же уезде в вотчине адмирала графа Федора Матвеевича Апраксина церковь Николая
Чудотворца в Сиворицкой мызе»337.
Последние сведения внесены после подписи как дополнения по церквям Копорского
уезда, а также отмечены еще раз в списке церквей новой столицы и еѐ окрестностей.
К двум благочинным округам Царскосельского уезда также относится часовня Николая
Чудотворца «на большой дороге на той Ижерской стороне построена часовня Николая
Чудотворца»338. Отдельно составлен реестр храмов Петербурга и Царского Села:
«Церковь Преображения Господня, что на кирпичных заводах,
Церковь великомученицы Екатерины, что в дворцовом Селе Красном,
Церковь Успения Пресвятыя Богородицы, что в Селе Сарском, при той церкви поп Козма
Васильев,
Церковь Благовещения Пресвятыя Богородицы, что в вотчине графа Гаврила Ивановича
Головнина Копорского уезду в селе Благовещенском»339, список датирован 10 марта 1722 г.

333
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 1. Д. 162.
334
Там же. Л. 1.
335
Там же.
336
Там же. Л. 10.
337
Там же. Лл. 10 об. –11.
338
Там же. Л. 15 об.
339
Там же. Л. 20 об.
100

Метрические книги 1722–1730-х гг. (ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 770, 771. Оп. 124. Д.
372, 561, 562) объединены по хронологии и приходам340. Метрики церквей, расположенных
ближе к Петербургу, написаны по принятому формуляру. Метрики Рождественской церкви,
немного отдаленной от столицы, были записаны на бланках единым текстом без соблюдения
граф таблицы, в строку. Обложка каждой метрической тетради содержит данные о названии и
подчинении прихода, священнике и разделе, например «книга записная родилницам и
крещеным младенцам, кто значит ниже сего…»341. В первых метриках итоги записей о
родившихся и умерших не разделены342.
Метрики 1735 г. собраны в один «реестр метрическим книгам города Ямбурга и уездов
оного и Копорского что ныне Софийский нижеписанных церквей 1735 года»343. Сам реестр был
составлен 23 сентября 1840 г. Василием Петровым, о чем отмечено на титульном листе дела.
Часть церквей Царскосельского уезда в первой половине XVIII в. относилась не только к
Копорскому уезду, но и к Ямбургскому, и к Петербургскому ведомству «области святейшаго
правительствующего Синода». Приведены материалы по Царскому Селу, Графской Славянке,
Красному Селу, Колпино, Заводской церкви, Краснокабацкой слободе, Орлино, Клопицам,
Грызово, Рождествено, Сиворицам, Суиде и Тосно.
Все записи внесены в таблицы и следуют одному порядку. Метрики Преображенской
церкви в Орлино завершаются удостоверением священника об отсутствии препонов к бракам,
книги прихода в Клопицах содержат «табель умершим по возрастам»344.
Во вторую часть реестра входят не только метрики 1735, но и трех следующих годов по
разным приходам. Метрики Заводской церкви включают записи о жителях Антелево и Большой
Рыбной слободы.
Метрические книги Царского Села представлены в реестре документами Знаменской и
Благовещенской церквей. Примечательно, что в реестре отмечается только Знаменский храм.
Однако под одной обложкой «Книга области святейшаго правительствующего Синода Санкт-
Петербургского ведомства Копорского уезда Села Царского церкви Знамения Пресвятыя
Богородицы…1735 генваря с 3-го числа»345 при изучении выявлены метрики разных церквей за
разные годы. Первые пять листов относятся к Знаменской церкви (1735 г.), следующие пять – к
Благовещенской346. Благовещенская церковь была заложена в 1717 г., а освящена – 6 августа
1724 г. Первоначальная деревянная церковь Благовещения сгорела в 1728 г. Метрики

340
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 770, 771. Оп. 124. Д. 372, 561, 562.
341
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 770.
342
Там же.
343
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 372. Ч. 1, 2.
344
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 372. Ч. 1. Л. 127.
345
Там же. Ч. 2. Л. 395.
346
Там же. Лл. 395–405 об.
101

Благовещенской церкви залиты водой. Верхняя часть листа порвана, материалы сохранены
благодаря тщательной реставрации и консервации.
Знаменская церковь была основана в 1734 г. на месте Благовещенской по повелению
цесаревны Елизаветы Петровны, и «окончена к 1747 г.».347 Следовательно, часть метрики
Благовещенской церкви написана в 1724–1728 гг.
Следующая в реестре метрическая книга348 относится к Знаменскому приходу также за
1735 год. Под одной обложкой были найдены две метрики. Одинаковые по названию, две книги
оказались разными по содержанию и времени создания.
В этом же деле представлена первая сохранившаяся метрика церкви Преображения в
Орлино за 1735 г. – «книга записная о приходских той церкви людех раждающихся
бракосочетавающихся и умирающих» «Ямбургского ведомства» Синода349. Священник
Тимофей Стефанов с причетниками записал за 1735 год шесть новорожденных, двух
скончавшихся и три брака крестьян Орлиной мызы, (владелец – князь А.Бутурлин).
В первой части метрики выделены «числа рождения» и «числа крещения», у кого родился
ребенок и кто восприемник. Во второй части о браках отмечена дата венчания, сословие
вступавших в брак, где живет жених (невеста) и очередность брака (первым или вторым), об
умерших записано: кто именно и когда умер, у кого человек исповедовался и причащался, и где
он похоронен. Исповедной росписи за 1735 г. по Орлинской церкви не найдено, однако,
начиная с 1736 года, до нас дошли и метрики, и исповедные росписи, что позволяет сравнить
данные о составе населения и числе демографических случаев.
Рассмотрим брачные документы, позволения на брак, венечные памяти как источники,
которые подтверждают и расширяют известия метрик о заключенных браках. Помимо
подтверждения достижения брачного возраста брачные документы обосновывали возможность
венчания в соответствие с законами, сословным положением жениха и невесты. Сведения о
венчании вносились в венечную память. Церковь должна была проверить возможность
венчания по представленным брачным обыскам. Эти документы составлялись как по ответам
священников, так и по расспросам родных, знакомых, которые со временем стали подписывать
обыски как свидетели. Свидетели заверяли содержание документов, которое обязательно
включало в себя имя и фамилию (или прозвище) жениха и невесты, вероисповедание,
происхождение и место жительства, сословную принадлежность. Такие же данные указаны и
для свидетелей. Также отмечался первый или второй брак, венечная пошлина и фамилия

347
Историко-статистические сведения … С. 321.
348
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 372. Ч. 2. Лл. 406–419.
349
Там же. Ч. 1. Лл. 115–120.
102

священника, который совершил таинство. Такой порядок записи браков просуществовал до


1917 г.
С 1703 г. в Москве по предписанию митрополита Стефана священники начинают вести
обыскные книги о желающих вступить в брак. Для проверки книги отправлялись в духовный
приказ. С учреждением тиунской канторы обыски и венечные памяти стали направляться туда.
Благочинный округа должен был строго следить за достоверностью брачных обысков и метрик.
Невыясненные и скрытые сведения о женихе и невесте могли повлечь штраф причта.
Первые брачные документы по бракам в Санкт-Петербурге и в уездах подстоличной
губернии являются единичными.
Начиная с 1720-х гг. брачные обыски и венечные памяти становятся важными
юридическими документами. В 1765 г. по указу Екатерины II основным становится брачный
обыск, а венечная память упраздняется. После венчания священники обязательно вносили
сведения во вторую часть метрической книги прихода.
Брачные обыски, документы, позволительные указы на бракосочетания для жителей
Царского Села и приписных к нему дворцовых поселений находятся в фонде Царскосельского
дворцового управления (РГИА. Ф. 487), о венчавшихся в придворных церквях – в фонде
Канцелярии заведующего придворным духовенством МИДв (РГИА. Ф. 805). В фонде 487
представлен комплекс документов за 1763–1824 гг.350 Исследуемые материалы отражают
переход от фиксации брака в венечной памяти и обысках к учету венчания и сведений о
молодоженах только в брачном обыске.
Рассмотрим материалы 1760-х гг. Чтобы наглядно представить порядок записи в таких
источниках, можно привести пример первых указов Знаменской дворцовой церкви.
Позволительные указы на сочетание браков 1764 г. составлены на гербовой бумаге от руки.
Интересно, что для подтверждения записей в обысках могли использовать паспорт. Например, в
одном из обысков, относящихся к 1764 г., был приложен паспорт жениха с печатью Рязанского
полка.
В качестве интересного примера можно рассмотреть позволительный указ на брак
архитектора Царского Села В.И.Неелова: «Указ ея императорского величества самодержицы
Всероссийския из Санкт-Петербургской духовной консистории, церкви Знамения Пресвятыя
Богородицы что в дворцовом Селе Царском протопопу с братией сего Генваря «7» дня просил
словесно сказываясь канторы строения Села Царского архитектор вдовец Василей Иванович
сын Неелов понимает де он Василей себе в супружество вторым браком ведомства собственноя
ея императорскаго величества вотчинной канцелярии архитектора Андрея Мылникова дочь
девицу Марью.
350
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 8734–8773.
103

И вам бы они учинят письменное свидетельство как правила святые и ея императорскаго


величества указы повелевают без упущения и буде никакой противности не явится то учиня
указную присягу венчать на вечное время а пошлины с того брака осмнадцать копеек да на
лазарет осмнадцать же копеек и на росход три копейки всего тридцать девять копеек взять и в
книгу под № 2-м записаны.
Секретарь Михайло Васильев.
Сентября 7-го дня 1764 года Канцелярист Алексей Сугутов.
1764 года генваря 9 дня от строения канторы Села Царского архитектор вдовец Василий
Иванович сын Неелов, ведомства собственной канцелярии архитектора Андрея Мылникова с
дочерью ева девицею Марией венчаны.
А при венчании в обыску ведомства от строения канторы Села Царского камисар Никита
Мосорин регистратор Афанасий Уваров под присягой сказали, что де сочетавшимся... Василей
и Мария между собой ни каковаго духовнаго и плотскаго присвоения, то есть родства,
кумовства, сватовства, крестнаго братства не имеют не дозволяющего препятствия к
супружеству и возбраняющего не обретается, и сочетавались они православным и законным
браком своим произволом, а не принуждением, и если мы, что ложно показали, то указнаго
штрафа, о чем при сем подписуемся.
К сему обыску поручитель камисар Никита Мосорин подписует.
К сему обыску поручитель регистратор Афанасий Уваров подписует»351.
В указах и обысках можно выделить несколько частей: принятое клише и
дополнительную часть. В первой части указывается приход, в котором заключается брак, имена
вступающих в брак. Стоит обратить внимание на то, что в брачных документах XVIII в.
обязательно зафиксированы время заключения брака, очередность, фамилия, имя и отчество,
сословная и профессиональная характеристики будущих молодоженов и их поручителей,
размер пошлин, и номер записи в книге. В отличие от брачных обысков XIX в. здесь не указан
возраст жениха и невесты, и состав семей брачующихся.
С начала XIX в., вместе с ужесточением контроля за ведением метрических книг, большое
внимание уделялось обыскам. Для составления брачного обыска священник сначала проводил
оглашение в храме и расспрашивал родственников. Затем он искал метрики, исповедные
росписи и другие документы, подтверждающие статус и возраст вступающих в брак. В 1837 г.
форма обыска стала включать практически все сведения о новобрачных и о совершении обряда.
Указ 30 ноября 1837 г.352 был обоснован необходимостью повсеместного правильного ведения
обысков для того, чтобы избежать записи незаконных браков. В брачном обыске для жениха и

351
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 8734. Лл. 2–2 об.
352
ПСЗРИ. II собр. Т. 12. № 10759.
104

невесты записывали возраст, вероисповедание, место жительства и приход. Также для


вступающих в брак отмечалось, что они в здравом уме и не имеют духовных или родственных
связей. Для жениха записывали звание, чин и службу. Уточнялась очередность брака: состояли
ли жених и невеста до того в браке или нет. В качестве приложения обыски дополняли
выписками из метрик и исповедных росписей. Если жених и невеста были из другого прихода,
то они обязательно привозили из церкви, где венчались, все документы в свой приход для
внесения данных в метрику текущего года. Все сведения, а также разрешение на брак
подтверждали родители, опекуны или начальство того ведомства, которому подчинялись
будущие муж и жена. Разрешение на брак крепостных крестьянина и крестьянки давали их
владельцы. Начальство подписывало дозволение на брак для жениха, а невеста получала
«сведение» от своего духовного отца и указ консистории, если не была православной. В случае
нарушения правил заключения брака двое или трое свидетелей (поручителей) с каждой стороны
были подотчетны гражданскому и церковному суду.
До крестьянской реформы 1861 г. при заключении брака крепостному требовалось
представить в церковь особое сведение – разрешение помещика, а государственный крестьянин
должен был принести подтверждение, или «ведение», от сельского управления.
Соответственно, мещане и купцы получали свидетельства в городской ратуше, а дворяне – у
уездного предводителя дворянства или в дворянской опеке. В фонде Гатчинской городовой
ратуши (ЦГИА СПб. Ф. 1708)353 находятся просьбы дочерей мещан и купцов о дозволении
вступить в брак со свидетельствами городовой ратуши и церквей г. Гатчины.
При изучении данных материалов можно проанализировать процесс изменения брачного
возраста в Царскосельском уезде. Брачные обыски отражают кратковременную и
долговременную миграцию населения Царскосельского уезда.
Важным условием успешного анализа сведений является хорошая сохранность комплекса
брачных документов. Однако, при изучении сохранности брачных документов жителей всего
Царскосельского уезда за XVIII – начало ХХ века выявлены большие временные и
пространственные лакуны, которые препятствуют достижению поставленной цели. Существует
возможность сопоставления результатов выборочного изучения брачности по обыскам с
итогами, полученными по сведениям метрических книг. Таким образом, наличие метрик и
исповедных росписей приходов уезда восполняет лакуны сохранности брачных документов,
позволяя исследовать аспекты брачного поведения населения Царскосельского уезда XVIII –
нач. ХХ в.

353
ЦГИА СПб. Ф. 1708. Оп. 1.
105

2.2.3. Исповедные и клировые ведомости

Исповедные росписи, ведомости и экстракты содержат сведения о численности и составе


населения церковного прихода. Эти источники сохранились практически для всех церквей двух
благочинных округов уезда в фондах РГИА354 и ЦГИА СПб355.
Каждый месяц церковнослужители записывали в такие росписи данные о том, кто из
прихожан и где исповедовался, отмечали отсутствующих на исповеди больше года и
раскольников.
Ведение исповедных росписей с 1714 г. дополняется исповедными ведомостями. В
ведомостях, в отличие от росписей, информация о прихожанах сгруппирована по сословиям,
семьям, по полу и возрасту. Итоги данных о населении приведены в конце ведомости, которая
заверялась росписью всех священников прихода.
Сведения о прихожанах из исповедных ведомостей и росписей суммировались в
исповедных экстрактах по приходам Царскосельского уезда: данные о прихожанах
расписывались по сословиям, полу и возрасту.
Экстракты из ведомостей с итоговыми данными отправлялись в канцелярию Св. Синода.
В ЦГИА СПБ (Ф. 19) сохранились исповедные росписи Никольской церкви в Ям-Ижоре за 1724
год. С небольшими лакунами исповедные росписи большинства приходов Царскосельских
благочинных округов дошли до нас, начиная с 1730-х гг.
В РГИА (Ф. 806. Оп. 7–12. Доп. оп.) для полковых храмов уезда представлен комплекс
исповедных и клировых ведомостей до 1916 г.
Клировые ведомости вместе с отчетами и рапортами священнослужителей благочиний
отражают ежегодное состояние церквей, приходов и причта. С 1829 г. форма отчета разделяется
на три части: первая – свидетельствует о материальном состоянии церкви, вторая – содержит
характеристику церковнослужителей и их семей. Третья часть клировой ведомости посвящена
описанию состава и числа прихожан, поселений рядом с церковью. С 1878 г. после указа
Синода клир в послужных списках должен был подробнее описывать состав и деятельность
своих семей. Клировые ведомости во многом копируются отчетными ведомостями, которые
содержат данные о финансах прихода (его доходах и расходах). Самые ранние церковные
отчетные ведомости приходов II-го благочиния Царскосельского уезда относятся к 1830 и 1837
годам.356

354
РГИА. Ф. 805. Ф. 806. Оп. 7, 9.
355
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Ф. 713. Оп. 1.
356
ЦГИА СПБ. Ф. 713. Оп. 1. Д. 19.
106

Клировые ведомости, дополненные рапортами причтов, сохранились практически без


лакун за 1861–1916 гг. для двух благочинных округов уезда, что частично восполняет пока не
выявленные материалы исповедных ведомостей за 1864–1893 гг. и, вместе с тем, позволяет
воссоздать историю церквей за данный период времени. Следует отметить, что церкви
расположены на территории Царскосельского уезда довольно неравномерно: плотнее – ближе к
границам Санкт-Петербурга, Царского Села, городов дворцового ведомства, а далее к югу, юго-
западу уезда их число постепенно уменьшается. Численность прихожан зависела от статуса и
размещения прихода. Особо стоит отметить немногочисленных прихожан придворных и
домовых церквей. Границы приходов в Царском Селе, Гатчине, Павловске включали несколько
городских кварталов, полков, учебных и лечебных учреждений, в селах – до 10–15 мыз,
деревень, слобод.
При изучении церковных источников как материалов по истории населения важно
помнить о подвижности границ благочинных округов. Так, в начале XVIII века церкви
Царскосельского уезда относились к Ямбургскому, Санкт-Петербургскому и
Шлиссельбургскому ведомству Св. Синода. В соответствие с этим делением при введении
должности благочинного с 1737 г. приходы будущего Царскосельского уезда вошли в состав
трѐх благочинных округов. Первый и третий округа на рубеже XIX – XX в. были объединены в
один. Приходы храмов дворцового и военного ведомств, сохраняя свое подчинение, были тесно
связаны с жизнью прихожан церквей I и II благочинных округов епархии.
При изучении первичных источников текущего учета жителей Царскосельского уезда
церковью важно обратиться к опубликованным материалам. В конце XIX - начале ХХ века
Синодом ведѐтся издание сборников по истории епархий. В 1884 г. был опубликован VIII
выпуск «Историко-статистических сведений о Санкт-Петербургской епархии». Издание
содержит сведения по истории церквей, приходов, сохранности их документов, свидетельствует
об этническом и конфессиональном составе населения Царскосельского уезда. История каждой
церкви и прихода рассмотрена как с административной, так и с религиозной точки зрения.
Описание приходов ведется по трем благочинным округам, но в предисловии указано, что
«церкви подчинены властям петербургским, а ближайшим образом – благочинным, которых
теперь в уезде два»357.
В качестве примера исследования церковных материалов и их данных о движении
населения XVIII–XIX вв. можно выборочно рассмотреть метрики и исповедные росписи церкви
Преображения в с. Орлино.

357
Историко-статистические сведения … С. 319.
107

2.2.4. Материалы церковного учета населения Преображенского прихода


(с. Орлино) как пример сохранившегося комплекса документов по исторической
демографии отдельных поселений Царскосельского уезда

Дошедшие до нас источники представляют естественно сложившуюся выборку, в


границах которой особое внимание может быть обращено на факторы, которые повлияли на
состав и полноту источников. Орлинский приход выбран как объект исследования по причине
хорошей сохранности материалов и стабильного сельского населения в границах
Царскосельского уезда. По Преображенскому приходу Орлино найдены метрики 1735–1917 гг.
и исповедные росписи с 1736 г. до 1864 г. Поэтому на примере материалов церкви
Преображения XVIII–XIX в. можно провести изучение движения сельского населения в XVIII –
первой половине XIX в.
Приход возник задолго до XVIII в. – он отмечен в Писцовых книгах Новгорода 1499 г., в
Писцовых книгах Ижорской земли 1618–1624 гг. и на шведских картах XVII в. С 1704 г.
Орлино стало принадлежать И.Нарышкину. В XVIII–XIX вв. границы Орлинского прихода
практически не менялись до 1870 г. Население прихода из-за удаления от столицы и городов
уезда отличалось слабой миграцией, постоянным и стабильным ростом численности жителей.
Большая часть жителей прихода – крестьяне, однако, на протяжение XVIII–XIX веков
здесь действовали заводы, изменился социальный состав населения. По материалам метрик и
исповедных росписей Орлино четкие границы прихода установить сложно.
Можно выделить ближайшие к церкви поселения – «ядро» прихода: Орлино, Межна,
Ящера, Остров, Лампово (Ламбова в середине XVIII в.), Зайцово (Зайцево), Дружноселье,
Протасовка, Еленково (Симанково – Симанкино), Заозерье, Изора (Ижорка) и Большево.
Большая часть записей в метриках относится к названным поселениям. В связи с быстрым
увеличением населения и активной деятельностью владельцев с. Ящера, в 1870 г. была
основана новая Сергиевская церковь – центр нового прихода, который включил часть
поселений прихода Орлино.
На границах Преображенского прихода находился ряд селений, (Покровка, Чернецово,
Луги, Поддубье, Тозырево, Кезово, Куровицы, Кузнецово, Ст. Сиверское, Большая и Малая
Дивенка, Дивна, Вырица, Александровский (Боташевский) стекольный завод), жители которых
приезжали как в церковь в Орлино, так и других приходов.
108

Упомянуты в метриках Орлино и жители Рождествена, Кургино, Михайловки,


Пенноруново, Замостья, Пятой горы, Сорочкино, Парушино и других поселений, в которых
действовали свои храмы.
Встречены записи о приезжих из других уездов и губерний. Например, крепостные из
Новгородской, Псковской, Рязанской, Витебской и других губерний зачастую останавливались
в Межне, Орлино, Острове и Ящере, поселениях, принадлежавших их же помещикам358. В
исповедных росписях также приведены сведения как о ближайших, так и достаточно
отдаленных от Орлино поселениях, в т.ч. тех, которые в 1880-е гг. входили в границы приходов
Рождествено, Суйды и Сивориц.
С основанием Сергиевской церкви в дер. Ящера, к ее приходу были приписаны
Чернецово, Покровка и Луги, отдаленные на юг от Орлино поселения. К Рождественскому
приходу была присоединена Межна – одно из самых больших сел Преображенского прихода.
Большая часть названных поселений указывается и в более ранних источниках. Это
говорит о долговременных традициях складывания территориальных и социальных связей в
Преображенском приходе. Для того, чтобы правильно прочитать названия поселений,
отраженных в метриках, необходимо привлечь кадастровые и картографические источники
XVIII–XIX вв. Такое исследование материалов церковного и административного учета
населения позволяет уточнить топонимы, владельцев поселений, процесс заселения
рассматриваемого прихода.
Названия сел и деревень, имена в метриках и исповедных росписях записывались
дьяконами на слух, по памяти, возможно, так появились различные записи одних и тех же
названий, имен.
Это явление особенно характерно для материалов 1730–1750-е гг. Так, например, деревня
Лампово вблизи от Орлино в исповедных росписях 1746–1748 гг. пишется так, как и сейчас, а в
документах 1749–1750 гг. – как Ламбова359.
В метриках 1740–1750-х гг. эти названия чередуются, хотя по составу жителей – это одно
и то же поселение. Можно предположить, что двойное название этой деревни следует за старым
названием опустевшего поселения по соседству. Так, на карте И.К.Кирилова 1727 г. 360 рядом с
д. Лампово показана д. Лямболово. Со второй половины XVIII в. это разночтение исчезает.
По Генеральному плану Ингерманландии 1748–1749 г. можно перечислить владельцев
деревень Орлинского прихода. В приложении к плану по хронологии названы дачи 1720–1748

358
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 290. Оп. 124. Д. 435.
359
Там же. Д. 594 б). Оп. 112. Д. 87. Оп. 124. Д. 373. Оп. 112. Д. 87.
360
Новая и достоверная всей Ингерманландии ланткарта…/И.К.Кирилов. Грав. А.Ростовцев. СПб., 1727.
[1:385700]. 1 л. 438х568 мм. Гравюра // РНБ. К 1-Росс 8/ 4.
109

годов с уточнением имени и статуса владельца, количества дворов – по предполагаемому числу


крестьян-переведенцев, а также указывается время, когда получены дачи361.
По условиям петровских указов при несоблюдении помещиком сроков заселения дач
крестьянами, земли изымались в казну. В Генеральном плане 1749 г. названы владельцы земель
в Орлинском приходе. Мыза Сиворицкая была отдана действительному камергеру
Ф.Апраксину (50 дворов) и генерал-майору графу А.Р.Брюсу (50). Мыза Коерова отдана
генерал-лейтенанту П.С.Салтыкову на 2,5 года. Мыза Орлина была распределена между
несколькими владельцами: князь И.В.Касимовский – 20 дворов, капитан Ермолай Денисьев –
10, Иван и Никифор Кандауров – 15, Л.Есанов – 5. После 1742 г. 75 дворов Орлиной мызы
получил Управитель Красного Села мундшенк362 Яков Мельницкий. Деревня Пятая гора
принадлежала подполковнику И.Плату.
В последней части Генерального плана приводятся те дачи, которые были розданы
именными указами после 1723 г. в юго-западной и юго-восточной части Копорского уезда.
Среди названных в этом списке почти половина помещиков получили земли в Орлинской мызе
с приписными пустошами и деревнями на определенное время. В метриках и исповедных
росписях упомянуты те из них, кто успел заселить свои дачи крестьянами – прихожанами
церкви Преображения в Орлино363.
Сведения метрик и исповедных росписей были сопоставлены со списками населенных
мест 1838, 1856 и 1863 гг.364 Это помогло выяснить связи жителей прихода с другими
поселениями, старое и новое название поселений, имена помещиков и численность жителей.
Для того, чтобы представить движение населения в XVIII–XIX вв. в Орлинском приходе
из многочисленных метрик и исповедных росписей выберем материалы за те годы, которые
важны для изучения изменения формуляра, полноты и достоверности сведений.
Для сопоставления данных необходимо рассматривать метрики и исповедные росписи за
один и тот же год.
361
НИОР БАН. Осн. собр. 566.
362
Мундшенк – придворный служитель, ведающий напитками. По Табели о рангах относился к XII чину,
приравненному к губернскому секретарю.
363
В метриках, например, владелец дер. Ящеры (Ещеры) записан как Маманцов, а в Генеральном плане – асессор
И.Маменс. В Орлинской мызе пустошь Липовую, где позже будет создан Липовский стекольный завод, взяли
аудитор В.Зыбин, вице-президент А.Зыбин, корабельный ученик Богдан Бибиков, жена Великопольского (имя и
отчество в плане не указаны) и стряпчий М.Гвин. Каждый из них должен был за 5 – 10 лет заселить свою часть
земли. По метрикам деревня «Свяные» - а по плану «Свиные горы» оказалась разделена шестью владельцами на
срок от 5 до 25 лет. Фамилию П.Порохова в церковных материалах можно прочитать и как «Прохоров», и как
«Порхов», в публикации 1884 г. – «Плохов». Фамилию помещицы вдовы Кекуятовой с детьми можно прочитать
без ошибок только в плане 1749 г., а в исповедных росписях ее имя записано очень неразборчиво. Ряд владельцев
в метрических и исповедных записях не обозначены.
364
Описание Санкт-Петербургской губернии по уездам и станам. СПб., 1838. Алфавитный список селений по
уездам и станам Санкт-Петербургской губернии 1856 г. СПб., 1856. Списки населенных мест Санкт-Петербургской
губернии//Списки населенных мест Российской империи. СПб., 1864. Вып. 37. См. Приложение 7. Табл. 6.
Численность жителей Орлинского Преображенского прихода в 1837–1838 гг. по материалам церковного и
административного учета.
110

Метрики и исповедные росписи Преображенской церкви дошли до нас с 1736 г.365


Поэтому, при исследовании материалов XVIII в., обращено особое внимание на самые ранние
из них. Подробное рассмотрение источников за 1730–1750 гг. раскрывает полноту и порядок
ведения записей, особенность становления формуляра церковных источников во время
церковной реформы Елизаветы Петровны. Следующий этап развития метрик приходится на
вторую половину правления Екатерины II. Для этого времени в качестве примера можно
выбрать документы 1790 и 1796 гг.
К этому времени строго вводится ведение венечных памятей и брачных обысков,
расширяется информация росписей и метрик. В исповедных росписях появляются затертые
записи, отметки о причине пропуска исповеди «за нерачением не был» или «по совету
духовника». Другими чернилами внесены записи-дополнения о детях 1–2 лет, приведен список
раскольников, живущих в приходе. В метриках в части «Об умерших» к этому времени
появилась графа «какою болезнею». В большинстве случаев, все причины смерти сводятся к
трем: старость, колотье и горячка. Только с 1809 г. запись о причинах смерти становится
обязательной.
По сравнению с XVIII в. материалы церковного учета с 1830-х гг. охватывают в 3–4 раза
большее по численности население Орлинского прихода. Если в исповедных росписях 1750 г.
речь идет о 680 жителях, а в метриках – о 20 рождениях, 7 браках, 10 отпеваниях (всего 37
записей о демографических событиях)366, то в 1837–1838 гг. в исповедных росписях
Преображенской церкви речь идет о 2302 исповедовавшихся.
В метрику 1838 г. занесены 91 рождение, 23 брака и 44 смерти (153 события за год)367. В
исповедных росписях в заключение приложены итоговые таблицы по возрасту и по сословиям
жителей, списки не бывших у причастия в Великий и Успенский пост.
С 1830-х гг. в метриках Орлино в части о вступающих в брак обязательно указан возраст
жениха и невесты, исчезают формулировки «полуторным браком», «полутайным браком», т.к.
очередность брака вписывается для каждого из супругов. Это позволяет определить средний
возраст вступления в брак и различие в возрасте жениха и невесты.
При одновременной работе с метриками и исповедными росписями по годам возможно
подробное исследование структуры семьи, половозрастного состава населения,
демографического поведения мужчин и женщин. При изучении рождаемости в приходе,
особенно с 1830-х гг., исследователь может выявить очередность рождений, специальные

365
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 769. Оп. 112. Д. 2.
366
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 87. Лл. 311–324. Оп. 124. Д. 373. Лл. 179–183.
367
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 284, 290. Оп. 112. Д. 979.
111

коэффициенты, возраст женщин при рождении детей, интенсивность рождаемости в разных


возрастных группах, проследить жизнь нескольких семей в течение поколений368.
В третьем разделе метрической книги, «об умерших», с 1830-х гг. расширяется спектр
причин смерти, диагнозов, что говорит об улучшении медицинских знаний
священнослужителей.
Рассмотрим изменения в исповедных росписях прихода. Росписи 1736–1739 гг. отразили
сведения о тех прихожанах, кто всей семьей посещал исповедь. С середины 1740-х гг.
появляются записи о пропустивших исповедь и всей численности населения прихода. В
исповедном экстракте по Копорскому уезду за 1749 г., который приложен к исповедным
росписям 1749–1752 гг., уточняется численность православных прихожан, раскольников и
общее число протестантов и католиков369. В сохранившихся росписях за первое десятилетие
1736–1746 гг. все исповедовавшиеся записывались по семьям и поселениям. Обязательно
указано сословие: духовное, крестьяне – дворцовые или переселенцы, недавно переведенные
крепостные крестьяне и бобыли. Сословный принцип сохранен при подведении итогов. В
заключительной таблице выделены дети до 7–8 лет, которые могли не исповедоваться.
В исповедную ведомость не записывались раскольники и те, кто не исповедовался.
Сведения о таких людях вносились в приложение. Так, в случае «смешанного» брака, в
исповедной ведомости можно найти запись после имени отца «а у него дети» без слова о
матери, имя которой отмечено в «списке незаписных». Поэтому, чтобы избежать потери
сведений или их связей при исследовании истории населения по исповедным ведомостям важно
изучить всю информацию источника.
С 1746 г. при проведении церковной реформы итоги исповедных росписей были
дополнены отметками о возрасте прихожан. Все жители описаны в следующих группах: от
рождения до 7 лет, от 7 до 15 лет, от 15 до 40 лет, две группы по возрасту по десять лет – от 40
до 50 лет и от 50 до 60 лет, и последняя – от 60 до 80 лет. Число исповедовавшихся в 1746 и
1747 гг. различно: в ведомости 1746 г. внесены сведения о 437 жителях, а в 1747 г. – о 281 чел.
По каждой из росписей можно определить структуру семьи, сколько человек живет в одном
дворе, среднее число дворов в поселении370.

