Вы находитесь на странице: 1из 10

го договора по иску о возврате его земельного участка, то это озна-

чало бы «легализацикі борделя в нарушение цели § 138 ГГV».

1. Согласно § 818 (3) ITY, получивший недолжио исполненное в


свою пользу без правового основания освобов;дается от обязанности
возвратить полученное, если «он не является более неосновательно
обогатившимся». Хотя в наши дни это положение подвергается со-
мнеіиію (см. выше § 15, V), идея законодателя заключалась в том,
что ответчик не должен нести бремени возврата недолжно испол-
ненного в его пользу по иску о пеосновательном обогащении, моти-
вированному исключительно соображениями справедливости, если
это чревато дяя него убьпками (Protokolle II Ѕ. 706 f.). Поэтому тра-
диционная немецкая доктрина рассматривала неосновательное обо-
гашение как материальную выгоду, то есть как превьшіение всех
выгод, вьггекающих из сделки о неосновательном обогащении для их
получателя, над всей совокупностью связанного с ней ущерба. От-
сюда делают вывод, что получатель может вычесть для умяньшения
неосновательного обогащения весь ущерб, который возник в отно-
шении или в связи с нриобретенной им вьlгодой, илн тот ущерб,
который он мог бы претерпеть вследствие реституции. Кроме того,
стода вклточается ущерб, который претерпел неосновательно обога-
тившийся в течение всего периода, пока он добросовестно заблуж-
дался в отношении наличия у него права получить недолжпо испол-
ненное в его пользу вплоть до предъявлення ему реституционного
иска. Неосновательно обогатившийся освобождается полностыо или
частично от обязательств, если полученное им уничтожено, растра-
чено (RGZ 65, 292; RGZ 79, 285) или конфисковано государством
(RG BankArch. 26 [1926/27) 123; OGHZ 1, 298), если он одалживает
полученные в результате сделки о неосновательном обогащении
деньги мошеннику (BGHJZ 1961, 699) или вкладывает iix в промьпіі-
ленное предприятие, демонтированное после войны (BGH MDR,
1957, 598), если он дарит полученные товары (RG WarnPrspr. 1917
Nr. 140) или продает их себе в убьпок (RGZ 75, 361; RG JW 1915,
711), если он тратит полученное, добросовестно заблуждаясь по
поводу того, что имел на это право (RGZ 117, 112; RG WarnRspr.
1919 Nr. 196), увеличивает свои ежедневные расходы на проживание
(RGZ 83, 159, 83, 161), просрочивает сроки подачи исков (RGZ 70,
350), отказывается от претензий (RGJW 1909, 274) или вступает
в обязательства, которые может выполнять только cebe в убьпок
(RG JW, 1914, 302; RG JW 1928, 2444). Он может вьшитать свои
расходы, связанные с приобретением и возвратом (RGZ 72; 1: Mak-
lerkosten; BGHZ 32, 240, 244; RGZ 96, 345, 347; OGHZ 4, 81, 86 f.:
издержки и риски возврата). Словом, истец в делах о неоснователь-
ном обогащении должен нести в принципе все риски собьпий, кото-
343
рые с самого начала сводят на нет или отрицают приращение эконо-
мической выгоды неосновательнот обогащения ответчика.
Это наиболее часто цитируемая слабость исков о неоснователь-
ном обогащении (A.v. Tuhr aaO, Ѕ. 305). Немецкие юристы рассмат-
ривают ее как отличительную особенность ответственности из неос-
новательного обогащения.
2. Другие правовые системы не цдут столь далеко в своем благо-
жепательном отношении к интересам неосновательно обогативше-
гося, хотя в различных странах регулирование sтой проблемы значи-
тельно отличается друг от друга:
а) кодексы стран континентальной Европы прямо предоставляют
определенные привилегии добросовестному получателю неоснова-
тельного обогащения. Однако некоторые из них по-разному разгра-
ничивак›т добросовестность и недобросовестность с точки зрения
строгой ответственности. Помимо случаев, когда дело находится в
производстве, ГГУ предусматривает строгую ответственность за не-
добросовестность только в том случае, если ответчик полностью
знал об отсутствии правового основания для неосновательного обо-
гащеиия (§ 819, 1). И судебная практика при sтом считает недоста-
точным простое знание фактов, обосновывающух отсутствие право-
вого основания (RG WarnRspr, 1918 Nr. 224; RG JW 1931, 529).
