Вы находитесь на странице: 1из 36

Министерство высшего и среднего специального образования РСФ СР

ГОРЬКОВСКИЙ ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ


Г О С У Д А Р С Т В Е Н Н Ы Й У Н И В Е Р С И Т Е Т им. Н. И. Л О Б А Ч Е В С К О Г О

Кафедра современного русского языка


и общего языкознания

ИМЯ ЧИСЛИТЕЛЬНОЕ КАК ЧАСТЬ РЕЧИ

Методические указания к курсу морфологии


современного русского языка

Горький — 1986
Министерство высшего и среднего специального образования РСФСР
Горьковский ордена Трудового Красного Знамени
государственный университет им. Н.И.Лобачевского

Кафедра современного русского языка


и общего языкознания

ИМЯ ЧИСЛИТЕЛЬНОЕ КАК ЧАСТЬ РЕЧИ

Методические указания
к курсу морфологии современного русского языка

Горький 1986
Автор: М.А.Михайлов, доцент кафедры современ­
ного русского языка и общего языкознания

Рецензенты: Е.В.Ухмылина, доцент кафедры истории


русского языка и сравнительного сла­
вянского языкознания
И.И.Теплова, доцент кафедры современ­
ного русокого языка и общего языкознания
- 3-

Необходимость методических указаний к разделу программы


курса современного русского языка, посвященному имени числи­
тельному, вытекает из двух обстоятельств.
Во-первых, имя числительное часто оценивается исследова­
телями как пример части речи, которая выделяется в первую
очередь на основании семантических критериев. Такой подход
широко представлен и в учебниках по морфологии современного
русского языка, которыми студентам специальности "русский
язык и литература" приходится пользоваться. Противоположное
мнение - о том, что имя числительное, подобно большинству
частей р е-и , выделяется и на достаточно четких грамматичес­
ких основаниях, в существующих учебниках выражено значитель­
но менее определенно. В частности, грамматическая характерис­
тика имени числительного часто излагается неудачно - без вы­
деления признаков основных и второстепенных.
Во-вторых, именно числительное предоставляет хорошую воз­
можность глубоко понять принципиальное отличие отношений име­
ни существительного и имени прилагательного к грамматическим
категориям рода, числа и падежа. Так получается потому, что
доказательство отсутствия какого-либо отношения типичных чис­
лительных к роду и числу, а также обоснование специфического
отношения этой части речи к категории падежа, сводящегося к
определенной комбинации признаков существительного и прилага­
тельного, требуют обращения к сравнительному анализу грамма­
тических категорий имени существительного и имени прилагате­
льного. Таким образом, изучение имени числительного позволя­
ет глубже понять принципы разных классификаций грамматических
- 4 -

категорий, что существенно для усвоения курса морфологии со­


временного русского языка в целом а на что в учебниках, на
наш взгляд, недостаточно обращается внимания.

В вопросе о границах того класса слов, ко тори! следует


рассматривать как. особую часть речи - имя числительное- у ис­
следователей современного русского языка нет единодушия. Де­
ло в том, что даже те единицы, принадлежность которых к чис­
лительный большинством грамматистов признается, в древнерус­
ском языке не имели никаких признаков особой части речи, хо­
тя они обозначали количество предметов и, следовательно, их
лексическая семантика ничем не отличалась от их семантики в
современном языке. По грамматическим же особенностям часть
таких слов была в древнерусском языке настоящими существитель­
ными, часть - типичными прилагательными. Таким образом, раз­
витие у числительных грамматической специфики, которая и да­
ет возможность считать их сейчас отдельной частью речи, про­
ходило в относительно недавние эпоху, и числительное - моло­
дая часть речи по сравнению не только с существительными, но
даже и с прилагательными, которые тоже обособились от суще­
ствительных.
Относительно недавнее формирование имени числительного
как особой части речи привело к тому, что у числительных нет
такого грамматического единства /особенно если говорить об
их морфологических особенностях/, какое характерно для суще­
ствительных и прилагательных, а генетическая связь числитель­
ных с it.:енаш существитадьничи и прилагательными отражается
в том, что даже специфический признак числительного - тип
синтаксической зависимости падежных Фори - представляет с с е ­
ление признаков существительных ' пралагатольны;- :ли:./го|.ь.
- 5 -

же числительные и до сих пор сохраняют особую грамматическую


близость к прилагательным.
Прежде чем рассматривать грамматические признаки числите­
льных, необходимо обратить внимание на то, что в отличие от
таких частей речи, как существительное и прилагательное, пред­
ставляющих собой классы с л о в , не все числительные являют­
ся бесспорными словами: многие их них похожи на сочетания
слов. Это понятно, если учесть, что семантическая функция
числительных состоит в том, чтобы выражатл любое количество.
Счетный ряд бесконечен, а количество языковых единиц не мо­
жет быть бесконечным. Зато практически бесконечнш может быть
количество комбинаций ограниченного числа элементов. Языковые
обозначения количеств и сводятся к комбинированию небольшого
числа элементов, одни из которых похожи на морфемы /и , сле­
довательно, само обозначение количества похоже на сочетание
морфем, на сл ов о/, другие - на слова /и тогда обозначение ко­
личества сходно с сочетанием сл ов /. Чем больше число, тем яв­
ственнее языковое выражение числа приближается к сочетанию
слов. Отдельные части такого, например, составного обозначе­
ния количества как тысяча пятьсот шестьдесят четыре, передан­
ные графически как ,слова, рбладают самостоятг шшм ударени­
ем, а при падвлном изменении каждое фонетическое слово при­
нимает Алексии, характерные для соответствующих не составных
числительных /с р . формы родительных падежей тысячи, пятисот,
шестидесяти, четырех и тысячи пятисот шестидесяти четырех/.
Однако подобные сочетания отличаются от обычных сечьтаний
слов строго ■иксированным порядком расположения составных
элементов и тем, что они характеризуются непроницаемостью,
т .е . не допускают вставки других слов. Поэтому каждое сколь
угодно большое составное выражения количества представляет
собой более тесное единство, чем обычное словосочетшик. Что
касается графического обозначения, в русском правописании тра
диционно, в общем, за т еп л ен о соответствие слова графическо­
го слову фонетическому.
Так называемые сложные числительные отличаются от ооычны?
сложений тем. что в их составе нет соединительных гласных.
Сложные числительные / т . е . образования типа пятьдесят , шесть-
д о т / - фонетические слова, но их составные части сохраняют
самостоятельность при склонении /с р . Т. пятью, д есятью и
пятьюдесятью: П. пяти, с тах - в нескольких стах метров - и
пятиста х /. Впрочем, некоторые сложные числительные в одни*
падежах выступают как фонетические слова, а в других - кйк
сочетания двух слов, ср . двести, триста, четыреста и двум*
стами, тремстам, четырехсот. Наличие двух ударений в прив
денных формах косвенных падежей ясно вытекает из произношу
ния гласных /д в у м я стами, тр’о'мстам, ч ’ ьтыр’охоо'т - извест­
но, что явуки а и о. невозможны в безударной позиции/. Графи
чески же эти формы передаются, как и соответствующие формы
Й ., представляющие фонетические слова, как единые слова.
Таким образом, среди единиц, обычно рассматриваемых ка*
числительные, только непроизводные /типа два, пять, сто, qo

