Вы находитесь на странице: 1из 52

МИНИСГЕРСГВООБРАЗОЕШИЯИНАУКИ

РОССИЙСКОЙ ФВДЕРАЦИИ
1Х)СУДАРСгеЕННОЕОБРАЮМТЕЛЬНОЕУ'1РЕВДЕШ1Е
В Ы С Ш Е Г О ПРОФЕССИОНАЛЫЮГООБРАЮВАНИЯ
КЫРГЫЗСКО-РОССИЙСКИЙ СЛАВЯНСКИЙУНИВЕРСИтаТ

УДК 1343.241:396.21 (575.2) на правах рукописи

ТУГЕЛЬБАЕВА БЕРМЕТА ГАЛИЕВНА

П Р О Б Л Е М Ы ПРЕСТУПНОГО НАСИЛИЯ В ОТНОШЕ­


НИИ Ж Е Н Щ И Н : П Р Е Д У П Р Е Ж Д Е Н И Е И БОРЬБА С ПО­
СЛЕДСТВИЯМИ
(на материалах Кыргызской Республики)

Специальность 12.00.08-
уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право

Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
доктора юридических н^лс

Кыргызская Республика
Бишкек-2005
Работа выполнена на кафедре уголовного права и процесса юридическо­
го факультета Кыргызсно-Российского Славянского университета

Научный консультант: заслуженный работник образования Кьфгызской


Республики, доктор юридических наук, профессор Сыдыковя Л.Ч.

Официальные оппоненты:

доктор юридических нг^к, профессор Шестаков Дмитрий Анатольевич

доктор юридических H^IC, профессор Михлин Александр Соломонович

доктор юридических н г ^ , профессор Каиржанов Елеген Изтлеуович

Ведущая организация: Санкт-Петербургский юридический институт


Прокуратуры Российской Федерации

и (Э^
Защита диссертации состоится « ? »<Л40Л^ 2005 г. в ^ часов на
заседании диссертационного совета Д 730.001.04 в Кыргызско-Рос-сийском
Славянском университете по адресу: пБишкек, Чуйский проспеи; д.42, корп. 7.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Кыргызско-Российс-


иого Славянского университета.

Автореферат разослан «_£^_» -Сл-^^С^ 2005 г.

Ученый секретарь
диссертационного совета
к.!0.н., доцент /^ "У НиязоваА.Н.
24395
й^^^^
О Б Щ А Я ХАРАКТЕРИСТИКА Р А Б О Т Ы

Актуальность темы исследования. В последниегодынамезкдународном уров­


не серьезно начала рассматриваться проблема насилия в отношении женщин и детей.
Во многих частях мира жестокое обращение с ними часто скрывается, отрицается,
сводится к минимуму по своей значимости, к нему проявляется терпимость и оно
толкуется как приемлемые культурные нормы и традиции. Насильстве1шые действия,
юторые в других условиях считались бы преступными, узакониваются, когда они
совершаются в отношении женщин и детей в частной семейной сфере.'' Следователь­
но, насилие в отношении женщин, в том числе и в сфере семейш>1х отношений, пред­
ставляет серьезную угрозу прежде всего правам человека.
Насилие в отношении женщин усугубляется социальным давлением, главным об­
разом чувством стыда, не позволяющим женщинам сообщать об определенных актах,
которые совершаются по отношению к ним; недостаточным доступом женщин к юри­
дической помощи или защите; слабыми усилиями со стороны государственных орга­
нов и общественных организаций по распространению информации о существующих
правовых нс^шах и обеспечагаю их соблюдет», а также малочислкгаостью просвети­
тельских и других мер по устранению причш! и последствий насилия. Все вышеска­
занное привносит в жизнь женпщн чувство страха и отсутствия безопасности и явля­
ется препятствием для реализации их стремления к достижению равноправия.
Страх перед насилием служит постоянным барьером в мобильности женщин и
ограничивает их доступ к ресурсам и основным видам деятельности. Насилие в отно­
шении женщин связано с высокими издержками в социально-энономичесной сфере и в
здравоохранении как для каждого члена общества, так и для всего общества в целом
и является одним нз ключевых социальных механизме», при помощи которых женщин
вынуждают занимать подчиненное положение в иерархии общественных отношений.
Насилие против женщин и девушек, и особенно его преступные проявления, не
должны больше оставаться чисто «женской» темой. Общество наконец должно уви­
деть эту проблему и понять, что преступное насилие представляет собой угрозу
основам нашего гражданского общежития. Уменьшение проявлений преступного на­
силия имеет определяющее значение для построения парадигмы безопасности челове­
ка: мир дома, мир в семье, мир в обществе и государстве.
Международное сообщество уже осознало важность данной проблемы. Значитель­
ные разделы итоговых документов IV Всемирной конференции ООН по положению
женщин (Пекинская платформа действий, 1995г) и Генеральной Ассамблеи ООН («Жен­
щины - 2000: гевдерное равенство, развитие и мир для X X I века», 2000г.) посвящены
этому вопросу и содержат призыв к правительствам всех стран принять необходимые
меры для того, чтобы изменить социальные и культурные факторы, приводя1Цие к
насилию против женщин и к равнодушию общества к этому социальному явлению.
Для стран Содружества проблема насилия в отношении женщин вышла на повес­
тку дня сравнительно недавно, в начале 90-х годов. В настоящее время идет период
формирования наиболее объективных и принципиальных научных оценок, а также
проведения специальных исследований в этой области. Всесторонний анализ частных и

1 См ■ Лунеев В В Преступность XX века. Мировой крикшнопогический анализ - М., 1997 - С.192

РОС. НАЦИОНАЛЬНАЯ
БИБЛИОТЕКА
<> С.Петербург
ИЮОРК
общих щх>блем, связанных с регулированием правоотношений в сфере борьбы с пре­
ступным насилием в отношении женщин, является одним из актуальных и стратегически
важных направлений теоретических и прикладных исследовахшй в области криминоло­
гии. Актуальность рассматриваемой проблематики определяется также в тем, что изу­
чение обстоятельств, детерминирующих насилие в отношении женщин, затрагивает и
оборотную сторону этого явления - преступность среди женщин, поскольку причины
их существования, как полагают многие исследователи, едины в своем происхождении.
Объективному рассмотрению проявлений преступного насилия вотношениижен­
щин в определенных сферах общественной и частной жизни, а также разработке эф­
фективных методов предупредительной деятельности в значительной степени спо­
собствуют научные разработки ведущих российских ученых Г.А.Аванесова, С.Б.А­
лимова, Ю.М.Антоняна, Г.В.Антонова-Романовсиого, С.Н.Абельцева, С.В.Бороди­
на, Я.И.Гилинского, П С.Дагеля, А.Э.Жалинского, К.Е.Игошева, В.В.Ивановой.
И.И.Карпеца, В.Н.Кудрявцева, Н.Ф.Кузнецовой, Н.С.Лейкиной, В.В.Лунеева, А.С.-
Михлина, В.А.Номоконова, А.А.Пионтковского, Э.Ф.Побегайло, А.Б.Сахарова,
В.Д.Филимонова, Т.М.Явчунсиой и многих других.
Весьма ценные исследования, посвященные изучению влияния общесоциальных
условий и различных криминогенных факторов на преступность в отношении жен­
щин в сфере семейных отношений, особенностей лиц, совершающих данные преступ­
ления, а также причин насилия в семье, эффективности существующих мер его пре­
дупреждения и воздействия семейного неблагополучия на массовое преступное пове­
дение, нашли отражение в трудах Д. А.Шестакова, Б.В.Волженкина, Ф.А.Лопушанско-
го, Г.Л.Касторского, Ю.Н.Крупки, С.В.Максимова, Г.М.Миньиовсиого, Г.Г.Моша-
ка, В.ПРевина, В.А.Серебряиовой, Т.А.Сидоренковой, О.В.Стариова, В.С.Харламо­
ва и др. В целом это способствовало появлению в 70-х годах новой отрасли общей
криминологии - криминофамилистрпси (криминологии семейных отношений), осно­
вой которой явилась аксиома о взаимозависимости между феноменом преступности и
институтом семсйньлс отношений. Одной из значимых составляющих предмета крими-
нофамнлистики является проблема внутрисемейных преступлений, то есть преступ-
лехшй, совершаемых в рамках семьи одними ее членами против других ее членов.
Данный подход позволил построить целостную концепцию причин массового воспро­
изводства преступлений, позволяющую взаимоувязать общественный, грзпповой и
индивидуальный срезы детерминации преступности.
Хотя в государствах Центральной Азии специальных криминологических иссле­
дований по проблеме насилия в отношении женщин не проводилось, следует отметить
большой вклад в развитие криминологической н^тж, особенно ее профилактической
составляющей, совреметшых казахстанских ученых Е.И.Каиржанова, У.С. Джекебае-
ва, Ч.Когамова, И.В.Корзуна, А.Х.Миндагулова и др. Появились в Центральной
Азии и первые исследования проблем, связанных с изменением социального статуса
женщины в современном обществе, отраженные в работах А.С.Табышалиевой, Г.Тлен-
чиевой, Н.А.Усачевой, Д.Э.Шукуровой, М.М.Якубовой и др.
Сущест^ет также опыт западной, прежде всего американской школы криминоло­
гии, которая придерживается в основном феминистической теории семейной детерми­
нации преступного поведения, в основе которой лежит постулат о безусловном гос­
подстве мужчин в обществе и семье. Основным недостатком данной теории является.
по мнению российских криминологов, излишне односторонняя трактовка взаимоот­
ношений между полами в пользу жеишиа.
Представляется, что дополнить понимание причинного комплекса насилия в отно­
шении женщин с учетом юнтекста тех отношений власти и подчинения между полами,
которые существуют в современном обществе, может дать применение теории генде-
ра. Тендерный подход к социокультурной природе процессов развития, успешно
развиваемый в последниегодыпредставителями российской школы О.А.Ворониной,
Т.Ю.Забелипой, О.М.Здравосмысловой, Т.А.Клименковой, С.В.Ураловой, Н.Шведо­
вой, А.А.Ширюбоювой и др., позволяет с позиции уже обоих полов проанализиро­
вать причины существования противоречий между социальными рюлями мужчин и
женщин, между профессиональными и семейными ролями женщин в разных культу­
рах и др., поскольку гендер в такой же мере конституирует семью, в какой он, в свою
очередь, конструируется и воспроизводится ею. Примеры успешного применения
гендерного анализа уже имеются в Российской Федерации и Кыргьпской Республике
в части проведения гендерной экспертизы законодательства, но вместе с тем сама
методологическая основа нового научного метода познания пока еще формируется.
Исходя из вышеизложенного, авторская гипотеза исследования заключается в
том, что требуется глубокое научное исследование самого понятия насилия в отноше­
нии женщин, выделение его преступных видов и форм, особенностей проявления в
Кыргызской Республике в период перехода от традиционного общества к общестщ' с
демократическими ценностями, определение причин и условий, его порождающих.
Это позволит создать наиболее адекватные механизмы предупреждения различных
видов преступного насилия в отношении женщин, направленных на уменьшение об­
щественно опаетюго вреда от его последствий с целью дальнейшего их внедрения в
практику правоохранительной деятельности.
Цель и задачи исследования. В качестве приоритетной цели проведенного ис­
следования выступает криминологическое изучение общих и специфических проявле­
ний преступного насилия в отношении женщин и его последствий в Кыргызской Рес­
публике для совершенствования социально-правового контроля заданным явлением
и эффективного воздействия 1И детерминирующие его факторы.
Данная цель предопределила формулировку следующих основных задач:
рассмотрение теоретических аспектов понятия преступного насилия как кри-
минологичесюй категории;
• исследование генезиса преступного насилия в отношении женщин;
• проведение историю-правового анализа преступного насилия в отношении-
женщиц
• криминологическое исследование состояния, динамики и структуры преступ­
ного насилия в отношении женщин в Кыргызской Республике в целом и наи­
более характерных его видов;
• изучение и анализ международного опыта предупредительной деятельности в
сфере преступного насилия в отношении женщин:
• исследование формирования насильственного поведения с позиции гендер­
ного анализа;
• анализ норм действующего законодательства в области уголовно-правово­
го предупреждения преступлений в отношении женщин и оценку их эффек­
тивности;
♦ определение основных направлений и мер предупреждения преступного
насилия в отношении женщин в Кыргызской Республике.

Метедология и методика исследования Исследование основывается на концеп­


туальных положениях философии, социологии, психологии, теории гендера, а также
отраслевых юридических дисциплин (криминологии, уголовного права, уголовно-про­
цессуального права, уголовно-исполнительного права).
При проведении исследований использовались следующие частно-нгучные мето­
ды: сравнительного правоведения, аналитического обследования, конкретно-социо­
логический, статистико-кри-мннологический, историко-правовои, системно-струк1ур-
ный и гендериый анализ.
Источниками информации послужили Конституция и законодательные акты в об­
ласти административного, уголовного и уголовно-процессуального права Кыргызс­
кой Республики, Российской Федерации, Республики Казахстан, ряда других стран
Содружества и мира, а также Модельное законодательство ООН о насилии в семье.
Подверглись анализу данные уголовной статистики, уголовные дела, рассмот­
ренные судами общей юрисдикции, дела, входящие в компетенцию судов аксакалов
Кыргызской Республики за 1995-2002 годы. При необходимости проводилось срав­
нение со статистическими показателями друтх стран СНГ. В дополнение к официаль­
ной статистике использовались данные кризисных центров стран СНГ и Кыргызской
Республики, неправительственных организаций и социологических исследований, в
том числе проведенных автором самостоятельно, в которых были изучены мнения
свыше 5000 респондентов, включая 300 сотрудников правоохранительных органов.
Все вышеп^зечисленное послужило эмпирической базой настоящего исследования.

Основные положения, выносимые на защиту:


1. Предлагается определять содержание преступного насилия в отношении жен­
щин степенью и характером его обществещюй опасности, противоправностью, умыш­
ленностью, совершением на основании социополового признака, вопреки и помимо
воли личности, лищением свободы, нанесением вреда здоровью различной степени
тяжести или убийством и в качестве одной из форм его проявления выделить сексу­
альное насилие.
2. Обосновывается необходимость криминологического предупреждения в Кыр­
гызской Республике престушюго насилия в отношении женщин в семейных отноше­
ниях (насилие в семье), трудовых отношениях (сексуальные домогательства), мигра­
ционных процессах (торговля женщинами с целью сексуальной эксплуатации), как
сферах, в юторых оно имеет в настоящее время наибольшее распространение, не­
смотря на выраженный латентный характер.
3. На основании исследования преступного насилия в семейных отношениях обо­
сновывается положение о том, что некоторые гендерно-нейтральные нормы закона,
устанавливающие равные права и обязанности супругов в семье, затрудняют приме­
нение предоставленных законом прав на равной основе между потерпетшей и лицом.
совершившим насилие, поскольку влекут не одинаковые для мужчин и женщин по­
следствия. Для улучшения возможностей потерпевших женщин в плане обращения к
уголов1шм и гражданско-правовым процедурам защиты от насилия в семье, а также
упрощения порядка такого обращения предлагается:
• внести в перечень, приведенный в ч. 1 .ст. 150 У П К КР «Поводы и основания к
возбуждению уголовного дела», новый повод - заявления социальной службы (кри­
зисные центры), подаваемые с согаасия потерпевшего лица в тех случаях, когда данное
лицо не в состоянии осуществлять защиту своих прав и интересов по причине, напри­
мер, гюсттравматического шока, болезненного состояния, возраста либо инвалидности;
• передать кризисным центрам функцию юонтроля за примирением сторон по
делам частного обвинения с подготовкой заключения о возможности примирительно­
го договора и осуществления последующего мониторинга за его исполнением;
• предусмотреть освобождение пострадавших женщин от уплаты госпошлины
в случаях возбуждения гражданского дела по фактам совершенного в их отношении
насилия и возможность быстрого при угрозе жизни расторжения брака и раздела
имущества;
• разработать рекомендации потерпевшему липу, направленные на более широ­
кое использование процедур, предусмотретплх в гражданском законодательстве для
материального возмещения, причиненного насшгаем ущерба.
4. Предлагается выделить в качестве особетюстей преступного насилия в отно­
шении женщин в Кыргызской Республике насилие, связанное с существованием дис­
криминационных по своему характеру обычаев - насильственной кражей невест и
полигинией, которые обусловливают совершение таких преступлений, как принуж­
дение к вст5шлению в брак, двоеженство и многоженство, общественная опасность
которых состоит прежде всего в том, что может создаваться нездоровая первичная
основа для потенциальных конфликтов в семье, перерастающих в ^яушем в насиль­
ственные преступления. При этом обосновывается целесообразность декриминализа­
ции многоженства как деяния, затрагивающего в большей степени нравственную сфе­
ру общественных отношений, и предлагаются меры по его урегулированию в граж­
данском законодательстве.
5. На основании изучетм проблемы сексуальных домогательств вносится пред­
ложение о необходимости разграничения самого понятия «сексуальное домогатель­
ство» в целях его адекватного правового урегулирования и обосновывается возмож­
ность применимости нормы ст.131 У К КР «Понуждение к действиям сексуального
характера» для уголовно-правового предупреждения сексуальных домогательств,
сопряженных с опасным насилием, приведшим к тяжким последствиям. Предлагается
признаки сексуального домогательства, которые не охватываются составом понужде­
ния к действиям сексуального характера, рассматривать как оскорбительные дей­
ствия и квалифицировать по ст. 128 У К КР «Оскорбление», в связи с чем внести в
указанную норму дополнение сточнымуказанием на действия сексуальной направ-
ленносга, а иные сексуальные действия отнести к предмету гражданского иска о защи­
те чесга и достоинства личности.
6. На основании изучения криминологических аспектов торговли женщинами с целью
сексуальной эксплуатации обосновьшается утверждение о необходимости разграничения
уголовно-правового преследования заторговлюлюдьми и социального аспекта данной
проблемы для разработки и внедрения -)ффективных общесоциальных мер предупрежде­
ния этого явления.
7. Обосновывается вьтвод, что одной из основных причин, приводящих к указанным
видам преступного насилия в отношении женщин, является существование в культуре
отношений власти и подчинения между полами (модель доминирования), иэторые опира­
ются на энономичесиое неравенство мужчин и женщин, закрепляются и поддерживаются
культурными и религиоз1п>1ми традипиями и обычаями, мэнтролируются моральными
Hopttatm. Решаюп^то роль в сохранении модели доминирования играет социализация
личности, в ходе которой репродуцируются представления о системе власти и подчине­
ния . Данные представления, в свою очередь, жестко закрепляют и контролируют генпер-
ные роли мужчин и женщин в традиционном обществе, устоявшаяся система иэторых
является осшжой гендерной дискриминации, детерминирующей преступное насилие в
отношении женщин.
8. Раскрьгеаются причинно-следственные связи внешних и внутренних обстоя­
тельств, обусловливающих состояние мужских и женских гевдерных ролей в обще­
стве и семье, с преступностью в отношении женщин, вызванной противоречиями в
изменяющихся на современном этапе гецдерных отношениях. Обосновывается вывод,
что наличие данных противоречий обусловливает также и рост насильственной пре­
ступности среди женщин, то есть связь понятий «женщина и насилие» необходимо
прослеживать по двум направлениям: насилие в отношении женшин и насилие, совер-
шетшое жешпиной, причины сутпествования которых едины в своем происхождении
9. Аргументируется необходимость в целях совершенствования мер общесоци­
ального предупреждения преступного насилия в отношении женщин осуществление
постояшгого учета гендерного компонента в нормативно-правовых документах, нгуч-
ных исследованиях, системе формального и неформального образования, а в целях
развития мер специально-криминологического предупреждения формулируется кон­
цептуальный подход к созданию государством системы иомплексного реагирования на
насилие в семье, включающей ршшее, экстренное, посткриминальное и долговремешюе
реагирование
10. На основе анализа ситуации с обеспечением прав и защиты потерпевших от
престутюго насилия женщин делается вывод, что объективные препятствия, суще­
ствующие в процедурной системе, и субъективные помехи, создаваемые в ходе рас­
следования уголовного дела и основанные на традиционных гендерных стереотипах
сотруд1гаков правоохранительных органов, фактически нарушают право женщин на
равную защиту закона. Вносятся предложения о необходимости:
• подготовки и принятия специального законодательства, направленного на за­
щиту прав потерпевших (жертв) и свидетелей, с отражением в нем механизмов
реализации гражданско-правовых процедур, связанных с вопросами быстро
го расторжения брака и раздела имущества, компенсации ущерба, причинен­
ного насилием в семье и сексуальными домогательствами;
• разработки минимальных стандартов (индикаторов) соблюдения прав
граждан, вовлеченных в уголовно-процессуальную и оперативно-розыск­
ную деятельность правоохранительных органов, и вменения в обязанность
данных органов предоставлять периодическую информацию (отчеты) о со­
блюдении данных стандартов либо осуществлять мониторинг за их соблюде

