Вы находитесь на странице: 1из 5

Гуманитарные науки

КОГНИТИВНЫЕ СТРАТЕГИИ
В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЛИТЕРАТУРНОМ ТЕКСТЕ
В. А. Сулимов
Коми государственный педагогический институт, Сыктывкар

Cognitive Strategies in the Modern Russian Literary Text


V. A. Sulimov

Komy State pedagogical institute, Syktyvkar

В статье рассматривается проблема выделения в литературном тексте одного из типов континуальных единиц — ког
нитивных стратегий. Когнитивные стратегии представляют собой способ выстраивания смысловой перспективы тек
ста, которая основывается на качестве обнаруживаемой при интерпретации информации. Автор предлагает класси
фикацию когнитивных стратегий, учитывающую новизну, способ презентации смысла, а также возможность
интерпретации смысла адресатом текста. Классификация основывается на данных смежных научных дисциплин:
культурологи, лингвистики, теории коммуникации, что предопределено объектом и задачами исследования.

In this article the author examines one of the significant aspects of literary text writing/ perception, namely the set of cognitive
strategies. On the basis of cognitivecultural approach to the linguistic analysis of a literary text he managed to distinguish three
main cognitive strategies: informative cognitive strategy, cognitiveconceptual strategy and remaking strategy. The author
believes that within cognitiveconceptual strategy one can distinguish three subgroups: proper conceptual, conceptual
metaphorical and implicative. Conceptualcognitive strategy is a characteristic feature of the proper scientific (not popular sci
entific) discussion having philosophical and intellectual object. Conceptualmetaphorical subgroup consists of logicalcognitive
models, as well as emotionalfigurative models which usually belong to the model of narrative type that differ in degree of virtu
al expressiveness. Implicative subgroup of strategies represent a system of obvious and implicit references to other texts, partic
ular situational and intimating conditions, as well as appeal to a nameless addressees who are taking the form of secret subjects
or objects of mental action. The main semantic feature of remaking strategy which is widely used by modern authors nowadays
is reiteration, cognitive meaning which creates the effect of information novelty when there is no new information.

огнитивные стратегии и когнитивные трансфор$ му слову (мнению, позиции, образу) некоторого отноше$
Ê мации — это система взаимосвязанных когнитив$
ных механизмов, позволяющих автору/читателю ус$
ния (также в словесной форме). Это объективированное
автором осмысленное субъективное слово и отношение
пешно осуществлять интерпретации по модели к нему есть прототип (основа, «скелет») Другого, осуще$
«смысл» — «текст» [7]. ствляющее свое бытие уже в ином сознании — читателя:
Идея множественности интерпретаций при «Выразить самого себя — это значит сделать себя объек$
обычном прочтении текста хорошо соотносится с иде$ том для другого и для себя самого («действительность со$
ей обязательного второго (Иного, Другого) субъекта и знания»)» [2]. На втором этапе — этапе восприятия тек$
на этапе порождения текста, и на этапе его восприятия. ста — происходит его осмысление, где когнитивную роль
Автором этой идеи считается М. Бахтин, выразивший Другого можно рассматривать как ориентирующую, на$
ее в формуле: «Эстетическая и этическая объективация правленную на получение максимально достоверной и
нуждается в могучей точке опоры вне себя, в некоторой (что для читателя — субъективно — практически одно и
действительно реальной силе, изнутри которой я мог то же) личностно ориентированной информации. Для
бы видеть себя как другого» [2]. этого необходимо при помощи образа$схемы или схема$
Появление Другого как континуального (невыде$ тической модели Другого интерпретировать текст про$
ляемого, недискретного) компонента текста, существен$ изведения с гипотетической (возможной) точки зрения
но влияющего и на его идейно$тематическое, и на струк$ его автора: «Увидеть и понять автора произведения —
турно$семантическое единство, и на стройность значить увидеть и понять другое, чужое сознание и его
(целостность) связано с легко выделяемыми этапами мир, то есть другой субъект («Du»). При объяснении —
текстовой деятельности: порождением текста и воспри$ только одно сознание, один субъект; при понимании —
ятием текста. На первом этапе — в ходе порождения два сознания, два субъекта» [2].
текста — происходит объективация субъективного в сло$ Дихотомия семиотических позиций Я и Ты, исто$
ве и создание к этому объективированному субъективно$ рически трансформировавшаяся в дихотомию Один (Ав$