рок, десят ь / и суффиксально-производные образования /типа


двенадцать, тридцать/ - настоящие слова во всех отношениях.
Итак, ставя вопрос о грамматических признаках числитель­
ных, нужно иметь в виду грамматические признаки не только бес
спорных слов, но и тех обозначений количества, которые близ­
ки к сочетаниям слов. Ьто важно отметить, поскольку части ре­
чи в существующих учебниках характеризуются во введении в
морфолог;® как разряды, классы слов.
I л я иллюстрации характерных грамматических особенностей
- 7 -

числительного удобно взять конкретное слово из числа количе­


ственных числительных - одно из тех, в которых грамматичес­
кое своеобразие числительного проявляется наиболее последо­
вательно / в учебной литературе обычно подчеркивается, что
количественные числительные составляют центральный разряд
числительных вообще 2 ,6 4 ; 4 ,3 2 6 ; 5 ,2 1 4 /* , например, слово
пять - и рассмотреть его отношение к грамматическим катего-

Пять имеет шесть словоизменительных фбрм, соответствую­


щих надежным формам существительного и прилагательного. Од­
нако удобнее рассмотреть вначале отношение слова пять к двум
другим грамматическим категориям - числа и рода. Сами терми­
ны "категория числа" и "категория рода" показывают, что име­
ются в виду категории, в той или иной степени сходные с со­
ответствующими категориями существительного и прилагательно­
го . Поэтому установление отношения слова пять к числу и ро­
ду не может обойтись без сопоставления грамматической харак­
теристики этого слова с грамматической характеристикой тлен
существительных и прилагательных.
Поскольку парадигма интересующего нас слова состоит то­
лько из шести падежных форм, ясно, что у него нет специаль­
ных форм, в которых противопоставлялось бы единственное чис­
ло множественному. Значит, слово пять не изменяется по чис­
лам, так, как прилагательные и большинство существительных,
т . е . у слова этого нет словоизменительной катего­
рии числа. Однако из этого не следует, что пять вообще не
тлеет отношения к категории числа. Ведь и среди имен сущест-

*Здесь и далее таким способом даем ссылки на литературу,


список которой приведен в конце пособия. Первая цифра озна­
чает ■порядковый номер списка, цифра после запятой - странипу.
витальных есть слова, которые, не изменяясь но числам, тем
не менее относятся к одному из двух возможных чисел / nr\gu\ar,л
и plurilia f a nt um / . ;докно даже заметить сходство причин,
объясняицих отсутствие числового противопоставления у этих
существительных и у слова пять. Известно, что противопостав­
ление единственного числа множественному у большинства суще­
ствительных выражает противопоставление "один предмет" -
"два и больше предметов". Но такое противопоставление имеет
смысл лишь для существительных, обозначающих конкретные пред­
меты, т . е . такие, которые в реальной действительности могут
быть представлены либо в виде единицы, либо в виде множест­
ва. Если же существительное обозначает, например, отвлечен­
ную предметность / зелень . быстрота и п о д ./ или вещество, все
части которого имеют свойства целого / сливки, воздух и п о д ./,
противопоставление числовых форм с их обычными функциями ока­
зывается для таких существительных ненужным. Поскольку слово
1}ять постоянно обозначает определенное множество, отсутствие
числового противопоставления в его парадигме оказывается то­
же мотивированным. Так обычно и объясняют неизменяемость по
числам типичных числительных, с р .: "Обозначая числовые раз­
личия, счет в пределах множественности, имена числительные
уже своим лексическим значением выражают понятие числа. По­
этому числи те.&ные не имеют грамматических форм числа. Соот­
носительность форм единственного и множественного числа в
них о т сутств ует" /6,294/. Однако когда ту же причину выдви­
гают для обоснования отсутствия у числительных отно.иения к
категории числа вообще / " . . .Количественны!/, числительным не
свойственна грамг/атическая категории числа. Ото объясняется
тем, что они, обозначая счет и прицелах ..шоаеет^е. носта; св о ­
им лексическим значением пщ.цкакт понятие числа" - 7 ,2 2 2 .
- 9 -

"Наличие грамматической категории числа у слов, которые обозна­


чают число лексическим своим значением, не имеет опоры в логи­
ке. Оно излишне" - 6 , 3 . Ср. также: "У количественных числите­
льных нет категории числа; понятие числа входит в их лек­
сическое значение" - 3 ,1 4 2 /, правомерность такой аргументации
вызывает сомнение. Как'уже упомянуто выше, существительные sin$
и pi и г . bufrMtn, выражающие лексические значения, которые не­
совместимы с противопоставлением единичности множественности,
к одному из двух чисел все-таки относятся.
Возникает вопрос: какой смысл вкладывается в утверждение,
что имена существительные, не изменяющиеся по числам, не сто­
ят вне категории числа и относятся либо к единственному, либо
ко множественному числу? Совершенно очевидно, что дело здесь
не в совпадении Алексий существительных с флексия­
ми единственного числа, а существительных piur tihtum _ с флек­
сиями множественного числа имен существительных, имеющих фор­
мы обоих чисел. Из истории языков известны многочисленные слу­
чаи, когда средства выражения определенных грамматических зна­
чений меняли свои функции, становясь средствами выражения д р у ­
гих грамматических значений. Наречия типа легко, дорого и под.
генетически связаны с нечленными формами имен прилагательных
среднего рода /современные краткие формы среднего р о д а /. Та­
ки:,; образом, в истории этих образований морфема мэ, выражав­
шая раньше грамматические значения ш,мнительного падежа един­
ственного числа среднего рода, утратила эти функции, переклю-
чивлись на выражение грамматического значения положительной
степени качественного наречия. Бывают и случаи, когда грамма­
тическое средство, выражая первоначально целый комплекс зна­
чений, утрачивает не в се, а только их часть. Так, флексия в
глагольной форме читает выражает и изъявительное наклонение,
-ю -

и настоящее время, и единственное число, и третье лицо. Если


принять, что третье лицо указывает на предмет, о котором идет
речь, в безличной форме светает та же флексия уже не выражает
третье лицо, зато продолжает передавать, по крайней мере, зна­
чения изъявительного наклонения и настоящего времени, свойст­
венные и форме читает.
В числовых формах имен существительных, имеющих оба чис­
ла, каждая конкретная флексия, выражая единичность или множе­
ственность, одновременно передает и падежные значения. Поско­
льку имена существительные sing и рЬлг.имЫт обычно не выражают
единичности или ..тожественности, может показаться, что их флек­
сии передают уже только падежные значения и что, следователь­
но, мы имеем здесь дело с обычным явлением утраты грамматичес­
ким средством части значений, которые оно раньше выражало, в
данном случае - значений числовых. Если бы это положение бы­
ло справедливым, можно было бы считать, что существительные
sing и рi*r Untu.-n не только не имеют в своей парадигме форм
числового противопоставления, но не имеют и вообще отношения
к категории числа.
Однако у существительных, изменяющихся по числам, катего­
рия числа связана не только с противопоставлением единичнос­
ти множественности. Формы единственного числа таких сущест­
вительных, кроме обозначения единичности, определяют еще и
выбор формы единственного числа согласуемых слов, точно так
же, как их формы множественного числа, кроме обозначения мно­
жественности предметов, определяют выбор формы множественно­
го числа согласуемых слов.
Имена существительные, не изменяющиеся по числам, имеют
отношение к категории числа потому, что их флексии, утратив
способность выражать единичность .божественность, co x jаня •
- II-

вт числовое значение для согласования: ручные часы, но б е д - .


