Вы находитесь на странице: 1из 124

Annotation

И все-таки попаданство. Немного по другому. Надеюсь получится.

* * *

ДруидГлава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23
Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

* * *

Друид

Глава 1

Игаль задумчиво возил пальцем по стеклу. Лето, жара, но в доме работает мазган.
Холодный воздух из-под потолка растекается по комнате. Так можно дышать. А вот на
улице не больно-то. Хамсин долбанул за сорок градусов. Но это бы еще полбеды, а вот
желтая хмарь повисшая в воздухе, это беда. Песок хрустит на зубах и першит в горле.
Папа снова будет ругаться. Он только вчера помыл машину, а она теперь наверное
опять вся в грязных потеках. У мамы скорее всего работы привалило. В их больнице,
как хамсин, так сразу аврал начинается. Всякие астматики, гипертоники и прочие
аллергики просто толпой валят.

А Игаль-то это я. Теперь меня так зовут. Прикольно. Шесть лет мне уже, седьмой
пошел. В школу пора. Интересно, как это будет? Мои-то воспоминания о школьной поре
никуда не делись, вот только неприменимы они теперь. Как здесь любят говорить, не
актуальны. "Лё актуали" как здешняя публика выражается. Они вообще обожают странно
звучащие слова. Кукурузные хлопья назвали "апропо". Интересно, эти, кто придумывают
названия товару, они хоть значение этого слова знают? Думаю нет, загадочно звучит и
ладно.

Так что шестилетний Игаль Охана это моя нынешняя инкарнация. Странно получилось.
"Не думал не гадал он, никак не ожидал он…" так вроде бы пелось в далекие времена.
В той жизни я благополучно дожил до преклонных годов и как и положено в свой срок
помер. Надеялся, что теперь-то отдохну. Думал будет темно и тихо. Шиш там. Первым
делом угодил к судие, ну или как оно там называется. Тот сперва завел было "старую
песню о главном", "мене, текел, уфарсин". Потом задумался. Ну и я ждал продолжения.
Особых грехов за собой не знал, разве что леность. А он все молчал.

Потом все-таки отмер. Начал вещать что-то. Смешно получилось. Я под конец жизни
графоманил в интернете. Так-то всю жизнь читал запоем, а под конец пробило на
писанину. Оказалось, увлекательное дело. Ну и похоже навалял что-то такое, что
пошло в зачет. Вот уж действительно никогда не угадаешь, что нужно, а что просто
ерунда на постном масле. Он, глас этот, так и сказал, мол угадал ты и за это дается
возможность сохранить свою личность в следующей инкарнации. То есть вопрос решенный
и обсуждению не подлежит. Жаль, личность у меня довольно-таки никчемная была, а
теперь ее еще и в новую жизнь тащить. И тут он предлагает выбрать бонус.

"Вот тебе бабушка и Юрьев день". Как я не заржал не знаю. Удержался просто чудом.
Мне ведь сразу прикол с просторов интернета вспомнился. "Какую сверхспособность вы
выбираете? Я выбираю платежеспособность!" Чуть было так и не ляпнул. Оказалось, что
надо выбирать из списка. Ну тут уж я не устоял. "Огласите весь список пожалуйста".
Ну и этот список развернулся перед глазами. Это кстати хорошо, это правильно. Я
всегда лучше воспринимал написанное, нежели озвученное.

Чего там только не было. Всякие сверхсилы я сразу отмел. Я человек солидный и
мелькать в синих трусах не собираюсь. Власть, богатство, славу тоже в топку. Мало
ли о чем я мечтал половину жизни. Как раз к концу и понял, что все это тлен и
суета. А вот в самом конце списка увидел одно лишь слово "друид". Меня аж
переклинило. Хочу друида… И очнулся уже в тушке Игаля. Мелкого израильтянина в
начале жизни.

***

Недаром все-таки я в той жизни столько литературы перечитал. Причем норовил по


фантастике ударять. Никогда не любил реализм. Ни в литературе, ни в кино, ни в
живописи. Чего мне этот реализм. Вон в окно высунься и наслаждайся. Были, были у
меня знакомые. Ты что, ужасались они, не смотрел такой-то фильм? Там все как в
жизни. А мне оно на кой? Как в жизни, я и сам знаю, мне пожалуйста то, что не знаю.
Сказку хочу, красивую и с хорошим концом.

К чему я это? А ну да. К тому, что как вести себя младенцем я читал. Ну и
воспользовался чужим опытом. Лежу себе, прислушиваюсь к процессам в организме, зря
стараюсь не пищать. Потребляю молочные смеси. Здесь они к слову весьма приличные и
вкусные, что характерно. На попе памперс, не жизнь, а праздник.

Родители у меня, люди среднего достатка. Даже немного выше среднего. Мама медсестра
в больнице. Отец служащий муниципалитета. Ирии по здешнему. Водит мусорную машину с
логотипом той самой ирии на боку. Хорошая работа. Для многих, предел мечтаний. Это
я еще по той жизни помню. Там не столько зарплата высокая, сколько куча
всевозможных социалок. Коммунальные платежи пониже, ипотека льготная, ну и тому
подобные плюшки.

Ко всему прочему любят они друг друга. Я это понял, когда вставать начал. И друг
друга, и меня, то есть Игаля. Вообще-то один ребенок в семье здесь мало. Но у мамы
что-то повредилось от родов и дальше у них никак. Отец между прочим производит
впечатление. Здоровенный, поросший черным волосом детина-марокканец. И мама, до
плеча ему, смуглая и стройная. Да уж, это явно не ашкеназы. Думаю, что мой русский
язык долго не понадобится. Впрочем у меня и иврит был неплох. Не сказать, что
великолепен. Где-то на уровне десятилетнего ребенка. Но ничего, наблатыкаюсь.
Здесь-то память у меня правильная, молодая к тому же.

Интересно, а мама родом кто? Что бы как в анекдоте не получилось. Тут считается,
что марокканцы все нервные, раздражительные. А вот йеменцы, "тейманим" по местному,
тупые. Соответственно и анекдот местного разлива: "дочь марокканца и "теймани", все
время злится, но не понимает почему". Впрочем это все хиханьки, это я вспоминаю
разное, что бы не скучать. Что приятно, так это то, что родители "хилоним".
Светские то есть. Хоть пейсы растить не придется, уже хорошо.

Пришло время, отдали в садик. Детишки местные носятся как с реактивным двигателем
в…, ну понятно где. Некоторым даже таблетки дают, от гиперактивности. Я не такой.
Спокойный, рассудительный. Созерцатель одним словом. И здоровье идеальное. Ничего
не болит, ничем не болею. Похоже это "друид" таким боком вылазит. Логично, если
подумать. Мама меня даже к себе в больницу стаскала на обследование. Волнуется. У
всех детей, не понос, так золотуха. И лишь я один ни причем. Даже диатеза не было.
Обследовали, а как же. Доктор говорит, эталон. Абсолютное здоровье, никогда мол
такого не видел. Правда не сто процентов. Почему не сто? А они срезают часть за
обрезание. Сами главное режут и сами же потом считают это увечьем. Где логика?

Зато живность ко мне льнет. Здесь кошек бродячих полно. Так-то они людей дичатся,
сторонятся. А ко мне липнут. Об ноги трутся, мурчат, спины выгибают. Одна даже
котят принесла, хвасталась. Ну я погладил конечно, похоже подлечил даже, но не
уверен. Проскочило что-то такое, ощущение какое-то через ладони. Но что это было,
не уловил. Остальные детки завидуют, орут. Здесь молча не завидуют, чуть что, сразу
ор до небес. Ну и мне этих кошек подкормить нечем. Денег мне пока не дают, мелкий.
А в карманах я кускус таскаю. Для птиц. Эти тоже регулярно прилетают.

***

Отец с работы пришел. Они с мамой накрыли стол на кухне, зовут ужинать. Вот тоже
проблемка. Пища здешняя. Мне бы по старой памяти чего-нибудь нашего, ну хоть
правильную котлету на худой конец. Шиш с маслом. Другая кухня, совершенно. Шницели
куриные, картофель фри, салатик. Привык конечно, куда деваться. Тем более у меня
сейчас желудок, гвозди может переваривать. Так что я даже салатик с удовольствием
хрумкаю, даром что в нем уксуса столько, что чуть ли дым не идет. Картошка тоже в
масле плавает, тут мама еще и "хариф" из холодильника достала. Папа аж зажмурился
от предвкушения. Вот блин, этот их "хариф", острое то есть, нечто вроде аджики,
только зеленое. И острое, прямо термоядерное. Я не специалист, но помоему перец
чили там рядом не валялся. Так они его разводят с жидким творогом и на хлеб мажут.
Бр-р-р.

Ну вот, поели и с расспросами подступились. Типа, готов ли я к школе. Готов, бетах,


как есть готов. Конечно то есть. Вот и главная моя проблема нарисовалась. Думаю-то
я все равно по русски. Нет, слежу за собой, оговорок не допускаю. Это уже на
автомате происходит. Но все-таки какой-то временной зазор есть. Между вопросом, что
мне задают и ответом, который от меня следует. Пока что я старательно играю роль
серьезного и задумчивого малого. Ничего мол с бухты-барахты не брякает, все ответы
тщательно обдумывает. Надеюсь привыкну к этой маске, станет моим лицом.

Родители перед телевизором устроились. Новости, потом какое-нибудь шоу смотреть


будут. Ну и я рядом присел. Хоть и не люблю я этот "ящик для идиотов", однако
деваться некуда. Социализироваться надо. В особенности в школе. А значит надо быть
в курсе местной жизни. Политики там, спортсмены, шоумены. Это в прошлой жизни я на
них забил, в этой так нельзя. Ближайшие лет пятнадцать лучше бы не выделяться. Хоть
и не верю я, что у меня это получится. Друид начинает вылезать со страшной силой.
Чую, не удержу я его.

Потом меня спать настропалили. Я и не спорю. В обоих жизнях мое самое любимое
занятие это сон. Только цветочки полью перед сном и в койку. С цветами занятно
получилось. Это уже я сам рассудил. Надо же мне свою силу тренировать. Вот и
попросил у мамы. Родители подивились, но возражать не стали. Тем более к игрушкам я
равнодушен. К гаджетам тоже. Отец помню уж так извинялся, что на айфон для меня у
него пока денег нет. Маме зубы лечили. Да мне и пофиг. Я и в той жизни айфоном не
пользовался и в этой не собирался. Я и смартфон-то в той жизни был вынужден купить
из-за почты. Просто они гады в какой-то момент перестали присылать извещения о
посылке на дом. На СМС-ки перешли. А главное в почтовом отделении требуют, что бы
весь текст на экране помещался. А я как раз с ALI-экспресса заказал кое-что. Ну не
суки?

Так что мне купили что-то дешевое, а я и не в обиде. Зато без вопросов разрешили
несколько горшков с цветами на окно поставить. Вот их-то я полил перед сном. Вода у
меня в стеклянном кувшине отстаивалась. Потом поводил руками над ними. Смешно
выглядит, как они своими лепестками за моей ладонью тянуться. Погладил их и в койку
направился. А перед сном, уже засыпая вспомнил со смехом, мамино лицо. Когда она
осознала, что в моей комнате цветы не вянут. И цвести не перестают.

Глава 2

Первый раз в первый класс. Тоска. "Мама мыла раму" в местном варианте. Буковки
учим, слова складываем. Я-то умею, но пока решил не выпендриваться. Мне общение
нужно, что бы за своего сойти. И обломался. Не выходит. Все-таки старикан из меня
так и прет. Бегать на перемене мне в лом. Пока остальные носились по коридору,
присел почитать газету. И был взят с поличным учительницей. Я как раз изучал
очередные парламентские дебаты, а она, зараза такая, подошла неслышно и спросила,
за какую из партий я бы проголосовал. Ну я и брякнул, не подумав, что ни за какую.
Поскольку на мой взгляд, если человек пошел в политику, то он уже по определению
"зевель". Мусор то есть.

И влип по полной. Училка хмыкнула и ушла. Я же вернулся домой после уроков. Сделал
домашку, тем более, было бы там что делать. Галочки расставь в квадратики и
свободен. А вечером, после ужина, ко мне подсела мама.

— "Мотек" говорит, сладкий то есть, что там у тебя в школе случилось?

— А что у меня случилось? — Я и не в курсе, таращусь в полном недоумении.

Оказалось, что эта сволочная училка позвонила маме и прочитала ей целую нотацию. И
по ее словам, у нас дома явно не все в порядке, если родители обсуждают такого рода
вещи при ребенке. И что ей придется ставить в известность социальные службы и
школьного психолога. Мне аж поплохело. Довыеживался, придурок старый. У них же тут
махровая ювенальщина. Если машина эта завертится, то родителям прилетит так, что
мама не горюй. И главное ради чего все? Просто один старый хрен решил, что он самый
умный. Ситуацию требовалось немедленно спасать.

— Да я просто хотел на учительницу впечатление произвести. Типа я уже взрослый. А


слова эти на остановке услышал, когда домой после школы возвращался. Остановка-то
возле минимаркета. Так там два мужика пьяных спорили. Ну я и услышал. А газету для
солидности взял, там картинка подходящая была, с дядьками в костюмах. — Пришлось
даже плаксивую физиономию скорчить. Родительница с просветлевшим лицом кинулась
звонить. Я же перевел дух. Вроде удалось.

Кое-как конфликт рассосался. На уроках теперь преданно поедаю училку глазами.


Отвечаю строго по материалу и не выпендриваюсь. На перемене кручусь вместе со
всеми, стараюсь затеряться в толпе. Вроде бы и наша преподавательница перестала
прожигать меня взглядом. Но через беседу все-таки пройти пришлось. Каялся и посыпал
голову пеплом. Чуть ли не руку лизать пытался по собачьи. Вроде уболтал. Очень уж
меня перепугала переспектива нагадить родителям. Да еще и ни за что, ни про что. А
ведь читал я в прошлой жизни что-то похожее, читал. Долбанное полицейское
государство, мать их так. То же мне, демократия называется. Уже почти сто лет
государству, а конституции как не было так и нет.

Но это внешне я спокоен. Внутри же вызревает холодная ярость. Я мамины перепуганные


глаза не забыл. Я вам устрою блин "гнев друида". Тем более у Матильды детки
вызревают. Вот их к делу и буду пристраивать. Кто такая Матильда? Питомец мой,
паучиха. Здоровая такая, примерно с ладонь. С мою ладонь конечно, детскую. Красотка
такая кокетливая, просто слов нет. Лапки мохнатенькие, мягкие, ловкие. Вся черная,
лоснящаяся. Мы с ней как-то сразу сошлись. И имя Матильда ей весьма подходит.
Почему и сам не знаю. Она у меня в комнате живет, на шкафу. Я ей мух приманиваю, а
она комаров и тараканов гоняет. Когда никого дома нет, забирается мне на руки и
ластится словно котенок. Моя прелесть.

Вот двух Матильдиных дочек покрупнее я на перемене у училке в сумку и запустил.


Остальное-то потомство отпустил на вольные хлеба, а этих в отдельной банке
подкормил. Жалко, что полноценное общение пока невозможно. Эмоции их с трудом
чувствую и свои более или менее транслировать научился. Ну и все, большее мне пока
не доступно. Впрочем хватило и этого. На второй день после отправки диверсионной
группы, геверет Зильберман слегла с нервным срывом. Ну я думаю, если ночью
Матильдина дочка на лицо спящей спрыгнет, мало не покажется.

Мамуля с дежурства вернулась, говорит к ним ее доставили сперва. "То как зверь она
завоет, то заплачет, как дитя…" Поковырялись с ней в приемном покое, да и отправили
в психушку, отлежаться. А вот нечего было из мухи слона раздувать. Я может и не
злой, но как говорится, память у меня хорошая. Поделился радостью с Матильдой. Та
эмоции уловила, довольна. Надо бы выяснить все же, как она по научному называется.
Так в общем-то без разницы, но интересно.

Ну и тихой сапой занимаюсь собой любимым. Я так рассудил, что по большому счету,
всякие там навыки ближнего боя мне и на фиг не нужны. Я, если дело до такого
дойдет, живностью отобьюсь. А вот общее здоровье развить надо. Так-то здоров,
спасибо силам друида, а вот гибкость там, ловкость поднять не помешает. Да и
побегать на выносливость, тоже штука полезная. В общем скачал с интернета начальные
йоговские асаны. Занимаюсь теперь после школы. Пока дома никого и никто не видит.
Ну и бегаю, а как же. Район у нас холмистый. Иерусалим, он весь на холмах. Так что
для бега самое оно.

Сейчас я в начальную школу хожу. И еще лет эдак шесть в нее таскаться предстоит.
Средняя только с седьмого класса начнется. А вот насколько я представляю, через
пару лет пойдут у нас тесты на профессиональную предрасположенность. Придется
выбирать, чем я хочу по жизни заниматься. И затягивать с этим нельзя. У нас тут все
туго устроено. Не выберешь сам, определят в техническое училище. Отсюда вопрос, что
брать? Пойти на чистую биологию? Так я не ученый и становится им не хочу.
Ветеринария мне наверное ближе всего, но будущего у этой специальности в приложении
к себе любимому я не вижу. Тогда медицина. Тем более, что какое-то лечение у меня
уже есть. Правда как оно работает, что б я знал.

Но фокус в том, что не чувствую я в себе тяги к служению. А что бы стать врачом оно
быть должно. Это-то я точно знаю. Были у меня возможности убедиться. Значит
медицина, но уровень медбрата, может фельдшера. Хоть и нет такой штатной единицы в
израильской медицине. Кстати и в армии мне это пригодится. Решено, направление
развития есть. Надо будет с мамулей проконсультироваться.

А тем временем, за всеми этими событиями, новый год наступил. Местный конечно, Рош-
а-Шана. Голова года, если буквально переводить. И выпал он весьма удачно. На конец
недели. Так что вместе с выходными получалось аж пять выходных. Родители взяли
отпуск и мы всей семьей махнули в Эйлат.

Вот уж тут-то я и оторвался. И побегал в охотку по кромке воды и купался вволю.


Городской пляж мы не посещали, ходили на гостиничный. Сам пляж мелким песком
засыпан, а стоит в воду зайти, там кораллы. Плывешь в прозрачной воде, на
разноцветных рыбок любуешься. Вот тут-то я и попался. Сперва другие отдыхающие
обратили внимание, потом с их подачи и родители. Стоит мне в воду зайти, как все
эти рыбки устремляются ко мне и устраивают чуть ли не водоворот вокруг моего
тельца. Ну и как тут, в таких условиях, конспирацию соблюдать.

В общем сели вечером в номере на балконе. Родители подступились с вопросами.


Пришлось сознаваться. Да мол, есть у меня дар. Чувствую все живое. Батя человек
простой, сидит с открытым ртом, усваивает новость. А вот мама нахмурилась. Вижу не
верит. Вытянул руку за перила. Чуть напрягся, позвал мысленно. Мне тут же на палец
воробушек приземлился. Чирикнул весело и перескочил на плечо. Ну я из кармана
извлек горсть крупы. Кускус, рис, адашим, чечевица то есть. Сыпанул на стол.
Воробей радостно и звонко прочирикал и спрыгнул с плеча на стол. Клюнул пару раз,
махнул крыльями и исчез. Мама только было рот открыла, а он уже тут как тут. И не
один, а с компанией. Шум, гам, компания насыщается, прыгает по столу. Потом двое
снова на плечо заскочили, благодарят.

Отец рот со стуком закрыл. Достал банку пива и одним глотком ее осушил. У мамы
взгляд, странный такой. Явно о чем-то думает.

— Может тебе щенка купить? — Спрашивает.

— Не, не надо, — я аж головой замотал.

— Почему? — Мамуля явно удивилась.

— Я же не смогу с ним все время быть. Школа, занятия дополнительные скоро начнутся.
А он будет один тосковать дома? Да и зачем. У меня вон этих щенков сколько вокруг
летает, бегает и ползает.

— Постой, постой — мамино лицо осветилось догадкой. — Так все это обилие кошек
вокруг нашего дома…

— Ну да, — я покаянно вздохнул, — они приходят и приходят. Не гнать же их в самом


деле. Да и не умею я гнать.

— А кормишь ты их чем? С птицами понятно, а кошек?

— Ну вы же даете мне немного денег на сладости там, или на мороженое. Вот я корм и
покупаю…

Теперь уже оба родителя присосались к банкам с пивом. Потом посмотрели на меня.
Странно как-то посмотрели.

— Элохим гадоль (Господь велик) — изрек мой светский папа, который и в субботу даже
в синагогу не ходил. — Мира, — он перевел взгляд на жену, — не стоит нам об этом
трепаться.
— Почему? — Мама явно удивилась, — это же чудо.

— И ты согласишься, если его, твоего сына заберут на опыты? Или хуже того, пейсатые
мракобесы начнут возносить молитвы в его честь? Ты-то сынок, что думаешь?

— Согласен я. Вот только…

— Да уж засветился ты в море. Так что завтра гуляем по городу, а послезавтра нам


уже возвращаться надо. Бэ эзрат а шем, (бог даст) не успели тебя там заснять, с
рыбками этими. А уж дома решим, что нам делать.

Глава 3

Тьфу, тьфу, чтобы не сглазить, вроде бы обошлось. Оказалось, что мой рыбный
водоворот все-таки засняли и даже выложили в сеть. Однако лица моего там видно не
было, так что списали на странный феномен. И слава богу. Вернулись домой и занялись
обычными делами. Родители правда на меня поглядывали с удивлением, но я ничего из
ряда вон не демонстрировал и потихоньку все устаканилось.

А вот сам я таким спокойным не был. Друид начинал переть наружу со страшной силой.
И это и радовало и пугало одновременно. Сам-то я по своим воззрениям был технарь. А
тут наружу перло что-то совершенно необъяснимое, трансцендентное я бы сказал.

В школе все было спокойно. Та, пуганная мной училка, отсутствовала. Вместо нее
появилась другая. Пожилая и очень спокойная тетенька. С ней установились ровные,
спокойные отношения. Я даже расслабился немного.

Но вот после уроков… Очередная кошка приволокла котенка. По виду двухмесячного где-
то. Но выглядел он просто ужасно. Глазки залиты гноем, тощий, с пятном какой-то
парши на шкуре. Я взял его в руки. Бедолага даже не сопротивлялся. Висел в ладонях
совершенно безучастно. Смотреть на это создание было попросту больно. И я остро
захотел, что бы он, котенок этот, вылечился. Стал здоров. И это произошло.

Сквозь мои ладони излилось нечто. С шерстяного комочка дождем просыпались паразиты,
сползло и разгладилось пятно, очистились глазки. Мама-кошка тут же принялась
яростно его вылизывать. Малыш встал на дрожащие лапки и жалобно запищал. По счастью
в моем ранце оказался пакетик с кормом. Купил по дороге домой. Излеченный накинулся
на еду с яростью…

А у меня настало время экспериментов. Довольно быстро я понял кое-что. Моя сила
работала только с живыми. Или с тем, что было когда-то живым. Логично в общем-то.
Например я мог заставить зазеленеть сухую палку. Правда предварительно ее следовало
воткнуть в землю. И точно так же мог снова высушить. С животными это не проходило.
То есть вылечить-то было не сложно, а вот вернуть к жизни нет. Тоже понятно. Это
ведь уже некромантия, а я все-таки друид. Теперь следовало переходить на следующий
уровень. Ну я и перешел, куда деваться.

***

Мира вернулась с дежурства просто серая от усталости. Сил не было совершенно. Муж
еще не вернулся, сын возился в своей комнате. Со стоном она прилегла на диване в
салоне, сумев лишь скинуть туфли. Надо было полежать хоть чуть-чуть. В очередной
раз подумала, что вот стоило ли идти работать в приемный покой. Зарплата выше
конечно, но какой ценой она дается. Сидела бы сейчас в каком-нибудь бейт-аводе
(доме престарелых), раздавала бы таблетки старикам. Да и не намного бы в деньгах
потеряла. "Эскем киббуци" (коллективный договор) никто не отменял. Она начала
уплывать в легкую дрему, но тут прошлепали быстрые шаги.

Игаль остановился у нее за плечами. Маленькие, но удивительно крепкие руки легли на


шею и принялись разминать ее. Это было так приятно, что она даже простонала
коротко.

— О-о, спасибо сынок…

— Отдыхай мама, — Мира в очередной раз подивилась голосу сына. Невзирая на возраст,
он не был писклявым. Высоким, это да.

— Что ты делаешь?

— Играю в доктора. — Голос сына был серьезен и как-то по особенному сосредоточен.


Она открыла глаза. Игаль стоял рядом с диваном. Его руки лежали у нее на животе.
Лицо было серьезным и сосредоточенным. Потом вдруг посветлело, разгладилась
морщинка на лбу. Он лукаво посмотрел на нее и весело произнес, — мам, займитесь уже
с папой делом. Мне братик нужен! — И ускакал в свою комнату.

***

Моти Охана вернулся домой раньше обычного. Муниципалитет снова бастовал, работы
было мало, а раз так, то и отдохнуть немного не мешало. Мира еще не вернулась, сын
где-то бегал, дома было тихо и прохладно. Мужчина взял из холодильника пару банок
пива и прихватив газету прошел на балкон. Там присел в пластиковое кресло и с
наслаждением расслабился. Выставил пиво на столик и развернул газету. "Макаби
Хайфа" снова выиграла чемпионат страны по баскетболу. Он отхлебнул глоток пива и
уже собрался было перейти к следующей статье, но тут хлопнула входная дверь.
Простучали каблуки и на пороге оказалась жена. Он взглянул на любимую и удивился. У
той глаза были в пол лица. Что-то случилось, понял он и завозился в кресле.

— Задержка! — Мира бухнула с порога и заплакала.

— Что?! — Моти не сразу понял, но тут же вскочил опрокидывая легкий стул и обнял
супругу. Та плакала уткнувшись ему в грудь лицом. Футболка медленно намокала, но он
не замечал этого. Ласково гладил жену по голове и внутренне ликовал. А ведь
смирился уже, даже на подначки коллег перестал реагировать. — Тода ле эль! (Спасибо
господи!)

— Это не он. — Мира подняла заплаканное лицо, — не бог. Это Игаль сделал!

— Но как?

— Не знаю. Я устала тогда, прилегла на диван. А он поводил руками над моим животом
и мне вдруг так щекотно стало… А он вдруг и говорит… — Мира снова заплакала.

***

Сидели всей семьей на кухне. За окном уже было темно. Открыли окна, только сетки
оставили. Приятный ветерок легко игрался с листам газеты на столе. Взрослые
смотрели на сына. Тот ликовал.

— Задержка, значит все получилось!


— Как ты это сделал, Игаль? — Отец был доволен, но как бы выбит из колеи.

— Да я после Эйлата обнаружил. Сперва котенка полечил…

…— Понятно. — Моти глубоко вздохнул. Сюрпризы сыпались из сына, словно из рога


изобилия. — Но все-таки мама и котенок это немного разные вещи, согласен?

— Конечно. — Пацан истово закивал головой, — так и я не сразу к маме полез. Я


сперва на себе проверил. Сначала палец резал и заживлял, — Мира зажмурилась, —
потом ладонь. Потом…

— Что потом?

— Ну… Мам, помнишь ты меня на обследование водила? Там врач еще сказал, что
здоровье почти идеальное. А "почти" потому что они списывают сколько-то на брит…

— Ну да. — Мама смотрела удивленно, — это стандартная практика в Израиле.

— Вот! А у меня теперь полностью идеальное здоровье! — Глядя на недоуменные лица


родителей, Игаль пожал плечами и принялся стаскивать шорты.

Пацан засупонивался, а Моти сидел с совершенно обалделым видом. Посмотрел на жену,


та тоже явно находилась не в своей тарелке. Потом перевел взгляд на сына. Тот сидел
довольный, словно кот обожравшийся сметаны.

— Еще что-то? — Наконец выдавил из себя мужчина.

— Ну, — Игаль слегка увял, — в общем я не только лечить могу, но и наоборот тоже.

— Наоборот говоришь…

— Не, не пап, ты не думай. Я же не дурак, я с этим не свечусь. Я бы и тут не


решился, но видно же, как вы с мамой маленького хотели, вот и рискнул. Но ведь
получилось, правда?

***

Уже ночью супруги лежали в постели под легкой простыней. Мира тихонько сопела в
плечо. Моти же не спал. Все пытался переварить дневные события. Внезапно жена,
которая как он думал давно спит, внезапно заговорила.

— Кажется я поняла, кто наш сын.

— И кто же?

— Ты в детстве в игрушки компьютерные играл? Ну эти бродилки, эрпэгэшки?

— Конечно, — муж улыбнулся в темноте, — у меня такой орк-воин был, ого-го!

— Вот. — Мира хихикнула тихонько, — а я за хилера играла. В рейдах была на расхват.

— Это ты к чему все?

— Наш сын друид. Помнишь таких персов?

— Еще бы, — Моти открыл было рот, закрыл и принялся вспоминать все необычное, что
знал о сыне. — А ведь похоже. Но как? Здесь, в реале?

— Не знаю, — жена говорила все тише засыпая. — Видимо что-то об окружающем мире мы
не знаем…

***

Моти разбудил сына рано утром. За окном было еще темно, когда они вышли из подъезда
и двинулись вверх по дорожке в сторону автомобильной стоянки. Затем повернули
налево, прошли меж рядов запаркованных машин жильцов близлежащих домов. Парковка
кончилась и превратилась в узкую, асфальтированную дорожку. Еще около ста метров и
вот небольшой, укрытый кронами сквер.

— Ну что же, — Моти остановился и сын встал напротив, — мы с мамой много говорили о
тебе. Ты выбрал тяжелую дорогу в жизни, друид.

— Как вы узнали? — Игаль разинул рот.

— Догадались. А раз уж поняли, то я решил, что надо с тобой позаниматься. Мало ли


что произойдет в будущем. А так, хоть что-то уметь будешь. Смотри внимательно.

Бывший "самаль" (сержант) дивизии "Голани" внимательно смотрел за движениями


пацана. А ведь из парня будет толк. Впитывает новые знания словно губка.
Телосложением-то он явно в мать пошел. Такой же гибкий и ловкий. А вот взрывная
реакция, это уже его, отцовские гены. Сам-то он оказался тяжеловат для спецназа. С
какого-то момента поперло дурное мясо, пришлось уходить в поддержку.
Переквалифицировался в водители. А сынок похоже, имеет все данные для идеального
солдата. Все равно с его здоровьем прямой путь в боевые части. Но уж он позаботится
и передаст все, что сам знает. По крайней мере это повысит шанс выживания мелкого.

— Пап, — не ну ты смотри, движется и разговаривает и ни малейших следов одышки, —


откуда ты все это знаешь?

— А ты сынок решил наверное, что твой отец так и родился за баранкой мусоровоза? —
Смотри ка, покраснел. — Мы тоже не лыком шиты.

— И все-таки? — Вот же настырный.

— Группа дальней разведки. При дивизии "Голани". — Ты гляди, похоже понял.


Достаточно тебе?

— Так точно, адон (господин)…

— Самаль. Ладно сынок, дальше сам. Основу я тебе показал. Через недельку покажу
еще. Работай.

Глава 4

Мама родила в начале лета. Девочку. Роды прошли спокойно, без осложнений. И хотя я
совершенно не вмешивался, мама решила почему-то, что это благодаря мне.
Посматривала с благодарностью. Девочку назвали Нооми. Абсолютно здоровый ребенок,
на удивление голосистый. Правда без причины не пищала, но и так родители оказались
весьма озадачены. Я-то в свое время вообще не орал, так кряхтел временами. Вот они
и решили почему-то, что все дети так себя должны вести. Смешные.
Я продолжал заниматься по утрам. Батя выходил со мной лишь раз в неделю. Правил
ошибки, показывал новый комплекс. Сразу оговорился, что приемы и удары покажет не
раньше, чем через пару лет. А я и не против. Мне сейчас и биться не с кем. Больше
общую физику тела хотелось поднять.

Больше всего радовали изменения в психике. Наконец дождался слияния. Личности


сплавлялись и образовывали нечто новое. Тот пожилой, ленивый и безалаберный старик
постепенно уходил под спуд. Оставляя после себя лишь спокойствие и
рассудительность. Уступая место молодому Игалю Охана.

В первой половине дня продолжал бегать в школу. Просто сейчас, на каникулах, она
называлась летний лагерь. Работали кружки по интересам. В конце учебного года нам
раздали анкеты с вопросами о предпочтениях. Я выбрал биологию, медицину и
ветеринарию. Так что и кружок подобрался соответствующий. Копались на школьном
огороде. Наставник рассказывал всякие интересные вещи. Я прямо чувствовал, как эти
знания ложатся на умения друида, дополняя и расширяя их.

Способности эти тоже на месте не стояли. Появилась зона охвата. Небольшая, метров
пятьдесят всего. Зато в этом радиусе я мог чувствовать все. В смысле все живое.
Удивительное ощущение. Лечение тренировал на мелкой, окрестной живности. Только что
бы не потерять навык. Ну и время от времени, по возможности проверял семью. А то не
дай бог, зацепят что-нибудь.

Одна из последних моих мыслей перед окончательным слиянием было осознание того, что
это все-таки другой мир. Пользуясь отсутствием родителей полазил в интернете и не
нашел кое-каких вещей. Например здесь не было пандемии коронавируса. Как-то
обошлось. В прошлой жизни я любил отслеживать появление разных технических новинок.
И вот в этом-то тоже были существенные отличия. По крайней мере электровелосипеды и
самокаты отсутствовали почти полностью. Были конечно отдельные чудики катающиеся на
самоделках, но не более того.

А время летело уплотняясь и спрессовываясь в повседневных делах. Начался новый


учебный год. "Кита бет" (второй класс) оказался другим по составу. Нас перетасовали
исходя из личных предпочтений. Теперь почти весь класс состоял из поклнников
тычинок и пестиков. Соответственно и девчонок ожидаемо оказалось больше. В школу и
из школы я теперь бегал. Тут и бегу-то всего пятнадцать минут. В школе
споласкивался в туалете, одевал рубашку, достав ее из рюкзака и топал на занятия.
На новый год остались дома. Нооми была еще слишком мала, что бы с ней куда-то
ехать.

Приближались зимние праздники. Пурим, Ханука. Я любил их. На пурим устраивался


карнавал, можно было подурачиться в прикольных костюмах. У кого с фантазией было
туго, покупали готовые в магазинах. Другие же креативили, кто во что горазд. Я как
раз и сидел над эскизом такого креативного костюма. Когда-то давно, еще в той
жизни, мне попалась биография американского физика Роберта Вуда. Мужик был с
развитым чувством юмора. Вот у него-то я и решил почерпнуть идею для маскарада. Сам
Вуд явился на маскарад имея на голове самолет из папье-маше. Вместо брюк он одел
пиджак, на ноги пристроил перчатки, а на задницу голову пилота. Вот что-то подобное
собирался соорудить и я. Но тут пришел отец. И был он как-то непривычно мрачен.

***

Глава семейства был явно не в своей тарелке. Жену поцеловал мимоходом, вместо
обычного пива плеснул себе рюмку арака. Выцедил ее и молча принялся за еду.

— "Ма кара леха?" (Что у тебя случилось?) — Мира смотрела с беспокойством.

— Ты Марка помнишь? — Муж отложил ложку и снова потянулся к бутылке рисовой водки.
— Конечно. Это же твой армейский друг. Он вроде бы на правительство работает.

— На правительство? — Моти опрокинул рюмку и кинул в рот оливку, — ну можно и так


сказать. Сын его под "пигуа" (теракт) попал.

— Не может быть! — Супруга прижала руки ко рту, — Ияль? Жив?

— Да живой, хотя и не слишком здоровый. Это то, на "тремпиаде", где "мехабель"


(террорист) в толпу на машине въехал. Ияль ловил "тремп" (попутку) до Тель-Авива,
ну и…

— Ему же всего четырнадцать, — Мира всхлипнула и тоже достала рюмку из шкафа. — Так
что с ним сейчас?

— Парализован ниже пояса. Что-то с позвоночником. — Моти вздохнул и перевел взгляд


на сына, — помочь сможешь?

— Смотреть надо. Но скорее всего да, смогу.

***

Мошав (поселок) Ора когда-то был тихим и уютным местом. По отношению к району где
жила семья Охана это был другой конец города. Марк обретался со своей семьей в
небольшом коттедже. Зато был свой участок с несколькими плодовыми деревцами.
Выбирал он это место когда-то из-за тишины и относительной близости к городу. Но
потом неподалеку построили огромную больницу. Затем в несколько приемов расширили и
теперь "Адасса Эйн-Карем" являлась одним из крупнейших медицинских центров. К ней
провели приличное шоссе, а недавно и трамвайную ветку. Так что о тишине можно было
забыть. Тем не менее семейство Марка уже прикипело к своему месту жительства и
менять не хотели.

Хоть это и был другой конец города, но доехали за двадцать минут. Иерусалим город
не большой, просто холмистость сыграла с ним злую шутку. До иного места ехать-то
пять минут, а вот пешком можно и за час не добраться.

Моти с сыном прошли на участок, миновав открытую калитку в сетчатом заборе. Там уже
встречал Марк. Обнялся с товарищем и повел их в дом.

— Жена с дочкой у мамы сейчас, — хозяин набил два стакана льдом и залил минералкой,
— так что никто не помешает.

Гости отпили ледяной воды, а затем прошли через коридор к одной из спален. Мужчина
открыл дверь и вошел, остальные зашли следом. На кровати лежал совсем молодой
парнишка. Тощий и прозрачный после больницы, он смотрел укрепленный на стене
телевизор. Игаль откашлялся.

— А можно перевернуть Ияля на живот?

Марк посмотрел недоверчиво, все-таки мелкий пацан не производил впечатление


целителя. Но потом перевел взгляд на товарища и смолчал. Помог лежащему
перевернуться и задрал тому майку до плеч. Отступил в угол комнаты и застыл, сложив
руки на груди.

То что случилось потом вышибло хозяина дома из привычной колеи. Мелкий пацан
подошел к кровати и некоторое время водил руками над спиной сына. Потом кивнул сам
себе и нахмурился. Из своего угла Марк видел лицо сына своего боевого товарища.
Видел, как пролегла морщинка через лоб, в серых глазах заиграли зеленые искры. Их
становилось все больше и вот уже глаза Игаля налились изумрудным светом. Вслед за
глазами зеленоватое свечение окутало и руки парнишки. Он положил их на спину
парализованного и замер. Долгих десять минут ничего не происходило, но вдруг
свечение потухло. Игаль пошатнулся и осел на пол рядом с кроватью. Моти метнулся к
своему ребенку и подхватил его на руки. Покрутил головой и устремился на двор.

Марк же стоял, словно соляной столб. На его глазах, парализованный сын сел в
кровати, спустил ноги на пол и с трудам встал качаясь. Отец кинулся к нему, не веря
своим глазам. Поддержал Ияля, у того дрожали ноги, но он стоял. Стоял сам!

Моти в это время, с сыном на руках, покрутился по участку, потом сообразил что-то и
в два шага подошел к яблоне. Посадил Игаля на землю и прислонил спиной к стволу.
Тот сразу же открыл глаза.

— То что нужно. Спасибо пап.

— Не за что. Напугал ты меня сынок. — Моти с удивлением смотрел, как прямо на


глазах оживает сын и как высыхают листочки на дереве…

***

Пацаны возились в комнате Ияля, старшее поколение разместилось на кухне. некоторое


время сидели молча, потом Марк поднял глаза.

— До сих пор не могу поверить тому, что увидел. Я в неоплатном долгу. Проси что
хочешь, брат.

— Я прошу тайны. — Моти смотрел в глаза другу прямо и твердо.

— Но почему? Такие возможности у твоего пацана. Да его на руках носить будут. Да…

— И что потом? — Гость скривился, — запрут на какой-нибудь базе, навешают грифов и


будет он всю жизнь разглаживать морщинки на заднице супруги премьер-министра. Та же
сам из "ШАБАК" (контрразведка), так скажи, я не прав?

— Прав, — Марк сморщился, — не подумал я. Сломаем пацану жизнь. А что говорить?

— Ну ты же приглашал раввина? Тот молился? Ну вот и ответ. Господь явил чудо. Ты


только сына проинструктируй. Что бы ни-ни. Не то в следующий раз, "хас вэ халила"
(не дай бог), он уже помощи от нас не дождется.

— Сделаю. Спасибо брат. Не забуду.

Глава 5

Тринадцатилетие упало как пыльный мешок на голову. Семейство Охана было светским, к
"пингвинам" относились с иронией. Моти их иначе чем мракобесами и не называл. Но
были некоторые обычаи, преступить которые было попросту невозможно. Окружающие бы
не поняли. И один из таких обычаев и была "бар мицва". Совершеннолетие. С этого
момента можно было читать Тору вслух. То есть наедине это и так не возбранялось. Но
вот в синагоге, в присутствии других молящихся, только после обряда.

Вот и стоял Игаль на возвышении напротив святого свитка, с белой кипой на голове и
произносил заученные насмерть слова. Потом присутствующий поздравляли, бросали на
счастье мелкие монетки. На входе в "бейт кнессет" (синагога) всех ждали накрытые
столы. От гуляний в ресторане Игаль отказался категорически, так что отец заказал
кейтеринг прямо в синагогу.

Подходили знакомые и друзья семьи, поздравляли, фотографировались с ним на память.


Между ног взрослых вертелась шестилетняя Нооми. В своем белом платьице с бантом в
черных волосах, малявка была чудо как хороша. Игаль жал руки, улыбался, отвечал на
поздравления, но сам мечтал лишь, что бы эта вакханалия побыстрее кончилась.
Содрать чертову кипу, выйти на воздух, вздохнуть полной грудью.

Самое смешное, он понимал почему именно тринадцатилетие назначено таким переломным


возрастом. Несмотря на то, что личности давно уже слились в одно целое, память была
доступна в полном объеме. Тринадцать лет, пресловутый пуберат, доставляющий столько
проблем подросткам и их родителям. По сути дела, это всего лишь атавизм, наследие
очень и очень давних времен.

Когда-то, на заре становления человечества, в этом возрасте молодые охотники


покидали родительскую трибу, что бы основать свою, новую. А теперь, когда возраст
совершеннолетия существенно сдвинулся, возникает подспудный конфликт. Инстинкт
требует самостоятельности, но ни родители, ни законы предоставить этого не могут.

Самому себе, молодой Охана пообещал, что никакие инстинкты не заставят его
совершать глупые и нерациональные вещи. Кроме того помогала память. Все-таки
однажды он уже переживал подобное. А Моти смотрел на сына с гордостью. Вытянулся,
окреп. Статью все-таки в мать пошел. Стройный и гибкий. Но вот покатые плечи и
сильные, немного излишне длинные руки, это их, Охана наследие. Орел.

***

В школе Игаль держался несколько особняком. К этому привыкли и уже не подначивали.


У него сложилась репутация старательного простака. Телефоном пользовался простым, в
социальных сетях замечен не был. И себе страницу не завел и чужими не
интересовался. И одевался не слишком модно. Никаких штанов в обтяжку от дорогих
брендов не признавал. Ходил в просторных джинсах, футболках на размер больше, чем
надо. В общем совершенно не интересный тип.

Из предметов добавились языки. Охана выбрал стандартный набор, арабский и


английский. Усваивались они легко. Английский ложился на старые знания. Да и
вообще, из своей памяти Игаль знал, что сложнее всего усваивается второй язык.
Третий и следующие за ним воспринимаются намного легче. А он тут можно сказать
считерил. Русский и иврит у него были сразу.

Биология давалась легко. Все-таки это была, так сказать, родная тема. Еще год и
можно будет заняться поиском места для прохождения практики. Мама обещала
посодействовать в больнице. Миру грело осознание того, что сын идет по ее стопам.
Даже то, что Игаль не собирался становиться дипломированным врачом не смущало. В
любом случае, это хорошее занятие. С гарантированным заработком.

А тем временем и зима заканчивалась. В этот раз обошлось без снега. Дожди правда
были на удивление сильными. Но это дело насквозь привычное. Снег же, даром что
выпадал тонким, несерьезным слоем, сразу парализовал бы всю страну. Но обошлось в
этот раз. Февраль подходил к концу и в школе наметилась очередная автобусная
экскурсия.

