Вы находитесь на странице: 1из 10

ЗАГАДКА ЗНАКА МАНАСА

Автор: Болот Шамшиев


Записки кинорежиссера

Только, когда мне перевалило за 60, я окончательно понял, что вся моя творческая
жизнь, так или иначе, прошла под знаком Манаса. Впервые я увидел рисунки о герое
киргизского эпоса «Манас» в далеком детстве. Отец привез из Москвы только что
красочно изданную книгу в красной обложке, так называемый «сторублевый» «Манас», и
я надолго прилип к ней, увлеченно разглядывая картинки художника Петрова. Это был
1946 или 1947 год. Я еще не умел читать, но в этой книге меня поразили кыргызские
лица, как теперь понимаю, другой, для меня романтической эпохи, а сами герои
показались по-настоящему величественно значимыми, под стать героям и духу времени
только что окончившейся Великой Отечественной войны. Позднее, когда кыргызская
волна кинорежиссеров-шестидесятников начала побеждать на престижных кинофорумах
высшего разряда, многих иностранных критиков удивляло, откуда молодые ребята из
далекого Кыргызстана набрались духу штурмовать высоты мирового кино. В то время
даже появился термин «киргизское кино-чудо». Не знаю как другие мои коллеги, но я
думаю, у меня была внутренняя смелость, скорей всего, от чувства причастности к
нашему великому эпосу и его героям.
Любовь к эпосу Манас толкнула меня сделать сорок лет назад дипломную работу –
документальный фильм о жившем в то время в городе Фрунзе знаменитом сказителе эпоса
«Манас» Саякбае Каралаеве. Гигант казахской литературы писатель Мухтар Ауэзов его
называл не иначе как «Гомер ХХ века»! Мне посчастливилось больше года общаться с
Саякбаем-ата. Мне было 23 года, когда состоялось наше знакомство. Многого я тогда
еще не понимал и действовал скорее по интуиции. Большинство моих вопросов к
аксакалу были наивными, а моментами, может быть, и глупыми. Так мне сейчас кажется
с высоты своего возраста. Сегодня с великим манасчи я, конечно, говорил бы на
другие темы и задавал бы другие вопросы, на которые мог бы ответить только он сам,
по всей вероятности, один из ПОСВЯЩЕННЫХ кыргызов в тайну Манаса.
Тем не менее, не смотря на свою незрелость, у меня все же ума хватило расспросить
Саке, как он стал манасчи. И он рассказал мне любопытную историю, которой я вначале
особого значения не придал. Я тогда был в плену книжных понятий, в частности,
одного из исследователей эпоса «Манас» академика Жирмунского. Он писал, что многие
среднеазиатские акыны свои певческие способности объясняют воздействием на них во
сне святых. Саякбай Каралаев мне поведал тоже о сне, в котором к нему явились
высшие иерархи киргизской мифологии. Как примерный советский студент, воспитанный
на историческом материализме, я, конечно, этот рассказ не мог сразу же принять на
веру. Понадобилось время, чтобы я в мыслях вновь и вновь возвращался к сновидению
Каралаева, пытаясь разгадать феномен старого манасчи. Так о чем речь? Какая загадка
вот уже сорок лет не дает мне покоя? А суть вопроса в следующем. Вариант эпоса
«Манас» Саякбая Каралаева самый объемный и составляет больше полумиллиона
поэтических строк! Все это запомнить или вызубрить невозможно. Сказать, что это
полная импровизация и Саякбай Каралаев является автором эпоса (даже своего
варианта) тоже нельзя, так как основной сюжет Манаса и его герои нам известны по
рукописи 16 века «Маджмун-ат-Таварих». Каким образом Саякбай Каралаев передавал нам
в течение полувека свой вариант эпоса, если это не феноменальная память? (Смею
заверить, что у Саке была обычная память, и он иногда забывал и путался в датах и
деталях своей собственной биографии!) И если это не авторская поэзия?
Сам Каралаев, например, объяснял свои феноменальные способности ВНУШЕНИЕМ СО
СТОРОНЫ, ВОЗДЕЙСТВИЕМ на него ВЫСШИХ ДУХОВНЫХ СИЛ кыргызской мифологии – БАКАЯ И
МАНАСА!
Чтобы не быть голословным, передаю его подробный рассказ, запомнившийся мне в свое
время до мельчайших подробностей:
«Я родился в обычной бедняцкой семье, на берегу Иссык-Куля, в аиле Ак?л?н. Мать
родила меня недоношенным, наступив босой ногой на змею в горах во время сбора дикой
смородины. К 17 годам я ни о каком Манасе и не думал. Рос обычным аильским
пареньком, и если у меня были какие-то творческие способности, то только на уровне
сочинения примитивных аильских частушек. Однажды во время священного для мусульман
месяца рамадан (орозо) я поехал в Кочкорку, чтобы подзаработать там пением
жарамазана (колядок). Успех превзошел все ожидания. Я заработал 19 царских рублей!
Это большие деньги. Учтите, в то время на один царский рубль можно было купить
целого барана! Возвращался домой через лес в урочище Орто-токой. Сейчас на том
месте водохранилище. Ехать дальше, глядя на ночь, было бессмысленно, и я решил
заночевать на опушке леса. Расседлав, привязал коня возле большого валуна. Ночью
проснулся от чувства голода. Открыл глаза, смотрю и удивляюсь. Оказывается, в
сумерках я не разглядел, что коня привязал не возле валуна, а рядом с прекрасной,
белоснежной юртой, через щель входа которой наружу пробивался свет. Недолго думая,
я подошел к этой юрте, заглянул вовнутрь. Там сидела красивая женщина, и вся
середина юрты была устлана достарханом со сказочно обильной и красивой едой, о
какой я раньше и не мечтал. Женщина, приветливо улыбнувшись, жестом руки пригласила
меня к достархану. Обрадовавшись, я переступил порог юрты, но, вспомнив о своих
цыпках на босых ногах, в смущении остановился у входа. К тому времени я все еще
ходил босиком, без всякой обуви. У меня даже сыромятных чокоев не было, так мы
бедно жили.
Но женщина ободряюще улыбалась мне, и я, преодолев робость, на коленках пополз к
достархану. Только протянул руку, чтобы взять из руки жены Манаса Каныкей (о том,
что это она, я потом догадался) большое кесе с кумысом, как вдруг раздался
оглушительный грохот, поднялся ураганный ветер, и мне в страхе пришлось выскочить
из юрты наружу. То, что я увидел снаружи, напугало меня до смерти. Передо мной
гарцевали на конях великаны-всадники, головами упираясь в небо. Из ноздрей их чудо-
скакунов временами вырывалось жаркое пламя, а у самого грозного батыра,
возвышавшегося в центре, в глазах сверкали молнии. Это был непобедимый Манас. Но в
тот момент я еще не знал кто передо мною. И тут старик с седой бородой до пояса,