нейшее крестьянство. Строя сочетание, например; прилагатель­
ного с существительным sing или pf*' t i n t urn , носитель языка
выбирает форму прилагательного единственного или множествен­
ного числа в зависимости от числа существительного. Именно
это обстоятельство и позволяет говорить, что флексии сущест­
вительных, не изменяющихся по числам, не утратили своего чис­
лового значения.
Что же касается слова пять, то хотя его флексии полнос­
тью совпадают с флексиями имен существительных I I I склонег'тя
в единственном числе, флексии эти выражают исключите­
льно значения падежные. Числовые значения утрачены юли пол­
ностью не только потому, что слово пять Еыражает количество
своим лексическим значением, но и потому, что это слово не
может иметь при себе согласованных определений, для которых
был бы важен выбор числовой форлы. Всякий р аз, когда рядом
с количественно-именным сочетанием /т а к называетая сочетание
числительного с существительным, обозначающим считаемый пред­
м ет/ оказывается иг/л прилагательное или какое-либо другое
слово, обычно согласуемое в числе, невозможно доказать, что
его числовые формы вызваны именно этим числительным. В одних
случаях прилагательное согласуется с существительным /пятью
последними „часами, пять последних часо в /, в других же множе­
ственное число прилагательного объясняется так же, как и в
сочетаниях типа огромные серп и молот, т . е . множеством пред­
метов, признак которых прилагательное выражает /последние
пять часов/.
Именно поэтому 3 . 3 . Виноградов, используя название
tioU.-H " для типичных числительных - на основании чисто фор­
мального сходства их флексий с флексиями единственного числа
— ~

имен существительных I I I склонения - тут же подчеркивает, что


"грамматическая категория числа в структуре имен числительных
является лишь фикцией, пережитком, выыираюцей формой употреб­
ления. . . функции множественного и единственного числа в числи­
тельных не только с т е рты. . . , но и грамматически обессмыслены"
/6 ,2 9 4 / . Вце раньше И.П.Дисков, опираясь на то же совпадение
флексий числительных типа пять с флексиями единственного чис­
ла существительных I I I склонения и подобие некоторых флексий
числительных д в а, три и четыре флексиям множественного числа
имен существительных и прилагательных /с р . двух, трех, четы­
рех - добрых; двум, трем, четырем - домам, добрым и т . д . / ,
говорил об отнесенности первых к единственному, а последних -
ко множественному числу, но, отмечая противоречие между эти­
ми числовыми показателями и согласуемыми формами сказуемого,
которые могут употребляться при количественно-именных сочета­
ниях в единственном числе /десять человек пришло / , приходил
к выводу, что числительные имеют лишь "мнимое" грамматическое
число / 9 , 4 7 / . Ср. также формулировку А.А.Реформатского: "На­
стоящие числительные... не могут и м ет ь ... множественного чис­
л а /в е р н е е , стоят вне категории ч и с л а " /1 0 .3 8 7 ;
подчеркнуто нами - М.f.1,/. I . А. Булахове кий, доказывая отсут­
ствие у слова пять отношения к роду, замечает, что говорят
не эта пять, а эти пять /1 1 ,1 9 6 /. Тем самым как бы дается по­
нять, что пять, не имея рода, выступает как р'и г, b u t ил. Полага­
ем, что первично употребление числительного в количественно-
именном сочетании / пять домов/ , а не так называемое математи­
ческое употребление /к пяти прибавить пят ь /. В связи с этим
приведенное Л.А.Булаховеким сочетание эти пять может быть то­
лько неполным предложением с опушенным членом, обозначавшим
считаемый предает.
- 13 -

Что касается соответствующих полных предложений / эти пять дд-

число местоимений объясняется не согласованием в числе со


словом пята■ а так же, как в рассмотренном выше сочетании
последние пять часов.
Учитывая все сказанное, можно утверждать, что слово пять
лишено какого бы то ни было отношения к категории числа.
Вся эта аргументация изложена в 1,298 в слишком сжатом
риде.

То, что слово пять hi этноления и к категории рода,


доказывается так же, как и отсутствие отношения к категории
числа.
В парадигме слова пять нет противопоставления специаль­
ных родовгх форм. Следовательно, числительное это не имеет
такого рода, какой характерен для имен прилагательных, у ко­
торых род является категорией словоизменительной.
Что касается классификационной гатегории рода имен суще­
ствительных, ее главным сыысл заключается в выборе родовых
йорм согласуемых слов. Однако при слове пять, как било пока­
зано выше, согласуемые определения невозможны. И хотя флек­
сии падежных форм числительного пять полностью совпадают с
флексиями падежных форм единственного числа существительных
I I I склонения, которые все относятся к женскому роду, гово­
рить о женском роде слова пять не тлеет абсолютно никакого
смысла.
Ввиду всего этого большинство исследователей решительно
подчеркивает, что у типичных числительных нет отношения не
только к категории числа, но и категории рода /С р ., напри-
мер, 1 2,53; 1 3 ,437; 1 0 ,3 8 7 /.
Отсутствпе отно.иечпя к категории числа и рода уже само
- 14 -

по себе может рассматриваться как грамматический признак чис­


лительных. Но признак, который определяется отрицательно, все­
гда менее важен, чем признак положительный. Для слова пять по­
ложительный грамматический признак можно найти в особенностях
категории падежа.
Как уже было отмечено оише, ш кс имеет шесть морфологичес­
ки выраженных падежных форм. Это обстоятельство еще ничего не
говорит о грамматической специфике числительных, потому что
падежные формы есть и у существительных, и у прилагательных.
Специфика числительных состоит в особенностях синтаксической
зависимости их падежных форм.
Как известно, выбор той или иной падежной формы в речи
у существительных и прилагательных резко различен. Падежная
форма прилагательного почти всегда / а в функции определения,
которая для прилагательных типична, - в сегд а / копирует падеж­
ную форму определяемого существительного /или другой части
речи, выступающей как определяемое/, т . е . прилагательное ха­
рактеризуется согласуемыми падежными формами. Таким
образом, выбор падежной формы прилагательного зависит от па-
деыюй формы другого слова, обычно существительного.
Для существительного в косвенных падежах наиболее типич­
на функция дополнения. Формы косвенных падежей существитель­
ного в этой функции не согласуются, а у п р а в л я ю т с я . В ре­
чи выбор той или иной формы косвенного падежа обусловлен не
падежной или какой-либо иной ф о р м о й подчиняющего слова,
а самим этим с л о в о м независимо от его грамматических
форм. Например, в сочетании читать книгу винительный падеж
существительного обусловлен глаголом читать, который незави­
симо от своей грамматической формы управляет винительным п а­
дежом поцчине .него существительного /читаю кн;ц’у , чиа.... кпн-
- 15 -

