Вы находитесь на странице: 1из 2

1 ВОПРОС

Я считаю, что Чацкому не хватает действий в желании что-либо изменить, а отсюда


видятся и все проблемы героя. Чацкий смешон и жалок именно потому, что пытается
изменить уже устоявшееся мнение людей, а именно тех, кто уже точно не поддастся
модным тенденциям и мнениям, пришедшим из Европы, он сталкивается с
«фамусовским» обществом, которое к переменам не готово. Большинство из них добилось
карьерных успехов благодаря хитрости и хорошим связям. Инакомыслящих людей не
приветствуют в этом окружении. Но герой продолжает стоять на своем, при этом выглядя
неуместно и глупо. Герой пытается просвещать своих недалеких собеседников о том, что
нормы и нравы их общества давно устарели и не приносят пользу никому, кроме них
самих. Однако он остается не услышанным и даже высмеянным. Софья ловко
распространяет сплетню о его сумасшествии, которую все с радостью принимают за
чистую монету. Уж слишком им кажется Чацкий опасным. Ведь он осмеливается говорить
об отмене крепостного права, на котором сотни лет держалась экономика страны и
благополучие аристократов, что неприемлемо в фамусовском обществе.

Чацкий также глуп потому, что по-прежнему влюблен в Софью и не осознает, что за три
года разлуки могло произойти все, что угодно. И нельзя детскую любовь (а Софье на
момент разлуки с Чацким было около 14 лет) считать долговечными чувствами.

Одна вопиющая безнравственность в комедии, это София Павловна: но Чацкий


разгадывает её только в последней сцене. Умный человек с оттенком насмешливости в
уме мог бы остроумно и забавно посмеяться над этим обществом. Но ничто не объясняет
и не оправдывает необузданного негодования с которым Чацкий громит это, пожалуй и
смешное, но не уголовно преступное общество”

Говоря о представленном Фамусовым, Скалозубом, Репетиловым и прочими обществе, я,


как и критик не видим людей достойных порицания и осмеяния: "Положим, что общество,
выведенное автором на сцену, имеет свои смешные стороны, что оно так и просится и
ложится под карандаш веселого и замысловатого карикатуриста: но за исключением
поведения Софии Павловны, ничего резко предосудительного, ничего нравственно
вопиющего в нем не представляется.