Вы находитесь на странице: 1из 31

Империя на войне.

Пять сражений
Пять уроков
Пять путей к превосходству
в искусстве войны.

Труд пера Великого маршала в отставке Блюхера фон Винке.

Эта книга посвящается всем людям, которые служат в рядах армии: копейщикам,
арбалетчикам, мушкетерам и допельзольднерам. Вы составляли хребет, были
сердцем моей армии в ходе военных кампаний. Я до сих пор слышу звуки вашего
марша в своих снах. И да будут великие армии Империи побеждать во веки веков.

Написано с благословления Императора, Карла Франца.

Альтдорф пресс
2523 год

С тех пор, как я ушел в отставку Великим маршалом армии Альтдорфа и покинул высокий
пост носителя императорского меча-должность, на которой я состоял в течение двадцати
тяжких лет, многие люди спрашивают, какое воспоминание я могу назвать самым ярким за
всю свою жизнь. Было ли это чуство победы в сражении при Франктауне, когда я подавил
Торфяной бунт? Был ли это вид великолепных рыцарей рейксгвардии, рассеивающих орду
гоблинов Грингута Железногрудого в битве на перевале Таранто, подобно тому, как осенняя
буря разбрасывает упавшие листья? Был ли это грохот артиллерийских батарей,
превращающих шеренги Серого Пророка Грабснитча в кашу из растерзанных тел? Не буду
отрицать, конечно же - это были счастливые мгновения, и отголоски тех сражений наиболее
четко отпечатались в моей памяти.

Только воспоминания так сильны, что порой просыпаюсь поутру и мне кажется, что я в
своей походной палатке готовлюсь к предстоящему сражению. Резкий запах горящего
пороха, запах солдатского пота, запах свежепролитой крови и запах смазки от моих
потертых доспехов, которые теперь висят у меня в банкетном зале. Всепропитывающий
запах страха. Страх... Страх - постоянный враг солдата, проявляющий себя вонью пота и
мочи.

Многие мои коллеги выскажут предположение, что в основу этой книги лягут события из
моей жизни. Они скажут, что это поможет потомкам: бесценный документ о подробностях
службы Великого маршала. Однако я не тчеславный, и мне претит пичкать читателей
байками о своей жизни (с чем моя жена Матильда без сомнений согласится).

Комментарии к иллюстрации: Великий маршал фон Винке изображен здесь в


полной боевой экипировке. Фон Винке - ветеран многих сражений, потерял глаз в
битве со зверолюдьми на границе драквальдского леса. 

Вместо этого я решил использовать собственный опыт, заработанный потом и кровью, и


свой интерес к военной истории нашей благородной Империи с другой целью. Я задумал
написать книгу, которая бы помогла неофитам глубже изучить искусство войны. Используя
примеры сражений, хорошо задокументированных или же почти забытых историей, я
продемонстрирую пять аспектов военного конфликта, с которыми должен считаться любой
генерал, выбирая стратегию боя.

В книге, которую вы сейчас держите, не написано о том, как побеждать, природа сражения
слишком изменчива и и методы его ведения также постоянно меняются, совершенствуясь.
Уроки военного дела должны меняться вместе с модернизацией средств и способов ведения
войны. Однако существуют аспекты войны, которые, как мне кажется, никогда не
изменятся, вне зависимости от того, как меняется тактика ведения боевых действий, они
всегда останутся одинаково важными.

Без сомнения, другие военные историки и ученые не согласятся с моим выбором и


проклянут меня, обвинив в том, что я ввожу читателей в заблуждение. Но я скажу им:
"Катитесь к черту в свои грязные лаборатории, аудитории и кабинеты! Я стоял в первых
рядах. Я был солдатом и сражался плечом к плечу с другими солдатами. За уроки,
отображенные на этих страницах заплачено кровью, и каждая буква моих слов выкована в
пламени битвы."

Я по профессии - не ученый и не писатель, и прошу читателя, который, возможно, привык к


более гладкому слогу, простить меня за грубость и простоту моих слов. Будьте уверены, что
каждое написанное тут слово принадлежит перу человека, одержимому войной, и хорошо
знающему свое дело, и принося в жертву красоту слога, я стараюсь максимально
поделиться опытом.

Я хочу, чтобы перелистывая страницы этой книги вы услышали топот марширующих солдат,
протяжные звуки строевой песни, почувствовали запах дыма и услышали грохот орудий. Но,
что даже более важно, я хочу, чтобы вы вспомнили о тех людях, которые сражались. В этом
мире, что становится все темнее и опасней с каждым годом, вы спокойно спите в своих
постелях благодаря жертве этих солдат, на их крови, пролитой на далеких полях сражений,
стоит наша Империя.
Я отдаю честь солдатам империи, всем и каждому.

Великий маршал Блюхер фон Винке (в отставке), Альтдорф, 2521год.

Обман
Битва за Талабек.
"Течение реки, такой полноводной после дождя, едва не сбивало нас с ног, в то время как стрелы градом
сыпались с берега. Люди гибли вокруг. Я поднял голову вверх и увидел линию копий, направленных на нас, а в
облаках неслись клубы дыма от пожаров. Я так и не понял, как нам удалось перебраться через реку, но как
только мы это сделали, то таки задали им жару."
-Питер Рейсер, мечник Талабекланда

Гражданская война. В 1360 году Империю охватила кровавая междоусобица, которая затем
продолжалась сотни лет. Страна в то время была еще молодой и неокрепшей, и дух вражды, столь сильный до
прихода Зигмара, все еще витал в воздухе.
Причиной беспорядков было страстное желание графов-выборщиков заполучить титул императора. Желание
власти портит людей и приводит к войнам. Выборы происходили в начале 1359 года, и граф-выборщик Стирланда
- могущественный правитель и хитрый политик, победил, едва набрав нужное количество голосов. Его
ближайшая соперница, Оттилия Талабекландская - бесстрашная и амбициозная женщина, обвинила его перед
лицом совета в даче взяток и подкупе голосов. С поразительной наглостью она провозгласила себя Императрицей
после чего стремительно вышла вон из здания совета.

Она была не единственной, кто подозревал, что Стирланд добился победы нечестным путем, и эти люди
примкнули к ней с обещаниями военной поддержки, поскольку война была неминуема. Самым могущественным
из ее союзников был верховный священник Ульрика. Он покинул свою резиденцию в Мидденхейме и
присоединился к Оттилии в Талабхейме.

Жребий был брошен. Талабекланд и Стирланд собирали войска, а их дипломаты покинули посольства.

Тяжело передать, что чувствует человек, когда все закулисные игры закончены, и война неминуема. Для меня,
бывалого вояки, это приятное волнение, омраченное смесью страха смерти с ожиданием неизбежной боли и
утраты близких людей. Я помню эти чувства еще с тех пор, как начинал свою карьеру посыльным у генерала
Килбрехта. Однако главными всегда оставались гордость за свои действия и вера, что это предначертано мне
самим Зигмаром.

Активные действия. Неделю спустя того, как Оттилия покинула зал совета, ее стало все больше и
больше заботить будущее. С одной стороны, хотя к ней многие присоединились, было очевидно, что у Стирланда
была большая поддержка. С другой стороны, только постоянное давление на ее союзников со стороны
Верховного священника Ульрика сохраняло единство в лагере Талабекланда.

Такова цена заключения союзов с могущественными людьми: они защищают собственные интересы, разлетаясь
как стервятники, стоит им чуть разувериться в пользе альянса. Лично я всегда жестко держал себя с союзниками,
никогда не ослабляя своего влияния на них. Тем не менее, то щекотливое положение, в котором находилась
Оттилия, исключало такое поведение, она была вынуждена либо искать компромиссы, либо терять союзников.

Время было не на ее стороне, но Оттилия воздерживалась от начала военных действий. Некоторые из историков
считают, что это было признаком ее слабости как правителя. Они говорят, что она не хотела войти в историю как
зачинщица гражданской войны, но это показатель их совершенного непонимания, насколько это была
решительная и безжалостная женщина. Ее желание оставаться в Талабхейме было обусловлено отсутствием
достаточных сил для нападения. Это было прагматичное, хотя и опасное решение.

Оттилия рисковала, доверяя своим колеблющимся союзникам - преимущественно восточным и юго-восточным


провинциям, ожидая, что их отряды присоединятся к ней до прихода войск Стирланда. На которого, тем
временем, давили представители собственного альянса, требуя скорейшего разгрома Оттилии. Однажды граф-
выборщик Остланда даже сказал: "Ну в конце концов, она всего лишь женщина."

За этой фразой стоит ошибка, повлекшая за собой глупые смерти тысяч человек. Я уже сорок лет как женат на
грозной мадам фон Винке, и могу сказать, что в землях нашего Зигмара, она - единственная, кто может
управиться со мной, ни один человек, орк, зверочеловек или даже демон не вызывал в моем сердце такого
чувства страха, как вид моей жены в гневе. Мужчины, к вам обращаюсь, недооценка прекрасного пола - роковая
ошибка.

В начале весны 1360 года граф выступил с походом из Стирланда в Талабекланд. Деревни пустели перед его
войсками, хотя он и гарантировал безопасность мирным жителям. Скорость движения армии стирландцев
поразила Оттилию, и когда разведчики сообщили ей о приближении противника, она решила, что настало время
действовать. Война пришла на ее земли, и она приготовилась вести войска в бой.

"Мы поняли, что все, кто мог, уже отправили нам подкрепления, война примет затяжной характер. Нас
превосходили числом, враг вторгся в наши земли и идет на нас. Я не помню, чтобы графиня более
соответствовала своему предназначению, чем в это тяжелое для нас время." - писал лорд Гельмут Вессер,
командующий кавалерией Оттилии.

Многие историки скажут, что решение Оттилии покинуть безопасные стены Талабхейма было ошибочным. Он
построен в огромном кратере и окружен кольцом естественных укреплений из скал и пропастей. В городе было
достаточно припасов, чтобы содержать его население и армию Оттилии в течение многих лет. В целом, это
великолепная крепость, и стирландцы понесли бы огромные потери, пытаясь взять ее штурмом.

Однако эти историки не принимают во внимание одну крайне важную особенность положения Оттилии. Она
объявила себя императрицей всех земель, на которых обитает человек, как могла она соответствовать этому
титулу, прячась в Талабхейме? Ей необходимо было доказать, что она достойна своих претензий, победив врага в
открытом поле. Короче говоря, она не могла заполучить Империю, прячась за стенами города, как не могла
надеяться при таком поведении и на поддержку своих ненадежных союзников. Подобная тактика была бы
воспринята как проявление слабости и показала бы необоснованность ее притязаний на трон.

Войска Стирланда. Письменные источники того времени редки, но, к счастью, стирландцы вели
специальную хронику, где досконально изложили состав своих войск.

Комментарии к иллюстрации: В армии графа преобладали зеленый и желтый на униформе стирландских


лучников и зеленый с красным на униформе аверландских алебардистов. 

Стирланд потратил время на сбор сильной и хорошо сбалансированной армии, которая к началу весны
насчитывала восемь тысяч копий, четыре тысячи мечей и две тысячи стрелков, из которых несколько сотен несли
арбалеты. Ударной силой была кавалерия, три сотни которой были рыцарями Крови Зигмаровой - алмазами
императорской сокровищницы, а также тысяча из других, менее известных орденов. В целом, под началом графа-
выборщика Стирланда было немногим более пятнадцати тысяч человек.