368
Записи о рождении и смерти младенцев позволяют вычислить младенческий коэффициент смертности. Также,
сопоставляя сведения метрики о родившихся и умерших детях, можно выяснить, был ли ребенок крещен в
приходе, или нет.
369
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 87.
370
Например, в Орлинском приходе в 1730–1830-е гг. число жителей одного домохозяйства выросло с 4 до 11 чел.
В эти годы в приходе и в уезде можно было наблюдать развитие промыслов, сельского хозяйства, появление
первых промышленных предприятий. Так, исповедные росписи свидетельствуют о взаимосвязи роста населения и
экономического развития.
112

Исповедные росписи можно считать ценным источников по истории населения. Данные


росписей, содержащие сведения о численности населения прихода, необходимы для расчета
относительных коэффициентов рождаемости и брачности, смертности.
Информационный потенциал исповедных росписей достаточно высок. Так, возможно
определить разницу в возрасте супругов, число детей, структуру семьи.
Особое внимание при изучении исповедных росписей Преображенской церкви Орлино
стоит обратить на материалы 1796 г. Роспись за этот год дает возможность охарактеризовать
полноту сведений о населении прихода по данным текущего церковного учета, т.к. она
дополнена реестром пропустивших исповедь. Для людей, пропустивших исповедь и причастие,
указаны деревня, имя и отчество, сословие и возраст и причина пропуска. В список попали и
дети, начиная с 8 лет.
В исповедной росписи говорится о 653 мужчинах и 660 женщинах, бывших в храме на
исповеди и причастии. В реестре неисповедавшихся во время Великого и Успенского постов
приведены сведения о 350 жителях (171 муж. и 179 жен.). Следовательно, только 79–80%
прихожан придерживались правил исповеди, а 20–21% пропускали ее.
В исповедной росписи 1796 г. значительную группу составили дворовые в мызе Орлино.
При первоначальной обработке сведений из общего числа домохозяйств по семейному
принципу можно выделить простые (нуклеарные) и расширенные хозяйства371.
Рассмотрим некоторые особенности записей в метрических книгах церкви Преображения
в Орлино за XVIII–XIX вв.
Начиная с 1730-х гг. в первой части «о родившихся» записывались дни рождения и
крещения ребѐнка.
При записи новорожденных, обязательно указано сословие родителей, их место
жительства, в законном ли браке рожден ребенок, крестные отец и мать.
По данным метрик и исповедных росписей можно проследить изменения сословной и
социальной структуры прихода. В XVIII в. с передачей государственных и дворцовых земель
помещикам происходит закрепощение большей части крестьян, что находит отражение на
страницах метрических книг.
В XIX в. сословный состав прихожан Преображенской церкви расширился. В метрике
1838 г. появляются сведения о мещанах деревни Протасовка, приписанной к Царскому Селу,
Луги – при этом, для своих детей в крестные они звали мещан Царского Села и Гатчины372.

371
По исповедной росписи 1796 г. средний возраст мужчин в семьях равен 38,3 г., женщин (жен и вдов) – 34,8 г.
Средний возраст сыновей составил 13,1 г., дочерей – 9,2 г. Особо стоит отметить средний возраст незамужних
сестер, которые жили в семьях своих братьев – 37, 3 г. В большинстве случаев женатые сыновья не отделялись, а
жили в семьях с родителями. Исключением становился случай, когда замужняя дочь приводила мужа и его родню
в семью своих родителей.
113

Появляются в это время записи о детях мастеровых ближайших стекольных


(«стеклянных») заводов и военных гвардейских полков. Зачастую в семьях мастеровых
стекольных заводов дети рождались у их дочерей вне брака. К военному же сословию можно
отнести детей рекрут, солдат полков, расквартированных в Царском Селе, Гатчине или
Павловске. С введением в 1840 г. корпуса лесной стражи в метрической книге Орлино
появляются записи о крещении новорожденных в семьях стрелков и рабочих караулок лесной
стражи Палаты государственных имуществ. По сведениям метрик видно, что своим
новорожденным детям крепостные крестьяне достаточно часто приглашали в крестные
помещиков.
Однако, большая часть родителей стремилась позвать в крестные представителей тех же
сословий. Когда восприемника не удавалось пригласить, стать им родители просили
священника или дьякона, которые вписывали свои имена в метрику.
При записи детей, рожденных вне брака, священнослужитель указывал
«незаконнорожденная у крестьянской дочери», «у солдатской вдовы» или «у дочери
мастерового». В метриках Орлино есть пропуски записей о родителях, встречаются случаи
рождения детей после смерти отца. Тогда обязательно отмечена дата смерти отца с уточнением,
что ребенок рожден «в законном браке». Интересно, что в одной из записей за 1790 г. при
рождении дочери Ксении у крестьянина Лупана Иванова в дер. Межна в метрике нет
упоминания о матери ребенка373. Однако при сопоставлении исповедных росписей и метрики
за этот год выясняется, что мать внесена в список «незаписных раскольников» прихода,
поэтому ее имени и нет в метрике.
Встречаются и ошибки при записях. В метрических книгах они проявляются в датах:
например, ребенок родился 19 декабря 1790 г., а крещен 18 декабря 1790 г., похожая ошибка
встречена в метрике 1746 г.374 При ежемесячных записях браков в метрике 1745 г. даты
отсутствуют.
При изучении состава населения по церковным книгам, нужно помнить о том, что не все
жители прихода исповедались, крестили в церкви детей или были вовремя записаны дьячком в
метрику.
Вторая часть метрических книг «о бракомсочетавающихся» разделена на несколько граф:
дата, кто вступает в брак и кто является поручителями. Вплоть до конца XVIII в. в Орлинских
метриках указания на возраст жениха и невесты встречаются редко 375, т.к. обычно отмечалась

372
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 290.
373
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 573.
374
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 594 а), б).
375
Например, в записи 1790 г. интересен редкий случай брака 62-летнего крестьянина. В дер. Межна через два
месяца после смерти первой жены Меркул Корнильев женился на «крестьянской дочери девке Анне». Одним из
114

только очередность брака. В метриках 1736–1746 гг. определен первый, второй или
«полуторный» брак (с 1790-х гг.). Для браков в метриках XIX в. обязательно указывается
возраст и жениха, и невесты и очередность брака для каждого.
В разделе «об умерших» приводится дата смерти и последнего причастия. При записи
личных сведений в метриках 1730-х гг. указан возраст, семейное положение человека. В
последней графе книги указано место погребения. В метриках XVIII в. было упомянуто
приходском кладбище в Орлино, с XIX в. в Преображенском приходе стали хоронить умерших
и в Орлино, и в больших деревнях Лампово, Межне, Лугах, Ящере и Б.Дивенке.
Начиная с 1838 г. в метриках разделены дни смерти и похорон. Традиционно жителей
хоронили на третий – четвертый день после смерти. Похороны могли отложить только по
решению «земского суда»376.
Для 1735–1750-х гг. необходимо отметить отсутствие записей о детской и младенческой
смерти. С 1790-х гг. в метрики Преображенской церкви вносятся данные о смерти и детей, и
взрослых.
С введением записи во второй половине XVIII в. о причине смерти можно
систематизировать случаи по возрасту и причинам смерти. Так, в 1790 г. в качестве самой
частой причины смерти детей 1–3 лет отмечается «колотье», для людей 29–44 лет – горячка,
чахотка и опухоли зафиксированы и у детей, и у взрослых 20–40 лет. У женщин 27–33 лет
смерть могла наступить во время родов. Для прихожан в возрасте старше 60 лет в большинстве
случаев причиной смерти указана «старость». С начала XIX в. к причинам смерти относили
простуду, «водяную», горячку, золотуху, «заушницу», «колотье», оспу, понос, родимец и др.
Например, под родимцем – причиной смерти детей до года и иногда 3–4 лет понимали судороги
различного происхождения377, а под «заушницей» – воспаление околоушных желез. Кроме
«старости» в качестве причины смерти мог быть зафиксирован паралич. В 1856 г. оспа стала
причиной смерти в приходе 18 детей от новорожденных до 11-летних, или 31,6% от числа
умерших в этом году детей.

объяснений разрешения такого брака может быть большая семья с маленькими детьми, оставшимися без матери, и
уважительное отношение к главе семьи, которого постоянно приглашали стать крестным отцом в других семьях.
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 573. Л. 242. Оп. 112. Д. 377. Лл. 314–346.
376
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 435. Например, в 1856 г. спустя 10 дней после смерти был похоронен крестьянин
57 лет Филимон.
377
«Родимец, родимчик – падучая младенцев, или вернее воспаление мозга с корчами, прострел, паралич. Наряду с
этими определениями можно найти объяснение этой болезни, как одной их тяжелых форм рахита, вызванной
недостатком кальция в организме. Результатом становились судороги, младенцу было нечем дышать, и он умирал.
Уместно также предположить, что так записывали смертность при рождении слабых детей». Смирнова С.С.
Смертность в Олонецкой губернии в XIX – нач. ХХ в.: К вопросу о фиксации причин смерти (по материалам
метрических книг) // Информационный бюллетень ассоциации История и компьютер, № 30, июнь 2002. С. 196–
199.
115

По метрикам Преображенской церкви в Орлино за XVIII в. можно проследить


распределение смертности по месяцам, возрасту и причинам.
Определить общий коэффициент смертности можно лишь приблизительно из-за
недоучета демографических событий. Дело в том, что не все жители прихода исповедовались, и
не всех умерших отпевали по церковному чину. Например, в метрической книге 1747 г.
отмечена только смерть крестьян дер. Ламбова.
В метрике Орлино 1741 г. встречен единственный случай записи детской смерти378.
Следующие по времени уже систематические отметки о детской смертности появились в
метриках с 1790-х гг.
При учете смерти родных в метрических книгах можно найти необычные записи. Так, в
1747 г. в дер. Ящера 30 августа скончался 65-летний крестьянин Сидор Иванов. Следующая
запись говорит о смерти через месяц, 29 сентября 1747 г. Андрея Иванова с уточнением «сын
его», т.е. Сидора Иванова379. При этом возраст Андрея по записи равен 70 годам.
С конца XVIII в. сведения метрик становятся точнее. В течение XIX – нач. ХХ в. за
метрическими свидетельствами, подтверждавшими семейное положение и возраст человека, в
приходы и консистории стали обращаться из военного и гражданского ведомства, полиции и
казначейства. По указу 1802 г. священники не должны были оставлять метрики дома380. 25
августа 1802 г. было решено, что «усматриваются сумнения в метрических книгах», поэтому
«для вернейшего исчисления народа» священникам требовалось сверять ведомости о
родившихся, заключивших брак, умерших с консисторскими экземплярами в конце года. Также
для проверки сведений ведомости было необходимо «доставлять градской и сельской
полиции»381. После указов 1831, 1837 и 1838 гг. формуляр метрик практически не менялся до
1917 г. Перепроверка всех данных с 1860-х гг. при публикации итогов в Статистическом
Временнике и обязательное медицинское свидетельство о смерти способствовали точности
записей в метрических книгах.
Таким образом, анализ материалов церковного учета населения Царскосельского уезда на
примере материалов церкви Преображения в Орлино за 1730-е – 1850-е гг. дает возможность
сделать следующие выводы.
Специфика церковных источников состоит в том, что они отражают исполнение
церковных треб. Поэтому, данным источникам присуща потеря определенной доли
демографической информации.

378
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 590. Лл. 251–253 об. В дер. Заозерье 20 марта 1741 г. умерла Дарья Семенова (40
лет), жена Григорья Петрова, и через два дня скончалась ее двухлетняя дочь Ирина.
379
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 595. Лл. 137–140.
380
ПСЗРИ. I собр. Т. XXVII. № 20266. Указ № 22118 с 1806 г. оговаривал рассылку типографских бланков для
удобства ведения метрических книг.
381
ПСЗРИ. I собр. Т. XXVII. № 20384. С. 230.
116

С течением времени в метриках и исповедных росписях, брачных документах записи


стали подробнее, улучшилась их полнота. Материалы церковного учета позволяют сравнивать
данные, выявлять связи демографических процессов, (в т.ч. в сопоставлении с ревизскими
сказками, рекрутскими списками, поземельными описаниями и другими источниками). При
расчете общих и специальных показателей можно исследовать особенности демографического
поведения возрастных и социальных групп населения. При изучении метрик для
восстановления истории семьи важно сохранить личную информацию об имени и отчестве,
данные о семейном положении человека. Для характеристики всего населения Царскосельского
уезда по материалам церковного учета требуется изучение книг и православной, и
католической, и лютеранской церкви.
Большое значение церковные материалы имеют и в практическом вопросе – поиске
гражданами сведений о своих семьях. Высокий уровень сохранности метрических книг и
исповедных росписей XVIII – нач. XX в. (от 70 до 90%) делает материалы по приходам
Царскосельского уезда важным источником при проведении генеалогических поисков.

2.3. Поземельные описания и материалы промышленных и сельскохозяйственных


переписей Царскосельского уезда, земского и медицинского учета населения

Среди документов, дающих представление об изменении численности, расселения,


структуры населения уезда, следует рассмотреть материалы поземельных описаний XVIII века
(описания конца XVII – начала XVIII в., Генеральный план Ингерманландии 1749 г., анкета
1760 г. и Генеральное межевание 1780-х гг.); публикации итогов земской переписи населения
1880-х гг.; переписей промышленных производств нач. ХХ в., и сельскохозяйственных
переписей 1916–1917 гг.382; медицинские документы 1870–1910-х гг., в которых отражены
демографические и социальные характеристики населения Царскосельского уезда.
Рассмотрим материалы поземельного учета XVIII – нач. ХХ в., которые отражают
население, землевладение, способы и цели описания земель Царскосельского уезда.

382
Сельскохозяйственные переписи 1916–1917 гг. отразили создание первых сельскохозяйственных коммун и
колхозов, увеличение числа которых отмечено и в публикации первой послереволюционной переписи 1920 г.
117

2.3.1. Поземельные описания, карты и переписные книги


конца XVII – первой половины XVIII в.

В конце XVII – нач. XVIII в., незадолго до начала Северной войны, земли
Ингерманландии, принадлежавшие в тот момент Швеции, были обмежеваны и нанесены на
карты383. В Научно-исследовательском архиве СПбИИ РАН хранится в микрофильмах
комплекс шведских писцовых книг 1637–1699 гг., свидетельствующих в т.ч. и о жителях
поселений будущего Царскосельского уезда384. В отделе рукописей БАН находятся шведские
землемерные карты385 Нотеборгского лѐна (Ижорский, Спасский и Дудергофский погосты)
конца XVII – начала XVIII века. Перечень карт был заверен 19 сентября 1701 г. Картам
предшествует список поселений с перечислением владельцев земель и арендаторов домов. Этот
источник был описан и введѐн в оборот С.Б.Горбатенко386, отмечен С.В.Семенцовым387.
Карты Ижорского погоста выполнялись, вероятно, двумя группами картографов, так как
две из семи карт нанесены чѐтче на бумагу, отличаются по манере графики. В атласе отмечены
поселения, пустоши, пашни, леса, дороги, границы, водные объекты. Все карты ориентированы
на север, без географической сетки. В примечаниях (легенде) к каждой карте буквами, (а затем
цифрами) обозначены показанные объекты. Здесь же кратко характеризуется каждое поселение:
указано число дворов, сенокосов, пашни и пустошей.
Каждое примечание начинается с имени владельца земель 388, описание поселения
завершается именами арендаторов. Из общего числа земель для каждого поселения выделены
размеры покосов и крестьянских запашек.
Кроме того, исправления этих записей свидетельствуют о повторном уточнении и
проверке работы землемеров. В примечаниях также указывается число домов за каждым
хозяином, владение домом и наделом сообща, или выделение в свое хозяйство части дома или
пол-обжи. Эти землемерные материалы Ингерманландии можно рассматривать как один из
предшествующих материалов Генерального Межевания XVIII в.

383
Библиотека РАН. Сектор картографии ОФО. V р Т / 126.
384
Научно-исследовательский архив СПбИИ РАН. М/ф. № 641. Сведения о поселениях Царскосельского уезда в
нач. XVII в. можно найти в публикации: Писцовые книги Ижорской земли 1618–1623 гг. СПб., 1859. См.
Приложение 1. Табл. 1. Поселения Царскосельского уезда: сравнение картографических материалов и писцовой
книги кон. XVII – нач. XVIII в.
385
НИОР БАН. Доп. оп. № 27.
386
Горбатенко С. Б. Карты Ингерманландии и Карелии XVII века в Швеции и России // Краеведческие записки.
1997. № 5. С. 9–33.
387
Семенцов С. В. Карты и планы территорий Приневья до основания Санкт-Петербурга (Сводный каталог). [URL:
http://www.kunstkamera.ru/files/lib/987-5-88431-196-1/987-5-88431-196-1_12.pdf]. (25.02.2016).
388
См. Приложение 1. Табл. 2. Землевладельцы Ижорского погоста (рубеж XVII–XVIII в.).
118

С завоеванием Россией приневских территорий в ходе Северной войны они были


нанесены на карты А.Шхонбека389, И.К.Кирилова390. Указы петровского времени четко
оговаривали порядок раздачи земель и время на переселение крестьян.
Как указал М.К.Любавский: «В 1711 г. был произведен первый обмер удобной и
неудобной земли в Ингерманландии и подсчѐт населения. Оказалось 1164313 десятин и 11554
крестьянских двора»391. В соответствии с полученными сведениями межевания
Ингерманландии 3 июня 1712 г. были утверждены нормы росписи земель на участки «под
поселение крестьян и мастеровых людей»392. В дальнейшем эти нормы (по 6 статьям от 500 до
50 четвертей в поле) повторяются в указах 6 июня 1712 г.393 о раздаче земель в
Ингерманландии.
Рассмотрим особенности содержание этих указов. Ранее полученные дачи нужно было
распределить по статьям и отрезать лишние земли. Берега рек Славянки, Ижоры, Невы, Мьи,
Тосны предписывалось никому не отдавать в дачу, пока не выработаются каменоломни. Берега
рек оставлялись также для строительства государевых мельниц, а «леса рубить везде во всех
дачах на Государственные дела»394.
Очень скоро в Дудергофе и Красном Селе открылись бумажные мельницы, «где по
голландским рецептам делали неплохую бумагу для нужд правительственных учреждений»395.
Завод у Дудергофского озера был заложен в 1727 г.
В петровском законодательстве подробно описан состав земельных угодий, а также кто и
как их может использовать: «Отдавать по описи Ландрихтера Санкт-Петербургской Губернии
Федосья Манукова с Товарищи, прошлого 1711 г. Светлейшему Князю к Ямбургу и к Копорью
и на Ижере на 1000 дворов, в которых местах взять похочет, а прочим по статьям… а крестьян
поселить на 100 четвертей 10 дворов. А под дворы и огороды и гумна и на выпуск и на сенные
покосы и лесного угодья давать на 100 четвертей, под дворы и огороды и гумна 15 десятин, на
выпуск 50 десятин, сенных покосов 30 десятин, лесного угодья вдоль верста, поперек
полверсты. А переведенцам каменщикам и кирпичникам и мастеровым людям по ведению
Обер-Коммисара Синявина, на семью под дворы и огороды и гумна по десятине, а пашни
против того как у помещика даѐтся на семью деловым людям за месячную в припашку пашни
по десятине в поле, а в дву потому ж, на выпуск и на сенные покосы и лесного угодья по 2
389
Географический чертеж над Ижерскою землею, со своими городами, уездами, погостами, церквами, часовнями,
дворами и деревнями со всеми стоящими, озерами, корабельными пристанищи и прочаю/ грав. Адриан Шхонбек.
[1703-1704]. [1:210000]. Гравюра // РНБ. К 1-Зап 2/62.
390
Новая и достоверная всей Ингерманландии ланткарта…/ И.К.Кирилов, грав. А.Ростовцев. СПб., 1727.
[1:385700]. 1 л. 438х568 мм. Гравюра // РНБ. К 1-Росс 8/ 4.
391
Любавский М. К. Обзор… С. 535.
392
ПСЗРИ. I собр. Т. IV. № 2536.
393
Там же. № 2539, 2540.
394
Там же. № 2539.
395
Санкт-Петербург: 300 лет истории… С. 107.
119

десятины, и того на семью по шти десятин, для того, тем каменщикам и кирпичникам и
мастеровым людям по Его Великого Государя указу, дают денежное жалование и провиант,
кирпичного дела мастерам иноземцам и обжигальщикам под дворы и огороды поперечника по
15, а длинника по 40 сажен человеку. А давать им земли и всякие угодья в тех местах, где они
поселены, также и кирпичным заводам быть в тех же местах, где они заведены, и лошадей,
кирпичникам, обжигальщикам и известново дела, которые при них у тех работ довольствовать в
тех местах, где те заводы»396.
Новгородцам разрешалось получать поместья при условии переезда в Петербург
«безсъездно»397. Дворяне получали земли по числу переводимых в Ингерманландию
крестьянских и бобыльских дворов. Более 700 дворов включительно – по I статье, далее не
менее 500 – по II, 300 – по III, 200 – IV, 100 – V, 50 – VI, «не имеющим дворов давать дачи
меньше VI статьи»398.
Данный указ обусловил особенности заселения земель крестьянами вокруг Царского Села,
а также раздачу земель под подсобное хозяйство, огороды. Важно отметить, что на новом месте
жительства переселенцев по указу обеспечивали казенным продовольствием и хлебом.
Как пример материалов, отражающих состав переселенных крестьян, можно
399
охарактеризовать «Расходную запись всякому хлебу» . Рукопись в 16 листов составлена
скорописью XVIII в. Расходная запись за январь – декабрь 1715 г. представлена в виде списка.
В нем указано, откуда и какой по качеству раздавался хлеб (рожь). Также уточняется место
службы и сословие человека, получающего хлеб, для которого отмечены не только имя,
фамилия и отчество, но и прозвище.
Весь список разделен на части по времени раздачи и статусу местных жителей и
переведенцев, получавших хлеб. В конце каждой из частей подведен краткий итог с отметкой,
сколько хлеба было отдано священнику.
В основном, данный документ дает представление о мужском населении Царскосельской
мызы и прилежащих поселений. Однако, при необходимости хлеб выдавали не главе семьи, а
его жене, что вносилось в записи. Таким образом, расходная запись является одним из первых
примеров сведений о женском населении в окрестностях Царского Села еще до начала ревизий
и ведения метрик.
Норма выдачи хлеба отличалась не только по служебному, сословному положению, но и
зависела от числа членов семьи («с женой», «с женой и детьми»). Список завершен отметками о

396
ПСЗРИ. I собр. Т. IV. № 2540.
397
Там же.
398
Там же.
399
РГИА. Ф. 487. Оп. 11. Д. 1. М/ф. 1715.
120

выдаче овса как «кормового хлеба для государевых лошадей»400. Данный источник содержит
одно из первых свидетельств о населении Царского Села и ближайших к нему поселений до
проведения ревизий.
К 1712 г. на дворцовых землях было населено 1310 дворов, за князем Меншиковым
числилось 1000 дворов, переведенцам-мастеровым отдано 2734 двора, всего насчитывалось
5044 двора.
По закону 4 декабря 1713 г. помещики были обязаны перевести указанное ими при
получении земли число крестьян до 1717 г. При невыполнении требования они лишались
земель. «Великий Государь указал: которым людям по челобитью их в Ингерманландии
розданы земли под указные дворы крестьянские, кто на сколько дворов бил челом, а ныне у них
на тех землях Чухонских и Русских на лицо меньше указного числа дворов и тем людям теми
наличными дворами владеть, а крестьян указное число поселить впредь с 714 года в 3 года»401.
По указу 14 июля 1715 г. ужесточаются правила раздачи земель под дачи и деревни в
Ингерманландии. «В данных писать именно, что оным владеть им впредь до Его Царского
Величества указу, понеже им на оные земли даны будут данные за собственною рукою Его
Царского Величества по подлинному исследованию тех дач, ежели оные право даны и по указу
исправно Русскими будут населены»402.
Дачи раздавались по берегам рек, Финского залива («приморские дачи»), вдоль дорог.
Следуя радиальному принципу, начиная от городов и крупных поселений, проводилось
межевание земель. Эти события отразились и в созданном в начале XVIII в. деле о
размежевании в Ингерманландии земель переселенцев403.
Дело точно не датировано. Первых и последних листов нет (возможно, утеряны). В тексте
описаний не встречено упоминание о годах межевания. По указу 6 июня 1712 г.
А.Д.Меньшиков получил Ижорскую мызу, земли которой граничили с Царским Селом,
принадлежавшим супруге Петра I Екатерине Алексеевне. Записи о разграничении еѐ владений и
земель А.Д.Меньшикова были внесены скорописью начала XVIII в. В разрозненных описаниях
селений, жителей и земель есть две отсылки на принятые до межевания указы о том, сколько
земли и в каких единицах ее исчислять.
Земля раздавалась по указу 1712 г. «на 5 человек 34 десятины 500 сажен»404, а самая
поздняя дата, встреченная в тексте – 1713 год – связана с указом Петра I «лета 1713 велено
столнику Ивану Ивановичу Ляпунову ехать в Копорской уезд в мызы Пурковскую, Сарскую,

400
РГИА. Ф. 487. Оп. 11. Д. 1. М/ф. 1715.
401
ПСЗРИ. I собр. Т. V. № 2748. С. 74.
402
Там же. № 2923. С. 164.
403
РГИА. Ф. 487. Оп. 1. Д. 105. М/ф.
404
Там же. Л. 8.
121

Словянскую, Антелевскую, Кононовскую з деревнями и пустошами… измерять в десятины и


положить в четверти»405.
Примечательно, что в материалах межевания этих земель находится решение Екатерины
Алексеевны, противоречившее указу супруга, - все земли были обмежеваны и оставлены в
десятинах. Можно предположить, что межевание составлено вскоре после 1713 г.
Описание начинается с земель Царского, или, как тогда называли – Сарского Села,
деревень и пустошей, лесов, которые приписаны к владениям Екатерины Алексеевны. Граница
Царского Села и Ижорской мызы описана по р. Славянке и прилегающим к реке болотам406.
Если описание земель велось одним человеком, то последующая за ней перепись старост
деревень – другим. В списке имен большая часть принадлежит финнам и карелам, русских имен
встречено мало. Следовательно, только малая доля потомков русских жителей нач. XVII в.
осталась на этих пограничных землях. Вслед за списком старост приведена характеристика
деревень с числом дворов, угодий и непашенной земли. Конец документа оборван 407. Однако,
несмотря на отсутствие точной датировки, разрозненность материалов и потери листов, такие
сведения о размежевании и сохранность до наших дней самого дела дают возможность
подробно рассмотреть процесс межевания, составления описаний и карт в «рабочих»
землемерных материалах начала XVIII в. и восполняют историю населения Царскосельского
уезда.
Переписная книга 1716 г. переведенцев-крестьян из государевых волостей408 на
дворцовые земли Царского Села расширяет материалы ранних межеваний. Она написана
скорописью. В данной книге, следуя географическому принципу, крестьянские семьи записаны
по волостям и деревням, из которых их перевели на дворцовые земли Царского Села.
Указаны имя и прозвище главы семьи, далее по семейному положению перечислены
ближние и дальние родственники, назначенные к переводу. Вне зависимости от пола и
семейного положения для всех крестьян уточнен возраст. Стоит отметить, что в книге 1716 г.
возраст крестьян записан кириллическими, а не арабскими цифрами, что позднее не встречается
в материалах о населении Царского Села.
В случае отсрочки переезда крестьянина по болезни или другим причинам, обязательно
указано, сколько человек остаются на прежнем месте, а сколько - переезжают. Также
уточняется количество лошадей для каждого хозяйства. Можно сделать вывод о том, что книга
1716 г. представляет пример перехода от писцового к ревизскому описанию крестьян.

