Вы находитесь на странице: 1из 32

Эволюция философии суфизма

(IX – XII вв.)


Маволей Абу Язида ал-Бистами (Бистам,
Иран)
Мавзолей Мансура ал-Халладжа (Багдад)
Кенотаф Мансура ал-Халладжа
Место захоронения Имама ал-Газали (Тус,
Иран)
Переход от практики зухда к практике
маариф
1. стремительное сокращение общего
количества «людей отрешения от мирского»
2. быстрое увеличение сторонников
мистического мировидения, «людей
Богопознания» (ахл ал‑ма‘рифа), или «людей
достижения истинности» (ахл ат‑тахкūк).

Предпочтительность знания (качество Бога) –


действию (качеству раба)
Отказ от традиционалистской картины
мироздания, в основе которой лежит
представление о непреодолимой пропасти
между абсолютным и совершенным бытием
(Абсолютное, Бог) и множественным
ущербным бытием
ал‑Х̣усайн ибн Мансyр ал‑Х̣аллāдж (казнен в
309/922 г.) на вопрос о пути к Богу: «Путь
бывает между двумя, а наряду с Богом нет
ничего»
ал‑Х̣āриc ал‑Мухāсиби (ум. в 243/857 г.):
«Лучшие в этом народе — те, кого тамошний
мир (āхира) не отвлекает от здешнего
(дунйā), а здешний — от тамошнего»
Яхъя Ибн Му‘aз (872):

