Вы находитесь на странице: 1из 19

А КА ДЕМ И Я НАУК М О Л Д А В СК О Й ССР

И нститут истории им. Я. С. Гросула


Научный совет по проблеме «Закономерности исторического развития
и смены, общественно-экономических формаций в М олдавии
(досоветский период)»

С о к ш ь м -

т м т \ т

I м т ж ш

И С Т О Р И Я Ш Щ Ш Ш

и ·

1 » 1 1 1 В 1 1

К И Ш И Н Е В «Ш ТИИНЦА» 1988
Б Б К 63.3 (2 М)
С69

Н астоящ ее издание представляет собой сборник статей но социаль­


но-экономической и политической истории М олдавии ни протяжении дли­
тельного периода — от раннего средневековья до начала перехода от
феодализма к капитализму.
Предназначен для историков, преподавателей, аспирантов, студентов
исторических факультетов, всех интересующихся историей Молдавии.

Р едакционная коллегия:
П. В. Советов (отв. редактор),
А. И. Ешану, Л. Л. Полевой, Г. В. Гонца (отв. секретарь)

Рецензенты:
доктора исторических наук В. Я. Гросул, Е. М. Подградская,
кандидат исторических наук П. С. Кокырлэ

Утверждено к изданию
Редакционно-издательским советом
А кадем ии наук М олдавской ССР

0505040000— 150 _ © И здательство


С ------------------------- 19—88
М 7 5 5 (1 0 )—88 «Ш тиинца», 1988 г.

15ВН 5— 376— 00475— 9


Э. Д . Д р агн ев

КАУШ АНСКИЙ ПАМЯТНИК


М О Л Д А В С К О Г О Ф Е О Д А Л Ь Н О Г О И С КУССТВА
(вопросы датировки, атрибуции и внешних влияний)

В исторической и искусствоведческой литературе проблемы ху­


дожественной культуры средневековой М олдавии изучаются в
территориальны х р ам к ах М олдавского к н я ж е с т в а 1. Известно,
однако, что зн ачительн ая часть территории М олдавии была о т ­
торгнута турецкими зав оев ател ям и и находилась под непосред­
ственным управлением османской администрации. Эти зем ли
(райи) охваты вали юг и север Днестровско-Прутского м е ж д у ­
речья. С тепная часть юга данной территории составл ял а владения
Б у д ж ак ско й орды, зависимой от П орты и Крымского ханства.
Социально-экономический и политический строй в рай ях о тл и ч ал ­
ся от существовавшего на территории княж ества, что не могло
не отразиться и на развитии здесь художественной культуры. Д о
сих пор памятники искусства на указанной территории, в том чис­
ле и самый представительный из них — К ау ш а н с к ая церковь Ус­
пения, — исследовались без учета конкретных условий ж изни
местного населения в райях.
Основные источники по изучению К ауш анской церкви Успения
сосредоточены в самом памятнике, поскольку другие свидетель­
ства о времени ее строительства отсутствуют. Необходимо отм е­
тить, что сооружение в целом сохранилось удовлетворительно
(рис. 1). Н астен н ая живопись на поверхностях перегородки м е ж ­
ду наосом и пронаосом находится в хорошем состоянии. Н а
остальных стенах имеются значительные повреждения
красочного слоя, вплоть до полного отсутствия ш тукатурки,
особенно в местах располож ения внутристенных деревянных б а ­
лок, которые со временем сгнили и обвалились. С вящ еник И. Ня-
га в своем описании (1880 г.) упоминает о росписях в экстерь­
ере: «... извне ж е они теперь выбелены, только краски местами,
где известь от д о ж д я и солнечных лучей трескается, еще з а м е т ­
ны»2. Н а сегодняшний день следов внешней росписи не осталось.
Свидетельство И. Няги не позволяет сделать четкого заклю чения
о ее существовании и характере.
В аж н ы м источником являю тся настенные надписи в интерьере
и экстерьере памятника. Помимо надписей, разъ ясн яю щ их содер­
ж ани е сцен и обозначаю щ их имена святых (выполнены полу­
уставом на молдавском язы к е ), в интерьере хр ам а над входом
имеется надпись (та к ж е на молдавском язы ке ), гово рящ ая о по­
строении или поновлении храм а: «Сию святую и божию церковь,
которая празднует свой храм овы й день (во имя) Успения П р е ­
чистой (Б огом атер и ), бывшую п реж де из старого дерева и со­
вершенно разруш ившись, еще будучи митрополитом его (прео)
священство кир Д ан и и л не оставил этого Божьего дела, чтобы оно
оставалось в пренебрежении. И по рвению божьему и с

146
Рис. 1. К ауш анская церковь Успения. Внешний вид

помощью матери своей и сделал сбор милостыни со всех христи­


ан... в ...и Его Величество удостоил дать помощь... в... внутрь»
(рис. 2).
И зв естн ы т а к ж е некоторые надписи в пронаосе с указанием
имен господарей, изображ енны х на портрете ктиторов. Н а южной
стене с .востока на за п а д изображены : С к ар л а ту Григориу Гика
воевода (правил в М олдавии в 1757— 1758 гг., в В ал ахи и — в
1758— 1761, 1765— 1766 гг.); вторая надпись не р азоб ран а; Е к а т е ­
рина Рст д м н а (по А. М атеевичу — Е катери на Русет, ж е н а вое­
воды Антония Русета, правившего в М олдавии в 1675— 1678 г г .)3;
Константин-воевода (либо Константин М ав рокордат, правивший в
В ал ахи и и М олдавии в 1730— 1749 гг. и в 1769 г.4, либо К онстан ­
тин Раковицэ, правивший в обоих кн яж еств ах с переры вами с
1749 по 1764 г .) 5; Н и ко л ау Маврокор... воевод... (т. е. Н иколай
М аврокордат, правивший в М олдавии и В ал ахи и в период 1709—
1730 гг.); Григориу К алим пху воевода (правил в М олдавии в
1761— 1764-; 1767— 1769 гг.); Д ан и и л митрополит, Монахис, митир
ту митрополиту (т. е. монахиня, мать митрополита). Н а сегод­
няшний день надписи почти не сохранились, поэтому приводим их
из описания В. Курдиновского6.
Хорошо уцелела надпись в нише ж ертвенника, впервые опуб­
л ик о ван ная К. Д. Роднины м 7: «Господи помоги: зу граф /ам ; Стан-
чул; Воюкул». Н аибольш ий объем информации со д ерж ат три
л ап и дарны е надписи на греческом языке, располож енны е снаруж и
над входом в храм. П опы тка прочесть их была предпринята
еще священником Е. М ихалевичем 8, однако расш иф ровке п од д а­
лась только часть левой надписи, которая в переводе с греческого
на русский язы к гласит: «...Божьей помощью через ходатайство
мое, смиренного митрополита проилввского господина Даниила...».
С редняя надпись са м ая объемная. У далось разоб р ать следую-