405
РГИА. Ф. 487. Оп. 1. Д. 105. Л. 6.
406
Интересно, что поземельные границы описаны по заметным ориентирам: берегам рек, приметным деревьям
(сосна, кривая развалившаяся береза).
407
Описание населения заканчивается переписью жителей Рыбной слободы (144 чел.) как подаренной в числе
других владений Екатерине Алексеевне.
408
РГИА. Ф. 487. Оп. 11. Д. 1. М/ф. 1716 г.
122

По указам 1719 г. за раздачу земель в Ингерманландии стала ответственна юстиц-


коллегия409. Судебные и налоговые вопросы оставались в ведении Санкт-Петербургской
губернской канцелярии. «Дачам и межеванию мызам и землям в Копорском, в Ямбургском, в
Выборгском, в Нейшлецком, в Кексгольмском и других новозавоеванных городов в уездах,
которые к Санкт-Петербургу в близости, быть в ведомстве в Юстиц-Коллегии, и для того из
Санкт-Петербургской Губернской Канцелярии все о том дела собрав, отослать в ту коллегию
немедленно»410.
Ништадский мирный договор окончательно подтвердил переход этих земель к России.
«Чрез Его Царского Величества оружия завоеванные провинции: Лифляндию, Эстляндию,
Ингерманландию и часть Карелии с дистриктом Выборгского лена… оные имеют вечно
Российскому Государству присоединены быть и пребывать»411.
По указу 28 августа 1723 г. в Санкт-Петербургском, Ямбургском и Шлиссельбургском
уездах вновь было проведено межевание. В Ингерманландию посылались генерал-майор де
Кулон, члены Вотчинной коллегии (1721 г.) и геодезисты Адмиралтейства для подготовки карт
и измерения земель синодальных, монастырских вотчин, помещичьих владений для перевода
крестьян. Свободные земли требовалось отдельно описать и нанести на карту. «И чухон, и
латышей, и прочих, которые достались от шведского владения, кроме переведенцов, во всех тех
дачах переписать тех и счисляя каждому по препорции дач»412. Также было необходимо
отвести земли под кирпичные заводы.
13 июля 1726 г. указом, объявленным из Верховного Тайного Совета Сенату, были
обновлены правила продажи земель в Ингерманландии. При наличии дач, соответствующих
правилам указа 6 июля 1712 г. и заселенных русскими переведенными крестьянами, их
владельцам свободно продавались новые дачи.
Владельцам, продавшим свои участки, новые можно было купить только по
дополнительному указу. «Генерал-майору де Кулону в Ингерманландии чухон и других,
которые достались от шведского владения, переписывать, и разделить по пропорции дач при
нехватке по числу дворов сколько кому против дач по указу всех поселить надлежало,
доселивать русскими в то время, как оный генерал-майор тот раздел учинит, а до тех мест
переводом русских крестьян не принуждать, а после того разделу конечно доселить русскими в
пять лет»413.

409
ПСЗРИ. I собр. Т. V. № 3364. С. 697.
410
Там же. № 3389. С. 716.
411
Там же. Т. VI. № 3819. С. 423.
412
Там же. Т. VII. № 4289. С. 105.
413
ПСЗРИ. I собр. Т. VII. № 4923. С. 675.
123

При переводе крестьян после подушной переписи и выплаты по плакатному положению 414
подушной подати, с них в Ингерманландии не собирались никакие подати «как денежных и
хлебных и фуража, так бревен, земли, навозу, фашин и прочаго, какого б звания ни было, не
требовать, дабы с них двойных поборов не было»415.
Генерал-майор де Кулон должен был переписать их отдельно. По переписи 1727 г. в
новых и чухонских деревнях при Царском Селе значилось 140 дворов (71 двор переселенцев и
69 дворов местных жителей).
Межевания и ревизии были тесно связаны, особенно в начале XVIII в. Однако,
«вотчинной коллегии уже не принадлежали дела, прежде ведавшиеся поместным приказом, о
народных переписях»416. В 1732 г. перепись в Ингерманландии подвела итог переселения на
размежеванные земли в течение первой трети XVIII в. В РГАДА сохранились материалы
канцелярии по межеванию земель в Ингерманландии417. «По данным переписи податного
населения 1732 г. в Ингерманландии проживали 58979 крестьян, из них 22986 лютеран, т.е.
финнов, 14511 ижор, 5883 «старожилов русских», 10457 «переведенцев из российских
городов»418.
Как отделение вотчинной коллегии, ведавшее «межевыми делами в Ингерманландии»419, в
1736 г. в Санкт-Петербурге была учреждена Вотчинная контора. Сначала через Юстиц-
коллегию, а затем через Вотчинную контору продолжалась раздача земель с условием их
заселения. Однако новые карты не составлялись до следующего межевания. После выявления
злоупотреблений при раздаче земель и обнаружении отсутствия сведений в Вотчинной
коллегии о полученных дачах было принято решение о новом межевании. «Императрица
Елизавета Петровна, по докладу Сената, в 1744 г. повелела вновь начать межевание и съемку на
план Ингерманландских земель, поручивши это дело генерал-майору Фермору»420.
Следующее межевание в Ингерманландии было проведено в 1744–1749 гг. под
руководством графа В.В.Фермора. «Генеральный план Ингерманландии, Санкт-
Петербургского, Шлиссельбургского, Копорского и Ямбургского уезда с показанием крепостей,
владельческих мыз, и деревень, пожалованными именными ея императорского величества
указами и розданыя под поселение российских крестьян и под разные заводы и отписной на ее
императорское величество земли с находящимися реками, озерами и с приморскими местами.

414
Плакат, плакатное положение – объявление о введении новой подати, повинности в связи с чрезвычайным
положением, войной.
415
ПСЗРИ. I собр. Т. VII. № 4923. С. 675.
416
Герман И.Е. История русского межевания. М., 1910. С. 151.
417
См. Приложение 3. Материалы о населении Царскосельского уезда в XVIII в. в фондах РГАДА.
418
Мусаев В. И. Политическая история… С. 25.
419
Герман И. Е. История… С. 152.
420
Там же. С. 158. За картографическую часть работы стал ответственным И.Н.Делиль.
124

Сочинен в 1749 г. при межевой канцелярии в Санкт-Петербурге» 421, его итог, в некоторой мере
можно считать шагом к Генеральному межеванию Екатерины II.
Кадастр дошел до нас в рукописи422. В приложении к карте по хронологии записаны дачи
1720–1748 гг. с уточнением имени и статуса владельца, количества дворов – по
предполагаемому числу крестьян-переведенцев, а также указывается время, на которое
получены дачи. По условиям петровских указов при несоблюдении помещиком сроков
заселения дач крестьянами, земли должны были быть возвращены в казну. Среди названных в
плане поселений Копорского уезда много земель было конфисковано, т.к. помещики по
требованию государства не смогли полностью заселить эти земли крестьянами-переведенцами.
Площадь всех угодий сравнивается с ранее упомянутой описью Манукова 1711 г. Так как
часть земель не обрабатывалась и отписывалась в казну или лично на императрицу Елизавету
Петровну, то из их числа были отмежеваны новые дачи. Также довольно подробно по угодьям
дана характеристика всей отписанной на императрицу земли и указано общее число
крестьянских душ. «А на учиненные дачи под поселение дано крестьян 5882 души. За тем в
отписке на Ея Императорское Величество 5154 души»423. Среди названных мыз, дач и
поселений большая часть земель в конце XVIII в. вошла в состав Царскосельского уезда.
Зачастую большие села и деревни, слободы раздавались нескольким помещикам
одновременно, но далеко не все из них закрепляли земли и крестьян за собой на долгий срок.
Так, мыза Орлина была распределена между несколькими владельцами как дача до «723»
года с указанием особых условий: «Касимовскому князю Ивану Васильеву в Орлиной мызе на
20 дворов, капитану Ермолаю Денисьеву на 10, Ивану Кандаурову на 5, Никифору Кандаурову
на 10, Лариону Есанову на 5»424.
Никто из выше названных в метрических книгах 1730–1740-х гг. Преображенского
прихода Орлино не упомянут. По Генеральному плану 1749 г. Орлина мыза была отдана на 75
дворов после 1742 г. управителю Красного Села муншенку Якову Мельницкому, которого
много лет подряд в метриках и исповедных росписях церкви Преображения записывали в
качестве владельца вотчины.
За 1740-е гг. Орлинская мыза разделилась на Орлино, Остров (часть Орлино), Ситенку и
Спасское. По метрике 1735 года425 и исповедной росписи 1746 г. вотчинником Орлино назван
А.Бутурлин426, о котором в Генеральном плане 1749 г. не сказано ничего. В материалах

421
НИОР БАН. Осн. собр. 566.
422
Кадастр – систематизированный документ, составленный официальным учреждением на основе данных о
ресурсах, их расположении, величине, качественных характеристиках, назначении, стоимости.
423
НИОР БАН. Осн. собр. 566.
424
Там же.
425
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 372. Ч. 1. Л. 116.
426
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 70. Л. 169.
125

церковного учета с 1748 г. особо выделено с. Спасское как часть Орлино и главная вотчина
дворцового комиссара Я.Мельницкого, которому полностью перешли ближайшие к Орлино
земли427.
Таким образом, можно придти к выводу, что Генеральный план428 отразил по большей
части номинальных владельцев, и очень немногие из них заселили свои вотчины.
Все примечания к Генеральному плану 1749 г. разделены по времени, особенности
раздачи земель, знатности владельцев и географии вотчин. Первая часть примечаний
охватывает дачи по 11 именным указам первой половины XVIII в., охватывающим самые
большие мызы. Например, генерал-шталмейстер, кавалер и князь Александр Борисович
Куракин получил мызу Гатчинскую с деревнями, а рейхс-граф А.Г. Разумовский – Гостилицы,
Перелесино, Гревово, Ратчино, часть Котельской мызы и другие земли.
Основная часть примечаний выделяет дачи Копорского уезда в условное владение,
полученные «по указам до 1723 г., 1742 г.». Помещичьи дачи и отписные земли на
императрицу выделены в список под литерами. Дополняют основные примечания дачи по
именным указам после 1723 г. и дачи, полученные от вотчинной конторы. Географически они
расположены на южных и юго-восточных границах (Орлино, Ящера, Сиворицы и Лисино), а
также в центральной части Копорского уезда. В конце примечаний к плану приводятся
сведения о Московской, Вологодской, Смоленской и Тосненской слободах ямщиков, последней
земля была выделена на границе Копорского и Шлиссельбургского уезда. В заключение
составители примечаний подводят итоги по определению площади и населения этих земель.
Во второй половине XVIII в. сбор данных «был организован двумя путями: рассылка на
места анкет, разработанных Сенатом, Шляхетным корпусом и Географическим Департаментом
академии наук под руководством и при непосредственном участии М. В. Ломоносова,
организация Географическим Департаментом Академии наук учѐных экспедиций с целью
непосредственного описания окраинных местностей и народов России»429. Разработкой
вопросов анкеты занимался М.В.Ломоносов (для составления карт атласа) и Г.Ф.Миллер (для
географического описания России).
Материалы анкетирования, проведѐнного Академией наук в 1760–1765 гг., частично
находятся в Санкт-Петербургском Филиале Архива РАН430. «Географические известия по
городам и местностям, полученные из разных мест в ответ на вопросы, разосланные Академией
наук» содержит 222 единиц хранения.

427
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 75. Л. 473.
428
См. Приложение 2. Табл. 3. Владельцы земель Царскосельского уезда в 1749 г. (Фрагмент примечаний к
Генеральному плану Ингерманландии).
429
Источники по истории населенных пунктов … С. 20.
430
СПбФА РАН. Ф. 3. (P VI). Оп. 10 а).
126

В том же фонде Оп. 10 б) хранятся ответы на «географическую анкету шляхетного


корпуса» за 1761–1768 гг., 155 ед. хр.
Рассмотрим «Географическую анкету»431. Ее исследовали в своих работах И.Г.Георги,
И.Г.Бакмейстер, В.Ф.Гнучева432, М.В. Птуха, В.М.Кабузан, отметили А.С.Мыльников433,
В.А.Сергеев434, В.И.Глазко435.
Ответы о поселениях Копорского уезда названы так: «8 октября 1760 г. Доношение о
исполнении указа Правительствующего Сената по сбору сведений для подготовки
географического атласа Империи от 3 октября 1760 г. составлено поручиком Данилом
Михачевским». Они состоят из двух частей: отчета и географического описания. Последнее
подготовлено в виде анкеты. В левой графе анкеты находятся вопросы, в правой – ответы. 30
вопросов по своему содержанию можно назвать общими, тогда как 23 ответа раскрывают
местные особенности. Кроме географических характеристик в описании приводятся сведения
об управлении, административном делении, экономике, поселениях и жителях
Ингерманландии. Несмотря на то, что анкета названа «Географические известия («опись») по г.
Капорье и его уезду при доношении из Санкт-Петербургской губернской канцелярии 3 октября
1760 г.», ее сведения охватывают практически весь будущий Софийский, позднее
Царскосельский уезд за исключением самой императорской резиденции и ближайших
приписанных к ней земель.
Большая часть вопросов посвящена дорогам и рекам – транспортным магистралям,
меньшая – поселениям и их строениям, хозяйству и производству. Сведения о церквях,
ярмарках, заводах, мельницах, мызах и приписанных к ним деревнях можно сопоставить с
данными административного и церковного учета, карт и Генерального межевания.

431
СПбФА РАН. Ф. 3. (P VI). Оп. 10 б). Д. 174. Рукопись in Folio От света и времени бумага пожелтела, чернила
посветлели до темно-коричневого цвета. Листы прошиты в виде тетради суровой ниткой. На последних (13-14 лл.)
чистых листах видны филигрань и контрамарка.
432
Гнучева В.Ф. Ломоносов и Географический Департамент Академии наук // Ломоносов. Сб. статей и материалов/
отв. ред. акад. С.И.Вавилов, ред. А.И.Андреев, Л.Б.Модзалевский. М. – Л., 1940. С. 244–266.
433
Мыльников А.С. Петр III: повествование в документах и версиях. М., 2002.
434
Сергеев В.А. Топографические описания Рязанско-Тульско-Калужского региона во второй половине XVIII –
нач. XIX в.: дис. …канд. ист. наук. Рязань, 2003.
435
Глазко В.И. М.В.Ломоносов – основоположник новых направлений в науке и культуре. Сообщение 2.
М.В.Ломоносов как энциклопедист и государственный деятель // Вестник Российской Академии естественных
наук. Серия: Экономическая. М., 2012. № 2. С. 150–162.
127

2.3.2. Материалы Генерального межевания XVIII в.

В России после манифеста 1765 года началось Генеральное межевание. В Санкт-


Петербургской губернии земли были обмежѐваны в 1781–1795 гг.436 Однако И. Яковкин
указывает на более раннюю дату для Царскосельского уезда: «Размежевание земель, начавшись
в июне 1768 года, продолжалось в 769, 770, 771 и 772 годах»437. Его проводили 13 землемеров.
На основе материалов Межевания «был издан в 1792 году «Российской атлас ... на 42
наместничества империю разделяющий»438. Экономическое описание опубликовано не было.
Постепенно обобщались и издавались карты. Примером общей карты губернии по сведениям
Генерального межевания является «Карта Санкт-Петербургской губернии, Новгородского и
Выборгского наместничеств»439. В названии не указана дата, а на поле стоит отметка – 1794 год.
Ещѐ раз карта публиковалась в 1840 г. Показаны географическая сеть, 4 вида населенных
пунктов, частично гидрография и административные границы.
В то же время В. М. Кабузан указывает на то, что «карты Генерального межевания
содержат те же элементы, что и карты, составленные в 20–40-е годы XVIII века, однако на них
отсутствуют опорные пункты и, следовательно, ими не учитывается сферичность земли»440.
Главной целью Генерального межевания стало выявление спорных земель, уточнение
границ земельных участков, прав их владельцев и размера поземельного налога и возврат в
казну отрезанных участков. По материалам описаний были подготовлены общие и местные
карты. Числовые характеристики земельных владений заносились в экономические примечания
к картам. Примечания начинаются с топографического описания поселений с привязкой к
водным объектам, далее характеризуются качество земли, леса, повинности и число крестьян,
церкви, производства по однообразной схеме.
Материалы Генерального Межевания Софийского уезда представлены картами и
статистическими описаниями. Экономические примечания к картам уездов Санкт-
Петербургской губернии хранятся в Научно-исследовательском Архиве СПбИИ РАН.
Рассмотрим «Описание Софийского уезда»441.
Описание имеет вид таблицы с кратким экономическим примечанием. Рукопись не
датирована. По датировке в путеводителе Научно-исследовательского Архива СПБИИ РАН
описание относится ко второй половине XVIII в. Одновременно с тем, в описи рукописных
книг Архива материалы датированы серединой XIX в. Этой датировке соответствует почерк и

436
Кабузан В. М. Некоторые материалы…160.
437
Яковкин И. История Села Царскаго... Т. 3. С. 226.
438
Медушевская О. М. Картографические источники XVII–XVIII вв... С. 22.
439
БАН. Сектор картографии ОФО. V РК 157 4.
440
Кабузан В. М. Некоторые материалы…С. 160.
441
Научно-исследовательский архив СПбИИ РАН. К. 115. № 407 б.
128

орфография, а содержание текста свидетельствует о 1780-х гг. Например, по записи


Г.А.Потемкина-Таврического с почетным титулом можно предположить, что Описание
Софийского уезда было составлено после 1787 г. и скопировано в XIX в.
Экономические примечания по Софийскому уезду начинаются с указания на номер листа
карты, на котором изображены поселения («по Генеральному плану в которой части»). На
одном листе плана помещаются от трех до шести поселений, а в примечаниях нумерация идет
сквозная, всего в примечаниях говорится о 171 даче, но при этом, почти за каждой из них
числятся деревни и пустоши.
Описание идѐт от г. Софии и Царского Села далее по удалѐнности. Вначале
перечисляются приписанные к царской резиденции поселения и ближайшие к ним колонии,
затем – приморские дачи с указанием бывших и настоящих владельцев, их статуса, рангов,
наград. Для дач часто не отмечены дворы, количество душ, пашни. Все графы заполнены
только по казѐнным поселениям и крупным деревням. После владельческих описываются дачи,
принадлежащие слободам различных ведомств. Далее характеризуются дачи по дороге от
Санкт-Петербурга к Царскому Селу. Для таких поселений уточняется количество дворов,
наличие постоялых дворов. Сведения о поселениях каждой группы завершают данные о
неиспользуемых землях. Последнюю группу поселений составляют так называемые
«посмежности», т. е. дачи, расположенные ближе и непосредственно на границах с соседними
уездами. Такие дачи становились причиной споров и переделов.
Для поселений отмечены существовавшие ранее и новые названия по именам владельцев.
В Кратких экономических примечаниях охарактеризованы приписанные к земельным дачам
небольшие русские, финские и ижорские деревни, мельницы и фабрики.
Все данные можно сопоставить со сведениями других кадастров, ревизий и церковных
материалов Царскосельского уезда.
Как пример такого сравнения можно привести сведения о поселениях Царскосельского
уезда: Гатчинской мызе (Гатчино) и Славянской мызе (Славянке). Поселения отмечены и на
Генеральном плане 1749 г., и в материалах Генерального межевания. В примечаниях к
Генеральному плану говорится о владении Славянской и Мозинской мызой с деревнями графом
М.К. Скавронским, а мызой Гатчинской – генерал-шталмейстером и кавалером князем
А.Б.Куракиным.
На картах Генерального межевания и в экономических примечаниях названы эти
поселения. Для Славянской и Мозинской мыз М.К.Скавронский упомянут уже как бывший
владелец, а нынешней названа графиня М.Н.Скавронская. По ревизии указано 1740 душ м.п. и
более 284 дес. земли под усадьбой и 25916 дес. всей земли. На Генеральном плане межевания
129

эти земли значатся на 24 листе в первой части уезда. Из всех угодий более 15900 дес. занимал
лес и только 3658 дес. – пашня (по 2 десятины пашни на душу в среднем).
После характеристики земли следует описание расположения мыз «Мыза Словянская на
суходоле, Мозинская на левой стороне р. Словянки. Слобода большая на правой стороне той же
реки, дер. Сойкинская, Рыбшева, Пендолева, Кемелова, Месколова, Большая Горка, Малая
Горка, Палавколя, Вана Руса, Рыбозя, Бабкина, Верева, Покровская»442. С Гатчины начинается
характеристика второй части Софийского уезда. Гатчина была передана великому князю Павлу.
По ревизии в деревнях при мызе насчитывали 1060 д.м.п. и 12992 дес. всех угодий, из которых
более 4300 дес. пашни.
В описании обозначена сама мыза, при ней «дворец каменный, увеселительный сад с
оранжереями, пруды и каналы, при большой столбовой дороге Санкт-Петербург – Новгород, и
при разливе деревни Мыза, Новая, Большая Гатчина, Малая Гатчина, Сирина, Загорка,
Сойкина, Лядина, Залужья, Вопша»443.
В экономических примечаниях по Софийскому уезду часто встречается следующая
характеристика: «Земля илистая. Хлеб и покосы посредственны, лес дровяной. Крестьяне на
оброке»444. Данные примечания показывают сложность ведения сельского хозяйства в большей
части Царскосельского уезда и объясняют частый уход крестьян на заработки.
Данные примеры статистических материалов указывают на необходимость их подробного
изучения в комплексе с другими источниками административного и полицейского учета
Царскосельского уезда. Их можно считать тесно связанными и с последующими кадастровыми
и топографическими описаниями, нанесением на карты, со списками населенных мест и
Памятными книжками. В первой половине XIX в. в России было проведено несколько местных
межеваний (межевые законы нач. XIX в., 1832, 1842 и 1857 гг.), в ходе которых были внесены
поправки в данные Генерального межевания. Поэтому считается, что Генеральное межевание к
середине XIX в. сохранило свою актуальность. Следующее по времени описание земель было
связано с подготовкой и проведением крестьянской реформы. Изучение уставных грамот и
выкупных актов 1860–1880-х гг. является самостоятельной темой исследования445. Поэтому
рассмотрим следующие по времени опубликованные материалы земской переписи 1880-х гг.
Они отразили изменения численности и структуры сельского населения Царскосельского уезда,
которые произошли после проведения реформ Александра II.

442
Научно-исследовательский архив СПбИИ РАН. К. 115. № 407 б. Л. 24.
443
Там же. Л. 27.
444
Там же. Л. 6.
445
Кащенко С.Г. Освобождение крестьян на Северо-Западе России: Экономические последствия реформы 19
февраля 1861 г. М.-СПб., 2009.
130

2.3.3. Публикация итогов земской переписи населения


Царскосельского уезда 1880-х гг.