Игаль не был любителем такого рода времяпрепровождения. Как правило в поездках не


участвовал, но не в этот раз. Экскурсия намечалась тематическая, в пустыню Негев.
Там как раз начиналось цветение "каланийот" (анемоны). По отзывам видевших, зрелище
феерическое и для их класса с биологическим уклоном, обязательное.
***

Зрелище действительно стоило того, что бы два с лишним час трястись в автобусе.
Алое поле цветущих анемонов простиралось до горизонта. Молодежь суетилась у края
поля. Рвать цветы никто не пытался. Уж это-то вбивалось всем местным школьникам в
подкорку. Девчонки пищали от восторга, делали селфи, фотографировали друг друга,
поодиночке и компаниями. Игаль же застыл чуть в стороне от толпы одноклассников.
Дышалось на удивление легко и приятно. Зона охвата здесь, вне города, увеличилась
скачком. И он воспринимал картину окружающего гораздо полнее других подростков.

— Чего это с ним? — Ривка толкнула подругу локтем. Та проследила за взглядом


подруги и увидела Игаля. Тот и впрямь вел себя странно. Замер вытянувшись в струнку
и немного расставив руки. Голову склонил, словно прислушиваясь к чему-то. Потом
сделал крохотный шажок, немного повернувшись всем корпусом и снова замер.

Внезапно небо разорвал крик какой-то птицы. С деревьев в стороне взлетела целая
стая пернатых. Парень встрепенулся. Одним движением подтянул лямки своего плоского
рюкзачка, защелкнул поперечный ремень на груди и двинулся вниз по склону. Скорость
движения нарастала и вот он уже мчался, выбрасывая комья травы из под подошв своих
массивных ботинок. Миг и его фигура исчезла за склоном, потом мелькнула возле
деревьев и снова пропала.

Подруги переглянулись. Парень был странным, держался особняком. Но то что он


вытворил сейчас, выходило за всякие рамки. Ривка огляделась. Руководитель экскурсии
смотрел в сторону убежавшего подростка приложив руку козырьком ко лбу. Потом пожал
плечами…

***

Он раздвинул руками ветки и присмотрелся. Возле ствола дерева сидел скорчившись и


обхватив себя руками крошечный мальчишка. Игаль цепким взглядом отметил сразу
голубенький комбинезончик, и затравленный взгляд. Он присел на корточки рядом. Лет
пять, может шесть, отметил про себя.

— Шалом, — он постарался сказать это как можно дружелюбнее. Пацанчик однако не


отреагировал. Пришлось сделать поправку на русые волосы и огромные голубые глаза на
испуганном лице. Следующую попытку наладить общение он сделал уже на русском.

— Привет.

— Привет. — Мальчишка прошептал едва слышно.

— Ты что здесь делаешь один?

— Я потерялся, — мальчонка искривил рот собираясь зареветь. Но тут дядя ловким


движением достал из-за спины бутылку с водой.

— Пить хочешь?

— Ага, — малец вцепился в бутылочку "Мэй Эден" и присосался к ней.

— Ну что? — Игаль протянул руку, — пойдем искать твою маму?

***

Появление парня с сидевшей на сгибе левой руки находкой произвело эффект


разорвавшейся бомбы. Школьники обступили его, девчонки тянули руки, сюсюкали что-то
жалостливое. Добились лишь того, что малыш вцепился в футболку Игаля обеими руками
и испуганно прижался.
— А ну тихо! — Пришлось рыкнуть на дур во весь голос, — с полицией кто-нибудь может
связаться?

— Здесь сеть не берет, — руководитель экскурсии смотрел виновато.

— Ясно с вами все, — молодой Охана пошарил в рюкзаке и извлек массивный корпус
"уоки-токи". Мысленно он поблагодарил предусмотрительного отца, потом, поскольку
левая рука была занята, зубами вытянул антенну на максимум. Пробежал пальцами по
клавиатуре, вспоминая полицейские частоты. И задал сканеру поиск по маске.
Буквально через несколько секунд из динамика послышалось шипение, потом аппарат
подстроился и строгий женский голос произнес.

— Волна полицейского патруля. Кто вы и что случилось?

— Игаль Охана, учащийся, экскурсия в долину анемонов. Найден мальчик,


приблизительно пяти лет, русский, скорее всего из туристов. Проверьте, не было ли
заявок о пропаже ребенка?

— Минутку… — голос отдалился и немедленно вернулся. — Есть заявка. Ребенок, Ивлев


Семен, шесть лет. Так, координаты определены, патруль к вам уже выехал, время
прибытия пятнадцать, двадцать минут. Оставайтесь на связи. И спасибо, парень.

— "Эйн бэ ад ма" (не за что), жду.

Одноклассники пялились на Игаля, словно на пришествие машиаха. Только что его


авторитет взлетел на недосягаемые высоты. Семен немного успокоился и ему немедленно
выдали сникерс. Похоже в плоском рюкзачке его спасителя, чего только не было. Пацан
немедленно зашуршал оберткой, а после и зачавкал с аппетитом, мгновенно
испачкавшись в шоколаде.

Потом из-за холма показался джип цвета хаки. Остановился рядом с ними и оттуда
выбралось двое патрульных.

— Ну вот Семен, сейчас дяденьки отвезут тебя к маме.

Семен однако только крепче вцепился в футболку Игаля. На полицейских он смотрел с


испугом.

— Похоже парень, придется вам обоим прокатиться, — полицейский улыбался глядя на


реакцию ребенка.

— Да нет проблем. Только надо нашего старшего предупредить.

— Лезь в машину, а я поговорю с ним.

В машине мелкий принялся с интересом вертеть головой. Вокруг было множество


интересных штучек. Лампочки, рычажки, тумблеры…

— Поехали, — полицейский забрался в салон, — там мамаша этого мальца истерику


устроила. Хотя как можно не заметить отсутствие ребенка… Я бы таких мамочек… Кстати
парень, как ты его нашел?

— Птицы странно себя вели, — у Игаля было время обдумать что говорить, что бы
выглядело правдоподобно, — у нас биология основным предметом, вот я и обратил
внимание.

— Однако твои одноклассники не заметили…


— Двоечники, что вы хотите от них, — оба полицейских жизнерадостно заржали…

Глава 6

…Ховэш (санинструктор) Охана, позывной Колдун шустро бинтовал ногу рядовому Яиру
Перец, позывной Чили. Подпольная кличка Чили была "магнит для неприятностей" и
сегодня он вновь ее оправдал. Они, в смысле отделение Магав (пограничной стражи),
слишком расслабились. Маршрут патрулирования подходил к концу и вот-вот уже надо
было возвращаться на базу. Джип переваливаясь по кочкам полз вниз с горы по узкой
тропке, когда сидевший с закрытыми глазами Колдун вдруг завопил "Стоп!". Водитель
ударил по тормозам и прямо перед носом машины просвистел заряд гранатомета. В
воздухе еще летели каменные осколки, а отделение уже оказалось снаружи, быстро
занимая укрытия. Тут-то Чили и схлопотал пулю в икру.

Теперь он постанывал стиснув зубы. Руки Колдуна на мгновение окутались зеленым


чветом и боль начала отступать. Яир открыл глаза и сказал.

— Вот никак не привыкну Колдун, как ты это делаешь. Только что болело так, аж сил
терпеть нет и вдруг все прошло.

— Тихо, — Колдун к чему-то прислушался, склонив голову и перебросил в руки автомат.


Направил его на склон распадка и замер. Неожиданно над камнем показалась голова и
плечи боевика. Галил в руках санинструктора коротко простучал. Фигура исчезла за
камнями. Игаль еще немного посидел слушая что-то, ведомое только ему, потом убрал
оружие за спину и продолжил бинтовать ногу раненому.

— Я к этому никогда не привыкну, — Чили сидел открыв рот…

В отдалении прозвучали несколько резких взрывов, потом короткая очередь. В распадок


шурша щебенкой спустился командир отделения.

— Что у вас тут?

— Да все нормально. — Игаль встал, — бойца перевязал, на базе с ним еще поработаю,
через день будет бегать.

— А чего стреляли?

— В обход один пошел. Вон там остывает. — Колдун махнул рукой.

К джипу спускались остальные бойцы. Сержант почесал затылок.

— Ну Колдун, спасибо тебе. Сегодня ты всех нас спас.

— Это не только меня благодарить надо, — санинструктор негромко свистнул.


Послышлись хлопки крыльев и ему на плечо плюхнулась небольшая птичка. Посмотрела на
командира круглыми желтыми глазками, а потом коротко проухала что-то в ухо Игаля.

Отделение смотрело на представление открыв рты. Тем временем Колдун порылся в


подсумке и извлек наружу целлофановый пакет. Вынул из него несколько кусочков
подвяленого мяса и принялся кормить птицу.
— Это кто? — спросил кто-то.

— Неясыть. — Ховэш скармливал кусочки. Сова глотала их, казалось не разжевывая.


Потом ухнула довольно и снявшись с плеча косо ушла куда-то за камни.

— Так это что получается, — Сержант подобрал челюсть и сейчас судорожно соображал,
— этот твой филин, он нас всегда сопровождает что ли?

— Да нет, зачем. Здесь неясыть нашлась, в других местах еще кто-то… — Колдун
упаковал мясо в пакет и теперь убирал его обратно в подсумок, — живности-то везде
много.

***

В армии Игалю нравилось. Пришлось правда частично раскрыться, но это произошло бы в


любом случае, рано или поздно. И то что он угодил в пограничную стражу не смущало.
Наоборот, давало ощущение причастности к чему-то важному. Здесь действительно
занимались делом. Риск конечно был, но куда же без него.

Удивлять сослуживцев же молодой Охана начал практически сразу. Еще на карантине.


Сперва уделал инструктора по рукопашке. Ну как уделал? Противостоял тому достаточно
успешно. Инструктор оказался навроде папани. Такой же кряжистый и длиннорукий. А уж
спарринги отцу он давно уже не проигрывал.

…Они кружили по площадке с четверть часа. Достать молодого так и не получилось.


Слишком уж ловок. Но вот ухватки были весьма знакомы. Инструктор поднял руку
останавливая поединок. Отпил воды из пластикового стакана и спросил.

— Кто тренировал?

— Отец, — юнец отвечал ровно, словно и не запыхался.

— А кто у нас отец?

— Моти Охана, глубинная разведка.

Ну теперь многое становилось понятным. Слышал он об этих отморозках. Выживальщики


блин. Если у парня и со стрелковкой не хуже, то учить его по сути дела нечему.

— Какая у тебя специальность?

— Ховэш.

— И как?

— Сдал все тесты еще в подготовительном лагере.

Инструктор потер подбородок. Похоже надо идти к начальству. Этого учить, только
портить. Хоть сейчас в подразделение отправляй…

***

Мира возилась на кухне, когда услышала, как в дверном замке поворачивается ключ.
Сердце екнуло и она устремилась в прихожую. Там, занимая широченными плечами весь
коридор возился сын. Сгрузил с плеч огромный рюкзак, подвинул его ногой. Сверху
положил свой автомат, закрыл дверь и с наслаждением опустился на пуфик.

Она поразилась насколько он стал здоровенным. Даже сидя на низеньком пуфике его
голова была практически на ее уровне. Мира прижалась к широкой груди сына, обнимая.
Сердце успокаивалось. От Игаля пахло армией. Этот специфический запах выгоревшего
на солнце хлопка нельзя было спутать ни с чем. А еще от него пахло силой и каким-то
запредельным спокойствием. Она отстранилась. Сын сидел блаженно закрыв глаза и
расслабившись. Мира опустилась рядом на колени и прижалась щекой к огромной,
загорелой руке.

— Надолго домой?

— На выходные. На побывку. — Игаль отвечал не открывая глаз, — никуда не пойду.


Буда спать и есть. Спать и…

Женщина метнулась на кухню. С такими планами сына, надо было приготовить всего
побольше. Долбанный Магав, подумала она, так редко отпускают солдат домой. Сволочи.
Но в "джобники" он бы не пошел. Эти-то каждый день дома, но сына они воспитали по
другому. А теперь сердце ноет почти непрерывно. В прихожей завозился Игаль,
скрипнул дверцей шкафа и вот он уже на пороге кухни. Прошлепал босыми ногами к
плите и прижался к матери сзади. Зарылся в ее волосы лицом и судорожно, с
прискуливанием вздохнул. Потом одним шагом переместился к столу и присел там,
облокотившись плечом о холодильник.

— Тяжело было? — Мира присела напротив.

— По всякому. Мам, когда батя придет?

— Да где-то часа через два. А что?

— Разговор есть. Важный…

***

Семья сидела на кухне. Как когда-то. Нооми уже спала в своей комнате. Брату она
обрадовалась чрезвычайно. Повисела у него на шее, вывалила все свои новости. Игаль
улыбался, красавица растет. Видно было невооруженным глазом. И хлопотунья. Не
переставая трещать помогла матери накрыть на стол, раскладывала по тарелкам еду,
носилась по квартире стремительным вихрем. Теперь выдохлась и завалилась спать.
Отец отхлебнул пива из своего стакана и посмотрел на сына.

— Так о чем ты хотел поговорить, сынок?

— Ко мне генерал один клинья бьет. Пришлось раскрыться. Ну ты сам служил,


понимаешь. Пацана ранили, а я могу оперативно поставить на ноги. Раз помог, другой…

— Это-то все ясно, — Моти покивал. Не помочь своему в бою… — А причем тут генерал?

— Сейчас, — Игаль встал, ушел в комнату, повозился там. Вернулся со стопкой


ксерокопий в руке. — Мам посмотри, это по твоей части…

— Так, — Мира шуршала бумагой. Это оказались копии листов истории болезни. Потом
она подняла глаза на сына, — И ты сможешь это вылечить?

— Думаю да. — Тот улыбнулся, — это тебя я вылечил по наитию. Теперь-то другое дело.

— Минуту, о чем вообще речь? — Моти вклинился в разговор.

— Онкология. — Супруга смотрела грустно, — похоже у дочери генерала. Последняя


стадия. Отправили домой, доживать. Судя по всему осталось пара месяцев, вряд ли
больше.

— Ясно, — глава семейства тяжело задумался. — Сынок, я верю ты справишься. Но ты


должен учитывать один нюанс. Сейчас, на эмоциях, этот генерал наобещает тебе
всякого. Но потом… Ты должен понять одну вещь. Здесь, в Израиле, деятельные и
предприимчивые офицеры заканчиваются на звании майора. Полковник уже политик. И в
первую очередь думает о своей политической карьере. В общем, если твой генерал
решит, что сможет на твоем горбу въехать в свой политический рай, его ничто не
остановит.

— Понятно. Я предполагал нечто подобное… Но уж больно девчонку жалко.

— Кстати, — Мира тоже решила поучаствовать в обсуждении, — если ты можешь лечить


такое, то возможно стоит подумать о карьере врача?

— Нет. — Сказано было таким тоном, что родители примолкли ошарашенно, — поймите,
мое призвание в другом. Лечение, это попросту побочный эффект. Ну или
сопутствующий. Кроме того я не собираюсь подменять собой израильскую медицину. И
интересы мои и призвание лежат в совершенно другой области.

Они долго еще сидели на кухне. Моти допил свое пиво. Потом перешли на чай с
домашней выпечкой. Игаль отметил, что мама прилично подняла свой класс в кулинарии.
За окном уже давно стемнело, когда они все-таки угомонились и разошлись по
спальням…

Глава 7

— Берусь!

— Скажи ховэш, какова по твоему вероятность успеха? — Генерал смотрел с сомнением.

— Высокая, но…

— Но?

— Буду откровенен, господин генерал, со случаями такой сложности я еще не


сталкивался. Этот будет первый. Так что, сами понимаете, статистики удач я
предоставить не могу. Так что вам решать.

Генерал задумался. Сидели в кабинете командира базы. Командир, давний знакомец


генерала, тоже присутствовал. Он то и произнес немного неуверенно.

— Господин генерал, возможно я ошибаюсь, но ведь выбора у вас нет. Кроме того Охана
несколько лукавит. Возможно он и не имел дело с онкологией, но поставить на ноги
раненого со сквозным ранением икры, тоже не хухры-мухры. Причем уже на следующий
день после ранения боец бежал кросс по пересеченной местности.

— Скажи, Колдун, что тебе потребуется для этой…, ну скажем операции?

— В первую очередь хороший повар. Наш старший повар базы вполне подойдет.

— Что?! — Генерал не мог поверить своим ушам, — но зачем тебе повар?

— Что ты мудришь, ховэш? — Встрял и командир базы.


— Господин генерал, господин майор, просто пригласите повара. Я здесь, в вашем
присутствии, с ним поговорю и тогда и будет ясно, стоит ли вообще браться за это
дело.

— Хорошо, — майор прижал клавишу селектора и произнес, — прапорщика Тубуля к


командиру базы, срочно.

Все время до прихода повара офицеры пялились на Игаля. Тот сидел с самым
индифферентным видом. Наконец в дверь кабинета постучали.

— Господин майор, прапорщик Тубуль по вашему…

— Проходи Эли, и давай без чинов. С генералом ты знаком?

— Конечно. — Повар, плечистый дядька с изрядным пузом, пожал генералу руку. — Как
дочка?

— Вот по этому поводу мы тебя и позвали. — Генерал кивнул в угол, на сидящего там
Игаля.

— Ого! Вы подключили Колдуна, — прапорщик заулыбался, — это правильно. Давно надо


было. А я-то чем могу помочь? — Повар присел в кресло напротив санинструктора. Тот
откашлялся.

— Элиягу, ничего если я буду обращаться по имени? — Повар кивнул и Игаль продолжил,
— смотри, я отсеку сартан (рак) от организма. Выведу его наружу, подстегну,
правильнее будет сказать разгоню регенерацию. Но вот вопрос, где организм возьмет
материал для регенерации? Судя по истории болезни, у девчонки дефицит массы чуть ли
не двадцать процентов.

— Так ты хочешь…? — Повар двумя руками принялся чесать голову.

— Ну да, а что еще остается? Нужно что-то жидкое, легко усваиваемое…

— Так, первое что приходит в голову, это протеиновый коктейль для спортсменов.

— Я думал об этом. И мы этим непременно воспользуемся, но уже на заключительном


этапе. Когда потребуется наращивать мышечный каркас. А вот в процессе операции
нужно что-то другое. Что-то вроде суфле…

— Стоп, это еще что такое?

— Ну взбитые сливки…

— Это называется "крем-шаменет". — Прапорщик воодушевился, — а ведь точно.


Качественно взбить, да с фруктовым сахаром. Ох и вредная же штука, но вкусная… —
Повар мечтательно закатил глаза.

— Вот-вот, — Колдун улыбался, — а уж я обеспечу всасывание на клеточном уровне. Ну


что, господин повар, ты со мной?

— Конечно.

***

Генерал хлопотал по дому как рачительная хозяйка. Вчера они вместе с адьютантом
закупались по списку, что представил Колдун. А сегодня, с самого утра, он
расставлял привезенные вчера пластиковые тазы, такие же пластиковые ведра с
герметичными крышками. Упаковки с влажными гигиеническими салфетками, памперсы для
взрослых. И все это время следом за ним таскалась супруга и бубнила, и бубнила…

Похоже женщина смирилась с судьбой дочери и теперь буквально ревновала ее к мужу,


который как оказалось не смирился. Генералу даже вспомнилось сленговое словечко
"менаджезет". Точного перевода этот глагол не имел, но очень точно передавал звук с
которым женщина пилит нервы. Так что сигнал приехавшего автомобиля он воспринял,
как манну небесную.

Эли, тащивший здоровенные термоса, сразу устремился на кухню. Следом за ним


пробежал и адьютант с парой здоровых, армейских баулов. Потом вошел Колдун.
Нечленораздельно завывая супруга устремилась к нему, но парень лишь коснулся ее
мимоходом и женщина осела в его руках.

— Чего это с ней? — Удивился генерал.

— Усыпил. Поспит пару часов. Куда бы ее пристроить?

— А вот в спальню давай.

Пристроив супругу генерала Игаль отправился знакомиться с пациенткой. Все оказалось


примерно так, как он и ожидал. Сильно исхудавшая, лет двадцати на вид. Лежала она в
кровати, опираясь спиной на высокие подушки. Парень отметил стойку с пакетом,
похоже глюкозой, подключенной внутривенно.

— Вот Колдун, знакомься, это Элина. — Генерал пытался говорить спокойно, но


получалось у него плохо.

— А ты правда колдун?

— Конечно. Не веришь? — Девушка помотала головой без единого волоса. — А так?

Колдун негромко свистнул и через открытое окно влетела пестрая птичка. Приземлилась
на плечо парня и что-то звонко прочирикала. Элина смотрела во все глаза.
Широкоплечий парень в один шаг приблизился к ее кровати, взял за правую руку и
повернул ладонью вверх. Другой рукой сыпанул ей в ладонь чего-то сыпучего. Девушка
с изумлением поняла, что это кускус. Птичка тем временем перескочила на ее
запястье. Цепкие коготки вцепились в исхудавшую руку с неожиданной силой. Элина
затаила дыхание. Птичка быстро насытилась, опять весело почирикала и усвистела в
окно.

— А теперь веришь?

— Да, — Девушка истово закивала.

— Это главное. — Парень присел на край кровати. — Самое главное условие успешного
лечения знаешь? Больной должен верить врачу. Если веры нет, ничего не выйдет. Какие
бы лекарства не применялись. Вот и скажи, ты мне веришь? Тогда слушай внимательно.
Уже сегодня ты встанешь на ноги. Я тебе обещаю! Веришь? Значит начинаем.

Генерал смотрел во все глаза. Несмотря на молодость, парень явно был профессионал.
Он ловко удалил иглу из вены. (Все равно только рак кормит). Снял с дочери рубаху.
Ловко одел ей памперс и крикнул в сторону кухни.

— Эли, будь готов через двадцать минут. — Потом повернулся к отцу девушки, — может
выйдете? — Тот помотал головой, — ладно, мне не мешать. Поехали…

***

Генерал повидал в своей жизни всякое. Кровь, грязь, пот. Но такое он наблюдал
впервые. Глаза обычного в общем-то парня налились изумрудным светом. Вокруг ладоней
возникло зеленоватое свечение. Одна рука Колдуна легла дочери на грудь, вторая
прошлась вдоль ребер и остановилась около пупка. Несколько секунд ничего не
происходило, но вдруг тело Элины выгнулось дугой. По сути, она касалась кровати
лишь пятками и затылком. Он уже хотел броситься ей на помощь, но вовремя вспомнил
об усыпленной супруге. Тем временем тело дочери упало на простынь и забилось в
жуткой судороге. Глаза парня уже просто пылали. В дверь сунулся было адьютант, но
пискнул что-то и сбежал. Сколько продолжался этот кошмар генерал не знал, но вдруг
Элина захрипела, забулькала… Колдун схватил ее за плечи и скатив на бок склонил над
пластиковым тазом. Дочь вырвало.

Да какой там вырвало. Вывернуло на изнанку, так будет вернее. Изо рта больной
извергалась какая-то дурно пахнущая, черно-багровая субстанция. Потом ховэш вернул
ее на подушку, поднес стакан с водой.

— Попей милая, — он гладил дочь по голове, удерживая другой рукой стакан, — попей.

Та пила стуча зубами об стекло. Потом неожиданно заплакала, по детски, навзрыд. Но


тут в дверь просочился Элиягу с огромной миской. И там, в этой миске громоздилось
что-то белое и воздушное. Колдун отступил в сторону давая дорогу. Повар приблизился
к кровати и поднес к губам Элины ложку.

— Ну-ка, попробуй, — та отрицательно мотнула головой, но немного белой массы попало


ей на губы. Дочь машинально облизала их и уже через мгновение жадно глотала крем.
Колдун тем временем держал свои руки у живота больной.

Потом все немного расслабились. Эли ушел обратно на кухню. Дочь лежала сыто
отдуваясь. Колдун перелил рвотные массы в ведерко и плотно закрыл крышкой. Вонь
постепенно улетучивалась в окно. Потом присел к кровати. Помолчали.

— Ну как ты? — Парень спросил с искренним участием в голосе.

— Неплохо. Теперь я и вправду верю тебе.

— Ну и хорошо. Сейчас немного отдохнем и продолжим. Но так тяжело, как в первый раз
уже не будет. Просто надо выгнать всю эту гадость из твоего тела. Понимаешь? Ну и
отлично. Думаю еще пару раз придется потерпеть, максимум три. Готова? Поехали…

***

Все шло по кругу. Раз за разом. Дочь тошнило, она пила, глотала то что притаскивал
с кухни повар. Потом вдруг неожиданно вспотела вся, желудок шумно опорожнился.
Дочка покраснела было, но Колдун просиял. "Прекрасно, просто прекрасно",
приговаривал он. Скатил дочку на бок. Та вцепилась в простыню, с удивлением ощущая,
что к пальцам возвращается сила. Тем временем ховэш ловко поменял памперс, протер
ее мокрым полотенцем, а после и влажными салфетками. Усадил, подоткнув под спину
подушки, и дальше она только ела. Ела и пила, удивляясь, куда оно в нее лезет.

Разговор на кухне.

— А может каша?

— Точно, вот я дурак!

— Кускус или…

— Кускус не пойдет. Это же просто катаная мука. Давай рис на молоке. И пожиже. И
соль добавь не жалея.
— Да нет проблем. А соль зачем?

— Обезвоживание. Знаешь такого зверя? Мы сейчас на нижней границе дистрофии. Важно


не допустить сползания. Поэтому жидкость и соль.

— Как она умудряется столько есть?

— А я на что? Внешний стимулятор перистальтики. В том числе. Еще пару часов и


уложим ее спать. Мне бы не упасть, вот беда-то будет…

***

Супруга генерала проснулась в своей спальне. Странно, подумала она, легла спать в
одежде, поверх одеяла. В голове билась какая-то мысль. Неожиданно она вспомнила
утро, вскипела. Села свесив ноги с кровати и зашарила в поисках тапок. За дверью
бубнили голоса. Ну же я вам устрою!

Распахнула дверь в коридор и застыла, словно жена Лота. В спальне дочери, напротив
нее, суетился народ. Здоровенный парень придерживал Элину за руку, а та одетая лишь
в длинную рубаху, стояла возле своей кровати. На тонких, дрожащих ногах, качаясь.
Но стояла сама. О Боже! В голове у женщины помутилось. Она же не давала им войти,
она…

Глава 8

В результате на вилле генерала прожили неделю. Как уж он оформил отсутствие двух


военнослужащих на своей базе, бог весть. Зато и результат был налицо. Элина
округлилась, порозовела. Движения все еще были несколько излишне порывистыми из-за
долгой болезни. Но и это постепенно сходило на нет. Супруга генерала тоже пришла в
себя, оказавшись властной, энергичной женщиной. Генерал привычно занял свое место в
семейном укладе. С некоторым даже облегчением вернув бразды правления жене.

На третий день девушка смогла выйти в сад. Колдун привычно шел рядом, слегка
поддерживая. Она с удовольствием вдохнула терпкий воздух и огляделась. В глаза
бросилось совершенно сухое дерево посреди сада.

— Что это, Игаль?

— Цена твоего здоровья, девочка. — Девочка усмехнулась. Это было странно, вроде бы
по возрасту она была старше этого парня, но рядом с ним ощущала себя младшей. — В
тот первый день, я слишком потратился. Практически исчерпал себя в ноль. Пришлось
зарядится от этого дерева. Так что помни, в тебе сила этого дерева. Оно отдало свою
жизнь тебе…

— Я запомню. А скажи, как женщина я тебе интересна?

— Извини, но у нас с тобой другие отношения, — Колдун вздохнул про себя, бабы есть
бабы. — Ты все-таки мой пациент и перестроится на другой тип отношений мне будет
непросто. Да и зачем тебе мелкий колдун из заштатного королевства. К тому же не
имеющий диплома Хогвартса.

Несколько минут Элина смотрела непонимающе, а потом звонко расхохоталась. "Мелкий


колдун", скажешь тоже — она еще долго хихикала.

А через пару дней ее свозили на обследование. Вернулась оттуда генеральская чета с


видом триумфаторов. Девушка сияла, следов заразы проверка не обнаружила, теперь
следовало только восстанавливаться.

Игаль чувствовал, что без разговора его не отпустят. Не те это были люди. Так что
готовился к непростому общению. И разговор действительно состоялся. В последний
день, вечером, в саду. Сели за стол, Колдун пил воду со льдом из высокого стакана.
Генерал предпочел кофе. Женщины баловались соком. Разговор ожидаемо начала супруга
генерала.

— Игаль, мы чрезвычайно благодарны тебе за все. И нам хотелось бы отблагодарить.


Подожди, не возражай. Я знаю, что ты скажешь. Но подумай сам, мы можем помочь тебе
реализоваться. Здесь, в нашей стране…

— Простите, что перебиваю, но вы делаете неверные выводы из неверных предпосылок. —


Колдун грустно улыбнулся, — вы по-видимому решили, что я целитель. И лечить людей,
мое предназначение?

— Ну конечно. И не просто решили, мы же видели своими глазами…

— Это не так. То что вы видели, это одна из второстепенных способностей. Просто так
уж совпало, можно сказать повезло. Вам и вашей девочке.

— Подожди, ты сказал второстепенных. А что же тогда основное твое умение?

Вместо ответа парень поднял руку ладонью вверх. Глаза его полыхнули зеленью. С
замиранием сердца хозяева смотрели, как преображается их сад. Стриженая трава
неожиданно выстрелила вверх новыми ростками. На деревьях распускались цветы.
Полетели бабочки, с низким гудением промчался толстый шмель. На стол рядом с
колдуном приземлился здоровенный попугай, посмотрел одним глазом на Элину и пошел
по столу, смешно поднимая лапы.

— Я не целитель. Я друид! — Насекомые устроили какой-то неистовый хоровод около


фигуры парня. Откуда-то приползла коричневая змейка и обвилась вокруг запястья. — И
сказать по совести, с Израилем мои планы на реализацию связаны весьма
опосредованно.

— Но почему? — Генерал буквально возопил.

— Слишком низкая плотность биомассы. Я ощущаю себя здесь, как больной, которому
ампутировали конечности.

— Куда же ты направишься после демобилизации? — Элина смотрела на него с какой-то


грустью.

— Точно не решил еще, но скорее всего на Амазонку.

***

В Манаус Игаль прилетел рано утром. Специально подгадал такой рейс. Вещей у него
было всего-ничего. Только маленький рюкзачок. Так что выдачи багажа ждать было не
нужно. Преодолел достаточно формальный пограничный контроль и вышел в город.

Городок ему понравился. Чистенький, аккуратный. Современные отели с обилием стекла,


чуть дальше обнаружились старые здания. Местный колониальный стиль, на
непритязательный вкус молодого Охана, не слишком отличался от зданий, сооруженных
на родине во времена британского мандата. Однако его настойчиво тянуло за город.
Сориентировавшись по карте, которую он взял со стойки в аэропорту, Игаль зашагал на
север.

Архитектурный стиль постепенно менялся. Пошли дома попроще, потом и вовсе хибары. И
вдруг город кончился. Прямо убегало полотно шоссе, а справа, за пустырем виднелся
лес. Туда-то парень и направился. Он миновал несколько групп каких-то местных
оборванцев. Те пытались что-то объяснить, жестикулировали экспрессивно, как все
южане. Но Игаль не слушал. Он стремительно пересекал пустырь. Крики за спиной
затихли, зато лес приблизился вплотную. Дошел.

Всего несколько шагов от опушки, а вокруг уже совершенно чужой мир. Плотный,
насышенный жизнью и силой. Колдун дышал и не мог надышаться. Каждый раз не хватало
какой-то малости, что бы наполнить себя до предела. Потом словно лопнула невидимая
струна и в тело потекла сила. Он просто чувствовал этот бурлящий поток, что втекал
в него и укладывался внутри тугими кольцами.

Откуда-то сверху, из ветвей спрыгнула крошечная обезьянка. Ловко приземлилась на


плечо и требовательно подергала за ухо. Зверек полностью уместился в ладони, обнял
цепкими лапками большой палец и радостно заверещал. И тут началось нашествие.
Прилетел разноцветный попугай и приветственно проорал что-то. Какие-то ящерицы,
змеи, странного вида лягушки, все это скакало вокруг и пищало на разные голоса. А
он стоял посреди этой вакханалии и глупо улыбался. Ощущение было такое, словно он
вернулся домой после долгой разлуки. И семья радуется возвращению блудного сына.

И наконец, наконец случилось то чего он так страстно ждал. Мечтал и надеялся. Сила
заполнила его до краев и со звонким щелчком встал на свое место последний элемент
мозаики. Он был полон. И главное, Игаль знал, чувствовал это всей своей душой, она,
эта сила, теперь с ним навсегда. Даже в пустыне, или в Арктике, не важно.

***

Вот уже две недели он двигался на восток. Шел не торопясь, с остановками. Футболку
и длинные, до колен шорты, он убрал в рюкзак. Место было, там по сути и находились
лишь две вещи. Спутниковый телефон и пачка долларов, на всякий пожарный случай. Так
что из одежды на нем были лишь трусы-боксеры, да солдатские ботинки. Можно было бы
раздеться и полностью, но совсем голым разгуливать не комфортно, да и наступить на
острый сучок, приятного мало. Кроме того приходилось все время держать контроль
окружающего пространства. Стоило чуть-чуть ослабить внимание и сразу же вся
окрестная живность устремлялась поздороваться с хозяином.

А вот опасности не было. Он чувствовал себя словно дома, в своей комнате. Не


опасностью для него веяло от окружающего, а наоборот, спокойствием и защищенностью.
И еще одну странность подметил Игаль. Здесь, в дождевом лесу, практически полностью
пропало чувство голода. Лес словно подпитывал его своей силой.

Впрочем, время от времени он все же питался. Та крошечная мартышка с кустистыми


бровями, что первой приветствовала его в лесу, набилась в спутники. Как правило,
она сидела у него на голове, оглядывая окружающий лес. Потом вдруг начинала
верещать. Тогда следовало остановиться, а крошечный спутник притаскивал из
переплетенных ветвей какой-нибудь вкусный плод. Игаль садился и пробовал очередное
лакомство, щедро делясь со своим Пятницей. Ну а как еще было того назвать.

Через неделю своего неспешного путешествия Колдун встретил местного хозяина.


Пятница неожиданно пискнул и попытался забраться в трусы. Игаль оглянулся. Из
кустов вышел здоровенный матерый леопард. Парень присел, а пятнистый кошак подошел
и ткнулся ему в грудь лобастой головой. Молодой друид обнял леопарда за шею и тот
сел рядом, невероятным способом включив фирменную кошачью мурчалку.

Они долго сидели так. Даже мартышка осмелела и осторожно игралась с пятнистой
шерстью местного монарха. Потом леопард душераздирающе зевнул, показав огромные,
белые клыки. Друид встал, почесал кота за ухом и спросил.

— Ну что? Пойдем, покажешь свои владения?

Глава 9

Самолет приземлился в аэропорту Бен-Гурион в четыре часа пополудни. Всю дорогу


Игаль продрых. Все-таки два последних дня вымотали его весьма изрядно. Тогда, два
дня назад, он позвонил домой, что бы рутинно доложиться о том, что с ним все в
полном порядке. В ответ отец, в категорической форме потребовал, что бы сын
максимально быстро вернулся домой. Подробностей он не сообщил, но по голосу
чувствовалось, что дело серьезное.

Колдун моментально сориентировался на местности и рванул на север. Мчался по лесу


он на пределе сил и все живое стремилось убраться с дороги. Так что уже утром он
стоял на обочине приличного шоссе. Привел себя в порядок, оделся и поймал попутный
лесовоз. Потом на заправке подсел к дальнобойщику и уже в полдень покупал билет в
аэропорту Манауса.

Денег впритык хватило на бизнес-класс, его он и выкупил. В самолете же, только


дождался окончания взлета, как выпил литр минеральной воды, затем разложил кресло и
завалился спать. Пятница тоже бессовестно спал. Хозяина покидать он отказался
категорически, так что путешествовал в матерчатом кисете, под мышкой у Игаля.

Отец ждал в аэропорту. Мотнул головой, предлагая идти за собой и двинулся на


парковку. Пришлось правда притормозить и подождать, пока сын купит в киоске
пластиковый стакан с мелко нарезанными фруктами. В машине, при виде того, как Игаль
извлек из под мышки диковинного уродца и принялся кормить того кусочками из
стаканчика, Моти лишь поднял бровь. Наконец сын поднял глаза и спросил.

— Так что случилось, папа?

— Нооми похитили. — Отец произнес это так спокойно и буднично, что сын даже не
удивился. Похоже у родителей было время свыкнуться с чудовищным известием. В голове
у Игаля мысли понеслись вскачь. Потом немного упорядочились и возникли вопросы.

— Генеральская дочь?

— Похоже на то. Сама она ни сном, ни духом, но кто-то видимо решил тоже получить
уникальную услугу.

— Похитители звонили?

— Да. Велели тебе, как появишься звонить им за дальнейшими инструкциями. Уверяли,


что как только соглашение будет достигнуто, сразу же вернут Нооми.

— Значит она в стране и где-то неподалеку. Поехали в Иерусалим папа.

— Но надо же звонить…

— Нет. Сначала я верну сестру домой, а потом уже пообщаюсь с тем, кто все это
затеял. Не волнуйся, уж родную-то кровь я учую. Да и сил у меня добавилось.
Поехали…

***

Всю дорогу Игаль просидел молча и закрытыми глазами. Моти тоже молчал. Встрепенулся
сын лишь на повороте к Ришон-ле-Циону. Велел съехать с трассы и зарулить на
смотровую площадку. Отец подчинился. Парень вышел из машины и подошел в парапету.
Вид отсюда открывался просто фантастический. Внизу лежала густо забитая домами
долина Моца. Дальше начинался подъем в Иерусалим, квартал Гиват Шауль. На смотровой
площадке толпился народ, но Охана стояли в стороне.

Несколько секунд ничего не происходило. Потом сидящий на плече сына монстрик


оскалился и заверещал. На его морде встопорщились длинные белые брови. Моти даже
оторопел на мгновение, потом перевел взгляд и удивился еще раз. Такого ему видеть
еще не доводилось. Со всех сторон, к смотровой летели птицы. Они снимались с
деревьев, с крыш домов и ручейками устремлялись сюда, к горе.

Вскоре над смотровой площадкой клубился огромный черный шар. Потом неожиданно шар
принял форму куба, затем еще какой-то фигуры. И вдруг птицы крича начали
устремляться вниз и в стороны. Словно черные пальцы охватывали город со всех
сторон. Туристы возбужденно переговаривались. Кто-то снимал необычное зрелище на
телефон, другие на камеры.

Игаль по прежнему стоял вцепившись в парапет с закрытыми глазами. Наконец, спустя


бесконечные, как показалось Моти, двадцать минут, он отмер. Открыл глаза и
повернулся к отцу.

— Пап, позвони маме, мы задержимся, но вернемся все в месте. — В глазах сына


затухало изумрудное пламя.

— Где?

— Шуафат.

— Это же практически в черте города. — Игаль пожал плечами, арабская деревня, что
тут скажешь. Мало их что ли в городе? И каждая, считай свой, неподконтрольный
никому мирок. — Поехали.

Возле машины старший Охана залез куда-то под водительское сидение, повозился там,
потом украдкой показал сыну пистолет.

— Надо?

— Мне нет. — Колдун усмехнулся. — Я обойдусь своими силами.

***

Машина стояла на обочине узкой улочки в глубине деревни. Как и везде в местах
проживания арабов, асфальт был положен кое-как, криво и косо. Моти запарковался у
высокого забора. Хотелось действовать, но они продолжали сидеть и ждать. Наконец
отец не выдержал.

— Чего мы ждем?

— Захода солнца. — Игаль говорил спокойно и рассудительно, — у братьев меньших


сейчас Рамадан, постятся. С заходом сядут жрать в беседке. Там их и накроем разом.
Нооми я уже нашел. Ее держат в подвале. Дверь на щеколде.
— Ясно. — Отец посмотрел на птиц, густо рассевшихся на заборе и деревьях и кивнул,
— значит еще с полчасика подождать…

…— Пора, — мужчины вышли из машины, — батя, их четверо, трое мужчин и баба. Все в
беседке под виноградной лозой. Держишь их по дулом, я приведу Нооми. Потом вы идете
в машину, а я пообщаюсь там минут пять и присоединюсь. Ясно? — Две тени
стремительно перемахнули забор.

Нет ничего приятнее, чем после дневного воздержания, сесть вечером в холодке и
выпить наконец глоток воды. Потом еще один, еще… А после, немного утолив жажду,
зачерпнуть куском лепешки домашний хумус, еще теплый, залитый оливковым маслом, с
приятным ореховым вкусом… Впрочем идиллия прервалась в самом начале. В беседке
неожиданно потемнело. Вход перегораживала массивная фигура мужчины. Поза стоящего в
проходе не оставляла сомнений в его намерениях. В руке неизвестный сжимал армейский
пистолет. Послышались шаги и в поле зрения возникли еще двое. Мужчина и… И
пленница. Та тараторила взахлеб.

— Прикинь братик, поститься заставляли вместе с ними. Весь день ничего не давали, а
вечером бутылка воды и пита. И все, до следующего вечера. А ты чего так долго?

— А синяк откуда? — Игаль рассматривал фингал на лице у сестры.

— Да мелкий их, руки распускал, придурок. Да куда им овце…ам.

— Но ты цела?

— Да цела конечно. Чего дальше-то делаем?

— Сейчас идешь с батей в машину и ждете меня там. А я тут немного пообщаюсь…

***

Виноградная лоза обвивавшая стены беседки, словно взбесилась. Сейчас двое мужчин,
подросток и немолодая женщина в темном платье до пят, стояли опутанные ветвями.
Плеть сжимавшая горло немного ослабла и мужчина, испуганно глядя в пылающие зеленым
глаза сбивчиво заговорил. Так страшно ему еще никогда не было. Эти глаза и
крошечный демон, скалившийся с плеча парня, о Аллах, во что же они ввязались…

….— Поехали, — Игаль сел на заднее сиденье к сестре и захлопнул дверцу.

— Ух ты, а это кто? — Нооми завороженно таращилась на мартышку.

— Пятница, спутник мой и товарищ.

— А почему его зовут "Йом-шиши"? — сестра жутко удивилась.

— Ты что, Робинзона не читала?

— Читала конечно. А, понятно… А что ты делаешь?

— Позвонить надо. — Парень увидел в зеркальце заднего вида вопросительные глаза


отца и коротко сказал, — ШАБАК.

***

У дома их уже ждали. С лавочки поднялись двое парней. С первым Игаль обнялся.

— Чили, давно не виделись.


— Привет Колдун. — Перец улыбался во все тридцать два зуба, — ты все такой же. А
это Гик, из нашей техподдержки.

— Приятно познакомится, — парень, сжимавший левой рукой ручку черной сумки, правой
ответил на рукопожатие.

— А это мой отец и сестренка. Все народ, пошли в дом.

— Колдун, — Чили на лестнице придержал товарища, — к утру еще человек подойдет.


Адвокат, тоже из наших, из стражи. Мне кажется не помешает.

— Спасибо друг.

— За мной должок. А Чили своих долгов еще никогда не забывал.

В доме Нооми сразу попала в объятия матери. Та обняла дочь, по лицу ее катились
слезы. Потом отстранила девочку и цепко ее осмотрела. Опытный взгляд медицинской
сестры сразу отметил и осунувшееся лицо и синяк на скуле. Лицо матери построжело.
Она подняла на Игаля тяжелый взгляд.

— Ты наказал их?

— Исполнителей да. Теперь бы надо с заказчиком пообщаться.

— И кто это?

— Пока не знаю. Но рука ШАБАКа (контрразведки) чувствуется.

— Опять они. — Моти смотрел со злостью, — как какая грязь находится, обязательно
эти парни неподалеку. Ладно, пошли на кухню. Там поговорим.

***

Гик расположился за столом в комнате Игаля. Открыл свой чемодан, достал Ноутбук и
кучу каких-то гаджетов. Колдун отдал ему арабские телефоны. На одном из них
находился номер куратора. Парень деловито взялся за дело. Попросил лишь стакан
воды.

На кухне удалось наконец расслабиться. Пятница устроился посреди стола и сейчас


примерялся к банану. Плод был как бы не вдвое больше мартышки и выглядело это
достаточно комично. Наконец Мира сжалилась над малышом и порезала банан на
небольшие кусочки. Пятница тут же схватил один своими пальчиками и осторожно
откусил.