Его пехота преимущественно состояла из новобранцев, однако они прошли полный курс тренировок и были
хорошо экипированы. Помимо стирландцев, армия также включала подразделения соседних Остермарка и
Аверланда. В то время содержание большой регулярной армии было редкостью, и Стирланд не составлял
исключения. Военная мощь армий практически полностью определялся кавалерией.

Надо отметить, что в то время артиллерия была еще редкостью в имперских армиях. Артиллерийская школа была
недавно основана, и лишь гномы были способны создавать эффективное пороховое оружие. Вместо этого
стирландцы построили несколько катапульт, которые, несмотря на примитивный вид, были способны
производить огромные опустошения в рядах противника. У Оттилии не было ничего, сравнимого с этим.

Комментарии к иллюстрации: Огромная колонна солдат, идущая маршем по землям империи дабы


сразиться с войсками узурпаторши Оттилии Талабекландской.
Комментарии к иллюстрации: Высокохудожественное изображение двух непримиримых врагов: графини
Талабекланда и графа Стирланда. Обратите внимание на воинственный вид обоих, их одежда и доспехи
украшены знаками власти и статуса.

Войска Талабекланда. На первый взгляд Оттилия была в смертельной опасности, поскольку ее армия в
сборе едва насчитывала десять тысяч человек, да и те не шли ни в какое сравнение со стирландцами: наемные
полки со всей территории пограничных княжеств, наемные рыцари и население деревень. Присоединилась к
армии Оттилии и банда флагеллянтов , вооруженная верой, что междоусобный конфликт скоро погубит всю
Империю. То, что Оттилия из этого сброда смогла создать боеспособную армию, показывает, какими высокими
организаторскими способностями она обладала.

Комментарии к иллюстрации:  Геральдические цвета Талабекланда, как провинции - красный и желтый, как
изображено на примере этого современного солдата. Что касается города Талабхейма, то его цвета -
красный в паре с белым.

Комментарии к иллюстрации: Армия Оттилии состояла из всякого отребья вроде вольных рот, вкупе с
небольшим количеством профессиональных солдат.

Комментарии к иллюстрации:

1.Вольнонаемные рыцари  обычно несут с собой множество магических предметов и приспособлений. Это
примеры рыцарей, сражавшихся на стороне Оттилии Талабекландской.

2.Священник Ульрика несет устрашающий молот в виде волчьей головы. Шкуры и черепа - отличительные
черты служителей этого бога.

Однако, одно дело было создать сплоченную армию, но найти достаточно бойцов - было совсем другое. После
того, как все крестьяне призывного возраста были поставлены под копье, и вся казна была роздана наемникам, у
нее все еще было меньше солдат, чем у Стирланда. Армия, которая вышла из Талабхейма состояла из четырех
тысяч копейщиков и пикинеров, из которых многие были в составе когорт, набранных в Пограничных Княжествах,
полторы тысячи мечников, тысячу лучников и три тысячи кавалеристов, включая наемных рыцарей, рыцарей
Белого Волка, рыцарей Таала и рыцарей-телохранителей верховного священника Ульрика. Ее козырной картой
были личные телохранители - рыцари Черной Розы. Их было всего сто человек, но когда она вела их в бой, что
случалось много раз, их невозможно было остановить.

В то время, как стирландцы были одеты в униформу цветов своей провинции: зеленый и желтый, многие войсках
Оттилии были в том, в чем поступили на службу. Она приказала всем солдатам в составе своей армии повязать на
левую руку красно-желтую ленту, как опознавательный знак и символ единства. Эта на вид незначительная
деталь способствовала единению ее армии.

"Перед началом похода графиня произнесла речь перед нашими солдатами: "Носите эти ленточки с
гордостью", - прокричала она: "В бою прикрывайте солдата справа своим щитом, прикрывайте его ленту,
так вы защищитите красный и желтый - нашу родину - от захватчиков."

"Такое пылкое напутствие настолько вдохновило меня, что я поклялся, что граф Стирланда услышит эти
слова там, в лагере на восточном берегу реки, в восьмидесяти лигах к югу", - писал лорд Гельмут Вессер.

Телохранители Оттилии: Орден Черной Розы.


Я ощутил как дрожит земля, по мере того, как дрожь усиливалась, наши пики начали раскачиваться. Из-за
холма появились рыцари Черной Розы, направив своих коней прямиком на стену наших пик. Мы не могли
поверить своим глазам! Кавалерия, атакующая во фронт пикинеров, совершает самоубийство, однако они
неслись на нас в полном доспехе, опустив копья. Я никогда не испытывал большего страха. Они были подобны
богам войны - железо, ни одного дюйма плоти. Ну и мы, бросив пики, пустились наутек. А у кого хватило бы
смелости поступить иначе?

Так писал неизвестный участник битве на Гилдфридском поле, где рыцари Черной Розы атаковали двухтысячный
отряд пикинеров.

Кавалерийская гвардия Оттилии не даром известна далеко за пределами родной провинции. Набираемые из
лучших бойцов провинции, они никогда не превышают по общей численности сто человек. Это знак великой
чести, быть принятым в их ряды, к тому же каждого из них экипируют и вооружают за счет казны.

Их броня черного цвета, дабы соответствовать своему названию, за исключением латных рукавиц, ярко красных,
символизирующих кровь врагов, пролитую рыцарями. Они вооружены копьями, палицами и мечами, а на их
щитах изображена роза, обвивающая шипастым стеблем кровоточащее сердце. Уникальность внешнего вида еще
больше подчеркивается броней их коней, на ней изображены всевозможные символы Морра: черепа, сам образ
Морра Ужасного и прочие знаки смерти. Такие напоминания бренности человека должны вселять ужас во врагов.

Каждый из рыцарей Черной Розы приходит в орден, по-своему владея боевыми искусствами, и учит остальных
братьев тому, что знает сам. Таким образом, боевой стиль этих людей уникален и неповторим. Каждый из
рыцарей дает присягу везде следовать за графиней и оберегать ее от малейшего вреда.

Расстановка войск. Хотя командование армией Стирланда не форсировало события, передвижение их


армии было быстрым, и Оттилия сильно удивилась, узнав, насколько в ее земли проникли войска противника. Их
колонны проходили невозможные двадцать миль в день по мерзлой земле. (Хотя, во времена моих военных
кампаний в землях Пограничных Княжеств, моя армия преодолевала в среднем двадцать три мили, двигаясь по
гораздо более сложной местности.) К середине весны армия Стирланда была уже в восьмидесяти милях от
Талабхейма.
Комментарии к иллюстрации: Один из рыцарей графа Стирландского.

Комментарии к иллюстрации: Лорд Гельмут Вессер составляет план битвы.

Пока Оттилия продолжала собирать силы, стирландцы разбили лагерь на восточном берегу реки и стали ждать.
Состоявшееся впоследствии сражение упоминается в хрониках как Битва за Талабек, хотя на самом деле оно
проходило на реке Таластамм - это один из узких притоков Талабек, трех милях в стороне от русла последнего.
Чтобы не вносить путаницу, я буду следовать официальным записям и назову ее Битвой за Талабек. 

Многие историки удивляются тому, что стирландцы прекратили марш, считая это грубой ошибкой. Почему же они
не продолжили движение, осадив город? Почему же они остановились, когда были столь близки к цели?

Я уверен, что граф Стирланда принял такое решение по нескольким причинам. Прежде всего, его люди были
истощены маршем. Командование поставило перед ними цель проникнуть как можно глубже на территорию
противника и теперь они нуждались в отдыхе. Кроме того, у них не было необходимого оснащения, чтобы
осадить Талабхейм, который был настолько хорошо укреплен, что в сущности, вообще неприступен. Более того,
само время было на его стороне. В тылу стирландцев остались достаточно обильные земли, чтобы можно было
послать фуражиров для снабжения армии припасами. Граф пришел к заключению, что Оттилия будет вынуждена
сама выступить ему навстречу или проиграть войну еще до начала сражения, так как ее союзники потеряют веру в
нее. Оставаясь на месте, стирландцы расчитывали выманить ее из города в открытое поле, где они, благодаря
своему численному превосходству, разбили бы ее войска.

Что касается Оттилии, то она понимала, что ее союзники ненадежны, и ей надо действовать как можно быстрее,
используя любую возможность победить стирландцев. "Пока мы отсиживаемся в городе, Стирланд разоряет
наши земли. Скоро предпринимать что-либо будет уже поздно!" - этими словами завершила она свою речь перед
наступлением.

Граф дал своим войскам приказ занять оборону и разослал разведчиков по окрестностям. Стирландцы
оккупировали деревню Цвайхафен, которая располагалась на излучине реки. Оттилии необходимо было
форсировать реку, прежде чем вступить с ним в бой.

Тем не менее, он был озабочен тем, что противник может, обойдя его войска с флангов, прижать их к реке и
лишить возможности маневра. Тем более, что разведчики доложили о броде в пяти милях от его позиций, и для
защиты левого крыла армии граф отправил тысячу копейщиков и шестьсот лучников, чтобы удерживать брод.
Будучи уверенным в подготовленности своих позиций, граф Стирланда комфортабельно устроился на ближайшем
постоялом дворе, ожидая подхода войск Оттилии. Знакомое мне поведение: каждый раз, когда моя армия
расквартировывалась в городе или деревне, я всегда устраивал свой штаб в трактире, чтобы иметь возможность
испробовать местного пива.

Оттилия, как только ее армия была сформирована, отдала приказ немедленно выступать навстречу противнику.
На привалах царила атмосфера страха. Солдаты знали, что их превосходят числом, сплетничали как торговки
рыбой и каждую ночь дезертировали, потихоньку разбегаясь по близлежащим лесам. Однако повальному
распространению пораженческих настроений препятствовал эффект ее напутственной речи, который был еще
слишком силен. На шестой день марша, в сумерках, ее войска вышли на Таластамм в месте, где стояла лагерем
армия Стирланда

Талабекландцы увидели сотни огней походных костров у деревни Цвайхафен, а пирамиды пик и копий стояли в
поле как снопы после жатвы. Топот и ржание лошадей на той стороны реки заглушали песни солдат Стирланда.
Сообщения разведки о численности армии противника не были преувеличены. Уныние овладело Оттилией и ее
генералами, поскольку они оценили свои шансы на победу.

Отвлекающий маневр. "Мы знали, что у нас почти нет шансов. Стирландцы превосходили нас
числом, и мы должны были пересечь реку, чтобы вступить с ними в бой. Положение дел было просто ужасно.
А потом у графини, да благословит ее Ульрик, возникла гениальная идея." - Писал лорд Гельмут Вессер.

Комментарии к иллюстрации: Лорд Гельмут Вессер строит войска для выполнения обманного маневра.

Сражение должно было начаться на следующий день, иначе было нельзя. Оттилия почти наверняка проиграла
бы, просто отправив своих солдат наступать через реку под шквальным огнем прямо на копья Стирландцев,
поэтому она разработала план, основа которого вошла в историю, как один из самых коварных отвлекающих
маневров, которые когда-либо предпринимались. Я крайне удачно повторил его в сражении на мосту Гелота в
2515 году.(см. "Победы фон Винке", с. 45-74, изд. «Альтдорф пресс», 2519г.)

Глубокой ночью, после многих часов проливного дождя, она приказала половине своей пехоты и кавалерии
сняться с лагеря и двигаться в сторону брода, производя как можно больше шума. Часовые Стирланда услышали
звуки марширующих на юг людей и доложили об этом своему, как оказалось, недальновидному
главнокомандующему.