Большая часть материалов учета сельского населения Царскосельского уезда второй


половины XIX – начала ХХ находится в фондах ЦГИА СПб – в фонде Петроградской
губернской и Царскосельской уездной земских управ 446. По положению о земствах 1864 г.
управы были наделены исполнительными полномочиями. Дела земств были подотчетны Санкт-
Петербургскому губернатору, который контролировал их через губернское по земским и
городским делам присутствие.
С проведением земской реформы в Царскосельском уезде полностью изменился порядок
местного самоуправления, о чем свидетельствуют дела из фондов Царскосельского уездного
предводителя дворянства и дворянской опеки. Для того, чтобы улучшить состояние жизни
различных сословий, сельского хозяйства, школ и больниц уездное земство начинает проводить
переписи населения по особо выработанной программе. Подробные списки населенных мест
Царскосельского уезда 1877 г.447 стали основой местной земской статистики населения.
В начале 80-х годов XIX века крестьянские хозяйства Санкт-Петербургской губернии
были зафиксированы земской статистикой: 1) в 1881 году в Петергофском уезде, 2) в 1882–1883
годах – в Гдовском, Царскосельском, и Лужском уездах, 3) в 1882–1885 гг. – в Санкт-
Петербурге, 4) в 1882 году в Ямбургском уезде, 5) в 1884 г. исследование завершено в
Шлиссельбургском уезде.
В 1887–1890 гг. в Санкт-Петербургской губернии было проведено сплошное изучение
частновладельческих хозяйств, а результаты – опубликованы как «Материалы по статистике
народного хозяйства в Санкт-Петербургской губернии»448. Исследование хозяйства в
Царскосельском уезде является результатом хорошо подготовленного земского статистического
исследования народонаселения и хозяйства.
Параллельно с подготовкой издания статистики народного хозяйства по уездам и
губерниям были опубликованы материалы о городах придворного ведомства Царском Селе,
Гатчино, Павловске и мызе Стрельно449.
В 17 главах публикации итогов переписи по Царскосельскому уезду отражены территория,
этнический состав и общая численность населения, размещение по селениям, распределение по

446
ЦГИА СПб. Ф. 376, 722.
447
ЦГИА СПб. Ф. 722. Оп. 2. Д. 1.
448
Крестьянское хозяйство в Царскосельском уезде // Материалы по статистике народного хозяйства в Санкт-
Петербургской губернии. СПб., 1892. Вып. 7.
449
Материалы о городах придворного ведомства. СПб., 1882.
131

полу, возрасту, крестьянские семьи по наличию трудоспособных работников, число жителей с


физическими недостатками и неспособностью к труду, грамотность.
Редактор выпуска, В. Яковенко, отметил, что сведения о жителях и хозяйстве были
получены путем подворной земской переписи 1882 г. Данные о продажах земли, а также о
землях, купленных крестьянами сверх надела «по 1867 г. включительно, были выписаны из
крепостных книг450 С.-Петербургской Гражданской палаты и из Юридического Описания
Царскосельского уезда сенатора Цеймерна, а с 1868–1883 год – из книг Нотариата, …о
казенных платежах, т.е. подушной подати и государственном поземельном налоге, а также о
выкупных, оброчной подати, лесном налоге взяты из окладной книги Казенной палаты на 1882
года. Земские сборы – из окладной книги Царскосельской Земской управы на тот же год.
Волостной сбор – по показаниям волостных правлений. Сбор по страхованию от огня – из
страховой книги Губернской управы на 1882 г.»451. Отличительной особенностью публикации
является сопоставление данных исследований 1860–1880-х гг., проведенных различными
ведомствами.
Материалы земских переписей по Санкт-Петербургской губернии были изданы
достаточно быстро и полно по сравнению с другими регионами. Все сведения о составе
населения указаны не только в общих итогах, но и по 15 сельским волостям уезда, что дает
возможность сравнить плотность расселения и состав населения по полу и возрасту в границах
волостей.
При изучении этнического и конфессионального состава населения выделены поселения
православных крестьян и крестьян-лютеран. Например, в Гатчинской волости численность
финского лютеранского населения была в два раза больше численности русских,
исповедовавших православие452.
Интересно отметить особенность размещения: в 37 финских деревнях жили 3329 человек,
тогда, как в 9 русских поселениях вокруг Гатчины были расселены 1429 человек. В среднем в
финском поселении проживали 90 чел., в русском – 160 чел. Следовательно, финские жители
сохранили еще с XVII в. систему расселения мызами. Среди смешанного населения в уезде в
два раза больше финских жителей (11768 чел.), чем русских (5522 чел.) 453. Особо выделены
волости Колпинская, в состав сельских обывателей которой входили только немцы-лютеране
двух колоний (615 чел. в двух колониях) и Красносельская, к которой были прирписаны только

450
В крепостных книгах регистрировались выписки из крепостных актов о переходе прав собственности на
недвижимость. После нотариальной реформы 1866 г. их вели старшие нотариусы.
451
Крестьянское хозяйство … С. 5–6.
452
См. Приложение 10. Табл. 12. Национальный состав населения по сведениям земской переписи 1882 г.
453
Крестьянское хозяйство... С. 17.
132

русские крестьяне (3841 чел.). Интересно, что по сведениям переписи 1897 г. общая
численность населения Колпино превышала 12 тыс. чел.454
О старообрядцах и «скакунах», живущих в уезде, авторы публикации отмечают крайнюю
неполноту сведений, т. к. «численность не может быть определена подворной переписью»455.
Этнический состав населения уезда вычислен по сведениям о вероисповедании. По
«Списку населенных мест» ижоры насчитывалось до 450 человек, по земской переписи -
«только 143 души обоего пола»456. 29 семейств ижорян проживали в д. Перякюля и Лагола
Дудергофской волости, д. Б.Парицы, Б.Тяглино, Турдия Гатчинской волости, в Мозинской
волости в д. Кокколово, Онтолово, Б.Руссолово, Подомяки, Вангамюля, Кеккелево.
Сложившиеся к концу XIX в. традиции компактного и смешанного расселения жителей
отражают историю заселения территории Царскосельского уезда в XVII–XIX вв. По данным
земской переписи численность крестьян после реформы 1861 г. составила 68440 душ. Удельных
крестьян насчитывалось 52,6%, собственников – 33,2%, государственных – 10%, большая часть
из которых были ямщиками, бывшие временно-обязанные (2001 чел.), колонисты, крестьяне,
водворенные на собственных землях (0,3% – 186 чел.) и бывшие крепостные мелкопоместных
владельцев, менее одного процента457.
Соотношение доли населения по полу связывается с занятиями жителей. Так,
разработчики переписи приходят к выводу о преобладании женского населения в городах, в
волостях с более развитыми промыслами и фабриками, а мужского – в поселениях с хорошими
возможностями для земледелия. В поселениях со смешанным хозяйством отмечено
«сосуществование двух явлений: безземелие и перевес женского пола»458.
В ходе земской переписи было определено соотношение населения по полу в связи с
этнической принадлежностью по волостям и некоторым поселениям.
Данные о составе населения по возрасту представлены по различным для мужчин и
женщин возрастным группам (в расчете на 100 жителей). Для мужского населения «дети»
соответствовали возрасту от рождения до 14 лет, а для женского – только до 12 лет, подростки
– от 14 до 17 лет среди мужчин и от 12 до 15 лет (жен.). С 18 до 60 лет мужчины
рассматриваются как работники, тогда, как женщины-работницы – с 16 до 55 лет. «Стариками»
названы мужчины от 60 лет, а «старухами» – от 55 лет. Сдвиг возрастных границ на два года в
детском и на три в подростковом возрасте дает неравенство возрастных границ и для людей
старшего поколения.

454
Города и поселения в уездах, имеющие 2000 и более жителей / под ред. Н.А.Тройницкого. СПб., 1905. С. 62.
455
Крестьянское хозяйство…. С. 19.
456
Там же. С. 16.
457
Там же. С. 19.
458
Там же. С. 27.
133

Средняя величина семьи и ее состав рассчитаны по волостям с учетом и без питомцев,


принятых на воспитание459. Например, в Пулковской волости за счет большой доли детей и
работников (работниц) средняя величина семьи у русских и финских крестьян была равна 5,7
чел. В немецких колониях Колпино она составила 9,3 чел.
Самая большая семья в Царскосельском уезде состояла из 28 чел. По материалам
подворной переписи был выяснен и рабочий потенциал семей: от семей без работников до
семей с 10 работниками-мужчинами460.
Естественный прирост мужского и женского сельского населения рассчитан по данным
ревизии 1858 г. и подворной земской переписи 1882 г. – 20,8% среди мужчин и 17,1% среди
женщин, что вполне сопоставимо с данными Статистического Временника Российской империи
и Памятных книжек губернии. Важно, что подворная перепись также выяснила довольно точно
число больных жителей в разных возрастных группах 461. Рассмотрены паралич, припадки,
душевные болезни, дисфункции зрения, слуха, речи и неспособность к труду. Частично данные
можно сопоставить с обследованием женского населения городов ЦСК МВД 1889 г., со
сведениями губернаторского отчета 1891 г.462 и медицинской статистикой, отраженной в
ведомственных изданиях463.

2.3.4. Фабрично-заводские, поземельные и сельскохозяйственные переписи


кон. XIX – нач. ХХ в. о населении Царскосельского уезда

С конца XIX в. ЦСК МВД вводит фабрично-заводскую статистику. По сведениям


анкетирования издаются первые фабрично-заводские списки.
По результатам переписи статистика В.Е.Варзара464 по спискам 1903 г. можно выяснить
число рабочих, владельцев, специфику производства, размещение и год основания фабрик и
заводов465. Например, к нач. ХХ в. Царскосельская Красносельская писчебумажная

459
См. Приложение 10. Табл. 13. Размер крестьянской семьи в Царскосельском уезде: 1882 г.
460
Там же. Табл. 14. Крестьянские семьи Царскосельского уезда по числу работников-мужчин: 1882 г.
461
См. Приложение 12. Табл. 19. Данные земской переписи 1882 г. о крестьянах-больных в Царскосельском уезде.
462
Там же. Табл. 20. Заболеваемость сельских жителей Царскосельского уезда в 1891 г.
463
Гюбнер Ю.Ю. О санитарном состоянии Санкт-Петербургской губернии по сведениям земских врачей. СПб.,
1879. Здекауер Н.Ф. Отчет об оспенной эпидемии, свирепствовавшей в Царскосельском уезде в 1866 году //
Военно-медицинский журнал. 1867. Ч. 98. (№ 2). С. 164–207.
464
Промышленная перепись В.Е.Варзара охватила частные предприятия, которые не облагались акцизом. По
установленным анкетам Фабричные инспекции собрали сведения о состоянии заводов на 1900 г. Итоги первой
промышленной переписи были опубликованы как Списки фабрик и заводов Европейской России. СПб., 1903.
Следующая перепись отразила промышленность всех регионов России за 1908 г., и ее результаты были изданы как
Список фабрик и заводов Российской империи. СПб., 1912.
465
Списки фабрик и заводов Европейской России. СПб., 1903.
134

мануфактура (основана в 1764 г.) была одним из долговременно работающих в уезде


производств. Для всех производств указывается форма управления – товарищество или частная
фабрика, названная по фамилии владельца, оборот капитала и число рабочих. На анкеты
переписи 1902 г. откликнулись всего 12 владельцев фабрик Царскосельского уезда. Однако, по
общим подсчетам по изданиям Губернского и центрального статистических комитетов в уезде
действовало около 50 производств, с быстро растущим числом рабочих 466. К 1905 г. на
фабриках в уезде работали более 9 тысяч мужчин, а с учетом семей, численность рабочих
достигала 25–30 тысяч человек467. С учетом чернорабочих на железных дорогах, царском
авиадроме468 и ипподроме – до 15 тысяч рабочих. В среднем на одном производстве работали
200 человек.
Сопоставим сведения о рабочих из переписи 1902 г. и Памятной книжки 1905 г.469
Практически все данные равны, но в Памятной книжке в числе рабочих отмечаются и ученики
– по 6 человек для каждой фабрики. Перепись отразила частные промышленные предприятия, и
только одну бумажно-картонную фабрику департамента уделов в Малой Вереве, которая была
сдана в аренду. Ижорский Адмиралтейский завод, хотя и находился в границах уезда, по
переписи 1902 г. как ведомственный не отражен в Списках фабрик и заводов – только отмечен
без указания числа рабочих в Памятной книжке Петербургской губернии 1905 г.
Еще 17 заводов – 1 химический и 16 кирпичных – указаны их владельцами в уездах,
пограничных с Царскосельским, а по размещению производства находятся в поселениях
Царскосельского уезда. Это свидетельствует о неопределенной в заводских окраинах границе
между городом и уездами, а также, возможно, стремлении владельцев «приблизить» свои
предприятия к центру города. Большая часть таких заводов производили кирпич и цемент в
Усть-Ижоре, с. Ижоре, Усть-Славянке, Колпино и Тентелево, Ново-Саратовке.
В дер. Тентелево действовал химический завод по выпуску красителей и химического
сырья. Еще 20 производств в границах Царскосельского уезда внесены только в Памятную
книжку470, что дает возможность сделать вывод о постепенном пополнении данных
промышленной переписи. Практически все заводы и фабрики расположены в северо-восточной
части уезда, в самом Царском Селе в списках 1903 г. обозначена только обойная фабрика со 130
рабочими, по Памятной книжке – с 15 рабочими. С 1876 г. в Гатчине работал литейный завод
А.С.Лаврова, где изготовляли колокола, чугун и сталь, медные и бронзовые отливки. Все

466
Памятная книжка Санкт-Петербургской губернии на 1905 г. СПб., 1905.
467
См. Приложение 11. Табл. 18. Предприятия в Царскосельском уезде в нач. ХХ в.
468
Аэродром (сегодня - «Пушкин – Царскосельский») был создан в 1911 г. на Софийском плацу рядом со скаковым
полем. Соловьев А.Б. Императорский аэродром в Царском Селе. [URL://www.airforce.ru/content/dovoennyi-
period/589-solov-ev-imperatorskii-aerodrom-v-carskom-sele/]. (07.12.2014).
469
Памятная книжка Санкт-Петербургской губернии на 1905 г….
470
Памятная книжка Санкт-Петербургской губернии на 1905 г….
135

производства можно отнести к добывающей и перерабатывающей промышленности. Большая


доля фабрик вела переработку леса, изготавливала картон и бумагу. На крупных частных
бумажных производствах: фабрика Небе в Сампсоновке Ижорской волости (827 чел.) и
Красносельская фабрика (500 чел.), трудились больше всего рабочих.
Петербургские власти с конца XIX в. стремились держать под контролем миграцию
населения, развитие промышленности, сельского хозяйства в уездах подстоличной губернии.
Для непрерывного учета населения в губернии сбор сведений был организован как посредством
подворных и поземельных земских переписей, так и местных переписей Петербургской
губернии по программам Центрального и губернского статистических комитетов МВД.
***
Начиная с 1869 г., было подготовлено 9 губернских обзоров471, 3 сельскохозяйственные
переписи. Земские переписи 1880-х и 1904–1905 гг. охватили состав и движение населения, и
состояние земельных ресурсов в уездах Петербургской губернии. В 1905 г. в уездах Санкт-
Петербургской губернии было проведено межевание земель472. Все данные были сведены в
учетные ведомости в таблицу. Земская перепись земельных владений охватила все удобные и
неудобные участки и их владельцев. По своему формуляру источник схож с материалами
Генерального межевания. Ведомость представляет кадастровое описание земель
Царскосельского уезда473.
Помимо названных материалов, в фондах ЦГИА СПб находятся опросные листы
владельцев хозяйств и земли в разных волостях. Особое внимание привлекает проведение
Всероссийской сельскохозяйственной переписи в 1917 г. в Петроградской губернии. В фонде
Царскосельской уездной земской управы дела охватывают 1867–1917 гг. В ЦГИА СПб часть
дел была передана из ГАОР Ленинградской области и из Филиала ЦГВИА СССР в Ленинграде.
По материалам сельскохозяйственных переписей в 1916, 1917 и в 1920 гг. можно
проследить динамику структуры крестьянских хозяйств и их населения474. За 1916–1917 гг.

471
Обзор Санкт-Петербургской губернии за … [1879, 1881–1883, 1885–1912]. СПб., [1880]–1913.
472
ЦГИА СПб. Ф. 722. Оп. 1. Д. 35.
473
Для каждого владельца указываются литеры по Генеральному межеванию и специальному межеванию с учетом
десятин, общая площадь земель с делением на удобные и неудобные, номер участка по исследованию в уезде и в
волости, точное имя владельца, количество десятин в пашне, усадьбе, сенокосе, выгоне, лесах, кустарниках –
удобной земле и количество неудобной земли, примечания. В конце исследования подведены итоги о количестве и
качестве земли и распределении владений в волостях и в уезде в целом. Для частных владельцев указываются
полностью имена, надельные земли отмечаются за деревнями, сельскими обществами и товариществами. Земли
монастырей и храмов подчинены духовному ведомству, другие ведомства, которым подчинены земли
Царскосельского уезда, военное, удельное, дворцовое, казенное, земства, министерства путей сообщения,
высочайших особ, отдельно описаны городские земли. Для земель удельного ведомства и железной дороги
указаны номера участков, в которых также находились владения ведомства.
474
Статистический сборник по Петрограду… С. 104–105. Поуездные итоги Всероссийской сельскохозяйственной и
поземельной переписи 1917 г. по 57 губерниям и областям// Труды ЦСУ. М., 1923. Т. 5, вып. 2.
136

зафиксировано изменение числа крестьянских хозяйств с 18,9 тыс. до 21,2 тыс. домохозяйств
при увеличении населения с 90,9 тыс. чел. до 106,2 тыс. чел.
При этом, в 1916–1917 гг. доля женского населения превысила численность мужчин в
крестьянских хозяйствах. К 1917 г. в частновладельческих хозяйствах это соотношение
изменилось: мужское население выросло с 1620 до 3859 человек (за счет возвращения с фронта
и миграции), а женское – с 1970 человек до 3452 человек.
Изменение численности населения в частновладельческих хозяйствах, как и их числа с
138 до 142 в 1916–1917 гг., было незначительным. По данным Петроградской статистики число
крестьянских хозяйств сократилось с 21,2 тыс. до 19,2 тыс., вместе с тем, уменьшилось и число
жителей – их стало меньше, чем в 1916 г. – 90693 человека (с преобладанием женского
населения). В Детскосельском уезде к 1920 г. всего насчитывалось 50 коллективных хозяйств с
населением, сравнимым по численности с жителями частновладельческих хозяйств в 1916 г. В
1920 г. в колхозах и совхозах уже работали 1624 мужчины и 2235 женщин475.

2.3.5. Материалы медицинского учета жителей Царскосельского уезда


в 1860-е –1910-е гг.

Материалы медицинской статистики находятся в РГИА в фондах городов Царское Село,


Гатчина, Павловск, (РГИА. Ф. 486. Канцелярия Главноуправляющего Царскосельским
Дворцовым Управлением. Оп. 6; Ф. 487. Царскосельское Дворцовое управление МИДв. Оп. 7,
8), и в ЦГИА СПб (ЦГИА СПб. Ф. 722. Царскосельская уездная земская управа. Оп. 1. Д. 11, 27,
35, 40, 55, 74, 75, 105, 127. Ф. 1697 Царскосельское уездное полицейское управление. Оп. 1. Д.
157.). Среди массовых источников ведомственного учета населения Царскосельского уезда
конца ХIХ – начала ХХ века выделяются отчеты о медицинских участках Царскосельского
уезда и частной практике повивальных бабок 1910–1916 гг.476
Медицинские документы о населении занимают важное место среди административных и
ведомственных материалов, послуживших после революции 1917 г. определенным звеном при
создании системы учета рождаемости, браков и смертности органами ЗАГС.
В метриках XVIII в. священнослужители записывали причину смерти и обращали
внимания на заболевания. В фондах РГИА и ЦГИА СПб до нас дошли отчеты дворцовых и
военных госпиталей, больниц дворцовых городов и отчеты о борьбе с эпидемиями. Итоговые
475
Поуездные итоги… Приложение 15.Состав населения и хозяйств в Царскосельском – Детскосельском уезде в
1916–1920 гг. С отменой частной собственности на землю на смену частновладельческим хозяйствам пришли
совхозы (33) и колхозы (17) или коммунальные артели.
476
ЦГИА СПб. Ф. 722. Оп. 1. Д. 11, 27, 35, 40, 55, 74, 75, 105, 127.
137

сведения о случаях заболеваний в уезде также нашли отражение в приложениях к ежегодным


отчетам Санкт-Петербургского губернатора (РГИА. Ф. 1284. Оп. 223. Д. 207).
В уезде с XVIII в. действовали дворцовые и военные госпитали, богадельни и лазареты,
фельдшерские пункты по прививанию оспы. Однако, только в 1887 г. в уезде был решен вопрос
о свидетельствовании смерти и болезни врачами477. Он был поднят на заседаниях земств, в
ведение которых находились больницы и фельдшерские пункты, особенное внимание было
обращено на санитарное состояние уездов столичной губернии и работу санитарных врачей.
По запросу канцелярии министерства императорского двора относительно введения в
Царском Селе точной статистики смертности, основанной на свидетельствах врачей, с 25
сентября 1887 г. по 16 октября 1887 г. велась переписка заведующего дворцами и Царским
Селом и канцелярией МИДв. Мотивом к решению этого вопроса стало ходатайство Санкт-
Петербургского губернского земского собрания о введении точной статистики смертности,
основанной на свидетельствах врачей. Как и в Санкт-Петербурге, в городах губернии
родственники или полиция должны были предъявлять духовенству на кладбище медицинские
свидетельства478.
В апреле 1886 г. при медицинском департаменте состоялось совещание представителей от
губернского земства и врачебной администрации 7 северных губерний. Для предупреждения
распространения эпидемий земства просили передавать свидетельства врачей вовремя, а города
рассматривались «как возможные источники распространения заразительных болезней»479.
Поэтому, по просьбе Санкт-Петербургской земской управы по представлению
Петербургского губернатора от 20 апреля № 1506 и отзыва товарища обер-прокурора
Святейшего Синода от 20 августа № 3640 в Павловске, Гатчине и Ораниенбауме приказывалось
«а) чтобы кладбищенское духовенство не хоронило покойников без разрешения полиции (как в
Санкт-Петербурге – по высочайше утвержденному положению Комитета министров 3 и 17
октября 1867 г.), б) чтобы полицейские управления уездные и городские лишь по предъявлении
свидетельства врача о смерти на бланке установленной формы… и по записи таковых
свидетельств в особую книгу, отрывали от нея талон с написанным разрешением для
предъявления на кладбище… а подлинные свидетельства пересылали в Губернскую земскую
управу, в) чтобы в случае смерти лица, не лечившегося у врача, свидетельство о смерти
обязаны были выдавать уездные или городовые врачи, г) чтобы бюллетени о смертности
печатались бесплатно в Губернских ведомостях (по материалам земской управы)»480.

477
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5929.
478
Там же. Л. 1 об.
479
Там же. Л. 3 об.
480
Там же. Л. 4.
138

Копия формы медицинского свидетельства о смерти включала «1) Место жительства


умершего… (больница), 2) время смерти (месяц, число, год), 3) имя, фамилия, отчество
умершего или мертворожденный, 4) пол, 5) возраст (до 5 лет с указанием месяцев), 6) сословие,
звание, 7) занятие (занятие родителей, сирота), 8) где заболел, 9) причина смерти (основная
болезнь), а) определенная лечащим врачом, б) не лечившим врачом. Подпись врача»481.
По согласию с полицией на введение учета смертности по свидетельствам врачей, 8–9
октября 1888 г. было определено, «чтобы расход по снабжению врачей необходимыми
безплатными бланками»482 был возложен на полицию.
Таким образом, с конца 1880-х гг. в Царском Селе, а затем и во всех городах уезда была
введена медицинская статистика смертности, дополнявшая церковный учет. Строгий контроль
в больницах и ответственность практиковавших врачей способствовали уменьшению эпидемий,
созданию канализации в Царском Селе и ближайших к нему поселениях.
С начала ХХ в. отчет санитарного врача о случаях заболеваний и смерти от тифа или
холеры стал публиковаться в газетах Царского Села, например, в каждом выпуске
Царскосельского Дела за 1906–1916 гг. Внимание в короткой сводке обращалось в т.ч. и на
военный госпиталь, и гарнизон.
Одновременно с введением медицинского контроля смертности в 1887 г., в
Царскосельском уезде открылась общедоступная лечебница. В губернаторском отчете 1887 г.483
по сообщениям земства Царскосельского уезда описано создание в с. Рождествено лечебницы
для крестьян. 112500 руб. на ее строительство было пожертвовано «местным дачевладельцем
д.т.с. Рукавишниковым»484.
В ноябре 1901 – апреле 1902 г. в Царскосельском дворцовом управлении встал вопрос о
появлении в г. Царское Село эпидемии брюшного тифа и о принятии мер против ее
распространения485. Инспектор придворной медицинской части предложил начальнику
Царскосельского дворцового управления ввести 8 санитарно-гигиенических мер ввиду

481
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5929. Л. 5.
482
Там же. Л. 7.
483
Библиотека РГИА. Печатные записки. 2858. Отчет губернатора Санкт-Петербургской губернии за 1887 г.
484
Там же. Лл. 10-11. В отчете губернатора 1887 г. говорится, что лечебница в Рождествено «снабженная не только
всеми лекарственными предметами, но и также всеми инструментами и снарядами для пользования по всем
приемам современной врачебной науки не менее замечательна и деятельность врача этой больницы, женщины-
врача Витте, смиренный и вполне женственный уход которой, в связи с успешным лечением, привлекает больных
со всех частей уезда, так, что ей приходится принимать ежедневно до 40 человек, приходящих к ней за врачебной
помощью». В губернаторском отчете 1887 г. дан положительный отзыв об активной работе врача-женщины –
довольно редкий случай для 1880-х гг. в Царскосельском уезде. Например, заметка о правильной постановке
диагноза женщиной-врачом в Царском Селе в нач. ХХ в. была опубликована в газете «Царскосельское дело» в
разделе «Происшествия в Царском Селе».
485
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5934.
139

распространения эпидемии брюшного тифа486. Данные указания были составлены и подписаны


инспектором придворной медицинской части двора лейб-хирургом И.Вильяминовым.
Санитарный врач Царского Села А.Соколов 24 ноября 1901 г. сообщал в рапорте (№ 188)
начальнику Царскосельского дворцового управления о закрепленном законодательно
своевременном отчете всех практикующих врачей о каждом случае заразных заболеваний. Все
частнопрактикующие врачи должны были предупреждать о любом случае заразного
заболевания для предотвращения эпидемии.
При вспышках различных заболеваний большое внимание было обращено на систему
водоснабжения города. Помимо рапортов о проверке технических условий Таицкого
водопровода и проведении обеззараживания ям в числе медицинских бумаг находится отчет о
числе проживающих в Александровском дворце и рапорт главного врача Царскосельского
госпиталя о поступлении за довольно короткое время 146 больных тифом487.
В 1901 г. была учреждена специальная комиссия для борьбы с эпидемией тифа войсках
Царскосельского гарнизона. А.Н.Данилов, начальник Царскосельского гарнизона, 14 декабря
1901 г. (№ 813) после учреждения комиссии по исследованию эпидемии тифа в войсках
гарнизона потребовал от начальника Царскосельского дворцового управления необходимую
для еѐ работы отчетность о точной ежедневной статистике заболеваемости, жителях Царского
Села и о тех, кто поступал в октябре – ноябре в дворцовый госпиталь «за три последние года
(1898, 1899 и 1900 гг.)»488. Подробные справки и рапорты главного врача дворцового госпиталя
о больных Царского Села и уезда отражают ход эпидемии по дням за ноябрь – декабрь 1901 г.
Ведомость о числе больных брюшным тифом показывает, что в уезде обратились за помощью 8
человек, а в Царском Селе 71 человек лечились в госпитале и 26 чел. - на квартире, при этом за
прошедшие три года отмечено всего 8 случаев в 1898 и в 1899 гг. и 4 чел., заболевших в 1900 г.
При поиске возможных источников распространения болезни начальник Царскосельского
управления обратил внимание на связь уменьшения притока воды зимой в Таицком водоводе в
1877–1878 гг. и 1882–1883 гг. и ростом эпидемии тифа. Следующие рукописные и
машинописные материалы отражают дальнейшую переписку о борьбе с эпидемией. Списки
поселений дворцового ведомства, ближайших к Царскому Селу, указывают на проблемы
водоснабжения,489 которые обусловили вспышку тифа и увеличение смертности.