10* 147
Рис. 2. К титорская надпись в интерьере Кауш анской церкви Успения

щее: «...митрополиту... Проилаб... Д ан и и л ктитору... молдовлах...


Григориу К ал и м ах у воевода... 1763... (18)? септембрио... Станчул
зуграв, Воюкул петрар и зуграв... 176(7?)...» Из надписи справа
разли чи м ы только слова «...ктитор Д анила... Гэлушкэ... I...»9
Отмеченную в лапидарной надписи датировку п о дтверж дает
еще один источник XIX в.— свидетельство жителя К ауш ан Ф едо­
ра Б о р ак а, утверж давш его, что среди строивших церковь был и
отец его Федор, который получал «за работу в день по 2 хлеба
и 5 п а р а » 10.
Этим круг источников по изучению церкви Успения з а в е р ­
шается. Что касается историографии вопроса, то она включает
лишь несколько статей и общих суждений в обобщ аю щ их трудах.
Специальное монографическое исследование о памятнике отсут­
ствует.
Первы е исследования по истории церкви (И. Н. Халиппа,
И. Н я га) носили описательный х арактер. Г л ав н а я проблема, ко­
торой они ограничивались — это дати р овка памятника. Вокруг
нее шли споры и в дальнейшем. Некоторы е авторы стали сомне­
ваться в достоверности надписи и пред лагал и более раннюю д а ­
тировку11 (за исключением А. М атеевича, относящего время
создания п ам ятни ка к 20-м г. X VIII в., приняв Д ан и и л а Прои-
лавского, о котором идет речь в надписи, за Д ан и и л а митрополи­
та У гровлахийского12) . И. Н яга, основываясь на аналогии с Ки-
лийской церковью св. Н и ко л ая (1647— 1648 гг.), относит соору­
жение п ам ятни ка к времени правления господаря В асилия Лупу,
В. Курдиновский считает, что п ам ятник более древний, и д а т и р у ­
ет его XVI в.
Вопрос о стилистической принадлежности росписей о св ещ ал ­
ся румынским бурж уазны м историком Шт. Ч о б а н у 13, который оп­
ределял их к а к поздние поствизантийские, что подтвердило д а т и ­
ровку п ам ятни ка серединой X VIII в. У к аза н н ая точка зрения и
стал а отправной д ля современной румынской специальной л и т е р а ­
туры. В. Д р э г у ц 14 датирует церковь 1765 г. и относит росписи к
проявлению постбрынковянского сти л я15.

148
В советской литературе сведения
о К ауш анской церкви излагались в
обзорных р а б о т а х 16, где вопросы
датировки и атрибуции подробно,
не анализировались. П оскольку их
авторы не учитывали историческую
обстановку в райе, архитектура и
живопись Кауш анской церкви ти ­
пологически связы вались ими с п а ­
мятниками М олдавского к н я ж е с т ­
ва более раннего периода (XIV—
XVI вв.). Первой постановочной р а ­
ботой исследовательского х а р а к т е ­
ра явл яется статья К. Р о д н и н а 17 о
настенной росписи памятника. А в­
тор подвергает сомнению достовер­
ность надписи в интерьере и п ы та­
ется обосновать д ати ровку бессис­
темными иконографическими а н а ­
логиями. В целях опроверж ения д а ­ Рис. 3. Грифон. К ауш анская
тировки серединой XVIII в. К. Р о д ­ церковь Успения
нин произвольно интерпретирует
ктиториальную надпись, иногда и ск а ж ая ее содержание.
Точку зрения К. Р однина по дд ерж ал Г. Р ем е н к о 18. В отры ве
от исторической действительности, в романтическом стиле он
стремится дать более раннюю датировку памятника. Книга Г. Р е ­
менко содержит первую попытку атрибуционного х ар актера, ко­
тор ая остается, однако, на уровне предположения.
И конографическое описание фресок было произведено группой
московских реставраторов в ходе реставрационных р а б о т 19. О д н а ­
ко они т а к ж е не учли исторических условий появления п ам ятни ­
ка, уделили мало внимания его архитектуре. По их мнению, Кау-
ш а н с кая церковь Успения построена в X V II—XV III вв.20
Концом XIV — н ачалом XV в. датирует *церковь-памятник
Т. С тэвилэ21. Не находя в молдавском искусстве аналогий ка м ен ­
ным грифонам (рис. 3), выполненным в технике барельеф а и р а с ­
положенным с обеих сторон входа, автор связы вает возникнове­
ние данны х скульптур с древнерусским искусством X II— XIII вв.
О днако он упускает из виду то обстоятельство, что в искусстве
стран балканского полуострова, и в частности Болгарии, и зо б р а­
ж ение грифонов к а к на стенах храмов, т а к и в церковной резьбе
по дереву22 было распространено вплоть до эпохи национального
возрож ден ия включительно.
К самым последним изданиям относится альбом «Полиптик
молдав», авторы краткого введения к которому, основываясь на
л ап и дарн ы х надписях, относят построение церкви к 1763
1766 гг.23
Таким образом, в исторической и искусствоведческой литерату-
149
Рис. 4. К ауш анская церковь Успения. П лан