Некий человек заявил ему: «Ты любишь мирское (дунйā)». Яхъя в ответ спросил: «А
где стремящийся к тамошнему миру (’āхира)?» Тот сказал: «Вот я». Ибн Му‘āз
спросил его: «Ты стремишься посредством покорности Богу или ослушания?» Тот
ответил: «Конечно, посредством покорности». Яхъя сказал ему: «Расскажи мне про
покорность. Ты обретаешь покорность посредством жизни или смерти?» Тот
ответил: «Конечно, посредством жизни». Яхъя сказал ему: «Расскажи мне про
жизнь. Ты поддерживаешь ее посредством пищи или без нее?» Тот ответил:
«Конечно, с помощью пищи». Яхъя сказал ему: «Расскажи мне о пище. Ты ее
получаешь из здешнего мира (дунйā) или с того света?» Тот ответил: «Конечно, из
земного мира». Яхъя сказал ему: «Как же я не буду любить здешний мир, в
котором мне дарована предвечным решением пища, посредством которой буду
поддерживать свою жизнь, с помощью этой жизни добьюсь покорности Богу и
посредством покорности обрету [блаженство] того света?» Тот сказал в ответ:
«Поистине, это есть смысл слов пророка Мухаммада, да благословит его Аллах и
приветствует: “В каждом красноречивом высказывании заключена волшебная
мудрость”»
Яхъя Ибн Му‘aз (872):
«Это значит, что сокрытое должно стать частью познающего,
а не просто чем-то рассудочно и абстрактно познанным».
“Отрешенный от мирского” (зāхид) чернит невесте
(земному миру) лицо, вырывает у нее волосы и рвет
одежду, а “знающий [Бога]” (‘āриф), занятый Богом, не
оборачивается к ней».
Муаз считал что «отрешение от мирского» (зухд) и
добровольная бедность - низшая стадия в духовном
развитии и ставил выше по значению мистическое знание и
духовную близость к Богу, что и является конечной искомой
целью «ищущего Бога» (тāлиб).
К концу 9 века были исчерпаны потенции доктринальных
установок учения об «отрешенности от земного» (зухд), которые
содержатся в терминах «упование на Бога» (таваккул),
«удовлетворенность Им» (ридā) и «ограничение надежды» (кисар
ал‑’амал)
Суфизм заговорил языком «любви» (махабба).
«Иногда под термином ‘āмма (простые верующие) подразумевают
ученых внешнего (религиозного) знания и подвижников, которые
не достигли степени любви (махабба) [к Богу]
Следовательно, активной стороной в богопознании выступает Бог,
который желает самопознания, иначе говоря, знания о Боге
даруются человеку свыше, а не приобретаются им.
Представители «опьяненного» направления в суфизме — ’Абy
Йазид ал‑Бистāми, ’Абy ал-Х̣усайн ан‑Нyри (ум. в 295/907 г.), Сумнyн
ал‑Мухибба (ум. в 298/910 г.), ал‑Х̣усайн ибн Мансyр ал‑Х̣аллāдж. Их
отличала убежденность в обладании человеком способностью
интуитивного созерцания в качестве особого познания.
Такое познание «исходит из того, что в любой вещи и любом явлении
присутствует явное (зāхир), ощущаемое и
(следовательно) умопостигаемое, и внутреннее (бāтин) — “скрытый
смысл” (ма‘нан)».
«Пророчество (нубувва) и святость (вилāйа) - два отличных друг от друга,
но взаимодополняющих вида отношения между человеком и Богом.
Первый соответствует внешнему, или “явному” (зāхир), а второй
“внутреннему”, или скрытому (бāтин), аспектам Божественного
откровения»
Абy Йазид ал‑Бистāми (ум. в 234/848 или
261/875 г.)
Переход от ‘убудийа (аскетического благочестия) к
фана (мистическому самоуничтожению в Боге)
Опьяненный (крайний) суфизм (А.Кныш)
Практика шатахат «Пречист Я, Как Я велик!»
(Субхāнū мā а‘зама ша’нū)
Онтологическая трансцендентность при
гносеологической имманентности
«Вы взяли свое мертвое знание от мертвых, а мы взяли
наше знание от Живого (ал‑хайй), Который никогда не
умрет» (Бистами)
По ал‑Х̣аллāджу, Бог (точка) не только Все
мира (линия), Он — во всем в мире (в каждой
точке
линии). Мир (линия) имеет свой
первоисточник (’асл) в Боге (точке), зависим
от Него (линия не может обойтись без точки),
но и Бог, будучи Всем (линия — совокупность
точек), не может обойтись без мира (линии).
Ал‑Г̣азāли (451/1058—505/1111),
«Человек находится на уровне, расположенном между животными и ангелами 〈… 〉 его
особенность — это постижение истин вещей
«Утверждение единственности и единства Бога (тавхūд) — четырех степеней. Первая
степень в утверждении единственности и
единства Бога — это когда человек говорит вслух: “Нет божества кроме Бога”, а сердце его
небрежно к Богу, или отрицает его, каковым является [ложное] единобожие лицемеров.
Вторая степень — это когда человек уверует сердцем, как веруют в единство Бога простые
мусульмане. Это — вероубеждение простых верующих. Третья степень — видеть это
посредством [сокровенного] раскрытия (кашф) благодаря свету Истины (Бога). Это —
степень “приближенных” (мукаррабyн). Это значит видеть множество вещей, но видеть их,
несмотря на множественность, как появляющихся из Единого Бога Четвертая степень —
видеть в бытии (вуджyд) только Единог (вāхид). Это — созерцание (мушāхада)
“правдивейших” (сиддūкyн). Суфии называют это “исчезновением”, “[само]уничтожением”
(фанā’) в единстве Бога (тавхūд), ибо с точки зрения того, что он видит только Единого
