Вы находитесь на странице: 1из 254

Владислав Прокопенко

Маршем по снегу

Издательские решения
По лицензии Ridero
2019
УДК 82-3
ББК 84-4
П80

Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»

Прокопенко Владислав
П80 Маршем по снегу / Владислав Прокопенко. — [б. м.] :
Издательские решения, 2019. — 252 с.
ISBN 978-5-4485-8289-9

Политическая ситуация на Корейском полуострове близка к коллапсу. В выс-


ших эшелонах власти в Южной Корее, Японии и США плетется заговор…
Бывших разведчиков не бывает — несмотря на миролюбивый характер поезд-
ки в Пхеньян, Артем Королев, в прошлом полковник Генштаба, а ныне тренер
детской спортивной команды, попадает в самый эпицентр конфликта. Оказы-
вается, что для него в этой игре поставлены на карту не только офицерская
честь и судьба Родины, но и весь смысл его жизни.

УДК 82-3
ББК 84-4

18+ В соответствии с ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ

© Владислав Прокопенко, 2019


ISBN 978-5-4485-8289-9 © П. Скляр, дизайн обложки, 2019
Все события и персонажи в романе
являются вымышленными, любые
совпадения случайны.

3
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Всем заправляют безымянные


и загадочные «они».
Кто эти «они»? Не знаю. И даже сами
«они» не знают.
Д. Хеллер, американский
писатель

4
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Пролог
(Посольство РФ в г. Пхеньян, КНДР, 7 января)

Дверь резко открылась. Сон как рукой смахнуло. Ли Дон


Гон встал, сердце учащённо забилось. Нехорошее предчув-
ствие сдавило горло, стало тяжело дышать.
В комнату вошёл временный поверенный в делах Посоль-
ства России в Северной Корее Виктор Богатёнов. Чуть скривив
в усмешке рот и нервно подёргивая рыжеватые усы правой ру-
кой, дипломат пристально посмотрел на корейца.
— Товарищ Ли! — тихим голосом произнёс Богатёнов. —
Вам отказано в получении политического убежища, и вы знае-
те, по какой причине. Это решение Москвы, и оно окончатель-
ное. До конца дня вы будете переданы местным властям.
Временный поверенный достал из кармана носовой пла-
ток, прикрыл им нос — в комнате стоял запах давно не мытого
и грязного человеческого тела, — развернулся и медленно вы-
шел из комнаты.
— Южнокорейская собака! — зло прошептал Ли. С первой
минуты их вчерашнего разговора, когда удалось проникнуть
на территорию посольства, именно с первых слов, произне-
сённых временным поверенным на сеульском диалекте, севе-
рокореец понял, что доверять этому человеку не может. Он
очень любил свою страну, был готов стать «пулей», способной
поразить любого врага, защищая Великого полководца. Поэто-
му всё, что так или иначе было связано с Южной Кореей, было
для Ли ненавистно.
«Значит, всё впустую», — устало подумал перебежчик. Ли
смерти не боялся, его больше пугало то, что он не смог доне-
сти до посла России, который был в отпуске, очень важную ин-
формацию.
Чуткий слух уловил еле слышные шаги нескольких человек
за дверью. Ли быстро оглянулся по сторонам. В углу комнаты
была свалена старая мебель.
— Так просто я им не дамся, — принял решение кореец
и выдернул из стола ножку.

5
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Схватка была недолгой, но яростной. Прослужив более


15 лет в личной охране Руководителя, уже немолодой старший
полковник Ли Дон Гон продержался несколько минут против
двух крепких молодых офицеров специального подразделения
«Пэкту» министерства государственной безопасности Север-
ной Кореи. Но и им крепко досталось.
Когда в комнату зашёл руководитель группы захвата в фор-
ме майора, его сотрудники и перебежчик постепенно прихо-
дили в себя. Последний, тяжело дыша, лежал с явно перело-
манной рукой, которая была неестественно согнута. Старший
лейтенант, схватившись за бок, сидел около двери, а второй
офицер, с разбитым лицом, лежал у стены напротив перебеж-
чика.
— Ли-тонму!1 Ты надеялся, что тебе удастся уйти от «Пэк-
ту»? Думал, что русские тебя встретят с распростёртыми объя-
тиями? Ты, похоже, так и не понял, во что ввязался.
Ли Дон Гон с ненавистью взглянул на вошедшего рослого
офицера с тяжёлым подбородком и сплюнул сгусток крови.
Шансов остаться в живых не было. Он слышал краем уха
об этом спецподразделении, которое якобы выполняло особые
поручения высшего руководства страны по устранению ском-
прометировавших себя партийных работников и чиновников,
но не верил в это.
— Я сожалею, но у меня нет выбора, — произнёс с безраз-
личием в голосе руководитель группы и неожиданно нанёс
молниеносный смертельный удар точно по кадыку уже вста-
вавшему около двери старшему лейтенанту.
— Майор? — удивлённо глядя на него, вскрикнул второй
офицер.
Но встать ему не удалось. Быстро выхватив из кобуры
упавшего старшего лейтенанта пистолет, руководитель груп-
пы развернулся и сразу же выстрелил во второго офицера.
В один прыжок он был уже около него и так же молча, взяв

1
Товарищ. (кор.) При обращении старшего к младшему по возрасту или соци-
альному положению.

6
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

его табельное оружие, произвёл смертельный выстрел в голо-


ву перебежчика. Ли умер мгновенно. Смесь крови с ошмётка-
ми мозговой ткани огромной кляксой расползлась по стене,
скрывая то ли знаки, то ли грязные разводы на светло-голу-
бых обоях.
Аккуратно вытерев платком один пистолет, майор вложил
его в руку мёртвому офицеру, а другой — в руку Ли Дон Гону.
Внимательным взглядом он оглядел комнату и удовлетворён-
но улыбнулся. Приказ выполнен безупречно.
После этого майор приоткрыл дверь и рукой пригласил сто-
явшего в коридоре Богатёнова.
— Приношу свои извинения, товарищ временный поверен-
ный, но при попытке вывести перебежчика из комнаты им бы-
ло оказано сопротивление. Более того, он убил двух моих со-
трудников, но и сам погиб. Теперь вы убедились, насколько он
был психически нездоров и опасен для окружающих, — произ-
нёс, глядя прямо в глаза Богатёнову, кореец.

Глава первая
(Москва, 17 февраля, 3:20)

Не утихающая ноющая боль в правом подреберье заставила


Артёма проснуться. В квартире стояла жара: коммунальщики
не жалели тепла и раскалили батареи до невозможности. Тош-
нотворный запах перегара и резких женских духов вызвал
приступ кашля. Медленно стало нарастать раздражение, став-
шее уже привычным. К бессоннице добавилась ещё одна бо-
лячка — язва двенадцатиперстной кишки.
Опустив ноги на пол, он нащупал тапочки и побрёл, глухо
кашляя, на кухню. В настенном шкафчике порылся среди во-
роха лекарственных коробочек, нашёл препарат для лечения
язвы. Затем открыл бутылку минеральной воды, медленно по-
ложил в рот таблетку и стал пить. Часы на стене показывали
половину четвёртого, за окном в свете фонаря были видны
крупные падающие снежинки.

7
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Вернувшись в спальню, Артём включил настольную лампу,


прилёг и решил немного почитать в надежде дождаться сна.
— Опять бродишь по квартире и не даёшь выспаться. Ко-
гда же ты уймёшься? — зло проворчала жена и натянула одея-
ло на голову.
— А нечего было до полуночи шарахаться, — бросил в тем-
ноту Артём. Взял книгу, открыл, но тут же швырнул её обратно
на прикроватный столик.
Рядом с ним лежала его жена, но это был совсем чужой че-
ловек, они давно стали безразличны друг другу.
«Кто в этом виноват? Конечно же я, больше некому, — на-
стойчиво и уже в который раз билась мысль в голове у Артё-
ма. — Всё время был одержим работой, мало уделял внимания
жене. Да будь она проклята, эта работа!» Кому нужна была его
аналитика? Тем, кто разрушил идеалы воинской службы и по-
нятие офицерской чести? Но, с другой стороны, ведь благода-
ря его работе они с женой оказались в Москве! И не его вина,
что Светлана не хотела рожать, а посвятила себя карьере, как
и он сам.
«А дети?.. Где они? Да нет их и уже не будет… — обречённо
вздохнул Артём. — О Боже! И почему мне досталась такая
участь? Зачем мне жизнь в этих пятикомнатных хоромах
на Кутузовском проспекте? Как всё надоело…» — засыпая, по-
думал бывший полковник Генерального штаба.
Резко зазвонил будильник. Жена завозилась, потянулась и,
громко зевнув, встала.
— Нельзя тихо встать и уйти? — пробормотал сонно Артём.
— Я у себя дома, что хочу, то и делаю. И не надо мне давать
указаний, не в армии, — брезгливо посмотрев на него, произ-
несла жена.
— Ну и стерва же ты, Светка!
— Достал ты меня!
Со злостью хлопнув дверью, жена вышла из комнаты. Ар-
тём полежал ещё минут тридцать и встал. Состояние было
ужасное, делать ничего не хотелось. Но вставать надо было,
в 10:15 его ждал психотерапевт.

8
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Светлана уже позавтракала и одевалась.


— Что? Опять сегодня переговоры до полуночи? Ты хоть
иногда появляйся в доме в приличное для замужней дамы
время. Хотя что с тебя взять, — иронично произнёс Артём.
— Чья бы корова мычала, а твоя бы молчала. Лучше бы
работу искал. Сидишь после увольнения на моей шее да по-
гонять пытаешься. То тебе к психотерапевту надо, то к га-
строэнтерологу… Либо валяешься целыми днями на диване
и тупо в потолок смотришь, либо рычишь, как зверь, и бро-
саешься на людей. А вообще-то в дурку тебе надо. Там таким
контуженным, как ты, все проблемы быстро помогают ре-
шить.
Артём молча смотрел на жену, злость нарастала, постепен-
но переходя в ярость. Это уже был далеко не первый подобный
разговор на повышенных тонах. Но в этот раз кризис, видимо,
достиг высшей точки.
— Слушай меня внимательно. Либо ты немедленно изви-
нишься, либо…, — его глаза потемнели.
— Либо что? Убьёшь меня? Ведь тебя этому учили? —
усмехнувшись, произнесла Светлана.
— Не бойся, солдат ребёнка не обидит, а офицер тем более.
А с такой стервой, как ты, жить вместе дальше нет больше ни-
какой возможности!
— Ну и проваливай в свою однокомнатную дыру в Орехово-
Борисове. Хоть дышать станет легче, — стремясь уязвить му-
жа, выкрикнула женщина. — Чтобы к моему возвращению те-
бя в моей квартире не было, — добавила уже властно жена,
сделав ударение на «моей квартире», и вышла из дома.
«Вот и всё, как говорится, с глаз долой — из сердца вон», —
с нахлынувшим вдруг безразличием подумал Артём.

9
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

***

Через час, отдав ключи консьержке, отставной полковник


загрузил вещи в старенькую «дэу» узбекской сборки.
Чувство одиночества, приходившее к нему в последнее вре-
мя всё чаще, вновь охватило его. В голове была пустота, мысли
вяло вертелись вокруг ссоры с женой.
Артём завёл машину и стал выезжать из-под арки старого,
ещё сталинской постройки, здания на Кутузовский проспект.
Неожиданный толчок сзади и скрежет заставили прийти
в себя.
«Чёрт! — выругался про себя Артём. — Похоже, наехал при
повороте на фонарный столб задним бампером. Ну что
за невезуха! Отлично день начинается…»
Выйдя из машины, он увидел, что заднее колесо застряло
у основания фонарного столба, причём одному справиться
с авто не получится. Полковник стал искать глазами среди
прохожих того, кто смог бы помочь. Через какое-то время по-
мощь пришла от двух парней, которые минут пять как стояли
и наблюдали за ним, о чём-то перешёптываясь. Вид у них был
странный, у одного, с прыщавым лицом, взгляд был мутный,
как после перепоя. Второй, рослый, выглядел более-менее
вменяемым.
— Ну что, дядя! Помочь тебе? Давай посмотрим, сильно за-
стряла машина или нет, — подходя, произнёс рослый парень.
Наклонившись, они вдвоём стали смотреть, не повреждена ли
подвеска.
Вдруг Артём почувствовал, что происходит что-то не то.
И точно, из-за спины парня, с которым рассматривал подвес-
ку, он увидел, как его напарник быстро открыл переднюю
дверь, схватил портфель и бросился бежать в арку, откуда
недавно выехал на машине полковник. Артём хотел привстать,
но в него вцепился ранее предложивший свои услуги юноша.
— Аааа! Подонки! — вскрикнул полковник и еле уловимым
движением нанёс удар в горло противника. Тело парня обмяк-
ло, и он разжал руки. Что-что, а в критической ситуации Ар-

10
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

тём пока ещё мог реагировать достаточно быстро. Его обуяла


ярость от наглости, с какой барсеточники провернули своё де-
ло. Тем более в портфеле был ноутбук с важной для полковни-
ка информацией и, самое главное, дорогой его сердцу молит-
вослов — подарок отца Иннокентия.
Из двора был ещё один выход на перпендикулярный Куту-
зовскому проспекту проезд, остальные проходы были забло-
кированы шлагбаумами. Когда Артём подбежал к выходу,
из арки как раз выходил второй парень. Полковник схватил
его за грудки и гневно прохрипел:
— Где мой портфель?
— Ты что, дядя, какой портфель? — произнёс прыщавый и,
вырвавшись из рук, отпрыгнул к стене. В руке у него Артём
увидел кусок арматуры.
— Тебе конец, дядя! — взвизгнул парень и попытался нане-
сти рубящий удар. Тренированное тело полковника сработало
автоматически. Уклонившись от арматуры и взяв на излом ру-
ку противника, Артём её просто… сломал. Прыщавый страшно
заорал от боли, и в этот момент сзади завизжали тормоза.
Полковник обернулся и увидел, как из остановившейся мили-
цейской машины выскочили два служивых с автоматами.
— Стоять! Лицом к стене! — рявкнул сержант.
— Товарищ милиционер! Он на меня напал и хотел огра-
бить, — плачущим голосом завопил прыщавый, — и руку сло-
мал.
— В отделении разберёмся. Сергей! Этого в машину, — ука-
зав на Артёма, отдал распоряжение сержант второму милици-
онеру, — а потерпевшему будем вызывать скорую помощь.
Через час Артём сидел в дежурной части местного отделе-
ния милиции в комнате для временно задержанных. Все его
попытки объяснить, что потерпевший он, а прыщавый со сво-
им другом украли у него портфель, ни к чему не приводили.
Дежурный старший лейтенант, как заведённый, отвечал, что
придёт дознаватель и всё расставит по своим местам. А когда
этот дознаватель появится, неизвестно, поскольку он на выез-
де.

11
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Складывающаяся ситуация уже стала тяготить Артёма: ав-


томобиль с вещами брошен, портфель пропал, дознавателя,
видимо, сегодня уже не будет, а сидеть в клетке до утра пол-
ковника не прельщало.
— Старлей! Подойди, дело есть, — решился Артём.
— Ну, какое дело?
— Мне позвонить надо, чтобы машину с улицы забрали.
— Дознаватель придёт, его и будешь просить.
— Слушай, подойди поближе, — тихо попросил полков-
ник. — У меня в бумажнике, как ты знаешь, где-то тысяч во-
семь. Возьми себе красную бумажку, а мелочь оставь мне. Пой-
ми, один звонок только.
Время подходило уже к обеду, и многие сотрудники разо-
шлись. В отделении стояла тишина.
— Хорошо! — громко произнёс старлей. — В туалет свожу,
так и быть.
Около туалета он протянул телефон: «Один звонок,
и быстро!» Артём набрал номер своего бывшего начальника
по прежней службе и давнего друга Кондратьева Вячеслава
Викторовича.
— Викторович! Привет! У меня проблема одна возникла,
машину на Кутузовском надо забрать… Где я? Да в местном от-
делении милиции… Сам разберусь… Ладно, пока.
— Держи телефон, теперь можно и покемарить немного, —
сказал Артём и вернулся за решётку. — Хотя вряд ли здесь
уснёшь. Вон привели двух пьяниц. Они концерт решили устро-
ить, орут и орут. Только голова стала раскалываться.

***

Постепенно полковник ушёл в себя, и перед ним вновь


всплыли события прошедшего года и его неожиданное уволь-
нение из армии.
Проводимые бывшим директором мясного комбината,
а ныне министром обороны не объяснимые для здравого

12
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

смысла реформы, непрерывные оргштатные изменения,


а точнее, бездумные и немотивированные сокращения, встре-
тили противодействие и неприятие в армии, заставили уйти
по собственному желанию многих грамотных и опытных офи-
церов и генералов Генерального штаба. Не стал исключением
и Артём.
Руководимый им аналитический отдел давал нагора уни-
кальную прогностическую оценку развития ситуации в Северо-
Восточной Азии. Сокращение штатов, наконец, коснулось и его
подразделения. На беду, добавилась не объяснимая для полков-
ника болезнь. Хотя и болезнью назвать его состояние было
сложно. Работая последние годы на пределе физических воз-
можностей, Артём стал замечать за собой появление не прохо-
дящего даже после отпуска чувства усталости. Непрерывный
поток зачастую противоречивых указаний начальника Геншта-
ба и министра обороны вызывали отторжение. Претило ему яв-
ное хамство и постоянное унижение офицеров Генштаба со сто-
роны «обвальщика». Ощущение ненужности постепенно пере-
растало в безразличное отношение к службе. Введённые мини-
стром денежные награды для «отличившихся» офицеров нанес-
ли серьёзный удар по единству офицерского корпуса и самому
понятию служения Отечеству. Было больно и стыдно. Да и кол-
леги стали обращать внимание на участившиеся случаи прояв-
ления у Артёма раздражительности и агрессивности. В итоге всё
свелось к увольнению, к тому же ещё и со скандалом.
Как сейчас он помнит тот злополучный день, когда ровно
в 9 часов утра в дверь его кабинета кто-то постучал и, просу-
нув голову, тихо произнёс: «Можно войти?»
— Можно китайца за яйца, мышку вприпрыжку или кобылу
с разбегу, а всё остальное раз-ре-ши-те! Ясно? — неожиданно
для себя со злостью произнёс полковник. Любой день в Ген-
штабе начинается с хорошей кружки крепкого чая. Это святое!
А здесь налицо явная попытка нарушить устоявшиеся тради-
ции.
Дверь закрылась, и Артём услышал лишь удаляющиеся
шаги.

13
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Через пять минут в кабинет ворвался разъярённый началь-


ник управления генерал-лейтенант Кондратьев Вячеслав Вик-
торович.
— Ты что себе позволяешь, Королёв? Ведь это представи-
тель Департамента по оптимизации, созданного по личному
указанию министра! Это его человек… — уже тише произнёс
генерал.
— Заходите, Игорь Васильевич! — крикнул в коридор Кон-
дратьев. — Похоже, наш офицер допустил бестактность, про-
сто вторую неделю без выходных его отдел работает. Вы уж его
извините! А теперь для вас, товарищ полковник. Задачей
представителя Департамента оптимизации является оказание
нам помощи в повышении эффективности работы. Надеюсь,
всё ясно?
Молодой человек, лет двадцати пяти, вошёл и, не говоря
ни слова, сел на стул в углу кабинета. Так продолжалось це-
лую неделю. Спецпредставитель каждое утро ровно в 9 часов
заходил, садился и… хронометрировал по только ему извест-
ному алгоритму занятость полковника. Но как можно хроно-
метрировать творческий процесс? Ведь аналитическая рабо-
та — это как поэму писать или ваять скульптуру, отбрасывая
всё лишнее. И когда эта «серая мышь» заявила о нерента-
бельности отдела, Артём молча взял его за воротник, приот-
крыл дверь и выкинул из кабинета с глаз долой. На беду
по коридору в этот момент куда-то шли две «амазонки об-
вальщика». Громко матерившийся наблюдатель упал прямо
им под ноги. При этом одна девица как-то неаккуратно упа-
ла на спину, высоко подняв ноги с туфлями на высокой
шпильке и обнажив тощие ноги. В коридоре, где даже гене-
ралы разговаривают обычно шёпотом, гомерический хохот
стоял не один день.
Через час его вызвал к себе начальник управления Кондра-
тьев. Королёв, не дав сказать генералу даже слова, молча вру-
чил рапорт об увольнении, где не преминул на всякий случай
указать, что причиной инцидента стали последствия конту-
зии, полученной им в Афганистане.

14
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Самое интересное началось во время прохождения военно-


врачебной комиссии. Артём и не знал, что у него так много бо-
лячек. Особенно долго и неоднократно пришлось общаться
с психотерапевтом. Эти постоянные и повторяющиеся вопро-
сы о семейных взаимоотношениях, что любит он есть, доста-
точно ли денег зарабатывает, как спит, отдыхает, воспомина-
ния о детстве и так далее.
В итоге на заседании военно-врачебной комиссии был вы-
несен вердикт: прогрессирующий синдром эмоционального
выгорания и сопутствующие ему всякие осложнения. Уже по-
том, когда полковник прощался с сослуживцами, Кондратьев
намекнул, что поставленный врачами диагноз практически
спас Артёма от более сурового наказания. Якобы девицы «об-
вальщика» и управление кадров требовали крови, вопрос
мог бы встать даже о лишении его офицерского звания. Похо-
же, Викторович снова помог ему в этой жизни.
Где-то хлопнула входная дверь. Артём вскинул голову, по-
смотрел на часы — был уже конец рабочего дня.
— Старший лейтенант! — услышал полковник голос Кон-
дратьева. — Давай сюда Королёва! Надеюсь, тебе уже позвонил
начальник отдела?
— Так точно, товарищ генерал-лейтенант. Выпускаю задер-
жанного. Через минут десять полковник уже сидел в машине
друга.
— Всё нормально, Артём? Правильно сделал, что позвонил.
Пришлось ускорить процесс рассмотрения твоего дела. Те два
парня оказались наркоманами со стажем и неоднократно при-
влекались за воровство. Машину твою ребята отвезли на сер-
вис, через пару деньков её заберёшь. Да и портфель твой
участковый нашёл, спрятал его нарик за мусорным баком
во дворе. Вот такие, брат, дела. Куда тебя подбросить? На Куту-
зовский?
— Викторович! Спасибо тебе, конечно. Рад тебя видеть…
Расстались мы со Светой. Я как раз собирался ехать к себе
в Орехово-Борисово, — устало произнёс Артём и угрюмо по-
смотрел в окно на ярко освещённый Кутузовский проспект.

15
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, — пробормотал Кон-


дратьев. — Ладно, не отчаивайся, и не в таких переплётах бы-
вали. Сегодня у меня важные дела, но на днях я за тобой заеду
и посидим где-нибудь. Добро? Главное, не раскисай! Я пешком
до метро, водитель отвезёт тебя. Пока. На связи.
Машина развернулась и помчалась на юг.

Глава вторая
(Токио, 17 февраля, 10:15)

Накануне поздно вечером выпал первый снег в этом году.


Крыши домов, окружающих американское посольство в Токио,
выглядели непривычно белыми, а медленно сползающий
с них влажный снег большими лепёшками падал на тротуар,
образовывая жидкую кашу.
Полицейский, стоявший перед воротами дипмиссии, уже
надел на тёмно-синюю фуражку целлофановый пакет на случай
повторного снегопада и теперь с большим интересом наблюдал
за двумя гейшами, которые пытались совместить невозможное:
пройти по снежной каше и не замочить ноги. Квартал Акасака,
где находилось посольство США, был и районом гейш, одним
из престижных в Токио «ханамати»1, районом цветов.
Необычно для глаз смотрелся и посольский сад. Припоро-
шённые снегом вечнозелёные кустарники и деревья удиви-
тельным образом гармонировали с солнечными бликами боль-
ших оконных витражей дипломатического представительства.
Вышедшая в сопровождении охраны из резиденции посла
госсекретарь США Сара Коулмэн от неожиданности останови-
лась. На её лице читалось болезненное удивление: столь рази-
тельная была перемена вокруг.
— И снег здесь даже бывает, — зло проворчала она, повер-
нувшись к своему помощнику по делам стран Азии и Тихооке-
анского региона Дику Клингеру.

1
Город цветов (яп.)

16
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Охранник предупредительно открыл заднюю дверь брони-


рованного лимузина.
— Дик! Поедете со мной, — не терпящим возражения то-
ном произнесла госсекретарь.
Кортеж американской делегации в сопровождении япон-
ских полицейских выехал на улицу Сотобори, повернул напра-
во и медленно стал двигаться в сторону центрального парка
Хибия, рядом с которым находился Дом журналистов Японии
с прекрасно оборудованным залом для проведения пресс-кон-
ференций для высокопоставленных гостей страны.
Сара сидела бледная, тёмные круги под глазами её сильно
старили, и это госсекретаря выводило из себя. Вчерашний
приём от имени премьер-министра не прошёл даром. Ночью
всё посольство стояло на голове, пытаясь облегчить страдания
Коулмэн, — похоже, желудок не был готов к сырой рыбе.
— Ну что, Дик! Японцы согласились с подготовленным на-
ми планом реорганизации системы базирования наших войск
на Окинаве, — превозмогая неутихающую ноющую боль в жи-
воте, произнесла госсекретарь. — Да и по корейской пробле-
матике полная поддержка. Ну а торговые вопросы приурочим
к встрече нашего президента с премьер-министром.
— Дик! Вы чем заняты? — с раздражением обратилась
к своему помощнику Коулмэн. — Что вы там рассматриваете?
— О! Прошу прощения. Посол Джон Роос только что пода-
рил мне именную зажигалку «Zippo» с вензелем посольства
в Токио. Ещё раз прошу меня извинить за невниматель-
ность. — Клингер ласково погладил зажигалку и вопроситель-
но посмотрел на госсекретаря.
— Дик! Так вы же не курите, насколько я успела
узнать вас.
— Вы правы, бросил уже лет как десять, — поперхнулся
и закашлялся помощник. — Но продолжаю коллекционировать
именные посольские зажигалки. Это уже шестнадцатая, — вос-
торженно произнёс Дик Клингер.
— Да уж, у всех у нас есть свои слабости, — пробормотала
госсекретарь и снова поморщилась от спазмов в животе.

17
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— По поводу ваших оценок, — включился в разговор Клин-


гер, — то для первого международного турне в качестве главы
внешнеполитического ведомства США визит прошёл вполне
удачно. А предстоящая пресс-конференция поможет расста-
вить необходимые для нас акценты.
— Кстати, а где мои тезисы к выступлению? — Сара испод-
лобья посмотрела на помощника.
Дик недоумённо уставился на Коулмэн и побледнел.
— Видимо, документы остались у вашей секретарши, —
неуверенно произнёс он.
— Чёрт возьми, эта поездка меня доконает! Значит, так, ни-
каких вопросов со стороны журналистов, время пресс-конфе-
ренции ограничиваем только моим выступлением. Всё яс-
но? — Сара всегда помнила и придерживалась совета, который
ей дала бывшая первая леди страны, когда муж Сары Грэг Ко-
улмэн стал президентом США: «Избегай журналистов, как чу-
мы».
На перекрёстке при повороте на улицу Сакурада, ведущую
в правительственный квартал, кортеж резко остановился. Вы-
павший снег вызвал транспортный коллапс в столице. Вот
и сейчас пришлось сопровождавшим делегацию полицейским
освобождать проезд от столкнувшихся нескольких легковых
машин.
Сара чуть приоткрыла шторку на окне лимузина и внезап-
но побледнела. Перед её глазами высился тёмно-серый блестя-
щий небоскрёб, на фронтоне которого двухметровыми буква-
ми сверкала реклама самой популярной в Японии и известной
за рубежом компании по производству сантехнического обо-
рудования «TOTO». Это, к ужасу госсекретаря, было название
того самого изделия, которое пришлось ей обнимать всю про-
шедшую ночь.
Через несколько минут кортеж продолжил движение. Весь
переезд занял не более двадцати минут. У входа в Дом журна-
листов госсекретаря уже ждал министр иностранных дел
Сэйдзо Исаму.
Сара Коулмэн вошла в здание и неожиданно зашлась

18
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

в кашле. В помещении стоял устойчивый запах керосина.


— И как они могут работать в таком смраде? Неужели нель-
зя заменить керосиновые обогреватели на нормальные конди-
ционеры? — проворчала Коулмэн, входя в гостевую комнату,
примыкающую к залу для проведения пресс-конференций.
Настроение у госсекретаря вконец испортилось. Тем не менее
дипломатический этикет не позволял расслабиться, и Сара
взяла себя в руки. Приняв непринуждённый вид, она поверну-
лась к министру.
— Сэйдзо-сан1! Нам удалось проделать большую работу,
и мы вновь убедились, что Япония является нашим приори-
тетным партнёром в Тихоокеанском регионе. Тем более ваше-
му премьер-министру первому из зарубежных руководителей
передано приглашение посетить в ближайшее время Вашинг-
тон для встречи с новым президентом, — обаятельно улыбну-
лась Сара и кокетливо поправила локон волос на лбу.
— О да! Мы очень признательны за столь высокое доверие
и ценим наше стратегическое партнёрство, — любезно покло-
нился министр иностранных дел Японии.
Неожиданно в комнату вошёл полковник в форме амери-
канских ВВС и, приблизившись к Коулмэн, что-то прошептал
ей на ухо. Она кивнула офицеру и обратилась к Сэйдзо:
— Вы уж извините мои женские капризы, но хотелось бы
побыстрее завершить нашу совместную пресс-конференцию,
впереди длительный перелёт в Индонезию.
Министр иностранных дел Японии почтительно склонил
голову и отдал соответствующее распоряжение своему помощ-
нику.
— Только пятнадцать минут, потом мы уходим, — в свою
очередь приказала Сара Дику Клингеру.
Зал был заполнен битком, к запаху керосина примешивал-
ся запах сигарет. Что-что, а японская журналистская братия
была почти вся курящая. Последнее вывело госсекретаря
из себя. Ни она, ни её муж никогда не курили. В бытность Грэ-

1
Господин (госпожа) (яп.) — уважительная приставка к фамилии.

19
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

га Коулмэна президентом в Белом доме на курение был нало-


жен строжайший запрет.
Речь госсекретаря США была краткой, но агрессивной. Свои
тезисы она вбивала в зал, как гвозди в доску.
«…США будут делать всё возможное для того, чтобы
укреплять национальную безопасность Америки, продвигать
американские интересы, уважать и демонстрировать амери-
канские ценности перед всем миром. Американская политика
будет и впредь опираться на три основных элемента: оборо-
ну, дипломатию и развитие…»
«…Отношения между США и Японией — это краеугольный
камень нашей внешней политики в Азиатско-Тихоокеанском
регионе, а военно-политический союз служит укреплению ми-
ра и стабильности в Северо-Восточной Азии…»
«…Северокорейская ядерная программа представляет со-
бой главную угрозу стабильности в регионе…»
«…Режим КНДР должен немедленно отказаться от своей
ядерной программы…»
«…КНДР не получит других отношений с США, пока она бу-
дет отказываться от диалога с Республикой Кореей. Мы призы-
ваем Северную Корею прекратить все провокационные дей-
ствия в отношении Сеула…»
«…Мы не можем больше терпеть, когда нарушаются фунда-
ментальные демократические ценности. Северная Корея — это
страна тирании и нищеты, ей не место среди цивилизованных
стран…»
«…Требуем отказаться от проведения испытаний баллисти-
ческих ракет дальнего радиуса действия…»
«…США пристально следят за внешней и внутренней по-
литикой Пхеньяна…»
«…У нас все опции решения ядерной и ракетной программ
Северной Кореи, включая силовые, лежат на столе…»
Госсекретарь, закончив выступление, молча повернулась
и вышла из зала.
— Посол Роос! — позвала госсекретарь. Джон Роос быстро
подошёл.

20
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— К вашим услугам, мэм!


— Роос! Вы готовы выполнить мою просьбу?
— О да! Всё готово, и представитель фирмы «Микимото»
уже вас ждёт.
— Отлично! Вы сядете со мной в машину. А вы, Дик, поеде-
те в машине посла.

***

Лимузин госсекретаря медленно отъехал от Дома журнали-


стов и через пять минут уже подъезжал к высотному зданию
на углу квартала Юракутё фешенебельного района Гиндза,
на первом этаже которого находился бутик «Микимото» из-
вестного во всём мире жемчужного короля и одноимённого
бренда.
Сара, получив должность госсекретаря за поддержку, кото-
рую оказал её муж во время предвыборной кампании первому
в истории страны чернокожему президенту, решительно сме-
нила свой имидж. Сделала круговой лифтинг лица, похудела,
прекратила экономить на одежде. Обратившись к знаменито-
му модельеру Оскару де ла Рента, одевающему только богатых
женщин, Коулмэн полностью обновила весь свой гардероб,
представ перед американским обществом элегантной и знаю-
щей себе цену дамой. Вот и сейчас её целью была покупка
комплекта украшений из жемчуга, достойного главы внешне-
политического ведомства США.
Представитель фирмы «Микимото», увидев госсекретаря,
поклонился почти до земли и подобрастным тонким голосом
пригласил пройти к подготовленным коллекциям украшений.
На специальном столе, покрытом тёмно-синим бархатом,
были разложены эксклюзивные украшения из белого, розово-
го, золотистого и чёрного жемчуга. Каждый из комплектов
был по-своему уникален и изящен. Представитель фирмы,
взмокший, вытирающий постоянно от волнения лоб, предла-
гал одну коллекцию за другой.

21
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Разрешите показать вам последнее эксклюзивное изде-


лие из морского австралийского жемчуга. Посмотрите на эти
жемчужины мягкого кремового цвета, они очень вам к лицу.
А эти превосходные серьги прекрасно подчёркивают изящный
изгиб вашей шеи и заставляют глаза гореть ярче. Жемчужины
крупные, класс самый высокий, «ААА».
Сара надела ожерелье, серьги и замерла.
— Вот это то, о чём я мечтала. Теперь снимать их не буду.
— Да, да. Это так. Жемчуг надо носить постоянно, он дол-
жен питаться от вашей кожи и будет от этого только ярче, —
почтительно произнёс представитель фирмы «Микимото».
Через несколько минут кортеж госсекретаря и мотоциклет-
ный эскорт японских полицейских, набирая скорость, помчал-
ся к ближайшему въезду на хайвей1 в районе Минато.

***

Через пятьдесят минут кортеж подъехал к воротам амери-


канской авиабазы Йокота. Морской пехотинец, увидев автома-
шину главы внешнеполитического ведомства США, включил
устройство открытия ворот и отдал честь. Эскорт мотоцикли-
стов развернулся и помчался назад: свою миссию они завер-
шили.
Лимузин мягко подъехал к штабному корпусу и остановил-
ся. На крыльце Сару Коулмэн уже ждал командующий амери-
канскими войсками в Японии генерал-лейтенант Майкл Ос-
пин.
— Генерал? К чему такая срочность? Неужели русские гото-
вятся на нас напасть? — улыбнувшись, спросила госсекретарь.
— Всё намного прозаичнее. Сейчас наша головная боль —
это Северная Корея, — произнёс Оспин и предложил пройти
в его кабинет. Там командующий представил госсекретарю ко-
мандира 500-й бригады военной разведки сухопутных войск

1
Скоростная трасса (англ.).

22
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

США в зоне Тихого океана бригадного генерала Джона Блю-


менталя.
— Здравствуйте, бригадный генерал, — приветливо произ-
несла Сара, ища одновременно глазами зеркало.
— Докладывайте, бригадный генерал Блюменталь! — при-
казал командующий, когда Коулмэн, посмотрев в зеркало
и ещё раз с удовольствием отметив, насколько изящные колье
и серьги из жемчуга она купила, расположилась в мягком ко-
жаном кресле и была готова слушать.
— Слушаюсь, сэр! — Блюменталь открыл папку, достал тон-
кий лист бумаги с большими водяными знаками «совершенно
секретно».
— По имеющейся у нас информации, в ближайшие одну-
две недели южнокорейские спецслужбы готовятся повторно
провести операцию по ликвидации северокорейского лидера.
Покушение на Руководителя в декабре прошлого года, как из-
вестно, было предотвращено. На этот раз, как сообщают наши
источники, вероятность его ликвидации очень высока. Прав-
да, по линии военных разведок Сеул не подтверждает,
но и не отрицает подобных намерений. Информация три часа
назад была доложена президент у США. Доклад закончил.
— Спасибо, бригадный генерал! Вы свободны.
Сара устало прикрыла глаза. Час от часу не легче, подумала
она. Да, корейцы ещё те союзнички, всё сами пытаются сде-
лать по-тихому. А главное, в Сеуле не просчитывают хотя бы
на два шага вперёд.
— Ну что ж, генерал Оспин! Весьма признательна за ин-
формацию, — поблагодарила госсекретарь. — Хотя, как мне
кажется, выводы делать рано. Ведь вы, генерал, прибыли сюда
на должность командующего из Европы и, похоже, в истории
этих вечных межкорейских интриг пока не разобрались. То
спецназ северян пытается шт урмом взять «Голубой дом» —
резиденцию президента Республики Корея, то южане набира-
ют уголовников и готовят из них диверсантов для ликвидации
лидера Северной Кореи. Да и декабрьское покушение на Руко-
водителя выглядит как-то неправдоподобно, — тихим голосом

23
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

закончила исторический экскурс Сара. В кабинете повисла ти-


шина.
— На сегодня, — чуть приподняв подбородок и нарушив
молчание, — все вопросы по визиту в Японию решены, — ска-
зала госсекретарь. — Так что, генерал, пусть проводят меня
в гостевую комнату, надеюсь, до вылета успею немного отдох-
нуть.
Подойдя к зеркалу и осмотрев себя ещё раз, Коулмэн вы-
шла.
После её ухода в кабинет вернулся бригадный генерал
Джон Блюменталь.
— Садитесь, бригадный генерал! — показал на кресло ко-
мандующий. — Какие у вас оценки по ситуации в Северной
Корее?
— Сэр! — произнёс, вскочив, Блюменталь.
— Садитесь. Мне нужны ваши оценки и прогнозы. «Стару-
ха», — (это прозвище Саре, как говорят, дали её муж и его мо-
лодая сотрудница, отношения с которой вызвали небывалый
скандал) — начинающий политик высокого ранга, она начита-
лась перед своим первым зарубежным турне старых справок
и думает, что всё знает. Мы же — военные, на нас лежит ответ-
ственность за обеспечение интересов Америки в регионе.
А ситуация такова: северокорейский лидер одной ногой в мо-
гиле, в стране идёт борьба за престол. В Пентагоне не исклю-
чают развития ситуации по худшему сценарию. Наши войска
должны быть готовы к конкретным действиям. Для этого тре-
буется достоверная информация. Времени у нас мало. Поэто-
му приказываю: выяснить, когда, где и с какой вероятностью
ожидается ликвидация главы Северной Кореи. Помните, от ва-
ших действий многое зависит, и наше с вами положение в том
числе.
После ухода бригадного генерала командующий прошёл
к своему столу и сел в кресло. Перед ним лежала папка с шифр-
телеграммой от командующего ВС США в зоне Тихого океана.
Оспин вновь внимательно её прочитал и задумчиво отки-
нулся в кресле. Теперь уже не казалось странным распоря-

24
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

жение: срочно вылететь на Окинаву в 3-ю дивизию морской


пехоты и лично проверить готовность специального подраз-
деления, задачей которого в кризисной сит уации является
обеспечение охраны и экстренный вывоз с территории Се-
верной Кореи всех материалов и оборудования, связанных
с ядерным оружием. И всё это на фоне предстоящего сов-
местного с Южной Кореей крупномасштабного учения, а та-
кже появившейся информации о готовящемся покушении
на лидера северян.
— Да, здесь есть над чем задуматься, — произнёс Оспин.

Глава третья
(КНДР, провинция Янган, 18 февраля, 14:09)

Руководитель уже третью неделю инспектировал воинские


части и народно-хозяйственные объекты в северной провин-
ции Янган. Смертельно усталый и не до конца пришедший
в себя после прошлогоднего инсульта, он и сопровождающие
лица почти уже доехали до резиденции, расположенной
на склоне горы Пэктусан1.
— К озеру, — приказал водителю лидер государства, но по-
чувствовал явное смущение капитана министерства госбезо-
пасности.
— Ты что, ни разу не поднимался к кратеру? — с удивлени-
ем посмотрел на водителя Руководитель. — Ах, да! Ведь ты ме-
ня возишь первый раз по провинции Янган, — пробормо-
тал он.
По устоявшейся в стране традиции все чиновники, партий-
ные и военные работники, имеющие право на пользование
служебным автомобилем, предпочитали переднее сиденье ря-
дом с водителем при поездках за городом. Как ни странно,
но Руководитель не был исключением. Зачастую, пренебрегая
безопасностью, лидер государства любил по труднодоступной

1
Потенциально активный вулкан на границе КНДР и КНР, высота 2774 м.

25
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

местности ездить на джипах, и теперь они мчались на мощ-


ном внедорожнике «Тойота Лэнд Крузер». При этом Руководи-
тель сидел на специально оборудованном именно под него пе-
реднем кресле с подлокотниками из ценных пород дерева,
объёмным бардачком-холодильником и встроенным массажё-
ром.
— Чон-тонму! Будешь подсказывать дорогу нашему капи-
тану, а то он уже и побледнел, и покраснел не один раз, —
добродушно проговорил Руководитель, повернувшись к си-
девшим сзади первому заместителю председателя государ-
ственного комитета обороны Чон Джину и начальнику лич-
ной охраны.
— Капитан! Чем же знаменита гора Пэктусан? — спросил
пытливо водителя глава государства.
— В Пэктусанском партизанском лагере располагался штаб
антияпонского движения, и отсюда первый президент нашей
страны нанёс главное поражение японским захватчикам.
Здесь же родился наш Великий полководец, — бодро отрапор-
товал водитель.
— М-да! А ведь это священное место непосредственно свя-
зано с легендой об основателе корейского государства короле
Тангуне, — задумчиво произнёс Руководитель.
— Кстати, — он встрепенулся и всем телом повернулся к во-
дителю, — а саму гробницу короля Тангуна ты видел?
— Так точно! Во время обучения в военном училище нас
возили в древний мавзолей в местечке Кандон близ Пхеньяна.
Экскурсовод рассказывала, что там похоронен король Тан-
гун, — ответил быстро и чётко водитель.
— Чон-тонму! Надо расширить программу обучения в во-
енных училищах, особенно о происхождении корейской на-
ции, единой и неделимой, — бросил, не оборачиваясь назад,
глава государства. Чон Джин все высказывания, даже отдель-
ные фразы Руководителя фиксировал в записной книжке. Че-
рез несколько дней эти фразы в расширенном виде превра-
щались в директивы, постановления и другие руководящие
документы. Тем более все соратники Руководителя знали

26
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

о его прекрасной памяти. Он часто любил говорить: «Память


становится лучше, если чаще включать голову. Я встаю рано
по утрам и тренирую память».
— Стоп! Дальше я пойду один, — властно сказал североко-
рейский лидер, когда кавалькада машин въехала на специаль-
но оборудованную площадку на вершине горы Пэктусан.
На краю огромной чаши высочайшего в мире кратерного
озера Чхонджи1 резкий, холодный февральский ветер студил
лицо и трепал уже сильно поредевшие волосы на голове. Плот-
ный, крепкий мужчина чуть ниже среднего роста задумчиво
смотрел в жерло кратера.
Руководитель, когда доводилось бывать на вершине горы
Пэктусан, любил побыть один. Инспекционная поездка, планы
на будущее всё ещё роились в голове, но перед величием от-
крывающегося похожего на пасть дракона кратера все суетные
мысли сразу отступали. Озеро всегда завораживало своей пер-
вобытной красотой. И в этот зимний день тёмно-голубое без-
облачное небо, падая в кратер, превращало цвет льда в тёмно-
изумрудный, который манил к себе и пугал одновременно.
Глава государства чувствовал близость смерти и видел, как
в жёсткой борьбе за власть столкнулись три основные полити-
ческие силы, видевшие преемником одного из трёх его сыно-
вей. Министерство общественной безопасности поддерживало
старшего сына. Двадцатисемилетний средний сын был очень
популярен в армии, на его стороне открыто выступал генера-
литет. Сторонниками младшего было руководство Трудовой
партии Кореи. Но именно ему, младшему сыну, решил дове-
рить руководство страной Руководитель, официально объявив
его своим преемником месяц назад. В нём он видел себя в мо-
лодости, похожим и лицом, и статью, да и поведением. При
этом большие надежды возлагал на верного товарища Чон
Джина, первого заместителя государственного комитета обо-
роны, который был женат на его любимой сестре. Глава госу-
дарства полагал, что верный соратник сможет поддержать

1
Небесное озеро (кор.).

27
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

и правильно направить сына при решении важных государ-


ственных дел. Но он чувствовал, что борьба за власть между
сыновьями продолжится, может, даже с трагическими послед-
ствиями, и это его сильно огорчало и беспокоило.
Стоявший чуть в стороне Чон Джин тихонько кашлянул,
чтобы привлечь внимание вождя.
— Всё! Понял, у нас остались на сегодня ещё очень важные
дела, — произнёс глава государства. — Пошли в машину.
Уже в джипе он вдруг встрепенулся и вновь вернулся к раз-
говору, тема которого его расстроила с утра. От благодушного
настроения не осталось и следа.
— Специально для воинской части №4765 закупили в Ав-
стрии картофелепосадочные и уборочные машины, да
и не за малые деньги, а солдаты моей доблестной армии отка-
зываются есть картофель и просят только рис, — с возмущени-
ем заговорил Руководитель, глядя прямо в окно на набегаю-
щую ленту просёлочной дороги.
Он открыл бардачок и достал бутылку французской ми-
неральной воды. Отхлебнув из стаканчика, немного успоко-
ился. Однако не прошло и двух минут, как снова раздался
его голос: «Сгноить целое хранилище такого ценного про-
дукта!»
Руководитель посмотрел в окно, где вдалеке от трассы вид-
нелись строения небольшого населённого пункта. Домики
хоть и были одинаковы, но все отличались расцветкой — жёл-
тые, голубые, зелёные, что создавало иллюзию «благополучия»
местных жителей. Хотя если присмотреться поближе, то мож-
но было увидеть заиндевевшие окна и отсутствие у большин-
ства строений привычного для зимней поры курящегося
из труб дымка. На улице стоял сильный мороз.
— Командира части разжаловать на два звания, пусть похо-
дит майором, а там посмотрим, — неожиданно резюмировал
лидер КНДР. Хотя сам командир ему понравился и порядок
у него был везде подобающий. — Напомни, что у нас на сегод-
ня? — буркнул через плечо Руководитель, обращаясь к Чон
Джину.

28
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Совещание по внешнеполитической ситуации и заслу-


шивание начальника строительства ГЭС для разворачиваемой
в предгорьях Пэктусан нашего огненного кинжала бригады
оперативных ракет. Место дислокации этого соединения
крайне важно для безопасности нашей страны. Оно располо-
жено всего в нескольких километрах от границы с КНР, что де-
лает его неуязвимым для американцев.
— Ты, как всегда, прав, дорогой Чон. Как поговаривали на-
ши прадеды: «Волки держатся поближе к волкам, косули —
к косулям». Это было верное решение о размещении оружия
возмездия вблизи китайской границы. Ни южнокорейские ма-
рионетки, ни янки не посмеют нанести удар по бригаде, побо-
ятся разбудить великий Китай, — удовлетворённо подытожил
глава государства.

***
(Правительственная резиденция у подножия горы Пэкту-
сан, 15:20)

В зале для совещаний собрались ближайшие соратники Ру-


ководителя, которые расселись вокруг большого инкрустиро-
ванного редкими породами дерева стола. Было душно в поме-
щении, хотя пол, выложенный из разноцветного мрамора,
приятно холодил разгорячённые долгой ездой в автомобиле
тела. Высокие небесного цвета потолки и облицованные бирю-
зой колонны создавали эффект покоя, а мягкие зелёные крес-
ла клонили чиновников ко сну.
Глава государства в это время проходил ежедневный меди-
цинский осмотр в своём кабинете. Высокая, статная и просто
красавица военврач в звании старшего лейтенанта замерила
давление у Руководителя, послушала дыхание в лёгких.
— Что скажешь, медицина? — натужно, голосом курильщи-
ка выдохнул глава государства.
— Товарищ Великий полководец! У вас очень сильное нерв-
ное истощение. И вы ещё слабы после болезни. Вам бы пару

29
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

дней поспать и отдохнуть, — с мольбой в больших карих гла-


зах произнесла военврач.
— Нет, надо завершить дела, а завтра у тром рано мы выез-
жаем. Когда вернусь, приготовь, как обычно, травяные настои,
особенно от головной боли. Уже второй день какая-то тяжесть
в левой половине головы.
Председатель государственного комитета обороны1 вошёл
в зал совещаний, все чиновники разом вскочили и поклони-
лись чуть ли не до пола, дожидаясь, как обычно, знака от Руко-
водителя, что можно сесть. Колючим взглядом Великий полко-
водец оглядел присутствующих, однако затем приветливо
улыбнулся.
— Ну что, товарищи! Приступим. Докладывать кратко.
Он нашёл глазами первого заместителя министра ино-
странных дел Цой Ге Гвана.
— Цой-тонму! Как добрался? — обратился негромко Руко-
водитель к одному из наиболее доверенных лиц в своём окру-
жении. И на это были веские причины. Именно Цой Ге Гван
вёл в последнее время весь комплекс международных перего-
воров по ядерной проблематике.
— Мы слушаем тебя, — добавил Руководитель.
— Спасибо за заботу, Великий полководец! — склонив го-
лову, с почтением ответил Цой. — Шестисторонние перегово-
ры по ядерной проблеме Корейского полуострова зашли в ту-
пик из-за выдвижения США, Японией и Республикой Корея
заведомо не выполнимых новых требований вопреки ранее
достигнутым договорённостям. В этих условиях целесообраз-
но активизировать нашу ядерную программу во имя обеспе-
чения безопасности государства, что, в свою очередь, сделает
наших врагов более сговорчивыми.
Кроме того, Вашингтон, Токио и Сеул заключили трёхсто-
ронний военно-политический договор, преследующий цель
смены государственного строя в нашей стране.

1
Руководитель совмещал практически все высшие должности в стране, за ис-
ключением Председателя Верховного совета народных представителей.

30
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Госсекретарь США Сара Коулмэн, прибывшая в Токио сем-


надцатого февраля, выступила на пресс-конференции с прово-
кационной речью не только в ваш адрес, но и в адрес нашего
народа.
Президент Южной Кореи Ли Мен Бак окончательно отка-
зался от договорённостей, достигнутых с его предшественни-
ками, и проводит агрессивный курс в отношении нашего госу-
дарства.
— Начальник Генерального штаба! — повернулся Руководи-
тель к маршалу Ли Ён Хо.
— Товарищ Верховный главнокомандующий, предлагаю
сначала заслушать начальника разведывательного управления
генерал-лейтенанта Ан Ен Ги.
— Хорошо. Докладывайте, генерал!
— По нашей оценке, ситуация на Корейском полуострове
крайне серьёзная. Военные ведомства США и Южной Кореи
считают, что у нас в стране якобы возникла угроза политиче-
ского и экономического коллапса, поэтому они не исключают
возможность реализации модифицированного стратегическо-
го плана «НОМЕР 27», имеющего целью нанесение военного
поражения и оккупацию страны.
Допускаем, что существует угроза агрессивных военных
действий со стороны американо-южнокорейской группиров-
ки, которые могут быть реализованы под прикрытием наме-
ченных на девятое марта широкомасштабных учений «Ключе-
вое решение» и «Молодой орёл».
Поводом, предположительно, станут нарушения южанами
наших территориальных вод в акватории Северной разграни-
чительной линии в Жёлтом море. Причиной нашей обеспоко-
енности является тот факт, что в отличие от предыдущих лет
в предстоящем учении будут существенно увеличены привле-
каемые силы и средства. Доклад окончен.
— Начальник Генерального штаба!
— Товарищ Верховный главнокомандующий! Верная вам
Корейская народная армия приведена в боевую готовность
и готова отразить агрессию. Победа будет за нами! — пафос-

31
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

но произнёс недавно назначенный на должность начальника


Генерального штаба Ли Ён Хо, возглавлявший до этого Управ-
ление охраны руководства страны. А столь высокой должно-
сти он был удостоен за предотвращение попытки покушения
южнокорейских спецслужб на Руководителя в декабре про-
шлого года. Как и большинство единоличных правителей
во всём мире, Великий полководец приближал к себе наибо-
лее верных и доказавших своими делами преданность чинов-
ников, будь то военный или партийный работник. Поэтому
на столь важном заседании не было министров обороны,
иностранных дел, государственной безопасности. Прису
тствовали в основном их заместители. Да и практика, сло-
жившаяся в стране, позволяла занимать (номинально) пост
министра до самой смерти. Работали в основном их замы,
на них опирался Руководитель, и их же сам тщательно отби-
рал, перепроверял, а потом уже приближал. Поучительна
в этом плане была судьба нынешнего первого заместителя
председателя ГКО, мужа сестры Руководителя Чон Джина. Бу-
дучи долго в ближайшем окружении, Чон однажды выразил
своё несогласие по проводимой экономической политике.
Пришлось ему в итоге более полу тора лет проходить «курс
перевоспитания» на специальной для таких чиновников вы-
сокого ранга закрытой вилле.
— Начальник Генерального штаба! Необходимо подгото-
вить и распространить через Центральное телеграфное агент-
ство Кореи заявление вашего представителя о готовности
КНДР к жёстким ответным мерам, если южнокорейские ма-
рионетки будут и дальше провоцировать нас, — отдал распо-
ряжение Руководитель. — Всё ясно? Ли-тонму! А где твой
блокнот? Всё на память берёшь? — уже сердито посмотрел
на начальника Генерального штаба Руководитель.
Ли Ён Хо побледнел, так как он понимал, чем могут закон-
читься такие промашки. Достал из кармана блокнот и дрожа-
щей рукой что-то там накорябал.
— Рю-тонму! Доложи-ка нам о ходе работ по подготовке за-
пуска спутника «Кванмёнсон»1 в космос. Готов ли наконец

32
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

ваш комитет космических технологий добиться успеха? Или


снова нас ждёт неудача?
Генеральный конструктор Рю Кюм Чель встал и, посмотрев
на главу государства, медленно, тщательно взвешивая каждое
слово, проинформировал, что вместе с Блистательным това-
рищем2 сегодня прибыли с космодрома Тонхэ. Подготовка ор-
битального запуска экспериментального спутника вступила
в решающую фазу. В первых числах марта планируется завер-
шить сборку ракеты-носителя и подготовить её к установке
на стартовый стол.
— Хорошо! Цой-тонму! — обернулся Руководитель к Цой Ге
Гвану. — Через нашего представителя при ООН Пак Мен Гиля
немедленно распространить информацию о нашей решимости
продолжить освоение космоса и запустить в ближайшее время
искусственный спутник Земли. Пусть боятся нас янки и их со-
юзнички.
Руководитель вдруг нахмурился и бросил сердитый взгляд
в сторону своего сына, который оживлённо о чём-то перегова-
ривался с заместителем министра госбезопасности генерал-
полковником Кан Мин Хёком.
— Что за веселье там у вас? Объяснись!
Преемник встал, слегка наклонил голову и с вполне серьёз-
ным видом сообщил, что Кан Мин Хёк готов доложить о про-
водимых работах на ядерном полигоне «Пунгери».
— Товарищ Верховный главнокомандующий! — поднялся
генерал-полковник Кан Мин Хёк. — Вчера вечером вернулся
с полигона, где инспектировал по вашему указанию ход под-
готовки к испытанию ядерного взрывного устройства, запла-
нированному на конец апреля и приуроченному к очередной
дате дня рождения первого и последнего президента3. Счи-
таю, что демонстрация ядерной мощи послужит ледяным до-
ждём4 для американцев и их марионеток, тем более мощ-

1
Яркая звезда (кор.)
2
Титул преемника КНДР.
3
Отец Руководителя.
4
Высокопарность и пафос присущи как чиновникам КНДР, так и прессе.