ре отсутствует научно аргументированная д ати ро вк а рас см а тр и ­


ваемого памятника. Остается малоизученной и проблема его типо­
логии. По мнению большинства авторов, п амятник типологически
представляет собой однонефную базилику с полукруглой абсидой
и коробовым сводом (рис. 4). В М олдавию базиликальны й тип
проник в XIV в. (церковь св. Н и ко л ая в Р а д а у ц а н а х ), получив
распространение в последней четверти XV — нач ал е XVI в.:
Д олхеш тий М ар ь (до 1481 г.), Бэлинеш ть (1493 г.), В оловэц
(1503 г.). За тем данны й тип исчезает и появляется снова лишь в
середине XVII в. (церковь св. Н и ко л ая в Килие) (рис. 5). И схо­
д я из этого исследователи соотносили К ауш анский храм типологи­
чески либо с группой памятников XIV— XVI вв. (отсюда ран н яя
д а т и р о в к а )24, либо с Килийской церковью (соответственно д а т и ­
ровав п ам ятни к временем правления В асилия Л у п у )25. Аналогия
К ауш анской церкви с Килийской, действительно, очевидна, по­
скольку кроме общих черт базиликального типа в обоих п ам я тн и ­
ках присутствует очень в аж н ы й элемент, который обычно служ ил
д ля выделения специфики К ауш анского хр ам а, а не д ля поиска
новых аналогов. Речь идет о заглубленности памятников в з е м ­
лю. Д ан н ы й факт, однако, еще не д о казы в ает их единовременно-
сти. Узость территориальны х рам ок, в которых производился
поиск аналогий (исключительно в границах М олдавского средне­
векового г осу д арства), а т а к ж е использование только общих э л е ­
ментов (плана, типа свода) д ля выявления типологии п ам ятни ка
стали главны ми причинами его ошибочного определения.

150
Не принимая во внимание содерж ание тех внутренних и н а ­
руж ны х надписей, которые поставлены под сомнение большин­
ством авторов, предположим, что памятник сооружен до п р ев р а­
щения данного региона в райю и до появления в нем ногайцев и
татар. Но в таком случае возникает целый ряд трудноразреш имы х
вопросов: чем объяснить заглубленность памятника, разительный
контраст интерьера (богатейший декор) и экстерьера (почти пол­
ное отсутствие декоративных элементов) и·, наконец, наличие
увенчанной аркам и колоннады (перегородки м еж д у наосом и про­
н аосом ), не имеющей аналогов в том периоде (рис. 6). Г. Ременко
полагает: со временем памятник опустился в землю, а «дожди и
ветры нанесли пыль, и уровень двора вокруг церкви приподнял­
ся»26,— отсюда его заглубленность. Г. Ременко принадлежит
т а к ж е гипотеза о том, что памятник, будучи сооружен в середине
XVI в., был увеличен в разм ер е в середине X VIII в. за счет
фундамента. Этот факт он аргументирует отсутствием ф ундам ен­
та. Однако из поля зрения многих авторов, в том числе и Г. Р е ­
менко, выпало одно обстоятельство, известное из публикации
Шт. Чобану 1924 г.27 Речь идет о памятнике, воздвигнутом на мес­
те ал та р я старой деревянной церкви (рис. 7), упоминающейся в
надписи. К моменту публикации он о ставался на том ж е уровне,
на котором был воздвигнут, — факт, исключающий поднятие уров-

151
Рис. 6. К ауш анская церковь Успения. П ерегородка меж ду наосом и пронаосом

ня земли вокруг церкви (упомянутый памятник, естественно, не


мог быть более поздним, нежели сама церковь). Д ал ее, весьма
сомнительно, чтобы т а к а я невысокая постройка (высота стен 2—
3 м) н у ж д ал ась в фундаменте глубиной до 2 м. Следовательно,
нельзя говорить об увеличении внутреннего пространства за счет
фундамента. Отсутствие ж е последнего объясняется, вероятно,
тем, что в нем просто не было необходимости, раз сама церковь
была настолько заглублена.

152
Здесь мы имеем дело с но­
вым архитектурным элем ен ­
том. Его появление, несомнен­
но, обусловлено вескими при­
чинами, которые следует ис­
кать в турецких законах, з а ­
прещаю щих возвышение хри ­
стианских храмов над д р у ги ­
ми постройками. Этим ж е о б ъ ­
ясняется и невзрачный эк с­
терьер памятника. Вот почему
необходимо остановиться на
исторических условиях в р ем е­
ни сооружения памятника.
И з-за неблагоприятной по­
литической обстановки на т е р ­
ритории турецких рай и Буд- Рис. 7. П амятник на месте алтари
ж акской орды молдавское н а ­ старой Кауш анской церкви
селение было малочисленным.
Согласно реестру 1712 г. об уплате налога, в Килие, Аккермане,
Б ен д ер ах и Тщтарбунарах числилось всего 5410 налогоплателыпп
ков-немусульман28. Л иш ь впоследствии, с середины XVIII в., эти
земли начали снова заселяться. Однако в условиях не только со
циального, но и религиозного гнета немусульманское население
могло обосноваться на территории рай исключительно при пали
чии существенных податны х льгот. В Аккермане, Килие, Бендерах
и Т атар бу н ар ах, согласно указан ном у реестру, по разр я д у бога
тых платили налоги 1,5% жителей, средних — 22,2 и бедных
76,3%. Характерно, что процент бедных в несколько раз выше,
чем в большинстве районов империи (от 10 до 2 0 )29. К ак и для
других окраинных территорий, причисление при уплате налогов
к р а зр я д у бедных явл ял о сь средством привлечения новых носе
ленцев.
В середине XVIII в. политическая обстановка данного региона
существенно меняется. Речь идет о польско-татарском конфликте*
1758— 1763 гг. Тогда в Б у д ж а к е и, в частности, в самих Кауша
нах находился крупный контингент татарски х войск, совершавших
в 1758 г. опустошительные набеги на М олдавию. Конфликт был
у лаж ен, и переговоры в Каменце, заверш ивш иеся 15 августа
1763 г., определили конкретную сумму контрибуций, которую
П ольш а о б язы вал ась выплатить татарам . Посредником в польски
татарски х переговорах был господарь М олдавии Григорий Калп
мах. По окончании Каменецкой конференции он информировал
П орту о том, что переговоры окончились успехом и требования
хан а были удовлетворены 30. После подписания К аменецкого мир
ного договора в данном регионе установился относительно c i i o k o î i
ный период, п родолж авш ий ся вплоть до русско-турецкой воины
1768— 1774 гг.
Рассмотрение исторических условий изучаемой эпохи п оп о в
Рис. 8. Ц ерковь Чипровецкого мона- Рис. 9. Ц ерковь Елешницкого мо-
стыря (Б олгария) X V III—XIX вв. настыря (Болгария) XVII в.

