Вы находитесь на странице: 1из 4

2. Развитие живописи. Иконопись. Феофан Грек. Андрей Рублев.

Дионисий.

Русская, прежде всего московская, живопись XV века выделяется не просто своим


художественным совершенством, но и тем, что она, поднявшись до византийского уровня,
вполне очевидным образом сочетает свои «византийские» свойства с ярко выраженной
спецификой, которую условно можно назвать национальной. Это искусство находится
на хронологическом пограничье собственно византийской истории и так называемого
поствизантийского периода — эпохи, начинающейся с падения Константинополя
в 1453 году. Оно формулирует высокий идеал, как бы суммирующий духовный опыт
классического православного Средневековья. Как и средства его художественного вопло-
щения, этот идеал имеет вполне очевидные византийские истоки, но создается
мастерами, глубоко укорененными в местной культуре. Их имена, известные
по источникам, соединяются с более или менее сохранившимися произведениями,
едва ли не впервые за всю историю Руси позволяя исследователям порассуждать о том,
каким был средневековый русский иконописец. Все эти составляющие — высокое
качество живописи, ее своеобразие, универсальный характер и глубина стоящих за ней
идей, иллюзия ощущения (о иллюзии я говорил в том смысле, что этих иконописцев
воспринимали по аналогии с европейскими художниками Нового времени, не до конца
учитывая реалии Средневековья) присутствия конкретных, а не анонимных творцов —
в нашем сознании совмещаются с представлениями о целом ряде исторических процес-
сов: возвышении Москвы, активизации ее духовной жизни и расцвете монастырей,
освобождении от ордынского ига и формировании единого государства. Все это вместе
создает образ расцветающей, бурно развивающейся русской культуры.

Творчество Ф. Грека, А. Рублева и Дионисия

16 век русской живописи открыл нам замечательного иконописца Дионисия. Дионисий


был гениальным художником, он продолжал лучшие традиции Андрея Рублева, но и не
забывал о собственной индивидуальности. Дионисий создал свой собственный
художественный метод, которой во многом остается загадкой для наших современников -
исследователей. Иконы Дионисия отличаются особой праздничностью. С середины 16
века усиливается контроль над русской церковной живописью.

Вместе с этим в русскую церковную живопись 16 века проникает мотивы прославления


государства. В русской иконописи 16 века, зарождается новая, Строгановская школа,
отличающая в себе миниатюрность, тонкость рисунка и изящество. В русской живописи 16
века усиливается декоративность, и усложняется композиция рисунка. Наиболее
известными мастерами русской живописи 16 века стали Прокопий Чирин и Истома Савин.
Свою нишу в русской живописи 16 века занимает и светская живопись, явление
относительно новое. Роспись золотой палаты в Кремле является памятником русской
светской живописи 16 века.

В храмах конца XV и XVI вв. применение так называемого крестчатого свода,


опиравшегося на стены, избавляло интерьер от опорных столбов и позволяло
разнообразить фасады, которые получали то трехлопастное, то имитирующее закомары
завершение, то увенчивались ярусами кокошников. Наряду с этим продолжали строить
четырехстолпные пяти купольные храмы, иногда с галереями и приделами. Каменные
одностолпные трапезные и жилые монастырскиепостройки XVI в. имеют гладкие стены,
увенчанные простым карнизом или пояском узорной кладки. В жилой архитектуре
господствовало дерево, из которого строились и дома в 1-2 этажа, и боярские и
епископские дворцы, состоявшие из связанных переходами много срубных групп на
подклетях.

Наиболее впечатляющи фрески церкви Спаса на Ильине улице, исполненные Феофаном


Греком, а так же фрески Волотова, поразительные по одухотворенной патетике образов и
артистизму. Росписи Феофана по их суровой выразительности, исключительной свободе
композиции и письма не имеют себе равных не только на Руси, но и в Византии. Хорошо
сохранились фрески угловой камеры на хорах: образы, воплощающие аскетические
идеалы, отличаются психологической напряженностью, техника письма - динамикой и
оригинальностью приемов, колорит предельной сдержанностью. Божество и святые
предстают у Феофана в виде грозной силы, предназначенной управлять человеком и
напоминать ему о подвигах во имя высшей идеи. Их темные лики с бегло положенными
белыми бликами, по контрасту с которыми приобретают особую звучность разбеленные
желтые, малиновые, синие тона одежд, оказывают на зрителя непосредственное и
глубокое воздействие. Фрески церкви Федора Стратилата стилистически близки к
росписям Спаса на Ильине улице. Возможно, что в их исполнении участвовали русские
мастера, учившиеся у греков.