33
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

ность заряда в двадцать килотонн сопоставима с зарядом


бомбы
«Толстяк», сброшенной американцами на Нагасаки
в 1945 году. — Кан переглянулся с Преемником и радостно
продолжил: — Работы ведутся с опережением графика! Ядер-
ное взрывное устройство практически готово, собрано, погру-
жено на тележку и находится в депо. Командный пункт авто-
матики подрыва и управления измерительной аппаратуры
подготовлен. Перед закладкой заряда в штольню планируем
в первой декаде марта провести тестовую проверку.
Тут слово взял Блистательный товарищ, сын Руководителя.
— Великий полководец! Наши военные и технические спе-
циалисты совершают героический подвиг во имя защиты на-
шей Родины. В первой декаде марта практически будет завер-
шена подготовка к выводу в космос спутника «Кванмёнсон»,
а на полигоне «Пунгери» ядерное взрывное устройство плани-
руется установить в штольню. Разреши мне от твоего имени
провести генеральную инспекцию этих объектов шестого мар-
та, а восьмого марта буду уже в столице. На выборы в Верхов-
ный совет народных представителей успеваю.
В этот момент никто даже не обратил внимание на перво-
го заместителя председателя ГКО Чон Джина, который весь
подобрался и с насторожённостью посмотрел на Преемника
Великого полководца. Ему бросилось в глаза, что, всегда мол-
чаливый, здесь он вдруг решил проявить инициативу, при-
чём в решении наиболее важных государственных дел.
И главное, что поёт соловьём, как будто под чужую дудку.
Быстро написав записку, он по столу передал её Руководите-
лю.
Глава государства прочитал и внимательно посмотрел
на сына.
— Хм. Интересное предложение… Есть о чём подумать…
А ведь ты прав! Согласен… — медленно произнёс он. — Хотя…
Значит, так. Кан-тонму! Ещё раз в ближайшие дни всё прове-
ришь, и жду тебя с докладом. Так… а генеральную инспек-
цию… возглавлю сам.

34
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Руководитель с гордостью вновь посмотрел на сына и заме-


стителя министра госбезопасности.
Ему нравилась их дружба. Кан Мин Хёк прошёл хорошую
школу в Управлении охраны высшего руководства страны, от-
вечал, в частности, за безопасность сына, когда тот учился
в Швейцарии, а затем — в северокорейской дипмиссии при
ООН. Статный, немного шумный и всегда готовый стать ду-
шой любой компании, Кан быстро поднялся по служебной
лестнице. Да и семья у него хорошая. Тесть — заместитель на-
чальника отдела в Центральном комитете Трудовой партии
Кореи. И что положительное в характере Кана, он избегал бра-
вировать своим родством с партийным работником столь вы-
сокого ранга. Приблизил же Руководитель к себе Кана тогда,
когда тому удалось вскрыть подготовку южнокорейских спец-
служб к покушению на лидера Северной Кореи. После этого
его начальник Ли Ён Хо возглавил Генштаб, а Кан был назна-
чен на должность заместителя министра общественной без-
опасности государства. Кроме того, ему было поручено кури-
ровать и ядерный проект.
Когда сын и Кан сели, слово было предоставлено пригла-
шённому в зал начальнику строительства объектов инфра-
структуры разворачиваемой в провинции Янгандо ракетной
бригады Хён Бину. Ничто не предвещало бури. Согнувшись по-
чти до земли, вошёл один из лучших руководителей строи-
тельства специальных объектов.
— Мне очень трудно говорить, товарищ Верховный главно-
командующий, но в намеченный срок ГЭС не сможет быть вве-
дена в эксплуатацию, — тихо, с дрожью в голосе прошептал
Хён Бин и умоляюще посмотрел на сына вождя — «Короля
утренней звезды»1, ища поддержки у него. Ведь истинной
причиной задержки строительства стало некомпетентное вме-
шательство Преемника. А точнее, нецелевое использование
денежных средств и рабочей силы. Официальный преемник
для себя и молодой жены построил шикарную резиденцию

1
Ещё один из титулов Преемника.

35
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

недалеко от горнолыжного курорта в предгорьях горы Пэкту-


сан в реликтовом сосновом бору.
— Что??? Когда народ в стране голодает и правительство
выкраивает последние средства…. тебя же расстрелять на-
до… — гневно прохрипел Руководитель. Но вдруг замолк и от-
кинулся на спинку кресла.
Чон Джин, единственный, кто не потерял из присутствую-
щих самообладания, бросился к нему и вдвоём с врачом поло-
жил на пол потерявшего сознание главу государства, подложив
ему под голову медицинскую сумку. Старший лейтенант меди-
цинской службы поднесла ватку, смоченную какой-то жидко-
стью, к носу Руководителя, тот вздрогнул и еле слышно спро-
сил: «Что со мной?»
— Похоже, гипертонический криз. Недельку вам придётся
полежать, — участливо произнесла военврач, бережно попра-
вив сумку под его головой.
— Быстро подготовить вертолёт к транспортировке, — от-
дал распоряжение Чон Джин начальнику Генштаба. —
И немедленно подготовить палат у в Хесане, здесь лёта минут
тридцать, — бросил Чан председателю парткома провинции.
Все присутствовавшие сразу засуетились. Кто-то бросился
выполнять полученные поручения, кто-то остановился около
лежавшего на полу главы государства. У одних в глазах чита-
лась искренняя боль за любимого Руководителя, другие якобы
вытирали слёзы, злорадствуя в душе. Свита любого короля
во все времена разношёрстна и двулична, готова его тут же
предать, если он упадёт, и петь здравницы новому королю,
чтобы сохранить для себя место под солнцем.
Охрана уложила Руководителя на носилки и быстрым ша-
гом понесла его к вертолёту. Чон Джин не отставал от во-
ждя.
Пришедший в себя от испуга Преемник тихо подозвал за-
местителя министра государственной безопасности.
— Кан-тонму! Немедленно, своими руками пристрели это-
го строителя, пока он чего-нибудь не сболтнул. Только отведи
его подальше, — тихо прошептал Преемник.

36
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Король утренней звезды! А что с Руководителем? Опять


инсульт? — в голосе Кан Мин Хёка странно прозвучали нотки
отчаяния. — Неужели он в ближайшие дни не придёт в себя?
— Всё нормально, это гипертонический криз. Пару дней
прокапают лекарства, и он снова будет в строю. Когда вер-
нёшься с полигона, будешь уже докладывать ему лично. А те-
перь быстро исполнять то, что я тебе приказал. Ясно?
Из-за шума винтов вертолёта никто не услышал выстрела.
Хён Бин был мёртв.

Глава четвёртая
(Москва, Пятницкая улица, 19 февраля, 16:35)

Кондратьев позвонил где-то после обеда и предложил Ар-


тёму подъехать к станции метро «Новокузнецкая». Встретив-
шись, друзья зашли в итальянский ресторанчик на Пятницкой.
— Здесь прекрасная кухня, живой огонь, а не разогретые
в микроволновке блюда, — сказал Кондратьев, раздеваясь
и передавая пальто гардеробщику.
— Может, на втором этаже расположимся? — предложил ге-
нерал. Друзья стали подниматься вверх по лестнице. Сверху
спускалась официантка с подносом посуды. Кондратьев посто-
ронился, к стене прижался и Артём. Посмотрев на мужчин, де-
вушка вдруг оступилась и стала падать. Удивительно, но реак-
ция Королёва была молниеносной. Он подхватил падающую
девушку так, что даже посуда не успела упасть на ступеньки.
— Ну ты даёшь! Как в цирке. Только известный мне Дерсу
может так среагировать! Надо же, и годы не берут! — с восхи-
щением сказал Кондратьев, когда друзья уселись за стол. —
Так!.. Что-то стало холодать, не пора ли нам поддать, — под-
мигнув Артёму, произнёс генерал. — Помню, помню… — под-
нял он руки, — ты у нас убеждённый трезвенник. Кто не курит
и не пьёт, тот здоровеньким помрёт, — продолжил балагурить
Кондратьев. — А ты случайно курить не бросил? — обеспокоен-
но продолжил генерал и погладил седой ёжик волос на голове.

37
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Не дождётесь, курил и буду курить. Поэтому если и пом-


ру, то никак не здоровеньким, — улыбнувшись, произнёс Ар-
тём и перекрестился.
— Да, кстати! Звонил сегодня Алексей Алексеевич, он ждал
тебя вчера с утра. Не мог ему перезвонить?
— Командир! Честно говоря, закрутился и забыл. Домой
ему позвоню после десяти вечера, мы с ним так договарива-
лись. И прими мои благодарности, что сосватал его мне. Он
не только психотерапевт хороший, но и как мужик нормаль-
ный.
— Артём! Прошу тебя, собери все силы в кулак и поработай
с психотерапевтом. Я с ним беседовал, он не считает тебя по-
терянным для нас и верит, что ты справишься, извини, со сво-
ими тараканами в голове. При этом, пожалуй, я впервые
от него услышал слова одобрения в твой адрес, когда ты пред-
ложил вместо медитации по системе йогов чтение молитв. Го-
ворит, что он не додумался бы об этом.
— Всё нормально. Алексей Алексеевич утверждает, что пер-
вый этап пройден и я вроде прихожу к пониманию сути этого
синдрома, а это — главное. Пытаюсь теперь научиться отклю-
чаться от проблем, как собака отряхивается от блох. Правда,
не очень пока получается, срываюсь. Кстати, а откуда ты его
так хорошо знаешь?
— А я разве не говорил? Так он из нашего полка, там, в Ба-
дахшане. Тебя тяжелораненого вывезли на Большую землю,
если мне память не изменяет, в конце 1984 года, а Алексей
прибыл где-то следующей весной. Он же хирург по специаль-
ности. Это потом, когда уволился, занялся частной практикой.
Через него много нашего брата афганца прошло, не все смогли
привыкнуть к мирной жизни. Сейчас вот уже после Чечни кли-
енты пошли.
Друзья вдруг оба помрачнели. Кондратьев поднял рюмку.
— За тех, кто остался там, в Ваханском коридоре на Север-
ном Памире! — проговорил он и замолчал.
— Дерсу! Не тянет назад, в Генштаб? — вдруг спросил гене-
рал.

38
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Щемит иногда сердце, но сам понимаешь, не нужны но-


вому руководству умные головы, — ответил полковник. — Да
и честь офицерская нынче не в почёте, — помолчав, доба-
вил он.
— Интересно… — язвительно протянул генерал. — Честь
офицера, видите ли, не в почёте. Ты что, присягал конкретно-
му министру или президенту? Начальники приходят и уходят,
а офицеры и государство ос-та-ют-ся! Это аксиома для тех, кто
служит Отечеству. Другого не дано, — резко закончил Кондра-
тьев и переставил зачем-то бокалы на столе.
— Командир, не шуми…
— Ага, не шуми. Приходится шуметь. Все вдруг такие обид-
чивые стали, только рапорта и пишут. А кто, спрашивается,
служить будет? Вспомни, что писал ротмистр царской армии
Кульчицкий в «Советах молодому лейтенанту», ставших впо-
следствии неофициальным кодексом чести русского офицера.
Забыл? А я скажу. В жизни бывает положение, когда надо за-
ставить молчать своё сердце и жить рассудком. Это во-первых.
Во-вторых, не пиши необдуманных писем и рапортов сгоряча.
И последнее, о чём хочу напомнить: душа — Богу, сердце —
женщине, долг — Отечеству, честь — никому. Повторяю для
тех, кто в танке, — всё больше распаляясь, продолжал гене-
рал. — Отечество — высшая ценность русского офицера. Глав-
ное — Россия, всё остальное преходяще и тленно. Ясно тебе? —
закончил, тяжело дыша, Кондратьев и стал смотреть в окно.
— Да… — протянул Артём. — Похоже, тебя достала нынеш-
няя обстановка в Генштабе, раз ты ударился в сокровенное.
Знаешь, я тоже в последнее время частенько задумывался,
что же должно лежать в основе понятия о чести русского офи-
цера. Согласен с тобой, что Отечество — высшая ценность для
русского воина. Но и без веры, святой и бескорыстной, той, ко-
торая побуждала русского солдата не жалеть живота своего,
не обойтись. Вот ты сейчас сидишь и смотришь в окно. Что
за ним? Что ты видишь? — спросил Королёв и замолчал, ожи-
дая ответа.
— Что-что? Да ничего не вижу, снег идёт и темнеет.

39
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— А всё-таки?
— Хм. Собор вижу. Точнее, насколько я знаю, это церковь
Климента Папы Римского.
— Правильно… — протянул Артём. — И что ты можешь ска-
зать о священномученике Клименте? Не о храме, а о том, кому
посвящён сей храм?
— Честно говоря, ничего. Ты же знаешь, в отличие от тебя,
я ещё не нашёл свою дорогу к Богу. Здесь спешки не должно
быть. Всему своё время, — устало ответил Кондратьев.
— Не об этом я. Просто здесь как раз пример, когда вера
становится смыслом существования человека. Не буду тебя
сильно грузить, но пару слов скажу. Так вот. Священномуче-
ник Климент родился в Риме в начале нашей эры. Принял
Крещение от святого апостола Петра, который впоследствии
рукоположил святого Климента в епископа города Рима. По-
страдал же он за веру Христову. Был изгнан тогдашним импе-
ратором Траяном и сослан в Инкерманские каменоломни
близ Херсонеса Таврического. Климент претерпел там жесто-
кие мучения, но продолжил апостольскую деятельность, чем
снова вызвал гнев римского императора. Мученика утопили
в море с якорем на шее… — Артём тяжело вздохнул и продол-
жил: — Так я вот о чём. Истина — в вере. Вот её как раз
и не хватает нам сейчас.
За столом наступила тишина. Первым очнулся генерал.
— Послушай, Артём! Ты всё правильно говоришь, но давай
сейчас спустимся на землю. Может, хватит валять дурака и бу-
дем восстанавливаться на службе? Не сразу, конечно. Высоко-
классных и опытных специалистов разогнали, остался один
молодняк. И работа, без преувеличения, встала. Насколько те-
бя знаю, ты зачахнешь без нашей неблагодарной, но такой ин-
тересной работы. Тебе ещё полтинника нет, можно сказать —
мужчина в расцвете лет. Да и где мне найти такого полиглота,
как ты, днём с огнём во всём Генштабе не найдёшь офицера,
который знал бы три восточных языка и лучше тебя ситуацию
в Восточной Азии. Подумай, очень прошу тебя. Вообще, я дав-
но хотел переговорить с тобой на эту тему.

40
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Командир! Извини меня, но… не готов я пока… Совсем


недавно выкинули, как нашкодившего кота… Как будто
и не было двадцати пяти календарных лет… Не могу, — помо-
тал головой Артём и грустно посмотрел на генерала.
— Ладно. Обидчивые мы какие. Тем не менее предложение
остаётся в силе, позже вернёмся к этой теме. А сейчас я ухожу,
мне ещё на Арбат заскочить надо. Пока.
Генерал встал. Молча пожал руку вставшему Артёму и спу-
стился по лестнице.
Через пару минут Артём из окна увидел, как чёрная слу-
жебная «Волга» тронулась и влилась в поток медленно движу-
щихся по Пятницкой улице автомашин. Вечер, пробки.

***

Кондратьев смотрел в окно «Волги», на лице была видна


еле заметная улыбка. То, что Артёма удастся вернуть, он не со-
мневался. Да, потребуется время. Но он знал его как облуплен-
ного и верил в него, может, даже больше, чем в самого себя.
Их связывала не просто совместная служба, а много боль-
ше — кровавый ад Бадахшана, где в жестокой мясорубке
схлестнулись сыновья красноармейцев с потомками сбежав-
ших от советской власти басмачей. Десантно-штурмовая рота,
в которой Кондратьев командовал разведвзводом, контроли-
ровала вход в узкую долину на высоте около 5000 м — Вахан-
ский коридор, имевший стратегическое значение, поскольку
он соединял Афганистан с Китаем. В то время китайское пра-
вительство активно помогало моджахедам оружием и ин-
структорами. Срочно нужен был переводчик с китайским язы-
ком. В итоге прислали Королёва, только что закончившего
Дальневосточный университет. Королёв, получив диплом, на-
писал рапорт на два года службы офицером и сразу же изъявил
желание убыть в Афганистан. Артём, выше среднего роста,
спортивного телосложения, мастер восточных единоборств,
сразу понравился Кондратьеву, выпускнику командного воен-

41
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

ного училища имени Моссовета. Тогда он стал частенько по-


вторять, что теперь во взводе два «джейрана» — он и молодой
лейтенант, имея в виду выносливость и неутомимость Королё-
ва. Особенно импонировала командиру разведвзвода способ-
ность Королёва действовать быстро и осмысленно в критиче-
ских ситуациях. Работал Артём на износ. Всем он был хорош,
только практически никогда не смеялся, и когда в минуты от-
дыха среди офицеров заходил разговор о жёнах, невестах или
просто о женщинах, лейтенант выходил из палатки. Вначале
пытался кто-то пошутить, но потом все поняли, что у Артёма
какая-то личная трагедия, и отстали от него.
Единственное, что держало Кондратьева в напряжении, так
это постоянная готовность лейтенанта идти в самое пекло,
будто парень искал смерти, а старуха не обращала на него
внимания. Чуйка у него была развита, как ни у кого другого,
читал следы даже на камнях. Там и прозвали его Дерсу, в честь
знаменитого земляка по имени Дерсу Узала, легендарного
дальневосточного таёжника и охотника. Но эта безрассудная
смелость Артёма и способность принять единственно верное
решение в критической ситуации однажды спасли жизнь Кон-
дратьеву и его взводу.
Был декабрь 1984 года, снег закрыл перевалы, в том числе
и Южный Вахджирдаванский на границе с Китаем. Развед-
взвод Кондратьева на трёх БМП-1, называемых среди солдат
«братской могилой пехоты», двигался в сторону посёлка Сар-
хад-е-Вахан по узкой горной дороге и попал в засаду. Головная
БМП была тут же подбита. Та же участь угрожала и остальным
двум машинам, тем более шквальный огонь противника
из крупнокалиберных пулемётов не давал возможности бой-
цам выбраться из БМП и перегруппироваться. Тяжёлые пули
12,7 мм крошили скальную породу в пыль. Хлёстко били «бу-
ры», английские винтовки времён британской колонизации.
Их пули со стальным сердечником прошивали броню БМП
только так. Ответный огонь открыть было не из чего, так как
угол подъёма пушки вместе со спаренным пулемётом был
не более 40 градусов, а ду хи находились практически сверху.

42
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

В этот критический момент Артём с ручным пулемётом вы-


скочил на тропу и открыл огонь по засевшим в скалах моджа-
хедам. Внимание противника сразу же переключилось на Дерс
у, что дало драгоценные минуты разведчикам, чтобы занять
оборону среди валунов и открыть прицельный огонь из авто-
матического оружия и гранатомётов. Враг отошёл. Но спасший
жизни нескольким десяткам бойцов Артём был тяжело ранен.
Через семь лет судьба снова свела Кондратьева и Королёва,
но уже в штабе Дальневосточного военного округа в Хабаров-
ске. С тех пор они уже не расставались.
— Нет! Такие офицеры на вес золота и стоят десятерых.
Обязательно его верну в строй, — вновь дал себе обещание ге-
нерал-лейтенант. — Не вечно же будет править балом «обваль-
щик» и компания! — сердито буркнул Кондратьев.

***

После у хода генерала Королёв ещё посидел немного, допил


кофе и посмотрел на часы. Было около 8 часов вечера. Время
детское, подумал про себя Артём. Идти в пустую квартиру
не очень хотелось. Хотя.. ведь сегодня вторник. О Боже! Со-
всем обленился! Ведь дядюшка Пак наверняка рвёт и мечет.
Больше трёх месяцев не был у него.
Королёв оделся и вышел из ресторана. Не прошёл он и де-
сятка шагов, что-то заставило Артёма остановится. Повернув
голову в сторону Храма Священномученика Климента Папы
Римского, полковник около изгороди увидел старушку, кото-
рая стояла, опустив голову с неловко протянутой сухонькой
ладошкой. Снег успел припорошить женщину, и быстро иду-
щие с работы москвичи её не замечали. Королёв порылся
в карманах, но нашёл только сторублёвку. Да… Финансы по-
ют романсы… Не очень-то и разбежишься на военную пен-
сию, подумал Артём и отдал деньги старушке. Женщина, так
и не подняв головы, неожиданно сказала: «Да сохранит тебя
Господь в дальних странствиях!» Полковник удивлённо по-

43
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

смотрел на неё, пожал плечами и пошёл в сторону метро


«Новокузнецкая». Ехать ему надо было с пересадкой на серую
ветку до Чертанова, в элитный клуб восточных единоборств
«Тангун».
До увольнения Артём всегда пытался выкроить время
один-два раза в неделю, чтобы посетить спортивный клуб. Это
была его вторая жизнь, и он ею очень дорожил. Тем более
в клубе его всегда ждал дядюшка Пак, с которым Королёв был
знаком, казалось, с рождения и почитал его как отца.
Дядюшка Пак долгие годы жил во Владивостоке, где вёл за-
нятия с молодёжью по древнему корейскому рукопашному
бою «тхэккён». Первокурсник восточного факультета Дальне-
восточного университета Королёв, посетив занятия дядюшки
Пака, влюбился в этот вид боевого искусства. Движения рук
и ног, одинаково используемые в нём, больше похожи на та-
нец — красивый и плавный. Здесь нет ударов кулаками. Вме-
сто них применяются удары открытыми ладонями, поскольку
ориентировано единоборство на защиту, а не на нападение.
— А-нёнь хасимни-ка!1 — поздоровался по-корейски Ар-
тём, входя в спортивный зал. Пак, которому было уже лет
за семьдесят, радостно обнял Артёма. В его глазах заблестели
слёзы. Он знал о всех проблемах своего уже давно повзрослев-
шего и заматеревшего ученика и искренне переживал за него.
— Тёма! Рад тебя видеть! Здравствуй! Выглядишь ты непло-
хо. Вот если бы чаще приходил, то мы бы вместе быстро спра-
вились с твоим недугом. Я ведь давно уже подготовил для тебя
специальный древнекорейский комплекс упражнений, восста-
навливающий равновесие духа. Мне прислали из Кореи также
специальные травы для настоек. Где ты пропадал?
— Спасибо, дядюшка Пак! Ты, как всегда, добр ко мне. За-
шёл, потому что соскучился, да и твоего ароматного чая по-
пить захотелось.
— Тёма! Посиди немного, скоро занятия закончатся и по-
пьём с тобой чайку.

1
Здравствуйте (кор.).

44
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Через час Артём и его учитель сидели в комнате, интерьер


которой напоминал далёкую Страну Утренней свежести1,
и пили чай, настоянный на дальневосточных ароматных тра-
вах. Беседуя с дядюшкой Паком, Артём почему-то сразу рас-
слаблялся, и в душе наступал покой. Мысли витали где-то да-
леко, сидел бы так и сидел.
Дядюшка Пак вдруг замолчал, и Артём очнулся. Кореец ка-
зался чем-то расстроен.
— Что-то случилось, учитель? Может, нужна моя помощь?
— Тёма, даже не знаю, что сказать. Впервые нашему клубу
пришло официальное приглашение из Пхеньяна для участия
нашей молодёжной команды в турнире по древнекорейским
единоборствам. Турнир будет на высоком уровне, поскольку
приурочен к дню рождения Великого полководца. Представ-
ляешь, и всё за счёт корейской стороны. И вот беда, второго
тренера команды вчера с перитонитом увезли в больницу,
а вылет намечен на двадцать седьмое февраля, то есть через
неделю. — Старик чуть ли не заплакал. — Тёма! Вся надежда
на тебя, второй день названиваю. Только ты сможешь заме-
нить второго тренера! — воскликнул Пак и с надеждой по-
смотрел на Артёма.
Как всё это далеко сейчас от него, пронеслось в голове Ко-
ролёва. Соревнования, хлопоты, перелёт, гостиница.
Но не поездка главное, а то, что Артём смертельно боялся
вновь очутиться в Пхеньяне, уж очень болезненные личные
воспоминания связаны у него с Северной Кореей.
— Дядюшка Пак! — мягко обратился Королёв к учителю. —
Меньше всего мне хотелось бы обидеть тебя, но ты должен по-
нять, что для меня невыносимо больно снова вернуться в Пхе-
ньян. Прости. Не могу.

1
В китайских записях, датированных серединой I тысячелетия до н. э., впер-
вые появилось название древнего корейского государства, состоящее из двух
иероглифов: «утро» и «свежесть».

45
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Глава пятая
(Авиабаза Мисава, о. Хоккайдо, 19 февраля, 17:56)

Фыркая от усталости после тяжёлой работы, к складу горю-


че-смазочных материалов медленно подкатил топливозаправ-
щик «Детройт дизел». Из кабины выпрыгнул невысокий рядо-
вой авиации 1-го класса Форрест Симонс. Сослуживцы звали
его «Коротышкой».
— Ну и денёк был сегодня! — восторженно пробормотал ря-
довой службы снабжения американской авиабазы Мисава
в далёкой от родного Канзаса Японии. Несмотря на многоча-
совую и тяжёлую работ у, Форрест был счастлив, как никогда.
Ещё бы! Фактически ему бесплатно выпал джокер — заправить
авиационным топливом пять самых современных, быстрых
и дорогих в мире лёгких самолётов бизнес-класса. Глаза парня
сияли. Только в глянцевых журналах про авиацию ему доводи-
лось ранее видеть такую авиатехнику, а он был с детства про-
сто влюблён в неё. Единственне, что омрачало Форреста, так
это письменный приказ начальника службы снабжения авиа-
базы о запрете на разглашение какой-либо информации, даже
о факте нахождения на аэродроме приземлившихся ранним
у тром этих красивых птиц.
На авиабазе уже наступили сумерки, хотя время было ещё
раннее. Как-никак, а зима ещё правит балом. С океана дул
промозглый ветер, с неба сыпал мокрый снег. Форрест надел
тёплую куртку и остался рядом с топливозаправщиком, на-
блюдая, как заправленные им лёгкие реактивные самолёты
один за другим выкатывали на рулёжную дорожку. Первым,
под покровом темноты, ушёл на взлёт австрийский двухдвига-
тельный «Даймонд», за ним — канадский реактивный самолёт
«Бомбардиер». Третьим взмыл в воздух красавец «Цесс-
на-750», турбовинтовой двухмоторный самолёт бизнес-класса
стоимостью всего-то в два десятка миллионов баксов. Что-что,
а про самолёты серии «Цессна» рядовой знал практически всё.
Ведь они из родного штата Канзас. Ещё больше удивился бы
Форрест, узнав, что заправил самолёты, пассажиры которых

46
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

входят в первую полусотню самых богатых и влиятельных лю-


дей мира.
Почти час прождал Форрест взлёта оставшихся двух пти-
чек: швейцарского «Пилатус ПС-12» и американского «Гольф-
стрим-550». Похоже, подумал он, их хозяева задерживаются.
И здесь рядовой авиации 1-го класса был прав.

***

В получасе езды от авиабазы в небольшом, но очень доро-


гом и хорошо охраняемом гостевом доме двое пожилых муж-
чин вернулись в переговорный зал, чтобы подвести итоги
прошедшей сегодня важной встречи в узком кругу членов
Бильдербергского клуба Восточно-Азиатского региона. Прак-
тически целый день с небольшими перерывами на обед и от-
дых шло напряжённое обсуждение вопросов, касающихся бу-
дущего России, в частности реализации давно вынашиваемых
рядом западных политиков планов по организации в стране
так называемой цветной революции. В качестве первоочеред-
ного шага планировалась замена ныне действующего нацио-
нально ориентированного президента на своего человека.
Не случайно было выбрано и место встречи. Хозяином го-
стевого домика был президент входящей в десятку крупней-
ших банков мира финансовой группы «Мацуи» Коно Тадаси.
Домик прятался в небольшой сосновой роще на высоком
и обрывистом берегу Тихого океана. Строение выделялось
своей необычной архитектурой. У него была многоярусная
седлообразная крыша, покрытая небольшими квадратами
массивной тёмно-зелёной черепицы. Необработанный нату-
ральный камень фундамента контрастировал с большими
удлинённой формы застеклёнными просветами на стене. По-
лукруглый стеклянный фасад домика был обращён к традици-
онному саду: слегка изогнутый мостик, переброшенный через
пруд с карпами, дорожки, засыпанные белым гравием, низко-
рослые вишни сакуры, карликовые сосны, клён и кусты аза-

47
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

лии. И всё это природное разнообразие исчезало сразу за об-


рывистым берегом в бескрайних просторах Тихого океана.
Рельеф местности и великолепно организованная система
охраны позволяли обнаружить любого, будь то непрошеный
гость или даже чёрная белка, которых было в изобилии в мест-
ных лесах. Единственная дорога от гостевого домика вела
к старинному местечку Роккасё с тесными улочками и чере-
пичными шатровыми крышами домиков, от которого до авиа-
базы Мисава было рукой подать.
За огромным окном зала для переговоров, обставленного
по-европейски, глухо ворчал могучий, полный движения оке-
ан, дождь вперемежку со снегом стучал по стеклу. Тепло, иду-
щее от огня в камине, приятно грело и действовало умиротво-
рённо на собеседников.
Говорил главным образом американец, в котором любой
журналист сразу же опознал бы бывшего госсекретаря США
Джека Крисса. Это имя было особенно популярно в 90-е годы,
поскольку именно его, в то время крупного советолога, реко-
мендации легли в основу американской политики по ликвида-
ции СССР и последующему доминированию Вашингтона
на постсоветском пространстве.
— Коно-сан! Хочу ещё раз, уже от себя лично, поблагода-
рить за хорошую организацию сегодняшней встречи, — произ-
нёс Крисс.
Коно Тадаси, сухонький, маленького роста восьмидесяти-
летний банкир, устало махнул рукой и слегка склонил голову
в знак благодарности.
— Весьма признателен за комплимент, Крисс-сан!
Но японская народная мудрость гласит, что с тем, кто тебя
хвалит, будь осторожен… Ладно, ладно! — произнёс Коно
и поднял руки. — Это наш юмор, не обижайтесь… Кстати,
знаю, что вы большой любитель японских традиций, поэтому
хочу предложить вам продолжить нашу беседу в моём каби-
нете.
Мужчины прошли по узкому коридору и остановились пе-
ред раздвижной дверью сёдзи.

48
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Проходите, Крисс-сан! Располагайтесь, а я пока отдам со-


ответствующие распоряжения.
Бывший госсекретарь снял туфли и переступил порог прак-
тически ничем не заставленной комнаты. Эластичный цино-
вочный пол из плотно сплетённой жёлтой рисовой соломы
мягко пружинил под ногами. Тихо звучала музыка, похожая
на японские старинные военные марши.
Внимание американца сразу же привлекла ниша в стене,
где на фоне тщательно отшлифованных досок из японской са-
куры стояла в фарфоровой вазе ветка незнакомого растения
с небольшими ярко-красными цветами и блестящими тёмно-
зелёными листьями. Мягкая подсветка подчёркивала неж-
ность цветов, на которых сверкали капельки воды.
— Нравится, Крисс-сан? — раздался за спиной американца
голос банкира. — Это японская камелия вабиске. В старину
разведение камелий было любимым занятием самурайского
сословия. Это символ долголетия. Кстати, обратите внимание
на вазу. Таких ваз в стране практически больше не найдёте, —
с гордостью произнёс Коно. — Это старинная ваза Ига седьмо-
го века. Когда брызгаешь на неё водой, она оживает…
Хозяин дома замолчал, задумавшись о чём-то. Затем
встряхнул головой и, обернувшись к бывшему госсекретарю,
спросил:
— Вам что-нибудь говорит словосочетание ваби-саби?
— Только «васаби», острая приправа. Звучит почти
так же, — ответил, улыбнувшись, Крисс.
— Нет, нет. Здесь другое слово и смысл. Вы только взгляни-
те на рисунок этой вазы! Он прост, но в то же время изыскан
и передаёт вечность красоты. У нас говорили в старину, что
кто весной не замечает великолепия опадающей сакуры, а осе-
нью — багряных листьев клёна, тот не чувствует ваби, — сен-
тиментально произнёс Коно.
— Так что же означает слово «ваби-саби»? — спросил
Крисс.
— Скромная простота… Давайте присядем за столик, —
предложил банкир и сел на пол, привычно скрестив ноги.

49
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Зелёный чай, пожалуйста, — с мягкой улыбкой произнес-


ла японка в кимоно, бесшумно вошедшая с инкрустирован-
ным золотом чёрным подносом. Женщина взяла двумя рука-
ми чашку и почтительно поставила перед американцем
на низкий с изогнутыми ножками столик, вторую чашку с по-
клоном поставила перед Коно и, согнувшись почти до пола,
так же бесшумно удалилась.
— Крисс-сан! Прошу извинить меня за лирическое отступ-
ление, но продолжим наш разговор. Итак. Каждый из нас име-
ет свой интерес в предстоящих событиях. А ваш бесценный
опыт и знание России внушают уверенность в успехе. Тем
не менее, хотя гости уже разъехались и основные задачи пред-
стоящего мероприятия согласованы, у меня осталась пара-
тройка вопросов. Во-первых, представленная вами кандидату-
ра преемника в лице господина Лыскова. Насколько он управ-
ляем? Ну и во-вторых, нам нужны гарантии по Сахалину и Ку-
рильским островам. То, что принадлежит Японии, должно
быть возвращено нам.
Банкир сделал глоток чая, почмокал губами и удовлетво-
рённо улыбнулся.
— Хорошо, Коно-сан! Начну со второго вопроса. Семейство
Ризенбергов, в чьих интересах ваш покорный слуга действует,
уполномочило меня заверить японскую сторону в том, что
южная часть Сахалина и Курильские острова перейдут под ва-
шу юрисдикцию. Северная часть острова и его шельф будут
в ведении американских нефтегазовых компаний. Что касает-
ся бывшего российского министра Василия Лыскова, то у вас
не должно быть никаких сомнений. Он полностью находится
под нашим контролем, и не только он лично, а также все его
активы, которые хранятся в наших банках, и недвижимость.
А средства эти немалые, я вам скажу. Не зря же, как говорят,
именно он создал в Москве систему «откатов» — получение
взяток лицами, которые принимают решение о расходовании
бюджетных средств. Он ярый приверженец наших демократи-
ческих ценностей и весьма активно в своё время помогал
в привлечении американских советников для работы в адми-

50
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

нистрации российского президента. Лысков — один из актив-


ных деятелей оппозиции и руководитель влиятельного
в Москве фонда предпринимателей, через который мы их
и подпитываем приличными суммами. Кроме того, как
и у всех политиков, у него хранится свой скелет в шкафу,
но мы-то об этом знаем и держим Лыскова на коротком по-
водке…
— Это хорошо! Да… Надеюсь, в Вашингтоне понимают, что
мы заинтересованы вернуть только территории… без прожи-
вающего сейчас там населения, — цинично усмехнувшись,
вдруг сказал банкир.
— В США, да и в Европе ваши действия найдут понимание,
а Лысков будет согласен со всем, что ему будет предложено.
Будьте спокойны.
— Хорошо. С преемником вроде всё ясно. Теперь о губерна-
торе Приморской области. Достаточно ли сильны его пози-
ции?
— Коно-сан! Не хотелось бы вас обременять избытком ин-
формации. Главное, губернатор Ильин и верные ему люди го-
товы при определённых обстоятельствах и соответствующей
помощи пойти на создание суверенной Приморской Респуб-
лики, государственное устройство которой мы обсудим после
завершения нашей операции.
Банкир внимательно посмотрел на Крисса. Да… американ-
цы хоть и союзники, но, похоже, они имеют свои виды на При-
морье, подумал про себя Коно.
— Но всё же, Крисс-сан! Ведь известно, что «корова воду
пьёт — молоко даёт, змея воду пьёт — выделяет яд». Не так ли?
— Коно-сан! — устало произнёс американец. — Ильина мы
знаем очень давно, за ним тянется целый шлейф тяжких пре-
ступлений, о которых местные правоохранители даже не дога-
дываются. Он у нас под постоянным наблюдением. Причём
благодаря вашему правительству, которое разрешило нам дер-
жать в префектуре Аомори1 авиабазу, а если быть точнее, то

1
Префектура на севере Японии (прим. автора).

51
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

центр радио и радиотехнической разведки, входящий в из-


вестную вам глобальную систему «Эшелон». Информация
по Приморью на регулярной основе поступает от нас в Токио
на Касумигасэки1. Мы всё слышим, о чём русские говорят,
и даже знаем… о чём они думают.
— О! Весьма признателен, большое спасибо, — произнёс
банкир, опять слегка склонив свою седую голову.
— Простите за любопытство, Коно-сан. Но что это за ста-
ринные мелодии звучат в комнате? Напоминает что-то из до-
военных маршей, не так ли?
— Вы правы. Кто помнит прошлое — знает и настоящее,
гласит японская пословица. Вот сейчас, например, военный
оркестр и хор исполняют песню «Юки-но сингун», что в пере-
воде означает «Маршем по снегу». Минуточку, вы только по-
слушайте, какие мужественные слова в песне:

Маршем по снегу или по льду,


То ли река под нами, то ли дорога.
Лошади падают, да бросить их нельзя,
Куда ни глянь, вокруг вражья страна.
Да ладно! Закурить бы, но не у кого попросить.
Осталось-то всего две сигареты…2

Коно Тадаси, вслушиваясь в слова песни, тихо переводил


их для гостя и о чём-то вспоминал. При этом весь подобрал-
ся, жёсткие складки в уголках губ его совершенно преобра-
зили. Перед бывшим госсекретарём сидела мумия, а не че-
ловек: бледно-жёлтая кожа до хруста стянула череп, черты
лица заострились, эмоции отсутствовали, и только в глазах
была злоба. Но продолжалось это лишь мгновение, затем Ко-
но снова приобрёл вид радушного хозяина, хотя весь его вид
говорил о том, что воспоминания продолжают давить
на него.

1
Правительственный квартал в Токио.
2
Перевод автора с яп.

52
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Кстати, Крисс-сан. У этой песни весьма трагическая ис-


тория и в чём-то схожая с темой нашей сегодняшней встречи.
Было это зимой 1902 года. Подразделение солдат император-
ской армии усиленно готовилось к войне с Россией и в ходе
учений намеревалось пересечь горный хребет Хаккода. Это со-
всем недалеко отсюда. В горах солдаты попали в жу ткую ме-
тель и заблудились. Из «марша по снегу» живыми вернулись
одиннадцать человек из двухсот десяти, а остальные просто
замёрзли… Среди тех, кто вернулся, был и мой отец… молодой
офицер… Он лишился правой руки и стал калекой. У меня по-
этому личные счёты с Россией… — прошипел сквозь стисну
тые зубы банкир и замолчал, вслушиваясь в очередной ста-
ринный военный марш.
— Крисс-сан! — очнувшись от воспоминаний, продолжил
Коно и пристально посмотрел на гостя. — Надеюсь вы понима-
ете, что надо сделать всё возможное и невозможное, чтобы
не допустить повторения «Юки-но сингун»?
— Коно-сан! В этом вопросе наши позиции полностью сов-
падают, — отреагировал бывший госсекретарь.
— Извините, но я, кажется, отвлёкся. Пожалуйста, угощай-
тесь, — встряхнул головой хозяин дома. — Хочу снова обра-
тить ваше внимание, на этот раз на чайные керамические
чашки. Каждая из них носит имя своего автора. Посмотрите,
им присуща лаконичность формы, естественность фактуры
материала, художественная завершённость… Надеюсь… гм…
и предстоящее мероприятие… будет «ваби-саби»?
— Можете не сомневаться, всё будет «ваби-саби»!
Двое мужчин удовлетворённо посмотрели друг на друга
и рассмеялись: Коно — скаля кривые и жёлтые зубы, Крисс —
безупречные белые. Такие зубы есть только у американцев.
— В таком случае… — бывший госсекретарь чуть помолчал,
а потом добавил: — Хотелось бы откланяться. Ещё раз хочу вы-
разить благодарность за хорошо организованную встречу.
Крисс медленно поднялся, ещё раз с восторгом истинного
ценителя японской культуры посмотрел на нишу в стене, где
в вазе стояла камелия, и направился к выходу.

53
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Коно проводил уважаемого гостя до входной двери, лично


её открыл и остался стоять под мокрым снегом, всем видом
демонстрируя своё уважение, пока чёрный лимузин с бывшим
госсекретарём не покинул гостевой дом. Когда ворота закры-
лись, Коно кивком подозвал своего личного секретаря.
— Танака-кун! Утром свяжись с секретарём кабинета мини-
стров и попроси подготовить для меня справку о степени за-
щищённости нашей связи от прослушивания американским
«Эшелоном».
— Слушаюсь, сенсей!1 — чётко произнёс секретарь.
— И ещё, — Коно задумчиво посмотрел в тёмное окно. —
Завтра утром пусть со мной свяжется Сато из Ниигаты, хочу
лично проинструктировать нашего стрелка на случай непред-
виденных обстоятельств.
Через час принадлежащий семейству Ризенбергов лёгкий
реактивный самолёт «Гольфстрим-550» с бывшим госсекрета-
рём США Джеком Криссом на борту круто взмыл в ночную
мглу и с креном на правый борт взял курс на юг в сторону То-
кио.

Глава шестая
(Район Синдзюку, Токио, 20 февраля, 9:20)

Выйдя из душа, Арнольд подошёл к тяжёлым тёмным пор-


тьерам, наглухо закрывавшим окно во всю стену. Пошарив
в углу, мужчина нащупал кнопку и нажал. С лёгким шорохом
портьеры пришли в движение. От яркого дневного света Арни
зажмурился и почувствовал какое-то волнение. Открыв глаза,
он сразу понял, в чём дело: вчерашнего ненастья больше нет.
Мокрый снег и промозглый ветер были унесены в океан,
а за окном голубело небо. День обещал быть хорошим. Ведь
не зря, чёрт побери, снова заказал себе именно этот номер
на 52-м этаже фешенебельного отеля «Парк Хаятт Токио»

1
Учитель (яп.).

54
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

в Синдзюку, подумал он. Вдалеке в лучах восходящего солнца


сверкала ярко-белая снежная шапка Фудзиямы.
Третий раз за последние месяцы Арнольд заказывал этот
номер, но только сегодня впервые перед ним открылась
во всей своей красе гора Фудзи. Но была ещё и другая, более
весомая причина, почему американец останавливался в этом
номере отеля «Хаятта». Именно здесь проходили съёмки
фильма «Трудности перевода» с его любимым актёром Биллом
Мюрреем. Они были чем-то похожи друг на друга, и не только
внешне, но и характером. Арнольду импонировал образ слега
уставшего от жизни, ироничного и даже порою циничного
Билла. Да он и сам за собой замечал в последнее время анало-
гичное душевное состояние.
Среднего роста, с довольно округлым животом, Арнольд
Хундертвассер был, как говорили все его знакомые, живчиком.
Даже несмотря на то, что пятидесятилетний Рубикон Арни пе-
решёл три года назад, жизнерадостный характер, лёгкое отно-
шение к неприятностям и доведённая до исступления добро-
желательность влекли к нему сослуживцев.
Ровно в 11:30 утра Арнольд вышел из отеля, с улыбкой по-
смотрел на безоблачное ярко-синее небо и остановился пе-
ред парадным входом. Буквально через пару минут перед
ним притормозил чёрный «кадиллак» с американским ди-
пломатическим номером. Выскочивший из машины водитель
предупредительно распахнул перед Арнольдом заднюю
дверь.
— Здравствуй, Арни! — произнёс сидевший в машине Джек
Крисс. — Рад тебя видеть. Ты, смотрю, как всегда в хорошем
настроении.
— Да, сэр! Чудесная сегодня погода. Имел удовольствие ли-
цезреть с утра прекрасную и величественную Фудзияму. —
Круглое и улыбающееся лицо Арнольда излучало добродушие.
При этом рука автоматически полезла в карман и достала бе-
лоснежный платок. Вытерев, как обычно, слегка вспотевшую
лысину, Хундертвассер немного повозился и устроился в углу
пассажирского кресла.

55
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Арни! У нас где-то около часа. Покатаемся немного в ма-


шине. Она защищена от прослушивания. Сам понимаешь, чу-
жие уши нам ни к чему, даже если они принадлежат союзни-
кам. Во-первых, в чём срочность нашей встречи? И во-вторых,
что мы имеем к настоящему времени в сухом остатке?
— Сэр! Перехожу сразу к делу. Возникла серьёзная наклад-
ка, и требуется ваше вмешательство. Пекинская резидентура
ЦРУ планировала отправить в Пхеньян важную для нас посыл-
ку дипломатической почтой через германскую миссию
в КНДР. Однако глава дипмиссии ФРГ, который недавно заехал
в Пхеньян, неожиданно поставил категорическое условие:
ознакомить его лично с содержимым посылки. Мы отказались
от услуг немца. Позавчера я беседовал со старшим сотрудни-
ком ЦРУ в Китае, так он предложил решить этот вопрос через
посла Великобритании. Но здесь нужна уже ваша помощь, нам
светиться крайне нежелательно. Это во-первых. Ну а во-вто-
рых, сегодня к вечеру буду в Ниигате. У меня там заключи-
тельный инструктаж двух боевых пар. Людей подбирал сам,
профессионалы. Кстати, благодаря вам в операции будет за-
действована подводная лодка с одним из самых опытных ко-
мандиров японских ВМС. Выход из лодки планируется осу-
ществлять без постановки на грунт, поскольку сразу у берега
начинаются большие глубины. А удержать во время десанти-
рования может только профи. Думаю, что высадка пройдёт
удачно. Затем вылетаю назад в Пхеньян. Да, временные пара-
метры проведения операции остаются прежними. Источник
подтвердил, что лидер государства лично намерен проинспек-
тировать объект. Поэтому, надеюсь, всё должно пройти
по плану. Что ещё?.. Да, посылку у посла Великобритании за-
беру сразу по прилёте в страну. Они, к вашему сведению,
диппочту отправляют завтра.
— Толково, Арни. Тебя отвезу на вокзал и сделаю необходи-
мые звонки, британцы помогут и не будут совать свой нос ку-
да не следует. Ну а в целом хвалю, молодец! Всегда говорил
твоему отцу, что он может гордиться тобой. Кстати, на твой
счёт в швейцарском банке уже переведено вознаграждение.

56
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Думаю, что ты будешь доволен. Завтра буду уже в Вашингтоне.


Что передать отцу при встрече? Планирую заглянуть в Кон-
гресс, есть там пара дел.
— Передайте от меня привет. Хотя… Лучше ничего не гово-
рите. Всё-таки у него возраст, будет волноваться, да и вопросы
лишние начнёт задавать. Ни к чему всё это. Ещё один момент.
Думаю, что вы одобрите некоторые дополнения к нашему пла-
ну. Предлагаю по основному варианту задействовать «Атлан-
та». Как вы на это смотрите?
— Арни! Давай сделаем так. На месте ещё раз всё проигра-
ешь и оценишь целесообразность использования «крота». «Ат-
лант» очень ценен для нас. Впервые нам удалось с его помо-
щью пробраться в ближайшее окружение главы государства.
Рисковать им можно только в крайнем случае. Тем не менее
сбоя не должно быть, — произнёс твёрдо Крисс и посмотрел
в глаза Арнольду. — На кону наша репутация, надеюсь, ты по-
нимаешь?
— Всё будет в порядке, сэр! Это не Югославия и не Ирак.
И ещё, пакистанец успешно установил аппаратуру. Задание
выполнил. Буду его выводить из страны, — задумчиво сказал
Арни.
— Согласен. У меня есть пара идей о его новом трудо-
устройстве. Иран вновь становится актуален для нас. В этом
регионе скоро грядут большие события. Ну ладно, это потом
обсудим.
Водитель автомашины постучал в стекло, отгораживающее
собеседников от передних сидений: «Сэр! Центральный вок-
зал».
Арнольд вышел из машины и быстрым шагом вошёл в зда-
ние железнодорожного вокзала.
Крисс тяжело вздохнул. Он Арни знал ещё ребёнком,
а его отца Пэта, ныне одного из долгожителей Конгресса
США, наверное, всю жизнь. Странная штука — судьба. Пэт
Хундертвассер, республиканец, заместитель председателя
специального комитета Сената по разведке, в далёком
1954 году был освобождён из северокорейского плена после

57
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

войны на полуострове, а его сын, бывший старший сотруд-


ник ЦРУ,
проводит одну из самых сложных своих операций именно
на севере полуострова. Что интересно, прикрытие у Арни —
глава американской миссии по поиску захоронений военно-
служащих ВС США, погибших в ту самую Корейскую войну. Всё
в этой жизни циклично, и дети зачастую повторяют шаги сво-
их отцов, но в другом измерении и на качественно новом
уровне. Храни Бог Арни, мысленно благословил Крисс своего
лучшего помощника и задёрнул шторку на окне автомашины.
«Кадиллак» выехал на столичный хайвей и быстро помчал-
ся в сторону авиабазы. Бывшего госсекретаря США уже ждали
в Вашингтоне.

***
(Центральный вокзал, Токио, 16:10)

Тем временем Арнольд, войдя в вестибюль старого здания


Центрального токийского вокзала, быстро осмотрелся и уве-
ренно двинулся в восточный зал высокоскоростных железно-
дорожных линий «Синкансен». Хорошо, что уже не первый раз
ему приходилось отъезжать из Токио скоростным экспрессом.
Впервые попавший на этот железнодорожный вокзал пасса-
жир испытывает ни с чем не сравнимый стресс, попросту го-
воря — тихий ужас. Море черноволосых человеческих голов,
сложное переплетение переходов с одного уровня на другой
создают ощущение какого-то сюрреализма.
Восьмивагонный высокоскоростной поезд до Ниигаты уже
стоял на 23-м пути. Вовремя успел, подумал Арнольд и с удо-
вольствием сел в мягкое кресло, обшитое тёмно-синим бар-
хатом. Привычка к роскоши сказывалась и здесь. Интерьер
вагона первого класса был великолепен. Миловидная провод-
ница, бесшумно возникшая рядом с креслом, где сидел Ар-
нольд, предложила бэнто1 и напитки на выбор, а также све-
жую прессу.

58
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Откинувшись в кресле, американец углубился в чтение по-


следних новостей в англоязычной газете «Джапан таймс».
За окном сплошной лентой мелькали небольшие города и де-
ревеньки, зимний лес и отвесные скалы. «Поезд-пуля», как
с гордостью называют японцы скоростной экспресс, незамет-
но полетел ещё быстрее, штурмуя один тоннель за другим.
Через два с половиной часа «Синкансен» мягко затормозил
и остановился на первом пути железнодорожного вокзала го-
рода Ниигата. Арнольд быстро вышел, чуть прищурил глаза
от яркого солнца и пошёл на платную парковку в секторе В.
Оглядевшись по сторонам, он направился к тёмно-синей «той-
оте», водитель которой, узнав американца, тут же выскочил
из машины и открыл дверь для пассажира.
— Коннити-ва! Ирряссай-масэ2, — низко поклонившись,
произнёс японец.
— Хай! — приветливо сказал Арнольд и сел на заднее си-
денье. На этом разговор двух мужчин и ограничился. Води-
тель довольно быстро, за каких-то двадцать минут, доставил
пассажира к пирсу яхт-клуба, где удерживаемый швартовыми
пофыркивал готовый к плаванию небольшой, но мощный
спортивный катер. Приняв пассажира, катер просел кормой,
как норовистый скакун, взревел и помчался в сторону
небольшого острова Садогасима. Конечной точкой маршрута
американца был частный отель в посёлке Аикава в горном
районе острова.
Отель был небольшой, но хорошо оборудованный для пол-
ноценного отдыха и укомплектованный высокопрофес-сио-
нальным штатом медицинских работников. От посторонних
глаз территория скрывалась за высоким забором из старых ка-
менных глыб. Неподалёку высилась, как разрезанный надвое
апельсин, гора, где во времена сёгуната добывалось золото.
Если бы Арнольд знал хоть немного историю этого острова, то
был бы весьма удивлён. Дело в том, что в старину остров был

1
Японская закуска или готовый обед (яп.), может включать рыбу, мясо, ово-
щи, рис и сладости. Берётся в дорогу, школу или на работу.
2
Добрый день! Добро пожаловать! (яп.)

59
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

местом ссылки и каторжных работ на золотом прииске. А сей-


час это был остров для отдыха.
Перед входом в отель американца ждал руководитель
охранного агентства финансовой группы «Мацуи» Сато Итиро.
— Сенсей! С благополучным приездом вас! — низко покло-
нившись, произнёс Сато.
Арнольд вошёл в здание и вместе с Сато прошёл в большой
гостиный зал. При виде американца сидевшие в помещении
четверо мужчин быстро, по-военному встали и поприветство-
вали гостя.
— Сенсей! — вновь произнёс Сато. — Две боевые группы
находятся на релаксационном тренинге перед выходом на за-
дание, все здоровы и готовы к решению поставленных задач.
Арнольд приветливо поздоровался с каждым. Ведь он их
лично отбирал из числа сотрудников охранного агентства,
укомплектованного в основном из числа бывших спецназов-
цев элитных подразделений различных армий мира.
Финансовая группа «Мацуи» могла позволить себе рос-
кошь подыскивать военных профессионалов самого высоко-
го уровня и лишённых каких-либо моральных принципов
в любых уголках земного шара. Бойцы подбирались и гото-
вились к выполнению любых задач, которые требовались
для обеспечения интересов финансовой империи Тадаси Ко-
но.
Эти две пары были снайперскими. Первый номер — снай-
пер, второй — корректировщик.
Поскольку работать предстояло на территории Северной
Кореи, то подбирались специалисты из числа бывших южно-
корейских военнослужащих и, как ни странно, из числа боеви-
ков криминального мира, выходцев из многочисленной ко-
рейской диаспоры в Японии «Чхонрён»1.
Много пришлось поработать инструкторам и медикам, что-
бы добиться слаженности пар с учётом психологических
и личностных особенностей каждого бойца.

1
Лига корейских граждан в Японии (яп.).

60
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Снайперы (один кореец из токийской группировки, вхо-


дившей в банду Хисаюки Матии, другой — американец корей-
ского происхождения) были профи. Они в совершенстве вла-
дели приёмами маскировки и наблюдения, отлично знали
тонкости меткой стрельбы, имели опыт боевой работы в раз-
ных странах.
Каждая пара была вооружена дальнобойной тяжёлой снай-
перской винтовкой «SOP» калибра 14,9 мм секретной разра-
ботки с достаточно высокой точностью стрельбы на дальность
до 3 км. Только одна пуля весит 110 граммов, целый снаряд.
Вторыми номерами шли южнокорейские спецназовцы
с опытом ведения разведывательной и диверсионной работы
на территории КНДР.
— Присаживайтесь! — произнёс Арнольд Хундертвассер,
известный присутствующим как Стив.
— С детальным планом операции вы все ознакомлены,
и отдельные его элементы отработаны. Обращаюсь к вам в по-
следний раз. Кто не готов к выполнению задания, может отка-
заться, но только именно сейчас. Потом будет уже позд-
но. Жду!
Присутствующие мужчины молчали, их лица выражали
спокойную решимость выполнить поставленную, и не в пер-
вый раз, сложную задачу.
— Понял. Отказников нет. Итак, время полной готовности
двадцать седьмого февраля, в двадцать два ноль ноль
по местному времени. В месте высадки на восточном побе-
режье Северной Кореи в шесть ноль ноль второго марта вас
будет ожидать проводник. Информацию об объекте ликвида-
ции, маршрутах выдвижения, времени и месте работы полу-
чите у него. Он же и уведёт вас с места акции и поможет
добраться до китайской границы. Старшим до встречи
с проводником назначен Кэгури1.
Хундертвассер посмотрел на корейца, в прошлом боевого
пловца, который шёл вторым номером снайпера-американца.