ВЕСТНИК МЕЖДУНАРОДНОЙ АКАДЕМИИ НАУК (РУССКАЯ СЕКЦИЯ) • 2007 • 2 75


тор, Читатель) и Другой (Собеседник, Соавтор), является подходов имеет достаточно серьезные следствия в со$
основной дихотомией смысловой основы литературного временной семиотике и лингвистике, поэтому необхо$
текста. Онтологический или гносеологический смысл димо их рассмотреть подробнее.
(«изначальная» или логико$эмпирическая информация), М. Джонсон при конструировании лингвистическо$
трансформирующийся в текст в процессе текстовой дея$ го мира как мира дискретных образных схем соотносит
тельности, предстает в виде внутреннего диалога между его со схемой действия и — шире — структурой поведения
ипостасями Одного и Другого. Этот внутренний диалог (в основном моторного) носителей данного языка. Страте$
всегда может быть развернут по оси коммуникации Ад$ гия избирается на основании задачи соотнесения внешне$
ресант — Адресат (Автор — Читатель), а также усложнен го мира и процедуры его исследования и/или освоения:
дополнительной коммуникативной позицией Наблюда$ «Образная схема = это повторяющийся динамический об$
теля (Компетентного Читателя), способствующего углуб$ разец (pattern), наших процессов восприятия и наших мо$
ленной интерпретации текста. М. Бубер считал свойство торных программ, который придает связность и структуру
вести непрерывный внутренний или внешний диалог, нашему опыту» [1]. Повседневный опыт передается, как
способность к перманентной интерпретации текстов ви$ правило, небольшим набором схем, которым соответству$
довым отличием человека: «Мы приблизимся к ответу на ет определенный набор лексико$грамматических средств.
вопрос «Что есть человек?» после того, как научимся ви$ Такова, например, образная схема ИСТОЧНИК — ПУТЬ
деть в нем существо, в чьей динамической природе и ор$ — ЦЕЛЬ, описываемая как семантический аналог движе$
ганической способности быть вдвоем совершается и опо$ нию, имеющему «место отправления, место назначения и
знается встреча Одного и Другого» [3]. ряд соприкасающихся мест в промежутке» [1]. При этом
Современные литературные тексты, с этой точки все преобразования образных схем основываются на вне$
зрения, представляют собой перманентный (постоян$ языковом опыте носителя языка: двигательном, менталь$
ный, всегда существующий) диалог между двумя слож$ ном или зрительном. Следствием этого подхода является
нейшими семиотическими образованиями, зеркально разработка лексико$концептуальных моделей порожде$
отражающими в тексте систему «смысл» — «текст». ния/восприятия текста, основывающихся на идее сущест$
Адресант (автор текста) представлен внутренним вования внутри человеческого сознания набора слов$кон$
диалогом Один — Другой, где Другой выступает в виде цептов и, одновременно, слов$стимулов, от которых
обобщенного образа культуры, Адресат (читатель, слуша$ зависит когнитивная призма видения мира. Причем эти
тель, зритель текста) представлен внутренним диалогом слова$концепты объединены в некоторые ситуативно$
Один — Другой, где Другой выступает в виде обобщен$ функциональные группы, ряды или гештальты, создающие
ного образа человека культуры (автора) На другом уров$ все разнообразие литературных текстов.
не в то же время происходит координация внутренних И. Мельчук рассматривает стратегию порожде$
диалогов и внешнего диалога Адресант — Адресат, где ния текста в системе «Смысл$Текст» в виде специфи$
Другой обнаруживает себя в Коде (кодах) культуры. По$ ческой интеллектуальной деятельности преобразова$
лучившаяся усложненная за счет уточнения позиций ад$ ния, которая, по сути дела, и является языком,
ресанта, адресата и кода модель коммуникации может истолкованным в функционально$семантическом
быть существенно уточнена (и дополнительно усложне$ смысле. Эта специфическая интеллектуальная дея$
на) включением позиции Наблюдателя, одновременно тельность имеет уровневую природу, т. е. заключается
включающей в себя все компоненты Другого — адреса$ в последовательном и/или симмультанном (мгновен$
та, адресанта и кода — в ином — систематизированном, ном) переходе через три выделенных уровня функци$
«технологизированном» виде (например, в виде приме$ онирующего языка:
няемых знаний и навыков лингвокультурологической «1) инвентарь элементарных единиц смысла
интерпретации текста). (сем) и правила их комбинирования в сложные смыс$
Преодоление трудностей коммуникации, нала$ ловые единицы (семантические представления);
гаемых усложненной системой «смысл — текст» на 2) инвентарь элементарных единиц текста
процесс порождения/восприятия текста, требовало от (морф) и правила их комбинирования в сложные текс$
языкового сознания индивидуума$в$культуре (языко$ товые единицы (словоформы, словосочетания, предло$
вой личности) выдвижения на первый план особых ког$ жения);
нитивных стратегий текстопорождения, позволяющих 1) правила, сопоставляющие любой смысловой
структурировать (насколько это возможно), иерархи$ единице соответствующие текстовые единицы — и об$
зировать, симметризировать и, наконец, систематизи$ ратно» [7].
ровать процесс порождения/восприятия текста. Следствием уровневой модели порождения/вос$
Среди многих подходов к моделированию когни$ приятия текста является попытка создавать иерархии
тивных стратегий текстопорождения можно выделить семантических и строевых единиц, объединенных об$
три: дискретные семантические стратегии — образные щими смыслами (идеями, коммуникативными или ког$
схемы М. Джонсона [1], уровневые процессуальные нитивными задачами и т. п.).
стратегии И. Мельчука [7] и прагмакогнитивные страте$ Т. ван Дейк рассматривает только одну сторону
гии восприятия текста Т. ван Дейка [5]. Каждый из этих процесса порождения/восприятия текста, а именно —