сидевший на коне рядом с Манасом, вдруг закричал на меня: «На колени, сукин сын!»
(Ч?г?л?, иттин баласы!). А я давно уже стоял на коленях, потому что земля ходила
ходуном, и удержаться на ногах было невозможно. Но чтобы Бакай (а это был он, Багу
– могучий Отец Вселенной – Ааламдын Атасы!) не подумал, что его не слушаются, я лег
ничком на землю. Тогда седобородый старик сошел с коня, зачерпнул деревянной миской
песок с земли и поднес к моему рту, мол, давай, ешь. Я зубы стиснул, отвернулся,
всем видом показывая, что не собираюсь ему подчиняться. Тут Отче наш – Кыргызский
Ата, нахмурился, взял мою голову, с силой повернул к себе и, глядя в глаза, сказал:
«Ты должен проглотить то, что я тебе даю. Потом ты будешь прославлять Манаса.
Открой рот, не бойся». Я разжал зубы, и Бакай высыпал содержимое миски мне в рот.
Помню, как горячий песок обжег мне язык и нёбо, а горло сдавило спазмой. Честно
признаюсь, хотелось с честью выдержать испытание, и я попробовал проглотить все
сразу, одним махом, но не получилось. Песчаный комок застрял у горла, не давая
дышать. Из глаз слезы льются ручьем, смотрю на Отца Бакая, вижу, как он сердится, а
с собой ничего не могу поделать. Тогда грозный старик стал древком камчи
проталкивать песок мне в горло. В какой-то момент я решил, что мне пришел конец.
Казалось, еще немного и мое горло разорвется на части, а кнутовище камчи проткнет
мое тело насквозь! Мысленно примирившись со смертью, я, теряя сознание, сделал
последнее усилие над собой и все-таки проглотил песок. И тут песчаная масса
превратилась во что-то сладкое, обволакивающее все мои внутренности приятным
теплом. Позже, в 1920 г., когда я в составе добровольческого отряда армии М.В.
Фрунзе попал в Бухару, и впервые в жизни там попробовал мед – асаль, то сразу
вспомнил «сладкий песок», проглоченный мною из щедрых рук Отца Бакая.
Когда очнулся, Бакай мне говорит: «Завтра, на выезде из Орто-Токоя ты встретишь
сарта с двумя баранами: белым и черным. Это твои жертвенные бараны. Не скупись,
отдай хозяину баранов все заработанные в Кочкорке деньги и отправляйся домой. Там
этих двух барашков зарежь для аильских стариков, и попроси у них благословения во
имя служения духу великого и непобедимого Манаса. Затем учти, у тебя на полгода
пропадет голос. Не бойся, впоследствии твой голос станет лучше: громким, звучным и
неутомимым».
Сказал и исчез. Утром просыпаюсь, оглядываюсь вокруг, думаю, что за чертовщина мне
приснилась – конь мой привязан у большого валуна, и нет никаких следов сказочной
юрты Манаса, как нет и следов от копыт коней всадников-великанов! Умывшись в ручье,
отправился в дальнейший путь. На выезде из Орто-Токоя, там, где сейчас створ
плотины, на повороте дороги из-за скалы мне вдруг навстречу выходит сарт, который
гнал впереди себя двух баранов. Причем один баран был черный, а другой – белый. Я
обомлел. Не знаю, что произошло со мной, но все деньги из бельбака (поясной платок
– прим. Б.Ш.) я вывалил сарту на руки без всяких разговоров. Тот, конечно, сильно
удивился и поспешно убежал, пряча мои деньги на ходу. Видимо подумал, что я
ненормальный. Дома, как мне наказывал Отец Бакай, в тот же день я устроил угощение
для наших аильских стариков. Дармовщинку все любят. А наши старики не были
исключением. Они с удовольствием съели моих жертвенных барашков, потом, сытно икая,
благословили меня, хотя было видно, что не все поверили моему сбивчивому рассказу о
явившемуся мне во сне Бакаю с Манасом.
Наутро я лишился речи. Шевелю языком, а ничего сказать не могу. Мои домашние стали
коситься на меня. Через неделю пришлось покинуть родной дом – на меня все в аиле
стали показывать пальцем, а некоторые мальчишки бросать камни. Да и сам я стал
чувствовать, что постепенно схожу с ума. Ушел в горы, питался, чем попало: корнями
растений, иногда зайчатиной, если удавалось поймать в расставленные силки песчаных
толаев. Так прошло шесть месяцев. Однажды утром просыпаюсь, как будто от шума
проносящегося где-то горного селя. При этом меня всего трясет и так сильно, словно
я припадочный. Оказывается, у меня открылась речь, но остановить поток бурных,
рокочущих слов не могу. Слова льются из меня неудержимо, о чем пою, разобрать не
могу. Понятны только отдельные слова о Манасе. Перепугался я, бросился домой. Там
отец схватил камчу и со всей силы стал лупить меня по спине, пока я не остановился.
Так я стал манасчи…»
Не верить Каралаеву я не могу. Он был честный человек, со мною откровенен, не
хитрил и не лукавил. Проверить каким-то образом его рассказ – например,
организовать расследование его полугодового молчания в 1912 г. среди стариков-
односельчан – я не догадался, потому что, напоминаю, я к этому рассказу отнесся не
серьезно, исходя из бытовавшего тогда идиотского принципа: «этого не может быть,
потому что не может быть!» Однажды в 1995 г. известный ученый и философ Аскар
Чукутаевич Какеев, будучи министром образования, науки и культуры, подарил мне
турецкое издание варианта эпоса Манас, записанного В. Радловым со слов неизвестного
манасчи в 1896 году и изданного впервые в 1913 году в Берлине на немецком языке.
Так вот этот текст, ранее малодоступный широкому читателю, меня крайне
заинтересовал тем, что неизвестный манасчи поведал Радлову об объеме эпоса «Манас»
длиной в шесть месяцев (!) Что это за сакральные ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ, знакомые мне по
индоевропейским мифам и легендам? Тут я вспомнил туркменского ученого Аразбая
Ураева, который убеждал меня, что имя Манас имеет отношение к древнеарийской
легенде о первочеловеке. По моей просьбе Ураев даже написал небольшую статью для
Кыргызстана, где попытался расшифровать эпизод рождения Манаса как сложную
древнеарийскую поэтическую мифо-метафору. Статья была напечатана в «Слове
Кыргызстана», но широкая общественность ее не заметила. По крайней мере, никаких
дискуссионных публикаций в нашей прессе она не вызвала. А жаль. Ураев, оказывается,
был прав. Он практически указал правильное направление поисков первоосновы
«Манаса». А не распознав первоосновы, фундамента одного из древнейших литературных
памятников на земном шаре, как можно рассуждать о самом содержании эпоса,
подвергшемся в течение тысячелетий колоссальному давлению Времени и возможным
деформациям?!