486
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5934. Важными мерами считалось сообщать врачу о заболеваниях, соблюдать меры
гигиены, провести санитарную обработку стоков и следить за чистотой Таицкого водовода. Л. 1–2 об.
487
Там же. Л. 26. См. Приложение 12. Данные о заболеваемости жителей Царскосельского уезда в 1870-е – 1890-е
годы.
488
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5934. Л. 28–28 об.
489
Там же. Л. 59. «Опустели в деревнях Лампуля 6 из 7 колодцев, Кургелово – 2 из 4, Соболево – 2 из 7, Куйтелово
– 1 из 2, Баболово – 2 из 4 колодцев».
140

Такие сведения служат зачастую косвенными свидетельствами при изучении смертности


населения Царскосельского уезда. В принципе, именно эпидемия тифа осенью – весной 1901–
1902 гг. послужила обоснованием для устройства канализации в Царском Селе, одной из
первых систем в окрестностях Санкт-Петербурга.
Частично данные о числе заболеваний, смертей в Царском Селе с начала ХХ века
публиковались на страницах местных газет. Однако, более подробные сведения содержат книги
санитарного врача и рапорты госпиталей490.
Стоит упомянуть книгу для записывания донесений санитарного врача города Царское
Село о заразных заболеваниях среди служащих по Царскосельскому дворцовому ведомству с
1899 по 1906 г.491 Врач выдавал больному извещение о заразном заболевании и фиксировал
течение заболеваний в таблице. Так, в книге в хронологическом порядке приведены день и
месяц обращения пациента, и далее в графах таблицы: звание, имя, фамилия заболевшего с
указанием квартиры и места службы, каким врачом доставлена карантинная карточка, когда и
кому карточка отослана, диагноз (название болезни) и время карантина.
Корь, скарлатина, «заушница», крупозное воспаление легких, дифтерия, свинка, оспа,
рожа, коклюш встречаются чаще всего среди отмеченных болезней в Царском Селе492. Все
записи в книгу были внесены окружным врачом Соколовым.
Книги санитарных врачей госпиталей и больниц городов дворцового ведомства являются
важным источником для изучения заболеваемости и смертности населения Царскосельского
уезда XVIII – начала ХХ в.
Материалы статистики населения по данным медицинских учреждений Царскосельского
уезда очень разнообразны и непосредственно связаны по своему происхождению с
административным учетом жителей. Большая часть рапортов старшего врача Царскосельского
госпиталя дворцового ведомства за 1908–1910 гг. адресована начальнику Царскосельского
дворцового управления.
Рукописные ведомости, печатные записки о происшествиях в Царском Селе и врачебные
журналы отражают период эпидемии, источники распространения и борьбу с холерой 493. По

490
Особая ценность сохранившихся материалов связана с уничтожением по решению Центрального архивного
управления РСФСР «книг для записи приходящих больных,…о выдаче удостоверений о болезни,…о помещении в
психиатрическую больницу». Бюллетень Центрархива РСФСР. М., 1927. 25 мая. № 4/5 (59/60). С. 7–8.
491
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5933.
492
В книгу донесений санитарного врача вложено извещение о заболевании скарлатиной архитектора А.Р.Баха.
Архитектор Бах получил его 7 января 1906 г. с отметкой о начале болезни 25 декабря 1905 г. На обратной стороне
листка приведена выписка из Свода законов о запрете приезда к императорскому двору с людей с заразными
болезнями и необходимой дезинфекции помещений больного. После дезинфекции квартиры и вещей карантинные
сроки в 14 и 21 день отсчитывались для окружающих больного от времени его удаления из дома или
выздоровления. В извещении А.Р.Баха подробно указаны адрес, принятые санитарные мероприятия и
приблизительный срок карантина.
493
РГИА. Ф. 487. Оп. 7. Д. 5947.
141

материалам данного дела определяются территориальные связи Царскосельского уезда с Санкт-


Петербургом и со всей Россией, можно выявить социальную стратификацию распространения
холеры, возраст больных и анамнез. Помимо таких сведений, в большинстве случаев
отмечается исход заболевания, что дает исследователю возможность сделать выводы о
выздоровлении и смертности в связи с эпидемией.
На основе данных о заболевании холерой была составлена обобщающая таблица.494
Большая часть заболевших является крестьянами, прислугой и чернорабочими, приехавшими из
Олонецкой, Шлиссельбургской, Тверской, Ярославской, Витебской губерний. В 17 из 35
случаев заболевание окончилось смертью. Число заболевших и выздоровевших точно врачам
было не определить из-за редкого обращения в госпиталь, земскую больницу за помощью. Еще
одной причиной сложного учета заболеваемости стало распространение холеры через места
скопления людей – рестораны, постоялые дворы, извозчиков. Несколько человек, заболевших в
столице, ехали транзитом через Царское Село, несколько – приехали с визитом или
устраиваться на работу. 35 заболевших в одной артели –28 мужчин и семь замужних женщин-
матерей, дети которых оказались бациллоносителями. При проживании и работе заболевшего в
артели, на постоялом дворе, в ресторане карантину и обследованию подвергались по-
возможности все контактировавшие с ними люди, о чем срочно врачи рапортовали начальнику
дворцового управления и Санкт-Петербургскому губернатору.
В 1908 г. в Санкт-Петербургской губернии перед переносом больницы из столицы в
Царскосельский уезд под руководством знаменитого психиатра П.П.Кащенко была проведена
перепись-освидетельствование душевнобольных и недееспособных жителей. Так, отчеты по
Царскосельскому уезду включают сведения о жителях городов, сельских поселений, особо
выделены материалы о дворянах495.
До начала XX в. события из жизни Царскосельского уезда в периодике освещались
довольно редко в Журнале Министерства народного просвещения, Военно-медицинском
журнале, Гдовско-Ямбургском листке496 и столичных газетах.
С введением Манифеста 17 октября 1905 г. в Царском Селе начали активно издаваться
газеты и журналы. В 1906–1916 годы в Царском Селе публиковалось «Царскосельское дело». В

494
См. Приложение 12. Табл. 21. Эпидемия азиатской холеры 1908–1910 гг.: пациенты холерного отделения
дворцового госпиталя в Царском Селе (Фрагмент таблицы).
495
ЦГИА СПб. Ф. 1116. Оп. 1. Д. 239. Так, в 1908 г. было проведено освидетельствование потомственной дворянки
Н.М.Левицкой для помещения еѐ в больницу по просьбе родственников. Дело велось через Канцелярию
Царскосельского уездного предводителя дворянства, который запрашивал справку об имуществе Н.М.Левицкой
для передачи опеки родственниками и пенсии больной в лечебное учреждение. Просьба составлена братом и
сестрой больной, которая проживала при госпитале г. Павловска. Ухудшение состояния Н.М.Левицкой было
подтверждено врачом и полицмейстером Павловска.
496
Щепотьев И. Супритки в Царскосельском уезде // Гдовско-ямбургский листок. 1873. № 1. С. 5. Щепотьев И.
Кража невест в Царскосельском уезде // Гдовско-ямбургский листок. 1873. № 17. С. 132–133. Публикации важны
для анализа традиций, гендерных отношений и внебрачной рождаемости в уезде.
142

1906–1907 гг. существовали «Царскосельская речь» и «Царскосельская газета» (печатный орган


Союза русского народа). Только в 1906 г. вышли в свет «Листок Царскосельского комитета
Красного Креста» и газета конституционных демократов «Царскосельская жизнь». Из журналов
стоит назвать «Царскосельскую мысль», «Вестник Царскосельского района», «Вестник
Офицерской артиллерийской школы». Во время Первой мировой войны публиковался журнал
«Царскосельский район и особый эвакуационный пункт». Периодика Царского Села была
подробно рассмотрена в диссертации Л.З.Большаковой497. Еженедельная газета
«Царскосельское дело» за 1906–1916 гг. охватывает многие административные, общественные,
социально-экономические и культурные аспекты жизни в уезде. Редакторами газеты были
П.М.Загуляев и В.Н.Латкин.
С 10 ноября 1906 г. каждый выпуск газеты обязательно сопровождался еженедельным
санитарным бюллетенем, который составлялся санитарным врачом (К.Янковичем). Сведения о
заразных и незаразных болезнях, показатели смертности в расчете на постоянное население
Царского Села указывают на постоянные вспышки скарлатины, дифтерии, брюшного тифа и
паротита (заушницы), оспы. Редкими случаями, которые делались общеизвестными из
санитарной статистики в газете, были самоубийства и случаи мертворождения в городе.
Рубрики еженедельной газеты «Царскосельское дело» довольно подробно раскрывают текущие
общественные и экономические вопросы истории Царского Села и его окрестностей, а
санитарные бюллетени важны для дополнения материалов медицинского учета жителей
Царскосельского уезда в нач. ХХ в.
Таким образом, материалы медицинской статистики можно считать одними из важных,
подробных и малоизученных источников по истории населения Царскосельского уезда.
Сведения и сохранность медицинских источников фрагментарны для XVIII – сер. XIX в. В
отчетах врачей, административных, церковных и ведомственных документах, начиная с 1860-х
годов, записи о заболеваниях, причинах смертности населения, организации здравоохранения и
санитарного дела стали точнее.
В XVIII – нач. ХХ в. сложилась подробная система поземельного, земского и
медицинского учета, сельскохозяйственной и промышленной статистики населения, материалы
которой разнообразны и малоизученны.
Можно сделать вывод о тесной взаимосвязи всех видов учета населения. Это, в свою
очередь, позволяет проверить достоверность и полноту сведений различных источников.
На основе изученных материалов, хорошо сохранившихся в архивах и библиотеках,
проанализируем некоторые вопросы, связанные с историей населения Царскосельского уезда в
XVIII – нач. ХХ в.
497
Большакова Л.З. Дворцовый город Царское Село… С. 28–33.
143

Глава 3. Некоторые результаты изучения населения Царскосельского уезда


в XVIII – начале ХХ в. по материалам выявленных источников

Проанализируем информационные возможности рассмотренных ранее источников для


описания некоторых аспектов демографического поведения населения Царскосельского уезда.
Так, на основании сведений поземельных источников Швеции и России конца XVII – нач.
XVIII в., материалов административно-полицейского учета и Генерального межевания России
можно рассмотреть процессы формирования состава и миграции населения Софийского –
Царскосельского уезда в XVIII – нач. XIX в.
По материалам ревизских сказок третьей ревизии слободы Кузьмино показана
возможность расчета демографических характеристик сельского населения, проживавшего в
1740-е – 1760-е гг. в непосредственной близости с Царским Селом.
При рассмотрении ревизских сказок дворцовых и помещичьих деревень и окладных книг
XVIII–XIX вв. охарактеризован сложный многонациональный и социальный состав жителей
уезда. Рассмотрена этническая структура населения и специализация занятий в связи с
близостью к столице, развитием торговли, промышленности и обязательного для крестьян
дворцовых и частных земель землепашества. С постройкой железной дороги и ростом
миграционной активности важную роль в жизни уезда с 1830-х гг. стали играть приезжие, о
которых свидетельствуют отчеты полиции Царскосельского уезда и Главноуправляющего
Царским Селом.
В качестве примера изучения населения по материалам церковного учета в разделе 3.2.
проанализирована демографическая ситуация в 1730–1850-х гг. в Преображенском приходе с.
Орлино как наиболее отдаленном от потоков миграции на южной границе уезда.
Начиная с 1865–1866 гг., данные церковного учета стали основой ежегодных публикаций
о числе рождений, браков и смерти на страницах Статистического Временника ЦСК МВД.
Численность и состав населения уезда одновременно фиксировался в губернаторских и
полицейских отчетах, переписях. Анализ происхождения различных источников способствовал
выявлению достоверности и сопоставимости данных о населении, его численности и структуре.
144

3.1. Формирование состава населения Царскосельского уезда


в XVIII – начале ХIX в.

В XVII в. Ингерманландия находилась под властью Швеции. В деревнях, покинутых


православными крестьянами (русскими, ижорой и водью) поселились лютеране – финны,
эстонцы, шведы и немцы. Расселение населения края на рубеже XVII–XVIII вв. отражено в
шведских писцовых книгах, картах и планах в границах Царскосельского уезда.
Переписная книга Ингерманландской губернии 1699 г.498 свидетельствует о жителях 202
поселений в границах будущего Царскосельского уезда. Однако, к началу XVIII в. около 100
селений уже не было. Только 69 % поселений, занесенных в писцовую книгу, показаны на карте
П.Вассандера 1699 г.499 На этой карте в границах Царскосельского уезда указано 138 поселений
(из них 48 поселений не были отражены в источниках в XVIII в.)500.
Из примечаний к землемерным картам Нотеборгского лѐна (Ижорский, Спасский и
Дудергофский погосты) конца XVII – начала XVIII века501 следует, что 66 деревень на землях
будущего Царскосельского уезда принадлежали трем крупным землевладельцам Карлу Спаре,
Петеру Штиренкранцу и Сьюиду Риббингсу502. Часть селений были расположены вблизи
пастората в Славянке и на небольшом расстоянии друг от друга. В этих деревнях, пустошах и
мызах число домовладельцев или арендаторов колебалось от одного до четырех.
Можно предположить, что в конце XVII в. миграция населения в Финляндию и
повышенная смертность в годы чумы привели к уменьшению числа поселений
Ингерманландии. Природные бедствия и болезни привели к запустению края, которое
усугубилось во время Северной войны.
В письме Петру I о ходе сражений 24 августа 1702 г. П.Апраксин отчитывался: «Крониорт,
разбитый на Ижоре, бежал в Сарскую мызу, где постояв дня три, удалился к Канцам»503. В мае
1703 г. русские войска взяли Ниеншанц, Ямбург, Копорье, в октябре – Нотеборг, в августе 1704
года – Ивангород. Русские захватывали в Ингерманландии пленных, которых селили в тверских
и подмосковных дворцовых деревнях. Как отметил Е.В.Тарле: «"А что по дороге разорено и
вызжено, и то не зело приятно нам", — писал П. М. Апраксину царь. Шереметев требовал от П.
М. Апраксина, чтобы он обуздал своих конников и удержал их от насилий, "ведаешь, какие

498
Научно-исследовательский архив СПбИИ РАН. М/ф. № 641.
499
Библиотека РАН. Сектор картографии ОФО. V р Т / 126.
500
См. Приложение 1. Табл. 1. Поселения Царскосельского уезда: сравнение картографических материалов и
писцовой книги кон. XVII – нач. XVIII в.
501
НИОР БАН. Доп. оп. № 27.
502
См. Приложение 1. Табл. 2. Землевладельцы Ижорского погоста (рубеж XVII–XVIII вв.).
503
Устрялов Н.Г. История царствования Петра Великого. СПб., 1863. Т. 4, ч. 2. С. 247.
145

люди татары и казаки",— напоминал он ему. Ингрия стала уже русской провинцией, и негоже
было обходиться с населением, как с неприятелем»504. Так, в переписке Петра I, Апраксина и
Шереметьева описана военная обстановка нач. XVIII в. в Ингерманландии.
На карте 1703–1704 гг. Адриана Шхонбека505 отмечено для Царскосельского уезда 86
поселений, (32 из них не показаны в 1727 г.). На карте А.Шхонбека отображено 43% поселений
1699 г., внесенных в шведскую писцовую книгу, и 62% поселений, нанесенных на карту
П.Вассандера.
На карте И. К. Кирилова506 в 1727 г. показано 138 поселений, (из которых 83 – новые). В
сравнении с картой 1703–1704 гг., на ней изображено на 52 поселения больше.
Наиболее достоверными можно считать сведения шведской писцовой книги и материалы
первой топографической съѐмки Ингерманландии петровскими геодезистами. По словам
И.Г.Георги «Ингрия как самое первое победоноснаго оружия Петра Великого приобретение не
оставлена при шведских в Карелии употребляемых правах, но с начала уже по Российским
законам управлялась. Немалое число ижорцев раздарено по земскому обыкновению
Российским господам, которые обязались при том недовольно людные места заселить
порядочно Российскими переведенцами»507.
В 1703 г. Ингерманландия стала самостоятельной административной единицей России.
«По завоевании уездов: Ореховского, Копорского и Ямского в 1702 и 1703 гг., тотчас была
образована как из сих уездов, так и из множества других земель, Ингерманландская
губерния»508. Первые поземельные описания нач. XVIII в. свидетельствуют не только о раздаче
земель, но и смене состава их населения.
С утверждением русских позиций на берегах Балтики в начале XVIII в. Петр I подарил
Царское Село и еще 5 мыз с 40 деревнями будущей императрице Екатерине Алексеевне.
А.Д.Меншиков получил Дятлицкую, Гостилицкую и Ижорскую мызы, бывшие при шведском
владении центрами погостов Ингерманландии.
Село Купчино, Рождествено с окрестными деревнями было отдано царевичу Алексею. В
1719 г. мыза Гатчинская была пожалована сестре царя Наталье Алексеевне. По шведскому
описанию в подаренных Екатерине мызах до их заселения числилось 47 деревень. Жители
некоторых из них не покорились новым властям. Для безопасности Царского Села в его
окрестностях началось выселение местных жителей. «Для заселения слободы Пулково было

504
Тарле Е.В. Северная война и шведское нашествие на Россию: соч. М., 1959. Т. 10. С. 435.
505
Географический чертеж над Ижерскою землею… /А. Шхонбек. [1703-1704]. [1:210000]. 1 л. Гравюра // РНБ. К
1-Зап 2/62.
506
Новая и достоверная всей Ингерманландии ланткарта…/ И.К.Кирилов, грав. А.Ростовцев. СПб., 1727.
[1:385700]. 1 л. 438х568 мм. Гравюра // РНБ. К 1-Росс 8/ 4.
507
Георги И. Г. Описание всех в Российском государстве обитающих народов... С. 26. Также см. Гл. 2.1. и 2.3.
508
Неволин К. А. О пятинах и погостах Новгородских в XVI веке. СПб., 1853. С. 231.
146

разорено и сведено в леса 11 латышских деревень, для села Царского – 10, слободы Кузьминой
– более 15 деревень»509.
Часть жителей получила новые наделы в лесистой и болотистой местности.
Неплодородные земли вскоре были заброшены, а крестьяне бежали в юго-восточную
Финляндию. Другие были переселены в деревни вблизи Гатчины.
Первая половина XVIII в. характеризуется конфликтами местных жителей с
переведенными крестьянами. «В 1717 г. крестьяне слободы Кузьминой в прошении в дворцовое
Царскосельское правление жаловались, что «маймисты не дают нам запахивать свои бывшие
земли и косят луга сами»510. Финны-ингерманландцы разорялись и уходили в город на
заработки. Дворцовой администрации приходилось мириться с этим и переводить их на
денежный оброк. В 1708–1710 гг. рядом с Царской мызой были построены 4 новые деревни:
Соболево, Новославянка, Липицы и Гари. На прежнем месте после шведского владения
осталось 15 деревень. Из 10 финских поселений, приписанных к Пулколе, выселили 21 двор.
Рассмотрим данные поземельной статистики 1710–1720-х гг., отражающие структуру
населения и его расселение на землях Царскосельского уезда.
В 1711 г. в приписанных к мызам 95 деревнях и 11 пустошах население составило 160
дворов. К 1712 г. на дворцовых землях было населено 1310 дворов, за князем Меншиковым
числилось 1000 дворов, переведенцам-мастеровым отдано 2734 двора, т.е. всего 5044 двора.
Значительный прирост населения можно объяснить расширением дворцового землевладения и
расселением крестьян-переведенцев.
Царская резиденция привлекала на заработки мастеровых из разных уголков России.
Помимо этого переселение помещичьих крестьян в Ингерманландию поддерживалось
законодательно. Так, по закону 4 декабря 1713 г. помещики были обязаны до 1717 г. перевести
сюда указанное ими при получении земли число крестьян. При невыполнении требования они
лишались земель. В 1714–1718 гг. в дворцовых деревнях Вологды набирались плотники. За две
смены они рубили новые избы для переведенцев. В губерниях центральной России набирались
каменщики для строительства новых резиденций. Их дворы освобождались от податей511.
Губернаторы обязаны были проконтролировать, чтобы среди высылаемых мастеров не
было старых и больных512. По указу 13 декабря 1715 г. нарочные чиновники, согласуясь с
переписными книгами 1678 г., должны были выбрать 200 крестьянских дворов «добрых,

509
Индова Е.И. Дворцовое… С. 102.
510
Там же.
511
ПСЗРИ. I собр. Т. IV. № 2508.
512
Там же. № 2485.
147

нескудных, семьянистых»513. Несмотря на указ, чиновники переселяли и бедные семьи, о чем


свидетельствуют жалобы крестьян.
Первый этап переселения на дворцовые земли Царского Села проходил до 1726 г.
Переселенцев из Московского (31 двор), Коломенского и Рязанского (21 дв.), Костромского (38
дв.), Ростовского (3 дв.), Переяславль-Залесского (1 дв.), Владимирского (64 дв.), Можайского
(7 дв.), Суздальского (39 дв.) уездов доставляли под конвоем. Можно отметить, что на
дворцовых землях в этих уездах в XVII веке селили «выходцев из-за свейского рубежа». По
материалам Царскосельского правления, исследованным Е.И.Индовой, были переведены «в
слободу Кузмину с 1713 по 1722 гг. 144 двора, в слободу Пулковскую и Рыбную с 1715 по 1719
год – 150 дворов, в слободу Новославянскую за один 1716 год – 20 дворов, всего более 500
дворов»514. Следуя данным, приведенным И.Яковкиным, в одном дворе русских переселенцев
было 5-6 человек, следовательно переселили около 2500–3000 человек. Для всей
Ингерманландии Е.И.Индова указывает 11 тысяч новых жителей.
На старом месте дома должны были быть проданы. Пожитки и скот нужно было брать с
собой. В новых деревнях дома зачастую были еще не готовы. Переселенцев селили у
приехавших ранее или у маймистов. Последние сопротивлялись распашке их земель
«венелайнами», т. е. русскими.
Работы в дворцовом хозяйстве исполняли приписные крестьяне, бобыли, бурлаки и
пойманные беглые. Помимо строительства и распашки, крестьян направляли на работы на
хлебные, пильные мельницы, каменоломни, кирпичный обжиг, речные тони и заводы. С 1717 г.
солдаты Гренадерского, Киевского и Венцелева полков (около 200 человек) прокладывали три
дороги от Царского Села к городу, к Пулковской мызе и Среднерогатскому дворцу. Главными
дорогами считались старая Нарвская, Выборгская и Московская дороги. Земли вдоль дорог
раздавались в качестве дач, что затем отразилось на составлении описаний515.
В 1710–1720-е гг. в Ингерманландию не только прибывали новые жители, но часть из них
и бежали отсюда. По подсчетам В. М. Кабузана из Озерного района «с 1718 по 1727 год бежало
14,5 тысяч душ мужского пола»516. По его мнению, «на долю беглых приходилось 36,8% от
всего числа переселенцев»517 в Санкт-Петербургскую губернию.
Ништадтский мирный договор окончательно подтвердил переход этих земель к России.
«Чрез Его Царского Величества оружия завоеванные провинции: Лифляндию, Эстляндию,
Ингерманландию и часть Карелии с дистриктом Выборгского лена… оные имеют вечно

513
Яковкин И. История Села Царскаго ... Т. 1. С. 63.
514
Индова Е. И. Дворцовое хозяйство ... С. 99.
515
См. 2.3.1. Поземельные описания, карты и переписные книги конца XVII – первой половины XVIII в.
516
Кабузан В. М. Крепостное население России... С. 63.
517
Кабузан В. М. Эмиграция и реэмиграция в России ... С. 16.
148

Российскому Государству присоединены быть и пребывать»518. Все военнопленные должны


были быть освобождены. «Которые по своему желанию веру Греческого исповедания приняли,
которые на стороне его Царского Величества остаться имеют, для чего обе
Высокодоговаривающиеся стороны в своих землях публичными указами о сем публиковать и
объявить изволят»519.
Как пленные, так и местные жители зачастую попадали в слуги. «Часть пленных
находилась при дворе принцессы Анны Петровны, а также у княгини Меншиковой, которая
имела «среди своей прислуги немало юных девиц и барышень, привезѐнных ей из завоеванных
ингерманландских и финляндских мест». Она позаботилась о них, выдав их замуж за русских и
иностранцев на русской службе»520.
Манифест 1721 г. даровал право военнопленным селиться в России и «право приобретать
земли, устроять заводы и заниматься всякаго рода промышленностью, полезною им и
Государству»521. После подписания мирного договора в Ингерманландию усиливается поток
переселенцев. По указу 13 мая 1723 г. помещики отсюда уже не могли переводить своих
крестьян, «яко новаго места не токмо прежния пустошить, но и вновь из других российских
городов перевозить и населять повелено»522. Бежавших сюда крестьян помещикам возвращать
было запрещено. При отсутствии земель в Ингерманландии у бывших хозяев, им нужно было
продать обнаруженных беглецов владельцам земель, на которых уже поселились крестьяне.
По переписи 1727 г. при смене владелицы Царского Села в русских новых и «чухонских»
деревнях при нем значилось 140 дворов (71 двор переселенцев и 69 дворов местных жителей).
Для размещения переселенных крестьян к дворцовым поселениям Царского Села были
приписаны несколько мыз и деревень Копорского уезда. «В 1730 г. в Копорском уезде к
дворцовым были приписаны мызы Гревова, Хотынская, Полянская, Домашевская, Кобальская,
Кумолова, Подосская. В 1732 г. к дворцовым была отписана Гатчинская мыза. В 1737 г. к ним
добавились другие мызы: Дударово, Шунгарово, Ковшинская (Ковшово), с. Рождествено»523.
Некоторые мызы и деревни сдавались в Ингерманландии в аренду. В инструкции
управителю Царского Села было указано, что целью правления является развитие дворцового
хозяйства. Из 2144 жителей дворцовых земель 1175 (54%) были переселены, 46 % составили
старожилы, из них ижоряне – 5,5 %, а финны и эстонцы – 94, 5 % от общего числа старожилов.

518
ПСЗРИ. I собр. Т. VI. № 3819. С. 423.
519
Там же. С. 424.
520
Энгман М. Финляндцы… С. 120.
521
Арсеньев К. И. Начертание статистики … Ч. 2. С. 66.
522
ПСЗРИ. I собр. Т. VII. № 4221. С. 62.
523
Индова Е. И. Дворцовое хозяйство ... С. 170–171.
149

Табл. 5. Население приписных к Царскому Селу деревень в 1732 г.


Старожилы Переведенцы
«Латыши» (финны и
Ижоряне эстонцы Русские
(православные) лютеранского (православные)
вероисповедания)
Крестьяне 8 дв. 44 чел. 111 дв. 725 чел. 163 дв. 1132 чел.
Бобыли 1 дв. 6 чел. 21 дв. 125 чел. 7 дв. 43 чел.
Всего 9 дв. 50 чел. 132 дв. 850 чел. 170 дв. 1175 чел.

В одном дворе старожилов ижорян в среднем насчитывалось по 5–6 чел., «латышей»


(крестьян «латинской», лютеранской веры, ингерманландских финнов) – по 6–7 чел., столько
же и во дворах переселенных крестьян. Среди финнов-ингерманландцев было больше женщин,
а среди переселенцев – мужчин. Численность населения дворцовых земель Царского Села
составила 1112 душ м.п. и 1032 душ ж.п. В отличие от дворцовых земель вблизи Царского Села,
заселенных переведенцами-крестьянами, южнее и западнее от него жили финны-лютеране.
Финский исследователь Мауно Йокипии отметил, что в нач. XVIII в. в Ингерманландии
«большинство – около 60% населения представляли лютеране, 20% – православные ижоры и по
10% остатки води и русских»524.
Из-за отсутствия религиозных барьеров православное население (русские, водь, ижора,
карелы) быстро ассимилировалось вследствие браков. Благодаря возможности сохранить
лютеранство и финский язык ингерманландские финны составили особую группу населения.
Л. В. Выскочков сделал вывод, что в Копорском уезде к 1732 г. «русских переведенцев
было около 17 % всего крестьянского населения, старожилов русских, которых деды и отцы в
Ингерманландии жили до шведского владения 9,6 %, ижор – 24 %, ингерманландских финнов
– 37,6 %»525.
С присоединением Ингерманландии к России иммиграция финнов из Восточной
Финляндии не прекратилась. Если в XVII в. финны из юго-восточных районов Финляндии Саво
и Эврепяя переселялись на более плодородные земли южного побережья Финского залива, то с
основанием в 1703 г. Санкт-Петербурга характер миграции на царскосельские земли изменился
с земледельческой на промысловую и ремесленную. Законы 1721 и 1723 гг. о землевладении по
принципу майората в шведской Финляндии заставляли младших сыновей крестьян из
Восточной Финляндии ехать на заработки в Петербург и его ближайшие окрестности. После
русско-шведской войны 1741–1743 гг. к России были присоединены земли до р. Кеми (Кюми-
йоки).