1
Лягушка (кор.).

61
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Бывший церэушник на мгновение задумался, затем продол-


жил:
— Кэгури даны все полномочия и право на принятие реше-
ния в критической ситуации. Вот ваши документы для переме-
щения по китайской территории: деньги в юанях и долларах,
паспорта с въездной визой, — сказав это, Арнольд передал па-
кет Кэгури.
— Всё. Вопросы есть? Вижу, что нет. Удачи вам, — уже пове-
селевшим голосом произнёс американец, качнулся на ногах
и посмотрел на руководителя охранного агентства, предлагая
тому высказаться. Однако тот отрицательно покачал головой,
давая понять, что и так достаточно много времени провёл
с боевыми группами.
— Сато-сан, проводите меня! — Хундертвассер встал и по-
шёл к выходу.
Впереди предстоял обратный путь и кратковременный от-
дых в Токио перед убытием в Пхеньян. Уже сидя в комфорта-
бельном вагоне высокоскоростного поезда «Синкансен», Ар-
нольд на какую-то долю секунды вдруг почувствовал, что его
гложет червь сомнения в отношении снайпера первой боевой
группы. Как его там? Гюн?1 Да, он лучший из всех и доказал
это на практике. Но как кореец себя поведёт, когда узнает, кто
объект ликвидации? Молод уж очень. Вот в чём вопрос. Крути,
не крути, но он поддерживает родственные связи с корейцами
из диаспоры Чхонрён, хотя формально порвал с ними отноше-
ния после присяги на верность своему боссу.
Этого парня нашёл сам Хундертвассер, воспользовавшись
старыми контактами в токийской группировке бандитов «То-
сей-кай», основу которой составляли корейцы, да и сам оя-
бун2 банды был кореец Чон Гонён, взявший себе японское имя
и фамилию Хисаюки Матии. Арнольд, будучи молодым со-
трудником ЦРУ, тесно сотрудничал с людьми Матии, которые
провели в 1973 году операцию по похищению южнокорейско-

1
Бамбук (кор.).
2
Главарь, старший, босс (яп.).

62
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

го диссидента Ким Дэ Чжуна, ставшего впоследствии прези-


дентом Республики Корея.
Гюну грозила смертная казнь за наглое и циничное убий-
ство директора строительного департамента токийского му-
ниципалитета. Но Арнольда привлёк не сам факт убийства,
а техника исполнения: почти сутки ожидания на линии огня
и единственный выстрел с дистанции более километра. Пуля
вошла прямо в висок директора, который только на мгновение
привстал из-за стола во время совещания, чтобы опустить жа-
люзи.
Такого специалиста заполучить было не просто, но финан-
совая поддержка Коно решила все вопросы. Банкир фактиче-
ски выкупил жизнь стрелку. Потом, уже будучи в охранном
агентстве «Мацуи», кореец не раз подтверждал свой высочай-
ший профессионализм стрелка, выполняя для финансовой им-
перии деликатные задания в различных точках земного шара,
при этом всячески подчёркивая свою преданность лично Коно
Тадаси.
Но эта вспышка сомнений была мгновенной, и, вспомнив
Гюна и его заслуги, Арнольд успокоился и даже успел слегка
вздремнуть до прибытия в столицу Японии.

Глава седьмая
(Москва, Орехово-Борисово, 22 февраля, 9:21)

Уже, наверное, целую вечность Артём упрямо карабкался


вверх по отвесному склону уходящей в густой туман горы. Из-
под ногтей сочилась кровь, капли которой, попадая на глаза,
затрудняли зрение.
Силы были на исходе, и всё больше нарастало желание раз-
жать пальцы и упасть в бездонный мрак ущелья. Но нет, ведь
там, впереди, что-то или кто-то явно его ждёт, и он должен,
просто обязан добраться до цели.
Подтянувшись, Артём перекатился на узкий карниз и уста-
ло замер. Он понял, что добрался до нужного места. Медленно

63
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

приподнял голову. В нескольких шагах от него на припоро-


шённом снегом карнизе стояла простоволосая, в белом платье
босая женщина и, ласково улыбаясь, смотрела на Артёма.
— Мама, мама! Это ты? Откуда ты здесь? Ведь тебе холодно
в одном платье? — вопросительно пробормотал удивлённый
Артём, но почему-то голоса своего не услышал. Женщина за-
ботливо посмотрела на него, отвернулась и, легко ступая, по-
шла прочь. Вдруг вверху загрохотало, между ним и женщиной
полетели огромные валуны.
— Мааа… ма… — стонал Артём, — не уходи… — как вдруг
проснулся. В дверь кто-то настойчиво звонил. Вытерев со лба
пот, полковник сел на край дивана. Прошло минуты две-три,
пока он пришёл в себя. О Боже! Ведь прошло более сорока лет,
как мама умерла, а снится она по ночам частенько. Но почему
в таком странном одеянии и босая?
«Всё, возвращаемся на нашу грешную землю. Кто там
с утра в воскресенье названивает? Светлана? Вряд ли. Она, по-
хоже, только рада нашему расставанию. Володька-сосед? Так
он с пятницы на даче», — перебирал мысленно варианты Ко-
ролёв.
Накинув халат, Артём подошёл к двери и распахнул её.
На лестничной площадке стоял Кондратьев.
— Не понял? Какими ветрами в выходной день тебя занес-
ло в наши края, командир? — удивлённо и чуть смущённо
спросил полковник, завязывая пояс халата.
— Хм. Тебе завтрак принёс, ведь холостякуешь, поди, сей-
час! — с улыбкой посмотрел генерал на широкоплечего, не по-
терявшего ещё спортивной формы друга. — А холодильник,
небось, пустой? Так что давай ставь чайник, будем принимать
пищу, — весело сказал Кондратьев и прямиком прошёл на кух-
ню. На стол поставил пакет с продуктами и сел на стул, не раз-
деваясь. Но, вспомнив, что одет, генерал вернулся в прихожую
и разделся.
— Ну, и бардак у тебя, Тёма. Смотри, закиснешь совсем, —
слегка озабоченно произнёс Кондратьев, возвратившись
на кухню.

64
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Бутылок пустых, конечно, не было. Сколько знает генерал


Королёва, но его всегда поражало жёсткое неприятие другом
спиртного. Зато курилка он заядлый, поэтому запах был
на кухне — хоть топор вешай.
Особо не церемонясь, Вячеслав Викторович решительно от-
крыл окно, и холодный ветерок морозного утра стал постепен-
но наполнять квартиру свежим воздухом.
— Вот теперь другое дело, — сказал генерал и неторопливо
стал выкладывать на стол хлеб, колбасную и сырную нарезки,
пачку масла, коробку яиц, кефир. — Так, кефир убираем в хо-
лодильник. Где сковорода?
— Викторович! Висит прямо над твоей головой, — оконча-
тельно проснувшись, произнёс Артём и стал помогать гото-
вить завтрак.
«Хитрец Кондратьев! Что-то задумал, раз спозаранку при-
пёрся», — подумал Артём.
— Смотрю на тебя, какой-то ты смурной с утра. Плохо
спишь? — генерал сочувственно посмотрел на друга. Но тот
промолчал.
Тем не менее через десять минут друзья сидели за столом
и дружно уничтожали яичницу и бутерброды, подшучивая
друг над другом.
— Завари-ка кофейка, Тёма! Похоже, ты уже понял, что
не просто так я пришёл к тебе. Разговор есть, точнее, нужна твоя
консультация, — генерал задумчиво посмотрел на полковника.
Артём был ему как младший брат, обманывать или лукавить
не хотелось, но дело было неотложной важности, и, скрепя серд-
це, Кондратьев всё-таки решил пойти на некоторую уловку.
Главное — это вернуть друга назад в Генштаб, его светлую голо-
ву и энциклопедического склада ум, блестящего аналитика.
— Артём! Ходить вокруг да около не буду. Хочу проговорить
с тобой о ситуации, складывающейся в твоей любимой Севе-
ро-Восточной Азии.
— Постой, командир! Так в твоём подчинении весь бывший
мой отдел, ребята — хорошие специалисты, сам их натаски-
вал, — Королёв с удивлением посмотрел на друга.

65
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Если бы всё было так, то мы бы просто продолжили го-


нять чаи и обсуждать твои походы к психотерапевту, — слегка
повысил голос генерал, выразив неудовольствие, что его пере-
били.
— К сожалению, продолжил он, — после твоего увольнения
отдел был, мягко говоря, оптимизирован с последующей лик-
видацией. Команда «обвальщика» довольно лихо прошлась
по Генштабу: теперь всем икается. Вот и пришёл к тебе за кон-
сультацией.
— Ну давай. Спрашивай. Помогу, чем смогу, проблем нет.
Но я в последние месяцы даже новости не смотрю по ящику.
Что-то всё осточертело. Одно бла-бла-бла, — проворчал Коро-
лёв, вытащил не спеша из кармана коробочку с лекарствами,
достал двухцветную капсулу и проглотил её.
— Это всё понятно. — Кондратьев молча проследил за дей-
ствиями друга и одобрительно хмыкнул. — И не такие времена
были. Лирика это, а мы всегда зрим в корень. Сегодня «распи-
ловщик» у руля, а завтра другой будет и песня другая будет, ты
уж мне поверь. Но давай к делу. Только уговор: разговор при-
ватный и должен остаться между нами. Договорились?
— Да всё я понимаю. Можешь не беспокоиться, — пожал
плечами Артём и стал разливать из турки кофе. Ароматный
запах арабики наполнил помещение.
— Ты говори, а я с твоего разрешения, если не возражаешь,
закурю, — сказал полковник, показывая всем своим видом,
что готов внимательно выслушать собеседника.
— Да кури, мне не мешает. Постараюсь кратко изложить
факты, а там вместе помозгуем. Во-первых, меня с пятницы
включили в экстренно созданную межведомственную комис-
сию при Совете безопасности, что говорит о серьёзности про-
блемы. Ну а во-вторых, и самое главное, серьёзную озабочен-
ность вызывает у нас обстановка в Северной Корее. В декабре,
судя по сообщениям из Пхеньяна, якобы было предотвращено
покушение на Руководителя. Однако в последнее время вновь
поступает информация, что южнокорейские спецслужбы яко-
бы намерены повторить попытку.

66
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Генерал замолчал и посмотрел на Артёма. Тот, как и ожидал


Кондратьев, с подчёркнутым уважением слушал его, но в гла-
зах читалось безразличие к обсуждаемой теме.
— Одновременно с этим, — продолжил он, постепенно на-
чиная раздражаться, — есть сведения, что северокорейский
лидер тяжело болен…
Похоже, Артём был в скверном настроении: за каких-то де-
сять минут искурил несколько сигарет и витал где-то далеко.
Генерал не спеша налил себе ещё чашку кофе и принялся де-
монстративно рассматривать кухню. Королёв вдруг заёрзал
на стуле, смущённо кашлянул, показывая, что он — весь вни-
мание.
— Так вот, на этом фоне американцы планируют в первой
декаде марта провести ряд учений в районе полуострова. Они
хоть и плановые, но, что настораживает, к мероприятиям при-
влекается значительно больше сил и средств за счёт масштаб-
ных перебросок военнослужащих и техники с континенталь-
ной части. Вот как-то так, — завершил свой монолог генерал.
— Хм. Интересно. Однако ты можешь, конечно, смеяться,
но нельзя исключать и вполне тривиальные варианты разви-
тия событий, — вдруг улыбнувшись, произнёс полковник.
— О чём это ты? Что значит тривиальные? В плане реализа-
ции способов устранения лидера?
— Да нет. Речь идёт о другом. К примеру, при всей жёстко-
сти и агрессивности ведения властями пропаганды в КНДР,
среди корейцев на генном уровне всё равно продолжают жить
мифы и легенды из их далёкого прошлого. Корейцы ведь
очень древняя нация, и до сих пор идёт спор, где впервые по-
явился человек: на Корейском полуострове или в Японии. Если
мне память не изменяет, то в 1933 году в местечке Тонгван-
чжин в верхнем течении реки Тэдонган были найдены камен-
ные предметы, обработанные человеком. А обрабатывал эти
камни человек в десятом–шестом тысячелетии до нашей эры.
— Ты серьёзно?
— Да, да. Об этом как-то мало у нас говорят, но корейской
нации есть чем гордиться. Уже в первом веке нашей эры суще-

67
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

ствовал уголовный кодекс. Так, за совершённое воровство


мужчина становился рабом в доме потерпевшего вместе
со своей женой и детьми… — Артём, увлёкшись, хотел продол-
жить свой экскурс в историю, но неожиданно его прервал. —
Но я не об этом, немного отвлёкся. Так вот… Чем примечате-
лен был 2008 год? Отвечаю: в стране был очередной неурожай
и дефицит продовольствия. Восточное побережье пострадало
от сильнейшего наводнения. Промышленный и энергетиче-
ский кризис. Рост социальной напряжённости. В этих условиях
простые корейцы, да и некоторые политики, могут увязывать
все эти беды с гневом неба, священного для корейцев боже-
ства, на корейского короля вана, читай Руководителя… Да
не смейся, Викторович! Дослушай до конца, — усмехнулся Ар-
тём и продолжил: — Итак. В древние времена Небесный бог,
когда был недоволен правлением вана, спускал непогоду,
неурожаи и стихию. Это был знак, что надо убрать несчастли-
вого вана. В старину королей травили, убивали, а на их место
приходили другие. Подожди, не маши руками, — улыбнулся
Артём, — сейчас закончу свою мысль. Может, в самой стране
назрела сит уация, когда требуется смена вождя? И разворачи-
вается подковёрная борьба между кланами за престол вана?
Как тебе такой вариант? А? — Королёв сощурился и с интере-
сом посмотрел на собеседника.
— Мда… Идея не нова. Всё старо как мир. — Кондратьев по-
тёр щёку, но вдруг встрепенулся. — Но факты-то говорят
о другом.
— Командир! Я же не утверждаю, что данный вариант един-
ственный. Во-первых, о покушении в прошлом году на лидера
государства мы знаем исключительно со слов Пхеньяна. Во-
вторых, сведения о готовящемся очередном покушении могут
носить и дезинформационный характер. В-третьих, америко-
сы не первый раз реализуют практику наращивания своей
группировки для устрашения КНДР и демонстрации союзниче-
ских обязательств перед Сеулом, да и перед Токио. Ну и в-чет-
вёртых, хочу напомнить известную истину: США заложили
в пятидесятых годах мину замедленного действия на Корей-

68
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

ском полуострове, а спички для бикфордова шнура остались


только у них.
Полковник торжествующе посмотрел на генерала.
— Поэтому, чтобы понять складывающуюся ситуацию во-
круг Северной Кореи, надо разобраться, какую партию разыг-
рывает Вашингтон. Как-то так… — передразнил Кондратьева
друг.
Генерал молчал, задумчиво глядя на Артёма и размышляя
про себя, допустима ли для него более секретная информация.
— Хорошо. Звучит убедительно. Но это не всё, — тряхнув
головой и отогнав всякие сомнения, произнёс Кондратьев. —
Есть также информация, — он понизил голос, — об активиза-
ции американцев на нашем Дальнем Востоке. Приведу пока
только пару фактов: во Владивостоке на счета ряда междуна-
родных фондов и некоммерческих организаций пост упают
из США весьма значительные финансовые средства, несоизме-
римые с их деятельностью, идёт интенсивная замена охран-
ных структур в международных газодобывающих проектах
«Сахалин-1» и «Сахалин-2» сотрудниками американской част-
ной военной компании «Голубая вода». Сам должен понимать,
что «дикие гуси» не предназначены для охраны нефтегазовых
объектов, им присущи совсем другие задачи. И последнее,
американцы заметно активизировали ведение разведки
в Приморской области во всех сферах: дислокация воинских
частей, их боеспособность, социально-экономическое состоя-
ние населения, наличие негативных настроений и другие ас-
пекты. Как всё это связать между собой, ума не приложу. Вот
такой ребус решаю не только я, но и коллеги из других сило-
вых структур, — подвёл черт у и устало вздохнул Кондратьев.
Артём пододвинул к себе почерневшую пепельницу и мед-
ленно затушил сигарету. Генерал молча следил за действиями
коллеги, нетерпеливо постукивая пустой чашкой по столу.
— Викторович! Вот так с лёту дать оценку ситуации и спро-
гнозировать её развитие весьма сложно, — начал осторожно,
взвешивая каждое слово, говорить Артём. — Надо иметь боль-
ше фактуры, причём из разных источников, в том числе

69
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

и за последнюю пару-тройку месяцев. Потом нужна хоть


небольшая, но команда из нескольких аналитиков… — задум-
чиво произнёс Королёв, уставившись в стену.
Кондратьев с удовлетворением отметил, как загорелись
глаза у друга.
— Единственное, что могу точно предположить, — продол-
жил Артём, — болезнь северокорейского лидера или его кон-
чина не приведут к смене существующего в стране режима.
Здесь американцам уж точно ничего не обломится. Поэтому
их надежды на хаос или внутриполитический коллапс, по-мо-
ему, беспочвенны. Есть, конечно, и среди американской элиты
«ястребы», но, думаю, и в ЦРУ не полные дураки сидят. А вот
по Приморью, пардон, не моя епархия была. Сложно так сразу
привязать к Корейскому полуострову. Нужны материалы, фак-
ты, даже фактики, самые незначительные, детальки, и думать,
думать…
— Всё это, возможно, и так, но нельзя забывать, что у севе-
рокорейцев есть пара-тройка ядерных взрывных устройств
и десяток килограммов оружейного плутония. И это «добро»
у нас под боком. Есть о чём беспокоиться, — подбросил в топ-
ку мыслительного процесса Артёма Кондратьев.
— Ха! — усмехнулся Артём. — Раньше надо было нам всем
беспокоиться, а не идти на поводу у США. Ведь Пхеньян,
в принципе, был готов четыре года назад отказаться от своей
ядерной программы в обмен на строительство так нужных для
энергетики страны легководных реакторов. Так нет, в рот
смотрели той же Розалинде. Стратегическое партнёрство, ви-
дите ли! Нельзя загонять в угол, ведь это прописная истина!
— Тёма! Хватит брюзжать. Это мой удел кряхтеть и стенать
о прошлом. Давай вернёмся в сегодняшний день. Что есть, то
есть.
— Да я так! Больше по привычке. Не научились у нас про-
считывать развитие внешнеполитических событий
на несколько шагов вперёд. Отсюда и все беды. Одним сло-
вом — временщики. Всё… молчу, — заметив, что генерал стал
строже смотреть, произнёс полковник. — Буду думать, в Ин-

70
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

тернете покопаюсь, иностранную прессу почитаю. Короче:


слушаюсь, мой генерал! — дурашливо ответил Королёв.
— Хорошо, договорились. Имей в виду, времени мало.
Кстати, Артём! Прошлый раз я тебе говорил, что ожидаются
у нас определённые подвижки в кадровой политике. Так вот,
у меня должность открывается государственного советника РФ
первого класса, что соответствует полковничьей должности.
Может, попробуем, тогда и с закрытыми материалами смо-
жешь ознакомиться? Решайся, — генерал выжидательно смот-
рел на друга.
Очень хорошо Кондратьев знал своего «младшего брата»,
чувствовал все его сомнения, колебания. Оставалось послед-
нее. Что-что, а построить разговор в нужном для себя ключе
генерал умел.
— Да… ты уж меня извини, но не хотел тебя сразу огорчать.
Наверно, надо было сразу тебе сообщить, — продолжил Кон-
дратьев и сочувственно посмотрел на Артёма. — Несколько
недель назад на территорию российского посольства в КНДР
проник перебежчик, но при передаче местным властям был
убит. В разговоре с сотрудниками посольства часто упоминал
твою фамилию. Как я потом разобрался, это, похоже, был твой
давний друг — старший полковник Ли Дон Гон.
Артём вздрогнул.
— Кто? Ли Дон Гон?
— Да, твой побратим.
— Почему перебежчик? За что его убили? Есть подробно-
сти?
— Артём! Информация скудная, пришла из нашего МИДа.
На нём якобы была кровь нескольких человек. — Генерал кос-
нулся плеча друга. — Ведь он служил в личной охране Руково-
дителя?
— Во время приезда лидера КНДР в Москву в 2001 году Ли
был заместителем начальника личной охраны главы, — как-то
отрешённо промолвил полковник и замолчал.
Кондратьев понял, что друг серьёзно расстроился
и не склонен больше к продолжению разговора.

71
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Тёма! Поговорим в следующий раз, — мягко произнёс ге-


нерал и посмотрел на Королёва. Артём, похоже, ушёл в себя.
Кондратьеву стало немного стыдно, что весть о смерти друга
он специально оставил на конец разговора, чтобы побудить
полковника вернуться в строй. Он тихо встал, оделся и вышел,
бесшумно прикрыв входную дверь.

***

Сообщение Кондратьева, что погиб, а точнее убит его по-


братим, спасший в далёком 1983 году жизнь Королёву, было
неожиданным и повергло Артёма в смятение.
Когда в 1982 году он, будучи студентом Дальневосточного
университета, приехал в Пхеньян на языковую стажировку
в университет имени Ким Ир Сена, весёлому и общительному
Артёму первое время было очень одиноко. Сблизиться со сту-
дентами помогло владение древним корейским рукопашным
боем «тхеккён», которому его обучал во Владивостоке дядюш-
ка Пак.
Была ранняя и очень тёплая осень. В парках собирали и жгли
листву. Не исключением стал и университетский парк. После
уборки студенты разошлись небольшими группами: где-то
увлечённо играли в карты, рассевшись на земле в кружок, кто-
то с мольбертом старался запечатлеть великолепие красок осе-
ни. Но наиболее шумно было на импровизированной площад-
ке, где молодые ребята соревновались в силе и ловкости владе-
ния в прошлом ярморочной, а ныне весьма популярной борьбы
тхэккён. Артём с интересом наблюдал, как противники азартно
старались сбить друг друга на землю, нанося удары по опорной
ноге. Неожиданно к нему подошёл коренастый парень, с кото-
рым Королёв неоднократно сталкивался в университетской
библиотеке, и поинтересовался, нравятся ли ему корейские ви-
ды борьбы. Узнав, что Артём имеет определённые навыки,
тут же предложил помериться силами. Ну и проныра этот коре-
ец оказался. Ни много, ни мало, а среди студентов университета

72
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

он был признанным мастером рукопашного боя. Это был захва-


тывающий поединок равных по силе бойцов. Соперники вели-
колепно владели приёмами захвата ног противника, ударами
ног с разворота, подножками, зацепами. Коренастый кореец де-
монстрировал высококлассную технику работы высоким коле-
ном с блокировкой ударов согнутой ногой. Не отставал и рослый
русский студент. Ему особенно удавалось проведение любимого
им приёма «боевое колесо», при котором по очереди применя-
ются обе ноги для нанесения ударов противнику через его ногу.
В какой-то момент Артёма даже стали поддерживать корейцы,
хоть он и был иностранцем.
С этого момента и началась дружба Артёма Королёва и Ли
Дон Гона. Однажды кореец пригласил друга на народные гуля-
ния в парк на гору Моранбон1. Там они, как оказалось не слу-
чайно, стали зрителями удивительного танца девушек с веера-
ми.
Танцовщицы, одетые в яркие красивые костюмы ханбок
длиной до пят, медленно кружились по сцене. Слегка накло-
нив голову, они двигались плавно и осторожно, словно не же-
лая привлекать к себе лишнего внимания. Когда девушки
чуть-чуть приподнимали ступню, затянутую в белый песон2,
и делали шажок вперёд, они не спеша поворачивали голову
и приподнимали руку. Трепетная утончённость их движений
заставляла сердце Артёма каждый раз замирать.
После окончания танца к ним подбежала, нет, подлетела
маленькая красивая птичка, которая вдруг, когда Артём про-
тёр глаза, оказалась девушкой. Большие, на всё лицо, блестя-
щие карие глаза, обрамлённые сверху красиво изогнутыми
чёрными бровями, с удивлением смотрели на Королёва. Артём
утонул в них и никак не мог понять, что ему говорит друг.
Наконец до него дошло, что это небесное создание — двою-
родная сестра его приятеля и зовут её Ли Хва Ми3 и у которой
имя, под стать молодой кореянки, — «прекрасный цветок».

1
Гора пионов (кор.).
2
Гетры (кор.).
3
Хва Ми — «прекрасный цветок» (кор.).

73
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Наверное, такое бывает раз в сто лет, когда два молодых серд-
ца влюбляются друг в друга с первой секунды знакомства и на-
всегда.
Ближе к окончанию стажировки влюблённые договорились
пожениться. Родители девушки были категорически против,
так как браки с иностранцами были запрещены в стране.
Отец Ли занимал пост председателя партийного комитета го-
рода Пхёнсон, который фактически был академгородком Се-
верной Кореи, а связь с иностранцем могла навлечь только
неприятности. Но влюблённые тайно договорились, что Ли за-
кончит через два года институт культуры и постарается вы-
ехать в Россию, где они и поженятся.
Но, к величайшему сожалению, всё-таки есть горькая прав-
да в корейских поговорках: «под языком смерть таится». Бук-
вально за несколько недель до отъезда Артём, пытаясь быть
полностью честным перед Ли, брякнул, что у него во Владиво-
стоке в университете была девушка, с которой он дружил
со школы и обещал на ней жениться. Но то были лишь юноше-
ские бредни, и, кроме «прекрасного цветка», для него теперь
никто не существует. Ли, не дослушав до конца объяснения
любимого человека, побледнела, закрыла лицо руками и убе-
жала прочь. Артём попытался найти её в институте культуры,
но ему сказали, что девушка собиралась уехать утренним по-
ездом к родителям в Пхёнсон.
Артём бросился на вокзал, но поезд ушёл. Молодой человек
помчался к Ли Дон Гону, у которого были связи в автопарке
университета, чтобы побыстрее добраться до академгородка.
В комнате Королёв застал друга, который с застывшим ужасом
на лице слушал радио. На станции Ронсён недалеко от Пхенья-
на произошёл страшной силы взрыв стоявшего там товарного
состава с аммонием, когда рядом проходил пассажирский по-
езд на Пхёнсон.
Артём с другом на попутках быстро добрались до места ка-
тастрофы. Всё было в огне и дыму. Королёву удалось прорвать-
ся сквозь оцепление, ударив корейского солдата, он бросился
искать свой «прекрасный цветок». В какой-то момент он уви-

74
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

дел обгоревшую девушку в такой же розовой кофточке, в ка-


кой была Ли Хва Ми во время ссоры. Правый кулачок девушки
был прижат к груди, будто она пыталась что-то уберечь. Артём
запрыгнул в разбитое окно завалившегося набок вагона, стре-
мясь сквозь огонь и гарь добраться до любимой. Но неожидан-
ный удар по голове тяжёлого предмета остановил Королёва, он
зашатался и упал без сознания. Очнулся, когда почувствовал,
как Ли Дон Гон тащит его по земле. Артём попытался рвануть-
ся в сторону вагонов, но вновь потерял сознание. Окончатель-
но пришёл он в себя в больнице Красного Креста. Рядом сидел
перевязанный друг и с тревогой смотрел на Артёма.
— Она сгорела заживо… Опознание тел будет продолжаться
долго, допущены будут только родители, — тихо произнёс Ли
Дон Гон и вытер повлажневшие глаза. — Вот, держи. Она дер-
жала его в кулаке, стараясь спасти от огня, — с этими словами
он протянул руку и передал другу красный значок с изображе-
нием первого президента страны…
Через сутки Артёма выписали и отправили во Владивосток
во избежание скандала за проход в запрещённую зону ката-
строфы. Все попытки после этого узнать хоть какие-нибудь де-
тали смерти любимой, место её погребения натыкались
на глухое молчание с корейской стороны.
Жизнь Артёма после этого резко изменилась: защита ди-
плома, окончание с отличием военной кафедры, погоны лей-
тенанта на два года, Афганистан.
Теперь вот сообщение о гибели одного из последних остав-
шихся у Королёва друзей. Всё, что связывало его с Северной Ко-
реей, безвозвратно потеряно. Всё-таки как жестока бывает
иногда судьба человека. Скоро полтинник придётся разменять,
а рядом только Кондратьев остался. Значит, эти испытания да-
ны Богом! Терпеть и ещё раз терпеть! Другого не дано. Ладно,
прорвёмся, встряхнул головой Артём. Как там Марк Аврелий
говорил: «Делай что должно, и случится чему суждено».
Придя к такому выводу, полковник решительно взял теле-
фон, набрал номер дядюшки Пака, своего учителя, и сообщил
о своём согласии поехать в Пхеньян.

75
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Второй звонок — генералу.


— Что??? Какой Пхеньян? Офонарел, что ли? Ты мне нужен
здесь! — кричал взбешённый Кондратьев. Артём отставил
трубку в сторону, подождал, когда друг выдохнется.
— Вечером после работы буду у тебя. Да… ну и подста-
вил же ты меня, — уже спокойным голосом сказал генерал.

***

Вечером друзья снова сидели за столиком на кухне, как


будто и не расставались.
— Артём! Ты меня режешь по живому. Даже не представля-
ешь, какая каша вокруг тебя заварилась. Ведь я был уже почти
уверен, что согласишься на должность государственного совет-
ника, и начал прорабатывать этот вопрос в верхах. Заручился,
между прочим, поддержкой заместителя начальника Геншта-
ба. И знаешь, кто сейчас в замах? Петров Михаил Михайлович.
— Наш Мих-Мих?
— Он самый. По крайней мере, интеллектуальный уровень
руководства существенно возрос после его назначения. Вот та-
кие, брат, дела. Но не в нём дело. Представляешь? Буквально
перед твоим звонком заходит в мой кабинет… Петренко.
— Не понял. Ты хочешь сказать, что это был Вадим Дмит-
риевич, наш кадровик в Хабаровске?
— Ну да, тот самый, которому ты попортил физиономию
за то, что тот пытался залезть под юбку к жене твоего офице-
ра, — с горечью произнёс Кондратьев. — Быть бы тебе уже ге-
нералом, если бы не этот подонок. Кстати, заявился, как все-
гда, не один, а со своей «машерочкой» Сергеем Иванычем.
— Кто бы сомневался. «Шерочка с машерочкой». Однако
что упало, то пропало. Бить таких надо по роже всегда и везде.
И что он делает в Генштабе? Ведь старый, как мамонт. Думал,
что он давно на пенсии.
— Как бы не так, ещё тот жучило. Пролез благодаря своим
связям гражданским советником в кадры. Вот и припёрся ко

76
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

мне с претензиями, что, мол, ты недостоин назначения ко мне


в управление. Извини, но пришлось его попросить выйти вон
со своими пожеланиями, — рассмеялся генерал.
— И как таких ублюдков держат при власти? Похоже, дей-
ствительно наступили срамные времена, когда такие выжи-
вают.
— Так ты понял, в чём весь замес? Тебя надо представлять
руководству, а ты сбегаешь!
— Командир! Ты же знаешь, Ли мне был побратимом. Мы
с ним оба всегда больше всего дорожили офицерской честью
и нашей дружбой. Мой долг, понимаешь? Мой долг — отдать
ему последние почести и проститься. И не отговаривай, во-
прос решён. Кстати, в Пхеньян лечу вторым тренером в коман-
де Пака на соревнования по восточным единоборствам. Ну
и потом, так сказать на добровольных началах, твой вопрос
по ситуации в Северной Корее проработаю. Как говорит сле-
пой: посмотрим. Тем более ты знаешь, что лично мне лидер
КНДР в некотором роде даже симпатичен.
— Тёма! Только давай договоримся: без всякой самодея-
тельности, — произнёс строго Кондратьев. — Имей в виду,
что в очередной раз охладились российско-северокорейские
отношения и посольство в Пхеньяне практически в изоля-
ции. Семнадцатого февраля погранслужба КНДР задержала
наше гражданское судно, на это раз теплоход «Омский-122».
Судно шло из Пусана во Владивосток, и в условиях сильного
шторма капитан принял решение подойти ближе к берего-
вой черте. Группа корейских военных высадилась на борт
и под угрозой применения оружия потребовала следовать
в северокорейский порт. Дипломатические переговоры пока
ни к чему не привели. Так что в данной ситуации помочь
тебе при непредвиденных обстоятельствах будет просто
некому. Ты хоть это понимаешь? — в голосе генерала слы-
шались нотки надежды, что вдруг Королёв откажется от по-
ездки.
— Викторович! Не волнуйся. Если будет что-нибудь экс-
тренное, обязательно найду вариант связаться с тобой. Всё бу-

77
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

дет хорошо! Перед отлётом ещё переговорим, — твёрдо сказал


полковник.
Кондратьев вдруг полез в карман и осторожно достал
небольшую коробочку. В ней лежала обыкновенная бензино-
вая зажигалка.
— Вот… тебе подарок, — сказал генерал, но отдавать зажи-
галку не спешил.
— Зачем мне зажигалка? Ты же мне два года назад на день
рождения подарил похожую.
— Э, не простая это зажигалка. Когда ты заявил, что едешь
в Пхеньян, решил тебе дать эту вещицу. Последняя разработка
нашего технического института — шифратор речи, — с гордо-
стью произнёс Кондратьев, любовно поглаживая зажигалку. —
Смотри сюда. Берёшь монетку и на донышке вывинчиваешь
вставку для закладки кремния. Вставка с проводком. Снима-
ешь разъёмчик и вставляешь в телефон в гнездо для наушни-
ков. Теперь можешь говорить через встроенный микрофон
в зажигалке. Видишь? — и генерал показал на широкой сто-
роне зажигалки небольшое отверстие, стилизованное под
фирменный знак японской компании «Корона».
Артём с удивлением смотрел на манипуляции друга с зажи-
галкой, и в глазах его читался один вопрос: «Зачем мне всё это?»
— Теперь главное: в чём вся фишка. Человеческая речь пре-
образуется в «белый шум», что затрудняет при прослушке воз-
можность определения факта разговора, не говоря о его содер-
жании, — торжествующе закончил генерал. — Бери и помни,
вещица серьёзная, при реальной опасности просто возьми
и раздави каблуком. И последнее, все переговоры со мной бу-
дешь вести через шифратор. Ясно? Все без исключения. Поте-
ряешь свой телефон, добудешь чужой. Это единственное, чем
я могу тебе помочь. Да, и вот ещё, — пятьсот евро, на расходы.
— Викторович! Не надо, не гулять еду, да и кормить там бу-
дут.
— Бери, бери. Купишь мне заодно сувенирчик. Помню, ты
рассказывал, что корейцы славятся искусством вышивания
на шёлке. Привезёшь что-нибудь национальное.

78
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Друзья обнялись на прощание. Впереди Артёма ждали


Страна утренней свежести и город несбывшихся надежд.

Глава восьмая
(Вашингтон, Белый дом, 24 февраля, 13:34)

Резкий хлопок папки, брошенной в сердцах на стол первым


заместителем помощника президента по национальной без-
опасности Марком Котоном, заставил вздрогнуть сидящих
в Ситуационной комнате Белого дома заместителей руководи-
телей правительственных ведомств. Битый час выступающие
пытались достичь консенсуса в оценке складывающейся ситу-
ации на Корейском полуострове и целесообразности предста-
вить на экстренное рассмотрение в комитет руководителей ве-
домств вопрос о применении сил и средств Объединённого
командования ВС США в Тихоокеанской зоне в случае падения
режима в Северной Корее.
— Это уже третье наше заседание, а ответов на вполне кон-
кретные вопросы так и не получено, — раздражённо произнёс
Котон. — Правильно ли вступать в войну? Благоразумно ли это
будет для Соединённых Штатов? Поддержит ли нас Япония?
И потом, кто-нибудь просчитывал последствия нашего воен-
ного вмешательства? Какое воздействие на Китай и Россию
окажет присутствие около их границ крупного военного кон-
тингента? Какой будет их реакция? Насколько велики риски,
пострадают ли наши интересы в Восточной Азии? Попрошу
кратко изложить свои предложения и рекомендации, —
немного успокоившись, обратился к присутствующим первый
заместитель помощника президента по национальной без-
опасности. — Каждому даётся по три минуты. Начнём с Госде-
партамента. Прошу, Деннис!
Заместитель госсекретаря Деннис Брайант, вальяжный се-
довласый мужчина, неспешно встал, взял в руки блокнот
и посмотрел на сидящих за овальным столом коллег поверх
очков.

79
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Ситуация критическая, лидер Северной Кореи тяжело


болен и, похоже, уже не владеет обстановкой, — начал ментор-
ским тоном говорить дипломат. — В стране нарастает борьба
кланов за власть, что может привести к резкому обострению
внутриполитической ситуации. В Сеуле уже готовы к самому
негативному сценарию… — Брайант сделал паузу и посмотрел
на заместителя начальника Объединённого комитета началь-
ников штабов генерала Стивена Брукса.
— В Госдепартаменте считают, что вооружённые силы США
должны быть готовы вмешаться, чтобы взять под контроль
ядерные объекты и обеспечить проведение Республикой Корея
наземной военной операции. Япония наш союзник, и у неё
свои счёты с КНДР. Конечно, Китай выступит с резким дипло-
матическим демаршем, но на этом и ограничится. Россия
во многом обязана нам, поэтому не стоит брать её во внима-
ние, — пафосно закончил дипломат и величественно опустил-
ся в кресло. Заместитель госсекретаря знал себе цену и вес
своего ведомства в вопросах внешней политики.
Так уж повелось, что войны начинают дипломаты, а армии
побеждают или проигрывают сражения, теряя своих солдат
и офицеров зачастую во имя ложного представления о целях
и задачах военной кампании.
— Спасибо, Деннис. Слово Дональду. Кстати, вчера я читал
ежедневную сводку разведывательных данных для президен-
та. Проясните ещё раз доводы ЦРУ.
— Хорошо, Марк, — сказал заместитель директора ЦРУ
Деннис Купер. — По неофициальной информации, требующей
подтверждения, южнокорейские спецслужбы готовят в бли-
жайшие дни второе за месяц покушение на лидера КНДР, по-
сле смерти которого страна якобы погрузится в хаос. Однако
выполненный нами анализ показывает, что у режима доволь-
но сильные позиции в стране. Кроме того, главу Северной Ко-
реи окружает слишком много уровней охраны, чтобы его мож-
но было запросто ликвидировать. Это во-первых. Во-вторых,
если южанам и удастся его устранить, на его место в любом
случае сядет преемник, сын северокорейского диктатора. Ре-

80
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

жим сохранит свои позиции. Вместе с тем всё же лучше исхо-


дить из негативного сценария. Мы считаем, что крайне важно
продолжить мероприятия по наращиванию нашей группиров-
ки в районе Корейского полуострова и быть готовыми к опера-
тивному реагированию на изменения обстановки.
— Стивен! По группировке и ваши рекомендации, — обер-
нувшись к заместителю председателя Объединённого комите-
та начальников штабов, произнёс Марк, демонстративно по-
смотрев на наручные часы.
Генерал Брукс, который успел переброситься парой слов
с сидящим с ним рядом заместителем директора ЦРУ, бодро
встал.
— С девятого марта в районе Корейского полуострова нач-
нутся учения «Ки Резолв» и «Фоул игл». Основной целью этих
мероприятий станет отработка варианта ведения военных
действий на Корейском полуострове, нанесения поражения
войскам Северной Кореи и выхода к границе с КНР. С учётом
вновь открывшихся обстоятельств полагаем целесообразным
экстренно привлечь значительно больший наряд сил, в ос-
новном ВВС и Корпуса морской пехоты. При необходимости
для нанесения точечных ударов предлагаем задействовать
стратегическую авиацию с острова Гуам, а также корабли
и подводные лодки седьмого оперативного флота ВМС США,
оснащённые крылатыми ракетами «Томагавк». Разделяем
озабоченность Госдепартамента в необходимости быть гото-
выми не допустить распространения ядерных материалов.
Завершена подготовка, и в ближайшие дни в рамках учения
будет переброшено в Республику Корея специальное подраз-
деление морских пехотинцев, предназначенное для захвата
и вывоза ядерного оружия с территории КНДР.
— Спасибо, генерал. Летиция! Вы, похоже, не со всем со-
гласны?
— Марк! Прошу прощения, но разведывательное управле-
ние министерства обороны имеет свои оценки, и мы настаи-
ваем на их учёте и более трезвом подходе к применению воен-
ной силы. — Заместитель начальника РУ МО Летиция Моррис,

81
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

первая женщина, добившаяся столь высокого поста в военном


ведомстве, была категорична в своих оценках.
— Неужели опыт войны в Ираке ничему нас не научил?
Считаем, что армия северян по боевой готовности превосхо-
дит южан, а все более или менее важные военные и прави-
тельственные объекты находятся под землёй, и не просто под
грунтом, а в скальных породах, что делает их неуязвимыми
для ударов крылатыми ракетами.
— Далее, — женщина посмотрела на заместителя госсекре-
таря, — Сеул может быть практически уничтожен дальнобой-
ной северокорейской артиллерией в считаные часы. Не сле-
дует забывать про войска специального назначения КНДР,
которые в сжатые сроки смогут захватить ряд важных объек-
тов на территории Южной Кореи. Тем не менее, сильные сто-
роны северян могут быть нивелированы в случае обострения
внутриполитической ситуации и её перерастания в воору-
жённую междоусобицу. И последнее, в соответствии с данны-
ми Центра ракетно-космической разведки подтверждаем вы-
сокую готовность Пхеньяна к проведению очередного пуска
баллистической ракеты большой дальности. При получении
конкретных результатов обязательно доведём информацию
по закрытому каналу видеосвязи.
— Хорошо! — Марк Котон встал. — Подведём кратко итоги.
Во-первых, все высказанные здесь соображения будут пред-
ставлены на завтрашнее заседание комитета руководителей
ведомств для подготовки соответствующих предложений пре-
зиденту. Во-вторых, надо немедленно подготовить жёсткую
резолюцию в связи с недавним заявлением Пхеньяна о намере-
ниях запустить спутник в нарушение резолюции ООН №1718.
— Деннис! — Котон повернулся к Брайанту. — Госпожа Ко-
улмэн, надеюсь, завтра отдаст соответствующее распоряже-
ние. Спасибо всем за участие. Во вторник жду вас снова
здесь, — сказал Марк Котон. Он быстрым шагом вышел из Си-
туационной комнаты, поднялся по лестнице на первый этаж
Западного крыла Белого дома и направился в свой кабинет.
Там его ждал гость, бывший госсекретарь Джек Крисс.

82
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Привет, Джек! — приветливо произнёс Марк.


Крисс, сидевший в кресле, кивком головы поприветствовал
хозяина кабинета.
— Как прошло совещание?
— Если кратко, то на завтрашнее заседание комитета ру-
ководителей, а фактически на рассмотрение Совета нацио-
нальной безопасности выносится предложение о приведении
в повышенную степень боевой готовности сил и средств Объ-
единённого командования вооружённых сил США в Тихооке-
анской зоне, отдельных частей ВВС и Корпуса морской пехо-
ты. В принципе, сделано всё то, на чём ты настаивал. Что
интересно, была получена почти единодушная поддержка
ключевых ведомств по наращиванию группировки наших
войск.
— Неплохо, неплохо… — задумчиво пробормотал Крисс. —
Стенограмма с собой?
— Да, конечно, — торопливо сказал Котон и достал из пап-
ки документы. Крисс взял бумаги и углубился в чтение, не об-
ращая внимания на Марка. Котон тихо прошёл к своему столу
и стал перебирать на нём различные файлы, раскладывая их
в только ему понятном порядке.
— Марк! Хочу отметить, хорошая работа. По крайней мере
для большинства участников совещания развитие ситуации
на полуострове укладывается в существующие стереотипы. На-
растание напряжённости в этом регионе отвечает интересам
США, тем более в последнее время беспокойство вызывает Ки-
тай и усиление им своей военной мощи. А возникший хаос под-
толкнёт наших союзников — Японию и Южную Корею — к мас-
штабным закупкам военной техники и вооружений, что крайне
необходимо в условиях рецессии национальной промышленно-
сти. А вообще, всё складывается очень даже неплохо, — удовле-
творённо произнёс Крисс и потёр ладонь об ладонь. — Нет, про-
сто великолепно! Ай да Розалинда! — он с восхищением вдруг
вспомнил имя бывшего при президенте Поле Джеймсе-млад-
шем госсекретаря и посмотрел на Марка. — Видишь ли, прия-
тель, Рози однажды на одной из приватных встреч предложила

83
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

не давить чрезмерно на Северную Корею, а поиграть с ней —


ослабить вожжи по ядерной проблематике, дать Пхеньяну воз-
можность сделать какие-нибудь наработки по созданию атом-
ной бомбы. Понимаешь? Она как в воду глядела. Теперь ситуа-
ция на полуострове под нашим полным контролем, и мы свой
шанс не упустим, — закончил он, торжествующе глядя на Мар-
ка. — Но ты тоже молодец!
— Джек! Извини, но всё хотел спросить, что за комбинацию
ты планируешь реализовать? Мне не до конца понятна цель.
— Гм… Марк! Для тебя лучше всего не знать всех деталей.
Здесь разыгрывается очень сложная партия, и в ней играем
не мы с тобой, и даже не президент, а те, кто хозяева этого ми-
ра. Надеюсь, ты понял? Итак, вернёмся к тому, с чего начали.
Твоя задача заключается в том, чтобы на стол президенту легли
нужные нам рекомендации. Постарайся убедительно провести
мысль, что наши друзья в Южной Корее решительно настроены
на то, чтобы навсегда покончить с дряхлым и больным дикта-
тором. Главное, это не упустить момент в принятии ключевого
политического решения на применение силы. Запомни, —
Крисс взял листок бумаги и написал две даты «6 или 8 марта»,
показал Марку, затем молча поднёс его к огню зажигалки
и сжёг. — Вот так! Всё ясно?
— Да всё я понял.
— Вот и хорошо.
Марк Котон, первый заместитель помощника президента
по национальной безопасности, только кивнул головой. Весь
вид выражал безусловное стремление решить поставленную
перед ним задачу. Что-что, а нюх у него на возможность быть
причастным к серьёзным делам был развит, поэтому и сохра-
нил свою должность при двух президентах.

84
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Глава девятая
(г. Кильчжу, КНДР, 25 февраля, 11:55)

Пятнадцатиметровый несущий винт вертолёта МИ-2 ВВС


КНДР постепенно замедлил своё вращение. Наконец три лопа-
сти бессильно обвисли, и открылся люк пассажирского салона.
Бортмеханик не успел скинуть трап, как к вертолёту подкатил
мощный японский джип с чёрными военными номерами.
— Товарищ генерал-полковник! Прибыли в пункт назначе-
ния, машина у трапа, — чётко доложил командир воздушного
судна и отдал честь.
Заместитель министра госбезопасности Кан Мин Хёк удо-
влетворённо кивнул, встал с уже успевшего надоесть неудоб-
ного дивана и спустился по трапу на землю. У вертолёта его
встречал начальник охраны ядерного полигона «Пунгери» ге-
нерал-майор Чхве Син Хён.
— Без формальностей! — поднял руку Кан и по-простому
поздоровался со своим подчинённым. — Ну как? Обтёрся
на новом месте?
— Так точно! — бодро ответил небольшого роста поджарый
генерал-майор госбезопасности. — Порядок поддерживаем
на высоком уровне, и хочу вас лично поблагодарить за оказан-
ное доверие.
— Не спеши благодарить, всё впереди. — Кан полуобнял на-
чальника охраны и уже тихим голосом продолжил: — Тебя
ждёт крайне ответственная работа. Примерно через неделю
Великий полководец лично будет инспектировать твой объект.
Смотри, не опозорь меня.
Через два часа, прорвавшись сквозь пелену висевшего
в воздухе мокрого снега, кортеж джипов вытянулся вдоль под-
ножья хребта Хангён. Взревев моторами, кавалькада начала
штурмовать длинный подъём недалеко от конечной точки
маршрута. Вдруг первая машина сопровождения замерла
на месте и медленно покатилась вниз. Водители стали тормо-
зить, но гололёд сделал своё дело: кортеж смешался, ряд ма-
шин, не поддающихся управлению, столкнулись.

85
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Кан Мин Хёк еле сдерживал свой гнев.


— Чхве-тонму! Это как называется? А если?.. — посмотрев
на водителя, взорвался заместитель министра. — И что даль-
ше? Пешком пойдём?
— Так снег неожиданно выпал. Уже март на носу. Задули
ветры с юга. Сейчас всё исправим. Сержант! Немедленно до-
стать цепи и приготовить машину к движению, — приказал
начальник охраны своему водителю.
Сержант быстро выскочил, открыл багажник, достал новую
упаковку с цепями для колёс и стал их «обувать». Однако про-
цесс стал затягиваться.
— Что у тебя? Почему так долго? — уже теряя терпение, зло
прошептал генерал-майор.
— Вот… не подходят… По длине не хватает, — виновато
произнёс водитель.
— А на других машинах?
— Там везде такие же цепи.
— Ясно. Позже разберусь. Всех ко мне. Будете толкать ма-
шину заместителя министра.
Прошёл почти час, пока взмыленные офицеры охраны
практически на руках вытаскивали машину на вершину пере-
вала. Внизу виднелся первый контрольно-пропускной пункт
ядерного полигона «Пунгери».
Учёные-ядерщики и руководство полигона ожидали гене-
рал-полковника Кан Мин Хёка у входа в помещение команд-
ного пункта автоматики подрыва и управления измеритель-
ной аппаратуры.
— Товарищи! — обратился генерал-полковник к присут-
ствующим. — Нам предстоит сегодня провести предвари-
тельную проверку готовности изделия к загрузке в штольню.
Повторяю — предварительную. Завершающую инспекцию
проведёт… — чуть замялся генерал-полковник, — более вы-
сокая комиссия. Всем ясно?
Осмотрев командный пункт, где во время подрыва взрыв-
ных устройств будет находиться государственная комиссия,
Кан Мин Хёк вместе с руководителем испытаний поехали

86
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

к устью штольни. Переезд занял минут двадцать. Около устья


штольни царила рабочая обстановка. Ядерный заряд был
смонтирован и находился на мощной тележке. Блестящие
рельсы уходили в глубь огромного, высотой в десять метров
тоннеля. Слабое освещение, которое исходило от висевших
с большим интервалом маленьких лампочек, создавало мрач-
ное ощущение исходящей из штольни опасности.
— Какова глубина тоннеля? — поёжившись, спросил гене-
рал-полковник.
— Триста шестьдесят девять метров.
— Что осталось сделать? — вновь обратился он к руководи-
телю испытаний.
— Дело за малым. Завершаем установку эстакады для раз-
грузки забивочного материала.
— Сколько времени понадобится?
— За четыре дня управимся.
— Хорошо. Для вашей информации. Установку изделия
в штольню произведёте только после завершающей инспек-
ции, а её возглавит лично Руководитель. Показывайте дальше.
Рукотворная промышленная площадка у подножия хребта
Хамгён поражала воображение. Генерал-полковник с откро-
венным любопытством слушал руководителя испытаний
и осматривал объект. Электровозное депо, компрессорная, эс-
такада для разгрузки вагонеток, трансформаторная подстан-
ция, склады, горы кабелей и проводов различного диаметра,
самая разнообразная аппаратура. Всё это было бережно защи-
щено от снега и ветра. Везде царил идеальный порядок.
— Состоянием проделанной работы я удовлетворён, так
и доложу Великому полководцу, — сказал Кан Мин Хёк,
обернувшись к сопровождавшему его руководителю испыта-
ний.
— Кан-тонджи! Вы полетите сразу в Пхеньян?
— Да, есть вопросы?
— Нет-нет. Вопросов нет, скорее есть просьба. Наш паки-
станский коллега давно просится в столицу. У него пробле-
мы с зубами. Свою работу по подготовке ядерного взрывно-

87
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

го устройства повышенной мощности к испытаниям он вы-


полнил и в принципе здесь пока не нужен. Да и незачем его
показывать сопровождающим Руководителя лицам. Возьмё-
те?
— Ну… — замялся генерал-полковник. — Хотя ладно. Давай.
Подбросим.
На обратном пути, прощаясь с физиками-ядерщиками, ге-
нерал-полковник задержался около смуглого человека, одето-
го в тёплое пальто и шапку.
— Как успехи? Махмуд-тонжи! В Пакистане персики, навер-
ное, уже цветут? Не холодно? Какие-нибудь претензии, вопро-
сы есть?
— Всё идёт по плану, господин заместитель министра. К на-
значенному сроку изделие будет в полной готовности, — про-
изнёс Аймаль Махмуд.
— Вы готовы к отъезду? Через десять минут жду вас в ма-
шине, — сказал генерал-полковник.
Пакистанец поклонился в знак благодарности, вздохнул
с облегчением и быстрым шагом пошёл за вещами.

***
(Американский военный городок Кэмп-Смит, Гавайи,
18:30)

Продолжительный телефонный звонок отвлёк внимание


Питера Блейка от работы над текущими документами. Справа
на приставном столе среди десятка телефонных аппаратов
надрывался один, чёрный.
— Да!
— Сэр! Докладывает дежурный офицер шифровальной
службы. Срочная телеграмма за подписью председателя Объ-
единённого комитета начальников штабов. Разрешите её
представить вам?
Через пять в минут в кабинет командующего Объединён-
ным командованием ВС США в Тихоокеанской зоне вошёл

88
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

офицер и положил на стол телеграмму с пометкой «крайне


срочно».
Блейк бегло просмотрел текст, слегка нахмурился и затем
уже более тщательно стал изучать содержание текста.
— Майор! Зайдите ко мне, — бросил в телефон громкой
связи Блейк. Помощник командующего тихо открыл дверь
и быстрым шагом подошёл к столу адмирала.
— Садись и пиши. Крайне срочно. Командующим Тихооке-
анского флота, воздушных сил флота, 3-м оперативным фло-
том, командирам 3-й и 9-й авианосных ударных групп.
Руководствуясь распоряжением председателя ОКНШ ВС
США 3-й и 9-й авианосным группам скорректированы планы
учебно-боевой подготовки. 3-й авианосной ударной группе
во главе с атомным авианосцем «Джон С. Стеннис» надлежит
в рамках учений «Ключевое решение» и «Молодой орёл» при-
быть в район предназначения на двое суток раньше. Район
развёртывания — акватория Тихого океана восточнее острова
Хонсю (Япония) с координатами: 39 градусов северной широ-
ты и 154 градуса восточной долготы. Прибытие в район пред-
назначения — 7 марта.
Питер Блейк на минуту задумался, затем поднял трубку те-
лефона: «Оперативный дежурный! Доложите координаты де-
вятой авианосной ударной группы… Необходимое время для
перехода в район… Так… понял». После этого повернулся к по-
мощнику.
— Продолжим, пиши: 9-й авианосной ударной группе
во главе с атомным авианосцем «Авраам Линкольн» совер-
шить переход в район с координатами 44 градуса, 12 минут се-
верной широты и 176 градусов 5 минут восточной долготы.
Прибытие в район предназначения — 4 марта.
Подпись — адмирал П. Блейк.
Майор! Всё записал? Немедленно к отправке.
Адмирал откинулся в кресле и задумчиво посмотрел в окно
на свинцовую гладь ещё не проснувшегося после зимы океана.
Странное распоряжение, подумал он. Наверняка какие-нибудь
политические интриги вокруг Корейского полуострова.