Австрийский и швейцарский ГК не предоставляют преимуществ
получателю, «если он должен бьІл считаться с реституцией» (ст. 64
швейцарского Закона об обязательственном праве) или «;qолжен бьш
предполагать... исходя из обстоятельств, ошибку в действиях лица,
передающего недолжно исполненное в его пользу» (§ 1437 АГУ);
6) ограничение ответственности добросовестного получателя не-
основательного обогащения часто связывается в ГК с мерой ответ-
ственности добросовестного владельца по виндикационному иску,
предъявляемому ему собственником. Так, при регулировании ответ-
ственности получателя недолжно уплаченного § 1437 АГУ ссьшает-
ся на нормы, регулирующие спорные отношения между владельцем
и собственником. В ст. 1376 и сл. ФГК речь идет об основных нор-
мах, регулирующих ответственность получателя недолжно испол-
ненного в его пользу. И эти нормы имеют много общего с нормами
ГК друшх стран континентальной Европы, которые регулируют
отношения между собственником и владельцем. В швейцарском
праве зачет расходов неосновательно обогатившегося на улучшение
полученной им вещи регулируется аналогично тому, как это имеет
место в отношении ответственности незаконного владельца (ст. 65
Закона об обязательственном праве Швейцарии). В Швейцарии
часто прибегают и к виндикационным искам, потому что в швейцар-
ском праве в отклонение от принципа абстрации право собствен-
ности не переходит, если основная сделка недействительна. В sтих
странах, так же как и в Германии (§ 987 и сл. ГГУ), потеря первона-
чально полученной вещи, ее уничтожение или убьпочное использо-
344
вание освобождают от ответственности по виидикационному иску.
Что же касается прочею имущественного ущерба, понесенного в
связи с полученной вещью, то засчитываются лишь расходы, по-
траченные непосредственно на эту вещь. Причем необходимые рас-
ходьт — без ограничений, а полезные — только в той мере, в какой
опи к моменту реституции вещи способствовали увеличению ее сто-
имости (§ 331, 323 ABGB; Art. 65 Abs. 1 OR; Art. 1381 Code civil;
Planiol/Ripert/Esmein VII Nr. 746 в заключении);
в) в ряде стран континентальной Европы получение денег, пере-
данных без законные на то оснований, подчинено очень жесткому
регулированию. По римскому праву получатель денег не освобож-
дался от ответственности ни при каких обстоятельствах. Он обязан
бьш вернуть полученную сумму, как если бы он занял ее (vg1. v. Tuhr,
aaO Ѕ. 298 ff.; Siber, Rëmisches Recht 11 (1928] 218 f.). Зта теория
сохранялась в юридической литературе Европы со времен глоссато-
ров до эпохи кодификаций. Прусское всеобщее земское уложение
также ей следовало (§ 193, 16, 1), и отголоски ее еще слышатся в
пандектистике XIX века, хотя Виндшайд уже ее не придерживал-
ся {в гtcnoм о развитии проблемы со времен глоссаторов см. Flu-
ute aaO).
Ныне этому освященному временем правилу следуют в Австрии,
Франции и Италии. Однако пто уже не дань традиции. Скорее в
данном случае руководствуются практическими соображениями.
Ссьшаются, в частности, на многофункциональность денег, что де-
лает практически невозможньш установить их реальную стоимость
благодаря тем метаморфозам, которые они претерпева от, став
частью общего имущества их получившего. Еще акиентируют вни-
мание на испопьзоваиии денег как универсального средства для
разнообразных целей. И отсюда делают вывод, что неосновательно
обогатившийся получает выгоду уже из самой возможности распоря-
жаться полученными деньгами по своему усмотрению.
Vgl. Ktang7Gschnitzer, Kommentar zum ABGB IV2 (1951/63) § 877 Aпm.
III 2 а (Ѕ. 158); KlanffW'ilburg, Kommentar zum ABGB VI' (1951) § 1431 ff.