(вāхид), он также не видит себя. И если он не видит себя из-за того, что он погружен в
единство Бога (тавхūд), то он — “ичезнувший” от себя в единстве Бога (тавхūд) в том
смысле, что он исчез от видения (ру’йа) себя и созданий… Он монист (муваххид) в том
смысле, что в его созерцании присутствует только Единый (вāхид), и он видит все (кулл) не с
той точки зрения, что оно есть множественность, а с той точки зрения, что все — Едино
(вāхид), [или Единый Бог]. Это — предел в утверждении единственности и единства Бог
(тавхūд)»
Способы постижения
• 1. Рациональный путь (не подходит для
постижения трансцендентного)
• 2. Интуиция, божественная благодать,
избранничество (вилайя)
• 3. Пророчество (высший уровень по ал-
Газали)
• «Высшая степень — это степень пророка, которому обнаруживаются все или
большинство “истин” (хакā’ик) без [предварительного] приобретения и старания, нет,
а путем внушения свыше за очень короткое время. Благодаря этому счастью раб
Божий приближается к Всевышнему Аллаху близостью в [идеальном] смысле,
посредством истины и качества, а не близостью места и расстояния Далее, [знание],
оказавшееся в сердце не в результате до- казательства и усилия человека, делится на
то [знание], о котором он не знает, как и откуда оно появилось у него в наличии, и на
то [знание], с которым он восходит до той причины, из которой он черпает это знание.
Это — созерцание (мушāхада) ангела, вселяющего [божественное знание] в сердце.
Первое называется внушением (илхāм) и внесением в сердце, второе называется
откровением (вахй), которым отличаются пророки, а первым отличаются “избранники
Божьи (авлийā’) и “друзья [Божьи]” (асфийā’)»
•  
• Из двух путей обретения знания — «нахождение Бога» (ваджд) и пророчество
(нубувва) об абсолютном и совершенном бытии (ал‑хакк) для ал‑Г̣азāли
предпочтителен второй, ибо первое, то есть ваджд, — всего лишь одна сорок шестая
часть пророчества.
Предвечный договор Джунайда
• «И вот, Господь твой извлек из сынов
Адама,
• из спин их, их потомство и заставил их
засвидетельствовать о самих
• себе: “Разве не Господь ваш Я?” Они
сказали: “Да, мы свидетельству-
• ем…”» (Коран, 7:171/172, К.).
Кенотаф Джунайда (830-919)
Джунайд (830-910)
• «Знай, что “единобожие” (тавхūд) у людей —
четырех видов. Один из
• них — единобожие (тавхūд) простых верующих
(‘авāмм). Другой —
• единобожие (тавхūд) “людей истин” благодаря
“явному” экзотериче-
• скому (зāхир) знанию. И два вида [третий и
четвертый] — единобожие
• (тавхūд) “избранных” (хавāсс) из [числа] “людей
Богопознания” (‘ахлал‑ма‘рифа)»
• Ал‑Худжвири разъясняет эти высказывания так: «Смысл
[этого] в том, что для мониста (муваххид) [четвертого,
высшего типа] не остается выбора в выборе Бога, и он не
видит себя в единстве с Богом, ибо его душа, самость
(нафс) исчезла во вместилище (махāлл) близости от Него,
исчезли его чувства и в нем осуществляются
установленияБога, какие Он желает, благодаря
исчезновению распоряжения человека, до такой степени,
что он становится атомом (зарра), каким он был прежде в
безначальности (’азал), в состоянии договора 〈…〉 Единства
Бога (тавхūд), потому что говорящий — Бог, отвечающий —
Бог.
• Иначе говоря, монист (муваххид) возвращается в свое
виртуально-вечностное бытие, в котором он был
прежде, чем был сотворен, виртуальное, как отличное
от действительного существования в здешнем бытии в
онтологическом смысле, и вечностное, как
противоположное временному, характеризующее
наличное конечное бытие. Его виртуально-вечностное
бытие не совпадает ни с его действительным
существованием, ни с его небытием, а является его
бытием в том роде бытия, которое есть бытие «только
для Бога 〈…〉
• Ал‑Худжвири по поводу трактовки ал‑Джунайдом «утверж-
• дения единственности и единства Бога» (тавхūд) замечает: «Его
• (ал‑Джунайда) слова указывают на “исчезновение” (фанā’)
• качества [человеческой индивидуальности], истинной капитуляции в
• состоянии победы Бога и раскрытия великого Бога, который уничтожа-
• ет в человеке его качества, чтобы тот стал средством и тончайшей [ин-
• теллигибельной] субстанцией. В общем, человек исчезает от всего, он
• как особь (шахс) и становится местом расположения Бога, чтобы стать
• для речи Бога передатчиком для Него и для Его качества — устроен-
• ным в Нем. У человека остается обязанность исполнять установления
• Закона (шарū‘ат) для подтверждения довода [в Судный день]. Он ис-
• чезает от всего. Это — качество Пророка Мухаммада, да благословит
• его Аллах и приветствует, который в ночь “Вознесения” (ми‘рāдж)
• был доставлен на “стоянку” (макāм) близости [с Богом]».
• Истина, наряду со своей вечностной
стороной (Богом), немыслима без своей
временной стороны (множественного
мира).
Учение Джунайда о познании
• У суфиев гносеологический акт, обычно предполагающий
разделенность познающего (субъекта) и познаваемого
(объекта познания) не работает, суфий должен «стать»
самим познающим.