С конца XIV - начала XV вв. усиливается художественная роль Москвы. Здесь работали
Феофан Грек, Прохор с Городца, Андрей Рублев, Даниил Черный. В иконостасе
Благовещенского собора Московского Кремля Феофан немного увеличил размеры икон
Христа, Богоматери и святых и достиг четкой выразительности силуэта (“деисусный чин”).
Этот чин имел большое значение для последующего развития русского высокого
иконостаса. Созданная Феофаном в Москве школа стимулировала развитие местных
мастеров, выработавших, однако, отличный от феофановского стиль. В 1408 году Андрей
Рублев и Даниил Черный исполнили новую роспись Успенского собора во Владимире. Эти
фрески в традиционных иконографических образах раскрывают глубокий духовный мир и
мысли современников. Просветленные благожелательные лица апостолов, ведущих за
собой народ, мягкие гармоничные тона живописи пронизаны чувством умиротворения.
Написанные несколько позже Рублевым иконы звенигородского чина -- чисто русская
интерпретация темы деисуса. Образ благословляющего Христа полон внутренней силы и
мудрого спокойствия. Рублев обладал редким даром воплощать в искусстве светлые
стороны жизни и душевного состояния человека. В его работах на смену внутреннему
смятению аскетической отрешенности образов Феофана приходят красота душевного
равновесия и сила осознанной нравственной правоты.
В последней трети XV в. начинает свою художественную деятельность Дионисий. В
иконах и фресках Дионисия и его школы, создававшихся в период образования русского
централизованного государства во главе с Москвой, возрастают известное единообразие
приемов, внимание мастеров к художественной форме, черты праздничности и
декоративности. Тонкий рисунок и изысканный колорит икон Дионисия, с сильно
вытянутыми грациозными фигурами, полны нарядной торжественности. Но в
психологическом плане его образы уступают Рублевским. Созданные Дионисием и его
сыновьями Феодосием и Владимиром росписи собора Ферапонтова монастыря близ
Кириллова отмечены особой мягкостью колорита, красотой подчиненных плоскости
стены композиций с как бы скользящими изящными фигурами. Многочисленные работы
Дионисия и художников его школы вызвали повсеместные раздражения им. В конце XV в.
московские художники выезжают в Новгород, Псков, на Север, в города Поволжья, а
лучшие мастера этих художественных центров выезжают для работы в Москву, где они
знакомятся с творческими приемами столичных живописцев. Московское искусство
постепенно нивелирует местные школы и подчиняет их общему образцу.
Сто лет тому назад Ф.И. Буслаев ставил в упрек древнерусской живописи то, что она отставала от
Возрождения на Западе, «не имела ни правильного рисунка, ни перспективы, ни колорита,
осмысленного светотенью». В наши дни такие упреки неубедительны. Теперь мы знаем, что
древнерусская иконопись обладала своими драгоценными качествами и была подлинным
искусством.

Древнерусская иконопись - одно из крупнейших явлений мирового искусства, явление


своеобразное, неповторимое, обладающее огромной художественной ценностью. Она
порождена особым путем развития нашей страны. Но созданные ею ценности являются всеобщим
достоянием. По своему удельному весу нашу древнюю иконопись можно поставить рядом с
древнегреческой вазописью, с этрусской стенописью, с византийскими мозаиками, с готическими
витражами, с иранской миниатюрой, с алтарными образами раннего итальянского Возрождения.
В решении коренных задач искусства русские иконописцы шли своим особым путем. В России не
могло развиться Возрождение в таких масштабах, как в Италии. Русские мастера всего лишь
угадывали античность, но в XV веке они были близки к аттицизму V века, как ни один другой
народ Европы. Лучшие достижения древнерусской иконописи - это образцы «чистой живописи»