гу и т . д . / . а в сочетании крыша дома родительный падеж вто­


рого существительного обусловлен первым существительным не­
зависимо от его грамматической, например, падежной, формы
/ крыши домя. крыше дома/ . И только форма именительного паде­
жа существительного в своей обычной функции подлежащего аб­
солютно не зависит от каких-либо других слов предложения,
будучи, следовательно, обусловленной исключительно синтакси­
ческой функцией подлежащего предложения.
Таким образом, падежные формы прилагательного согласуют­
ся , а падежные формы существительного либо управляются, ли­
бо, будучи независимы от других слов, зависят от функции
в предложении.
По характеру синтаксической зависимости падежные формы
слова пять разделяются на две группы: формы именительного
и винительного падежей похожи в этом отношении на падежи су­
ществительных, формы остальных падежей - на падежи прилага­
тельных.
В предложении В саду росло пять деревьев функцию подле­
жащего выполняет синтаксически неразложимое / т . е . не разло­
жимое на отдельные ч л е н ы предложения/количествен­
но-именное сочетание пять деревьев. В этом сочетании форма
родительного падежа деревьев управляется числительным, фор­
ма же и:..енлтельного падежа числительного не зависит ни от
какого другого слова предлокения, а потому может быть объяс­
нена только функцией подлежащего, которую выполняет количест
венно-именное сочетание в целом.
В предложении Срубили пять деревьев количественно-имен-
ное сочетание так же синтаксически неразложимо и выполняет
пункцию прямого дополнения при переходном глаголе. Очевидно,
что винительный падеж числительного в этом сочетании зависит
- 16 -

от переходного глагола, который обязательно должен иметь яри


себе прямое дополнение, т . е . винительный падеж в данном слу­
чае управляется со стороны глагола.
Обе рассмотренные зависимости /о т функции в предложении
и от управляющего слова/ являются, как было отмечено выше, ти­
пичными зависимостями падежных форы существительных.
Во всех остальных падежах форма слова пять используется
как согласуемая с падежной формой имени существительного
/п одошли к пяти деревьям, ]расположились под пятью деревьями,
гнезда были на пяти деревьях и п о д ./, г . е. характер синтак­
сической зависимости здесь тот же, что и у прилагательных.
Понимание этого различия синтаксической зависимости падеж­
ных форм числительного закреплено в терминологии. В парадиг­
ме существительного важно противопоставление именительного па­
дежа как падежа, не зависимого от других слов предложения / е с ­
ли существительное используется в функции подлежащего/, всем
остальным падежам, обычно зависимым от других слов предложе­
ния. Поэтому но отношению к существительному название "прямой
падеж” употребляется только применительно к именительному па­
дежу, а термин "косвенный падеж" обозначает любой другой па­
деж. Применительно же к числительным, для которых важно про­
тивопоставление именительного и винительного надежей всем ос­
тальным, термин "прямые падежи" обозначает падежи именитель­
ный и винительный, а термин "косвенные падежи" - все осталь­
ные, согласуемые падежи.
Учитывая эту специфическую для числительных терминологию,
моашо сказать, что по характеру синтаксической зависимости
прямые падежи числительных похожи на падежи существительных
/ т . е . .«ибо управляются, как винительный. ..ибо зависят от Функ­
ции б пред..ожешш, как щ..енпте.:ы u i./, а их и л .веш и т пад-\.л -
- 17 -

на падежи прилагательных / т . е . согласуются/.


Смешанный характер /т о как у существительных, то как у при
лагательных/ синтаксической зависимости падежных форм числи­
тельного и лвдует считать наиболее важным грамматическим при
знаком этой части речи.

Рассматривая в качестве главного грамматического призна­


ка типичных числительных противопоставление двух групп падеж­
ных форм, мы показали это противопоставление в терминах син­
таксической зависимости с а м о г о числительного /к о с ­
венные падежи ч и с л и т е л ь н о г о согласуются, т . е . ведут
себя как падежи прилагательного, прямые же - либо зависят от
функции количественно-именного сочетания в предложении - име-
нительнкй - либо управляются - винительный, поэтому можно
сказать, 4i'o прямые падежи ч и с л и т е л ь н о г о ведут себя
как падежи существительного/. Между тем, в грамматической и
учебной литературе чаще говорят о противопоставлении у числи­
тельных прямых падежей косвенным, зыдвигая на передний план
характер синтаксической связи в н у т р и количественно­
и м е н н о г о с о ч е т а н и я , т . е . связи между числительным и
существительным, обозначающим считаемый предмет. Ср., напри­
мер, такие высказывания: "Если в косвенных падежах числитель­
ные, как и обычные определения-прилагательные, согласуются
с определяемыми существительными, то в прямом падеже числи­
тельные управляют формой родитачьного падежа множественного
или единственного ч и с л а / п я т ь с т о л о в , дг? сестры и
п р . / . . . ” / 1 4 , б е л ./; "Как известно, характерным синтаксичес­
ким признаком количественных числительных как сомостояталь-
ной части речи явл яется противопоставление прямых /имени­
тельного и винительного/ и косвенных падежей. В именительном
и винительном падежах числительное управляет именем суше-
- 18 -

ствьтельным, обозначающим считаемые предметы, в косвенных же


падежах числительное само подчиняется существительному, со­
гласуясь с ни м "/15,67/. Такую же формулировку противопоста­
вления прямых падежей числительных косвенным дает Л.А.Була-
ховский / И , 1 9 6 / и сходную - В.В.Виноградов / 6 ,2 9 6 / , а также
вузовские учебники /1 ,2 9 6 ; 2 ,6 9 ; З Д 4 4 ; 4 ,3 2 7 ; 5 ,2 1 6 /.
Легко заметить, что если все приведенные формулировки со ­
впадают в части, касающейся косвенных падежей, в характерис­
тике прямых падежей они существенно различаются. Выдвижение
на передний план того обстоятельства, что в прямых падежах
числительное управляет существительным, оставляет нераскры­
тым характер зависимости падежной формы самого числительного.
Поэтому получается, что в приведенных цитатах обращается вни­
мание то на характер зависимости падежных форм числительного
/косвенные падежи согласуются/, то на характер зависимости
падежных форм подчиненного числительному существительного
/прямые падежи управляют/.
Показать характер зависимости самого числительного - и
в прямых падежах и в косвенных - предпочтительнее по двум
причинам. Во-первых, все традиционное учение о частях речи
в русском языке свидетельствует, что для выделения этих клас­
сов слов и их противопоставления друг другу важнее характер
синтаксической зависимости самих этих слов, а не характер
зависимости других слов, хотя бы и подчиненных первым. Напри­
мер, существительные и прилагательные различаются ;ле.аду про­
чим тем, что ]Од, число и падеж первых выступают как к атего ­
рии несогласуемые, тогда как род, число и падеж прилагатель­
ных - как категории с о г л а с у е т е .
Во-вторых, как уже было ск азан о, ш еиио j азиородность ia*-
тегории падежа числительных соэ::ает грамматическую специфику
- 19 -

зтой части речи. Заметить же эту разнородность можно лишь в


том случав, если обратить внимание на зависимость прямых п а­
дежей самого числительного, на их обусловленность управлени­
ем или синтаксической функцией: управлять падежом способны
и существительные, и прилагательные, и глаголы, и многие дру­
гие части речи. Поэтому встречающиеся в литературе характе­
ристики противопоставления двух групп падежных форм числите­
льных в терминах синтаксической зависимости внутри количест­
венно-именного сочетания с одновременны:,i указанием сходства
прямых падежей числительных с падежами существительных, а
их косвенных падежей - с падежами прилагательных не выдержи­
вают критики. Ср. у Л.А.Булаховекого: "Б связной речи они
/ т . е . числительные - М.М./ то управляют, как суще­
с т в и т е л ь н ы е /подчеркнуто нами - id.М ./ в именительном
и винительном падеже, то согласуются, как прилагательные..."
/1 1 ,1 9 6 /. В свое время именно такой способ выражения Н.Н.Дур­
ново критиковал А.II.Боголепов: "Для признания каких-либо
слов существительными /Н.Н.Дурново полагал, что числитель­
ного как особой части речи нет, что в прямых падежах числи
тельные являются существительными, а в .косвенных - прилага­
тельными. - М.М./ совершенно недостаточно то обстоятельство,
что существительные ставятся при них в родительном падеже,
так как ведь и при прилагательных могут быть существитель­
ные н род. пад. /полный яго д /, и при глаголах /хочу ягод./:
почему же в выражении "двадцать яеоц" слово "двадцать" долж­
но быть признано именем существительным, а не прилагатель­
ным или глаголом? - ответа на этот вопрос у Н.Дурново мы
не находим "/12,41/.