.можно без^ учета положения церкви. С превращением молдавских


территорий юга Днестровско-Прутского меж дуречья в райи их
христианская паства не п р и н а д л е ж а л а у ж е к М олдавской митро­
полии. Лиш ь во второй половине XVII в. формируется П роилав-
ская митрополия с центром в г. Б р а и л а , куда входили зем ли Д у ­
найских княж еств, превращ енные в райи. В 60-е гг. XVIII в., во
время правления митрополита Д ан и и л а, в состав епархии входит
и х ан ск ая Украина, а К ау ш аны становятся географическим, а в о з­
мож но и административным, центром митрополии. М ожно предпо­
л о ж и т ь , что здесь временно находилась и резиденция Д ан и и л а.
Учет особенностей социально-экономического и политического
развития турецких рай на территории М олдавии имеет важ н ое
значение д ля решения одной из самых спорных проблем по Кау-
шанской церкви Успения — датировки памятника.
Типология памятника позволяет исключить возможность по­
строения церкви до превращ ения ю жных турецких территорий
Д н естровско-П рутского меж дуречья в райю и поселения в Б у д ж а-
ке тата р и ногайцев. Необходимо отметить так ж е, что и до турец ­
кого ига эти территории были слабо заселены.
Бази ли кальны й , однонефный тип, заглубленны й в землю, был
распространен на Б а л к ан ах , по преимуществу в Болгарии, на про­
тяж ен и и всего периода османского ига (рис. 8, 9). С л ед овател ь­
но, он мог проникнуть в райи практически в любое время, огран и ­
ченное серединой XVI в. и периодом русско-турецких войн второй
половины XVIII в. Иконографический ан али з фресок свидетель­
ствует о том, что д ан н а я п р ограм м а кристалл и зовал ась в искус­
стве балканских стран XV I—XVII вв., а время ее распр остран е­
ния охваты вает и более поздний период. Поэтому более точную
дати ровку п ам ятника можно определить только при тщ ательном
сопоставлении имеющихся письменных источников с учетом исто­
рических условий.
Н екоторые авторы склонны приписывать данным источникам
преувеличения и потаенный смысл и нередко и скаж аю т текст н а д ­
писи д ля подтверж дения ранее возникших у них сомнений по по­
воду достоверности информации, содерж ащ ейся в надписи. Так,
к примеру, наиболее неясным и загадочным моментом К. Роднин
сч и тает слова «...восстановление церкви, бывшей из дерева» и при-

154
водит два примера (Ры ш кановской и Благовещ енской церкиси
К иш инева), когда надпись притвора д ает более позднюю датироп
ку31. Однако там имела место перестройка на основе разрушенных
или полуразрушенных церквей, и отсюда, в зависимости от стс
пени сохранности руин, роль поновителей могла квалиф ициронап.
ся по-разному: либо к а к незначительное поновление, либо как
абсолю тная перестройка.
В нашем случае ситуация иная. Ц ерковь построена не на осип
ве старой, а рядом с ней, о чем свидетельствует памятник па
месте ал та р я старой церкви, т. е. речь идет не о поновлении с не
пользованием старой основы, а о новой постройке. Вот почему п
надписи старая деревян н ая церковь именуется полностью разру
шенной («сфэрымындусе детот»), а не «пришедшей в ветхость»,
к а к переводит К. Роднин32. И д ал ее в надписи нет ни слова о вое
становлении, зато говорится следующее: «...Даниил не оставил
этого божьего дела, чтобы оно осталось в пренебрежении», т. с.
не оставил паству без церкви, и с помощью «милостыни со всех
христиан» и «Его В еличества» построил новую церковь из камня
рядом с развали вш ей ся старой, на месте которой по обычаю и
был сооружен престол, изображенный на рисунке в упомянутой
публикации.
К сожалению, надпись не сохранилась полностью, отсутству­
ют некоторые важ н ей ш и е сведения. Однако их удалось воспол­
нить с помощью частично расш ифрованной лап и дарной надписи
в экстерьере. В ней упоминается господарь Григорий К ал и м ах
воевода, 1763 год и д а т а 18(?) сентября. Необходимо принять во
внимание, что Григорий К ал и м ах (1761— 1764 гг., 1767— 1769 гг.)
зан и м ает привилегированное место в ктиторском портрете, д е р ж а
в руках вместе с митрополитом проилавским Д ан ии лом модель
церкви. Кроме того, сама д а т а говорит об очень многом (сен­
тябрь 1763 г.). В августе этого года, к а к у ж е отмечалось, при по­
средничестве Григория К а л и м а х а заключено соглашение в К а ­
менце, которое разреш ило польско-татарский конфликт 1758—
1763 гг. В результате политический клим ат н орм али зовался, ог­
ромная т а т а р с к а я армия, н аходивш аяся в К ау ш а н а х и постоянно
у гр о ж а в ш а я польским зем лям, покинула город, в связи с чем
прекратились и набеги на М олдавию. Следовательно, население
К ауш ан могло получить возможность, хотя и ограниченную, по­
строить каменную церковь вместо старой деревянной, и не исклю ­
чено, что разруш ение последней связано с тревож ны ми собы тия­
ми 1758— 1763 гг. Д о бави м такж е, что именно в середине XVIII в.
наметились определенные сдвиги в социально-экономическом по­
ложении молдавского населения р а й 33. К этому ж е времени отно­
сится и расширение П роилавской епархии за счет ханской Украины.
Таким образом, если социально-экономические условия благо ­
приятствуют возникновению п ам ятни ка в середине XVIII в., то
политические суж аю т эти временные рам ки до сентября 1763 г.
Д а н н а я дати р овка уточняет ту, которая содерж ится в публикации