• (ма‘рифа), — не результат целенаправленных


• усилий мистика, (хотя усилия нужны), не постепенное
восхождение к конечной истине, а способность
внезапного «прозрения», обнаружения в «явном»
(зāхир) «сокрытого» (бāтин), или «сокровенных истин
(хакā’ик), что есть предвечный дар Бога «избранным».
• ’Абy ‘Уcмāн ал‑Х̣ири ан‑Найсāбyри (ум. В 298/910 г.),
современник ал‑Джунайда, предложивший свою
трехчастную классификацию мистиков — 1.«отрешенный
от мирского» (зāхид), 2.«истово поклоняющийся Богу»,
посвятивший себя поклонению Богу
• (‘āбид) и 3. единобожник (муваххид)), — прямо говорит о
единственности бытия: «Кто все действия видит
идущими от Бога, тот единобожник (муваххид)»
• «пребывание [в миру]-[само]уничтожение - пребывание
[в Боге]»
Требования в муриду
• «Стремящийся к Богу» (мурūд), по словам ал‑Джунайда: «…не
желает ничего взамен своей службы и уединения ради Бога… он
располагает мирское (дунйā) там, где расположил оное его Творец
и отвращает свое сердце от прелестей мирского… он отказывается
от явно “разрешенного” (халāл) и в том, что ему необходимо, —
он умерен 〈…〉 он постоянно в уединении, избегает людей 〈… 〉
усердствует в том, что приближает его к Богу… его состояния —
страх Божий, остережение от всего дурного… он знаток
“разрешенного” (халāл) и “запрещенного” (харāм), сведущ в
обрядах религии и следует посланникам, “приближенным Бога”
(авлийā’) и праведникам, сторонится “новшеств в религии”
(бид‘а), одинаково относится к богословско-правовым школам
(мазхаб), не склонен к занятию богословием (калāм) и т. д.»
Требования к Богопознающему
«Первое из твоих деяний, благодаря совершению которых ты
приблизишься к своему Господу, — “отрешение от мирского”
(зухд)»
В качестве обязательных качеств, которыми должен обладать
«стремящийся к Богу» (мурūд) на этом этапе, ал‑Джунайд
рассматривает «правдивость» (сидк) в словах, делах и в сердце, и
«чистосердечие» (ихлāс) — полное посвящение себя Богу и
«искренность в стремлении к Нему посредством сохранения ясного
разума (‘акл) и контроля за своими впечатлениями от окружающего
мира, борьба с наущениями души (нафс) … и страх ухудшить
Богопознание (ма‘рифа) из-за утраты сохранять способность
воспринимать окружающий мир (ал‑халк) во время
непредсказуемого сподобления богоданных “ состояний ” (ахвал)»
Итог
• При обретении истины человек оставляет свое
поклонение Богу посредством собственных усилий
(би‑н‑нуфyсиййа) и переходит к поклонению Богу
посредством единственности Бога (вахдāниййа).
• При наличии истины Единобожия свойства разума
превращаются в наущения (васāвūс, ед. ч. васвāс),
которые требуется отбросить, ибо разум был
опекуном, доверенным лицом раба Божьего,
когда сей раб осуществлял “рабствование”
(‘убyдиййа) как раб (человек).
• Мистический опыт «пребывания» (бакā’) [при Боге], согласно
• ал‑Джунайду, не дает определенного знания о Нем не в силу
неполноты — как раз предвечное пребывание мистика в особом
бытии служит гарантом совпадения мистического знания с
бытием Абсолюта, — а с точки зрения рационалистического языка.

• «Мистический язык прямо противоположен языку


рационалистическому: если второй стремится максимально
однозначно зафиксировать смысл каждого слова и каждой фразы,
избегая двусмысленности как величайшего недостатка, то первый
стремится к максимальной многосмысленности любой единицы
текста»
• Учение ал‑Джунайда о предвечном состоянии людей до их
действительного, актуального, существования служит для
онтологизации истины: виртуальное пребывание людей в
божественном бытии гарантирует в познании обретение
человеком не истинного знания о чем-то, а знания-бытия,
или знания, непосредственно совпадающего с самой вещью.

• Обретение монистом этого состояния одновременного


знания и бытия (знания-бытия), о котором говорит
ал‑Джунайд, и есть снятие противоположности знания и
бытия.
Подтверждение: хадис кудси
• «Разве Пророк Мухаммад, да благословит
его Аллах и приветствует, не сказал: “Аллах,
Велик Он и Славен, рек: «Благодаря
сверхурочным трудам раб Мой не
перестает приближаться ко Мне, пока Я не
полюблю его; если же Я полюблю его, то Я
буду его слухом, которым он слышит, и
зрением его, которым он видит…»”.

Оценить