— Где же ты нашел его, — мама смотрела удивленно.

— Ну это еще вопрос, кто кого нашел, — Игаль отпил пива и растекся в кресле, —
похоже Пятница решил, что негоже неопытному юнцу вроде меня, находиться без
присмотра зрелого и опытного мужчины.

Пятница согласно покивал. Народ покатился со смеху. Это выглядело настолько


уморительно, что удержаться было просто не возможно.

Нооми вышла из душа, поклевала чуть-чуть из тарелки и ушла спать. Устала мелкая
капитально. Все-таки несколько дней непрерывного стресса. А около полуночи в дверях
кухни возник Гик. Положил на стол листок бумаги и тоже припал к стакану с пивом.
Игаль несколько минут рассматривал бумагу.

— Ну что, адрес куратора у нас есть. Надо бы навестить, поговорить по душам…


Глава 10

Куратор проснулся в прекрасном настроении. Почистил зубы, сполоснул лицо и принялся


собираться на утреннюю пробежку. С удовольствием рассмотрел в зеркале собственное
отражение. Крепкий, стройный мужчина тридцати лет. Сухощавый и ловкий. Одел модные
шорты, футболку без рукавов. На левое запястье прицепил фитнесс-браслет. Потом
подумал и решил взять с собой и телефон. Последний фигурант почему-то задерживался
со звонком, но в принципе это было не страшно. Временной график не слишком нарушен.
Он прицепил пластиковый футляр на правый бицепс, засунул туда свой айфон и
направился к двери. Шагнул за порог…..И влетел обратно, получив мощный удар в
грудь. Упал на спину и уже собрался было перевернуться, но перед глазами мелькнула
подошва армейского ботинка. Свет померк.

В себя куратор пришел в своей же гостиной. Он сидел на стуле, жестко привязанный


пластиковыми стяжками. Руки за спиной. И каждая конечность зафиксирована отдельно.
Босые ступни холодил пол квартиры. А напротив сидел тот самый фигурант и улыбался.
Очень неприятная улыбка у него была. По крайней мере стало понятно, почему он не
звонил. Он искал выход на куратора. И похоже нашел.

Привязанный к стулу мужчина похолодел. О пограничной страже ходили самые мрачные


слухи. Все-таки наследники полевой жандармерии, как ни крути. Правда это было
давно, но что-то в славных традициях могло и сохраниться. О судьбе своих агентов-
исполнителей куратор старался не думать. Эта была единственная ниточка к нему и…

— Ну что, оклемался, глазки забегали, пошел мыслительный процесс. — Сидевший


напротив парень заговорил низким голосом. — Вякни что-нибудь. Озвучь причину по
которой мы здесь.

— Но ты же должен был позвонить, — он хотел сказать это безразличным тоном и не


смог. Получилось какое-то блеяние.

— И оставить сестру в руках твоих уродов?

— Но она же была в безопасности… — Куратор осекся, под нос ему сунули экран
смартфона.

— Это твоя "безопасность"? — Пленник рассмотрел огромный синяк на осунувшемся


детском лице и похолодел. Семейные узы в Израиле чтили. Похоже малой кровью ему не
отделаться. Самое время для особого умения. Не зря же он ходил на эти спецкурсы. Он
припомнил реперные слова и сосредоточился на собственном пульсе. Реальность начала
уплывать… И неожиданно вернулась.

— Сбежать решил? В нирвану? Не выйдет, — фигурант оскалился, — короче, мне нужен


заказчик. И я даже оставлю тебя в живых. Согласен?

Пленник помотал головой. Заказчика выдавать было нельзя. Это была его единственная
возможность выпутаться из текущих неприятностей.

— Ну что же, каждый сам кузнец своего счастья, — произнес страшный парень и велел
кому-то, — заткни ему рот.
Во рту куратора оказался его собственный носок. Сзади оказывается был еще человек.
Тем временем фигурант, Игаль, вспомнил он его имя, коротко свистнул. В окно влетела
ворона. Самая обычная, помоечная. Серая с черными крыльями. Прошлась по обеденному
столу и коротко переглянулась с парнем. Расправила крылья и слетела на пол.
Прошлась возле босых ног куратора и клюнула его в ступню легонько. Примериваясь.
Потом утвердилась на своих когтистых лапах и всадила клюв куратору в ногу. Клюв
оказался заострен на конце и проклятая птица зацепила кусок кожи и оторвала его.
Это было невероятно больно, но еще и страшно, потому что проклятое создание
проглотило кусок и теперь примеривалось продолжить свою жуткую трапезу.

Куратор замычал. Ему вынули кляп и он принялся каяться. Говорил и говорил,


выкладывал все подряд, мечтая лишь об одном, что бы этот кошмар прекратился. Любым
способом.

***

— Ну ты даешь, — Чили покрутил головой, — даже меня пробрало. Долго он проспит?

— Часов восемь, — Игаль покосился на спящего в кровати куратора. — Ногу я ему


залечил, телефоны мы выключили, так что до вечера продрыхнет.

— Что теперь? Наведаемся к заказчику?

— Нет, — они спускались по лестнице. Колдун был непривычно задумчив. — Не наш


уровень.

— А как тогда?

— Да есть у меня один знакомый, вхожий в "горние сферы".

— Генерал?

— Он самый.

— И правильно, — Чили даже дух перевел облегченно, — все-таки высоковато сидит


сволочь.

***

С генералом встретились в "Саду Роз". Было такое местечко неподалеку от Кнессета.


Генералу предстояло заседание и он оказался в Иерусалиме. Удачно вышло. Присели на
скамейку. Чили маячил в стороне, следил за обстановкой. Игаль вкратце описал
ситуацию. Генерал заволновался, даже руки к груди прижал.

— Колдун, поверь, я ни при чем. Даже мысли не было…

— Я вам верю, господин генерал. Вас, что называется, сыграли в темную.

— Кто?! — Военный побагровел.

— Вот, — парень показал ему бумажку с именем.

— Сука! Ты правильно сделал, что не пошел к нему сам. Дай мне день. Я выезжаю
немедленно. И скинь мне на телефон фотографии…

***

— Удивил ты меня своим визитом, удивил. — Хозяин поднялся из-за стола и пожал руку
гостю. — Не вовремя немного правда. У меня тут операция одна вот-вот войдет в
терминальную фазу.

— Да я собственно и пришел по поводу этой твоей операции. Только не в терминальной


она у тебя фазе, а в заключительной, провальной. Ты же Колдуна припахать решил,
верно?

— Откуда ты знаешь?

— А я с ним, с Колдуном то есть, беседу имел час назад. Откуда я про тебя-то узнал,
как думаешь?

— Вот черт! — Хозяин плюхнулся в кресло так, словно силы внезапно его покинули.

— Паренек шустро пробежал по цепочке, но к тебе решил сам не лезть. Меня позвал.
Заигрался ты.

— Но почему он не позвонил? Не понимаю…

— Вот поэтому. — На стол лег телефон генерала с фотографией синяка. — Он, в отличие
от тебя, повадки исполнителей знает. Поэтому и начал с освобождения девочки. Да и
говоря по совести, а ты бы в такой ситуации позвонил бы?

— Я бы позвонил…

— Это ты нынешний. А сорок лет назад? Молчишь? Мы же не зря воспитываем волчат. А


потом ты пытаешься играть с ним, как с домашним песиком. К тому же у парня
родословная такая, что "мама не горюй".

— А что не так? Этих Охана в Израиле, как собак нерезаных. Вон даже министр есть.

— А такой сержант Моти Охана из глубинной разведки тебе знаком?

— Конечно. В свое время…

— Так это отец Колдуна. И тренирует мальчика с восьми лет. Ну представь теперь, кто
там у него вырос? И ты ждал, что он утрется и будет плясать перед тобой на задних
лапках?

— Но я же проверил его биографию. Пацан никак не проявлял себя…

— А как по твоему он должен был проявлять себя? Глотки грызть? Так это бешенные псы
себя так ведут. У волкодавов нрав другой. Короче! Я выторговал у Колдуна день.
Завтра он придет за тобой. Думай.

— Один вопрос, последний. Парень же лекарь. Целитель. И психопрофиль составляли


исходя из этого. А ты рассказываешь о каком-то терминаторе.

— Вот и я так же ошибся, когда он мне дочку вылечил. Тоже думал помочь лекарю, то
да се… А он мне и объяснил. Его целительство, это побочный эффект, второстепенная
способность. А основная, друид. Как он по твоему сестру свою так быстро нашел?

Генерал уже ушел, а хозяин кабинета все сидел в кресле, обхватив голову руками.
Друид, надо же. Какие возможности, какие перспективы. И он все испортил. Заигрался,
правильно генерал сказал. Он встал и по-стариковски прошаркал в угол. Там позвенел
ключами, лязгнул дверцей сейфа. Вернулся в кресло. Сколько было направлений
развития, путей, эх! А теперь все операционное поле ужалось до размеров одной
жирной точки. Он посмотрел этой точке в глаза и вложил в рот дуло своего табельного
пистолета. А чего тянуть, пожал старик плечами и нажал на курок.
***

"…Редакция "Маарив" с прискорбием сообщает, что на…году жизни, после тяжелой


болезни, скончался бригадный генерал Зеэв Розенталь, руководитель Центра
Специальных Операций. Покойный прошел славный боевой путь. Начинал службу в
подразделении специальных назначений, имел правительственные награды. Редакция
приносит соболезнования родным и близким покойного и…"

— Так что? Все, конфликт исчерпан? — Моти отложил газету.

— Ну в целом да, — Игаль щурился, словно сытый кот. — Я еще побуду в стране
недельку, другую. Посмотрим, как будут развиваться события. Но по большому счету,
все. "Мисхак нигмар" или как говорят за океаном "Гэйм овер".

— Ты мне другое объясни, — отец тяжело посмотрел на сына, — этот твой "друид"
откуда взялся? Я посмотрел на то что ты с птицами вытворял. Это не котеночку лапу
залечить.

— И мы не верим, что ты не знаешь, откуда это взялось, — это уже мама подключилась.

— М-да, — Игаль почесал голову, — ладно, наверное и впрямь приспела пора


поговорить. В общем так…

…— Стой, так ты что, не Охана вовсе? — Моти выглядел совершенно выбитым из колеи.

— Охана, не волнуйтесь. Он, тот второй, никогда не претендовал на главенство. Он


рулил этим телом, пока я был совсем маленьким. Почему я не плакал в детстве, как
думаете? А потом, по мере формирования личности Игаля, он все больше отступал в
тень. К семи годам от него осталась только память. Так что я, это я, просто с
дополнительной памятью еще одного человека.

— Вот откуда ты русский язык знаешь. А я-то голову ломала, — Мири озарило внезапно
и она заулыбалась, — постой, а "друид"-то все-таки откуда взялся.

— А это бонус, который он получил при перерождении. Там вроде бы разные варианты
были. Власть, богатство, способности разные. А он выбрал "друида". И я не жалею.

Глава 11

Израиль бурлил. История выплыла наружу и наделала много шуму. Началось все, как это
ни странно, с Нооми. Никто не сказал ей, что надо держать язык за зубами, вот
девчонка и описала свою эпопею в школьном сочинении на вольную тему. Произвела
фурор конечно. Прямо сценарий голливудского боевика. Ну а дальше понеслось. Страна
маленькая, журналисты рыщут в поисках интересного материала, один услышал краем уха
и начал копать. Ну и собственно почти все раскопал. К тому же еще сопоставил всякие
странные факты по времени.

Побывал и в Шуафате. Там местные все еще бурно обсуждали гибель целой семьи. Нашел
куратора. Тот правда пребывал в психушке, на реабилитации. Персонал звал его не
иначе, как Прометеем. Но леденящие кровь рассказы о вороне, рвущем тело,
пользовались успехом. Журналист оказался дотошным. Птицы возникающие там и сям по
поводу расследования не могли не насторожить. Вот только выводы он сделал
неправильные. Прямо Хичкок какой-то вместе со Стивеном Кингом в одном флаконе.

Игаль сперва посмеялся над этими измышлениями на развороте популярной газеты, потом
задумался. Похоже было на то, что из страны надо валить. Переждать, пока шум не
уляжется. На счет ему неожиданно упала весьма приличная сумма. То ли компенсация от
кого-то, то ли отступные. Комментариев не последовало, но банк транзакцию принял,
то есть знал отправителя. Игаль пожал плечами. Деньги лишними не будут. Тем более,
что теперь, помимо спутникового телефона, он хотел взять еще кое-каких гаджетов.
Все-таки иметь доступ к собственной электронной почте может оказаться не лишним. В
свете последних событий.

Так что проконсультировался с Гиком и принялся деятельно готовиться к отъезду.


Оформлял визы по всему южно-американскому континенту. На всякий случай, мало ли
куда занесет. Удивительно, но все оформлялось влет. Не иначе, кто-то в верхах ему
ворожит. Он даже предполагал кто, но сейчас выяснять не хотелось. Были дела
поважнее.

Пятница хандрил. Стал раздражительным, временами впадал в меланхолию. В общем-то


понятно было, что с ним происходит. Стареет боевой товарищ. Эти мартышки и так-то
долго не живут, а Пятница попал к нему уже зрелым мужчиной… Так что стремительно
закончив оформлять бумаги, Игаль расцеловал родню и вылетел в Манаус.

Дождевой лес встретил его, как родного. Почуяв родные пенаты Пятница пришел в
неописуемое возбуждение. Он то спрыгивал на дерево, то перескакивал обратно на
плечо, верещал что-то. Потом уставился своими глазами в лицо Игалю и грустно
пискнул. Тот взял товарища в ладони.

— Иди уже, что ты как маленький. Тебе надо семью заводить, малых тетешкать. Прощай
друг.

Пятница перескочил на ветку, обернулся в последний раз и исчез среди листвы. Игаль
постоял еще немного, да и пошел себе. На душе было немного тоскливо. Успел уже
привязаться к малышу.

В этот раз Колдун двигался неторопливо. В этой местности предстояло задержаться на


долго, поэтому хотелось осмотреться как следует. Частенько встречались
сельскохозяйственные предприятия, ранчо, фермы. Их он обходил по краю, поля
проскакивал на скорости. Зато в лесах снижал скорость, пытался проникнуться местным
духом. Вечерами учил язык. В принципе он загрузил его себе на планшет, но не
хотелось зря расходовать батареи. К счастью имелись и распечатки.

Язык, уже который по счету, давался легко. Являлся он причудливой смесью испанского
с португальским с примесью местного диалекта. Языковой практики не было и Игаль
попросту набирал словарный запас.

Свою ошибку он понял спустя недели две. Неизвестно почему так случилось, но почти
все населенные пункты находились на правом берегу. И именно по правому берегу он
сейчас и двигался. А дикая природа оставалась на левом. Переправиться можно было бы
в Манаусе, там река была еще узкой, но не хотелось возвращаться. Так что Игаль
вышел из леса в ближайшем же городишке и дождался парохода. В принципе водную
преграду можно было бы преодолеть и вплавь, но река расширилась уже на половину
километра. Бросаться очертя голову он попросту не рискнул.

Впрочем плавание ему понравилось. С помощью парохода он сместился на сотню


километров вниз по течению реки. Потом преодолел реку с помощью паромной переправы.
И наконец-то оказался на левом берегу. Отличия были видны невооруженным глазом. Лес
стал гуще, цельнее что ли. Идти стало намного интереснее. А еще через десять дней
Колдун набрел на племя индейцев. И с этого момента началась новейшая история
Амазонии.
***

Дон Альваро пребывал в прекрасном расположении духа. Он уже испил утреннего кофе со
свежей газетой и сейчас собирался раскурить утреннюю же сигару. Он не был доном по
рождению, или там происхождению. Выходец из низов, наполовину метис, он всего
добивался собственным горбом. И добился-таки. Ему еще и пятидесяти нет, а он уже
региональный босс. Контролирует приличный участок траффика порошка.

А взять дом в котором он живет. Когда-то это была усадьба местного алькальда. Потом
настали другие, новые времена, усадьбу бросили, особняк обветшал. Зато теперь это
резиденция дона. И расположена она очень удачно. На окраине городка. Местечко
вшивенькое, но близко к реке. А там собственно и находится предмет неусыпной заботы
дона Альваро. Если же появляется блажь выбраться в свет, то по дороге, всего каких-
то триста километров и вот Манаус, местная столица.

Дон неторопясь, аккуратно обрезал сигару и так же не спеша раскурил. Потом


придвинул бумаги и принялся изучать отчеты бригадиров. Ну вот, опять индейцы
бунтуют. Чего этим дикарям спокойно не сидится. Впрочем это происходило достаточно
регулярно, метода была отработана. Пара показательных акций устрашения и снова
настанет тишь и порядок.

Внизу, во дворе, неожиданно заорали, послышался шум. Опять пеоны не поделили чего-
то, поморщился дон, но отвлекаться не стал. И как показали дальнейшие события, зря.
Простучали тяжелые шаги по коридору и дверь кабинета распахнулась от молодецкого
удара ногой. Золоченая ручка двери, которую дворецкий раз в два дня натирал до
блеска, врезалась в стену с жалобным звоном. Дон онемел. В комнату ввалился
здоровенный тип.

Всяких повидал в своей жизни дон Альваро, но нынешний гость явно выбивался из
линейки посредственностей. Во-первых он был голым. Нет, дон присмотрелся, все-таки
не совсем голым. На визитере имелись черные трусы и армейские, коричневые ботинки.
Кроме того он был каким-то невообразимо здоровым. Как бы не двух метров ростом,
черные волосы до плеч, небольшая бородка и пронзительные зеленые глаза. И он не был
местным. Уж за это-то дон готов был поручиться головой. Но и не европеец, смуглый
от природы, а сейчас загорелый до шоколадного цвета, тип пнул кресло у стены,
разворачивая его в сторону стола и уселся, вольготно развалившись.

— Ну и кто ты такой? — Дон Альваро старался держать себя в руках, хотя внутри все
кипело.

— Ты можешь звать меня "Хозяин", — гость белозубо улыбнулся.

Дон в свою очередь несколько успокоился. Очередной претендент на теплое местечко.


Сколько их было уже… Он прижал кнопку под столешницей. Сейчас прибегут ребята и… Не
слышно было топота бегущих ног, звяканья оружия, ничего. Он снова вдавил кнопку и
снова безрезультатно. Гость наблюдал за его манипуляциями с улыбкой.

— Не идут? — Участливо спросил он. — Кстати вы зря волнуетесь. Мне не нужны ни ваши
деньги, ни место. Мой интерес в другом.

— И в чем же, — сварливо спросил хозяин кабинета. Со своими нерадивыми слугами он


решил разобраться позже.

— Так уж случилось, — визитер говорил с акцентом, видно было, что язык ему не
родной и похоже совсем недавно изученный, — что я принял под свою руку окрестные
племена индейцев. Они присягнули мне на верность, я же пообещал им защиту. Угроза
же мирному существованию исходит в этих местах исключительно от вас, дон Альваро.
Так что я прибыл что бы озвучить ультиматум.
— Стоп! — Дон задумался. Если все, что говорит этот тип правда, то за ним должен
кто-то стоять. И этот кто-то настолько могущественный, что… — Кого вы
представляете?

— Себя. Я ведь уже говорил вроде бы. — Удивился "хозяин".

— Так ты сам по себе? — Хозяин кабинета расслабился. Похоже это какой-то розыгрыш.

— А, я понял. Вы хотите познакомится с моими клевретами. Нет проблем, — глаза гостя


полыхнули зеленым светом и стрельчатое окно за спиной дона разлетелось мириадами
осколков.

Не успели еще осколки перестать барабанить по рукам дона, которыми он закрывал


голову, как на стол что-то тяжело упало. Дон Альваро осторожно приоткрыл глаза и
остолбенел. На столе умащивалась здоровенная птица. Кондор или гриф, он не был
силен в орнитологии. Но вот эта морщинистая шея с венчиком седых волос, голый череп
с огромным кривым клювом и запах. Этот мерзкий, приторный запах гниющей плоти.
Сомнений не было, на столе устроился падальщик. Чертов гриф посмотрел на дона одним
глазом и неожиданно проорал тому в лицо что-то явно матерное. Потом прошелся по
столу царапая когтями полированное дерево.

— Ну а что бы вы не думали, будто я приручил одну птичку для фокусов…

Через разбитое окно метнулась стремительная тень, вздымая в воздух бумаги со стола.
Миг и возле кресла, в котором расположился гость, уже сидит матерый лесной леопард.
Визитер положил кошаку руку на голову и почесал того за ухом. Леопард блаженно
зажмурился и вдруг зевнул, показав такие клыки, что у дона Альваро помутилось в
голове. Несколько минут он хватал воздух губами, словно рыба, выброшенная на берег,
а потом потерял сознание.

Глава 12

Игаль сидел на пеньке под деревом и с удовольствием наблюдал за своими подданными.


Те суетились вокруг костра, готовили ужин. Народец был невысокий, едва по грудь
своему монарху, но жилистый и ловкий. С одеждой особо не заморачивались. Носили как
правило всевозможные шнурки на бедрах, женщины украшались к тому же самодельными
ожерельями. По желанию. Столица выглядела так себе. Несколько хижин собранных из
жердей и крытых листьями, да собственно и все. С точки зрения любого представителя
западной цивилизации, убожество. А на вкус самого новоявленного хозяина, вполне
нормально.

Интересно было другое. Он воспринимал здешний народец совершенно иначе, чем


соотечественников, или скажем городских бразильцев. Индейцы, плоть от плоти
здешнего леса, ощущались неотъемлемой частью этого самого леса, даже частью себя
самого в каком-то смысле. Они и повели себя при первой встрече, как местная
живность, с восторгом и обожанием. Язык у них оказался простой и певучий. Игаль
освоил его влет.

Теперь, после того как удалось отвадить банду дона, народ потихоньку оживал.
Подбежала крошечная девчонка, принесла запеченую ножку на зеленом листе. Колдун
погладил ее по голове и та убежала счастливая. Он приложился к пище. Откусил
немного, прожевал. Вкусно. Хозяин ножки таращился с вертела жабьими глазками, но
такие мелочи уже давно не беспокоили. Съедобно и ладно. Над головой кто-то
завозился, потянуло голодом и желанием. Игаль поднял глаза. На ветке сидел
карликовый леопард. Смотрел на пищу в руке Колдуна и облизывался. Пришлось
пригласить к столу.

Кошак спрыгнул на землю одним невероятно грациозным движением и облизнулся. Парень


отделил ему половину и кот с урчанием впился в мясо. Доев, он повылизывался
некоторое время, а потом запрыгнул Игалю на колени. Повозился умащиваясь и лег
клубочком, накрыв себя длинным хвостом. Недолго я ходил бесхозным, усмехнулся
Колдун. Приподнял кота за хвост и присмотрелся. Мужик. Котяра отнесся к осмотру
индифферентно и снова улегся, едва его отпустили. Имя же теперь тебе придумывать.
Впрочем, чего мудрить. Будет Барсик. "Будешь Барсик?" — спросил он кота вслух. Тот
улыбнулся, показав мелкие, словно иголки клыки. Согласен, понял парень.

На мгновение стало тоскливо. Вспомнился Пятница, как-то он там? Игаль внезапно


вспомнил своего бывшего товарища во всех деталях. Грозный взгляд, насупленные
мохнатые брови, боевой оскал малыша… Как он сидел на плече вереща на врагов… Из
раздумий он вынырнул рывком. Барсик выгнув спину шипел куда-то в область плеча. Он
покосился вбок. На плече сидел Пятница и оскалившись пищал на кота. Что за черт? Да
нет, не может быть, может другая мартышка? Да нет, та же самая, уж Пятницу-то он ни
с кем не спутал бы. Но ведь он же… Стоило подумать так, отвлечься и старый товарищ
истаял на плече. Барсик постепенно успокаивался. У парня же в голове царил полный
разброд.

Можно было бы списать на видение. Привиделось мол с тоски. Но Барсик его явно
видел, а значит это не плод воображения. Что-то другое, но что? Понимание пришло не
сразу. Призыв, вот что это такое. Пошла новая способность друида. Это требовалось
освоить. Штука нужная и архиполезная.

***

Дон Альваро был зол. Не просто зол, в ярости. Такой хороший, налаженный бизнес
расползался по швам. Разваливался, словно старая, истлевшая тряпка в сильных руках.
Тогда, в тот злополучный день, он едва придя в себя от стакана воды, вылитого на
голову, был вынужден слушать идиотский ультиматум. В два дня ликвидировать все
перевалочные базы на левом берегу и не соваться туда, никогда.

После того, как этот жуткий тип со своей свитой удалился, пришло время думать и
принимать решения. Он не был бы доном, если бы просто смирился с выдвинутыми ему
условиями. Отправил самую боеспособную бригаду на усмирение этих, возомнивших о
себе грязных уродцев. И просчитался. Бригада оказалась развешена на прибрежных
деревьях, сарай с готовым к отправке продуктом сгорел, а все вооружение перешло к
"уродцам". Трофеи однако.

Трон дона зашатался. Воевать с индейцами никто из его бойцов больше не хотел.
Боялись. Кое-как, посулами и угрозами удалось заставить вывезти оставшиеся грузы.
Прятать их пришлось прямо в особняке. Любая внезапная облава полиции грозила полным
крахом. Надо было что-то делать, срочно. И восстанавливать репутацию. Иначе… Иначе
потерей денег можно было уже и не отделаться. Как бы жизнь не потерять.

***

Высокие договаривающиеся стороны решили встретиться на памятном месте, на небольшом


мысу. Там, где когда-то стоял сарай с порошком, теперь осталось лишь пепелище. Вот
возле него и поставили раскладное кресло. Дон Альваро присел и принялся раскуривать
сигару. Прежде всего надо было сохранить лицо, в первую очередь перед своими. Кто-
то кашлянул. Дон поднял глаза. От леса спускался давешний тип. Все такой же
огромный и коричневый. Двигался он с какой-то животной грацией. А на плече у него
скалился карликовый леопард. Дон пока не слышал ни одного случая, что бы этих кошек
удалось приручить. Однако вот, перед глазами живой пример.

Кресло было лишь одно, и его занимал местный мафиози, но оппонента это не смутило.
Не доходя нескольких шагов до шезлонга он уселся прямо в траву, подогнув под себя
ноги. И даже так, голова его была немного выше головы дона Альваро. Дон про себя
скрипнул зубами. Однако надо было начинать.

— Э-э, — бандит замялся. Называть своего визави хозяином, он не хотел


категорически, но как обращаться к такому типу не знал.

— Дорогой дон Альваро, — тип заговорил с легкой, едва уловимой усмешкой, словно
поняв затруднения собеседника, — что бы не терять времени зря, давайте я опишу
ситуацию, так как она мне представляется, а вы поправите меня, если будет
неточность. Согласны?

— Тогда я продолжу. Вы, уважаемый, числитесь государственным региональным


координатором по делам аборигенов, верно? Под это дело государство выделяет
средства, но ни до индейцев, ни до вас эти деньги не доходят. Оседают в карманах
чиновников, которые и поставили вас на этот пост. Вас ситуация устраивала, так как
ваша должность была чудесным прикрытием для основного бизнеса. Однако стоит кому-то
догадаться, что рычаги управления уплыли из ваших рук и все, хана делу. Ну что же,
я готов предложить вам, дон Альваро некий компромисс.

— А вам-то это зачем? — Дон насупился, — северяне вроде вас, ненавидят наркотики…

— Я реалист, уважаемый. До тех пор пока люди хотят себя дурманить, они будут это
делать. И кто-то будет на этом наживаться. Мы готовы предоставить вам места под
ваши перевалочные базы на нашем берегу. Но! Всю работу по перегрузу и охране вы
будете выполнять сами, своими силами. А зачем нам это? Все просто. Вы устраиваете
нас в качестве регионального координатора больше, чем кто либо другой. Пришлют
какого-нибудь идиота с инициативой и борись с ним потом. Так что лучше уж зло
знакомое, изученное, чем… Ну вы поняли.

— Эм, — Дон Альваро напряженно думал. Вообще-то он получил весьма щедрое


предложение. Он ждал больших проблем. Неприятно конечно, когда тебя в лицо называют
неизбежным злом, но с другой стороны, это же правда. Однако остался один вопрос. —
Что вы хотите взамен? Деньги?

— Нет, — называющий себя "Хозяином" даже рассмеялся, — зачем мне в лесу деньги.
Возможно в будущем мы попросим кое-какую информацию. В моих планах сделать
левобережье недоступной ни для кого зоной. По крайней мере на первых порах…

Дон покивал. Ну что же, акценты расставлены, интересы озвучены. Можно работать. Он
встал с кресла и коротко, головой изобразил вежливый поклон. Получил такой же в
ответ и двинулся к своему катеру…

***

Переговоры по электронной почте:

— Сынок, как ты там?

— Нормально батя, как вы?

— Да тоже в порядке. Мама интересуется, когда ты сможешь нас навестить?

— Э-э… Тут такое дело… Вряд ли в ближайшее время.


— У тебя что-то случилось? Нужна помощь?

— Не в этом дело. Я тут в общем заделался монархом.

— Что?!

— Принял под свою руку местные племена. Если коротко, то слишком многое на меня
сейчас завязано. Поэтому покидать подотчетную территорию мне сейчас не с руки.

— И каково это быть царем?

— Скорее уж князем. Хотя подданные зовут "Хозяин". По всякому. Поначалу схлестнулся


с местной наркомафией. Надавал им по зубам. Сейчас нейтралитет…

— Тут, "сам-знаешь-кто" просил наладить с тобой контакты…

— Так пусть приезжает в гости. Или эмиссаров присылает. Нет проблем.

— Я передам. Значит ты к нам никак?

— Никак. Вы уж извините. Поцелуй за меня маму и Нооми. Пока.

— Пока.

Глава 13

Сказать, что она не находила себе места, это просто ничего не сказать. Чем ближе
становилась цель, тем сильнее билось ее сердце. Эту экспедицию она выбивала долгих
пять лет. Она, заслуженный член Британского Научного сообщества. Элизабет сжимала
кулаки, не в силах сносить ожидание. Тогда, пять лет назад, она познакомилась с
уникальными индейскими племенами бассейна Амазонки. Уникальные люди, уникальная
среда обитания и уникальный мерзавец дон Альваро.

Невооруженным глазом было видно, что племена надо спасать. Клятый бандит получил
себе волшебный мандат регионального координатора по делам туземцев и пользовался им
на всю катушку. На призывы к совести он лишь гнусно смеялся и отпускал грязные
шуточки. Тем большее потрясение испытала Элизабет, познакомившись с новой
инкарнацией дона Альваро. Заискивающей.

Нынешний дон был предельно вежлив и корректен. Он со всем соглашался и старательно


лебезил. Катер готов и может отправляться в любую минуту. Но лучше бы сначала
отправить посыльного. Предупредить. Элизабет заподозрила какую-то игру и
потребовала отправить их немедленно. Ну в самом деле, какой еще к чертям,
посыльный. Нет проблем. Их немедленно погрузили в катер и дон Альваро даже помахал
им вслед с пристани.

На памятном мысу экспедиция выгрузилась. Катер взревел мотором и умчался, оставив


четверых британцев в одиночестве. Денег удалось собрать лишь на четверых. Она,
доктор антропологии и этнографии Элизабет Томпсон. Врач, доктор Джонсон и двое
парней ассистентов. Джек и Билли. Она прошлась по месту, которое вспоминала долгих
пять лет. Странно, но сарая с наркотиками больше не было. Была лишь выгоревшая
плешь на его месте. Элизабет прошла вверх по склону, в направлении деревни и
остановилась. Дальше ходу не было.

Путь пересекала колючая изгородь. Хотя какая уж там изгородь. Скорее вал из
сплетенных лиан, мангр, кустов и черт его знает чего еще. Вся эта масса
громоздилась в высоту, более человеческого роста. Женщина походила вдоль преграды.
Было полное ощущение, что туда и руку-то не просунуть. "Эге-гей, кто-нибудь!",
покричала Элизабет. Похоже, что мысль о посыльном была не самой плохой, подумалось
ей. Она еще немного покричала и неожиданно прямо среди сплетенных ветвей показалась
голова.

— Ой! — Голова принадлежала девчонке лет пятнадцати. Элизабет с трудом ее


припомнила. В тот ее приезд, она была еще совсем крохой. Голова исчезла и часть
вала неожиданно сдвинулась внутрь и в сторону. Девочка появилась целиком и радостно
завопила. — Доктор Элиза приехала!

***

Для проживания экспедиции выделили целую хижину. Впрочем доктор отметила, что
деревня разрослась, строений стало больше. Да и вообще, вымирающими аборигены не
выглядели. Народ весело суетился, шныряли голозадые дети, много беременных женщин.
Это было странно. Она ехала сюда спасать, но спасать оказалось некого. Это
обескураживало.

Потом пришел док Джонсон с растерянной физиономией.

— Они все здоровы, Элизабет. Как-то не вяжется с той картиной, что ты нам
описывала. У них даже кариеса нет.

— Сама ничего не понимаю. — Ученая пребывала в полной растерянности, — пойду


напрошусь в гости к старейшине, может узнаю чего-нибудь.

— Иди уж сразу к вождю, — посоветовал доктор.

— Здесь нет вождя. Это не племя, не доросли они еще. Это скорее семейная триба. —
Профессор села на своего любимого конька и уже собиралась прочитать лекцию, но
доктор ее невежливо перебил.

— Ну тебе виднее конечно.

***

Старейшина принял ее с удовольствием. Угощал печеным мясом, фруктами. Болтал без


умолку. Элизабет здесь помнили, уважали. Потом прозвучала странная фраза.

— Мы теперь как вы.

— В каком смысле? — Доктор удивилась странному речевому обороту.

— У нас тоже король есть! О как. Он прогнал бандитов, дал нам защиту. Теперь
хорошо. Еды много, никто не умирает…

— А где он сейчас?

— В другую деревню пошел. Через пару дней вернется…

От старейшины Элизабет выходила в некотором душевном раздрае. Получалось, что


некто, воспользовавшись бедственным положением индейцев, захватил власть.
Договорился с доном Альваро и теперь вертит наивными бедолагами так, как хочет. Ну
что же, надо дождаться этого "хозяина", а уж молчать она не будет. Посмотрим еще,
насколько ты хорош, "король".

***

Монарх сидел под деревом на пеньке. Отдыхал, вытянув ноги. На плече скалилась
длиннохвостая кошка. Элизабет подошла и попросила разрешения поговорить. Каким бы
мошенником этот тип не был, правила поведения едины для всех. Этот принцип она
исповедовала всю жизнь. Надо сказать, "хозяин" производил впечатление. Огромный,
коричневый детина. Спокойный, внимательный взгляд зеленых глаз. Явно не местный.
Черты лица скорее семитские, хотя с ходу не скажешь, откуда он. Прилично владеет
английским, однако чувствуется, что этот язык ему и не родной. В разговоре спокоен
и даже рассудителен. Правда своего кота почему-то именует карликовым леопардом.
Отсюда она и решила зайти. Надо же все-таки расшевелить этого "хозяина леса".

— Странно, — Элизабет смотрела насмешливо, — что вы, молодой человек, именуете


своего кота карликовым леопардом. Вообще-то это так называемый магар. И кстати,
леопарды, да будет вам известно, живут в Африке и Азии. Здесь же обитают ягуары.
Для "хозяина леса" вы потрясающе некомпетентны.

С некоторым злорадным удовольствием ученая увидела, что мальчик покраснел под своим
загаром. Ну давай же, разозлись, азартно подумала она. Впрочем собеседник сохранил
спокойствие.

— Вы правы. Я действительно недостаточно компетентен. И что? Это что-то доказывает?


Или вы считаете, что я живу в мультике. И каждое животное говорит мне тонким
человеческим голосом: "Здравствуйте, я ягуар. Меня зовут Шарик.". Так по вашему?

Теперь пришла очередь краснеть для Элизабет. Уел ее парень красиво. Впрочем
отступать она не собиралась.

— И кем вам приходится дон Альваро? Босс, родственник, подельник?

Некоторое время парень таращился на нее явно не понимая вопроса, потом


расхохотался.

— Я понял. Вы думаете, что я сговорился с доном, и обманом захватил власть. Вот что
значит западное воспитание, замешанное на голливудских блокбастерах. То есть, по
вашему, моя цель заключается в чем? У меня воображение буксует. Построить здесь
некую "империю зла". А потом захватить мир под мудрым руководством дона Альваро? —
Парня прошиб такой хохот, что он упал со своего пенька. Кот отскочил, но был пойман
сильными руками. Монарх еще долго всхлипывал в пятнистую шкуру своего спутника.

— Ну а что? — Элизабет не собиралась отступать, — звучит конечно бредово, но зачем-


то же вам понадобилась абсолютная власть.

— Так это вы виноваты, доктор Томпсон. В моем нынешнем положении виноваты именно
вы. И это хорошо, что вы приехали. Есть теперь хоть кому претензию выкатить.

— Я виновата? — Ему-таки удалось ошарашить женщину, — в чем?

— Ну я-то собирался помочь этим бедолагам от чистого сердца. Условий не выдвигал.


Но они, старейшины окрестных деревень, уперлись как бараны. У доктора Элизы на
родине король и значит это хорошо. Потому что доктор хороший человек…

— Королева, — машинально поправила Элизабет.

— … А что хорошо для доктора, то будет хорошо и для нас. Вы не представляете


доктор, сколько сил и времени я убил на то, что бы перевести на местный язык
понятия "вассалитет" и "оммаж". И вот теперь, с вашей подачи, я местный монарх.
Хотите уступлю трон? По дружбе? Не хотите, странно. Я же по вашей логике, ловкий
мошенник. Вон в рюкзаке, регалии таскаю. Спутниковый телефон и королевскую казну.
Ну и паспорт в придачу.

— А как вам удалось поладить с доном Альваро? С нашей последней встречи он


разительно изменился.

— Запугал. Я там такого грифа позвал на помощь, закачаетесь…

Парень рассказывал историю своего знакомства и Элизабет просто тряслась от смеха.


По сути парень реализовал ее собственные фантазии. Но она захотела доказательств. И
те были ей немедленно предъявлены. Доктор дважды обошла вокруг падальщика. "Какой
красавец"-прошептала потрясенно, потом повернулась к Колдуну.

— И ты говоришь (они как-то незаметно перешли на "ты"), что этот орел гулял по
столу дона Альваро?

— Ну да, а перед уходом еще и навалил ему огромную кучу на бумаги…

— Стоп! — Ученая задумалась, щелкая пальцами правой руки. Наконец ей удалось


ухватить ускользающую мысль, — так ты тот самый "Повелитель птиц" из Израиля. У нас
"Таймс" перепечатал вашу статью, только разместил ее в разделе "курьезы". У тебя
еще какая-то смешная ирландская фамилия…

— И вовсе не ирландская, — делано обиделся монарх, — а вполне себе уважаемая,


марокканская. Позвольте представиться, Игаль Охана к вашим услугам, леди…

Глава 14

— Но почему "Повелитель птиц"?

— Да все журналист этот, — Игаль досадливо поморщился, — факты собрал верные, вот
только интерпретировать их не сумел.

— То есть ты не "Повелитель птиц"? — Хватка у Элизабет была мертвая, — тогда кто?

— Эх, — парень сморщился, — ладно, будем надеятся, что дальше тебя это не уйдет. В
общем "друид" я.

— Что?! — женщина решила, что ослышалась, — какой еще… "Друид"?

— Именно, и ты пятая в мире, кто об этом знает. Цени.

— Но ведь… — ученая оказалась выбита из колеи, но собралась с мыслями, — друиды,


это же кельтские жрецы, всего навсего.

— А также персонажи фольклора, литературных произведений и игр, прочно


прописавшиеся в культуре множества стран. Ты в курсе, что обычай украшать дома
еловой лапой пошел от них?

— В курсе конечно. Но как можно стать "друидом" в нашем мире?


— В нашем, никак. Вот только начиналось все не здесь…

***

— Вот оно значит как. — Элизабет сидела понурившись, — вот так вкалываешь всю
жизнь, а потом выясняется, что делать надо было совсем не то.

— Это с чего такие упадочнические мысли? Ты же ученый, уж ты-то как раз ближе всего
к реализации замысла творца.

— Думаешь?

— Конечно. "По образу и подобию" слышала такое? И что это значит по-твоему? Две
руки, две ноги и борода посередине? Я думаю имеется ввиду возможность созидания,
творчества.

— А все равно. Времени уже нет. Зоб у меня видишь? После экспедиции собиралась
ложится в госпиталь. А уж что получится, бог весть?

— А ты ту статью внимательно читала? Я ведь еще кое-что умею.

— Да было что-то такое. Я решила, что это такой же бред, как и остальная статья.

— Это не бред, Лиз. Можно я так буду тебя называть? Твою щитовидку я починю на раз.

— И зачем тебе это? Зачем возиться со старухой?

— Ты нужна мне, Лиз. Скажем так, мне нужен ученый. Сам-то я высшим образованием не
обладаю и тот мой предшественник тоже. А мне нужен человек умеющий думать
структурировано. Нужен кто-то, кто умеет планировать эксперименты и обрабатывать
результаты. Понимаешь?

— И зачем тебе это?

— Я могу влиять на природу. Изменять некоторые параметры. Но боюсь порушить


экосистему неосторожным вмешательством. А зачем? Ты будешь смеяться, но в моих
мечтах, начать новую цивилизацию, биологическую. Как думаешь, зачтется такое
деяние, как великое?

— Ну ты… — Элизабет сидела открыв рот. Масштаб проекта попросту оглушил ее. —
Хорошо! Я с тобой. Но сначала, ты говорил вроде бы, что можешь меня подлечить?

— Конечно. Ложись и расслабься.

***

Оранжевый трактор оглушительно взревел и выбросил в воздух облако черного дыма.


Затем рывком стронулся с места и прогрохотал траками по сходням. Баржа качнулась.
Грунтозацепы впились в траву и аппарат пополз вверх, одолевая небольшой подъем. За
трактором тащился колесный вагончик для рабочих. Следом прошел грузовик с высоким
кунгом, еще один. В последнем грузовике рядом с водителем сидел бригадир. Вообще-то
он был инженер, исполнительный руководитель проекта, но работяги называли его
бригадиром и он махнул рукой. Какая в конце-концов разница.

Колонна встала. Рация прошипела нечто невразумительное и пришлось идти разбираться


лично. Прямо перед отвалом трактора стоял по колено в траве низенький абориген. Был
он немолод, шевелюра с проседью, гол и важен. В руке сжимал полированную палку. На
чреслах имелись несколько разноцветных шнурков. Индеец улыбнулся и бригадир ощутил
чувство зависти. У него, цивилизованного человека, зубов было явно меньше. И уж
точно, они не были такими белыми и целыми.

— Наша король не согласная. — Говорил абориген невнятно, путал слова, но понять


было можно, — назад ехай!

— Вы не имеете права препятствовать строительству. — Бригадир надвинулся всей своей


внушительной фигурой. — У нас оформлены все разрешения и визы.

Если он ждал, что индеец будет возражать или спорить, то ошибся. Тот просто пожал
плечами и удалился в лес, сверкая сморщенными ягодицами. Бригадир самодовольно
усмехнулся первой победе, и махнул трактористу, проезжай мол. Дизель взревел…

Трактор раскачивался все сильнее. Было полное ощущение, что под левой гусеницей
земля исчезла. Ну или превратилась в болото. Бригадир на всякий случай отошел
подальше. Двигатель внезапно заглох и от кабины, на землю метнулась фигура
водителя. Многотонная махина стремительно заваливалась на бок. В воздухе бессильно
повисли траки правой гусеницы. Левую, как и кабину видно не было. Раздался
протяжный скрип и бригадир снова подпрыгнул. Вагончик, что волочился за трактором
на жесткой сцепке, тоже раскачивался. Покачался скрипя и лег вслед за тягачом
набок.

Бригадир порадовался тому, что не разрешил рабочим ехать в вагончике. Все-таки


технику безопасности придумали не зря. Он перевел взгляд и похолодел. Грузовик
идущий в колонне следующим, порузился в грунт по самые ноздри. Задний грузовик не
пострадал и отползал сейчас задним ходом. Хорошее начало, подумал начальник. Достал
телефон и принялся фотографировать. Шеф будет в ярости. А значит надо обезопасить
собственный тыл. Он вынул планшет и принялся колдовать, соединяя его со смартфоном
и подключая массивную трубку спутникового телефона. Форс-мажор однако.