155
_ ^ ° ^ анУ и у казы вает на н ачало сооружения при С к а р л а т е
(1757— 1758 гг.) и заверш ение при Григории III Гике (1764__
1767 г г.)34. С последней хронологической гранью (окончание со­
оружения и росписи) можно согласиться, в отношении ж е начала,
построения наиболее вероятными, на наш взгляд, п ред став л яю т­
ся сведения, содерж ащ иеся в л апидарной надписи в экстерьере,
поскольку конец 50-х гг. X VIII в. по политическим причинам не
яв л ял ся благоприятным периодом д ля сооружения церкви. По-
всей вероятности, господари, и зображ ен н ы е в росписях, не прини­
мали участия в сооружении памятника, а оказы вал и в свое в р е­
мя п оддерж ку Проилавокой митрополии, которая, ввиду своего'
особого положения, очень в ней н уж д алась. Следовательно, их.
изображ ение на стенах К ауш анской церкви являлось знаком б л а ­
годарности со стороны митрополита Д ан и и л а.
Учет сведений, содерж ащ ихся в лапидарной надписи в экстерь­
ере, облегчает зад ач у атрибуции фресковых росписей. М ы приво­
дили надпись в жертвеннике, которая упоминала о зуграф а х
Станчуле и Войкуле. И м я иконописца Станчула, ставш его к
1770 г. гравером и печатником при монастыре Нямц, известно'
достаточно хорошо35. В н аруж ной надписи н азы вается и Р а д у Зу-
грав. В то рая половина XVIII в. отмечена деятельностью одного из
известных мастеров фресок в данном регионе, автора поновления
старинных росписей XIV в. в А рдж еш е Р а д у З у гр ав а, «сына Ми-
хая». Известно, что в 1759 г. Р а д у заверш ил росписи в церкви Гу-
ра Вэий. Н а р я д у со старыми живописными традициям и он вво ­
дит здесь новые черты, хар актерн ы е д ля руральной живописи. С а ­
мым большим достижением в росписях Гура Вэий по праву счи­
тается фриз ф асад а, составленный из изображ ений фигур совре­
менников мастера, среди которых есть и сам Р а д у 36. В том же-
году он участвует в восстановлении росписей XIV в. в Арджеше,.
где его кисти п рин адлеж и т весь иконостас37.
Сравнение иконостаса в А рд ж еш е и К ау ш а н а х в ы являет много·
общих черт. П р е ж д е всего следует отметить близость орн ам ен ­
тальных мотивов в росписи над пророческим рядом в А рдж еш е и
арок К ауш анского храм а. Т а к ж е типологически сходен орнамент,
расположенный над деисусным чином в А рдж еш е и широко р а с ­
пространенный в декоре К ауш анской церкви. В обоих случаях
сцены иконостаса разд ел яю тся рельефными, скрученными колон­
нами. П раздничны е ряды несколько различны по изображ енным
сю жетам, однако сцены «Успение», «Преображение», «В оскреш е­
ние», «Вход в Иерусалим», «Крещение» и «Сретение» имеют об­
щую иконографическую трактовку. Деисусный чин в К ау ш а н а х дан
в поясном изображении, а пророческий ряд заключен в небольшие-
медальоны, вероятно, по причине меньших размеров самого ико­
ностаса. В А рдж еш е пророки и апостолы и зображ ен ы в полный,
рост.
П р едстав ля ет интерес и сравнение сцен «Успения». К омпози­
ция в А рдж еш е намного сложнее и не прин адлеж и т кисти Р ад у .
Однако она могла навести м астера на идею горизонтально-стати-

156
веского построения сцены, имеющегося в К ауш анах. К а к известно,
н а основе древних фресок А рджеш ского монастыря Р а д у создал
.знаменитую тетрадь иконографических моделей и учебных з а р и ­
совок38, которая использовалась и дополнялась и на протяжении
XIX в. Вероятно, здесь и кроются причины византийского тр а д и ­
ц ионализма и схожести с о б разц ам и древних периодов, несомнен­
но, даю щ их о себе знать в кауш анских росписях. У казанное об­
стоятельство было замечено К. Родниным, н азвавш и м авторов
росписей «в известной мере мастерами архаизирую щ ими»39. О д н а­
ко отсюда он делает вывод о том, что К ауш анский храм был р а с ­
писан не позж е конца XVI в. при участии афонских живописцев.
Н а самом деле фрески К ауш анской церкви носят печать не толь­
ко древних эпох, но и новых веяний поздних эпох. Все это могло
синтезироваться лишь в творчестве Р а д у Зу гр ав а, представителя
живописной школы второй половины XVIII в., испытавшего силь­
ное влияние византийской живописи (особенно палеологовской
эпохи) в процессе участия и реставрации фресок церкви св. Н и ко­
л а я А рджеш ского монастыря.
Большой интерес представляет сравнение моделей известной
тетради Р а д у с кауш анским и фресками. П оразительно близки
по иконографическому решению и зображ ения Христа П антокра-
тора. Н а кауш анской фреске он входит в композицию «Хвалите
господа с небес». Особенностью кауш анской фрески является
и зображ ение Спаса Э м мануила над Христом Вседерж ителем. Н а
других известных иконах по данном у сюжету изображ ение С паса
Э м мануила отсутствует. Однако в тетради моделей Р а д у над
изображ ением В седерж ителя находится Богоматерь О ранта со
Спасом Эммануилом на груди40. По неизвестным причинам (воз­
можно, в силу ограниченности площ ади) Богоматерь не была
и зображ ен а, а осталось и зображ ение Спаса Эм мануила, окру­
женного ангелами, которые присутствуют и на фреске, и в т е т р а ­
ди. Аналогию можно провести и меж ду сценами «Три отрока в
пещи огненной», причем на кауш анской фреске, из-за специфичес­
кого ф о рм ата (сцена и зо бр аж ен а на парусе), композиция несколь­
ко изменена. Я вная аналогия н ап раш и вается м еж д у и зо бр аж ен и ­
ями ктиторов различны х рангов в росписях и в тетради; господа­
рей, духовных лиц и бояр. Если д а ж е вотивный портрет не при­
над леж и т кисти Раду, то его тетрадь могла послужить примером
д ля других живописцев.
Однако не только иконографическая общность свидетельству­
ет о деятельности Р а д у в К ауш анах. Тверд ая рука отличного ри­
совальщ ика чувствуется и в тетради, и в исполнении фресок. Ж и ­
вописное решение архитектурных элементов декора одеяний св я­
тых т а к ж е говорит об общности авторов. Вместе с тем нельзя не
отметить, что в ряде случаев м еж ду некоторыми сценами тетради
и фресками существуют различия, которые могут быть объяснены
авторством другого мастера.
М ожно назвать еще одну д еталь в пользу того, что Р ад у тво­
рил в указанное время в К ауш анах. В период 1761— 1768 гг. об