8
нием силами независимыхобществехшых организаций (гражданский контроль);
• создания спеш1альных подразделений по борьбе с насилием в отношении
женщин в системе МВД КР и введения в систему профессиональной подго­
товки сотрудников правоохранительных органов обучения по гендерной
проблематике, повышения гендерной осведомленности судей, а также спе­
циализации суцов по семейным делам;
• разработки целостной концепции борьбы с насилием в отношении жеишин,
предусматривающей скоординированное сотрудничество всех звеньев пре-
дупредителыюй деятельности.
11. На основании обобщения результатов пилотных проектов, действующих в
Кыргызской Республике, обосновывается эффективность создания на местном уров­
не групп самоподдержки из числа активного населения как новых негосударственных
субъектов профилактики, в функции которых входят: оказание пострадавшим жен­
щинам психологической и правовой помощи, деятельность по реализации принципов
восстановительной юстиции, организация па местном уровне социального контроля
общественности за преступным насилием в обществе.
12. Обосновывается правильность введения в Кьфгьиской Республике двухзвен-
ной системы воздействия, альтернативного уголовному наказанию, в случаях совергае-
ния в семье деяний, связанш>1х с применением насилия (отнесенных к сфере частного
обвинения), путем принятия административных мер через институт охрашвк ордеров
(Закон КР «О социально-правсжой защите от насилия в семье») либо мер общественного
воздействия через суды аксакалов, и предусматривающей деятельность служб медиа­
ции в виде групп самоподдержки и других специалтирова1шых неправительственных
организаций.

Научная новизна исследования заключается в следующем:


1. Диссертация является первым монографическим исследованием проблемы пре­
ступного насилия в отношении женщин в Кыргызской Республике.
2. Сформулирован понятийный аппарат по дашгой проблеме, касающийся опреде­
ления самого понятия преступного насшшя и его форм.
3. Проанализировано в историческом аспекте (начиная с государств Древнего
мира, включая настоящее время) преступное насилие в отношении жетцин в институ­
тах брака и семьи, а также в общественной жизни,
4. Проанализированы с криминологических позиций те сферы жизнедеятельности
общества, в которых имеет место преступное насилие в отношении женщин, и дана
криминологическая характеристика наиболее распространенных видов преступле­
ний.
5. Специально рассмотрено преступное насилие в отношении женщин, связанное с
существующими в культуре народов Кыргызской Республики обычаями и традици­
ями, и сформулированы предложения по совершенствованию национального законо­
дательства в этой области.
6. Впервые предложено рассматривать гендерный анализ как метод исследования
криминологических проблем и. опираясь на теорию гендера, дано собственное видение
обстоятельств, детерминирующих престушюе насилие в отношении женщин, и его осо­
бенностей в Кыргызской Республике.
7. Предпринято изучение международных нормативно-правовых документов и
инструментов предупреждения преступного насилия в отношении женщин, законода­
тельства стран СНГ, в частности, Кыргызской Республики, Российской Федерации,
Республики Казахстан и др., а также ряда зарубежныхгосударств;дана оценка степе­
ни влияния данных документов на национальное законодательство и правопримени­
тельную практику.
8. Проведен анализ проблемы обеспечения прав и безопасности потерпевших от
насилия женщин, дана оценка существующих мер и предложены методы повышения
их эффективности.
9. Проведено изучение формирующейся в настоящее время практики предупре­
дительной деятельности новых негосударственных специализированных субьектов
предупреждения преступного насилия в отношении женщин в Кыргызской Респуб­
лике.
10. Проведено апробирование методики применения пршщипов восстановитель­
ной юстиции в деятельности негосударственных субъектов предупреждения преступ­
ного насилия в отношении женщин в Кыргызсгой Республике.
11. Проанализирована возможность применения альтернативных уголовному
наказанию мер за совершение определенных преступлений в сфере семейных отноше­
ний и предложена двухзвенная система мер воздействия, включающая администра­
тивные меры (институт охранных ордеров) и меры общественного воздействия (суды
аксакалов).
12. Сформулированы новые подходы к предупреждению преступного насилия в
отношении женщин со стороны гражданского общества и созданию государством
многоуровневой системы комплексного реагирования на насилие в семье.

Практическая значимость исследования определяется тем, что положения и


выводы, изложенные в нем, могут бьпъ использованы при разработке и совершен­
ствовании норм административного, уголовного, уголовно-процессуального и уго­
ловно-исполнительного права; в дальнейшем развитии теории предупреждения пре­
ступности; в правоприменительной практике для улучшения обеспечения прав и за­
щиты лиц, потерпевших от насильственных действий. Ряд 1юложений может быть
рекомендован для использования в системе профессиональной подготовки сотрудни­
ков правоохранительных органов, в системе органов местного самоуправления для
организации коллективных сил противодействия преступному насилию и борьбы с
его последствиями, в деятельности кризисных центров и других социальных служб.
Результаты исследования могут также быть использованы в н^^но-исследова-
тельской работе и учебном процессе при преподавании дисциплин уголовно-право­
вого цикла и гендерного курса.

Апробация и реализация основных положений исследования проведены ав­


тором в процессе выступлений на многочисленных нгучных конференциях и семина­
рах (конференция «%шцина и общество», Бишкек, Кыргызстан, 14 марта 1996г.,
Фонд Конрада Аденауэра; семинар «Гендерпая экспертиза проекта Уголовного ко­
декса КР», Бишкек, Кыргызстан, 25 января 1997г., ХИВОС; международный семи­
нар «Дискриминация и насилие против женщин», Алматы, Казахстан, 25-27 сентября

10
1997г.; республиканский семинар «Журналисты против насилия в отношении жен­
щин», Бишкек, Кыргызстан, 17 марта 1998г., WIMCA; субрегиональная конферен­
ция «Права женщин - права человека: женщины и вооруженный конфликт», Баку,
Азербайджан, 18-20 мая 1998г, ПРООН; конференция «Женщины и право в Цент­
ральной Азии», Ташкент, Узбекистан, 22-24 октября 1999г., ЮСАИД; заседание
под-правления сети фондов Сороса «Бытовое насилие: институциональный и пра­
вовой аспекты». Алматы, Казахстан, 26-27 октября 2000г.; международная подго­
товительная конференция «Женщины Кыргызстана на рубеже веков», Бишкек, Кыр­
гызстан, 13-14 апреля 2001г., ПРООН: семинар по геидерному законодательству,
Бишкек, Кыргызстан, 12-13 апреля 2002г, ПРООН; международный семинар «До­
машнее насилие в отношении женщин», Душанбе, Таджикистан, 30 мая-2 июня 2002,
Фонд «Сорос-Таджикистан»; К международный форум «Переосмысление глоба­
лизации», Гвадалахара, Мексика, 3-6 оетября 2002г, AWID; совеща1ше по пробле­
ме насилия в отношении женщин, Бишкек, Кыргызстан, 19 октября 2002г.. Акаде­
мия МВД КР; международный семинар по Конвенции о ликвидации всех форм дис­
криминации в отношении женщин. Берлин, ФРГ, 13-15 марта 2003г., Институт Гер­
мании по правам человека; республиканская научно-практическая конференция «5
лет Уголовному кодексу Кыргызской Республики: проблемы дальнейгаей либера­
лизации уголовной политикигосударства»,Бишкек, Кыргызстан, 15 мая 2003п,
КРСУ; совещание по обсуждению законопроекта «О бытовом насилии», Астана,
Казахстан, 20 мая 2003г., Ю Н И Ф Е М ; семинар «Роль СМИ в достижении тендерно­
го равенства и предотвращении насилия в отношении женщин», Чолпон-Ата, Кыр­
гызстан, 26-29 июня 2003г., Ю Н И Ф Е М ; региональный семинар «Мобилизация
усилий местных сообществ в целях преодоления тендерного насилия», Бишкек, Кыр­
гызстан, 22-24 июля 2003г., Ю Н И Ф Е М ; международная научно-практическая кон­
ференция «Единое образовательное пространство X X I века», Бишкек, Кыргыз­
стан, 2-3 октября 2003г, КРСУ; региональная конференция «Оргатоация коорди-
нироващюго отклика на насилие в семье», Бишкек, Кыргызстан, 20-21 октября
2003г., Фонд «Сорос-Кыргызстан»; региональный семинар «Совершенствование
сотрудничества с правоохранительными органами стран Центральной Азии в обла­
сти искоренения гендерного насилия», Алматы, Казахстан, 18-20 февраля 2004г,
Ю Н И Ф Е М ; национальный форум «Совершенствование национального механизма
предотврашения насилия в отношении жешцин», Бишкек, Кыргызстан, 23-24 нояб­
ря 2004г., Администрация Президента Кыргызской Республики, Фонд Сорос-Кыр­
гызстан, Ю Н И Ф Е М ; международная конференция «Преступность и ее предотвра­
щение в странах переходного периода», Баку, Азербайджан, 9-14 апреля 2005г,
ДАЛД.
Основные положения настоящего исследования отражены автором в 31 публика­
ции по теме исследования.
Кроме того, автор принимала участие в качестве члена рабочей группы в подготовке
Заюна Кыргызсюй Республики «О социально-правовой защите от насилия в семье» и
Закона Кыргызсюй Республики «Об основах госуц^ктвенных гарантий обеспечения ген­
дерного равенства», в проведении гендерной экспертизы Уголсвного юдекса Кыргызс­
юй Республики, в разработке механизмов реализации Заюна Кыргызсюй Республики
<<0 социально-правовой зашиге от насилия в семье», в подготовке Второго периодичесю-

11
го доклада Кыргызсиэй Республики о выполнении международной Конвенции «О ликви­
дации всех форм диофиминации в отношенин жвшцин», а также в подготовке и апробации
учебной протраммы по повьппению гендсрной чувствительности сотрудников органов
внутренних дел и npoi^aiypbi Кыргызской Республики. Автором предложепа и реали­
зовала идея создания групп самоподдержки как новых негосударственных специализиро­
ванных субъектов профилактики, работающих на местном уровне во взаимодействии с
другими партнерами из госуцарствепного и общественного секторов в целях предупреж­
дения преступното насилия в отношении женщин.
Материалы исследования используются при преподавании курса криминологии
и спецкурса «Проблемы предупреждения домашнего (семейного) насилия» в KHJJ-
гызско-Российском Славянском университете и спецкурса «Предупреждение наси­
лия в отношении женщин» в Академии МВД Кыргызской Республики.
Струкпгура и объем диссертации. Диссертация включает: титульный лист, со­
держание, введение, основную часть, состоящую из трех разделов, шести подразде­
лов, 21 пункта, а также заключение, список использованных источников, список со­
кращений, 6 приложений. Объем диссертации составляет 378 страниц, диссертация
содержит 30 таблиц.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ Р А Б О Т Ы

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследова­


ния, определяются его цель и задачи, описываются методология и методика проведе­
ния исследования, характеризуются степень нг^^ной новизны, теоретическая и прак­
тическая значимость работы, формулируются основные положения, выносимые на
защиту, представлены результаты апробации проведенного исследования, указьгаа-
ются структура и объем диссертации.

Раздел первый «Общее понятие о преступном насилии в отношении жен­


щин» состоит из двух подразделов и восьми пунктов.

Первый подраздел раздела первого «Понятие и признаки преступного наси­


лия в отношении женщин» посвящен рассмотрению проблемы насилия в отноше­
нии женщин в историческом, системном и гендерном аспектах, раскрытию на этой
основе понятия преступного насилия в отношении женщин как составной части соци­
ального Василия.
Автор прежде всего останавливается на рассмотрении понятия социального наси­
лия. Констатируется, что насилие как социальное явление сушествова;ю всегда, во всех
цивилизациях и общественно-экономических формациях, менялись лишь объем и каче­
ственные характеристики насилия, определяемые социальными процессами каждого
кошфетного исторического этапа развития общества. При этом, несмотря на то, что
проблема насилия как жизненно важного и неотъемлемого элемента обществешюпо бытия
постоянно подвергалась и^чению многими нг^^ками, само понятие «насилие» до насто­
ящего времени остается многозначным и дискуссионным. Наиболее широким является
понимание насилия как поведеиия, наносящего вред другим, либо как принуждение,
ограничение свободы выбора, «узурпация свободной воли». Более узкое понимание

12
огра1ШЧивает насилие причинйшем физического, психического или материального (иму­
щественного) вреда. И в самом узком смысле под насилием понимается причинение
физического вреда, нарушение физической пеприносновенности личности Такой под­
ход к пониманию насилия делает обоснованными суждения многих ученых о том, что
решать данную проблему только в рамках уголовного права уже не представляется
перспективным. Необходимы и широкие криминологические исследования.
При рассмотрении насилия как объекта криминологического исследования прежде
всего встает вопрос о его природе, то есть имеет ли оно преимущественно биологическое
происхождение или социальное. Обсуждение различных точек зрения на эту проблему
приводит автора к заключению, что правы исследователи, считающие специфические
особенности агрессивности у человека следствием специфических же для человека усло­
вий жизни, то есть следствием особенностей той социальной среды, которую он в процес­
се своего исторического развития для себя создал. При таком понимании проблема при­
чин агрессивности превращается в проблему исследования тех социальных причин, кото­
рые агрессивность вызывают. Следовательно, насилие в отличие от понятия «агрессия»
имеет социальный аспект.
Указывая, что многие выдающиеся мыслители античного мира, эпохи Возрожде­
ния, времен буржуазных революций так или иначе касались в своих трудах рассмот­
рения идей, связанных с насилием в природе и обществе, автор отмечает, что они
постепенно сформировали широкое понимание его как социального насилия, которое
как философская категория имеет свое внутреннее содержание, сущность которого
составляют материальные и духовные явления и процессы, протекающие в опреде­
ленной социальной среде в определенный исторический период времени. В основе
детерминации социального насилия лежат прежде всего неудовлетворенные соци­
альные потребности - в престиже, достижении определенного статуса, самоутвержде­
нии. Многочисленные исследования показывают, что степень <(разрыва» в возможно­
стях удовлетворения социальных потребностей, как правило, зависит не только от
индивидуальных особенностей людей, но, главным образом, от социально-экономи­
ческого статуса личности, ее положегшя в иерархической структуре общества. Следо­
вательно, можно утверждать, что социальная неудовлетворенность порождается и
углубляется объективно существующим естественным (различные природные дан­
ные людей) неравенством и социальным неравенством, вызванным неодинаковым по-
чожением различных социальных классов, слоев и групп в системе обществентплх
отношений, в социально-экономической структуре общества. При этом сотцшльное
неравенство - это условия, при которых люди имеют разный доступ к таким соци­
альным благам, как деньги, власть, престиж.
Особое значение имеет не само социальное неравенство (оно неизбежно), а пршщи-
пы его осуществления. Но, несмотря на тенденцию к возрастанию равенства в возмож­
ностях (государстветшое образование, медищшское обслуживание и др.), неравенство в
распределении доходов продолжает существовать. Система установившихся в обще­
стве отношений и степень социальных противоречий, существующих в этой системе, в
частности, между труцом и кахшталом, между бедными и богатыми, между мужчинами
и женщинами, между поюлениями, между конфессиями, между национальностями и др.
обусловливают также и уровень «насыщения яасилиею) того или иного общества. От­
сюда вытекает, что насилие как реальное явление общественной жизни приобретает

D
системный характер, и все сферы жизнедеятельности общества пронизаны насилием -
культурным, насилием эижомики, политическим и другими его видами, что даже право
поражено насилием (Я.И.Гилинский). В результате социальное насилие часто становит­
ся средством осуществления внешней и внутренней политикигосударства,борьбы за
власть, методом «разрешения» этических, межкультурных, этнических, конфессиональ­
ных, межличностных конфликте».
Содержание социального насилия проявляется в различных видах и формах наси­
лия В настоящее время существует множество типологий и классификаций видов
социального насилия, дифференцировашплх по различным основаниям и отражаю­
щих его многоликость. Вместе с тем, по мнению автора, во М1югих исследованиях
наблюдается смешение видов, форм, характера проявления насилия, не всеша при­
сутствует обязательное разграничение социального насилия на легальное и крими­
нальное и. следовательно, на непреступное и преступное Автором предлагается клас­
сификация, в которой в качестве субъекта-объекта насилия могут выступать государ­
ство, общество, семья, личность, что позволяет с определенной степенью условности
отразить наиболее характерные виды насилия, присущие внутреннему содержанию
понятия социального насилия, выявить характер и формы его проявления. Автор
указывает; что основное внимание исследователей всегда вызывали преимущественно
такие виды социального насилия, как политическое, экономическое, культурное, что
было обусловленогосударствешп>1мии межгосударстветшыми интересами в разре­
шении политических, экономических, межэтнических, религиозных и других конфлик­
тов. Достаточно подробно изучались также и проблемы насилия в семейно-быговой
сфере и межличностных отношениях. Анализ с тендерных позиций именно этой обла­
сти жизнедеятельности людей позволил в 70-хгодахX X века очертить контуры ново­
го, имеющего специфический характер, «феномена» в проблеме социального насилия
- насилия в отношении женщин.
Термин «гендер» (социальный пол) используется для обозначения исторически
сформировавшихся в разных культурах, социально и культурно обусловленных, из­
меняющихся во времени и пространстве различий между полами. Это могут быть
различия между мужчинами и женщинами в семье, в быту и на работе, которые отра­
жаются нетолыяэв социальных ролях, выполняемых ими, но и в их представлениях,
поведении, предпочтениях, стиле и образе жизни, поддержке, нуждах, потребностях,
социальных ожиданиях и жизненных устремлениях, доступе к ресурсам и благам.
Следовательно, «гендер» относится в равной степени как к мужчинам, так и к женщи­
нам, а также к их социально и культурно обусловленным отношениям (гендерным
отношениям) в сфере разделения прав и обязанностей, ресурсов и благ, власти и
привилегий, и является продуитом социализации, в то время как биологический пол
- результат эволюции. Тендерные отношения по своему существу являются опгоше-
ниями власти, которые функционируют в семейной, производственной и обществен­
ной жизни и исходят изтого,что между женищнами и мужчинами нет неравенства,
которое бы имело природную, биологическую основу, но есть различия, ими обус­
ловленные. Таким образом, добавление гендерного измерения к пониманию насилия
не только расширило понимание социального насилия в целом, но и позволило выде­
лить насилие в отношении женщин как особую функциональную категорию.

