Вы находитесь на странице: 1из 8

Текстовые категории.

В широком смысле под категорией понимается «одна из познавательных форм мышления


человека, позволяющая обобщать его опыт и осуществлять его классификацию»
[Кубрякова, 1997, с. 45; см. также: Кубрякова, 2004].

Текстовые категории чаще всего определяют как «специфические признаки речевого


целого, отличающие это целое (текст) от других языковых явлений» [Ильенко, 2003, с.
364].

Нет единой точки зрения среди исследователей относительно понимания текстовых


категорий и их систематизации. Обычно в качестве текстовых категорий рассматриваются
текстовые качества, важнейшие признаки текста, имеющие типизированный и
обобщающий характер:

Участники коммуникативного акта


События
Процессы
Факты
Время
Пространство и Место объектов
Категория оценки (аксиологическая: качественная и количественная; рациональная,
утилитарная (прикладная), нормативная, теологическая; логическая: эпистемическая
(с позиции науки), деонтическая (с позиции нравственной и правовой нормы)).

Какая самая главная категория?


Учитывая, что текст прежде всего является формой коммуникации, а коммуникативность
относится к его важнейшему интегральному качеству, определяющему все остальные,
полагаем, что в ряду текстовых категорий при изучении данного феномена следует особо
выделить глобальную категорию диалогичности.

Диалогичность
Основатель концепции диалогизации М.М. Бахтин справедливо отмечал: «Событие жизни
текста, т.е. его подлинная сущность, всегда развивается на рубеже двух сознаний, двух
субъектов» [Бахтин, 1997,с. 229]. Текст как законченное речевое сообщение, имеющее
информативно-смысловую и прагматическую сущность, всегда ориентирован «на
другого», даже если этим «другим» является сам автор. В связи с этим диалогичность
текста рассматривается как важнейшая текстовая категория.

Глобальная категория диалогичности реализуется в категориях субъектности и


адресованности, связанных с образами автора и адресата. Данные категории важны в
рамках системно-деятельностного подхода к тексту с учётом того, что за каждым текстом
стоят автор и адресат, которые определяют его структуру, семантику и прагматику.

Автор и адресат как ключевые компоненты единой модели коммуникации, связанные с


порождением и восприятием текста, не только диалектически сопрягаются, но и
«взаимопроникаемы» в функциональном и коммуникативном отношении. В самом деле,
субъект речи является её первым адресатом: «Говорящий есть всегда первый приёмный
пункт собственных коммуникативных усилий», — писала Т.Г. Винокур [1989, с. 19]. Образ
адресата присутствует в сознании автора на разных этапах порождения текста, определяя
коммуникативную стратегию произведения и проецируя коммуникативный эффект.

Образ автора. Что понимается под образом автора? Это: 1) одно из проявлений
глобальной категории субъектности, выражающей творческое, созидательное начало в
разных видах деятельности, включая речевую;
2) основная категория текстообразования, наряду с образом адресата формирующая
лингвистические и экстралингвистические факторы текстообразования;
3) художественная категория, формирующая единство всех элементов многоуровневой
структуры литературного произведения;
4) образ творца, создателя художественного текста, возникающий в сознании читателя в
результате его познавательной деятельности.

В стилистике художественной литературы целостная концепция образа автора была


разработана Виктором Владимировичем Виноградовым. В.В. Виноградов трактовал образ
автора как «концентрированное воплощение сути произведения, объединяющее всю
систему речевых структур персонажей в их соотношении с повествователем-рассказчиком
или рассказчиками и через них являющееся идейно-стилистическим средоточием,
фокусом целого» [Виноградов, 1971, с. 118]. «В образе автора, как в фокусе, сходятся все
структурные качества словесно-художественного целого», — писал учёный. В его работах
образ автора интерпретировался как проявление «литературного артистизма» творца, с
которым связано «распределение света и теней с помощью выразительных речевых
средств, экспрессивное движение стиля, переходы и сочетания экспрессивностилевых
красок, характер оценок, выражаемых посредством подбора и смены слов и фраз...».

Категория образа автора рассматривалась учёным как проявление отношения писателя «к


литературному языку своей эпохи, к способам его понимания, преобразования и
поэтического использования». Было предложено изучать образ автора как в плане
диахронии («вглубь») с учётом истории языка и смены литературных школ и направлений,
так и (в плане синхронии «вширь») на основе сопоставления произведений ряда
современных писателей или ряда произведений одного из них для выявления динамики
образа автора в его творчестве.

Проблема образа автора в художественном произведении исследуется в


литературоведении (с историко-литературной, эстетической и социально-
психологической точек зрения) и стилистике художественной литературы (в
композиционно-речевом и стилистическом аспекте).