***

Шеф действительно был в ярости. Он метался по своему кабинету вздымая кулаки и


изрыгая проклятия. Наконец немного успокоился и вновь обрел способность связанно
мыслить. Из ящика стола он извлек несколько пухлых папок и принялся их яростно
потрошить. "Король, король", он же явно встречал упоминание о чем-то похожем… Вот
оно. Рапорт регионального координатора… как там его, Альваро Санчес…
Самопроизвольное провозглашение монархии у левобережных племен… Тогда это
показалось бредом, но сейчас… Чиновник плюхнулся в кресло и прижал клавишу
селектора. "Уго Лопеша ко мне, срочно!"

***

Лопеш постучался и проник в кабинет босса. Тот явно был не в настроении, но махнул
рукой на гостевое кресло. Дождался пока заместитель сядет и кинул ему несколько
листов. "Ознакомься". Увидев, что Лопеш закончил читать сказал коротко,
"спрашивай".

— Шеф, чем для нас так важен этот проект?

— Всем. — Хозяин кабинета положил подбородок на сцепленные пальцы. — Я по полной


вложился в это дело. Всего-то навсего надо было поставить первую вышку. После этого
нам бы открыли финансирование по максимуму и…

— Ясно, — помощник покивал. Распил сорвался в самом начале. Это было плохо. — Моя
задача?

— Езжай туда. Разберись. Если продолжать нет возможности, то постарайся


организовать нам отступление без репутационных потерь. И поторопись, времени мало.
— Приступаю.

***

Первый заместитель шефа производил впечатление. Ловкая фигура затянутая в камуфляж


типа "джунгли" выбралась из вертолета и скользящим шагом направилась к бригадиру.

— И что у нас здесь?

Руководитель строительства вяло повел рукой. Лопеш цепко осмотрелся. Трактор на


боку и наполовину врос в землю. Вагончик тоже на боку, скорее даже почти на крыше,
колеса болтаются в воздухе. Завязший грузовик пытаются вытянуть с помощью стальных
тросов… Возни им тут надолго.

— Куда ушел этот абориген? — Посмотрел в указанном направлении. Джунгли стояли


несокрушимой стеной. — Пойду посмотрю.

Бригадир покивал. И двинулся к своим работягам. В конечном счете, это все не его
дело. Вот пусть начальство и разбирается.

***

Уго скользил по лесу подобно тени. Словно и не было за спиной этих последних лет в
уютном офисе. Знакомая атмосфера смывала лишнее и на поверхность выбирался тот, кто
казалось бы давно забыт и похоронен. Навыки никуда не делись и стоило лишь почуять
этот, такой знакомый и опасный запах зелени, как организм сам заработал, как когда-
то. Впрочем, он прислушался к ощущениям, лес был явно другой. Раньше, в молодости,
это лес был злом. Холодным и равнодушным злом, терпеливо ожидающим, когда ты
зазеваешься и ошибешься. Теперь же лес воспринимался иначе. Опасность никуда не
делась, зевать нельзя было по-прежнему, но вот злобы не стало. Был эдакий интерес к
букашке, незнакомой и странной. И ожидание, что там она, эта букашка выкинет.

Тропа неожиданно кончилась. Путь преграждал завал. Лопеш оценил препятствие и


понял, что преодолеть его самостоятельно шансов нет совершенно. Он пробежал в одну
сторону, в другую. Завл уходил вдаль и заканчиваться не собирался. Вернулся на
тропу и почесал вспотевшую шевелюру под панамой. Ну что же, если дверь закрыта,
значит надо постучать. Уго вытащил пистолет из набедренной кобуры и пару раз
выстрелил в воздух. Потом присел на корточки и принялся ждать.

Спустя минут десять ожидания фрагмент завала сдвинулся и на тропу выглянул


абориген. Внимательно осмотрел гостя и кивнул.

— Пошли. Король ждет.

Глава 15

Лопеш разговорил своего провожатого моментально. Все-таки недаром он во времена


своей военной службы помотался по всей стране. Впрочем, паренек ведущий его к
центру деревни и не пытался что-либо скрыть. "Король хороший", "дал защиту и еду",
"прогнал дона Альваро". Уго вполуха слушал дифирамбы возносимые местному владыке,
но на последней фразе как-то зацепился. А не тот ли это Альваро Санчес,
региональный координатор? Он приступил к более тщательным расспросам и волосы от
услышанного попросту встали дыбом.

Не слабо так они проглядели у себя под носом проблему. Понятно, что кто бы их не
спас, индейцы будут теперь его боготворить. Так что этот король еще поскромничал,
мог вполне себя и богом объявить. Местная публика вряд-ли сильно возражала бы.

Потом он попытался выяснить по поводу королевской резиденции. Провожатый посмотрел


на него, как на идиота. Оказалось, что король еще и "хозяин леса". Стало быть лес и
есть его дворец. Тогда возник логичный вопрос, куда же его, Лопеша ведут.
Выяснилась забавная деталь. В каждой деревне был построен трон на центральной
площади. В изложении проводника "большой, большой табуретка". И там-то король и
общался с подданными.

"Табуретка" был действительно большой. Сложенный из массивных бревен трон выглядел


весьма внушительно. Самое удивительное, что у Лопеша сложилось впечатление, будто
весь трон являлся живым деревом. А еще бросала в оторопь личность восседавшего на
троне короля.

Это оказался здоровенный детина, с могучим телом и руками. Но больше всего


приковывали взгляд внимательные зеленые глаза.

— Вот король, — проводник поклонился, — этот пришел говорить с твоя!

— Моя пришел к твоя… Тьфу, — Уго не сумел с ходу перестроиться после общения с
провожатым и покраснел. Король едва заметно усмехнулся.

— Не волнуйтесь, синьор…? — Говорил он чисто, хотя и несколько академично.

— Лопеш. Уго Лопеш к вашим услугам.

— Ну что же, синьор Лопеш, поведайте нам о цели вашего визита.

***

— Шеф, к вам синьор Лопеш, — в кабинет заглянула секретарша.

— Давай его сюда, и меня ни для кого нет!

— Но шеф, у вас же…

— Я сказал, меня нет!

Лопеш ввалился в сверкающий кабинет как был, в пыльном камуфляже и грязных


ботинках. Протопал в угол к холодильнику, извлек бутылку минералки и гулко глотая
высосал ее до дна. Потом прихватил еще одну и двинулся к столу начальника. Тот
следил за манипуляциями помощника молча. Наконец Уго уселся, вытянул ноги и с
облегчением вздохнул.

— Значит так босс, — начал он доклад, — с вашим проектом, жопа. Ничего, что я так
по простому?

Начальник только рукой дернул, продолжай мол.

— Короче там такая байда получилась, что коротко это не описать. Но! — Он осадил
рукой вскинувшегося было шефа, — есть возможность красиво отступить. Еще и
противников своих утопите. Интересует? Тогда так… — Он принялся доставать из
рюкзака бумаги.

***
— Магда, что там у нас еще на сегодня? — Президент справился у своей бессменной
секретарши. День клонился к вечеру и он устал. Не мальчик уже все-таки.

— В приемной ожидает премьер-министр. Он подавал заявку на встречу…

— Понятно, каяться пришел. Ну зови, что уж тут поделаешь.

Однако посмотрев на физиономию главы правительства президент сразу понял, что уж


чего-чего, а каяться тот не собирается. Впрочем спектакль надо было отыграть
полностью.

— А я ведь говорил тебе, не лезь в эти дурацкие проекты. Но ты же у нас умный,


стариков не слушаешь, опыт не ценишь…

— Господин президент, — чиновник изобразил виноватое лицо и склонился в поклоне, —


вы были правы. Но мы же все, ваши дети. А дети всегда не слушаются родителей…

— Ладно, считай не сержусь. Чего ты там принес?

— Бумажки кое-какие, ну и комментарии, если позволите.

— Ну давай, давай показывай…

***

— Это что же получается? — Президент находился в сильнейшей задумчивости. — Считай


пятая часть территории страны нам не принадлежит?

— Получается так. Причем обратите внимание, мало того, что они провозгласили
монархию, так они еще и полностью самодостаточны. То есть в производстве и
потреблении товаров не участвуют. Совсем.

— А заварил эту кашу?

— У истоков проблемы стоит вот этот тип, Альваро Санчес. Тамошний "крестный папа"
местечкового масштаба. У него в руках маленький фрагмент "Великого Кокаинового
Пути". Тропинка, я бы сказал. Однако он нашел неожиданный ход. Добыл себе мандат
регионального координатора по делам туземцев и принялся таскать грузы по из
территории. Индейцев же он запугивал с помощью методов зондеркомманд. И за двадцать
лет снизил их численность как бы не вдвое.

— И все это фактически у нас на глазах?

— Совершенно верно. Бюджет регулярно выделял деньги на развитие туземных


территорий, но до индейцев они ни разу не дошли. Впрочем и до этого Санчеса тоже.
Деньги оседали в карманах чиновников с которыми этот "дон" заключил соглашение. Так
что в глазах тамошнего населения репутация наша упала до нижнего предела.

— А потом?

— Потом появился "король". Головорезов перебил и Санчеса перевоспитал в момент. Но


что интересно, уничтожать не стал. Оставил тому узкую тропку по краю своих земель.
И индейцев от этого бизнеса отстранил. Кстати посмотрите фотографии…

— Это вот это и есть "король"? Ну и тип. Удалось выяснить кто он?

— Специалисты работают и подвижки есть. А знаете кто у него в помощниках? Доктор


Томпсон.
— Томпсон, Томпсон… Стой это не та англичанка, что трещала о бедственном положении
индейцев?

— Та самая. И как оказалось она была не так далека от истины.

— Стоп, — президент задумался вспоминая, — но она же осталась в джунглях. У нее там


какая-то болезнь была. Экспедиция вернулась, а эта доктор осталась в лесу, вроде
как умирать. Я же читал, помню.

— А вы посмотрите на снимок. Зоб у нее пропал. Выглядит прекрасно. Ну не помолодела


конечно, но десяток лет скинула точно. И ходит в подручных у этого "короля".

— Это что же получается? Он целитель что ли?

— С этим королем много неясного. Вот посмотрите, что стало с нашим тягачом. Все
специалисты клянутся, что там не было, приготовленных заранее ловушек. То есть
земля просто расступилась и трактор ухнул на бок. Подданные кстати именуют своего
"короля" еще и "хозяин леса". Оцените снимок синьор. Обратите внимание на этого
ягуара у ног монарха. А на плечах у него, вон там в углу снимка, видите?

— Это же, как его…

— Длиннохвостый кот, майгар. Не приручается.

— Ну хорошо, — президент положил руки на стол, — давай рассмотрим варианты. Добром


договориться с тамошними жителями мы не сможем. Что остается?

— Наземные операции бессмысленны. Если этот монарх действительно, хоть в малой


части "хозяин леса", то посылать туда пехоту, это просто отправить их на убой.
Авиация тоже бесполезна. С высоты ничего не разглядишь, а на малой высоте собьют на
раз.

— У них, что? ПВО имеется?

— Зачем. Пару птичек в турбину и пишите письма.

— Действительно. Не подумал.

— Ну в принципе от высотных бомбардировок у них защиты быть не должно, но выжигать


придется огромные массивы леса со всеми обитателями. Вы готовы пойти на такое?

— Нет конечно. Мог бы и не спрашивать. Значит остается только договариваться. Он же


должен каким-то образом развивать свои территории. Они себя как-то называют?

— "Земли свободных людей".

— Хороша свобода, — президент саркастически улыбнулся, — свобода бегать по лесу с


голым задом. Смешно.

— Не скажите. — Премьер-министр смотрел иронично, — зато в достатке еды. И не надо


платить ипотеку, брать кредиты. Волноваться по поводу работы, счета в банке… На их
территории денег нет. Совсем.

— Постой ка. Если у них там нет денег, нет властных институтов, то получается, что
и государства там нет. А как же?

— Никак. Король не вмешивается в жизнь своих подданных. Он следит за безопасностью


и за общим вектором развития. Хотя куда направлен этот вектор мы не понимаем.
— Ну хорошо, тогда давай зайдем сбоку. Через вождей племен, администрацию деревень.
Что мне, учить тебя что ли…

— Не выйдет. Нет у них вождей. Они не доросли до родоплеменных отношений. Каждая


деревня, это по сути одна семья. Главы, старейшины. Самые старые члены семьи.
Правят коллегиально. Да и не правят в общем. Так, решают внутренние проблемы и все.

— Это же получается, что у "короля" и власти-то нет.

— В деревнях нет. Зато в лесу его власть абсолютна. А живут они с даров леса…
Выводы делайте сами.

— Хорошо, я понял. Тогда давай так. Готовь туда группу. Специалисты, дипломаты,
военные. Нам нужна информация. Как воздух! Понял?

— Конечно. А с этим "доном Альваро" что делать?

— Да что хочешь. Хоть четвертуй. И клику этих чинуш разгони. Устроили тут,
понимаешь… Документы завтра готовы будут. Действуй.

— Слушаюсь синьор президент, — премьер-министр поклонился пряча довольную улыбку.


Ну держитесь теперь, гады.

Глава 16

Элизабет пришла после обеда. Игаль отдыхал, развалившись в тени своего трона. На
шее, бархатным воротником, свернулся Барсик. Сиеста в лесу была особенно хороша.
Расслабился настолько, что гостью почувствовал, лишь когда она приблизилась
практически вплотную. Поднял глаза и вздохнул. Лиз стояла напряженная, кулачки
сжаты на груди, губы, тонкая белая нитка.

— Я решилась!

— Уверена? — Колдун спросил спокойно, но спокойствие это было напускным. Внутри все
прямо дрожало от предвкушения.

— Уверена! Я не хочу упустить свой шанс. Вся жизнь коту под хвост. — Барсик
заинтересовано поднял голову. — Да не о тебе речь, блохастый. Вот же мужики, все
понимают буквально.

— Мы такие, — глаза друида смеялись.

— Исписала тонны бумаги, отполировала своим задом сотни кресел, завесила стены
дипломами и что? Ни-че-го! Понимаешь? Ноль! Мне тут пришел в голову забавный
термин, "фертильный потенциал". Знаешь что это? — Игаль молчал. Отвечать не
требовалось, — во-от, и я о том же. Я хочу, я желаю рискнуть. Иначе никогда себе не
прощу…

— Да нет никакого риска. — Парень встал и прижал женщину к своей груди. Та спрятало
лицо, вздрогнула и заплакала. — Но последствия ты понимаешь? Для тебя лично?
— Ты же говорил, что существуют два способа лечения…

— Верно. И ты сейчас просишь второй вариант. Я-то справлюсь, уверен. Но ты Лиз, ты


уже никогда не сможешь покинуть лес, понимаешь?! Никогда.

— Понимаю. Зато у меня будут дети. У нас будут дети. А лес, ну что же… Он и сейчас
уже не мал, а со временем… Думаю мне хватит места.

— Ну что же, — парень отстранился и взял женщину за руку, — пойдем, все уже давно
готово. Я ждал только, когда ты решишься.

— Ах ты… Знаток душ человеческих!

***

Красивая жизнь кончилась внезапно. Дон Альваро много раз представлял себе в
воображении, как его будут брать. Ночной штурм, лучи прожекторов, полосующие небо,
рев вертолетов со спецназом. Он и готовился соответственно. Боевиков набрал в
охрану, пулеметные гнезда обустроил по углам ограды… И все зря.

Дон как раз раскуривал свою первую, самую вкусную, утреннюю сигару, как под окном
скрипнули тормоза. Отвлекаться не стал, мало ли кто приехал. Охрана разберется.
Однако в кабинет зашел без стука невзрачный тип в сером костюме. А следом
вдвинулись две фигуры при виде которых у дона Альваро похолодело внизу живота.
Камуфляж радикально черного цвета, такие же черные балаклавы и мелькнувшая эмблема
на рукаве одной из фигур. Череп пронзенный кинжалом. Специальный батальон, только и
успел подумать хозяин кабинета, как он уже лежал грудью на своем же столе с
заломленными за спину руками. Его споро обшарили, вывалили все найденное туда же на
стол, сковали руки за спиной наручниками и небрежно, словно комок тряпья кинули в
угол.

Дон лежал щекой на своем дорогущем паркете и наблюдал за действиями костюма. Больше
все равно делать было нечего. Тип же поворошил пальцем барахло, вытащенное из
кармана пленника, взял в руку связку ключей и направился в угол, к сейфу. Некоторое
время рассматривал железную конструкцию, на которую дон Альваро не пожалел в свое
время денег и что-то сказал одному из камуфляжников. Тот прижал пальцем микрофон и
спустя короткое время появился еще один боец. Судя по объемистому кофру, сапер.

Бывший хозяин сейфа из угла следил расширившимися глазами, как специалист достает
из своего кофра странные инструменты, расправляет проводки, подключает что-то…
Хваленый сейф сдался через пять минут. Была слабая надежда, что эти типы поведутся
на большую сумму денег, которую синьор Санчес хранил как раз на случай
непредвиденных расходов. Но надежда не оправдалась. Не обращая внимания на пачки
банкнот, тип в костюме начал доставать на стол папки с бумагами и бегло
просматривать их.

Сапер как раз сложил свою машинерию обратно в кофр и собрался уходить, как костюм
поманил его и что-то тихо сказал. Боец кивнул и исчез. Зато вместо него явился
другой. Его одежда ничем не отличалась от одеяний других оперативников, но дон
Альварес нутром почуял, начальство. Тип сразу перекинул прибывшему часть бумаг и
теперь они читали вдвоем. Потом костюм отложил папки в сторону, посмотрел в угол на
лежавшего там и улыбнулся. От этой улыбки у пленника едва не случился приступ
медвежьей болезни. Второй, который начальство, кивнул своим бойцам и дона вздернули
на ноги.

— Вот все понимаю сеньор Санчес, кроме одного. Откуда у вас такая ненависть к нашим
аборигенам. К индейцам то есть. Вы же сами метис. Или же это и есть причина?

Дон пожал плечами. Он решительно не понимал, за что любить, или уважать этих
голозадых дикарей. Впрочем отвечать похоже и не требовалось. Вопрос был, что
называется, риторическим.

— Ну что же, это большая удача, что вы синьор Санчес, так скрупулезно ведете свою
бухгалтерию. Очень, очень большая удача. — Командир смотрел недоуменно и тип решил
объяснить свои слова. — В Центре сейчас идут аресты. Сажают чиновничью клику,
которые пилили бюджет выделяемый на нужды индейцев. Впрочем, как у нас наказывают
казнокрадов всем прекрасно известно, — лицо командира скривилось прямо под маской.
— Штраф, пальчиком погрозят, да и все, как это обычно бывает. Но не в этот раз. В
этот раз на суде, главным актером как раз и будет "многоуважаемый" синьор Санчес.
Вишенкой, так сказать, на торте. — В глазах командиро начало проявляться понимание.
— Они же не просто деньги тырили, они еще и нашего дона покрывали. А это уже
наркотраффик, геноцид и убийства… Прекрасно, просто прекрасно.

"Многоуважаемый синьор" подхваченный крепкими руками бойцов горестно взвыл, но


услышал на прощание, как костюм заметил командиру — Синьор Санчес должен дожить до
суда. Вам ясно, капитан?

— Не волнуйтесь, — ответ был холоден, — доживет. До суда доживет.

***

— Присаживайтесь дорогой Уго. — Премьер прошел в угол отдыха и пригласил гостя


садиться. — И мне и президенту весьма понравилось, то как вы справились с последней
задачей. Мы обсудили ситуацию и решили, что было бы не разумно закапывать такие
таланты в землю. Поэтому вы, Лопеш, назначаетесь главой нового отдела. Отдел
Информационного Обеспечения, как вам название?

— Шеф, я правильно понимаю, что это…?

— Ну да, разведка. Но мы все-таки не армия, мы правительство, гражданская


организация. Так что приходится пользоваться эвфемизмами. Финансирование такое, что
вам не на что будет жаловаться. Набирайте штат, подключайте специалистов. Если их
профессионализм будет сопоставим с вашим, хоть в малой степени, то можете не
волноваться об окладах. Все будет оформлено по высшей ставке. Главное условие,
верность. — Премьер-министр вонзил в собеседника пронзительный взгляд.

— Шеф, я…

— Я не сомневаюсь в вас, Уго. Иначе этого разговора бы не было. Но вы будете


отвечать еще за нескольких людей. Прошу вас подойти к отбору со всей возможной
осторожностью. Мы даем много, но и спросим в случае чего строго. Кстати
ознакомьтесь. — Чиновник выложил на столик несколько листов.

— Что это? — Лопеш поднял взгляд.

— Данные на "короля". Да вы читайте… — Глава правительства лично разлил кофе по


изящным чашечкам.

— Спецназ пограничной стражи. АОИ. Я предполагал нечто подобное. Уж больно этот


субъект выразительно двигался. — Уго отпил глоток превосходного кофе, — каковы наши
первоочередные цели?

— Да вот это и есть ваша цель, — хозяин кабинета кивнул на листы бумаги на столе. —
Но никакой конфронтации. Постарайтесь подружиться, войти в доверие. И данные, нам
нужно как можно больше данных. Есть мнение, что этот "король" умеет лечить. У себя
там, — собеседник мотнул головой, — он вылечил дочь одного высокопоставленного
военного. Онкология в последней стадии. Вы понимаете Уго, в последней! Поэтому этой
теме,"зеленый свет". Что, как, побочные эффекты, противопоказания… А они будут, их
просто не может не быть. Иначе мы имеем дело с божественным вмешательством, а это
все же маловероятно.

— Я понял синьор. — Лопеш становился серьезным прямо на глазах. Такого уровня


ответственности и доверия он пока еще не удостаивался.

— И еще одно. — Премьер-министр вонзил в своего визави острый взгляд. — Надеюсь,


что вы, синьор Лопеш, не забудете, кому вы обязаны своим взлетом.

— Вы можете не сомневаться. Уго Лопеш долгов не забывает.

— Ну что ж. Тогда приступайте, синьор начальник отдела. Удачи вам.

Глава 17

Разговор по Скайп.

— Мам, пап, привет. Нооми, ты все хорошеешь!

— Сынок, как дела?

— Да все нормально. Как вы?

— Да что у нас может измениться. Все по прежнему. Нооми вон готовится к службе в
армии. И что характерно, желает непременно в боевые части. По стопам брата. Вон,
посмотри на эту засранку. Никакой жалости к родителям. Что у тебя-то нового?

— Да есть кое что. Хочу вас со своей женой познакомить. Лиз, покажись родителям.

— Ого. Это где же ты такую красоту нашел?

— Почему нашел? И не нашел вовсе, а сам сделал. Ой, не дерись любимая. Она пока на
иврите плохо говорит, с ней надо на английском.

— Лиз. Что-то мне это напоминает. А к доктору Элизабет Томпсон она отношения не
имеет?

— Ты права мам, это она и есть.

— Но она же старая!

— Вы правы Мира. Но есть нюанс. Я была старая, а теперь, стараниями моего мужа,
снова молодая. Зато опытная.

— Да уж… Сынок, ты можешь сделать такое с любой женщиной?

— В принципе да, но есть определенные тонкости. Об этом лучше говорить при личной
встрече. Вы не хотите меня навестить? Сам-то я не выездной. А повидаться хочется.

— Хорошая мысль, верно мать? Все равно скоро отпуск… Мы подумаем.

— Заодно подумайте, как внука назвать. А то мы уже всю голову свернули.


— А когда?

— Ну время еще есть. Более чем полгода. Но готовиться же заранее надо.

— О-о. Тогда точно приедем. Береги себя сынок. Ну и жену конечно.

— Обязательно. Пока. Целую вас.

— Пока.

***

— Синьор Лопеш, как устроились?

— Нормально, Ваше Величество. Нас всего трое в нынешней миссии. Так что никаких
проблем.

— Надеюсь, ваши люди достаточно опытны для жизни в лесу.

— Конечно. Не волнуйтесь.

Они шли вдоль края деревни, ведя светскую беседу. Первым не выдержал король.

— Синьор Лопеш, давайте как-то упростим наше общение. Этот стиль мне уже поперек
глотки стоит. Вы наверняка ознакомились уже с моим досье. Так что наедине зовите
просто по имени, Игаль. Ну или по армейскому позывному, Колдун.

— С удовольствием Игаль. Тогда я просто Уго. Ну или Призрак.

— Интересный позывной у тебя Уго. Значимый.

— Как и у тебя, Колдун. — Посмеялись.

— Итак Призрак. Я правильно понимаю, что ваша группа, это в некотором смысле
официальная правительственная миссия?

— Ну в некотором смысле да. Официальных полномочий на ведение переговоров у нас


нет, но зато имеется прямая связь практически с самым верхом.

— Отлично. Что ж, тогда задавай вопросы. Наверняка у тебя их много накопилось. Не


обещаю, что отвечу на все, но как минимум, постараюсь.

— Тогда первый и главный. Кто ты, Колдун?

— Друид. Это уже собственно "секрет Полишинеля". Рано или поздно вы и сами бы
узнали.

— Вот оно что… И как можно обрести такие способности?

— Не просто. Детали опущу, это тема для отдельного и весьма приватного разговора.
Скажу лишь, что для этого необходимо как минимум один раз умереть.

— О как. Понимаю. Тогда другой вопрос, почему именно наш лес?

— Хороший вопрос. Понимаешь Уго. Все дело в плотности биомассы. Я ощущаю природу,
как продолжение своего тела, часть его, если угодно. На родине с природой было
скудновато. А вот здесь, у вас, мой потенциал раскрывается на полную.
— Тогда вопрос, который более всего интересует моих начальников. Как ты лечишь?
Судя по досье, ты у себя на родине вытащил человека практически с того света. Это
так?

— В общем да. На практике же… Я не бог и наложением рук не лечу. Просто я могу
воздействовать на организм другого человека. Например разогнать на максимум
регенерацию. Ну и поддержать на какое-то время. Отсюда и ограничения. Организм
больного должен иметь внутренние ресурсы. За счет которых и излечится.
Соответственно совсем пожилых людей вылечить проблематично…

— Понимаю. Ресурсов уже нет.

— Именно. С той девчонкой я прошел по краю. Она была сильно ослаблена болезнью. Так
что пришлось звать на помощь профессионального повара.

— Кого?!

— Ты не ослышался, повара. Он готовил высококалорийные легкоусваиваемые смеси. Ну а


мне пришлось контролировать процесс практически на клеточном уровне. Справился,
хотя и вымотался жутко.

— Скажи Колдун, а вот Элизабет, такое впечатление, что она получила лечение в два
этапа. Верно?

— Ну не скажи. Просто изначально пришлось лечить ее от поражений щитовидки. Это


было не слишком сложно, да и организм у Лиз оказался достаточно крепкий. А потом ей
показалось мало и она захотела большего…

— Ну тут не поспоришь. Выглядит она сейчас так, что все эти королевы красоты,
кажутся замарашками рядом с ней.

— Все так. Но и цена велика. Практически она теперь не сможет покинуть лес.
Никогда.

— Постой. Правильно ли я понял, что есть два метода. Либо за счет ресурсов самого
организма, либо за счет внешней подпитки. Но внешняя подпитка остается навсегда.
Так?

— Верно. По сути дела я создал "дриаду". Если ты конечно знаком с мифологией.

— А "наяду" можешь?

— Блин, — Игаль посмотрел на собеседника с уважением, — Тебя надо было не


Призраком, а Мыслителем называть. В корень зришь. Я думал об этом. Правда пока не
знаю, как это реализовать на практике. Но это уже чисто методологическая проблема.
Ну что, хватит на сегодня? Тебе же наверняка с начальством связаться надо.

— Пожалуй. Я наверное даже съезжу, доложусь лично.

— Удачи.

***

— Синьор?

— Заходи Уго, заходи. Я уже заждался твоего доклада. Думал, что получу данные по
связи, но ты решил доложить лично.

— Просто данные такого рода, что не хотелось бы рисковать с угрозой перехвата.


— Понимаю. Так что расскажешь?

— Ну первое и главное, это личность объекта. Досье не врет, все так и есть. Человек
он сильный, открытый. Что касается его способностей, то тут для вас сюрприз,
синьор.

— Ну не томи, кто же он?

— Друид.

— Кто?! Какой еще друид?

— Я вам тут справочку приготовил. Ознакомьтесь пока, а я себе попить налью.

— Ну же и ни хрена себе!

— Вот-вот. У меня была такая же реакция. Причем мы себе друидов заполучить не


сможем. По крайней мере тем способом, что получил Игаль Охана, точно.

— Почему?

— Это посмертный дар. Критерий получения дара он не озвучил, но по его словам, умер
он в другом мире.

— О как. И что, большая разница между мирами?

— Мизерная. Я консультировался с физиками-теоретиками. Такая возможность не


противоречит научным теориям. Просто для нас совершенно бесполезна.

— Хорошо. Не можем получить другого, будем пользовать этого.

— Так точно шеф. Думаю нам повезло, что он выбрал для себя именно наш регион. Та
область в любом случае не планировалась к быстрому освоению. А теперь можно и вовсе
объявить левобережье национальным заповедником. Для сохранения уникальной культуры
протоаборигенов и редкостных природных условий. Ну это вам сформулируют покрасивее,
я так, на вскидку.

— Хорошая мысль. Я обсужу на верху, — премьер-министр сделал себе пометку. — Что с


лечением?

— И хорошо и плохо одновременно.

— Это как так?

— С одной стороны, в теории он может вылечить что угодно. С другой… Вот почитайте,
я тут расписал все нюансы. — Уго набулькал себе в стакан минералки и промочил
пересохшее горло.

— Н-да… — Премьер снял очки и принялся массировать переносицу. — Ну то что


исцеленный не сможет покинуть лес, это возможно и не беда…

— Думаю все не так просто, шеф. Он сам упомянул, что ощущает лес, как продолжение
собственного тела. А исцеленный будет частью этого леса…

— Не продолжай, я понял. — Чиновник задумался. — И все же Уго, мне нужно главное. В


чем его цель. Не может же он просто сидеть и ничего не делать.

— Тут все очень смутно, шеф. К сожалению мы с ним пока еще не в тех отношениях, что
бы говорить полностью откровенно. Однако по моим ощущениям, он реализует какой-то
долгосрочный план. С учетом его возможностей, это будет нечто вроде создания
альтернативной, биологической цивилизации. И если я прав, то это план на
десятилетия, как бы не на века.

— Какую цивилизацию можно построить с абоигенами?

— А для вас шеф, цивилизация это что? Теплый сортир и возможность сжевать гамбургер
на улице? А у них там, у индейцев этих, с какой-то точки зрения вполне налаженная
жизнь. Еды полно, и что характерно в супермаркет идти не надо. Не надо мучиться с
кредитами, с ипотекой. С протекающими трубами и пробками по дороге на работу… Более
того, для многих такая жизнь может показаться весьма заманчивой.

— И лес прокормит их?

— В данный момент вполне. Спасибо синьору Санчесу, населения там осталось не


слишком много. Ну а дальше они либо начнут расширяться линейно. Просто наращивая
территорию, либо меняя окружающую природу.

— Я понял. Тут есть над чем подумать. Еще что-то?

— Так точно. Колдун на связи с родней и друзьями. Скоро начнутся визиты. А значит и
агенты потянутся. Может отдать им особняк дона Альваро? Как думаете шеф? Там кстати
и лечение можно будет попытаться наладить, что бы не таскать больных в лес.

— Хорошая мысль Уго. Очень хорошая, очень. Проработай эту идею. Мое согласие у тебя
есть. Отличная работа синьор Лопеш.

— Спасибо шеф.

Глава 18

Игаль мчался по лесу во весь опор. В деревне что-то происходило. Что-то плохое, он
чувствовал это. Сначала прошел сигнал о больном и он заторопился назад. Но больные
случались регулярно, система была уже отработана и ничего не должно было случится,
опоздай он даже на час, другой. Там же творилось нечто странное и страшное.
Интерпретировать через чувства леса не удавалось и поэтому Колдун мчался словно
оглашенный.

Живность шустро убиралась с дороги, фигура друида перелетала на скорости через ямы
с водой и поваленные деревья. Барсик, не выдержав темпа на плече, скакал по
деревьям следом. Наконец забрезжил просвет среди деревьев. Пушечным ядром
промчавшись между домов король вылетел на центральную площадь.

Там волновалась толпа. Вздымались кулаки, стоял какой-то надсадный вой.

— А ну тихо! — Пронесся королевский рык. Народ начал затихать. Монарх, через


расступающуюся перед ним толпу, прошел на центр, к трону. — Ну и что у нас здесь?

На циновке у трона лежал очередной больной. Молодой охотник с разодранным в клочья


бедром. Рядом стоял старейшина с парой девчонок. Игаль отметил, что больной
обработан. Кровь остановлена, на бедре повыше раны жгут. Старейшина заготовил как и
положено пустую корзинку, плюс несколько глиняных плошек с густым фруктовым соком и
чистой водой. Так в чем проблема?

Проблема отиралась рядом и имела вид врача из группы Лопеша. Самого Уго видно не
было.

— Так что происходит?

— Этот хотел нога резать, — старейшина ткнул пальцем в мужчину с врачебным


чемоданчиком, — мы не давать.

— Какого черта, доктор? Лопеш обещал, что вы будете только наблюдателями.


Сторонними наблюдателями не вмешивающимися в события. А вы?

— Но я же не мог оставаться в стороне! Парнишку надо немедленно оперировать. При


такой ране единственное решение, это срочная ампутация. А эти дикари чуть было меня
не убили. За что?! За попытку помочь?

— Так. Я вижу, что с вами говорить бесполезно. — Колдун поднял голову и увидел
спешащего Лопеша. — Уго! Забери своего придурка отсюда! Мешает.

В воротник куртки врача вцепилась крепкая рука и его поволокли вон с площади. Возле
палатки, в которой разместилась группа доктор был отпущен. Он повернулся и увидел
разъяренное лицо своего начальника.

— Док! Вы что творите?! Я же специально несколько раз повторил на инструктаже, не


вмешиваться! Только наблюдение!

— Но моя клятва врача! Этот индеец же умрет. Возможно уже умер. Они ведь даже не
отметили время наложения жгута. Они…

— Ясно. Похоже вам здесь не работать. Будет мне уроком, не зацикливаться на


блестящих рекомендациях. Нужно и личностью носителя этих рекомендаций
интересоваться. — Начальник вытянул шею и во что-то всмотрелся, — похоже
заканчивают. Пойдем со мной. Да бросьте вы свой чемодан уже.

Толпа на площади уже рассосалась. Король устало мыл руки у колодца. Раненый на
циновке сидел. Одна из девушек поила его соком. Выглядел больной бледнее обычного,
но и только. Доктор опустил взгляд и челюсть его отвисла. Нога была совершенно
целой. Лишь пятно не загорелой кожи отмечало место недавнего ранения. Врач перевел
очумелый взгляд на начальника.

— Но как?! Шеф, как это возможно?

— Вот и мы пытаемся выяснить как. И вы доктор, нам очень помогли сегодня, — в


голосе начальника звучал неприкрытый сарказм. — Хороши бы вы были со своей
ампутацией. Счастье, что народ вас остановил. Не то боюсь, словесным порицанием вы
бы не отделались.

— Шеф, а можно оставить меня в группе? — В голосе эскулапа слышалась неприкрытая


мольба, — я все понял. Признаю, что был не прав. Ну пожалуйста шеф!

— Это уже не мне решать. Пошли с королем поговорим. У него прощения просить будешь.
А там уж как он скажет…

***

На роды Лиз собралось изрядно народа. Приехали Моти и Мира. Нооми не смогла.
Проходила службу в армии. Но переживала чрезвычайно. Родители остановились в
особняке бывшего дона Альваро. Ныне израильском торговом представительстве. Мира,
узнав о сроках, развила бурную деятельность. Практически превратила одну из комнат
особняка в родильную палату. И была буквально ошеломлена известием, что рожать
королева собирается в лесу.

Так что в день родов приглашенные собирались на лесной поляне. Возле толстенного
дерева, корни которого образовали нечто вроде купели. Игаль смотрел на эту купель и
вспоминал. Как почти год назад, он укладывал в нее дрожащую, немолодую женщину.
Опускал руки в прозрачную воду и пропускал через себя силу леса. Вспоминал чудо,
что произошло тогда под его пальцами, и ту красоту, что в результате получилась.

Воспоминания были так свежи, словно все случилось вчера. Обнаженная фигура делает
робкий шаг наружу, на траву. Он, Колдун, застыл просто столбом, глядя на это
совершенство. И тут Барсик издает резкий мяв. Они тогда попросту подпрыгнули оба, а
откуда-то сверху спрыгнула молодая пятнистая кошка. Присела перед Лиз и жалобно
мяукнула. Та протянула руки, подхватила пришелицу. Кошка ловко забралась
сотворенной королеве на плечи и свернулась там пушистым воротником. Так появилась
Мадлен.

А сегодня у купели собирался народ. Пришли старейшины деревень. С ними несколько


пожилых, опытных женщин. В стороне стоял Лопеш со своим врачом. Тот смотрел
неодобрительно, но помалкивал. К Игалю подошли родители.

— Сынок, ты уверен, что здесь будет лучше? — Все таки мама, медицинская сестра с
огромным опытом работы. Ей происходящее казалось диким и неправильным.

— Уверен. Не волнуйся мама.

А вот и сама виновница. Идет переваливаясь словно уточка. Остановилась около мужа.
Он обнял, прижал к себе. Под тонкой тканью сорочки чувствовалось, что Лиз немного
дрожит. Игаль поцеловал ее, погладил осторожно спинку. Любимая успокаивалась
постепенно. Потом отстранилась и подошла к купели. Повела плечом и сорочка
соскользнула к ногам. Переступила через край и присела в прозрачной воде.
Откинулась на спину, блаженно расслабилась. Барсик спрыгнул с плеч и занял позицию
перед купелью. Рядом расположилась и Мадлен

— Она что, собирается рожать в воду? — Мира все не могла успокоиться. — Там же мало
места. Ноги не развести. Надо было все же…

Игаль даже отвечать не стал. Он просто кожей ощущал приближение нужного времени.
Пора! Лиз встала в купели. Капельки воды искрились на белой коже. Глаза наливались
зеленым светом. Она повернулась спиной к людям и оперлась руками на ствол дерева.
Затем королева принялась опускаться на корточки, стараясь максимально широко
развести ноги в бедрах.

Выпрямилась, приподнявшись на носочках и принялась опускаться снова. Ойкнула, но


села до конца. Пожилые леди метнулись к ней, поддержали. Что-то плеснуло в купели,
вода покраснела. Игаль в один шаг приблизился. Опустил руки жене на грудь. Одну
сдвинул ниже, на живот. Из под пальцев полыхнуло зеленым и все кончилось. Поднесли
малыша. Тот улыбался пуская пузыри. Лиз встала на траве, ребенка она удерживала
возле груди. По лицу ее бежали слезы. Муж оказался рядом. Обнял обоих, осторожно
прижал. Поднял голову.

— Приветствуйте! Алон Охана! Истинный Повелитель Леса! Первый в своем роду. —


Старейшины загомонили. Подходили по одному, кланялись и поздравляли. Со стороны
Лопеш показал большой палец. За его спиной доктор прятал в карман телефон. По лицу
его блуждала блудливая улыбка. Подошли родители. Моти явно был на седьмом небе от
счастья. Мама выглядела ошарашенной.
— "Ле аззазель!" (Черт возьми!) — Миру просто распирало, — сынок, как так-то? Раз,
два и все кончилось. А чего я тогда мучилась в больнице? Сперва с тобой, потом с
Нооми. Это просто фантастика какая-то.

— А как ты считаешь, мама, как человечество рожало все эти тысячи лет?
Медикаментозные роды изобрели совсем недавно. Да и на спине рожать начали не
слишком давно. А как было до этого? Вот так, как ты это видела. Мир денег, мама.
Прикинь сколько денег делается на медицине и фармакологии. А кто расплачивается?
Женщины, вынужденные терпеть боль. Причем терпеть зачастую совершенно зря. Впрочем
это долгий разговор. Если захочешь, вернемся к нему позже.

Мира стояла с совершенно потерянным видом. Привычный мир рухнул в одночасье. Она
даже не заметила, что народ двинулся в сторону деревни. Только рука мужа вывела ее
из задумчивости. Женщина встряхнулась и двинулась следом за всеми в сторону
деревни. Оттуда уже слышался шум, радостные крики, потянуло вкусными запахами.
Рождение королевского наследника собирались праздновать с размахом…

Глава 19

— Колдун, можно тебя? Разговор есть. — Лопеш подошел через пару дней после родов.

— Слушаю тебя, Призрак.

— Лопухнулся я. Расслабился что-то, мягкий стал. Добрый.

— Да что случилось? — Игаль пребывал в прекрасном расположении духа и огорчаться


чужим проблемам не собирался.

— В общем доктор оказался сукой. Я ему поверил, а он… Короче он заснял роды Лиз на
свой телефон и выложил в сеть. Да еще с гнусными комментариями. Дескать варварские
обряды практикуемые цивилизованными людьми. Отвратительное действо и тому подобный
бред. Кстати собрал уйму просмотров. Правда его точку зрения никто не поддержал. Ну
практически никто. В основном восхищаются красотой королевы… Мы его конечно
"пожурили". Поперли отсюда и сейчас он в тюрьме контрразведки. Как ни крути, а
подписку-то он давал, ну теперь и огребет по полной. Но свое дело поганец сделал…

— Ну неприятно конечно. — Король похоже еще не осознал всей глубины проблемы, — но


с другой стороны…

— Не понимаешь, — Уго скривился, — секретность накрылась медным тазом. О вас теперь


узнали в мире, а значит жди гостей. Кому-то жена твоя понравилась, кто-то захочет
диковинку в коллекцию. Плюс ты говоришь, что всякие фармацевты на людях наживаются.
А вы им как кость в горле. Ну доктор, ну… Как же не вовремя!

— Так, — Колдун задумался. Потом помахал рукой, — Лиз, иди сюда.

Подошло королева. В нескольких словах супруг описал ей ситуацию. Женщина сперва


нахмурилась было, но потом рассмеялась.

— Вот уж не мечтала стать топ-моделью. Впрочем, если хотят, то пусть наслаждаются


видами моего тела. А вот с обнародованием наших способностей все гораздо серьезнее.
Ты же вроде бы хотел получить больше времени милый, так?
— Это точно, — король хмурился. — Я-то мечтал подождать пока Алончик не
повзрослеет. Хотя бы немного. Теперь придется форсировать программу.

— Могу я поинтересоваться, о какой программе идет речь? — Вклинился Лопеш.

— Конечно. Речь идет о том, что у нас сейчас довольно много молодых, которые хотели
бы пойти путем "дриады". — Лиз принялась рассказывать переглянувшись с мужем и
дождавшись от того кивка, — Игаль хотел, что бы они стали эдакой свитой принца. Но
тот еще мал, а нам может потребоваться "армия"…

— Мне бы еще лет десять хотя бы, — друид чесал в затылке так энергично, словно
собирался снять себе скальп. — С другой стороны… Получается что "эти" будут
завязаны на нас с тобой, — он подал руку жене и притянул ее, — а там у них пойдут
детки и уже из них наш сын наберет клевретов себе. Что скажешь?

— Ну а что, неплохо. — Лиз поцеловала супруга в щеку, — когда начнешь?

— Да сейчас и начну. Чего тянуть?

***

— Вот так шеф. Вляпались мы по полной программе, — Лопеш посмотрел на начальника.


Тот имел совершенно подавленный вид.

— Ты уж извини Уго, что так вышло. Я тебе этого мерзавца навязал и теперь хлебаю
вместе с тобой полной ложкой. — Премьер-министр помотал головой, — у него же были
такие рекомендации! И просили за него уважаемые люди. Ну я и подумал…

— А в чем проблема? — Лопеш явно не понимал, — сидит он у контриков, ну пусть себе


сидит…

— Не просидит он там долго. Он из клана Варгасов, — Уго присвистнул, — вот-вот. Те


уже волну погнали, скоро выпускать придется. Так эта паскуда к тому же, как
выяснилось, на северян работает.

— На наших северян? Или "этих"?

— Этих, этих. Которые в долларах платят. Он им всю информацию сливал, сволочь. Так
что, ты уж извини, но я буду решать проблемы так, как привык.

— Отделу хана?