Среди имен числительных есть несколько слов, у которых


противопоставление прямых падежей косвенный проявляется не
-20 -

только в характере синтаксической зависимости, но выражено


и морфологически. Например, числительные сорок, девяносто
и сто имеют всего по две морфологически разных формы: одну
для прямых надежей / сорок, девяносто, с т о / и одну для всех
косвенных /сорока, девяноста, с т а /.
В.В.Виноградов обращает внимание и на другие числитель­
ные, в парадигме которых в той или иной степени намечается
морфологическое объединение всех косвенных падежей и проти­
вопоставление их П]ямым: некоторые числительные, обозначаю­
щие круглые десятки /пятьдесят, шестьдесят, семьдесят, во­
семьдесят/ мягким конечным согласным основы косвенных паде­
жей противопоставляются твердому в прямых; у тех же числи­
тельных / а также у некоторых слов, обозначающих круглые сот­
ни - пятьсот, шестьсот, семьсот, восемьсот, девятьсот/ - ко­
свенные падежи противопоставлены прямым наличием внутренней
Флексии -и - /И.В. пятьдесят, пятьсот; Р.Д.Т.П. пятидесяти,
пятидесятые, пятисот, пятистам, пятистами, пятистах/ /6 ,2 9 8 -
оОО/, Однако это морфологическое противопоставление прямых
падежей косвенны!.; по целому ряду причин, на наш взгляд, не­
льзя ставить в один ряд с противопоставлениями, выступающим
в словах сорок, девяносто и с т о . Прежде в сего, оно проявля­
ется в добавочных средствах выражения падежных значений
/в чередовании и внутренней ф лексии/, а не в основных, как
у числительных сорок, девяносто и сто. Во-вторых, внутрен­
няя Алексия - и - объединяет все косвенные падежи числитель­
ных, обозначающих круглые десятки /пятьдесят - восемьдесят/,
только з том случае, если ш щизпае:.; нормативность форм
творительных падежей пятидесятые, ш ествдесятью .. . / а не толь­
ко пятьюдесятью, шестьюдесятью/. Судя по всему, В.и.Виногра­
дов так и поступает, отмечая с у д о в л етв о р еы г' 1, что "проф.
Р.Й.Кошутич иервый из новых грамматистов поместил в парадиг­
му склонения слова пятьдесят формы творительного падежа пять-
юдесятью и пятидесятыо как равноправные дублеты" /6 ,2 9 9 /. Од­
нако нормативность Форш пятидеслтью выбывает сомнения у спе­
циалистов / 2 , 6 8 / . Наконец, в-третьих, противопоставление твер­
дых и мягких конечных согласных основы у числительных, обозна­
чающих круглые десятки, может получить и фонетическую трактов­
ку. Мявкое _т в конце основы формы пятьюдесятью объясняется
фонетической позицией: всякое т перед j смягчается, если то­
лько т не относится к приставке, a j - к корневой морфеме
/с р . прутья /произн. npyT’j 'b /, солдатье /сълдлт’^ о /, но отъ­
ехать /л т /е х ъ т ’/ Л Уже из этого.^вытекает, что не все косвен-
нне падежи характеризуются нефонетической мягкостью конечно­
го согласного основы / а только нефонетические чередования мо­
гут быть полноправным средством выражения грамматических зна­
чений/. Кроме того, если рассматривать и и ы как разные фоне­
мы / т . е . следовать одной из двух возможных трактовок отноше­
нии меаду этими звуками/, приходится признать, что мягкость
предшествующего согласного фонетически обусловлена в Р . , Д.
и П. падежах. Таким образом, морфологическое противопоставле­
ние прямых и косвенных падежей чередованием конечных соглас­
ных основы вообще исчезает.
Ввиду всего этого полагаем, что морфологическое противо-
постаяяение прямых падежей косвенным выступает только в пара­
дигме числительных сорок, девяносто и сто /и еще в полтора,
анализ которого ниже/.
Не все слова, обычно рассматриваемые в составе числитель­
ных, отличаются показанными выле грамматическими особенностя­
ми ь равной степени. Отклонения можно заметить прежде всего
-гг -
^ o c -c c tc /t'T b ' - О а < о г< _ /
а также в полтора.
Один тлеет отношение к категории рода, причем род высту­
пает как категория словоизменительная, представленная согла­
суемыми родовыми формами: один дом, одна _комната, одно окно.
Такое же отношение у слова один и к категории числа: в па­
радигме есть специальные числовые формы, которые согласуются
с числовыми Формами имен существительных. В предложении Ябло­
ни все засохли, остались одни вишни слово одни нельзя рассма­
тривать ка?, форму .'.тожественного числа при один: числовые
формы одного слова должны выражать тождественное лексическое
значение, а одни имеет здесь значение, эквивалентное значению
ограничительной частицы только■ Но в сочетаниях с конкретны­
ми р1и.- 1 одни полностью сохраняет значение единичности,
т . е . лексическое значение, свойственное формам один, одна, од­
но /одни сутки, одни_часы/. Только в таком употреблении и мож­
но говорить о форме множественногочнисла слова один.
Наконец, в употреблении паде.«ных форм слова один невозмож­
но найти никакого противопоставления прямых падежей косвенным,
свойственного типичным числительным. Согласование характерно
не только для косвенных падежей /одн им днем раньше , непрошло
и одного д н я /, но и для прямых /остался один день /.
Таким образом, грамматическая характеристика слова один
не имеет ничего общего с грамматической характеристикой чис­
лительного, а отношение к категориям рода, числа и падежа это­
го слова дает грамматическое основание пключить его в состав
имени прилагательного.
"П рилагательность" слова один проявляется и в конструкци­
ях , когда оно связано с одушевленными существительными мужс­
кого рода. В этом случав винительный -надеж слова один совпа­
дает с его родительным падежом: одного человека, одного_ста-
- 23 -

