Вы находитесь на странице: 1из 4

1.

Философско-сатирическая повесть известного французского писателя эпохи Просвещения


«Кандид, или Оптимизм» была создана в конце 50-х годов XVIII века. Одно из наиболее
популярных произведений Вольтера получило неожиданную судьбу. Долгое время оно было
запрещено из-за «непристойностей», а сам писатель то признавал своё авторство, то
отрекался от него.

Отправной точкой для создания «Кандида» стало реальное историческое событие –


Лиссабонское землетрясение 1 ноября 1755 года. В повести оно занимает центральное место,
в котором расходятся жизненные пути Кандида и философа Панглоса, формируется любовная
сюжетная линия Кандида и Кунигунды и начинаются настоящие приключения главного героя.

С композиционной точки зрения, именно в этом пункте художественные события достигают


своей кульминации. До прибытия в Лиссабон Кандид бесцельно скитался по земле, но
обретение погибшей возлюбленной активизировало его и бросило в самую гущу жизни.
Мирный философ под влиянием любви вмиг превращается в защитника дамы сердца: в
начале он убивает богатого еврея, затем инквизитора. По прибытии героев в Южную Америку,
Кандид протыкает шпагой брата Кунигунды, не желающего видеть свою сестру замужем за
человеком без семидесяти двух поколений предков, и делает это настолько естественно,
словно всю жизнь только этим и занимался. Впрочем, все убийства в повести носят чисто
внешний характер. Повешенные, сожженные, заколотые и изнасилованные персонажи
неизменно оказываются живы в силу чудесных обстоятельства и мастерства лекарей. Таким
образом, автор отчасти оправдывает второе название своей повести – «Оптимизм», отчасти
даёт читателю возможность развлечься в лучших традициях плутовского романа.

Приключенческое начало в «Кандиде» невероятно сильно. Путешествия главное героя по


Европе, Южной Америке и странам Ближнего Востока служат основой для раскрытия
современного Вольтеру мироустройства. Писатель показывает исторические и культурные
реалии своего времени (например, военную экспедицию Португалии и Испании против
парагвайских иезуитов в 1756 году или японский обычай топтать христианское распятие после
торговли с голландцами), а также витающие в обществе легенды (о чудесной стране
Эльдорадо). Кстати, именно мифическое государство всеобщего счастья и довольства
становится в повести противопоставлением реально существующему миру. Только в
Эльдорадо люди не берут денег за обед, не крадут, не сидят в тюрьмах, не судятся друг с
другом. У них есть всё, что нужно для счастья, и это, безусловно, лучшая страна из всех
возможных. В обычном же мире, вопреки разглагольствованием учителя Кандида, философа
Панглоса и его реального прототипа, немецкого философа Готфрида Лейбница – всё совсем
не к лучшему.

Главный герой, носящий говорящее имя Кандид (то есть «искренний», «простодушный»),
поначалу принимает слова своего учителя за правду, но жизнь учит его обратному. Каждый
человек, который встречается юноше, рассказывает ужасающие истории своей жизни.
Несчастья сопровождают персонажей вне зависимости от их социального положения: в
«Кандиде» одинаково плохо живётся и особам королевских кровей, и простым людям. Женская
красота Кунигунды, к примеру, становится для девушки настоящим проклятием: её желают все
мужчины, но никто, кроме Кандида, не хочет обладать красавицей на законных основаниях.

В повести «Кандид, или Оптимизм» Вольтер иронизирует над общественными


представлениями и пороками, культурой и религией, чувствами и поступками. Французский
просветитель устами своего героя, венецианского вельможи Покукуранте, весьма нелестно
отзывается о навязывании обществом мнения о том, перед какими произведениями культуры
человек должен преклоняться. При этом над самим Покукуранте автор тоже смеётся,
поскольку видит в нём личность не столько бунтующую, сколько прогибающуюся под
общественные представления.