В современной коммуникативной стилистике текста изучается языковая и концептуальная


картины мира автора; многоаспектные проявления образа автора в структуре, семантике
и прагматике текста; рассматриваются модели смыслового развёртывания
художественных текстов разных типов в аспекте идиостиля; своеобразие текстовых
ассоциаций и регулятивных структур, по-разному организующих познавательную
деятельность читателя.
Образ адресата. Образ адресата — это 1) категория текстообразования, пронизывающая
весь текст в силу его коммуникативной природы, определяющая его структуру, семантику,
прагматику; 2) художественный образ персонажа-адресата; 3) собирательный образ
адресата (в поэзии это обычно современник автора или его потомок); 4) реальное лицо, к
которому автор адресует свою речь.

Образ адресата — читателя и слушателя — стали интенсивно изучать в последние годы в


связи с разработкой коммуникативного подхода к тексту, хотя сами авторы не раз
подчеркивали значимость данной категории в процессе текстопорождения и восприятия
и интерпретации текста.
«Выражая себя в слове, поэт всегда обращается к кому-то, к какому-то слушателю. Часто
этот слушатель — он сам, и здесь мы имеем дело с естественным раздвоением личности.
Иногда некий мистический собеседник, ещё не явившийся друг или возлюбленная,
иногда это Бог, Природа, народ... Это — в минуты творчества. Однако ни для кого, а для
поэта тем более, не тайна, что каждое стихотворение находит себе живого реального
читателя среди современников, порой потомков...» [Гумилев, 1990, с. 203].

М. Цветаева

Жди меня
Далекая, родная, —
Жди меня...
Далекая, родная:
Буду — я!..
Твои глаза мне станут —
Две звезды.
Тебе в тумане глянут —
Две звезды....

А. Белый

Что же мне делать, слепцу и пасынку,


В мире, где каждый и отч и зряч,
Где по анафемам, как по насыпям,
Страсти! где насморком
Назван — плач!

М. Цветаева
Образ адресата иногда выступает лишённым индивидуальных особенностей,
обобщённым. Так, в стихотворении А. Белого «Жди меня» содержится обращение к
лирической героине, образ которой лишён индивидуальных черт, имеет большую
обобщающую силу, соотносясь с определённой и достаточно типичной ситуацией разлуки
с любимой:

Возможна и автокоммуникация, представляющая собой форму обращения субъекта к


самому себе. В художественном тексте этот приём особенно часто используется,
выполняя эстетическую функцию в соответствии с творческим замыслом автора,
способного к различным перевоплощениям благодаря силе художественного
воображения.

Таким образом, познавательная деятельность читателя направлена не просто на


восприятие информации, заключённой в тексте, и постижение интенции субъекта речи
(автора), но и на «сотворчество», на то, чтобы продуцировать текст в меру своих
возможностей и способностей, т.е. выступить, фигурально выражаясь, в роли «соавтора».

Попытки выделить различные категории читателей предпринимались писателями и


поэтами. При этом в основу их типологии обычно кладётся аксиологический критерий,
отношение читателя к произведению и вероятность возможного взаимопонимания с
автором. Так, Н.С. Гумилев в статье «Читатель» выделил следующие типы читателей:
наивный, сноб и экзальтированный, а также читатель-друг.

«Наивный ищет в поэзии приятных воспоминаний... Он хочет находить в стихах


привычные ему образы и мысли, упоминания о вещах, которые ему нравятся. О своих
впечатлениях он говорит мало и обыкновенно ничем не мотивирует своих мнений ...
Сноб считает себя просвещённым читателем: он любит говорить об искусстве поэта.
Обыкновенно он знает о существовании какого-нибудь технического приема и следит за
ним при чтении стихотворения». «Экзальтированный любит поэзию и ненавидит поэтику
(учение о поэтическом творчестве). ...Он говорит о духе, цвете и вкусе стихотворения, о
его чудесной силе или, наоборот, дряблости, о холодности или теплоте поэта...» [Гумилев,
1990, с. 203, 204].

Н.С. Валгина (2003) вводит категорию среднего читателя (к ней отнесён читатель, условно
усвоивший программу средней школы). Автор выделяет три типа адресатов:
1) соответствующие авторской ориентации, т.е. статусу среднего читателя; 2) не достигшие
уровня знаний среднего читателя; 3) читатели, тезаурус которых превышает тезаурус
автора [Валгина, 2003, с. 233]. В основу данной типологии положен уровень
информационного тезауруса читателя.

ВРЕМЯ
С помощью данной категорией содержание текста соотносится с осью времени: реальной
исторической перспективой действительности или её преломлением» [Матвеева, 2003, с.
536]. Мир художественного произведения, коррелирующий с миром реальной
действительности, не может существовать вне времени и пространства. Данные категории
являются ключевыми в параметризации эстетической действительности, вымышленной
автором и материализованной им в словесно-художественной форме. Какие виды
времени существуют?