Болот Шамшиев,

Кинорежиссер, Народный артист КР и СССР,

Лауреат Государственной премии СССР.


08 мая 2004 г.

Продолжение следует.

Дата публикации: 13.04.2006 19:41:03

ЗАГАДКА ЗНАКА МАНАСА



Автор: Болот Шамшиев


Записки кинорежиссера
Стоит также заметить, что, памятуя о версии происхождения эпоса, высказанной
Мухтаром Ауэзовым, я много лет потратил на поиски реального исторического прототипа
нашего героя эпоса, но не нашел. Кроме кагана Манаса, правившего Хазарским
каганатом в 9 веке н.э., в истории северного полушария каких-нибудь заметных
личностей с таким именем или похожей на нашего эпического героя судьбою нет. Ни
Чингисхан, ни Модэ-хан, ни Елюй-даши, ни Ли-Лин и т.д. не подходят. Есть девичье
имя Манасия в Индии, и река в Гималаях, правый приток Брахмапутры. И т.д. и т.п.
Про город Манас в Синьцзяне не говорю, он всем известен. Что же за такая личность
Манас, о которой в реальной истории ничего не написано, но во славу которого, тем
не менее, был создан океаноподобный эпос? Даже великий Потрясатель Вселенной
Чингисхан не удостоился такого внимания от степных и горных аэдов необъятной Азии?
Двадцать лет назад путевые заметки великого художника, ученого, философа,
знаменитого исследователя Азии Николая Константиновича Рериха, где он написал, что
сказочную страну Шамбалу следует искать у киргизов Куэнь-Луня, заставила обратить
мое внимание на Тибет, начать искать следы Манаса не на Алтае, Саянах и Енисее, а
на величественных просторах Гималаев.
С 1923 по 1928 годы прошлого столетия Н.К. Рерих совершил несколько трудных,
опасных для жизни, но в тоже время удивительных по значимости экспедиций в
неизведанные глубины Центральной Азии. Одной из главных целей Николая
Константиновича были поиски загадочной, затерянной в горах Тибета-Страны Снегов,
священной страны Шамбалы, где, якобы, живут бессмертные люди – мудрецы-махатмы. Н.
Рерих, к сожалению, этой таинственной страны не нашел. Он не мог в то опасное время
обойти все горы Азии. Но мечта найти Шамбалу осталась.
Благодаря великому русскому исследователю мы узнали о существовании наших
соплеменников на Тибете. Куэнь-Лунь (Северный Тибет) – горная система, вдвое
превышающая по территории наш Тянь-Шань. За годы существования Кыргызского
государства мы мало чего знали о своих куэнь-луньских собратьях – сведения о
киргизах КНР, полученные комплексной киргизской археолого-этнографической
экспедицией в 1953 г. (Я.Р. Винников, С.М. Абрамзон), в результате опроса в Тянь-
шаньской (ныне Нарынской) области так называемых «откочевников» – выходцев из
территории современного СУАР, – были скудными и для большой науки мало применимыми.
Исследования киргизских ученых в советское время касались в основном только
территории бывшего Советского Союза. 14 лет Независимости, увы, тоже никак нас не
продвинули в сторону не то, чтобы исследования, а хотя бы знакомства с тибетскими
киргизами. Следует учесть, что сообщение Н. Рериха о тибетских киргизах,
подтверждает также известный географ Станишевский, рассказавший в свое время Саулу
Менделеевичу Абрамзону о проживающих в Ладаке (Западный Тибет) киргизах. Нет у нас
вообще никаких сведений о так называемых «санджуйских» киргизах. Не является ли
населенный пункт Кыргызджангал («джангл» с анг. «джунгли»» – прим. Б.Ш.),
расположенный рядом с границей Кашмира, одним из центров расселения санджуйских
киргизов? В свете последних находок китайских археологов в песках Такла-Макана
(мумии европеоидов, 4 тысячи лет до н.э.) тибетское направление для изучения
проблемы этногенеза кыргызов представляет сегодня для широкой общественности
Кыргызстана и, не исключено, для мировой науки чрезвычайный интерес.
Дело в том, что загадочная Шамбала описана не только в многочисленных трудах
буддийских богословов и тибетских манускриптах «дзонпо», но и в киргизском эпосе
«Манас». Как известно, главные персонажи героической эпопеи: Манас, Семетей, Сейтек
не умирают, а «кайып болуп кетет» (превращаются в духов). Только в конце трилогии,
после воцарения на земле мира и справедливости они оживают (выходят из состояния
сомати по Мулдашеву?) и вместе со своим народом кочуют по счастливой стране, где-то