89
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Но с другой стороны, боевая подготовка всегда идёт на пользу


личному составу. Ничто так не укрепляет дух моряка, как ра-
бота в море.
С этими мыслями Питер Блейк, ругаясь про себя, продол-
жил работу с документами. Разразившийся буквально на днях
гей-скандал на авианосце «Китти Хок» стал головной болью
всего военного руководства на Восточном побережье США.
С выводом авианосца из боевого состава заметно упала дисци-
плина, и апогеем безобразий стало появление в СМИ откро-
венных фотографий членов экипажа, сделанных в служебных
помещениях на корабле.

Глава десятая
(о. Садогасима, Япония, 27 февраля, 03:00)

«Мэ-о самасу-ситэкудасай!»1 — всё громче и громче звучал


женский голос, предлагая всем вставать.
Гюн резко сел и повернулся в сторону приоткрытой раз-
движной бумажной двери. Пожилая горничная поклонилась
до пола и, убедившись, что гость проснулся, спиной назад от-
ползла за порожек и прикрыла дверь. На светящемся цифер-
блате часов стрелки показывали 3 часа ночи.
Через час две боевые группы собрались в одной из комнат
отеля. Сато придирчиво начал проверять снаряжение всех
участников операции. Как-никак, а десантирование боевиков
на побережье планировалось с подводной лодки. Гюн бережно
положил на стол футляр со снайперской винтовкой, помещён-
ный в водонепроницаемый чехол и замотанный клейкой лен-
той. Рядом разместил резиновый мешок с личными вещами,
одеждой, продуктами и другими столь необходимыми для ра-
боты в автономном режиме мелочами. В руках у корейца оста-
вался бумажный пакет с личными документами, в который он,
достав из кармана, вложил письмо для тётушки на тот случай,

1
Вставайте, пожалуйста! (яп.)

90
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

если не вернётся. Обычная практика. Было бы кому оставить


свои кредитки и отдать соответствующие распоряжения. По-
рывшись в пакете, Гюн достал чёрно-белую потёртую фотогра-
фию и нежно погладил рукой изображённую на ней миловид-
ную женщину лет тридцати.
— Эй! Приятель! — над ухом раздался шёпот Кэгури. — Ак-
триса? Симпатичная бабёнка! — с усмешкой продолжил быв-
ший боевой пловец.
Гюн резко обернулся и с внезапно нахлынувшим раздраже-
нием прохрипел:
— Не суй свой нос туда, куда тебя не просят. Ты всё понял?
Кэгури от столь резкой реакции слегка опешил, но лишь
зло прищурил глаза. Хоть они оба и были корейцами, но раз-
ными. Кэгури просто паталогически ненавидел северян,
но свои чувства не выказывал во время тренировок и общения
с Гюном. Более того, несмотря на прошлое Гюна и его заслуги
перед империей Коно, он ему не доверял и дал себе слово, что
будет следить за ним и при малейшем намёке на предатель-
ство или трусость воспользуется правом старшего группы
и ликвидирует северянина.
— Да всё нормально, приятель! Мы же в одной упряжке
и доверяем друг другу, не правда ли? Так что это за красавица
у тебя на фото?
— Актриса, — чуть помолчав и сдерживая ярость, твёрдо
ответил Гюн. Когда Кэгури отошёл, снайпер быстрым движе-
нием достал фотографию из пакета и вложил в резиновый
мешок с личными вещами. И вовремя. Как раз подошёл Са-
то.
— Держи, — сказал он тихо, предварительно посмотрев
по сторонам, и передал Гюну небольшую коробку в резиновом
чехле: — Готов? Всё помнишь?
— Да.
— Давай пакет. Так, адрес вижу, — посмотрев на снайпера,
сказал Сато и бросил документы в сумку к трём другим та-
ким же пакетам. Кто вернётся, тот получит пакет назад, а кто
нет — пакет будет уничтожен. Таковы правила.

91
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Через полчаса две пары боевиков и сопровождавшие их ли-


ца подошли к небольшому причалу. В тусклом свете фонарно-
го столба был заметен только серый борт покачивающейся
на швартовых моторной яхты. Волн видно не было, но их мо-
нотонный гул и порывы противного ветра свидетельствовали,
что переход морем будет непростым. На борт по шатающему-
ся трапу поднялись участники операции и Сато. Взревев мото-
ром мощностью в 300 л. с., яхта устремилась в открытое море,
резко и с силой пропарывая накатывающиеся волны.
В каюте, где разместились боевики, было тепло, но слегка
попахивало топливом.
— Бизон? Тебе плохо? — прокричал Кэгури, обращаясь
к своему первому номеру. Американец сидел весь посеревший
и судорожно хватал воздух ртом. Яхту бросало как щепку, бор-
товую качку сменяла килевая, и наоборот. Нужно иметь тре-
нированный организм, чтобы спокойно переносить столь от-
вратительную болтанку.
— Потерплю, — махнул рукой Бизон.
Гюн встал и, опираясь на переборку, подошёл к американцу.
— Вставай. Пошли к выходу, подышишь свежим воздухом.
Тебе сразу полегчает.
Стрелки добрались до двери и, цепляясь за поручни, вы-
брались на палубу. После нескольких глотков воздуха Бизон
и правда стал лучше выглядеть. Американец с благодарностью
кивнул Гюну.
Звук двигателя резко оборвался. Наступила тишина. Зало-
женные от шума движка уши стали постепенно различать тяжё-
лое дыхание Японского моря. Правее градусов тридцать по кур-
су движения яхты Гюн увидел проблески прожектора. Двигатель
снова заработал, и яхта помчалась на свет, но, не успев набрать
полную скорость, судно сбросило обороты и малым ходом
чуть ли не на ощупь продолжило движение. Только позже стал
понятен манёвр капитана, когда в темноте Гюн неожиданно
увидел покачивающуюся на волнах огромную рыбину с рубкой
посередине, с которой и передавались световые сигналы. Это
была подводная лодка «Харусио» японских ВМС.

92
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Империя Коно могла зафрахтовать хоть все боевые корабли


страны, если бы в этом была необходимость…

***
(Пхеньян, КНДР, 11:40)

Два часа перелёта из Пекина в Пхеньян пролетели быстро.


Самолёт ТУ-204 северокорейской авиакомпании «Эйр Корё»
мягко приземлился и довольно долго катился к мест у стоян-
ки. В иллюминаторе сму тно сквозь сгустившиеся с умерки
виднелось небольшое серое здание а эропорта. Артём потя-
нулся и посмотрел на членов команды, ребята притихли
и с интересом смотрели по сторонам. Наконец стюардесса от-
крыла люк. За бортом было промозгло и дул холодный, прони-
зывающий ветер.
Первыми к выходу пригласили пассажиров бизнес-класса,
но вышел только один иностранец европейского происхожде-
ния, среднего роста, улыбающийся толстячок. Достав из кар-
мана платок, он вытер вспотевшую лысину и быстрым шагом
начал спускаться по трапу.
Артём мельком глянул на вышедшего пассажира бизнес-
класса. Странный тип, подумал он и стал собираться. К выходу
команды спортсменов из самолёта аэродром уже погрузился
в кромешную тьму, но освещение ещё не было включено.
В здании был полумрак и довольно холодно, похоже, что внут-
ренние помещения не обогревались. Пассажиры прибывшего
рейса с насторожённостью озирались по сторонам. Вместо
электрического света тускло дымились свечи в уголках зала
прилёта. Встречающих было мало, и от этого зал прилёта ка-
зался безжизненным и унылым.
Принимающая сторона приветливо встретила российских
спортсменов. Два молодых корейца быстро помогли с оформ-
лением документов и получением багажа, предупредив, что
в городе проходит учение по светомаскировке. Единственное,
что задержало команду, так это требование сдать на время

93
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

пребывания в КНДР все мобильные телефоны. Парни сразу


приуныли — ни позвонить, ни фото отправить. Слегка опешил
и Королёв, но, подумав немного, пришёл к выводу, что в тече-
ние предстоящей недели телефон и не понадобится.
На небольшой площади перед аэровокзалом команду ждал
автобус. Главный тренер команды Пак, радостный от долго-
жданного свидания со своей родиной, жадно всматривался
в снующих вокруг соплеменников и с блеском в глазах всё вре-
мя оборачивался к Артёму.
— Дядюшка Пак! — мягко обратился к нему Королёв. —
Очень я рад за вас. Эту неделю, наверное, вы будете вспоми-
нать не один год.
— Тёма! — восторженно проговорил тренер. — И дым Оте-
чества нам сладок и приятен, — продекламировал Пак.
В этот момент рядом с автобусом остановился белый джип
«Тойота Лэнд Крузер», и в него стали загружать вещи пассажи-
ра бизнес-класса, прибывшего этим же рейсом.
— Странный пассажир. Такие почести, как для посла какой-
то важной страны, — произнёс Артём, обернувшись к корейцу,
который помогал спортсменам заходить в автобус.
— Так это машина «гробокопателей».
— Кого?
— Ха-ха, — рассмеялся кореец. — Это встречают главу аме-
риканской миссии по поиску захоронений солдат и офицеров
армии США, погибших во время Отечественной освободитель-
ной войны.
— Интересно. Ведь прошло почти 60 лет, неужели можно
найти ещё останки?
— Трудно сказать. Но они ищут, иногда находят. Их всего-
то человек пять-шесть в миссии, и базируются в горах Мёхан
в отеле для иностранцев. Королёв-тонджи! Команда в автобу-
се, проходите и вы, — торопливо произнёс кореец.
На заднем сиденье Артём увидел венок. Сначала было
удивился, но потом вспомнил — это же почётный ритуал для
всех гостей столицы. И точно, через полчаса езды автобус
остановился на улице Чхильсонмун у подножия холма Мансу,

94
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

на вершине которого в ярких огнях прожекторов, несмотря


на учения по светомаскировке, высилась бронзовая скульпту-
ра первого и последнего президента Северной Кореи. Коман-
да дружно вышла из автобуса. Королёв с Паком взяли венок
и медленным шагом стали подниматься к монументу, чтобы
отдать почести основателю КНДР. Не успели они подойти
к статуе, как засветились окна близстоящих домов: учения
закончились.
Разместили спортсменов в одной из лучших гостиниц Пхе-
ньяна — в «Корё». Сорокапятиэтажный отель, состоящий
из двух башен, соединённых переходом, впечатлял. Да и рас-
положен он был очень удобно — в самом центре города,
а из номеров можно было любоваться открывающейся пано-
рамой практически всей столицы.
В отеле команду встретил атташе российского посольства
по культуре и предупредил, что через час они приглашаются
в диппредставительство на встречу со школьниками.
Спортсмены сразу же разбрелись по гостинице, столкнув-
шись с необычным для себя образом жизни. Королёв с Паком
расположились в одном номере.
— Дядюшка Пак! Подойдите сюда, — позвал Артём, стоя
около окна, из которого открывался ночной вид столицы. —
Смотрите, монумент идей Чучхе!1 — Как красиво! Его величие
завораживает… особенно переливающийся красным цветом
гигантский факел, венчающий монумент, — восторженно про-
шептал Пак.
— Это точно, но… мрачновато в городе. Вокруг гостиницы
свет ещё есть, а в глубине темень кромешная. Прав был Ленин,
когда говорил, что коммунизм есть советская власть плюс
электрификация всей страны… Поэтому понять пхеньянские
власти можно, когда их кинуло международное сообщество.
Пообещали за отказ от ядерной программы помощь в восста-
новлении энергетики страны на базе легководных реакторов,

1
Государственная идеология КНДР, основой которой является тезис опоры
на собствен- ные силы и политическую независимость.

95
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

а показали большой кукиш. Всю страну без электричества


оставили. Вот тебе и демократические ценности.
— Артём! Не ворчи. Лучше собирайся, через пятнадцать
минут из посольства подъедет автобус, — примирительно ска-
зал тренер команды.
— Нормально всё. Лекарства приму вот сейчас и буду готов,
как юный пионер. Сколько, говорите, осталось до отъезда?
Пятнадцать минут? Посмотрим пока новости. Наверное, как
и раньше, одна программа, — с этими словами Королёв вклю-
чил телевизор. И точно, работал один канал, и шла вечерняя
программа новостей. Довольно зрелого возраста дикторша,
одетая в национальное корейское платье, с придыханием
и на высоких тонах зачитывала передовицу из газеты «Нодон
синмун»1:
«…Ситуация на полуострове резко обострилась. Южноко-
рейские марионетки намерены реализовать планы по вторже-
нию на север…»
«…Углубилась межкорейская конфронтация, которая при-
обретает взрывоопасный характер и в любой момент может
перерасти в войну…»
— Учитель! Слышите? Почти как у нас в годы холодной вой-
ны. В это время дикторша перешла к другой теме:
«…Военные источники КНДР сообщают, что в феврале су-
щественно возросло количество разведывательных полётов
как американских, так и южнокорейских ВВС…»
«…ВВС США выполнили более 100 полётов, а Южной Ко-
реи — более 70…»
«…американский разведывательный самолёт У-2 вёл фото-
съёмку нашей территории 26 и 27 февраля, а всего в этом ме-
сяце было рекордное количество его полётов — 20 раз…»
— Артём! Время, выключай телевизор, — сказал Пак и по-
шёл к двери.

1
Рабочая газета (кор.).

96
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

***

Оказалось, что от гостиницы до посольства вполне и пеш-


ком можно добраться, настолько рядом была дипмиссия.
В школе в актовом зале собрались не только дети, но и их ро-
дители и свободные от работы сотрудники. Как-никак,
а впервые в международных юношеских соревнованиях
по корейским единоборствам принимают участие российские
спортсмены.
С приветственным словом выступил советник-посланник
Андрей Богатёнов, затем дядюшка Пак. Ребята быстро пере-
оделись и устроили показательные выступления. Зал периоди-
чески взрывался громом аплодисментов, так красиво и легко
работали ученики школы «Тангун»…
— Господин советник-посланник! — обратился Королёв
к Богатёнову, который с интересом наблюдал за спортсмена-
ми, подёргивая правой рукой кончик рыжеватых усов. — У вас
не найдётся для меня минут пять?
— Конечно же. — Дипломат повернул голову, его рыбьи гла-
за уставились на полковника. — Возникли какие-то проблемы?
Так не стесняйтесь, рассказывайте, — на губах Богатёнова за-
стыла дежурная улыбка.
— Проблем пока нет, у меня личный вопрос. Дело в том,
что около месяца назад здесь в посольстве погиб мой друг
и товарищ по студенческим временам товарищ Ли Дон Гон.
Может, вы знаете об обстоятельствах его гибели, и потом, мне
очень хотелось бы посетить его могилу. Как это сделать, мо-
жет, что посоветуете?
— Товарищ Ли Дон Гон? — чуть растерявшись, переспросил
Богатёнов, съёжившись, как будто ожидая удара или гневного
крика в свой адрес. — Гм… говорите, что он был вашим дру-
гом?
Королёв с удивлением смотрел на испуганного и ставшего
ниже ростом советника-посланника.
— Я ему очень многим обязан, он спас мне жизнь. Цветы
на могилу хочу отнести и попрощаться с ним, потом навестить

97
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

его родителей, я их хорошо знал. Может, попытаюсь и с вдо-


вой встретиться, — ответил, слегка напрягшись, Артём, увидев
произошедшие изменения с дипломатом.
— Извините, как к вам обращаться?
— Королёв Артём Иванович, второй тренер команды. Пол-
ковник в запасе.
— Артём Иванович! Прежде всего хочу вам сказать, что си-
туация с вашим другом весьма неоднозначна, и могилу вам
корейцы не покажут, так как он был преступником.
— Каким преступником? О чём вы говорите? — серые глаза
полковника потемнели. — В 2001 году он в составе личной
охраны сопровождал Руководителя во время поездки по Рос-
сии. Потом мы вместе с ним в поезде северокорейского лидера
проехали из Москвы в Питер и обратно. Товарищ Ли в началь-
никах тогда ходил. Что он мог совершить? Он был человеком
чести, — Королёв попытался дезавуировать сказанное Богатё-
новым о Ли Дон Гоне.
— Дело в том, что, как оказалось, ваш друг был психически
нездоров, — оправившись от неожиданных вопросов, с сарказ-
мом в голосе произнёс советник-посланник и наклонился к со-
беседнику. На Артёма пахнуло ядрёным запахом перегара. Да
так, что он вынужден был чуть отступить в сторону.
— В последние месяцы не только он, многие корейцы стали
одержимы стремлением защитить своего Вождя. Подобный
психоз проявился в декабре прошлого года после неудавшейся
попытки покушения на Великого полководца. Когда това-
рищ Ли пробрался к нам в посольство, я с ним лично общался,
но он в основном молчал и был похож на сумасшедшего, —
немного на повышенных тонах стал говорить советник-по-
сланник. Смотрел дипломат куда-то мимо Артёма, всячески
подчёркивая своё пренебрежение к собеседнику.
— Местные власти сообщили, — продолжил Богатёнов, —
что товарищ Ли до проникновения на нашу территорию убил
трёх военнослужащих. Ну а поскольку на руках у него была
кровь, то из Москвы поступила команда передать его корей-
ской стороне. При передаче товарищ Ли оказал сопротивле-

98
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

ние, убил двух офицеров и был застрелен. Вот и всё. Повто-


рюсь, никто вам не покажет место его захоронения. Примите
мои соболезнования и извините, дела. — Резко прервав разго-
вор, советник-посланник, стремясь держать равновесие, вы-
шел из актового зала.
Школьники, их родители, спортсмены после встречи все
вместе дружной гурьбой пошли к воротам посольства. Теперь
у ребят из «Тангун» была сплочённая и активная группа под-
держки на соревнованиях.
Перед посадкой в автобус Королёв подошёл к Паку.
— Учитель! Дорогу до гостиницы хорошо знаю, пройдусь
пешком. Хочу зайти к родителям друга, это недалеко от по-
сольства.
— Хорошо, Артём. Будь только осторожней, темень кругом,
ноги не переломай.
За двадцать лет район, где располагалось посольство Рос-
сии, почти не изменился, и Королёв уверенным шагом пошёл
в сторону Мемориала победы в Отечественной освободитель-
ной войне 1951–1953 гг. Там, на улице Понхва, поблизости
от Входной арки мемориала в десятиэтажном доме жили ро-
дители друга.
— Чёрт! — выругался Артём, споткнувшись на ступеньках,
ведущих в подземный переход через улицу Чхоллима. В пере-
ходе был полный мрак, и только огоньки зажигалок идущих
людей говорили о том, что Королёв здесь не один. Недолго ду-
мая, он достал зажигалку и стал ею освещать себе путь.
«Похоже, в стране стало совсем плохо с электричеством, —
мелькнуло в голове Королёва. — Ведь когда был на стажировке,
в Пхеньяне везде было нормальное освещение».
Только когда полковник дошёл до моста Потхон, стало
немного светлее за счёт подсветки видневшегося в глубине
квартала самого высокого в Северной Корее здания — 330-
метровой гостиницы «Рюгён». Весь её вид, особенно в ночное
время, вызвал у Артёма противоречивые чувства. Он много
слышал и читал про этот долгострой, про это монументальное
сооружение, название которого произошло от старинного обо-

99
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

значения Пхеньяна — «Ивовая столица». Трёхкрылый фасад


105-этажного отеля в дневное время смотрелся, наверное, по-
другому. Но сейчас тёмные глазницы окон и огни лишь
по контурам фасада железобетонной громады производили
угнетающее впечатление.
Подойдя к дому, где жили родители побратима, Артём сра-
зу бросил взгляд на угловую квартиру на третьем этаже. Серд-
це заныло от плохого предчувствия. Света в окнах не было.
В подъезде сидел пожилой кореец-консьерж.
— Добрый вечер, товарищ! — поздоровался полковник. —
Извините, я ищу родителей своего друга товарища Ли, с тре-
тьего этажа. Их нет дома?
Кореец, услышав вопрос, вдруг весь съёжился и замахал ру-
ками.
— Уходите, уходите! Там никого нет. Быстро уходите! — ис-
пуганным голосом почти закричал консьерж и схватился
за трубку телефона.
Артём, видя встревоженного корейца и его попытку свя-
заться скорее всего с народной милицией, поспешил уйти.
«Весьма странная ситуация, — подумал он. — Неужели их
арестовали только за то, что человек оказался психически
нездоровым? Хотя… о чём это я? У нас не только до войны,
но и после была такая же практика. Всех родственников аре-
стованного по политическим мотивам одной метлой заметали
в места не столь отдалённые. Потом этот временный поверен-
ный. Мутный какой-то он, и темнит, похоже», — бормотал уже
уставший за день Королёв, пытаясь в темноте найти дорогу
к отелю.
Вдруг что-то на подсознательном уровне щёлкнуло в голо-
ве Артёма. Он, почувствовав близкую опасность и повинуясь
почти что звериному инстинкту, резко отпрыгнул в сторону.
Мимо него на бешеной скорости пролетел рослый кореец
на мотоцикле, явно пытаясь сбить Артёма. Только ветром об-
дало и чем-то железным чиркнуло по левой руке. Ну и дела,
опешил Королёв. Что это было? Наезд? Или местный байкер-
лихач? По крайней мере не типичный случай, темень кругом,

100
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

можно и самому врезаться во что-нибудь. Теперь и предпле-


чье заныло. Артём потрогал руку. Крови вроде не было, скорее
всего гематома.
Теперь уже с большей осторожностью Королёв шёл в сторо-
ну гостиницы.
В номере он снял верхнюю одежду, достал из холодильника
сувенирную бутылку водки, настоянную на женьшене, и при-
ложил к месту ушиба.
— А я говорил тебе, будь внимательным, — ехидно прого-
ворил Пак. — Будешь впредь слушаться старших!

***
(Район Кванбок, г. Пхеньян, 22:40)

Чжу Вон, рослый с квадратным лицом кореец, открыл


дверь своей двухкомнатной квартиры в 22-этажном доме пре-
стижного района Кванбок, щёлкнул выключателем — света
не было. Кореец выругался про себя, в потёмках скинул кожа-
ную куртку, а мотоциклетный шлем бросил в угол.
Пройдя на кухню, он зажёг керосиновый светильник
и устало сел на стул. Настроение было отвратительным. Когда
в спешке проводишь операцию, обязательно возникают на-
кладки. Так и с этим русским получилось. Посидев немного,
Чжу протянул руку и с нижней полки кухонного шкафа достал
бутылку виски. Пододвинул к себе стакан, перевернул его
вверх дном и вытряхнул из него то ли крошки, то ли старый
мусор. Майор налил половину и махом выпил содержимое, за-
тем отодвинул стакан и сплюнул на пол. «Как люди только
пьют это пойло», — зло буркнул он.
Вздохнув, достал мобильный телефон и набрал номер Ку-
ратора.
— Слушаю, — раздался в трубке властный голос.
— Это Чжу. Докладываю. Ваш приказ выполнить не уда-
лось. Русский уж очень прыткий оказался. Вроде не молодой,
а среагировал мгновенно. Такое впечатление, что у него на за-

101
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

тылке глаза… Времени на подготовку было мало… Понял… Ве-


сти наблюдение… Убыть на базу?.. Слушаюсь… Подключу трёх
офицеров, — закончил разговор майор госбезопасности и по-
шёл переодеваться.
Говоривший с Чжу Воном, плотного телосложения кореец
в полувоенном френче, отложил в сторону телефон и с задум-
чивым видом открыл личное дело майора. С фотографии
на него смотрел тридцатилетний мужчина с цепким взглядом
исподлобья, глубоко посаженными маленькими, как угольки,
глазами, с крупными чертами пергаментного цвета лица.
На фоне ухудшающегося здоровья Руководителя борьба
за власть в стране крайне обострилась, и в этой ситуации тре-
бовался человек для выполнения «деликатных» поручений,
человек без моральных принципов, но преданный и готовый
пойти на любые жертвы.
Вопрос был очень серьёзный, предстояло сделать оконча-
тельный выбор. Кореец достал из бокового кармана френча
расчёску и стал медленными движениями зачёсывать волосы
назад, которые и так были хорошо уложены ещё утром. Смо-
жет ли майор выполнить крайне сложное и ответственное но-
вое задание? Можно ли на него положиться? То, что он мо-
лод, — не беда. Умён, физически подготовлен, вынослив.
Что ещё?
Мужчина стал вчитываться в каждую страницу, стараясь
увидеть, понять, почувствовать все положительные и отрица-
тельные качества Чжу Вона:
«Родители репрессированы в 1979 году по политической
статье… Рано оказался сиротой, мать и отца не помнит, о род-
ственниках сведений не имеет…
Специнтернат. Жёсткий период взросления среди та-
ких же, как он… Стремление выжить, рано прорезавшаяся
твёрдость характера, хорошая физическая сила и выносли-
вость… Склонен к жестокости. Наказал более сильного обид-
чика тем, что подстерёг его, внезапно напал и избил пал-
кой…
Честолюбив, меркантилен, эмоционально холоден…»

102
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

То, что тщеславен и любит деньги, так это в плюс ему. Мо-
тивация поступков — вот главное и определяющее в характере
человека. Что им движет при выполнении «грязных» заданий?
Ответ, хотя Чжу его особенно не показывал, пока напрашива-
ется один: крайне негативное отношение к более обеспечен-
ной категории населения. Отсюда и отсутствие в его характере
таких черт, как сочувствие. Похоже, поэтому он и был отобран
и проходил службу в Командовании специального назначения
в подразделении, предназначенном для ликвидации южноко-
рейских высших военных руководителей.
«С 2006 года руководитель специального отряда „Пэкту“
министерства госбезопасности…»
Всё это сухие строчки личного дела. На практике же офицер
зарекомендовал себя с наилучшей стороны. Долго пришлось
его приручать, прежде чем доверить выполнение деликатных
просьб. Чжу Вон в итоге для Куратора стал преданным псом.
Последнее задание, которое было поручено майору, выполне-
но им просто блестяще.
— Ха-ха…, — усмехнулся кореец, достал сигарету и закурил.
Сам себя не похвалишь, никто не похвалит. В памяти всплыл
весьма сложный и насыщенный конец прошлого года.
18 декабря 2008 года. Центральное телеграфное агентство
Кореи (ЦТАК) сообщило о том, что властям КНДР удалось
предотвратить покушение на главу государства, организо-
ванное южнокорейскими спецслужбами. Однако никто
и предположить не мог, что покушение было чистой воды
фикцией, преследующей единственную и весьма прозаиче-
скую цель — заслужить доверие Руководителя, якобы спасая
ему жизнь.
Да, тогда пришлось изрядно попотеть. Надо было найти
в одном из трудовых лагерей семью перебежчика, который,
перебравшись на юг, не смог отказаться от родных и мечтал
о встрече с ними. И такой кандидат на роль киллера был вско-
ре найден. Оставалось выйти на него и уговорить вернуться
в КНДР в обмен на освобождение из трудового лагеря, а фак-
тически от смерти, его семьи.

103
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Задачу эту решил Чжу Вон, перейдя на юг по одному из са-


мых секретных тоннелей под демилитаризованной зоной,
разделяющей две Кореи, и доставив киллера на север. Несо-
стоявшийся убийца был схвачен, дал соответствующие показа-
ния, что позволило в декабре 2008 года официально обвинить
Сеул в грязных планах. А главное, в ближнем окружении Руко-
водителя прошли нужные перестановки.
Кореец затушил сигарету и, видимо приняв для себя важ-
ное решение, решительно закрыл личное дело майора Чжу Во-
на. Затем он встал, подошёл к сейфу и положил папку на верх-
нюю полку. За окном было темно, лишь около КПП сиротливо
горел небольшой фонарь, скудно освещая две неподвижные
фигуры офицеров из Управления охраны.

Глава одиннадцатая
(Пхеньян, 28 февраля, 12:15)

С полудня перед входом в Ледовый дворец, который был


временно переоборудован под проведение международного
турнира по корейским единоборствам, было многолюдно. Ав-
тобусы подвозили празднично одетых горожан и школьников,
которые организованно под руководством старших групп
быстро заходили в здание. Яркое солнце, небольшой морозец
и бравурная музыка создавали приподнятое настроение.
— Прошу внимания! — стараясь перекричать звуки музы-
ки, обратился атташе по культуре российского посольства
к обступившим его сотрудникам дипмиссии и их детям. — Ме-
ста у нас под центральной трибуной. Во дворце очень много
зрителей, поэтому от меня не отставайте и держитесь все вме-
сте.
Дипломат поднял руку, и группа поддержки российского
молодёжного клуба «Тангун» двинулась, весело разговаривая,
за ним.
Большая арена Ледового дворца была заполнена полностью.
В Северной Корее, несмотря на серьёзные экономические и бы-

104
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

товые трудности, спорт развит повсеместно. Поэтому к любым


международным соревнованиям здесь всегда повышенный ин-
терес.
С приветственным словом к участникам соревнований вы-
ступил председатель Ассоциации корейского рукопашного
боя, первый заместитель председателя государственного ко-
митета обороны Чон Джин. Затем для гостей и горожан был
дан концерт, а точнее — массовое гимнастическое выступле-
ние, сопровождающееся исполнением народных танцев, акро-
батических номеров, корейских песен. Перед глазами Артёма
мелькали картинки истории любимой им Страны утренней
свежести. Волшебная музыка танца всецело поглотила его. Па-
мять неумолимо выдёргивала из прошлого уже личные для
Королёва воспоминания молодости и несбывшихся надежд.
Как же это было давно, с горечью пронеслось у него в голове,
как вдруг кто-то дотронулся до Артёма рукой. Королёв был на-
столько погружен в великолепие красок представления, что
тело сработало автоматически, на подсознательном уровне.
Левая рука перехватила кисть коснувшегося его корейца, рез-
ко сжала и чуть-чуть дёрнула её вниз. Кореец от неожиданно-
сти сначала опешил и только потом еле слышно сквозь зубы
застонал.
Артём резко вскочил и с извиняющимся видом произнёс:
— Простите, товарищ! Ещё раз извините, очень хорошее
представление, увлёкся.
— Королёв-тонджи!1 — потирая кисть, обратился к нему
кореец. — Вас приглашает к себе в ложу первый заместитель
председателя государственного комитета обороны товарищ
Чон. Следуйте за мной, пожалуйста.
Артём встал, взял пакет с сувенирами, который предусмот-
рительно захватил с собой, и пошёл следом за посыльным.
В застеклённой ложе было довольно много людей: чинов-
ники, партийные работники, главы дипломатических миссий.

1
Товарищ (кор.), уважительное обращение младшего к старшему по возрасту
или социальному положению.

105
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Каждый из них, даже будучи на спортивном мероприятии,


продолжал работать, используя возможность решить тот или
иной вопрос в ходе личного общения. В ложе стоял мягкий гул
голосов, сильно пахло табаком и корейской рисовой водкой.
Среднего роста, во френче военного покроя, с седеющими
волосами, Чон Джин беседовал с двумя европейцами. К ним
и подвёл Артёма сопровождавший его кореец, который, как
оказалось, был офицером охраны.
— Королёв-тонму! — широко улыбаясь, произнёс Чон. —
Очень рад тебя видеть, хотя и в иной ипостаси. Мне доложили,
что ты уже не служишь. Это правда?
Королёв кивнул.
«Постарел товарищ Чон», — подумал про себя Артём. Семь
лет назад волосы были чёрные как вороново крыло, сейчас се-
диной покрылся. Потрепала его жизнь, похоже, сильно.
— Извините! — обернувшись к своим собеседникам, про-
должил чиновник. — Хочу представить вам Королёва, ныне
тренера российской молодёжной команды, а ранее офицера
российского Генерального штаба. Руководитель лично его зна-
ет. Товарищ Королёв принимал активное участие в обеспече-
нии визита Великого полководца в Россию в 2001 и 2004 го-
дах, — многозначительно добавил Чан.
— Посол Великобритании Нил Кэмбоун, — представился
маленький, довольно полный сорокалетний мужчина, протя-
гивая свою визитку. — Рад знакомству.
Артём вежливо, чуть склонив голову, тоже представился.
— Людвиг фон Берг. Глава германской дипмиссии, — про-
изнёс второй иностранец. — В стране я не так давно, но тем
не менее примите от меня пожелания успешного выступления
вашей команде.
После обмена любезностями оба дипломата отошли в сто-
рону, оставив Королёва и Чон Джина вдвоём.
— Чон-тонджи! Мне тоже приятно вас снова встретить.
Не буду лукавить, но когда узнал, что вы председатель ассоци-
ации корейского рукопашного боя, надеялся на встречу с ва-
ми. Кстати, привёз специально для вас подарочный набор вод-

106
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

ки «Русский стандарт» в память о поездке Руководителя


в Санкт-Петербург и посещении завода ликёро-водочных из-
делий, — учтиво сказал Артём и, демонстрируя своим видом
уважение чиновнику столь высокого ранга, достал из пакета
подарок.
— О! Спасибо! — довольным голосом произнёс кореец, рас-
сматривая коробку серебристого цвета. — Рус… ский стан…
дарт И… мпе-рия, — медленно, чуть запинаясь, прочитал на-
звание Чон Джин.
— Браво! Ваш русский язык весьма неплох. Сказывается
фундаментальная подготовка, полученная вами во время учё-
бы в МГУ. Столько лет прошло, а прочитали сразу и вполне по-
нятно, — учтиво заметил Королёв. «Не подмажешь — не по-
едешь», — мелькнуло у него в голове.
— Спасибо, но я уже давно не разговаривал по-русски
и подзабыл язык, — ответил Чон Джин, слегка приосанившись.
Да, как был вальяжным и знающим себе цену Чон, таким
и остался. Теперь главное — подвести разговор под нужную те-
му. С этими мыслями Королёв продолжил:
— Чон-тонджи! Примите от меня также поздравления
в связи с назначением вас на очень высокий пост — первым
заместителем председателя государственного комитета оборо-
ны.
— Спасибо, — небрежно буркнул кореец и похлопал Артёма
по плечу.
— В пакете ещё одна подарочная берестяная коробка. Это
подарок Великому полководцу в знак моего большого уваже-
ния за его заслуги перед корейским народом, — пафосно ска-
зал Королёв и передал пакет. — Надеюсь, что он здоров и уве-
ренно руководит страной. Недавно наши СМИ много говорили
о покушении на него. Неужели южане смогли решиться на та-
кое?
— Преступник был вовремя обезврежен нашими спецслуж-
бами, но в Сеуле, похоже, никак не могут успокоиться и про-
должают вынашивать грязные планы, — чуть повысив голос,
заявил Чон. — Мы готовы дать им отпор, а народ станет гру-

107
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

дью на защиту своего любимого Руководителя. Любой лазут-


чик будет немедленно схвачен и ответит перед судом.
«Так, а теперь попробуем прозондировать ситуацию с пре-
емником», — решил Артём. Однако Чон, похоже, уже готов был
выйти из навязанного ему разговора.
«Не переборщить бы», — начал подгонять себя Королёв.
Дело в том, что, предчувствуя близость смерти Руководителя,
в жёсткой борьбе за власть столкнулись основные политиче-
ские силы страны. Министерство общественной безопасности
государства поддерживало старшего сына — «кронпринца».
Двадцатисемилетний средний сын был очень популярен в ар-
мии, и на его стороне открыто выступал генералитет. Сторон-
никами младшего выст упало руководство Трудовой партии
Кореи, значимость которой в последние годы всячески при-
нижалась, в частности государственным комитетом обороны.
Более того, многие генералы и номенклатурные работники
устали зависеть от этой династии. Метил на трон и давно
считавший себя кандидатом на пост главы государства сам
Чон Джин, жена которого была родной сестрой Руководителя.
Поэтому для всех стало большой неожиданностью, когда он
объявил преемником младшего сына.
— К сожалению, буквально перед отлётом я узнал об избра-
нии Руководителем своего преемника и не захватил для него
подарок, — продолжил с виноватым видом Королёв и испыту-
юще посмотрел на собеседника.
Чон Джин еле заметно вздрогнул, по лицу пробежала тень,
глаза потемнели.
— Руководитель выбрал самого достойного, — немного
мрачновато пробормотал кореец, затем выпрямился, щелчком
пальца стряхнул с плеча невидимую пылинку и, через силу
улыбаясь, продолжил разговор: — Королёв-тонму! Давай луч-
ше вернёмся к тебе. Всё-таки как случилось, что ты больше
не служишь?
— Со здоровьем проблемы возникли, вот и уволился, — ко-
ротко ответил Артём. — Да и приехал сюда, можно сказать,
случайно. Второй тренер лёг в больницу, ну а мне предложили

108
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

его подменить. Так уж совпало, что до меня дошла весть


о смерти моего давнего друга. Хочу навестить его могилу. Вы
должны были хорошо знать его. Это старший полковник Ли
Дон Гон, он был в личной охране Руководителя в ходе поездки
по России… — чуть взволнованно произнёс Королёв и с надеж-
дой посмотрел на Чон Джина.
— Он преступник. Причём с головой у него было не всё
в порядке. Забудь о нём, он недостоин внимания, — жёстким
голосом вдруг сказал принявший серьёзный вид первый заме-
ститель председателя государственного комитета обороны. —
Желаю удачи вашей команде, надеюсь, что ещё увидимся, —
буркнул кореец и попрощался с Артёмом.
Королёв вышел из гостевой ложи. Концерт заканчивался,
участники театрализованного представления все вместе друж-
но и самозабвенно пели песню о Великом полководце:

Свет Вождя несёт в этот мир


Наш любимый лидер он. Ура, ура!
Наш родной Руководитель!

Артём медленно побрёл к выходу из комплекса, не обра-


щая внимания на суету вокруг него. Удручающие мысли
об утрате последней надежды проститься с побратимом стали
тяготить полковника. Сначала разговор с этим советником-
посланником из посольства, как ушат холодной воды на голо-
ву. Скользкий он какой-то, на работе подшофе и поёт явно
с чужих слов. Теперь вот Чон Джин. Будто что-то оборвалось
внутри у Артёма, будто какая-то хрупкая ниточка, связываю-
щая его с прошлым. Все ухищрения, которые он предпринял
в беседе с Чоном, чтобы прояснить ситуацию со складываю-
щейся обстановкой в стране, казались теперь ему никчёмны-
ми. «Можно было и не ехать», — пронеслось у него в голове.
Волна безразличия, до боли знакомая ему с момента увольне-
ния из армии, вновь безжалостно накатила на Королёва. Он
автоматически пошарил в кармане, достал лекарства и про-
глотил, не разжёвывая, две таблетки.

109
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

***
(Авиабаза Мисава, Япония, 20:14)

Мастер-сержант ВВС США Джек Грегори, отдав честь де-


журному по КПП, широким шагом направился к стоянке такси.
За ним, еле поспевая, вприпрыжку, торопливо шёл рядовой
авиации 1-го класса Форрест Симонс.
— Джек! — чуть задыхаясь, прокричал Форрест. — Куда ты
так несёшься?
Рослый афроамериканец резко остановился, полуобернулся
к следующему за ним сослуживцу и вдруг улыбнулся
во весь рот.
— Дружище! Сегодня твой день, и его надо отметить
на всю катушку, — весело сказал мастер-сержант и продол-
жил движение. — Ты, главное, не отставай и делай, как я. По-
верь старику, который просидел на этой долбаной базе уже
целых шесть лет, у нас каждая минута на счету. Программку
отдыха я продумал до мелочей. Для нас, двух канзасцев, те-
перь нет преград. До утра мы свободны как птички. Хотя, —
Джек приостановился, состроил злое выражение лица, задви-
гал широкими ноздрями большого носа, — мы не птички, мы
стервятники, охотники за молоденькими жёлтыми обезьянка-
ми, — и смачно облизнулся.
— Джек! Стой, мы же на такси собрались ехать, — недо-
уменно заметил Форрест, когда увидел, что они проходят ми-
мо парковки, где друг за другом в линейку выстроились жёл-
тые таксомоторы.
— Не трынди, я же сказал, следуй за мной, — чуть грубова-
то бросил мастер-сержант. — Эти машины все городские,
из одного таксопарка. Нам же нужно частное такси. Вон, смот-
ри, — Джек протянул руку в направлении автомашины, стояв-
шей на противоположной стороне улицы. — У неё на крыше
иероглифы совсем другие, которые означают: «кодзин», то
есть частник. Понятно? Запоминай, тебе ещё пригодится такое
такси, и не раз. Там ребята работают каждый сам для себя,
и им без разницы, кого и куда он везёт, да и язык за зубами

110
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

они умеют держать. Да, и не вздумай на сиденье рядом с води-


телем брякнуться. У япошек это не принято.
Два сослуживца были совсем разными, и по возрасту,
и по званию. Но в далёкой от родной земли Японии их объеди-
няло то, что оба они были из штата Канзас. Джек был родом
из небольшого провинциального городка Кингмен, что
в 70 милях от Уичито, где провёл своё детство и юношество
Форрест. И их обоих влекло небо, самолёты. Не зная друг друга
до встречи на авиабазе Мисава, два парня, может быть, и стал-
кивались на авиашоу, которые часто проводятся на лётном по-
ле в Уичито. Поэтому день 25-летия рядового авиации 1 класса
Симонса земляки решили отметить вместе, а организацию
и проведение гулянки взял на себя старожил авиабазы мастер-
сержант Грегори.
Когда американцы подошли к нужному им такси, задняя
дверь предупредительно распахнулась. Сидевший впереди во-
дитель в белоснежных перчатках приветливо улыбнулся и что-
то спросил пассажиров на своём языке.
— Не обращай внимания, — бросил Джек своему напарни-
ку, — они только по-своему лопочут, но нам это не помеха. —
С этими словами он достал из кармана визитку и протянул её
водителю.
— О! Тюгоку рёрия дэс нэ! Субарасий токоро да ё!1 — япо-
нец ощерился, обнажив корявые и жёлтые от курения зубы.
Маленькие тёмные глазки заблестели. Водитель многозначи-
тельно зачмокал и закивал головой.
— Давай езжай, хватит чмокать, — небрежно буркнул Джек
и откинулся на спинку сиденья. В машине после промозглого
холодного ветра было тепло, пахло освежителем воздуха. Са-
лон «Тойоты Краун» был просторным, между здоровяком Дже-
ком и небольшим Форрестом можно было посадить ещё двоих
пассажиров. За окном промелькнул парк «Минамияма», и бук-
вально через пару-тройку минут такси притормозило на пу-
стынной улице перед небольшим одноэтажным зданием

1
О! Это китайский ресторанчик. Великолепное местечко! (яп.)

111
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

с пристройкой на втором этаже с двумя тёмными окнами.


Вход в ресторанчик скудно освещался одним красного цвета
шаром-плафоном, медленно качающимся от ветра.
— О-асоби-кудасай!1 — с почтением произнёс водитель и,
дёрнув за небольшой рычажок, открыл заднюю дверь. Амери-
канцы выбрались из такси. В темноте сверкали только зубы
Джека, который радостно улыбался во весь рот в предвкуше-
нии вечеринки.
Само помещение ресторанчика было небольшим и доволь-
но скромно обставленным. Посередине стоял застеленный бе-
лой скатертью большой круглый крутящийся стол для больших
компаний. Сейчас он пустовал, поскольку был будний день.
Кроме него, в помещении было четыре маленьких, на двоих
посетителей, столика, которые, впрочем, можно было сдви-
нуть.
Джек, с видом завсегдатая, сразу объединил два столика
в углу и поставил по стулу себе и Форресту. Из-за цветастых
ярко-красных шторок, закрывающих вход в кухоньку, вышел
толстенький, почти круглый пожилой японец в одежде повара.
— Иррасяй-масэ2, — протяжно и низко кланяясь гостям,
пропел приветствие высоким голосом хозяин ресторанчика.
Из-за спины незаметно появилось меню в картинках, которое
японец учтиво и не разгибаясь подал Джеку.
— А, Кимура-сан! Комбан-ва!3 — слегка пристав, попривет-
ствовал в свою очередь мастер-сержант.
— Это сам хозяин, — повернувшись к сослуживцу, сказал
Грегори. — Он да его жена: вот и весь персонал. Но кухня
здесь — пальчики оближешь, сам скоро убедишься. Ты что бу-
дешь? А, понял. Ты здесь первый раз. Значит, так, Кимура-сан.
Приготовь-ка ты нам вот эти блюда, — произнёс Джек и стал
тыкать толстым с забившейся под ноготь грязью пальцем
в меню. — Ну, и к китайской кухне закажем китайской водки.
Только, приятель, чур не увлекаться, она крепкая, где-то гра-

1
Приятного вам отдыха! (яп.)
2
Добро пожаловать. (яп.)
3
Здравствуйте! (яп.)

112
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

дусов под шестьдесят. Правда, вонючая зараза до невозможно-


сти, — обратился уже к Симонсу мастер-сержант.
Через каких-то полчаса весь стол был заставлен самыми
разнообразными блюдами. В центре стола дымилась на боль-
шой тёмно-коричневой подставке «говядина на доске», на са-
лат заказали «грибы с побегами бамбука», пряный запах шёл
от «баранины с имбирём», в продолговатом блюде аппетитно
была подана «утка по-гуандунски», и завершали живописную
картину праздничного стола «морские гребешки Ю Бао». —
Форрест! Мои поздравления! — Джек торжественно разлил
в маленькие рюмки-напёрстки китайскую водку.
— Знаешь, что это за водка? Это «Маотай», у неё двухсот-
летняя история. Сам Мао Цзэдун её любил. Фу… ну и мерз-
кий же запашок, — добавил мастер-сержант и разом опроки-
нул рюмку в свой огромный рот.
Изголодавшие и одурманенные запахами китайских изыс-
ков друзья набросились на еду…
— Форрест!!! — страшным голосом прорычал Джек. —
Не спать! — и захохотал.
Рядовой авиации 1-го класса и не заметил, как после
обильного возлияния и вкусной китайской еды его сморило.
— Это только начало, приятель, — развязно сказал Грегори,
протянул длинную, покрытую густой растительностью руку
и потрепал по щеке Форреста. — Давай-ка слегка взбодримся
перед десертом. Ты, надеюсь, любишь «сладенькое»? — С эти-
ми словами мастер-сержант достал из кармана пачку сигарет
и протянул её напарнику.
— Держи, наши фирменные.
— «Косячок»?
— Он самый. Сейчас в самый раз.
— Слушай, как здорово. Из запасов?
— Да нет. Как всегда, в четвёртом ангаре взял.
— Так в декабре перед Рождеством был большой шухер, то-
гда все точки позакрывали.
— Не смеши, тогда накрыли япошек из охраны, которые
выращивали марихуану вдоль периметра безопасности. А это

113
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

с наших плантаций, ведь офицеры не любят лишний раз появ-


ляться в районе хранилища специзделий, — вновь расхохотал-
ся Джек, — боятся стать импотентами… Ха-ха…
Друзья ненадолго замолкли, потихоньку покуривая «косяч-
ки». Был уже поздний вечер, в ресторанчике оставались аме-
риканцы и один средних лет обрюзгший от длительного пере-
поя японец. Тишина продолжалась недолго. Неожиданно из-за
шторок выпорхнули две японки неопределённого возраста
и развязной походкой подошли к столику приятелей. Джек су-
етливо поднялся, уронив стул, но быстро взял себя в руки
и приставил ещё два стула для девиц, поведение которых явно
выдавало жриц любви.
— Форрест! Выбирай, сегодня твой день, и давай двигай
на второй этаж. Там две комнатки, занимай любую. Но долго
не задерживайся, на всё про всё час. Регламент, — слегка за-
плетающимся языком пробормотал мастер-сержант.
Форрест взял за руку худенькую, под стать себе, японку
и молча поволок за собой навверх. «Хорошо, что ничего не на-
до говорить, всё равно друг друга не понимаем», — пронеслось
в голове рядового. Комнаты разделялись тонкой фанерной
стенкой, и Симонс отчётливо слышал кувыркания Грегори.
Мастер-сержант справился быстро и почти что вытолкал свою
девицу, похоже, она ему чем-то не угодила. Тяжело дыша и со-
пя, он вышел из комнаты. Вдруг Форрест услышал, как прия-
тель с шумом стал кого-то затаскивать снова в комнату. По-
слышалось чьё-то тихое мычание и звуки шлепков рук по телу
мастер-сержанта. Затем кровать заходила ходуном, раздалось
продолжительное звериное рычание Джека, и всё затихло.
Только еле слышно всхлипывал за стенкой почему-то ребёнок.
Когда Форрест спустился вниз, он увидел испуганные,
в слезах глаза жены хозяина. Джек сидел за столиком, с силой
затягиваясь «косячком».
— Что случилось, приятель? А где хозяин?
— Держи сигарету, праздник продолжается, — со злостью
в голосе произнёс Грегори. — Видите ли, она несовершенно-
летняя! Так нечего шляться по ночам там, где не надо, — про-

114
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

должал, распаляясь, говорить мастер-сержант. Но Форрест его


не слушал. После сигареты он весь обмяк и затих: сказывался
бурно проведённый вечер.
Резко открылась входная дверь, и вошли двое японских по-
лицейских. Из-за их спины выглядывал хозяин ресторанчика
и что-то быстро и возбуждённо говорил стражам порядка, по-
казывая рукой на Джека.
— Сэр! Вы подозреваетесь в изнасиловании малолетней
девочки, дочери господина Кимуры. Пройдёмте с нами, — об-
ратился на ломаном английском языке один из полицейских
к мастер-сержанту и попытался его приподнять со стула
за руку.
— Что? — взревел вскочивший мастер-сержант ВВС США. —
Ты… жёлтая макака… мне говоришь пойдём? — Джек схватил
за грудки полицейского, приподнял и бросил на большой круг-
лый стол в центре зала, который неожиданно закрутился,
а упавший на него страж порядка тихо сполз на пол. Второй
полицейский попытался расстегнуть кобуру и достать писто-
лет, но не успел, получив мощный удар в челюсть.
В помещении наступила тишина, только слышалось тяжё-
лое дыхание мастер-сержанта. Хозяин куда-то исчез, полицей-
ские лежали без сознания, Форрест умиротворённо дремал,
опустив голову на стол. Джек взял в руки бутылку китайской
водки и стал большими глотками пить из горлышка. Прикон-
чив бутылку, закурил, сел на стул и… отключился. Через час
приятелей с трудом забрал прибывший с авиабазы наряд во-
енной полиции.

***

Яркое солнце било прямо в глаза и заставляло командира


авиабазы Мисава полковника ВВС США Дэвида Олсона слегка
щуриться. Настроение было приподнятое. Впервые полковни-
ку представилась возможность встречать «борт номер один».
Почётный караул, сформированный из роты охраны, замер

115
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

в торжественном и томительном ожидании. Красно-зелёная


ковровая дорожка была готова. Почти весь личный состав авиа-
базы, включая в первую очередь высококлассных пилотов 35-
го истребительного авиационного крыла, был построен в па-
радной форме одежды. Отдельной коробкой стояли сотрудни-
ки сверхсекретной Станции радиоэлектронной разведки, вхо-
дящей в глобальную систему разведки «Эшелон», начальник
который не считает нужным даже здороваться с командиром
авиабазы. Но сейчас они все здесь и в его подчинении. И это
звёздный день для полковника, ведь именно он будет встре-
чать избранного президента США.
Тяжёлый президентский «Боинг-747» грузно плюхнулся
на взлётно-посадочную полосу, взревели турбины. Скорость
заметно стала падать, и наконец «борт номер один» медленно
покатил к месту стоянки. Эмоции били через край, полковник
чувствовал, что ещё чуть-чуть, и он потеряет сознание от пе-
реизбытка волнения, в горле спёрло дыхание.
Люк открылся, и по трапу стал спускаться слегка худоща-
вый улыбающийся афроамериканец — президент великой
страны. Полковник, чеканя шаг, подошёл к нему и хотел уже
доложить, но слова почему-то застряли в горле. Тогда прези-
дент улыбнулся во весь рот и протянул руку. Полковник её
схватил и стал трясти, слёзы умиления полились из глаз.
Но что такое? Рука командира авиабазы стала вдруг та-
кой же тёмной, как и у президента. Он поднял глаза на гла-
ву государства и увидел страшный людоедский оскал негра
из племени с Верхней Вольты, в ноздре которого висело
большое жёлтое кольцо. Полковник попытался отдёрнуть ру-
ку, но его ладонь осталась в руке у президента. Он вновь
попытался закричать, но только хрип и мычание вырвались
из его уст…
— Вставай! Ну проснись же! — трясла мужа жена. — Теле-
фон вовсю разрывается, тебя требуют.
Полковник приподнялся в кровати, сердце бешено стучало.
Олсен вытер подушкой пот с лица и с диким выражением уста-
вился на жену. В это время к телефонной трели и крикам жены

116
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

добавился мелодичный звук дверного звонка. В квартире бу-


шевал музыкальный оркестр.
Полковник наконец пришёл в себя, накинул халат и побрёл
к двери. На пороге дома стоял дежурный офицер.
— Сэр! У нас чрезвычайное происшествие, — взволнованно
доложил офицер.
— Давай по порядку. Что, где, когда? Ущерб? Есть ли жерт-
вы?
— Сэр! На авиабазе всё в порядке, без происшествий.
— Так в чём же дело тогда? Дерьмо собачье! До утра нельзя
было дождаться?
— Сэр! Начальник хранилища ядерных авиабомб мастер-
сержант Грегори задержан за изнасилование малолетней
японки. Но это не всё. При задержании он покалечил двух
местных полицейских. Наш наряд военной полиции с трудом
отбил его у разъярённой толпы.
— Что?
— Сэр! Он был не один, с ним наряд доставил в состоянии
наркотического опьянения рядового авиации 1-го класса
службы эксплуатации авиатехники Симонса, водителя тягача.
— А этот что натворил?
— Ничего, сэр! Просто был пьян.
— Жди меня здесь. Сообщи на базу, чтобы немедленно всех
командиров подразделений вызвали ко мне в кабинет. Мо-
жешь воспользоваться моим телефоном.
Когда полковник Олсон, можно сказать, ворвался в свой ка-
бинет, было уже 4 часа утра. За большим столом для совеща-
ний уже сидели все заместители командира авиабазы.
— Полковник Хестер! — взревел Олсон, подходя к своему
креслу. — Вы хоть понимаете, что произошло? Вас, именно вас
отдам под суд. Спросите почему? Отвечу. Этот инцидент про-
изошёл как специально за сутки до визита премьер-министра
Японии в США и его первой встречи с нашим новым прези-
дентом. Вы хоть понимаете, что вы поставили под удар наши
союзнические отношения? И это касается всех присутствую-
щих здесь. — Глаза командира авиабазы, казалось, метали

117
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

молнии. Но одновременно в них мелькали и искорки паниче-


ского страха.
После прошлогоднего случая, когда были проведены аре-
сты торговцев марихуаны, которые распространяли дурь пря-
мо на территории базы, был введён жёсткий запрет на любые
виды наркотиков. Но, несмотря на него, на авиабазе продол-
жала действовать круговая порука. Сержантский состав, да
и молодые офицеры подсаживались быстро, после лёгких нар-
котиков следовали тяжёлые, в основном героин. Поставки,
по информации от командира роты военной полиции, шли че-
рез лётчиков, возвращающихся после командировок в Афга-
нистан.
— И это не всё. — Тяжёлой походкой Олсон подошёл к сей-
фу, открыл его и достал папку. Медленно, немигающим взгля-
дом командир авиабазы обвёл присутствующих. Из папки до-
стал телеграмму, на минуту замер, вздохнул и… сел в кресло.
— Довожу до вашего сведения, что с 8:00 2 марта приказом
командующего ВВС США в Тихоокеанской зоне 35-е авиакры-
ло переводится в боевую готовность №4. Всем всё ясно? Сво-
бодны, а командиров 35-й оперативной группы и 35-й группы
материально-технического обеспечения прошу остаться.
Офицеры, недоуменно переглядываясь, вышли из кабинета.
— Полковник, пока дело не дошло до суда, вы продолжаете
исполнять свои обязанности. Ясно? — командир авиабазы
в упор смотрел на полковника Хестера.
— Да, сэр! — Хестер подскочил, вытянулся и замер в ожида-
нии. Его лицо медленно покрывалось синевой.
— Довожу только до вас специальное распоряжение коман-
дующего ВВС США в Тихоокеанской зоне. Приказываю прове-
сти проверку тактического ядерного оружия и его готовности
к боевому применению. Замена мастер-сержанту Грегори есть?
Ведь он заведует хранилищем термоядерных авиабомб В61?
— Сэр! Его заместитель имеет такое же специальное разре-
шение для работ с ядерным оружием.
— Хорошо. И последнее, это в основном касается команди-
ра оперативной группы полковника Новака. 13-й и 14-й авиа-

118
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

эскадрильям быть в готовности возобновить круглосуточное


боевое дежурство.
— Есть, сэр!
В этот момент дверь в кабинет открылась, и зашёл помощ-
ник командира авиабазы.
— Сэр! К вам просятся войти заместитель командира 35-й
группы материально-технического обеспечения и командир
роты военной полиции. У них срочное дело. Впустить?
— Пусть зайдут.
Вошедшие офицеры были крайне возбуждены. Командир
роты военной полиции постоянно вытирал платком пот с ли-
ца: столько проблем на него навалилось сразу.
— Слушаю. Докладывать коротко и по существу.
— Сэр! При осмотре хранилища специзделий, ответствен-
ным за которое является мастер-сержант Грегори… — гово-
ривший заместитель командира группы МТО переглянулся
с командиром роты полиции, немного замялся, выдохнул и,
почти взвизгивая, продолжил: — там обнаружено пятнадцать
килограммов марихуаны в мешках и несколько десятков «сна-
ряжённых» блоков сигарет. — Офицер замолчал, нервно тере-
бя фуражку в руках.
— Что?.. — прохрипел Олсон. Казалось, что сейчас его хва-
тит удар. На мертвенно-бледном лице застыла маска ужаса,
рот судорожно открывался в попытках вдохнуть воздух.
— Хранилище термоядерных авиабомб используется как
склад для наркоты??? И это мы узнаём, когда вводится повы-
шенная боевая готовность? Всех под суд отдам!!! Пошли все
вон из кабинета!!! — дико закричал командир авиабазы и рух-
нул в кресло.