14
Как показал исторический анализ, насилие в отношении женщин, в том числе и его
преступные формы, имело свою опору и развивалось главным образом в институтах
брака и моральное право мужчины контролировать и наказывать свою жену и детей,
применяя физическую силу, просуществовало почти до X X века. При этом право
мужа подвергать наказаниям свою жену было закреплено как его естественное право
Исследование современных тендешдай в мировом, региональном и нащюнальном мас­
штабах выявило, что насилие в отношении женщин продолжает оставаться широко
распространенным явлением (в среднем в мире каждая третья женщина в своей лич­
ной жизни подвергается насилию), оно многообразно и в различш>1х странах имеет
свои особенности, обусловленные историческими, политическими, экономическими,
социальными и культурными условиями этих стран.
Но независимо от общего контекста страны наиболее часто встречаются различ­
ные формы насилия в отношении женщин в семье, сексуальные преследования в
сфере трудовых опюшений и в сфере получсн!м образования, торговля женщинами
с целью сексуальной эксплуатации. Хотя в целом женщины подвергаются насилию
независимо от расы, этнической принадлежности, возраста, материального положе­
ния, образовательного и социального статуса, сексуальные домогательства и торгов­
ля с целью сексуальной эксплуатации распространяются преимущественно на деву­
шек, молодых незамужних и замужних женщин и часто связаны с их экономическим
выживанием. Что касается насилия в семье, то оно является «невидимым», обьщенной
стороной семейной жизни и воспринимается как приемлемый стандарт поведения.
Исследования показьтвают, что насилие в семье испытывают практически все возрас­
тные категории женщин с любым экономическим и социальным статусом.
При этом сравнительный анализ отношения государства и общества к насилию
над женщинами в разных культурах показьшает, что внутри современных патриархат-
ных обществ, например в мусульманских странах, и сегодня использование власти
мужчинами как формы контроля над женщинами поддерживается всем комплексом
юридической, политической и экономической власти. Поскольку женщргаы в процессе
социального воспроизводства репродуцируют границы этнических, национальных
групп и передают культурные ценности через воспитание детей, то на них в патриархат-
ном государстве возложена нопш «матерей нации», которая требует неустанного юнт-
роля, особенно за их моральным поведением Поэтому требовшшя мужчин к поведе-
шпо жен1цин, трансформируясь в требования «нации», могуг быть такими же насиль­
ственными (убийство «чести», забивание камнями за внебрачную связь), как соатовпая
тирания или тирания родственников. Социальная вторичность женщины в системе пат-
риархатных ценностей приводит к тому, что даже посягательства на половую неприкос­
новенность женщин рассматр1таз10тся лишь как обиествекно опасные действия против
семейно-имущественных прав муткчины.
В резучьтате закрепления таких традиционных представлений женщины, как кон­
статирует автор, продолжают и сегодня оставаться в ряде стран Центральной Азии
«товаром», «движимым» имуществом мужчин и, более того, имуществом уже самого
патриархапюгогосударства,которое можно продать за «госудгфственный калым», что
имеет место, например, в Туркменистане. А в шобальном масштабе мужчины 1ак потре­
бители создают постоянный спрос, и женишны, являясь «товаром», призваны, по мне-

15
нию мужчин, этот спрос постоянно удовлетворять, это приводит к всевозрастающей в
размерах торговле женщинами с целью сексуальной эксплуатации.
С другой стороны, во многих странах, в том числе и в демократических, несмотря
на политическое осознание прав человека-женщины и их юридическое закрепление, на
уровне культур1п>1х норм часто продолжает существовать патриархатное мировоз­
зрение. Именно оно санкционирует и поддерживает субординационную роль жен­
щин в частной сфере (брак и семья). Эта сфера, как правило, невидимого и неоплачи­
ваемого женского труда и сегодня характеризуется сложившимися веками назад ген-
дерными ролями женщин и мужчин в семейных отношениях. При этом если на уровне
социума игосударстванасилие открыто критикуется и осуждается, принимаются
меры по его снижению, то насилие в семье часто продолжает быть закрытым от соци­
ального контроля. В общественной сфере жизни проявление патриархатного миро­
воззрения состоит в том, что женщина, хотя и не исключается из социума, но в то же
время подчиняется субординации внутри его институтов. Ярким подтверждением
возникающих в этой связи отношений власти и подчинения являются различного
рода сексуальные домогательства, которые показьтают, что место вторичного суще­
ства - женщины - в общественной иерархии жестко определено как низкостатусное.
Это позволяет утверждать, что насилие в отношении женщин уходит корнями в
гпубшгаые процессы поляризации обществетюго воспроизводства, в разделение его
на материальное производство и социальное воспроизводство. Материальное произ­
водство, являясь первич1п>1м в жизни любого общества, по своим целям, задачам и
методам управления практически всегпа и везде в истории развития человечества
было .мужским доменом. Что касается женщин, то в силу своей репродуктивной фун­
кции они также всегда и везде традиционно вытеснялись в систему социального вос­
производства, которая носила вторичный характер. Сфера семейных отношений вслед­
ствие своей относительной замкнутости, консервативности и автопомиости в целом
развивалась медленнее сферы материального производства, что способствовало боль­
шему проявлению в ней неравенства полов. Из-за гендерной асимметричности этих
систем производство и собственность получили большее правовое обеспечение, при
этом право ориентировалось в большинстве случаев на мужчину, как на человека,
являющегося субъектом права. Сфера же воспроизводства (домохозяйства) оказа­
лась в определенной степени литейной гарантий права, поэтому предотвращение
насилия над женщиной в семейных отношениях оказалось мало задействованным пра­
вовым регулированием.
Следовательно, повышенная уязвимость женщин по от1юшению к насилию осно­
вывается на определенных причинах, имеющих тендерный характер и связанных, во-
первых, с тем, как трактуются роль и положение женпщны в общественной иерархии
(например, во многих культурах женщина до сих пор рассматривается как второсор­
тный человек), во-вторых, с тем, что многие культуры воспринимают женщину в
семейном контексте прежде всего как собственность мужчин, в-третьих, с принад­
лежностью женщин к определенной социальной группе, поэтому жестокое обращение
с жетцинами во времена вой1г, этнических, кастовых, религиозных и классовых конф­
ликтов часто направлено на унижение той социальной группы, к которой она принад­
лежит. Следуя предложенной выше классификации по субъекту-объекту насилия.

16
следует признать, что в трех сферах - семья, общество (община) игосударство-
объективно имеет место насилие в опюшении женщин
Семья подготавливает к жизни в обществе и восприятию сложившихся в нем
отношений, в частности, отношений подчинения и доминирования, неравного распре­
деления труда между полами и праву мужчин распоряжаться ресурсами либо равпо-
партнерских отношений, построенных на взаимном уважении прав каждого. Обще­
ство (община) обеспечивает через сощ1альные, культурные, религиозные и этономи-
ческие институты поддержание контроля мужчин над сексуальностью, мобильнос­
тью, трудом женщин либо равенство между мужчинами и женщинами. Государство
обеспечивает семью и общество правовой основой для поддержания тех или иных
сложившихся гендерных отношений. При этом стоимость насилия в отношении жен­
щин невероятно высока, в частности, как объект насилия женщина теряет здоровье
либо жизнь, очень часто семью, возможность получения образования, работу, профес­
сионализм, уважение в обществе; возможна деградация ее личности с такими послед­
ствиями, как криминализащи, проституго», наркомания, алкоголизм. Семья теряет
полноценное потомство, возможность нормального воспитания детей, стабильный эко­
номический статус, созидательную функцию семьи, что приводит очень часто к распа­
ду семейных отношений. Общество теряет личность, профессионального работника,
семью как ячейку общества, и как с.чедствие - интеллект, таланты, труяовые ресурсы,
толерантность, стабильность и, наконец, потенциал для развития. Государство теряет
прежде всего правовой имидж и, самое главное, безопасность социальную к политичес­
кую.
Поэтому в широком понимании, а именно с позищш прав человека, насилие в отно­
шении женщин, являясь структурной частью социального насилия, представляет со­
бой любое нарушение прав женщин, любую дискриминацию по признаку пола. С точки
зрения уголовного права насилие - это поведение, которое включает в себя нанесение
физического, психического и сексуального повреждения, и в этом смысле его можно
рассматривать с позиции законодательного регулирования. Следовательно, рассматри­
вая насилие в отношении женщин в таком аспекте, не все существующие его ввды можно
отнести к преступным. При этом автором констатируется, что само понятие преступно­
го насилия в юридической литературе является достаточно сложным, и до сих пор нет
его легального определения.
В этой связи автор полагает, что содержание преступного насилия в отношешш
женщин определяется степенью и характером его общественной опасности, противо­
правностью, умышленностью, совершением на основании социополового признака,
вопреки и помимо воли личности, лишением свободы, нанесением вреда здоровью
различной степени тяжести или убийством. При этом в качестве одной из форм про­
явления преступного насилия в отношепии женщин автор считает целесообразным
выделить сексуальное насилие. Признаком, отграничивающим в определенных ситу­
ациях сексуальное насилие от физического и психического, следует считать носящее
объективно сексуальный характер действие или угрозу действием, целью которого
является возбуждение или удовлетворение сексуальной потребности (половой стра­
сти) вопреки или помимо воли потерпевшего.
Автор отмечает, что в настоящее время те позитивные изменения, которые пре­
терпели общество и индивид, требуют перехода к новым оттюшениям мужчин и жен-

17
щин в сощ1уме - партнерским и равноправным. И речь идет не о социальном приори­
тете женщин, как того добивается феминизм, а о гендерной сбалансированности ролей
обоих полов. Поэтому принципиальное значение имеют следующие аспекты:
1.Позиция правовой системыгосударстваи то, как она решает эту проблему.
Изменяя зако1ш, можно создавать новые нормы поведения, отражающие новые цен-
1ГОСТИ в отношении женщин, направленные на повьппсние ее личностного и обществен­
ного статуса, и таким образом закреплять их в массовом сознании.
2.Социальное положение и психологическое состояние женщины, пострадавшей
от насилия Обычно от насилия, особенно физического, страдают женщины, находя­
щиеся в зависимом положении, причем часто они из чувства стьща не могут признать­
ся в своих страданиях и не видят выхода из сложившегося экономического и социаль­
ного положения. Такие женщиш.1 нуждаются в срочном лечении, правовой защите,
мерах реабилитации, а иногда- и в обеспечении долговременной безопасности.
З.Культурные ценности, формирующие отношение к женщине с позиции силы.
Часто существующие в обществе культурные традиции и обычаи, включая религиоз­
ные, ставящие женщину ниже мужчины, являются определяющим фактором форми­
рования насильственного поведения в отношении женщин.
Следовательно,государствонапрямую вовлечено в гендерные отношения и каж­
доегосударствовоплощает определенный «гендерный режим», который поддержи­
вает или преследует преступное насилие в отношении женщин.

Во второй подразделе раздела первого «Криминологическая характеристи­


ка преступного насилия в отношении женщин в Кыргызской Республике» пред-
ставле!ю исследование состояния, структуры и динамики преступности в отношении
жен1цин. дана криминологическая характеристика наиболее распространенных видов
преступлений, а также рассмотрены особенности проявления насилия в семейных
отношениях, характерные для традиционной культуры народов Кыргызстана.
Автором показано, »то в настоящее время преступное насилие в отношении жен­
щин проявляется в Кыргызстане в таких общих для многих стран сферах, как семей­
ные опюшения, рабочее место и учеба, торговля женщинами с целью сексуальной
эксплуатации. Изучение состояния, динамики и структуры преступности в отноше­
нии женщин в Кыргызской Республике позволяет сделать вывод, что группа тяжких
преступлений против личности, включающих убийство, причинение тяжкого вреда
здоровью и изнасилование, характеризуется в целом достаточно высоким уровнем.
При этом отмечена высокая естественная и искусственная латентность преступного
насилия в отношении женщин в целом.
Общее количество преступлений, совершаемых в отношении женщин, сжегод1ю
достигает в среднем 25-26% от общего числа преступлений против личности. При
рассмотрении структуры преступности с позиции преступлений, совершенных толь­
ко в отношении женщин, выявлено, что тяжкие преступления составляют ежегодно до
44%, а умышленное причинение легкого вреда здоровью - до 33% всех зарегистри­
рованных преступлений данной категории. Причем относительно последнего вида
преступлений отмечается непрерывный его рост в отношении женщин (от 3 1 % в
1999г. до 48% в 2002г.), то есть женщины в 2002годуявлялись практически каждым
вторым потерпевшим от умыпшенного причинения легкого вреда здоровью. Лбсо-

18
лютное болыпинство (до 100%) женщин - это потерпевшие от изнасилования и при­
нуждения к вступлению в брак, затем по мерс убывания идут истязания - 72% и
побои - 41 % потерпевших-жеищин. Что касается насильственных действий сексуаль­
ного хЕфактера, то от 50% до 80% потерпевших от этого вида преступлений составля­
ют несовершеннолетние лица.
До 1998 года в Кыргызстане проводилась регистрация тяжких преступлений в
семейно-бытовой сфере (убийства и причинения тяжкого вреда здоровью устойчиво
составляют свыше 10-15% всех зарегистрированных преступлений этой категории),
но с 1999 года и эта статистика отсутствует. При этом количество потерпевших от
насильстветгаых преступлений в семье, в том числе и по признаку пола, из общего
массива потерпевших не выделяется По мнению автора, указанные факты являются
показателем того, что существующая информация о насилии в семье правоохрани­
тельными и другими государственными органами глубоко не анализируется, и госу­
дарство в определенной степени самоустраттлось от профилаюгической работы в
семье. Министерство внутренних дел Кыргьпской Республики имеет информацию о
вызовах на семейные скандалы, о количестве пострадавших и привлеченных к ответ­
ственности за правонарушения в этой сфере ЛШ1, тем не менее, гендерно-раэделенной
криминальной статистики по фактам семейного насилия пока не существует, что явля­
ется большим пробелом, не позволяющим достаточно адекватно оценивать изменения
в этой области. Из-за общего увеличения количества преступлений на фоне значи­
тельной рабочей нагрузки на правоохранительные органы, снижения их численности
и узддшения профессионального уровня сотрудников сложная, нередко скрьгааемая
проблема насилия в семье часто оказывается на втором плане.
В сбсф данных о насилии в отношении женпшн включаются и негосударственные
специализированные субьекты - кризисные центры и убежишз. но. к сожалению, стати­
стика этих учреждений не имеет единых критериев и форм оценки, что также затрудняет
анализ данной проблемы. Тем не менее, сведения, предоставляемые кризисными цент^
рами, как считает автор, позволяют в определенной степени оценить величину латент­
ной престушюсти, отделить естестве1шую или скрытую ее часть от искусственной ла-
тентности. В целом достаточхю объективную картину об общем состоянии преступного
насилия в отношении женщин в первом приближении дает и анализ результатов социо­
логических опросов различных социальных групп населения Следовательно, в лопол-
нйше к существующей криминальной статистике либо при ее частичном отсутствии
можно использовать данные кризисных центров, неправительственных орттшзаиий и
обшсственных опросов, которые об.чадают необходимой степенью надежности, на что
указывает все более широкое их применение в научных исследованиях.
Наиболее латентны половые прест^ттления, в том числе сексуальные домогатель­
ства, насильственные деяния в семье, преступления, связанные с торговлей жешцина-
ми в целях сексуальной эксплуатации. В частности, по данным экспертных учрежде­
ний республики, количество изнасилований больше, чем число зарегистрированных в
эти годы фактов изнасилования в 1,5-2 раза, а по сведениям кризисных центров и
экспертов, примерно в 5-6 раз. При этом распространенность случаев сексуальных
домогательств превышает число изнасилований в 7-8 раз, и в подавляющем боль­
шинстве они происходят в сфере трудовых отношений или получения образ<жания.
Сама же сущность сексуального домогательства заключается втом.что половая роль