76 ВЕСТНИК МЕЖДУНАРОДНОЙ АКАДЕМИИ НАУК (РУССКАЯ СЕКЦИЯ) • 2007 • 2


Гуманитарные науки

стратегию понимания текста. Вместе с тем, естественно, ставляющая собой обязательный признак текста, может
что эти стратегии автором «закладываются» на этапе по$ проявиться в разных формах — от нулевой, когда содержа$
строения текста. При этом он приходит к выводу о нали$ ние текста не дает ничего нового, а лишь повторяет уже из$
чии двух основных типов коммуникативных стратегий в вестное, до концептуальной, когда для ее выявления необ$
текстах: макростратегий, отвечающих за тематическое ходимо подвергнуть текст скрупулезному анализу. Между
обоснование, смысловое планирование и композицион$ этими полюсами располагаются информации различной
ное построение текста и микростратегий, отвечающих за степени насыщенности (меры новизны)» [4]. Градуальная
смысловую цельность и семантико$синтаксическую связ$ шкала новизны есть один из примеров применения граду$
ность текста. Следствием этой концепции стали работы альной оппозиции для наиболее сложных семиотических
по анализу текста как многоаспектного когнитивно$ком$ систем, отношения между компонентами которых не мо$
муникативного образования, сложность которого объяс$ гут выражаться в простых терминах противопоставлений.
няется сложностью поставленных автором задач и нали$ В этом случае речь может идти о нестрогих противопостав$
чием параллельных стратегий понимания текста, лениях и неопределяемых множествах, которые объедине$
сопоставление результатов применения которых стано$ ны группой неустойчивых (изменчивых) признаков. К та$
вится основой смысловой структуры текста [5]. ким градуально противопоставленным множествам
Сформировался и иной — информационный — относятся выделяемые И. Р. Гальпериным когнитивные
подход к изучению порождения/восприятия текста. Дей$ текстовые стратегии, которые при некотором уточнении и
ствительно, целевая основа отдельного высказывания и це$ соотнесении с культурологическими понятиями принима$
лого текста определяет способ представления информа$ ют следующий вид: когнитивная стратегия информирова$
ции, который можно также отнести к когнитивным ния и когнитивно$концептуальная стратегия.
стратегиям текстопорождения. Способ представления ин$ Когнитивная стратегия информирования направ$
формации как когнитивная стратегия текстопорождения лена на выделение из информационного потока фактуаль$
обладает особыми чертами, рассмотренными в работах И. ной информации и обработку ее посредством сличения с
Р. Гальперина и, в частности в его фундаментальном иссле$ (а) интенциональными (целевыми) и мотивационными
довании, во многом опередившем ход развития лингвисти$ (причинными) пресуппозицями языковой личности (в т. ч.
ческой мысли, «Текст как объект лингвистического иссле$ — выраженными в образно$эмоциональной форме), (б)
дования» (первое издание 1981 года) [4]. В качестве знаниевыми (фундаментальными) пресуппозициями язы$
классифицирующего признака он выделяет ценность ин$ ковой личности (в т. ч. — выраженными в визуально$ассо$