119
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Глава двенадцатая
(Пхеньян, Ледовый дворец спорта, 1 марта, 15:20)

Весь мокрый от пота, усталый, но счастливый пятнадцати-


летний Серёжка Неугодников бросился обнимать Пака. Поеди-
нок был очень трудным, соперник — северокорейский боец
из юношеской команды министерства госбезопасности — уве-
ренно шёл к победе.
Всё решил последний период. Третий раунд завершался
с небольшим преимуществом корейца, когда в прыжке Сергею
удалось коснуться ногой лица противника. Это касание и ре-
шило исход поединка в пользу Неугодникова. По старческим
щёкам Пака лились слёзы, тренер не мог сдержать эмоций: его
ученик сумел победить спортсмена из страны, где зародился
оригинальный и не похожий ни на какой-либо другой вид ру-
копашного боя тхэккён.
— Как я рад… как я рад… — бормотал Пак, вытирая ладо-
нью слёзы радости.
— Учитель! Это ваша победа, — захлёбываясь от радости,
вторил ему Сергей.
Друзья по команде бросились к ним, образовалась неболь-
шая кучамала.
Неожиданно в секторе российской команды открылась
дверь, ведущая в служебные помещения, и к спортсменам по-
дошёл, широко улыбаясь, высокого роста статный генерал-
полковник в форме министерства госбезопасности. Сопровож-
дала его очень миловидная и весьма изысканно одетая жен-
щина. Красивую шею кореянки облегало дорогое колье
из крупных аметистов. Такие же большие кабошоны аметиста
поблёскивали на ушах. Традиционные жакет и юбка, всё-таки
это КНДР, были явно куплены в одном из дорогих европейских
магазинов. Как ни странно, но женщина, казалось, немного
стеснялась своего одеяния, больше подходившего для дипло-
матического раута, чем для спортивных соревнований.
Генерал радушно протянул руку Паку и долго её тряс, по-
здравляя команду с первой победой. Длинную тираду корейца

120
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

переводила его спутница, которая весьма прилично говорила


по-русски.
— Пак-тонджи! Заместитель министра госбезопасности ге-
нерал-полковник Кан Мин Хёк лично пришёл засвидетель-
ствовать вам своё уважение и восхищение прошедшим по-
единком. Русский парень был просто великолепен, техничен
и ловок. Он бился как тигр, — мелодичным голосом переводи-
ла женщина. — Вы привезли хорошую команду, одну из луч-
ших среди иностранных делегаций, — добавила она.
Кан Мин Хёк обнял смущённого Сергея и уже для него стал
говорить.
— Молодец, сынок! У тебя сильная воля, только с такой
и можно побеждать. Вернёшься домой, девчонки за тобой на-
верняка будут бегать, — продолжала переводить жена генера-
ла и звонко, по-девичьи рассмеялась.
Сидевший в это время спиной к разговаривающим Ар-
тём, который делал массаж готовившемуся к очередному по-
единку спортсмену, вдруг вздрогнул. Руки застыли, он весь
напрягся и стал медленно поворачиваться в сторону при-
шедших корейцев. «Так смеяться могла только одна женщи-
на на свете, но её уже давно нет в живых…» — как током
ударило Артёма. Когда Королёв повернулся, переводившая
генералу женщина стояла к нему спиной и как раз собира-
лась ответить Паку, откуда она знает так хорошо русский
язык.
— О! Когда я была маленькая, то с родителями долго жила
в Ленинграде, они были дипломатами в консульстве КНДР. Хо-
дила в детский садик и в школе успела поучиться.
— А сейчас вы переводчиком работаете? — спросил Пак.
— Нет. Кан-тонджи — мой муж, и мы вдвоём зашли вас по-
здравить. Всё-таки российская команда для меня как родная.
Муж, естественно, болеет за своих спортсменов, ведь он па-
тронирует команду от руководства министерства госбезопас-
ности, а я — за вашу, — снова певуче произнесла женщина
и рассмеялась, но уже сделав над собой усилие, будто что-то
почувствовала.

121
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Артём смотрел на кореянку не мигая, шквал чувств обру-


шился на него. Ощущение нежданного счастья и трепетной
нежности в мгновение ока сменилось неконтролируемой яро-
стью. Ли Хва Ми, его «прекрасный цветок» была… жива… Но…
она замужем… и за этим хлыстом? Память мгновенно воспро-
извела тот день, когда Ли пригласила Артёма в Пхёнсон, чтобы
познакомить с родителями.
Всё шло вначале вполне нормально. В квартире к их приез-
ду была только мать Ли, и её глаза светились радостью, когда
она смотрела на весело подшучивающих друг над другом моло-
дых влюблённых. Однако ситуация резко изменилась с прихо-
дом отца, председателя партийного комитета академгородка,
который был не один, а в сопровождении молодого лейтенанта
с погонами офицера госбезопасности. Судя по реакции матери,
офицер был частым гостем в этом доме, и Артём невольно на-
сторожился, понимая всю пикантность складывающейся ситу-
ации. Девушка сразу почувствовала волнение Королёва, пред-
ложила выйти на кухню и там, обняв его за шею, прошептала,
что он в её жизни единственный, а попытки отца навязать ей
человека, обязанность которого сводится к роли сторожевого
пса и стукача, немыслимы для неё. Артём немного успокоился,
но понимал, что для партийного функционера столь высокого
ранга, как отец Ли Хва Ми, нарушение запрета на смешанные
браки в стране было просто немыслимым. Позиция партии,
«что даже каплей иностранной крови нельзя портить чистую
воду Хангана», была для него свята. Чуть позже Королёв убе-
дился, что партийные лозунги для отца девушки не пустые сло-
ва. Он всячески препятствовал их встречам и постоянно требо-
вал от дочери разорвать отношения с Королёвым.
И вот сейчас судьба в очередной раз сыграла злую шутку
с Артёмом. Тот молодой лейтенант — муж Ли Хва Ми.
Кореянка тоже напряглась. Это было видно по её спине
и медленно начинающим краснеть лицу и шее. Она, прервав
разговор с Паком, резко обернулась и тут же встретилась
взглядом с серыми, но ставшими от волнения тёмными глаза-
ми Королёва. Неуловимая искорка проскочила между ними. Ли

122
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Хва Ми еле сдерживала себя. Красивое лицо кореянки застыло,


как восковая маска, только в уголках больших карих глаз пока-
зались две слезинки, которые вначале застыли, а затем мед-
ленно, оставляя еле заметный след, скатились по её щёкам.
Всё выдавало в ней почти стёршийся в памяти образ «пре-
красного цветка»: гордая посадка головы, прямая осанка
и гибкость тела когда-то увлекавшейся народными танцами
женщины. Но время неумолимо — в густых иссиня-чёрных во-
лосах появилась седина, которая тем не менее скорее красила
её лицо, чем старила.
Артём поднялся и хотел было броситься к Ли Хва Ми, об-
нять и прижать её к себе, но то ли ревность, то ли жгучая оби-
да сдержали его порыв, и он медленно подошёл к гостям рос-
сийской команды.
— Здравствуй, Ли-тонму! Неужели это ты? И не одна! Тогда
разреши хоть и с запозданием, но всё же поздравить тебя с за-
мужеством, — слегка язвительным голосом непроизвольно
произнёс Королёв, не отводя взгляда от очей «прекрасного
цветка», будто пытаясь прочесть в них что-то только для него
одного понятное.
— Здравствуй, Артём! Рада тебя видеть, — сдержанно,
как бы инстинктивно защищаясь от возможной беды, ответи-
ла кореянка.
Кан Мин Хёк потрепал по плечу Сергея Неугодникова и по-
вернулся к разговаривавшей с Королёвым жене. Еле заметная
улыбка чуть тронула его губы.
— Эй? Ты, похоже, звала меня? — обратился он к жене.
Артём повернул голову, и двое мужчин встретились взгля-
дами. Конечно, это был уже не тот молодой лейтенант, протеже
отца Ли. Рослый, лощёный, привыкший к вниманию окружаю-
щих генерал-полковник равнодушно посмотрел на Артёма, за-
тем перевёл взгляд на жену, которая к этому моменту сумела
взять себя в руки.
— Поздравляю с первой победой, Королёв-тонму! —
несколько наигранным голосом произнёс Кан Мин Хёк и вновь
посмотрел на молчавшую жену.

123
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Спасибо за поздравления. Будем и дальше бороться


за победу, — ответил по-корейски Артём, едва сдерживая себя
от ненависти к этому напыщенному индюку. — Главное, во-
время подсуетиться, не так ли? Похоже, выгодный брак обес-
печил вам успешную карьеру? — добавил он с сарказмом.
На щеках генерал-полковника заиграли желваки. Глядя ис-
подлобья, он нервно передёрнул плечами, показывая всем
своим видом, что оскорблений не потерпит. Однако Артём
не придал этому значения, сосредоточив своё внимание на Ли.
А зря. Уж очень высоко взлетел Кан Мин Хёк.
— А к тебе, Ли-тонму, — Королёв повернулся к кореянке
и продолжил уже по-русски, — очень большая просьба: обой-
дёмся без твоей поддержки, хоть и долго тебе довелось про-
жить в нашей стране.
Воцарилась неловкая тишина. Пак с тревогой и удивлением
посмотрел на своего ученика. Ли Хва Ми покраснела, но быст-
ро справилась с собой. Вид Кан Мин Хёка выражал сдержанное
безразличие к словам Королёва.
— Не могу удержаться от комплимента: прекрасно выгля-
дишь, Ли-тонму. Одежда от французского кутюрье, наверное,
а колье — из какой-нибудь знаменитой коллекции, — не мог
остановиться и продолжал язвить Артём. — А Ли Дон Гон?
Ведь твоего двоюродного брата в прошлом месяце пристрели-
ли, как бездомную собаку. Где его семья, родители? Где они?
Муж-то, наверное, знает, судя по его должности. Может, и сам
руку к этому приложил. А дети твоего брата где?
— Замолчи! — с надрывом вскрикнула кореянка. — Брат
был серьёзно болен, — как-то не очень уверенно произнесла
она и искоса глянула на мужа. — А его родители… семья…
Не твоё это дело… и тебя не касается, — почти прошептала
женщина.
— Конечно же меня не касается, — с раздражительностью
сказал Королёв. Его лицо помрачнело, в глазах видна была
боль от отчаяния. — А приехал я сюда с одной целью — попро-
щаться со своим побратимом… Да и твою… — поперхнувшись
и вновь посмотрев на недоумевающую Ли Хва Ми, — най-

124
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

ти… — не договорив, закончил Артём. — Хотя, — он встряхнул


головой, — всё это уже пустое.
Королёв чётко, по-военному склонил голову, отвернулся
и отошёл к ожидавшему его спортсмену.
Кан Мин Хёк попрощался с Паком и вместе с женой вышел
в вестибюль Ледового дворца. Генерал-полковник, насвисты-
вая песенку «Ариран», попытался обнять жену. Ли Хва Ми, от-
ведя его руку, с ужасом в глазах посмотрела на мужа.
— Эй! Ты хоть понимаешь, что совершил подлость, которой
не может быть прощения? — голос женщины дрожал, и она го-
това была закричать, но неимоверным усилием воли сдержи-
вала себя. Жизнь крепко побила «прекрасный цветок», но она
смогла выжить в этом мире нищеты и показной роскоши, где
человеческая жизнь не стоила и гроша.
— Ты знал, что Королёв в Пхеньяне, и специально об этом
мне не сказал? — продолжала жена. — Нарядил как куклу. А я,
дурочка, не могла понять, к чему весь этот спектакль. Ведь ты
всё точно просчитал. Главное — сразу вбить клин, чтобы
не было возврата к прошлому.
Кан Мин Хёк молча слушал жену, сдерживая гнев.
— Всё, что я сделал, — для твоего же блага. Королёв бросил
тебя, даже не попрощавшись. Сколько писем ты ему написала?
И где хоть один ответ? — с негодованием вещал генерал-пол-
ковник. — Где он был, когда тебе было трудно? Кто пришёл
к тебе на помощь? Забыла?
Ли Хва Ми стояла взволнованная, нервно теребя пальцами
колье, которое, как ей казалось, вдруг удавкой стало стягивать
горло. Но она очень хорошо знала мужа, чтобы не почувство-
вать в его словах лицемерие. Хотя… где же правда? Ни одного
ответа от Артёма… на протяжении долгих и мучительных лет.
— Прекрати! Спектакль уже закончен, зрители разошлись,
и никто не хлопает в ладоши. Мне противно и мерзко от твоих
слов, — решительно заявила Ли Хва Ми и пошла к автома-
шине, где её ждал водитель.
Кан Мин Хёк злорадно улыбнулся и вернулся во дворец,
бои были в разгаре.

125
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

***

После ухода гостей Артём никак не мог прийти в себя.


В итоге немного успокоившись, он с отчаянием осознал, что
повёл себя при встрече с любимой женщиной крайне пошло
и не по-офицерски. Просто взял и нахамил той, которая при-
ходит к нему во снах уже два десятка лет. Она жива! И это
главное. Но теперь всё кончено. Разбитую чашку не склеишь,
тем более она замужем. Но почему так случилось? Ведь Ли Дон
Гон знал, что она не погибла, и не сообщил, даже не намек-
нул… Так друзья не поступают… А потом, он мог бы сказать Ли
Хва Ми, что Артём считает её погибшей…
Мысли роились в голове Королёва, одна противоречивее
другой. Он не мог даже сосредоточиться на чём-то одном.
— Артём! Что с тобой? — откуда-то издалека донёсся голос
Пака. Учитель с состраданием смотрел на Королёва. — Это бы-
ла она? Ли Хва Ми? Она, выходит, не сгорела тогда при круше-
нии поезда… — полуобняв Артёма, продолжал участливо спра-
шивать Пак. Затем слегка оттолкнул его от себя.
— Ты мне скажи, чего ты вдруг сорвался? — сменил тон
Пак. — Мне стыдно за тебя. Ты должен был радоваться. Не ме-
шало бы извиниться перед такой красивой женщиной… У неё
сердце доброе, и, похоже, ей здорово досталось в этой жизни.
Ты уж меня извини, но ведь ты сам сегодня с утра был в храме
Живоначальной Троицы, рассказывал, что у православных
Прощёное воскресенье. Так тебе надо было просить прощения
у неё, а ты… — Пак замолчал и с сожалением махнул рукой.
Лицо его сморщилось, а глаза были печальны.
Нахмурившись, Королёв сосредоточенно продолжал делать
массаж готовившемуся к выступлению очередному члену ко-
манды. Слов Пака Королёв, похоже, не слышал, весь был в себе.
— Учитель! — вдруг встал Артём. — Мне надо побыть одно-
му. Пойду в гостиницу, — добавил он и быстрым шагом бро-
сился к выходу.
Пак хотел что-то сказать, но, увидев на лице Королёва гри-
масу отчаяния и безысходности, промолчал.

126
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

В голове была пустота, Артёмом завладела полная апатия.


Проходящие мимо него корейцы казались пришельцами
из другого мира. Холода он не чувствовал, верхнюю одежду
оставил в раздевалке. До «Корё» дошёл практически на авто-
мате. В номере, не раздеваясь, бухнулся в кровать. В голове
щёлкнуло: время принимать антидепрессанты. Полковник по-
тянулся за коробкой, достал её и хотел уже взять таблетку. Од-
нако чувство брошенности и одиночества охватило Артёма,
и он со злостью швырнул коробок в стену. Таблетки как горох
рассыпались по полу…
Все неприятности последних месяцев сплелись в один ту-
гой чёрного цвета узел. Разрыв с женой ещё можно было бы
как-то пережить, но предательство двух близких ему людей
из той, полной надежд и счастья жизни, доконали Артёма.
— А может, и правда, прошлое не возвращается и надо
жить сегодняшним днём и думать о будущем? — успокаивал
себя Королёв. Но перед ним вновь и вновь всплывало застыв-
шее в удивлении лицо Ли Хва Ми с медленно катящимися
по щеке слезами. — А может, всё проще. Для Ли наши отноше-
ния были просто увлечением? Теперь она замужняя женщина,
да и муж под боком. Вон как нарядилась, — неожиданно для
себя Артём почувствовал безудержную ревность к этому чван-
ливому генерал-полковнику. — Чем он лучше меня? — стал
сравнивать Королёв себя с Кан Мин Хёком. — Что он ей дал?
Счастье? Достаток? Так он просто воспользовался положением
отца Ли Хва Ми… А как же мог обманывать меня Ли Дон
Гон? — стала биться новая мысль в голове. — Наверняка знал
и скрывал. Побратим называется. Дерьмо, а не друг… — сквозь
зубы простонал Королёв и сжал ладонями виски. — Бред ка-
кой-то, — через мгновение пробормотал Артём. — Не верю,
просто не верю в то, что Ли Дон Гон меня предал…

127
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

***
(Американская база Кэмп-Кортни, Окинава, 22:40)

Широкое окно кабинета так и оставалось открытым, хотя


мягкие сумерки, какие могут быть только на островах Рюккю,
уже давно сделали невидимым бирюзовый горизонт залива
Кинбу, воды которого омывают остров Окинава.
Майкл Оспин тяжело вздохнул и посмотрел на часы.
— Не волнуйся, сейчас будем собираться, машина стоит
у ворот. Вечером дороги свободные, до Кадены домчимся
за час, — лукаво посмотрев на Оспина, отреагировал хозяин
виллы командир 3-х морских экспедиционных сил ВС США ге-
нерал-лейтенант Роберт Стайн.
— Да я не волнуюсь, дружище. Просто не хочется из этой
сказки возвращаться в бетонные джунгли Токио. Там про-
мозгло и везде слякоть, — поёжившись, повёл плечами гене-
рал-лейтенант Майкл Оспин. — Не сравнить столицу с чуд-
ными местами на этих островах… — мечтательно прикрыв
глаза, продолжил он. — Забыл спросить. Как вода в заливе?
Тёплая?
— Не то слово. Меньше двадцати градусов вообще не быва-
ет. Летом так войти в неё невозможно: горячая, как кофе
из турки. Какая она сейчас, точно не знаю, но где-то около
двадцати одного градуса.
— Ещё раз спасибо, Роберт, за гостеприимство, пора в путь-
дорогу. Два генерал-лейтенанта, которых связывала не только
длительная дружба, но и совместное участие в боевых дей-
ствиях в Ираке, встали и направились к выходу.
— Майкл! А прокачусь-ка я с тобой. Спать всё равно пока
не лягу, разбередил ты меня своими воспоминаниями. Ты по-
ка одевайся, а я жену предупрежу, — с этими словами Роберт
Стайн поспешил на второй этаж виллы.
На площадке перед домом выстроился небольшой кортеж.
Важным гостем в этих местах был командующий американ-
скими войсками в Японии генерал-лейтенант Майкл Оспин,
а посему и свита была соответствующая.

128
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Машины медленно тронулись, вытягиваясь в колонну. Впе-


реди шёл автомобиль военной полиции, а замыкал кортеж
большой джип с охраной. Как оказалось, меры предосторож-
ности были приняты не зря. На выезде из базы Кэмп-Кортни
под колёса головной автомашины неожиданно бросился
с транспарантом средних лет японец, что-то громко крича.
На обочине стояли человек десять мужчин и женщин. Засвер-
кала вспышка фотоаппарата неизвестно откуда-то взявшегося
репортёра.
Из машины военной полиции выскочил одетый в граждан-
ское сержант военной полиции и волоком оттащил кричащего
мужчину с проезжей части дороги. Кортеж, воспользовавшись
моментом, двинулся дальше и стал набирать скорость.
— Что это было? — задёрнув белоснежную занавеску
на окне авто, слегка озадаченным голосом спросил Оспин.
— Местные активисты. С февраля прошлого года устраива-
ют то пикеты, то демонстрации перед воротами базы.
— А… После инцидента с изнасилованием 14-летней девоч-
ки? Так вроде всё согласовали на самом высоком уровне…
— Как оказалось, не всё так просто. Вынюхивают, узнают,
когда приезжает на базу высокопоставленный военный или
гражданский чиновник, собирают активистов и караулят. Ме-
сяц назад был здесь наш посол, так они организовали кругло-
суточное дежурство, пригнали машины с громкоговорящей
связью. Был ад какой-то.
Роберт Стайн нахмурил тонкие брови и замолчал, нервно
нажимая на кнопку подъёмника заднего стекла: вверх-вниз,
вверх-вниз. Задумался и Майкл Оспин.
— Слушай, Роберт! Не даёт мне покоя вся эта возня вокруг
Корейского полуострова, странная она какая-то, — вдруг ска-
зал Оспин, продолжив ранее прерванный разговор. — Прихо-
дят какие-то отдельные, половинчатые указания. Эта вот про-
верка готовности твоего специального подразделения. Ну
не сможет группа даже самых крутых парней самостоятельно
провести секретную операцию по захвату и вывозу ядерных
боеприпасов из Северной Кореи! Бред! Идёт игра, но понять её

129
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

смысл никак не могу. А ты что думаешь? — повернувшись


к Стайну, спросил Майкл Оспин.
— Ты знаешь, напоминает мне эта катавасия вокруг полу-
острова чем-то ситуацию с Ираком. Чистоплюи из Белого до-
ма думают, что если не будет Руководителя, то страна разва-
лится и мы войдём в Пхеньян с малыми силами, не расчехляя
оружия. Но так не бывает. Вместо него будет другой, режим
останется прежним, нам прикажут применить силу в полном
объёме. Северная Корея — не Ирак! Там была пустыня,
а на полуострове горы. Да и за спиной у северян маячит Ки-
тай, — выдохнув последнюю фразу, Стайн окончательно за-
крыл окно и задёрнул занавеску.
Кортеж выехал на скоростную дорогу, повернул на юг и по-
мчался к авиабазе Кадена, где командующего ВС США в Япо-
нии Майкла Оспина уже ждал транспортный самолёт.
Через сорок минут кавалькада машин, не останавливаясь,
проехала через восточные ворота и остановилась рядом
с «Геркулесом».
— Кстати, Роберт! Надо как-то решить вопрос с протестны-
ми акциями. Ситуация сейчас, сам понимаешь, сложная, и нам
ни к чему посторонние лица в районе базы. Поработайте с на-
селением, примите какие-нибудь нестандартные меры. Вот,
к примеру, буквально на днях аналогичный инцидент произо-
шёл на авиабазе Мисава. Так командир авиакрыла решил во-
прос за сутки. А так давай, до встречи! Супруге передай от ме-
ня благодарность за прекрасный ужин.
Попрощавшись, Майкл Оспин пошёл к трапу самолёта.

***
(Авиабаза Андерсен, о. Гуам, Тихий океан, 16:40)

Жёлтый немигающий взгляд коричневой бойги1 начал вы-


водить из себя Магейхта. Хотя змея была и неопасна для чело-
века, но четырёхметровое пресмыкающееся, вертикально за-
висшее вблизи, явно было настроено не очень дружелюбно.

130
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Может, рядом было её гнездо, или Магейхт невольно встал


на пути бойги, а ей необходимо было перебраться на противо-
положный край ложбинки, в которой он лежал. Выругавшись
про себя, чаморро2 отполз чуть-чуть назад и стал свидетелем
уникального полёта коричневой бойги на три метра. «Ну
и красавица!» — восхищённо пробормотал Магейхт и при-
льнул к зрительной трубе.
85-кратный пятилинзовый объектив «Карла Цейса» делал
страхового агента из небольшого городка Йиго на севере ост-
рова Гуам реальным участником всех событий, которые про-
исходили на авиабазе ВВС США Андерсен.
У каждого человека есть свои маленькие тайны или увлече-
ния, именуемые зачастую таким странным словом, как хобби.
Для Магейхта, невзрачного и тщедушного на вид обыкновен-
ного коренного жителя 20-тысячного городка, наблюдение
за текущей жизнью авиабазы стало смыслом всего его суще-
ствования. Даже не только существования, но и возможностью
получать довольно приличный дополнительный заработок.
Когда в феврале прошлого года прямо на его глазах разбил-
ся знаменитый стратегический бомбардировщик-невидимка
В-2 «Дух Канзаса», Магейхт сумел сделать уникальные кадры,
которые попали на первые страницы центральных газет США.
Вот это была удача. На полученные от издательств деньги он
купил зрительную трубу известной во всём мире немецкой
компании «Карл Цейс». Теперь ему стало подвластно любое
время суток и года, дождь и жара, сумерки и рассвет. Объектив
изготовлен из фторсодержащего стекла с низкой дисперсией.
Особое покрытие линз защищает от внешнего воздействия
непогоды. Водо- и воздухонепроницаемый корпус содержит
азот, поэтому оптика никогда не запотевает.
Магейхт любовно погладил трубу, словно это было живое
существо, и вновь прильнул к объективу. Любой уголок одного
из важнейших и засекреченных военных объектов ВС США

1
Вид змей из семейства ужеобразных. Обитает в Восточной Индонезии, Но-
вой Гвинее, Австралии.
2
Коренные жители острова Гуам.

131
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

был перед ним как на ладони. Хорошему обзору способствова-


ло и то, что чаморро вёл наблюдение с небольшой 252-метро-
вой горы Санта-Роза, примыкавшей к Йиго.
После той аварии, когда рядом со взлётной полосой упал
и сгорел бомбардировщик стоимостью в 1,5 млрд долларов,
эти монстры сюда больше не прилетали. Почти год Магейхт их
ждал, перечитал про них всю доступную литературу. И вдруг
позавчера вечером приземлился один В-2, сегодня второй. Са-
мое интересное, что, похоже, их пребывание здесь становится
постоянным. Теперь всё внимание Магейхт сосредоточил
на этих двух бомбардировщиках и той суете, которая развора-
чивалась вокруг них. Вот и сегодня обслуживающий персонал
весь день возился под самолётами. Сложно так понять, что
именно они делали, но, видимо, что-то очень важное, по-
скольку уж очень интенсивно все трудились.
Правое ухо различило еле уловимый шорох. Магейхт ото-
рвался от объектива и повернулся на шум. На отвесном краю
ложбинки в его сторону с повышенным интересом смотрел
«хилитаи» — варан. От неожиданности чаморро даже прекра-
тил жевать бетель1, горькие листья дикого перца, обладаю-
щие лёгким наркотическим свойством. Мужчина достал
жвачку из рта, смял её в небольшой комок и кинул чуть
в сторону от варана вниз по ложбинке. «Хилитаи» среагиро-
вал моментально и бросился на приманку. «Уф…», — облег-
чённо вздохнул Магейхт, сплюнул остатки слюны кровавого
цвета и прильнул к трубе. И вовремя. На посадку заходил тя-
жёлый транспортник.
Вроде всё как обычно, но около штабного корпуса почему-
то собралась большая толпа военных и гражданских лиц
во главе с начальником этой базы, маленьким и лысым офице-
ром. Его-то чаморро давно заприметил. А почему начальник,
так всё просто — ему все подчиняются и отдают честь. Вот
и сейчас офицер стоял чуть в сторонке с небольшой свитой.
Видно, ждут важного гостя… Однако когда транспортник за-

1
Лист бетельного перца, обладающий лёгким наркотическим свойством.

132
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

мер на отведённом для него месте, к нему, чадя дымом, подъ-


ехал мощный тягач с прицепом и кран. Кроме того, охрана
плотным кольцом обступила самолёт.
Где-то часа полтора шла разгрузка. Всего Магейхт насчитал
четыре больших контейнера, которые в сопровождении охра-
ны были отвезены в специальную зону в хранилище, где, как
полагал чаморро, хранились секретные боеприпасы. Уж очень
серьёзная была там охрана.
Встречавшие транспортник военные стали расходиться. За-
жглось дежурное освещение на авиабазе. Сумерки быстро пре-
вратились в темноту. Магхейт вздохнул и стал собираться.
«Наверное, самое интересное будет завтра», — подумал он.

Глава тринадцатая
(80 км севернее г. Вонсан, 2 марта, 06:20)

Внизу глухо ворчало море. Чжу Вон, стоя на краю обрыва,


зябко поёжился и потуже затянул тёплый капюшон под подбо-
родком.
В очередной раз кореец нервно посмотрел на светящийся
циферблат. Часы показывали 6:20. Времени уже катастрофи-
чески не хватало, скоро начнётся хоть и не значительное,
но всё-таки движение автомашин. Джип, стоящий в столь
раннее время у обочины дороги, петляющей вдоль побере-
жья, может вызвать ненужный интерес. Конечно, к нему ни-
кто не подойдёт, так как его номер 2—161, принадлежащий
государственному комитету обороны, делал саму автомаши-
ну и его пассажиров неприкасаемыми. Тем не менее время
подпирало, и Чжу продолжал вглядываться в клокочущее
внизу море, стремясь разглядеть группу боевиков. Одновре-
менно с этим он не переставал подавать световой сигнал,
который служил ориентиром диверсантам для выхода на бе-
рег.

1
День и месяц рождения Руководителя.

133
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Вчерашний звонок Куратора хоть и был в определённой


мере неожиданным, но принёс скорее облегчение. Эта возня
с русским порядком поднадоела майору, и он был рад очеред-
ному заданию, исход которого мог открыть перед ним новые
перспективы.
Властный и монотонно отдающий приказание голос до сих
пор стоял в ушах Чжу Вона: «Обеспечишь приём 2 марта на во-
сточном побережье четырёх человек. Десантироваться на бе-
рег они будут из-под воды. Сопроводишь их на конспиратив-
ную квартиру №2. Выход в точку проведения акции 8 марта
к 5:00. Объект прибудет в зону работы снайперов
с 11:00 до 12:00. Твои предложения по проведению операции
утверждаю». И самое главное, что ласкало слух Чжу Вона, была
последняя фраза Куратора: «По завершении операции проси,
что захочешь…»
— Ух!.. — с облегчением произнёс майор, увидев качающи-
еся на волнах три головы, и бросился вниз по еле заметной
тропе. — Э? А где четвёртый? — с тревогой пробормотал он,
продолжая шарить биноклем по воде, пытаясь найти послед-
него члена группы.
Волны с шумом накатывались на валуны, затрудняя выход
на берег боевикам. Майору не оставалось ничего другого, как
самому войти в холодную воду и помочь уставшим диверсан-
там, каждый из которых тянул за собой ещё и снаряжение.
— Быстрее, кому говорю! — Сняв маску, крепкого телосло-
жения боевик отрывисто и со злостью отдавал распоряжения
подчинённым.
Первым на берег вышел высокого роста худощавый боевик
и тяжело сел на гальку. Чжу увидел лицо молодого парня, кото-
рый, повернувшись в сторону моря, с безразличием наблюдал
за оставшимися в воде мужчинами, которые пытались зато-
пить акваланги.
«Снайпер», — подумал почему-то с уважением Чжу, глядя
на сидевшего гостя. И он был прав. Это был Гюн.
Покончив с аквалангами, диверсанты вышли на берег и по-
бежали за майором к белеющему в темноте джипу. В салоне

134
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

было тепло. Мужчины сняли гидрокомбинезоны и переоде-


лись в форму северокорейских офицеров госбезопасности.
Чжу молча сидел на водительском месте и ждал, когда го-
сти придут в себя. Всё-таки десантирование из подводной лод-
ки испытание не для слабонервных.
— Гюн, теперь уже единственный снайпер, — кивнул в сто-
рону молодого парня старший группы, — второй — его напар-
ник. Я — Кэгури. Как к вам обращаться? — спросил мужчина.
— Парам1.
— Парам-сси!2 У нас проблемы…
Чжу слегка побледнел и тихо, но властно прервал говорив-
шего:
— Так, касается всех. Вы на территории КНДР, и здесь нет
так назывемых сси-господ, здесь только товарищи. Ясно?
И впредь, прежде чем вздумаете говорить, помните, где вы
находитесь. Так что за проблемы? Но, похоже, мне уже ясно.
Четвёртый утонул? Надеюсь, это был не снайпер?
— Парам-тонджи! К сожалению, это был снайпер. Он в по-
следний момент, находясь уже в торпедном аппарате, запани-
ковал и струсил… — со злостью в голосе пробормотал Кэгури.
— Так, так… — протянул майор. — Сейчас поедем на конспи-
ративную квартиру в пригороде Пхеньяна и там всё обсудим.
Джип резко тронулся и, петляя по просёлочной дороге,
стремительно понёсся к рокаде, недавно проложенной вдоль
восточного побережья. Уставшие и разомлевшие от тепла бо-
евики моментально уснули, а Чжу гнал автомобиль с макси-
мально возможной скоростью. Встречавшиеся на трассе воен-
ные блокпосты джип проходил почти не останавливаясь.
Патрульные, увидев номер правительственной автомашины,
быстро поднимали шлагбаум и, вытянувшись по стойке
«смирно», отдавали честь.
Чжу напряжённо думал, стараясь прикинуть варианты ис-
полнения акции с учётом неожиданно возникших обстоя-

1
Ветер (кор.).
2
Господин (кор.) — именной суффикс, уважительное обращение в Южной Ко-
рее.

135
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

тельств. Оставалось надеяться на мастерство снайпера и его


оружие. В запасе оставалось чуть меньше недели.

***
(Восточное побережье КНДР, 2 марта, 07:10)

Дверь резко открылась, в помещение командного пункта


штабного вагона быстрым шагом вошёл Руководитель.
— Докладывайте, только живее и по существу, — приказ-
ным тоном произнёс Полководец, обращаясь к вытянувшему-
ся перед ним дежурному генералу.
— Великий полководец! На связь экстренно вышел коман-
дующий военно-воздушными силами и просит разрешения
на перехват американского самолёта-разведчика, который
движется со стороны Японского моря в направлении нашего
восточного побережья. По информации дежурного Восточного
сектора ПВО, это самолёт телеметрической разведки и фото-
разведки RC-135 «Кобра Болл»1. Предполагаем, что целью его
полёта является разведка ракетного полигона в провинции
Хамген-Пукто.
— Вижу, — медленно и чуть растягивая слова, произнёс гла-
ва государства, пристально рассматривая большой плоский
экран, на котором была отражена вся оперативная информа-
ция.
Верховный главнокомандующий развернулся, подошёл
к своему креслу, обшитому зелёным шёлком. Напротив сидел
начальник Генштаба. Их разделял маленький инкрустирован-
ный зелёно-коричневым малахитом стол, на котором лежала
оперативная карта. Руководитель посмотрел по сторонам. Все
рабочие места были заняты офицерами, которые выжидатель-
но наблюдали за Полководцем, готовые к немедленным дей-
ствиям. Глава государства кивнул головой, поприветствовав
присутствующих, и сделал одобрительный знак рукой дежур-

1
Клубок кобр (англ.).

136
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

ному генералу, показывая, что доволен расторопностью его


подчинённых.
— На каком в данный момент расстоянии от нашей терри-
тории определяется самолёт? — спросил Руководитель.
— Разведывательный самолёт RC-135 находится в междуна-
родном воздушном пространстве в пределах 350 километров
от полуострова Мусудан.
Руководитель на секунду задумался и повернулся к началь-
нику Генерального штаба вице-маршалу Ли Ён Хо.
— Какие будут предложения, Ли-тонму?
Начальник Генштаба наморщил лоб, пытаясь сформулиро-
вать вариант действий, который бы соответствовал желаниям
Полководца. Однако на ум ничего не приходило, только лоб
покрылся испариной.
Руководитель с минуту смотрел на вице-маршала, но, уви-
дев, что он вряд ли дождётся чего-нибудь вразумительного,
улыбнулся, как будто что-то придумал.
— Давай-ка напомним американцам 1969 год? А? Когда на-
ши доблестные соколы сбили самолёт-разведчик ВВС США? —
лукаво посмотрев на вице-маршала, сказал Руководитель
и тут же расхохотался, увидев немного смущённое лицо своего
верного товарища, который в новой для себя должности нахо-
дился всего-то почти месяц. — Не волнуйся, вступать в войну
с США мы не будет, но проучить их надо.
Руководитель подозвал к себе дежурного генерала:
— Соедини меня с командующим ВВС… Командующий! Го-
товы твои лётчики попугать янки?
— Так точно, Великий полководец! Грудью станем на защи-
ту нашего Отечества!
— Тогда действуй, — приказал Верховный главнокоман-
дую-щий.
На командном пункте все сразу как-то притихли, сосредо-
точив внимание на экране, где отображалось место нахожде-
ния самолёта-разведчика и дежурного звена из четырёх истре-
бителей ВВС КНДР, взлетевших на перехват. Два светлых пятна
медленно двигались друг другу навстречу.

137
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Дежурный! — нарушил тишину командного пункта Руко-


водитель. — Выведи-ка нам на громкую связь переговоры на-
ших лётчиков.
В ту же минуту в комнату ворвался шум и треск частоты,
на которой корейские лётчики поддерживали связь с авиаба-
зой.
— 120-й, — прорвался голос командира звена, — я — 40-й,
вижу цель… Имитирую воздушную атаку… Цель схвачена…
Дистанция 50 метров… Цель круто идёт на разворот…
В это время раздался звук, похожий на щелчок, и по гром-
кой связи стал слышен дрожащий голос командира американ-
ского самолёта-разведчика: «…Противником включён радар
целеуказания на применение ракетного оружия… уходим
с маршрута… возвращаемся на базу…»
— Вот и всё, — устало произнёс после длительного нервно-
го напряжения Руководитель. — Молодцы! — добавил он
и подмигнул вновь вспотевшему, но теперь уже от волнения,
начальнику Генерального штаба.
После краткой остановки на запасных путях железнодо-
рожной станции небольшого города, которого и на обычной
карте не найти, поезд из девяти вагонов медленно тронулся
и стал постепенно набирать скорость. Обычный с виду пасса-
жирский поезд, каких десятки курсируют по стране, вряд ли
привлёк бы чьё-то внимание, если бы не отсутствие на нём
табличек, указывающих станцию отправления и пункт прибы-
тия. Маршрут был известен строго ограниченному числу лю-
дей. Даже не все сопровождавшие Руководителя чиновники
знали конечную точку назначения. По сути, если говорить чи-
сто военным языком, это был подвижный пункт управления
главы государства, позволявший ему незаметно перемещаться
по территории страны.
Руководитель с юношеских времён не любил отсиживаться
в тёплых кабинетах и по примеру своего отца — первого и по-
следнего президента страны — все силы отдавал руководству
на местах: будь то птицефабрика или завод, воинская часть
в каком-нибудь удалённом от городов гарнизоне или судоре-

138
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

монтный завод. «Лучше один раз увидеть, чем один раз услы-
шать», — любил приговаривать Верховный главнокомандую-
щий, когда врачи предлагали ему отказаться от длительных
поездок.

***
(Арбат, Москва, 2 марта, 9:10)

Кондратьев протянул руку и включил настольную лампу.


За окном было ещё темно. Потолочные светильники хоть
и освещали в достаточной степени кабинет, но света для чте-
ния утренних сводок не хватало: сказывался возраст, не помо-
гали даже очки.
Ситуация вокруг Корейского полуострова принимала всё
более неоднозначный характер и никак не укладывалась
в логику обычных действий как Пхеньяна, так и США вместе
с их союзниками. Не в первый раз генерал чертыхнулся, про-
клиная предпринимаемую руководством минобороны «опти-
мизацию» органов управления, а по ходу и ликвидацию ряда
важных отделов и управлений. Отсутствие профессиональных
специалистов по Северо-Восточной Азии явно сказывалось
на качестве оценки обстановки в регионе и долгосрочных
прогнозах. Что реально происходит в регионе? Каковы цели
основных игроков? Сумятицу привносило и заигрывание
в последнее время российской политической элиты с Вашинг-
тоном по многим международным проблемам.
Кондратьев почесал голову за ухом и перевёл взгляд на по-
дарочные настольные часы с гравировкой: «У России нет дру-
зей. Они боятся нашей огромности. У нас есть только два на-
дёжных друга: русская армия и русский флот. Александр III».
«Во истину прав был царь-батюшка», — со вздохом поду-
мал генерал-лейтенант и продолжил чтение утренних сводок.
«В приграничном пункте Пханмунджом в демилитаризо-
ванной зоне на Корейском полуострове состоялись перегово-
ры северокорейских военных с делегацией войск ООН, воз-

139
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

главляемой заместителем начальника штаба американских


войск в Республике Корея генералом Джоном Уэйдом. Амери-
канец отверг предложения КНДР об отмене ежегодных воен-
ных учений ВС США и РК „Ключевое решение“ и „Молодой
орёл“».
«ВВС США приступили к проведению учений по доставке
в районы, прилегающие к демилитаризованной зоне, различ-
ных военных грузов и оружия, десантируя контейнеры даже
ночью».
«9-я авианосно-ударная группировка ВМС США во главе
с авианосцем „Авраам Линкольн“ крейсерской скоростью
в походном ордере следует в северно-западную часть Тихого
океана в направлении Камчатского полуострова».
— А это интересно, — пробормотал Кондратьев и красным
фломастером подчеркнул фразу.
«Командование ВМС Японии заявило о намерениях напра-
вить в ближайшие дни к Корейскому полуострову два эсмин-
ца, оснащённых управляемым ракетным оружием системы
„Иджис“. Предназначены корабли для перехвата оперативно-
тактических ракет. Официальная версия — пресечь запуск се-
верокорейского искусственного спутника Земли».
«Госдепартамент США выступил с жёстким заявлением
о нарушениях прав человека в КНДР. Отмечается отсутствие
в стране свободы слова, печати, собраний. По данным амери-
канского внешнеполитического ведомства, из Северной Кореи
по-прежнему поступают сообщения о внесудебных расправах,
исчезновении людей, лишении свободы по политическим мо-
тивам».
«Недавно избранный президент США и премьер-министр
Японии в ходе состоявшейся в Вашингтоне встречи договори-
лись сотрудничать в деле противостояния угрозам, которые
представляют собой ядерная и ракетная программы Пхеньяна».
Кондратьев потянулся и громко вздохнул.
— Вроде всё как обычно: стороны нагнетают напряжён-
ность, которая затем сойдёт на нет, — подвёл он итог прочи-
танному и взял другую папку, от зарубежных источников.

140
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

«В пригороде Сан-Франциско прошла в узком кругу част-


ная встреча бывших высокопоставленных чиновников, фи-
нансовых магнатов и политиков. Основное внимание было
уделено обсуждению ситуации на российском Дальнем Восто-
ке. С сообщением выступил негласно приглашённый замести-
тель Директора центральной разведки США Дэйл Уотсон. Он
представил анализ обстановки в регионе и доложил о пред-
принятых в последнее время шагах: через американскую НКО
в Приморье удалось путём шантажа и подкупа привлечь к со-
трудничеству одного из руководителей Приморской области,
который готов при соответствующей поддержке возглавить
оппозиционно настроенные массы населения и пойти на со-
здание суверенной Приморской Республики.
Уотсон также полагает, что после проведённых министром
обороны реформ соединения и части российских вооружён-
ных сил в Приморье деморализованы».
«На Сахалине завершена замена американских рабочих
и инженеров нефтегазовых месторождений „Сахалин–1, –2“
на сотрудников частной военной компании, укомплектован-
ной выходцами из стран СНГ и Восточной Европы, имеющими
опыт военной службы».
«В Госдепартаменте США на самом высоком уровне в по-
следнее время идёт активное обсуждение возможных вариан-
тов развития обстановки в КНДР после внезапной смерти её
лидера. Рассматривается в том числе и опция силового вмеша-
тельства».
Начальник управления аккуратно закрыл папку с донесе-
ниями, встал и подошёл к окну. Вход в метро «Арбатская» был
ярко освещён, люди торопливо шли на работу. Постепенно на-
ступало утро, и стал виден Старый Арбат.
«И как связать воедино всю эту информацию? — со злостью
подумал про себя Кондратьев. — Но с другой стороны, может,
и связи здесь никакой нет… Без Артёма — как без рук, а он
молчит, как партизан! Быстрее возвращался бы».
Генерал-полковник подошёл к встроенному шкафу, отодви-
нул раздвижную дверцу и снял с плечиков китель. Медленно

141
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

его надел, причесал волосы. Бросил взгляд на настольные ча-


сы. Время было — 9:50.
— Пора, — негромко сказал Кондратьев и пошёл на совеща-
ние.

***
(о. Гуам, 2 марта, 05:32)

Джип военной полиции резко затормозил и ткнулся перед-


ним бампером в густые заросли манго у подножия горы Сан-
та-Роза. Водитель переключил коробку передач на заднюю
и чуть сдал машину к мощному, в два обхвата, стволу леци-
тис — самого большого дерева на острове Гуам, которое воз-
вышалось над зарослями манго гигантским шатром. Эти дей-
ствия водителя были не случайны. В период свирепствующих
тропических тайфунов лецитис служит естественным укрыти-
ем от разбушевавшейся стихии, а любой владелец авто всегда
стремится поставить свой транспорт в наиболее безопасное
место.
Сидевший рядом с ним уорент-офицер Стив Дуглас смачно
зевнул и потянулся.
— Выходим, — бросил он, обернувшись к сидевшим на зад-
нем сиденье двум военным полицейским.
Густой и влажный туман раннего утра мягко покрывал тон-
кой плёнкой лицо, руки, форму. Душистый запах плюмерии,
имбиря и жасмина витал в воздухе. Вдалеке слышны были
крики диких петухов, извещавших местных жителей острова
о наступившем новом дне.
— Значит, так, — тихим голосом произнёс уорент-офи-
цер, — напоминаю нашу задачу. Двигаться к вершине горы бу-
дем двумя группами. При обнаружении подозрительных лиц
обращать внимание на наличие у них средств оптики. В случае
выявления таковых производить задержание. Связь поддер-
живаем по ранее согласованным параметрам через каждые
тридцать минут. Всё, пошли.

142
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

С собой Дуглас взял водителя. Парень физически крепкий,


от него единственное что может потребоваться, так только
скрутить подозреваемого. Но уорент-офицер кривил душой,
ему просто хотелось побыть одному со своими мыслями.
Неожиданно прерванный командиром военной полиции двух-
дневный отпуск сильно расстроил его планы. Конечно же, он
понимал, что замеченный патрульным нарядом блеск линз
оптики на вершине горы во время прибытия на авиабазу сек-
ретного груза не должен быть оставлен без внимания. Но это
дело агентов ФБР, а не военной полиции. Им и карты в руки,
пусть бегают по горе вверх-вниз. Понятное дело, есть и у воен-
ной полиции обязанности по охране авиабазы, но это же
не поиски подозрительных лиц по всей округе. А главное —
его лишили честно заработанного отпуска.
А какие были планы! Стив снял бунгало на самом прекрас-
ном в мире пляже Тумон, где намеревался насладиться отдыхом
с новой подружкой из отеля «Никко». Шикарный километровый
пляж с белоснежным песком защищён от океанских волн корал-
ловым рифом, бирюзового цвета лагуна с тёплой и прозрачной
водой даёт возможность получать истинное наслаждение в лю-
бое время года. Песок не только удивительно белый. В каждой
песчинке видны крошечные оранжевые зёрна окаменевших
панцирей простейших, живущих на рифах Гуама. Недаром пе-
сок пляжа Тумон получил название «звёздный песок».
Полгода назад, когда уорент-офицер получил назначение
на авиабазу Андерсен, он даже предположить не мог, что по-
падёт в рай…
— Сэр! — раздавшийся голос водителя прервал мечты Ду-
гласа. — Вторая группа сообщает, что в квадрате 32-В замечен
подозрительный человек.
— Что значит замечен? Его опросили? Кто он и что ранним
утром делает на горе?
— Сэр! Старший группы доложил, что из-за тумана они его
потеряли.
— Ясно. Передай, что мы выдвигаемся в квадрат 32-В,
и пусть будут внимательнее.

143
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Туман, словно отступая под неумолимым напором лучей


восходящего солнца, медленно уползал в океан, обнажая суету
проснувшейся авиабазы. Магейхт, припав к объективу зри-
тельной трубы, замер в изумлении. Один только вид серебри-
стой с удлинённой головной частью бомбы, которую персонал
базы крепил к фюзеляжу стратегического бомбардировщика
В-2, завораживал. Больше всего чаморро поражали огромные
размеры бомбы. Лихорадочно перебирая в памяти всё, что
удалось ранее прочитать про вооружение этих самолётов, Ма-
гейхт не мог припомнить аналога. Хотя, чаморро на секунду
задумался, уж очень она похожа на «Дэйзи каттер»1 — проти-
вобункерную авиабомбу, которую американцы впервые при-
менили в Афганистане, пытаясь уничтожить главаря «Аль-
Кайды» Усаму бен-Ладена. Такой же удлинённый обтекатель,
но только большего размера. Неужели он видит новую разра-
ботку? Вот так удача! Не зря, значит, он пришёл ещё до восхо-
да солнца на своё излюбленное место для наблюдения за авиа-
базой. Встроенный в зрительную трубу фотоаппарат строчил
очередями, фиксируя каждое движение специалистов, продол-
жающих манипуляции по установке авиабомбы на специаль-
ные держатели.
— Дерьмо! — выругался чаморро, увидев на экране фотока-
меры сигнал, что карта памяти полная. Быстро сняв старую,
он распечатал коробку с новой картой памяти и вставил её
в аппарат.
Специалисты закончили крепление авиабомбы и отошли
в сторону, чтобы передохнуть. Однако от самолёта не отходи-
ли. Магейхт поводил зрительной трубой по а эродрому и уви-
дел, как от хранилища с боеприпасами, куда вчера завезли
странный груз, отъехал тягач, таща за собой вторую такую же
длинную и огромную «сигару». Чаморро любовно погладил
трубу и продолжил фотосъёмку.
— Аии… аии… — неожиданно где-то сбоку на склоне горы
раздались тревожные крики обезьян. Чаморро оторвался

1
Косилка маргариток (англ.).

144
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

от окуляр, приподнял голову и вздрогнул. Прямо в его сторону


шли два человека в американской военной форме с нашивка-
ми военной полиции.
— Стоять! — крикнул один из них, в то время как второй
бросился чуть в сторону, отрезая пути отхода Магейхту. Ча-
морро не растерялся и среагировал моментально — резким
движением швырнул столь любимую им зрительную трубу
прямо в лицо подбежавшему американцу, а сам нырнул в за-
росли диких орхидей. Уорент-офицер в растерянности остано-
вился — подозрительный человек растворился в гуще разно-
цветного ковра цветов.

Глава четырнадцатая
(Ледовый дворец спорта, Пхеньян, КНДР, 3 марта, 10:50)

Тренер российской молодёжной команды «Тангун» Пак Ён


Хён с удивлением и некоторой насторожённостью смотрел
на входившую в их сектор Ли Хва Ми. На этот раз женщина
была одета довольно скромно, но изысканно. Строгий цвета
морской волны костюм плотно облегал тело, подчёркивая,
несмотря на возраст, привлекательность и женственность фи-
гуры. Из украшений были только серьги с небольшими камня-
ми бирюзового цвета. На левой половине груди выделялся
красного цвета значок с портретом Великого полководца
в перламутровом овале.
Прямая осанка, приподнятый подбородок и решительный
взгляд тёмно-коричневых глаз свидетельствовал о серьёзно-
сти намерений Ли. Бросив взгляд на присутствующих, женщи-
на замерла на месте: тот, кого она искала, отсутствовал…
На миловидном лице кореянки читалась растерянность. Но,
быстро справившись с собой, Ли Хва Ми направилась к Паку.
— Аньёнъ-хасимника!1 — приветливо поздоровалась жен-
щина, слегка склонив голову в знак уважения к тренеру.

1
Здравствуйте! (кор.)

145
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Аньёнъ-хасимника! — почтительно поклонился в свою


очередь Пак и выжидательно замер.
— Пак-тонджи, прошу извинить меня за беспокойство, но я
ищу вашего второго тренера, Королёва. Мне надо с ним пого-
ворить, но… кореянка замялась, — у меня сугубо личный во-
прос.
— Это вы меня извините, — поднял вверх руки тренер. —
Очень польщён, что вы обратились ко мне, — смущённо доба-
вил он и зачем-то достал из кармана белоснежный платок. —
Королёв… видите ли… немного приболел и остался в гостини-
це, — уже более твёрдо, как будто решив для себя что-то важ-
ное, продолжил фразу Пак.
— Хочу принести свои извинения за вчерашнее поведение
моего второго тренера, не вините вы его сильно. — И Пак сно-
ва склонился в низком, чуть ли не до пола, поклоне.
— Болен? — встревоженно произнесла Ли Хва Ми и, не по-
прощавшись, быстрым шагом пошла на выход.
— Постойте! — немного волнуясь вскрикнул тренер и бро-
сился за кореянкой. — Это, конечно, не моё дело, но вчера Ар-
тём говорил, сам не ведая о чём. И он очень сожалеет о сказан-
ном…
— Спасибо, но это не важно, — бросила женщина и ускори-
ла шаг. Пак растерянно смотрел ей вслед, нервно комкая в ру-
ке платок.