157
этом мастере и о существовании других расписанных им п а м я т ­
ников источники не упоминают. С ледовательно, не исключено, что
около 1763 г. Р а д у З уграв согласился выполнить за к а з митропо­
лита Д ан и и л а, который д ля украш ения церкви, находящ ейся в
его вероятной тогда резиденции, обратился к одному из самы х
известных и искусных живописцев своего времени в этом регионе.
Ничего не известно о Войку, хотя, согласно надписи, он был
еще и каменщиком. Возможно, Войку п ринадлеж ит авторство'
колоннады с арочными заверш ениями. Существование в росписи
Кауш анского х р ам а по крайней мере двух различны х манер отме­
чено и в статье К. Роднина. Однако, по его мнению, они р а з д е л е ­
ны значительным периодом времени. Тем самым исключается их
исполнение м астерам и одной артели 41. Но, если принять во вни­
мание, что Р а д у был мастером фресок, а Станчу — иконописцем
(следовательно, мог и не владеть техникой al fresco) и что г л а в ­
ные различия м еж д у росписями нижних и верхних регистров з а ­
клю чаю тся именно в технике письма (первые выполнены тем пе­
рой по сухой штукатурке, вторые — в технике фрески), то одно­
временное использование этих двух приемов вполне допустимо.
С проблемой типологии и д ати ровк и п ам ятни ка связан т а к ж е
вопрос о внешних влияниях в его архитектуре.
Известно, что молдавские и вал аш ски е райи вместе с частью
территории Б о лгари и составляли одну административно-полити­
ческую область Османской империи — Силистрийский паш алы к.
П оэтому важ ен поиск аналогий в архитектуре этого региона. Так,
в период турецкого владычества болгарам разр еш ал ось иметь
только деревянные или низкие полуподземные церкви, без коло­
колен и куполов, которые ни в коем случае не д олж н ы были сво­
им внешним видом резко отличаться от окр уж аю щ и х их сооруж е­
ний42. З а с л у ж и в а е т внимания тот факт, что в зап ад н ы х п ределах
страны (т. е. на з ап ад е от рек Искр и С трума) этот запрет, с р а з ­
решения турецких властей или тайком от них, наруш ался. Л иш ь в
одной Софии немецкий путешественник С тефан Герман насчитал
в 1578 г. 12 церквей, правда, в большинстве полуподземных43.
К олонизация восточной половины страны была более ж е сто ­
кой. Ее болгарское население было вытеснено турецким, не толь­
ко не допускавш им строительство новых церквей, но и фактичес­
ки уничтожавш им оставшиеся со времени Второго болгарского
ц арства храмы. В сложившихся условиях строители новых х р а ­
мов и молитвенных домов не могли не считаться с у казан и я м и о
внешнем виде, исходившими от турецких властей. О возведении
храмов, своими формами и р азм ерам и хотя бы отдаленно нап ом и ­
навших церкви и монастыри прошлых столетий, нельзя было и
думать. Новые или возобновленные церкви имели очень скром ­
ную и д а ж е невзрачную внешность и были небольших р а з м е ­
ров, наполовину врытыми в землю в целях отвлечения от них р е­
лигиозного гнева «правоверных». В плане такие церкви всегда
имели форму удлиненного прямоугольника с добавлением к нему
полукруглой абсиды. Из притвора в них обычно ведет одна дверь,

158
однако в церкви Карлуковского монастыря (до 1602 г.) п регра­
дой, разделяю щ ей обе эти части церкви, сл уж ат д ва столба к а ­
менной кладки, связанны е м еж ду собой и с прим ыкаю щ ими сте­
нами арками, которые образую т три арочных входа44. Все церкви;
такого ж е типа имели над наосом и притвором цилиндрический
свод. Последний начинается от уровня деревянных балок, з а л о ­
женных горизонтально в стены. И еще в а ж н а я деталь: часто
встречается сводовая конструкция с применением подпорных арок
(Б анк овская «костница») в церквях на трапециусе (церковь
св. П антелейм она в Видине и д р . ) 45.
Аналогичное явление наб лю д ается и в церковно-монастырском,
зодчестве Греции. Во времена турецкого ига в городах и селах
Греции строят много церквей, однако все они п редставляю т собой
упрощенные и обедненные вари ан ты типов и форм, возникших в
предшествующ ие времена. К тому ж е наибольшее распро стран е­
ние получают, ка к правило, самы е несложные из этих типов.
Строятся главным образом однокамерны е сводчатые церкви. К а ­
кова бы ни была архитектура данны х сооружений, их внешний
облик оставал ся весьма скромным46. Необходимо т а к ж е отметить,
что памятники церковно-монастырского зодчества на балканских
территориях, входивших в состав Османской империи, х а р а к т е р и ­
зовались относительной примитивностью строительных приемов.
Х рам ы XV I—XVIII вв. склады ваю тся из кусков дикого или грубо
отколотого камня. Поверхность стены, возведенной подобной к л а д ­
кой, становится шероховатой и неровной47.
Связь архитектуры К ауш анской церкви с балканским и п а м я т ­
никами периода османского ига очевидна. Это относится и к п л а ­
ну, и к главным архитектурным формам, и к технике построения.
Однако нельзя говорить о том, что тип п ам ятни ка непосредствен­
но позаимствован из Болгарии. Возможно, он проник раньш е и
был представлен не сохранившимися до наших дней памятниками.
Во всяком случае, известен более ранний пример — К илийская
церковь св. Николая. В подтверж дение приведем следующие
факты: во-первых, памятники церковного зодчества на террито­
риях, захваченных турецкими завоевателям и , практически не эво­
люционировали, и церкви XVI и XVIII вв. мало чем р азл и ч а ю т­
ся м еж ду собой. Во-вторых, строительством занимались сами кр е­
стьяне (см. упомянутое ранее свидетельство Ф едора Б о р а к а ). При
всей упрощенности и скудости архитектуры в интерьере находим
довольно интересную и грациозную систему перегородок (между
наосом и пронаосом), которая состоит из четырех колонн (две вы ­
деляю тся рельефом из южной и северной стен) с арочными з а в е р ­
ш ениями в барочном стиле. П одобные арки х арактер н ы д ля ис­
кусства В ал ахи и с конца XVII по середину X VIII в. (Вэкэрешть,
Колця и д р .) 48. В К ауш анской церкви их, очевидно, выполнил
«Войку зуграв ши петрар». ?
Таким образом, опираясь на произведенные нами сопоставле­
ния, можно предположить, что основные архитектурные формы и
элементы Кауш анского (план, свод, заглубленность в зем ­