524
Йокипии М. Период расцвета ингерманландцев // Прибалтийско-финские народы: История и судьбы
родственных народов. Ювяскюля, 1995. С. 207.
525
Выскочков Л. В. Об этническом составе ... С. 113.
150

Постоянный приток финнов в Ингерманландию не иссякал и потому, что здесь не


ущемлялись их религиозные права. Стоит отметить, что в нач. XVIII в. здесь находился 21
лютеранский приход526. Интересно, что И.Г.Георги описал отношение финнов-лютеран к
вероисповеданию так: «как покорены они Российскому оружию, были у них у всех
Лютеранского закона священники, по тому, что они внешно веру сию исповедовали: но как они
о правоте оной не были совершенно удостоверены, то вскоре обратились многие к
Грекороссийской церкви»527.
С 1734 года лютеранскими приходами в Ингерманландии ведал «консисториальный
отдел юридической коллегии по делам иноверцев»528 при Святейшем Синоде. После
восшествия на престол Елизаветы Петровны в 1742 г. была учреждена Санкт-Петербургская
епархия.
Финны-лютеране составили обособленную группу населения, и не были полностью
ассимилированы переведенцами-русскими. Большое значение при этом имело лютеранство.
Водь и ижора постепенно ассимилировались среди русских, чему способствовали одно
вероисповедание и рассеянное размещение населения.
В 1747 году в рамках второй ревизии жителей, в процессе межевания Ингерманландии 529
были описаны земли будущего Царскосельского уезда. Межевание проводили прапорщики-
геодезисты Софонов и Петрюгин. За перепись населения и межевание ответственным стал
майор В.В.Фермор. Подробные сведения Генерального плана 1749 г.530. связывают данные
ревизского и поземельного о населении Царскосельского уезда и могут послужить для
уточнения названия поселений и имен их владельцев.
Данные второй ревизии на земля Царского Села, как уже упоминалось, приведены в
работе И.Ф.Яковкина: «В поданной сказке от управителя Удолова показано: Кузмина слобода –
111 дворов, 832 души м. п. и 79 душ м. п. приписано, (всего 911 душ м. п.); Пулковская сл. 81
дв., 284 д. м. п. и 28 остались в старых домах, 70 чел. приписных, 8 на оброке, всего 616 чел. 26
бежали. Отсутствовало 62 чел. В Новославянской слободе 18 дворов, 107 чел. и 4 на оброке, 2
по паспортам, 1 бежал, 11 в старых домах. Отсутствовало на момент переписи 18 чел. В
приписных к Сарскому 23 ижорских и латышских деревнях числилось 400 душ м. п. и 358 душ
ж. п. тяглых крестьян. В приписных к Пулковской мызе русских и латышских 11 деревнях
числились 140 душ м. п. и 113 душ ж. п. Всего бобылей в деревнях и слободах Сарскосельского

526
Йокипии М. Период расцвета... С. 206.
527
Георги И. Г. Описание всех ... С. 28.
528
Йокипии Мауно. Период расцвета ингерманландцев ... С. 206.
529
ПСЗРИ. I собр. Т. XII. № 8937, 9024, 9195, 9259, 9333, 9471.
530
НИОР БАН. Осн. собр. 566.
151

ведомства было 109 м. п. и 116 ж. п. Всѐ наличное население, приписанное в 1747 году к
ведомству, составило 2870 человек, а ещѐ 80 отсутствовали»531.
В 34 приписных деревнях с ижорским, финским и эстонским населением было 540 душ
м.п. тяглых крестьян. Повинности были равными и для русских переведенцев, и для крестьян-
старожилов. Распределение земли и повинностей давало местным жителям повод остаться,
удерживало их на земле. Тяглым крестьянам запрещалось даже отлучаться от земледелия,
заниматься промыслами. Неотложные работы в Царском Селе за тягло не засчитывались, но
иногда оплачивались. Обязательной для крестьян была работа в садах.
29 июня 1762 года в ходе дворцового переворота власть перешла в руки Екатерины II.
Новая владелица Царского Села обратила пристальное внимание на свою летнюю резиденцию.
Изменился не только ее внешний вид, но и состав и структура населения, что нашло отражение
в материалах третьей ревизии.
По опубликованным И.Ф.Яковкиным данным этой ревизии, из ведомости конторы
Царского Села, в 1762 г. приписное население резиденции составило 187 чел., (из них 88% – это
рабочие и мастера). По выписке вотчинного управления за 1763 г. из 34 поселений,
приписанных к Царскому Селу, только 4 были русскими. однако, в русских слободах
проживали почти 64% крестьян (1417 душ м.п. из 2225 душ м. п.)532.
***
В качестве примера изучения состава населения по данным ревизских сказок третьей
ревизии обратим внимание на слободу Кузьмино533. В начале XVIII в. отсюда под Гатчину
были переведены жители более 15 финских мыз, а земли – заселены русскими крестьянами.
При переселении в Кузьмино часть русских бежала, и их доставляли в слободу «под
534
командою». «Ежегодно, начиная с 1713 по 1722 г., убегало от 2 до 5 семей» . В годы неурожая
управитель Царского Села отпускал на время часть крестьян на прежнее место жительства в
Костромскую и Суздальскую губернии. Отметки об убыли жителей за эти годы из-за смерти,
отъезда или переводе на работы в Царское Село подробно записаны в ревизские сказки третьей
ревизии слободы Кузьмино535.
Сведения о жителях слободы охватывают время от предыдущей ревизии – 1744 г., – до
1765 г. Исправления за 1763–1765 гг. включают данные о новых жителях слободы (родившихся,
приехавших, присоединившихся к сельской общине, в т.ч. о девушках из других поселений,

531
Яковкин И. История ... Т. 2. С. 30–35.
532
Яковкин И. История … Т. 3. С. 7, 209.
533
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 899. Крестьяне Кузьмино, многолюдной дворцовой слободы, расположенной на границе
с Царским Селом, работали в оранжереях, садах и на стройках Царского Села, занимались хлебопашеством.
534
Индова Е.И. Дворцовое… С. 102.
535
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 899.
152

которые вышли замуж за крестьян Кузьмино). В качестве причин убыли жителей отмечены
смерть, отъезд, перевод на работы в Царское Село.
В сказки вписаны 574 человека. Только для двух человек внесена правка как о прописных
душах536. Незаписанными по прошлой ревизии оказались двое мужчин. Одному из них
исполнилось двадцать лет, следовательно, он был рожден в годы проведения второй ревизии.
Поэтому отсутствие его в сказках можно считать непреднамеренным пропуском. Во втором
случае в 1744 г. крестьянину было 52 года, и в 1763 г. – 71 год.
Ревизские сказки Кузьмино позволяют рассмотреть состав населения по полу и возрасту
как по третьей, так и по второй ревизии за 1744 г. К 1744 г. после переселения на новые земли
сменилось одно поколение. Можно рассчитать распределение мужского населения Кузьмино по
возрасту537. В записях возраст крестьян в 1744 г. колебался от 0,5 года до 82 лет.
На основании данных Приложения 4 «Состав населения дворцовой сл. Кузьмино по
ревизским сказкам третьей ревизии» можно сделать вывод о том, что мужское население
представлено следующими возрастными группами: 41 ребенок до 10 лет, 39 душ м.п. в возрасте
10–19 лет и 37 мужчин 20–29 лет, всего 96 человек до 30 лет (70% мужского населения), в
возрасте от 30 до 60 лет находилось 36 мужчин, а старше 60 лет – 6 мужчин.
За 1744–1765 г. в слободе было зафиксирован 41 случай смерти. Детская смертность
учтена в ревизских сказках плохо: встречена единственная отметка о смерти ребенка 2,5 лет.
Средний возраст умерших составил 46 лет. За время между ревизиями в Кузьмино был только
один долгожитель, (мужчина 86 лет).
К третьей ревизии 1763–1765 гг. мужское население Кузьмино с учетом рождаемости и
убыли достигло 187 человек, записи о возрасте которых начинались с трех недель. К третьей
ревизии структура населения существенно изменилась благодаря значительному численному
приросту чиленности детей. За счет перехода 40 и 50-летних жителей в следующие возрастные
группы (соответственно 60 и 70-летних) выросла доля лиц старшего возраста. Среди мужчин
41% составили дети и подростки до 15 лет, 28% – лица от 15 до 30 лет, 23% –от 30 до 60 лет. За
счет увеличения числа детей в семьях снизился средний возраст мужского населения: в 1744 г.
он был равен 23,5 годам, а к 1763 г. – уменьшился до 22,8 лет.
В ревизских сказках третьей ревизии появляются записи о женском населении Кузьмино.
В ревизской сказке записи о женщинах следуют только после мужчин. Несмотря на выезд
девушек при замужестве в другие поселения, сведения о них фиксировались в Кузьмино.
Поэтому, состав женского населения по возрасту стоит анализировать с учетом «брачной

536
Прописными душами считались люди, не записанные в сказки при предыдущей ревизии, и внесенные в них при
текущей.
537
См. Приложение 4. Состав населения дворцовой сл. Кузьмино по ревизским сказкам третьей ревизии.
153

миграции». Всего в сказках записаны 193 души ж.п., но в 1763 г. в Кузьмино жили 169 женщин
538
.
По ревизским сказкам большая часть (около 60%) девушек вышли замуж и уехали из
Кузьмино в Пулково, сл. Рыбную, Красное Село, Ижору и Усть-Ижору.и другие близлежащие
селения в 20–22 года. Наиболее ранний зафиксированный возраст первого брака у женщин
составил 16 лет539, поздний – 30.
На диаграммах 2 и 3, размещенных в Приложении 4, отражены доли мужского и женского
населения в различных возрастных группах. При общем сравнении численности мужчин и
женщин видно превышение числа мальчиков до 9 лет над числом девочек, постепенное
выравнивание групп к возрасту первого брака (15–19 лет) и перевес женского населения в
остальных возрастных группах. С небольшим превышением доли женского населения
отмечены 40 и 50-летние крестьяне, несмотря на то, что при переселении в 1708–1730-е гг.
число мужчин в семьях переведенцев преобладало.
В сравнении с женской «брачной миграцией» ревизские сказки очень слабо отражают
переезды крестьян Кузьмино. Из всех отметок об убыли только две записи свидетельствуют о
том, что двое мужчин переехали в Царское Село и Пулково на работы: «зверовщиком»540 и для
работы в саду. Один из них при переезде в Пулково вышел из ведомства Царского Села. Записи
также свидетельствуют о двух мужчинах, ушедших из Кузьмино. Для 36-летнего крестьянина,
который переселился в Славянку, причина не указана, а для другого, мужчины 33 лет, мотивом
переезда стала больная мать-вдова в другом селе.
Рассмотрим по ревизским сказкам Кузьмино некоторые вопросы состава крестьянской
семьи. На основании документов можно получить преставление о структуре семьи, данные
сведены в таблицу 6.
Табл. 6. Крестьянские семьи с различным числом детей в сл. Кузьмино в 1744–1765 гг.
(РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 899).
Число Число детей Доля от общего
Доля от общего
детей в семье Семей в таких семьях числа
числа семей (%)
(чел.) (чел.) детей (%)
1 20 22 20 7
2 22 24 44 15
3 15 16 45 16
4 17 18 68 24

538
См. Приложение 4. Диагр. 2, 3.
539
Интересно отметить, что традиция ранних браков не была широко распространена в Царскосельском уезде
XVIII–XIX вв. В 1897 г. из 1229 браков насчитывалось только 14 браков 15-16-летних, и один случай вдовства для
16-летней девушки. I Всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Т. 37: Санкт-Петербургская
губерния/ под ред. Н.А.Тройницкого. СПб., 1903. С. 33.
540
«Зверовщик» – охотник, отлавливающий зверей; зверолов.
154

5 11 12 55 19
6 5 5 30 10
8 2 2 16 6
9 1 1 9 3

Чаще всего встречались семьи с одним или двумя детьми. 24% всех детей приходилось на
семьи с четырьмя детьми. У 8% семей было по 5 и более детей. Максимальное число детей (в
одной семье) составило 9 чел.
Рассмотрим различия между супругами по возрасту. В ревизских сказках 1763 г. записаны
64 семьи. Разрыв в возрасте при старшинстве мужа составил от 1 года до 14 лет. Различие в 1–
4 года наблюдалось в 40,6% таких семей. При разнице от 5 до 9 лет доля браков составляет
20,3%, а при разнице более 10 лет только 6%. На браки ровесников приходилось 9,3% от числа
всех семей.
Среди браков, в которых жена была старше мужа, отмечены 17,2% с разницей в 1–2 года в
пользу невесты и 4,7% браков – с превышением возраста невесты на 10–11 лет. Для девушек
средний возраст вступления в брак составил 19–20 лет, а для юношей – 22–23 года. Однако,
для дочерей, которые только записаны по ревизии за семьями своих родителей, но вышли
замуж и жили в Пулково и других селениях средний возраст первого брака равен 25,5 годам.
Невестам, которых крестьяне Кузьмино взяли замуж из соседних селений, в среднем было 23,3
года.
Далее рассмотрим структуру средних и больших семей по данным рекрутских списков
дворцовых земель.
В призывном списке молодых людей из семейств, состоящих из трех и более работников,
в слободе Кузмино за 1844 г. данные приводятся для 12 семей 541. Из них только 3 человека
оказались освобождены от жеребьевки по купленной квитанции, а 1 уволен как брат недавно
взятого рекрута. По материалам списка видно, что, в одинаковых по числу взрослых семьях (по
3–5 мужчин и женщин) было по 5, 6, 9, 13 и 16 детей. Рекрутам из сл. Кузьмино в 1844 г. при
предварительных расчетах было по 21–22 года.
По материалам рекрутских списков 1848 г.542 по первому участку дворцовой
Царскосельской вотчины следует, что к жеребьевке были вызваны 75 человек от 19 до 22 лет из
75 семей. Для 20 рекрутов сведения о семьях не указаны. Возраст в рекрутском списке сверен с
метриками и ревизскими сказками.
Всего в рекрутском списке в составе семей отмечены 985 чел. Доля взрослых составила
53%, а детей – 47%. В списке зарегистрированы семьи, в которых было не менее трех

541
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 893.
542
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 875.
155

работников. В таких семьях обычно насчитывалось от 3 до 8 мужчин. Всего из Александровки,


Кузьмино Редкого и Верхнего Кузьмино, Пулково и Подгорного Пулково в рекруты были взяты
33 из 75 чел. (44% от вызванных к жеребьевке)543. В 1848 г. родственники выкупили 42 рекрута.
Одна квитанция стоила от 500 до 2000 руб.
Как было рассмотрено выше, рекрутские посемейные списки были связаны с материалами
ревизий. Поэтому изучим несколько сюжетов из истории населения Софийского –
Царскосельского уезда по материалам окладных книг.
Итоговые сведения ревизий, собранные в окладных книгах и перечневых ведомостях,
подготавливались, прежде всего, в финансовых целях. «Ведомость о численности, сословном
составе и поуездном размещении населения Санкт-Петербургской губернии по II – III ревизиям
(1765 г.)»544 дает общее представление о численности жителей по сословиям.
В отличие от ревизских сказок Кузьмино в ведомости сведения представлены по итогам
собранных за несколько лет ревизии материалов: «по минувшей переписи» - за 1747 год,
«ныне» - за 1765 г. и уточнены в графе «против последней ревизии» - за 1770 г.
Следовательно, для того, чтобы оценить численность и движение населения, можно
рассматривать весь период. В Копорском уезде столичной губернии, к которому относились и
земли будущего Царскосельского уезда, на 1765 г. зафиксировано 45787 чел., а с поправкой на
1770 г. – 39039 жителей всех сословий. Такая убыль объясняется бегством, повышенной
смертностью из-за эпидемий и переходом жителей в другие сословные группы. Отход на
заработки крестьян с 1750 г. разрешался «только Главной дворцовой канцелярией от имени
царя»545.
Для уездов Санкт-Петербургской губернии «заселение к середине XVIII в. практически
завершилось, и они сами стали выталкивать мигрантов в соседние районы». 546 По словам
В.М.Кабузана, в 1760-е – 1810-е гг. рост численности населения Озѐрного района, к которому
относился Софийский уезд, находился на среднем уровне по России - 22,6%.547 В целом, в
Новгородской, Псковской, Олонецкой и Санкт-Петербургской губерниях в 1790–1830-е гг.
снижался естественный прирост.
Исключение составили Санкт-Петербургский и Царскосельский уезды, где благодаря
рождаемости и постоянному притоку жителей на заработки постоянно восполнялась и росла
численность населения. Отходничеством зарабатывали как местные жители, так и приезжие.
Рассмотрим по материалам исследований и источников административного учета населения,

543
Надо отметить, что в сл. Пулково и сл. Кузьмино 24% вызванных к жеребьевке крестьян умели читать и писать.
Также в сл. Пулково была записана самая большая семья (из 39 чел. – 25 детей (64%)).
544
Переписи населения России… Вып. III. С. 337–354.
545
Индова Е. И. Дворцовое хозяйство … С. 31.
546
Кабузан В. М. Эмиграция… С. 25.
547
Там же. С. 30.
156

что приносило основной доход жителям уезда и объясняло благоприятные экономические


предпосылки для роста населения.
Н.В.Юхнева отметила, что «на казенных заводах неквалифицированные работы
выполнялись приписными крестьянами Петербургской и Архангельской губернии. На
строительство приходили отходники из Новгородской, Ярославской и Костромской губернии,
на фабрики – из тех мест, где были развиты соответствующие промыслы»548.
«Природные условия и расстояния определили региональную специализацию»549 на
Северо-Западе. Как отметил С.И.Плещеев: «во всей губернии земля вообще ровная, низкая,
песчаная, в иных местах болотистая, а в других глинистая и иловатая, для хлебопашества
малоудобная, и не могущая продовольствовать хлебом поселян»550. Однако, на дворцовых
землях уезда довольно успешно развивались земледелие, садоводство и огородничество.
Приработками «охотно занимались государственные крестьяне, которые, будучи более
свободными, могли использовать открывшиеся возможности. В несколько меньшей степени в
эти побочные работы было вовлечено финское население Ингерманландии, находившееся в
подавляющем большинстве в крепостной зависимости в частных имениях»551.
Распространенным промыслом стал речной и гужевой извоз. Местные ямщики
требовались для доставки товаров из Нарвы в столицу, в летние резиденции – к началу XIX в.
по окладной книге почти половина ямщиков губернии (1524 чел.) 552 проживала в
Царскосельском уезде, что говорит об активности миграции и о прибыльном промысле для
жителей уезда.
Царское Село, Павловск, Гатчина во второй половине XVIII века получили статус
городов. 8 сентября 1763 г. Екатерина II поручила архитектору Неелову провести описание
земель. После этого 15 сентября 1764 г. последовала инструкция «управителю Царского Села
надворному советнику Федоту Удолову»553 о запрещении крестьянам заниматься извозом,
торговлей, промыслами, «которые отнимают у них время на полевые работы, умножают
внутреннюю економию и к лучшему производить не допускают»554.
Также в 1770–1771 гг. возможность миграции населения была ограничена из-за чумы555.
Приказывалось «малые же поперечные дороги около деревень завалить, поставить

548
Юхнева Н. В. Этнический состав... С. 21.
549
Энгман М. Финляндцы... С. 91.
550
Плещеев С. И. Обозрение… С. 45.
551
Энгман М. Финляндцы… С. 90.
552
Переписи населения России… Вып. VIII. С. 42–44.
553
Яковкин И. История... Т. 3. С. 55.
554
Там же. С. 56.
555
Там же. С. 184. На дороге из Москвы и Санкт-Петербурга в Царское Село были установлены рогатки и рвы.
Рогаточникам предписывалось, чтобы «каждый крестьянин, едущий или идущий за каким делом, имел
письменный вид, т. е. билет, что он из здорового и неопасного места». Все деревни вокруг резиденции
157

рогаточника, чтобы также охранял и незнакомых и подозрительных людей не пропускал»556.


«Всем ведения Села Царского крестьянам в отъезды в разные города и уезды, как-то в Москву,
Новгород и прочие места, кроме Петербурга, Нарвы, Риги и Ревеля, никому паспортов не
давать»557. Таким образом, удалось избежать эпидемии в Царском Селе и Санкт-Петербурге.
К этому времени население Царского Села и окрестных деревень выросло так, что
«начинал уже сказываться недостаток в земле для наделения крестьян по прежде положенному
назначению на каждый осмак»558. По справке 1778 г. при передаче службы егермейстером
Польманом ген.-майору Козьмину видно, что при норме 6 крестьян на тягло, в целом население
сильно еѐ превысило.
По указу 1 января 1780 г. Санкт-Петербургская губерния была разделена на уезды и
округи. «Губернии делились на уезды или округи, которые должны были заключать в себе 20–
30 тысяч жителей»559. В 1780–1808 гг. поселения Царскосельского уезда входили в границы
Ораниенбаумского, Рожественского и Софийского уездов. В Софийской округе уездным
городом стала только что созданная София, что упорядочило систему расселения вокруг
резиденции.
Из деревень большой и малой Ладуки, большого и малого Каттелей, Гумаласари и
Кошелевой крестьяне были переселены в Лисинские дачи по Новгородской дороге (Табл. 7).
«Ея Величество соизволила указать: 1) для переселения на новую Новгородскую дорогу
деревень большой и малой Ладуки, Гумаласары, Кошелевой, большого и малого Каттеля, всего
72 дворов, отпустить к Кашкину по смете из Кабинета 10000 рублей, да на перенос в Софию
слободы, состоящей к концу Села Царского, на 90 дворов 3068 рублей; а при том изволила
указать, чтобы переселяемым крестьянам в распашке полей сделать возможную помощь»560.

Табл. 7. Число крестьян, которые были переведены на Лисинские дачи в январе 1782 г. 561
Название поселений, из Количество Д.м.п. Д.ж.п.
которых переселяли дворов
крестьян
Большой Каттель 23 66 79
Малый Каттель 10 35 36
Большая Ладука 9 36 31
Малая Ладука 2 6 6
Гумаласари 10 31 32

огораживались. Местным крестьянам под страхом штрафа было строжайше запрещено впускать торговцев. За
донос на ослушников они получали 5 рублей.
556
Яковкин И. История... Т. 3. С. 86.
557
Там же. С. 185.
558
Там же. С. 255.
559
Ден В. Э. Население... Т. 1. С. 131.
560
Яковкин И. История ... Т. 3. С. 257.
561
Там же. С. 256–257.
158

Ковшуль, или Кошелева 16 72 67


Итого: 70 246 257
Всего 503 чел.

По материалам примечаний к Генеральному межеванию562 в Софийском уезде было


зарегистрировано 15567 душ м. п., (с оговоркой о не полностью поданных сведениях).
Население Софии зимой состояло всего из 2000 жителей. Город рос медленно. З августа
1787 г. для стимуляции его роста был издан указ: «всех жительствующих в слободе при Селе
Царском стараться перевести в город Софию, и вследствие того, перемещение их начать по
мере как отстраиваемые Софийским городничим деревянные и по второму чертежу
конфирмованные каменные домы поспеют»563.
Вокруг Царского Села сформировалось население будущих городов Царскосельского
уезда Гатчины и Павловска. Будущий Павловск «в 1743 г. императрицею Елисаветою
пожалован великому князю Петру Федоровичу, который большую часть времени и жил там» 564.
Гатчина была пожалована Екатериной II князю Григорию Орлову, после смерти которого
имение было выкуплено императрицей. Гатчина была «в 1783 г. подарена, с окрестными
деревнями великому князю Павлу Петровичу. Со вступлением на престол Павла, Гатчина была
возведена на степень города и тогда же в неѐ переведены были из упраздненного в 1797 г.
города Рожествено купцы и мещане»565. До 1775 г. Павловск был маленькой финской деревней.
Вместе с другими он был пожалован Екатериной II в удел Павла Петровича.
Рассмотрим сведения об административных изменениях в 1780–1808 гг. по публикации
В.Э.Дена. Так, указ 5 июня 1787 г., №17988 предписывает «Софийского уезда село
Федоровского посада Всемилостивейше повелеваем приписать в ведомство г. Павловска, а
такое же число душ обратить в ямщики из других селений казенного ведомства»566.
Федоровский посад больше не встречается в числе селений, приписанных к Царскому Селу. По
указам от 11 и 12 ноября 1796 г. Гатчина и Павловск превратились в города. «Указ 24 XI 1796,
№15578 предписал, чтобы города Павловск и Гатчина «относились по случающимся делам
непосредственно в Сенат»567.
По штату 31 декабря 1796 г., №17702 Санкт-Петербургская губерния была разделена на 7
уездов (без Нарвского, Ораниенбаумского и Рождественского). При этом, согласно рапорту
генерал-аншефа Архарова от 24 февраля 1797 г., часть Софийского и Шлиссельбургского,
Ораниенбаумский уезд были присоединены к Санкт-Петербургскому уезду, к Софийскому –
562
Научно-исследовательский Архив СПбИИ РАН. К. 115. № 407–б. Л. 34.
563
Яковкин И. История... Т. 3. С. 310.
564
Военно-статистическое обозрение Российской империи... С. 368.
565
Там же. С. 395.
566
Ден В. Э. Население России ... С. 325.
567
Там же.
159

Рождественский. Кроме этого были оставлены городами г. Кронштадт «на древнем права его
основании»568, Павловск и Гатчина «по Всевысочайше предписанным для них привилегиям»569.
Город Рождествено потерял статус уездного города и был обозначен как село, что отразилось в
материалах окладных и метрических книг. Высочайше утвержденный доклад генерал-майора
Обольянинова 12 января 1797 г., №17725 предписывал «в городе Гатчине и его уезде быть
главноуправляющему»570 и учредить городовое правление из камерной и отчѐтной экспедиции.
Указ 28 октября 1798 г., №18722 говорит о переселении купцов и мещан г. Рожествена, в числе
179 человек, по малочисленности их в г. Гатчину. Указ 10 июля 1797 г., №18039 - «Софийскаго
уезда деревни Тярлеву и Липицы приписать в ведомство г. Павловска»571.
После пятой ревизии было обнаружено значительное число прописных и беглых. Поэтому
правительство было вынуждено дважды в 1799 и в 1808 гг. издавать указы о безнаказанной
дополнительной подаче ревизских сказок»572. Следовательно, данные окладных книг за 1796 и
1808 гг.573 необходимо рассматривать вместе с учетом произошедших за эти годы изменений
границ Софийского уезда.
И. Яковкин574 привел данные отчѐта 1796 г. о том, что в селениях подведомственных
Царскому Селу насчитывалось 1925 тягол. По окладной книге 1796 г. в Софийской округе
числилось 5957 помещичьих и дворовых, 10135 крестьян разных ведомств. Окладные книги
1793, 1796, 1808 гг. отражают как административные перемены, так и быстрый рост
численности населения Софийского уезда575. В 1802 г. в Царском Селе и приписных деревнях,
которые составили ядро поселений уезда, было зафиксировано 10264 человека. К 1808 г. в уезде
насчитывалось 23071 душ, из которых 13208 душ м.п. – 57,25% помещичьих крестьян.
По указу 2 февраля 1802 г., № 20143 из частей Санкт-Петербургского, Софийского и
Ямбургского уездов был образован восьмой в составе столичной губернии Ораниенбаумский
уезд. Тот же указ оговаривал расширение Софийского и Ямбургского за счет соседних
Гдовского и Лужского уездов.
Указ 29 августа 1808 г., № 23257 обосновывает создание Царскосельского уезда, границы
которого практически не менялись до нач. ХХ в. София была объединена с Царским Селом,
куда было приказано «перевести уездные присутственные места из Софии»576. Ревизские сказки

568
Ден В. Э. Население России... С. 325.
569
Там же.
570
Там же.
571
Там же.
572
Переписи населения России... Вып. I. С. 28.
573
Там же. Вып. V. С. 6–7. Вып. VII. С. 71–77.
574
Яковкин И. История... Т. 3. С. 440.
575
Переписи населения России… Вып. V. С. 6–9. Вып. VII. С. 71–77.
576
Ден В.Э. Население России… С. 325.
160

конца XVIII – начала XIX в. отражают сосуществование двух названий уезда – Софийский и
Царскосельский577.
В.М.Кабузан рассчитал, что в Санкт-Петербургской губернии произошло увеличение
показателя прироста населения. Кроме того, он отметил, что «удельный вес крепостного
сословия в районе повысился, что следует объяснить раздачами государственных и дворцовых
крестьян частным владельцам»578.
В Софийском и Санкт-Петербургском уездах наблюдался повышенный естественный
прирост по сравнению с другими уездами. Столица и еѐ пригороды привлекали переселенцев
возможными заработками. Механический прирост населения имел решающее значение в росте
численности населения. Одновременно с тем, лучшие социально-экономические условия
вблизи столицы вели к быстрому увеличению рождаемости.
В губернии «рождаемость значительно превышала смертность (с 1782 по 1795 г. родилось
60,3 тысячи, а умерло 38,9 тысяч д.м.п., или на 35,6% меньше), однако бегство, а также
рекрутские наборы в основном «съели» этот прирост»579. «У податного населения уход в
другие губернии превысил отход (убыло 14,1 тысяч, а прибыло 13,2 тысячи душ м.п.). В
рекруты с 1782 по 1795 г. было взято 7,1 тыс. душ (4% жителей, учтенных IV ревизией)»580.
Так как в 1780-е – 1808 гг. границы Софийского уезда несколько раз менялись, то обратим
внимание на численность населения трех смежных уездов (Софийского, Ораниенбаумского и
Рождественского), поселения которых вошли в 1808 г. в состав Царскосельского уезда. По
данным окладных книг581 общее число крестьян в данных уездах колебалось от 43112 чел. до
53764 чел. Увеличение числа крестьян в 1796 г. произошло за счѐт категории помещичьих и
дворовых людей. К 1808 г. численность крестьян упала до 43276 чел., т.е. ниже уровня 1793 г. –
43980 чел. Перепад объясняется рекрутскими наборами и изменениями границ округ (уездов).
В качестве примера отражения в ревизских сказках обозначенных изменений численности
населения на рубеже XVIII–XIX в. рассмотрим материалы одной из владельческих мыз
Царскосельского уезда. В ревизских сказках 1811 г. (ЦГИА СПб. Ф. 1402. Оп. 1. Д. 113)
содержатся сведения о крепостных крестьянах Федоровской мызы И.А.Штегельмана582. По
правилам ревизии накануне Отечественной войны 1812 г. в сказках ничего не было отмечено о
женском населении: после сведений об отце следовала запись о сыновьях. В ревизской сказке
встречены записи о новорожденных (без указания возраста или с отметкой о возрасте, начиная
с 1 мес.). Возраст дворовых крестьян записан только для 1811 г. без сравнения с V ревизией.