***
(Отель «Хянсан», предгорье Мёхан, КНДР, 11:10)

Раздался стук в дверь, и в 302-й номер отеля «Хянсан» во-


шёл кореец лет тридцати, по-военному подтянутый и физиче-
ски крепкий.
— Сумка в шкафу, — весело произнёс Арнольд Хундертвас-
сер, зарегистрированный в отеле под фамилией Стив. — Мо-
жешь нести её в машину, я сейчас спущусь, — добавил он
и стал одеваться.

146
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Кореец, а это был водитель главы американской миссии


по поиску останков военнослужащих армии США, погибших
в войне 50-х годов, бережно взял слегка потрёпанную сумку
с инвентарём для игры в гольф и вышел из номера.
Когда дверь захлопнулась, улыбка медленно сошла с лица
Арни. На это были свои причины. Водитель главы миссии,
а также другие корейцы, которые работали с «гробокопателя-
ми», числились сотрудниками автопарка корейского внешне-
политического ведомства, хотя, без всякого сомнения, все они
были офицерами госбезопасности.
Арни чётко осознавал, что его водитель — глаза и уши ми-
нистерства госбезопасности. Его обязанность — находиться
рядом с ним практически круглые сутки, за исключением раз-
ве что сна. Любое движение или брошенное слово фиксирова-
лись бдительным стражем. Но человек слаб, к каждому можно
подобрать свой ключик, а в этом деле американцу не было
равных. Так и с водителем. Небольшие подачки в виде пары
банок пива с солёными орешками, сигареты, иногда пять-де-
сять евро, которые можно потратить в валютном магазине, де-
лали корейца не только менее бдительным, но позволяли его
использовать и в личных целях.
Вот и сегодня, в прекрасное воскресное утро, Арни собрал-
ся посетить единственное в Пхеньяне крытое тренировочное
поле для отработки дальних и средних ударов игры в гольф —
«Драйвинг рэйндж». Прежде чем спуститься вниз, Хундертвас-
сер зашёл в соседний номер. Сидевшие в креслах два амери-
канца — сотрудники миссии — вскочили и приняли стойку
«смирно».
— Билл, — обратился Арни к одному из них, — остаёшься
старшим, я в Пхеньян. Вернусь к вечеру.
Американец, к которому обратился Хундертвассер, пони-
мающе кивнул головой, а второй молча отправился в 302-й но-
мер, который всегда был под охраной одного из сотрудников
миссии в случае отсутствия хозяина номера.
Через час с небольшим белый джип американской миссии
уже въезжал в город. На улицах столицы в воскресный день

147
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

было многолюдно. На домах были натянуты красные транспа-


ранты с призывами достойно провести выборы в Верховный
совет народных представителей, которые состоятся 8 марта.
Машина повернула на перекрёстке на проспект Пайпа,
слева осталась прямая, как стрела, дорога, ведущая к Кымсу-
санскому мемориальному дворцу — мавзолею первого и по-
следнего президента. Проспект Квангбок, поворот на улицу
Чончун, и джип помчался по спортивному городку, возве-
дённому к так и не состоявшимся в Пхеньяне Олимпийским
играм. Тем не менее дворцы борьбы, баскетбола, тенниса,
лёгкой атлетики стали достоянием народа и всегда полны
любителями спорта. Арни нравился этот район, он выгодно
отличался от других столичных кварталов тем, что на его
территории были исключительно спортивные сооружения
и отели, без всяких памятников и других монументальных
сооружений, присущих Северной Корее.
Рядом с большой футбольной ареной располагался «Драй-
винг рэйндж». Тренировочный комплекс для игры в гольф был
по-своему уникален тем, что его посещали в основном сотруд-
ники иностранных диппредставительств и местные высокопо-
ставленные чиновники, имеющие на руках валюту. Платить
за корзину мячей предлагалось только в евро, что, в свою оче-
редь, приводило к тому, что желающих отработать технику
ударов было немного.
Джип остановился перед входом в тренировочный ком-
плекс. Как Хундертвассер ожидал, так оно и было: на парковке
стояли две автомашины, одна из них была с дипломатическим
номером.
— Держи! — американец протянул водителю купюру в пять
евро. — Кофе выпьешь, — добавил он и вышел из машины.
В руках у него была серого цвета небольшая спортивная сумка
с одеждой, полотенцем и личными вещами. Кореец резво вы-
прыгнул и достал из багажника сумку для гольфа, на которой
серебристой краской сверкала надпись «TOMMY ARMOUR».
Арнольд любил эту сумку и возил её с собой везде, куда бы ни
заносила судьба, — будь то Ближний Восток, Пакистан или

148
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Япония. Американец высоко ценил основателя бренда, леген-


дарного «Silver Scott»1 Томми Армора, выдающегося игрока
в гольф, победителя многократных мейджоров2.
Хундертвассер поднялся по ступенькам и зашёл внутрь.
Стоявшие за стойкой небольшого бара две нарядные кореянки
приняли строгий вид, но, заметив вошедшего следом за аме-
риканцем водителя, расслабились и приветливо заулыбались.
Как говорится, гора с плеч. Иностранец находился на попече-
нии водителя, в котором они сразу опознали своего коллегу,
офицера госбезопасности.
Арни оплатил для начала одну корзину мячей и пошёл
в раздевалку, имевшую выход непосредственно на помост, ко-
торый возвышался над полем, ограждённым сверху сеткой.
Быстро переодевшись, американец не спеша немного размял-
ся и, оглянувшись на оставленную им около шкафчика спор-
тивную сумку, вышел на помост.
Тренировалось два человека. Один был кореец в зелёном
френче военного покроя, а второй — посол Великобритании
в КНДР Нил Кэмбоун. Хундертвассер приветливо помахал игро-
кам рукой, достал из кармана носовой платок, вытер лоб и по-
шёл к стартовой площадке, где его нетерпеливо ждал водитель.
— Вуд номер один, — улыбаясь и думая о чём-то своём,
сказал Арнольд корейцу. Водитель с важным видом стал пере-
бирать клюшки и, найдя нужную, с победным видом вытащил
её из сумки. Уроки американца пошли на пользу. Теперь коре-
ец знал, что первый номер — это драйвер для отработки тех-
ники ударов на дальние расстояния. У клюшки была самая
большая титановая головка с маленьким углом наклона и са-
мая длинная ручка.
— Пул Хук! — радостно выкрикнул водитель, увидев, как
после удара мяч сильно перекрутился и ушёл влево. Хундерт-
вассер поправил перчатки, поставил мяч на подставку и снова
нанёс удар.

1
Серебряный Шотландец (англ.).
2
Ежегодная серия из четырёх самых престижных турниров мужского профес-
сионального гольфа (англ.).

149
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Пуш! — одобрительно вскрикнул кореец. На этот раз мяч


ушёл влево по прямой.
Арнольд опорожнил почти половину корзины, пока добил-
ся ухода мяча по идеальной прямой до отметки в 100 метров.
Тренировка пошла ровно, водитель со скукой смотрел на уда-
ры американца. Что ни говори, а американец бил классно.
Краем глаза Арнольд заметил, что британский посол закон-
чил тренировку и пошёл в раздевалку.
— Дай-ка мне пятый номер, — попросил водителя Хундерт-
вассер. Взяв новую клюшку, он нанёс удар, но мяч, чуть пере-
кручиваясь, пошёл влево. Второй, третий удар, но мяч настой-
чиво уходит опять влево.
— Всё, тренировке конец. Не идёт что-то игра, — с раз-
дражением громко сказал он и вытер платком вспотевший
лоб. — Собери инвентарь, уходим, — повернувшись к водите-
лю, произнёс американец и быстрым шагом пошёл в разде-
валку. Открыв дверь, Арнольд вошёл внутрь и увидел, что
в этот самый момент британский посол покидал раздевалку.
Кэмбоун бросил быстрый взгляд на американца и еле замет-
но кивнул головой. Хундертвассер подошёл к своему шкафчи-
ку, присел на лавку, засунул руку в спортивную сумку и на-
щупал появившуюся там коробку. Американец сдержанно
вздохнул. Первая часть операции по передаче-приёму посыл-
ки прошла успешно. Наиболее сложный этап был впереди.
Как-никак, а конечный получатель — «крот» в высшем эше-
лоне власти. Однако для того, чтобы посылка дошла до него,
потребуется безукоризненная работа посредника. И здесь та-
илась неопределённость. Арнольд чётко придерживался
принципа — доверия достоин лишь тот агент, которого он
лично проверил на практической работе. Найти такого
в стране с жёсткой системой всеобъемлющей слежки было
практически невозможно, тем более в те сжатые сроки, кото-
рые были ему отведены на подготовку и проведение опера-
ции. Поэтому вся надежда была на посредника, которого
предложил лично «крот» Атлант.

150
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

***
(Отель «Корё, Пхеньян, 12:20)

В номере было не то что прохладно, но скорее холодно. По-


хоже, администрация отеля придерживалась режима строгой
экономии электроэнергии и днём не особенно тратилась
на обогрев номеров. Артём как лёг вчера одетым, так и проле-
жал до второй половины дня. Состояние было отвратитель-
ным, острое чувство вины не отпускало его ни на минуту. В со-
тый раз он корил себя за несдержанность и за необъяснимый
для себя приступ ярости при встрече с Ли Хва Ми. Отыграть бы
всё назад…
Да и от ситуации с Ли Дон Гоном саднило сердце.
— Нет… вообще-то, и в самом деле холодно, — Артём зябко
поёжился и сполз с кровати.
Мучившая с ночи ноющая боль в области желудка настой-
чиво предлагала Королёву выйти из номера, спуститься
на первый этаж и посетить кафе либо ресторан. Успокоить га-
стрит можно было, только накормив желудок любой съедоб-
ной дрянью.
В коридорах отеля было пустынно и тихо. Королёв добрёл
до лифта, спустился на первый этаж и ткнулся в ресторан,
но он был уже или ещё закрыт.
«Откроется лишь к вечеру», — вяло подумал он.
Пивной бар вроде функционировал, за стойкой о чём-то
болтали две официантки. В заведении посетителей не было,
и Артём подумал, что и он закрыт. Однако одна из официан-
ток приветливо поклонилась и предложила присесть за сто-
лик.
Королёв расположился у окна с видом на парадный вход
отеля и с безразличным видом стал разглядывать снующих ко-
рейцев и иностранцев через вращающуюся дверь. Ему и рань-
ше доводилось останавливаться в «Корё», и он знал, что этот
отель весьма популярен не только среди иностранцев,
но и местных граждан. Правда, только среди тех, у кого в порт-
моне шелестят евро. На первом этаже, кроме ресторана и пив-

151
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

ного бара с собственной небольшой пивоварней, располага-


лась сеть валютных магазинов, в которых можно было купить
то, что в обычных магазинах Пхеньяна не продаётся: от вели-
колепных картин, вышитых нитями на шёлке, до дорогого
шотландского виски и женских украшений.
— Пожалуйста, ваша пхеньян-рэнмён1, блин из маша и ко-
фе, — поклонившись, произнесла официантка, поставила
на стол заказ и быстро вернулась к стойке, заметив входящего
в бар смуглого иностранца — то ли индийца, то ли пакистанца
в сопровождении офицера госбезопасности.
«Странная парочка, — почему-то подумал Королёв. — Ино-
странец под охраной, что ли?» — вдруг проснулся профессио-
нальный интерес к нестандартной ситуации.
Артём взял алюминиевые палочки и, прежде чем присту-
пить к трапезе, вновь посмотрел на странную парочку — уж
очень знакомым показалось ему лицо смуглого мужчины.
Но это был мгновенный рефлекс на обстановку вокруг себя,
и Королёв тут же полностью переключился на поданные ему
блюда. В глубокой тарелке в виде пирамидки слоями были
уложены свежий перец, мелко шинкованный лук, кружочек
яйца, пластинка сочной белого цвета мякоти груши, мясо,
кимчхи2 и собственно рисовая лапша. Всё это было залито
ароматным бульоном.
В другой обстановке и в другое время традиционная
и очень популярная в КНДР куксу заставила бы Королёва на-
сладиться её изысканным вкусом, но сейчас он медленно под-
дел кусок мяса и стал его жевать, не чувствуя вкуса. Намотал
на палочки лапшу и вдруг замер. Через окно было видно, как
на пандус перед входом в отель въехал «мерседес» и из него
вышла Ли Хва Ми с каким-то пожилым корейцем, в правой ру-
ке которого был небольшой саквояж.
Не успела Ли пройти в холл, как к ней навстречу бросился
администратор отеля, угодливо кланяясь. Женщина о чём-то

1
Лапша куксу в холодном бульоне (кор.).
2
Острая квашеная капуста по-корейски (кор.).

152
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

спросила администратора, он повернулся и подозвал помощ-


ника. Через пару-тройку минут помощник вернулся, что-то
прошептал на ухо администратору и передал какой-то пред-
мет сопровождавшему Ли пожилому корейцу.
В тот же миг Ли Хва Ми и администратор повернули голо-
вы в сторону пивного бара. Кореянка смотрела на Артёма.
Похоже, он был именно тот, кого она искала. Пожилой кореец
почтительно склонил голову и стал взволнованно что-то го-
ворить, поглядывая то на Артёма, то на предмет, который
держал в руке.
Ли Хва Ми подошла к входу в бар и остановилась, показы-
вая всем своим видом, что подождёт, пока Артём доест лапшу.
Королёву больше ничего не оставалось, как положить палочки
на тарелку и встать. Ноги стали почему-то ватными, рой мыс-
лей в голове не давал возможности сосредоточиться.
«Чёрт возьми, волнуюсь, как пацан перед свиданием», —
неожиданно подумал Артём.
— Здравствуй, Ли-тонму! Каким ветром тебя сюда занесло?
Неужели это связано с моей скромной персоной? — неожидан-
но для себя с колкостью в голосе заговорил Королёв. — Изви-
ни, что-то не то я говорю, — пробормотал он и выпрямился
во весь рост, как по стойке «смирно».
— Здравствуй! — подняв на него глаза, произнесла таким
знакомым певучим голосом Ли. — Ваш руководитель команды
сказал, что ты заболел. Вот поэтому я здесь. Ты наш гость,
и мы несём ответственность, в том числе, и за здоровье всех
спортсменов, — продолжила ровным голосом кореянка.
— Ты хочешь сказать, что, будь на моём месте другой чело-
век, ты бы точно так же пришла в отель, как я понимаю, с вра-
чом, демонстрируя гостеприимство своей страны? Я правильно
понял твои намерения? — немного с раздражением начал гово-
рить Артём. Но, встретившись с взглядом с Ли, он вдруг ощутил
щемящее чувство надежды. В глазах «прекрасного цветка» он
видел только один громадный вопрос: «Где ты был так долго?»
— Конечно. А ты думал, что я примчалась исключительно
из желания тебя увидеть? Ошибаешься. Мой муж сопредседа-

153
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

тель Национальной ассоциации восточных единоборств, а я


ему помогаю, — неожиданно твёрдо, исключая какие бы то ни
было сомнения, довольно резко ответила Ли и повернулась
к врачу.
— Ким-тонму! Что мы можем сделать, чтобы помочь второ-
му тренеру российской команды?
— Королёв-тонджи! Прошу прощения, — склонив голову,
произнёс врач, — но, как я понял из названия препарата, кото-
рый вы так неосторожно обронили в комнате, вам требуется
регулярный приём антидепрессантов?
Артём молчал. Он был в замешательстве и никак не мог по-
нять Ли. Ведь он чувствовал, что она пришла к нему, но её сло-
ва…
— Могу предложить, — уже обращаясь к Ли Хва Ми, про-
должил врач, — сделать внутривенную инъекцию успокои-
тельного препарата, и через пару-тройку часов наш русский
гость будет более-менее в порядке. Но при одном условии: он
впредь продолжит принимать предписанный ему препарат.
— Что? Какой укол? Да идите вы все… — начал было возму-
щаться Артём, но, столкнувшись с взглядом Ли, замолчал.
— Хорошо. Согласен. В таком случае, может, лучше переме-
стимся вдвоём в мой номер? — сменив тон, уже шутливо обра-
тился он к Ли.
— Ким-тонму! Пройдите вместе с нашим гостем в номер
и сделайте ему инъекцию, — слегка покраснев, сказала коре-
янка строгим голосом.

***

Королёв открыл глаза. Протянув руку, он включил прикро-


ватный светильник и сразу вспомнил корейского врача, его
добродушную улыбку и еле слышное бормотание непонятно
о чём. Вспомнил шприц, прикосновение иглы к вене и… пол-
ный провал. Блин, что же он такое ввёл в вену? Затем в памяти
всплыло участливое лицо Ли Хва Ми, когда они с врачом у хо-

154
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

дили из номера, и Артём успокоился. Почему-то верил, что


«прекрасный цветок» действительно пришла ему на помощь.
На тумбочке лежала записка: «Жду в баре в 17:00». Часы пока-
зывали 16:34. Артёма словно пружиной подбросило.
Он подошёл к зеркалу. На Артёма в упор смотрел помятый,
как после долгого запоя, мужчина. «Ну и видок», — вздохнул
Королёв. Выработанная за многие годы службы до автоматиз-
ма привычка быть всегда выбритым и чисто одетым взяла
своё. Быстро раздевшись до пояса, он облился холодной водой
и растёрся полотенцем. Тщательно побрился, открыл флакон
любимой им Кёльнской туалетной воды, побрызгал на руку,
растёр ладонями и похлопал по щёкам. Привычка — вторая
натура, но как же она бывает важна, когда необходимо прийти
в себя. Один только запах этого одеколона восстанавливает то-
нус и приводит мозги в порядок, с удовольствием подумал Ар-
тём.
Триста лет назад выходец из Италии Джованни Фарина со-
здал рецепт уру ароматного раствора, название которому пар-
фюмер дал в честь города, где это произошло, — «Кёльнская
вода». В письме брату он писал: «Мой аромат напоминает ве-
сеннее утро в Италии после дождя, апельсины, лимоны, грейп-
фрут, бергамот, цедрат, цветы и травы моей родины». Через
двадцать лет после появления одеколон достиг России.
«Кёльнскую воду» подарил Екатерине II король Пруссии Фри-
дрих II. Императрице ароматная вода пришлась по нраву. По-
любил одеколон и Александр I, которому привозили одеколон
из Кёльна. С тех времён и прижилась «Кёльнская вода» в Рос-
сии.
Правда, купить этот одеколон в наше время в Москве было
трудно, но друзья, выезжавшие за рубеж и зная привязанность
Королёва, всегда прихватывали для него флакончик.
— Ну что ж, гусар готов. Седлать коня! — повеселевшим го-
лосом произнёс Артём и, можно сказать, вылетел из номера.
Королёв быстрым шагом направился к лифту. При этом так
спешил, что, когда открылись створки лифта, попытался быст-
ро втиснуться между ними, но столкнулся с двумя иностран-

155
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

цами, выходившими на его этаже. Артём, развернувшись


на ходу всем корпусом, наклонил голову с извинениями
за свою неловкость. В одном из мужчин память автоматически
зафиксировала пассажира бизнес-класса, прилетевшего с Ко-
ролёвым одним рейсом. Вторым был то ли пакистанец, то ли
индиец, которого он видел днём в фойе отеля. Королёву его
лицо снова показалось смутно знакомым.
Войдя в бар, полковник увидел Ли Хва Ми, сидевшую
за столиком, но… она была не одна. С ней был всё тот же док-
тор Ким. Артём хотел было развернуться и уйти, как вдруг
поймал себя на мысли: корейские традиции не допускают да-
же возможности встречаться замужней женщине с одиноким
мужчиной наедине. «Ну надо же, стал забывать прописные ис-
тины корейского этикета», — усмехнувшись, проворчал он
и решительно подошёл к столику.
— Привет! Давно не виделись. Прошу прощения, чем обя-
зан вашему вниманию? — слегка балагуря, начал Артём.
Доктор Ким внимательно посмотрел на повеселевшего Ко-
ролёва и удовлетворённо хмыкнул. Ли Хва Ми улыбнулась.
Правда улыбка также выражала только удовлетворение состоя-
нием Артёма.
— Королёв-тонджи! — мягко заговорила женщина. — Мы
с доктором, к нашему глубокому сожалению, прервали твой
обед. Поэтому я сочла необходимым пригласить тебя поужи-
нать с нами. Надеюсь, ты не будешь возражать?
— Ну разве могу я отказать прекрасной даме? — вопросом
на вопрос ответил Артём. Чувство голода было столь явствен-
но ощутимо, что не возникло даже желания попытаться отка-
заться или сделать гордый вид, что не мужское это дело —
принимать приглашение от женщины.
Ли Хва Ми и доктор Ким встали.
— Ужин заказан в другом месте. Ты, пожалуйста, надень
что-нибудь тёплое, поскольку придётся немного проехать
на машине.
На выходе из отеля Артёма ждала машина. Водитель от-
крыл заднюю дверцу, и Королёв, протиснувшись в салон, сел

156
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

на мягкое кожаное сиденье. Рядом сидела Ли Хва Ми. Доктор


Ким расположился рядом с водителем.
— Куда мы едем? — чуть охрипшим от волнения голосом
спросил Артём и попытался было подвинуться чуть ближе
к кореянке. Ли Хва Ми, заметив его намерения, предупреди-
тельно прикоснулась к его колену и… не стала убирать ладонь.
Королёв от неожиданности растерялся и положил было сверху
свою широкую ладонь на маленькую кисть кореянки, но она
медленно, явно не желая обидеть Артёма, забрала её.
— Ужин будет в ресторане небольшого отеля «Моран»,
на склоне известной тебе горы пионов Моранбон, — пытаясь
скрыть смущение, произнесла Ли Хва Ми и отодвинулась
к дверце. — Тебе там понравится, я уверена, — продолжила
женщина и замолчала.
«Мерседес» медленно по крутому подъёму поднимался
вверх по склону, выхватывая светом фар идущих вдоль дороги
пешеходов. Вокруг была кромешная темень, но водитель
по какому-то наитию ухитрялся вовремя повернуть круто руль
и не дать машине свалиться вниз. Взревев на очередном подъ-
ёме, машина выкатилась на ровный асфальт, и впереди пока-
залось ярко освещённое небольшое двухэтажное здание отеля,
вплотную примыкавшее к отвесной стене горы Моранбон.
Сам ресторан, находившийся на первом этаже, был неболь-
шой: полукруглый зал с маленькими столиками вдоль стены,
отделёнными друг от друга колоннами. Администратор, похо-
же, уже заждался гостей. Столик в нише между двумя колонна-
ми был накрыт на три персоны. Когда все расселись, Ли Хва
Ми протянула Королёву меню, и тот с нескрываемым удивле-
нием обнаружил, что здесь японская кухня во всём своём мно-
гообразии.
— Ли-тонджи? Ты что, ещё помнишь мою привязанность
к морским деликатесам? Никогда бы не поверил, что это слу-
чайность. Очень признателен, тем более это японская кухня.
Сейчас она очень популярна в Москве. — Артём привстал
и в знак благодарности поклонился. Чувствовалось, что на этот
раз он был искренен в своих словах и явно доволен.

157
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Доктор Ким сказал, что тебе нужны положительные эмо-


ции, и я решила сделать тебе приятное, — улыбнувшись, про-
изнесла Ли. — И извините меня, но я вас оставлю на секундоч-
ку, пока принесут заказ. Кореянка встала и вышла из зала.
За столом наступила тишина. Как вести себя с доктором,
Артём не знал, потому что чувствовал, что врач не только
выполняет свои профессиональные обязанности, но и явно
контролирует характер отношений между Королёвым и Ли.
Складывающаяся ситуация стала напрягать Артёма, и непри-
язненное отношение к доктору стало постепенно нарастать.
— Королёв-тонджи! Вы, наверное, не раз бывали в Японии,
если любите японскую кухню? — попытался завязать разго-
вор Ким.
— Для того чтобы понравилась кухня той или иной страны,
не обязательно там быть. Просто как дальневосточнику мне
близка кухня Японии, да и ваша тоже мне интересна, —
несколько отстранённым голосом произнёс Артём, погляды-
вая на дверь, за которой скрылась Ли Хва Ми.
— Кстати, доктор, — вдруг развернувшись всем корпусом
к корейцу и глядя ему прямо в глаза, продолжил Королёв, —
какой препарат вы мне всё-таки влили? У меня возникло по-
дозрение, не наркотическое ли это было средство?
— Королёв-тонджи! Не беспокойтесь. Препарат наш, мест-
ной разработки, успокаивающий, действует как снотворное.
Для вашей перевозбуждённой психики и при вашем диагнозе
самый раз. Вы думаете, что медицина в Северной Корее нахо-
дится на уровне пещерного века? Ошибаетесь. Ваш диагноз,
как я понял из разговора с руководителем российской коман-
ды, да и по препарату, принимаемому вами, с большой долей
вероятности — какая-нибудь фобия. Так я вам вот что хочу
сказать. Методов лечения подобного психического расстрой-
ства много. Здесь и антидепрессанты, и специальные упраж-
нения, включая элементы йоги, есть и разные программы, по-
могающие таким, как вы, вернуться к нормальной жизни.
Из своего опыта, а с подобным диагнозом в последнее время
приходится всё чаще встречаться, я пришёл к интересному

158
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

выводу. Кстати, пусть это останется между нами, поскольку


это только предположение. Сильное, шоковое потрясение,
всплеск адреналина способны при определённых условиях вы-
вести человека из состояния депрессии и вернуть его к нор-
мальному состоянию. Вот так! — эмоционально закончил свой
монолог Ким и откинулся в кресле с торжествующим видом.
— А вот и я! — кокетливо прозвучал мелодичный голос Ли
Хва Ми. — Вижу, что нашли интересную тему для разговора.
Наверное, Ким-тонджи, как всегда, сел на излюбленного конь-
ка — последние достижения в области психотерапии. Вер-
но? — обратилась она к Королёву.
Артём, широко открыв глаза, завороженно смотрел на ко-
реянку. Похоже, что Ли Хва Ми не зря отсутствовала несколько
минут по своим женским делам: дымчато-серые тени, нало-
женные до половины верхнего и нижнего век, делали глаза яр-
кими и выразительными, весенний аромат духов пьянил.
— Ты права, — несколько смущённо сказал Королёв. — Док-
тор вот предлагает прыгнуть со скалы в бушующий океан. Го-
ворит, что сильный выброс адреналина повышает тонус. Хо-
тя, — Артём посмотрел на вальяжно сидевшего собеседника, —
Ким-тонджи сам вряд ли составит мне компанию, — с сарказ-
мом закончил он и полностью переключил своё внимание
на Ли Хва Ми.
Говорили они о наступающей весне, соревнованиях и дру-
гих пустяках, старательно обходя тему их прошлого. Так неза-
метно прошёл ужин, и только многозначительное покашлива-
ние подошедшего от барной стойки Кима вернуло Королёва
и Ли Хва Ми на землю. Они с удивлением посмотрели на него,
не понимая, что он вообще здесь делает. Но реальность тако-
ва, что всплывают в первую очередь те вопросы, которые ле-
жат на поверхности, а не в глубине души.
Помрачнев, вспомнив что-то не совсем приятное для себя,
Артём взглянул на Ли Хва Ми.
— Спасибо за ужин, всё было очень хорошо и вкусно. Но, —
Королёв чуть прищурил потемневшие глаза, — пора и честь
знать. Муж, наверное, дома заждался, да и дети с внуками

159
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

внимания требуют. Не так ли? Надеюсь, ревновать он не бу-


дет?
— Не беспокойся. Муж знает, где я. Тем более он сам мне
рекомендовал тебя навестить и оказать необходимую помощь.
Свидетельство тому — доктор Ким, один из лучших врачей
министерства госбезопасности, — опешив и не понимая при-
чины смены настроения Артёма, автоматически произнес-
ла Ли Хва Ми.
— Прости, — сказал Королёв, — просто вдруг вспомнил
нелепую и дикую смерть твоего двоюродного брата. Странно
всё это как-то. Ну никак не могу поверить, что у Ли Дон Гона
поехала крыша. Убей меня. Просто не верю.
— Королёв-тонму! Для меня это была не только большая
неожиданность, но и личная трагедия. Но факты упрямая
вещь, — прошептала кореянка.
— Извините, что вмешиваюсь в ваш разговор, — вдруг по-
дал голос Ким, — но судебно-медицинская экспертиза одно-
значно подтвердила, что у Ли Дон Гона была шизофрения па-
раноидного типа, причём в активной фазе.
— Хорошо. Я всё понял. Тему закрыли, — помрачнев, про-
изнёс Артём.

***

«Мерседес» медленно тронулся, и через какие-то секунды


автомобиль вновь оказался во власти тьмы. Водитель за рулём
сгорбился и, как хищная птица, цепко высматривал дорогу.
Впереди показались огни большой освещённой улицы. Это
был проспект Чхоллима.
— Товарищ заместитель начальника отдела! — обратился
водитель к Ли. — В «Корё»?
Королёв удивлённо повернулся к женщине.
— Ли-тонджи? Так это твоя машина, не мужа?
Кореянка сидела, задумавшись о чём-то, и, похоже, вопро-
са не расслышала.

160
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Ли-тонджи — ответственный сотрудник Государствен-


ного комитета обороны. Занимает очень важный пост. Она ча-
сто может видеть нашего Руководителя, — уважительно
и с ноткой подобострастия ответил вместо Ли Хва Ми врач.
— О чём это вы? — встряхнув головой произнесла Ли. —
Обо мне, что ли, говорите? Сержант! Едем в сторону универси-
тета, — распорядилась кореянка и с улыбкой повернулась
к Королёву. — Для тебя будет сейчас сюрприз. Ким-тонму, —
продолжила она, — профессор дома?
— Да, Ли-тонджи. Он ждёт вас.
Королёв недоумённо смотрел на Ли Хва Ми, пытаясь по-
нять, к какому профессору его повезут и при чём здесь сюр-
приз.
— Ага! Заинтриговала я тебя? — весело пропела вся светя-
щаяся от радости Ли. — Ведь тебе доктор прописал положи-
тельные эмоции, так они будут. Мы едем в гости… — кореянка
многозначительно сделала паузу, — к твоему любимому про-
фессору истории древней Кореи Чхве Сын Хёну, — торжествен-
но закончила Ли.
— Он что, ещё преподаёт? Сколько же ему сейчас лет? —
Артём не скрывал своего удивления.
— Профессор правда стар и в основном работает дома. Од-
нако бодр, и у него по-прежнему отличная память. Ты сам
сможешь в этом убедиться. Прошлым летом он принимал уча-
стие в межкорейской встрече историков и даже выступал
с кратким докладом.
— Здорово! Его энциклопедические знания меня всегда по-
ражали, — с восхищением сказал Королёв и задумался, вспо-
миная студенческие годы, когда он и Ли Дон Гон вечерами
пропадали в квартире профессора, ковыряясь в старых изда-
ниях по истории, коллекция которых была уникальна по свое-
му многообразию. Найти там можно было датированные на-
чалом прошлого века перепечатки «Самгук саги»1, поздние
хроники «Корё са»2 и другие редчайшие издания. Зачастую

1
Исторические записи трёх государств (кор.).

161
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

с ними ходила к профессору и Ли Хва Ми, хотя она училась


на другом факультете и была на три курса младше. Но она хо-
дила не книги читать. Пока два друга яростно листали страни-
цы исторических хроник и жарко их обсуждали, Ли садилась
у окна на небольшой диванчик и молча часами смотрела
на Артёма. Её огромные тёмные глаза сводили Королёва с ума.
В итоге он откладывал очередную книгу в сторону, садился
на пол рядом с Ли, и они, взявшись за руки, уже вдвоём ждали,
когда Ли Дон Гону надоест в одиночку рыться в старых изда-
ниях.
Машина мягко затормозила и остановилась.
— Королёв-тонджи! Приехали, — послышался сквозь воспо-
минания голос Ли. — Ты что, уснул там?
— Уже приехали? Быстро. А мы как пойдём, втроём? —
и насмешливо посмотрел на Ли Хва Ми.
— Вдвоём. Доктор Ким останется в машине, — посмотрев
на врача, твёрдо и не терпящим возражений голосом сказала
кореянка.
Перед дверью квартиры пришлось стоять долго. Ли винова-
то улыбалась и продолжала давить на кнопку звонка. Всё стало
ясно, когда открылась дверь и Артём увидел сильно постарев-
шего профессора, сидевшего в инвалидной коляске.
Чхве Сын Хён долго всматривался в пришедших к нему го-
стей, что-то хотел сказать, как вдруг на старческих глазах вы-
ступили слёзы, то ли от радости, то ли от печали. Все неловко
молчали, переживая каждый по-своему встречу с прошлым.
Первой пришла в себя Ли Хва Ми.
— Профессор, вы узнаёте, кого я вам привела?
— Ли-тонджи! — смущённо пробормотал хозяин дома, гля-
дя на женщину. — Для меня большая честь, что вы посетили
меня. Извините, что встречаю вас в таком виде, — и он кивком
головы указал на коляску, — но в последнее время сильно бо-
лят ноги. А главное, хочу воспользоваться случаем и в вашем
лице, ответственного сотрудника Государственного комитета

2
История Корё (кор.).

162
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

обороны, выразить благодарность Великому руководителю


и непобедимому Полководцу за его заботу и внимание.
Артём смотрел и не узнавал профессора, который оставался
в его памяти резким в с уждениях учёным и не терпящим ле-
сти и подобострастия учителем. Непроизвольно он перевёл
взгляд на Ли Хва Ми, понимая, что все эти слова предназначе-
ны ей. На какое-то мгновение ему даже показалось, что коре-
янке приятен весь этот спектакль.
— Профессор! — перебила Ли Хва Ми говорившего и добро-
желательно улыбнулась. — У вас гости, может, пригласите нас
в комнату, не будем же мы стоять в прихожей?
— Да, конечно. Раздевайтесь и проходите, — поспешно ска-
зал кореец и отъехал от двери, освобождая проход для гостей.
Войдя в комнату, Артём остановился. Всё здесь было вроде
знакомо: стеллажи под потолок, забитые книгами, рабочий
столик, небольшой диванчик. Но время сказалось не только
на хозяине. Старенькая мебель явно была та же, да и занавес-
ки на окнах, похоже, все выцвели. Единственное, что броса-
лось в глаза и подтверждало, что за окном уже другой век, так
это компьютер на столике, да на стене теперь висят два порт-
рета: Руководитель и его отец — первый и последний прези-
дент.
Артём машинально протянул руку, взял с полки тёмно-зе-
лёную книгу тридцатитомника по истории Кореи «Чосонса»1
и открыл первую страницу.
…У повелителя небес Хванина был сын Хванун, который
решил жить среди людей. Хванин направил Хвануна с тремя
тысячами последователей на гору Пэктусан.
В то время в пещере тигр и медведица молились Хвануну,
умоляя сделать их людьми. Хванун, услышав их просьбы, дал
им по двадцать долек чеснока и стебельку полыни, наказал
есть только эту еду и избегать солнечного света в течение ста
дней. Но тигр через двадцать дней нарушил наказ и вышел
из пещеры, медведица же осталась и превратилась в женщину.

1
История Кореи (кор.).

163
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Женщина-медведица постоянно обращалась к Хвануну,


прося дать ей мужа. Хванун, сжалившись над ней, взял жен-
щину в жёны, после чего у них родился сын, которого назвали
Тангун.
Тангун основал столицу в крепости Пхеньян, а страну на-
звал Чосон. Правил Тангун Чосоном 1500 лет…
— Кхы, кхы, — раздалось негромкое покашливание за спи-
ной Королёва. Артём поспешно обернулся и встретился
с взглядом профессора. На сухоньком лице блуждала радост-
ная улыбка.
— Профессор! Вы не представляете, как всё это неожиданно
для меня. Очень, очень рад вас видеть здоровым, и, судя
по рабочей обстановке в комнате, вы продолжаете заниматься
любимым делом.
— Здравствуй, Монрён! Вернулся к своей Чхунхян? — лука-
во произнёс профессор, глядя то на Артёма, то на Ли Хва Ми.
Королёв вначале слегка опешил, услышав, как к нему обратил-
ся хозяин дома, но память т у т же подсказала о нашумевшем
в те далёкие 80-е годы фильме «Легенда о Чхунхян». История
любви девушки Чхунхян и юноши Монрён, так похожих на ге-
роев Шекспира Ромео и Джульетту, была, да и остаётся по сей
день, одним из любимых старинных сказаний на всём Корей-
ском полуострове. Любовь, расставание, мстительный чинов-
ник, вставший на пути влюблённых, заключение красавицы
Чхунхян в тюрьму, страдания молодых людей и счастливая
развязка.
Артём бросил быстрый взгляд на Ли и сразу же почувство-
вал её волнение. Похоже, что старый профессор двумя слова-
ми определил ту чувствительную точку во взаимоотношениях
Королёва и Ли Хва Ми, обсуждение которой они до последнего
времени всячески избегали.
— Простите старика, сорвалось с языка, — почувствовав
неловкость, засуетился хозяин. — Давайте лучше по чашечке
кофе выпьем. Ли-тонджи, вы поможете мне?
— Профессор. Не волнуйтесь. Я приготовлю кофе, — пове-
селев сказала кореянка и пошла на кухню.

164
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

После её ухода лицо профессора стало сразу серьёзным,


и он кивком головы попросил Артёма наклониться к нему по-
ближе.
— Чуть больше трёх недель назад у меня поздно ночью был
твой старый друг, — прошептал он и испытующе снизу вверх
посмотрел на Королёва, словно пытаясь оценить его реакцию
на сообщение.
— Ли Дон Гон?
— Да, — кивнул головой хозяин дома.
— Учитель! Я приехал в Пхеньян с одной единственной це-
лью — попрощаться со своим другом и побратимом. Но я
не верю, что причиной гибели могло стать его психическое
расстройство. Просто не верю и всё.
Профессор молча смотрел на Артёма, как будто решал, го-
ворить или нет.
— Что он говорил? Как выглядел?
— Ли Дон Гон пришёл ко мне весь грязный, оборванный,
замёрзший и голодный, — начал говорить профессор и снова
остановился.
— Ну и что дальше? — нетерпеливо стал его подталкивать
к продолжению разговора Королёв.
— Он сообщил, что на него идёт охота. Потом чу ть погодя
добавил, что опасных свидетелей убирают и вряд ли его оставят
в живых. К родным идти боится, полагает, что их уже арестова-
ли. Я спросил, что же случилось? Но Ли покачал головой и ска-
зал, что мне лучше не знать, так будет лучше для моей безопас-
ности. Помолчал и, прижав руку к сердцу, заверил, что он честен
перед Руководителем, а всё, что буду т о нём говорить, — клеве-
та. Перед у ходом попросил справочник по метеорологии, долго
его листал. Когда что-то нашёл, то вырвал листок, схватился
за голову и пробормотал только пару слов: «катастрофа, надо
идти в российское посольство». Вот и всё. Потом… я уверен… он
был психически здоров и вменяем. Я ему верю…
— Где книга? — Но вопрос повис в воздухе.
— А вот и кофе, — весело пропела стремительно вошедшая
в комнату Ли Хва Ми.

165
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Артём отпрянул от профессора и поспешно положил


на полку тёмно-зелёную книгу по истории Кореи, которую
весь разговор с профессором крепко держал в руке, да так, что
костяшки пальцев побелели.
— Профессор! Королёв-тонму! Что-то не вижу радости в ва-
ших глазах, — слегка насторожившись, спросила Ли и стала
расставлять чашки.
— Не обращайте на нас внимания, мы просто расстроились,
вспомнив наши встречи, — проговорил хозяин дома.
— Кстати, для нашего русского друга у меня есть пода-
рок, — с этими словами профессор подъехал на коляске к стел-
лажам с книгами и стал что-то искать. Ли повернула голову
к Королёву и вопросительно посмотрела на него. Но тот про-
игнорировал взгляд женщины, лихорадочно думая, что же ре-
ально случилось с побратимом.
— Нашёл! — вскрикнул профессор, держа в руках старень-
кую небольшую книжку. — Вот. Это тебе, — и протянул её Ар-
тёму. Королёв бережно взял подарок и стал осторожно перели-
стывать страницы, разглядывая иллюстрации.
— Что там? — заинтригованным голосом спросила кореянка.
— Хм. Не знаю, интересно ли тебе будет, но это «Легенда
о Чхунхян», изданная в 1938 году. Похоже, что это раритет.
Нет, профессор, я не могу принять от вас такой ценный пода-
рок, — сказал Артём и протянул книгу хозяину дома.
— Старика обидеть хочешь? Бери. Помню, что ты увлекался
сказаниями, мифами и легендами Древнего Чосона, — произ-
нёс профессор и посмотрел на Ли Хва Ми. — Тем не менее ещё
раз хочу вас поблагодарить за столь приятный для меня визит.
И вообще, давайте пить кофе.
После его слов обстановка за столиком стала более-менее
непринуждённой. Говорили обо всём: о прошлом и настоя-
щем, об истории и искусстве, о гастролях российского танце-
вального коллектива «Берёзка», о соревнованиях по восточ-
ным единоборствам.
При расставании чувствовалась какая-то необъяснимая на-
пряжённость. Глаза профессора были печальны. Да и сам он,

166
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

ссутулившись и сидя в коляске, казался трогательно беззащит-


ным.

***

«Мерседес» медленно вывернул на проспект Победы и рез-


ко увеличил скорость. Промелькнула вся в иллюминации Три-
умфальная арка.
В машине установилась гнетущая тишина. Конечно же,
на это были свои причины. Но каждый думал о своём.
Артём испытывал двойственные чувства. С одной сторо-
ны, Ли Дон Гон, похоже, был убит целенаправленно, поскольку
стремился сообщить в посольство какую-то важную информа-
цию. Что он узнал? Почему именно в российское посольство
хотел попасть? Может, предательство среди охраны Руководи-
теля? Странно как-то. Справочник по метеорологии вдруг по-
надобился. Зачем? Надо будет завтра съездить к профессору
и узнать, что же за страницу он вырвал. А потом Ли Хва Ми,
которая категорично у тверждает о его психической болезни?
Да и ведёт она себя непонятно, когда встаёт вопрос о её двою-
родном брате.
— Королёв-тонджи! Покажите мне подарок профессора, —
на фоне еле слышного урчания мотора громко прозвучал го-
лос Ли Хва Ми. Кореянка слегка наклонилась к Артёму, и запах
духов вновь приятным облаком накрыл полковника.
— Конечно же, сейчас покажу, — хрипло пробормотал Ар-
тём и стал шарить рукой по сиденью. — Ууу! — простонал
он, — забыл книгу. — Заговорились и забыл. Ну что поделаешь,
бывает…
— Я могу завтра забрать ваш подарок и привезти в гости-
ницу, — неожиданно подал голос молчавший всё это время
врач.
— Ким-тонму, можете не беспокоиться, мы завтра съездим
вместе с нашим русским гостем, — утвердительно, не терпя-
щим возражение голосом, произнесла кореянка.

167
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Артём посмотрел по очереди на обоих, но в полумраке бы-


ло трудно понять, что стоит за их словами. Лишние уши ему
были ни к чему.
— Давайте вернёмся? — вдруг предложил он, отрезая тем
самым возможность завтрашнего визита к профессору
с кем бы то ни было. — Боюсь, что завтра не будет времени
на поездку, сами знаете, пойдут заключительные бои.
— Хорошо, — немного подумав, сказала женщина. — Едем
назад к профессору, — повернувшись к водителю, отдала она
распоряжение.
Через несколько минут машина бесшумно притормозила
у подъезда, откуда совсем недавно вышли Ли Хва Ми и Коро-
лёв. Резко, как по команде, вдруг потух во всех домах свет.
Кромешная тьма скрыла даже очертания ступенек перед вхо-
дом в подъезд.
— Опять тренировка по светомаскировке? — с раздраже-
нием буркнул Артём, то ли утверждая, то ли спрашивая у си-
девших в машине корейцев. — Ладно, подождите буквально
минуту, — бросил Артём и, не дожидаясь ответа, выскочил
из машины и вошёл в дом.
Квартира была на первом этаже. Рука автоматически потя-
нулась к кнопке звонка, но, вспомнив, что света нет, Артём со-
брался уже постучать, как вдруг замер: раздававшиеся стран-
ные звуки за дверью заставили полковника насторожиться.
От невнятного и глухого, почти звериного стона веяло смер-
тью. Предчувствие опасности моментально привело трениро-
ванное тело Королёва в повышенную готовность. Легонько
коснувшись двери, он сразу же убедился, что дверь открыта,
хотя когда они с Ли Хва Ми уходили, то явственно был слышен
щелчок запирающегося замка.
Осторожно, стараясь не шуметь, полковник вошёл в при-
хожую. Скосив взгляд на зеркало, он увидел в его отражении
часть комнаты, но и этого было достаточно, чтобы осознать
всю трагичность ситуации. На столе тускло горела свеча.
В кресле, свесив на грудь окровавленную голову, глухо мычал
от боли профессор. Рот был залеплен скотчем. Небольшого

168
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

роста, но с мощным торсом кореец ритмично бил по голове


хозяина дома толстой книгой. Напротив него на стуле сидел
второй незваный гость, ожидая, видимо, какого-то ответа
от профессора. Открытая дверь и спокойствие, с каким изби-
вали старика молодые люди, свидетельствовали об их полной
безнаказанности и уверенности в своих жестоких действиях.
Артём чуть толкнул дверь, а сам встал к стене у входа
в комнату. Раздался негромкий стук закрывающейся двери.
Оба корейца вздрогнули. Сидевший на стуле мужчина кивком
головы дал команду напарнику, который не спеша положил
на столик потрёпанную, в кровяных сгустках книгу и вышел
в прихожую. Полковник дождался, когда кореец исчезнет
из поля зрения своего напарника, оставшегося в комнате, рез-
ко нанёс мощный удар под основание черепа и, подхватив об-
мякшее тело, осторожно положил его на пол.
Мягко шагнув в глубь прихожей, Артём разглядел в отраже-
нии зеркала, как второй кореец, насторожившись, достал пи-
столет. Раздался щелчок предохранителя и последовавший
за этим звук взведения затвора. Становилось жарковато: без
оружия против пистолета. Глаза Артёма быстро шарили
по прихожей, пытаясь найти хоть какое-нибудь средство борь-
бы. У стены в отблесках свечи на полу виднелась маленькая
переносная печурка, с которой добрая половина пхеньянцев
ежедневно начинает свой рабочий день, готовя незатейливый
завтрак, используя для огня щепу и несколько горстей угля.
— Стой, где стоишь! — в дверном проёме стоял вооружён-
ный кореец, направив пистолет в сторону Артёма. — Ты кто?
Русский… Что ты здесь делаешь?
— В гости зашёл, — зло ответил Королёв.
— Ну и зря, — насмешливо произнёс кореец, нажимая ку-
рок пистолета. Но для полковника доли секунд — это почти
что несколько минут. Почти одновременно с выстрелом он
бросил своё тело влево вниз, а правой рукой швырнул в ли-
цо противнику печурку. Облако золы и трухи ослепили ко-
рейца, что помогло выбить из его руки пистолет. Кашляю-
щий и потерявший зрение противник так ничего и не по-

169
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

нял. Через секунду он уже лежал в бессознательном состоя-


нии.
Артём бросился к профессору, нащупал сонную артерию,
пульс был еле ощутим. Быстрыми движениями он сорвал
со рта скотч и начал развязывать старика.
Профессор застонал, и Королёв увидел, что он пытается
что-то сказать. Наклонившись к корейцу, Артём расслышал
только имя: Ли Дон Гон. Старик дёрнулся всем телом и затих.
Резко включился свет. То, что открылось глазам полковни-
ка, заставило его сильно стиснуть зубы, чтобы не выругаться
от злости и боли из-за столь внезапной и трагической кончи-
ны хозяина квартиры. Пальцы профессора были переломаны,
голова разбита. Все вещи в комнате были разбросаны, книги
со стеллажей скинуты и отдельными кучами лежали на полу.
Почувствовав присутствие в комнате постороннего челове-
ка, Королёв резко обернулся назад, приготовившись к бою.
В проёме комнаты стояла Ли Хва Ми, с ужасом глядя на про-
фессора. За её спиной виднелся доктор.
— Он мёртв, — глухо бросил вошедшим Артём. Затем ле-
гонько отодвинув неподвижно стоявшую кореянку и не обра-
щая на неё внимания, он быстро обыскал поверженных про-
тивников. Изымая у каждого пистолет, полковник заученными
быстрыми движениями извлекал магазин из основания руко-
ятки, отделял затвор и снимал возвратную пружину. Все части
оружия веером разбросал по комнате. Похлопав по карманам,
достал документы, быстро встал и открыл их. Лицо Артёма по-
бледнело. Он медленно подошёл к Ли Хва Ми.
— Смотри… Эти изверги — офицеры министерства госбезо-
пасности, подчинённые твоего дорогого муженька. — Желваки
на щёках полковника напряглись. — Говоришь, что он знал, куда
мы собирались поехать в гости? Ну-ну, — уже откровенно пре-
зрительным голосом продолжил Артём. — А вы что стоите, как
истукан? Осмотрите профессора и нападавших, — приказал Ко-
ролёв врачу. Ким бросился к неподвижному телу хозяина дома.
— Ты не поверишь, но старик перед смертью сказал только
одно имя, — Королёв тяжело вздохнул. — Это было имя твоего

170
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

брата, — продолжил он шёпотом, наклонившись к уху кореян-


ки. — Ну а теперь извини, я ухожу. Всё-таки иностранец,
а здесь ваши дела, кровь, смерть и… предательство. Разбирай-
тесь сами, — с этими словами он быстрым шагом вышел
на улицу.

***

Можно было бы и пешком дойти до отеля, но погода


не очень была подходящей для вечерних прогулок. Пронизы-
вающий ветер напоминал, что зима хоть и отст упила, но ещё
не совсем ушла. Артём, недолго думая, спустился в вестибюль
метрополитена станции «Чону». Ноги привели к ней, можно
сказать, автоматически — станция была ближайшей к универ-
ситет у им. Ким Ир Сена, где Королёв в своё время учился.
Артём бросил в щель турникета жетон и встал на эскала-
тор. Осмотрелся по сторонам. Было как-то непривычно. Сте-
ны голые, никакой рекламы, подсветка снизу с балюстрады,
да и пассажиров практически не было. Спустившись
на платформу, Королёв остановился. Высокие потолки, увен-
чанные разноцветными люстрами, с мастерством оформлен-
ные мозаичные панно на стенах, мрамор и гранит — всё это
не могло его оставить равнодушным и на минуту отвлекло
от только что произошедших трагических событий. Красно-
зелёный четырёх-вагонный состав медленно остановился.
Пассажиры изнутри открыли двери, и Артём зашёл в вагон.
Поезд тронулся, и внутри сразу же стало темно, лишь в тор-
цах вагона тускло горели плафоны, освещая два портрета —
отца и сына.
Королёв прикрыл глаза и задумался. Он искал, но не нахо-
дил ответа на вопрос — в чём причина такого внимания к их
посещению профессора со стороны офицеров госбезопасно-
сти? Если брать во внимание последние слова хозяина квар-
тиры, то получается, что он принял мучительную смерть из-
за того, что к нему месяц назад заходил Ли Дон Гон, который

171
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

на тот момент был в розыске. Но… не понятно, как тогда


спецслужбы узнали, что профессор рассказал Артёму о визите
к нему Ли Дон Гона. Ведь такое узнать столь быстро в прин-
ципе не возможно. Тогда получается, что офицеров интересо-
вало главным образом содержание беседы Королёва с профес-
сором. Далее, судя по тому, что книги были разбросаны
по комнате, они, добившись признания от хозяина, искали
как раз тот справочник, который был нужен Ли. Нашли или
нет? Вот вопрос. Опять же, зачем Ли Дон Гону понадобился
этот справочник? А с другой стороны, если взять за основу
методику одного из классиков марксизма-ленинизма и попы-
таться вычислить — кому нужна была смерть Ли Дон Гона?
Это во-первых. Ну а во-вторых, носителем какой тайны ока-
зался побратим, если он пытался донести её до российской
стороны?
Пока просматривается только одна версия: Ли узнал о под-
готовке покушения на Руководителя и стремился упредить
трагедию, даже ценой своей жизни. Совершить такой посту-
пок он вполне мог, а в преданности побратима Руководителю
Королёв не сомневался. В стране явно идёт подковёрная борь-
ба за трон ещё живого, но уже умирающего правителя, армия
находится в повышенной боевой готовности, идут постоянные
учения. Страна, как говорят в Одессе, видимо, накануне боль-
шого шухера.
Артём встряхнул головой, за окном вагона замелькали рос-
кошно исполненные на стенах тоннеля барельефы и мозаики.
Свет огромных люстр под высоким сводом вестибюля станции
осветил вагон. Раздался голос машиниста поезда: «Станция
Сынри». Королёв намеревался выйти на следующей станции,
но, приняв для себя решение, вышел на этой. Поднявшись на-
верх, он понял, куда его вывели ноги. Недалеко от станции на-
ходилось российское посольство.
«Пожалуй, это правильное решение», — подумал он. Всё-
таки заграница и надо предпринять превентивные меры.
Убийство профессора, два обезвреженных им офицера делали
его важным свидетелем. Однако учитывая, что они дома,

172
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

а Королёв в гостях, то можно вмиг оказаться и обвиняемым.


С этой мыслью Артём подошёл к воротам посольства и нажал
кнопку вызова дежурного коменданта российского загран-
учреждения.
К счастью, несмотря на столь позднее время, сотрудник
консульского отдела был на территории посольства и Королёва
впустили.
Пройдя пару десятков метров, он остановился около левого
крыла посольского здания перед дверью, над которой тускло
мерцала, похоже оставшаяся после празднования Нового года,
разноцветная гирлянда лампочек. Артём толкнул дверь и за-
шёл в бар. Да, это был самый обыкновенный бар. По рассказам
атташе по культуре, лет двадцать назад, когда интенсивно
развивалось двухстороннее сотрудничество в самых различ-
ных областях, в этом помещении была столовая. После свёр-
тывания отношений и резкого сокращения численности рос-
сийской колонии столовая прекратила своё существование.
И только в начале 2000-х годов по инициативе посла открыли
бар-кафе, где можно было выпить чашечку кофе, перекусить
да и просто посидеть с коллегами. «Ничто не сможет заменить
радость человеческого общения» — под таким девизом рабо-
тал по вечерам бар.
В небольшом помещении посетителей почти не было. За-
няты были только два столика. За одним из них сидела пара
молодых людей, видимо муж с женой, а за вторым — трое
мужчин, которые громко и весело что-то обсуждали. На столе
у последних стояла батарея пустых кружек и лежала гора по-
трошённой вяленой воблы, видимо чей-то подарок из России.
Артём уверенно направился к молодой паре.
— Прошу меня извинить, но дежурный комендант сказал,
что вы — атташе консульского отдела, — обратился Королёв
к молодому человеку.
— Да, это я, — ответил молодой человек. — А вы, если мне
память не изменяет, тренер нашей команды по восточным
единоборствам.
— Всё правильно. Королёв Артём Николаевич.