159
лю, использование деревянных
б ал о к и подпорных ар о к ), в з я ­
тые в комплексе, в немалой
степени несут на себе печать
б алканского влияния, обуслов­
ленного общностью социально-
экономических и политических
условий.
Анализ внутренних арх и ­
Рис. 10. О рнаментальные мотивы тектурных форм (колоннада с
росписей Кауш анской церкви Ус­ арочным заверш ением, иконо­
пения стас, орнамент и иконогра­
фия) позволяет определить
т а к ж е влияние на архитектуру и живопись К ауш анской церкви
господствующего в в алаш ском искусстве с конца XVII до второй
половины XV III в. брынковянского стиля.
Аналогия орнамента каушанского и воронецкого иконостасов
проведена московскими р естав ратор ам и 49. Однако иконостас в В о ­
ронце был неверно д ати рован ими XVI в., м еж ду тем ка к его со­
оружение относится к XVIII в.50, а первый иконостас в М олдавии
появился в 1590 г. в Хуморе51. Барочны е элементы, присутствую­
щие в орнаментах обоих иконостасов, очевидны.
Орнамент, покрываю щий стены К ауш анского х рам а и п р ед став ­
ленный в основном растительными формами (рис. 10), имеет
древнее происхождение. Он встречается в X III в. в фресковых
росписях Банковской «костницы»52. В первой половине XVIII в.
эти типы орнамента часто используются мастерам и хурезской
ш к олы и составляю т вместе с другими типами основу о ригиналь­
ного брынковянского декора. Н аиболее близкие аналогии просле­
ж и в аю тся в орнаментах церкви м онастыря Колця (практически
идентичны), а т а к ж е в орнаментальных мотивах церкви св. Н и ­
кол ая в Арджеш е. По всей вероятности, в обоих случаях ск а зы ­
вается влияние брынковянского стиля.
Таким образом, в иконографии кауш анских фресок зам етен
синтез византийских, молдавских, в алаш ски х и балканских т р а ­
диций XIV— X VIII вв.
Синтез местных традиций с внешними влияниями позволил
создать своеобразный памятник архитектуры и живописи, хроно­
логически поздний период появления которого нисколько не у м а ­
ляет его ценность ка к о траж аю щ его важ н ы й этап в развитии
молдавского феодального искусства в своеобразных условиях ту ­
рецких рай. Конкретные исторические условия, анализ архитекту­
ры и иконографии подтверж даю т сведения, со держ ащ и еся в л а ­
пидарной надписи, и позволяют считать, что строительство п а м я т ­
ника началось в 1763 г. и заверш илось в 1767 г.
Рассмотренный памятник молдавского средневекового искус­
ства свидетельствует т а к ж е о благотворном влиянии соседних
народов, в том числе славян, на развитие художественной к ул ь ­
туры М олдавии, развиваю щ ейся не только на территории княж е-

.160
ства, но и на землях, превращенных османскими завоевателям и
в райи.