Услышав эти новости, граф решил, что Оттилия планирует прорыв на левом фланге, чего он и опасался, а раз она
бросила на это такие силы, его оборона на броде будет сломлена. Он приказал всему резерву и трети войск с
передовой спешно двигаться к броду в поддержку его защитников.

Когда разведчики доложили Оттилии о маневрах стирландцев, она забегала вокруг своей палатки в приступе
безумной радости. Граф попался на ее уловку и перебросил около половины своих людей на отражение мнимой
атаки, поскольку примерно через час большая часть из отправленных ею на юг войск вернулась назад в лагерь.
Лишь небольшой отряд мечников и кавалеристов продолжил двигаться к броду, продолжая шуметь при этом как
можно сильней, чтобы убедить стирландцев в реальности угрозы с фланга.

Первые выстрелы. В семь часов утра Оттилия объявила наступление. Ее копейщики и мечники
выдвинулись четырьмя отрядами, кавалерия шла по левому флангу, а лучники двигались в арьергарде. Она
стояла на возвышенности, наблюдая за деревней и рекой. Она знала, что добрая часть стирландцев сейчас
находится в нескольких милях к югу, будучи занята бессмысленными маневрами, но оставшаяся часть их армии
все еще представляет для нее значительную угрозу - это был сильный враг на выгодной позиции. Момент пред
тем, как первый приказ будет отдан - самый тяжелый для любого генерала. Ты знаешь, что после случится
страшное - люди пойдут на смерть по твоему слову.

Комментарии к иллюстрации: Кровавый гражданский конфликт   Империи драматично изображен на


картине:"Битва за Цвайхафен". 

Лучники Оттилии открыли огонь поверх голов наступающей пехоты. Так как стирландцы укрывались в
деревенских постройках, а стрельба производилась через всю реку, поэтому жертв было мало. Начался рассвет,
видимость на поле боя улучшалась. Понимая, что граф скоро раскусит ее план и прикажет своим войскам
вернуться назад, Оттилия скомандовала атаку.

Ее солдаты начали переправу организованными рядами. Река была полноводной, а течение быстрым, им
приходилось бороться, чтобы не быть сбитыми с ног. Со стороны Цвайхафена, из окон домов и дверных
Стирландцы открыли огонь. Солдаты Оттилии подверглись массированному огню из арбалетов и луков.
Катапульты Стирланда стали забрасывать их обломками зданий.

Крики мешались в вое ветра с чваканьем сминаемой плоти, людей десятками разбрасывало по сторонам.
Стрелки Стирланда стояли на отличных позициях и попадали в цель со смертоносной точностью. Переправа стала
еще трудней, когда тела мертвых и раненых заполонили реку, солдаты падали и барахтались, вязли в трупах. Это
было жестокое испытание.

Как только первые талабекландцы достигли противоположного берега реки, граф приказал пехоте выйти из
укрытий. Стрелки Оттилии усилили огонь, чтобы не дать им как следует построиться, однако Стирландцы были
хорошо подготовлены, и как только солдаты Оттилии выбрались на берег, их встретила сплошная стена копий. С
вызывающим ревом Стирландцы бросились в атаку.

Комментарии к иллюстрации: Талабекландские алебардисты построились плотной формацией чтобы


встретить натиск численно превосходящих сил Стирланда.

Битва за переправу. Под предводительством капитана Дитера Либера из Богенхафских псов войны,


конного подразделения наемников, двухтысячный отряд Оттилии достиг брода в тот момент, когда в сторону
Цвайхафена первые стрелы. Пехота перешла реку и сразу же вступила в бой со стирландскими копейщиками.

Тогда слабость командования Стирланда проявилась наиболее ярко. Граф не оповестил защитников брода ни о
движении на них внушительного отряда противника, ни о том, что он выслал им подкрепление. (Которое пока
еще было в нескольких милях от брода.) Когда солдаты Оттилии, появившиеся из-под берега, прямо скажем,
застигнуты стирландцев врасплох: дело даже не в том, что они не были построены в боевой порядок, многие
просто завтракали в момент атаки. А к тому моменту, когда лучники на вершинах близлежащих холмов
изготовились к стрельбе, талабекландцы уже вступили в рукопашную, поэтому стирландцы открыть огонь без
риска задеть своих не могли.

Действуя точно, как написано в учебниках военного дела, капитан Лебер со своими кавалеристами обошел
связанную боем пехоту Стирланда, ударил их в тыл и разделил их отряд на части. Выжившие после атаки в
смятении бежали в лес, за ними вдогонку бежали и лучники, поняв, что в ближнем бою они не ровня кавалерии.
С минимальными потерями, отряд Оттилии закрепился у брода и приготовился к атаке с севера в надежде
продержаться как можно дольше.

Фаланга.
Фаланга - особый вид построения, используемый тяжелой пехотой, вооруженной длинными копьями. Это
построение было впервые применено в бою еще до основания Империи Зигмаром, диким племенем Юронов,
причем с впечатляющими результатами. Название происходит от юронского слова "непреклонный". В то время
большинство племен сражались врассыпную, когда каждый воин защищал собственную честь и действовал на
поле боя независимо от соратников. Такая тактика способствовала проявлениям личного героизма, но не
единства в армии.
Своим возникновением фаланга отчасти обязана тому, что Юроны жили на равнинах. Для наибольшего успеха
фаланга требовала открытого пространства, леса и горы, где обитало большинство других племен для нее не
подходили.

Фаланга - плотное построение не менее четырех человек в глубину. Юроны были вооружены копьем или пикой
(до десяти футов длиной), экипированы шлемами и большими щитами. С каждым подразделением юронов долго
и тщательно проводились строевые занятия, прежде чем вождь решал, что они готовы и давал отряду имя. Это
поддерживало в каждом бойце гордость за свой отряд, и каждый из них ценил своих соратников, старался
защитить любого из них.

В бою первая шеренга (обычно лучшие из бойцов) составляли вместе щиты и опускали пики. Следующий ряд
делал то же самое, кладя свои пики на плечо впереди стоящему. Получалось подобие изгороди, ощетинившейся
наконечниками копий. Успех построения всецело зависел от способности солдат держать строй в бою и на
марше. Столкнувшись с врагом, фаланга устремлялась вперед, стараясь сломить его строй, держа на расстоянии
благодаря длине пик. Особенно эффективным это построение было против кавалерии.

Фалангой, отлично себя зарекомендовавшей в бою, Юроны долгие годы защищали свои земли от захватчиков
. Тем не менее, ее слабости были очевидны. Фаланга - скорее оборонительная формация, которая двигалась
крайне медленно и была маломаневренной. Юроны ставили отряды мечников и разведчиков для защиты
флангов фаланги, однако, с переменным успехом. Кроме того, плотные ряды фаланги представляли собой
отличную мишень для стрелков.

Как только враги стали использовать слабости фаланги, этот вид построения вышел из употребления, однако
полностью он не исчез. Отголоски фаланги по прежнему можно увидеть в сомкнутых щитах и в построении каре.
Главной идеей племени Юронов, вложенной в фалангу была сплоченность солдат в подразделении во время боя.
Заменой идеи индивидуальной чести на идею единого подразделения, где все бойцы действуют в связке, вожди
Юронов продемонстрировали новый способ ведения боя, способ, используемый Империей до сих пор.

Уличные бои. Как только талабекландцам удалось достигнуть противоположного берега реки, разведчики
доложили об этом Оттилии.

"Разведчики сообщили, что проливной дождь размыл один из берегов реки в двух милях к северу, в результате
чего произошел оползень, а река разлилась и обмелела, в этом месте кавалерия может быстро
переправиться. Мне вряд ли следовало специально подчеркивать выгоду этой ситуации, поскольку она была
очевидна. Графиня приказала кавалерии, и, в том числе рыцарям Черной розы немедленно отправиться к
этому месту" - писал лорд Гельмут Вессер. Оттилия поступила правильно, воспользовавшись этой приятным
подарком судьбы.

Любому командующему просто необходимо использовать подобные случаи. Выдающийся историк Вильгельм
Блик написал обо мне в своей великолепной работе "Гений генерала фон Винке": "Хороший военачальник
выискивает и использует любые события, способные дать преимущество над противником, и не многие делали
это так искусно, как генерал фон Винке." Книга Блика прекрасна, ибо в ней он по заслугам воздает честь моим
проявлявшимся на поле боя многочисленным талантам.

Между тем, пехота Оттилии продолжала отчаянно сражаться за контроль над противоположным берегом.
Оттилия бросила в бой на переправу все оставшиеся пехотные части. Она понимала, что для захвата плацдарма
нужно как можно больше сил.

Графиня не могла ожидать от своих солдат большего рвения. Они карабкались по телам своих товарищей и
бросались на копья противника. Узкие улицы - не место для кавалерии, и стирландцев, лишенных поддержки
рыцарей, теснили все дальше и дальше. Плотные пехотные формации разделились на части, и сражение
распространилось по всей деревне. Лучники занимали позиции в оконных проемах и дверях, арбалетчики вели
огонь с возвышенностей, бой переходил от дома к дому, от комнаты к комнате, солдаты толпились на лестницах,
оскальзываясь в собственной крови, сражались в горящих кухнях, рубили, задыхались в дыму и умирали.
Подразделения сломали строй, и каждый сражался сам за себя. Не было рядов из щитов, за которыми можно
было укрыться, никаких построений и сложных маневров. Это была грубая первобытная резня, продолжавшаяся в
течение нескольких часов.

Как только талабекландцы пересекли реку, их численное превосходство помогло им, и вскоре, солдат Стирланда
выбили из Цвайхафена в открытое поле. Граф в ужасе наблюдал на свирепых солдат под предводительством
лорда Гельмута Вессера.

Тем не менее, теперь, когда его войска были на открытом поле, граф мог прибегнуть к помощи рыцарей. Он
думая, что вся кавалерия Оттилии находится на противоположном берегу реки, приказал своим тяжелым
кавалеристам атаковать наступающих талабекландцев, и вернув свою пехоту обратно в бой, тем самым
окончательно истощил ее силы, хотямог дать им возможность перегруппироваться.

В общем, считая, что преимущество в бою вернулось на его сторону, граф послал всех солдат в контрнаступление
при фланговой поддержке кавалерии, дабы загнать талабекландцев назад в реку. Казалось, даже в это время он
не осознавал, что лицом к лицу столкнулся практически со всей армией Талабекланда и не считал нужным
отозвать войска с брода. Более того, Оттилия во главе своих рыцарей стремительно приближалась справа.

Маневры на болоте. В полдень, в то время как бои на улицах Цвайхафена шли в самом разгаре,
подкрепление стирландцев достигло брода. От солдат под командованием капитана Лебера их отделяла
обширная болотина с редкими деревьями и густым подлеском. Причем нерешительность командования
Стирланда привело к замешательству: состоится ли вообще атака на противника, которого уже слышно, а если и
не видно, то только из-за зарослей. В конце концов, пехота пошла напрямик, прорубаясь сквозь заросли, а
кавалерия ушла обходить преграду с востока. Пока в нескольких милях позади кипела битва, добрая половина
армии Стирланда попусту тратила свое время, выдыхаясь на непреодолимой преграде, чтобы достичь
маленького отряда армии Оттилии.

Комментарии к иллюстрации: Верховный священник Ульрика был самым влиятельным из союзников Оттилии.

Обращая свой взгляд в прошлое, могу сказать, что не имею никакой возможности представить командование
графа в сколько-нибудь выгодном свете, такая грубая ошибка способна вмиг разрушить самую блестящую
карьеру, перечеркнув все предыдущие достижения. К счастью, мне никогда не доводилось попадать в такую
ловушку, не считая одного досадного поражения в Талии, однако в том случае в ход вещей вмешалась ужасная
буря с дождем, не обошлось и без подлых наемников, сменивших свою сторону в ходе битвы. Однако я
отвлекся...