среди гор.
Мое более чем сорокалетнее изучение великого эпоса «Манас» привело к удивительной,
на мой взгляд, гипотезе-открытию: истоки рождения эпоса «Манас» (точнее культа
Манаса, давшего толчок к созданию в течение последующих тысячелетий главного эпоса
кыргызов) принадлежат к периоду создания древнейших на земном шаре литературно-
религиозных памятников таких, как Веды, Авеста, Махабхарата, Библия, шумерский
Гильгамеш! Оказывается, слово «Манас» – одно из древнейших понятий и мировых
символов. Сейчас без специального исследования трудно говорить о какой-то датировке
появления понятия «Манас», хотя имеющиеся некоторые доказательства позволяют уже
сегодня утверждать о его чрезвычайной древности.
Нам, современным киргизам, хорошо известно слово «асман», означающее «небо».
Например, «радугу» мы называем «асан-Yoн». Слово «ас» знакомо нам и отдельно
звучащим. Если мы хотим что-нибудь «подвесить», то говорим «ас». Существует даже
киргизское племя, хорошо известное в исторических хрониках – «ас», «азы», «азыки».
Чтобы расшифровать древний смысл слова «асман», имеющее прямое отношение к слову
«манас», мы можем обратиться к трудам известного французского ученого Жоржа
Дюмезиля, крупнейшего специалиста ХХ-го века по индоевропейской мифологии. В книге
«Мифы и Боги индоевропейцев» (Georges Dum?zil « Mythes et Dieux des Indo-Europ?ens
», Flammarion, Paris, 1992) он пишет, что «аса» у доисторических арьев (ариев)
(составивших по ходу развития человечества основу всех существующих на земле
индоевропейских народов – прим. Б.Ш.) означало «небо», «космический порядок». Под
словом «ман», «мана», «багу мана» арьи понимали «человек», «первочеловек»,
«благое», «благая мысль», «земля», «жизнь», «энергия земли». «Асман», по их древней
вере, являлся Вертикалью (лучом ал-святым) соединяющей глубины космоса с центром
планеты Земля. «Манас» для древних арьев был символом духа, благоденствия,
благополучия. Я думаю еще и линией «горизонта земли», а возможно и линией «хребтов
белоснежных гор», как бы подвешенных в мареве воздуха (если смотреть на горы со
стороны долины)! Еще выдающийся русский ученый Окладников писал о знаке «крест»,
как самом древнем знаке, священном символе доисторической цивилизации! Да, речь
идет о том самом «кресте» (по древнетюркски – ас, аз, адж, хадж, отсюда, наверное,
мусульманское ажылык – паломничество к святому месту; возможно, изначально к кресту
на горе), который впоследствии использовали христианские первосвященники в качестве
главного символа христианской веры. И крестное знамение «Во имя Отца, Сына и
Святого духа» было произнесено за тысячи лет до появления Иисуса Христа и его
евангельских апостолов. Потому что «крест арьев»: АСМАН (вертикаль) – МАНАС
(горизонталь) следует расшифровывать как: «АС – Отец (космос), МАН – Сын (земля) и
МАНАС – Святой Дух (абстрактное производное от слияния «космоса и земли»,
расположено на линии сердца и груди, обиталища «души»). Между прочим, первые слова
русской православной молитвы звучат вполне по-киргизски (древнетюркски): АС ЭСИ
(Хозяин Неба – Отче Наш) на небеси, да святится имя твое!
В Гималаях есть гора Кайлас (в переводе на русский – Гора-Крест) – и поныне самая
священная гора индуистской религии, а у подножия ее находится не менее знаменитое и
священное озеро Манасаровар. Так вот, гора Кайлас украшена гигантским, природного
происхождения КРЕСТОМ! Скалы вершины горы расщеплены так, словно сам небесный Бог –
АЛЛА сотворил это необыкновенное чудо. С незапамятных времен (может быть 10 или
даже 20 тысяч лет тому назад) к этой священной, почетной Горе – главной
Возвышенности (на древнем и современном кыргызском языке – Т?р) приходили верующие
паломники (манаси, манахи?) и обходили 108 раз Гору Креста и озеро Манас (по-
киргизски – АЛАС – Т?Р (позднее АЛЛАТ?Р) т.е. ГОРА СВЯТОГО КРЕСТА (давайте вспомним
древнее киргизское заклятие: Алас-алас ар балакеттен калас! – Святой крест, святой
крест, (свят-свят) убереги и защити от всякой нечисти, напасти!). Возможно, там и в
те давние времена возникли хорошо знакомые сегодня в русском языке слова церковного