577
ЦГИА СПб. Ф. 1402. Оп. 1. Д. 113.
578
Кабузан В. М. Крепостное население... С. 71.
579
Там же. С. 107.
580
Кабузан В. М. Эмиграция... С. 35.
581
Переписи населения России... Вып. IV–VII.
582
ЦГИА СПб. Ф. 1402. Оп. 1. Д. 113.
161

Между двумя ревизиями прошло 16 лет. Благодаря рождаемости за это время общее число душ
м.п. в мызе увеличилось с 76 до 85 чел.
Детская и младенческая смертность составила 20% от общей смертности. Механическая
убыль населения произошла из-за рекрутского набора в 1796 г. и в 1804 г., набора в милицию (в
1806 г.). В 1800 г. из всех 100 ревизских сказок в одной отмечена отправка 26-летнего
крестьянина на каторгу, но причина не указана. В 1804 г. наименьший возраст рекрут, взятых из
крестьян мызы, составил 16 лет, хотя по Генеральному учреждению в армию брали с 17 лет.
По сведениям об умерших крестьянах Федоровской мызы приблизительно определен
средний возраст умерших (40,7 лет). Средний возраст крестьян Федоровской мызы в 1795 г.
составил 22,8 г., а в 1811 г. – 27,5 лет. Наличное мужское население Федоровской мызы в 1811
году составило 72 души м.п.
Помимо административных, социально-экономических и демографических изменений в
XVIII – нач. XIX века в границах Царскосельского уезда произошли важные изменения
этнического состава населения. Основу многонационального населения Царскосельского уезда
с начала XVIII в. составляли русские, финны и потомки ижор и води, шведов. В резиденциях
стали селиться и работать иностранные мастера из Пруссии и Англии, Франции, Италии
Голландии. Подробнее об изменении этнического состава см. Приложение 5. Этнический
состав населения в Софийском – Царскосельском уезде в 1760–1810-х гг.: материалы
законодательства, ревизий и историографии.
С 1811 г. началась следующая ревизия. По окладной книге 1814 г. общее число жителей
Царскосельского уезда по сравнению с 1808 г. изменилось с 23550 до 29800 чел. Из них 27446
чел. были приписаны к податным сословиям, 60% из которых были крепостными крестьянами.
В Царскосельском и Ораниенбаумском уездах насчитывалось 386 колонистов, более половины
из которых были неподатными583. В 1817 г.584 записано 350 колонистов, в материалах ревизии
1834 г.585 – только 312 чел., плативших подати. Поэтому точно определить численность
неподатного населения Царскосельского уезда по окладной книге трудно.
586
По окладной книге 1817 г. число помещичьих крестьян составило 10392 души м.п.
Появились льготные категории заграничных выходцев и военнопленных из армии Наполеона,
записавшихся в мещанство. Иначе в окладной книге 1834 г.587 представлено деление населения
на сословия.
*

583
Переписи населения России... Вып. VIII. С. 42–44.
584
Там же. Вып. VII. С. 71–77.
585
Там же. Вып. IX, ч. 2. С. 1–7.
586
Там же. Вып. IX, ч. 1. С. 43–44.
587
Переписи населения России… Вып. IX, ч. 2. С. 1–7.
162

Важную роль в увеличении роста численности населения Царскосельского уезда в первой


половине XIX в. играло быстрое социально-экономическое развитие уезда, активная миграция
населения. Вместе с развитием промыслов, ведомственных и частных мануфактур и заводов в
уезде588 в 1820–1830-е гг. велось строительство первой в России железной дороги. Это явилось
важным фактором привлечения населения на заработки и усиления мобильной активности
жителей Санкт-Петербургской губернии и Царскосельского уезда. Полиция и городская
администрация в своих отчетах довольно подробно отражали как легальную, так и нелегальную
миграцию.
Книга для записи «видов различных людей», проживающих в селениях в 1818–1820 гг.
содержит интересные сведения о миграции и территориальных связях населения уезда 589.
Большинство мещан, наемных рабочих, крестьян приехали из Вологодской, Олонецкой,
Ярославской и Псковской губерний. Из Смоленской и Витебской губерний в Царскосельский
уезд военные и инвалиды прибывали по военным и плакатным билетам к родственникам для
свидания или лечения. Среди мигрантов в Царскосельском уезде в первой половине XIX в.
преобладали мужчины. В числе целей приезда на первом месте стоит работа и подвоз камня на
Московской дороге. Большинство таких работников ночевали в Александровке, Пабузи,
Пулково и Редком Кузьмине, а работать отправлялись на дороги. В этих и других поселениях
останавливались на год или без указания срока наемные работники и крестьяне, взятые в
пастухи.
Приезжие без документов и выявленные полицией считались беглыми. В деле о
пойманных полицейскими беглецах в Царском Селе в нач. XIX в. указано 76 человек590. За
1817–1825 гг. беглых в Царском Селе больше всего было поймано в 1818 г. – 29 чел., в 1819 г. –
14, 1820 г. – 10., 1823 г. – 7, 1822 г. – 5, 1821 г. – 4, в 1824 г. – 3, в 1817 г. – 3, а в 1825 г. –
только 1 чел.
Чаще всего побеги и, соответственно, поимки беглых происходили весной. Весной за
1817–1825 гг. были пойманы в Царском Селе 23 чел., для сравнения, за два сезона – летом и
осенью – по 21 человек. Меньше всего беглых было обнаружено в зимнее время (9 чел.).
Мужчины составили 79% от общего числа выявленных полицией беглецов. Две женщины из 16
указали, что скрывались в казармах рядовых Австрийского и лейб-гвардии гусарского полка.
После их поимки по приказанию генерал-майора Я.В.Захаржевского в Софии и Павловске
полиция провела особое расследование в казармах рядовых и отрапортовала, что больше

588
Списки фабрик и заводов Европейской России. СПб., 1903. Памятная книжка… СПб., 1905. См. Приложение 11.
Табл. 18. Предприятия в Царскосельском уезде в нач. ХХ в.: данные промышленной переписи и Памятной книжки
1905 г.
589
РГИА. Ф. 487. Оп. 9. Д. 846.
590
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 7381. См. Приложение 6. Табл. 5. Из отчетов полиции Царского Села в 1817–1825 гг. о
пойманных беглых.
163

беглых не нашли. Одна из них оказалась крестьянкой помещицы Пироговой, которая владела
деревней Жар Солигалицкого уезда Костромской губернии. «В бегах с год времени, обвинена в
краже платья на 81 рубль. 3 недели в казармах рядовых Австрийского полка, а прочее время по
разным деревням»591.
14 из 16 женщин оказались крепостными (дворовыми). Из 60 мужчин 43 были
частновладельческими крестьянами, (из них 40 – дворовыми). Интересно, что 5 из 40 дворовых
бежали после передачи владельцем дворового либо в услужение, либо в ученики разным
мастерам (кузнечного, сапожного, цирюльного дела и др.). Только один из 44 крестьян оказался
государственным, 43 чел. были крепостными. Из 60 пойманных беглых 12 человек (20%)
относились к военному ведомству (10 рядовых, 1 певчий и 1 барабанщик), а еще 2 – ученики
сухопутного госпиталя. Из городских торгово-ремесленных сословий встречаются только 2 из
76 случаев побега. Двое пойманных были обвинены в кражах. Из 76 только 6 чел. явились в
полицию сами. 3 беглых оказались без документов или с фальшивым паспортом.
Время в бегах разнится от 1 дня до 12 лет. Характерно, что большая доля бежавших была
поймана в течение одной недели с момента побега. В 70% до побега люди проживали в Санкт-
Петербурге, Царском Селе и уезде. Остальные попали в Царское Село из Тверской и Тульской,
Ярославской, Новгородской, Московской, Калужской, Костромской, Нижегородской,
Казанской, Смоленской, Рязанской, Пензенской, Пермской губернии, Киева, Полтавы,
Фридрихсгама, Пруссии592. Интересно отметить, что по месту выхода легальная и нелегальная
миграция в Царскосельском уезде была различна. В качестве причин этого явления можно
назвать различные традиции и менталитет населения, особенности правового статуса человека,
экономическую специализацию регионов.
Таким образом, дошедшие до нас ревизские сказки, окладные книги и материалы
полицейского учета XVIII–XIX в. отражают этнический, сословный и половозрастной состав
населения Царскосельского уезда, его миграцию и территориальные связи на момент описаний.

3.2. Исследование населения прихода Преображенской церкви(с. Орлино)


XVIII – первой половине XIX в. по данным метрик и исповедных росписей

По сведениям метрических книг и исповедных росписей Преображенского прихода


можно рассмотреть методику и результаты расчета различных демографических показателей.

591
РГИА. Ф. 487. Оп. 8. Д. 7381. Л. 28–29 об.
592
См. Приложение 6. Табл. 5. Из отчетов полиции Царского Села в 1817–1825 гг. о пойманных беглых.
164

В поселениях Преображенского прихода по данным исповедных росписей число жителей


в одном дворе в 1730–1750-е гг. колебалось от 4 до 8 человек. Первая половина XVIII в. – время
заселения государственных, дворцовых, помещичьих деревень, которое было связано с
бегством целых семей переведенцев. На рубеже 1730–1740-х гг. в одном дворе в среднем жили
по 6 человек (по 2 муж. и 4 жен., включая детей). В 1746–1748 гг. число живших в одном
домохозяйстве из-за бегства и эпидемии оспы сократилось до 4 чел. Но к 1750 г. увеличилось
до 8 чел. Следовательно, в исповедных росписях отражен постепенный рост в 1730–1750-е гг.
числа жителей одного двора, домохозяйства, что свидетельствует о постепенном
положительном экономическом развитии поселений прихода.
Во второй половине XVIII в. складывается основа постоянного населения исследуемых
земель. Благодаря высокой рождаемости и увеличению числа детей, в одном домохозяйстве к
1790 г. в среднем жили 9, к 1837 г. – 11 человек.
Одновременно с этим, исповедные росписи зафиксировали за 1740–1830-е гг. изменение
статуса большинства крестьян. Так, за счет перевода земель из дворцовых и государственных в
частные, особенно во второй половине XVIII в., выросла доля частновладельческих крестьян.
По данным метрик и исповедных росписей, (наравне с ревизскими сказками и материалами
межевания), можно проследить переход дворцовых деревень и их жителей в
частновладельческие.
Например, до 1747 г. все крестьяне Преображенского прихода подчинялись дворцовому
ведомству. С 1748 г., начиная с записей о дер. Остров вблизи с. Орлино, наблюдаем
постепенное увеличение числа помещичьих крестьян в приходе. Об этом же свидетельствуют
записи в исповедных ведомостях и метриках о принадлежности новых деревень помещикам и
переходе поселений и их жителей от одного владельца к другому.
Например, село Орлино, мыза Спасская, деревня Остров в сер. XVIII в. принадлежали
Я.А.Мельницкому, а к 1790-м гг. большинство поселений Орлинского прихода уже перешли во
владение А.С.Стахиева. В 1830–1850-е гг. метрики и исповедные росписи указывают на кн.
Л.П.Витгенштейна и И.И.Васильчикова, баронессу С.Черкасову как владельцев практически
всех земель и жителей прихода.
Из первой части метрики о родившихся можно выделить записи о рождаемости в семьях
крепостных и соотнести их с общим числом рождений за год в приходе. Так, к 1790 г. из 72
новорожденных в Орлинском приходе к рожденным в семьях крепостных отнесены 27 человек
(37,5%). По данным метрики 1856 г. среди новорожденных прихода можно выявить 74% детей
помещичьих и 26% дворцовых593, удельных и государственных крестьян. К государственным в

593
К 1856 г. к дворцовым в Орлинском приходе относились только жители дер. Луги дворцового
Ораниенбаумского ведомства в Лужском уезде на границе с Царскосельским уездом.
165

1856 г. относились только те крестьяне, которые приехали в Орлинский приход из Витебской (7


семей), Новгородской, Псковской и Вологодской губерний. В 1856 г. отмечено рождение
ребенка у воспитанника Санкт-Петербургского воспитательного дома Гатчинской деревенской
экспедиции и рождение сына в семье отставного титулярного советника и его жены. Также и 1–
2 раза в год в метрики записывали новорожденных в семьях священника и дьякона Орлино.
Таким образом, метрики 1790–1856 гг. свидетельствуют об увеличении числа рождений в
приходе и изменении социальной структуры населения.
При расчете общих, а за некоторые годы – и специальных коэффициентов по данным
метрик и исповедных росписей, нужно помнить о том, что не все жители прихода
исповедались, крестили в церкви детей или были вовремя записаны в метрику. Таким образом,
полученные коэффициенты можно считать лишь приближенными значениями.
В 1736–1746 гг. в приходе общий коэффициент рождаемости (далее ОКР) поднялся с 21‰
до 39‰. В 1748 г. из-за оспы он упал до 19,5‰, а к 1750 г. – восстановился до 29‰. В 1750 г.
специальный коэффициент рождаемости на тысячу женщин 15–50 лет составил 139‰. К концу
XVIII в. ОКР увеличился до 52,7‰. Специальный коэффициент на 1790 г. составил 230‰. При
учете всех прихожан в исповедной росписи в 1796 г. ОКР был равен 54‰, специальный –
261‰.
Постепенно в приходе увеличилось число внебрачных детей. В XVIII веке в приходе
ежегодно происходило крещение 2–3 внебрачных детей. В 1830–1850-е гг. записывалось по 5–6
новорожденных вне брака у дочерей заводских мастеровых и крестьян.
По данным расчета по метрике 1838 г.594, исповедной росписи595 и данным о населении
прихода из «Описания Санкт-Петербургской губернии по уездам и станам»596 общий
коэффициент рождаемости снизился до 36‰, участилась младенческая смертность.
По метрике 1856 г.597 в приходе несколько выросло число рождений (до 131 чел.).
Увеличение числа приезжих способствовало тому, что численность всех прихожан стала равной
5000 чел. Так, в результате расчетов ОКР составил 26‰. Коэффициент младенческой
смертности был равен 256‰598. Однако, требуется отметить недоучет как новорожденных, так и
детей, умерших до года, т.к. следуя записям метрики, более половины детей были крещены в
другом приходе, дома или не вписаны в метрики Орлино.
Как пример расчетов показателей брачности можно представить сведения о возрасте
вступления в брак по материалам церкви Преображения 1838 г. и 1856 г. Наименьший возраст

594
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 290.
595
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 979. Лл. 354–391.
596
Описание Санкт-Петербургской губернии по уездам и станам. СПб., 1838.
597
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 435.
598
Там же.
166

заключения брака у мужчин в приходе составил 19 лет. Наибольший возраст вступления в


первый брак мужчин составил в 1838 г. 41 год, и в 1856 г. – 36 лет. Средний возраст мужчин
при вступлении в первый брак был равен 24 г., у женщин в 1838 г. – 21 г., и в 1856 г. – 23 г.
Наименьший возраст при вступлении в брак у девушек в 1838 г. составил 17 лет. В свой первый
брак крестьянки вступали до 32–34 лет.
Повторные браки для женщин встречались в приходе редко. Например, по метрике 1838 г.
в 35 лет вдова «инвалида гвардии» вышла замуж третий раз за 43-летнего крепостного
крестьянина из дер. Еленково, который вступал в повторный брак. В этом же году крестьянская
вдова в 27 лет оказалась невестой 41-летнего крестьянина из дер. Ящера. Если она выходила
замуж второй раз, то мужчина женился в 41 год впервые.
На основе изучения метрик сделаны выводы об очередности брака и разнице в возрасте
супругов. Браки сверстников чаще всего приходились на 22–23 года. Доля таких браков в 1838
году составила 21,7%, в 1856 г. она снизилась до 10,7%. Браки можно сгруппировать по разнице
в возрасте в 1–2 года, затем 3–7 лет, 8–10 лет и 11–14 лет. В пользу мужа разница в возрасте
практически стабильно укладывалась от 1 года до 5 лет. Доля таких браков в XVIII–XIX вв. по
изученным материалам менялась от 30 до 43%. Браки с разницей свыше 5 лет в пользу мужа со
временем участились: в 1763 г. в Кузьмино насчитывалось всего 17% семей, где муж был
старше жены на пять лет и более, в 1856 г. в Орлинском приходе – 21%. 4–6% соотвественно от
общего числа браков составили семьи, в которых муж был старше жены более, чем на 10 лет.
Несмотря на то, что в метрические книги Орлино вписывали православных, в источниках
встречаются записи и о смешанных по вероисповеданию браках. Например, в Орлино из дер.
Маеран Витебской губернии приехала семья, в которой 20 мая 1856 г. родился сын Никифор.
При записи о крещении 20 мая в метрике отметили, что отец – крестьянин Станислав
Разгунский римско-католического вероисповедания, а мать – православная599. Стоит обратить
внимание на то, что в метрическую книгу были вписаны оба супруга, (для сравнения – в
исповедные росписи не вносились в общий состав семьи незаписные раскольники-
старообрядцы и федосеевцы). Брачная миграция включала поселения Преображенского
Орлинского и других приходов (Грязно, Рождествено, Вырицы, Куровицы).
Сведения исповедных росписей о числе жителей по возрасту важны для расчета
специального повозрастного коэффициента брачности. В 1746 г. в Орлинском приходе
специальный коэффициент брачности жителей 15–49 лет был равен 49‰ (муж.) и 53‰ (жен.).
В 1748–1750 гг. показатель колебался от 43‰ до 47‰ у мужчин, и 44–48‰ у женщин. К 1790 г.
специальный коэффициент брачности снизился до 31‰ у мужчин и 35‰ у женщин при 48%
доле жителей от 15 до 49 лет.
599
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 435. Л. 140 об.
167

Перейдем к анализу смертности по сведениям материалов Преображенского прихода в


Орлино. В 1736–1740-е гг. общий коэффициент смертности составил 35‰. За 1747 г. данные о
смерти приводятся в метрике только о крестьянах дер. Ламбова600. При сопоставлении сведений
о мужчинах этого поселения по исповедным росписям с записями об умерших общий
коэффициент смертности в Ламбово был равен 46 ‰ и средний возраст умерших – 53 года.
В метриках 1790-х гг. запись возраста умерших становится подробнее: если в метрике
1790 г. детская смертность обозначена от 1 года и старше, то в книгу 1796 г. внесены отметки о
младенческой смертности, начиная с 1 месяца. Для детей от рождения до 7 лет коэффициент
смертности в Орлинском приходе равен 43,6‰. Сведений о смерти детей и подростков от 7 до
15 лет нет. Для работников 15–40 лет в 1790 г. показатель снижается до 13‰, минимум среди
всех возрастов за этот год.
Рост коэффициента до 20‰ для 40–50-летних крестьян обозначает начало «опасного»
возраста для старшего поколения, повышаясь до максимума в 67,7‰ для 60–80-летних жителей
Орлинского прихода.
Общий коэффициент смертности в приходе в 1790 г. составил 23,5‰ у мужчин и 18,7‰ у
женщин. У жителей разных поселений Орлинского прихода демографические процессы
протекали по-разному. Так, в Лампово в 1790 г. наблюдается близкое по значению число
новорожденных (13 чел.) и умерших (11 чел.). Как пример демографического поведения
сельского населения в 1790 г. можно привести ситуацию в дворцовой деревне Межна. Все
население деревни по исповедной росписи насчитывало 29 дворов, где проживали 163 муж. и
149 жен. За год здесь родились 20 чел., умерли только четверо, 7 человек вступили в брак.
По календарю в Орлинском приходе большая часть случаев смерти приходится на январь,
март и май-июнь. До апреля, когда устанавливается тепло, самой частой причиной смерти
взрослых была горячка, тогда, как на май-июнь приходится большая доля младенческой смерти
из-за колотья (колик) и смерть пожилых людей (в основном, в метриках указана только
«старость»). Такое распределение смертности по месяцам и причинам смерти сохраняется для
конца XVIII – нач. XIX в.
С улучшением записи младенческой смертности фиксируется смерть детей, которые
прожили несколько дней, – по данным метрик соотношение интенсивности смерти по
причинам, возрасту и времени года меняется. Например, в Орлинском приходе минимум риска
смерти для детей в 1838 г. приходится на лето, а пик (6 из 9 случаев) младенческой смертности
отмечен в холодные зимние месяцы – январь и февраль. По возрасту самому маленькому
ребенку, записанному в третью часть метрики в 1838 г. было всего 3 недели, а самым пожилым

600
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 595.
168

людям – по 88 лет. Имя одной из трех женщин, которые скончались в приходе в 88 лет, было
никому неизвестно.
Максимум смертей жителей в 1838 г. среди поселений отмечен для центра прихода –
Орлино, где за год число умерших местных жителей сравнялось с числом новорожденных. При
учете роста смертности приезжих из Псковской и Витебской губерний, общее число случаев
смерти превысило в Орлино число новорожденных.
В целом, в приходской метрике число записанных рождений во всех поселениях в два раза
превысило число умерших. Таким образом, по данным метрик и исповедных росписей XIX в.
можно провести более подробные расчеты показателей, но их неточность сохраняется.
В 1856 г. из-за эпидемии оспы показатель смертности поднялся до 19,5‰ у мужчин, у
женщин – до 23,7‰. По метрике церкви Преображения 1856 г. коэффициент младенческой
смертности в приходе даже при приблизительных расчетах очень высок – 336,7‰. Однако, при
сравнении с данными административной статистики за 1876–1891 гг. показатель оказался ниже
среднего по Царскосельскому уезду601.
Без учета младенческой смертности за 1856 г. средний возраст умерших в Орлинском
приходе Царскосельского уезда составил 36 лет. Самому старшему среди умерших было 87 лет.
По причинам и времени года смертность распределена следующим образом. Пик
смертности по месяцам пришелся на февраль и март из-за простуды. Эпидемия оспы, которая
началась еще в феврале, дала пик смертности в мае и июне. Смерть новорожденных от колотья
фиксируется на протяжение всего года, а от золотухи – в сырую весну и осень. На зиму и весну
приходились случаи смерти от водяной болезни. В 1856 г. повышенная смертность от оспы,
простуды, колик и золотухи характерна для детей с рождения до 5 лет, заметно уменьшаясь для
жителей прихода в возрасте 5–35 лет. Смертность в приходе вновь повышается для людей с 35
до 75 лет (водяная болезнь и «старость»).
В третьей части метрических книг особенно выделены случаи смерти детей в тех семьях, в
которых отец был взят в рекруты. Потеря главы семьи и кормильца пагубно отражались на
жизни семьи в целом.
Материалы церковных книг позволяют рассмотреть изменения сословного состава
населения в связи с ростом городов и учреждением колоний, перевод большей доли
крестьянского населения из государственных и дворцовых в частновладельческие крестьяне.

601
За 1876–1891 гг. средний коэффициент младенческой смертности составил 349‰. С 1891 по 1910 г. в
Царскосельском уезде начинается постепенное снижение младенческой смертности (средний коэффициент равен
276,5‰).
169

На примере исследования метрик и исповедных ведомостей церкви Преображения


Орлинского прихода за XVIII – сер. XIX в. показана возможность изучения коэффициентов
рождаемости, брачности и смертности, состава населения по возрасту.
Далее рассмотрим рождаемость, смертность и брачность населения Царскосельского
уезда во второй пол. XIX – нач. ХХ в. на основе публикаций Центрального и Губернского
статистических комитетов, а также первой Всероссийской переписи населения.

3.3. Данные публикаций Центрального и Губернского статистических комитетов


МВД о населении Царскосельского уезда в 1860-е – 1910-е гг.

По данным о движении населения Европейской России, опубликованным в


Статистическом Временнике и Статистике Российской империи за 1860-е –1910-е гг., можно
представить примеры расчета общих и специальных показателей рождаемости, брачности и
смертности населения в Царскосельском уезде. Также по сведениям Памятных книжек Санкт-
Петербургской губернии рассмотрим изменения структуры населения уезда по сословиям и
вероисповеданию.
В 1862 г. все население уезда по данным Памятной книжки составило 23520 чел. в
городах и 75227 чел. в селах602. Надо отметить различие в соотношении населения по полу в
городах и сельской местности уезда. В 1860-е – 1920-е гг. в Царскосельском – Детскосельском
уезде превышение численности мужского населения в городах и селах изменилось до
преобладания женского населения. В 1860–1910 гг. численность населения Царскосельского
уезда выросла со 100 до 174 тысяч человек603.
Рассмотрим изменения общего и специального коэффициента рождаемости 604: их
динамика свидетельствует о влиянии социально-экономического фактора на рождаемость,
численность и состав населения по полу и возрасту.
Общий коэффициент рождаемости, равный 49,6‰ в 1862 г., из-за эпидемии оспы и
холеры 1866 г.605 несколько снизился к 1868 г.