19
женщины становится выше ее сощ!альной фунищи работника. В основе домогатель­
ства всегда присутствует угроза, при которой жертве предлагается либо подчиниться
сексуальным требованиям, либо пострадать от последствий. Поэтому чаще всего та­
кое сексуальное домогательство - это даже не попытка сексуальной близости, а, ско­
рее, использование властных отношений подчинения и доминирования, особенно в
отношениях между полами. Как правило, такое явление имеет место преимущественно
в тех сферах жизнедеятельности, где человека заставляют поступиться своими сексу­
альными правами прежде всего ради экономического выживания.
Обобщение данных кризисных центров за 1997-2001 годы относительно фактов
насилия в семье выявляет, что физическое, психологическое и сексуальное насилие в
семье испытали свыше 50% жешщгн и девушек из 29300 лиц, обратившихся во все
кризисные центры страны за помощью. Вместе с тем престухгаое насилие в отношении
женщин в семейных отношениях имеет в Кьтргызстане и свои особетшости, связанные
с сохранившимися дискриминационными по своему характеру обычаями - насиль­
ственной кражей невест и полигинией. Данные обычаи способствуют совершению
таких преступлений, как принуждение женщины к вступлению в брак, двоеженство и
многоженство, ответственность за которые предусмотрена в уголовном законода­
тельстве Кыргызской Республики. Принуждение женщины к вступлению в брак мо­
жет осуществляться также посредством договора между родителями и тесно связано
с двоеженством и многоженством. С другой стороны, многоженство может и не иметь
принудительного характера, тем не менее, внутрисемейные отношения в таких браках
достаточно сложны и могут характеризоваться проявлениями насилия как в первых,
так и в последующих семьях. Отличительным свойством субъектов многоженства
является их высокий экономический и социальный статус, что негативно отражается
на формировании морально-этических позиций молодежи. Автор отмечает; что фак­
тически данные преступления все более распространяются в настоящее время, не
подвергаясь при этом сколько-нибудь серьезному правовому преследованию, хотя
их особая общественная опасность прежде всего в том, что создается нездоровая
первичная основа для потенциальных мэнфликтных ситуаций в семейных отношениях,
перерастающих в будущем в насильственные преступления, и в целом для нравствен­
ного воспитания подрастающего поколешм. Проведенные с участием автора исследо­
вания показывают, что пример1ютолькоу 20% женщин из группы насильственно
вступивших в брак семейная жизнь сложилась более или менее нормально. В качестве
характерных условий зкизни своих семей шюгие женщины отметили отсутствие пони­
мания между супругами по различным вопросам семейной жизни (42%), частые кон­
фликты в семье (56%), )трозы и оскорбления (47%), избиения (31%).
Таким образом, ч^)ез данные дискриминационные обычаи прослеживается нера­
венство возможностей женщин и мужчин в выборе личной жизненной парадигмы и
вторичность женщины как социального сутцества в системе общественных отноше­
ний. Это проявляется и втом,что в Кыргызстане как положительное явление начина­
ет укореняться в сознании людей ранняя выдача девочек замуж. Даже среди некото­
рых юристов страны существует мнение о снижении брачного возраста для женщин
до 16 лет, что они объясняют ранним половым созреванием, отсутствием требования
обязательного полного среднего образования и частично отсутствием свободных рабо­
чих мест для девушек. Автор полагает, что такой подход является одним из проявлений

20
гендерной дискриминации, поскольку в своей основе связывается с биологическими
характеристиками женщин и не предусмагривает социального содержания личности, в
частности, сформированности такого необходимого в браке качества, как ответствен­
ность. Вопрос заключается в том, почему с такой быстротой и легкостью прошло воз­
рождение дискриминационных обьпаев, объявленных в советское время пережитками
прошлого. По-видимому, советское госуд^)ство как государство тоталитарного типа,
само построенное на системе власти и подчинения, не в состоянии было устранить
внутреннюю основу для прекращения дискриминации женщин, которая репродуциро­
валась прежде всего в институтах семьи и брака. Поэтому с точки зре1шя автора пред­
ставляется, что в сложившихся на современном этапе в Кыргызстане социально-эконо­
мических условиях необходимо переосмысление процесса социализации личности с уче­
том гендерных аспектов властных отношений между полами, имеющих место в культур­
ном контексте народов Кыргызстана.
Анализ ситуации с торговлей женщинами в Кыргызстане показывает, что реаль­
ное количество вывезенных из страны женшин в десятки раз превышает официальные
данные. В этой связи автор отмечает, что долгое время существовало мнение, что
проблема перемещения женской рабочей силы в страны с более высоким уровнем
жизни, во-первых, не является масштабной, так как выезжает ограниченное количе­
ство женщин, и, во-вторых, это проблема аморальности женшин. Но никто не задумы­
вался над тем, почему аморальными становятся чаше всего именно бедные женщины
из сложных Б экономическом отношении стран и регионов. Многочисленные исследо­
вания показали, что эта проблема уходит корнями в сложившееся глобальное разделе­
ние труда, в котором женщины-мигранты играют вполне определенную роль. При
этом выбор профессий, предлагаемых женщинам за рубежом, не такой большой, как
для мужчин, кроме того, женщинам изначально предлагаются другие профессии, чем
мужчинам. Во всех принимающих странах женщины-мигранты выполняют роль де­
шевых провайдеров различщ-хх сексуальных и околосеюсуальных услуг, а поскольку
все эти сферы занятости являются рискованными и в определенной степени марги­
нальными, женщины-мигранты в целом представляют фуппу повышенного социаль­
ного риска (Е.Тюрюканова). В принимающих странах, по мнению российских иссле­
дователей, спрос на этот труд будет возрастать, что делает проблематичным вопрос
уменьшения притока, особенно нелегального, женщин-мигрантов в эти сферы. Таким
образом, маргинальность женщин-мигрантов, приводящая к их сексуальной эксплу­
атации, - это социальный конструкт, отражающий общую гендерную асимметрию в
социальной сфере (низкий социальный статус жешцин, неравноправное положение в
семье, сдвиг в сторону низкооплачиваемых секторов занятости). Поэтому автор пола­
гает, что необходимо разграничить уголовно-правовое преследование за торговлю
людьми и социальный аспект проблемы, связанный с неэффективностью современной
модели международной трудовой миграции. Это позволит найти именно социальные
причины, способствующие привлечению женщин в секс-индустрию, и разработать
меры гендерно-социальной политики, способные ограничить это явление.
Проведенное на данной эмпирической основе исследование криминологических
характеристик указашмх выше преступлений позволяет констатировать, что в силу
высокой естественной латентности многих нарушений прав женпщн официальные ста­
тистические данные дают лишь приблизительное представление о состоянии преступ-

21
ности, сложившейся в этой области. При этом в числе основных детерминант суще­
ствования преступного насилия в отношении женщин можно назвать прежде всего
культурные факторы, к которым следует отнести существующие в семье и обществе
традиционные представления относительно исполнения мужских и женских гендер-
ных ролей, основанные на властных отношениях и порождающие фактическое нера­
венство между полами; социализацию людей в соответствии с жестко закрепленными
гендерными ролями; представление о семье как о частной сфере, находящейся пре-
имушестветго под мужским контролем; приемлемость насилия как средства разре­
шения конфликтов Необходимо выделить влияние и религиозного фактора, посколь­
ку религия не дает необходимых предпосылок для развития гендерного мировоэзре-
1ШЯ в обществе и семье. Затем следует указать экономические факторы, в частности,
значительное неравенство в экономическом состоянии и возможностях мужчин и жен­
щин; экономическую зависимость женщин от мужчин; ограниченный доступ женщин
к кредитам и ресурсам, к занятости в формальном и неформальном секторах Нако­
нец, юридические факторы, такие, как неразработанность некоторых норм права,
например, в части трудовой миграции, предупреждения сексуальных домогательств,
защиты от насилия в семье, обеспечения гендерного равенства; низкий уровень пра­
вовой грамотности населения в целом.

В разделе втором «Современные механизмы предупреждения преступного


пасялия в отношении женщин и преодоления его последствий», состоящем из
одного подраздела и четырех пунктов, в историческом и сравнительно-правовом ас­
пектах дан анализ международно-правовых документов, инструментов, национальных
законодательных инициатив в сфере предупреждения преступного насилия в отноше­
нии женщин и борьбы с его последствиями.

В подразделе первом раздела второго «Международный опыт решения про­


блемы преступного насилия в отношении женщин», изучая международно-право­
вые документы и инструменты в области борьбы с престутп.1м насилием в отношении
женщин, автор отмечает; что международная защита прав женщин получила свое разви­
тие одновременно с возникновением института международной зашиты прав человека
после Второй мировой войны. Мировое сообщество признало, что одной из соци­
альных групп, права которой нуждаются в особой защите, являются женщины, по­
скольку сре;щ лиц, подвергаемых разного рода насилию, женщины составляют подав­
ляющий по численности контингент. Поэтому постоянная работа по разработке между­
народно-правовых документов в области защиты прав женщин шла практически до
Еюнца X X века, что позволило закрепить соответствующие норкпл в различных между­
народных актах - декларациях, пактах, конвенциях, принимаемых Организацией Объе­
диненных Наций, а также Советом Европы и пругтии межгосударственными организа­
циями. В настоящее время они служат важными источниками для законотворчества и
контроля за соблюдением прав человека-женщины на национальном уровне.
С точки зрения борьбы с насилием ув отношении женщин наиболее значимыми
автор считает Декларацию об искорении насилия в от1тощепии женщин (1994 г.) и
Конвенцию ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин
(1979г.). Декларация об искорении насилия в отношении женщин, представляющая

22
собой первый официальный свод международных норм по защите женщин от наси­
лия, обозначила и главные области его проявления: в семье, в обществе и со стороны
государства. Тем самым декларация затрагивает такие формы насилия, как полити­
ческое насилие, потеря безопасности в обществе, насилие в области трудовьк отноше­
ний. Важно подчеркнуть, что к насилию, осуществляемому в обществе, декларация
относит сексуальные домогательства и запугивание на работе, в учебных заведениях
и в других местах, торговлю женщинами и принуждение к проституции. Конвенция
ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин является не толь­
ко международшлм биллем о правах женщин, но и программой действий государств-
участников в целях обеспечения гарантий осуществления этих прав. Следует отме­
тить, что принятиеэтойконвенции есть установление международных правовых стан­
дартов, обязательных для всехгосударств,объявляющих себя демократическими и
социальными.
Исследуя продвижение политики признания и реализации прав женщин, автор
отмечает, что беспрецедентными в этом отношении стали девяностыегодыX X столе­
тия. В 1993годуВсемирная конференция по правам человека в Вене призвала всех
участников ликвидировать «насилие в отношении жешцин в общественной и частной
жизни» и провозгласила, что права девочек и же1шщн являются «неотделимой частью
всеобщих прав человека». Проблема насилия в отношении женщин также стала глав­
ной темой обсуждений на IV Всемирной конферетщи ООН по положению женщин в
Пекине в 1995 году и вошла в итоговые докзтиенты - Пекинскую платформу дей­
ствий и Пекинскую декларацию. Данный процесс был продолжетг Генеральной Ас­
самблеей ООН в 2000году,когда бьш обсужден и принят новый документ «Женщины
- 2000: Гендерное равенство, развитие и мир для X X I века», также отражающий
необходимость борьбы с насилием в отношении женщин. Таким образом, к началу
X X I века была создана достаточно всеобъемлющая юридическая основа для реализа­
ции и защиты прав ткенщин, которая способствовала принятию во многих странах
специальных программ и планов по предотвращению насилия в отношении женщин.
Вместе с тем автор указывает, что национальные планы действий, например в странах
СНГ, в части борьбы с насилием в отношении женщин в действительности часто носят
урезанный характер и офаничиваются половинчатыми мерами, кроме того, их фи­
нансирование носит проблемный характер.
В качестве наиболее действештых международных инструментов защиты женщин
от насилия признана деятельность Комитета по ликвидации дискриминашш в отноше­
нии жешщщ при ООН, а также деятельность специального докладчика (уполномочен­
ного) по вопросам насилия в отношении женщин при Комиссии ООН по правам чело­
века. Вето мандат вхсдит задача не только изучать проблему насилия против женщин,
ее причины и последствия, но также рекомендовать меры по прекращению такого
насилия. В результате достигнутое на международном уровне понимание необходи­
мости борьбы с насилием в отношении женщин во всех его видах и формах привело к
тому, что в ряде стран были обьявлены преступными наиболее бесчеловечные виды
насилия, унаследованные из патриархатиого прошлого, в частности, <окенси)е обреза­
ние», убийства «чести», убийства из-за приданого и др. Однако необходимо отмстить,
что полноценное признание пагубности подобньк видов насилия все еще отсутствует
во многих культурах.

23
в настоящее время, как констатирует автор, наиболее конструктивно многие страны
работают в области законодательных инициатив. Это ратификация и присоединение к
международным конвенциям, пактам и договорам, переосмысление действующего
национального законодательства и разработка новых законов с позиции имплемента-
ции международно-правовых норм и включения гендерного компонента. Например,
большой интерес представляет опыт таких стран, где действуют специальные законы
о равноправии и равных возможностях полов как инструметтл нового подхода к
обшесоциальной профилактике преступного насилия. Основная цельэтихзаконов -
способствовать установлению реального равенства женщин и мужчин при найме на
работу, на рабочем месте и в продвижении по слуткбе, а также пресекать возможность
дискриминации по гендерному признаку. Механизм реализации этих законов часто
связан с введением особых уполномоченных лиц (ombudsmen) по делам женщин (скан­
динавские страны).
Что касается изменения национальных законодательств в плане развития специ­
альных мер предупреждения преступного насилия, то часто отправным моментом для
его усовершенствования признавалось несоответствие правовых норм о защите по­
терпевших или о наказании насильнинов. В большинстве стран работа, нацелетшая на
уничтожение насилия в отношении женщин, начиналась с реформирования законов
об изнасиловании, рассматривавших это преступление как преступление против нрав­
ственности. Проведенное автором исследование выявляет также неодинаковую ситу­
ацию с законодательством в части предотвращения сексуальных домогательств, сло­
жившуюся в различных странах. Например, во многих странах ответственность за
сексуальное домогательство предусмотрена в уголовном законодательстве (Датшя,
Швейцария), в других странах (Израиль) приняты специальные законы о предотвра­
щении сексуальных домогательств. По сравнению со многими западными государ­
ствами в законодательстве практически всех стран СНГ ототетвует прямая норма,
регулирующая правоотношения, возникающие по поводу сексуальных домогательств,
но в уголовном законе имеются определенные нормы, которые могут быть использо­
ваны в таких случаях Это, в частости, понуждение к действиям сексуального харак­
тера, насильственные действия сексуального характера, но они редко применяются на
практике, на что указывает отсутствие уголовных дел.
Отмечая, что предпосылкой торговли людьми является нарушение политических,
экономических, социальных прав человека, имеющее место в стране его проживания,
автор указывает, что особешю это характерно для стран, переживающих политичес­
кие или экономические катаклизмы либо находящихся в процессе трансформации.
При этом во многих странах мира проблема торговли людьми, особенно в целях сек­
суальной эксплуатации, актуальна на щкгтяжепия уже достаточтго долгого времени,
но она является сравнительно новьш видом преступности для стран СНГ. Опираясь
на международные документы, законодательство многих постсоветских стран пытает^
ся адекватно реапфовать на ситуацию в этом вопросе, например, наиболее полное
законодательство в этой области сформировано в Республике Беларусь. Вместе с тем
заслуживает интерес опыт Швеции, которая ввела ответственность за «покупку сек­
суальных услуг».
Но основная работа в области законодательства велась в направлении преодоле­
ния насилия в семье, поскольку его концептуализация как уголовного преступления

24
в нем представлен вариант специализированного пакета законов, предназначенных
для законодательных органов и организаций, выступающих за принятие гендерно-
спенифического и всеобъемлющего заюнодательства в области предупреждения на­
силия в семье. К настоящему времени специальные законы о предотвращении насилия
в семье имеют примерно 35 стран, а в СНГ они приняты на Украине и в Кыргызской
Республике.
В целом, несмотря на использование в разных странах различных мер правовой
защиты, специальные законы о насилии в семье признаны удобными правовыми инст^
руменгами. Они предоставляют прежде всего судебную защиту потерпевшим от на­
силия и одновременно разрабатывают систему предупреждения насилия в семье.
Средства судебной защиты в виде охранных ордеров обычно включают непосред­
ственную защиту от насилия и угроз насилием, гарантии безопасности потерпевших и
лиц, находящихся на их иждивении, гарантии сохранности их имущества, материаль­
ную помощь без разрыва существующих отнотений с ответчиками. Таким образом,
преимущества данных законов заключаются в запрещении насилия на гендерной ос­
нове, расширении круга преступлений, попадающих в категорию насилия в семье, и
отношений, которые он стремится взять под свою защиту, предусматриваемых им
специальных средствах защиты и, наконец, в эффективности его исполнения. Вместе с
тем некоторые зарубежные специалисты на основании ряда исследований считают,
что институт охранных ордеров не всегда является эффективным средством для пре­
дотвращения насилия в связи с тем, что положение потерпевших может в этом случае
даже ухущпкться По-видимому, политика непрекрашения дела и обязательного аре­
ста, применяемая во многих странах, хотя и позволяет временно предупреждать со­
вершение тяжких преступлений в семье, но не решает сам вопрос о прекрашении
насилия в семейных отношениях. Автор полагает, что наряду с охранными ордерами
необходимы активизация работы социальных служб в целом с проблемной семьей, а
также внедрение реабилитационных программ для лиц, совершивших насилие, хотя
вопрос о реабилитации насильников как одной из мер альтернативного наказания за
совершенное насилие во многих странах является до сих пор дискуссионным. Пред­
ставляется, что в любом случае попытки помочь насильнику понять, что его насиль­
ственное поведение в определенном смысле приобретенное и способно измениться в
лучшую сторону, должны приветствоваться. Необходимо также больше уделять вни­
мания воспитательной работе с различными группами населения в целях изменения
поведения в ситуации насилия от агрессивного к толерантному.
Значительное внимание в мире уделяется также организации самой превентивной
деятельности, которая во многих странах включена в правительственные планы и
программы. Стахювится повседневной практикой обК'чение сотрудников правоохра­
нительных органов, юстиции и судов гендерным знаниям. Имеется интересный опыт
деятельности специальных судов по семейному насилию, например в Канаде, Японии.
В целом приходит понимание, что борьба с преступностью только собственными си­
лами невозможна. Для организации координированного отклика общества и государ­
ства на насилие необходимо более активное подключение учреждений системы обра­
зования, здравоохранения, атакже организаций гражданского общества- кризисных
центров и неправительственных организаций, работающих по преодолению насилия в
обществе, воспитанию в обществетолерантностии др.