рооху - тогда как типичные числительные, определяя количество


предметов, выраженных существительными одушевленными, в вини­
тельном падеже используются в той же форме, что и при опреде­
лении существительных неодушевленных: встретил пять человек,
купил пять книг. Поэтому можно заметить, что у слова один в
мужском роде для винительного падежа есть, как и у прилагате­
льных, две морфологические формы / один - одного, как хороший -
хорошего/, в то время как типичные числительные ограничивают­
ся в винительном падеже единственной морфологической формой.
О том, что один так относится к грамматическим категори­
ям, как настоящее прилагательное, ясно сказано у И.Г.Милослав
ского / 1 ,2 9 7 /. Наличие согласуемой категории числа у слова
один / т . е . наличие категории числа у этого слова как катего­
рии собственно грамматической, не связанной непосредственно
с обозначением количества предметов/ некоторые авторы рассмат­
ривают как признак, роднящий слово один с типичными числитель­
ными. Ср., например, такую форцулировку: "...О тсутствие содер-
*
жательной категории числа позволяет сблизить слово один с ко­
личественными числительными.. ." / 5 ,2 1 6 / . Между тем, наличие
собственно грамматического числа у слова один сближает его
именно с прилагательными, а не количественными числительными,
у которых, как было показано выше, отношения к числу совсем
нет.
Как известно, средства выражения грамматических значений
могут играть лишь вто. остепенную роль при определении принад­
лежности слова к той или иной части речи. У слова один толь­
ко в средствах выражения и можно найти некоторые отличия от
прилагательных. Если говорить об основных грамматических сред­
ствах выражения, т . е . в данном случав о флексиях, то в прямых
падежах обо.л чисел она имеют вид: - 0 , - о , - а , -и . Если срав-
24 -

пивать с прилагательными, такие же флексии можно найти у при­


лагательных притяжательных и у кратких форм прилагательных ка­
чественных. В косвенных падежах для слова один характерны флек­
сии, совпадающие с соответствующими флексиями прилагательных
полных или притяжательных типа бабушкин и волчий. Если обра­
титься теперь к дополнительным грамматическим средствам, мож­
но заметить, что чередование и± 0 , которое используется при про­
тивопоставлении родовых, числовых и падежных форм слова один,
встречается именно у притяжательных прилагательных типа вол­
чий, причем в грамматически тождественных формах встречаются
тождественные ступени чередования. Например, в форме И.ед.м.
рода - гласный и / волчий - один/, а в Р. - ноль звука / волчье
го - одного/ и т . д . Однако нет никаких оснований рассматри­
вать отмеченное сходство как существенное, потому что невоз-
мо.лно найти какой-либо значимой связи между словом один и при­
тяжательным прилагательным.
Грамматические формы слова один отличаются еще одним до­
полнительным средством выражения: чередованием твердых и мяг­
ких конечных согласных основы. '..\ргкое н ’ характерно для вс' го
множественного числа /одн^и, одн’их, одн’им и т . д . / и для Т.
ед. в мужской и среднем роде /о д н ’йм /. Среди прилагательных
такие особенности средств выражения не встречаются /с р . фор­
мы множественного ч.-.сла бабушкины, бабушкиных. бабушкицш и т .д
и форм$г Т .ед. в мужском и среднем роде бабушкиным - ;;езде н
твердое, как и в других грамматических формах этого сл ова/.
По такое же чередование твердых и мягких конечных согласных
основы представлено у некоторых место®.ений. Ср. множествен­
ное число э т ’и, эт 'и х, э т ’и м . . . , сам ’и , сам их, сагл’и м ...
и Т .ед. в мужском и среднем роде э т 'щ ... сам ’им при твердом
конечном согласном основы в других грамматически.-: rtopwax этих
местоимений. К сказанному следует прибавить, что и основные
средства выражения грамматических значений - флексии - для ме­
стоимений этот, сам и олова один тоже одинаковы.
Думается, что если связь с притяжательными прилагательны­
ми в современном языке выглядит чисто случайной и может объ­
ясняться исклвчительно исторически /так же, как и связь в И.
падеже с краткими, а в Р ., Д ., Т. и П. - с полными прилага­
тельными, отмечаемая, например, в 2 ,6 7 /, связь с местоимени­
ями и для современного языка может рассматриваться как зако­
номерная. Дело в том, что числительные служат в первую оче­
редь для точного обозначения количества предметов. Но форма
единственного числа существительного, обозначающего предмет,
уже сама по себе выражает единичность. Дом и один дом семан­
тически эквивалентны. Поэтому один как числительное, т . е . как
слово, обозначающее единичность, используется только при осо­
бом подчеркивании единичности, например, при противопоставле­
нии / не пять минут, а одна минута/ . Более необходимым указа­
ние на единичность с помощью числительного может быть только
при именах существительных, не имевших формы единственного
числа / одни сани/ . Да и в этом случае значение единичности
обычно выражено более широким контекстом. В связи с этим сло­
во один гораздо чаще употребляется как семантический эквива­
лент местоимений, в первую очередь неопределенных /о дин чело­
век = какой-то человек/ . По мнению составителей семнадцати-
томного "Словаря современного русского литературного языка",
значение единичности и значение "какой-то" не создают в дан­
ном случае омонимов, не нарушают единства слова. Таким обра­
зом, сходство средств выражения грамматических значений сло­
ва один и некоторых местоимении может объясняться тем, что
один способно ы.’ступать в местоименном значении.
Слово два грамматически ближе к типичным числительным,
чем один, хотя и у него можно заметить сходство с прилагате­
льными. Два имеет родовые формы, выраженные морфологически
/д в а - д в е / и согласуемые. Но эти родовые формы значительно
обеднены по сравнению с родовыми формами прилагательных или
слова один. У прилагательных в единственном числе противопо­
ставление всех трех родов выражено специальными флексиями в
И. и В. падежах /большой - большое - большая/ для И. и боль­
шой /или большого, если определяется существительное одушев­
ленное/ - большое - большею для В. падежа/. В остальных паде­
жах формы мужского и среднего рода выступают как омонимичные,
зато формы женского рода всегда им противопоставлены отличны­
ми флексиями /например, в Р. падеже большого для мужского и
среднего, но большой для женского рода, в Д. большому для муж­
ского и среднего, но большой для женского рода и т . д . / . У сло­
ва же два даже в И. и В. падежах формы мужского и среднего
рода омонимичны /д в а - два - д в е /, а в остальных падежах омо­
нимичны все родовые формы. Если же в В. падеже два отно­
сится к существительным одушевленным, выступает тоже омонимия
всех родовых форм /двух - двух - д в у х /. Следовательно, родо­
вая выр;лита?;ьность слова два гораздо слабее, чем у прилага­
тельных /или у слова один/.
Что касается падежных Форм слова два, по характеру синтак­
сической зависимости они делятся на прямые и косвенные. Как
было показано выше, это самая характерная грамматическая чер­
та числительных.
Однако и в категории падежа у слова два можно заметить от­
клонение в сторону прилагательного, выра’кающееся.в том, что
при определенных условиях В. падеж, т . е . падеж прямой,
который у типичных числительных должен уп равляться, иыступв-
-2 7 -