обихода такие, как «алтарь» – почетное место для Бога (по-киргизски – АЛЛАнын Т?
Р?), «монастырь» – уединенное место для общения с Богом, объект паломничества –
духовного поклонения (по-киргизски – МАНАСтын Т?Р?). Теперь необходимо сказать
несколько слов об этимологии слова «алла», «аллах». Оно тоже имеет древнеарийские
корни и, по мнению ряда ученых, вышло не из арабского языка. Скорей всего слова
«алла», «аллах» пришли на Ближний Восток с шумерами, откочевавшими 5 или 4 тысячи
лет назад до н.э. из Ариана Вейо (Арианского простора) (ныне пустыня Такла-Макан) в
район Двуречья (Мессопотамию). Найденные китайскими археологами в прошлом году в
местечке Черчень пустыни Такла-Макан белолицые мумии доисторического периода
позволяют предположить, что пустыня Такла-Макан более 10 тысяч лет до н.э. была
цветущим краем и на берегах Внутреннего Моря обширная территория, окольцованная со
всех сторон хребтами гор БОГА – АЛЛА-ТОО (Гим-аллай, т.е. Чон-аллай, потом Тянь-
Шань (Небо-горы) (перевод на китайский киргизского названия АЛЛАнын ТООлору), далее
Алтай, тоже ГОРЫ БОГА (Алла-тоо-таг-тау-тай)), получила развитие древнеарийская
цивилизация. Я думаю, что этноним «ар», «арьи» и древнетюркский (протокыргызский)
«эр» – «муж», «герой» – одно и тоже. Скорее всего, так себя называли народы,
сформировавшие свою необыкновенную цивилизацию в центре Азии, когда земной шар был
повсеместно затоплен водами всемирного океана, а впоследствии покрыт льдами Малого
Ледникового Периода. Что послужило причиной Великого Исхода прототюрков – эрьев из
своей колыбели – Ариана Вейо? Скорей всего из-за трансформации климата (глобального
потепления) на Земле. Внутреннее Море высохло, сказочная земля (Шамбала?), где на
свет появился Первочеловек – Манас, к 5 тысячелетию до нашей эры превратилась в
пустыню, которая нам сегодня известна под названием «Такла-Макан».
Обратимся к цитате, взятой из статьи «Дороги, которые ведут не в ту степь»
азербайджанского историка Алекпера Алекперова: «В то же время славянское слово
“дух” это синоним тюркского “кут”– "душа/светлый” (этот закон в лингвистике
именуется метатеза. – А. Алекперов). Из слова “кут/душа/светлый” производны
германские “гот”, а также “God, Got” в смысле Бог (сравните протокыргызское «багу»,
означающее «милостивый», «растящий», «воспитывающий» – прим. Б.Ш.). Детерминант
“ал”, употребляемый арабами в качестве определенного артикля, а также
индоевропейцами в качестве определения (например, “nature/natura” и т.д.) означает
не “ал/рука”, как это предполагает (писатель) Мурад Аджи (стр. 216, «Европа, тюрки,
Великая степь»), а восходит к тюркскому “ал/свет” (свят), откуда происходит понятие
“Божий Дух” (ср. семитские Эл (Eloh/Ilah/Allah)».
От себя добавлю – культовое слово «Ал – лА» – не простое слово, а как многие
священные слова, перевертыш, двухконцовое и может читаться как слева направо, так и
справа налево. Как луч света, который может быть направлен и сверху вниз – «манна с
неба», т.е. ман – аса, и снизу вверх – мольба (душевный посыл «ал») к верху, к
небу.
Кто из современных народов сохранил слово «манас» в культовом значении? Думается
ответ один: сегодняшние киргизы. Только киргизский этнос имеет такой обширный,
называемый некоторыми исследователями «океаноподобный» памятник «Манас»! Суть не в
объеме, хотя это тоже немаловажно. Важна глубина философской мысли, масштаб героев
и событий, охватываемый в эпосе. И, конечно, процесс движения истории мира из
неолитической древности: только в «Манасе» говорится о дрейфе континентов,
климатических изменениях на земном шаре, исчезновении целых народов и племен. Но,
что интересно, кроме «Манаса» у нас есть еще так называемые малые эпосы:
«Коджоджаш», «Эр-т?шт?к», «Курманбек», которые также при внимательном рассмотрении
текстов можно увидеть корни древних мифологий и верований, рассказанные древним
поэтическим языком метафор. Их, по моему, можно смело отнести к жанру «азиатской
античной трагедии». Между прочим, киргизская антика отличается от древнегреческой.
Но это отдельная тема и об удивительной специфике киргизской античности можно будет
поговорить в другой раз.
Болот Шамшиев,