Anm. Х В 2 (Ѕ. 480); Rummel, Komшentar zum ABGB (1983) § 1437 RdNr. 12;
Planiol7Ripert7Esmein VП Nr. 746; Beudant7Lerebours- Pigeonnière7Rodière,
Cours de droit civil frantais IX bis2 (1952) Nr. 1751; Trimarchi aaO Ѕ. 160 f.
Данное правило применяется также, когда первоначальное обя-
зательство вернусь индивидуально-определенную вещь обычно пос-
ле ее использования получателем для собственных нужд выражается
в форме денежного долга. В атом случае все дальнейшие изменения
в финансовом положеніиі неосновательно обогатившегося не затра-
швают кредиторов;
г) в Англии Палата лордов в одном из своих решений последнего
времени признала, что в возврате неосновательного обогащения
может бьпь отказано, если и поскольку положение добросовестного
345
получателя изменилось настолько (has so changed his position), что
бьшо бы несправедливо требовать от него возврата полученнот в
полном объеме.
См. Lord Croff in Lipkin Norman v. Karpnale Ltd. [1991] 2 А.С. 548, 579:
«Давайте спросим себя: почему нам каягется несправедливым разрешать
реституцию в делах, подобных атим? Ответ должен бып следующнм: если
положение добросовестного отвеюика изменилось настолько, что было бн
несправедливым требовать от него возвраіцения денег — часттно или
полноптыо, — то несправедяивопть такого требования возврата денег пере-
веввівает несправедливость отказа истцу в реституціві». Что же касается
критериев, опираясь на которые ответчик мог бъі заявить об нзмененин
своего положения, то «судебная практика должна будет разработать их на
основе преиедентов». Из обоснования ревlения следует, что, во-первых, ис-
пользовать вти критерии в своіо защиту сможет только добросовестный
ответчик и, во-вторых, для изменения положения (change of position) недо-
статочно свцдетельства ответчика об ипиользованин полученной ям суммы.
Но если он истратші sти деньш на недоступные ему в противном случае
цели, например, на кругосветное путешествие или на пожертвование для
общественных целей, то тогда друюе дело. А если из полученных денег он
купил то, uтo без них он не смог бы прнобрести, то должен будет вернуть
лишь стоимостный эквивалент приобретенного и оставшихся ii наличии
вещей по иенам на день возврата. Подробнее об атом решении см. Got/
Jones aaO Ѕ. 739 ff.; Meier, ZEuP 1993, 365.
Судя по современной судебной практике, ответчик может ссы-
латься на обстоятельства, уменьшающие неосновательное обога-
щение только при наличии общих условий для лишения истца
права на возражение (estoppel). Если истец своими заявлениями
или решительньт поведением дал безоговорочно понять, что от-
ветчику действительно причитается переданная сумма, то его ли-
шают права (estopped) в дальнейшем утверждать в свою защиту
противоположное в случае, когда другая сторона, поверив в пред-
ставленное ей положение іїещей, приняла определенные меры, в
результате которых бьшо бы несправедливо обязать ее вернуть
получеиную сумму. Практика свидетельствует о том, что при лише-
нии права на возраженне (estoppel) руководствуются теми же сооб-
ражениями, которые в дальнейшем будут служить для обоснования
«изменения положения» («change of position») {Goff/Jones aaO
Ѕ. 746 ff.).
Например, суды блаюслонны к ответчику, когда у него требуют
вернуть доход, выплаченный ему по ошибке. Суть часто цитируе-
мого дела Slcyring v. Greenwood (1825) 4 B.&G. 281, 107, Eng. Rep.
1064 заключалась в том, что майор артиллерии в течение несколь-
ких лет получал слишком высокое жалованье, поскольку войско-
вой казначей прогяядел соответствующее распоряжение, касающе-
еся распределения денежного довольствия по чинам. Судья счел
возможньш в иске отказать по следующим мотивам:
346
«Для каждого исключительно важно, чтобы нігіто не побуждало его
прийти к выводу, uтo его годовой дохоп выше, чем он есть на саном деле.
