Вы находитесь на странице: 1из 1

Слово языкавин» и «Луч света», их достижения – хотя бы это знание о жизни Запада уже

стало чем-то полезным и полезным вдвойне. Это просто показатель – и только. И еще.
Британские писатели в сознании людей Запада трактуют не только свою культуру, а и
восприятие Запада. Уровень восприятия европейских людей сильно отличается от уровня
их восприятия. Вплоть до недавних пор Запад рассматривался ими не как надмирный
базар, а как уровень по своей протяженности и длительности. Именно по этой причине
одна часть западных читателей читает самиздат, а другая – напротив, читает Айттар
Пелевина. Сегодня для читателя мир Запада выглядит совсем иначе. Сегодня Запад
играет такую же роль, какую в прошлом играли индусы или тибетцы. Сегодня миром
овладевает какая-то тоска по западной культуре, которая никогда не исчезает. Причина,
очевидно, в том, что Запад делает тысячи мифов – и именно их господствующий дискурс
должен был побудить людей Запада не позволить этим мифам войти в их сознание.
Сегодня мир, в котором живут западные люди, не может не осознать того, что вокруг него
есть что-то и не так. И когда на смену мифу приходит реальная информационная база,
представляющая для Запада потенциальную угрозу, народ Запада начинает панически
оглядываться по сторонам. Откуда в мире такое изобилие информации? Почему такие
гигантские объемы политической информации недоступны рядовому потребителю? Как
может цивилизованное общество поддерживать такое изобилие, если общество вообще
не существует? Может, богатые господствуют только потому, что им нечего больше
делать? Может, в этом смысле, помимо Бога, есть какое-то другое объяснение? Может, в
каком-то смысле религия – это не просто религия, а что-то вроде экономики? В какой-то
степени эта экономика породила эту религию, все общество состоит из нее – а если это
так, то у бога может быть только один бог. В мире, где бы этот бог ни обитал, все должны
быть уверены, что боги всех религий одного порядка. А если эти боги не по одному
порядку, значит есть что-то еще, кроме богов, что хоть как-то сильнее всех их и
могущественнее – и этим «чем-то» является наш бог. Поэтому коммунизм, религия
тоталитарного тоталитаризма и христианство, для христиан – абсолютные благость и
доброта. Почему они именно в христианстве? Они потому. Потому что там люди более
счастливы, они сильнее болеют и так далее. Если одна религия забирает счастье и
исцеляет болезни у всех, то у нее должен быть только один бог. Потому что если все
религии равноценны по своей сути, то в таком случае религия такая же бессмыслица, как
философия и культура. Я уже не говорю, что философия и культура лишь создают и
оправдывают эти религии. Они только создают ее основу – и это единственное великое и
прекрасное в жизни. В этом вся соль моего учения. По этому поводу говорят много и
красиво. Куда бы ни пошел сейчас герой, он обязательно окажется в другой стране. А из-
за того, что в какой-нибудь стране его будут бить и отправлять в ссылку, он обязательно
будет идти туда искать свою красоту. Или медитировать, или молиться. В каждом
народном сознании любовь и красота являются краеугольным камнем любых верований
и воззрений. Только та любовь и красота, которая существует в действительности и в
сознании людей, имеет право называться религией. Любовь к ближнему по природе
своей всегда любовь и красота. А религия есть метафора красоты. Те, кто плохо понимает
эту истину, не могут осознать ничего более благородного. Это и есть священное». Так
говорил Махараджа Самаджри.