формации, что позволяет разделить информационно цен$ циативной форме) и (в) образцами текстов данного типа,
ные тексты (несущие новую концептуальную или эстети$ изученными и/или интериоризированными языковым
ческую информацию) и информационно пустые тексты, к сознанием автора. Когнитивная стратегия информирова$
которым можно отнести, в том числе тексты$повторы ния есть стратегия презентации новой фактической (или
(сравни современное понятие «римейк»), если эти тексты осмысливаемой как фактическая) информации в виде
не относятся к «сокровищнице человеческой культуры», текста, который обязательно воспринимается как инфор$
обладающей онтологически непреходящей новизной [4]. мативно значимый. Эта особенность восприятия факту$
По характеру представления информации И. Р. Гальперин альной информации на практике используется электрон$
различает тексты, реализующие содержательно$фактуаль$ ными СМИ. На фактуально$семиотическом эффекте
ную информацию, тексты, несущие содержательно$кон$ восприятия, например, построены не только новости на
цептуальную информацию и тексты, транслирующие со$ телевизионном канале, но и мнения, представленные в ка$
держательно$подтекстовую информацию [4]. Указанные честве новостей, в форме новостей, или даже — в ряду но$
три типа текстов имеют когнитивно — грамматические востей, выполненные с учетом жанрово$стилистических
особенности, в частности, характер смысловой предикации особенностей новостной прозы СМИ (часто — снабжен$
(характер приписывания явлению, событию или лицу су$ ных архивным «новостным» видеорядом и, поэтому —
щественных признаков), характер отбора лексико$грамма$ воспринимающихся зрителем как фактуальная информа$
тических средств и иных языковых способов выражения (в ция). Когнитивная стратегия информирования использу$
частности, синтаксических и логических конструкций, ин$ ется художественным и научным нарративом (дискурсом)
тонационного рисунка, фигур и тропов, ассоциативных ря$ с целью придания тексту большей субъективной значимо$
дов и т. п.), способ «упаковки» текста в виде стилистических сти, а также используется в деловой письменной речи так$
и/или жанровых рамок, коммуникативных (а теперь — и же с целью объективации документа и придания ему им$
информативных — В. С.) стандартов. Эти особенности со$ перативного характера (либо необходимости и
ставляют в обобщенном виде особую грамматическую ка$ долженствования, либо невозможности).
тегорию — категорию информативности, которая облада$ Когнитивно$концептуальная стратегия обеспечи$
ет важнейшим признаком — градуальным (постепенно вает текстам наибольшую информационную ценность в
возрастающим, экспонентным) способом выстраивания силу (а) ассоциативно$образной наполненности текста
опорного когнитивно$грамматического значения грамма$ (своего рода многочисленных «смысловых сгущений», тре$
тической категории информативности — значения новиз$ бующих для своего построения/прочтения включения ло$
ны: «Грамматическая категория информативности, пред$ гико$смысловых, знаниевых и визуально$ассоциативных