25
в этой связи развивается и сама сеть социальных служб, оказывающих экстрен­
ную и пролонгированную помощь пострадавшим от насилия женщинам. К числу
таких социальных служб относятся различные кризисные и консультативные центры.
Сегодня в мире встречаются в основном две организационные модели кризисных
центров - это непосредственно кризисные центры и убежища. Если первые оказыва­
ют немедленную помощь пострадавшей от насилия женщине, то убежища (шелтояы)
в случае необходимости предоставляют при этом еще и временное проживание. К
сожалению, в государствах СНГ большинство из кризисных цетров являются не­
правительственными организациями, работающими на граты от международных
доноров. Но уже имеются примеры, в частности, в Российсюй Федерации, когда
финансирование этих учреждений постепенно перекладьшается на муниципалитеты.
В то же время деятельность кризисных центров показала, что отношение обще­
ства к насилию в отношении женщин в семье продолжает рассматриваться самим
обществом как «внутреннее дело семьи», в которое об1цественность не должна вме­
шиваться. Следовательно, 0Т1ГОщение общественности к проблеме насилия в семье
можно изменить, лишь проводя широкую просветительскую работу. Поэтому в СНГ
кризисные центры активно включились в информационную и образовательную дея­
тельность, в профилактические мероприятия. Наиболее информативными средства­
ми предупреждения насилия в мире признаны широкомасштабные информационные
кампании, включающие целый набор пропагандистских средств - показ видеороли­
ков, фильмов и спектаклей, проведение карнавалов, спортивных состязаний, теле­
шоу и концертов, распространение буклетов, плакатов и листовок, проведение теле­
дебатов, конференций и семинаров. Особенно это важно для стран, где значительная
часть населения, в том числе женщин, неграмотна. Следует отметить, что развитие
новых коммуникаций, в частности Интеркета, способствует более интенсивному об­
мену опытом, знаниями и новыми технологиями в вопросах предупреждения пре­
ступного насилия в отношении женщин.
Но вместе с тем международный опыт показывает, что разработка и принятие
нормативных актов недостаточны для борьбы с насилием в отношении женщин, необ­
ходимы комплексные программы, включающие в себя меры политического, экономи­
ческого, социального характера. Например, для борьбы с торговлей женщинами при­
оритетным является установление тесного мирового сотрудничества, особенно пра­
воохранительных органов, без которого преследование и привлечение к ответствен­
ности всей «цепочки» виновных невозможно. Недостаточно используются огромный
авторитет и потенциал влияния международных организаций для воздействия на миг­
рационные отношения принимающих и поставляющих мигрантов стран с целью сде­
лать их менее напряженными, а Mnrpamroraiyio политику- менее лискриминациотгой,
направленной на расширение легитимного мифационного пространства. Это, несом­
ненно, будет способствовать сужению сферыторговлилюдьми, уменьшению неле­
гальных и особенно криминальных отношений.
Проведенное автором исследование также показало, что совершенно недостаточ­
но используется развитие гражданской инициативы на местном уровне, например,
создание локальных групп помощи в общинах и местных сообществах, пропаганда
существующих во многих культурах традиций соседско-семейного коллективизма и
уважения к старшим членам этих социальных групп. Это направление деятельности

26
представляется весьма перспективным в плане создания безопасного окружения для
женщин в их повседневной жизни, сохранения и укрепления семьи как важного соци­
ального института.
Таким образом, насилие в семье - это, несомненно, нарушение права человека на
личную неприкосновенность. Поэтому основной целью международно-правовой за­
щиты прав женщин является обеспечение того, чтобы женщина стала полноправным
членом общества, имела равные возможности наряду с мужчинами в реализации сво­
ей жизненной парадигмы и бьша защищена от насилия и угнетения в обществе и семье

В разделе третьем «Проблемы предупреждения преступного насилия в от­


ношении женщин в Кыргызской Республике», состоящем из трех подразделов и
девяти пунктов, с позиции гендерного анализа рассмотрены факторы, детерминиру­
ющие преступное насилие в отношении женщин, и проблемы реализации мер по его
предупреждению.

В подразделе первом раздела третьего «Гендерные аспекты насильствен­


ного поведения» представлены исследования проблемы гендерной социализации
личности и факторов риска, а также гендерной природы семейного конфликта.
Автор отмечает, что с позиции гендерного анализа биологически предопределен­
ных ролей вне репродзтггивиой функции не существует. То есть биологическая при­
надлежность к женскому или мужскому полу не может служить основанием для со­
держания той или иной социальной роли, выполняемой человеюм в обществе. В X X
веке усилиями многих ученых произошло развенчание биологической теории нерав­
ноправия, сформировалось видеш1е, согласно которому неравноправие мужчин и
женщин в обществе и семье заданно не природой, а культурой. В результате в рамках
гендерных исследований появилась концепция социального пола, отрицающая «при-
родность», «естественность» гецдерной дифференциации и рассматривающая про­
блемы мужчин и женщин через призму гендерного равенства или неравенства в раз­
ных сферах жизнедеятельности.
При этом было признано, что гсндерное неравенство несет в себе корни многих
противоречий и закладывается в процессе социализации людей системой воспитания,
образования, профессионального роста и продвижения, культурными, экономичес­
кими и политическими условиями, в которые живет любое общество. На процесс
социализации оказывают большое влияние существующие в обществе гендерные сте­
реотипы, которые во многом определяют его направленность. Одни гендерные сте­
реотипы нормируют представления о «женственности» и «мужественности», другие
закрепляют социальн}!© дифференциацию в обществе в виде норм: мужчина - до­
бытчик, кормилец, а женщина - домохозяйка, третьи закрепляют семейную и про­
фессиональную сегрегацию, где 1|!ужчины оцениваются профессиональными успе­
хами, а женщины - наличием семьи и детей. Рассмотрение автором на этой основе
процесса социализации личности в культурном контексте страны позволяет конста­
тировать, что сложившаяся в Кыргызстане система социализации несет в себе эле­
менты гендерной дискриминации, обусловливающей неравенство возможностей
личностной реализации женщин и мужчин. Под воздействием семьи, ближайшего
окружения (микроуровень) и социальных институтов - системы образования, тру-

27
довых отношений, средств массовой информации (макроуровень) - репродуциру­
ются определенные представления о системе властных отношений, которые, в свою
очередь, жестко закрепляют и контролируют гендерные роли мужчин и женщин в
традиционном обществе.
Пояатение новых экономических условий в начале 90-хгодов,хотя и открыло перед
женщинами возможность более широкого выбора своего жизнешюго пути, но вместе с
тем в системе воспитания и распределения мужских и женских ролей в семье преобладаю­
щей пока остается трациционная модель взаимоотношений. Автор полагает, что в Кыр­
гызстане это объясняется еше и тем, что сама семья в кыргызсюм обществе, как показы­
вают исследования А.К.Карасаевой, тесно связана и мпогофакгорно контролируется со­
обществами более высокого ранга-общиной, родом, кла1юм, построешшми по мужской
линии, развитие которых в постсоветский период получило новый импульс на основе идей
национальной самондснтификации. При этом автор отмечает; что на существование иерар­
хической, исходящей из принципа мужского птавенства, модели разделения труца ряд
ученых (М.С.Мацковский, Л.Е.Дарский) указывал еще в советский период, что говорит
о большой устойчивости дшшой модели. Но самое большое отличие сосредоточено в
общественном вознаграждении и общественной оценке результатов труда мужчин и жен­
щин. Это выражается в престижности мужской социальной карьеры, высокой omiaie
мужских профессий, лидирующих позициях мужчин в управлении, что позволяет вьще-
лять мужчин в целом как более высокостатусную социальную группу.
Критикуя позицию многих криминологов в отношении того, что в новых услови­
ях жизни женщина должна занять принципиально иной статус и ее следует избавить от
роли основной или даже равной с мужчинами «добытчицы» материальных благ, со­
средоточив все силы и внимание на семье, детях, автор полагает, что выбор следует
все-таки оставить за женищной, но создать ей равные возможности в реализации ее
профессиональной карьеры или карьеры домашней хозяйки. Это подразумевает не
только более полное вовлечение мужчин в воспитание детей, в совместный домашний
труд и отдых, но прежде всего оплату стоимости домашнего труда женщины, предва­
рительные оценки которого, проведенные Институтом равных прав и возможностей
при Кыргызско-Российском Славянском университете, показывают, что женщина дома
выполняет работу не менее шестн-семи человек (гувернантка, прачка, повар и др.).
Из^'чение автором процесса гендерной социализации личности выявляем что при­
рода женских и M>"/KCKHx тендерных стереотипов и ролей взаимосвязана, поэтому
изменение одних подразумевает и изменение других. При этом не менее негативны
последствия жесткой систомы гендерных ролей и для мужчин. Автор прослеживает
это на трех уровнях - индивидуальном, межличностном и общественном, показывая,
что гепдерная роль мужчшш на совремяшом этапе развития общества оказалась
подорванной энономичеыш и социально-психологически, а идеальные представления
о «мужском поведении» практически не изменились. В результате такого гендерно-
ролевого конфликта мужская гендерная роль становится источниюм тревоги и на­
пряжения из-затого,что некоторые ее аспекты дисфункциональны и противоречивы.
Этому способствует и традиционное гендериое табу на мужскую «эмоциональность»,
а также возложенная исключительно на мужчину инструментальная роль по обеспе­
чению «успеха» семьи в обществе, отождествляемая с детагами, собственностью, пре­
стижем, которая непомерно давит на него в условиях экономической нестабильности

28
страны. При этом потребительское восприятие роли отца и супруга фактически спо­
собствует разрушению эмоциональных связей между женой, отцом и детьми, обора­
чивается частичной дезорганизацией семьи, повышением не всегда обоснованных пре­
тензий со стороны ее членов.
Поэтому у многих мужчин в современных условиях происходит накопление от­
рицательных стрессовых переживаний, появляются повышенная тревожность, депресия,
что приводит к алкоголизму, сокращению продолжительности жизни по сравнению с
женщинами, к большему числу суицидов, криминальному риску, агрессии и, следова­
тельно, большей преступности среди мужчш!, особенно в семейш>[х отношениях. Наличие
таких состояний подтверткдается значительным гендерным разрывом в показателях суи­
цида и средней продолжительности жизни мужчш! и женщин в Кьфгызстане и Казахстане,
Недавние российские исследования также подтверждают влияше гендерного фактора на
рост мужсмой смертности. Ряд действовавших ранее факторов мужсюй смертности (низ­
кое самосохранение, употребление алгоголя и др.) сохранился и вьиывает первый пик
смертности в 20-30-летнем возрасте мужчин. Но появился второй ее всплеск, кшогатй
приходится па возраст 40-50 лет, то есть имашо на тот возраст; в котором мужчиш!
наиболее сильно испытывают кризис своих социальных ролей.
Автор полагает, что высокая «цена» гендерного мифа о «сильной личности» для
жизни и здоровья мужчин заставляет посмотреть под иным углом зрения на требова­
ние гендерного равенства и создание равных возможностей для обоих полов. Прежде
всего с тех позиций, что эти требования имеют в своей основе естественное желание
создать более безопасные условия жизни и для мужчин, вернуть им всю полноту
семейного счастья. Таким образом, изменение статуса женщины неизбежно влечет за
собой изменение статуса мужчины, что, в свою очередь, расширяет его сферу опыта
как человека. Если мужчина и женпщна не имеют одинаковой ответственности за
общество и семью, если им не предоставлено право выбирать свои цели в жизни в
соответствии со своими индивидуальными склошюстями, а не в соответствии с тради­
ционными половыми ролями, невозможно достигауть равенства пи для мужчин, ни
для женщин.
Таким образом, традиционные стереотипы семейных ролей, образы «мужествен­
ности» и «женственности» прошлого века во многом уже не соответствуют потребно­
стям современного человека, более того, они ограничивают формирование челове­
ческой шщивидуальности. Следовательно, именно культура в большей степени со­
здает представление об идеальных образцах женского и мужского поведения, именно
в культуре фиксируется разграничение на мужские и женские виды деятельности,
мужские и женские обязанности, наконец, именно культура устанавливает статус,
права и гендерные роли мужчины и женщины в обществе и семье. С детства впитан­
ные гендерные предрассудки о полоролевых стандартах, существующих в той или
иной культуре, входят в сознание личности, становятся частью ее мировоззрения,
воспринимаются как нечто само собой разумеющееся. При этом понятие «мужествен­
ность» часто смешивается с агрессивностью, грубостью, жестокостью, силой, а «жен­
ственность» - с покорностью, страхом, неуверенностью, отсутствием самостоятель­
ности, и общества, организованные по принципу мужских властных отношений, трак­
туют насилие в отношении жешцин как вполне заюнное явление. Через воспитание
полов, через привитие традиционных гендерных стереотипов относительно принято-

29
го в данной культуре полового поведения осуществляется насаждение неравнопра­
вия между мужчинами и женщинами, представлений о половой иерархии в обществе
и семье, о половой зависимости и экс11луатащ1и.
Сформировавшиеся к настоящему времени представления о гендерных различи­
ях полов позволяют, по мнению автора, по-новому взглянуть на отношения, склады­
вающиеся в семье, особенно в конфликтных ситуациях. Среди выделяемых многими
исследователями основных видов конфликтов, приводящих к тяжким преступлениям
в семейных отношениях (доминирования, супружеской измены, стремления к осво­
бождению и корысти), три первых, как полагает автор, имеют общую гендерную
основу. Это отноигения власти и подчинения, которые закладываются в сознание лич­
ности всей системой ее гендерной социализации. Например, супружеская неверность,
так же, как и наличие у супругов добрачных связей, указывают на то, что какое-то
время один из супругов не был под контролем другого супруга, то есть конфликт
супружеской измены является по своей сути частным случаем конфликта доминиро­
вания. Относительно конфликта стремления к освобождению можно отметить, что
психологическая несовместимость в браке может приводить также к определенной
зависимости одного (более слабого) из супругов от другого, проявлению элементов
доминирования и агрессии.
Поскольку в основе конфликтного поведения всегда лежат определенные мотивы,
которые тесно связаны с установкой личности, автор полагает, что на формирование
мотивов семейно-быговых преступлений может оказывать влияние кризис мужской
гендерной идентичности. Невозможность полностью соответствовать своей общепри­
нятой гендерной роли хозяина положения в семье, то есть определенной установке,
воспитанной традиционной гендерно-ролевой системой опюшений, вызывает у некото­
рой части мужчин повышенное стремление подавить кризисное состояние путем доми­
нирования. На фоне тревожности, накопления отрицательных эмоций, страха не соот­
ветствовать традиционным представлениям о своем статусе, отсутствия позитивной
разрядки данное состояние может реализоваться в насильственных действиях. При
этом применение насилия в семье даже в «малых дозах» значительно усиливает риск
дальнейшего повышения степени его жестокости и способствует появлению ситуации
«хроничесюго» насилия, в которой один человек контролирует или пытается контроли­
ровать разными способами поведение и чувства других членов семьи. При этом автор
при;1ерживается позиции, что насилие в семье представляет собой некий замкнутый
круг чередующих друг друга ситуаций (фаз),тоесть носит циклический характер.
Проведенный анализ позволяет автору полагать, что в основе множества конфлик­
тов в сфере семейных отношений часто лежат неоправданные ожидания, связанные с
ролевым поведещгем супругов, потребности в перераспределиши трздициощшх жен­
ских и мужских ролей, а также второстепенное по сравнению с мужчш1ами положение
женщин в семейной иерархии, а угпублению конфликта способствует тот факт, что
супруги недостаточно осознают свою гендерную идентичность, то есть «мужествен­
ность» и «женственность». На это указывает и такое явление, как обращение в кризис­
ные центры мужчин, значительная часть которых приходит по поводу семейиых про­
блем, втомчисле по конфликтам доминирования и разводам.
Рассматривая обстоятельства, обусловливающие состояние мужских и женских
гендерных ролей в обществе и семье, автор предлагает разделить их на внешние и

30
внутретше. К первым следует отнести наличие, несмотря на юридически закреплен­
ное равенство прав мужчин и женщин, фактического неравенства в их возможностях,
что обусловливает существование разнищ>1 в статусах и гендерных ролях мужчин и
женщин как в обществе, так и в семье. Вторые связаны с существованием в сознании
людей установки на соблюдение традшщонной морали, основанной на половой иерар­
хии в обществе и семье, воспитанной в процессе социализации личности и поддер­
живаемой жесткой гендерно-ролевой системой традиционного общества.
Указанные обстоятельства входят в противоречие с идущими в настоящее время
позитивными изменеюмми в положении женщин, направленными на преодоление их
гендерной дискриминации и достижение равенства прав, возможностей и ответствен­
ности между мужчинами и женщинами. Взаимодействуя с определенными факторами
внешней среды, прежде всего эюномическими (неравенством в доходах населения);
орга1шзационно-управленческими (снижением социального контроля за совершени­
ем преступлений, обусловленных дискриминшшонными обычаями); фоновыми явле­
ниями (ростом пьянства, наркотизации населения), а также преломляясь через внут-
риличностные особенности людей - чрезмерную пассивность или агрессивность; не­
достаточные адаптационные способности; низкий уровень образования, культуры и
правосознания и др., данные противоречия могут приводить к преступному насилию
в отношении женщин как в обществе, так и в семейных отношениях.
По мнению автора, данное положение поддерживается сложившейся гендерной
дифференциацией в обществе и привьршым укладом семейной жизни, которые в силу
сохранившихся отношений подчинения и доминирования, а также общественной тер­
пимости в отношении такого положения дел всегда викгимнзировали женщин в боль­
шей степени, чем мужчин. Таким образом, проведенное исследование приводит к
вьгеоду, что причины повышенной виктимности женщин следует искать также в соци­
ализации личности, в основе которой лежит восприятие жешцин как членов более
низкостатусиой социальной группы, обладающей меньшими возможностями и влас­
тью. Не имея достаточной собственности, финансов и других ресурсов, неся тройное
бремя нагрузок, многие женщины, даже имея хорошее образование, оказались на
обочине социальных процессов, идущих в стране. Это неизбежно сопровождается
маргинализацией части женщин и выталкиваш1ем их на внешние рынки труда без
обеспечения необходимыми гарантиями защиты прав либо заставляет поступаться
своими правами в своей стране ради экономического выживания. Следовательно,
объяснение высокой виктимизации женщин содержится в двойном стандарте в мора­
ли, в характере и стереотипах межполовых отношишй, исторически сложившихся и
по-прежнему доминирующих в современном обществе. Естественно, это рождает про­
блемы со становлением гендерной ияентичности женщин, особенно если женщина об­
ладает высокими социальными способностями и склонна лидировать. В традицион­
ных обществах, к которялм относится Кыргызстан, данный процесс идет иеоднозн^шо
и весьма болезненно и в сочетании с другими криминогенными факторами может
проявляться в росте насилия по отношению к женщинам.
С другой стороны, автор видит определенные причины роста насильственного
поведения в семье и в том, что в новых экономических условиях часть женщин в
сложившейся ситуации вынуждена брать на себя некоторые функции мужской ген­
дерной роли, что неизбежно приводит к их маскулинизации, иоторая часто сопровож-

31
дается ростом женской агрессивности и преступности. Таким образом, в целом можно
прогнозировать, что процесс достижения гендерного равенства в обществе будет
идти далеко не так однозначно позитивно, как это видится женскому движению, и
б>дет сопровождаться значительными издержками в виде усиления криминальной
активности и женщин, и мужчин.
Автор считает, что необходим новый подход к проблеме общения и мышления
женщин и мужчин, к тем социальным ролям, которые они могут реализовать в
семейной и общественной жизни. При этом многие исследования, посвяп1енные со­
циализации личности, показывают, что жизненным исходом «здоровой» позиции
является, как правило, сотрудничество и именно отсутствие конструктивного диа­
лога- главная причина многих преступлений и самоубийств. Следовательно, совер­
шенствование процесса воспитания и социализации личности должно быть направ­
лено на отход от вертикальных отнотений власти и подчинения, на создание новых
равнопартнерских моделей общения, основанных на соблюдении прав человека-
женщины, взаимном уважении и новом видении роли женщин и мужчин в окр)ока-
ющем мире. Совершенно недопустимо противопоставление интересов одного пола
интересам другого пола, то есть особую важность приобретают программы по
гендерному воспитанию личности, которые необходимо начать внедрять с дош­
кольного возраста и которые позволяют привить подрастающему поколению поня­
тие о многовариантных, не зависящих от пола, возможностях ненасильственной са­
мореализации и самоутверждения личности.