Фланговый удар и бегство. В тот момент, когда показалось, что стирландцы берут верх, появилась
Оттилия. Четыреста рыцарей при поддержке легкой кавалерии с грохотом скакали вдоль реки.

"Граф выглядел взволнованным их приближением. Ему нечего было противопоставить этой новой угрозе,
весь его резерв завяз в грязи в нескольких милях в стороне. На лице моего господина было написано
поражение."- писал маршал Альбрехт, командующий кавалерией Стирланда.

С яростными воплями, отряд Оттилии атаковал стирландцев в тыл. Отважные рыцари Крови Зигмаровой пытались
оказать сопротивление, но были настолько утомлены боем с пехотой, что рыцари Черной Розы под
предводительством графини, вооруженной палицей, втоптали их в землю. Цвет армии Стирланда был уничтожен,
и его пехота осталась открытой для атак Оттилии.
Слишком поздно граф осознал свою ошибку. Он послал гонца на брод, но битва была уже проиграна. Армия
побежала, талабекландцы ринулись вдогонку с диким ревом. Видя, что его армия сломлена, граф Стирланда
позорно дезертировал с поля боя. Тысячи человек остались без его командования, но они были пешие и не могли
угнаться за ним. Оставшиеся отступили на близлежащий холм, на вершине которого находилась ферма, и
укрепились там. Их мечты о победе сменились желанием пережить последнюю атаку.

Узнав о бегстве своего предводителя, солдаты на болоте объявили о своей сдаче, которую Оттилия впоследствии
приняла. Не желая продолжать кровопролитие, Оттилия отправилась к ферме на холме, окруженной ее
войсками, предложив защитникам сложить оружие в обмен на жизнь и беспрепятственный путь домой. Поступив
так, она завоевала признательность этих людей.

Тот день прошел не зря. Я выражаю свое огромное уважение Графине, ее полководческим талантам, остроумию
и той хитрости, которую она проявила, ее способности мгновенно использовать любые преимущества и
поразительной отваге - Оттилия победила в битве, где была в меньшинстве.

Талабхейм в наши дни.


Талабхейм - уникальная крепость и один из величайших бастионов человечества. Этот всегда людный и
оживленный город построен, как я уже говорил, в огромном кратере. В ходе своих путешествий я не раз бывал в
Талабхейме, и даже имел честь сражаться в составе его армии, в которой каждый гордился тем, что защищает
родной город.

Снаружи стен кратера, называемого Таалбастон, ясно видно, что любой, кто будет пытаться взять крепость
штурмом, столкнется с серьезными трудностями. Естественные стены поднимаются очень высоко, а за долгие
годы защитники усилили их множеством оборонительных сооружений. Важнейшие из них - башни для
наблюдения за обширным лесом, простирающимся далеко за пределами Талабхейма, они связанные узкой
дорогой, проложенной по всей кромке кратера, известной как Спиеррештрассе. Любой противник будет замечен
за много миль от города солдатами с этих сооружений.

Эти наблюдательные посты, называемые "бичами", оборудованы пушками и баллистами и имеют хороший
сектор обзора. Такое сочетание естественных и рукотворных укреплений делает Талабхейм поистине
неприступным.

После странствия по Дороге через Старый Лес, путник оказывается в тени стен, и есть лишь один путь наверх -
петляющая дорога, со всех сторон окруженная отвесными стенами Таалбастона, также известная как Путь
Чародея. Дорога достаточно широка, чтобы обеспечивать оживленное движение, но любой наступающей армии
придется идти под огнем пушек и шквальной стрельбой из амбразур Высокого Дозора - единственных ворот,
через которые можно попасть внутрь кратера.

Те немногие, что останутся в живых в конце Пути Чародея, лицом к лицу столкнутся с опущенной решеткой и
множеством амбразур, закрывающих путь в длинный туннель, оснащенный огромным количеством бойниц и дыр
для кипящего масла. И даже минуя туннель, захватчикам придется еще долго спускаться по наклонной дороге,
ведущей вглубь кратера к городу.

Талабхейм защищен естественным образом не только стенами, широкая и быстротечная река Талабек омывает
стены кратера с севера, делая невозможным приступ с этого направления. Также это означает, что в ходе осады
город будет получать снабжение с реки, поскольку пристань на западе отлично защищена.

Неприступность Талабхейма заставила многих ученых задаться вопросом, почему Оттилия выступила из города и
направилась навстречу стирландцам. Я подчеркну еще раз, причина по которой она так поступила донельзя
проста: ценой безопасности за стенами Талабхейма была потеря Императорского трона. Менее мужественный
предводитель остался бы обороняться в городе. Но поступив так, потерял бы всякие шансы сесть на трон. Кто же
последует за лидером, который прячется дома?

Оттилия встретила и победила врага в открытом поле, доказав таким образом, что способна взять верх над
противником где угодно. Никто не может управлять землей, не имея возможности свободно по ней
передвигаться. Останься она в Талабхейме, она бы проиграла, однако Оттилия одержала славную победу,
доказав обоснованность своих претензий на трон.

Без сомнения, удержание этого бастиона было также очень важно для осуществления ее планов: тут она могла
собирать войска и заниматься политикой, в безопасности от нападок врагов, будучи убежденной, что им не
захочется самим лезть на рожон.

Итоги и последствия. Несмотря на победу, Оттилия так никогда и не была признана императрицей, хотя
в результате этой битвы она получила основательную поддержку многих влиятельных людей. Гражданская война
продолжалась в течение еще многих сотен лет. С горестью должен заметить, что для армий людей того времени
было более характерно сражаться друг с другом, чем с единым врагом. Представьте себе стройные ряды
копейщиков и рыцарей, реющие знамена и бой барабанов, и все это не для борьбы с орками или северянами, а
для убийства соотечественников, имперцев. Уму непостижимо!

Битва за Талабек была одним из ярчайших событий гражданской войны, установившая критерии ведения
последующих сражений. Борьба за трон Императора доказала, что имея отвагу и достаточно людей, любой
может претендовать на правление. "За героем последуют, если он не побоится сделать первый шаг.",-однажды
сказал про то время великий историк Адольфиус Драйтер.

Правление графа Стирланда в качестве императора после столь позорного поражения было недолговечным.
Сторонники покинули его, не желая, чтобы их отождествляли со столь слабым военачальником. Трон все равно
что был пуст, поскольку любой кто хотел, мог без опаски предъявить на него свои права. Поля Империи раскисали
от крови, армии сходились в битве друг с другом, соперничество продолжалось. Блестящая победа у Талабека,
произрастающая из хитрости и умения использовать подходящий момент в личных целях Оттилии, ознаменовала
начало нового витка гражданской войны. Печальное наследие для столь великой битвы.

Обход с флангов.
<b><font face="Tahoma"><font size="2"><div align="center">Битва при Хел Фенне

"Наши солдаты отступали под натиском нежити, бросая оружие и пронзительно крича от ужаса.
Скелеты армии Манфреда фон Карштайна неутомимо преследовали нас, костяшки их
пальцевпотрескивали, когда они сжимали древки своих копий. Они шли прямо на нас, надежда
покинула нас, их черепа злобно скалились в сумерках. Но граф Стирланда был искусен, и челюсти
капкана захлопнулись в нужный момент."

–Курт Ванхлем, арбалетчик Стирланда.

Охота на вампиров. Сражение при Хел Фенне положило конец полному ужасов правлению
Манфреда фон Карштайна его результатом стала одна из самых известных побед в истории
Империи. До сих пор сложно представить, что могло бы произойти, не прояви граф Стирланда
свой блестящий тактический талант, и не будь его воины столь отважны.

Манфред фон Карштайн, последний из этого проклятого рода вампиров, проявил себя опасным
противником в Зимней Войне 2132 года, когда он во главе своей армии прошел насквозь всю
Империю, атаковав вначале Альтдорф, а затем Мариенбург. Его армию удалось отбросить назад в
Сильванию только объединенными силами людей и гномов.
Военный гений графа Мартина Стирландского проявил себя в тот день, в 2145 году, обеспечив
военных историков и слушателей великолепным примером обходного маневра. Это сражение
изучают во всех школах военного дела, и желание повторить этот тактический прием, ставший
классическим, с той же искусностью, как и граф Стирланда в тот судьбоносный день, достойно
любого генерала.

Во время опустошительного марша по Империи армия нежити впервые была остановлена под
Альтдорфом, где Верховный Теогонист собственноручно совершил Обряд Освобождения, чуть не
превратившем всю армию Манфреда в прах, затем под Мариенбургом, после чего он,
преследуемый на всем обратном пути в Сильванию, играл с противником в -кошки–мышки.

Я участвовал в нескольких военных кампаниях против армий нежити, возглавляемых


некромантами. И признаюсь, что не хотел бы стать участником тех событий вновь. Идея о том, что
павшие в бою солдаты могут быть направлены в бой против своих пока еще живых соратников
кажется мне отвратительной.

Сильвания – негостеприимная и пустынная земля, край зазубренных горных пиков, продуваемых


всеми ветрами долин, сырой земли густых сосновых лесов. Темные создания обитают здесь, и
мертвые вновь обретают подобие жизни.

Граф Стирланда был назначен верховным главнокомандующим объединенных войск Империи,


однако он был скорее дипломатом, чем полководцем, его голос имел вес в совете людей и гномов.
Понимая, что в единении сил заключена огромная сила (смотри главу Битва за перевал Черного
Огня), и он собирался сохранить это единение. Немногие верили, что Манфред еще способен
организовать значительное сопротивление после череды поражений, и союзные силы имели все
шансы устранить эту угрозу раз и навсегда.

После нескольких сражений, в ходе которых ни одна из сторон не могла взять верх, войска
Манфреда укрылись в лесах Сильвании. Началась долгая и изматывающая охота на вампира и его
не знающую усталости армии нежитей. После недель преследования, Манфреда наконец вынудили
принять бой при Хел Фенне. Как только его войска стали выходить из леса, граф Стирланда занял
позицию на вершине холма с пологим склоном. Вот как он писал:

"Мы выехали на открытую равнину. Слабый ветер дул с болот. Туман скользил между скорченных
деревьев впереди нас. Солнце садилось, свет его был слабым, призрачным. Вначале мы подумали,
что глаза обманывают нас: казалось, что деревья движутся.

Однако, то были не деревья – шли мертвецы. До нас донесся запах гниющей плоти. Моя лошадь
встала на дыбы. Мурашки забегали по моей спине. Все больше созданий появлялось из леса:
нескончаемые колонны поднятых скелетов, клацающие зубами волки, а небо почернело от стай
злобных летучих мышей, кружащих в облаках. А потом мы увидели его, всего лишь нечеткое белое
пятно на фоне сумерек, однако очертания были безошибочны: Манфред фон Карштайн. Он
вскинул руки вверх, и свет вспыхнул и задрожал вокруг него. Мы смотрели, охваченные ужасом, на
размеры его армии.
Я приказал отправить к нашим союзникам гонцов за помощью и как можно скорее. Вампир нашел
новые силы и ждал нас".

Армия нежити. Армия из нежити не похожа на другие. Я встречался с ними много раз и могу
сказать, что нежить, как никто иной, способна вселять ужас в сердца людей, причем одним своим
существованием. Люди впадают в панику при виде толпы идущих мертвецов, а паника –
опаснейший из врагов солдата. К счастью, граф и его армия сражались с нежитями Манфреда уже
не первый год, с начала его вторжения в Империю, были закалены в боях и менее подвержены
страху.