В некоторых репликах героев авторская ирония перерастает в целый анекдот. К примеру,


Кандид объясняет убийство еврея и прелата тем, что «...когда человек влюблён, ревнив и
высечен инквизицией, он себя не помнит». Кунигунда, плачущая об украденных бриллиантах,
задаётся вопросом, на что жить дальше и очень тонко, чисто по-женски, подмечает: «Где
найти инквизиторов и евреев, которые снова дадут мне столько же?».

Сатирическое начало в повести неотделимо от философского. «Кандид, или Оптимизм»


заканчивается мудростью турецкого старца, подсказавшего героям, как жить в мире,
наполненном злом и страданиями. По мнению восточного мудреца, истинное счастье человека
– в труде, и не распылённом по всей земле, а сосредоточенном на маленьком участке своего
сада.

2. Социальная и философская проблематика "Кандида" Вольтера;


Философско-сатирическая повесть известного французского писателя эпохи Просвещения
«Кандид, или Оптимизм» была создана в конце 50-х годов XVIII века. Одно из наиболее
популярных произведений Вольтера получило неожиданную судьбу. Долгое время оно было
запрещено из-за «непристойностей», а сам писатель то признавал своё авторство, то
отрекался от него.

Отправной точкой для создания «Кандида» стало реальное историческое событие –


Лиссабонское землетрясение 1 ноября 1755 года. В повести оно занимает центральное место,
в котором расходятся жизненные пути Кандида и философа Панглоса, формируется любовная
сюжетная линия Кандида и Кунигунды и начинаются настоящие приключения главного героя.

С композиционной точки зрения, именно в этом пункте художественные события достигают


своей кульминации. До прибытия в Лиссабон Кандид бесцельно скитался по земле, но
обретение погибшей возлюбленной активизировало его и бросило в самую гущу жизни.
Мирный философ под влиянием любви вмиг превращается в защитника дамы сердца: в
начале он убивает богатого еврея, затем инквизитора. По прибытии героев в Южную Америку,
Кандид протыкает шпагой брата Кунигунды, не желающего видеть свою сестру замужем за
человеком без семидесяти двух поколений предков, и делает это настолько естественно,
словно всю жизнь только этим и занимался. Впрочем, все убийства в повести носят чисто
внешний характер. Повешенные, сожженные, заколотые и изнасилованные персонажи
неизменно оказываются живы в силу чудесных обстоятельства и мастерства лекарей. Таким
образом, автор отчасти оправдывает второе название своей повести – «Оптимизм», отчасти
даёт читателю возможность развлечься в лучших традициях плутовского романа.

Приключенческое начало в «Кандиде» невероятно сильно. Путешествия главное героя по


Европе, Южной Америке и странам Ближнего Востока служат основой для раскрытия
современного Вольтеру мироустройства. Писатель показывает исторические и культурные
реалии своего времени (например, военную экспедицию Португалии и Испании против
парагвайских иезуитов в 1756 году или японский обычай топтать христианское распятие после
торговли с голландцами), а также витающие в обществе легенды (о чудесной стране
Эльдорадо). Кстати, именно мифическое государство всеобщего счастья и довольства
становится в повести противопоставлением реально существующему миру. Только в
Эльдорадо люди не берут денег за обед, не крадут, не сидят в тюрьмах, не судятся друг с
другом. У них есть всё, что нужно для счастья, и это, безусловно, лучшая страна из всех
возможных. В обычном же мире, вопреки разглагольствованием учителя Кандида, философа
Панглоса и его реального прототипа, немецкого философа Готфрида Лейбница – всё совсем
не к лучшему.

Главный герой, носящий говорящее имя Кандид (то есть «искренний», «простодушный»),
поначалу принимает слова своего учителя за правду, но жизнь учит его обратному. Каждый
человек, который встречается юноше, рассказывает ужасающие истории своей жизни.
Несчастья сопровождают персонажей вне зависимости от их социального положения: в
«Кандиде» одинаково плохо живётся и особам королевских кровей, и простым людям. Женская
красота Кунигунды, к примеру, становится для девушки настоящим проклятием: её желают все
мужчины, но никто, кроме Кандида, не хочет обладать красавицей на законных основаниях.
В повести «Кандид, или Оптимизм» Вольтер иронизирует над общественными
представлениями и пороками, культурой и религией, чувствами и поступками. Французский
просветитель устами своего героя, венецианского вельможи Покукуранте, весьма нелестно
отзывается о навязывании обществом мнения о том, перед какими произведениями культуры
человек должен преклоняться. При этом над самим Покукуранте автор тоже смеётся,
поскольку видит в нём личность не столько бунтующую, сколько прогибающуюся под
общественные представления.