Во втором подразделе третьего раздела «Проблемы обеспечения защиты


прав человека в отношении женщин» рассмотрено общесоциальное и специально-
криминологическое предупреждение преступного насилия в отношении женщин, вклю­
чая законодательные и иные меры обеспечения защиты прав человека-женщины.
Автором констатируется, что на современном этапе развития в Кыргызстане зна­
чительно расширено понимание государством и гражданским обществом юзицепции
«прав человека» а направлении прав человека-женщины и признано, что эти права
неразрывно связаны с демократией и правопорядком. Благодаря присоединению к
Факультативному протоколу к Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в
от1юшении женщин (23.04.2002г.) и Дополнительному протоколу к Международной
конвенции по гражданским и тюлитическим правам (12.01.1994г.) женщины республи­
ки имеют возможность обращения в международные организации, а также в соответ­
ствующие комиссии ООП. Вместе с тем, как отмечает автор, в республике государ­
ственными органами не предприняты какие-либо меры по информированию и обуче­
нию населения механизмам подачи таких документов, эта работа проводится в насто­
ящее время только силами международш>1х организаций.
В гражданском, трудовом и уголовном законодательствах, являющихся основны­
ми в плане реализации прав женщин, идет процесс гендерного переосмысления дей­
ствующих норм права. Объясняется это тем, что неучет гендерного компонента может
приводить тс С1фытой дискриминации женщин. Например, некоторые положения За­
кона КР «Об управлении землями сельскохозяйственного назначения» от 11.01.2001 г.
(запрет дарения, завещание в наследство толью одному наследнику, продажа единым
контуром без дробления, ограниченный обмен и др.) способствуют, по мнению авто-

32
pa, нарушению прав женшин на владение собственностью (землей) в случаях замуже­
ства, развода и раздела имущества. Поэтому важным шагом к утверждению равных
возмож1юстей мужчин и женпдш явилось принятие Закона К Р «Об основах государ-
ственш.1х гарантий обеспечения гендерного равенства» (12.03.2003г.), который регу­
лирует отношения по предоставлению равных прав и возможностей лицам разного
пола в социальной, политичесюй, экономической, культурной и иных областях жизне­
деятельности человека. Но, к сожалению, закон имеет и определенные недостатки,
наиболее существенным из которых является ограничение 7 0 % лиц одного пола со­
става судей Конституционного и Верховного судов, членов Центральной комиссии по
проведению выборов и референдумов, г^яиторов Счетной палаты Кыргызской Рес­
публики. Данная квота не является гендерной (гендерная квота - не менее 5 0 % лиц
одного пола) и означает возврат к советскому 3 0 % представительству в органах вла­
сти, которое неоднократно критиковалось в литератур)е. Тем не менее, базовый харак­
тер принятого закона влечет за собой обязательное включение гендерного компонен­
та, в том числе и механизма гевдерно-правовой экспертизы в действ}тощее законода­
тельство.
Гендерная экспертиза законодательства определяет, в какой мере обеспечиваю­
щие гендерное равенство международные стандарты и нормы реатизуются в наци­
ональном законодательстве, и направлена на устранение явной и неявной дискрими­
нации по признаку пола. Проведение гендерной экспертизы ряда законов в 1997-
1999 годах показало, что, несмотря на относительно высокую правовую защищен­
ность женщин, поддержка в законодательстве принципа равных возможностей соот­
ветствующими механизмами не являлась достаточно обеспеченной. Для изменения
ситуации в этом вопросе экспертным советом были подготовлены 84 поправки и
рекомендации, но на текущий момент принята только одна поправка к Уголовному
кодексу К Р (о раздельном содержании женщин и несовершеннолетних девушек в
местах лишения свободы), предложенная автором. Связано это было с тем, что
гендерная экспертиза как новый правовой инструмент не являлась в предшествую­
щий период обязательной процедурой, вмененной законодателю, хотя ее важность
заключается в том, что практически вводится в действие своеобразная форма конт­
роля общества над государственными структурами в сфере решения гендерных
проблем. Необходимость существования этого инструмента подтверждают различ­
ные исследования, показывающие, что в настоящее время при фактическом равен­
стве прав и ответственности мужчин и женщин в законодательстве продолжает со­
храняться значительный гендерный дисбаланс в пользу возможностей мужчин. Автор
отмечает, что на его устранение должна быть направлена, в частности, деятельность
нового института омбудсмена, в мандат которого, согласно Затану К Р «Об Омбудс-
мене (Акыйкатчы) Кыргызской Республики», входят и вопросы предотвращения
гендерной дискриминации, но до настоящего времени данная проблема не актуали­
зирована в его деятельности.

Законодательные инициативы открыли возможность для принятия целевых про­


грамм, включающих осуществление общесоциалыак мер по снижению и нейтрализа­
ции факторов, приводящих к престутшому насилию в опгошении женщин. Это Наци­
ональная программа по улучшению положения женщин «Аялзат» (1996-2000гг.),

33 Г РОС HAUMOtWJtbHAS
БИБЛИОТЕКА
С.Петербург
800 Р К
Национальный план по достижению гендерного равенства в Кыргызской Республике
(2002-2006гг.) и ряд других программ в сфере экономики, здравоохрапешм, образо­
вания Но, на взгляд автора, недостаточное финансирование данных программ, нераз­
работанность механизмов внедрения гендерного компонента в общественную практи­
ку, отсутствие гендерного мониторинга за результатами и другие факторы, обусло­
вили в целом слабую эффективность государства в устранении гендерного неравен­
ства как одного из источников преступного насилия в отношении женщин.
Одной из важных предпосылок устранения гендертюго неравенства является со­
циально справедливый бюджет государства. В этой связи вносится предложение о
регулярном гевдерном анализе бюджета Кыргызской Республики, что позволит су­
дить об эффективности экономической политики не по рыночным критериям, а по
Toxty, насколько успепюо ей удается продвинуть вопросы достижения гендерного
равенства и социальной справедливости в целом. Необходимы также тендерный ана­
лиз процессов внутренней и внешней миграции населения страны для обеспечения
более сбалансированного подхода государства к созданию рабочих мест и рынков
труда, разработка принципов совместного управления экономикой семьи для улуч­
шения ситуации с обеспечением равного доступа женщин к собственности и ресурсам,
подготовка комплексной программы по всесторонней поддержке семьи такого плана,
как, например. Концепция государственной семейной политики Российской Федера­
ции, в которой объектами семейной политики являются сама семья, а также госуяар-
стветше и общественные институты, функционирование которых непосредственно
влияет на ее жизнедеятельность.
Позитивное решение указанных вопросов, несомненно, будет способствовать в
целом снижению многих противоречий, обусловливающих совершение преступлений
в отношении женщин в семье и обоюстве. Автор особо останавливается также на
вопросе необходимости введения академических стандартов в гендериые исследова­
ния, указывая, что методологический аппарат в этой области еще формируется. В
этом плане очень важна подготовка академической базы в системе высшего образова­
ния республики, укрепление гендерного курса в качестве признанной академической
дисциплины.
Проведенное автором изучение специально-криминологических мер предупреж­
дения престу1гности в отхгошетш женщин показывает, что в настоящее время на уров­
не государства наиболее активно идет работа в области предупреждения насилия в
семье и торговли женщинами с целью сексуальной эксплуатации. В 2003 году принят
Закон КР «О социально-правовой защите от насилия в семье», подготовленный рядом
неправительственных организаций Кыргызстана с участием автора. Закон имеет про­
филактическую направленность, учитывает культур1п.1е традиции народов Кыргыз­
стана, не требует дополнительных финансовых вложений и направлен на сохранение
семьи. При этом он дает более широкое понятие семьи, чем предусмотрено в Семей­
ном кодексе КР. На взгляд автора, такая стыковка в определенных условиях допусти­
ма. В частности, понятие семьи в Семейном кодексе больше связано с регулирюванием
имущественных прав лиц, проживающих в юридическом браке. Но с точки зрения
рекомендованного ООН для стран-участниц Модельного закона о насилии в семье
отношения, возникающие по поводу семейного насилия, могут охватывать и другие
категории лиц, например, бывших жен или партнеров, родственников, лиц, прожива-

34
ющих в фактическом браке. Это позволяет расширить круг лиц, подлежащих защите
сотасно указанному выше закону. Новациями, впервые отраженными в законода­
тельстве стран Центральной Азии, являются введение института охранных ордеров
как специальных административных средств социально-правовой защиты от насилия
в семье, а также привлечение к действиям по предупреждению насилия в семье парт­
неров от негосударственных организаций. Важным моментом в этом плане является
предоставленное законом право беспрепятственного вхождения в помещение и на
территорию граждан сотрудника органа внутренних дел при наличии достаточных
оснований полагать, что там находятся члены семьи, жизни и здоровью которых угро­
жает непосредственная опасность, или для оказания экстренных мер, позволяющих
разрешить на месте трудную жизненную ситуацию, создавшую эту опасность (ст. 18).
Это положение вызывает определенную критику со стороны органов прокуратуры,
как создающее возможность злоупотреблений для сотрудников органов внутренних
дел. В целях недопущения таких явлений в комментарии к закону указывается, что
сотрудник органов внутренних дел обязан детально запротоколировать жалобу, оз-
напомить пострадавшего с его правами, заполнить и зарегистрировать отчет о семей­
ном насилии. Критикуется практическими работниками и такая предусмотренная за­
коном мера, как удаление насильника из дома, что связывается с нарушением его
конституционных прав на жилище. По этому поводу необходимо заметить, что, когда
женщину, избитую и униженную, вместе с детьми выгоняют на улицу или она сама
вынужденно покидает дом и ищет защиты у родственников, знакомых либо в убежище
для пострадавших женщин, никто не считает это нарушением ее конституционных
прав и прав ее детей на жилище. Конструируя эту норму, авторы опирались на ст.4
Ю)нвенции ООН о ликвидации всех форм дискримшгации в отношении женщин, кото­
рая разрешает принимать временные специальные меры (меры позитивной дискри­
минации), направленные на ускорение установления фактического равенства между
мужчинами и женщинами в необходимых ситуациях. Следует особо отметить, что
данный заюн через институт охранных ордеров предоставляет пострадавшим лицам
возможность выбора альтернативньг1с уголовному преследованию административ-
1П.1Х мер, что является определенным вкладом в решение проблемы либерализации
уголовной политики в Кыргызской Республике.
Анализируя меры, запланированные в Национальной программе «Права челове­
ка», по пересмотру уголовной ответственности должностных лиц за сексуальные до­
могательства, автор полагает, что в такой постановке вопроса представляется пробле­
матичным пресечь сексуа.1ьные домогательства, например, в частном секгсфе или в
высших учебных заведениях, поскольку их сотр>7Щики не являются должностными лищи
ми. По-видимому, это частич1гое решетше данного вопроса, касающеесятолькосферы
государственной службы. Применительно к сексуальным домогательствам более пра-
вштным будет; по мнению явюря, говорить об ответственности любых лиц, осуществля­
ющих сексуальное преследование на работе и учебе, и предусмотреть ее прямой запрет
во всех аспектах трудовых огаошений.
Изучение другой актуальной проблемы - торговли женщинами для сексуальной
эксплуатации - позволяет рассматривать ее как проблему бедности и нарушения
прав человека, а также как проблему организованной преступности и нелегальной
миграции. По мнению автора, стратегия государства по предупреждению торговли

35
женщинами должна включать не толыю установление сотрудничества и координации
в глобальном масштабе и меры по борьбе с организованной преступностью, нелегаль­
ной миграцией и проститудаей на националыюм уровне, но и гендерные подходы,
базирующиеся на повышении статуса и укреплении прав женщин и детей в обществе
В этой связи дополнительные возможности по улучшению ситуации с защитой детей,
находящихся в трудной жизненной ситуации, дает Госуцарственная программа «Но­
вое поколение» (2002-2010гг.).
Одним из условий реализации программы «Новое поколение» является привле­
чение партнеров на условиях договора со стороны фажданского общества, но про­
блемой является отсутствие меха1шзма такого социального партнерства. Как пред­
ставляется, другой достаточно болезненной проблемой является позиция самоустра­
нения из профилактической деятельности, сложившаяся в последние годы в системе
среднего образования республики. Свою задачу школа сегодня видит только в том,
чтобы дать знания, а воспитанием личности, по мнению школьных педагогов, должна
заниматься семья. Поэтому семья рассматривается только вютнтекстеее воспитатель­
ного воздействия на молодое поколение, что неоправданно сужает сферу позитивного
влияния семьи на общественные отношения в целом. Большие пробелы имеются и в
организации досуга детей и подростков. Низок уровеш> материальной базы суще-
ств>-ющих кл>'бов, спортивных секций и кружюв, к тому же деятельность их полно­
стью коммерциализирована. Автор полагает, что необходимо создание сильной госу­
дарственной молодежной организации, которая могла бы изменить политику и подхо­
ды к решению данной проблемы.
Как отмечает автор, в Кыргызстане начинает укрепляться сотрудничество между
правоохранительными органами и неправительственны.ми организа1шями. Например,
МВД ЬСЕ, Генеральной прок)'ратурой КР и неправительственными организациями
при участии автора разработаны специальные гендерные программы для правоохра­
нительных органов, подкрепленные з'чебными пособиями. Вместе с тем гендерное
обучение пока не введено в систему профессиональной подготовки сотрудников МВД
КР и Генеральной прокуратуры КР, .хотя пилотное обучение сотрудников дежурных
частей МВД КР по указанным программам идет уже с 2001 года. Для институциона-
лизации данного обучения в системе органов внутренних дел привлечен потенциал
академических институтов. В частности, в Кыргызско-Российском Славянском уни­
верситете с 2002 года для студентов-юристов читается >'чебнь[й курс «Проблемы
предупреждения домашнего (семейного) насилия», в Академии МВД КР для слуша­
телей - спецкурс «Предупреждение преступного насилия в отношении женщин».
Автор полагает, что это позволит добиться определенной устойчивости в реализации
тендерной политики в силовых структурах и надзорных органах.
Рассмотрегше специальных мер предупреждения по их правовой характеристи­
ке позволяет говорить, что в Кыргызстане достаточно активно реализуются меры,
базирующиеся на нормах права, но ими не регламентированные. Это, например,
правовое просвещение и воспитание, особенностями которых в Кыргызстане явля­
ется то, что практически все программы в этой области разрабатываются и реализу­
ются неправительственными организациями или при их участии. При этом автор
отмечает, что совершенно недостаточно программ по сексуальному воспитанию
молодежи, а семья, школа, литература, СМИ в настоящее время также не участву-

36
ют должным образом в мировоззренческой и нравственной подготовке молодежи к
браку как институту, требующему большой ответственности. В этой связи насто­
роженность и неприятие вызывает у большей части молодежи новый механизм -
брачный контракт, предусмотренный Семейным кодексом КР. По-видимому, требу­
ется широкое разъяснение позитивных последствий его заключения в целях обеспе­
чения прав обоих супругов при определенных изменениях в их совместной жизни.
Возможно, даже следует изменить его смысл и рекомендовать заключение брачного
контракта для доказательства состоятельности обоих супругов содержать семью.
Это позволит более справедливо защитить имуществешше права женщины, если ее
семейная жизнь не сложилась.
В Кыргызстане, по мнению автора, большим пробелом в профилактической рабо­
те япвляется отсутствие государственной специализированной программы по предуп­
реждению правонарушений и преступлений в сфере семейных отношений, а также
служб социально-психологической noMOimi (индивидуальная и совместная терапия)
семье, реабилитационных программ для насильников и в целом системного подхода к
процессу создания, развития и функцимшрования семьи. В результате в семье и в
других институтах социализации полностью отсутствует профилактическое образо­
вание по разрешению семейных конфликтов и, как следствие - подготовка специали­
стов, целенаправленно работающих в сфере предупреждения семейной конфликтнос­
ти, в частности, психологов, специализированных медицинских и социальных работни­
ков. Особо следует отметить необходимость подготовки юристов-криминологов в
области криминофамилистики. К сожалению, очень слабо работают в направлении
предупреждения насилия в семье и СМИ республики. Автор полагает, что пришло
время органам государственной власти взять ситуацию в этой области под свой кон­
троль и внести существенные изменения в информационную политику, особенно на
телевидении. Это изменение отношения к показу фильмов со сценами насилия (плат-
ны й показ в ночное время на определенных каналах), создание игровых передач, даю­
щих представления о природе межличностных конфликтов, их последствиях, методах
правомерного разрешения, программ по толерантному поведению и пропаганде не-
насильствишого образа жизни.
Пробелы в профилактической деятельности во многом связаны с тем, что госу­
дарство в настоящее время не имеет достаточ1п>1х финансовых ресурсов для разра­
ботки, а главное, для реализации дорогостоящих прсвентившлх программ. Прави­
тельством КР упор сделан прежде всего на изыскание и привлечение зарубежных
инвестиций. Но на основании подготовленного Всемирным банком анализа экономи­
ческой ситуации в Кыргызстане, для которой характерны незавершенность рыноч-
Ш.1Х реформ, широкое распространение коррупщш вгосударственномапп^ате, «зах­
ват» государства на национальном уровне влиятельной деловой элитой, представля­
ется, что это достаточно проблематичный вопрос. В этом плане, возможно, следует
перенять опыт Республики Узбекистан, в которой создан специальный республикан­
ский внебюджетный фонд «Махалля», направленный на профилактическую работу и
поддержку семьи, пополняемый за счет отчислений 10% от прибьши всеми действую­
щими предприятиями независимо от форм собственности.
Одним из главных факторов в предотвращении насилия в отношении женщин
является законодательство. Именно поэтому автором анализируется действующее