Кинорежиссер, Народный артист КР и СССР,

Лауреат Государственной премии СССР.


Начало:
Часть 1

08 мая 2004 г.

ЗАГАДКА ЗНАКА МАНАСА



Автор: Болот Шамшиев


Записки кинорежиссера
Стоит также заметить, что, памятуя о версии происхождения эпоса, высказанной
Мухтаром Ауэзовым, я много лет потратил на поиски реального исторического прототипа
нашего героя эпоса, но не нашел. Кроме кагана Манаса, правившего Хазарским
каганатом в 9 веке н.э., в истории северного полушария каких-нибудь заметных
личностей с таким именем или похожей на нашего эпического героя судьбою нет. Ни
Чингисхан, ни Модэ-хан, ни Елюй-даши, ни Ли-Лин и т.д. не подходят. Есть девичье
имя Манасия в Индии, и река в Гималаях, правый приток Брахмапутры. И т.д. и т.п.
Про город Манас в Синьцзяне не говорю, он всем известен. Что же за такая личность
Манас, о которой в реальной истории ничего не написано, но во славу которого, тем
не менее, был создан океаноподобный эпос? Даже великий Потрясатель Вселенной
Чингисхан не удостоился такого внимания от степных и горных аэдов необъятной Азии?
Двадцать лет назад путевые заметки великого художника, ученого, философа,
знаменитого исследователя Азии Николая Константиновича Рериха, где он написал, что
сказочную страну Шамбалу следует искать у киргизов Куэнь-Луня, заставила обратить
мое внимание на Тибет, начать искать следы Манаса не на Алтае, Саянах и Енисее, а
на величественных просторах Гималаев.
С 1923 по 1928 годы прошлого столетия Н.К. Рерих совершил несколько трудных,
опасных для жизни, но в тоже время удивительных по значимости экспедиций в
неизведанные глубины Центральной Азии. Одной из главных целей Николая
Константиновича были поиски загадочной, затерянной в горах Тибета-Страны Снегов,
священной страны Шамбалы, где, якобы, живут бессмертные люди – мудрецы-махатмы. Н.
Рерих, к сожалению, этой таинственной страны не нашел. Он не мог в то опасное время
обойти все горы Азии. Но мечта найти Шамбалу осталась.
Благодаря великому русскому исследователю мы узнали о существовании наших
соплеменников на Тибете. Куэнь-Лунь (Северный Тибет) – горная система, вдвое
превышающая по территории наш Тянь-Шань. За годы существования Кыргызского
государства мы мало чего знали о своих куэнь-луньских собратьях – сведения о
киргизах КНР, полученные комплексной киргизской археолого-этнографической
экспедицией в 1953 г. (Я.Р. Винников, С.М. Абрамзон), в результате опроса в Тянь-
шаньской (ныне Нарынской) области так называемых «откочевников» – выходцев из
территории современного СУАР, – были скудными и для большой науки мало применимыми.
Исследования киргизских ученых в советское время касались в основном только
территории бывшего Советского Союза. 14 лет Независимости, увы, тоже никак нас не
продвинули в сторону не то, чтобы исследования, а хотя бы знакомства с тибетскими
киргизами. Следует учесть, что сообщение Н. Рериха о тибетских киргизах,
подтверждает также известный географ Станишевский, рассказавший в свое время Саулу
Менделеевичу Абрамзону о проживающих в Ладаке (Западный Тибет) киргизах. Нет у нас
вообще никаких сведений о так называемых «санджуйских» киргизах. Не является ли
населенный пункт Кыргызджангал («джангл» с анг. «джунгли»» – прим. Б.Ш.),
расположенный рядом с границей Кашмира, одним из центров расселения санджуйских
киргизов? В свете последних находок китайских археологов в песках Такла-Макана
(мумии европеоидов, 4 тысячи лет до н.э.) тибетское направление для изучения
проблемы этногенеза кыргызов представляет сегодня для широкой общественности
Кыргызстана и, не исключено, для мировой науки чрезвычайный интерес.
Дело в том, что загадочная Шамбала описана не только в многочисленных трудах
буддийских богословов и тибетских манускриптах «дзонпо», но и в киргизском эпосе
«Манас». Как известно, главные персонажи героической эпопеи: Манас, Семетей, Сейтек
не умирают, а «кайып болуп кетет» (превращаются в духов). Только в конце трилогии,
после воцарения на земле мира и справедливости они оживают (выходят из состояния
сомати по Мулдашеву?) и вместе со своим народом кочуют по счастливой стране, где-то
среди гор.
Мое более чем сорокалетнее изучение великого эпоса «Манас» привело к удивительной,