Бережливый человек «по одежке протяшвает ножки». И поэтому лтобому
•теловеку будет нанесен эначйтельнпій уніерб, еслн... у него потребуют воз-
вратить деньш» (aaO Ѕ. 289). В решении также говорнлось, uтo казнаией
виновен не только в ошибке, касаюіцейся подсчета доходов ответчнкв, но
и в наруиіении служебного долга. Аналогично бьто решено и дело Holt v.
Markham (1923) 1. К.В. 504: армейский казначей пpoпycтiui по невнима-
тельнопти соответствуюіиее распоряжение начальства и зашіатил ответчи-
ку, офицеру, о•іень большую сумну в качестве единовременного пособия.
Спуптя 18 месяцев оіннбка бьша обнаружена и деньш потребовали вернусь,
исказив при sтом факты. Ответчик в подробном пипьме правильно изложил
дело. Через 2 мепяца требование о возврате денег бьшо вновь послано ответ-
чику. На сей раз оно бьшо обосновано верно. За пто время ответчик вложил
оставшиеся деньш в какое-то предприятие и прогорел. Рептитуцнонный
иск бьш отклонен (см. также Avon Count7Council v. Hawlett [1983] i All
E.R. 1073). Двое судей выпказали мнение, пто отсутствие в течение 2 меся-
цев ответа истца на пнсьмо к нему ответчика двло последнему законное
основание предположить, ято все сомнения в правильность переданной ему
безвозмездно суммы были решены в его пользу (Bankes 2 Warrington, LSS,
р. 511—512). Scrulton LS бьш готов принять решение, что истец пишается
права на возраженне (estoppel) уже самим фактом шіатежа п нстечением
18 месяцев.
Ответчику отдается предпочтение и в тех случаях, когда возмож-
ность приобретение без законного основания коренится уже в су-
ществующих служебных отношениях между сторонами. Так, в деле
Deutsche Bank v. Beriro (1895) 73 L.T. 669 импортер поручил своему
банку инкассировать вексель. Банк ошибочно известил импортера,
что вексель уже оплачен, и перевел ему деньш. Когда же впоследст-
вии выяснилось, что вексель не бьш погашен, импортер уже открьш
безотзывньйі аккредитив на эту сумму в пользу своего иностранного
партнера.
По мнению суда, действия банка лишили его права требовать
возврата недолжно уплаченного. Кроме того, тем самьш по недо-
смотру одного нз его служащих бьши нарушены его обязательства
перед принципалом, что выразилось в предоставлении последнему
ложной информаціпі об инкассации векселя. Ответчик не имел
никакого отношения к этой ошибке: «Как смогут они обосновать с
помоіцью общего права или права справедливости, что нарушение
пми обязательств не может иметь дпя них последствий, так как они
допустили ошибку?» (судья Mathew aaO Ѕ. 670 f.).
Более сдержанно относятся суды к интересам неосновательно
обогатившейся стороны, если между нею и ее контрагентом не
суіцествует особых взаямных обязательств проявлять осторожность
(duty of care). В деле Weld-Blundell v. Synott [1940] 2 К.В. 107
первый залогодержатель недвижимости ошибочно удержал слиш-
ком маленькую сумму в свою пользу из дохода от ее продажи с аук-
347
іщона и соответственно послал слишком большую сумму второму
залогодержателк›. Последний в качестве возражения против возвра-
та недолжно ему уплаченного сослался, кроме прочего, на то, что из-
sa платежа он упустил возможность своевременного предъявлення
иска собственнику. 9то, однако, не помешало судье заявить: «Я не
думаю, что возникаlот основания для лишения права на возражение,
если не бьши доказаны небрежность илн неправомерное поведение
со стороны истца, выразившнеся в искажении фагтов» (aaO Ѕ. 114).
Такой упрек не может быть брошен истцу, поскольку у первого
залогодержателя в отношении второго не бьшо обязательства прояв-
лять особую осторожность при пepecueтe доходов, подпежащих pac-
пределению между ними. И в отношении истца не возникло основа-
ний дпя лишения его права спъюаться на ошибку при распределении
доходов сторон.