37
уголовное, административное и граждансгое законодательство Кыргьпской Респуб­
лики, применяемое в случаях совершения фактов насилия в отношении женщин. При
этом особо отмечено, что многочисленные нггучные исследования семейно-бытовой
престугагости так и не стали основой для формирования относительно самостоятель­
ной подсистемы борьбы с семейными преступлениями На практике это привело к
сушественным пробелам системы учета преступлений в семейно-бытовой сфере в
виде статистических карточек, в частности, они не содержат информацию о родствен­
ных связях потерпевшего лица с лшюм, совершившим преступление. В целом статис­
тическая отчетность МВД КР до 1998 года отражала всего 2 вида преступлений,
совершаемых на «бытовой почве», а с 1999 года и эти дашпле отсутствуют. Это позво­
ляет автору юнстатировать, что для правоохранительной системы государства наси­
лие в семье не представляется опасным явлением, и она не делает различий между
насилием в семье и иными случаями бытового насилия. В результате уголовно-право­
вое предупреждение насилия в сфере семейных отношений не учитывает особеннос­
тей самих этих отношений. Обычно физическому насилию в семейных отношениях
предшествует психическое, которое как средство давления с целью подчинения воле
насильника, ограничения инициативы членов семьи не рассматривается как деяние,
причиняющее вред психологическому здоровью и интересам личности. Следователь­
но, на данном этапе, как правило, нет возможности привлечь виновника к ответствен­
ности и пресечь насилие на ранней стадии. Поэтому насильник идет дальше и психи­
ческое насилие переходит в другую форму насилия - физическую, имеющую тенден­
цию уже к цикличности. Циклически повторяющееся семейное насилие, как показы­
вают изученные автором данные кризисных центров, ведет к серьезным психоэмоци-
она.тьным страданиям, посттравматическому стрессу, депрессии, не проходящему
чувству страха у членов семьи, что чревато уже психосоматическими заболеваниями,
снижением самооценки и личностного статуса, попытка.ми к самоубийству и само­
убийством В кризисных центрах считают, что синдром «избиваемой женщины» по
силе можно сравнить с психологическими последствиями, которые испытывают люди,
участвующие в военных действиях. Поэтому автор поддерживает мнение российских
криминологов (Д А.Шестакова) о необходимости конкретизации деяний, относимых
заионодателем к психическому воздействию.
Вместе с тем проведенные автором исследования показывают, что женщины в
Кыргьистане, как правило, менее всего настроены на уголовное преследование в
отношении виновника насилия в семье (по делам частного обвинения). В силу воспи­
тания в мусульманских традициях они чаще всего боятся распада супружеских отно­
шений, затем осуждения со стороны общества, материальных затрат; неэффективнос­
ти защиты в целом. В этой связи функцию возбуждения уголовного дела через пода­
чу заявления с согласия потерпевшей, как полагает автор, могут взять на себя соци­
альные службы (кризисные центры). Это касается тех случаев, когда жешгщна не в
состоянии осуществлять защиту своих прав и интересов, например, по причине пост­
травматического шока, болезнегпюго состоягшя, возраста либо инвалидности. Кроме
того, потерпевшее лицо не будет явно обозначено, что в определенной степени защи­
тит женщину от угроз и упреков насильника, от осуждения со стороны родственни­
ков и местного сообщества, а женщина буает избавлена от сбора доказательств совер­
шенного насилия. Для этого предлагается внести в перечень, приведенный в ч. 1 .ст. 150

38
У П К КР «Поводы и основания к возбуждению уголовного дела», новый повод -
заявления социальной слуткбы.
Следует также заметить, что в делах частного обвинения, связанных с насилием в
семье, примирение сторон на практике обычно происходит без учета со стороны супа
либо органов внутренних дел мотивов такого примирения. Это может приводить к
новому насилию в отношении потерпевшего лица, которое теперь уже насильствен-
т>1ми действиями или угрозами принуждается к примирению. Представляется, что
кризисные центры могут взять на себя и функцию контроля за примирением сто­
рон, то есть выступать с заключением о возможности примирительного договора и
осуществлять последующий мониторинг в течение определенного времени эа его
исполнением.
Отмечая, что некоторыми исследователями предлагается усилить каратечьиую
функцию уголовного закона, предусмотрев специальную ответственность за совер­
шение некоторых насильственных действий в отношении зависимого члена семьи (ма­
лолетнего, престарелого или лица, находящегося в беспомощном состоянии), автор
приходит к выводу, что перечень обстоятельств, отягчающих ответственность по
уголовному законодательству Кыргызской Республики, содержит в ч.6.ст.55 У К КР
характеристики данной категории лиц, поэтому необходимость в конструировании
квалифицирующих обстоятельств отсутствует.
Различные исследования также показывают, что женщина, попавшая в кризисную
ситуацию из-за насилия в семье, должна приложить немало усилий, чтобы адекватно
ее разрешить в рамках действующего законодательства. При этом некоторые гендер-
но-нейтральные нормы закона, устанавливающие равные права и обязанности супру­
гов в семье, приводят к тому, что использование предоставленных прав на равной
основе между потерпевшим и насильником затруднено (И.Писарчук). В этой связи
автор полагает необходимым улучшение возможностей женщин в плане обращения к
гражданско-правовым процедурам защиты от насилия в семье, упрощение порядка
такого обращения, возможность быстрого при угрозе жизни расторжения брака и
раздела имущества. Возмож1ю, следует также предусмотреть освобождение постра­
давших женщин от уплатыгоспошлиныв случаях возбуждения гражданского дела по
фактам насилия, совершенного в их отношении, и рекомендовать больше использо­
вать гражданские процедуры для возмещения ущерба В целом политика в данном
вопросе должна быть направлена на то, что еслигосударствоне может обеспечить
должную защиту и безопасность граткдан от насилия, то оно обязано взять на себя
решение всех проблем, связанных с его последствиями. Кроме того, в плане оказания
квалифицированной помощи пострадавшим от насилия женщинам заслуживает вни­
мания новый институт соштальпой адвокатуры, успешно апробированный в России.
В качестве социальных адвокатов работают социальные работники, получившие оп­
ределенную юридическую подготовку. В Кыргызстане с его преобладающим сельс­
ким населением хорошо зарекомендовали себя также гражданские группы самопод­
держки на меспюм уровне, которые после соответствующего обучения оказывают
некоторые виды правовой помощи пострадавшим от семейного насилия женщинам.
По-видимому, в целом назрела необходимость в расширении возможностей всех чле­
нов проблемной семьи (детей, престарелых) в получении необходимой социальной,
правовой и другой помощи в случаях семейного насилия.

39
Вместе с тем, по мнению автора, необходимо развивать и другое направление,
регламентирующее назначетгае и исполнение альтернативных лишению свободы на­
казаний, в частности, условного освобождения под надзор KOMneTeirrnbix органов,
аналогичного институту пробации. Такая служба должна работать не только внут­
ри системы исполнения наказания (ГУИН), но и после освобождения лиц из мест
заключения. Возможно, следует переосмыслить с позиции новых реалий и такой
ранее существовавший механизм, как освобождение от уголовной ответственности
определенной категории лиц с применением к ним мер общественного воздействия.
Функции, которые в прошлом выполняли товарищеские суды, можно передать су­
дам аксакалов, а функцию перевоспитания и исправления - гражданским органи­
зациям, осуществляющим профаммы реабилитации. Необходимо также исследо­
вать и возможности освобождения от уголовной ответственности под личное пору­
чительство друзей или родственников.
Относительно многоженства автор придерживается мнения, что это больше про­
блема нравственная и решать ее нуж}Ю другими способами, что совпадает с суще­
ствующим среди юристов мнением о назревшей необходимости проведения декрими­
нализации невэторых деяний. Основной шнтингент многоженцев -этобизнесмены и,
как ни странно, государственные служащие определенного ранга. Если в отношении
бизнесменов эта проблема достаточно трудно решаема,тодля государствешаге слу-
жандах ответственность за вступление во второй и с.тедующий браки (без расторже­
ния первого брака) в виде лишения и.га понижения в должности следует предусмот­
реть в Законе КР «О государственной службе». При этом контроль возложить на
комиссии по этике, которые имеются в каждом государственном учреждении. Для
защиты своих прав, возможно, жашшнам-вторым женам имеет смысл заключать до­
говор по совмест1юму управлению и'{уществом и воспитанию детей, который будет
выполнять защитную и профилактическую фу1жцшо от насилия в семье.
В ходе изучения проблемы сексуальных домогательств автором делается вывод
об отсутствии понятия «сексуальное до.\югатсльство» в законодательстве Кыргыз­
ской Республики и исследуется возможность применимости нормы ст.131 У К КР
«Понуждение к действиям сексуального характера» для уголовно-правового пре-
дупреждишя сексуальных домогательств, сопряженных с опасным насилием, при­
ведшим к тяжким последствиям. В целях совершенствования правоприменительной
практики в данной области правоотношений автором предлагается разграничить
само содержшше сексуального домогательства. Признаки сексуального домогатель­
ства, которые не охватываются составом понуждения к действиям сексуального
характера (прикасания, неприличные жесты), предлагается рассматривать как ос­
корбительные действия и квалифицировать по ст. 128 У К КР «Оскорбление», дам
чего внести дополнение в указанную норму, связашюе с точным указанием на дей­
ствия сексуальной паправлснности. Шше сексуальные действия, например, физи­
ческие контакты (пошаживания), а также словесные и визуальные действия (по­
шлые шутки, анекдоты, демонстрация порнографии) могут стать, по мнению авто­
ра, предметом гражданского иска о защите чести и достоинства личности. Также
предлагается в трудовом законодательстве предусмотреть обязательное включе­
ние в трудовые контракты пункта о недопустимости сексуальных домогательств на

40
рабочем месте, что позволит пострадавшим женщинам предъявлять гражданский
иск непосредственно работодателю.
При анализе проблемыторговлиженщинами автор приходит к выводу, что жертва
торговли в настоящее время оказалась не защищенной законодательством, несмотря на
введение в У К КР ст.124 «Торговля людьми». Наоборот, она поставлена в такие усло­
вия, коща у нее отгсутствует интерес к сотрудничеству с правоохрашггельными органа­
ми, поэтому надеяться на уменьшение латентности преступности в сфере торговли
женщинами с целью сексуальной эксплуатации, по-видимому, достаточно сложно.
В целом проведенный анализ показывает; что в обеспечении прав и безопасности
потерпевших от насилия женщин имеются как обьектив1п>1е препятствия, существую­
щие в процедурной системе, так и субъективные помехи, создаваемые в ходе расследо­
вания уголовного дела К числу первых следует отнести, например,тотфакт, что, зютя
в Ч.4.СГ.12. У П К КР содержится норма, предусматривающая принятие мер к охране
жизни, здс^вья, чести, достоинства и имущества потерпевших лиц и свидетелей, необ­
ходимых разъяснений, какие именно меры могут быть применены, в У П К КР не дается.
В результате в случае половых преступлений (изнасилование) никаких мер зашиты
потерпевшей женщине и ее семье, а также свидетелям, как правило, не гфедоставляется,
что может приводить к преследованию, шантажу, угрозам со стороны виновника наси­
лия или его родственников. Обеспечение защиты потерпевших от насилия в семье—еще
более сложный вопрос, поскольку многие имеющиеся меры безопасности просто не
применимы в данной стуации. Эффективными в данном случае могут быть тольно
предоставление личной охраны женщине, охрана жилиша или имущества. Однамо уго­
ловно-процессуальное заионодательство Кыргызстана не предусматривает подобных
мер, что связано с определенными финансовыми трудностями. Следует отметить, что в
отличие от больишнства стран СНГ в Кыргызстане отсутствует специальный закон,
направленный на защиту прав потерпевших (жертв) и свидетелей. В целом слабость
нормативной базы по проблеме защит прав потерпевших уже привела к тому, напри­
мер, что жертва торговли попала в категорию правонарушителей.
Субъективные помехи в значительной степени о^словлены тем, что часть сотруд­
ников правоохранительных органов придерживается довольно устойчивых гендерных
мифов и имеет традиционное мнение о насилии в отнопкнии женщин, которые негативно
отражаются на их профессиональной деятельности. Проведенное с участием автора
анкетирование почти 300 сотрудников правоохранительных органов показало, что к
утверждениям об отсутствии насилия в отношении женщин или о его незначительности
по сравнению с другими видами преступлений в большей степени склонны мужчины-
сотрудники. Это в сильной степени влияет также на складывающиеся конфликтные
взаимоотношения в их собственной семье, на что зтсазывает достаточно частое обраще­
ние в кризисные ценгры жен сотрудников правоохранительных органов.
Таким образом, насилие в отношении женщин, особенно в семье - это нарушение
прав человека, требующее вмешательства на государственном уровне. В этой связи
автором предлагается создание многоуровневой системы комплексного реагирования
на факты преступного насилия в семье. Например, раннее реагирование может осу­
ществляться через неформальную сеть поддержки - систему здравоохранения и обрат
зования, социальные службы для семьи, местное сообщество, кризисные центры, обще­
ственные организации, группы активных граждан. На этом уровне неформальная сеть

41
может идентифицировать ранрше признаки насилия, выразить им неприятие, пореко­
мендовать насильникам эффективную систему исправления своего агрессивного пове­
дения. Экстренное реагирование должно обеспечиваться системой правоохранитель­
ных органов, а также хорошо подготовленных™ сл>'жбами - медицинской, психологи­
ческой, судебно-экспертной, организацией системы зашиты детей. Оно направлено на
пресечение насилия, обеспечение безопасности жертв посредством доступности убежи­
ща либо удаления насильника из дома посредством системы охранных ордеров. Пост-
криминальное реагирование предполагает уголовное преследование виновного в
случае возбуждения уголовного дела, возможность в определенных случаях выбора
мер воздействия, альтернативных уголовному наказанию, помощь семье в реабилита­
ции пострадавших от насилия, компенсацию ущерба. Долговременное реагирование
представляет собой организацию системы безопасного проживания пострадавших в
случае необходимости, поддержк>' их профессиональной занятости и образования, со­
здание и внедрение реабилитационных програ.мм для насильников, развитие философии
самозапдаты, организацию курсов самообороны, правового и гендерного образования,
формирование через СМИ нетерпимого отношения населения всех возрастов к наси­
лию в отношении женщин. Построение данной системы в июрдшгатах (уровнях) госу­
дарство - общество - семья - личность позволяет получить более полную картину мер
предупреждения насилия в семье, четко определить субъектов предупредительной де­
ятельности и их полномочия, а также вьмвить недостающие механизмы и звенья на
каждом уровне, возможности передачи определенных функций профилактики граж­
данскому обществу.

В третьем подразделе третьего раздела «Новые субъекты специализиро­


ванной профилактики преступного насилия в отношении женщин» представ­
лен опыт гражданских организаций Кыргызстана в предупреждении преступного на­
силия в оп10ще1ши женщин.
В настоящее время в Кыргызстане происходят серьезные перемены, связанные
с появлением нового взгляда на роль государства в решении проблем прав человека
в целом и особен1ю с защитой этих прав от насилия. Эти перемены требуют поиска
качественно новых путей взаимодействия между обществом и властными структу­
рами В гражданском обществе появляются многочисленные общественные органи­
зации, формирующиеся «снизу» на добровольной основе. В сфере их деятельности
по предупреждению преступного насилия в отношении женщин автор вьщеляет
несколько основных направлений. Это участие в осуществлении охраны обществен­
ного порядка и предупреждении правонарушений в семейно-бытовой сфере; пре­
доставление конфиденциальных специализированных уедут для пострадавших от
насилия женщин; гендерное и правовое просвещение различных государственных и
общественных организаций; проведение научных исследований; повышение инфор­
мированности различных категорий населения по проблеме преступного насилия в
обществе и се.мье с целью формирования в сознании людей негативного отношения
к этому явлению.
В рамках первого направления преимущественно работают негосударствешп>1е
субъекты, которые можно отнести к общественно-государственным. В первую оче­
редь среди них следует вьщелить органы территориального общественного самоуп-

42
равления (ТОС), действующие в городах, и общественно-профилактические центры
(ОПЦ), созданные в 2001-2002 гг Управлением внутренних дел МВД КР по Иссык-
Кульской области в порядке эксперимента. В основу работы данных организаций
было положено сотрущшчество и взаимодействие органов местного самоуправления
и внутренних дел с общественностью населенного пункта, для чего мобилизованы
силы таких общественных структур, как суд аксакалов, молодежный центр, женский
совет, добровольная народная дружина, совет ветеранов, привлечено активное насе­
ление из числа руководителей предприятий, учебных заведений, депутатов кенешей,
председателей квартальных, домовых комитетов, кондоминиумов, отдельных граж­
дан, молодежи и студентов, способных по состоянию здоровья и своим морально-
деловым качествам успешно выполнять поставленные задачи по охране правопоряд­
ка и борьбе с преступностью Данные субъекты профилактики оказывают огромную
помощь государству в реализации национальных государственных программ по дос­
тижению тендерного равенства, преодолению бедности и профилактике правонару­
шений. В развитие идей превенции автор предлагает указанные организации ориенти­
ровать на осуществление функций по реабилитации и ресоциализации осужденных
без лишения свободы, для чего предусмотреть для них соответствующую подготов­
ку Российские исследования показывают, что воспитательно-профилактический по­
тенциал граждан остается пока еще довольно высоким и должен быть востребован.
Вместе с тем, автор отмечает, что в деятельности указанных негосударственных субьек-
тов существуют значительные проблемы. Часть из них связана с высоким уровнем
криминализации населения, особенно, молодежи в городах. Поэтому если в сельской
местности народные дружины еще смогут работать, то в городских условиях это
будет весьма проблематично. Другие проблемы касаются организации деятельности
новых субъектов, например, бесплатного выделения помещений, обеспечения комму­
никационных потребностей (телефонные линии, транспорт), вопросов кадрового обес­
печения, систематического правового и гендерного обучения членов организаций, их
материального поощрения, недопущения в ряды дружишшютв криминальных и экст­
ремистски настроенных элементов, укрепления технического паге1щиала данных струк­
тур и связей со средствами массовой информации.