ет как падеж согласуемый. Для иллюстрации этой особенности вер­


немся снова к рассмотрению В. падежа типичных числительных.
Дело в том, что прямые падежи типичных числительных у п ­
равляют Р. падежом существительного, обозначающего счита­
емый предмет: осталось пять книг, достали пять книг. Совпаде­
ние же В.множ. и Р.множ. у одушевленных существительных позво­
ляет трактовать количественно-именное сочетание с существите­
льным одушевленным в тех случаях, когда сочетание это выпол­
няет функцию прямого объекта, как разложимое, в котором толь­
ко существительное является дополнением, а числительное - со­
гласуемым с ним определением. В предложении Достали п я т ь ло-
шадей, с одной стороны, на фоне конструкций типа Достали пять
книг форма лошадей воспринимается как Р.множ. При такой трак­
товке форма числительного должна пониматься как форма управля­
емая. С другой стороны, на фоне конструкций типа Достали лоша­
дей существительное в количественно-шленноы сочетании может
восприниматься как В. падеж, непосредственно зависящий от гла­
гола. При такой трактовке В. числительного оказывается согла­
сованным с В. существительного:
В согл-в
Достали пять лошадей
' — упр.—*
Возможно, что в зависимости от индивидуальных и "сиюминут­
ных" ассоциаций с одной из упомянутых выше двух конструкций
/д о с т али пять книг и достали лошад е й / сама оценка носителями
языка здесь колеблется. Но важно подчеркнуть, что возможность
понять форму числительного в Достали пять лошадей как форму
согласованную заставляет принять тезис, что В. падеж типично­
го числительного ведет себя безусловно как падеж существите­
льного / т . е . уп равл яется/ только в сочетании с существитель­
ными неодушевленными, в сочетании же с одушевленный® он может
квалифицироваться как падеж согласуемый, т . е . по характеру
синтаксической зависимости сближается с падежом прилагатель­
ных /и с косвенными падежами типичных числительных/.
Можно сказать, что согласованный характер В. падежа в со­
четании с одушевленными существительными у слова два выступа­
ет более определенно, чем у типичных числительных. В предло­
жении Встретил двух друзей форма имени существительного на фо
не предложений типа Достали пять книг может трактоваться как
ф о р т Р. падежа, управляемого со стог.онн В. падежа числитель­
ного. Одновременно - и под влиянием к о н с т р у к ц и й типа Встретил
друзей, и под влиянием одной из возможных трактовок, о кото­
рой только что говорилось, предложений типа Встретил пять дру
зей эта Форма может восприниматься как форма В. падежа, согла
сованного с В. существительного. Однако в сочетании со словом
два согласование числительного с существительным дополнитель­
но подчеркивается употреблением В ., равного Р. падежу: двух
друзей, тогда как типичное числительное употребляется в по­
добных условиях в своей обычной форме В. падела, совпадающей
с И. /другого В. в их парадигме н ет /. Для понимания важности
этого ‘акта следует подчеркнуть, что в русском языке в с е
слова, согласуемые в падеже с В. множ. имен существительных,
последовательно воспроизводят за существительным совпадение
этого падежа с И. или Р.: нанять ночных сторожей, но посту­
пить в ночные сторожа; видели красавцев-лосей, но видели кра-
савцы-теплоходы и под. /единственным исключением является с о ­
гласование определительного местоимения весь с лично-указа-
тельным он: я все их /например, книги / перечита л /.
В. падеж всех количественных числительных в сочетании с
одушевленными сущеегвительными как Форму соглас.ов; .мую трини-
i/ал Н.Н.Дурново / 1 6 / , а форму В. двух в качество согласован-
- 29 -

ной объясняет И.В.Устрицкий /1 7 ,2 3 0 /. Наоборот, те ученые, ко­


торые считают возможным говорить о наличии у числительных ка­
тегории одушевленности - неодушевленности / 1 8 / , очевидно, го­
товы рассматривать В. падеж двух в сочетании с одушевленными
существительными как форму управляемую, поскольку считается,
что слова согласуемые /например, имена прилагательные/ сами
по себе не бывают н и .одушевленными, ни неодушевленными, а
лишь отражают в своих формах одушевленность или неодушевлен­
ность подчиняющего их себе существительного.
Однако В. слова два в сочетании с одушевленными существи­
тельными может быть и явно формой управляемой. Это бывает в
сочетании с предлогом по, когда падежная форма выражает так
называемое распределительное значение /о б этом см. ниже/, а
также в конструкциях типа группа в два человека /н а эти кон­
струкции обратил внимание Б.И.Елажев - 1 8 ,1 0 3 /.
Во всех остальных случаях конструкции с явно управляемым
В. падежом слова два в сочетаниях с личными существительными,
а также с существительными мужского рода - названиями живот­
ных / прислали нам два человека/ опениваются как нарушения ли­
тературной нормы. Однако в разговорной речи такие конструк­
ции допустимы в сочетаниях с существительными одушевленными
женского рода. Ср. замечание Д.Э.Розенталя: "В вариантах ку­
пить двух к о р о в - купить две коровы, подстре­
лить трех уток - подстрелить три у т к и /при
названиях животных в форме женсю го рода, когда речь идет об
общем счете, купле-продаже/ вторая форма имеет разговорный
характер"/Х9,1 9 2 /.
Таким образом, только согласованием В. падежа в сочетани­
ях с одушевленными существительными слово два отличается в
категории падежа от типичных числительных и сближается с при-
- 30 -

лагательными.
К категории числа слово два отношения не имеет.
Средства выражения родовых и падежных значений слова два
очень специфичны. В косвенных падежах флексии напоминают флек­
сии соответствующих падежей прилагатаяьных во множественном
числе, отличаясь от них гласными. Флексии прямых падежей, вы­
ражали че родовые различия, совпадают с флексиями местоимения
оба /э т о местоимение и в других отношениях обнаруживает бли­
зость к числительным, а лексической семантикой слово о б а , ес­
тественно, наиболее близко именно числительному д в а /, а флек­
сия -а для И. и В. падежей мужского и среднего рода есть еще
у числительного полтора.
Слово полтора к категории числа отношения не имеет, а к
категории рода относится так же, как и два: родовые формы со­
гласуемы , выражены морфологически, но обеднены / полтора - пол­
торы для прямых падежей, в косвенных родового противопостав­
ления н е т /. Но в категории падежа полтора , пожалуй, ближе к
типичные числительным, чем дв а . Во-первых, в прямых падежах
полтора не имеет согласуемых форм. Это можно рассматривать
как простое следствие того факта, что полтора обыкновенно ис­
пользуется с кленами неодушевленными /выше было показано, что
согласуемый л. характерен для числительного два только при
употреблении с именами одушевленными/. Во-вторых, противопо­
ставление прямых падежей косвенным у слова полтора четко вы­
ражено морфологически: одна форма используется для прямых па­
латой /ползара - полторы/ и одна форма - ;уи всех косвенных
/полутора/. Таким образом, в морфологической выразительности
важнейшего грамматического признака числительных полтора пре­
восходит болыцшство типичных числительных и стоит на одном
уровне с числительными сорок, девяносто и сто .
- 31 -

Среда средств выражения грашатических значений рода и па­


дежа числительного полтора только флексия -а в прямых падежах
мужского и среднего рода может рассматриваться как тождест­
венная флексии -а. у слов два и оба; флексия женского рода
-ты не представлена больше нигде. В формах мужского и средне­
го рода очень своеобразно противопоставлены косвенные падежи
прямым: не обычной, а внутренней флексией /полтора - полутора/.