ВЕСТНИК МЕЖДУНАРОДНОЙ АКАДЕМИИ НАУК (РУССКАЯ СЕКЦИЯ) • 2007 • 2 77


пресуппозиций языковой личности), (б) большей свободе ваемая знаковость, создающая эффект новизны инфор$
в конструировании текста и применении более широкого мации в отсутствие новой информации. Ключевую роль
набора лексико$грамматических и жанрово$стилистичес$ в этом «переодевании» играют специфические когни$
ких средств. Поэтому именно в области когнитивно$кон$ тивные механизмы «схлопывания» смыслов (прекра$
цептуальной стратегии построения текста наблюдается в щения процесса индивидуального когнитивного моде$
каждый исторический период наибольшее нарушение ус$ лирования в системе «автор» — «читатель»), главными
тоявшихся норм не в плане разрушения (энтропии), а в из которых, по всей видимости, являются механизм ре$
плане строительства (конструирования) нового текста, дукции (сюжетной, смысловой, психологической), ме$
имеющего более высокую смысловую наполненность за ханизм монтажа (или — точнее — перемонтажа) и ме$
счет усиления концептуальной сферы, создания новых ме$ ханизм стилизации / осовременивания (подгоняющий
тафорических моделей действительности. текст не под когнитивную потребность новой интер$
В пределах когнитивно$концептуальной страте$ претации, а под некоторую идею маркетинговой но$
гии можно выделить три субстратегии: собственно кон$ визны товара, имеющей собственно экономический
цептуальную, концептуально$метафорическую и под$ (теория продаж) и несобственно экономический (тео$
текстовую (или дейктическую). рия пиара) потенциал [7]. Однако, для всего корпуса со$
Собственно концептуальная субстратегия основы$ временных литературных текстов «римейковость»
вается на сложных логико$когнитивных моделях текстов$ представляет собой скорее один из стилистических
описаний, рассуждений, доказательств, имеющих доста$ приемов в рамках какой$либо стратегии, чем самосто$
точно изученную лингвостилистическую природу. Такая ятельную стратегию. Это объясняется, на наш взгляд,
субстратегия особенно характерна для собственно научно$ двумя причинами: (а) внутренней, когнитивной — на$
го (не научно$популярного) дискурса, имеющего философ$ строенностью структур языкового сознания на смыс$
ско$интеллектуальную цель. Вместе с тем в достаточной ло$текстопорождение как условие собственного суще$
степени эта стратегия используется и в художественной ствования; (б) внешней, историко$культурной —
речи, часто (особенно в современной художественной ли$ негативным отношением интеллектуального (и=твор$
тературе) имеющей философско$интеллектуальный харак$ ческого) сообщества к «вторичности», «несамостоя$
тер или даже интеллектуально$игровой характер. Концеп$ тельности», «следованию за».
туально$метафорическая субстратегия принимает как В современных литературных текстах когнитив$
логико$когнитивные модели, так и эмоционально$образ$ ные стратегии могут быть пролонгированы в течение