Исследователи выделяют время реальное и перцептуальное (время в его субъективном


восприятии), соотнося данные виды применительно к тексту с временем объективным
(диктумным) и субъективным (модусным).

Объективное время определяется как «относительно адекватно отражённое в тексте


реальное время, когда события текста ставятся в связь с реальными моментами,
периодами, процессами в жизни личности...» [Матвеева, 2003, с. 537].
Субъективное время связано с индивидуальным осмыслением модели объективного
времени.

Наряду с этим есть и иные типологии. Со времён А.А. Потебни принято разграничивать
время реальное и художественное. Для реального времени характерны: «одномерность,
непрерывность, необратимость, упорядоченность» [Николина, 2003, с. 122]. Не все эти
признаки характерны для художественного времени, которое может быть многомерным,
обратимым, прерывистым, дискретным. Что касается упорядоченности, она определяется
эстетическим замыслом автора и подчинена избранной им стратегии текстового
развёртывания.

Остановимся подробнее на видах художественного времени. Среди них выделяется


«художественное время, которое может быть представлено в качестве реального
объективного, циклического, субъективного, а также ирреального времени разных типов»
[Папина, 2002, с. 163]. Реальное художественное время в типологии автора «в большей
степени соотнесено с миром действительности», «менее подвержено изменениям под
воздействием настроений автора», «время реального мира обычно проспективно,
хронологически последовательно» [Папина, 2002, с. 218]. К ирреальному времени автор
относит такие типы, как астральное, инфернальное, волшебное, мифологическое,
сказочное, фантастическое, фантасмагорическое (причудливое видение), время
Зазеркалья.

Сравним некоторые примеры из книги А.Ф. Папиной (2002):


сказочного времени: Жил — был поп, / толоконный лоб (А.С. Пушкин);
волшебного времени: — Денежки я приберу, — мужским басом сказала сестра
милосердия. — Нечего им тут валяться. — Сгребла птичьей лапой этикетки и стала таять в
воздухе (М. Булгаков. Мастер и Маргарита);
фантастического времени в романе братьев Стругацких «Понедельник начинается в
субботу»;
времени Зазеркалья: Там, где похоронен старый маг, / Где пробита в мраморе пещера, /
Мы услышим робкий, тайный шаг, / Мы с тобой увидим Люцифера (Николай Степанович
Гумилев) и т.д.

Основные языковые средства, отражающие категорию времени, достаточно полно


отмечены в книге Н.А. Николиной [2003, с. 125]: «Это прежде всего система
видовременных форм глагола, их последовательность и противопоставления,
транспозиция (переносное употребление) форм времени, лексические единицы с
темпоральной семантикой, падежные формы со значением времени, хронологические
пометы, синтаксические конструкции, которые создают определенный временной план
(например, номинативные предложения представляют в тексте план настоящего), имена
исторических деятелей, мифологических героев, номинации исторических событий».

Пространство
«Текстовое пространство (локальность) — текстовая категория, представляющая собой
неотъемлемое свойство всех объектов действительности, поэтому пространственные
характеристики приписываются и тем объектам, которые сами по себе не имеют
пространственной природы (например, концептам и концепциям)» [Матвеева, 2003, с. 539].
Двоякая пространственная семантика текста связывается исследователями с отображением в нем
фрагмента реального мира, «вписанного в общую пространственную картину мира», а также с тем,
что текст «разворачивается в вербальное пространство, является материальным объектом,
обладающим пространственными характеристиками».

С учётом того, что «текстовое пространство может представлять собой отражённое подобие
реальной действительности или её субъективное преломление» [Матвеева, 2003, с. 540], учёные
выделяют объективное (диктумное) и субъективное (модусное) текстовое пространство, говорят о
концептуальном пространстве (разновидности объективного на уровне логических абстракций) и
художественном пространстве (разновидности субъективного, создающей художественный
образ пространства) [там же].

И.Я. Чернухина определяет художественное пространство как «продукт творчества автора,


эстетический способ речевого воплощения физического и философского аспектов пространства в
пределах прозаического или поэтического текстов»

Характерные для реального пространства свойства: протяженность, непрерывность —


прерывность, трехмерность; форма, местоположение, расстояние, границы между различными
системами — находят отражение в тексте, как справедливо отмечает Н.А. Николина [2003, с. 146].
Вместе с тем вполне очевидно, что речь идет в данном случае о художественном мире автора,
творимом им в соответствии со своей интенцией.

Языковые маркеры категории пространства – лексика с семой «пространство» (длина, луг,


равнина и др.), предлоги пространственного значения (над, под, за, в, на и др.), глаголы
местопребывания в пространстве, бытия, движения (жить, спать, бежать и др.), наречия (справа,
внизу, вверху и др.), «обстоятельственные распространители грамматической основы простого
предложения с локальным значением и обстоятельственные придаточные предложения
пространственной семантики» [Матвеева, 2003, с. 541] и т.д.