У слов т щ и четыре нет отношения не только к категории


числа, но и к категории рода. Падежные формы выступают как
согласуемые в косвенных падежах, а в прямых имеют такой же
характер, как и у существительных. Единственно, что граммати­
чески отличает эти слова от типичных числительных - это, как
и у слова два, согласуемые падежные формы в В. падеке при со ­
четаниях с одушевленными существительными: трех с естер, четы­
рех братьев.
Флексии косвенных падежей / а также винительного - при со­
четании с одушевленными существительными/ напоминают, флексии
числительного д в а, отличаясь от них лишь гласными: трех, четы­
рех - двух; трем, четырем - двум. . .
Все отмеченные грамматические отклонения от типичных чис­
лительных характерны не только для слов один, два, три, четы­
р е, но и для числительных составных, последним элементом кото­
рых выступают один, два, три и четыре /двадцать.один, трид­
цать три, сто^сорок четыре и т . д . / . Однако составные числи­
тельные с два, три и четыре в качестве последнего компонента
в В. падеже в сочетаниях с одушевленными существительными вы­
ступают, в отличие от простых два, три-и четыре . в формах уп­
равляемых, а не’ согласуемых /встретил двух друа&й - но встре­
тил двадцать два человека, пасу трех юров - но пасу двадцать
три коровы/. Из :-<того вытекает, что двадцать д в а , тридцать
- 32 -

три, сто двадцать четыре. . . ближе к типичным числительным,


чем д в а, Т£и и четыре.

Итак, у слов два, Tpg и четыре наблюдается отклонение от


типичных числительных, проявляющееся в том, что один из их
прямых падежей - винительный - при определенных условиях мо­
жет быть согласуемым. С другой стороны, у всех количественных
числительных выступает отклонение противоположное: один из
косвенных падежей при определенных условиях может быть не со­
гласуемым, а управляемым. Это бывает при использовании числи­
тельных с предлогом до в распределительном значении.
С именами существительными предлог по употребляется в
трех падежах: в Д. / по городу / , В. / по пояс/ и П. / по оконча ­
нии собрания/ . Распределительное значение выражают формы тлен
существительных с предлогом по в Д .: Каждый участник игры по­
лучает по листу бумага.
Все имена числительные / з а исключением слов, без которых
счетный ряд немыслим, но которые по своим грамматическим свой­
ствам относятся либо к прилагательным, как один, либо к суще­
ствительным, как тысяча/ способны употребляться в распредели­
тельном значении в форме В. о предлогом по: каздый получил
по два карандаша и по пять тетрадей. Можно сказать, что в спо­
собности чрслительных употребляться в В. с предлогом по в рас
пределительном значении состоит своеобразный признак числите­
льного как части речи /хотя это и признак второстепенный, по­
скольку он касается не отношения к грамматическим категориям,
а лишь особенностей употребления конкретной предложно-падзж- -
ной формы/.

\
У числительных два, три и четыре В. в расцрё"«дитадьнои
значении в сочетании с одушевленными существительными, как
уже отмечалось, интересен тем, что эта ,:о' да наступает
здесь как управляемая, а не согласуемая, ср. послали трех пред
отавителбй , но послали по три представителя.
Начиная с числительного пять эти слова могут передавать
распределительное значение с ггредлогом по и другой падежной
формой, так что в языке существуют параллельные способы выра­
жения: по пять книг/п о пяти книг , по двадцать рублей/ по двад ­
цати рублей. Поскольку существительные в распределительном
значении используются с предлогом по в Д ., естественно счи­
тать указанную форму числительных тоже формой Д. падежа, а
в связи с тем, что существительные в таких сочетаниях упот­
реблены явно в Р. падеже, Д. падеж числительных оказывается
не согласуемым, а управляемым.
По мнению специалистов нормативной грамматики, второй спо­
соб выражения / с числительным в Д. падеже/ вытесняется первым
/ 2 0 ,1 4 8 /. В разговорном языке не только младшего, но и средне­
го поколения употребление В. в таких оборотах почти безраздель­
но господствует. Однако конструкцию с Д. падежом нельзя счи­
тать устарелой: она устаревает, но ,ий(роко известна не только
в текстах XIX века, с которыми средний носитель литературно­
го языка знаком, но и в современной литературе:
Из дальней стороны д о м а .., слышались по двадцати тез
повторяемые трудные пассажи Дюссековой сонаты /Л.Толстой.
Война и мир/; Русские газеты во время войны приходили
в Парке с опозданием, сразу по десяти номеров /И.Эрен-
бург. Люди, годы, жизнь/; Кадцый из них набрал по пяти
очков /Из радиопередачи/.
X X X

Рассмотренный выше материал приводит к заключению, что


основной грамматический признак числительных как части речи
эак. гчас 1 . "л 13 противопоставлениидвух групп падежных форм по
- 34 -

типу синтаксической зависимости, который характерен для этих


падежных форм в речи. Именно этот признак специфичен для боль­
шинства единиц, составляющих центральный разряд - числитель­
ные количественные.
Думается, что этот признак и следует использовать при ре­
шении вопроса о правомерности включения в состав числитель-
ных как части речи и отдельных единиц, и целых разрядов еди­
ниц.

Литература

1 . Современный русский язык. Под ред. В.А.Белошапковой. М.,


1981.
2 . И.П.Распопов, А.М.Ломов. Основы русской грамматики. Мор­
фология и синтаксис. Воронеж, 1984.
S.H.M.Шанский, А.Н.Тихонов. Современный русский язык.
Ч. I I . Словообразование. Морфология. М., 1981.
4 . Современный! русский язык. Под ред. Д.Э.Розенталя. М. 1984.
5 . Р.а.Попов, Д.П.Валькова, Л.Я.Маловицкий, А.К.Федоров.
Современный русский язык. М., 1978.
6 . В.В.Виноградов, русский язык. ГЛ.—Л . , 1947.
7 . Современный русский язык. 4 . I I /Морфология. Синтаксис/.
Под ред. проф. Е.М.Галкиной-Ьедорук. ГЛ., 1964.
8 . А.Супрун. Некоторые общие явления в историческом разви­
тии числительных в славянских языках. Фрунзе, 1958.
3.И.П.Лысжов. О частях речи. Опыт характеристики их при­
роды морфологической, синтаксической и семасиологической. М.,
1926.
1 0 .А.А.Реформатский. Число и грашатика - Вопросы грамма
тики. Сб. статей к 75-летлго акад. И.И.Мещанинова. I960.
П.Л.А.Булаховский. Курс русского литературного языка.
Т Л . Киев, 195;’.
12. А. II. Боголепов. Пропавшая часть речи ./Имя числительное/.
- Русский язык в советской школе. 1930, №2.
1 3 .А.М.Пешковекий. Русский синтаксис в научном освещении.
М., 1956.
1 4 .А.Е.Супрун. Имя числительное и его изучение в школе.
М., 1964.
1 5 .В.Ф.Иванова. Человек с тысячью лиц или
человек с тысячью л и ц а м и . - Ясский язык в школе.
1969, Л2.
1 6 .Н.Н.Дурново. Повторительный курс грамматики русского
языка. Вып. I . М., 1924.
17.И.В.Устрицкий. Второстепенные члены предложения. - Сб.
Методические разработки по грамматике. Под ред. С.Г.Бархуда­
рова. М., 1949.
18.Б.И.Блажев. Об одной особенности категории одушевлен­
ности - неодушевленности у числительных один, два, т ри
и ч е т ы р е . - Русский язык в школе. 1966, №2.
1 9 .Д.Э.Розенталь. Справочник по правописанию и литератур­
ной правке. М., 1985.
2 0 .Д.И.Буторин. Употребление в распределительном значении
количественных числительных с предлогом по. - Вопросы культу-