— Именно. И тебя бы куда-нибудь убрать подальше…

— А знаете шеф, может оно и к лучшему.

— Поясни.

— Я вообще-то хотел в отставку подавать. А раз уж оно так все складывается, то…

— И куда нацелился? Я почему спрашиваю, не тот ты человек, что бы в щель забиться.


А война нам не нужна.

— Ну уж нет, никаких щелей. Обратно поеду, в лес. Хочу изменение пройти.

— О как. — Начальник встал из-за стола и ушел в угол кабинета, к шкафу. Вернулся он
с графином и двумя фигурными стаканами. Разлил коньяк и поднял свой, — ну, на
удачу. А не боишься? Ты же сам говорил, король мол свои творения контролирует.
— Говорил. Но хочу рискнуть. В конечном счете полной свободы не бывает в принципе.
Колдун кстати клянется, что личность не пострадает. Наоборот, обретет новые
возможности. А город, сказать по совести, мне уже поперек глотки стоит.

— Так, — чиновник успокоился и принялся прикидывать плюсы и минусы. — Личность


сохранится, значит и лояльность ты сохранишь, верно?

— Так точно. Тем более Лес располагается на нашей территории, так что никаких
противоречий присяге я не вижу.

— Отлично. Ну и какую-никакую информацию через тебя получать сможем. В части Лесу


не мешающей…

— Шеф, просьба есть небольшая. Квартиру мою и машину продадите? Деньги на счет.
Неохота возиться, тем более исчезнуть надо.

— Да нет проблем. Доверенность напиши только, на всякий случай. Ну удачи тебе,


Призрак!

***

Доктор Варгас вышел из тюрьмы вне себя от злости. Ну как вышел. Вылетел, получив
под задницу молодецкого пинка. Дверь с лязгом захлопнулась, отсекая кошмар
последних суток, гогот кичашихся своей безнаказанностью молодчиков и чувство полной
беспомощности. Свобода встретила асфальтом в ладони и колени. Доктор встал и
машинально потрогал задницу. Вроде бы на месте. Потом обревизовал фингал,
полученный еще в лесу. Там тоже изменений не было. Он заскрипел зубами и устремился
в сторону центра города.

Его, члена могущественного клана Варгасов, унизили так, что и передать словами
нельзя. И главное за что? За минутный ролик с развратной шлюшкой? Я вам устрою,
бормотал про себя доктор, все кровью умоетесь. И даже известно с кого начну. Вдали
показалось здание правительства. Рязъяренный Анхель Варгас перешел на бег.

Впрочем внутрь его не пустили. Пропуск оказался недействительным. На вопли доктора


явился старший смены охраны и в простых словах объяснил ситуацию. Отдел
Информационных Исследований расформирован. Сотрудники убыли к месту новой службы.
Начальник отдела уволился по собственному желанию и местонахождение его не
известно. Самому синьору Варгасу следует обратиться в отдел кадров. Там он получит
расчет и все необходимые пояснения. После этих слов двери закрылись прямо перед
носом посетителя.

То что он зря пошел в отдел кадров стало ясно практически сразу. Сначала гордого
доктора как следует помариновали в приемной. Наконец допустили перед светлые очи
какого-то мелкого клерка. Выяснилось, что никаких денег синьору Варгасу не светит.
А светит ему уплатить солидный штраф за утерю казенного имущества. Палатка полевая
тип "джунгли", одна штука. Чемодан медицинский инструментарный, одна штука, телефон
спутниковый… В общем на него списали все имущество миссии.

Похватав немного ртом воздух доктор поинтересовался, почему это именно он должен
нести материальную ответственность за все имущество расформированного отдела. Ему
немедленно выдали копии документов с его личными подписями. Ну да, он тогда много
чего подписывал. Оказывается надо было читать, прежде чем расписываться. На
прощание клерк обрадовал его известием, что государство изучает возможность иска
против синьора Варгаса. Все-таки он нарушил договор в части нераспространения
служебной информации. Смотри пункты… договора.

В родном клане доктор понимания не нашел. Глава клана, а по совместительству родной


дядя, смотрел на него, как на мелкую букашку. За него поручились перед весьма
значимыми людьми. Из-за его действий испорчены отношения с правящим кланом.
Премьер-министр недоволен. Причем просто сказать недоволен, это ничего не сказать.
И все ради чего? Ради того, что бы выложить в сеть ролик порнографического
содержания? Ну и как, стоило оно того? Какие дивиденды клан Варгас обрел в
результате действий одного туповатого доктора? В общем на улицу Анхель вышел, как
оплеванный.

От свалившихся на голову бед доктор практически утратил способность связано


мыслить. Однако у него оставалась еще одна возможность для мести. Совершенно
случайно он знал место проживания Лопеша. Заезжали как-то к нему перед экспедицией.
Мститель заскочил на минуту домой. Вооружился и отправился в адрес пылая жаждой
мести. Там, на квартире своего главного врага он и засел в засаде. Где и был
повязан приехавшим нарядом полиции. Как оказалось, гадкий Лопеш продал свою
квартиру уже два дня тому назад.

Оставалась последняя надежда. "Северяне". Свое право на звонок синьор Варгас


использовал, что бы позвонить куратору. Все что ему осталось, это только ждать.
Ждать и надеяться.

***

— Ну что Уго, решился?

— Так точно, Колдун. Город меня достал. Надо что-то менять в жизни.

— Да не переживай ты так, Призрак. Никто тебе не запретит посещать города, что мы


звери какие?

— А тогда к чему эти разговоры о привязке к лесу?

— А вот что бы думали, прежде чем принимать решение. Что бы взвешивали свои
действия и возможные последствия.

— Ну ты и… И что, никаких неприятных ощущений?

— Ну почему? Будут тебе ощущения. Дискомфорт. Чем меньше плотность жизни вокруг
тебя, тем менее приятно будет. Но ничего смертельного.

— Понимаю. Что посоветуешь по процедуре, Колдун.

— Тут все просто. Я подключу тебя к Лесу. Имей в виду, он имеет разум, но не имеет
личности. То, какие способности ты обретешь, зависит от того, насколько ты готов
открыться. Понимаешь? Наша молодежь проскакивает процедуру влет. Но им по сути и
делиться нечем. Ты же другое дело. Сложившаяся личность, характер. Чем больше ты
отдашь Лесу, тем больше он даст тебе. Понял?

— Думаю да.

— Ну тогда пошли, чего тянуть…

Глава 20
Уго присел на край купели. Мир вокруг него плыл и покачивался. Пришлось
зажмуриться. Стало чуть-чуть легче. Посидел немного с закрытыми глазами. Постепенно
перестало поташнивать и он рискнул приоткрыть глаза. Вокруг шумел дождевой лес.
Измененный прислушался к себе. Что-то в организме стало другим, но что, сразу и не
скажешь. Мужчина принялся анализировать собственные ощущения. Постепенно пришло
понимание. Исчезло, насквозь привычное чувство угрозы. Лес больше не угрожал и не
пугал возможными неприятностями.

Но и это было еще не все. Странное что-то появилось в восприятии. Словно кто-то
незримо присутствует за спиной. Он даже оглянулся. Никого разумеется, лишь Колдун
скалится в отдалении. Уго вновь сосредоточился на новом чувстве. Это было как в
детстве. Вот точно также он ощущал отца. Всегда за спиной, всегда неподалеку и
всегда готов прийти на помощь. Это было приятно, вновь ощутить мощную поддержку.

Мысленно Лопеш потянулся к этой силе и мир внезапно подернулся легкой зеленоватой
дымкой. Границы восприятия рывком расширились. Да и само восприятие окружающего
изменилось. Стало резче и многообразнее. Шум леса распался на составляющие его
звуки. А те в свою очередь легко интерпретировались. Азартный писк мартышки в
ветвях, перестук каких-то птичек, уханье филина. Вот прошуршала по дереву змейка.
Подошел Барсик, спросил беззвучно "Как ты?". "Нормально" совершенно автоматически
ответил в той же манере Призрак и оторопел.

Рядом присел Колдун.

— Ну как ощущения?

— Феерические.

— Одеваться будешь?

— А надо? — Призрак подумал и решил, что король прав. Чресла все-таки стоит
прикрыть.

Он поднялся, поддерживаемый сильной рукой, и сделал несколько шагов на пробу.


Головокружения больше не было, возвращалась ловкость и стремительность движений.
Призрак склонился над купелью, всмотрелся в собственное отражение. Странное чувство
посетило его. Это был он и не он одновременно. Многократно виденное в зеркале лицо
узнавалось по прежнему, но и изменилось изрядно. Черты словно заострились. Стали
какими-то хищными что-ли. Опасными. Впрочем результат ему понравился. Уго
выпрямился и посмотрел на товарища. Тот подмигнул.

— Пойдем домой брат. Тебе не помешает поесть. Лиз, я думаю, уже приготовила все.

— Пойдем, — кивнул Призрак и легко сорвался на бег. Внутри все пело. Он дома!

***

Уго ел и не мог наесться. Никогда с ним такого не было. Куски жареного мяса, батат
запеченый на углях, маниока, снова мясо. Все валилось словно прорву. Куда же оно
там девается, подивился он откусывая кусок плода хлебного дерева. Организм словно
строил что-то внутри, пища сразу шла в ход, пристраивалась к делу. Наконец он
почувствовал приятную усталость и сыто отвалился. Колдун покатывался со смеху глядя
на изумленное лицо товарища.

— Не волнуйся понапрасну брат. После изменения у всех так.

— Хотелось бы верить, — Призрак отпил холодной воды из деревянного стаканчика, — а


то я уже испугался, что всегда так будет.
— Все нормально, — король подмигнул, — отдыхай пока. Выдвигаться будем к вечеру.

— Куда пойдем?

— Да здесь сядем, неподалеку. Будем смотреть концерт по заявкам. Ночью нас


штурмовать придут. Деревенских мы уже отправили. Во избежание, так сказать.

— Как поняли?

— Да внимание к нам усилилось. То моторки какие-то по реке пройдут, то самолетик


пролетит. И все по-над мысом, что характерно.

— Доктор, сука…

— Похоже. Других-то деревень он не видел.

— Будем воевать? — Призрак встряхнулся.

— Зачем? Нам проще другую деревню отстроить. Так, нагадим исподтишка. И не более
того. Рано нам свою силу демонстрировать. Заодно поглядим на хваленый спецназ
"северян". Отдыхай пока, время есть…

Уго огляделся. И правда, деревня выглядела опустевшей. Лишь возле королевского


трона суетился народ. Измененные сразу бросались в глаза. Другая пластика движений,
некая отточенность что-ли. Мужчина повел взором и снова удивился. Сбоку от места
королевской власти примостилась огромная пантера. Между передних лап, сложенных
кольцом, ползал пуская пузыри принц. Алон пытался ухватить няньку за усы, та лениво
отворачивалась. Малой радостно гукал, игра ему явно нравилась. Уго мимолетно
встретился глазами с пантерой и передернулся. Наследник был под хорошей охраной.

— Лиз, — Лопеш повернулся к королеве, — а что сынок-то твой уже ползает?

— Сами поражаемся. — Королева смотрела на потуги отпрыска с умилением, — что-то


быстро он развивается…

***

Темнело в этих местах быстро. Не успел оглянуться, а уже хоть глаз выколи. Так что
ждать было нечего. Подощли на двух, крашенных в церный цвет, резиновых лодках с
подвесными моторами. Моторы рокотали тихо, почти неслышно. Командир группы
поморщился. Непонятно было, к чему такие сложности. Против местных голозадых
аборигенов можно было, по его мнению, действовать и днем. Ну что они могут
противопоставить специальной группе Управления Спецопераций. Однако приказ есть
приказ.

Проводник выскочил на берег первым и аж запрыгал от нетерпения. Вот он камандиру


активно не нравился. Почему, было совершенно непонятно. Тот охотно сотрудничал,
нарисовал по памяти план деревни, всячески старался угодить. Но что-то в его
поведении настораживало.

Группа выгрузилась следом. Лодки протащили немного на сушу и привязали к


захваченным собой колышкам. Построились и двинулись за проводником. Впрочем ушли
недалеко. То что проводник описывал, как "всегда открытый забор" преградило путь.
Забором это сооружение мог назвать лишь глубоко гражданский человек. На самом деле
это был вал, сплетенный из каких-то лиан, колючек, мангр и корней. Вал нависал над
группой и что самое смешное, сплошной. Проводник стоял с отвисшей челюстью. Толку
от него явно не было.
Командир кивнул саперу. Тот повозился возле преграды, потом подошел.

— Не пройти нам.

— Взорвать?

— Попробовать можно, но за результат не отвечаю. Оно же пустое внутри. Это не


стена.

— Сжечь?

— То же вряд-ли. Часть этих лиан живые. Запаримся жечь.

Тем не менее попытались. Сначала попробовали порубить. Мачете вал не брали. Тогда
за дело взялся сапер. Взрывы были, клочья летели, но проход сделать так и не вышло.
Гореть этот чертов вал тоже не захотел. Командир распорядился возвращаться. Однако
с этим тоже возникли проблемы. Лодки оказались располосованы на узкие ленточки. Из
воды сиротливо торчали моторы. В кустиках кто-то мерзко хихикал.

Командир почесал голову. Светало. Со своими размалеванными лицами на свету группа


выглядела совершенно по идиотски. Проводник старался не отсвечивать. Радист
развернул рацию, предстоял разговор с начальством. Как и ожидалось, разговор не
задался. Начальство изволило гневаться, топало ножками, рычало в трубку. Потом все-
таки утихло и пообещало прислать вертолет. Группа уныло принялась ждать эвакуацию.

Ждали уже второй час. На реке становилось оживленно. С проходящих мимо суденышек
группу фотографировали и снимали на видео. Некоторые предлагали подвезти, но вояки
гордо отказывались. Наконец все сроки вышли и попытались снова связаться с
начальством. То страшно удивилось и потребовало отчета, где их группу черти носят.
Командир браво отрапортовал, что они по прежнему на месте. Ожидают эвакуацию. С той
стороны микрофона удивились и пообещали выяснить. В общем вертолет пропал, как
оказалось. Командиру предложили выбираться своим ходом. "Куда?" — невинно
поинтересовался он, — "на авианосец?". Начальство потребовало не умничать и
выполнять приказ. После чего решительно отключилось.

Облегчал душу командир не долго. Всего лишь с четверть часа. Зато мат несущийся над
водой распугал не только птиц, но похоже и кайманов. После того как рев стих из
прибрежных кустов вышел невысокий индеец и предложил помощь. Говорил он на каком-то
местном пиджине, но с помощью проводника понять удалось. Из всех вариантов командир
группы выбрал наиболее нейтральный. И действительно, не прошло и десяти минут, как
к берегу подошел катер. На борту его почему-то красовался магендовид. Каким образом
в этой глуши оказались евреи было решительно непонятно. Зато эвакуация наконец-то
началась…

***

— Одного не могу понять, — Призрак проводил глазами катер израильского торгового


представительства, — куда их вертолет делся.

— Сбили, прикинь. — Его Величество самодовольно ухмылялся, — давно уже хотели


опробовать противовоздушную оборону, а тут такой случай. Думали сперва ему птичек в
турбины напихать, но пилот лихачом оказался. Шел так низко, едва деревья не цеплял.
Ну и зацепил лиану посадочной опорой. Там, — Колдун махнул рукой, — за лесом
догорает. Хочешь если, можем сходить.

Призрак покрутил головой. "Северяне" откровенно разочаровали. Так бездарно


спланировать и осуществить операцию. Это надо было постараться. Впрочем, самое
веселое ожидало оппонента впереди. Всю ночную эпопею засняли на видео и сейчас
сливали в сеть. Вот скоро визгу-то будет…
Глава 21

— Проходите Уильям, присаживайтесь — голос начальника Управления звучал радушно, но


вошедший не обманывался на свой счет. Предстояли не лучшие часы в его жизни.

— Здравия желаю, сэр.

— Наворотили вы дел, Уильям. Главное момент уж больно неудачный. Мало нам проблем
на Ближнем Востоке, в Европе и России, так еще и вы подкинули толику неприятностей.
Правда, должен отдать должное, ролик о похождениях вашего спецназа уверенно держит
топ по просмотрам. "Штурм индейской деревушки силами американского спецназа", так
кажется называется материал?

— Простите сэр, но почему это происшествие вызвало такой интерес в центральном


управлении? Операция прошла не слишком удачно, но ничего выдающегося…

— Эх Уильям. Не быть вам политиком. Чего ради вы вообще туда полезли, позвольте
спросить?

— Ну так фигурант представлялся довольно занимательной фигурой. По словам нашего


агента, имеет некие способности, могущие представлять интерес для управления.
Собственно целью операции и была попытка получить рычаги давления на фигуранта.

— А личностью фигуранта вы конечно интересоваться не стали. Вы настолько доверяете


вашему агенту?

— Ну в общем да. Образованный человек, врач. Мы завербовали его, когда


разрабатывали тамошние влиятельные кланы. Агент перспективный, умелый. А личность
фигуранта? Какой-то авантюрист, их там много. Собственно его данные мы и собирались
устанавливать в ходе операции.

— Понимаю. — Хозяин кабинета сцепил пальцы рук, опираясь локтями на стол и


разглядывал своего визави поверх кистей. Выражение его лица была странным. — Вы
продолжайте Уильям, продолжайте.

— Продолжаю. В тамошнем правительстве наметилась занятная тенденция по отношению к


местному коренному населению. Создавалась новая рабочая группа. Нам удалось
пристроить туда агента. Некоторое время он давал любопытную информацию, но потом
что-то не заладилось. Группу расформировали, у агента случились неприятности…

— И вы, с подачи вашего агента, решили перейти к силовому методу добычи информации.
Послали группу, она постучалась лбами в завал и застряла. Тогда вы решили устроить
вторую часть "Марлезонского балета". — Начальник долгое время служил в России и
нахватался там всевозможных непонятных речевых оборотов. — И десантировали группу
внутрь деревни. Получился, как говорят наши потенциальные противники "тот же хрен,
только вид сбоку". В деревне никого не оказалось, а преодолеть заграждение изнутри
ваши бравые солдаты не смогли. Я все правильно излагаю?

— Так точно, сэр.

— Ну страдающий от безделья, в ожидании эвакуации спецназ, это тема отдельного


ролика. Жители деревни заботливо оборудовали ее скрытыми камерами, так что фильм
получился выдающийся. На том троне похоже посидел каждый из них. Особенно агент ваш
усердствовал в глумлении. Глядя на его ужимки, как-то не очень верится в
образованность и умелость, вам не кажется? И по поводу фигуранта. Вот, Уильям,
ознакомьтесь. — На стол легла папка.

— Что это, сэр?

— Вы почитайте, почитайте… — Начальник отошел к кулеру в углу и принялся набирать


воду в пластиковый стакан.

— …Ефрейтор спецназа пограничной стражи Армии Обороны Израиля…

— Понимаете теперь кого вы штурмовали, Уильям? И откуда там евреи на катере?

— То есть там проходит операция МОССАД, что-ли? В нашей зоне ответственности?

— Нет. Никаких операций их разведка там не проводит. И ефрейтор, позывной Колдун


кстати, там частным порядком. И кроме того, он свою личность не скрывает особо. По
крайней мере в израильском сегменте сети ролик ходит под названием, "Как наш Колдун
уделал американских вояк". Ну и вот вам еще одна папочка на ознакомление. Это
данные на жену ефрейтора.

— Черт возьми! Элизабет Томпсон! Та самая?

— Совершенно верно. Вы посмотрите внимательно на ее фотографии годичной давности и


теперешние. Что-нибудь бросается в глаза?

— Но как, сэр? Разве такое возможно?

— Оказывается возможно. Теперь пару слов, о том, что предшествовало всей этой
бодяге. Ваш агент тайком снял на камеру миссис Томпсон во время родов. И выложил в
сеть. Под собственным именем, на минуточку. Что прекрасно характеризует его, как
"агента". Опытного и умелого по вашим словам. Король обиделся. В качестве реакции
на его обиду местные расформировали правительственную миссию, а вашего агента
отдали под суд. От суда он отвертелся с помощью своих связей и решил поквитаться с
фигурантом, вашими руками. Как вам такая подоплека событий, Уильям?

— О черт. — Подчиненный сидел обхватив голову руками. В такой интерпретации


ситуация выглядела совершенно неприглядно. Карьере конец, подумал он.

— Теперь будем думать, как разгребать всю эту кучу дерьма.

— А что, есть шансы?

— Буду откровенен с вами, дальнейшей карьеры для вас более не существует. Слишком
уж сильно вы вляпались. А вот сохранить свое нынешнее место шансы у вас есть. Как
вы думаете, Уильям, что во всей этой дурно пахнущей истории самое ценное для наших
власть имущих? Что тут есть такого, что они еще не купили и не заимели в личное
пользование? Ну же, не разочаровывайте меня.

— Миссис Томпсон.

— Верно. Кто-то научился возвращать молодость. Вы понимаете, что это означает для
наших толстосумов?

— Вы гений, сэр. — Бедняга Уильям оживал прямо на глазах.

— Только теперь никаких силовых акций пожалуйста. Подберите толкового, умного


агента. Возможно призовите кого-то из отставки. Так пожалуй даже лучше будет.
Понимаете меня?

— Так точно, сэр.

— И еще одно. Маленькая просьба. Притопите где-нибудь этого вашего доктора Варгаса.
А то он еще что-то придумает и не факт что нам снова удастся замять…

***

Дон Лукас сидел в тени хижины и вдумчиво набивал трубку. Вот уж не думал и не
гадал, что снова окажется в сельве. И что его будут уважительно именовать доном. За
последнее время он привык к обращению "мэтр". Все-таки не последний человек в
местных литературных кругах. Кое-кто из тех, кто еще не разучился читать, по
нынешним электронным временам, имя Лукаса Перейры помнит. Как-никак, классик в
некотором смысле. Причем, что особенно ценно, живой классик.

По улочке между хижин с визгом пронесся крошечный принц верхом на молодом ягуаре.
Его соломенные волосы развевались на ветру. Следом с азартными воплями промчалась
толпа ребятни. Все были голые, сытые и необычайно энергичные. Вот тоже, подумал дон
Лукас. Кому рассказать, не поверят. Лжецом назовут, фантастом. Фантастику мэтр
недолюбливал. Считал низким жанром. Недостойным его таланта. Зато теперь сидел в
этой фантастике по самые уши.

Рядом, на стену хижины, приземлился разноцветный пестрый попугай. Раскрыл свой


кривой клюв и проскрипел что-то невнятное. "Иду", дон Лукас затянулся еще разок
ароматным дымом и кряхтя поднялся на ноги. На процедуры пора. Король сразу
извинился, что с организмом мэтра придется повозиться. Возраст все-таки. А
наложением рук он к сожалению не лечит. Впрочем жаловаться было не на что.
Самочувствие улучшалось прямо на глазах.

— Как вы себя чувствуете, дон Лукас?

— Гораздо лучше, Ваше Величество. — Оба рассмеялись. Эта игра обоим не надоедала.
Король был намного моложе и сразу предложил звать его по имени или, на худой конец,
по позывному. Но синьор Перейра не согласился. Это же был первый живой монарх в его
жизни и упускать шанс ощутить себя придворным он не собирался. В отместку король
упорно звал его дон Лукас. Знал же, что тот предпочитает обращение "мэтр", но
уперся. В результате теперь, по прошествии времени это превратилось в шуточный
ритуал.

— Как вам у нас в деревне, мэтр? — Королева подошла неслышными шагами. Поставила на
землю глиняный кувшин с фруктовым соком. Сок был настолько густым, что на вид
напоминал скорее сироп.

— Прекрасно, просто прекрасно. — Дон Лукас неловко поклонился и принялся


расстегивать рубашку.

— Ну и хорошо, — король оказался рядом и положил свою руку на лоб старому писателю.
От руки по телу расходилось приятное тепло. — Думаю сегодня мы все-таки добьем вашу
язву. Ложитесь вот сюда и расслабьтесь.

Дон Лукас прилег на шелковистую траву и послушно расслабился. Он кинул мимолетный


взгляд на супругу монарха и привычно ощутил, как защемило в груди. Ее красота была
попросту невероятна. А ведь она моя ровесница, подумал мэтр засыпая. Последней,
перед забытьем мыслью было, что он все-таки на такое изменение не согласился бы.
Это уже чересчур…
Глава 22

— Вот это да! Кого я вижу, мэтр! Как ваши дела?

Дон Лукас повернулся и обнаружил Призрака. Тот радостно скалился расставив руки для
объятий. Пришлось обнимать и похлопывать по спине. Принесла же его нелегкая,
подумал мэтр. А вслух поинтересовался.

— Мне можно собирать манатки?

— Да с чего?

— Так ведь ты единственный, кто знал о том, что я связан со спецслужбами. А теперь…

— Слушай Лукас, ничего что я по простому? Мы все-таки старые знакомые. Я здесь


выполняю функции контрразведки. Король связался со мной еще в первый день твоего
появления. Так что не переживай, он знает о твоем "хобби" с самого начала.

— И ничего не предпринял?

— Слушай старина, ты как-то неправильно настроен. Мы не враги твоему начальству. То


что произошло не более чем недоразумение.

— А вертолет?

— Ну да, с вертолетом нехорошо получилось. Королю попала шлея под хвост проверить
наше ПВО. Он и проверил, ни с кем не посоветовавшись.

— В отчете вроде бы сказано, что пилот шел слишком низко и зацепился за что-то
опорой.

— Все правильно. Только не за что-то, а за лиану. А возникла она там не сама по


себе, а стараниями Колдуна. Как видишь, я откровенен с тобой.

— Это-то меня и пугает.

— Дружище, не волнуйся ты так. Я понимаю, ты привык работать против всяких партизан


и наркобаронов. Публика импульсивная и непредсказуемая. Мы все-таки другие. И
вообще, пообщайся с королем, что называется, с открытым забралом. Потом и выводы
делай. А гарантии твоей личной безопасности я даю. Не переживай ты так…

***

— Ваше Величество.

— Дон Лукас. Как ваше здоровье? — Король с утра был весел и доволен. — Хотите кофе?

— Не откажусь, спасибо. — Мэтр отметил удивленно, что рядом с королем на земле


располагается небольшой котелок с дымящимся напитком. Монарх подхватил дужку и
ловко разлил кофе по жестяным кружкам. Потом проследил удивленный взгляд
разведчика.

— Ну да. Начинаем пользоваться благами цивилизации. Пошли богатые клиенты на


лечение, появились оборотные средства. Так что у нас обширные планы.

— Какие например? — Дон Лукас отхлебнул осторожно из своей кружки и прислушался к


ощущениям. Неплохо, отметил он для себя.

— Например собираемся ставить вышку связи. Подобрали подходящий холм в сельве,


правительство согласно. Забросят нам ее по воздуху. Потом натыкаем по лесу
ретрансляторов и вы сможете связываться со своим начальством с любого места. В
наших планах обеспечить подданных современными смартфонами и возможно ноутбуками.

— А вы не боитесь?

— Чего?

— Ну как минимум бесконтрольного доступа к сети для ваших, как вы говорите


"подданных".

— Не боюсь. Видите ли, для обычных наших подданных, вся эта машинерия совершенно не
интересна. Программа направлена в первую очередь на "измененных".

— Вы так уверены в своих словах?

— Ну разумеется. Знаете ли вы, что давным давно, в России существовало объединение


художников. Они называли себя "передвижники". Устраивали выставки там и сям,
демонстрировали свои произведения. В том числе выставлялись и в деревнях. И
обнаружился любопытный факт. Простой, необразованный крестьянин попросту не
воспринимал художественное творчество. Для него, картина писаная маслом, была
просто цветовым пятном. Для восприятия деталей требовался развитый мозг,
способность к абстрактному мышлению. А тогдашний землепашец был полностью поглощен
борьбой за выживание и лишних мощностей его мозг попросту не имел.

— То есть вы, Ваше Величество, хотите сказать, что обычному аборигену все эти
новшества не нужны чисто физиологически? А ваши "измененные" тогда, чем они
отличаются?

— Им не надо бороться за выживание. Высвобождаются внутренние резервы, которые


индивидуум может пустить на другие цели.

— Но постойте! — Дон Лукас оказался ошарашен и не скрывал этого, — лес ведь тот же
самый. Та же сельва, та же река. Почему одни должны выживать, а другие нет?

— В этом и есть суть изменения. Для "измененного" окружающая среда становится


комфортной. Он разумеется может упасть, сломать ногу например. Но с их регенерацией
это совершенно не смертельно. А вот угроза со стороны леса отсутствует полностью.
Ну представьте себя у вас дома. Дом ведь тоже может рухнуть, трубу может прорвать,
проводку закоротить. Но вы себя там ощущаете защищенным, не так ли?

— Получается, что этот ваш "новый человек" будет хорошо себя чувствовать только в
лесу. А за его пределами? Не велика ли цена за комфорт?

— Тут у нас, дорогой мэтр, возникает некая терминологическая путаница. Вы, говоря
"лес", имеете в виду сельву. Я же говорю о природе в целом. О планетарной биосфере,
если угодно. Просто конкретно этот, местный лес, особенно приятен именно высокой
плотностью биомассы. В других же местах этот, как вы выразились "novus sapiens"
будет испытывать некое неудобство. Впрочем, вполне терпимое. Хотя в крупных городах
ему будет несколько неуютно. Как впрочем и в пустыне или, например, в Антарктиде.

— Допустим. — Дон Лукас надолго задумался. Потом отмер и посмотрел на короля. —


Пожалуй мы начали не с того. Нужно было задать в первую очередь другой вопрос.
Зачем все это? Чего вы добиваетесь?

— Честно? — Колдун смотрел с улыбкой. Мэтр поежился. В этой улыбке было что-то
странное. Так мог бы улыбаться поживший старик. — Я строю биологическую
цивилизацию.

— Что?! — Старый разведчик решил, что ослышался. — Но зачем?

— Как альтернативу. Человечество со своей техникой убрело, на мой взгляд, куда-то


не туда. Вы поставили во главу угла материальное благополучие. Мир денег,
чистогана. И сузили свободу индивидуального выбора. А любое ограничение выбора
ведет, в конечном счете, к стагнации. В космос уже не летают, о звездах не мечтают.
Дорого! Только на коммерческой основе. А я дам прибежище тем, кому в вашем мире
кредитов и ипотек неуютно.

— А вы не боитесь, что против вас кинут армию. Те самые владельцы кредитов и


ипотек.

— Не особенно. На земле с нами воевать невозможно. Чем оборонять родные пенаты, нам
проще уйти и отстроиться в другом месте. Кроме того, "измененным" дома вообще не
нужны. Конечно, если задаться целью, то нас можно выжечь с воздуха. Ковровыми
бомбардировками, напалмом, по вьетнамскому сценарию. Вот только вам же хуже будет,
в конечном счете.

— Поясните, почему нам будет хуже?

— Охотно. Такое понятие как "легкие планеты" вам знакомо? А где они, эти легкие
находятся? Здесь. Вся эта сельва, по сути своей, и есть эти самые легкие. Так что
уничтожив их, вы убьете сами себя. Удушьем.

— Минуточку, — дон Лукас помассировал виски, — но на планете имеются еще леса. Свет
клином на местной сельве отнюдь не сошелся.

— Леса есть. Но вы не учитываете интенсивность выделения кислорода. Сибирская и


канадская тайга? Так в зимний период практически не активна. А зимы там долгие. А
по экваториальному поясу, кто у нас есть? Африка? Так там сплошная саванна.
Индокитай? Они вырубают свои леса со страшной силой. Кто еще? Океан? Так вы, прошу
прощения за выражение, засрали его так, что… А местная сельва функционирует круглый
год, без перерывов и остановок. Уничтожьте ее и вы удивитесь тому, насколько не
уютно станет на планете.

— Загрузили вы меня, — мэтр смотрел устало. — Пожалуй надо взять тайм-аут.

— Конечно, мой друг. Нет проблем. Поговорите с умными людьми, отдохните, а там и
продолжим…

***

— Разрешите сэр?

— О, Уильям. Заходите, не стойте в дверях. Есть чем порадовать?

— Так точно сэр. Вы были правы. Я подобрал кандидатуру немолодого агента из резерва
и информация пошла рекой.

— Кто же этот результативный агент? Я его знаю?

— Думаю да. По крайней мере вы о нем наверняка слышали. Лукас Перейра.


— Как же, как же. Достойная личность. Итак?

— …Биологическая цивилизация, надо же. Неплохо пацан замахнулся. Скажите, Уильям, а


что там в результате с возвращением молодости? Меня теребят непрерывно…

— Тут все не просто, сэр. Сам по себе, этот Колдун никого не омолаживает. Это
побочный эффект процедуры "изменения". Обратите внимание на вот этот фрагмент
стенограммы.

— Ну процедура наших толстосумов не слишком интересует. Им результат интересен. В


конечном счете пусть живет в обнимку с горшком герани, или с фикусом, не
принципиально.

— Боюсь все несколько сложнее сэр. Насколько я понял, изменение проводит не друид.
Он лишь запускает процесс. А дальше все зависит от самого изменяемого. Во-первых он
должен быть лояльным "лесу". Во-вторых дать максимальный доступ к своей личности.
Раскрыться в общем. Чем больше раскрытие, тем большими возможностями одарит его
"лес".

— А если на изменение пойдет кто-то враждебно настроенный?

— Думаю, что ничем хорошим это не кончится. Скорее всего такой претендент либо
потеряет личность, либо будет уничтожен физически.

— Грустно. То есть своего друида нам не получить.

— Никак сэр.

— Так. А по поводу "легких планеты" это соответствует истине?

— Я проконсультировался у ученых, сэр. В целом они согласны. Уничтожение сельвы


аукнется человечеству весьма и весьма сильно.

— Ясно. Однако не мешало бы поискать еще специалистов. Что бы не получилось, как с


"ядерной зимой".

— А что не так с ней, сэр.

— Только то, что это фейк, Уильям. Его когда-то изобрели русские и довольно успешно
застращали весь мир.

— А на самом деле?

— На самом деле эффект будет, но весьма недолгий. Да к тому же с непредсказуемым


результатом. Вон в тысяча восемьсот семьдесят восьмом году рванул Кракатау. По
современным оценкам взрыв был эквивалентен как бы не двадцати тысячам хиросимских
бомб. Пепла в атмосферу улетело столько, что в том году, в Сибири лета не было
вообще…

— Ну вот, та самая зима, что вам не нравиться?

— Только тем, что меньше чем через год, все вернулось к норме. Еще и потеплело.
Пепел окрасил облака в темный цвет, изменилось альбедо, атмосфера разогрелась…
Короче говоря, грязь выпала осадками, и стало все как раньше. Так что и с этими
"легкими" не мешало бы все проверить.

— Я займусь этим, сэр. Что передать агенту?

— Одобрение. Прекрасная работа. И ваша и агента. Так держать, Уильям.


— Слушаюсь, сэр.

Глава 23

Неделя выдалась суетливая. Дел было много и дел странных. Сперва король вместе со
всей свитой отправился в глубь своих владений контролировать установку вышки связи.
Доставили ее тяжелым грузовым вертолетом. Потом тем же транспортом прибыли рабочие.
Всех их требовалось кормить и охранять. Место было выбрано неплохое. Довольно
высокий холм, окруженный непролазными джунглями. Сам холм, что удачно, имел
скальную основу и был практически гол. Окружили проволочным забором на всякий
случай. В целом удачно получилось.

Новоиспеченные друиды и дриады назначение странного устройства не осознавали, но


авторитет короля был слишком велик. Так что слушались и подчинялись. Потом в
столичной деревне монтировали кучу железа на столбе, вкапывали сам столб, тянули
провода от погружного генератора, закапывали их в землю. На взгляд Колдуна
получилось неплохо.

На верху довольно высокого столба уютно расположился небольшой ветряк и блок


солнечных панелей. Ниже пристроился ретранслятор. А уж еще ниже, совсем недалеко от
земли, кольцевая полочка с разъемами для подзарядки. С необычайно довольным видом
король поставил на зарядку свой спутниковый телефон и радостно ухмыльнулся.

— И что? — Призрак смотрел недоуменно, — вся эта тягомотина была только для того,
что бы ты мог свою трубку заряжать что-ли?

— Нет конечно, — чрезвычайно довольный монарх вооружился огромной кружкой с кофе и


присел в тени своего трона. — Разумеется не только.

— Поделишься?

— Почему бы и нет. Как думаешь, с нынешними измененными нам удастся создать новую
цивилизацию?

— Не совсем понял твоего вопроса. — Призрак тоже завладел горячей кружкой и присел
напротив. — По-моему ты уже ее создаешь.

— Это не так. На изменение идут достигшие совершеннолетия, но при этом молодые.


Приблизительный возраст от пятнадцати до двадцати лет. По меркам леса, это уже
взрослая публика, со сложившейся психикой. Их можно чему-то научить, но не
перевоспитать. А нам, мне нужны люди мыслящие по новому. Поэтому всерьез работать
будем со следующим поколением. Слава богу, что с этим задержек не предвидится.
Многие дриады вон уже с животиками.

— И ты собираешься использовать он-лайн технологии…

— Ну конечно. А что, прикажешь избу-читальню в каждой деревне строить? А так начнем


с чего попроще. С мультиков всяких, потом снабдим каждого смартфоном. Лиз берется
организовать уроки по удаленке. Нормально получится, не переживай.

— И что, будешь вдалбливать им в головы всю западную систему образования?


— Нет конечно. Только актуальные знания. Базу. Дальше каждый сам будет решать для
себя, что и как ему учить. На мой взгляд, самое важное, это научить их мыслить.
Желательно креативно.

— А к чему вообще такая спешка. Дай подрасти нескольким поколениям и они сами рано
или поздно придут к тому же.

— Спешка говоришь. — Колдун с удовольствием отхлебнул немного остывший напиток, — а


вот скажи мне, дружище Уго, чем всю свою историю охотнее всего занимаются люди, как
только у них появляются лишние ресурсы и время?

— Э-э, — Призрак задумался, — воюют. Вот же черт возьми…

— Абсолютно верно. Нашим друидам мы даем свободу от необходимости выживать. Скоро


появятся лишние ресурсы и что тогда?

— И ты хочешь сказать, что интеллектуально развитые менее агрессивны?

— По крайней мере они способны осознавать свою агрессивность. Как минимум я на это
надеюсь…

***

— Как вы себя чувствуете, сэр?

С кровати смотрел пожилой мужчина. Смотрел с любопытством и ожиданием. Комната в


осбняке приснопамятного дона Альваро, стараниями персонала превратилась в
комфортабельную палату. Сейчас ее занимал американский сенатор. Был он уже не
молод, но в хорошей форме. А вот с головой не факт, что все в порядке, раз решился
прибыть на лечение к скандальному "шарлатану". Сейчас он с любопытством
рассматривал "кудесника". Здоровенный загорелый парень в футболке и шортах никак не
походил на врача или, более того, на медиума.

— Странно я себя чувствую. Ваши работники пичкают меня настолько калорийной пищей,
что я по-моему прибавил в весе. Странное лечение, вы не находите?

— Это еще не лечение, сэр. Всего лишь подготовка к нему. Лечение мы начнем через
несколько минут. К счастью вы прибыли ко мне вовремя. Болезнь ваша только
начинается, а значит шансы на успех практически максимальны. Думаю, уже вечером вы
встанете на ноги. Но для этого, вам придется пережить несколько не слишком приятных
часов. Готовы?

— Скажи сынок, ничего что я так фамильярно, все-таки я постарше буду, ты врач?

— Нет. Если вас интересует моя медицинская квалификация, то я армейский


санинструктор.

— Как это ни странно, но ты меня успокоил. Я в свое время послужил в армии


достаточно, что бы понять кое-что. Лучше уж армейский санинструктор, чем
гражданский врач. Ты хоть врать не будешь. А какой армии кстати?

— Армии обороны Израиля.

— О как. То-то я смотрю… Впрочем не важно. Итак, что мы будем делать?

***

Сенатор смотрел в иллюминатор. Он возвращался домой, в Штаты. Из головы не шел этот


странный парень. Он таки сдержал обещание и вечером того дня, пациент встал на
дрожащие ноги. А уже через пару дней так и вовсе пошел без посторонней помощи.
Придя в себя, сенатор по обыкновению развил бурную деятельность. Скатал на ту
сторону реки, погостил в королевской резиденции. Поговорил с людьми. Они собственно
и не скрывали ничего. Да и что там скрывать-то…

Теперь же, в удобном кресле бизнес класса, мужчина пытался систематизировать


впечатления. Парень идеалист, это ясно. С другой стороны, он достаточно умен, что
бы не пропагандировать политических идей. Он до глубины души поразил благодарного
пациента, когда на вопрос о стоимости проведенного лечения, предложил тому самому
оценить результат. И заплатить столько, сколько он сочтет нужным. Добавив, что в
принципе можно и вовсе ничего не платить, он де не обеднеет.

Хитер, сразу отметил сенатор. Это видимо еврейские корни дают о себе знать. Не
скажешь же, что ценишь свою жизнь в ломаный грош. И даже если и попадется
паталогически жадный клиент, то просто угодит в черный список и все, пишите письма.

В общем, решил для себя чиновник, вреда от них нет. Слишком уж их мало, да и на
демократию они не замахиваются. С одной стороны паренек-то королем себя объявил, с
другой во внутренние дела своих подданных он практически не вмешивается.
Предоставляет тем возможность жить так, как им хочется. А с третьей стороны, вон
дауншифтеров все больше. А ведь с ними тоже скоро придется что-то делать, особенно
если тенденция сохранится. А тут вон, практически король для них готовый.

Так что за пацаном надо присмотреть. А то в наше время не успеешь оглянуться, и


либо ты уже под какой-то спецслужбой, либо богатей очередной закабалить пытается. А
что идеалист, пусть его. Молодой еще, неопытный. Санинструктор, хмыкнул сенатор,
надо же…

***

— О, Уильям, удачно ты зашел. Я уже собирался за тобой посылать. Есть что-то новое
по нашим друидам?

— Кое-что есть, сэр. Перво наперво они установили на своей территории вышку связи.
Мы подсуетились и тоже подпихнули туда кое-чего нашего. Так что можем теперь
отслеживать их траффик и слушать разговоры.

— Неплохо. И много удалось услышать?

— Пока ничего. Они не пользуются телефонами для связи.

— Но ведь это глупость. Зачем тратиться на достаточно дорогое оборудование, а потом


не использовать его?

— Насколько удалось понять, король работает на перспективу. Он собирается плотно


заниматься со вторым поколением измененных. А оно уже на подходе. Первые роды уже
прошли. И знаете что самое интересное, сэр?

— Ну не тяни, Уильям. Что за драматические паузы, не в театре.

— Детям рожденным в паре друид и дриада изменение не нужно. Рождается готовый


друид. Ну или дриада, если девочка. Конечно их пока слишком мало, но вам не
кажется…

Уильям замолк, так как начальник неожиданно отвлекся на работающий без звука
телевизор. Хозяин кабинета зашарил по столу, нашел пульт и прибавил звук. На экране
шло заседание сената. Пожилой сенатор громил с трибуны оппонентов, размахивая
кулаком.
— Вот тебе и раз. Начальник управления выглядел озадаченным. "Старина Уикс вернулся
с того света" — произнес он задумчиво. — А ведь его практически похоронили.

— Кхм, — кашлянул Уильям, — я просто не успел доложить. Сенатор прошел лечение у


Колдуна. Потом освидетельствовался у медиков. Вердикт однозначен, полностью здоров.
Более того, ни избыточного сахара, ни холестерина, ни атеросклероза… Бодр и
энергичен.

— Дела, — протянул начальник, — так он теперь еще и этого королька лоббировать


будет. Вы видимо не понимаете последствий, мой друг, но скажу одно. Более ни одна
операция против Друида не пройдет сенатскую комиссию. А попытайся мы сделать что-то
тайно, а потом это всплывет… Я нам не завидую. Так что отныне, только пассивное
наблюдение, Уильям.

— Но сэр, а как же…

— Только наблюдение, я сказал. Мне мое место пока еще дорого. Вам ясно?

Глава 24

Дозорная скользила по дождевому лесу. Стоял период дождей и лес полностью


оправдывал свое название. Небо было затянуто свинцовыми тучами, тугие струи воды
низвергались с небес. Мелкая живность попряталась кто куда, что бы не смыло
ненароком. А для фигуры скользившей по земле между деревьев все виделось совершенно
иначе. Водяная взвесь висела в воздухе дымкой, эдаким флером, делая воздух свежим и
пронзительно чистым. Капельки воды оседали на гладкой, коричневой коже даря чувство
чистоты и радости. Она любила это время всем сердцем.