Армия Манфреда понесла большие потери в ходе своего отступления из Империи. Тем не менее,
при Хел Фенне за ним была сильная армия скелетов, гулей и крестьян, все еще преданных ему.
Манфреда сопровождали немногие оставшиеся из его сородичей–вампиров и двое его самых
преданных соратников: некромант Адольфус Крегер и неупокоенный лорд Готард, известный как
Бессмертный Рыцарь.

Приблизительные размеры его армии, по сведениям из различных источников, варьируются от


двадцати до трехсот тысяч солдат. Я думаю, что истина находится где-то посередине. В любом
случае,  армию Стирланда превосходили числом, и граф отлично понимал, что их судьба
полностью зависит от того, успеют ли союзники вовремя прийти на помощь. Граф со все
возрастающей озабоченностью смотрел, как все больше солдат Манфреда выходили, выползали и
выскакивали из леса, и строились в боевые порядки в полной тишине. Ни одного приказа не
донеслось с той стороны, не один рог не протрубил.

Страх – орудие, которым должен уметь пользоваться каждый военачальник: если одно из
подразделений противника обращается в беспорядочное бегство, другие скорее всего последуют
его примеру. Однако мертвые воины не знают страха и никогда не убегают с поля брани, чего не
скажешь о живых. Такие мысли занимали графа Мартина, в то время как армия нежитей
разворачивалась перед его глазами.

"Используя отвратительные, гнусные и нечестивые заклянания для оживления скелетов и зомби,


Манфред заставил своей армии двигаться вперед. Он был той самой нитью, что поддерживала
жизнь и единство в его армии. Я молил Зигмара о том, чтобы союзники подоспели к утру, когда по
моему мнению должна была состояться первая атака. ", – писал граф Стирланда.

Сильванские крестьяне. В обыденном представлении армия под началом гнусных вампиров


Сильвании состоит из толпы зомби, пускающих слюни гулей и безмозглых скелетов. Тем не менее,
есть еще и другие создания, что постоянно следуют за своими хозяевами, находясь в тени их
могущества, создания, мотивы которых не поддаются осмыслению нормального богобоязненного
человека – живые люди.

Какой человек добровольно согласится стать под знамена нежити? И почему графы терпят этих
теплокровных, включая их в ряды своих неживых войск?
Очень тяжело дать однозначные ответы на эти вопросы, и я думаю, что причины их поведения
никогда не будут до конца ясны, однако некоторые из них известны. Очень важно помнить, что
Сильвания не похожа на другие провинции Империи, также как и ее обитатели не похожи на
имперцев.

Сильвания – страна, где правят мертвецы. Для живых она не предназначена, люди там находятся в
противоестественном рабстве у графов–вампиров, лишивших их воли и вынуждающих постоянно
цепляться за жизнь, платя непомерную цену. Люди Сильвании сражаются за своих жестоких
повелителей из страха перед ними. Он измучены годами тяжелого труда и нищеты, также как и
угрозой бесконечного перерождения в качестве зомби или скелета. Страх может толкнуть
человека на любые поступки, и никто не умеет лучше вселять страх, чем графы – вампиры
Сильвании.

Крестьяне, рекрутированные в армию нежити – не профессиональные солдаты, и редко бывают


хорошо экипированы или тренированы. От них не ожидают многого в ходе сражения, однако они
могут замедлить атаку настолько, чтобы их повелитель успел ввести в бой ударные силы.

Изредка крестьянские призывники снаряжаются за счет своих хозяев, однако чаще они
вооружаются, чем придется – своими нехитрыми орудиями труда или же обирая тела убитых.
Обычно они вооружены палкой, копьем, пикой, топором, косой или серпом, иногда – луком или
арбалетом.

Поскольку они живут в постоянной нужде, их лица бледны и пастозны. Многие предполагают: при
том, что основа армии Сильвании – мертвецы, крестьянские призывники – полумертвые, внутри
них жизнь слабым огоньком мерцает среди океана страданий, со стоическим терпением они ждут
неизбежного, став истинными рабами графов–вампиров.

Тем не менее, их роль в сражении нельзя недооценивать. Страх перед хозяевами заставляет их
сражаться с яростью и отчаяньем, они знают, что любая оплошность с их стороны повлечет за
собой жестокое наказание их членов семьи или их самих.

Графы–вампиры используют крестьянских призывников, потому что они так же многочисленны и


также легко поддаются контролю, как и зомби или же скелеты, к тому же они обладают
способностью к мышлению, что в бою выгодно отличает их от нежити. На них можно отвлекать
огонь противника, ставить на фланги для поддержки, и конечно же, поднять мертвыми в случае их
гибели.

Для нас, смертных, очень тяжело понять, как человек может сражаться на стороне нежити. Но для
них графы–вампиры – законные господа, которым повинуются. Они преисполнены
противоестественного чувства верности и ложной гордости за то, что защищают родину от
захватчиков.
Я не оправдываю их за их поведение, и не склонен проявлять к ним милосердие на поле боя. Тем
не менее, очень важно понять почему они так себя ведут, посочувствовав в глубине души их
нелегкой участи. Принести им смерть на поле боя, без сомнения, –избавить их от мучений жизни.

Расстановка войск. В слабых лучах закатного солнца граф готовил войска к бою. Его основные
силы расположились на склоне холма, вдоль линии фронта проходила дорога. На правом фланге
стоял покинутый форт, а на левом – укрепленная ферма и густой лес. С тыла позиции защищал
бурелом.

На вершине холма, названной расчетами орудий Громовой Вершиной, граф расположил


артиллерию. Оттуда его большие пушки и мортиры могли накрыть огнем наступающего врага.

В рядах армии Стирланда были священники Таала и сам Аксельбранд, архилектор Таала, который
откликнулся на призыв графа о помощи. Он знал, что Манфред был могущественным и опасным
чародеем, и благословения его жрецов помогут противостоять темной магии.

Граф основательно укрепил фланги, отправив на защиту форта и фермы элитных пехотинцев –
Черную Стражу Остланда. Он был уверен, что Манфред пользуясь численным превосходством и
попытается обойти Стирландскую армию, и хотел, чтобы тот заплатил как можно дороже за этот
маневр. Основная часть его войска разместилась позади холма, а перед холмом вдоль дороги он
разместил лучников и вольные роты. "Лакомый кусочек для чудовища", – сказал граф.

Графу было нужно, чтобы Манфред атаковал его. Его позиция была хороша для обороны, а для
атаки у него не было сил. Он надеялся заманить Манфреда в атаку во фронт, где он мог сдержать
первые атаки врага до подхода союзников, когда чаша весов склонится в его сторону. Чтобы
одержать верх над противником, ты должен хорошо знать его, а Граф Мартин хорошо знал
Манфреда.

У Манфреда были все причины быть уверенным в своей победе. Армия Империи, противостоящая
ему, была немногочисленна, а еще гномы не подоспели. Осознавая, что стоит союзникам
объединить свои армии, и ему придется приложить огромные усилия для победы над ними, он
рассчитывал разделаться с ними по отдельности. Это был хороший план, и если бы ему удалось
воплотить его в жизнь, союзники вероятнее всего были бы разгромлены. После заката на землю
опустился сумрак, повеяло прохладой, и армии начали выстраиваться перед сражением.

Битве при Хел Фенне скоро предстояло начаться.

Черная Стража Остланда.

Черная Стража Остланда – сильное и опытное подразделение. Его громкие победы известны как в
Остланде, так и далеко за пределами провинции. Его солдаты имеют грозную репутацию, ходит
множество историй, повествующих об их чести и отваге, и никто не удивится тому, что они прошли
бессчетное число военных кампаний в составе армий разных курфюрстов.
Подразделение Черной Стражи расквартировано в городе Вольфенбурге. Пополняется оно из
других, менее престижных подразделений, причем исключительно на основании личных заслуг
кандидатов. Который должен не только быть великолепным бойцом, но обладать силой духа и
способностью проявить отвагу в гуще сражения. Только при этом его кандидатура будет вынесена
на обсуждение.

Вступить в ряды Черной Стражи – вопрос чести, и ни деньги, ни влиятельные знакомые не решат
его. Это одна из причин, почему они остаются настолько боеспособным подразделением: каждый
из них заслужил свое место боевыми заслугами, мужеством и мастерством.

Черная Стража Остланда – пехотное подразделение, которое содержится за счет казны провинции,
и всегда насчитывает пятьсот человек в полной боевой готовности. Эти люди – профессиональные
солдаты, солдаты в сердце, солдаты до мозга костей.

Для кандидата получить большинство голосов на собрании офицеров – лишь первый шаг на
длинном пути Черного Стража. Режим тренировок жесток, и только трое из десяти новобранцев в
результате получают ранг рядового. Большинство же отправляются назад в подразделение, из
которого они пришли, отвергнутые и еще более чем прежде проникшиеся суеверным страхом
перед Черной стражей. Что касается тех, кто прошел отбор – они удостаиваются чести стать
солдатами одного из самых известных Остландских подразделений.

Могучее и эффективное оружие.

Черная Стража проходит основательное обучение владению всеми видами оружия, однако, в
конечном счете, всем им предстоит научиться использовать двуручный меч. Этот меч, известный
также как двуручник – оружие, требующее обеих рук, с клинком длиной примерно с человеческий
рост. Им невероятно сложно сражаться, и его эффективное использование требует от владельца
большой силы, дисциплины и искусства.

Хотя эти мечи изготавливаются лучшими кузнецами провинции, которые максимально облегчают
их, они остаются крайне массивными и носитель легко может потерять контроль над оружием,
особенно после сильного замаха по ловкому противнику.

У каждой провинции Империи есть свое подразделение доппельзольднеров, эти воины – элита
любого графа–выборщика и уступают только рыцарям. Их острейшие мечи – действительно
великолепное зрелище, они покрыты гравировкой, на них изображены эмблемы родной
провинции: золотой лев у Талабхейма, ястреб или иная хищная птица у Хохланда, а у Черной
Стражи Остланда – бычья голова. На лезвия также нанесены девизы и выдержки из священных
книг, дабы поддерживать веру и решимость в бою.

Остландские Черные Стражи в мирное время проходят постоянные тренировки: спарринг и


фехтование, совершенствуя технику боя.
Для гражданского человека очень тяжело понять, как двуручный меч может быть использован в
сражении. Он выглядит неуклюжим, причем он действительно таков в руках нетренированного
человека. Но в умелых руках Черных Стражей он обретает смертоносную скорость, не имеет себе
равных среди другого оружия.

Называемые Черной Стражей из–за цвета их доспехов, эти солдаты угрюмы и крайне
немногословны. Подобное поведение им диктуют законы Морра, которого они почитают выше
остальных богов. Перед каждым сражением Черные Стражи преклоняют колено и священник Бога
Смерти благословляет их. Кроме того, каждый Страж несет с собой мешочек с двумя серебряными
слитками внутри – подношение, благодаря которому Морр примет их в объятия в своих садах и
убережет их от происков демонов и некромантов.

Я видел этих солдат в битве против зверолюдей Великого Леса – пугающее зрелище. Центр
фронта Имперцев удерживали Черные Стражи. Ведомые мускулистым вожаком, отродья Хаоса
бросились на Остландцев, пот блестел на их вонючих шкурах. Они надеялись расколоть фронт
Империи надвое.