ные модели, традиционно относящиеся к моделям повест$ всего текста, а могут сменять друг друга в пределах не$
вовательного (нарративного) типа, которые различаются большого фрагмента, что придает ему большую смысло$
между собой степенью выраженности виртуальности. вую глубину. Рассмотрим фрагмент текста, обозначая
Наррация может присутствовать в текстах и научной, и на$ доминирующую стратегию знаками КСИ (когнитив$
учно$популярной, и художественной сфер, в меньшей сте$ ная стратегия информирования), ККС (когнитивно —
пени — в публицистике. Наконец, подтекстовая или дейк$ концептуальная стратегия) с дополнительными поме$
тическая субстратегия представляет собой систему тами для собственно концептуальной субстратегии
открытых и скрытых отсылок к другим текстам, отдель$ (ск), концептуально$метафорической субстратегии
ным ситуативным или аллюзивным обстоятельствам, а (км) и дейктической субстратегии (д).
также обращение к неназванным персонажам речи, при$ «(ККСкм) Вначале был сад. Детство было садом.
нимающих вид скрытых субъектов или объектов менталь$ Без конца и края, без границ и заборов, в шуме и шелесте,
ного действия. Она характерна для текстов художествен$ золотой на солнце, светлозеленый в тени, тысячеярус
ной литературы, очень распространена в театральных ный — от вереска до верхушек сосен, на юг — колодец с
текстах, в кинотекстах, а также в жанре короткой пове$ жабами, на север — белые розы и грибы, на запад кома
сти или длинного рассказа (как правило, с довольно риный малинник, на восток — черничник, шмели, обрыв,
скрытыми мотивами и неявным сюжетом). «Фигура озеро, мостки.(ККСд) Говорят, рано утром на озере ви
умолчания» особенно характерна, как известно, именно дели совершенно голого человека. Честное слово. Не гово
для русской прозы. ри маме. Знаешь, кто это был?.. — Не может быть. —
Когнитивная стратегия информирования, включая Точно, я тебе говорю. Он думал, что никого нет. А мы си
собственно информационную и научную сферы, а также дели в кустах. — И что вы видели? — Все».
множество визуально$ассоциативных моделей презента$ (Т. Толстая)
ции информации (политические кампании, PR$проекты,
информационное макетирование, шоу$программы элек$ Очевидно, что в рассматриваемом фрагменте
тронных СМИ и др.), и когнитивно$концептуальная стра$ можно обнаружить по крайней мере две когнитивные
тегия с учетом всех ее субстратегий полностью закрывают стратегии, выявляемые с точки зрения (а) смысла текс$
пространство информационно$ценных текстов. та; (б) информативной задачи; (в) соотношения диалога
Существует, по видимому, еще одна стратегия, Один — Другой Адресанта и Один — Другой Адресата,
которую исследователи определяют как римейковую. отличающихся способом построения образа Другого.
Ее основной смысловой признак — вторичность, узна$ Две смысловые части фрагмента можно определить как