Ссьшка ответчика на то, что он произвел ошибочный н неподле-
жащий возврату платеж из денег, в правяльности попучения кото-
рьгх от истца бьш полностыо уверен, не будет услышана, если он
купил себе на незаконно полученные средства то, что решил приоб-
рести себе в любом случае, даже с помощью кредита United Over-
seas Bank v. Jiwani [1977] 1 All E.R. 733);
д) в США судебная практика с самого начала восприняла точку
зрения лорда Мянсфилда, согласно которой обязанность возвращать
неосновательное обогащенне зиждется на принцнпе справедливости
(natural jusйce & equity) (см. выше § 15, IV). При атом считалось
само собой разумеющимся, что при оценке справедливости в каж-
дом конкретное случае необходимо также учитывать, получил от-
ветчик какую-либо дополнительную выгоду из приобретенного іши
нет. В 1875 году Апелляционньйі суд Нью-Йорка установил прави-
ло: неосновательное обогащение не подлежит реституции, «если
платеж чреват таким изменением положения другой стороньl, что
быяо бы несправедливо требовать от нее возврата» {Mayer v. New
York 63 N.Y. 455 [1875]). В наши днн Свод законов о реституции
делает «изменение обстоятельств» («change of circumstances») хоро-
шие средством защиты от всех реституционных исков (§ 142):
G ЗМСНСННС СТОЯТШІЬС.ТВІ› (НЛИ GИ3MeHCHHИ ПОПОЖСННЯ›) ИНШІОІНЧНО
«отттаденхю осховалия сделхи о xcOcxoвaтeлт•пoм обогаајених» в нcмcтжOм
праве: уннчтоженне, потеря ялн кража полученной вещн: ее убыточное

вмітужденное принятие на себя обязательств, от когорьж неяьзя освобо-


ДНТЬПЯ вообще МИ TOПЬKO R ЯВНОЙ ДПЯ себя НСВЪІЮДОЙ; OZK83 ОТ П 8B ШІН
гарантий; просрочка реализаиіві собственных прав, убъггочное нивестнро-
ВаННИ НСДОПЖНО ПОјІЩСННЬІХ ДСНИГ; ДП CHHC ИЗ ПOП)/HgHHOЮ; {ЭПGT)3aTП НСОС-
новательного обогаіцения пврсоналон лнца, его получнввіего. Судебную
практику сн. Palmer aaO § 16a.
Caмom факта признания судон отпадения прнчин неоснова-
тельного обогащения благодаря тому, что в данном вопросе сообра-
348
жения справедливости играют основополагаюіцую роль, недостаточ-
но дяя освобождения от ответственности, но заіцита будет успеш-
ной, если ответчик сможет доказать, что «изменение положения»
сделает несправедпивым Требование о реституции. Американские
юристн усматривают в этом проблему пяреклддывания бремени
убытков: если ситуация такова, что положение ответчика станет
хуже после реституции, чем до получения неосновательного обога-
щения, то возникает вопрос: на кого должны бьггь возложены все
невыгоды такого развития собьпий — на истца, который не получа-
ет никакой компенсации за понесенный им первоначальный ущерб,
илн же на ответчика, у которого требуют вернуть недолжно получен-
ное, несмотря на то что sтo причинит ему ущерб? Ответ зависит от
оценки справедливости обеих сторон: бремя убьпков будет возложе-
но на сторону, на которую суд после учета всех обстоятельств сочтет
наиболее справедливым возложить основную ответственность. При
прннятии такого решения особое внимание уделяется дополнитель-
ному рассмотрению поведения сторон и их положению до, во время
и после сделки о неосновательном обогащении. Определенную роль
могут играть н другие обстоятельства, такие как отношения между
сторонами в социальной и финансовой пфере. Приводимые ниже
прецеденты хорошо иллюстрируют метод принятия судебных реше-
нии.