Сейчас она двигалась на звук. Кто-то пробирался через лес. Кто-то непривычный и
неумелый. Ломился торопливо, падая и поднимаясь. Дозорная коснулась пальцем
крошечного наушника-клипсы в ухе. "Контакт" — произнесла она на привычном языке ей
языке лесного народа. Ответа ждать не стала. И так все было известно и многократно
проверено. Ее сообщение приняли, отметили на карте местоположение и ждут теперь
более подробной информации.

Ну вот, все как и ожидалось. Беглые пеоны с плантаций коки. В этот раз четверо. В
просторных домотканных рубахах и штанах, босые, они как раз перебирались через
поваленное дерево. Одежда их пропиталась влагой и липла к телам, волосы спутались.
Беглецы преодолели очередное препятствие и стояли пытаясь перевести дух, когда
молодой и звонкий голос за их спинами спросил.

— Ну и что вы забыли на землях лесного народа?

Пеоны подпрыгнули испуганно и обернулись. На тропинке стояла невысокая голая


девчонка. Впрочем не совсем голая. На предплечье левой руке имелся телефон в
пластиковом чехле, на бедре нож в ножнах. Точеная фигурка, гладкая коричневая кожа.
Волосы заплетенные в тугие, причудливые косички.

Старший мужчина расслабился. Пигалица не выглядела угрозой для четверых,


вооруженных мачете крестьян. Тем не менее отвечать что-то надо было.
— Свободу. — Старший говорил на деревенском диалекте, впрочем Дозорная владела им и
понимала без проблем, — мы больше не хотим выращивать коку за корку хлеба.

— И чем вы собираетесь заниматься у нас?

— Можем работать в поле, или на ранчо…

— У нас нет полей. И ранчо тоже нет.

— Но что-то же вы едите?

Только сейчас она обратила внимание на изможденный вид беглецов. Ввалившиеся щеки,
лихорадочно горящие глаза. Так они же голодны. Дозорная сосредоточилась. Все-таки
не зря же она лучшая в "призыве" среди своего поколения. С дерева грузно спустился
носач изрядных размеров, сгрузил на землю несколько плодов и снова полез наверх.
Самый молодой пеон гулко сглотнул.

— Ну и чего вы ждете, — девчонка смотрела насмешливо, — ешьте. Это вам. Сейчас еще
будет. Голодать в лесу, надо же. — Она звонко фыркнула. — В общем так. У нас вам
делать нечего, но пройти мы дадим. И даже через большую реку переправим. А там уже
устраивайтесь сами.

— А ты нас не проводишь? — Самый молодой проглотил кусок сочного плода и смотрел


теперь с вожделением.

— Нет. Мне придется вашей погоней заниматься.

— Какой погоней? — Лица вытянулись.

— Ну вы же не думали, что вас отпустят просто так? Ломятся вон по лесу, аж треск
стоит. Часа три им досюда. Так что доедайте и вперед, туда — девица махнула рукой
показывая направление, — там вас встретят и проводят. А я пойду отважу ваших
преследователей.

***

Старший охранник матерился сквозь зубы. Гадские пеоны выбрали самое противное время
для побега. С неба лилась потоком вода и под ногами тоже чавкала она же. Вода была
повсюду. Пропитала одежду и обувь, заплечные мешки тоже напитались влагой до края.
А главное, они никак не могли догнать беглецов. Откуда у них только силы берутся. А
догнать необходимо. Последнее время побеги участились. Дон в ярости. Если так
пойдет и дальше, скоро охране придется выходить в поле, а это уже ни в какие ворота
не лезет.

— Стоп! — Звонкий голос заставил подпрыгнуть. Прямо впереди стояла девчонка. Явно
из лесного народа. А ничего так фигурка, оценил старший. Стоит слегка расставив
ноги, уверенно и спокойно.

— Мы ищем наших рабочих. Они скорее всего заблудились в лесу. — Старший смотрел с
прищуром. Он знал какое впечатление производит на женщин и надеялся смутить эту
малолетку.

— Я их уже нашла. С ними все в порядке. А вот вам стоит вернуться туда, откуда вы
явились. — Ни черта она не смутилась. Смотрела нагло и вызывающе.

— А если мы все же пойдем дальше? — Рука старшего легла на кобуру. И упала плетью.
Из-за спины девки вышел здоровенный ягуар. Было совершенно непонятно, как он там
сзади размещался так, что его и видно-то до этого момента не было. Зверюга села
рядом с девчонкой практически сравнявшись с ней ростом.
— Достаточно? Или еще кого-нибудь позвать?

— Достаточно. — Старший попятился, — мы возвращаемся. Один вопрос, зачем вам наши


пеоны?

— Нам они не нужны. Мы даем им проход и отправляем за реку. Как они там
устраиваются, не наше дело.

— Ясно. — Старший повернулся и остальные потянулись следом. Все-таки не зря


сходили, думал предводитель. Надо будет доложить дону. В конце концов никто не
мешает отлавливать беглых на реке, а не таскаться за ними по лесу. Но кошка-то
какова. Не врали значит слухи, что иной раз команды охотников пропадали в этих
землях бесследно. Похоже, что им здорово повезло.

Дозорная сопроводила людоловов до границы своего леса. Убедилась, что они не


пытаются вернуться и коротко отчиталась. Получила одобрение своими действиями и
разрешение возвращаться на базу. Судя по некоторым характерным словечкам, она
поняла, что отвечал ей лично принц. Он одобрил ее действия. Хотелось прыгать от
радости. Вспомнила соломенную шевелюру принца и в груди сладко заныло. Самый
желанный мужчина леса. После короля конечно. Но у того есть королева и больше им
никто не нужен. А вот принц…

Эх, да любая из девчонок кинулась бы к нему, помани он только пальцем. Какие дети
бы были… Но нельзя. Умом она понимала, что дай им волю и все рожали бы только от
принца. А им нужно разнообразие. Слишком уж малочислен пока народ. Но как же
обидно, эх… Дозорная повернулась в сторону базы и сорвалась в неторопливый бег.
Мысли ее свернули на другую тропку. К королю начали приезжать люди из-за моря. На
обряд и на обучение. Сейчас, по слухам, гостит парень из какой-то Сайберии. Сбегать
что-ли в столицу, посмотреть. После патруля всегда дают выходные, вполне можно
успеть. А вдруг он на принца похож…

***

Пеонов встретили и проводили в деревню. Деревня, тоже мне, старший беглец смотрел с
презрительным снисхождением. Несколько хижин и все. Ни полей, ни магазина. Как они
тут живут, не понятно. Их накормили и велели отдыхать. Сопровождающий, совсем
молодой парень расположился рядом. Меж домов носилась ватага голых детишек. Как они
их различают, с недоумением смотрел старший.

— Как вы различаете этих мелких? — Он решил озвучить вопрос.

— А зачем их различать? — Сопровождающий удивился. — Все они дети деревни. Все


наши, зачем делить. Есть девчонки, которым нравится возиться с детьми. Вот они ими
и занимаются. О, — он обернулся в сторону опушки, — Дозорная бежит. Которая вас
нашла.

Со стороны леса показалась бегущая фигурка. Не снижая темпа Дозорная подбежала к


парню и вступила с ним в энергичный разговор. Говорили на каком-то диалекте, так
что пеоны понимали лишь отдельные слова. Потом их сопровождающий пожал плечами и
ушел. Девчонка же метнулась к домам и тут же вернулась с куском печеного мяса в
руке.

— Сама вас отведу, — сообщила она откусывая куски и мощно работая челюстями. — У
меня дела в столице образовались. Через час выходим.

— А я думал… — Молодой пеон чуть ли не слюни пускал, глядя на Дозорную.

— Даже не мечтай, — та посмотрела пренебрежительно, — мы только с "народом" спим.


От вас дети плохие получаются.

— Ну так пусть меня в тоже к вам возьмут. Я слышал, король ваш слово скажет и все,
ты уже "лесной".

— Уморил, — девица расхохоталась. — Тебе обряд не пройти.

— Почему это?

— Потому что не с королем тебе говорить придется. Он только первое слово скажет, а
дальше с лесом говорить надо. Понял?

— Как это с лесом? С деревом что-ли?

— Вот поэтому тебе обряд и не пройти. Для тебя это просто деревяшки. В лучшем
случае лес тебя попросту не будет слушать…

— А в худшем?

— На удобрения пойдешь. Лесу тоже кушать хочется. Ну как, готов рискнуть? Я могу и
сама обряд провести. Ты только пойми одно. Даже если ты каким-то чудом и пройдешь
обряд, трахаться с тобой я все равно не буду. Тебе после учиться придется, с ними —
она мотнула головой в сторону ребятни, — а я с малолетками возиться не люблю. Я же
Дозорная, а не Воспитатель.

— Злая ты. Красивая, а злая. — В глазах у молодого набухли слезы.

— Ну да. А ты как думал. С плантации сбежал, так теперь все девки твои что-ли?

Юнец стоял с пылающим лицом. Дозорная присмотрелась, похоже он так и думал. Тишину
разорвал звонкий девичий хохот.

— Ну ты и орясина. Да не обижайся, это принц наш так говорит. Не знаю что значит,
но тебе подходит. Ну что, отдохнули? Тогда пошли, направление вон на те два дерева…

***

Всякого ожидал Николай, но точно не того, что местный король прекрасно говорит по
русски. Здоровенный мужчина, загорелый до черноты, с мощными покатыми плечами.
Ручищи такие, что и пожимать боязно. Из одежды, что характерно, только цветастые
трусы бермуды до колен. А говорит так, что заслушаться можно. С удивлением Николай
понял, что словарный запас у короля побольше чем у него, природного русака.

— Так-то Коля, — король неторопливо шагал по лесу, — если ты, как говоришь
потомственный сибиряк и всю жизнь в лесу прожил, то шансы у тебя есть. Неплохие
шансы.

Николай поражался. Дождь лил как из ведра, а этому типу хоть бы что. Идет себе и
словно не замечает разверзшихся хлябей небесных. Сам-то он в плащ-палатке, а все
равно неуютно. Тем временем зашли в лес, стало полегче. Внезапно собеседник
остановился у огромного толстого дерева. Часть корней лесного исполина лежали на
земле, сплетаясь в нечто вроде гигантской купели.

— Ну вот, — король повел рукой, — это и есть то самое место. Позволь дать тебе
совет. Ты будешь говорить с лесом. Не запирайся и не закрывайся. Если лес признает
тебя за своего, он захочет с тобой познакомится. Чем более ты будешь открыт, тем
больше он возьмет у тебя и тем больше даст взамен. Понимаешь?

Николай сосредоточенно кивнул. Сбывалась его мечта. Его била дрожь, но он пытался
держать себя в руках.

— Готов? Не передумал? — Друид смотрел испытующе. — Тогда раздевайся и ложись. И


удачи тебе парень!

Глава 25

Колдун с тревогой смотрел на купель. Обряд в этот раз затянулся. Тело парня, под
тонкой пленкой прозрачной воды было неподвижно, только лицо оставшееся над
поверхностью слегка двигалось в такт дыханию. Зато световых эффектов было много.
Зеленое сияние пульсировало в каком-то рваном режиме. То сходя на нет, то внезапно
усиливаясь до изумрудного цвета. Подошедший принц смотрел на это действо отвесив
челюсть. Появился Призрак и тоже застыл соляной статуей. Зато Лиз развила бурную
деятельность. Прямо возле купели, она и несколько дриад разложили еду, принесли
котелок горячего какао, заботливо прикрытый от дождя. И тоже принялись с тревогой
наблюдать за странным действом.

Наконец, по прошествии как бы не часа, сияние потухло и фигура в воде пошевелилась.


Уго и Алон метнулись к дереву и в четыре руки помогли новорожденному друиду
выбраться наружу. Тот сидел с закрытыми глазами, лишь мотал головой словно в
недоумении. Лиз поднесла кружку с какао. Стоило парню ощутить запах, как он гулко
сглотнул и открыл глаза. Потом несколько минут пил. Опростал в пару глотков
армейскую кружку и ему тут же налили еще.

— Посмотри на него, — предложил Колдун Уго. — Да не так, "лесным взором".

— Вот блин! — Призрак непроизвольно прикрыл глаза рукой, — да он же сияет, как


звезда.

— На что похоже?

— На тебя. Хотя пожалуй по сравнению с тобой послабже немного будет. На Алона


сильно похоже.

— Ты только учитывай, — король поднял палец, — что принц прирожденный, а Коля


сотворенный друид. Великой силы муж будет.

"Великой силы муж" тем временем торопливо насыщался. Рвал зубами мясо, хрустел
овощами, запивал какао. Ему только подтаскивали. Дело было насквозь знакомое,
обряд. После него всегда так. Наконец новорожденный наелся и сыто вздохнул. Потом
заметил свою наготу, застеснялся, потащил к себе штаны. Встал и понял, что в общем-
то больше одевать на себя что-то нет ни малейшего желания. Еще совсем недавно
мерзкая погода с проливным дождем, воспринималась теперь совсем по другому. Под
деревьями, повсюду висела легкая водяная взвесь. Она приятно охлаждала и щекотала
кожу. Парень встал.

Колдун присвистнул даже. Здоров был Николай. Хотя и иначе, не так как они,
королевское семейство. Необычайно широкая кость, мощные плечи и руки. У него не
было ярко выраженной мускулатуры короля или гибкости принца. Зато от всей фигуры
веяло какой-то необузданной, первобытной мощью.

— Хорош, — одобрил Колдун закончив разглядывать нового друида. — Как тебя в армии
звали?

— Бык, — смущенно улыбнулся парень, — это от фамилии. Быковы мы.

— А что, подходит. — Король покивал. — Ну что же, Бык, пойдем поговорим…

***

— Господин Генерал, — в кабинет просунулся секретарь.

— Что там у тебя Вадим, показывай. — Генерал поднял голову от бумаг.

— Вот, по теме, которую вы просили отслеживать. — На стол легли листы распечаток. —


У них там своя сеть завелась. Местные девчонки нового адепта обсуждают. Я подумал,
что вам будет интересно.

— Так, так — хозяин кабинета зашуршал бумагой, — ага, занятно. Слушай, что-то он на
индейца не похож совсем.

— Правильно. Он наш.

— В каком смысле наш?

— Ну русский. Россиянин. Я проверил данные на него. Николай Быков. Родился в селе


Усть-Луга, Красноярский край. Сын лесника. После школы окончил местный лесной
техникум. Потом армия, разведвзвод при ракетном дивизионе. А сейчас вдруг там…

— И что ты думаешь?

— Думаю вернется он. Здешние леса ему все-таки ближе, роднее что-ли. Что ему там на
Амазонке делать.

— Занятно, — генерал сложил руки на животе и задумался. Заманчиво, очень заманчиво.


Свой ручной друид. Проблема только в том, что про них толком ничего не известно.
Слухи ходят самые дикие, но способности, возможности, все это тайна за семью
печатями. А вдруг ерепениться начнет? Впрочем и не таких обламывали. Нет,
однозначно нельзя упускать такой шанс. — Значит так, — хозяин кабинета отмер, —
отслеживайте рейсы. С тех мест их не так много. Прилетит, позовите на беседу.
Начнем мягко, а там посмотрим на поведение.

— Ясно, — секретарь кивнул, — я займусь.

***

— Пойми, Бык, рано тебе сейчас возвращаться. — Король смотрел с сочувствием, но


твердо, — ты пока только личинка друида. Сильная, не спорю. Но совершенно неумелая.
Ни призывом не владеешь, ни фауной. Я уже про флору молчу. Смотри — Из земли
выметнулся древесный корень и обвился вокруг ноги парня. — Видал? Так что не спеши.
Насильно мы тебя удерживать не будем, но и отдавать тебя в руки какой-нибудь
спецслужбы нам тоже не интересно. А так и будет, если ты за себя постоять не
научишься.

— И долго мне учиться?

— Думаю полугода хватит. А там я тебе деньжат подкину и полетишь основывать новое
царство.

— А я думал герцогство, под вашей рукой.


— Нет уж, спасибо. Властелином мира я становиться не желаю. Дружественное
королевство меня вполне устроит. И еще одно. Девчонки наши на тебя заглядываются.
Ты это, не динамь их, ладно?

— Э-э…

— Да нет, — Колдун рассмеялся, — не собираюсь я тебя женить. Но нам требуется


генетическое разнообразие. Я из-за этого не разрешаю рожать от принца. Парочки
детишек вполне достаточно. А вот новая струя будет нам очень кстати. Да не красней
ты так. Королем станешь, тоже будешь такие вопросы решать. Ну что, договорились?
Вот и славно.

***

— Батя, — принц смотрел исподлобья, с вызовом. — Бык отучится, я вместе с ним уйду.

— Эх, — Игаль сморщился, — ладно, понимаю. Пришло время. Матери уже сказал?

— Еще нет, сперва с тобой поговорить хотел.

— Понимаю. Что планируешь?

— Сначала Быка подстрахую. Не верю я, что там все тихо будет. Девчонки страничку
создали в местной сети, обсуждали там его. Наверняка уже кому надо, все знают.
Потом думаю сибирские леса посмотреть и на юга двинусь. Хочу попробовать в
Индокитае осесть. Тамошние леса тоже дождевые. Так что хорошее царство должно
получиться.

— Согласен. Места перспективные. И на здешние весьма похожие. Если выйдет как надо,
то глядишь еще и обмен подданными устроим. Для расширения, так сказать, видового
разнообразия. Ладно, мое одобрение у тебя есть. Теперь пойдем с матерью поговорим.
Посмотрим, как она отреагирует…

***

Новый начальник управления деятельно обустраивался в кабинете. Переставил стулья,


отодвинул подальше большой монитор. Зато клавиатуру придвинул. "Это конец вашей
карьеры, Уильям" передразнил он кого-то. Хрен тебе по всей морде. Это твоя карьера
кончилась, а моя-то еще ого-го как пойдет. Потому что уметь надо. Помимо
оперативного чутья надо еще кое-что знать. А уж с этим-то у него никогда проблем не
было. Инстинкт однако. Где прогнуться, кого лизнуть и главное где лизнуть. Это вам
не фигурки на глобальной карте двигать, тут думать надо.

Новый начальник развалился в кресле. А удобное, между прочим. Так, а что у нас на
Амазонке происходит? Со времен того своего провала, он тщательно отслеживал все,
так или иначе связанное с друидами. Хобби у него такое образовалось.

Интересно, смотри-ка, они уже и социальной сетью обзавелись. Это хорошо, оттуда
много интересного выкопать можно. Ух ты, какой типаж. Вот это буйвол. Парняга прямо
героических габаритов. А пишут что? О как, сибиряк. Прошел обряд, сейчас обучается
у короля. Занятно.

— Джоан, — он прижал кнопку селектора, — кто там у нас Южной Америкой занимается?

— Джим Холл, директор. — Ответ секретарши прозвучал без задержки.

— Пригласи его ко мне, будь добра.

— Слушаюсь.
Этого парня надо в темпе прояснить. Он не тамошний, стало быть велика вероятность,
что не задержится на Амазонке. То есть друиды пошли вширь. А значит есть
возможность для оперативной игры. Там-то их не тронешь. Больно уж лобби у них
мощное. Этот гад, король ихний, почитай половину американского правительства
перелечил.

— Здравствуйте Джим. — Директор не поленился выйти из-за стола. Пожал руку


посетителю и предложил присаживаться. — Надо выяснить все об этом человеке.

— Сделаем, — Холл, тощий мужчина с пронзительными глазами, придвинул к себе листы


распечатки и пробежал их взглядом, — думаете, не усидит он там, сэр?

— Именно. И у нас тогда появится пространство для маневра.

— Думаю, русское ФСБ тоже присоединится к веселью.

— Значит будем действовать, как в старые, добрые времена. Пока на вас, Джим,
предварительная проработка операции и планирование. В первую очередь надо
разобраться с фигурантами и со сроками. Дело на моем личном контроле. Можете
обращаться в любое время. Удачи.

— Слушаюсь сэр.

***

— И-и-и! — С пронзительным воплем сверху из ветвей метнулось стремительное тело. Но


тут же оказалось подхвачено сильными руками и прижато к груди. Дозорная млела
прижимаясь к широкой груди. Парень оглянулся, сесть было решительно не на что. А
устраиваться на влажной траве не хотелось. Он сосредоточился, через лоб пролегла
морщинка. Из влажной земли выпростались два корня и сплелись во что-то наподобие
кресла. Бык сел и пристроил девчонку на себе на колено. Какие они тут все-таки
миниатюрные, в очередной раз подивился сибиряк.

А еще одно, к чему он так и не смог привыкнуть, так это отсутствие личных имен. То
есть в "лесном зрении" все идентифицировались однозначно, не ошибешься. А вслух
звали по роду занятий. Вот его любимая, например, Дозорная. А были и Воспитатели и
Охотники и даже Садовники. В садовники шли те, кто любил с растениями возиться.
Работали они под личным присмотром королевы и результаты выдавали фантастические.

— Когда уходишь? — Дозорная подняла голову и посмотрела прямо в глаза.

— Через два дня. Я…

— Не говори ничего. Я же понимаю, так надо. Потом, когда нас будет больше, будем в
гости друг к другу ездить. А пока, что же… Но ты помни, здесь тебя любят. Не скучай
там один.

— Ну попервости-то я не заскучаю. Все-таки со мной принц едет. На пару-то всяко


повеселее будет.

— Принц уходит?!

— Ну да. Говорит, тоже будет место под новое царство искать.

— Вот это новость! А из девчонок и не знает никто. Вот они удивятся. Поцелуй меня.

— Охотно.
***

— Сказала ему? — Королева смотрела грустно и участливо.

— Нет. Зачем ему зря себе голову забивать накануне отъезда. Потом как-нибудь, при
случае.

— Ну и правильно. Взрослеешь дозорная. Мудрость появилась. Надо будет тебе другую


работу подыскать. С пузом-то по лесу не побегаешь. Может ко мне, в садовники?

— Наверное. По крайней мере попробовать надо. Да и интерес к этому у меня всегда


был.

— Ну значит так и решим. Пойду Призрака обрадую…

Глава 26

Два молодых человека сошли с трапа самолета в аэропорту Шереметьево два. Летели они
бизнесс классом, багаж не сдавали, так что пограничные рогатки преодолели
мгновенно. Один был повыше, гибкий, с яркой шевелюрой пшеничного цвета. Второй
какой-то квадратный, из таких что в народе называют восемь на семь. У этого были
обычные русые волосы. Одежда у обоих не бросалась в глаза, выделялись разве что
тяжелые армейские ботинки, да небольшие рюкзачки за спинами у обоих. Пройдя по
коридору для VIP персон они вышли на балкон опоясывающий общий зал. Квадратный
двинулся было к эскалаторам, но высокий его придержал. Несколько минут он стоял с
закрытыми глазами к чему-то прислушиваясь, потом пожал плечами и открыв глаза
произнес.

— Похоже никого. — Улыбнулся и посмотрел на товарища, — ну что, действуем по плану?

— Блин, как подумаю, сколько бабла выкинули за тот апартамент, сердце кровью
обливается, — квадратный проговорил с досадой и подтвердил, — по плану.

На стоянке такси квадратный во всеуслышание поинтересовался, не хочет ли кто-то из


водил капитально заработать. Пошуршал пачкой долларов и вскоре оба загрузились в
канареечного цвета такси. Высокий сделал вид, что не заметил, как их водитель
перемигнулся с коллегами. Расположился на заднем сидении, уступив переднее место
товарищу. Закрыл глаза и казалось, задремал.

Ехали в сторону Ярославля. Водитель, чернявый мужчина восточной наружности, пытался


завязать разговор, но сидевший впереди квадратный отвечал односложно и беседа
заглохла не начавшись. Потом задний пассажир сказал что-то на непонятном языке,
передний кивнул и снова стало тихо. Неожиданно водитель сбросил скорость.

— Отлить надо, — объяснил он свои действия. Пассажир пожал плечами и посмотрел в


боковое зеркало. Сзади их догоняло еще одно такси. Он еще раз пожал плечами и
приготовился…

***

— Докладывайте.
— Э-э, — один из сидящих за столом замялся, подыскивая слова.

— Обосрались? — Хозяин кабинета смотрел из под насупленных бровей, — мельчают


кадры.

— Товарищ генерал! — Старший группы смотрел обреченно, — но кто же мог


предположить, что шикарный номер в Ритце будет отвлекающим маневром?

— Во первых, господин генерал, для "товарища" ты пока рылом не вышел. Во вторых, а


думать за вас кто будет? Рассказывайте, что удалось узнать.

— Мы же подавали вам план операции на утверждение. Вы одобрили… — Прорезался еще


один из сидящих за столом для совещаний офицеров.

— Понятно, — хозяин кабинета вздохнул, — никакого уважения к старшему по званию.


Хорошо, вы правы, я тоже обгадился, за компанию. Легче стало? Итак?

— Ну, — слово взял старший, — когда стало ясно, что ждать в гостинице бессмысленно,
мы принялись проверять камеры в аэропорту и сразу выяснилась любопытная деталь.
Фигурантов двое. — По рукам пошли фотографии. — Спутник Быкова, Алон Охана,
израильтянин…

— Да какой там израильтянин, — генерал рассматривал фотографию, — принц это, сын


Колдуна. Дальше…

— Дальше они засветились на камерах на стоянке такси. Отчалили в сторону Ярославля.


Следом сразу ушло еще одно такси с тремя мужчинами.

— Гоп-стоп?

— Так точно. Вот только гоп-стоп у них не вышел. Фигуранты положили всех. Связали и
бросили в придорожной канаве. Туда же скатили одну из машин, а сами продолжили путь
на второй. Фора у них получилась почти в четыре часа. Машину обнаружили в Ярославле
у вокзала. Эта бойкая парочка взяла билеты на поезд до Вологды.

— Зачем они интересно на север-то двинулись? — Генерал почесал голову. Потом прижал
кнопку селектора, — Вадим, будь добр, организуй нам чайку. Похоже мы тут надолго
застряли.

— Надо бы, хоть вчерне их цели себе представлять, — старший говорил раздумчиво, с
паузами. — Быков сибиряк, может двинуться в родные места на перекладных. А вот что
этот принц у нас забыл… — он развел руками.

Появился секретарь с огромным подносом. Не слышно ступая он быстро расставил чашки


и сахарницу. Потом в два захода притащил здоровенный электрический самовар и
заварочный чайник. Выставил на стол плетенки с сушками и печеньем, после чего
удалился, сочувственно посмотрев на офицеров.

— Когда их поезд в Вологду приходит? — Генерал наполнил чашку кипятком и сейчас


сосредоточенно дул в нее, вытянув губы дудочкой.

— Через два часа. Там уже ждут местные товарищи. С поездом связывались, пассажиры
на месте. — Старший группы захрустел сушкой.

— Что-то не вяжется. — Хозяин кабинета почесал лысину, — красиво ушли от нас в


Москве и теперь тупо сидят в поезде?

— Тов… Господин генерал, — один из офицеров привстал со своего места, — я чего


понять не могу. На что они рассчитывают? Пусть календарное лето начнется через две
недели, но у нас все-таки не Амазонка ни разу. Да они еще на север поперлись. А там
еще кое-где снег лежит. На что они надеются?

— Эх милай! — Начальник смотрел с каким-то едким сарказмом, — вот именно это мы и


хотели выяснить. Да вот беда, не хотят они с нами делиться, бегают понимаешь, что
твои зайцы. Значит так, — генерал посерьезнел, — не будет их в поезде. Готов
поставить на кон свою фуражку. Пусть тамошние дождутся поезда, осмотрят купе, с
проводницей поговорят. А вы пока мне Ярославль проверьте. Интересно, они сразу на
вокзал поехали, или останавливались где? И записи с тамошних камер поищите…

— Записи у нас есть. — Старший группы достал флешку, — но там нет ничего
интересного.

— Ну-ка, ну-ка, — генерал впился в экран монитора, — ну вот, а говорите ничего


интересного.

— Что вы увидели, господин генерал?

— На рюкзаки их внимание обратите. Какие маленькие были в аэропорту и какие


здоровые сейчас…

— Затарились значит?

— Именно. Ладно, выясним где они сошли, можно будет приблизительный трек
просчитать. За дело господа офицеры, за дело.

***

— Так вы говорите, Джим, что по словам вашего источника… — Директор снова


захохотал. Смеялся он заливисто, с каким-то даже повизгиванием. — Прошу прощения.
Никак не мог удержаться. Просто этот трюк, он же древний, как дерьмо мамонта. И
знаменитое ФСБ купилось. Мельчают кадры. Интересно, кто это "сибиряка" надоумил?

— А это и не его идея. Это его спутник, скорее всего.

— Спутник? Так он что не один?

— Так точно. Вот, посмотрите сами, — помощник передал директору фотографии. Тот
сразу посерьезнел и подобрался.

— А знаете Джим, вот это очень интересно. Это же принц, сын короля с Амазонки. Как
вы думаете, что он-то забыл в Сибири?

— Транзит?

— Вы знаете, а ведь похоже. В Сибири будет свой друид, на Амазонке место занято,
куда он по вашему направится? В поисках своего царства?

— Интересный вопрос. — Джим Холл задумался. — Раз уж он оказался в России, и если


мы предполагаем, что это промежуточная часть маршрута… — мужчина подошел к карте
мира и принялся ее разглядывать. — Знаете шеф, он пойдет на юг. Но! Чисто к югу от
России Кавказ, это слишком мелко, приличных лесов там нет. Южнее Урала, степи и
пустыни. А вот через Дальний Восток можно попасть в интересные для него места.
Всякие там Бирмы и Лаосы, — палец опускался все ниже по карте. Наконец остановился.
— Вот, думаю это цель путешествия.

— Калимантан, — хозяин кабинета встал рядом, — очень может быть. Тоже дождевой лес,
природа во многом похожа на родину принца. А вот местные жители, эти, как их там,
даяки. Они ведь и так уже практически те же друиды. А если принц их еще и обучит…
Вот что Джим. Давайте-ка сядем и попытаемся продумать плюсы и минусы ситуации.

— А что по "сибиряку"?

— А что мы там можем сделать? Пока он себя не проявит, ничего. Будем ждать. Так как
искать друида на сибирских просторах занятие явно бессмысленное.

— В ФСБ так не считают.

— Ну вот пусть они и пробуют. А мы подождем сведений от вашего источника.

***

До Вологды друиды ехать не собирались. Бык рассказал проводнице слезливую историю


бегства от злых кредиторов, подкрепил просьбу не выдавать из стодолларовой купюрой
и оба соскочили с поезда при первой же возможности. Все были довольны состоявшейся
сделкой. Друзья путали след, а проводница еще и получила в свое распоряжение целое
купе.

Городишко оказался несерьезным, на название даже не стали обращать внимания.


Пересекли его за час и углубились в лес. Было еще прохладно, но кое где уже
проглядывали зеленые листочки. Принцу все было в новинку, разница с родной
Амазонкой оказалась огромной. Зато Бык чувствовал себя вернувшимся домой из долгих
странствий путником. Он с наслаждением вдыхал лесной воздух и явно наслаждался
природой.

Через час хода выбрались на небольшую полянку. Николай приметил изрядных размеров
дуб и направился к нему, на ходу сбрасывая рюкзак. Затариться удалось в Ярославле.
Хоть и брали самое необходимое, рюкзаки получились увесистые. Бык уперся ладонями в
ствол, прижался к коре лбом. Сосредоточился, открылся так, как делал это в Южной
Америке. Лес словно принюхивался к нему. Очень уж давно не появлялось тут никого
похожего.

Принц наблюдал за своим напарником с края поляны. Он уже обревизовал свои


возможности и не собирался мешать другу. В принципе все было неплохо. Призыв
работал, и живность местную он ощущал. Пусть не так полно, как дома, ну так и Алон
здесь гостях.

Тем временем дела у напарника пошли на лад. Лес проснулся-таки, признал хозяина и
теперь шумел, здороваясь. Прилетел филин, поухал приветственно и по красивой дуге
усвистел куда-то в заросли. Из травы выбрался ежик, на плечо приземлилась сойка.
Бык улыбался. Признали его.

Глава 27

Две стремительные тени мчались по лесу. Бык порадовался тому, что в Ярославле они
не поскупились и купили рюкзаки с поперечными ремнями. Теперь груз по крайней мере
не бил по спине. Он еще прибавил ходу. Принц не отставал. Не снижая темпа Николай
попытался открыться и неожиданно это получилось. Набегающие стволы и листва слились
в сплошную, смазанную полосу. В голове билась лишь точка назначения. И восторг от
слияния с лесом. Потом неожиданно все кончилось. Парни попадали в траву.
— Что это было? — Принц дышал как запаленная лошадь.

— Я думал, ты мне скажешь. — Бык сбросил рюкзак и сел по-турецки.

— Со мной никогда такого не было. — Алон достал из рюкзака планшет и принялся


подключать его к трубке сотового телефона, — Надо бы понять где мы. Ну же и ни
хрена себе!

— Что там?

— Урал. — Парни с оторопью посмотрели друг на друга. — Вот что дружище, давай
вспоминай, как ты это все учудил…

***

— Уго! — Король заорал и замахал рукой подзывая соратника. Тот примчался на зов.

— Что случилось?

— Пацаны наши случились. Знаешь что они откололи?

— Надеюсь ничего плохого? — Призрак смотрел с тревогой.

Король пересказал свой разговор с сыном. Уго сел прямо там где стоял. Вид у него
был совершенно обалделый. Рядом присел Колдун. Помолчали, усваивая новость.

— Так это что? — Верный клеврет смотрел огромными глазами, — "лесные тропы"?

— Похоже на то. Правда и различия есть. В легендах просто вошел и вышел уже в
другом месте. А тут им пришлось сперва разогнаться как следует. Потом Бык
"потянулся" к лесу, тот "ответил" и через миг они, как бы не в тысяче километров.

— Надо пробовать. Сам понимаешь, штука архинужная. — Призрак задумался, — я


привлеку дозорных. Народ быстрый, будем пробовать. Это же какие перспективы. А
главное, почему нам самим не пришло такое в голову, а?

— Нужды не было, вот и не пришло. Ладно, ты обдумай план упражнений, а я пойду Лиз
обрадую. Возможно и не придется годами по сыну скучать. Ух, какие возможности
открываются. Голова кругом…

***

— Нету.

— Чего "нету". Вы как докладываете вообще! Вы офицер, или где?! — Генерал покраснел
и уже попросту орал на подчиненного. Тот стоял ни жив, ни мертв. — Докладывайте как
положено, майор.

— Докладываю, — старший оперативной группы собрался, — место, где фигуранты сошли с


поезда мы определили. Точкой назначения взяли родные места Быкова. Но прямой трек
упирался в Уральский хребет. Мы предположили, что они будут огибать его с севера,
так как на юге с лесами уже не слишком хорошо. Определили районы поиска. Фигурантов
в указанных районах нет.

— Как искали? — Генерал успокоился, но смотрел по-прежнему зло.

— Весь комплекс оперативно-разыскных мероприятий. Агентура молчит, вертолеты с


тепловыми сенсорами ничего не нашли. В темную привлекли "Лизу Алерт", наплели им…
Тоже ничего. Пытались привлекать даже розыскные подразделения ГУИН МВД. Ничего. Нет
их там.

— Или мы их не видим. — Генерал скорчился в кресле. Выглядел он потухшим и старым.


— Ну что же майор, я все понял. Пойду докладывать наверх. Готовьтесь знакомиться с
новым начальником…

— А вы, товарищ генерал?

— А я скорее всего на пенсию. Это была моя идея, я убедил начальство в


целесообразности операции, я получил добро на ее проведение и я же и обгадился. Мне
и отвечать. Все майор, свободны.

— Есть.

***

— Ну вот, располагайся, — Бык с трудом отворил дверь крошечной избушки.

— Это что вообще, — принц с любопытством озирался.

— Батя тут когда-то лесничим работал. Потом лесничество упразднили, отец помер, а
зимовье все еще стоит. На двоих места хватит, если что.

— Да ну, — напарник бросил рюкзак внутрь и пошел вниз, к реке. — Снаружи-то куда
как приятнее.

— Так я же и не против. Просто вдруг дождь или еще какая непогода… — Николай присел
у пятна старого кострища и блаженно расслабился.

— Зацени, — принц вернулся с двумя рыбинами, которые он тащил за жабры, — это что
за живность?

— Хариус похоже. Бросай сюда, сейчас уху варить будем. Я там чабрец видел
неподалеку, и крупа у нас есть…

— Не припрутся сюда служивые, как думаешь? Все-таки места тебе знакомые, могут и
вычислить.

— Да а хоть бы и приперлись. Замаются ловить по всей тайге, с нашими-то теперешними


умениями.

— Это да, — Алон улыбнулся, — лихо мы график опередили. Думали, что будем сюда два
месяца добираться, а вместо этого за три дня управились. Я поживу тут у тебя
недельку, не против?

— Да живи сколько хочешь. О глянь-ка, кто к нам пожаловал.

Принц поднял голову. На ветке ближайшего дерева обнаружилась рысь. Он сразу отметил
различия со знакомыми ему кошками. Мощные, широкие лапы, кисточки на ушах.
Прелесть, просто прелесть. Рысь широко зевнула, показывая внушительные клыки и
одним, тягучим движением спрыгнула на землю. Постояла рассматривая друидов и пошла
знакомиться.

Рыжей красотке отдали одну рыбину. Кошка ела аккуратно, не торопясь. Потом
повалилась на бок и принялась блаженно жмурится. Принц сидел рядом и чесал ее за
ушами.

— Слушай, какая красотка, а? — Он повернул голову к товарищу. — Хочу ее себе в


"призыв".
— Ну и зачем же дело стало, — Бык развел костер и сейчас пристраивал котелок с
водой, — уж попозировать-то она явно не откажется. Но вообще-то здесь много
интересной фауны. Так что готовься, скоро будешь решать, кого исключать из твоего
сонма.

— Да ладно, — принц не поверил, — кто например?

— Про росомаху слыхал? Придет знакомиться, посмотришь. Там такие зубы, твой ягуар
от зависти помрет. И кстати, — сибиряк прислушался склонив голову, — у нас гость.
Сейчас и вторую рыбу отдать придется.

— Кто там?

— Хозяин пожаловал…

— Товарищ генерал, с возвращением!

— Вольно майор. Что нового случилось пока меня не было?

— А вы к нам насовсем?

— Пока насовсем, а там видно будет. Смотря как дела пойдут. Так что нового?

— Новости есть. Фигуранты объявились. В родных местах Быкова. Там, где отец его
когда-то лесничим работал. Вот здесь, — старший ткнул пальцем в карту.

— Это сколько же кэмэ от Ярославля?

— Где-то две тысячи.

— А добрались они туда?

— Три или четыре дня.

— Занятно. — Генерал откинулся в кресле и задумался. Потом обратил внимание на по-


прежнему стоявшего подчиненного, — да ты садись, думать будем. Как их обнаружили-
то?

— Со спутника. Подали заявку на сканирование района в тепловом режиме. Ну и


получили сигнатуры прямо в предполагаемом месте. Только знаете, товарищ генерал, их
там много, тепловых сигнатур.

— То есть? Что значит много?

— Похоже живность у них там гостит. Медведя опознали точно, еще мелочь какая-то, с
орбиты не разберешь.

Генерал выбрался из кресла и принялся задумчиво расхаживать по кабинету. Махнул


рукой подчиненному, сиди мол. Описал пару кругов, дошел до двери, просунулся
наружу. Попросил секретаря сделать им чаю и снова закружил по ковру. Остановился у
окна и некоторое время смотрел наружу, на город. Тем временем на столе появился
давешний самовар и чашки. Пожилой мужчина в генеральском мундире присел напротив
своего офицера. Начальственное кресло он проигнорировал. Сосредоточенно налил чай в
две чашки и наконец заговорил.

— Нам нужен контакт с друидом. Срочно и до зарезу. Давить нельзя. Ударится в бега и
лови его по всей тайге. А мобильность свою они нам продемонстрировали наглядно.
Значит нужен кто-то из наших, но не боевик, а скорее дипломат. Что думаешь?
— Может бабу им отправить? Вон у аналитиков есть, старший лейтенант Решетникова.
Такая, я скажу вам, цыпочка. А там все-таки два молодых мужика…

— Бабу, — генерал задумался, — нет, не сейчас. Она же начнет на них свои женские
штучки пробовать. На автомате. И что получится? А ну не сумеет очаровать? Нет, это
возможно потом. Сейчас нам нужен мужчина. Спокойный, немолодой, уверенно
чувствующий себя в лесу. Не склонный к рефлексии, думающий. Что скажешь?

— Думаю. Самому пойти что-ли. Я же деревенский, если что.

— А справишься? На них давить нельзя, понимаешь? Нам друид в союзниках нужен, а не


во врагах. Так что, если вдруг пойдет не так, лучше отступи. Потом еще попробуем.
Что еще? Оружие не бери. Может только нож. Ствол тебе все равно не поможет.

— Почему?

— А вон у таксистов этих, мафиозо недоделанных были стволы. Помогло им? Причем
фигуранты их стволы не забрали, оставили на месте. Они и так достаточно сильны. А
тебе ствол лишней уверенности придаст. Ненужной уверенности. Начнешь давить
ненароком, выпендриваться. А нам этого не надо. Нам контакт нужен, желательно
дружеский, ну или хотя бы доверительный.

— Товарищ генерал, вопрос можно? — Майор дождался кивка и спросил, — а зачем все
это? Ну какова конечная цель? Должен же я понимать, к чему стремиться.

— Так, — хозяин кабинета смотрел на него некоторое время не мигая. Потом


встрепенулся, — ладно, дам тебе почитать кое-что. Расписку о неразглашении не беру,
но сам понимать должен… — Майор истово закивал. — Вот ознакомься.

Пока подчиненный читал генерал вдумчиво пил чай с сухариками. Макал каждый в чашку,
ждал пока тот потемнеет и с удовольствием обсасывал душистую, ванильную мякоть.
Наконец майор отложил листки и задумался, уставившись в пространство.

— Понял теперь, о чем сыр бор? — Начальник смотрел с сочувствием, — у вероятного


противника правительство тоже пожилое. И вот обнаружилась закономерность. Как кто
из них заболеет вдруг, то пропадает на пару месяцев, а потом возвращается живее
всех живых. Не молодеют, что характерно, но и помирать не спешат. Наша разведка
порылась там и всплыл Колдун. Царек этот амазонский. И что интересно, сам он к
пациентам не ездит. Только они к нему. Смекаешь?

— Лес ему нужен?

— Очень похоже. А теперь прикинь, наши-то управители тоже не мальчики. Но и в гроб


им неохота. Однако на Амазонку ехать не с руки. Там противник все контролирует. А
тут вроде бы свой такой же появился. Понимаешь теперь? Отработаешь как надо,
взлетишь так, как и не мечтал. Провалишь, ну извини… Так что, берешься?

— Эм, — майор опростал чашку одним глотком, не заметив ни вкуса, ни температуры.


Посидел глядя перед собой, потом поднял глаза и твердо посмотрел на командира, —
берусь!

Глава 28
Случилось страшное. Принц чуть не плакал. А ведь Бык предупреждал, что так будет. А
он отмахнулся, не поверил. И вот теперь мучался. Он зарылся лицом в шерсть тигра,
какой красавец. Алон всегда был неравнодушен к кошкам и когда к нему пришел
знакомится уссуриец просто выпал в осадок. Может взять его с собой, мелькнула
мысль. Нет, это будет безответственно. Кого же убрать из сонма? Анаконду? Нет,
жалко. Может гарпию? А если понадобится разведка с воздуха, тоже глупо. А ведь там,
куда он стремился, тоже будет интересная живность. Эта мысль поразила до глубины
души. Придется все-таки менять ягуара. Жалко конечно, первый призыв все-таки, но и
не взять тигра он не мог.

А объект терзаний молодого друида, тем временем доел рыбу и прилег в совершенно
царской позе. Прямо сфинкс, поразился принц. Заглянул в желтые глаза гостя и начал
выстраивать образ. Старался запечатлеть в памяти все, каждый волосок, позу, посадку
головы. Меняю ягуара решил он. И надо больше тренироваться. А то принц все-таки, а
сонм, как у простого дозорного.