78 ВЕСТНИК МЕЖДУНАРОДНОЙ АКАДЕМИИ НАУК (РУССКАЯ СЕКЦИЯ) • 2007 • 2


Гуманитарные науки

1 — метафорическое описание детства (как некото$ терпретационные модели: от моделей библейского ряда
рого сада, ограниченного только естественными — при$ (Адам и его история) до фрейдистских и бытовых вер$
родными — границами: «на юг — колодец с жабами, на се$ сий (наблюдение как детская фетишизация и детское
вер — белые розы и грибы, на запад комариный малинник, любопытство по отношению к соседу по даче). Отличия
на восток — черничник, шмели, обрыв, озеро, мостки»), современного текста состоит прежде всего в том, что
имеющего метафорические признаки звука и света: «в шу$ все возможные модели и версии интерпретации при$
ме и шелесте, золотой на солнце, светло$зеленый в тени», и сутствуют в сознании читателя одновременно, создавая
иерархическую структуру: «тысячеярусный — от вереска внутренний диалог по осмыслению текста.
до верхушек сосен». Все границы и признаки подвижны и Совмещение автором двух субстратегий в реали$
аморфны, запоминаются, но не осмысливаются. Информа$ зации когнитивно$концептуальной стратегии создает
тивная задача может быть сформулирована как создание для читателя дополнительную стилистическую фигуру
системы концептов метафорическими средствами, уходя когнитивного контраста, которая, действуя подсозна$
от логического к ассоциативному началу когниции. тельно, увеличивает глубину восприятия пространства
2 — дейктическое описание ситуации, условно текста — делает его объемным, а время текста стано$
локализованной в описываемом мире. Ассоциативный вится разнонаправленным, заставляя языковое созна$
ряд, созданный дейктическими средствами (в основном ние читателя совершать симультанные переходы боль$
— прономинального или модального характера: Зна$ шой временной протяженности. Эффект, который при
ешь, кто это был?.. Он думал, что никого нет. И что вы этом возникает, мы назовем эффектом онтологизма ли$
видели? — Все (прономинальные элементы). Не может тературного текста. Частое использование его в текстах
быть. — Точно, я тебе говорю (модальные элементы) современной русской литературной прозы является для
позволяет сознанию создавать достаточно сложные ин$ нее одним из наиболее очевидных признаков.
Литература 6. Жинкин Н. И. Язык — речь — творчество. (Избранные труды)./под ред.
С. И. Гиндина. М.: Лабиринт, 1998. 368.
1. Johnson M. The Body in the Mind: The Bodily Basis of Meaning, and Reason. 7. Кузьмина Н. А. Механизмы интерпретации классического текста в «Чайке»
Chicago: Univ. Of Chicago Press, 1989. Б. Акунина//Русский язык: исторические судьбы и современность/Труды и
2. Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1979. 424. материалы III Международного конгресса исследователей русского языка /
Сост. М. Л. Ремнева, А. А. Поликарпов — М.: МАКС Пресс, 2007. 816.
3. Бубер М. Проблема человека. Киев: Наукова думка, 1998. 327.
8. Мельчук И. А. Опыт теории лингвистических моделей «смысл$текст». М.:
4. Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования. М.: Эдито$
Школа «Языки русской культуры», 1999. 346.
риал УРСС, 2005. 144.
5. Дейк Т. А. ван., Кинч В. Язык. Познание. Коммуникация. Стиль. М.: «Прогресс»,
1989. 386.

Министерство образования и науки Российской Федерации


Международная Академия Наук (Русская Секция)
Коми государственный педагогический институт
Кафедра культурологии
Информационное письмо
Уважаемые коллеги!
17—18 апреля 2008 года в г. Сыктывкаре состоится V Международная научная конференция «Семиозис и
культура: методологические проблемы современного гуманитарного знания». В ходе работы конференции будут
рассмотрены следующие вопросы:
• становление культурологической парадигмы в исследовании языка, литературы, истории;
• когнитивное моделирование текстов культуры: теоретические основы, типологии и направления поиска;
• семиотические системы и современность: знак, образ, контекст, ситуация;
• модификации знака: дискретность и континуальность;
• символические миры: история изучения и современное состояние;
• личность в системе культуры: креативность и проективность;
• политические дискурсы современной России: идеология и текст;
• проблема культурного маргинализма и эпоха интеллектуальной революции;
• текстовая деятельность в контексте информационных процессов современности.
По материалам конференции предполагается издание сборника научных статей «Семиозис и культура (вы$
пуск 4)». Сборник научных статей будет опубликован до начала конференции.
Заявка и тексты докладов просим присылать до 1 марта 2008 года по адресу: iefadeeva@mail.ru. Требования к
оформлению: кегль 14, интервал 1, объем 20.000 знаков (0,5 печ. листа), все поля 2 см. указатель литературы в кон$
це статьи в алфавитном порядке. Ссылки в круглых скобках — номер в списке и страница через двоеточие (7:312).
Оргкомитет оставляет за собой право отклонить текст публикации.
Оргвзнос в сумме 300 рублей просим высылать по адресу 167000, Сыктывкар, ул. Кутузова д. 13, кв. 117. Фа$
деевой Ирине Евгеньевне.
Оргкомитет

ВЕСТНИК МЕЖДУНАРОДНОЙ АКАДЕМИИ НАУК (РУССКАЯ СЕКЦИЯ) • 2007 • 2 79