Художественное время и пространство тесно взаимосвязаны, отражая две формы бытия. Для
обозначения их связи М.М. Бахтин ввел понятие хронотопа («времяпространства»). Исследователь
рассматривал хронотоп как формально-содержательную категорию, которая имеет большое
значение для жанровой природы текста и образа человека [Бахтин, 1975, с. 235].

Уточняя взаимосвязь времени и пространства в художественном тексте, автор писал: «Время


здесь сгущается, уплотняется, становится художественно-зримым; пространство же
интенсифицируется, втягивается в движение времени, сюжета, истории. Приметы времени
раскрываются в пространстве, и пространство осмысливается временем»
Найдите маркеры категории пространство и времени:

Страна
С фонарём обшарьте
Весь подлунный свет.
Той страны на карте —
Нет, в пространстве — нет.
Выпита как с блюдца:
Донышко блестит!
Можно ли вернуться
В дом, который — срыт?
Заново родися!
В новую страну!
Ну-ка, воротися
На спину коню
Сбросившему! (Кости
Целы-то — хотя?)
Эдакому гостю
Булочник — ломтя
Ломаного, плотник —
Гроба не продаст!
Той её — несчётных
Вёрст, небесных царств.
Той, где на монетах —
Молодость моя,
Той России — нету.
Как и той меня.
1931

Так, стихотворение М.И. Цветаевой «Страна», написанное в эмиграции, строится на


противопоставлении точек отсчёта: «я — здесь — сейчас» и «я — там — тогда». Благодаря
этому усилено горькое осознание невозвратности того, что было с лирической героиней и со
страной:

Лексическая макроструктура контрастивного типа в тексте основана на противопоставлении


текстовых парадигм, актуализирующих концепты прошлое страны (оно потеряно, его нет (три
раза повторяется слово «нету»): Той страны, Той ее — несметных / Верст, небесных царств;
Той, где на монетах / Молодость моя; Той России...) и настоящее (в котором та страна Выпита
как с блюдца: / Донышко блестит!). Благодаря этому и сравнениям в лирическом отступлении
автора усиливается до боли чувство ностальгии лирической героини: Можно ли вернуться / В
дом, который срыт?; — Ну_ка, воротися / На спину коню/ Сбросившему!
(Кости / Целы_то — хотя?).

Невозвратно ушедшее усилено осознанием собственных метаморфоз. На это указывает


текстовая смысловая парадигма, актуализирующая образ лирической героини (молодость моя;
эдакому гостю; той меня) и вариативный повтор в начале стихотворения и в конце,
формирующий рамочную композицию смыслового развертывания текста: Той страны на карте
— / Нет, в пространстве — нет; Той России — нету. / Как и той меня.
Художественное пространство, моделируемое в тексте, является динамичным; реальным (ср.:
та страна, новая страна, несчетные версты) и воображаемым, астральным (ср.: весь
подлунный свет; небесные царства); открытым; то расширяющимся ( С фонарем обшарьте /
Весь подлунный свет), то сужающимся (Выпита как с блюдца: / Донышко блестит!)

СОБЫТИЕ
Что понимается под текстовой категорией событие? Это такая текстовая категория,
которая связана с описанием различных действий субъекта и объекта в определенном
пространстве и времени. А.Ф. Папина отмечает: «Категория события обозначает нечто
случившееся с кем-то или с чем-то, называет действие, происходившее в прошлом,
происходящее в данный момент, ожидаемое или возможное в будущем. Действия
событийного типа связаны с понятиями “ситуация”, “процесс”, “происшествие”, “случай”,
“эпизод”, “положение дел”» [Папина, 2002, с. 135].

Художественное событие рассматривается как «продукт творчества автора, эстетический


способ речевого воплощения фактов общественной или личной жизни человека, а также
фактов существования природы в прозаическом или поэтическом тексте» [Чернухина,
1987, с. 10].

Какие средства выражения могут быть?

К средствам выражения категории события исследователи относят событийные


предикаты, которые обозначают динамику действия, его фазы и другие особенности (ср.
примеры: запел, сказал, пришел, закрыли и др.), процессные предикаты, обозначающие
статику или процессную динамику (читает, доказывал, доказал и др.) (см. описание их
типов в книге [Папина, 2002]).

К средствам выражения категории «событие» автор относит, наряду с глаголами и


отглагольными существительными, собственно событийную лексику, называющую
отвлечённые события (случай, происшествие и др.), события, связанные с военными
действиями (бой, победа,война и др.), гражданские социальные события (путч, конфликт,
казнь и др.), события, связанные с началом и концом жизни человека (рождение, кончина
и др.), события личного характера (свадьба, встреча и др.) [Чернухина, 1987, с. 10—11]