Для оказания различных видов помощи пострадавшим женщинам в Кьфгызстане


силами неправительственных организаций и международных доноров организованы
специализированные службы - убежища, кризисные и консультационные центры, в
которых предоставляются по желанию женщин бесплатные медицинские (первая по­
мощь), психологические, юридические и другие услуги, например, помощь в трудо­
устройстве, направлении на переобучение для получения новой специальности. При
этом в убежищах жепщишл могут находиться до одного месяца вместе со своими
детьми. К сожалению, количество указанных структур недостаточно и в целом по
республике такие услуги оказывают всего 13 неправительственных организаций, хотя
их опыт работы показал, что действительно на начальных этапах налаживания соци­
альной работы более гибкими и мобильными представляются общественные или сме­
шанные общественно-государственные струк1уры.
Многие кризисные центры тесно сотрудничают с органами внутренних дел, в
частности, обмениваются конфиденциальной информацией по половым преступле­
ниям, проводят лекции и тренинги для сотрудников органов внутренних дел. В

43
городских и районных отделах милиции в настоящее время имеются адреса всех
кризисных центров, и пострадавшим женщинам рекомендуется обращаться туда за
помощью. Следует отметить, что представители кризисных центров могут участво­
вать также в судебных процессах в качестве экспертов, привлеченных на этапе след­
ствия или судебного разбирательства, свидетелей одной из сторон, общественных
защитников, общественных обвинителей. Благодаря деятельности данных структур
за пять лет свыше 29000 женщин республики независимо от места проживания
получили необходимую помощь при имевших место случаях насилия. Широкое
признание необходимости работы кризисных центров и убежищ позволило полу­
чить им официальный статус, который закреплен Законом Кыргызской Республики
«Об основах социального обслуживания населения в Кыргызской Республике».
Данные организации, помимо оказания прямых услуг пострадавшим от насилия
женщинам, занимаются повышением информированности населения о проблеме наси­
лия в отношении женпщн, путях его предотвращения и существующих видах помощи
жертвам насилия, фактически осуществляя виктимологическуго профилактику на
уровне своего территориального пункта. В этом плане активно развиваются взаимо­
действие и партнерство между кризисными центрами и местными органами власти,
учреждениями образования Вместе с тем пол большим вопросом находится в насто­
ящее время само существование данных структур Хотя в Национальном плане по
достижению гендерного равенства в Кыргызской Республике запланировано созда­
ние государственных кризисных центров и поддержка существующих, до сих пор
финансовая сторона вопроса не решена. В результате, к сожалению, закрылось пер­
вое в Центральной Азии убежище «Умут». работавшее с 1997 года, в котором еже­
годно получали помощь до 500 женщин.
Неправительственной организацией - Ассоциацией «Диамонд» - также была
реализована с участием автора при поддержке Женского фонда ООН идея созда­
ния на местном уровне специально обученных групп самоподдержки (ГСП) по
предупреждению насилия в отношении женщин. Данные ГСП создаются на основе
принципов социальной мобилизации, используемых как организационная техно­
логия для развития гражданской инициативы в целях расширения демократичес­
кого и правового потенциала сообщества. Основными функциями Г С П являются
обеспечение помощи и расширение доступа к защите пострадавшим от насилия
сельским женщинам, проживающим в сложных условиях высокогорья, а также
осуществление профилактической деятельности в своей общине. Таким образом,
ГСП выступают в роли связующего звена между государственными структура­
ми и гражданами в организации коллективных сил противодействия насилию, а
также в формировании нетерпимого отношения к нему и создании безопасного
окружения для женщин.
В работе ГСП автор особо отмечает деятельность по примирению конфликтующих
сторон, когда стороны пытаются разрешить возникший конфликт вне рамок уголовной
юстиции, в частности, через заключение примирительного договора (предусматриваю­
щего возмещение ущерба). Это позволяет говорить об определенной реализации в
деятельности ГСП принципов восстановительной юстиции. Другим важным моментом
является и то, что при примирении в новой интерпретации используются традиции
компенсации ущерба (KJH), имевшие место в Кыргызстане до Октябрьской революции

44
1917 года. За нарушение примирительного договора использз'ется наказание в виде
общественного порицания, которое выносится судом аксакалов и в сельской местности
является очень действенным. Таким образом, реализуется иной, более гуманный спо­
соб разрешения определенных криминальных ситуаций. Изучение да1шой практики
важно также и в связи с возрастающим интересом ученых и практических работников к
проблеме учета прав и интересов потерпевшего при исполнении наказания, например,
участие потерпевшего в решении вопросов условно-досрочного освобождения осуж­
денных, освобождения их по ам1шстии или помилованию.
Как показал опыт ГСП, содействие примирению через общественные организа­
ции при совершетгаи определенньк противоправных проступков и преступлений, не
приведших к стойкому расстройству здоровья (отнесенных к сфере частного обвине­
ния), позволяет нетолькоусилить социальный контрать за проявлениями преступно­
го насилия на местах и снизить латентность отдельных видов преступлений, но и
поднять ответетвенностъ граждан, возродить позитивные морально-нравственные
устои совместного общежития. По сведениям, полученным от Управления внутрен­
них дел Ошской области, в ходе мониторинга деятельности ГСП в 2003 году, прове­
денного с участием автора, районные отделы милиции, на территории которых дей­
ствуют ГСП, указывают на увеличение обращаемости потерпевших от изнасилова­
ния и снижение обращаемости насепешм по поводу умышленного причинения легко­
го вреда здоровью в семейных отношениях. Это позволяет сделать вывод, что при
фактах насилия, не имевших тяжких последствий, сельские женпщш>1 предпочитают
идти за помощью в ГСП, которые привлекают и суды аксакалов.
С другой стороны, возможность обращения в указанных случаях к обществен­
ным мерам воздействия (судам аксакалов) является, по своей сути, альтернативой как
уголовному преследованию, так и административным мерам, предусмотренным в
соответствующих законах Кыргызской Республики. Таким обратом, в целом выстра­
ивается двухзвенная система применения, например, в случаях семейного насилия
воздействия, альтернативного уголовному наказанию, причем в обоих звеньях в по­
граничных областях (между уголовными и административными, административными
и общественными мерами) могут работать службы медиации, в качестве которых
чаще всего выступают неправительственные специализированные организации. Группы
самоподдержки, выполняя функцию примирения конфликтующих сторон, фактичес­
ки являются службами медиации на местном уровне. Автор считает, что кризисные
центры в перспективе также смогут взять на себя выполнение данной функции. Но
для более эффективного использования указанной системы необходимо нормативно
упорядочить взаимодействие между органами внутрешшх дел и службами медиации
через соответствующие механизмы.
Вместе с тем автор полагает, что нельзя сосредоточиватьсятолькона оказании
помощи жертве насилия, не изменяя вокруг нее среду, которая допускает такое наси­
лие. Поэтому необходимо всячески поощрять также деятельность неправительствен­
ного сектора по повышению правовых и гендерных знаний населения. Обладание
знанием интерактивных методик, владение статистическими данными и анализом по­
зволяет многим профессиональным неправительственным организациям успешно
обучать через специализированные тренинги представителей различных структур
(правоохранительных органов, органов местного самоуправления, судов аксакалов),

45
работающих как в сельской, так и в городской местности, а также группы местного
населения (школьников, молодежь, женщин и др.).
Идущие в Кыргызстане демократические процессы, правовое просвещение,
доступ ко многим видам информации и обучению позволили гражданскому обще­
ству создать новые институциональные механизмы по оказанию конфиденциаль­
ной помощи жертвам насилия в сфере семейных отношений и торговли женщина­
ми, мобилизовать общественные организации на местном уровне для организации
коллективных сил защиты от насилия. Это способствовало не только осознанию
гражданами своей роли в обеспечении собственной безопасности, но и преодоле­
нию среди населения определенных гендерных стереотипов относительно виктим-
ности женщин, консолидировало различные по статусу социальные группы и орга­
низации в преодолении преступного насилия в отношении женщин как социально-
опасного явления, указав на огромный резерв возможностей использования граж­
данской инициативы.
К сожалению, данш>1е негосударственные субъекты профилактики пока весьма
слабы и находятся на периферии социального управления. Они не обладают необхо­
димым социальным весом, и потому их влияние на государственную власть недоста­
точно эффективно Оценка Программой развития ООН потенциала неправительствен­
ного сектора показьгеает, что, несмотря на значительную помощь со стороны между­
народных организаций содействия, только немногие организации достигли институ­
циональной устойчивости, необходимой для успешной работы. Сдерживающие фак­
торы этого процесса связаны с пехваттой средств в данном секторе, слабой организа­
цией работы и управления, недостаточным доступом к информации, отсутствием под­
держки его деятельности со стороны государства, например, через налоговые стиму­
лы для развития. По мнению автора, проблема еще состоит и в том, что сегодня уже
для более качественной работы всего неправительственного сектора необходима бо­
лее глубокая его профессионализахщя.
На основании вышесказанного автор полагает, что для последовательной реализа­
ции политики предупреждешм преступного насилия, в том числе и в отношении жен­
щин, государственным органам необходимо приложить все усилия для поддержания
самодеятельного энтузиазма новых субъектов профилактической деятельности из граж-
дансюго сектора. Это нетолькообщественное признание значимости данной работы,
но и определенные меры политического и финансового характера, направленные на
реализацию модели партнерства, в которой общественные отноше1ШЯ базируются на
принципе взаимодействия и которая должна прийти на смену модели доминирования
как в обществе, так и в семье.

В заключении сформулированы наиболее важные положения и выводы, харак­


теризующие теоретическую и практическую значимость исследования.
Основные положения диссертационного исследования нашли отражение в следу­
ющих опубликованных работах автора:
/ МоногшАические издания:
1. Проблемы предотвращения преступного насилия в отношении женщин. Мо­
нография. - Бишкек, 2003. (23,5 п.л.).

46
2. Гражданская ипищ1атива в преодолении насилия в отнопюнии женщин. Моно­
графия. -Бишкек, 2003. (6,0 п.л.).
3. Насилие в отношении жетации: предупреждение и борьба с последствиями. I и
П разделы коллективной монографии / Под общ. ред. Б.Г.Тугельбаевой. -
Бишкек, 2001. (2,75).
4. Превентивная роль органов прокуратуры в предотвращении насилия в се­
мье. Раздел коллективной монографии / Под ред. Б.Г.Тугельбаевой, А.М.Ша-
гивалиева, Ч.К.Мусабеиовой. - Бишкек, 2003. (2,2 п.л.).
5. Мобилизация усилий государства и общества в противодействии преступно­
му насилию в отношении женщин (опыт Кыргызстана, Таджикистана и Узбе­
кистана). I и П разделы юэллективной монографии / Под общ. ред. Тугельбае-
вой Б.Г -Бишкек, 2004. (3,2 п.л.).
6. Тендерные аспекты репродуидаи и воспитания полов. Раздел в коллективной
монографии. - Бишкек, 2004. (2 п.л.).
7. Насилие в отношении женщин и детей / Под ред. Г.М.Алиевой, К.А.Исаевой,
Б.Г.Тугельбаевой. - Бишкек, 2004. (18,2п.л.) - в печати.

II. Научные статьи:


8. Исторический очерк о домашнем насилии» // Ненадежность гечдерной зашиты
/ Под общ. ред. Тугельбаевой Б.Г. - Бишкек, 1996. (0,2 п.л.).
9. Насилие против женщин и политика государства // Вестник Международного
казахско-турещюго университета им. Х.А. Ясави. - Туркестан, 1997. - № 5.
(0,2 п.л.) - в соавт.
10. Насилие против женщин: мифы и реальность // Известия НАН КР. - Бишкек,
1998. -№4. (0,3 п.л.)-в соает.
11. Новые направления гендерной зашиты в законодательстве Кыргызской Рес­
публики // Сборник НЕЖНЫХ трудов юридического ф^а / КРСУ. - Бишкек,
1999.-Вып. 3.(0,45 П.Л.).
12. Сошюлогический анализ проблемы насилия в отношении жетцйн в Кыргыз­
стане // Сборник нг^'чных трудов юридического ф-та / КРСУ.—Бишкек, 1999.
- Вып. 4. (0,9 п.л.) — в соавт.
13. Насилие в семье: история и современность // Сборник нг^ных трудов юриди­
ческого ф-та / КРСУ. - Биыпсек, 1999. - Вып. 5. (0,75 п.л.).
14. Насилие в семье: сощ1ально-правовой аспект//Сборник научных трудов юри­
дического ф-та / КРСУ. - Бишкек, 1999. - Вып. 7. (0,6 пл.).
15. От Пекина до Нью-Йорка. Отчет о положении женщин в Кыргызской Респуб­
лике за 1995-2000гг. / ПРООН. - Бишкек, 1999. (6,2 пл.) - в соавт
1 б. Сексуальные домогательства на работе и учебе // Механгамы реализащга реп­
родуктивных и сексуальных прав человека в Кыргызстане: Сборник статей. -
Бишкек, 2001. (1пл.).
17. Стратегия гендерного равенства в реформегосудгфственногоуправления
Кыргызстана // Права женщин в Кыргызстане: мусульманские традшдаи, ис­
ламские ценности и современное право / Под обш. ред. Л.Ч.Сыдыковой. -
Бишкек, 2001. (0,75 п.л.) - в соавт.

47
18 Общесоциальное предупреждение преступности в Кыргызской Pecnye.imKe.
// Сборник H^fHHbix трудов юридического ф-та, посвященный 10-летию КРСУ
/ КРСУ. - Бишкек, 2002. - Вып. 14. (0,75 п.л.).
19. Тендерные отношения в современном мире // Гендерная школа в Кыргызстане
/ Под общ. ред. РТ.Лйтматовой. - Бишкек, 2003. (0,85 п.л.) - в соавт.
20. Специально-криминологическое и индивидуальное предупреждение преступ­
ности в Кыргызской Республике // Вестник Кыргызско-Российского Славяне
кого ушшерситета. - 2003. - Т.З. -№8. (0,5 п.л.).
21. Понятие и признаки преступного насилия в отношении женщин // Законность
и правопорядок как основа обеспечения прав человека и укрепления обще­
ственной безопасности; Сборник материалов международной нгучно-практи-
ческой конференции (10 октября 2002г.) / Академия МВД Кыргызской Рес­
публики. - Бишкек, 2003. (0,65 п.л.).
22. Международный опыт продвижения законодательства по предотвращению
насилия в семье // Государственность и религия в духовном наследии Кыргыз­
стана / Инсппуг мировой 1ощыуры. - Бишкек-Лейпциг, 2(ЮЗ. - Вып.ПТ. (0,5 пл ).
23. Законодательство в области предотвращения насилия в семье: опыт стран СНГ
// Диалог цивилизаций - Бишкек, 2003. - Вып. П. (0,25 п.л.)
24. Проблемы ответственности за понуждения к действиям сексуального харак­
тера по уголовному законодательству Кыргызской Республики // 5 лет Уго­
ловному кодексу Кыргызской Республики: проблемы дальнейшей либерали­
зации уголовной политики государства. Мат-лы респ. нг^^.-практ. конф,-
Бишкек, 2003. (0,75 п.л.).
25. Кризис гендерной мужской идентичности как фактор криминального риска
// Криминология: вчера, сегодня, завтра. Труды Санкт-Петербургского кри­
минологического клуба. - СПб., 2003. - № 1 (6). (0,5п.л.).
26 Криминологическая характеристика торговли женщинами с целью сексуаль­
ной эксплуатации // Вестник Кыргызско-Российского Славянского универси­
тета. - 2004. - Т. 1. - №1. (0,5 п.л.)
27. Гендерная природа формирования насильственного поведения в семье // Со­
искатель. - М., 2004. -Xal. (0,45 п.л.).
28 Криминологическая характеристика преступного насилия в отношении жен­
щин в Кыргызской Республике // Уголовное право. Н^чно-практичсский жур­
нал. - М., 2004.-№ 1. (0,5 п л.).
29. Особенности проявления престушюго насилия в сфере семейных опюшепий в
Кыргызской Республике // Вестник Кыргызско-Российского Славянского уни­
верситета. - 2004. - Т.4. - №2. (0,5 п.л.).
30. Понятие преступного насилия в отношении женщин // Мат-лы межд. пауч-
пракг. конф. «Международное и национальное уголовное законодательство:
проблемы юридической техники» (Москва, МГУ, 29-30 мая 2003г.). - М.,
2004. (0,4 Н.Д.).
31. Le Kirghizistan: les particularitHS de violence dans la spluire des relations familiales.
// Habiba Fathi. Femmcs d'autoriffi dans I'Asie Centrale contemporaine. - Paris,
2005. (0,5 П.Л.) - (в печати).

48
SUMMARY
For the dissertation of Bermet Tugelbaeva on the theme
«The problems of criminal violence against women: prevention and struggle with
consequences»
Specialization 12.00.08 - Criminal Law and Criminology;
Criminal and Executive Law.
For obtaining of the Academic Degree of Doctor of Law

The problem of violence against women and children has started to be considered
seriously at international level over the past years. Cruel treatment against women is often
hidden, denied, limited to its importance in many parts oftfieworld. This is often tolerated
as a cultural norm and tradition. Comprehensive analyses of private and common problems
connected toregulationof legal-based relations in the sphere of fighting criminal violence
against women is one actual and strategically important direction of theoretical and applied
researches intfiesfAere of criminology.
Criminologica} research of common and specific appearances of criminal violence against
women and it consequences in Kyrgyz Republic for modernization of social-legal control
for given phenomena and effective influence onfectorsdetermined it is a priority goal ofthe
conducted research.
Introduction includes an actuality of the theme of dissertation research, goal and tasks
determined, methods and methodology of research conduction described The level of
scientific innovation is characterized and practical importance of work, main aspects for
presentation are formulated, results of qjprobation of research conducted presorted and
structure and volume of dissertation vwjrk arc indicated there.
The first section of work is devoted to consideration of violence against women's
problem with historical, systemic and gender aspects, disclosure of phenomena of criminal
violence in attitude to women as complex part of social violence. It also includes a
presentation ofresearchstatus, structure and dynamics of criminality in attitude to women
and criminological characteristics of the most spread forms of violence are given as well as
particularities of violence in familyrelationshipsvMch are typical for traditional culture of
Kyrgyzstan people are analyzed.
The analyses of international-legal documents, instruments, national legislative initiatives
in the sphere of criminal violence against women andfightingwith its consequences in
historical and comparatively legal aspects were given in the second section.
The third section is represented byresearchesof problems of gender socialization of
person andrisksfactors as well as gender nature of family conflict. Common social and
special criminological prevention of criminal violence in attitude to women including legislative
and other measures of provision women humanrightsjmrtection and experience of civil
organizatims ofKyrgyzstan in prevention of criminal violence in attitude to women analyzed
and learnt.
The most important aspects and conclusions is characterized by theoretical and
practical importance of the research are formulates in the conclusion.

49
ОсОО Дэна
Подписано в печать 27.05.05
Бумага офсетная. Тираж 100 экз.
Объем 3,125 усл. печ. лист

50
РНБ Русский фонд

2005-4
24395

Вам также может понравиться