173
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— У вас в команде возникли проблемы? Нужна консульская


помощь? — встревоженно спросил атташе. — Кстати, Беседин
Олег, рад познакомиться.
— Вы знаете, вопрос касается лично меня. Не могли бы мы
с вами переговорить отдельно?
— Конечно. Присаживайтесь. Мы уже собирались уходить.
Лена, буду минут через двадцать, — уже обращаясь к вставшей
из-за стола жене, произнёс атташе.
Артём кратко рассказал консульскому работнику о событи-
ях в квартире профессора. Беседин, делая пометки в блокноте,
внимательно выслушал, задал несколько уточняющих вопро-
сов.
— Артём Николаевич, для меня ситуация предельно ясная.
Главное, что свидетелем стала Ли Хва Ми, весьма уважаемая
и влиятельная особа. Компрометировать вас вряд ли она бу-
дет. Но в любом случае завтра утром полученную от вас ин-
формацию я доведу до заведующего консульским отделом
и временного поверенного. Если к вам будут обращения
со стороны местных властей, то сразу же требуйте консула. Без
него никаких объяснений и показаний не давайте. Договори-
лись?
Беседин встал, пожал руку Королёву и ушёл. Артём, поси-
дев пару минут, вдруг почувствовал, что во рту пересохло. Он
встал и подошёл к стойке бара, где заказал чашку кофе и пачку
сигарет.
— Курить-то у вас можно?
— Да на здоровье, всё равно никого больше не будет, — ве-
село ответил стоявший за стойкой сотрудник посольства.
Артём не спеша распечатал пачку, достал сигарету и заку-
рил. Неторопливо сделал глоток кофе и слегка поморщился.
Не любил он растворимый кофе, от него только изжога.
Уходить не хотелось. В баре было тепло и уютно. Затя-
нувшись, он повернул голову к шумному столику и встре-
тился с весёлым взглядом полноватого мужчины кавказской
внешности. Тот вдруг встал и подошёл к стойке, где сидел
Артём.

174
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Бадри, — представился подошедший и протянул широ-


кую ладонь. — Завхоз посольства. А вы — тренер наших маль-
чишек. Так?
— Точно так, — с удивлением ответил Артём. — Неужели
наша команда столь популярна среди сотрудников посольства?
— Не в этом дело, подождите, постараюсь сформулировать
свои мысли. После пива перестроиться надо, — добродушно
проворчал, судя по имени и акценту, грузин. Бадри вытер
платком рот и небольшие усы, весёлые искорки в блестящих
чёрных глазах пропали.
— Вы Артём Королёв, ведь так? Офицер, так?
— Ну, и что?
— Вам имя Ли Дон Гон о чём-нибудь говорит? — Бадри
пристально посмотрел в глаза Артёму, взял зубочистку
из небольшого стаканчика, разорвал бумажный чехольчик
и стал выковыривать, похоже, застрявшую в зубах рыбную
кость.
— Да, мы были знакомы. А вы какое отношение к нему
имеете? — после недолгого молчания отреагировал Королёв,
затушил сигарету и тут же раскурил новую.
— Мне пришлось с ним тесно общаться целых два дня. Кор-
мить и поить его поручили мне… Кореец часто упоминал ваше
имя. К сожалению, корейский язык я не очень-то и знаю,
но отдельные фразы понимаю. Называл вас своим другом,
просил что-то передать на словах, но… Вы уж извините, я ни-
чего не понял… Хотя, — Бадри замялся, — одно слово запом-
нилось — «катастрофа». Да, именно это слово он упоминал,
и не один раз.
— Ясно. А из сотрудников посольства кто с ним разговари-
вал? — перебил Артём говорившего.
— Только временный поверенный. Когда в первый раз он
зашёл к перебежчику вместе с переводчиком, кореец предста-
вился как Ли Дон Гон, старший полковник, начальник охраны
ядерного полигона, называется вроде «Пунгери». После этого
Богатёнов попросил переводчика выйти и продолжил беседо-
вать с ним сам.

175
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Что? Начальник охраны?


— Ну да, я за дверью стоял и слышал, — Бадри с удивлени-
ем поднял брови. — Начальник охраны полигона, как его
там — «Пунгери». Кореец требовал посла. А тот в отпуске
до сих пор ещё. Да, и потом, как только заговорил Богатёнов,
перебежчик замолчал. Помню, когда временный поверенный
вышел, то бросилось в глаза, что Ли с ненавистью смотрит
вслед Богатёнову, он назвал его южнокорейской собакой. Это
потом до меня дошло, что поскольку Богатёнов ранее работал
в Сеуле и у него сохранился южнокорейский акцент, столь
ненавистный северянам, то перебежчик прекратил говорить
и требовал только посла. Странно как-то было.
— Послушайте, Бадри, кореец вооружён был?
— Да какой вооружён! Он еле живой был, голодный и гряз-
ный… Мы с ним одного возраста, — вдруг сказал грузин и тя-
жело вздохнул. — Вроде хороший мужик был, спокойный, —
продолжил он и достал пачку сигарет. Артём автоматически
протянул ему зажигалку. Оба сидели и курили, думая каждый
о своём.
— Давай на ты, вроде мы тоже одного возраста.
— Давай, я не против.
— Послушай, Бадри! — неожиданно, подумав о чём-то,
встрепенулся Королёв. — У вас в посольстве для задержанных
специальная комната есть, что ли?
— Да нет. Заперли его в комнате старого жилого здания, ко-
торое стоит под снос. В нём уже давно никто не живёт.
— Слушай, — Артём нетерпеливо заёрзал на стуле, — а по-
смотреть эту комнату есть возможность, или там всё прибра-
но?
— Ха! Будет кто там убираться. Говорю, что здание под
снос.
Когда они подошли к дому, то Королёв сразу согласился
с утверждением, что дом под снос. Большинство окон зияли
пустыми глазницами, из двух входных дверей одна была зако-
лочена наглухо досками. Бадри порылся в кармане и достал
огромную связку ключей.

176
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Ого! — проговорил Артём, увидев, сколько железа вме-


щается в карман завхоза. — На все случаи жизни?
— А как же. В любой момент может понадобиться ключ
от какой-нибудь двери посольства. Ладно, заходи, — сказал он,
открыв дверь в подъезд. Пошарив по стенке, нашёл выключа-
тель. Где-то на втором этаже над лестницей загорелась лам-
почка.
— Смотри под ноги, на ступенях битое стекло.
На третьем этаже Бадри остановился перед дверью,
на связке нащупал нужный ключ и открыл дверь в обычную
двухкомнатную квартиру. На этот раз свет был только в одной
комнате, самой маленькой.
— Пришли. Правда, темновато, но всё видно. С того дня,
когда перебежчика застрелили, здесь ничего не изменилось.
Вон матрас, на котором он лежал, — показал рукой Бадри и за-
молк, давая возможность Королёву самому осмотреться. До-
стал сигарету и закурил. Когда поднял глаза, то не поверил
своим глазам — тренер российской команды вдруг весь преоб-
разился и стал похож на ищейку, которая учуяла след. Если бы
рядом были старые друзья Королёва, то они в один бы голос
воскликнули: «Дерсу работает».
Артём сразу понял, что никто не осматривал место проис-
шествия. Он осторожно подошёл к матрасу, ощупал его, потом
перевернул. Поднял глаза на стену, на которой виднелось ры-
жеватое пятно крови, уже начинающее светлеть.
— Фонарика случайно нет? — бросил он, не оборачиваясь
в сторону Бадри.
— Отсутствует. Дома есть, но сейчас нет. А… вот твоя зажи-
галка, ты мне давал прикурить, а я в карман себе её поло-
жил — шофёрская привычка. Извини, — он пожал плечами
и протянул зажигалку Артёму.
Королёв щёлкнул колёсиком, вспыхнувшее пламя осветило
стену более отчётливо. Прямо под пятном крови просматрива-
лась нацарапанная цифра «6». Артём пальцами ощупал цара-
пину, отодвинул немного матрац, собрал щепотку извести.
Поднёс руку к носу, понюхал, потом растёр пальцами. Несо-

177
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

мненно, цифру нацарапать мог только Ли Дон Гон, а её никто


не заметил, потому что она была забрызгана кровью. Артём
чуть ли не на коленках продолжил свой поиск и через некото-
рое время в углу комнаты со стороны окна нашёл скомканный
лист бумаги. Не веря своей удаче, он медленно разгладил его
и увидел, что находке цены нет. Это был вырванный Ли Дон
Гоном лист из справочника по метеорологии. Королёв поднял-
ся на ноги и встал прямо под горящей лампочкой.
— Вот вы где! — вдруг раздался голос атташе консульского
отдела, и Беседин зашёл в комнату. Артём быстро спрятал най-
денную бумагу в карман.
— И что вы тут делаете? Полпосольства обежал, чтобы вас
найти. По вашу душу, Артём Николаевич. Сообщили мы
в Москву про вас. Так вот, вам рекомендовано до отъезда
из страны находиться в отеле. Завтра я к вам подъеду и буду
при вас. Потом кто-нибудь из сотрудников меня подменит.
Мужчины втроём дошли до калитки. Бадри тепло попро-
щался с Артёмом, обняв его напоследок.
— Удачи! — шепнул он на ухо Королёву.
— Может, вас отвезти в гостиницу? — неуверенно предло-
жил атташе.
— Спасибо. Пройдусь пешком, за полчаса доберусь до го-
стиницы. Да и поздно уже. Вам завтра работать, а мне валять-
ся в номере. Так что ещё раз спасибо за предложение. Всего
вам доброго, — Артём вскинул приветственно две ладони
вверх, развернулся и не спеша пошёл в темноту.

***

Как и несколько дней назад, он выбрал маршрут по про-


спекту Чхоллима, мимо Ледового дворца, где проходят сорев-
нования по восточным единоборствам. Прежде чем перехо-
дить улицу, Артём осмотрелся по сторонам. Опасность, что
неожиданно выскочит какая-нибудь машина, всегда была ре-
альной в ночное время в Пхеньяне. Возможность наезда

178
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

на бредущего в темноте пешехода определялась исключи-


тельно реакцией водителя. Как говорится, лучше перестрахо-
ваться.
На противоположной стороне улицы на границе перехода
света от освещения посольских ворот в кромешную тьму Ар-
тём увидел силуэт человека, который стоял, прислонившись
к высокому платану. Чуть далее виднелся припаркованный
фиолетового цвета микроавтобус.
— Уу х-ты! — пробормотал Королёв, споткнувшись в темно-
те о булыжник, неизвестно откуда взявшийся на проезжей ча-
сти. Когда он поднял голову, чтобы более внимательно разгля-
деть стоявшего под платаном человека, то никого не увидел.
Наверное, показалось, подумал Артём и, стараясь не спо-
ткнуться, осторожно продолжил движение.
Королёв специально отказался от предложения атташе, по-
тому что хотел побыть наедине и проанализировать вечерние
события уходящего дня. Визит в посольство оказался весьма
удачным и дал дополнительную информацию о гибели Ли Дон
Гона. Правда, радоваться причин пока не было. Вопросов воз-
никло ещё больше. Единственное, что не подвергалось сомне-
нию, так это факт убийства побратима, он был опасным свиде-
телем. Если исходить из версии подготовки в стране какими-то
силами покушения на Руководителя, то вырисовываются две
даты. 6 марта — день, который нацарапал на стене Ли Дон Гон,
и 8 марта — день выборов в Верховный совет народных пред-
ставителей, когда Руководитель точно будет в Пхеньяне и от-
даст свой голос на одном из избирательных участков столицы.
Но где он будет 6 марта, узнать даже теоритически невозмож-
но, настолько высока секретность всех перемещений главы го-
сударства. Впрочем, как и во всех странах мира. Так что здесь
ничего удивительного нет. С другой стороны, о факте якобы го-
товящегося покушения известно не только в Москве, но, види-
мо, и в Вашингтоне, Токио да и в Пекине скорее всего.
Однако в эту версию ну никак не вписывается лист из спра-
вочника по метеорологии. Артём даже остановился и полез
было в карман за скомканной им бумагой, но остановился —

179
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

вокруг была темень. Потом Ли служил на ядерном полигоне


и оттуда несколько суток, рискуя жизнью, добирался окольны-
ми путями в столицу, чтобы добраться до российского посоль-
ства. Зачем? Что его подвигло на такие действия?
— Тьфу! — сплюнул Королёв. — Дался мне этот Руководи-
тель. Голова не тем занята, — пробормотал он, и в памяти
вновь всплыли все события последних дней, связанные с его
«прекрасным цветком». Приятно осознавать, что Ли Хва Ми
озаботилась его здоровьем, привела врача, пригласила в ре-
сторан. Скрываемая за внешней сдержанностью радость
встречи, неподдельный блеск глаз вселяли надежду. Но увы…
На другой стороне весов были ложь, обман.
Трудно себе представить, чтобы жена заместителя мини-
стра госбезопасности не знала или не догадывалась об истин-
ных обстоятельствах смерти своего двоюродного брата,
о судьбе его родителей и семьи. С каким упорством опять же
она отстаивала версию психического заболевания Ли Дон Го-
на, защищая при этом позицию своего мужа. Вина за смерть
старого и доброго к ним профессора ложится полностью
на генерала и косвенно на неё. Ли сама организовала встречу
с историком, ведь профессор даже не знал, кого она намере-
валась к нему привести. Слежку за собой Артём не видел, тем
более на машине они передвигались практически по пустому
городу. Похоже, что офицеры уже до их приезда были около
дома профессора и ждали, когда они уедут.
Постепенно тёплые воспоминания о нежданной встрече
с Ли Хва Ми, которую Королёв похоронил несколько десятков
лет назад, отошли куда-то в глубь души, а сердце заныло
нестерпимой болью. Как такое могло произойти? Зачем она
ему лгала? Яркий свет подсветки величественной прямоуголь-
ной стелы из белого камня в память о первом и последнем
президенте прервал ход мыслей Артёма. Он почувствовал, как
нахлынувшая злость сбила дыхание. Надо успокоиться, поду-
мал он и свернул налево, на улицу Хэбансан. Быстрее бы до-
браться до отеля да лечь спать. Слишком много событий
за один вечер.

180
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Темнота вновь окутала Королёва, впереди где-то в ста


метрах смутно виднелся перекрёсток и улица Чангван, на ко-
торой находится отель «Корё». Слева тянулся длинный высо-
кий каменный забор, за которым расположился своего рода
«закрытый город», охраняемый бдительными вооружёнными
часовыми. Партийная и хозяйственная номенклатура, выс-
шие военные чины с семьями жили в этом «городе», не зная
нищеты и голода в отличие от обычных корейцев. Там всё
было к их услугам: подземные магазины, школы, парикма-
херские. Справа возвышалась тёмная громада здания.
Неожиданно чуткий слух Артёма уловил шаги за спиной.
Он обернулся, но в темноте никого не увидел. Почудилось,
мелькнула мысль. Впереди замаячили идущие навстречу два
силуэта мужчин, которые громко о чём-то спорили. Королёв
насторожился, что-то подсказывало ему, что это не просто
случайные прохожие. В столь позднее время простые корейцы
не гуляют, а сидят дома. Идут постоянные учения. Не ровён
час, на военный патруль можно нарваться со всеми вытекаю-
щими из этого последствиями. Иностранца пропустят, а мест-
ных граждан без специального пропуска отведут куда надо.
Пара подходила всё ближе и ближе. Крайний к Артёму ко-
реец на правом плече нёс рюкзачок, траектория его движения
была ровно навстречу Королёву, причём тот даже и не думал
сворачивать в сторону. Сзади вновь раздался шорох краду-
щихся шагов.
«Ясен пень, — прикинул Артём, — парни подготовленные.
Тот, который с рюкзачком, наверняка бросит его с плеча в ли-
цо для отвлечения внимания, а дальше по отработанной схе-
ме. Как говорится, знаем, плавали. Правда, трое на одного,
многовато… Главное — это опередить и не пропустить удар
сзади».
И точно, приблизившийся кореец резким движением снизу
вверх попытался швырнуть рюкзак в лицо Артёму. Королёв
предугадал действие нападавшего и, опередив его на доли се-
кунды, нанёс левой рукой мощный удар в горло противнику,
который завалился на своего напарника. То, что владелец рюк-

181
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

зака выведен из строя и причём надолго, не вызывало сомне-


ний.
«Минус один», — про себя подумал Королёв. Движение воз-
духа за спиной заставило тело автоматически уклониться
в сторону, но рубящий удар палкой сзади всё-таки слегка задел
плечо Артёма. Не раздумывая ни секунды, он с разворота на-
нёс ногой сильный удар по ноге нападавшего, заставив по-
следнего вскрикнуть от боли. Последующий за этим удар голе-
нью в корпус опрокинул корейца на землю. Третий противник
оказался самым подготовленным, и трудно сказать, чем бы за-
кончилась схватка, если б не раздавшаяся вдруг трель свистка
военного патруля.
Со стороны улицы Чангван бежали двое вооружённых сол-
дат. Нападавшие подхватили лежавшего приятеля и с завид-
ной резвостью растворились в темноте ночного Пхеньяна.
Странно как-то, не захотели быть опознанными, вот и ретиро-
вались, мелькнуло в голове Артёма.
Рука ныла, да и в груди боль не давала вздохнуть. Похоже,
трещина ребра, безразлично подумал Королёв. Ладно, отле-
жусь в номере. Послезавтра всё равно возвращаться в Москву,
а там к врачу схожу, сказал про себя Артём. Подбежавшим пат-
рульным полковник объяснил, что напали на него какие-то ху-
лиганы.

***

Когда солдаты ушли, Артём продолжил движение, стремясь


побыстрее выйти на освещённую улицу Чангван. Бережёного
Бог бережёт. Да, подумал про себя Королёв, обстановка-то на-
каляется. То, что напавшие преследовали вполне конкретную
цель, а именно избавиться от него, было очевидным. Похоже,
он подобрался вплотную к той информации, из-за которой
убили Ли Дон Гона. Вырисовывается и особенность поведения
нападавших — им не нужна огласка, а это значит, что за их
спиной стоит либо конкретное лицо, либо группа лиц, дей-

182
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

ствующих неофициально. Дойдя до улицы, Артём на всякий


случай перешёл на противоположную сторону и, держась в те-
ни строений, приблизился к отелю, который в ярких огнях
возвышался напротив него. Полковник внимательно осмотрел
вход, малочисленных прохожих, припаркованные автомоби-
ли. На первый взгляд всё спокойно.
— Ха, а вот и фиолетовый микроавтобус, — прошептал Ко-
ролёв. Незаметным не проскочишь. Небезопасно будет и в са-
мом отеле, подумал он. Время позднее, людей нет. Повяжут,
и кранты. У посольства тоже ждут, как пить дать. Одним сло-
вом, обложили со всех сторон, как волка. Артём развернулся
и пошёл в сторону реки Тэдонган. Боль в груди сковывала дви-
жение. Зафиксировать бы плотной повязкой, мелькнуло в го-
лове, но мысли переключились на решение возникшей про-
блемы — где пересидеть ночь.
Неожиданно для себя он вдруг встрепенулся, как будто
вспомнил что-то важное, и ускорил шаг.
Двигаясь по улицам ночного Пхеньяна, Королёв с удивле-
нием обнаружил, что довольно точно помнит дорогу к мосту
Янгак. Впрочем, это и не удивительно, практически все основ-
ные строения центральной части столицы сохранились.
В столь позднее время дороги были пустынны и темны.
Одинокие автомобили, включив дальний свет, на больших
скоростях изредка пролетали мимо Артёма. На всякий случай
Королёв был настороже и внимательно вглядывался в окру-
жавшую его темень, опасаясь слежки. Но всё было нормально,
уж очень резко и неожиданно для нападавших Артём пошёл т
уда, где вряд ли кто-нибудь догадался бы его искать.
С левой стороны моста, соединяющего северные и южные
районы города, открывался великолепный вид на русло реки,
в вышине пламенел факел монумента «Чучхе». На краю одно-
именного с мостом острова гордо сверкала огнями гостиница.
На южном берегу Артём уверенно повернул направо на про-
спект Сонгё-Канган.
Через минут десять справа, почти рядом с дорогой сквозь
промёрзшие кроны деревьев в темноте на фоне звёздного

183
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

неба заблестели купола Храма во имя Живоначальной Трои-


цы.
Артём медленно подошёл к церкви, поднялся на паперть
и трижды перекрестился. Дверь была не заперта. Наверное,
Великое повечерье Великого Поста недавно закончилось,
предположил Королёв. Святой Великий Пост — это время для
покаяния, когда каждый православный должен испросить
у Господа прощение своих грехов. Лишь только в Храме Артём
осознал, почему ноги привели его сюда.
Внутри была тихо и пустынно, только слышался негромкий
треск догоравших свечей и тускло горело несколько светиль-
ников. Осторожно ступая, он подошёл к Иконе Святой Троицы
Живоначальной, опустился на колени и стал молится.
Неожиданно почувствовав присутствие за своей спиной че-
ловека, он медленно обернулся и увидел священнослужителя
в чёрной одежде.
— Благословите, батюшка, — произнёс Артём, наклонив го-
лову и сложив руки перед собой ладонями вверх. — Хочу ночь
провести в молитвах, отец Феодор. Вы не будете возражать?
— Это вы? Я вас помню, вы были в воскресенье на литургии
и долго потом молились.
— Да, отец Феодор.
Священнослужитель молча осенил Артёма крестным зна-
мением и тихо отошёл в глубь храма.

***
(Сан-Франциско, ул. Миссии, 901, 12:40)

Главный редактор «Сан-Франциско кроникл» устало при-


поднял кисти рук вверх. Два часа безудержного спора со своим
помощником о названии передовицы и подаче материала
в завтрашний тираж его утомили.
— Сдаюсь! Твоя взяла… убедил, — ворчливо произнёс
главред и вновь стал смотреть проект статьи. Безудержная
волна интернет-ресурсов безжалостно топила в последнее вре-

184
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

мя печатные издания, которые отчаянно барахтались в мут-


ной среде массмедиа, пытаясь выжить. Не осталась в стороне
и одна из крупнейших ежедневных газет США на Западном
побережье «Сан-Франциско кроникл». Выжить можно было
исключительно за счёт эксклюзивных и интересных для чита-
телей материалов. Главный редактор перевернул последнюю
страницу, сощурил глаза и одобрительно хлопнул ладонью
по столу. Сидевший перед ним выпускающий редактор, худо-
щавый сорокалетний мужчина, радостно заулыбался. Слегка
дрожащей от волнения рукой снял очки и стал протирать за-
потевшие линзы.
— По сути, материал интересный и злободневный. Однако,
Джимми, не спеши радоваться. Как бы нам не вляпаться с на-
шими оценками.
— Питер! Мне пришлось напрячь своего приятеля из Пен-
тагона, чтобы убедиться в достоверности полученной от ис-
точника информации. Он косвенно подтвердил, что стратеги-
ческий бомбардировщик-невидимка может быть оборудован
для несения двух противобункерных бомб. На полученных
с Гуама фотографиях действительно видны такие авиабомбы,
хотя они и отличаются своими размерами от тех, которые при-
менялись в Афганистане. Приятель слышал, что для самолётов
В-2 разработан новый тип бомбы, более мощный, чем «Дэйзи
каттер», но на вооружение ещё не принят.
— Это я и так понял. Но Гуам не место для испытаний новых
боеприпасов. И здесь мы возвращаемся к основному пункту
нашего спора. Зачем? С какой целью стратегические бомбарди-
ровщики В-2 вооружаются супербомбами? Мы не можем оши-
биться в своих выводах. Надеюсь, ты меня понимаешь?
— Питер, — выпускающий редактор снова снял очки и стал
протирать линзы, — мы с тобой пришли к единственно воз-
можной версии, что целью применения противобункерной
авиабомбы может быть только убежище северокорейского ли-
дера. А это несколько дурно пахнет, не так ли?
— Всё! Дискуссия закончена, материал направляю в пе-
чать, — с этими словами главный редактор взял ручку и распи-

185
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

сался. — А твой чаморро молодец… Гонорар заслужил, — за-


кончил он вставая.
Джимми тоже вскочил со стула, схватил бумаги и вышел
из кабинета.

Глава пятнадцатая
(Отель «Корё», Пхеньян, 4 марта, 8:10)

Яркое весеннее солнце било прямо в глаза. Сощурившись,


Артём внимательно, как и в предыдущий вечер, осмотрел
подходы к отелю. На этот раз перед вестибюлем было много-
людно, автомашины одна за другой поднимались на пандус,
принимая в свои салоны пассажиров. Российская молодёжная
команда в полном составе, за исключением тренера, стояла
около автобуса в ожидании Пака, который чуть в стороне бе-
седовал с атташе консульского отдела посольства.
Знакомый фиолетовый микроавтобус затесался на парков-
ке между двух такси. Водитель, высунувшись из окна, курил,
лениво пуская струйки дыма вверх, изредка поглядывая
на входную дверь отеля.
Ещё раз осмотревшись и приняв для себя решение, Королёв
стремительно перебежал улицу и подошёл к Паку.
— Артём? — с нескрываемым удивлением и облегчением
чуть ли не закричал старший тренер. — Что случилось? Мы
с товарищем Бесединым с трёх часов ночи здесь с ума сходим!
Где ты был?
Пак явно был очень расстроен: старческие глаза слезились,
плечи опущены. Перед Королёвым стоял несчастный старик,
который любил его как сына.
— Ну и видок у тебя, — немного успокоившись, продолжил
старший тренер.
Артём обнял Пака и шепнул ему на ухо: «Всё нормаль-
но…» Затем, оглянувшись по сторонам, вкратце рассказал
о ночном нападении, попытке пройти в гостиницу и прове-
дённой ночи в храме. После небольшого обсуждения сложив-

186
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

шейся ситуации атташе рекомендовал Паку с командой про-


должить участие в соревнованиях, тем более сегодня был за-
вершающий день, а он тем временем останется с Королёвым
в отеле.
Только в номере Артём почувствовал усталость. Слишком
насыщенными для него оказались прошедшие сутки. Чуть
поморщившись, он разделся по пояс. Сильно ныла рука, си-
няя гематома расползлась по всему предплечью. Боль в гру-
ди не отпускала. Артём прошёл в ванную комнату, умылся.
Затем он порылся в карманах и достал найденный в комна-
те, где был застрелен Ли Дон Гон, скомканный лист из спра-
вочника по метеорологии. Рассудив, что атташе ни к чему
посвящать в свои дела, полковник разгладил бумагу, поднёс
её ближе к свету и стал внимательно разглядывать. Это был
лист с картой направлений атмосферной циркуляции в Во-
сточной Азии. Артём сначала было чертыхнулся, увидев кар-
ту. Потом стал изучать её более пристально. Ведь не зря же
Ли Дон Гон вырвал лист, да и убийцы профессора явно иска-
ли справочник по метеорологии. В правом углу еле заметно
была видна дата — месяц март, то есть атмосферная цирку-
ляция на первый месяц весны. Видно, что над Корейским
полуостровом в это время сохраняется ясная сухая и про-
хладная погода, но влажные океанические воздушные массы
начинают прорываться в сторону Дальневосточного региона
России. Королёв задумался. Карта поставила его в тупик. Для
организации покушения на Руководителя такая информация
особой ценности не представляет. С другой стороны, ясная
погода наиболее благоприятна для применения авиации
и крылатых ракет. Не зря же Вашингтон и Сеул с 9 марта
начинают масштабные военные манёвры на полуострове.
Одним словом — ребус. Артём с мыслью, что позже подума-
ет над возникшей загадкой, аккуратно свернул листок и по-
ложил его в карман.
Выйдя из ванной комнаты, он молча взял бинт из аптечки
и, показав жестами Беседину, что ему требуется помощь, на-
ложил фиксирующую повязку на грудную клетку. От обсужде-

187
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

ния последних событий Королёв и атташе воздерживались, по-


нимая, что номер наверняка прослушивается корейскими
спецслужбами.
В этот момент раздался решительный стук в дверь. Атташе
напрягся и осторожно подошёл к ней.
— Слушаю вас, — стараясь быть спокойным, произнёс он.
За дверью было тихо, похоже, стучавший не ожидал услышать
голос постороннего человека. Однако после недолгого заме-
шательства снова раздался стук.
— Мне надо увидеть товарища Королёва, — неожиданно
раздался приятный женский голос.
— Олег! Открой! — крикнул Артём и в спешке стал рыться
в чемодане, пытаясь выудить чистую футболку.
Дверь открылась, и вошла Ли Хва Ми. За спиной стоял её
постоянный в последние дни спутник — доктор Ким.
— Что с тобой? — взволнованно спросила кореянка, увидев
перебинтованную грудь Королёва и огромную гематому.
— Ничего страшного, — поспешно сорвалось с уст Артёма.
Он быстро, стараясь не морщиться от боли, надел футболку,
подошёл к шкафу и достал рубашку.
— Вот теперь готов, — продолжил он серьёзным тоном. Шу-
тить не хотелось. Может, неприкрытая жалость, мелькнувшая
в глазах кореянки, повлияла на него, а может, возникшие со-
мнения в той роли, которая отводилась Ли Хва Ми в событиях
вчерашнего дня. Да и ночь, проведённая в молитвах, оказала
очищающее влияние на Королёва.
— Прости, что в таком виде встречаю, — выдохнул Ар-
тём. — Тяжёлый день вчера выдался, — продолжил он. — Про-
ходите, присаживайтесь.
Ли Хва Ми села на стул, а доктор расположился в кресле.
В комнате повисла гнетущая тишина. Артём хоть и был
на правах хозяина, но начинать разговор не хотел. Кореянка
тоже молчала, на её лице явственно читалась обида на Коро-
лёва.
— У меня есть предложение, — вдруг подал голос атташе. —
Давайте сходим в кафе на чашечку кофе.

188
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— А почему бы и нет? — поддержал его Артём. — Тем более


я не завтракал. Если нет возражений, тогда, может, посетим
вращающийся ресторан? — Королёв, увидев как Ли одобри-
тельно кивнула головой, облегчённо вздохнул, затянувшаяся
пауза стала его тяготить. Когда гости вышли в коридор, он
придержал за рукав Беседина.
— Олег! Возьми на себя корейца, пожалуйста. Мне надо по-
быть с Ли Хва Ми наедине, — быстро проговорил он и под-
толкнул атташе к выходу.
В ресторане посетителей было мало. За двумя столиками
сидела группа китайских туристов, которые весьма шумно
комментировали открывающийся вид на Пхеньян с высоты
44-го этажа.
Королёв, быстро сориентировавшись, выбрал столик, кото-
рый находился вне зоны видимости со стороны барной стой-
ки, за которой, как обычно, стояли верные стражи режима
в лице миловидных сотрудниц министерства госбезопасности.
Отодвинув стул, он предложил кореянке сесть. Ли Хва Ми
обернулась, ища глазами своего спутника — соглядатая, но ат-
таше, взяв доктора под руку, чуть ли не силой усадил в сторон-
ке. Женщина попыталась было привстать, чтобы возразить,
однако передумала.
— Вот мы и вдвоём. Никто не мешает. Ты да я… — начал
было Артём, но тут подошла официантка, чтобы принять за-
каз. Молчание, как и в номере, затянулось. Первой не выдер-
жала Ли Хва Ми:
— Ты не ответил на мой вопрос. Что с тобой случилось, по-
сле того как мы расстались? Бинт на груди и гематома?
— Вообще-то, странный вопрос. Я полагал, что муж тебе
подробно рассказал о действиях своих подчинённых, включая
тех, с кем ты познакомилась в квартире профессора после мо-
его ухода.
— Он ничего не знает, у него аврал на работе, потерялся ка-
кой-то важный пакистанец. Злой и боится чего-то. Не до меня
ему сейчас.
— Хорошо. Ну а ты ему веришь?

189
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Да, он мой муж, и я ему верю.


Королёв замолчал, раздумывая, стоит ли дальше обострять
разговор. Посещение храма подействовало на него лучше вся-
ких антидепрессантов и психотерапевтов. Он был искренен
в своих молитвах, когда просил помощи у Святой Троицы. Го-
лова была ясная, как никогда ранее за последний год. Однако
упорство, с каким Ли защищала своего мужа, было не понятно
Артёму и начинало его раздражать. Королёв полез было в кар-
ман за лекарствами, но вспомнил, что коробочку потерял
во время стычки вчера вечером.
— Хорошо, а их личные документы, которые я отдал тебе?
Ведь твой муж, насколько я знаю, не простой генерал, а заме-
ститель министра госбезопасности.
— Он отказался говорить на эту тему, — чуть замешкав-
шись, ответила женщина. Похоже вопросы, которые ставил пе-
ред ней Артём, ей не очень-то были интересны. — Ты всё-таки
ответь мне, что с тобой случилось? Может, помощь медицин-
ская нужна. Ведь не могу же я тебя оставить в таком виде… —
продолжила она, переводя разговор на тему, которая, похоже,
волновала её больше, чем ответственность мужа за действия
офицеров в квартире профессора.
— Пожалуйста… Вчера я был в российском посольстве… —
Артём пристально посмотрел в глаза Ли, стараясь понять, на-
сколько искренна она с ним. — Я осмотрел комнату, где застре-
лили твоего брата. Кстати, он был в тот день без оружия. Про-
сто пристрелили и всё, как ненужного для кого-то свидетеля.
Исполнили это офицеры министерства госбезопасности.
По дороге в отель на меня напали трое хорошо физически под-
готовленных мужчин. Уверен, что они такие же офицеры, как
и убийцы профессора. Ну как? Достаточно или продолжить?
Ли Хва Ми в замешательстве смотрела на Артёма широко
открытыми карими глазами. В них читался неподдельный
страх за него.
— Не понимаю тогда. При чём здесь ты?
— Хорошо. Продолжу. Ты знала, что твой брат занимал
должность начальника охраны ядерного полигона? Это во-

190
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

первых. Ну а во-вторых, похоже, моё стремление узнать прав-


ду о его смерти кому-то очень не понравилось. Вот к такому
выводу я пришёл. — Артём наконец пододвинул к себе тарелку
с яичницей и принялся есть.
— Начальник охраны ядерного полигона? Странно. Первый
раз слышу… — брови Ли от изумления изогнулись вверх. Коре-
янка не играла и, похоже, говорила правду. Через несколько
секунд её лицо сначала покраснело, а затем побледнело. Те-
перь она стала понимать, почему Артём упорно настаивал
на том, что за спиной офицеров мог стоять её муж.
— А почему ты не пьёшь кофе? — спросил Королёв, ото-
двинул от себя пустую тарелку и взял в руку стакан горячего
молока.
— Только у вас в КНДР утром на завтрак в меню есть горя-
чее молоко. Почему-то сразу вспоминается детство, — добавил
он и сделал глоток.
Женщина, чувствовалось, погрузилась в себя, стремясь
разобраться в неожиданной и неприятной информации о по-
следних днях жизни своего брата и возможной причастности
к его смерти мужа.
— Завтра мы улетаем. Обо мне можешь не беспокоиться,
со мной до отъезда будут сотрудники посольства. Ситуация
со смертью профессора весьма щепетильна, и, думаю, никто
не заинтересован её педалировать, — быстро проговорил Ар-
тём. Он взял зачем-то салфетку, скомкал её, потянулся за дру-
гой, но отдёрнул руку. Последовала долгая и неловкая пауза.
Надо всё-таки подвести черту, решил он. Когда ещё удастся
им побыть вдвоём?
— Знаешь, вся эта история вокруг Ли Дон Гона дурно пах-
нет. Держись подальше от этого. Понимаю, что добиться прав-
ды не представляется возможным. Да и кому нужна теперь эта
правда?
Вопрос Артёма повис в воздухе. Полковник на минуту за-
молчал, снова стал комкать салфетку, стакан с недопитым мо-
локом отодвинул в сторону. Голова стала тяжёлой. Возникшая
неожиданно тупая боль в висках мешала сосредоточиться. Он

191
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

снова полез было в карман за таблеткой, но отдёрнул руку. Ар-


тёму понадобились значительные усилия воли, чтобы сосредо-
точиться.
— На твой вопрос я ответил и довольно подробно. Буду
признателен, если такой же получу ответ на свой вопрос, — го-
лос у Королёва слегка охрип от волнения. — Вот скажи мне.
Как так получилось, что мне пришлось тогда, в восьмидесятые
годы, покинуть Пхеньян с уверенностью в твоей гибели
во время пожара? Наверняка тебе брат рассказывал, как выта-
щил меня из вагона, где я цеплялся якобы за твой обгоревший
труп. Просто у меня в голове теперь не укладывается, поче-
му Ли Дон Гон молчал, даже словом не обмолвился о тебе, хотя
мы неоднократно с ним пересекались, в том числе и в Пхе-
ньяне. А письма? Сколько я их передал через ваше консуль-
ство во Владивостоке — не пересчитать. — Артём замолк. Ли
хотела открыть рот, но он поднял правую руку, предупреждая,
что не закончил свой монолог.
— Помню, что твои родители всегда были против наших
встреч, особенно отец, — продолжил Королёв и наклонил голо-
ву, чтобы не смотреть в глаза любимой женщины и высказать-
ся до конца.
— Партийный деятель. Решения ЦК ТПК в действии, как го-
ворится. Чистота крови нации превыше всего. Опять же после-
дующее замужество, и весьма удачное, наверное… Хотя… мог-
ла бы пару строчек написать… ведь не чужие же мы были друг
другу, поди… — выдавил с усилием из себя Артём, поднял гла-
за на Ли и вздрогнул. Лицо кореянки было как маска, на кото-
ром читались страдания и отчаяние. Из глаз текли слёзы.
— Извини, мне надо на секунду отойти, — тихим голосом
сказала Ли, встала и быстрым шагом вышла в холл ресторана.
Вернулась она минут через десять. Королёв собирался уже ид-
ти её искать. Глаза у Ли были красные, лицо бледное, но дер-
жалась она вполне сносно. Артём вскочил, чтобы отодвинуть
ей стул, но она жестом его остановила.
— Где-то и в чём-то ты прав, — с ходу начала она. —
Но не всё так однозначно, как ты думаешь. Конечно, за эти

192
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

двадцать с лишним лет мы стали другими, и я, когда увидела


тебя, долго думала, стоит ли ворошить прошлое. У тебя навер-
няка своя жизнь, семья, дети. У меня своя, — проговорила Ли
с какой-то отчаянной грустью. Артём хотел её перебить, но ко-
реянка жестом остановила его. — Я только что звонила отцу…
Разговор вышел резкий… Но я узнала правду, — женщина по-
смотрела прямо в глаза Артёму. — Мои письма к тебе забирал
Кан, в то время мы не были женаты и он был охранником от-
ца… По просьбе отца… — кореянка тяжело задышала. — Они
меня просто предали…, — продолжила она и с силой прикрыла
ладонями лицо.
Артём онемел, растерянно глядя на Ли и не зная, что ска-
зать — настолько всё было для него неожиданным. За столи-
ком, где сидел атташе с врачом, раздался какой-то шум. Коро-
лёв обернулся. Доктор пытался встать, чтобы подойти к Ли.
Артём привстал и сделал умоляющий жест, чтобы Олег попри-
держал не на шутку разбушевавшегося корейца.
Мелодичный звонок мобильного телефона, от звука кото-
рого Королёв уже успел отвыкнуть, заставил его снова сесть
за стол, где в застывшей горестной позе сидела Ли.
— Похоже, тебе звонят, — мягко произнёс Артём и дотро-
нулся рукой до кореянки.
Она вздрогнула:
— Что ты говоришь?
— Тебе звонок.
— Ах! Да, мой телефон, — поспешно сказала Ли и суетливо
достала его из сумочки. — Что!!! Как он? Врача вызвала? Дер-
жи меня в курсе дела, — взволнованно проговорила в труб-
ку она.
— Что-то случилось? — встревоженно спросил Артём.
— У отца сердечный приступ, мама скорую помощь вызва-
ла, — ответила Ли.
— Ты поедешь к нему?
— После твоего отъезда, — с какой-то злостью произнесла
кореянка, думая о чём-то другом. — Может, мой разговор по-
влиял на него? Но, — она с сомнением пожала плечами, —

193
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

у отца в последнее время были проблемы с сердцем. Он боль-


ше расстроился не из-за меня, а из-за того, что не сможет со-
провождать Руководителя во время важной инспекции, — за-
кончила Ли.
Королёв недоумевающе уставился на неё.
— Что-то я не включаюсь. При чём здесь какая-то инспек-
ция? У тебя отец с приступом, а ты про какую-то инспекцию
рассуждаешь. Поезжай прямо сейчас к отцу, успокой его, —
волнуясь за Ли Хва Ми, предложил Артём. — Кстати, можешь
меня взять с собой. До Пхёнсона ехать всего-то пару часов
на машине. Вечером вернёмся. Как ты считаешь? — неуверен-
но закончил он.
— Ты… меня… не понял, — с расстановкой, твёрдо произ-
несла кореянка. — Ты должен знать, отец никогда не считался
с моим мнением и ни во что его не ставил. У нас так приня-
то. Дети, даже будучи взрослыми, обязаны слушаться своих
родителей. Но… он меня предал, понимаешь? Он меня про-
сто растоптал. И за Кана выдал замуж вопреки моему жела-
нию. Я была тогда совсем одна, только Ли Дон Гон меня под-
держивал. — Ли замолчала. — А отец… ты слышишь? Он мне
сказал ещё тогда, что ты… погиб на войне в Афганистане. Все
эти годы я не жила, а существовала. — Слёзы вновь побежали
по её щёкам. В отчаянии она, похоже, не понимала, что де-
лать. — Но не это главное… Они забрали у меня…
Звонок телефона вновь прервал их разговор.
— Это мама, — всхлипнув, сказала Ли Хва Ми и отошла
к окну. Артём сидел, опустив голову и сжав ладонями виски.
Боль не отпускала.
Кореянка быстро вернулась и села за столик. Держалась она
хорошо, всё-таки у Ли был сильный характер.
— Так что ты собиралась мне ещё сказать? — морщась
от боли, спросил Артём.
— Позже расскажу, сейчас не время. Давай вернёмся
к моему брату. Ты был прав, когда не согласился с офици-
альной версией его гибели. Теперь и я начинаю понимать,
что в этой истории много тёмных пятен. Вчера с мужем из-

194
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

за этого разругалась. Он не хочет говорить всей правды,


уходит от вопросов. Но я приняла для себя решение, что
обязательно докопаюсь до истины. И не отговаривай ме-
ня. Ли Дон Гон был мне не только братом, но и самым близ-
ким и единственным другом. Артём? Ты что, меня не слу-
шаешь?
— Голова раскалывается. Вчера в драке потерял таблетки.
— Что же ты молчал всё это время? — Ли быстро открыла
свою сумочку, порылась там и протянула таблетку Королёву. —
Пей, это обезболивающее.
Артём положил лекарство в рот и запил водой. Потом
встряхнул головой и посмотрел на Ли, выражая готовность
к продолжению разговора.
— Хочу, чтобы ты до отъезда помог мне разобраться с ситу-
ацией вокруг Ли Дон Гона. Ну как?
— Повторяю, тебе не стоит соваться в это дело. Поверь мне.
Опасность велика. Если появились первые жертвы, то будут
и последующие. — Артём наклонился к кореянке и с убеждён-
ностью, близкой к категоричности, добавил: — Всё равно ни-
чего не изменить.
— Прошу тебя, помоги! — Ли умоляюще смотрела на Коро-
лёва.
— Хорошо, — после недолгого раздумья сказал Артём, кив-
ком подтвердив своё согласие. — Буду рассуждать сейчас, опи-
раясь на известные мне факты. Ты слушай, и если возникнут
какие-нибудь идеи, подсказывай.
Начнём с самого начала. По официальной версии, Ли Дон
Гон долго был в личной охране Руководителя. На каком-то эта-
пе, после неудавшейся попытки покушения на Руководителя
южнокорейскими спецслужбами, у него стал прогрессировать
психоз. Ли стал одержим стремлением предотвратить повтор-
ное покушение на лидера и хотел об этом сообщить в россий-
ское посольство, поскольку на его доводы начальство не обра-
щало внимания.
Однако в реальности Ли Дон Гон недавно стал начальником
охраны самого засекреченного в стране объекта. Даже ты о его

195
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

назначении ничего не знала. Ведь так? — Артём посмотрел


на кореянку. Та у твердительно кивнула.
— Твой брат вдруг срывается с места службы и пытается
добраться до российского посольства. При этом его объявляют
в розыск и ищут по всей стране. В Пхеньяне он посещает про-
фессора. Просит у него справочник по метеорологии и выры-
вает нужный ему лист.
— Какой лист? Откуда ты знаешь? — перебила Артёма Ли.
— Во-первых, об этом мне сказал сам профессор, а во-вто-
рых, вырванный лист я нашёл в комнате, где застрелили твое-
го брата. Это лист с описанием циркуляции воздушных масс
в Восточной Азии в марте месяце. Так, давай пока лист
из справочника отложим в сторону. Он пока нам ничего не мо-
жет подсказать.
Пошли дальше. Ли Дон Гона убивают при передаче его
местным властям. Есть один нюанс. Твой брат был готов гово-
рить только с послом, но тот, к сожалению, до сих пор в отпус-
ке. Оружия у него не было. Ли был сильно истощён, слаб
и не мог оказать серьёзного сопротивления.
То есть его просто пристрелили, выдав версию, что якобы
он оказал вооружённое сопротивление. — Артём протянул ру-
ку, взял недопитый стакан с молоком и жадно начал пить. —
Извини, что-то в горле пересохло.
— Может, кофе ещё заказать? — предложила Ли Хва Ми.
— Не возражаю.
Кореянка позвала официантку.
— Тебе с сахаром?
— Нет.
— Нам два кофе, без сахара, — сделала заказ Ли.
— Продолжим. Значит, можно предположить, что твой
брат, выполняя свои обязанности по охране ядерного полиго-
на, стал свидетелем какого-то события или разговора и хотел
донести эту информацию до российского посла. Почему имен-
но посол? Ответ пока вижу один: все пути доступа к Руководи-
телю для него были перекрыты, и он решил воспользоваться
единственным шансом, зная, что Великий полководец часто

196
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

приглашает к себе российского посла и находится с ним в хо-


роших отношениях.
С другой стороны, у меня есть информация, что южане яко-
бы готовят покушение на лидера КНДР. Ведь не зря засуети-
лись американцы и японцы. К 9 марта в районе Корейского
полуострова будет сосредоточена огромная куча кораблей
и авиации ВС США и Японии. И дата подходящая, ведь 8 марта
выборы, а Руководитель обычно голосует в Пхеньяне на одном
из избирательных участков… — Королёв прервал свои рассуж-
дения, увидев подходящую к их столику официантку с кофе.
— Ваш кофе, — девушка поставила на стол две белоснеж-
ные чашки на блюдцах.
— Итак, — Артём сделал глоток. — На чём мы останови-
лись?
— Выборы, — подсказала Ли.
— Ага. Таким образом, он будет на публике и относительно
доступен, по крайней мере для высокопрофессионального
снайпера или подрывника. Но у меня чувство, что здесь что-то
не так… Не могу пока связать всё в логическую цепочку. — Ар-
тём перевёл дух, достал сигарету и закурил. Ли смотрела
на него круглыми глазами, в которых читалось неподдельное
восхищение.
— Знаешь, даже у нас в государственном комитете обороны
никто не знает, на каком участке Руководитель будет голосо-
вать. Обычно решение принимает начальник Управления
охраны в самый последний момент с учётом безопасности, —
встряла в монолог Артёма Ли, воспользовавшись паузой.
— Вот. И я о том же. Информация о месте голосования ста-
нет известной в лучшем случае 6 или 7 марта. Время на подго-
товку покушения минимальное, а самое важное то, что должен
быть в ближайшем окружении руководителя предатель, кото-
рый и сообщит диверсантам время и место. Но всё равно, пола-
гаю, уж очень сложно осуществить задуманное. Шансы на успех
ничтожны. — Артём затушил сигарету и почесал правое ухо.
— Смотри дальше, — задумчиво продолжил Королёв. —
В комнате, где был застрелен Ли Дон Гон, кроме листа из спра-

197
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

вочника, я обнаружил нацарапанную на стене цифру 6. Она


была залита кровью, но к моменту моего посещения пятно по-
светлело и цифра стала видна. Следы скола и штукатурки све-
жие, значит царапину сделал твой брат. Что за этим стоит? —
вопросительно посмотрел на кореянку Артём.
— Трудно сказать, что значит эта цифра… Ой! — восклик-
нула вдруг Ли и прикрыла рот ладонью. — Руководитель
6 марта прибудет с инспекцией на ядерный полигон, — про-
шептала она. — Видишь ли, наша страна под руководством Ве-
ликого полководца стремится отстоять свою независимость.
Для этого наши учёные, в том числе из академгородка, где
партийный комитет возглавляет мой отец, разрабатывают
«оружие возмездия». Возможно, будет готовиться очередное
испытание, — добавила она и быстро посмотрела по сторонам,
нет ли поблизости чужих ушей.
— Ты хочешь сказать, что 6 марта может быть испытание
ядерного оружия?
— Нет. Проверка. Отец как-то проговорился, что реальные
испытания скорее всего будут проведены ближе к лету.
— Так твой отец должен был присутствовать именно
на этой проверке?
— Ну да, — женщина кивнула головой.
— То есть послезавтра? Значит, получается, что Ли Дон Гон
был начальником охраны полигона и, по всей видимости,
что-то узнал. Во время инспекции должно что-то произой-
ти… — задумчиво проговорил Артём. Он и не заметил, как
боль в голове отступила. Аналитика, конёк полковника, все-
цело увлекла Королёва. Мысли работали чётко, в памяти
всплывали нужные факты, и картинка постепенно приобрета-
ла свои реальные очертания.
— Не зря же твой брат в посольстве всё время твердил сло-
во «катастрофа». Понимаешь? Не «трагедия» или «происше-
ствие», а именно «катастрофа», — продолжил он, но неожи-
данно затих, как будто что-то вспомнил.
— Ну надо же! Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! Говоришь,
что твой муж сбился с ног в поисках пакистанца? Так я вспом-

198
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

нил! Представляешь! Вспомнил! — Глаза Артёма заблестели —


чувствовалось, что он нашёл очень важное звено в логике сво-
их рассуждений.
— Что вспомнил? — Не томи. — Кореянке передалось воз-
буждённое состояние Королёва.
— Не что, а кого! Самого Аймаля Махмуда, ученика «отца»
пакистанской ядерной бомбы Абдулы Кадыр Хана, создавшего
международную сеть нелегальной торговли ядерными техно-
логиями. Этот Аймаль, блестящий в прошлом учёный, похоже,
за очень большое вознаграждение оказывал помощь вашим
физикам-ядерщикам в создании ядерного взрывного устрой-
ства. Вот так-то.
Артём и Ли Хва Ми замолчали.
— Ты знаешь, он давно пропал из виду, — нарушил молча-
ние Королёв. — И не зря, поскольку ему грозила тюрьма в Гу-
антанамо за подпольную торговлю ядерными технологиями.
Опять же странно всё это как-то. Он же был в руках у амери-
канцев… — задумчиво добавил полковник.
В глазах Ли Хва Ми читался ужас. Постепенно она взяла се-
бя в руки и преобразилась — должность заместителя отдела
по внешним связям государственного комитета обороны обя-
зывала быть решительной.
— Надо срочно предупредить Руководителя, — твёрдым го-
лосом произнесла она.
— Хм. И как ты представляешь это сделать? У тебя есть
конкретные факты? Что ты реально можешь сообщить? Наши
догадки? Потом, что именно должно произойти? Покуше-
ние? — Артём снова почесал за ухом, полез за сигаретой в пач-
ку, но она была пуста. — Чёрт! Сигареты закончились.
— Слушай, — после некоторого молчания произнёс он, —
а что за инспекция? Что конкретно должны показать Руково-
дителю?
— Точно не могу сказать, но у нас в отделе ходили слухи,
что ядерный заряд уже подготовлен и его должны начать за-
гружать в шахту.
— Ого! Так это меняет дело. — Артём чуть не подпрыгнул

199
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

на стуле от осенившей его догадки. — Если следовать логике


подготовки и испытания ядерного боезаряда, то существует
общепринятая схема. Смотри. Перед загрузкой взрывного
устройства в штольню или тоннель обычно проверяются все
коммуникации, прохождение сигналов, аварийная защита
и так далее… Получается, что на полигоне в это время может
быть осуществлена диверсия. Кто-то хочет затормозить про-
цесс разработки ядерного оружия, не правда ли? — Артём за-
молчал и наморщил лоб. Что-то не давало ему покоя, как буд-
то он упустил нечто важное. Но что? Он взял чашку и допил
остатки кофе, даже не почувствовав его вкуса.
— Отель! Точно, отель!
Ли Хва Ми стала уже спокойнее относиться к всплеску идей
и домыслов, которые буквально рекой лились из уст Артёма.
— Аймаль в отеле был под присмотром, но… умудрился уй-
ти, и не без помощи… главы американской миссии по захоро-
нению останков военнослужащих США. Во как! Ведь я их ви-
дел вдвоём в лифте перед исчезновением пакистанца, и у него
в руках были авиабилеты.
В голове полковника «мощный компьютер» с огромной
скоростью просчитывал все возможные варианты. Рука авто-
матически потянулась в карман, и Артём достал аккуратно
сложенный лист из справочника по метеорологии. Королёв
тщательно его разгладил и стал рассматривать с учётом новых
обстоятельств. Ведь не зря его старый друг вырвал и взял с со-
бой этот лист. Он, видимо, придавал ему очень важное значе-
ние. Да и офицеры министерства госбезопасности переверну-
ли всю библиотеку профессора. Может, как раз этот листок
и есть ключ к разгадке цели диверсии?
— Что ты хочешь найти на этом листе? — неожиданно раз-
дался голос Ли. — Ты уже минут пять на него смотришь.
— У меня не выходит из головы, зачем твоему брату пона-
добился справочник по метеорологии. Хотя… Похоже, я начи-
наю понимать, но не могу в это поверить! Настолько безрассуд-
но и дико моё предположение. Смотри! Видишь направления
стрелок циркуляции воздушных масс на севере полуострова?

200
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

В отличие от зимнего периода часть потоков в начале марта


устремляется на Приморскую область и Хабаровский край. Вот
в чём закавыка! Если в результате диверсии будет радиоактив-
ное заражение местности и выбросы в воздух, то возникнет ре-
альная угроза Дальневосточному региону моей страны. Отсюда
становится понятным стремление твоего брата попасть в рос-
сийское посольство и предупредить посла. Ли Дон Гон скорее
всего подслушал разговор Аймаля с кем-то. — Артём откинулся
к спинке стула, лицо его побледнело. — За спиной же пакистан-
ца отчётливо маячит этот глава миссии. Не зря же они тайком
встречались? А? Но опять же, всё это предположения, догадки.
— Артём! — тихо произнесла Ли Хва Ми. — Давай поедем
к отцу. Он дома лежит, выскажем наши соображения. У отца
есть непосредственный выход на Руководителя. Этим делом
займутся специальные службы. Найдутся тогда и виновники
гибели моего брата, а его родители и семья выйдут на свободу.
Как ты думаешь?
— А если в этом замешан твой муж? — Королёв пристально
посмотрел на кореянку.
Лицо Ли Хва Ми приобрело сероватый оттенок, веки, при-
крыв глаза, дрожали, тело всё окаменело. Но так продолжалось
недолго.
— Буду только рада, если освобожусь от рабства, —
с не присущей ей злостью в голосе прошептала женщина.
— Тогда прямо сейчас и поедем, а вечером вернёмся, ведь
завтра возвращаться в Москву. Позвони матери, предупреди
её, — попросил Артём. — Только давай поедем без твоего веч-
ного соглядатая, — добавил он и вопросительно посмотрел
на кореянку. — Боюсь, что именно он сливал до этого содержа-
ние всех наших разговоров твоему мужу.
— Согласна, — ответила Ли Хва Ми и позвонила по телефо-
ну матери, не забыв предупредить, что приедет с Артёмом.
— Тогда вперёд. Атташе придержит твоего спутника, а мы
удерём. Королёв схватил Ли за руку, и они вдвоём быстро вы-
бежали из ресторана. Теперь надо было выйти из отеля так,
чтобы не попасть на глаза людям, сидящим в микроавтобу-

201
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

се. Ли Хва Ми решила эту проблему быстро и решительно.