Примечания

1 Роднин К . Д., Понятовский И. И. П амятники молдавской архитектуры XIV—


XIX вв. Кишинев, 1960. С. 27—28.
2 Н яга Я. С таринная церковь в м. К ауш анах//3аписки императорского О дес­
ского общества истории и древностей. Т. 12. Одесса,, 1881. С. 460—461.
8 Матвеевич (Матеевич) Л. М. Старинная церковь в м-ке К ауш анах, Бендер­
ского уезда//Труды Бессарабского церковного историко-археологического об­
щества. Вып. X. Кишинев, 1918. С. 82.
4 B iserici vechi din B asarabia//A C M IB . P. 32.
й Роднин К. Д . Росписи церкви Успения в К ауш анах. Проблемы датирования//
Х удож ественная жизнь Молдавии. Кишинев, 1971. С. 38.
6 К урдиновский В. Д ревняя Успенская церковь в Новых К ауш анах Бендерско­
го уезда//Труды Бессарабского церковного историко-археологического общ е­
ства. Вып. X. С. 63.
7 Р однин К. Д . Указ. соч. С. 42.
8 К урдиновский В. Указ. соч. С. 65.
9 Попытка более полной расшифровки греческих надписей была предпринята
молдавскими искусствоведами (См.: Чобану К. Я., Н егруци В. Я. Ун пик
де криптографие//Нистру. 1987. № 2. П. 96— 100). Согласно их переводу (с
греческого на молдавский), центральная надпись гласит: «Сия святая цер­
ковь, посвященная Успению Богоматери Фенеромени, сооруж енная от осно­
вания стараниями и затратам и смиренного бывшего Сидского митрополита^,
и... Проилавии кир Д аниила, крестной матери (или «родом из Янины» (?))
тещи (?) ... закуплено и даровано, ревностной помощью Его Высочества,
владетеля и господаря всей М олдовлахии, господина Иоанну Григориу И оан­
ну К алимаху воевода, в год спасителя 1763, месяца сентября 18. Станчу
зу (г р а в ), Р аду зу (гр а в ), Войку каменщик и (?) зу гр (ав) 1767... установщик
поп Гаврилу». Этот вариант перевода нельзя считать окончательным, хотя
он и представляет собой значительный шаг вперед в изучении рассматри­
ваемого вопроса.
10 Х алиппа Я. Н. Состояние церквей в 1812— 1813 гг.//Труды Бессарабской
губернской ученой архивной комиссии. Т. II. Кишинев, 1902. С. 98— 100.
П ара — мелкая разменная монета.
11 Н яга И. Указ. соч. С. 458; К урдиновский В. Указ. соч. С. 62.
12 См.: К урдиновский В. Список древнейших церквей Бессарабской губернии//
Кишиневские епархиальные ведомости. 1907. № 44. С. 19—26.
13 ACMIB. Р. 36.
14 D răguţ V. D icţionar enciclopedic de a rtă m edievală rom ânească. Buc., 1976.
P. 86; D răguţ V. A rta rom ânească. Buc., 1982. P. 468.
15 Искусство времени правления валаш ского господаря Константина Брынковя-
ну (1688— 1714 гг.) ввиду его специфических черт выделено в специальной
литературе в особый брынковянский стиль.
16 Роднин К. Д ., Понятовский И . Я. Указ. соч. Искусство М олдавии: Очерки
истории изобразительных искусств М олдавии. Кишинев, 1967.
17 Роднин К. Д . Указ. соч.
18 Ременко Г. Внимание — памятник! Кишинев, 1980.
19 ЦГА М ССР. Ф. М инистерства культуры МССР. Оп. 9. Д. 146. Л. 1— 162.
Иконографическое описание фресковых росписей Успенского собора в г. Кау-
шаны. Автор признателен искусствоведу В. И. Негруци, предоставившему
данные материалы.
29 Д атировка памятника произведена на основании иконографического анализа,
из которого следует, что система росписей церкви Успения в Кауш анах в
своих главных чертах находит обоснование в греческом иконописном под­
линнике XVII в.
21 Стэвилэ Т. Монументул архитектурал де ла Кэушань: о ноуэ ипотезэ//Лн-
тература ши арта. 1985. № 12.

1 1 Заказ № 682 161


22 Енциклопедия на изобразителните изскуства в България. София, 1980.
С. 207; А нгело в В. В ъзрож денска дърворезба. София, 1986.
23 Полиптик молдав: Арта молдовеняскэ дин вякуриле XIV—XIX. Кишинэу,
1985. С. 11.
24 Роднин К. Д . Указ. соч. С. 41—43.
25 Н яга И. Указ. соч. С. 458.
26 Ременко Г. Указ. соч. С. 89.
27 ACMIB. Р. 38.
28 И стория народного хозяйства М олдавской ССР: С древнейших времен до
1812 г. Кишинев, 1976. С. 408;И стория М олдавской ССР: С древнейших вре­
мен до наших дней. Кишинев, 1982. С. 135.
29 И стория народного хозяйства М олдавской ССР: С древнейших времен до
1812 г. С. 408.
30 M ihordea V. P artic ip a re a diplom atică a M oldovei la ap lan area neînţeleg erilo r
p o lono-tătare în 1763//RI. 1966. N 2. P. 338.
31 Р однин К. Д . Указ. соч. С. 39.
32 Там же. С. 40.
33 И стория народного хозяйства М олдавской ССР: С древнейших времен до
1812 г. С. 4 0 8 -4 1 0 .
34 ACM IB. Р. 38—39.
35 Ременко Г. Указ. соч. С. 89.
36 Voinescu Т. R adu Z ugravu. Buc., 1978. Р. 15.
37 Ibidem. Р. 17.
38 Ibidem. Р. 27—35.
39 Р однин К. Д . Указ. соч. С. 42.
40 Voinescu Т. Un caiet de modele de pictură m edievală ro m ân escă//P ag in i de
veche a rtă rom ânească. Voi. III. Buc., 1974. P. 187.
41 Р однин К. Д . Указ. соч. С. 42.
42 К раткая история болгарской архитектуры. София, 1968. С. 168; Бичев М. А р­
хитектура Болгарии с древнейших времен до конца XIX в. София, 1961.
С. 52.
43 К раткая история болгарской архитектуры. С. 170.
44 Там же.
45 Там же. С. 172.; Б акалова Е. Бачковската «костница». София, 1977.
С. 35—42.
46 П олевой В. М. И скусство Греции. М., 1984. С. 340.
47 Там же. С. 340—341.
48 S ta n cu V. L’architecture â l’epoque p h an ario te (S u plim ente)//S im posium
l’epoque phanariote. 21—25 octobre, 1970. T hessaloniki, 1974.
49 Ц ГА М ССР. Ф. М инистерства культуры М ССР. Оп. 9. Д . 146. Л . 1— 162.
50 D răguţ V. D icţionar enciclopedic de a rtă m edievală rom ânească. P. 177.
51 M usicescu А. М., M iclea I. V oroneţ. Buc., 1978. Ilu stra ţia „ Ico n o stas“.
52 Бакалова E. Указ. соч. С. 111— 117.

Л. И. Светличная

М О Л ДА В СК ИЕ АКТЫ XVI— XVII ВВ.


ИЗ АРХИВ А Л Е Н И Н Г Р АД С КО ГО ОТДЕЛЕНИЯ
ИНСТИТУТА ИСТОРИИ АН СССР

В ряде архивов и библиотек Советского Союза хранятся фон­


ды древних молдавских актов, над публикацией которых в И нсти­
туте истории АН М С С Р работает коллектив ученых-археографов.
Это многотомное издание под общим названием «М олдавия в эпо­
ху ф еодали зм а» расш иряет круг источников по социально-эконо­

•162

Вам также может понравиться