на мой взгляд, гипотезе-открытию: истоки рождения эпоса «Манас» (точнее культа
Манаса, давшего толчок к созданию в течение последующих тысячелетий главного эпоса
кыргызов) принадлежат к периоду создания древнейших на земном шаре литературно-
религиозных памятников таких, как Веды, Авеста, Махабхарата, Библия, шумерский
Гильгамеш! Оказывается, слово «Манас» – одно из древнейших понятий и мировых
символов. Сейчас без специального исследования трудно говорить о какой-то датировке
появления понятия «Манас», хотя имеющиеся некоторые доказательства позволяют уже
сегодня утверждать о его чрезвычайной древности.
Нам, современным киргизам, хорошо известно слово «асман», означающее «небо».
Например, «радугу» мы называем «асан-Yoн». Слово «ас» знакомо нам и отдельно
звучащим. Если мы хотим что-нибудь «подвесить», то говорим «ас». Существует даже
киргизское племя, хорошо известное в исторических хрониках – «ас», «азы», «азыки».
Чтобы расшифровать древний смысл слова «асман», имеющее прямое отношение к слову
«манас», мы можем обратиться к трудам известного французского ученого Жоржа
Дюмезиля, крупнейшего специалиста ХХ-го века по индоевропейской мифологии. В книге
«Мифы и Боги индоевропейцев» (Georges Dum?zil « Mythes et Dieux des Indo-Europ?ens
», Flammarion, Paris, 1992) он пишет, что «аса» у доисторических арьев (ариев)
(составивших по ходу развития человечества основу всех существующих на земле
индоевропейских народов – прим. Б.Ш.) означало «небо», «космический порядок». Под
словом «ман», «мана», «багу мана» арьи понимали «человек», «первочеловек»,
«благое», «благая мысль», «земля», «жизнь», «энергия земли». «Асман», по их древней
вере, являлся Вертикалью (лучом ал-святым) соединяющей глубины космоса с центром
планеты Земля. «Манас» для древних арьев был символом духа, благоденствия,
благополучия. Я думаю еще и линией «горизонта земли», а возможно и линией «хребтов
белоснежных гор», как бы подвешенных в мареве воздуха (если смотреть на горы со
стороны долины)! Еще выдающийся русский ученый Окладников писал о знаке «крест»,
как самом древнем знаке, священном символе доисторической цивилизации! Да, речь
идет о том самом «кресте» (по древнетюркски – ас, аз, адж, хадж, отсюда, наверное,
мусульманское ажылык – паломничество к святому месту; возможно, изначально к кресту
на горе), который впоследствии использовали христианские первосвященники в качестве
главного символа христианской веры. И крестное знамение «Во имя Отца, Сына и
Святого духа» было произнесено за тысячи лет до появления Иисуса Христа и его
евангельских апостолов. Потому что «крест арьев»: АСМАН (вертикаль) – МАНАС
(горизонталь) следует расшифровывать как: «АС – Отец (космос), МАН – Сын (земля) и
МАНАС – Святой Дух (абстрактное производное от слияния «космоса и земли»,
расположено на линии сердца и груди, обиталища «души»). Между прочим, первые слова
русской православной молитвы звучат вполне по-киргизски (древнетюркски): АС ЭСИ
(Хозяин Неба – Отче Наш) на небеси, да святится имя твое!
В Гималаях есть гора Кайлас (в переводе на русский – Гора-Крест) – и поныне самая
священная гора индуистской религии, а у подножия ее находится не менее знаменитое и
священное озеро Манасаровар. Так вот, гора Кайлас украшена гигантским, природного
происхождения КРЕСТОМ! Скалы вершины горы расщеплены так, словно сам небесный Бог –
АЛЛА сотворил это необыкновенное чудо. С незапамятных времен (может быть 10 или
даже 20 тысяч лет тому назад) к этой священной, почетной Горе – главной
Возвышенности (на древнем и современном кыргызском языке – Т?р) приходили верующие
паломники (манаси, манахи?) и обходили 108 раз Гору Креста и озеро Манас (по-
киргизски – АЛАС – Т?Р (позднее АЛЛАТ?Р) т.е. ГОРА СВЯТОГО КРЕСТА (давайте вспомним
древнее киргизское заклятие: Алас-алас ар балакеттен калас! – Святой крест, святой
крест, (свят-свят) убереги и защити от всякой нечисти, напасти!). Возможно, там и в
те давние времена возникли хорошо знакомые сегодня в русском языке слова церковного
обихода такие, как «алтарь» – почетное место для Бога (по-киргизски – АЛЛАнын Т?
Р?), «монастырь» – уединенное место для общения с Богом, объект паломничества –