В деле Beftririg v. Somerville 44 А. 641 (N.J. 1899) ипотека бьша уступ-
лена сперва «А», а затем «Б», не подозревавшему о первой цессии «Б»,
который тем саным прнобрел лиінь вторіюное право. Собптвепннк земли
)ШflПTM D ht)f НПОТеЕИ «Б», поскольку ничего не знал о первонаяальной
ипотеке, и, обнаружив овіибку, потребовал вернусь оішібочио ушіаченные
денъги. Суд отклонил его реституцнонньгй нск. Обе стороны допустили одну
и ту же ошнбку. У них обеих быяа одннаковая возможность проверить
ПОЈІОЖВННС ДМ В ИПОТСЧНОМ (ЮСGТ)ЭИ. ПKHM ОQ}ЭПЮМ В ДБННОМ Gfl)/Nag НИ
одна из сторон не имелв права рассянтьlвать на помощь суда больше, чем
ДЈЗЗТвЯ. А ПOТOМY ОН П ННЯЛ {ЭСШСННС GOCT£lgИTb СТО}ЗОНЫ В ТОНИ ПОПОЖСННН,
В которое онн поставилн себя cauн». В деле Jefferson County Bank v. Hansen
Lumber Со. 246 Ку. 384, 55 S.W. 2 d. 54 (1932) речь піла о покупке партин
пнломатериалов с платежом •іерез банк ответчика против опрузочных
докуметов. Покупатель оплатил груз, не вцдя документов, сразу после сооб-
щения продавца об отгрузке. На саном же деле товар не был отправлен
и лродавеи обанхротшіся лосле того, ках балк леревеп ет4у дехьги. Через
9 месяцев покупатель потребовал от банка вернуть деньгя. Суд нск отгцо-
хшт. Слсрва ох высхыал сожаление, что в сложхешихся обстоятел»стеах
уплаченные деньш представляют собой ущерб, который должна взять на
себя одна из сторон. И ато должна бъггь та из них, «по чъей вине ипи не-
брежностн, устанааливаенъіх с точки зрения высшей справедливости, дан-
НЫЙ yj tC{Э ИНЫf МЕСТО». ,Д,ИЈtСС В {ЭСШСННИ Э)fДИ ЮВО}ЗИТСЯ ЧТО, ПO£'•KOПbK)f ПО
СјІОВНЯМ СД£;fІКИ П]ЭСЩСМ&Т)ЭНВdЛСЯ M£fTCЖ П)ЗОТНВ ПOJ1 CHH8 ОТГ]Э)fЗОПНЫХ
дохуиентов, истец действовал с хеоправдаихой лоспеыхостъю и пелозволи-
телъно долго затяпул с подачсй реституционхою иска. Практи•тески это
означает, вто истец не столько требовал возврата неосновательного обога-

349
щения, сколько стремился возложить на ответчика уіцерб, который он сан
и причннил. Дело Moritz v. Horsmann 9 N.W. 2 d. 868 (Mich., 1943) —
пример того, как в рамках понятия справедливости на раппределение ответ-
ственности между сторонами может повлиять не только нх участие в сделке
о неосновательном обогаиіении, но и особые отношения между ними. От-
ветчик, прнемный сын, получил часть имущества отчнна как предполагае-
мый законный наследник. Позднее выяснилось, что соответствующее зако-
нодательство не наделяет приемных детей правом наследования. Поэтому
дети, рожденные в браке, потребовали у приемного сына вернуть получен-
ные им 13 тыс. долл., из коих 5 тыс. долл. бьши в государственных ценных
бумагах. Однако он уже потратил 3 тыс. долл. на покупку дома и мебели, а
в отношеіиіи остальной суммы не мог дать тояной информации. Суд заме-
тил в его защиту, что у него осталось лишь 5 тыс. долл. наличными, что он
бьш некоторое время безработным, вто он вынужден был нести значитель-
ные расходы на лечение жены, болевпіей более года. и наконец, пто зако-
нодательная ошибка в одинаковой степени извинительна для обеих сторон.
И поэтому в подобных обстоятельствах бьшо бы жестокой несправедли-
востью по отновіению к ответчику счнтать его ответственным за все не-
должно полученное. Из сказанного суд делает вывод, что у ответчика сверх
5 тыс. долл. наліюными может быть еще от силы 2,5 тыс. долл., и обязывает
его вернуть истцам 2/, из общей суммы в 7,5 тып. долл., то есть 5 тыс. долл.,
которые оставались у него налтными.