Большая часть солдат стояла фалангой, чтобы создать барьер для противника, держа его на
расстоянии. Доппельзольднеры ставили перед собой те же цели, но достигали их другим образом.
Из–за длины мечей и специфической манеры ведения боя, при которой боец описывает мечом
окружности вокруг себя, обрубая головы и конечности, требуется большое пространство вокруг
каждого солдата, чтобы исключить риск попасть по соратнику.

Такой обособленный метод ведения боя уходит корнями к эпохе Зигмара, когда о человеке судили
исходя из его личных заслуг, проявленных на поле боя, а согласованные атаки и плотные
построения были чем–то неслыханным. В сражении каждый Черный Страж любой ценой
удерживает собственную часть передовой, вооруженный лишь своим двуручным мечом,
мастерством и отвагой перед лицом численно превосходящего противника.

Участок, обороняемый Черными Стражами должно быть выглядел для зверолюдей самой уязвимой
частью Имперского построения, я сильно сомневаюсь, что эти низкие и одержимые злом твари
способны стратегически мыслить или проявлять проницательность: Стражи стояли в нескольких
ярдах друг от друга, опираясь на свои длинные мечи, всего несколько рядов в глубину. Конечно
же, зловонные твари обрушились на них всем своим числом. Казалось, что шансов уцелеть у
Стражей нет.

Черные Стражи вращали своими огромными мечами, обрушивая их на врага с поразительной


точностью. Длина рук Стражей и длина их мечей, а также сила их ударов гарантировали, что ни
один из зверолюдей не добрался бы до них, избежав удара, попасть в радиус вращения меча
означало верную потерю конечности. Зверолюди бросились в атаку. Со стороны казалось, что
мясник режет овец. Черные Стражи, подобно смертоносному механизму, выводили из строя всех,
кто атаковал их.

Черные Стражи идут в бой стройными шеренгами. Стоит кому–нибудь из них пропустить удар
противника или потерять контроль над мечом, и противник сможет подобраться достаточно
близко, чтобы нанести смертельный удар. Залог выживания Черного Стража в бою – абсолютный
контроль над оружием, никаких ложных выпадов и парирований – только точные и смертоносные
удары.

Стратегия и тактика.

Есть такая старая поговорка: "Твой самый лучший план может стать шансом на победу для твоего
врага. " Другими словами, догматичный полководец обречен на поражение. Численное
превосходство и современные технологии не смогут защитить генерала, если он не будет
пересматривать свои планы согласно действий противника. Искусный генерал обязательно
попытается раскусить своего врага.

Хороший полководец должен уметь быстро оценить ситуацию, предугадать маневры противника и
мгновенно приспособиться к меняющейся на поле боя ситуации. Он должен быть мастером тактики
и стратегии. Очень важно различать эти два понятия.

Стратегию боя планируют перед сражением, это обобщенный план атаки. Тактика – это решения и
маневры (маленькое или большое – любое решение важно), предпринятые в ходе самого
сражения. Мастерство владения и стратегией, и тактикой – залог успеха любого полководца.

Черная Стража при Хел Фенне.

У графа Мартина были веские причины поставить Черных Стражей на флангах своей армии, когда
он готовился отразить атаки Манфреда и его неутомимой армии нежити. Он понимал
необходимость защиты своей армии от атак с флангов, и посчитал, что Черные Стражи лучше всех
подходят для этой роли. Под предводительством Владамира Люденнахта, чемпиона графа–
выборщика Остланда, и его посла при дворе графа – Мартина Стирландского, эти солдаты были
готовы встретиться лицом к лицу с порождением зла.

Помимо традиций, запрещавших Черным Стражам уступать любому врагу на поле боя, их огромные
мечи были невероятно эффективны в бою против нежити.

Мертвые воины сильно отличаются от живых: удар, который бы убил или искалечил живого, не
причиняет им существенного вреда. У них нет крови и жизненно важных органов. Единственный
способ убить их – изрубить на мелкие кусочки.

И тут как раз подходитЧерная стража. И их могучее оружие, позволяющее одним махом сносить с
плеч головы и отрубать руки. При Хел Фенне перед Черной Стражей стояла задача уничтожить как
можно больше нежитей. План сработал великолепно: Остландцы удерживали натиск орд зомби и
скелетов на протяжении всей битвы, фланги были защищены.

Каждый солдат Черных Стражей Остланда, сражавшийся при Хел Фенне, получил (многие
посмертно) орден Шипастой Розы – высшую военную награду в Стирланде. Это подобающая
награда для столь прославленного подразделения, без них фланги Стирланда не устояли бы.
Манфред атакует. "Численный перевес в пользу противника был столь велик, что я боялся за
всех нас. Тем не менее, граф Мартин невозмутимо осматривал наши позиции с седла своей
лошади, отдавая важнейшие приказы с таким видом, как будто он командует подготовкой к зиме в
своем поместье. Потом уже он рассказал мне, что страх грыз его сердце весь день. Тогда, глядя на
него, не подумал бы этого", – писал генерал Кристиан Хефф.

 Как и предполагал граф Мартин, Манфред обрушил первую атаку на правый фланг. Всадники–
скелеты атаковали форт первой волной, огромное подразделение скелетов–пехотинцев следовало
за ними. Черные Стражи твердо стояли перед обветшалыми стенами, нанося удары мечами, а за
ними, на стенах стояли мушкетеры, ведя непрерывный огонь разрывными пулями, причиняющими
нежити ощутимые раны. Вскоре очертания форта растворились в дыму сражения, доносились лишь
крики, рев и треск ломающихся копий и костей. Вновь и вновь кавалерия пыталась прорваться
через линию Черных Стражей, но каждый раз им приходилось отступать. Упорство
доппельзольднеров хорошо известно, и Черная Стража в этом отношении – не исключение.
Сражение за форт продолжалось несколько часов.

В девять часов утра  авангард армии гномов, в основном ренджеры, после ночного марша прибыли
на поле боя и разместились в лесу на левом фланге. Они отправили гонцов со словами, что их
армия будет удерживать левый фланг до тех пор, пока "пока последний из этих гнилых мертвецов
не умрет вновь". Граф Мартин был несказанно обрадован этой новостью, поскольку левый фланг
был самой слабой частью его позиций, а разведка сообщила, что Манфред готовит силы для атаки
на ферму. Прибытие гномов стало сильным ударом по планам Манфреда, но он так и не изменил
первоначального замысла. Под прикрытием деревьев гномы начали строиться недалеко от армии
Империи. Манфред по–прежнему мог разделить союзников, ударив между ними, но для этого ему
надо было очистить ферму от Черной Стражи.

В то время, когда основные войска Манфреда медленно наступали на Имперцев, пытаясь


вытеснить их с позиций в центре, стаи лютых волков, отряды крестьян с луками и костяных
колесниц приблизились к ферме, пытаясь сломить ее оборону, дав Манфреду контроль над левым
флангом противника.

Граф Стирланда был доволен ситуацией. Он внимательно осмотрел свои фланги, на которых
кипела битва, и внутренне похвалил себя за расстановку войск. Чем дольше Манфред пытался
взять штурмом ферму и форт, тем больше сил он расходовал. В какой–то момент, во время
очередной безуспешной попытки, ему пришлось отправить в бой все свои резервы. А все, что
оставалось графу Стирланда, это периодически отправлять на фланги подкрепления на замену
павшим. Таким образом, когда Манфред исчерпал все свои резервы, а Мартин еще располагал
своими.

Бой в центре. Несмотря на все успехи, положение союзников оставалось весьма шатким. Фланги
Стирландцев подвергались постоянным атакам численно превосходящего противника, и их
падение грозило смертельной опасностью для всей армии. По равнине маршировала огромная
армия нежити. Тысячи скелетов шли идеально ровными рядами, стуча при этом древками копий о
щиты, что производило оглушительный шум. Толпы зомби, скрежеща зубами, тысячи лютых волков
с пеной бешенства в оскаленных пастях следовали за ними по пятам. Был полдень, но казалось,
что настали сумерки – стаи летучих мышей затмили солнце. Воздух дрожал от шума марширующих
ног и взмахов крыльев.
Граф Мартин отправил гонцов на Громовую Вершину. Солдаты воодушевились, когда пушки и
мортиры, отлитые в куздницах Нульна и прозванные расчетами именами вроде "Гнева Зигмара"
или "Молота", с грохотом открыли огонь по наступающему противнику. Скелетов было так много, а
их построения были столь плотными, что риск промахнуться был минимален. Столбы грязи
поднимались в воздух, ядра, отскакивая, насквозь прошивали ряды врагов. Скелеты падали как
пшеница под ударами града, ядра оставляли огромные прорехи в их рядах.

Граф Мартин не мог себе позволить отправить в бой все войска, это ограничило бы ему
пространство для маневров и не дало бы возможжности предугадать действия противника. Все что
он смог сделать – это отправить вперед небольшую часть своего войска, чтобы замедлить
наступление врага: копейщиков и арбалетчиков, которые шли в их рядах с целью огневой
поддержки. Пехота – хребет Имперской армии, и я начинал свою карьеру строевым солдатом.
Когда они пересекли дорогу, перед ними предстала армия врага во всей ее ужасной силе. Однако
они не колебались.

Подразделения имперских копейщиков глубиной всего в четыре ряда столкнулись лицом к лицу с
неисчислимым противником. Они остановились и стали ждать. Их приказом было сдерживать орду
нежитей так долго, как только возможно. Эта тонкая линия солдат была призрачной надеждой
дожить до победы для людей, находившихся позади, но они достигли даже большего, чем граф
Мартин мог ожидать.

Обреченные на гибель. Суть термина "Обреченные на гибель" может быть непонятна для


гражданского. В сознании сразу возникает образ людей на задание, спряженное с риском и
опасностью, людей принужденных к исполнению, ведь отправляют на заведомую гибель.
Вышесказанное, безусловно, справедливо, однако, эти люди – добровольцы, поскольку выживших,
как правило, осыпают почестями всю оставшуюся жизнь. И этих людей уже точно никто не назовет
трусами.

"Мы находились примерно в четверти мили от "Обреченных на гибель". Все что мы видели, это их
спины и копья, возвышавшиеся над их головами. Сперва арбалетчики открыли огонь, затем начали
стрельбу лучники. Граф приказал лучникам стрелять зажигательными стрелами по стаям летучих
мышей, ненавидящих огонь, поскольку он изгоняет скверну. Мы поняли, когда именно противник
достиг "Обреченных на гибель", поскольку их линия дрогнула. Было видно, как они напряглись,
чтобы не дать противнику отбросить себя назад. О боги, как же они сражались!", – писал капитан
одного из подразделений стирландских копейщиков Гюнтер Енц.

В то время, когда "Обреченные на гибель" сдерживали натиск врага, пули и стрелы градом
сыпались на нежитей. Люди молили богов о том, чтобы ядро из пушки попало по Мафреду,
размазав его по земле, а он в это время шел в центре своей армии, контролируя атаку, похоже,
что он был полностью уверен в победе. Неожиданно Манфред решил изменить тактику, и к
удивлению стирланцев, его войска в одночасье развернулись и начали уходить прочь вдоль
равнины, оставив "Обреченных на гибель" праздновать свою победу.

Лишь только на флангах войска нежити продолжили изматывающие атаки на форт и ферму.
Отступающие подразделения шли, построившись огромными каре с широкими прогалами между
ними. Позади появилась каваллерия Манфреда. Черные рыцари с пылающими призрачным огнем
глазами ехали на скелетах лошадей, наконечники их копий были покрыты ржавчиной. Земля
дрожала под копытами.