духовного поклонения (по-киргизски – МАНАСтын Т?Р?). Теперь необходимо сказать
несколько слов об этимологии слова «алла», «аллах». Оно тоже имеет древнеарийские
корни и, по мнению ряда ученых, вышло не из арабского языка. Скорей всего слова
«алла», «аллах» пришли на Ближний Восток с шумерами, откочевавшими 5 или 4 тысячи
лет назад до н.э. из Ариана Вейо (Арианского простора) (ныне пустыня Такла-Макан) в
район Двуречья (Мессопотамию). Найденные китайскими археологами в прошлом году в
местечке Черчень пустыни Такла-Макан белолицые мумии доисторического периода
позволяют предположить, что пустыня Такла-Макан более 10 тысяч лет до н.э. была
цветущим краем и на берегах Внутреннего Моря обширная территория, окольцованная со
всех сторон хребтами гор БОГА – АЛЛА-ТОО (Гим-аллай, т.е. Чон-аллай, потом Тянь-
Шань (Небо-горы) (перевод на китайский киргизского названия АЛЛАнын ТООлору), далее
Алтай, тоже ГОРЫ БОГА (Алла-тоо-таг-тау-тай)), получила развитие древнеарийская
цивилизация. Я думаю, что этноним «ар», «арьи» и древнетюркский (протокыргызский)
«эр» – «муж», «герой» – одно и тоже. Скорее всего, так себя называли народы,
сформировавшие свою необыкновенную цивилизацию в центре Азии, когда земной шар был
повсеместно затоплен водами всемирного океана, а впоследствии покрыт льдами Малого
Ледникового Периода. Что послужило причиной Великого Исхода прототюрков – эрьев из
своей колыбели – Ариана Вейо? Скорей всего из-за трансформации климата (глобального
потепления) на Земле. Внутреннее Море высохло, сказочная земля (Шамбала?), где на
свет появился Первочеловек – Манас, к 5 тысячелетию до нашей эры превратилась в
пустыню, которая нам сегодня известна под названием «Такла-Макан».
Обратимся к цитате, взятой из статьи «Дороги, которые ведут не в ту степь»
азербайджанского историка Алекпера Алекперова: «В то же время славянское слово
“дух” это синоним тюркского “кут”– "душа/светлый” (этот закон в лингвистике
именуется метатеза. – А. Алекперов). Из слова “кут/душа/светлый” производны
германские “гот”, а также “God, Got” в смысле Бог (сравните протокыргызское «багу»,
означающее «милостивый», «растящий», «воспитывающий» – прим. Б.Ш.). Детерминант
“ал”, употребляемый арабами в качестве определенного артикля, а также
индоевропейцами в качестве определения (например, “nature/natura” и т.д.) означает
не “ал/рука”, как это предполагает (писатель) Мурад Аджи (стр. 216, «Европа, тюрки,
Великая степь»), а восходит к тюркскому “ал/свет” (свят), откуда происходит понятие
“Божий Дух” (ср. семитские Эл (Eloh/Ilah/Allah)».
От себя добавлю – культовое слово «Ал – лА» – не простое слово, а как многие
священные слова, перевертыш, двухконцовое и может читаться как слева направо, так и
справа налево. Как луч света, который может быть направлен и сверху вниз – «манна с
неба», т.е. ман – аса, и снизу вверх – мольба (душевный посыл «ал») к верху, к
небу.
Кто из современных народов сохранил слово «манас» в культовом значении? Думается
ответ один: сегодняшние киргизы. Только киргизский этнос имеет такой обширный,
называемый некоторыми исследователями «океаноподобный» памятник «Манас»! Суть не в
объеме, хотя это тоже немаловажно. Важна глубина философской мысли, масштаб героев
и событий, охватываемый в эпосе. И, конечно, процесс движения истории мира из
неолитической древности: только в «Манасе» говорится о дрейфе континентов,
климатических изменениях на земном шаре, исчезновении целых народов и племен. Но,
что интересно, кроме «Манаса» у нас есть еще так называемые малые эпосы:
«Коджоджаш», «Эр-т?шт?к», «Курманбек», которые также при внимательном рассмотрении
текстов можно увидеть корни древних мифологий и верований, рассказанные древним
поэтическим языком метафор. Их, по моему, можно смело отнести к жанру «азиатской
античной трагедии». Между прочим, киргизская антика отличается от древнегреческой.
Но это отдельная тема и об удивительной специфике киргизской античности можно будет
поговорить в другой раз.
Болот Шамшиев,

Кинорежиссер, Народный артист КР и СССР,

Лауреат Государственной премии СССР.

Начало:
Часть 1
08 мая 2004 г.

Обсудить на форуме >>

Вам также может понравиться