3. Беглый обзор иностранных судебных решений показывает, что
используемый немецким правом принцип ответственности отнюдь
не вьпекает из природы вещей. Тем не менее нельзя не констатиро-
вать, что, несмотря на все исходные теоретические различия, кото-
рьіми руководствуются иностранные правопорядки, во многих слу-
чаях достигается одинаковый результат. Учитывая ограниченный
объем книш, достаточно проиллюстрировать сказанное лишь двумя
примерами: а) ошибочной переплатой пособий, пенсий и специаль-
ных выплат по труду; 6) неосновательньш обогащением несовер-
шеннолетних:
а) в случае ошибочной выплаты денежной суммы лицо, ее полу-
чившее, освобождается, согласно § 818 (3) ГГУ, от ответственности,
если расходование этой суммы не уменьшает его другие траты. Со-
гласно общим принципам, получатель недолжно исполненного обя-
эан это доказать. При ошибочных переплатах зарплат и пособий не-
мецкая судебная практика, опираясь на накопленный опьп, исходит
из того, что получивший излишнюю сумму по пособито не отклады-
вает ее, а имеет обыкновение по возможности быстро использовать
для улучшения своих жизненных условий. В результате к моменту
предъявления иска у него уже нет излишка в наличии. Поэтому не-
мецкие суды применяют § 818 (3) ГГУ в пользу получателей посо-
бий. Для этого им достаточно просто показать, что все пособие уже
истрачено (RGZ 83, 159, 161; BVerwGE 8, 261, 270; 13, 107, 110).
Первоначально это рассматривалось в качестве отпадения основа-
ния неосновательного обогащения лишь в тех случаях, когда деньги

350
6ьши потрачены на невосстановимые вещи, такие как средства пи-
тания, путешествия и т.п. Однако с недавних пор судъі проявили го-
товность не требовать у таких граждан возврата неосновательного
обогащения, даже если у остался вещньгй эквивалент потрачен-
ных ими сумм, при условии, что обратный платеж причинит ущерб
получившему недолжно уплаченное. Примером может служить при-
обретение мебели, перепродажа которой с молотка способна вер-
нуть лишь часть ее действительной стоимости (BGH MDR 1959, 109).
Для защиты интересов получателя пособия суды «задействовали» другой
принцип, который удачно дополняет § 818 (3) ГГУ. Суть его заключается в
том, что погашение долга из недолжно полученного не уменьшает преиму-
ществ неосновательно обогативвіегося, так как платеж кредитору пннжает
долювое бремя в его имуществе в целом. Федеральный административный
суд соглашается обьщно с аргументамя в пользу отпавения оснований неос-
новательного обогащения в подобных случаях, так как л обой служащий,
выплачивая долги, вынужден приппопабливать свой образ жизни к реально
полученные доходам (BVerwGE, 15, 16, 17 f.; Staudinger7Lorenz, Kommen-
tar zum BGB '2 [1986] § 818 RdNr. 38; Lieb in Mйnchener Kommentar' [1986]
§ 818 RdNr. 83).
Мотивировка социального порядка, которая лежит в основе птих
решений, характерна и для судов других стран. В Австрии благодаря
доктрине об обязательном возврате полученных в действительности
сумм подобная мотивировка считается неприемлемой. Однако суды
делают исключения для случаев переплаты средств на проживание.
Верховный суд в одном из решений по делу о неправильной выплате
пенсии железнодорожному служащему заявил:
«Речь идет о массовое явлении. Администрация железных дорог сама
начисляет пенсиіо, а потому должна нести за пто ответственность. Можно
даже заподозрить вину железнодорожиого начальства в том, что, перепла-
чивая, оно вводило ліодей в заблуждение. Пенсии по возрасту действитель-
но выплачиваютпя в денежной форме. Но их назначение — обеспечивать
жизненные потребности пенсионера. Он получает деньш и тратит их на зти
цели, что молчаливо подразумевается обеимн сторонами при выплате пен-
сий. А деньги, получаемые сверх того, являются, как указывалось выше,
пртиной дополнительных трат. Поэтому именно в основе требования воз-
врата в большинстве случаев лежит явная несправедливость, поскольку слу-
жащий не в состоянии раздобьпь необходимые средства для возмещение
переплаты» (OGH 23. 4. 1929, SZ 11 Nr. S6 (Ѕ. 265]).