"Все это плохо пахнет", – сказал граф Мартин. Он поднял свой меч высоко вверх. "Кавалерия!", –
прокричал он, и звуки труб вторили его голосу. Тяжелая кавалерия стала наступать из тыловых
позиций. Сотни рыцарей рысцой проскакали мимо пехоты. Граф готовился к контратаке.

Великолепная атака.

Кавалерия Манфреда растянулась по всей равнине, рысь перешла в галоп, когда они подъезжали к
холму. Было очевидно, что кавалерия прорвется через ряды имперцев, как топор рвет пергамент.
Манфред был столь уверен в том, что численное преимущество поможет ему победить противника,
что пренебрег возможностью собрать какую–либо информацию о силе и составе армии
противника. Это стало для него смертельной ошибкой.

Скорее всего Манфред улыбался, видя как "Обреченные на гибель" отступают со своих позиций с
подножья холма. Теперь его кавалерия имела возможность быстро расправиться с бегущим
противником и обратить свое внимание на гномов. И я представляю, как эта жуткая гримаса
радости на его лице сменилась ужасом, когда из–за холма показалась Имперская кавалерия!

Эта кавалерийская атака была наиболее точно описана командиром рыцарей: отважным, но
глупым в своей импульсивности генералом Ягером, который ехал в атаку в центре строя в первом
ряду:

"Впервые Манфред увидел нас, когда мы появились из–за холма. Представьте бушующую волну,
накатывающуюся на берег, волну лошадей и закованных в железо рыцарей – вот как мы
выглядели, неумолимо и смертоносно. Мы были в полном доспехе, ржание наших коней вторило
боевому кличу, срывавшемуся с наших губ. Битва началась! Некоторые лошади спотыкались,
сбрасывая седоков наземь, но атака продолжалась. Нежити были всего лишь в пятидесяти ярдах
от нас, и по–прежнему двигались рысью.

Мое сердце заколотилось, когда я увидел, что Манфред развернул коня и ускакал прочь,
предоставив своих кавалеристов их судьбе, отдав их во власть нашего бушующего гнева. Наша
волна стали и отваги врезалась в нежить, быстро втоптав их в землю."

На этом все и должно было закончиться. Кавалерия сделала больше, чем союзники могли ожидать,
теперь ей предстояло вернуться назад для перестроения и подготовки к новой атаке. Но кровь
генерала Ягера кипела, он жаждал личной славы, и продолжил эту атаку, преследуя противника до
тех пор, пока не оказался глубоко среди отрядов нежити. Я всегда следил за тем, чтобы мои
командиры кавалерии умели обуздывать свои страсти. Этот тип людей бывает крайне импульсивен
и склонен терять всякий контроль над собой.

Видя выгодную ситуацию, Манфред приказал пехоте построиться в каре и  отрезать рыцарям пути
к отступлению. В центре равнины Ягер осознал свою ошибку. Лошади устали, замедлили ход,
атака заглохла. Рыцари собрались группами и эйфория от маленькой победы стала проходить.
Копейщики Манфреда окружили их, опустив копья, стаи лютых волков, жаждущих плоти людей и
лошадей кружили рядом с ними. Прогалы между подразделениями нежити исчезли.

С едва сдерживаемым гневом граф Мартин смотрел, как Ягер пытался сплотить ряды своих
рыцарей. Пушки прекратили огонь, поскольку был риск попасть по своим. Ягер организовал
прорыв к позициям союзников, однако болотистая почва под копытами коней раскисла, затруднив
передвижение.

Солдаты горестно созерцали, как цвет армии Империи был вынужден отчаянно бросаться на копья
врага. Лошади ржали, пронзаемые насквозь. К чести Ягера будет сказано, он сражался как
одержимый, прокладывая путь другим рыцарям через ряды зомби. Из шестисот рыцарей,
отправившихся в атаку, вернулось всего около сотни, а сам генерал Ягер был смертельно ранен
стрелой в спину. Его недальновидность стоила Стирланду потери сильного подразделения,
поскольку в дальнейшем ходе сражения рыцари почти не принимали участия.

В моем банкетном зале висит великолепная картина, на которой изображена атака Ягера.
Художник ничуть не приукрасил ситуацию: могучий герой сражается против орд противника,
ожидая смерти подобающим образом. Иногда, находясь в одиночестве я смотря, как свет играет на
этом полотне я жалею, что не смогу окончить свою жизнь таким образом. Я страшусь, что мне
предопределено судьбой войти в сады Морра, умерев в собственной постели.

Сражаясь с нежитью.

Человека в принципе нельзя подготовить перед первым сражением с нежитью. Этот противник не
похож на других: вид сражающихся мертвецов вселяет мертвящий ужас в человека, и это должен
учитывать любой генерал. Все живые существа наделены инстинктом самосохранения, это
неотъемлемая часть нашего разума, без которой род людей не просуществовал бы так долго.

Это причина, по которой мы цепенеем, встретив живого мертвеца. Когда мы смотрим в пустые
глазницы скелета, видим налитые кровью челюсти гуля или чувствуем вонь гниющего зомби, мы
видим продолжение нашей собственной участи и страшную силу предводителей нежити,
использующих темную магию и наш ужас в своих темных целях.

Сила страха.

Страх, пожалуй, самое сильное оружие, которое когда–либо использовал неживой генерал.
Нечестивой заразой он распространяется по рядам солдат, и может погубить целую армию. Есть
известный случай, когда армия Империи была отправлена в Драквальдский лес против большой
армии нежити. Несмотря на поверхностное описание тех событий, они хорошо демонстрируют силу
страха. Ниже я приведу обзор этого происшествия пера Отто ван Компфа Аверхеймского.

Письменные источники того времени говорят, что некромант по имени Обадаш Глотман поднял
армию скелетов и зомби в глубине Драквальдского леса. Ближайшее кладбище было в сотнях миль
и в округе не было ни одного трупа. Гули напали из Воющих Холмов и люди покинули эти места, в
страхе убегая от армии мертвых.

Капитан Кёллер Вольпен из Мидденхейма был отправлен на разгром армии нежитей, которые все
дальше и дальше продвигались вглубь обитаемых земель. Однако в ходе нескольких сражений он
так и не достиг успеха. Вольпен столкнулся с серьезными неприятностями: каждое поражение
Имперской армии пополняло ряды нежитей новыми мертвецами.

Экспедиционный корпус по предводительством Вольпена стал лагерем на западном берегу реки


Талгарад, притока Талабека. Он хотел уничтожить мост, пересекавший реку, но нежить появилась
на противоположном берегу и на это не оставалось времени. Чтобы остановить их, он разместил
на мосту полк копейщиков из Альтдорфа, ветеранов многочисленных боев с орками.

Вольпен был уверен, что они продержатся до тех пор, пока он не успеет развернуть артиллерию, и
тогда нежить будет уничтожена издалека огнем орудий. Но сражения с орками не подготовили
копейщиков к тому, что они увидели.

Река была широкой, а противоположный берег к тому же был укутан утренним туманом. Армия
нежити была почти не видна, и все, что солдаты могли видеть, были нечеткие очертания,
движущиеся в тумане. Ветер доносил до них приглушенные звуки: пронзительный смех и
бессвязный бред. С восточного берега повеяло гнилосным запахом, вызвавшим у солдат тошноту.

Пока капитан Вольпен был занят приготовлениями артиллерии к первому залпу, нежить пошла в
атаку. Не было слышно ни звуков труб, ни приказов, просто первый отряд мертвяков внезапно
появился из тумана впереди на мосту.

Они возникали подобно фантомам, будто сгущаясь из тумана: кошмарные живые мертвецы,


поднятые из земли – орды зомби. По мере их приближения солдаты стали видеть в деталях их
отвратительную внешность. Зомби двигались беспорядочной толпой, их движения были
неуклюжими и толчкообразными. Их ноги волочились по деревянному настилу моста, производя
царапающие звуки, которые смешивались со стонами, которые издавали их рты, челюсти
бессвязно хлопали. Хотя их конечности казались плохоуправляемыми, их глаза – черные лишенные
эмоций ямы, пристально смотрели на копейщиков, и во взгляде читались жуткие желания.

Некоторые из них были нагие, в глаза бросалась их бледная полуразложившаяся плоть цвета
рыбьих внутренностей, покрытая гнойниками и струпьями кожа, гематомы зеленоватого оттенка.
Бескровные руки сжимали оружие. Они торопились, вид живых людей разжигал их жажду
полакомиться свежей плотью.

Первые ряды копейщиков дрогнули, когда до них докатился запах гниющей плоти, солдаты
боялись заразиться какой–нибудь болезнью. Их капитана не было поблизости, некому было
произнести ободряющую речь, и копейщики стали жертвами собственного страха. Они начали
пятиться назад, вначале маленькими шагами, но по мере того, как враг приближался и видно его
становилось лучше, скорость их отступления увеличивалась. Стоящие в задних рядах спотыкались,
внося в отступление еще больший хаос.

Когда один из копейщиков разглядел среди зомби одного в оборванной форме солдата из
Альтдорфа, они сломались окончательно. Повернувшись к противнику спиной, и громко умоляя
Зигмара о спасении, солдаты пустились в беспорядочное бегство.

Войска нежити прошли по незащищенному мосту, напав на армию Империи, пытавшуюся спешно
перестроиться. Вольпен попытался перенаправить орудия на ближнюю цель и стрелять
шрапнелью, однако было уже поздно: орда нежитей волной затопила Имперские порядки.

Сражение было проиграно, когда копейщики сбежали без малейшего сопротивления. Дальнейшая
судьба Вольпена и то, как армия некроманта была наконец побеждена и упокоена, неизвестны.

Быстро растущая армия.

Мой старый друг, человек, который не раз помогал мне советом и поддерживал меня, что я крайне
высоко ценю, воинствующий священник  Эбрем Манлект, многое знает о нежити, поскольку
поклялся искать и уничтожать мертвецов, где бы они не прятались. Он дал мне много советов, как
уничтожать неупокоенных, он поддерживал щит моей веры. Ниже я изложу некоторые из его
советов.

Главной особенностью армии нежити является то же, что обеспечивает ее боеспособность -


некромантия. Это темное искусство, в котором некроманты дают волю своему злу, позволяет
воскрешать павших на поле боя и заставить их сражаться на их стороне. Орда нежити идет, убивая
людей на своем пути, а некромант следует позади, воскрешая своих недавних врагов в качестве
слуг.

Вид своего соратника с выпущенными наружу кишками, идущего и сражающегося против тебя,
поистине ужасен. Солдат  Империи не смотря ни на что склонен видеть в этом существе своего
былого брата по оружию. Однако да будет вам известно, что эти существа безразличны к мольбам
и увещеваниям, и тот, кто окажется настолько глуп, чтобы попытаться уговорить живого мертвеца,
сам вскоре окажется в их рядах.

Я объясняю солдатам перед битвой, что жалость к несчастным жертвам некромантии недопустима.
Очень тяжело ударить бывшего соратника, однако только так и следует поступать в данном
случае. Они более не те, кем были при жизни, они всего лишь движущаяся плоть, одержимая
голодом.
Упокоение мертвых.

Если что - то уже мертво, то убить это вновь крайне трудно. Ряды армии нежитей состоят из тех, в
ком жизнь уже угасла, однако они движутся, сражаются и убивают.

Любое подобие слаженности действий или самостоятельности мышления - обман, лишь картинки
из памяти, зомби и скелеты - скорлупа из безмозглой плоти и костей, движущаяся под действием
колдовства отдельных личностей: вампиров и некромантов.