602
Памятная книжка…на 1863 г. СПб., 1863.
603
Памятная книжка Санкт-Петербургской губернии на 1862 г. СПб., 1863. Ежегодник России за 1910 г. СПб.,
1911.
604
См. Приложение 9.2. Диагр. 9.Общий коэффициент рождаемости в Царскосельском – Детскосельском уезде:
1862–1920 гг. Диагр. 10. Специальный коэффициент рождаемости женщин 15–49 лет в Царскосельском –
Детскосельском уезде: 1862–1920 гг.
605
Здекауер Н.Ф. Отчет об оспенной эпидемии, свирепствовавшей в Царскосельском уезде в 1866 году//Военно-
медицинский журнал. 1867. Ч. 98. (№ 2). С. 164–207.
170

Так, например, в сельской местности ОКР упал к 1868 г. до 46‰. Однако в городах уезда
он вырос с 40 до 45,5‰606. Можно прийти к выводу о том, в ходе эпидемии холеры городские
жители меньше пострадали, в т.ч. и благодаря постоянной работе больниц и госпиталей в
Царском Селе, Гатчине и Павловске. В селе эпидемия отразилась на рождаемости сильнее из-за
менее развитой системы медицинской помощи.
Памятная книжка столичной губернии на 1880 г. и приложение к губернаторскому отчету
1891 г. указывают на рост численности населения в уезде без городов с 73 до 84 тыс. чел. В
1880–1891 годы ОКР в селах в среднем составил 46‰. При сопоставлении сведений
губернаторского отчета 1891 г.607 о численности населения уезда без городов и данных о
рождаемости по публикациям ЦСК МВД рассчитано, что в селе в 1891 г. ОКР вырос до 47‰.
Интересно, что при расчете ОКР на основании более точных данных переписи 1897 г. он
оказывается равным 38,2‰.
В 1890–1910-е гг. число новорожденных в Царскосельском уезде колебалось в границах
от 5400 до 6900 человек в год. Если в 1880-х гг. доля рожденных в городах изменялась от 23 до
26%, то, начиная с 1898 г. по 1910 г. в Царском Селе, Гатчине и Павловске на свет стали
появляться от трети до 43% всех новорожденных Царскосельского уезда. Эта же тенденция
увеличения доли демографических событий в городах и снижения в сельской местности
характерна и для смертности, и брачности, медленнее она развивается для первого, и быстрее –
для второго процесса. В 1905 г. доля браков в городах достигла 49,5% от всех браков в
Царскосельском уезде. Можно предположить, что причина этого – в оттоке молодежи из
деревни в город на заработки.
В городах Царскосельского уезда за 1897–1905 гг. выросла численность населения,
увеличилась доля рабочих и мещан. ОКР для города и села в среднем за этот период равен 40‰.
Для села за это время ОКР уменьшился с 38,2 до 32,6‰.
За 1905–1910 гг. ОКР в городе снизился с 59 до 43‰. В селе в 1905–1907 гг. произошел
небольшой подъем (с 32 до 35‰), и к 1910 гг. – спад рождаемости до 29‰. Важными
факторами снижения рождаемости можно назвать последствия социально-экономической
напряженности в годы революции 1905–1907 гг. и эпидемии азиатской холеры608 1908 г.
Общий коэффициент рождаемости в городе и селе в среднем в 1910 г. был равен 33,6‰.
Процесс постепенного снижения коэффициента рождаемости при росте абсолютного
числа рождений в Царскосельском уезде отражен в общем и специальном коэффициентах, в

606
Памятная книжка… на 1868 г. СПб., 1868.
607
РГИА. Ф. 1284. Оп. 223. Д. 207.
608
В 1908 г. эпидемия азиатской холеры повысила смертность в различных уездах Санкт-Петербургской губернии.
171

характеристике рождаемости по месяцам, рождений вне брака и соотношения новорожденных


по полу.
Число рождений мальчиков и девочек сохраняет тенденцию общей динамики
рождаемости. При постоянном превышении числа рождения мальчиков можно заметить, что в
годы повышенной рождаемости разрыв между числом рождений мальчиков и девочек
увеличивается (105–107 мальчиков на 100 девочек) и уменьшается до 102 со снижением
рождаемости609.
В среднем в 1876–1910 гг. в уезде фиксировались 58 рождений вне брака на 1000
новорожденных. За 1876–1892 гг. уровень рождений вне брака на 1000 новорожденных
колебался от 40 чел. до 60 чел. Однако, самые высокие показатели внебрачной рождаемости
приходятся на 1892–1907 гг.610, время обострения социальных противоречий, неурожаев,
бурной миграции населения. Например, после революции 1905 г. показатель поднялся до 75
рожденных вне брака на 1000 всех новорожденных. Одновременно со спадом революционных
событий в уезде в 1907–1908 гг. внебрачная рождаемость снизилась до 50 чел. В 1910 г. она
составила 65 чел. на 1000 новорожденных611.
Можно прийти к выводу: рождение детей вне брака во второй половине XIX – нач. ХХ в.
являлось одним из самых социально-обусловленных демографических явлений, быстро
реагирующих на общественную, экономическую и политическую обстановку в стране.
В 1876–1910 гг. соотношение рождений по месяцам в Царскосельском уезде менялось. В
качестве ведущих факторов таких перемен можно выделить долговременные (вероисповедание
и аграрный цикл), и кратковременные (эпидемии, неурожаи). К особой группе факторов стоит
отнести социально-экономические изменения, приток населения на заработки.
1876–1910 гг. можно разделить на два этапа. Первый этап (с 1876 по 1897 г.) продолжает
традиционное для XVIII – первой половины XIX в. распределение рождаемости в течение года.
Второй этап (1897–1910-е гг.) отличен увеличением числа рождений в целом при более
«равномерном» распределении (стабилизации) рождений по месяцам.
*

609
Изменение соотношения полов при рождении в зависимости от социально-экономических и политических
событий подтверждается в различных исследованиях в России и за рубежом. Как пример можно привести статью
Shige Song. Does famine influence sex ratio at birth? («Влияет ли голод на соотношение новорожденных по полу?»).
[URL: http://www.rspb.royalsocietypublishing.org/content/early/2012/03/16/rspb/2012.0320. full]. (25.02.2016).
610
Движение населения… за [1892–1907] г.//Статистика... СПб., Пг., [1896–1914]. Вып. 37–87. За эти 15 лет
максимумы зафиксированы для 1892–1893, 1895, 1899, 1901, 1903 и 1906 гг., и средний показатель внебрачных
рождений составил 67 на 1000 новорожденных.
611
Движение населения… за [1907–1910] гг. // Статистика... Пг., 1914–1916. Вып. 87–93.
172

Снижение коэффициента смертности детей до 1 года – важная характеристика населения


Царкосельского уезда612. Показатели младенческой смертности в 1876–1910 гг. изменялись в
пределах от 437 до 215‰.
Показатель младенческой смертности чуток к природным и социальным трудностям, он
отражал состояние медицинской помощи в Царскосельском уезде. Как отметил В.А.Кислов «по
деревням действовало бесчисленное множество повитух, которые не имели никакого
медицинского образования, а потому действовали каждая на свою руку»613. Борьба с высокой
младенческой смертностью сопровождалась открытием акушерских школ и фельдшерских
пунктов, частных сельских и городских родильных приютов.
В 1867–1881 гг. в Санкт-Петербургской губернии614 младенческая смертность в среднем
колебалась в пределах 344–380‰ (муж.) и 317–336‰ (жен.). Вычисление коэффициента
младенческой смертности по публикациям ЦСК МВД за 1860–1875 гг. за каждый год для
Царскосельского уезда провести нельзя. Его можно рассчитать с 1876 г. по 1910 г. за каждый
год благодаря изданию Статистического Временника и Статистики Российской империи615.
Вспышки младенческой смертности зафиксированы при общем снижении ОКР. Они
приходятся на 1880 и 1888 гг., когда смертность детей до 1 года превысила среди мужчин
отметку 400 на 1000 новорожденных и 390 – у женщин. Младенческая смертность снижалась
скачкообразно.
В 1895 г. из-за эпидемии доля детей, умерших в возрасте от рождения до 5 лет, составила
56% от общего числа умерших. По данным земских медиков смертность детей до 5 лет в уезде
почти в два раза превышала этот показатель в городах уезда616.
В 1909 г. показатели младенческой смертности в Царскосельском уезде, рассчитанные на
основании материалов статистики Российской империи, сопоставимы с материалами
статистических карт617, которые находятся в фонде МВД в РГИА. В 1909 г. по проведенным
расчетам коэффициент смертности детей до 1 года в Царскосельском уезде равен 226‰ (муж.)
и 237‰ (жен.). Следуя данным карты Европейской России 1909 г., смертность детей до 1 года в

612
В более ранних по времени источниках в России пробные расчеты показателей младенческой смертности
можно найти в отчетах Санкт-Петербургского Воспитательного дома и Деревенской экспедиции нач. XIX в.
Формулировка в отчетах за первую треть XIX в. не изменилась с 1803 г.: «В 1803 г. по изсчислению от всей
наличности 4751 питомцев померло 855. Следовательно от 100 питомцев померло 18 чел., тож из грудных 1475
питомцев померло 523 и потому от 100 питомцев померло 35 человек». (РГИА. Ф. 758. Оп. 12. Д. 55. Л. 2).
613
В.А.Кислов. Земская медицина…
614
Смертность младенцев в Европейской России в 1867–1888 гг. // Временник ЦСК МВД. 1889. № 6.
615
См. Приложение 9.5. Младенческая смертность в Царскосельском уезде в 1876–1910 гг. по данным публикаций
Центрального и губернского статистических комитетов МВД. Диагр. 14. Смертность детей до 1 года в
Царскосельском уезде: 1877–1910 гг.
616
Например, в 1903 г. из-за усиления социально-экономических проблем смертность детей от рождения до 5 лет
составила более половины всего числа умерших в Царскосельском уезде. Показатель вырос и в 1905–1908 гг. в
течение первой русской революции и эпидемии азиатской холеры 1908 г.
617
РГИА. Ф. 1290. Оп. 4. Д. 558. М/ф. 12 ф. См. также: Смертность младенцев в возрасте от рождения до одного
года в 1909, 1910 и 1911 гг. в Европейской России // Статистика Российской империи. СПб., 1914.
173

уездах Санкт-Петербургской губернии колебалась от 20 до 27,7 % (или от 200‰ до 277‰). В


публикации Статистики России 1918 г. приведены данные о младенческой смертности по
губерниям в 1912 г. В Петроградской (Санкт-Петербургской) губернии по расчетам ЦСК МВД
коэффициент смертности детей до одного года был равен 25,9% (259‰). Для мальчиков
показатель составил 284‰, для девочек – 241‰. Интересно отметить, что коэффициент для
мальчиков был выше среднего (260‰) по России618.
*
Рассмотрим изменения смертности619 всего населения Царскосельского уезда.
В 1862 г. общий коэффициент смертности составил 36,6‰, к 1910 г. он снизился до
25,3‰. Эпидемия холеры 1866 г. сказалась на смертности населения города и села. В 1871 г.
эпидемия повторилась. В 1871 г. земскими медиками отмечен следующий случай холеры. «В
дер. Пижме Сиворицкой волости в сентябре открылась холера, причиной ее появления было то,
что крестьянин означенной деревни проживал в Санкт-Петербурге, а 8 сентября приехал в
Пижму и тотчас по приезде заболел холерою, а через несколько часов умер; через два дня после
его смерти в той же деревне заболело 7 человек, и на крестьян означенной деревни напал
панический страх, так что никто не хотел подходить к больным»620.
Во время холеры смертность мужчин города и села была почти одинаковой, а в 1868–
1871 гг. – на селе снизилась быстрее, чем в городах.
В 1872–1873 гг. в сл. Кузьмино, Гатчинской, Дружносельской, Рождественской,
Ковшовской и Сиворицкой волости распространилась оспа, для борьбы с которой были
направлены оспопрививатели621. В 1875 г. в Царскосельский уезд из Петербурга была занесена
эпидемия брюшного тифа, которая охватила почти все волости.
Необходимо отметить сильное влияние эпидемии 1877–1879 гг. на смертность 1880 г. Два
года перед эпидемией были засушливыми, и водоснабжение жителей в растущих городах стало
затруднительным. Это осложнило санитарную обстановку в уезде. За год до тифа и холеры
1878 г., в 1877 г. в уезде умерли 3,8 тыс. человек, в численном выражении эпидемия в
Царскосельском уезде увеличила смертность почти на 1000 человек об.п. до 4,7 тыс. чел622.
ОКС к 1880 г. вырос до 45,5‰. В годы эпидемий на 100 женщин умирало 120 мужчин.

618
Смертность младенцев в возрасте от рождения до 1 года в 1912 г. в Европейской России // Статистика России.
Пг., 1918. Вып. 95. С. III.
619
См. Приложение 9.3. Коэффициенты смертности в Царскосельском (Детскосельском) уезде в 1862–1920 гг.
Диагр. 11.
620
Кислов В.А. Земская медицина…
621
Там же.
622
Дополнительные сведения … за 1876, 1877 и 1878 гг.: поуездные таблицы // Статистический временник. Серия
III. СПб., 1890. Вып. 25. Движение населения … за [1879–1880] гг. // Статистический временник... Серия III. СПб.,
1884. Вып. 3. 1887. Вып. 7.
174

К 1885 г. ОКС снизился с 45,5 до 34‰623. В 1888 г., в связи с эпидемией холеры в
губернии, в Царскосельском уезде был зафиксирован очередной пик смертности (4,5 тыс.
человек за год). Вместе с холерой в 1886–1888 гг. в уезде была зафиксирована эпидемия оспы.
В сравнении с эпидемиями неурожаи начала 1890-х гг. воздействовали на смертность в
Царскосельском уезде меньше, чем в других регионах.
В 1891–1895 гг. в уезде продолжались эпидемии624 тифа и дифтерии, затем – оспы и
холеры. В 1896 г. ОКС составил 35,6‰. Сравнивая средние значения коэффициентов за 1880–
1891 и 1891–1896 гг., получаем, что в селе изменения смертности по полу равны: у мужчин и у
женщин они снизились на 5‰ – с 43 до 38‰ и с 37 до 32‰ соответственно.
В 1897 г. ОКС снизился до 29‰: в городах – до 27,8 , в селах – до 29,8‰625. Несколько
увеличился этот показатель в связи с эпидемией оспы в 1899 г. В 1902 г. оспа была занесена в
уезд бродячими цыганами. К осени болезнь охватила 108 селений в 13 волостях. В 1904 г.
медики отмечали отравления крестьян ржаным хлебом со спорыньей. В 1905 г. в южных
районах Царскосельского уезда была выявлена скарлатина, трахома – у финнов-
ингерманландцев. В 1905 г. ОКС в городах был равен 34‰ (муж.) и 39‰ (жен.).
*
Перейдем к характеристике брачности. В публикациях ЦСК МВД о населении данные о
браках отражены за 1860–1910 гг. по возрасту, семейному положению и месяцам. По возрасту
для 1876–1883 гг. и 1884–1910 гг. сведения о браках в возрасте до 26 лет представлены так:
период до 20 лет и с 20 до 25 лет. От 16 до 20 лет в первый брак чаще вступали женщины, с 20
до 25 лет – мужчины. В Статистическом Временнике для 1876–1883 гг. браки сгруппированы
иначе, чем в следующие годы публикации: до 20 лет, от 21 до 25 лет, от 26 до 35 лет, от 36 до
50 и от 51 года и старше.
На основании публикации данных о населении уезда в разделе «Движение населения в
Европейской России» Статистического Временника626 и Статистики Российской империи627,

623
Движение населения … за 1885 г. // Статистика... СПб., 1890. Вып. 11. Сборник сведений по России за 1884-1885
гг. // Статистика... СПб., 1887. Вып. 1.
624
В 1895 г. врач Н.А.Колпаков поставил вопрос о выявлении сифилиса среди крестьян, которые не понимали
опасности заболевания. Также в связи с притоком рабочих в города и на фабрики и заводы уезда врачи обратили
внимание на антисанитарные условия в жилых помещениях рабочих при производствах, в артелях, в крестьянских
дворах. Такие условия быта большинства населения осложняли борьбу с эпидемической смертностью. Вместе с
тем, в городах-резиденциях по решению дворцового управления было запрещено строить при госпиталях и
лазаретах инфекционные бараки для местного населения, что обостряло проблему эпидемий. Холера, оспа,
скарлатина, воспаление легких, туберкулез и рак стали важнейшими заболеваниями, которые привели к росту
смертности в уезде. В Царском Селе, Гатчине и Павловске из редко встречаемых, но особо опасных заболеваний,
были отмечены случаи сибирской язвы и проказы, больных которой отправили в лепрозорий в Ямбургском уезде.
625
Движение населения… за 1897 г. // Статистика... СПб., 1900. Вып. 50.
626
Движение населения … за [1879–1884] гг. // Статистический временник Российской империи. Серия III. СПб.,
1884. Вып. 3. 1887. Вып. 7, 20, 21, 23. 1889. Вып. 24.
627
Движение населения в Европейской России … за [1885–1910] гг. // Статистика Российской империи. СПб.,
1890. Вып. 11, 12. 1891. Вып. 18. 1892. Вып. 21. 1893. Вып. 24. 1895. Вып. 33, 34. 1896. Вып. 37. 1897. Вып. 41.
175

Памятных книжек Санкт-Петербургской губернии628, данных Всероссийской переписи 1897


года629 и Ежегодников по России630 нач. ХХ в. можно рассчитать общие и специальные
коэффициенты брачности в Царскосельском уезде 1860–1910 гг. 631
Повозрастные коэффициенты брачности 1897 г. отличаются точностью благодаря
подробной публикации данных переписи. Например, для 15–19 лет повозрастной коэффициент
брачности был равен 12,1‰ у мужчин, для женщин – 62,4‰. В 20–29 лет показатель составил
44,8‰ (муж.) и 56,2‰ (жен.).
Общие коэффициенты брачности можно рассчитать погодно. Так, например, в 1905 г.
показатель был равен 6‰. При этом, 49,5% браков была заключены в городах, и ОКБ
городского населения составил 10‰.
На основании публикаций Центрального и губернского статистических комитетов можно
рассмотреть распределение брачности по месяцам за 1876–1910 гг. Большинство свадеб за эти
годы приходились на январь – февраль и осенние месяцы. Свадьбы игрались в феврале только
при поздней Пасхе, с началом в феврале Великого поста на февраль и март выпадал минимум
браков (2–8 в месяц) во всем Царскосельском уезде. Весной и летом число браков колебалось
от 40 в месяц в годы минимума свадеб, до 119 за один месяц, в июне 1883 г. при резком скачке
числа свадеб до 930 в год.
За 1870-е гг. – начало ХХ в. средний возраст вступления в брак 632 различался по полу.
Для мужчин он составил 28 лет, для женщин – 23 года. Показатель в Царскосельском уезде
реагировал на природные и социально-экономические факторы.
Интересно, что в начале ХХ века средний возраст вступления в брак в Царскосельском
уезде и в Санкт-Петербургской губернии почти не отличался. В губернии в 1907 г. показатель
по расчетам составил 28,5 года для мужчин и 24,6 года для женщин633.
Перейдем к характеристике брачности в Царскосельском уезде по очередности брака.
Доля первых браков в 1876–1910 гг. менялась от 80 до 89%, повторных – от 20 до 11%.
Рождаемость, брачность и смертность – важнейшие демографические процессы, которые
влияют на структуру населения. Однако, при сопоставлении сведений о них из Памятных

1898. Вып. 45. 1899. Вып. 47, 48. 1900. Вып. 50. 1903. Вып. 56. 1904. Вып. 58. 1906. Вып. 62, 63. 1909. Вып. 70.
1911. Вып. 74. Пг., 1914. Вып. 84, 85, 87, 88, 91. 1916. Вып. 93.
628
Памятная книжка Санкт-Петербургской губернии … на [1861, 1863, 1864, 1868, 1871, 1880, 1896, 1905] гг. СПб.,
1861, 1863, 1864, 1868, 1873, 1882, 1898, 1905.
629
I Всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Т. 37: Санкт-Петербургская губерния…
630
Ежегодник России за 1905 г. СПб., 1906. Ежегодник России за 1907 г. СПб., 1908. Ежегодник России за 1910 г.
СПб., 1911.
631
См. Приложение 9.4. Диагр. 12. Общий коэффициент брачности в Царскосельском уезде в 1862–1910 гг.
Диагр. 13. Специальный коэффициент брачности в Царскосельском уезде: 1862–1910 гг.
632
По данным Статистики Российской империи нельзя посчитать средний возраст вступления в первый брак, т.к.
сведения о браках по возрасту приведены для первых и повторных браков вместе.
633
Движение населения … за 1907 г. // Статистика Российской империи… Вып. 87. С. 79.
176

книжек, СВРИ и Статистики Российской империи можно заметить, что численность населения
по расчетам по числу рождений и смертей отличается от отраженной в публикациях
численности населения. Можно предположить, что на этом сказывалось влияние миграции.
Основываясь на расчете уравнения демографического баланса, можно дать характеристику
миграции жителей.
За 1876–1910 гг. рост городов Царскосельского уезда в большей мере происходил за счет
миграции. Темпы роста городского населения к началу ХХ в. из-за миграции обогнали
увеличение численности жителей села. Царское Село, Гатчина и Павловск в XVIII – нач. ХХ в.,
с одной стороны, стали центрами притяжения для жителей уезда и сезонной миграции – для
жителей столицы. Это особенно сильно начинает сказываться с ростом Санкт-Петербурга во
второй половине XIX – нач. ХХ в. как крупного промышленного центра и самого населенного
города России. Заводские и рабочие окраины Петербурга и Царского Села, столичных уездов
притягивают население других губерний на заработки, а города Царскосельского уезда –
царские резиденции – становятся особым местом отдыха. Усилению такой роли
Царскосельского и Петергофского уездов способствовали и частое пребывание в резиденциях
царской семьи, и маневры в Красном Селе.
Рассмотрим по Памятным книжкам Санкт-Петербургской губернии634 и публикации
итогов переписи 1897 г.635 изменения в численности сословий, этнических и конфессиональных
групп.
В 1862–1897 гг. быстрее всего в Царскосельском уезде выросла доля мещан с 3,46 до
12,96%636. Самым многочисленным сословием уезда являлись крестьяне («сельские
обыватели»). За первое пореформенное десятилетие доля крестьян выросла с 66,4 до 70,9%, к
1897 г. – до 76,25%. Доля купечества оставалась стабильной (0,6%).
Войска и отставные чины вместе с солдатскими семьями насчитывали 15–17% от числа
всех жителей уезда. Для городского населения заметна диспропорция по полу. По Памятной
книжке в 1871 г. в дворцовых городах войска составили 48,6% мужчин 637, а в 1880 г. – от 32 до
40%638. В Памятной книжке 1873 г. за 1871 г. отмечено, что число придворных служителей
равно 1459 человек.
Самыми многочисленными по вероисповеданию в 1860-е гг. были православные (61%) и
протестанты (36%). В 1862–1897 гг. доля православных увеличилась с 60 до 65% (от 60 до 98

634
Памятная книжка Санкт-Петербургской губернии … на [1861, 1863, 1864, 1868, 1871, 1880, 1896, 1905] гг. СПб.,
1861, 1863, 1864, 1868, 1873, 1882, 1898, 1905.
635
I Всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Т. 37: Санкт-Петербургская губерния…
636
См. Приложение 10. Табл. 11. Доли населения Царскосельского уезда в 1862–1897 гг. по сословиям.
637
Памятная книжка… на 1871 гг. СПб., 1873.
638
Памятная книжка… на 1880 г. СПб., 1882.
177
639
тыс. человек) , а протестантов – финнов, шведов, немцев, – снизилась с 36 до 29%640 из-за
медленного роста численности конфессиональной группы в сравнении с другими (от 35 до 44,7
тыс. чел.). Старообрядцы и раскольники, сектанты, которые признавали и не признавали брак,
федосеевцы и беспоповцы в городах Царскосельского уезда по численности сравнимы с
мусульманами (26–30 человек), а в уезде их численность варьировалась от 400 чел. до 1,5 тыс.
чел. по переписи 1897 г.
В 1882–1883 гг. по «Историко-статистическим сведениям о Санкт-Петербургской
епархии» в разных приходах Царскосельского уезда насчитывалось 603 старообрядца641.
Значительное их число селилось в Рождественском приходе на границе с Лужским уездом и
Новгородской губернией. В отличие от старообрядцев две трети католиков проживали в
Царском Селе, Гатчине и Павловске. При этом, только в Царском Селе в 1868 г. больше
оказалось женщин, исповедующих католичество, нежели мужчин. В остальных дворцовых
городах и уезде католиков-мужчин было в 1,5–2 раза больше, чем женщин. Об иудеях (100–200
человек) и мусульманах (30–40 человек) сведения фрагментарны.
В опросных листах первой Всероссийской переписи 1897 г. вопроса о национальности
нет, его частично раскрывают вопросы о родном языке и вероисповедании642. В уезде по
переписи 1897 г. русский язык назвали родным 99,5 тыс. чел.
В Царскосельском уезде XIX в. финские жители составляли вторую по численности
этническую группу населения (около 33%). Поляки – одна из самых стабильных национальных
групп среди жителей уезда – четко прослеживается по польскому языку по данным первой
переписи. Численность поляков в 1897 г. составила 2856 человек, родным языком назвали
эстонский 3677 жителей уезда. В 1897 г. в уезде проживало 3085 немцев: это были жители
колоний, мастера и владельцы фабрик.
*
Имея данные о рождаемости, смертности и брачности в Детскосельском уезде, по
переписи 1920 г.643 можно продолжить расчеты о движении населения в 1910 г., выполненные
на основании Статистики Российской империи644. В 1910 г. общая численность жителей
составила 174 тыс. чел., к 1920 г. – всего 164461 человек, за 10 лет убыль равна 10 тыс.
жителей об.п. В феврале 1914 г. и в 1916 г. в уезде была отмечена эпидемия оспы. В 1917 г.

639
См. Приложение 10. Табл. 9. Численность населения Царскосельского уезда по вероисповеданию в 1862–1897
годы.
640
Там же. Табл. 10. Доли населения по вероисповеданию в 1862–1897 гг.
641
Историко-статистические сведения…
642
См. Приложение 10. Табл. 16. Распределение населения в 1897 г. по родному языку.
643
Статистический сборник по Петрограду… С. 16–37.
644
Движение населения… за 1910 г.// Статистика... Пг., 1916. Вып. 93. Ежегодник… СПб., 1911.
178

среди причин высокой смертности у детей была дифтерия, дизентерия, среди взрослых – оспа и
сыпной тиф.
В 1920 г. женское население и в городах, и в уезде значительно превысило число мужчин:
69,5 тыс. муж. и 95 тыс. жен.645. Прирост населения за эти 10 лет в городах составил всего 1
тыс. чел. – с 52,7 до 53,9 тыс. горожан. Мужское население в городах уменьшилось, особенно за
1917–1920 гг., с 29 до 22,4 тыс. чел., а женское выросло с 23,1 до 31,4 тыс. чел. В селах
уменьшилась численность мужчин с 59 до 46,9 тыс. чел. Женское население в 1920 г. составило
63,5 тыс. Данные свидетельствуют о естественной и миграционной убыли населения уезда в те
годы, когда Царское Село оказалось в центре событий революции и Гражданской войны. В
городах уезда рождаемость снизилась с 43,5 до 18,8‰, более, чем в два раза, а в селе – с 29,3 до
21,6‰. Так сказался голод, отток населения и осложнение социально-экономических
отношений в городской среде. Снижение рождаемости в селе произошло довольно значительно,
но не так быстро, и уровень рождаемости в сельской округе вновь стал выше городской. Если
общий коэффициент рождаемости в Царскосельском уезде в 1910 г. был близок к 33,6, то через
10 лет он снизился до 20,7‰. Специальный коэффициент рождаемости у женщин 20–50 лет в
1920 г. оказался равен 85,2‰ – половине среднего значения коэффициента в XIX в.
Общий коэффициент смертности в 1920 г. в Детскосельском уезде был равен 28,2‰. За
счет увеличения смертности в уезде была отмечена населения. В 1910 г. естественный прирост
составил 8,4‰ в границах Царскосельского уезда, а через 10 лет уже -7,5‰, т.е. снизился на
15,9‰. В 1920 г. максимальный уровень смертности зафиксирован среди горожан (43,6‰), для
села он составил 34,7‰.
Таким образом, сопоставление коэффициентов движения населения в 1910 г. и 1920 г.
отражает серьезные изменения, которые произошли в демографических процессах в уезде за
годы Первой мировой войны, революций 1917 г. и Гражданской войны. Снижение рождаемости
и резкий рост смертности привели к убыли населения под воздействием оттока жителей из
Детскосельского уезда. Однако, вступление в брачный возраст многочисленной когорты
рожденных в 1870–1900-е гг. повысило коэффициент брачности в городах и волостях
Детскосельского уезда.

645
См. Приложение 15. Табл. 29. Структура населения Детскосельского уезда по возрасту в 1920 г. Табл. 30.
Численность населения Детскосельского уезда в 1920 г.
179

Заключение

Исследование источников по истории населения Царскосельского уезда представляет


особый интерес благодаря хорошей сохранности материалов в архивах и библиотеках Санкт-
Петербурга.
В фондах Российского Государственного исторического архива были выявлены
административные, ревизские и военные, церковные материалы по истории населения Царского
Села, Гатчины и Павловска как городов дворцового ведомства.
Большая доля источников о населении Царскосельского уезда в 1720–1917 гг.
сосредоточена в Центральном Государственном историческом архиве Санкт-Петербурга. В его
фондах найдены метрические книги и исповедные росписи церковных приходов, ревизские
сказки и отчеты полиции уезда, которые свидетельствуют о рождаемости, брачности,
смертности, изменении состава и численности населения уезда в XVIII – нач. ХХ в.
В Санкт-Петербургском филиале архива и Научно-исследовательском архиве Санкт-
Петербургского института истории РАН до нас дошли материалы русских и шведских
поземельных описаний, Генерального межевания и другие кадастровые документы по истории
Царскосельского уезда. Также, необходимо отметить хорошую сохранность карт и планов в
Научно-исследовательском отделе рукописей и секторе картографии Библиотеки РАН и
Российской Национальной библиотеки.
При изучении источников для анализа информации по истории населения применялись
методы источниковедения, демографии, статистики. Комплексное исследование различных
материалов позволило раскрыть их взаимосвязь и особенности. В процессе обработки больших
массивов информации церковных и статистических материалов были составлены базы данных.
Для иллюстрации возможностей работы с полученными данными были рассчитаны
демографические коэффициенты рождаемости, смертности и брачности.
Источники ревизского и административно-полицейского учета жителей Царскосельского
уезда позволяют определить динамику численности, особенности демографических и
социально-экономических процессов в городах и сельских поселен