***

Бык заваривал чай, когда над головой прошелестел винтами военный вертолет.
Погрохотал где-то в отдалении и внезапно стих. Приземлился, понял парень. Похоже
будут гости. Ну что же, давно пора. Он призвал небольшую сову и отправил ее на
разведку. Сам же продолжил колдовать над котелком. Удачно, что в Ярославле он не
поскупился и затарился хорошим чаем. Теперь с таежными травами и молодыми
листочками смородины, получалось нечто волшебное. Прикрыл котелок, давая чаю
настояться и потянулся к своей сове.

Гость был один. Мужчина средних лет, в "лесном" камуфляже двигался вдоль берега.
Бык обратил внимание на ботинки гостя. Современные, гибкие и легкие армейские
ботинки. Сам он предпочитал обувь потяжелее, массивнее, на толстой рубчатой
подошве. Оружие у визитера не наблюдалось, только ножны на поясе. Ну это-то было
понятно, в тайгу, да без ножа… И не важно на сколько времени прибыл.

Тем временем пришелец вышел из-за кустов и его стало видно невооруженным глазом.
Бык отозвал свою разведчицу и снял крышку с котелка. Оттуда шибануло таким
ароматом, что чуть было слюни не потекли. Гость уже почти поднялся по косогору и
парень принялся разливать чай по кружкам…

***

Китай принцу не понравился. Возможно стоило для лучшего знакомства забраться внутрь
страны, но не хотелось терять времени. Так что двигался наследник практически вдоль
побережья. Места были густонаселенные, имелась уйма дорог. Да и лес впечатления не
произвел. Был он явно молодым. Чувствовалось, что его, этот лес, не раз вырубали
почти под корень. Давали разрастись и снова рубили. Друида лес принял, куда бы он
делся, но неохотно, нехотя. Зато тропа получалась на удивление легко. Словно бы лес
пытался избавиться от непрошеного гостя. Впрочем принцу это было на руку. Похлопал
по стволу бамбука, подивился незнакомому растению, да и устремился прочь. Хотелось
побыстрее пересечь эти негостеприимные места. Впереди маячили Вьетнам, Лаос и
прочие. Там все-таки была надежда отдохнуть в нормальных джунглях.

***

Стоило майору войти в приемную генерала, как секретарь шустро вскочил из-за стола и
открыл перед ним дверь. Ждет, понял офицер и решил, что поступил правильно, сразу
явившись на доклад, даже не поменяв одежду. И точно, хозяин кабинета чуть ли не
приплясывал от нетерпения. Наконец сели, дождались пока секретарь закончит
сервировать чай на столе и закроет за собой дверь.
— Ну? — Генерал спросил нетерпеливо.

— Все нормально, — майор успокаивающе поднял руки.

— Слава богу, — начальник ощутимо расслабился и словно растекся в кресле. — Общее


впечатление, одним словом?

— Удивлен. Сильно удивлен.

— И чем же?

— Открытостью. В наш век, век ценной информации, он выкладывает все совершенно не


скрывая. Это как минимум непривычно.

— Интересно. — Генерал раздумчиво покачал головой, — так чего они от нас в бега
ударились, если им скрывать нечего?

— Я спросил. Говорит, что в городе ему не уютно. Физически неприятно. А наши беседы
одним днем бы не ограничились, верно? Еще бы и не поверили бы ответам, сунули бы в
камеру… А так он сейчас находится в комфортных для него условиях.

— Н-да, логично в общем, что тут скажешь. Кстати, ты все в единственном числе о
"нем" говоришь, а второй?

— Принца нет. Ушел. По словам Быкова он уже за пределами страны. Идет куда-то на
юг.

— А что по поводу их мобильности? Что это было?

— Вы будете смеяться, товарищ генерал, но мы помогли им освоить новое для них


умение, "лесные тропы". По крайней мере наш друид так это назвал.

— Ладно, это все лирика, что по основному вопросу?

— Тут в двух словах не скажешь. Все непросто. Лечить он может. Я для эксперимента
руку порезал, залечил моментально. Видок правда у него при этом тот еще. Глаза
зеленым светом исходят и руки светятся. Главное для нас это, во-первых для лечения
надо ездить к нему, в городе он ничего сделать не сможет и во-вторых, вылечить он
может далеко не все. Кстати и король ихний, тоже далеко не все берется лечить.
Довольно много условий выдвигает. Болезнь не должна быть запущена, желательно на
ранних стадиях. Организм больного не должен быть истощен, ну и хорошо бы не слишком
старый.

— А чего такие требования?

— Объясняет тем, что они не боги, наложением рук не лечат. Они разгоняют,
естественную так сказать, регенерацию организма. Правда могут разогнать до
неимоверных величин. Но если организм ресурсов не имеет, то он попросту сожрет сам
себя в процессе лечения. Кое-что можно купировать высококалорийными смесями, но
далеко не все. Кроме того, наш друид подобного опыта не имеет, но теорию знает. Ему
вообще как друиду, всего полгода от роду.

— Понятно. — Генерал в задумчивости побарабанил пальцами по столу. — Ладно, с этим


ясно более или менее. А так, в общем, откуда они взялись? Все-таки жили мы без них,
поживали и вдруг на тебе, полезли.

— Тут все очень зыбко. Этот их король, он кстати первый друид, или как Быков его
назвал "истинно первый" получил свои способности после смерти.
— Что?!

— Вот и у меня такая реакция была, один в один. Короче говоря официальная версия
такая. В другом мире, правда весьма похожем на наш, за исключением некоторых
незначительных нюансов, умер пожилой писатель. Что-то он там такое написал, что
зачлось ему как "великое делание". И после смерти получил возможность прожить еще
одну жизнь и бонусом необычную способность. Способности были разные, но он выбрал
"друида". И ожил младенцем у нас, в смысле в нашем мире.

— О как. Это что же выходит, загробная жизнь имеется что-ли?

— Нет. Обычный человек, то есть душа обычного человека, после смерти


развоплощается. Накопленный опыт считывается и идет в "коллективную душу", что бы
это ни значило. Потом из части этой общей души формируется зародыш новой, чистой
так сказать души, которая и начинает жизнь в новорожденном. Критериев "великого
делания" Быков не знает, но думает, что их король сейчас как раз таким "деланием" и
занят. Создает биологическую цивилизацию.

— А наша, техническая, чем ему не угодила?

— Король считает, что мы забрели немного не туда. У нас во главе угла стоят деньги.
И этим мы сильно сужаем возможности выбора для человечества. Поскольку далеко не
всем это нравится. Но деваться некуда и недовольным тоже приходится плясать под
общую дудку. Работать за зарплату, платить кредиты и так далее и тому подобное.
Друиды же предоставляют альтернативу. Сам Быков тому пример.

— То есть любого можно обратить в друида, так что-ли?

— Не совсем. Начать обряд можно с любым. А вот завершится ли он удачно, зависит во


многом от того, кто этот обряд проходит. Друид, по сути дела, лишь запускает
процесс, подключает испытуемого к "лесу". А дальше все зависит от того, сумеет ли
последний этот диалог выдержать. Быков рассказал о собственных ощущениях. Звучит не
слишком приятно. Как он выразился "словно чужие пальцы шарящие в твоем мозгу,
перебирающие воспоминания, мысли и опыт". При этом все очень сильно зависит от
того, насколько испытуемый сумеет "открыться" перед "лесом".

— И если не сумеет открыться?

— Если не сумеет, либо если "лес" сочтет его чужим, то может произойти все что
угодно. Вплоть до стирания личности, либо смерти. Впрочем сам Быков говорит, что он
о таких случаях не слышал. Друиды умеют отсекать неподходящие кандидатуры. И
попросту не начнут обряд с тем, кто по их мнению его однозначно не пройдет.

— То есть агентуру к ним не зашлешь?

— Как раз заслать то можно, вот только сразу же встанет вопрос лояльности. Интересы
леса для такого агента будут на первом месте. Причем чисто физиологически.

— Хорошо, в общих чертах я понял. По крайней мере есть, что докладывать. Что ты сам
думаешь по поводу дальнейшей работы с "нашим друидом"?

— Я думаю, что надо организовать небольшую больничку. Или санаторий, называйте как
хотите. Использовать какое-нибудь лесничество в Сибири, или турбазу. Сам Быков,
кстати, не против такого варианта. Ему тоже надо опыт нарабатывать, развиваться.
Больных подбирать с умом, лучше онкологию на ранних стадиях, но с неблагоприятным
прогнозом. И не слишком старых. А там постепенно наберется статистика и будет ясно,
стоит ли нам рассчитывать на способности друида, или нет.
— Ну что же, вполне вменяемая программа действий. Начинай прорабатывать нюансы,
подумай о штате, о помощниках. Отлично поработал, кстати, молодец. Ну а я на доклад
к начальству. Вернусь, подумаем вместе о перспективах. — Генерал, кряхтя по
стариковски встал со стула, и покрутил поясницей, — сдвинулось наше дело с мертвой
точки, это не может не радовать…

Глава 29

— Ну что Петя, хана нам похоже?

Никто не ответил, да и не ждал спрашивающий ответа. Старый егерь общался сам с


собой. Привычка. Когда живешь один, не к такому еще привыкнешь. Нога мозжила
невыносимо. Старик присел на лавку и помассировал колено. Не помогло. В который раз
помянув недобрым словом тех волков он поковылял наружу. Присел за стол под навесом,
налил чаю в кружку. Тогда-то, в молодости не особо и внимания обратил на рану.
Заживало на нем, как на собаке. Перевязал, да и ладно. Ну прихрамывал конечно, куда
без этого, все-таки подрали его серьезно. А вот теперь, к старости, разболелось.
Уже и по лесу толком не походишь. И охотнички местные совсем распоясались.

Он отхлебнул из кружки и попытался отвлечься, думать о чем-нибудь другом. Раньше


помогало. Боль не исчезала совсем, но притихала немного. Становилась не такой
навязчивой. Однако не в этот раз. От горестных дум его отвлек неожиданный
металлический лязг. Егерь поднял голову. Рядом с навесом стоял здоровенный мужик.
Брезентовая куртка, такие же штаны, тяжелые ботинки. На мгновение показалось, что
это дружок его, Сема вернулся. Но нет, друг помер уже давно. У ног же мужика
громоздилась куча железа. Капканы, понял старик. А тут и мужик подал голос.

— И как это понимать, Михалыч?

Старый лесник от этого голоса вздрогнул. Несколько минут вглядывался в лицо гостя,
а после неуверенно спросил.

— Кольша, ты что ли?

— Я, Михалыч. Так ты что старый, совсем уже мышей не ловишь? Весь лес в железе.

— А куда мне теперь бегать? Нога вон, вздоху-продыху не дает. Не поверишь, по нужде
теперь в кустики хожу, туалет далековато для меня. А железо это, Никишка с
Архиповки ставит. Совсем распоясался ирод. Щас приедет, права качать будет, жди. У
него там датчики какие-то рядом с капканами понаставлены.

— О как. Прогресс однако. Ну коли так, подождем. Сам-то как? — Колька присел к
столу. Старик смотрел на него с умилением. Вылитый друг Сема.

— Да я-то чего. Доживаю вот. Дочка с внучкой в городе. Смену не присылают, грозятся
и вовсе лесничество закрыть. Ты-то где пропадал?

— Да ездил по делам. Зато теперь решил здесь осесть. Вот что старый, давай-ка
снимай штаны, да ложись на лавку.

— Зачем? Пороть будешь за нерадивость?


— Блин, шуточки у тебя, Михалыч. Лечить буду. Так что давай, не мельтеши.

Егерь кряхтя вынул ноги из кирзачей. Спустил штаны и остался в семейных трусах и
рубахе. Прилег на спину на лавку, поворочался. Потом скрутил из штанов тугой валик
и подсунул под голову. Лежать сразу стало удобнее. Поднял глаза и обомлел. Колька,
которого он знал с младенчества исчез. Над ним теперь громоздился кто-то совершенно
незнакомый. Через лоб пролегла морщина, глаза полыхают зеленым. И руки тоже
светятся, с оторопью понял егерь. Одна рука легла ему на грудь, другая на больное
колено. То немедленно ответило болью, да такой, что он света невзвидел.

Прострелило снова, еще раз, старик сцепил зубы, стонать почему-то было стыдно.
Потом боль в ноге отступила, зато там занялся пожар. Горело нещадно, и не столько
даже колено, сколько все вокруг него. Дернуло, словно электрическим разрядом. Раз,
другой и вдруг все стихло. Боль ушла, как и не было ее никогда. Михалыч облегченно
вздохнул и почувствовал, что засыпает.

Когда он очнулся, то первое что увидел, это довольную физиономию Быка. Тот хлебал
из армейской кружки чай и весело поглядывал на егеря. Нога не болела. Совсем. Он
уже и забыл, каково это, когда ничего не болит. Сел на лавке.

— Долго я проспал? — Голос был хриплым спросонья.

— Полчасика. Ты пройдись давай, прими работу.

Прошелся. Поприседал. Сперва с опаской, а потом все больше входя в раж. Даже
вспомнил молодость и выкинул лихое коленце. На глаза навернулись слезы.

— Кольша, я…

— Да ладно, старый. Сочтемся. Да и не такая уж сложная работа была.

— А вот глаза у тебя светились. Это что было?

— А это я теперь такой. По нашему если, то "хозяин леса".

— Леший что ли?

— Можно и так назвать, наверное.

— Где же такому учат?

— Далеко отсюда. А что? Хотел бы? Кстати, что там пылит на дороге?

— А это Никишка на своем понтовом джипе. Щас начнет права качать…

— Михалыч, дай я сам с ним поговорю. А ты посиди в сторонке. Лады?

Егерь кивнул и принялся натягивать штаны. Спорить с тем, кто вырос из Кольки-мальца
не хотелось совершенно. Да и интересно было посмотреть на суд "хозяина леса".

Понтовый джип оказался антрацитово черным "круизером". Из-за руля выбралась какая-
то смутно знакомая личность и развязной походкой направилась к навесу. Судя по
всему это и был тот самый Никишка. Пока друид вспоминал, почему гость кажется ему
знакомым, тот приблизился вплотную и сходу заорал.

— Михалыч, ты что старый пень, берега попутал? Так я тебе и вторую ногу отшибу!

— Никишка, ты… — Попытался ответить егерь, но сразу был перебит.


— Для тебя, старый хрыч, Никита Степанович, и никак иначе, понял нет?

— А для меня? — Сидевший на лавке спиной мужик повернулся и гость с замиранием


сердца его узнал.

— Колька, ты что ли? Ты же уехал?

— Было дело. А теперь вернулся. — Бык узнал наконец своего визави. Одноклассник его
бывший, редкостная гнида. И похоже привычек своих не поменял. — Железки твои я
снял, в следующий раз в реку покидаю и ныряй потом до морковкиного заговенья. Понял
нет?

— Так ты чего, егерь новый что ли?

— Да нет, я так, частным порядком.

— А если частным, то и не лезь. А то я папашке шепну, он тебя с дерьмом смешает. Он


у меня сейчас ого-го, большая шишка в районе.

— Ну так и беги к нему. Ты и в школе я помню, все своим папашей козырял. Нагадишь
бывало и сразу за спину его жирную спрятаться норовил.

Никишка отступил. С Быком связываться, себе дороже. Это он еще со школы усвоил.
Если этот громила закусит удила, то быть беде. Потом-то он раскаиваться будет, но
до этого потом еще дожить надо. Так что незваный гость отступил и бочком, бочком
сместился к свой куче железа. Перетаскал все в машину и замер. Просто так уезжать
было не с руки, но вот что делать… Придумал.

Молодой браконьер залез рукой под свою джинсовую курточку и извлек оттуда пистолет.
Навел его на своего детского врага и глумливо оскалился.

— А щас чего скажешь? — Он увидел бледное лицо егеря и еще больше воодушевился, —
что языки в задницу засунули? Правильно. Будете себя хорошо вести, так я…

Что именно он придумал узнать не удалось. Прямо перед дулом пистолета возник
здоровенный, вставший на дыбки медведь с оскаленной пастью. Никита завизжал и
высадил зверю в грудь всю обойму. Зверюга исчезла, словно развеялась, зато к
стрелку неторопливой походкой двинулся Бык. Спусковой крючок пощелкал вхолостую, а
потом в голову незадачливому оппоненту прилетела увесистая оплеуха. Свет в глазах
его померк.

Уехал уже окривевший на одну, опухшую сторону лица Никишка. Солнце стояло в зените,
а мужики все так же неторопливо вели беседу под навесом.

— Что это было, Кольша?

— Это ты про медведя что-ли? Так это призыв.

— Призрак что ль, фантом?

— Не совсем. Он вполне материален. Мог и задрать этого придурка. Да я не дал.


Отозвал обратно.

— А еще у тебя кто есть?

— Да не очень много. Я же еще не слишком опытный друид. Рысь есть, сова, если надо
чего сверху посмотреть.

— Постой. Как ты себя назвал? А ведь точно, внучка в последний свой приезд что-то
такое рассказывала. Только они же на Амазонке, если я правильно помню.

— Все верно. Именно там я пропадал последние полгода.

— Вот оно как, понимаю. Слушай, Колька, но это же какая силища должна быть, что бы
настоящего медведя призвать?

— Все верно Михалыч. Вот только это не только моя сила. Лес со мной делится и
поддерживает, когда надо. Сам бы я ни в жизнь не справился бы.

— Слушай Кольша, а мне так можно? Или надо тоже в Южную Америку ехать?

— Да нет, никуда ехать не надо. Вот только ты хорошо подумал? Это же у тебя совсем
другая жизнь будет. С Лесом-то за спиной. Ты же и интересы живности, да деревьев
впереди всего ставить будешь. Готов к такому?

— Вот оно как… — Старик задумался, — а знаешь, готов я. Я же собственно так и живу
уже почитай сколько лет. И сказать по совести, мне это зверье ближе, чем охламоны
навроде того же Никишки.

— Ну а коли так, пошли.

— Сейчас?

— Ну а чего тянуть.

В лес углубились не слишком далеко. Бык настоял взять с собой еды. Михалыч спорить
не стал, друиду виднее. Прихватил с собой буханку ржаного хлеба, да кусок сала.
Колька еще и котелок с чаем забрал. В лесу же покружили немного, пока парень не
нашел подходящее дерево. Толстенный дуб на полянке. Подошел к нему, прижал к коре
руки, уперся лбом в ствол и замер. Сперва ничего не происходило, а потом, вдруг
зашевелилась земля и несколько мощных корней вырвались наружу. Подвигались немного,
поизвивались и сплелись во что-то на вроде ванны. Потом в эту ванну просочилась
прозрачная вода.

— Мы это называем купелью, — от голоса друида Михалыч вздрогнул. — Значит


раздевайся теперь и ложись в нее. Совсем раздевайся, нечего стесняться. И помни
старый, как с лесом говорить начнешь, не скрывай ничего. Чем больше ты ему
сокровенного откроешь, тем больше он тебя одарит в ответ. Тем крепче ваша связь
будет. Понимаешь меня?

Лесник кивнул. Путаясь в одежде разоблачился и ступил в купель. Потом присел и лег.
Вода была прохладной и на удивление приятной. На лоб ему легла рука. Другая
уперлась в ствол лесного исполина.

— Ну что, удачи тебе, Михалыч…

Глава 30

Алон наслаждался жизнью. Он ощущал себя так, словно попал в рай. Наконец, после
долгого пути, после не слишком приятных мест, откровенно противных, вроде того же
Китая. Не слишком дружелюбных вроде Таиланда. Во Вьетнаме было неплохо, но там он
напоролся на пограничников. Те визжали что-то злобное, размахивали оружием, но он
напугал их тигром и сбежал. Более или менее нормально он начал чувствовать лишь
попав в Малайзию. На Суматре и вовсе думал было остаться, но решил все-таки дойти
до конечной точки маршрута. И не жалел о своем решении. Здешний лес был
удивительным.

Он сразу принял друида. Раскрыл обьятия, погладил по голове, словно пожилой


родитель, встретивший сына после долгой разлуки. Принц не остался в долгу. Открылся
лесу, пожалуй впервые он открылся настолько полно. Долго стоял прижавшись к
толстому, теплому стволу. Такого единения он не испытавал даже на родине, на
Амазонке. Судорожно вздохнул, присел на кочку. Сердце билось как сумасшедшее.
Откуда-то сверху спустилась молодая рыжая самочка орангутана. Подошла расставив
длинные тонкие руки. Он подхватил ее под мышки, посадил на колени. Обезьяна обняла
его, доверчиво прижалась к груди. Принц плакал и не стеснялся своих слез. Наконец
он был дома.

***

— Какие люди! Заходи, не стой в дверях. — Генерал был в чудесном расположении духа.
Сидел за своим столом, сложив руки на животе, словно какой-то восточный божок.
Сходство подчеркивали лысина и улыбка на щекастой физиономии. Впрочем увидев кто
вошел в кабинет, он шустро захлопал ящиками стола, нашел что-то и соскочил с
кресла.

— Товарищ генерал… — Закончить майор не успел. Начальник резво приблизился и


протянул ему то что сжимал в руке. Погоны подполковника.

— Держи. Заслужил. Отлично работаешь.

— Эпс, — слова от неожиданности вылетели из головы, несколько минут он таращился на


погоны, но все таки справился с собой, — служу России! Спасибо товарищ генерал, с
меня стол в ресторане.

— Ладно, — хозяин кабинета махнул рукой и вернулся в свое кресло, — "поляна" это
хорошо, но успеется. Рассказывай.

— Так точно, — свежеиспеченный подполковник присел к столу, — новости есть и


неплохие. Мы переоборудовали ведомственную турбазу, притащили первого пациента.
Данные на него я предоставлю, если коротко, сорок лет, мужчина, рак желудка, вторая
стадия. Сейчас полностью здоров.

— О как! — Генерал подался вперед, навалившись грудью на стол, — серьезно? Здоров?

— Так точно. В данный момент проходит всестороннее обследование. Рака нет, но что
интересно, он поздоровел и в других отношениях. Исчез лишний жир, очистились
легкие. Мужик все-таки курил. Сосуды, сердце, суставы. Все пришло в состояние
близкое к идеалу. Недаром друид говорил о регенерации, которую он "разгоняет".
Организм больного словно восстановился до оптимального для себя состояния.

— При лечении ты присутствовал?

— Конечно. Наблюдал весь процесс от начала и до конца. Когда мы привезли и


разместили пациента, я сразу связался с друидом. У него имеется спутниковый
телефон, номер он дал. Бык велел кормить больного высококалорийной пищей в течении
двух суток. Врачи возражали, считали, что так мы спровоцируем опухоль на ускоренный
рост. Пришлось взять ответственность на себя. На второй день явился и сам целитель.
Хочу отметить, что эти их "лесные тропы" просто нечто. Только что никого не было и
вдруг он появляется словно из ниоткуда. — Офицер прервался и отпил воды из стакана.
— Дальше.

— По самому процессу излечения. Друид поговорил с больным, предупредил о не слишком


приятных ощущениях, настроил его на полное выздоровление и приступил. Весь процесс
снят на камеру, — на столе появилась флешка. Генерал взял ее в руки.

— Обязательно посмотрю, но твои впечатления?

— Жуть. Глаза, словно зеленые прожекторы. Зрачков не видно, одна зелень. Руки тоже
светятся зеленым, словно дымка такая. Одну руку положил пациенту на грудь, другую
водил несколько минут и в результате остановил на животе. Потом больного выгнуло,
словно под дуговым разрядом. Судороги пошли, корчи. Затем рвота. Рвало чем-то черно
красным. Дал бедняге воды, тот прополоскал рот, попил. Накормили сладкой рисовой
кашей на молоке. Половину часа отдых и на второй круг. Но там уже полегче было…
Было еще два таких подхода. Потом просто кормили больного. Аппетит у него был
зверский. Жрал как не в себя. Через три часа друид погасил свое свечение, велел
больному плотно питаться еще пару дней и закончил. Все.

— Так, — генерал выбил пальцами на столе затейливую дробь. — Тогда такой вопрос,
друид попросил что-нибудь за работу? Плату какую-нибудь взял?

— Ничего. Сказал, что деньги ему в лесу не нужны. Но намекнул, что возможно в
будущем чего-то и попросит.

— И что это может быть по твоему?

— Однозначно не скажу, но думаю, будет просьба сократить вырубку тайги.

— О как! Что же нам бумажную промышленность останавливать теперь?

— Товарищ генерал, хочу отметить, что на бумагу идет как бы не половина вырубаемого
леса. Остальное на экспорт. В особенности тайга. Кроме того, обратите внимание на
такой нюанс. Он приводит тело к оптимуму для данного возраста. Сколько там нашему
президенту исполнилось? Как думаете, не захочет он еще лет эдак двадцать
полноценной жизни?

— О-о, — начальник посмотрел на подчиненного как-то по новому, — это ты хорошо


замахнулся. Но мысль интересная, богатая я бы сказал. Ладно, давай материалы,
теперь моя очередь на доклад идти. Если выйдет… Впрочем тьфу-тьфу, — генерал
постучал по столу костяшками пальцев — не будем загадывать, как оно там получится.
Отличная работа подполковник. Так держать.

***

— Сэр, — из динамика раздался голос секретарши, — к вам просится мистер Холл.

— Запускайте его Джоан.

Джим Холл протиснулся бочком в приоткрытую дверь. В руках он держал пластиковый


файл с бумагами.

— Сэр, наш эфэсбэшный источник прорезался. Я распечатал для вас его донесение.

— Очень интересно, да вы присаживайтесь Джим, что вы там маячите, как неродной. —


Директор вынул из пластика бумаги и принялся их просматривать. — На словах источник
ничего не передавал?

— Сказал что отдел, который друидом занимается, жутко лихорадит. Все носятся, как
наскипидаренные. Причину правда назвать не сумел.
— Носятся значит, — начальник вел пальцем по бумаге, внимательно вчитываясь. — Вот
оно! Из-за этого они и бегают там.

— Что вы нашли сэр? Я читал донесение, но не нашел ничего сверхъестественного. Ну


если не считать самого факта излечения.

— "Восстановление тела до оптимальных для возраста больного кондиций".

— И что, сэр?

— Что говорите? А вы представляете себе насколько нам мешает этот их нынешний


президент? Этот гадский "дабл вэ". Не скажу за стратегию, но в тактике он
обыгрывает нас постоянно. Правда появилась надежда, что он все-таки уйдет по
возрасту. Не мальчик все же. Ну год еще потерпеть, ну два… И вдруг выясняется, что
он может, как там это сказано? Восстановиться до оптимальных для своего возраста
кондиций. И что? Еще двадцать лет нам терпеть его выходки? Черт, черт, черт! Ладно,
я на доклад побегу, а вы Джим, попытайтесь хотя бы вчерне, продумать операцию по
ликвидации этого друида.

— Сэр, я вам сразу говорю, что это невозможно. Кроме того, их там уже двое. Вы
просто не дочитали доклад до конца.

— Да они там размножаются как тараканы. И что, по вашему вариантов ликвидации нет?

— Убить-то его не сложно, проблема подобраться на дистанцию поражения. В лесу он


почувствует чужого заранее. А после либо ликвидирует угрозу, либо уйдет. А на
безлесное пространство нам его не выманить. Можно конечно сбросить ядерный
боеприпас, но не факт, что друид окажется в эпицентре. А уже несколько сотен метров
в сторону и с его-то регенерацией…

— А вы не преуменьшаете Джим? Все-таки ядерный взрыв…

— Сэр, простите что перебиваю, но до сих пор живы японцы, которые получили на
голову нашу бомбу в Хиросиме. А уж у них-то друидской регенерации нет. Ядерное
оружие это жупел, средство политического давления. Уж вам ли этого не знать?

— Как же хреново все складывается… И не доложить я не имею права, и докладывать


жутко не хочется. Знаете, что в старину делали с гонцами, что приносили плохие
вести? Как бы нам с вами, Джим, не оказаться на их месте. Впрочем все это лирика. Я
на доклад. А вы все-таки попытайтесь что-нибудь изобрести. По крайней мере
показать, что мы не сидим сложа руки. Пожелайте мне удачи, Джим. Я пошел…

***

Прийти сюда посоветовал Михалыч. Сам Бык побаивался этого места. Слишком уж много
воспоминаний было связано с деревней Марфино. Отец брал его сюда, когда он был
совсем мальцом. Староверы тут жили тихие, не воинственные. Были и друзья у него
здесь, но ведь столько лет прошло. А вдруг… Но Михалыч настоял, а уж батиному другу
он привык доверять. Теперь же стоял и с болью смотрел на остатки, когда-то
зажиточной деревни. Почти все дома стояли мертвые, нежилые. Хорошо если из двух
труб вился дымок. И… Сердце захолонуло, из еще одной трубы. Он прибавил шаг, почти
побежал по заросшей травой улочке. Остановился у околицы. На лицо сама собой
выползла улыбка. Анна работала в огороде. Длинная юбка до земли, платок,
подвязанный так, что бы скрывать волосы. Подруга детства занималась прополкой.
Мотыга так и мелькала в крепких руках.

— Бог в помощь, — Бык облокотился на невысокий плетень.


Женщина подняла голову. Потом выпрямилась и всмотрелась внимательнее. Глаза ее
расширились и мотыга выпала из ослабевших пальцев.

— Бык? — Она прошептала не веря своим глазам, — Колька! Ты все-таки пришел!

— Я пришел Аня. Теперь все будет хорошо…

Глава 31

— … Была я в городе. Здесь-то уже ясно было, что все. Часть народа повымирало,
часть разбежалась. Ну а там, в городе, была надежда устроиться. Отучилась на
медсестру, поработала в больнице. Даже замуж сходила. Но не прижилась я там. Душно
мне в городе. Вернулась сюда. Ну а тут ты и сам видел. Кончилось Марфино. Ну а ты?
Где ты, что ты?

— А я теперь друид, Аня.

— Погоди, как друид? Тот самый? Они же на Амазонке?

— Тот самый. Самый что ни на есть настоящей. На Амазонке я был, теперь вернулся.
Буду здесь свое царство организовывать. Один подданный у меня уже есть, кстати.

— И кто же это?

— Михалыч.

— О как. Но он же хромой и старый.

— Был. Теперь он здоров, носится по лесу, как молодой.

— Значит это правда, то что про вас рассказывают. Покажи что-нибудь.

На столе возник кот. Немного крупнее домашнего, стройный, с каким-то удивительно


длинным хвостом и леопардовой расцветкой. Кот покрутился на столе, давая себя
рассмотреть, потом зевнул, показав белые, игольчатые клыки и запрыгнул на плечо
друида.

— Кто это, Бык?

— О это уникальное создание. Королевский Барсик. Или ты интересуешься откуда он


взялся. Тогда это призыв. Одно из умений друида. Кстати, забыл спросить, у тебя
дети есть?

— Нет. Мужу рожать не хотела, да он и не настаивал.

— Ну и отлично, мне и родишь.

— Ну ты нахал, Колька. Впрочем, ты всегда таким был.

— А вот, посмотри-ка, — парень достал телефон и показал фотографию. — Знаешь кто


это?
— Нет, но лицо кажется знакомым, наверное видела в новостях…

— Вполне возможно. Это Элизабет Томпсон. Этнограф, антрополог, автор кучи научных
работ, профессор и прочая и прочая.

— А мне ты ее зачем показываешь?

— А вот зачем. Посмотри теперь на этот снимок. Это она же, но уже в роли королевы
друидов.

— Боже мой! Это что, грим, косметика?

— Ничего такого. Косметикой Лиз теперь не пользуется. Это последствия обряда приема
в друиды. И этот обряд я предлагаю тебе, Анюта.

— Это что, я буду такой же красивой?

— Э-э, не знаю. Не могу обещать однозначно. Давай я тебе лучше расскажу про сам
обряд. А там ты уже и решишь, надо ли оно тебе…

***

— Товарищ генерал…

— О, подполковник, ты обедал? Вот и я нет. А в столовой нашей говорят такой харчо


научились делать, пальчики оближешь, — генерал подхватил подчиненного под руку и
повел за собой, воркуя на ходу. Они пересекли приемную под удивленным взглядом
секретаря и вышли в коридор. Дверь закрылась за ними с мягким чавканьем. — А еще
там такая выпечка теперь…

— Товарищ генерал, э…

— Так, вроде никого. — Начальник цепко огляделся и выпустил рукав своего офицера, —
значит идем в сторону столовой, а по дороге я введу тебя в курс дела. "Заклятые
друзья" зашевелились. Да так активно, прямо любо-дорого смотреть. И аккурат после
твоего мне доклада. Я еще не успел доложиться по команде, а они уже на дыбы встают.
Понимаешь, что это значит?

— Течет у нас, — подполковник тоскливо вздохнул, — но за своих я ручаюсь. Тем


более, что никто из них текста доклада не видел. Они и заняты-то у меня в основном
обеспечением.

— Именно. А с какой части доклада они взвились, как думаешь?

— Да понятно с какой, с этих самых "оптимальных кондиций".

— Совершенно верно. Наш верховный им поперек глотки стоит. Но тут наметилась вроде
бы отставка по возрасту, они сцепили зубы и принялись ждать. И вдруг на тебе… СБ я
уже привлек. Они роют так, что пыль столбом. Тебя, меня проверили, норма. А значит
остаются секретари. Мой Вадик и такой же у начальства. Но вещует мне сердечко, что
это Вадим скурвился. В общем, слушай приказ. Мчишься в тайгу и выкладываешь весь
расклад друиду, без утайки. Что там наши оппоненты изобретут неизвестно, но чисто
силовой вариант не пройдет. Друид их почует еще до того, как они на позицию выйдут.
А значит будет что-то для отвлечения внимания. Какая-нибудь комиссия, экспедиция
экологов, да мало ли что они там изобретут. Наших вояк я туда слать не хочу.
Наоборот, надо что бы любая новая личность в лесу, воспринималась однозначно, враг.
Все ясно?

— А что верховный?
— Ему идея понравилась, но на турбазу мы его не повезем. Присмотри с друидом какую
ни то полянку. Так что бы можно было развернуть полевой госпиталь. Можно даже не
одну. Понял?

— Так точно. Разрешите выполнять?

— Действуй. И помни, по краю идем. Либо грудь в крестах… Ну ты знаешь. Удачи.

***

Джира шла к лесу. Лонгхауз остался позади. Ее же ждало приключение. Ну как


приключение, скорее приключеньице. Но все же, все же. Девочка внимательно смотрела
под ноги. Пусть лес возле деревни и не слишком опасен, но от случайностей никто не
застрахован. Она проверила пояс. Ингалятор на месте, под краем саронга. Ее спасение
и ее же проклятие. Впрочем в горле пока почти не першит. Все-таки врачи были правы,
в деревне ей намного легче дышать. У мамы она отпросилась, с этим все в порядке.

Мама, маму она боготворила. Все-таки уехать из деревни в город, самой, без
поддержки выучиться на медицинскую сестру, это вам не фунт изюма. Потом родила ее,
Джиру. А у нее астма обнаружилась. Вот теперь вернулись в мамину деревню. Отпуск.
Да и здорово здесь. Вместо надоевшей школьной формы, удобный саронг. Клетушка с
двумя спальными местами в лонгхаузе. Романтика, прямо как в старые времена.

Вот и опушка. Лес сегодня другой. Девочка кожей ощущала это. Какой-то непривычно
добрый и занятой. Что-то у него там происходит. Надо бы посмотреть. Джира ступила
на едва заметную тропу. Сидевший на ветке пестрый попугай, при виде гостьи скрипуче
рассмеялся и улетел, ловко лавируя между стволами. Она прислушалась к своим
чувствам. Похоже ей как раз туда, за птицей.

Тонкая рука отвела в сторону ветку куста. Увиденное потрясало. На небольшой


полянке, на стволе поваленного дерева сидел незнакомец. В глаза сразу бросилась
ярко желтая шевелюра. Зеленые глаза и гибкую фигуру удалось рассмотреть уже позже.
А вокруг этого удивительного парня творилась сущая вакханалия. На коленях у него
сидела самочка орангутана, длиннорукий черный гиббон выглядывал из под мышки. У ног
терся дымчатый леопард. Над головой незнакомца суетились птицы всевозможных
расцветок. Вдруг мужчина поднял глаза и посмотрел Джире в лицо. На его губах
появилась улыбка. Он повел рукой приглашая подойти. Девочка сделала шаг, но тут
горло сдавило обручем приступа. Руки зашарили у пояса в поисках ингалятора.

Парень, еще мгновение назад сидевший в окружении зверья вдруг оказался рядом.
Присел на корточки. Одна его рука легла Джире на голову, другая на грудь. Глаза
неожиданно налились зеленым светом. Она заглянула в эти странные глаза и потеряла
сознание.

***

— Вот так оно и происходит.

— Очуметь, — Анна потерла лицо ладонями. — Но все же, почему лес был так щедр к
Лиз?

— А это зависит от того, насколько ты готова ему раскрыться, ну и что у тебя есть
за душой. Поначалу, когда королю потребовались подданные, он принимал молодежь из
тамошних индейцев. Обряд занимал считанные минуты. Друидов пекли, как пирожки. Но и
способностей у них практически не было. А Лиз, королева отдала все. Все свои
знания, опыт, надежды и разочарования, счастье и обиды… Все, ты понимаешь. А было у
нее не мало.
— Ты говоришь отдала…

— Лес не забирает, он копирует. Но он не лезет в душу сам. Он берет лишь то, что
ему отдают добровольно. Но вот степень открытости он ощущает. Понимаешь?

— А ты сам…?

— Я открылся полностью, до донышка. Король сказал потом, что он уже волноваться


начал. Больно уж обряд затянулся. Но я не жалею. Лес вознаградил меня по царски.

— Я хочу. Коля я хочу рискнуть. Это такая возможность… Кстати, а где надо будет
проходить ритуал?

— Возле хозяйства Михалыча. В смысле недалеко от него. Там я купель и создал. Ты


уверена?

— Уверена. Пошли уже.

***

Директор читал предварительный план операции. Аккуратно переворачивал листы по мере


прочтения, особенно внимательно изучил аналитическое обоснование. Сложил листы
бумаги ровной стопкой и убрал обратно в пластиковый файл.

— Ну вот Джим, совсем другое дело. С этим уже можно работать. Есть от чего
оттолкнуться, по крайней мере. А вы говорили, невозможно мол, "импоссибель". Однако
стоило поразмыслить немного и вот, вполне себе "поссибуру". Отличная работа,
дружище.

— Сэр, разрешите вопрос. А что в правительстве думают о сложившейся ситуации?

— А в правительстве, мой друг, полный разброд и шатания. Сенаторы, что прошли


излечение у короля друидов, почему-то думали, что эта услуга, исключительный
эксклюзив. Только для них. И теперь буквально возмущены, как они говорят, двуличием
короля. Даже вроде бы пытались ему гневные ноты засылать.

— А король что?

— Послал. В самых, что называется непарламентских выражениях. Теперь в Сенате буря.


То ли отстранять половину сенаторов за нелояльность, все-таки они лоббировали в
пользу этого короля, то ли нет. Никто не понимает. И не полечишься теперь, и жить
хочется. Не завидую я им теперь.

— Так может и против короля спланировать акцию? Раз уж у нас вроде бы алгоритм
появился. Как считаете, сэр?

— Вот если в Сибири все пройдет гладко, тогда и можно будет говорить об алгоритме.
Пока это все же только наброски. Хотя и с хорошими шансами на успех.

— Я все понял, сэр. Разрешите начать прорабатывать непосредственно операцию?

— Давайте, Джим. От меня вам "зеленый свет". И удачи…

Глава 32
— Скажи Кольша, нафига ты с властями связался? — Михалыч навалился грудью на стол и
смотрел прямо в глаза. Трое сибирских друидов сидели под навесом у егерского дома.
Бык покосился на свою половинку. Анна слушала с совершенно безмятежным видом. Все-
таки лес одарил ее щедро, но иначе, не так как королеву. И если Лиз после обряда
напоминала эльфийку, то Анна получилась совсем другой. Сила, основательность и
какое-то олимпийское спокойствие. Ну и красота, куда же без нее. Супруга поймала
его взгляд и едва-едва улыбнулась. Бык покраснел.

— Разбежались бы по лесам и пусть ловят нас хоть до второго пришествия, — бывший


егерь все не унимался, — а вместо этого сидим, изображаем из себя засадный полк
российской контрразведки.

— Скажи Михалыч, а ты бы хотел остановить вырубку тайги?

— Конечно. Но что мы сами бы не справились?

— Справились бы, без вопросов. Вот только потом что делать? Уходить в партизаны,
воевать со всей страной? А так будет, я надеюсь, распоряжение сверху. И нам
останутся лишь те, кто его не выполнит. Совсем другой коленкор, ты так не считаешь?

— Ну может ты и прав. Ты у нас царь, тебе и карты в руки. Какой план у нас на
предстоящую кампанию?

— Да все просто…

***

Табанги не находила себе места. Джиры не было уже более четырех часов. Похоже зря
она согласилась и разрешила той пойти гулять в одиночку. Хоть старейшина и уверял,
что лес безопасен возле деревни, но это для него. А для двенадцатилетней городской
девочки… Она кружила по лонгхаузу не зная что предпринять. Уже начинало смеркаться,
а ее все нет… С улицы послышались громкие крики. Табанги метнулась к выходу. Народ
толпился на веранде лонгхауза тыча пальцем в сторону леса. Она присмотрелась и едва
устояла на внезапно ослабших ногах.

От края леса приближалась удивительная процессия. Первым в глаза бросился молодой


высокий мужчина. Был он одет лишь в длинные, до колен шорты, за спиной имелся
рюкзак. В глаза однако первым делом попадала шевелюра песочного цвета и
удивительные, ярко зеленые глаза. Рядом с ним неторопливо вышагивал огромный тигр.
Редкий гость в здешних лесах, шел неторопливо и как-то величественно. А вот на
спине у тигра сидела Джира. Неугомонная девчонка о чем-то переговаривалась со
спутником. Тот отвечал, кивая головой. Женщина метнулась вперед. Малявка при виде
матери соскользнула со своего средства передвижения и побежала навстречу.

— Ты цела? — Табанги ощупывала дочь, — все в порядке? Где твой ингалятор?

— Выкинула. — Девчонка улыбалась до ушей, — Алон меня вылечил. Я уже четыре часа
дышу сама. Вот.

Женщина оглянулась. Один из пацанов поставил рядом с ней медицинский чемоданчик.


Она вытащила фонендоскоп и прижала металлический кругляш к груди дочери. Ничего, ни
хрипов, ни шума, спокойное дыхание. Как можно вылечить астму в лесу?

— Как можно вылечить астму в лесу? — Оказывается она произнесла это вслух. Ответила
тем не менее дочка.
— Мам, он по нашему не говорит. С ним по английски надо. А вылечил просто, он же
друид.

— Друид?!

***

— Понеслось! — Михалыч кивнул в сторону дороги. Там, со стороны Архиповки пылила


машина. Вскоре стало ясно, что это знакомый ранее черный джип. Машина остановилась
скрипнув тормозами и из-за руля вылез неугомонный Никишка.

— Михалыч! — Жизнерадостно заорал он, — смотри кого я тебе привез. Иностранцы из


"ящика". Кино будут снимать про тайгу. Канал Дискавери, не хухры-мухры.

Из машины выбрались двое мужчин. Оба были в гражданском камуфляже и песочного цвета
ботинках. На груди у обоих болтались цветные картонки с именами. На пузе
фотоаппараты. Мужики оказались улыбчивы и жизнерадостны. Один проговорил что-то
обращаясь к Никишке. Тот покивал головой.

— Аппаратуру для съемок сейчас подвезут. На вертолете, о как. — Он обежал глазами


троицу людей за столом. При виде Анны его физиономия сладострастно скривилась. —
Цени Михалыч, бабла поднимешь немеряно.