Представитель ГКО мог позволить себе любую прихоть. Поэто-
му администратор отеля просьбе Ли Хва Ми не удивился и вы-
вел их через запасной выход, к которому вскоре подъехала ма-
шина Ли.

***

Через полчаса стремительной езды за окнами замелькали


здания северной окраины Пхеньяна. Джип вырвался на пу-
стынную трассу и стремительно понёс своих пассажиров
в Пхёнсон.
Для Ли Хва Ми и Артёма время остановилось. Они молча
смотрели друг другу в глаза и молчали. Слова теперь им были
уже не нужны. После всего сказанного и пережитого невиди-
мые нити любви вновь их опутали, как в молодости, связывая
всё крепче и крепче.
— Артём! — первой очнулась кореянка. — Самолёт у тебя
ведь днём? Так останемся тогда в Пхёнсоне до утра. Там тебе
ничто не будет угрожать. Как ты считаешь? — Ли крепко сжала
руку Артёма.
— Конечно же! Ты не представляешь, как я рад, — весело
ответил Королёв, но неожиданно вздрогнул.
— Самолёт, говоришь! — произнёс он почему-то задумчи-
во. Перед его глазами вдруг всплыло лицо пассажира из биз-
нес-класса.
— Что с тобой? — с удивлением посмотрела на него Ли
Хва Ми.
— Понимаешь, не даёт мне покоя этот глава американской
миссии. Если он связан с организацией диверсии, то завтра
тоже должен улететь со мной одним рейсом. Правильно?
— При чём здесь он? Ничего не понимаю, — сказала жен-
щина.
— Везде, где дурно пахнет, всегда надо искать американ-
цев. Или, если перефразировать классиков, надо искать тех,

202
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

кому выгодна диверсия на полигоне. Вот и получается, что


в этой игре должен быть опытный американец, чтобы реали-
зовать операцию, задуманную наверняка руководством США.
А Аймаль, скорее всего, кроме помощи вашим специалистам,
подготовил какую-нибудь гадость на полигоне по указке аме-
риканцев. Этим и объясняется тот факт, что его никто реально
не ловил и он до сих пор не сидит в тюрьме.
Артём потёр виски и задумался. Весь его вид говорил о на-
пряжённой работе аналитика, стремящегося найти ответы
на вновь появившиеся вопросы и спрогнозировать дальней-
ший ход событий.
— Теперь и последний пазл лёг на место, — Артём погладил
левой рукой волосы, губы чуть скривились в усмешке. — Лихо
закрутили американцы, — продолжил он, вспомнив информа-
цию Кондратьева по Дальнему Востоку.
— Ты меня пугаешь, — с озабоченностью в голосе промол-
вила Ли.
— Если мои рассуждения верны, то картинка становится
все ярче и яснее. Смотри. Вашингтон разворачивает около по-
луострова под видом учений мощную группировку своих во-
оружённых сил. В это время на ядерном полигоне во время
инспекции объекта Руководителем осуществляется диверсия.
В итоге американцы убивают двух зайцев: техногенная ката-
строфа приводит к хаосу не только на полуострове,
но и на территории Дальневосточного региона моей страны.
Здесь как раз уместен листок из метеорологического справоч-
ника. Одновременно с этим ликвидируется руководство КНДР
со всеми вытекающими из этого последствиями.
— Артём! Но это же бред какой-то, — прошептала Ли Хва
Ми. В её глазах отчётливо читался страх. Но Королёв смотрел
мимо неё, продолжая напряжённо о чём то думать.
— Наверняка и американец улетит завтрашним рейсом,
подготовив и организовав операцию. Ха-ха, — рассмеялся Ар-
тём, — а вот это мы и проверим. Американец проживает в Мё-
хансане1 в отеле, и он — наше главное доказательство.
Артём торжествующе посмотрел на Ли Хва Ми.

203
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Меняем курс и едем в Мёхансан, — твёрдо произнёс Ко-


ролёв и посмотрел на кореянку.
— Ты что? Собрался его схватить и привезти с собой
в Пхёнсон к отцу? Так он там не один, скорее всего. А вдруг ты
ошибаешься и американец совсем не тот, за кого ты его выда-
ёшь? Как ты добьёшься от него признаний? Пытать будешь?
Нет. Я не поддерживаю твою идею. Какая-то авантюра получа-
ется. Тем более времени у нас почти не осталось, — взволно-
ванно произнесла кореянка.
— Дорогой ты мой человек! Кого похитить? Ты что? Всё
значительно проще. Коротко с ним переговорю и тут же уда-
люсь. Не волнуйся, всё будет хорошо. Пойми, мы снова нашли
друг друга, и ни к чему мне неприятности, тем более крими-
нального характера. Потом не забывай, что меня продолжают
преследовать какие-то люди, и у них намерения не очень то
доброжелательные, — сказал Артём, заметив, что женщина за-
метно обеспокоилась.
— Ли Хва Ми! — продолжил он. — В одном ты права, чего
у нас нет, так это времени. Стоп, — вспомнив что-то, вдруг
произнёс Артём. — Останови машину и… мне нужен твой те-
лефон. Пожалуйста! — умоляюще попросил Королёв. Ли, ни
слова не говоря, молча протянула ему сотовый телефон.
Полковник выскочил из машины. Достав из кармана какой-
то предмет, он присоединил его к телефону. Видно было, что
говорил в основном Артём, в такт словам покачивая головой,
стараясь быть убедительным для далёкого адресата. В конце
разговора бросил какой-то предмет на дорогу и каблуком его
раздавил. Ошмётки ударом носка ботинка отправил в кювет.

1
Туристическая зона в предгорьях Мёхан, 150 км к северу от столицы.

204
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

***
(Москва, 07:10)

Генерал стоял в нелепой позе в коридоре своей квартиры,


продолжая сжимать в руке ещё горячую трубку телефона после
разговора с Артёмом. Левая рука была продета в пальто, кото-
рое мешком наполовину лежало на полу. По лицу катились
капли пота.
Тот поток информации, который Дерсу вылил ему на голо-
ву, ошарашил Кондратьева своей неожиданностью и фанта-
стичностью предположений. Не верить своему другу он
не мог, но и считать сведения достоверными тоже не пред-
ставлялось возможным. Но опять же, теперь стали очевидны
и понятны последние действия американцев как на Сахалине,
так и во Владивостоке, которые до сих пор никак не вписыва-
лись в складывающуюся ситуацию вокруг Корейского полуост-
рова.
— Ай да сукин сын! Ай да молодец! — повеселевшим голо-
сом произнёс генерал. Сколько он знал Артёма, всегда втайне
восхищался его «чуйке», способности рассмотреть за простой
обыденностью фактов логическую цепочку и выхватить наи-
более важное звено.
— Так, хватит чесать свою лысину, надо быстро готовить
доклад на самый верх, — сам себе приказал генерал. — Време-
ни остаётся в обрез, главное — успеть согласовать все вопросы
с другими ведомствами для принятия экстренных мер в случае
возникновения чрезвычайной ситуации на Дальнем Востоке.

205
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

***
(Секретная база спецотряда «Пэкту», пригород Пхеньяна,
12:25)

Чжу Вон, обнажённый по пояс, стоял перед умывальником


и, пофыркивая от удовольствия, обливался текущей из един-
ственного крана холодной водой. После трёх часов, проведён-
ных с подразделением на полосе разведчика в интенсивных
тренировках, приятно ломило тело. Особое удовлетворение
Чжу доставили спарринг-бои с двумя инструкторами. Он лю-
бил работать один против двух и предпочитал выбирать для
рукопашного боя наиболее сильных бойцов, за плечами каж-
дого из которых было минимум пятнадцать лет службы в от-
ряде.
Майор до красноты растёр тело полотенцем и надел майку,
когда раздался стук в дверь и в комнату вошёл офицер радио-
технической разведки.
— Товарищ командир, перехвачен телефонный разговор
объекта Л.
— Давай сюда. — Чжу быстро пробежал текст глазами, по-
смотрел на офицера и знаком руки дал тому понять, чтобы тот
вышел из кабинета. Ситуация принимала явно непредсказуе-
мый характер, и действовать надо было немедленно. Майор
достал сотовый телефон и набрал номер Куратора.
— Слушаю. Что случилось?
— Нами перехвачен телефонный разговор объекта Л. с ма-
терью. Объект вместе с русским выехал из отеля в Пхёнсон
к родителям. Её отец дома лежит после сердечного приступа…
Не исключено, что через него они попытаются выйти на Руко-
водителя…
— Что? — со злостью в голосе перебил Куратор. — Вы рус-
ского не ликвидировали?
— Были проблемы с его задержанием, но он потом исчез…
Куратор молчал, было лишь слышно его тяжёлое дыхание.
После минутной тишины раздался голос человека, который
принял конкретное решение:

206
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Можешь распрощаться с жизнью, если русский и объект


Л. живыми доберутся до Пхёнсона. Ясно? — зловещий тон
не оставлял никаких сомнений в серьёзности сказанного.
— Но это не всё… — чуть замешкался майор, — с телефона
объекта Л. зафиксирован факт выхода на международный ро-
уминг с абонентом в России. Однако разговора как такового
расслышать не удалось, похоже, была применена какая-то
шифровальная техника…
— Значит, так, — раздался сухой голос Куратора, — для
проведения операции возьмёшь… боевую пару наших гостей,
третьего оставишь на конспиративной квартире. — Трубка те-
лефона снова замолчала. Чжу стоял побледневший, плохо
представляя себе, каким образом ему удастся перехватить
машину с русским и объектом Л., которые уже несутся в сто-
рону академгородка.
— Слушай внимательно и запоминай. Забираешь с кон-
спиративной квартиры боевиков, сажаешь в свою машину,
птицей летишь в Управление охраны. Там тебя встретят, вру-
чат разрешение на проезд по секретной подземной трассе,
соединяющей Пхеньян с Пхёнсоном. Боевикам запрети
не только рот открывать, но даже смотреть на офицеров
из Управления. Они их быстро раскроют. Разрешение будет
за моей подписью.
Перехватить машину с объектом Л. успеешь. Пока будешь
ехать, продумай план действий. Всех пассажиров машины
ликвидировать, но предварительно допроси русского. Глав-
ное — узнай, какой информацией он обладает и что он успел
сообщить в Россию. Назад вернётесь поверху.
И последнее, времени у нас осталось мало для подготовки
к запасному варианту в Пхеньяне. К твоему сведению, избира-
тельный участок определён. Это будет университет имени Ким
Ир Сена. Мы с тобой такой вариант не исключали. Да, кстати.
Посылка у тебя?
— Нет у меня её, — спокойно, с нотой удивления в голосе
ответил Чжу.
— Как нет?

207
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Так по плану посылку я должен забрать как раз сегодня


днём, а завтра утром передать вам, когда вы приедете в город.
Теперь накладка получается, да и американец улетает завтра
в 13:00 в Пекин.
На противоположной стороне повисло тягостное молчание.
— Будем действовать тогда следующим образом. После
операции в Пхёнсоне решаешь вопрос с посылкой. В действи-
ях тебя ничем не ограничиваю. Посылка должна быть у меня
любой ценой. Всё.
Голос в трубке телефона замолчал, и раздался звук отклю-
чения абонента. Чжу Вон облегчённо вздохнул, быстро оделся
и вышел из комнаты. Теперь перед ним стояла ясно постав-
ленная задача. А как исполнителю, ему не было равных, на-
верное, во всех спецслужбах Северной Кореи.
Последующие его действия лишь подтвердили профессио-
нализм майора. Уже через пятнадцать минут он, Гюн и Кэгури
мчались к Управлению охраны.
Для того чтобы добраться до секретной подземной трассы,
понадобилось пройти два контрольно-пропускных пункта.
Неприметный каменный забор и шлагбаум с вооружённым ча-
совым в центре столицы были обычным явлением. В городе
охранялись почти все, хоть мало-мальски значимые, объекты.
Отличие заключалось лишь в том, что под защитного цвета
накидкой у постового были майорские погоны и вооружён он
был автоматическим оружием. Кроме часового, осуществля-
лась и скрытая от посторонних глаз охрана подземной трассы.
Взглянув на удостоверение Чжу Вона, майор на первом
КПП передал ему пропуск и указал на железные ворота в глу-
хой стене небольшого, ничем не приметного пустынного дво-
рика. Перед воротами была вторая проверка.
Только когда закрылись за машиной тяжёлые железные во-
рота, Чжу Вон осознал, куда он попал. Вглубь, а точнее в без-
дну, уходила ровная как стрела дорога. Гранитный дорожный
настил, мраморная облицовка тоннеля, яркий свет, загорав-
шийся по мере движения автомобиля, заставили притихнуть
даже видавших и не такое боевиков. Настолько был разителен

208
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

контраст увиденного ими за несколько дней пребывания


в стране с открывшимся их взору подземным царством.
Чжу выжимал из джипа всё, что мог.
«Да по такой дороге можно скоростные рекорды ста-
вить», — подумал он и вновь с силой вдавил педаль газа в пол.
Меньше часа им понадобилось, чтобы преодолеть расстояние
в полторы сотни километров по подземной трассе. По подсчё-
там Чжу, им удалось опередить автомашину объекта Л. мини-
мум на полчаса.
Место перехвата майор подобрал быстро и сразу же орга-
низовал засаду на крутом повороте, где автомашина должна
притормозить. Сам надел на рукав повязку патрульной служ-
бы и остался стоять на обочине дороги.

***
(Отель «Хянсан», горный заповедник «Мёхянсан», КНДР,
14:17)

— Скажи водителю, чтобы он не подъезжал к входу отеля.


Припаркуйтесь у левого крыла здания, — попросил Артём Ли
Хва Ми.
Когда машина притормозила, Королёв вышел и быстрым
шагом прошёл в просторный, с высоким сводчатым потолком
вестибюль отеля «Хянсан». Светло-жёлтый мрамор был повсю-
ду: высокие колонны, стены, блестящий, выдраенный до блес-
ка пол. Артём был здесь впервые и слегка опешил от такой вы-
зывающей роскоши отеля. Оглядевшись, в углу увидел стойку,
за которой стоял молодой кореец с приветливой улыбкой.
— Добро пожаловать в наш отель! — продолжая улыбаться,
произнёс кореец на неплохом английском языке.
— Здравствуйте! — в свою очередь улыбнувшись, поздоро-
вался Артём также на английском языке. — Я из немецкого по-
сольства, — спокойно сказал Королёв и протянул корейцу ви-
зитку посла, которую сохранил в портмоне со дня открытия
спортивных соревнований. Это как раз и была его идея. — Мне

209
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

надо встретиться с главой американской миссии по поиску


останков военнослужащих США и передать ему приглашение
от имени посла. Не могли бы вы меня проводить к нему?
— С удовольствием. Мистер Стив Макфорт с утра у себя
в номере. Из-за спины корейца незаметно появилась моложа-
вая кореянка и заняла освободившееся место за стойкой.
Артём и провожатый подошли к стеклянному лифту и под-
нялись на четвёртый этаж. В коридоре было тихо, создавалось
впечатление, что в номерах вообще никто не живёт.
Когда подошли к двери, кореец осторожно постучал. Ждать
пришлось недолго. Дверь распахнулась, и в коридор вышел мо-
лодой мужчина высокого роста с короткой стрижкой. Намётан-
ный глаз Артёма чётко определил, что стоящий перед ними па-
рень военнослужащий и, скорее всего, морской пехотинец.
Американец скользнул цепким взглядом по Королёву, и всё
внимание обратил на сотрудника отеля.
Кореец хотел было уже открыть рот, но Артём движением
руки остановил его.
— Извините. Я из немецкого посольства. Рихард Браун.
У меня приглашение для мистера Стива Макфорта от посла.
Королёв передал американцу визитку главы германской
дипмиссии. Морпех молча взял визитку и исчез за дверью. Че-
рез пару-тройку минут дверь вновь приоткрылась, и он же-
стом пригласим Артёма войти.
В глубине гостевой комнаты за журнальным столиком
в кресле сидел пассажир бизнес-класса, прилетевший вместе
с российской командой чуть более недели назад.
— Привет! — произнёс американец, разглядывая визитку
посла. — Проходите и присаживайтесь.
— Рихард Браун, — повторно представился Королёв. Когда
Артём решал, чей визиткой воспользоваться, то выбрал визит-
ку Людвига фон Берга. Во-первых, посол не так давно заехал
в страну. Скорее всего, с ним приехала и его команда. Вряд ли
американец мог знать кого-либо из них в лицо. Ну и во-вто-
рых, английский Королёва был не настолько безупречен, что-
бы выдавать себя за англосакса.

210
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Господин посол Людвиг фон Берг просил передать вам,


мистер Макфорт, наилучшие пожелания и велел проинформи-
ровать, что двадцать третьего марта посольство планирует
провести традиционный для немцев праздник весны. Будут
приглашены близкие Берлину по духу главы дипмиссий. Если
вы сочтёте возможным принять участие в нашем мероприя-
тии, то официальное приглашение будет направлено вам с ку-
рьером в ближайшее время.
— Когда? Двадцать третьего марта? О! Весьма признателен,
что германский посол вспомнил обо мне, хоть мы и встреча-
лись всего один раз. Но, к сожалению, — глава миссии достал
из кармана платок и вытер им лоб, — меня ждут в Вашинг-
тоне, и я завтра вылетаю в Пекин. Ещё раз передайте от меня
благодарность послу за приглашение. Всего хорошего. — Аме-
риканец приподнялся и пожал руку Артёму.
Королёв слегка склонил голову и хотел было идти к двери,
как вдруг раздался необычный телефонный звонок. Глава мис-
сии, не обращая внимания на Артёма, выхватил из сумки
спутниковый телефон. По мере того как он слушал далёкого
собеседника, гамма разнообразных чувств читалась на его ли-
це: от растерянности до полного отрешения. В комнате повис-
ла тишина. Все трое присутствующих в комнате стояли
и не двигались. Конечно, Артём явно был здесь лишним,
но его никто не выгонял и особо не обращал на него внима-
ния. Наконец хозяин комнаты пришёл в себя, сел в кресло
и откинулся на спинку.
— А! Вы ещё здесь? Это к лучшему. Передайте фон Бергу,
что я с большим удовольствием приму участие в вашем меро-
приятии. Счастливо.
Королёв вышел в коридор. Состояние его было такое же,
как и у американца, — ошарашенное. Вся его аналитика рас-
сыпалась как карточный домик.
Если он остаётся, то что-то в планах американцев поменя-
лось. Артём теперь был на все сто процентов уверен, что Стив
Макфорт не тот человек, за кого он себя выдаёт. Перед ним
в номере сидел наверняка очень опытный оперативник, ма-

211
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

стер хитроумных операций — это читалось в его глазах и пове-


дении.
Странная картина теперь получается. Вряд ли американец
остаётся для того, чтобы лично подышать радиоактивной пы-
лью. А вот проконтролировать ликвидацию Руководителя
во время выборов и поучаствовать в последующей расстановке
политических сил в стране — вполне подходящая для него за-
дача.
— Надо связаться с Кондратьевым, — пробормотал полков-
ник, но, сморщив лоб, вспомнил, что самолично и совсем
недавно уничтожил устройство, шифрующее телефонные раз-
говоры.
С этой мыслью Королёв зашёл в лифт и нажал кнопку лоб-
би. В этот же момент внизу тронулся второй лифт, в котором
стояли Чжу Вон и Гюн и напряжённо о чём-то говорили. Коро-
лёв очень удивился бы, если бы услышал содержание их разго-
вора. Речь шла как раз про него и «потерявшуюся» машину,
которую Чжу Вон обнаружил припаркованной около отеля
и пассажиров которой надо ликвидировать.
Сев в машину, Артём вкратце описал происшедшие собы-
тия в номере американца и высказал свои соображения, прав-
да уже не совсем уверенно.
— Артём! Едем к нам домой, по дороге ещё раз всё обдума-
ем. Для начала хватит информации об этом американце. По-
советуемся с отцом. Он скорее всего сообщит о наших предпо-
ложениях не в министерство госбезопасности, а в Управление
охраны. — Произнеся слово «госбезопасности», Ли Хва Ми бо-
лезненно поморщилась. Там работает муж Ли. Какую роль он
играет во всей этой истории, ей становилось всё более непо-
нятно.
— Для меня сейчас существуешь только ты, и нам о многом
и крайне важном надо будет поговорить. Давай пока немного
помолчим, у нас впереди целая ночь… — женщина подвину-
лась, поцеловала Артёма и доверчиво прижалась к нему. —
Устала я что-то сегодня.

212
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

***

Чжу Вон стоял напротив Хундертвассера и сверлил того


взглядом, не предвещавшим ничего хорошего американцу.
Морпех молча сидел на диване. К его затылку Гюн приста-
вил пистолет с глушителем, лишив помощника главы амери-
канской миссии возможности к сопротивлению.
— Что значит «операция отменяется»? У меня чёткий при-
каз — забрать посылку, — произнёс Чжу Вон.
— Майор! Расслабьтесь и успокойтесь, — с этими словами
Хундертвассер сел в кресло.
Он не спеша достал коробку с сигарами, открыл её и поню-
хал содержимое, зажмурив от удовольствия глаза.
— Операция не отменяется полностью, а переносится
на более подходящее время. В её подготовку вложено слишком
много средств, чтобы взять и просто так отменить. Но ситуа-
ция кардинально поменялась, поэтому прошу вас сегодня же
донести до своего Куратора, что в силу вступает запасной ва-
риант. Не зря же я направил вам в помощь две самые лучшие
в Восточной Азии снайперские группы. — Американец с гор-
достью посмотрел на Гюна, который, в свою очередь, как-то
странно глядел на Хундертвассера.
— Ты ведь справишься с задачей? Не так ли? — обратился
он к снайперу. Арнольд был спокоен, поскольку был уверен
в том, что ситуация под контролем. С учётом Гюна их было
трое, а Чжу Вон — один.
— И ещё, майор. Передайте Куратору, что мы на него рас-
считываем и окажем соответствующую поддержку. Серьёзную
поддержку, — многозначительно произнёс Хундертвассер
и поднял вверх указательный палец правой руки.
— Теперь у меня вопрос, — Арнольд взял в руки сигару
и небольшие ножницы. — Место акции определено?
— Да, район университета. Объект будет там голосовать, —
успокоившись, ответил Чжу Вон.
В этот момент раздался глухой удар. Чжу Вон и Хундертвас-
сер одновременно повернулись в сторону дивана, где сидел

213
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

морпех. Последний тихо соскользнул с дивана на пол. Он был


без сознания. Похоже, Гюн его нейтрализовал. Дуло пистолета
теперь было направлено на Чжу Вона. Гюн, практически не це-
лясь, выстрелил, и майор упал на пол лицом вниз.
— Ты что делаешь? — вскрикнул американец.
— Сидеть, — не терпящим возражений голосом твёрдо про-
изнёс Гюн. — Я проведу операцию, чего бы это мне ни стоило.
— Глупец! Ведь ты не знаешь самого главного — когда надо
активировать пульт. А без этого у тебя в руках простая желез-
ка! Подумай! — стараясь быть спокойным, Арни попытался
убедить стрелка в безрассудности его действий.
Гюн на секунду замешкался, в его глазах читалась расте-
рянность. Арни воспользовался замешательством стрелка, до-
стал пульт и нажал кнопку самоликвидации. В коробке что-то
хлюпнуло, и из неё пошёл лёгкий дым.
— Вот и всё! Один вопрос решён. Теперь план Б. Если не ис-
полнишь, поплатишься жизнью, — зло прошипел Хундертвас-
сер и вскочил.
— Не спеши. — Гюн продолжал держать американца под
прицелом. В нём чувствовалась уверенность и решимость. —
У меня есть резервный пульт… Босс как чувствовал, что вы
в последний момент струсите. Сидеть! От тебя требуется толь-
ко одно — точное время. — Снайпер подошёл к плюхнувшему-
ся снова в кресло американцу и приставил дуло пистолета
к его лбу.
— Ты полный дурак! Откуда мне знать точное время? Его
будет знать только тот, кто нажмёт кнопку, — Арнольд снова
попытался образумить потерявшего над собой контроль Гюна.
— Кто? Я спрашиваю, кто этот человек? Имя? Ну, говори… —
снайпер с силой надавил дулом пистолета на лоб Хундертвассе-
ра, да так, что голова американца запрокинулась назад.
— Ты его всё равно не достанешь, глупец! Убери писто-
лет! — уже хрипел хозяин комнаты, пытаясь встать.
— У меня найдётся тот, кто скажет мне время начала испы-
таний, — спокойно произнёс Гюн, вспомнив разговор с майо-
ром в лифте.

214
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Затем кореец хладнокровно выстрелил американцу прямо


в лоб. Один из лучших за последнее десятилетие оперативни-
ков ЦРУ откинулся на спинку кресла. Арнольд Хундертвассер
был мёртв.
Тихо закрыв за собой дверь, Гюн поспешил к лифту. Време-
ни оставалось совсем мало. Он выполнит приказ босса, так ве-
лит неписаный кодекс «якудзы». Перед лифтом Гюн остано-
вился, достал из нагрудного кармана спутниковый телефон,
модифицированный под операцию. Как работать с пультом,
он знал, Сато лично его обучил перед отправкой в Северную
Корею и заставил наизусть запомнить код активации.
— Неплохо! Теперь надо срочно догнать машину, которую
Чжу опознал, и выбить из пассажиров сведения о времени те-
стовой проверки ядерного боезаряда, — злобно прошептал
Гюн, профессией которого было убивать людей, а чувство жа-
лости давно уже не посещало его душу. — Глупцом меня на-
звал! Умник нашёлся…

***
(Арбат, Москва, 12:40)

Кондратьев сидел за столом, зарывшись в ворохе практиче-


ски беспрерывно поступающих донесений не только от подчи-
нённых его управлению подразделений, но и из других ве-
домств.
Информация, полученная от Королёва, стала последним
штрихом в докладе, подготовленном межведомственной ко-
миссией президенту России. Кропотливая работа практически
всех спецслужб России, министерства иностранных дел и дру-
гих ведомств позволила вскрыть планы и намерения «тенево-
го мирового правительства» по дестабилизации обстановки
в Дальневосточном регионе страны. Счёт шёл не на часы,
а на минуты.
В своём рабочем кабинете был взят под стражу глава При-
морской области. Одновременно прошло задержание его со-

215
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

общников. Находившиеся под подозрением НКО, получавшие


денежные вливания из США, были блокированы, а ряду ди-
пломатов американского генконсульства было предложено
покинуть страну в течение 24 часов. На этом фоне разведкой
Тихоокеанского флота было отмечено, что подошедшая
вплотную к границе морской экономической зоны России 9-я
авианосная ударная группа ВМС США резко развернулась
и походным ордером направилась к побережью своей страны.
Бригада морской пехоты Тихоокеанского флота была под-
нята по тревоге для участия в учениях по борьбе с междуна-
родными террористическими группами, которые могли бы
угрожать нефтегазовой и энергетической инфраструктуре Са-
халина.
Штаб Тихоокеанского флота объявил о внезапной проверке
боевой готовности флотилии стратегических подводных лодок
и двух полков морской авиации.
Повезло только бывшему министру Лыскову, который в это
время находился в Нью-Йорке и готовился к вылету в Москву.
Кондратьев встал, подошёл к окну и от неожиданности за-
жмурился. Яркое весеннее солнце било прямо в глаза. Продол-
жая стоять с закрытыми глазами, он почувствовал тепло на ве-
ках.
— Вот и весна пришла, — довольным голосом произнёс ге-
нерал. — Кстати, надо не забыть уточнить время прилёта са-
молёта из Пекина. Лично встречу Артёма, — с этими словами
он подошёл к телефону и отдал соответствующее поручение
дежурному по управлению.

***
(Шоссе близ предгорья «Мёхан», КНДР, 20:10)

В горах темнеет рано. Шоссе, как обычно, было пустынным.


Ровно гудел мотор. В салоне машины было по-домашнему
тепло и уютно. Ли Хва Ми уснула практически сразу, как толь-
ко отъехали от отеля. Клонить ко сну стало и Артёма.

216
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

Неизвестно откуда-то возникший звук заставил полковни-


ка приоткрыть глаза. Мимо на большой скорости промчался
джип и вскоре исчез из поля зрения. Глаза сами собой закры-
лись, и Артём задремал. Вроде как задремал, но ненадолго.
Какое-то внутреннее чувство заставило полковника открыть
глаза, и вовремя. Водитель резко затормозил. Да так, что Ли
Хва Ми головой ударилась в переднее сиденье. Не сильно,
но вполне болезненно, чтобы тут же проснуться.
— Что случилось? — были первые её слова.
— Впереди на трассе вроде как патруль, — неуверенно отве-
тил водитель.
Свет фар стоявшей на их пути машины бил прямо в глаза.
Силуэт человека в военной форме виднелся рядом с машиной.
— Стой! — громко крикнул военный. — Всем выйти из ма-
шины! Проверка документов, — повелительно продолжил он
и демонстративно положил руку на кобуру пистолета.
Артём не успел даже среагировать, как Ли Хва Ми вылетела
из машины.
— В чём дело? Ты что, не видишь номер машины? — возму-
щённо выкрикнула женщина. — Инструкции забыл?
Военный немного замешкался. Похоже, он начал пони-
мать свою ошибку, остановив автомобиль государственного
комитета обороны. Но неуверенность офицера прошла быст-
ро.
— Стоять на месте! Никому не двигаться! — снова громко
крикнул он и для убедительности выхватил пистолет из кобу-
ры и направил его на пассажиров машины. Держа всех троих
под прицелом, военный левой рукой приоткрыл дверь джипа
и достал фонарь. Луч света офицер направил на Ли Хва Ми, за-
ставив женщину прикрыть ладонью лицо.
— Убери руку, немедленно, — в голосе военного зазвучали
злобные нотки. Минуты две-три он молча разглядывал лицо
кореянки, словно пытаясь сравнить её образ с известным
только ему портретом.
— Назови себя, — нисколько не смущаясь, фамильярно
крикнул незнакомец.

217
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Ли Хва Ми, заместитель начальника отдела ГКО. Этого


достаточно для тебя?
Офицер резко отвёл руку чуть в сторону и выстрелил в во-
дителя, который попытался воспользоваться моментом и до-
стать оружие. Выстрел оказался смертельным. Водитель упал
перед капотом машины.
— Не советую шутить, стреляю я хорошо. Говоришь Ли Хва
Ми? А не твоя ли тётушка живёт в Токио? А? — офицер про-
должал светить прямо в лицо женщине. Потом вдруг на ка-
кое-то мгновение повернул фонарь и осветил своё лицо. Раз-
дался вскрик. Ли Хва Ми в ужасе схватилась обеими руками
за голову.
— Не может быть! Ты здесь? — с отчаянием в голосе закри-
чала она.
— Да! Здравствуй, мама! Вот и пришёл к тебе сын, которого
ты выбросила на улицу, как щенка, — с издёвкой в голосе ска-
зал Гюн. — У меня сегодня просто праздник. Удача за удачей.
Ты даже не представляешь, как долго я мечтал о нашей встре-
че. Так долго, что готов тебя убить за все мои мучения, — про-
должил он и нажал на спусковой крючок.
Но Артём за какие-то доли секунды успел толкнуть Ли Хва
Ми, и пуля ушла в пустоту. Гюн моментально среагировал
и выстрелил Королёву в ногу. Полковник вскрикнул от боли
и повалился на землю.
— Ты же русский? Мне поговорить с тобой ещё надо. Поле-
жи пока немного и не дёргайся. Дойдёт и до тебя очередь.
— Ну что, мама! — с ненавистью в голосе прошипел Гюн. —
Встань рядом с русским. Всё равно вам предстоит умереть. Ду-
маешь, у меня осталась хоть капля жалости? Нет её, этой жало-
сти… Твой сын стал бандитом… киллером… — прохрипел
с надрывом снайпер и рванул ворот кителя, продемонстриро-
вав грудь с татуировками якудз.
— Сын! Остановись! Ты только что стрелял в своего отца.
Да! Он твой отец и ничего не знал о твоём существовании.
Не бери себе на душу грех, — в голосе обезумевшей женщины
слышалось неподдельное отчаяние. — Я годовалым ребёнком

218
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

отправила тебя в Японию к тётке, потому что ты бы погиб


здесь. Полукровки в КНДР — это изгои общества. Я спасла тебя
и всё время мечтала о встрече, — страстно продолжила она.
— Мне уже всё равно, — вскрикнул Гюн. — Мы все вместе
завтра сгорим в адском пламени. Подлые американцы струси-
ли в последний момент, отказались взорвать ядерную бом-
бу, — с отрешённостью в голосе заговорил кореец, — но пульт
у меня, — и он вынул из бокового кармана телефон спутнико-
вой связи. — Одно нажатие кнопки, и нас завтра не будет
на этой земле. Похлеще, чем в Хиросиме. Огненный смерч
сметёт всех. Я выполню свой долг… Долг перед своей новой се-
мьёй, которая меня подобрала, обогрела и накормила, — визг-
ливо кричал Гюн. — А поможет мне мой дорогой папочка.
В какое время начнётся тестовая проверка? — уже орал снай-
пер, направив пистолет на Королёва. — Говори или…
Перед Королёвым, который начал приходить в себя, стоял
безумец. Но это был его сын, и это был не сон.
— Ну? Спрашиваю в последний раз.
Рука снайпера ходила ходуном. Он, почти не целясь, вы-
стрелил в Ли Хва Ми. Женщина, схватившись за грудь, засто-
нала и медленно сползла по борту машины.
— Что? Больно? — то ли дурачась, то ли с отчаянием в голо-
се бросил истерично он матери. — Не волнуйся, рана не смер-
тельная.
— Брось оружие! — неожиданно раздался голос Королёва.
В руках у него был пистолет водителя, который он незаметно
подобрал.
— Папочка! Ты же не будешь стрелять в своего сына, о ко-
тором только что узнал? Ты же не злодей, как я? — продолжал
истерить Гюн.
Артём, не сказав ни слова, произвёл один за другим два
выстрела.
— Ты его убил? — очнувшись, с отчаянием прошептала Ли
Хва Ми. — Он мой сын… — произнесла она совсем тихо.
— Не волнуйся, всё в порядке. Тебе нельзя разговаривать,
береги силы. Поверь мне, всё будет хорошо и сына вернём. Я

219
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

тебе обещаю, — твёрдо, как клятву, произнёс полковник,


но женщина его уже не слышала. Ли Хва Ми потеряла созна-
ние.
— Ууууу! — стонал Гюн, схватив левой рукой кисть правой
с перебитыми пулей пальцами.
— Это самое меньшее, что я смог сделать для тебя. Теперь
ты не киллер. Правая рука тебе не помощник. Да и взрыва
не будет. Пульт превратился в кусок металла, — сказал Коро-
лёв, крепко прижав левую руку к ране на груди Ли Хва Ми, пы-
таясь остановить кровь.
— Что?.. — взвыл Гюн и уцелевшей рукой выхватил нож.
— Теперь ты стой, где стоишь! — повелительно сказал Ар-
тём, держа сына под прицелом.
Резкий рёв моторов, раздавшийся за поворотом дороги, за-
ставил Королёва и Гюна вздрогнуть. Оба повернули головы
в сторону приближавшихся машин. Когда Королёв вновь гля-
нул в сторону сына, того уже не было.
— Ушёл, — прошептал Артём. — Может, это и к лучшему, —
пробормотал он устало и полностью переключил внимание
на Ли Хва Ми, пытаясь из последних сил остановить кровь, за-
ткнув пальцем руки пулевое отверстие на её груди.
Когда подъехавшие автомобили остановились, Королёв
и Ли Хва Ми лежали без сознания.
Вышедший из первой машины генерал Кан Мин Хёк дей-
ствовал быстро и решительно.
— Ким-тонджи? Что с женой?
— Пульс слабый. Большая потеря крови. Её надо как можно
быстрее доставить в госпиталь.
— Ранение тяжёлое?
— Шансов на спасение мало, — извиняющимся голосом
произнёс доктор. Он чувствовал свою вину, поскольку Ли Хва
Ми уехала из отеля без него. — Ваша жена, — чуть помявшись,
продолжил Ким, — возможно, уже умерла бы от потери крови,
если бы не Королёв. Ему удалось остановить кровотечение.
— А с ним что?
— Боюсь, что шансов выжить и у русского маловато.

220
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Значит, так. Мою жену сам лично доставишь в госпиталь


и будешь при ней, пока я не приеду. Действуй.
— А Королёв?
— Не твоё дело, — бросил генерал. — Теряешь драгоценное
время. Отвечаешь за её жизнь.
Машина с Ли Хва Ми и Кимом умчалась в сторону Пхён-
сона. Кан подошёл к лежавшему без сознания Королёву, кото-
рого перевязывал один из сопровождавших генерала офице-
ров.
— Закончил перевязку?
— Так точно.
Заместитель министра госбезопасности молча смотрел
на русского офицера и лихорадочно продумывал варианты,
как вывести из-под удара свою жену, да и себя лично.
— Лучше, конечно, если Королёв умрёт, — прошептал гене-
рал, — но тогда возникнет куча проблем, в том числе с россий-
ским посольством, — продолжал рассуждать он.
— Товарищ генерал-полковник! — подбежал один из офи-
церов, производивших осмотр места происшествия.
— Ну, не тяни.
— Во второй машине, закреплённой за спецотрядом «Пек-
ту», найден труп мужчины в форме капитана госбезопасности.
Убит в упор, прямо в салоне автомашины.
— Идентифицировали его? Он офицер «Пэкту»? Фамилия?
— В том-то и дело, что он чужак. В кармане найден загран-
паспорт гражданина Южной Кореи. При этом в паспорте стоит
китайская въездная виза. Похоже, что он нелегально проник
на нашу территорию.
— Он что, из Южной Кореи?
— Пока трудно ответить на этот вопрос. Но это не всё.
— Да не тяни же. Говори быстро и по делу.
— В багажнике обнаружена тяжёлая снайперская винтовка
иностранного производства с патронами. Я такую винтовку
никогда не видел. Какой-то новый образец.
— Ты понимаешь, что говоришь?
— Так точно. Скорее всего это южнокорейский диверсант.

221
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

— Значит, так, выводы буду делать я. Продолжай осмотр


машины, может, ещё что найдёшь, — отдал распоряжение ге-
нерал. Его уже давно раздражал этот отряд, который хоть
и входил в состав министерства госбезопасности, но починял-
ся и действовал исключительно в интересах ГКО. Даже он
не знал, кто из членов ГКО руководил этим отрядом.
— А у тебя что? — раздражённый Кан повернулся к другому
офицеру, который стоял и ждал, когда ему дадут возможность
доложить.
— В автомашине отряда «Пэкту» был ещё один человек.
Именно он участвовал в перестрелке, убил водителя и ранил
пассажиров.
— Подробнее.
— Он стоял около машины. Там обнаружены гильзы от пи-
столета и сам пистолет. Причём неизвестный был ранен
в кисть руки, которой держал пистолет. У нас есть образцы его
мышечной ткани. Можно предположить, что он в последний
момент скрылся.
— Что? Немедленно организовать его поиск. О результатах
докладывать только мне лично. Ясно? — скомандовал генерал
и задумался. План дальнейших действий начал постепенно
вырисовываться.
В это время на дороге показался чадящий дымом, как па-
ровоз, грузовой автомобиль. В кабине сидели два человека.
Водитель грузовика инстинктивно притормозил, но один
из офицеров знаками приказал тому следовать дальше. А зря.
В кузове за кучей дров прятался Гюн.
Судьба в очередной раз ему улыбнулась. Когда кавалькада
машин министерства госбезопасности подъехала, он быстро
скрылся в кустах и бросился бежать вдоль дороги от места
перестрелки. Буквально в трёхстах метрах стоял грузовик.
Водитель сидел в кабине, а его напарник в кузове бросал
дрова в печь. Гюн слышал о таких машинах, которые называ-
ются газгольдерами и работают на дровах, но увидел такую
впервые. Когда напарник водителя раскочегарил топку, то
пересел в кабину, и машина медленно тронулась. Гюн быстро

222
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

запрыгнул в кузов и спрятался за грудой дров и разным хла-


мом.
— Капитан! Ко мне! — приказал заместитель министра
офицеру, который перевязывал Королёва. — Немедленно сде-
лай так, чтобы раненый очнулся. Мне надо его допросить.
Капитан с аптечкой бросился к Королёву и стал приводить
его в чувство. Нашатырь не помогал. Тогда офицер сделал
обезболивающий укол Артёму.
— Раненый пришёл в себя, но не надолго.
— Хорошо. Мне надо пару минут, а ты отойди в сторону, —
распорядился Кан Мин Хёк и подошёл к лежавшему на дороге
Артёму.
— Королёв! Ты меня слышишь?
Артём моргнул веками, показывая, что слышит, но не мо-
жет говорить.
— Королёв! Ты мне за эту неделю надоел. Твоя дорога —
прямиком на небеса. Ты понял? Я не хочу твоей смерти,
но и оставлять тебя в живых не вижу смысла, — произнёс ти-
раду генерал. — Вариант остаётся только один, — чуть заду-
мавшись, продолжил он. — Ты будешь жить до тех пор…, пока
будет жива моя жена. Но она будет знать, что ты умер от ране-
ния. Если не согласишься… то Ли Хва Ми умрёт, — сделав оби-
женную гримасу, сказал Кан. — Мы с ней всегда были чужими.
Но она мне пока нужна для карьеры. Видишь, я откровенен
перед тобой. Если она тебе дорога, то сделаешь всё так, как я
тебе скажу, — с усмешкой закончил заместитель министра, но,
посмотрев в глаза раненого полковника, вздрогнул.
Ненависть и презрение читались во взгляде Артёма. Одна-
ко Королёв через какое-то мгновение моргнул, показывая своё
согласие, и отвернулся в сторону. Жизнь любимой женщины
была для него превыше всего.
— Вот так-то. Другое дело, — удовлетворённо сказал гене-
рал и встал. «Конечно, в никакой тюремно-трудовой лагерь
русского не посадишь, но изолировать его на время надо обя-
зательно, — продолжил он рассуждать про себя. — Перестрелка
вблизи столицы, снайперская винтовка, два трупа, два тяжело

223
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

раненных: да за такое никто по головке не погладит. Здесь


есть над чем подумать и решать возникшую проблему надо
как можно быстрее».
Кан отошёл в сторону от лежавшего Королёва и подозвал
своего порученца, который всё это время стоял около машины
генерала и курил. Он знал, что вся черновая работа будет впе-
реди, и не ошибся.

Глава шестнадцатая
(Объект министерства госбезопасности, г. Чангрим,
КНДР, 7 марта, 11:12)

Первое, что увидел Артём, очнувшись, были участливые


глаза старенького корейца в белом халате.
— Зовут меня Ан, — представился кореец. — Слышишь ме-
ня? Я твой доктор.
— Где я? — посмотрев по сторонам, спросил Королёв и по-
старался приподнять голову.
— Лежи, лежи, — ласково сказал Ан, взял руку Артёма
и стал слушать пульс. — Вот и хорошо, поправишься быстро.
Организм у тебя крепкий.
Артём снова взглянул на врача и отметил, что кореец вы-
глядит очень усталым: тонкие сухие руки подрагивали, лицо
было бледным, глаза красные.
— Давно вы сидите со мной?
— Третьи сутки пошли.
— И вы всё время были со мной? — недоверчиво переспро-
сил Королёв.
— Почти всё время. Теперь ты наконец-то пришёл в себя.
— Спасибо, товарищ Ан! Если бы не ваша забота, то кто его
знает, как всё бы обернулось… — Артём попытался придать
своим словам нотки признательности. — Вы довольно сносно
говорите по-русски. Наверное, учились в СССР? — продолжил
он, но вопрос повис в возду хе.
Кореец с усилием встал со стула, поправил подушку под го-

224
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

ловой Королёва и снова то ли с участием, то ли с сочувствием


посмотрел на него.
— Пойду-ка я посплю. Ты тоже отдыхай. Сон силы копит, —
с этими словами доктор встал и шаркающей походкой устав-
шего человека вышел из комнаты.
Полковник огляделся по сторонам. Комната была малень-
кая, старая мебель, обшарпанные стены. Стиранные-перести-
ранные занавески закрывали одно единственное окно. Сквозь
них проглядывалась железная решётка.
— Странная больница, если это больница, — пробормотал
Артём, и тут же в памяти всплыл его разговор с Кан Мин Хё-
ком и его слова о Ли Хва Ми.
— Эй! Кто-нибудь! — крикнул Артём. За дверью было тихо.
Покричав ещё немного, полковник замолчал.
Сон подобрался к нему незаметно, и он уснул.
За окном было уже темно, когда в комнате загорелся свет
и вошёл доктор, неся в руках поднос с едой. На тумбочку у из-
головья Артёма он поставил стакан воды, чашку с капустой
и рисом.
— Поешь, сынок, — заботливо сказал кореец. — Ты только
не кричи больше, — мягко попросил он. — За дверью никого
нет. Приказано держать её всё время запертой.

Глава семнадцатая
(Объект министерства госбезопасности, г. Чангрим,
КНДР, 10 марта)

Так продолжалось три дня. Доктор приходил утром, днём


и вечером, измерял пульс, щупал лоб, проверял, есть ли тем-
пература. Приносил еду.
Туалет был тут же, в комнате. На гвоздике висело видавшее
виды полотенце. Мыла не было. Вода в кране была только хо-
лодная. Отопление в комнате отсутствовало. По ночам было
холодно в палате, Артём закутывался с головой в старенькое
одеяло.

225
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

К счастью, ранение оказалось сквозное, пуля кость не за-


дела.
На четвёртый день рано утром Артём попытался встать.
Несмотря на боль, сумел вприпрыжку подойти к окну. Сквозь
решётку виднелась тёмная стена деревьев. По узкой дорожке
вдоль здания мерно прохаживался охранник в форме военно-
служащего министерства госбезопасности, вооружённый кара-
бином.
— Да… протянул Королёв. — Интересное заведение.
Вернувшись к кровати, полковник лёг и стал потихоньку
растирать ногу. Сделал дыхательную гимнастику.
Ближе к полудню за дверью послышались шаги нескольких
человек. Дверь открылась, и в комнату вошёл генерал-полков-
ник Кан Мин Хёк вместе с Аном.
— Давай побыстрее его осмотри, — приказал генерал док-
тору.
Ан молча подошёл к кровати Королёва, привычно взял
в руку его кисть и стал мерить пульс. Затем дотронулся до лба.
— Больной идёт на поправку, температура спала. Рана за-
тягивается, скоро и ходить сможет, — доктор выжидательно
посмотрел на генерала.
— Выйди! Оставь нас вдвоём, — рявкнул Кан.
Доктор молча поклонился и вышел из комнаты, аккуратно
прикрыв дверь.
Кан сел на стул. Тяжёлый взгляд генерала буравил Артёма.
— Что произошло на дороге? Кто стрелял в вас? — угрюмо
спросил заместитель министра госбезопасности.
Королёв молчал, обдумывая ответ. Если Кан ставит вопрос
таким образом, то деталей перестрелки он не знает, пронес-
лось у полковника в голове.
— Что с Ли Хва Ми? Она жива? — вопросом на вопрос отве-
тил Артём.
— Тебя это не касается. Мне вопрос повторить? — уже угро-
жающе произнёс генерал.
— Говорить буду только в присутствии российского консу-
ла, — спокойно отреагировал Королёв и замолчал.

226
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

— Ну тогда перейдём к самому главному, — усмехнувшись,


бросил заместитель министра госбезопасности и высокомерно
задрал подбородок. — Ты подозреваешься в убийстве главы
американской миссии по поиску останков военнослужащих
США. Обслуживающий персонал отеля «Хёнсан» опознал тебя.
Это достаточно серьёзное обвинение.
— Что? Бред какой-то, — возмутился Королёв.
— До посольства, — продолжил Кан, не обращая внимания
на реакцию Артёма, — доведена информации о ходе рассле-
дования, и, к твоему сведению, Москва не намерена вмеши-
ваться. Ты понял? — генерал торжествующе посмотрел на Ко-
ролёва и не спеша встал. Подошёл к окну, посмотрел во двор.
Убедившись, что охрана не дремлет, развернулся к полковни-
ку. Лицо генерала буквально светилось от радости — теперь-
то он точно избавится от Королёва.
— Значит, так. Тебя под запись допросит мой офицер. Имей
в виду, что от твоих показаний зависит выбор мною для тебя
тюремного лагеря, — припугнул Кан полковника и, не проща-
ясь, вышел.
Через какое-то время в комнат у вошёл офицер в звании
капитана. Он три часа провозился с Артёмом, пытаясь его раз-
говорить, но безуспешно.
После ухода офицера Королёв задумался. Самое гнусное
было то, что его судьба стала абсолютно безразлична посоль-
ству, а значит и министерству обороны, где он не так давно
служил.
— Ладно, проехали, — с безразличием в голосе прошептал
Артём. — Сейчас не это главное. Похоже, для Кана было пол-
ной неожиданностью нападение на машину жены и тем более
её тяжёлое ранение. И она скорее всего жива. В противном
случае генерал вёл бы себя иначе, — рассуждал он. В горле за-
першило. Полковник протянул руку, взял стакан воды и сделал
два больших глотка.
— А вот ситуация с подготовкой и организацией дивер-
сии на ядерном полигоне приобретает совсем новое звуча-
ние. Факт подготовки был? Был, — рассуждал он про себя. —

227
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

Организатор известен? Да, это скорее всего глава миссии.


Что там сын кричал: «американцы в последний момент
струсили…»? Значит, произошёл какой-то сбой в операции.
Идём дальше. Пульт оказался в руках сына скорее после то-
го, как был убит глава американской миссии. Но тут несты-
ковка получается. Сын, со слов Ли Хва Ми, всё время жил
в Японии. Как он здесь оказался? Что за новая семья? Поче-
му он был с пультом и явно в невменяемом состоянии? Вы-
ходит, что изначально пульт должен был оказаться в руках
того человека, который точно знает время операции, а точ-
нее, когда начнётся тестовая проверка заряда, вплоть до ми-
нуты. Вот где собака зарыта! — Артём, пока рассуждал,
вспотел от возбуждения. Выходит, что основная роль была
отведена человеку, который находится в ближайшем окруже-
нии Руководителя и по минутам знает о всех его передвиже-
ниях.
— Стоп! — вскрикнул вдруг полковник и ударил себя по лбу
ладонью. — Какой же я дурак, — с горечью в голосе произнёс
Королёв.
— Если Кан ни при чём, то сохраняется реальная опасность
для жизни Ли Хва Ми, — пронеслось у полковника в голове,
и он похолодел от своей беспомощности. Тот, кто стоит
за убийством Ли Дон Гона, профессора, перестрелкой на доро-
ге и ранением Ли Хва Ми, не успокоится и предпримет новую
попытку убрать возможных свидетелей подготовки диверсии
на ядерном полигоне «Пунгери».
— Надо выбираться из этой клетки, — принял решение Ко-
ролёв и с отчаянием посмотрел на свою ногу. Полковник
встал, ковыляя, добрёл до двери, попробовал её открыть,
но она была заперта снаружи. Артём попытался тяжестью тела
расшатать дверь, но та держалась крепко.
— Без шума не вырваться, — прошептал он. — Остаётся
только воспользоваться вариантом, когда врач в очередной
раз принесёт еду.
Как он будет действовать, когда выйдет из комнаты, Артём
не задумывался. Времени прохлаждаться не было, надо любой

228
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

ценой попытаться вырваться из заточения и уберечь от опас-


ности любимую женщину.
Артём осмотрел себя. На нём было только нательное бе-
льё — рубаха и кальсоны, которые в зимнее время носят севе-
рокорейские военнослужащие под формой.
— Да… протянул полковник, — далеко не убежишь в такой
одёжке. Раздеть охранника? Но они все на голову ниже, — Ар-
тём с огорчением представил себя в коротких штанах.
Дверь в комнату открылась, и в помещение вошёл весь све-
тящийся от счастья доктор. В одной руке он держал большую
алюминиевую миску с горой белоснежного риса, а в другой
различные соленья.
— Сынок! Вот же радость какая! — запыхавшись, сказал Ан
и плюхнулся на стул около кровати раненого.
— Что случилось? — с любопытством спросил Артём.
— Ты только не волнуйся, — замахал руками кореец и на-
клонился к Королёву. — Я подслушал разговор офицера, кото-
рый тебя допрашивал. Он говорил с кем-то по телефону. Так
вот. Была проведена экспертиза на месте гибели американца
в гостинице. Главу миссии убили из того же пистолета, из ко-
торого была тяжело ранена сотрудник государственного коми-
тета обороны уважаемая Ли Хва Ми, а также ты. — Доктор ра-
достно посмотрел на Королёва.
— Понимаешь? С тебя… сняты обвинения… Ты невиновен.
Поэтому я отвечу на твой недавний вопрос, ты уж извини ста-
рика. Да. Я учился в Советском Союзе в Саратовском медицин-
ском институте, — слёзы радости потекли по морщинистым
щекам врача. — Это были мои самые счастливые годы… —
продолжил, всхлипывая как ребёнок, Ан. — Ты ешь, пожалуй-
ста. Тебе надо побыстрее выздоравливать. Завтрашний день
будет очень хорошим, — улыбаясь, сказал врач и выбежал
из палаты.

229
ВЛАДИСЛАВ ПРОКОПЕНКО

***
(н. п. Роккасё, Хоккайдо, Япония, 14 марта, 20:45)

На восточном побережье японского острова Хоккайдо,


недалеко от старинной деревни Роккасё, в небольшом, но до-
рогом особняке Коно Тадаси, одетый в белое кимоно без фа-
мильного герба и украшений, медленно вошёл в свою люби-
мую комнату. Шаркая подошвами, глава финансовой империи
подошёл к старому проигрывателю и поставил виниловую
пластинку. После негромкого шуршания тихо зазвучал старин-
ный военный марш.
Коно бережно развернул полоску белого шёлка и постелил
её на циновочный пол из рисовой соломы. Затем подошёл
к стоявшему в углу комнаты небольшому сундуку и достал
из него почерневшую от старости деревянную шкатулку и за-
вёрнутый в холщовую материю малый самурайский меч.
Банкир присел на корточки и бережно достал из шкатулки
свёрнутый в рулон пожелтевший лист бумаги. Коно осторож-
но его развернул. В уголках глаз японца заблестели слёзы, ко-
гда он, наверное, в сотый раз читал императорский эдикт
о награждении его отца за выдающиеся военные заслуги
в «Сибирской экспедиции»1 (1914–1920 гг.) орденом «Золото-
го коршуна» 2-й степени. Затем Коно осторожно достал
из шкатулки сам орден и, закрыв глаза, погладил главную во-
енную награду императорской Японии. Пальцы рук нащупали
два древних самурайских щита, на которых выделялись але-
барды, меч в ножнах и конская сбруя. В верхней части ордена
прощупывался золотой коршун с распростёртыми крыльями.
Орден и наградной лист банкир бережно положил обратно
в шкатулку.
Коно с усилием поднялся и, продолжая шаркать босыми
ногами, подошёл к настенной полке, взял лист белой бумаги,
баночку туши и кисть. Держа всё это в руках, он не спеша опу-
стился на белую полоску шёлковой материи.

1
Оккупация японской армией советского Дальнего Востока.

230
МАРШЕМ ПО СНЕГУ

По полу гулял сквозняк, и ногам сразу же стало прохладно,


но лицо президента одной из крупнейших в мире финансовых
групп выражало полнейшее безразличие к холоду. За неделю
банкир сильно сдал, превратившись в немощного старика. Рот
практически не закрывался, обнажая корявые и редкие жёл-
тые зубы. Японец периодически доставал носовой платок
и вытирал слюни, которые непроизвольно текли из угол-
ков рта.
Дело, которому он посвятил многие годы