В некоторых репликах героев авторская ирония перерастает в целый анекдот. К примеру,


Кандид объясняет убийство еврея и прелата тем, что «...когда человек влюблён, ревнив и
высечен инквизицией, он себя не помнит». Кунигунда, плачущая об украденных бриллиантах,
задаётся вопросом, на что жить дальше и очень тонко, чисто по-женски, подмечает: «Где
найти инквизиторов и евреев, которые снова дадут мне столько же?».

Сатирическое начало в повести неотделимо от философского. «Кандид, или Оптимизм»


заканчивается мудростью турецкого старца, подсказавшего героям, как жить в мире,
наполненном злом и страданиями. По мнению восточного мудреца, истинное счастье человека
– в труде, и не распылённом по всей земле, а сосредоточенном на маленьком участке своего
сада.

(второй вариант, потом надо перечитать)

Вольтер был одним из влиятельнейших мыслителей Просвещения 18 века. В «Кандиде»


Вольтер поднимал вопрос о том, можно ли предложить какое-нибудь объяснение проблемы
зла. Раньше он заявлял, что либо Бог может уничтожить зло в мире и не делает этого, либо он
на это не способен; в первом случае он не милосерден, во втором — не всемогущ.
Невыносимо наивный юноша Кандид, испорченный своим наставником-педантом доктором
Панглоссом — использующим метафизическую теологию для того, чтобы приукрасить все
существующее в мире природное и моральное зло, — парирует все акты коррупции,
предательства, насилия и страдания, которые встречаются ему в его приключениях, во время
которых ему привелось стать свидетелем Лиссабонского землетрясения, изнасилований,
убийств и пыток, возражением, что, несмотря на видимость противного, наш мир все равно
лучший из всех возможных миров. Однако после всех столкновений с реальной жизнью
Кандид находит даже свои рационалистические объяснения неубедительными и удаляется в
деревню, чтобы провести остаток жизни, возделывая свой сад. Со времени путешествия в
Англию до самого конца жизни Вольтер обличал безнравственное и бесчеловечное
обращение с людьми в несвободном обществе. Причиной многих зол он считал религиозную
традицию и институты, господствовавшие в образовательной и культурной жизни Франции.
Источник всех бед он видел в христианской религии и институтах, а также в родителе
христианства — древнем иудаизме. Вольтер изображал библейскую религию в ее
историческом и теологическом аспектах источником тех зол, что выпали на долю европейцев.
Вольтер беспощадно критиковал библейскую религию. Он полагал, что богословы
рационализировали это причудливое древнее учение и использовали его, чтобы править и
манипулировать людьми. Результат этого — постыдное положение Франции восемнадцатого
века, с которым необходимо бороться при любой возможности для того, чтобы сделать мир
лучше. Несмотря на свои непрестанные нападки на существующую религию, Вольтер не был
поборником атеизма. Скорее, он пропагандировал некую разновидность деизма: существует
космическая сила, руководящая или управляющая миром, сила, возможно, обладающая, а
возможно, и нет, нравственными качествами. Пожалуй, Вольтер был наиболее влиятельным
среди интеллектуалов Века Разума. В отличие от других вождей французского Просвещения
он не был систематическим философом, но он задал тон новому мировосприятию, отвергнув
традиционную религию и авторитаризм, признав, что единственным средством постижения
космоса и исправления человека является разум. Ирония, насмешка, сатира, полемика и
аргументы Вольтера играли центральную роль в мировоззренческом перевороте
восемнадцатого столетия. Для своей эпохи Вольтер был совестью цивилизованной Европы,
блестящим писателем, возвышавшим свой голос против всевозможных форм
несправедливости я невежества.