Сидящие за столом переглянулись. Бык встал и сделал пару шагов назад, словно
разминая ноги. В кармане у одного из телевизионщиков зазвонил мобильник. Он вынул
смартфон и посмотрел на экран…

…Стив посмотрел на экран. Операция развивалась по плану. Звонок означал, что пошел
отсчет. Вертолет уже на подходе. Он шевельнул пальцами, давая сигнал напарнику и
приготовился отпрыгнуть в сторону. Надо было очистить сектор стрельбы для снайпера.
Пора! Он попытался сделать движение и не смог. Опустил глаза и чуть было не
выругался вслух. Ноги оказались опутаны тонкими древесными корнями. Те выходили
прямо из земли и стреножили агента, словно лошадь. Кроме того он с ужасом понял,
что проклятые корни и не думают останавливаться, а ползут вверх по ногам. Он
покосился вбок и увидел, что у напарника и проводника те же проблемы. Поднял глаза
и обомлел. Их цель, чертов друид, стоял в странной позе. Немного присев и слегка
разведя руки он словно готовился подпрыгнуть. Из глаз его било яростное зеленое
пламя. Вот он начал поднимать руки и с деревьев поднялась гигантская туча птиц.
Хана операции, понял Стив.

…Вертолет заложил вираж и завис, развернувшись бортом к цели. Стрелок приник к


прицелу. Сейчас ребята отпрыгнут и можно будет работать. Ребята не двигались. Что
за черт, подумал снайпер, но тут ствол ощутимо повело в сторону, а прицел заслонило
какое-то пятно. Он поднял голову. Прямо на винтовке, загораживая прицел сидела
черная птица. Ворона, автоматически определил агент, а в следующее мгновение
события понеслись вскачь. Ворона заорала и метнулась ему прямо в лицо. Стрелок
отмахнулся автоматически, но в проем уже лезли новые и новые птицы. Он уже не
отмахивался, а лишь старался защитить голову от острых клювов. Впереди по-заячьи
заверещал пилот. Машину повело, она накренилась и скользнула вбок. Агент еще успел
увидеть стволы деревьев а потом наступила тьма.

— Ну что, господа цэрэушники, — Бык уже не светился зеленым и подошел к трем


опутанным корнями телам, застывшим словно статуи у дороги. — Самое время глотать
ампулы, или что там у вас.

— Бык, ты чего? — Никишка стучал зубами так, что это наблюдалось невооруженным
глазом, — это же телевизионщики…

— Ну да, ну да, — друид повернулся к товарищам, — Михалыч, сбегал бы к месту


падения, а? Не дай бог лес загорится. А я пока товарищу подполковнику позвоню…

***

Директор выглядел жалко. Он нахохлился в своем кресле, мешки под глазами набухли и
покраснели.

— Вот сэр, — заместитель выложил на стол очередной файл.

— Как же так, — начальник управления перебрал листки и отложил их в сторону. "Не


везет шефу с вертолетами"- подумал Джим.

— Ведь все предусмотрели, и план был хорош, и исполнители…

— Извините шеф, но против троих друидов шанса у наших не было.

— Как это троих? Их же двое было. Да и второй свежеиспеченный. Как так-то, а?

— Откуда третий взялся мы не знаем, но это однозначно друид. По крайней мере


перемещаться он умеет. Собственно только так мы и можем определять их со спутника.

— А ваш источник, Джим? Почему он не предупредил?

— А источника больше нет. Нам не удалось сохранить подготовку к акции в тайне. Так
что все. Теперь придется добывать информацию по старинке. И еще одна новость, сэр.
Пришла только что. Президент России своим указом запретил вырубку леса в Сибири и
на Дальнем Востоке. Полностью и окончательно.

— А сам он? Ну президент этот?

— Непонятно. Пока он на людях не появится, ничего сказать нельзя.

— Ну что же, Джим. Поработали вы хорошо, а вот я… Ладно, пойду на доклад…

— Удачи вам, шеф.

***

Подполковник зашел в приемную шефа и с удивлением обнаружил незнакомую девушку в


погонах лейтенанта. Та сидела на месте Вадима и бойко стучала по клавишам
компьютера. Увидев вошедшего вскочила и открыла дверь в святая святых.

— Товарищ генерал…

— А вот и ты, — хозяин кабинета сиял, — проходи, садись. Рассказывай.

— Так вы и сами все знаете. Друиды отработали на все сто. Взяли субчиков чисто. Ни
царапинки, ни синяка даже маленького. Да еще и напугали так, что допрашивать было
одно удовольствие. Если хотите, есть запись. Мы снимали издалека, но хорошей
аппаратурой.

— Ладно, посмотрю потом. С верховным тоже все гладко прошло?

— Так точно. Немного неприятно ему было, пока шлаки накопившиеся из организма
выходили. Зато теперь скачет, как молодой.

— Ну про президентский указ я слышал. Есть какие-то подробности?

— Да так. Верховный предложил помощь в борьбе с незаконными лесозаготовителями, но


Бык отказался. Сказал, что им тоже размяться надо.

— Бедные китайцы. Мне их уже жалко. — Генерал улыбнулся своей людоедской улыбкой, —
хорошее дело сделали, подполковник. Я про "легкие планеты" еще со школы помню.

— Эм, — подчиненный замялся, — товарищ генерал, вы только не обижайтесь, но


"легкие" эти, чушь в общем.

— Как это чушь? Они же, деревья в смысле, углекислый газ потребляют, а кислород
выдают.

— Все верно, днем. А ночью, когда нет света, они также дышат кислородом, как и все
живое на Земле.

— Так, занятно. Тогда почему…

— Деревья, товарищ генерал, для другого нужны. Потребляя атмосферную углекислоту,


они, деревья эти, охлаждают атмосферу. Без них мы зажаримся к чертям собачьим.

— Вот оно как. Век живи, век учись. Спасибо за лекцию, подполковник. Что у нас там
дальше в планах?

— Вот я принес вам данные…

***

Джира уже давно спала, а ее мать угощала принца на веранде лонгхауза. Пили чай с
лепешками и сладостями. Беседовали не торопясь.

— И все-таки, откуда взялся друид на Калимантане?

— Ну а почему бы и нет. — Алон с удовольствием отхлебнул душистого чая.

— Просто вы же в Южной Америке обретаетесь. Разве не так?

— Уже нет. Расширяемся потихоньку. В России вон тоже появились, а мне тут
понравилось. Кстати ваша дочь весьма одарена. По крайней мере, чувствовать лес она
умеет.

— А что их чувствовать эти палки. Да и ни к чему ей это. Маленькая она еще.

— Тут я с вами согласен. Пока не вырастет, никакого обряда. Даже если проситься
будет. А то получится недоделанный друид вместо одаренного ребенка.

— А ты можешь проводить этот обряд? Здорово. Так проведи для меня.

— Бесполезно. Вам его не пройти.

— Почему это?

— Потому что для вас, лес это палки. Он не примет вас.

— Чушь какая-то. Напридумывали всякой мистики.

— Ладно, засиделся я с вами. Пойду пожалуй. Спасибо за угощение. И передавайте


привет Джире.

— Да куда же вы пойдете в темноте. Только ноги поломаете.


— Друид, в лесу и поломает ноги. Смешно.

Она смотрела вслед этому странному человеку. Было жаль расставаться, а с другой
стороны Табанги испытывала немалое облегчение. Все-таки он лечил дочь и не попросил
никакой платы. А вся эта мистическая чушь… Она вздрогнула. Рядом с силуэтом мужчины
возник огромный тигр. А потом они оба вышли из круга света и растворились в
темноте…

Глава 33

Царь со свои верным клевретом стояли на склоне невысокой сопки и рассматривали


апокалиптическую картину происходящего в низине действа. Сновали фигурки китайских
лесорубов, рычала техника, визжали пилы. В воздухе висели облака древесной пыли.
Поодаль просматривались даже вагончики для персонала. Развернулись южные братья
широко.

— Слушай Колька, а чего ты Анюту с собой не взял? Втроем-то всяко легче было?

— Михалыч, я же давал тебе материалы по внутреннему делению друидов. Не читал?

— Не. Чукча не читатель…

— Ну и зря. Ты например, охотник. Я дозорный, мне эта стезя ближе. А вот Анька,
садовник. Она сейчас в своем Марфино третий урожай картошки снимает. И обещает до
холодов еще и овощей пару урожаев. Жрать-то зимой ты чего собираешься?

— А я и не думал об этом. Ты царь, ты и беспокойся.

— Ну просто отлично, утешил. Плюс Анна сейчас в положении, так что не стоит ей
излишне волноваться.

— Поздравляю. Кого ждете?

— Как это кого? Друида конечно. У двух друидов никто другой родиться и не может.

— То есть ребенку обряд уже не нужен?

— Ну а я о чем толкую. Сам-то когда продолжением рода займешься?

— А вот зимой и займусь. Ладно, как действовать то будем?

— А ты послушай лес и поймешь.

Егерь привычно открылся лесу и едва устоял на ногах. В распадке у его ног царили
боль, ужас и отчаяние. Все это скрутилось в тугой клубок силы, который только и
искал точку выхода. И нашел в лице друидов. Михалыч ощутил в себе гнев и
необузданную силу. Бык рядом с ним, испытывал похожие чувства. Они переглянулись и
выпустили эту силу наружу…

Китайский харвестер, раскрашенный в яркие цвета, что полз по склону в направлении


очередного дерева неожиданно дернулся. Мотнулся манипулятор с угрожающе раскрытыми
захватами. Твердый грунт под колесами машина внезапно обратился в зыбкое болото.
Аппарат повело в сторону и словно в замедленной съемке он начал заваливаться набок.
Мелькнула фигура, заполошно визжащего водителя, кабина соприкоснулась с землей, но
не легла на нее, а продолжила погружаться в еще недавно твердую почву. Колеса
повисли в воздухе, тонкая штанга манипулятора сломалась и повисла безжизненной
клешней.

Друиды синхронно перевели взгляд ниже. Длинный грузовик-лесовоз, полный ошкуренных


бревен набирал скорость на грунтовке. Рыча двигателем и выпуская в воздух клубы
черного дыма, он полз по трамбованному гравию. Внезапно кабина грузовика просела
так, что уперлась в землю остеклением кабины. Сцепка задралась в небо колом. Прицеп
повело, бревна сломав ограждение посыпались на землю. Дорога колыхалась, словно
была поверхностью болота. Над всем участком стоял вой и крик. Китайцы бегали и
суетились, словно тараканы под тапком.

Вот просел один из вагончиков. Колеса лопнули со звуком выстрелов. Сооружение,


являвшееся рабочей столовой покосилось и величественно легло набок. Из окон
плеснуло дымом, показались языки пламени. Потом что-то гулко рвануло внутри.
Наверное газ из баллонов на кухне, догадался Бык. Наконец кто-то заметил две фигуры
стоящие на склоне. К ним побежал один из китайцев, начальство по видимому. Он
шустро, помогая себе руками взобрался на склони кинулся к стоящим там друидам.

— Это вы все это устроили?! — По русски он говорил вполне прилично, понять можно
было без проблем.

— Мы, — одна из фигур повернулась и уставилась зелеными буркалами, — а что? Не


понравилось? Так мы еще и не закончили…

***

— Вот, товарищ генерал — на стол легла флешка и несколько листов бумаги.

— Так, — руководитель перебрал листы бумаги, поводил пальцем по строчкам и воткнул


флешку в разъем. Посмотрел в монитор, пощелкал мышкой и расплылся в довольной
ухмылке. Перевел взгляд на подчиненного, — гульнули ребята не слабо, а?

— Не то слово, шеф. У наших узкоглазых соседей сейчас стоит вой и плач. Раньше-то
мы закрывали глаза на эти незаконные вырубки. Но после указа ситуация изменилась.
Они ждали приезда чиновников, деньги заготовили на взятки, а явилась пара друидов и
устроила локальный апокалипсис. И что характерно, деньги им не нужны. Соседи в
трансе. Стереотипы рушатся, к такому они оказались не готовы.

— Прекрасно, просто прекрасно. Верховный тоже доволен. Подробностей он пока не


знает, но и того что ему доложили хватает. А почему кстати два друида? Их же трое.

— Я поинтересовался. Третья, Анна Шипилова, супруга царя, сейчас в положении. Ждет


ребенка. Кроме того, как оказалось, у нее другая специализация. По их внутренней
классификации, она "садовник".

— Стоп. В положении, говоришь. А ребенку в каком возрасте они собираются обряд


делать?

— Ни в каком. У двух друидов рождается друид. Данные с Амазонки это подтверждают.

— Интересно, — генерал погладил лысину, — размножаются значит. А что значит


"садовник"?

— Работа преимущественно с растениями. За оставшееся до холодов время, эта самая


царица, сняла с огородов в своей деревне три урожая картофеля и неизвестное
количество других овощей. Так что к зиме друиды готовы.
— О как. Над этим стоит поразмыслить. Вряд ли друиды захотят работать в нашем
сельском хозяйстве, но перспективы заманчивые. Н-да, будем думать…

***

Карандаш хрупнул и сломался в руке. Шилан (заместитель министра) отбросил щепки в


сторону. Что же там произошло? Эти северные демоны словно с цепи сорвались. Столько
лет послушно ели с рук, принимали деньги и подарки, закрывали глаза на мелкие
нарушения и вдруг, на тебе. Он покрутил колесико мыши, увеличивая изображение на
мониторе. Где-то он уже встречал упоминания о зеленых глазах. Чиновник закрыл глаза
и напряг тренированную память. Вот оно! Он прижал кнопку вызова секретаря. Тот
возник в кабинете мгновенно и совершенно бесшумно. Склонился в поклоне.

— Все материалы по друидам, мне на стол. Срочно. — Секретарь исчез, но почти сразу
вернулся.

— Господин, есть работник аналитической службы разрабатывающий эту тему. Он будет у


вас через половину часа с материалами. А пока, я осмелился передать на ваш
компьютер интервью одного из них. Дано два дня назад… — Хозяин кабинета махнул
рукой, отпуская подчиненного. Нашел новый файл и запустил его.

На фоне леса сидели двое. Лес впечатлял. Огромные, неохватные стволы уходили в
небо. Ветки сплетались в сплошной, зеленый купол. Видно было, что там, среди
ветвей, кипит бурная, не останавливающаяся ни на минуту жизнь. А у подножия
древесных гигантов сидела молодая девушка в джинсах и легкой блузке. Напротив нее,
на стволе упавшего дерева развалился в свободной позе молодой человек. Был он
строен и загорел до шоколадного цвета. Зеленые глаза, пшеничного цвета волосы,
длинные до колен шорты, в общем рядовым облик парня не назвал бы никто. Оператор
дал лицо девушки крупным планом.

— Привет народ! С вами снова Сарима. И сегодня у нас интервью с настоящим друидом.
Он не просто друид, он еще и принц. Сын короля друидов с Амазонии. Скажи принц,
какова цель твоего приезда к нам, на Калимантан?

— Цель весьма прозаична. Собираюсь организовать здесь третье царство друидов.

— Третье? А первые два…

— Амазонское и Сибирское царства.

— У тебя уже есть подданные?

— Да. Несколько человек уже прошли обряд и стали полноценными друидами.

— А как ты попал к нам? От Амазонии путь не близкий.

— Я, вместе со своим другом прилетел в Россию. Друг остался в Сибири, стал тамошним
царем. Я же прошел по берегу до Малайзии и затем переправился с рыбаками на ваш
остров.

— Что тебя более всего впечатлило в пути?

— Китай. Ничего более омерзительного я в своей жизни еще не видел.

— Что ты имеешь в виду, принц?

— Видишь ли Сарима, амазонская сельва, сибирская тайга, да и ваш дождевой лес


Калимантана, это все леса старые. С историей, памятью, характером если хочешь. А
вот в Китае лес напоминает юную, многократно изнасилованную девушку. Ему, тамошнему
лесу, давали отрасти немного, потом рубили под корень. Снова давали время на вырост
и снова рубили. Мне, друиду, этот лес вреда причинить не мог, но и общаться с ним
было неприятно. Забитый, несчастный ребенок, мечтающий лишь о том, что бы его
оставили в покое. Хоть не на долго…

Чиновник выключил монитор и уставился в черный экран сжимая и разжимая кулаки. С


трудом погасил вспышку ярости. А зачем мы, спрашивается, тайгу рубили? А теперь
придется снова свои леса изводить. Насиловать, как выразился этот мерзавец. Что же
у них там произошло, в этой России. Вдруг, ни с того, ни с сего, как гром среди
ясного неба, президентский указ. Полный запрет на вырубку тайги. Но ведь должна же
быть причина…

— Господин, — прошелестел голос из динамика, — к вам аналитик, которого вы ждете.

— Зови.

Аналитик явно не зря ел свой хлеб. Данные он давал интересные и нужные. Шилан узнал
много нового, все это требовалось изучить и тщательно обдумать. В данный же момент
его интересовал один вопрос. Он поднял руку останавливая специалиста.

— Вопрос. Что такого произошло в России, что их президент издал указ о полной
остановке вырубки тайги?

— По видимому этот указ, плата за одну из услуг, предоставленных друидами.

— И что это за услуга, по-твоему?

— Скорее всего излечение. Такого рода услуги предоставляет и король Амазонии.


Пользовались до последнего времени представители влиятельных кругов США. Логично
предположить, что и сибирский друид способен на аналогичное действие.

— И что это может означать практически?

— Однозначно сказать сложно, но вполне возможно, что российский президент получит


возможность полноценно трудиться еще один или два десятка лет.

— Что?! Председатель знает?

— Я составлял соответствующую аналитическую записку, но как ее восприняли не знаю.

— Ясно. Свободен. Оставь копии материалов у секретаря.

Чиновник встал. Надо было идти на доклад. Он знал как работает правительство и
допускал, что на данный момент является единственным, кто воспринял новую
информацию всерьез. Но если это правда…

Глава 34

— Сынок, как ты там?

— Да все нормально, мама. — Лицо принца на экране было вполне себе веселым и
жизнерадостным.

— Что с подданными, сын?

— Набираю потихоньку. Мешает большое количество мусульман на острове. Не понятно,


что там у них в головах. Но потихоньку нахожу новых.

— А что с царицей? Ты глянь только на избранницу Быка? — Сибирский царь


самодовольно усмехнулся со своего экрана.

— Такой пока не нашел. Но ищу, ищу.

— Что у тебя с вырубкой леса?

— Здесь успехи поскромнее чем у вас. Малайцы рубят лес весьма активно. В открытую
конфронтацию вступать не хочу. Занимаемся мелким саботажем. Удорожаем, так сказать,
себестоимость леса. У меня здесь другой перекос наметился. Все эти местные народы,
ибаны, лонваи и прочие достаточно воинственны. Так что дозорных и охотников хоть
пруд пруди, а вот прочих практически нет. Надеюсь пока на второе поколение.

— Ясно, — Король почесал макушку, — Бык, а у тебя как дела?

— А у меня все наоборот. Вырубку остановили, китайцев отвадили. Приходил узкоглазый


спецназ, весь полег в тайге. Сейчас зимуем. Зато новые друиды появляются медленно.
Думаю, как потеплеет немного сходить севернее, поискать нативов. Может из них кого-
то подберу.

— Понятно. — Игаль смотрел на экран, на лицо сибирской царицы и не мог


насмотреться. Это безмятежное спокойствие подкупало. — Как наследника назовете?

— Иваном. Через месяц ждем.

— Волнуетесь?

— Да не особо. Посмотрели на роды у твоих амазонок, плюс Аня у меня медицинский


работник…

— Правильно, все будет хорошо, — король снова посмотрел на супругу Быка. В памяти
что-то шевелилось и пыталось выбраться наружу. Он скользнул в глубь своего сознания
и с удивлением обнаружил, что бурление происходит в той, второй части памяти. Он
обращался к ней в последнее время все реже и реже. И вдруг, поди ты. Игаль дал
свободу тому, что рвалось на поверхность и взглянул на Анну глазами своего второго
я.

И понял в чем тут дело. Эти широкие, высокие скулы, чистый лоб, спокойный взгляд
лучистых глаз… Бабушка. Тот, кто подарил ему свою память и растворился в новой
личности, сейчас проявился на мгновение. Он узнал ее. Бабушка была такой же. Чисто
русская красота. Сердце короля защемило. Воспоминания нахлынули волной. Детство,
крошечная квартира на Петровке. Он судорожно вздохнул. Все-таки эмоциональная волна
оказалась неожиданно сильной. И хоть сам Игаль не проживал этого, зато своими
чувствами щедро поделился второй. "Спасибо" безмолвно сказал он ему. Спи дальше
друг…

— Бык, тут еще одно дело. У меня здесь новый друид образовался. Лесной рейнджер с
Аляски. Обряд у него, как бы не длиннее твоего получился. Он домой хочет через тебя
возвращаться. Ты как?

— Нормально. Почему бы и нет. Напрягу своих эфэсбэшников. Думаю, пусть он в Москву


прилетает, а там уже они его прямиком ко мне доставят. Примем, обиходим, покажем
все, что он захочет увидеть. Даже до Берингова пролива проводим.

— Ну и отлично. Обрадую Джейка. А то он уже землю роет в нетерпении…

***

— Тащ генерал!

— О! Заходи, садись. Леночка, нам чай пожалуйста… Ну рассказывай, что там, как там?

— Да нормально все. Тишина. Зимуют друиды. На зимних, так сказать, квартирах. Живут
в основном в лесничестве. Из дома в Мрфино сделали продуктовый склад. Егерь по
прежнему, подкармливает зверье. Как будто и не уходил со службы. Китайцы
затихарились…

— Кстати, что там с их спецназом получилось в результате?

— Да ничего не получилось. Вы же велели не трогать этих вояк. Интересно мол, как


друиды действовать будут.

— Ну да, я помню. И как они действовали?

— А бес их знает. Мы отслеживали группу инсургентов со спутника. В холодном-то лесу


они вполне качественно выделялись. А потом бац, и нету никого.

— Как это, нету?

— Ну так я и говорю. При очередном пролете спутника следов не обнаружено. Ни


тепловых сигнатур, ни визуально… Сгинули короче.

— Ну ты подумай. Может нам охрану границ на друидов возложить? Как думаешь?

— Думаю, плохая идея. Если бы от границы лес начинался, тогда еще туда сюда, а так…
Друидам же на границу начхать. Их только лес интересует. А кстати, родила царица-
то. "Родила царица в ночь, то ли сына, то ли дочь…" Это так, к слову пришлось. Сын
у них. Иван.

— Погодь, как это родила? Сама что ли? Не в больнице?

— Вот именно это я и спросил. Стоило ли мол так рисковать? Тем более, кое кто из
допущенных к проекту надеялись, что хотя бы на "турбазу" рожать придет. Обследовать
хотели, об исследованиях грезили. Облом. Сами, сказали мне, в своих больницах
мучайтесь и рискуйте здоровьем матери и ребенка. А мы уж по старинке, надежно и без
риска.

— Нет постой. Я чего-то не понимаю, — генерал выглядел озадаченным, — это же


мировая, проверенная временем практика. Как можно без больницы…

— Я, товарищ генерал, вопрос исследовал. Так как был озадачен не меньше вашего.
Результаты получил обескураживающие. Вся эта, как вы выразились "проверенная
временем практика", существует всего-то пару тройку сотен лет. Это если говорить о
родах в постели, на спине. И пошло от знати. В деревнях-то продолжали рожать по
старинке. А медикаментозным родам и того меньше времени. Просто в нашем с вами
мире, всем заправляют деньги. А в медицине фармакологические корпорации. И им
выгодно, что бы люди мучались побольше, как бы цинично это не звучало. И
соответственно покупали бы таблетки и прочие средства…

— Стоп. А что такое "рожать по старинке"? Ты тут упоминал несколько раз.


— На корточках. Так, как рожают приматы, да и вообще все млекопитающие. Колени
роженица разводит в стороны, бедра раскрываются максимально широко и плод, под
собственным весом… Вы же помните, скорее всего, товарищ генерал эти рассказы своих
предков, как бабы рожали в поле и продолжали работать? В декретный и послеродовой
отпуск тогда никто не уходил. А детишек бывало более десятка в семье. Смертность
детская была высокая, это да. Но уж друидам-то это не грозит.

— Вот черт. А ведь и правда бабка рассказывала что-то такое… Но тогда получается,
что у друидов будут враги в лице этих фармацевтов, так что ли?

— Будут. Но не сейчас. Пока их слишком мало, что бы влиять на что-то. А вот со


временем… Да, товарищ генерал, тут еще один вопрос наметился. Бык просит помощи.
Его хочет навестить один друид из новых. Так просьба, доставить этого гостя из
Москвы прямо в тайгу.

— Ну и в чем проблема?

— Гость, американец…

— И что? Он же друид, а их военные тайны не интересуют. Так что помоги. Мое


разрешение у тебя есть. А под это дело пообщайся с "царем" на вот какую тему. У
верховного возникла идея. С запретом вырубки мы потеряли в деньгах, в валюте то
есть. Зато появилась возможность получить рычаг давления на наших богатеев. Как их
там в народе кличут, олигархов. Верховный хочет, что бы без его визы, для этих
никаких оздоровительных процедур не проводилось. Как там, пойдут они на это?

— Думаю да. Их вообще состояние здоровья нашей нации не интересует. Это наши
проблемы, нам и разбираться. Но вот прикрыть немного их не помешает. А то олигархи-
то публика резкая. Начнут похищать или еще чего. А друиды в ответ армагеддон
местного разлива устроят…

— Во-во, я и не подумал. Молодец. Так что продумай все и план мероприятий мне на
стол. А с гостем этим не мудри. Доставь и сдай с рук на руки. Работай.

***

Джейк уже потерял счет времени в этом бесконечном перелете. Сперва летели в Москву.
Долго и нудно. Потом его подхватили местные спецы и доставили на служебный
аэродром. И снова монотонный перелет. Потом вертолет и бесконечный лес под брюхом
винтокрылой машины. Потом аппарат тяжело плюхнулся в снег, прибыли.

Сперва подошел местный "царь". Здоровенный детина с цепким, внимательным взглядом.


Крепкое рукопожатие, улыбка. Джейк почувствовал, что тоже начал оттаивать. Свой
брат, служивый. Повели в дом. На улице зябко все-таки. Одет он был не слишком по
погоде. Супруга Быка, так звали главного и кличка подходила ему как нельзя более,
поразила. Спокойная красавица с плавными, неторопливыми движениями. На душе
потеплело. На Амазонке было хорошо, но как-то суетливо что ли. Здесь же никто
никуда не торопился. Совсем как дома.

Потом появился Михалыч. И вот тут-то Джейк окончательно расслабился. Своего собрата
рейнджера он почувствовал сразу. Да и тот принял гостя, как родного. Снабдил унтами
и полушубком, сводил в лес на знакомство. Там приезжий постоял обнявшись с могучим
кедром, открылся и чуть было не заплакал. Дождевой лес был хорош, слов нет, но
какой-то излишне бурный, кипучий что ли. Здесь же он был похож на старого, мудрого
деда. Погладил по голове пацана, взъерошил волосы, усмехнулся в бороду…

Джейк отлип от ствола и украдкой смахнул слезу. Совсем как дома. Да собственно
почему как. Это же один и тот же лес. Михалыч сделал вид, что не заметил смятения
гостя. Отвернулся деликатно. Потом они несколько дней колесили по тайге. Поправляли
кормушки, раскладывали сено. Обновили соль в лотках для копытных. Досыпали зерна с
мелкими камушками для зимующих птиц. Обычная работа лесного рейнджера. Джейк
отдавался ей с наслаждением. Михалыч был настоящим профи. Отличие было лишь одно.
Друид обслуживал гигантскую территорию. "Лесные тропы" позволяли расширить область
покрытия на порядок.

Потом сходили на место побоища с незаконными лесорубами. Рейнджер смотрел с болью


на лысый склон и думал, что эти друиды все-таки на редкость миролюбивые ребята. Он
бы скорее всего не сдержался. И похоронил бы здесь всех этих китайских лесорубов
вместе с их техникой. А они ограничились только уничтоженным железом…

Глава 35

— Деда, а нам еще далеко?

— А ты уже устала что ли? — Дед Иван посмотрел на внучку с веселым изумлением. Та
отрицательно помотала головой, отчего ее тонкие и легкие как пух волосы взлетели
облаком вокруг головы. Малявка устроилась на спине призванного лося. Сидела поверх
ремней переметных сумок. — Вот видишь луг. Сейчас его пройдем, спустимся к реке, а
за речкой и Архипово будет.

Они сошли с "тропы" на краю леса. Вообще-то очередь идти с продукцией была не его,
но внучка очень просила посмотреть "человеков". Так что дед Иван взял рейс на себя.
Он посмотрел на внучку с гордостью. Сильный растет "мастер жизни", очень сильный.
Даром что ей еще и восьми лет не исполнилось. Впрочем в их роду все женщины шли
этим путем. Повелось это еще с мамы Анны.

Занятно, подумал старик, ведя под узцы лося через луг. На Амазонке прижился
родоплеменной уклад. Там жили деревнями-семьями. На Аляске кланы. А у нас в Сибири
рода. У этих амазонок и вовсе шило в заднице. Мало им своего континента, сейчас еще
и Африку осваивать взялись. Очень им саванна понравилась. После сельвы просто
курорт, говорят.

Сейчас-то поспокойней стало, у людей своих забот полно, у друидов своих. А тогда,
сто лет назад, такое бурление случилось, думали не выживем в какой-то момент. Джейк
тогда и вовсе, взял своих, бросил поселение и увел всех в глубь леса. Уж как их
искали, да выслеживали. Засылали войска, да авиацией давили. Отбился, отсиделся в
дикой глуши рейнджер, а там и власти на попятную пошли.

Амазонские же, принялись чистить свои земли от наркодельцов. Сперва-то думали не


обращать внимания, не получилось. Те тоже влияния своего и доходов неправедных
терять не хотели. В какой-то момент, даже мама к ним сходила. В гости. Такого
уровня садовников в те времена больше не было. Вот она и организовала шефскую
помощь. В числе прочего вывела новую разновидность коки. С намного меньшим
содержанием вожделенного для наркош вещества. И потихоньку гадкий бизнес сошел на
нет сам.

А у них здесь, в Сибири, своих проблем хватало тогда. В городах людей бушевала
научно техническая революция. Все что откладывали под сукно, технологии что лежали
под спудом, пошли в дело. Почему вдруг это случилось, сейчас и не вспомнишь. Только
отдалось это в мире так, что зацепило всех. Уйма народу не удел оказалась. На
пособии сидеть скучно, а делать оказалось нечего. А тут друиды. И куча народу
рванула в леса. Хиппи доморощенные, выживальщики всех мастей. Кого только не было.
И всем сверхспособности подавай.

Сколько народу удобрило собой леса, страшно вспомнить. Друиды откочевали в самую
глушь, но и до них добирались одержимые. В обряде не отказывали, проводили. Вот
только пройти его смогли не многие. Но и так численность лесных жителей увеличилась
рывком. Весело было, дед поежился. Вынырнул из воспоминаний. Внучки на месте не
было. Мелкая носилась по лугу, собирала цветы.

Вот тоже показатель, дед Иван смотрел на девчонку и тихо умилялся. Год назад ей
сьют выдали, а управляется она с ним, любо дорого посмотреть. Прямо на его глазах,
комбинезончик непоседы убрал рукава, зато отрастил на груди кармашек. Та сунула
туда цветок, сорванный только что. Карман пропал, зато комбинезон окрасился в
голубой, васильковый цвет.

Сам-то Иван помучился со своим сьютом. Пока научился находить язык со своенравным
костюмом, семь потов сошло. Главное с ним же не поговоришь словами, тут все на
эмоциях завязано, на тонких ощущениях. А нынешняя детвора этих проблем не
испытывает. Для них это словно вторая кожа, часть тела, так точнее наверное.

Ну вот и река показалась. Так-то речка не большая, метров двадцать всего, но


чистая, отсюда видно. Девчонка радостно завизжала и кинулась к воде. Сьют собрался
в короткие шорты и неугомонная плюхнулась в воду "бомбочкой". Только брызги
полетели. Дед улыбнулся. Именно так и надо жить, "радость в каждой минуте". Это
молодые девиз изобрели, и он был с ними согласен. Если нет радости, то зачем жить-
то вовсе.

Брод нашелся на своем, обычном месте. Переправились. Сьют деда образовал нечто
вроде сапог, так что тот даже ног не замочил. Малявка набегалась и снова была
усажена лосю на спину. За рекой пошли поля. Пришлось обходить. Рожь стояла такой
плотной, густой стеной, казалось палец не просунешь. Сердце захолонуло. Это же
очередной привет от мамы. Рожь эта, северная. Уже десять лет, как родителей нет, а
все вокруг о них напоминает.

Мама Анна как раз и ввела новый термин. "Садовник" не отражал всего спектра задач.
Мелковат оказался термин, поверхностен. Вот Анна и ввела новое название. "Мастер
жизни". Такими мастерами становились преимущественно женщины, а уж в их роду, в
особенности.

Поле обходили довольно долго. Архиповцы год от года наращивали пахотные земли.
Народу у них становилось все больше, значит и еды требовалось большее количество.
Когда-то небольшая таежная Архиповка превратилась в поселок. А там уже и до города
рукой подать.

Наконец и дорога показалась. Обычная сельская дорога, две пыльных колеи набитые в
траве. Асфальт больше не клали. Смысла не было. В поселке все ходили пешком, разве
что на поля выгоняли технику. Так ей, технике этой, ровная дорога ни к чему. А в
другие, дальние места летали. Последнее время пошла мода кстати, на ретро-леталки.
Слава богу предки много чего напридумывали. А жизнь теперь неспешная, спокойная.
Мчаться сломя голову на другой конец планеты никому и не требовалось более.

Так что для местных перелетов в моду вошел "Дуглас". Из современных материалов
собранный, да с движками нынешней выделки, чудо а не машина. Взлетает с любого,
более или менее ровного поля. Надежный, удобный, экономичный. Спирта потребляет
совсем немного, а хоть бы и много. Этой зеленой биомассы, отходов столько, что
перегонять устанешь. На фига предки качали нефть, сейчас и не понимает никто.

Но качали ведь. Огромные вонючие заводы строили, перегоняли эту самую нефть, черт-
те знает что с нее получали. Зачем? Не понятно. Спирта теперь, море разливанное.
Топливные элементы нынешние на нем только и работают. Особенно после того, как
недорогие мембраны разработали. А вся верхняя часть того же "Дугласа" солнечные
панели. Поднимись себе над облаками и лети себе сколько хочешь, батареи заряжай.
Они ночью понадобятся, если уж и вправду решил на другой конец земли махнуть.

Ну а уж на самый крайний случай энергоячейка имеется. Они конечно все еще в


дефиците, но уже не в таком, как полсотни лет назад. Вот с них-то, с этих самых
ячеек и началась всеобщая НТР по всей планете. Поначалу называли "батарея Саймона",
потом уже на нынешнее название перешли постепенно. Первые-то громоздкие были, жуть.
Но все равно, на пару порядков больше запасаемой энергии по сравнению с обычными
аккумуляторами, это вам не муравей начихал.

Там вообще темная история получилась. Сперва вроде бы хотели и этот патент под
сукно запихать, но в него вояки вцепились. С такой батареей лазеры становились
вполне себе применимым оружием. Дальше больше. Двигательные установки нового типа
показали такой КПД, что у вояк просто волосики на голове зашевелились. И понеслась…
К новым двигателям, потребовалась новая ходовая часть, потом про колеса литые
вспомнили. Фирма "Мишлин" их давно разработала, но все под спудом держали. Боялись
социальных потрясений. И пошло, поехало. Ну и потрясения конечно, куда же без них.
Когда враз, восемьдесят процентов населения без работы оказалось…

— Деда, деда, да деда же!

— Что случилось? — Иван с трудом вынырнул из воспоминаний. А вот уже и поселок


показался. Крепкие, добротные дома с палисадниками. Внучка однако тыкала пальчиком
в сторону.

— Это что, деда?

— Это, — мужчина проследил за пальцем внучки, — ах это. Это милая башня ПВО. Ты же
вечером сама на падающие звезды любовалась, помнишь? Так нас от этого потока дерева
прикрывают. А здесь, в чистом поле, защиты-то и нет. Тюкнет такой камушек по
темечку и все, аля-улю. Вот в населенных пунктах и ставят сейчас такие башни.

— А что значит ПВО?

— Противовоздушная оборона. От старых времен слово осталось. Но к нынешнему времени


хорошо подходит. Крупные камни еще на орбите расстреливают, а мелкие уже у земли.
Увидишь еще, они довольно часто стреляют.

— А мы куда сейчас, деда?

— К Марь-Ванне зайдем сначала. Кваску попьем с дороги, да и у меня для нее гостинец
есть…

Мария Ивановна встретила их у калитки. Дебелая дама в возрасте, с широким,


улыбчивым лицом, поразила малявку до глубины души. В лесу народ в массе своей
легкий, подвижный. А тут прямо монумент, а не женщина. Путников немедленно снабдили
деревянными стаканами с холодным квасом. Дед Иван с наслаждением отпил. Квас шибал
в нос шипучими пузырьками, щекотал язык и оставлял после себе чудесное послевкусие.
Эдакий аромат домашнего хлеба и легкая лесная кислинка. Девочка же погрузилась в
свой стакан по самые глаза.

— Вот Маша, — дед Иван допил и блаженно вздохнул, — познакомься, это Вера, внучка
моя. Пристала как банный лист. Покажи, да покажи ей поселок. Пришлось показывать.

— Красавица какая, — женщина забрала пустые стаканы и теперь рассматривала внучку.


— Вашу породу, Ванечка, сразу видно.
— Кстати, пока не забыл, — друид зарылся в одну из сумок на боку флегматично
стоящего лося, — вот Маша, принес как и обещал. — В руке у него оказался берестяной
туесок с красными ягодами.

— Ух ты, — Мария Ивановна всплеснула руками, — мне же этого теперь надолго хватит.
Спасибо Ваня…

Распрощавшись с женщиной вышли на дорогу и нос к носу столкнулись с компанией


детворы. Несколько мальчишек и девочка, по виду ровесница Веры.

— Зырь Натка, друид настоящий!

— Ты что, Петька, друидов не видел что ли? Они же каждую неделю приходят.

— Да не, ты чего, не видишь что ли, это же царь ихний. Ну Иван Сибирский, забыли
что в школе рассказывали?

— Да ну…

Дед Иван усмехнулся в усы. Ну вот, дожил называется. Про него уже в школе на уроках
рассказывают. Он посмотрел на внучку. Та с открытым ртом рассматривала местную
девчонку. Даже не ее, а цветастый открытый сарафанчик, в котором щеголяла эта самая
Натка. Сьют Веры пошел волной, складками, замерцал разными цветами. Миг и на мелкой
дриаде тоже красуется короткий сарафан. Она нахмурилась на мгновение и сьют
окрасился в яркий оранжевый цвет в белый горошек. Ребятня стояла словно громом
пораженная. Малявка повернулась к деду и неожиданно задорно подмигнула…

Глава 36

— Ба, кого я вижу, Николаич, собственной персоной! Сколько лет, сколько зим, — с
крыльца правления спускался невысокий, пожилой мужичок.

— Привет, Паша — дед Иван с удовольствием пожал руку председателю.

— Чего сам-то, кости решил размять?

— Ну да. К тому же внучка просилась, поселок посмотреть…

— А где она, внучка-то?

— Да с сорванцами местными бегает. Петька там, Натка. Обещали ей все показать.

— Ну эти покажут, не переживай.

— Да я и…

Над головами мужчин затрещало. Оба подняли головы. Один из эмиттеров башни внезапно
окутался сеткой разрядов и вдруг выдал куда-то в небо ослепительную молнию. Там, в
небе, образовалось небольшое грязное облачко. Вдали послышался восторженные детские
крики.

— Не низковато ли сбивает?
— Да нет, Николаич, ты что. В самый раз. Нам тут компетентно разъяснили, что чем
метеор ниже, тем он меньше. А система работает без промахов. Ты я смотрю не с
пустыми руками? — Председатель кивнул на переметные сумы.

— Конечно. Когда я с пустыми-то приходил. Правда я по дороге к твоим ткачам


завернул. Сгрузил им весь" паучий шелк" и клей новый. Там мои мастера намудрили
что-то…

— Это дело. — Председатель Паша потер руки в предвкушении, — а мне что будет?

— Смола разумеется, — дед Иван принялся выгружать небольшие, круглые бочонки. —


Кедровая, лиственничная ну и кленовый сироп к ним.

— О-о, это ты вовремя. Мы завтра как раз налог отправляем, так с твоей смолой мы
всю квоту закроем.

— А чего завтра-то? — Они переместились в кабинет председателя. Тот как раз


колдовал над плиткой, заваривая чай, — обычно позже отправляете.

— Так нам тут тягач новый прислали с "колбасой"…

— С чем?

— Ну безкаркасным дирижаблем. Мы его "колбасой" зовем. Ух моща. Слышишь рычит, —


Паша махнул рукой в стену, в направлении стоянки техники, — ну а обратным рейсом
как раз "оброк" и отправим.

— Никак к вашим словечкам не привыкну. Ты почему-то "председатель", "колбаса" эта,


— дед недоуменно покрутил головой и отхлебнул глоток чая. — Сам-то как? Сыновья?

— Да нормально все. Старший механизатором, вот глядишь на новом тягаче и водилой


будет. Младший в армию пошел…

— А что так? Есть с кем воевать?

— Ну дык. Южане-то всякие лезут, считай, бесперечь. Как нефть стала не нужна, так
тоскливо им в своей пустыне. А делать толком не умеют ничего. Ну и лезут. Города
теперь пустые стоят, там им тоже поживиться нечем. Ну а нам лишние люди не нужны.
Вот и есть чем заняться воякам. Кстати, слыхал какую штуку морячки соорудили? Нет?
Полупогружной скринер. Сынок на побывку приезжал, рассказывал. Интересная вещь у
них вышла. То, понимаешь, в воде сидит, одна башенка наблюдательная над
поверхностью. Потом всплывает, ракетный залп выдает и сматывается как экраноплан на
сверхнизкой высоте. Находит новое перспективное место и снова бульк, и нет его. Два
таких скринера на той неделе турецкий флот гоняли. А то ишь, втемяшилось
басурманам…

— Жизнь бурлит в общем…

— А как же. Новый порядок-то он не сам по себе устаканится, его добиться надо. Да,
чуть не забыл, Николаич, нам бы строевого леса…

— Это тебе с Федькой говорить надо. Бразды правления я ему передал, ему и карты в
руки. Царские.

— Так мы уже. Просто сроков не знали. А теперь-то с новым тягачом, зараз готовые.

— Передам, делов-то. А уж он с вами свяжется. Насколько я знаю, дозорные уже и


участки на вырубку разметили и подъездные пути определили. Так что все готово.
— Тогда еще один вопрос. Хотим мы вас, друидов то есть, просить поучаствовать в
животноводстве. Ты как на это смотришь в целом?

— А что у вас случилось?

— Да с ветеринарной службой беда. А вам-то это не проблема должна быть, так? Ну и


там, нагул, надой, контроль здоровья… Всю техническую часть, дойку там, забой, это
мы сами сделаем. Благо механизация имеется. А вот что касается здоровья животных…
Такая понимаешь ли сфера тонкая. А уж расплачиваться будем натурой. Молоком и
мясом. Все вам меньше лесную живность бить. Как тебе идея?

— Да неплохо в целом. С народом поговорить надо. Но так, на вскидку, почему бы и


нет. Особых проблем я не вижу.

— Ну и отлично, — председатель расслабился.

— Слушай, Паша. А куда вы свое зерно отправляете?

— Как это куда? А понял, тебя вдруг устройство мира заинтересовало. Понимаю.
короче, народ склонный к технике селится сейчас вокруг заводов. Клепают актуальную
продукцию. Ну типа нашего тягача. Его к нам, а мы жратву к ним. Ну на самом деле
несколько сложнее, взаимозачет по энергии делаем. Но в общем-то ничего сложного.
Главное не пытаться дурить друг друга. Разок обманешь, так с тобой потом дел не
захотят иметь. А в результате свои же мужики прикопают.

— А откуда они там на заводах сырье берут?

— Вот с этим, Николаич, у нас проблем нет. Нам наследие предков еще сотни лет
перерабатывать. Одних танков столько… А уж сколько металла получается при демонтаже
высоковольтных линий… Электростанции остались только атомные, да и те работают на
зарядку энергоячеек. Напрямую, так сказать. Кстати, жди скоро гонцов от техников.
Их, электростанции эти, по выработке ресурса глушить собираются. Тут без друидов не
обойтись.

— Понятно. Ладно, придут люди, поговорим, обсудим. Так что Паша, вот оно, светлое
будущее что ли?

— Ну да. Оно и есть. С проблемами конечно, но куда же без них. А так-то да, дожили…