Во Франции сталкиваются с той же практикой. Там в отсутствие
соответствующей законодательной нормы, адекватно регулирующей
зачет убьпков, которые может потерять неосновательно обогатив-
шийся при получении недолжных платежей в свою пользу, ее реша-
ют путем предоставления ему возможности предъявить встречный
иск о возмещении убытков на основе деликтной ответственности
государственных органов за совершение по их вине правонаруше-
351
ния. Во французском праве этот механизм решений данной пробле-
мьi осуществлен гораздо проще, чем в немецком, так как во Фран-
ции внедоговорная ответственность может возникнуть в связн с
«чисто экономическіімн» убытками, в то время как в Германии они
не подлежат компенсации, если не подпадают под действие § 823
(1) ITY, в котором данная проблема регупируется на основе прин-
ціта, исчерпъівающего перечисления (Enumerationspйnzip) наруше-
ний прав иидивида, служащих основанием для предъявления иска о
возмещении ущерба (см. няже § 17 II, IV).
В качестве примера «задействования» подобного компенсаци-
онного механизма посредством иска о возмещении уіцерба в от-
вет на иск о возврата недолжно уплаченного чаще всего приводит
довольно старое решение Conseil d’Ètat (Государствеиного совета)
(1.7.1904, Ѕ. 1904. 3. 121). В нем речь идет об ошибочно выплачива-
емьіх пенснонеру в течение 15 лет излишков, которые он тратил на
свои жизненные нужды. Совет отклонил иск о возврате недолжно
уплаченного. Неправомерная выплата большей, чем предписано за-
коном, пенсии в течение столь продолжительного времени могла
произойти только в результате «служебной ошибки», которая «вле-
чет за собой ответственность государства» («faute de service», «qui
engage la responsabilitè de l’Ëtat»).
CM. ТПЕЖС )ЩОМRН)ЧЪІО ВЬШІС более новые }ЭСВ1СНИЯ, В КОТО}ЭЬЫ )fДОШ1gТ-
воряется непосредственный нск о воэнеіцеиии yiuep6a лица, получившего
Н ДОПЖНО ВЫМПЧИНН)ПО 0 'f)f CZ)3&XOBïC)f. ДД)Ц fi }ЭCBICHHRX ПGC.aЦHOHHЬ1Й
суд соглавіаяся с угверждепием неосновательно обогатнввіется в результа-
те ошибочных выплат в его пользу, что его овінбочная оиенка плателыци-
КОМ СВОИХ M£fTCЖHЬIX О' ЯЗПТИПЬСТВ HOGИT ВИНОВНЫЙ Х&)ЭИКТС)Э, ЧТО ОН CRbf
при полученіш излииіних выплат добросовестно забяуждвлся, пто при дан-
ных обстоятельствах ет обратный іиіатеж чреват для нею убыткани и •тто
поэтому он приобретает право удержать недолжно полуяенное нли лишь
частично вернуть угілаяенные ему деньш (см. например, Com. 19.11.1991,
J.C.P. 1993. П. 22012 шit Anm. Donnier) -,
6) все правопорядки так или иначе защищают интересы несовер-
шеннолетних, если те вступают в невыгодные дпя себя договорнпlе
отношения. Чтобы защита интересов несовершеннолетнего бьша
дейетвенной, необходимо не только ограничение его дееспособнос-
ти, но и нотариальное подтвержденне его обязательств по возврату
полученного, вьпекающих из исполненного договора или из иной
сделки о неосновательном обогащении.
В неьюи;пои праве защита интересов несовершеннолетних осу-
ществляется в соответствии с общим принііипом, зафикснрованньш
в § 818, абз. 3, ГГУ: подобно ответственности любого дpyгoro неос-
новательно обогатившегося, ответственность несовершеннолетнего
ограничивается обязательством возврата лишь той имуіиественной
выгоды, которая осталась у него в наличии. Особенности защиты
интересов несовершеннолетних в данной сфере становятся очевцд-
352