Тем не менее, и их можно убить. Ниже приводятся основные методы упокоения нежити, взятые из
дневника герра Манлехта.

1. Обезглавливание

Мощный удар, подкрепленный верой, отделяющий голову от туловища, разрывающий


позвоночник. Этого обычно бывает достаточно, чтобы разрушить связь между некромантом и его
марионеткой.

2. Расчленение

Отрубив все конечности клинком или переломав ему все ребра булавой или молотом, можно
достичь победы над мертвецом. Однако это тяжелый труд, и явно не для тех, кто слаб желудком.

3. Вера

Благословленный Зигмаром или Морром погубит неупокоенного. Святая вода, пламя и серебро
усилят разрушительный эффект любого оружия, однако ваша вера должна быть непоколебима.

Доктрина герра Манлехта на этом не заканчивается, однако вышеизложенные методы самые


легкоосуществимые для простого солдата, посему я не буду уделять внимание другим.[1]

Все вышесказанное означает, что сражаться против нежити куда сложнее, чем против армий
живых. Тем не менее, у смертных всегда есть весомый козырь: подобно тому, как мы убиваем
вампира, отрубив ему голову, мы уничтожаем армию нежити, убив их предводителя, зомби падают
на землю замертво, скелеты рассыпаются в прах, а звери, такие как летучие мыши или волки
возвращаются назад в лес, когда мы освобождаем их от магических оков их темного повелителя.
Под Хел Фенном сражение было по настоящему выиграно, когда граф Мартин убил Манфреда и его
армия нежитей превратилась в ничто.
Обратите внимание. После сражения мертвые должны быть тщательно захоронены. Павшие обеих
армий должны быть обезглавлены, а затем сожжены. Их положено хоронить в ямах, пересыпая
известью. Помните старое изречение: "В Империи мертвых всегда хоронят лицом вниз."

Долг Генерала.

Столкновение с нежитью - особая проблема для любого полководца. Крайне важно свести на нет
ослабляющее воздействие страха, и вот несколько способов сделать это.

Подготовь их!

Подготовь своих солдат к тому, с чем им предстоит столкнуться, особенно, если они до этого не
сталкивались с нежитью в бою. Будь уверен, что они представляют, с чем столкнутся.
Предупрежден – вооружен, и ничто так не пугает, как неизвестность.

Сплоти их ряды!

 Строй отрядов должен быть плотен, а сами отряды расположены близко друг к другу. Дать людям
ощутить свою слабость в сражении с подобным противником крайне опасно, без поддержки
соратников они почувствуют себя уязвимей, и скорее обратятся в бегство. Солдаты будут уверены
в себе, видя вокруг всю мощь их армии.

Подбодри их!

Всели гордость в сердца своих солдат. Пусть знамена реют, а трубы играют, капитаны
подбадривают солдат, напоминая им, за что они сражаются.

Будь с ними!

Будь в гуще сражения. Полководец в центре своей армии вдохновляет солдат на крайнюю
самоотверженность в ходе битвы.

Сподвигни их на подвиги своим примером, заставь их сражаться, не зная страха.От твоих слов и
действий их дух укрепится.
Граф Стирланда доказал, что армия смертных способна победить нежить, пока генерал помнит
постулаты, изложенные выше. Отрешись от страха и отправь мертвых назад в могилы.

Челюсти капкана захлопываются.

Когда последний из выживших рыцарей вернулся назад к рядам Имперских войск, у графа Мартина
возникли новые проблемы. Потерю большей части кавалерии усугубили вести, что правый фланг
ослаблен, и защитникам форта долго не продержаться без пополнения, и к тому же пехота нежити
вновь наступала в центре.

В это время на помощь графу подходили войска: еще один отряд рыцарей – храмовники
Священного Меча из Альтдорфа под командованием самого верховного теогониста, а также
Альтдорфская тяжелая пехота. Рыцари были готовы вступить в бой с нежитью, особенно с
Бессмертным Рыцарем Готардом, который сам был храмовником Священного Меча до того, как был
убит и возрожден. Граф выслал им навстречу гонца с приказом вступить в бой на левом
флангесразу по прибытию.

Пришло время для графа Мартина привести свой план в исполнение. Его капитаны были обучены,
его солдаты знали, чего от них требуется. Ни один из них не подозревал, на какой риск идет, но
они выполнили задачу.

У вершины холма граф Мартин разместил свою пехоту, в основном ветеранов–мечников и


алебардистов. Перед ними стояла ответственная задача, требовавшая особого мастерства, отваги
и согласованности действий. Сам граф стал в их рядах, что воодушевило его солдат. Этой тонкой
линии Имперцев предстояло принять на себя основную тяжесть атак нежити, и сохраняя плотный
строй, шаг за шагом отступать под натиском войск Манфреда. Перед линией пехоты граф
разместил стрелков рассыпным строем: лучников, арбалетчиков и вольные роты милиции. Позади
мечников и алебардистов он выставил еще одну линию пехоты, состоящую из копейщиков и
пикенеров. На левом фланге стоял отряд рыцарей, а на правом – пистолеры числом около тысячи.

До Манфреда дошли вести о приближении верховного теогониста во главе рыцарей Священного


Меча и других Альтдорфцев, и он знал, что надо действовать быстро, пока помощь не подоспела.
Он выстроил свою армию подразделениями во много рядов глубиной, собираясь подобно молоту
пробить центр армии Имперцев, а затем уничтожить досадливые фланги противника, атаковав их
сзади. Это было именно то, чего от него ждал граф Стирланда.

Двойное окружение.

Пехота нежити наступала во главе с Манфредом, который шел справа. На флангах были остатки
кавалерии и лютые волки. Граф Стирланда приказал своим кавалеристам немедленно вступить в
бой, и атака рыцарей втоптала лютых волков в землю. Та же участь была уготована скелетам–
кавалеристам —  свежее и многочисленное подразделение пистольеров разметало их. Кавалеристы
преследовали оставшихся лютых волков, загнав их в Озеро Теней.

Эти маленькие победы вселили уверенность в Мартина Стирландского, однако он отдавал себе
отчет, что разработать отличный план и безупречно осуществить его - это далеко не одно и то же.
Путь к окончательной победе ему преграждала тяжелая кавалерия Манфреда — Черные Рыцари.

"Я выехал перед линией солдат, желая поднять их боевой дух. Когда наши пушечные ядра и
стрелы со свистом полетели над головами, я увидел, что на их лицах появилась решимость. Они
более не нуждались в моем красноречии. Я отдал им честь и вернулся в их ряды", - в последствие
писал граф Мартин.

Пехота нежитей была уже близко. Солдаты в рассыпном строю сделали несколько залпов, и как им
было приказано, убрав свое оружие, ретировались в тыл пехоте, создав впечатление
беспорядочного бегства. Обычно бывает крайне сложно приказать солдатам совершить ложное
бегство, и при этом не спровоцировать их на настоящее. Сложно было графу отдать солдатам
такой приказ, как и им нелегко было его выполнить.

Пехота нежитей сошлась в бою с тонкой линией имперских мечников. Атака не была объявлена,
они даже не ускорили шаг, а попросту вошли в ряды стирландцев. Натиск был чудовищным,
задние ряды людей навалились на передние, их ноги скользили, их мышцы напряглись. Линия
имперцев держалась: мечники укрываясь за щитами, размахивали перед собой мечами, отрубая
головы зомби и дробя кости скелетам, а затем начали пятиться назад. Медленно и планомерно,
поскольку граф руководил ими, линия имперцев отступала.

Видя, что сопротивление противника в центре слабеет, Манфред направил туда еще больше
солдат, чтобы усилить натиск и прорвать строй стирландцев. Его фронт сбился в плотную толпу и
фланги Имперского построения начали окружать ее. Черные Рыцари сражались яростно,
безнаказанно убивая арбалетчиков и алебардистов.

Нежить в центре проникла вглубь линии имперцев, и миновав вершину холма, оказалась в
болотистой низине позади. Впереди возвышалась "Громовая Вершина". Мортиры открыли огонь по
задним рядам нежити. Внимание Манфреда было по прежнему сконцентрировано на центре поля
боя: линия имперцев там была тонкой, они отступали, и их строй мог в любую минуту разорваться
подобно волоску, позволив нежити пройти насквозь, разделив их армию на части.

В суматохе сражения граф Стирланда услышал звук трубы. Кавалерия явилась! Это был знак
близкой победы. Все больше труб подхватили сигнал, и тяжелая пехота атаковала фланги
нежитей. Кавалерия зашла противнику в тыл, и нежити уже некуда было бежать. Манфред увидел,
что его одурачили, заманив в западню.

Последний гвоздь в крышку гроба Манфреда вбили рыцари Священного Меча, прибывшие на поле
боя. Они увидели нежитей, сражавшихся против гномов, и атаковали правый фланг нежитей, где
сражались Черные Рыцари и ослабленные потерями гномы. За этим последовала резня, если
конечно так можно назвать убийство тех, кто и так уже мертв. Нежитей рубили со всех
сторон: уколы кавалерии и беспощадные атаки стирландской пехоты. Один лишь Манфред смог
бежать.

Однако он не ушел дальше Озера Теней, где после яростной погони его настиг граф Мартин
Стирландский. Вначале он Рунным Клыком поверг телохранителей Манфреда, а затем сразил их
повелителя. Граф был человеком могучим и умелым в бою, однако в иной день Манфред взял бы
над ним верх. Но силы отвратительного вампира были на исходе, он был ослаблен управлением
армией и был подобен пустому сосуду, кроме того, его дух был сломлен поражением. Его тело
утонуло в трясине и так и не было найдено.

Битва Мартином Стирландским была выиграна.

Итоги и последствия.

Победа графа Стирланда зависела от многих факторов, некоторые из которых были


непредсказуемы. Если бы план Манфреда по разделению сил стирландцев сработал, или союзники
не подоспели бы вовремя, история могла бы развиться совсем по иному сценарию. Со стороны
Мартина было большой ошибкой вступать в бой с Манфредом, не дождавшись союзников. Что если
бы Манфред не потратил столько сил на безрезультатные попытки взять штурмом имперские
фланги? Что если бы Манфред не клюнул на приманку графа и не угодил бы в западню?

Я не умаляю тактический талант графа Мартина, принесший ему изумительную победу, но дела
его были бы плохи, сложись все иначе. Но в конце концов, граф Стирландский разработал
рискованный план и сногсшибательно воплотил его в жизнь, поймав Манфреда на его
самоуверенности и недальновидности.

Численное превосходство — не гарантия победы. Манфред использовал свои огромные полки, как
молот, стараясь уничтожить противника одной лишь грубой силой. Он пренебрег всяческой
хитростью или использованием хоть сколько-нибудь продуманной тактики и за это заплатил
наивысшую цену. Империя и другие земли, где живет человек теперь в безопасности от этого
кровожадного чудовища.

Что касается графа Мартина Стирландского, он был объявлен героем, статуи в его
честь были воздвигнуты по всей Империи, и оставался графом-выборщиком Стирланда
до самой смерти. Также Мартину была отдана Сильвания (недовольному, потому что он
считалее заслуженной по праву победившего, а получил ее, так как никто другой
просто не пожелал взять на себя ответственность по ее управлени    
================================================================

[1]"Руководство Охотника на Ведьм" пера Каспера фон Либенштайна посвящено разнообразным


способам уничтожения нежити, а также предлагает способы убийства других врагов нашей
славной Империи. От нее мало толку для солдата, но тем не менее, она крайне ценна для людей,
сражающихся с потусторонними силами.

================================================================