Вы находитесь на странице: 1из 266

1

Алишер ТАКСАНОВ
ИСТОРИИ ПРО МИЛИЦИОНЕРА АБДУЛЛУ-АКА
2

Содержание:
СКАЗКИ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ
Про грызунов и кошку
Не все посильно волшебству
Цепочка эволюции
Об императоре Склавене
Мозги общественного прогресса
Про предателя
Про мусорную корзину
Про жестокого эмира
Про Матушку-природу и Старуху с косой
Наш паровоз вперед бежит
Про крокодиловы слезы
Про льстеца
Прокурорские очки
Про евнуха и разбойников
На смерть чиновника
Кредитоспособные иностранцы
Про книгу эмира
Про прибор интеллекта
Про верблюда и других животных
Зять эмира
Про Фетровую Шляпу
Про дочь падишаха
Прибыльное дело
Кирпичная дипломатия
Cветлое будущее свиньи
Игры для взрослых
Про муравья и жуков
Солдаты гастрономических сил
Идеальный муж
Идеальная жена
Не нужно и не надо
Еще раз об идеальной жене
Про палача
Как Крокодил служил Пиранье
Про насекомых-правозащитниц
Про бесчестного судью
Как в зоопарке выборы проходили
Про эмира, который любил сказки
Про вурдалаков
Как шуты конференцию проводили
Про разбойника и стражника
Как Узурпатор присягу принимал
Черная дыра
Кому откроешь дверь?
Остров невезения в океане есть...
Кинопроектор Судьбы
Про две авторучки
Новая версия сказки о семерых гномах
Про Дракона и Принцессу
Откровения унитаза
Впечатление трибуны
Размышления бледной спирохеты
Мысли палача
Про молоток и гвозди
3
Про пилу и бревно
Про Пчелу и Муху
Демократизатор для правозащитников
Народ для Короля
Про старый Дом
Утренний, Дневной, Вечерний и Ночной Дозоры
Пресс-доверчивый человек
Хобби президента
Акула, определившая океан
Особенности восточного туризма
Ментология – наука о ментах
Как хоронили Главную книгу
Как болты и шурупы революцию устроили
Флюгер вождя
Глобус страны
По делам и признание
Про гриб-милиционера
Про кошачий произвол и мышинный экстремизм
Про самолет и тракторы
Про унитаз, взлетевшем в небо
Про фокусника и госчиновника
Короткие истории про Диктатора
Про барана
Судьба мужчины
Свеча и ветер
Жертва
Безработный рыцарь
Звезда любви
Про милиционера и его подвиг
Про балерину
О бедных акулах замолвили слово
Клоунада президента
Пылесос
Наше будущее – в вегетарианстве!
ИСТОРИИ ПРО МИЛИЦИОНЕРА АБДУЛЛУ-АКА
Как милиционер Абдулла-ака мозги покупал
Как милиционер Абдулла-ака занимался социологией
Как милиционер Абдулла-ака на разведку ходил
Как милиционер Абдулла-ака переводил РУВД на хозрасчет
Как милиционер Абдулла-ака повышал свое литературное мастерство
Как милиционер Абдулла-ака выборы президента проводил
Как милиционер Абдулла-ака защитил диссертацию
Гарри Потерр и милиционер Абдулла-ака
Волшебная палочка милиционера Абдуллы-ака
Как милиционер Абдулла-ака и судья Исайжан боролись с коррупцией
Как милиционер Абдулла-ака вел дневник
Про милиционера Абдуллу-ака и джина из лампы Аладдина
Как милиционер Абдулла-ака был в загранкомандировке
Как милиционер Абдулла-ака изучал теории о милиции
Как милиционер Абдулла-ака повстречал Деда Мороза
Экзорцист, или изгоняющий милиционера Абдуллу-ака
Как милиционер Абдулла-ака вел детскую телепередачу
Как милиционер Абдулла-ака писал статью в газету
Мудрые цитаты милиционера Абдуллы-ака
Как милиционер Абдулла-ака сочинял гимн полиции
Как милиционер Абдулла-ака участвовал на международном рок-фестивале
Как милиционер Абдулла-ака медаль заслуживал
4
Как Абдулла-ака создавал полицейскую партию
Как милиционер Абдулла-ака вел допрос
Воспоминания милиционера Абдуллы-ака
Как милиционер Абдулла-ака попал в ад
Компьютерная игра. Как милиционер Абдулла-ака атаковал врагов
Как милиционер Абдулла-ака вел радиопередачу
Как милиционер Абдулла-ака занимался туризмом
Как милиционер Абдулла-ака занимался рекрутами
Как милиционер Абдулла-ака писал сочинение
Как милиционер Абдулла-ака Опорный пункт укреплял
ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ИСТОРИИ
Желудок

СКАЗКИ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ

Про грызунов и кошку

Решили грызуны как-то выйти из подполья и начать борьбу за собственные


политические права, создали свои партии и собрались в амбаре, где полным-полно зерна
хранилось.
- Мы самые серые и шустрые! – кричат мышки-норушки. – Мы требуем, чтобы наши
социально-зоографические установки прежде всех других были учтены в законопроектах!
Мы самая многочисленная живность в этом ареале! Мы – авангард общества грызунов!
Иного мнения были водящиеся неподалёку по соседству мыши-полёвки:
- Зато за нами – электорат! Нас поддерживают бизнесмены и фермеры! А они –
экономическая сила! Поэтому мы, полёвки, находимся в оппозиции к вам, норушкам! Мы
намерены проводить либерализацию бюджетной политики и реструктуризацию налогового
бремени!
Тут выступили крысы подвальные:
- Еще чего! Вы все - не интеллигенция, в ваших программах нет ни слова о науке и
просвещении! Мы, крысы, объявляем себя в оппозиции по отношению к вам всем! Мы
начнем активную борьбу за улучшение жизни учителей и врачей, инженеров и студентов!
Будущее – за крысами!
В этот момент появились суслики:
- А вот мы – свежая сила, мы явились сюда с новыми идеями, и за нами пойдет весь
род грызунов, нас поддержат во время избирательной кампании! Мы за экологию и охрану
окружающей среды! Мы самая зеленая партия!
Так вопили друг на друга грызуны, спорили, кто и за что, только все они боялись
поднять глаза кверху. Ведь там, на мешках с зерном восседала кошка, свирепая, жестокая и
беспощадная. Не один грызун, посмевший что-то пискнуть в протест, или покуситься на
зерно, был растерзан ею, и поэтому все крысы, мыши, суслики и другие знали - кто в амбаре
хозяин. У кого страшные зубы, смертельно опасные коготки, чуткий нюх, острое зрение,
длинные усы и пушистых хвост, тот и президент общества.
Лучше быть в оппозиции друг к другу, чем к кошке, так рассуждали грызуны. Ей лучше
воздать хвалу, чем почувствовать на себе ее безжалостные когти. И поэтому вся мелюзга
шуршащая утверждала, что свое будущее видят только под руководством семейства
кошачьих и великое будущее амбара можно построить только под мяуканье и мурлыканье
«Кошки, определившей эпоху».
А кошке этого только и надо было. Ведь всегда есть и свежее мясо - грызуны, и зерно,
с помощью которого можно управлять настроением в обществе и раболепием подданных, на
чем и основывается власть в амбаре.
(16.10.2009, Шотикон)

Не все посильно волшебству


5
В цветущей зелёной долине жил-был один старик. Каждый день он выходил на поле,
чтобы кетменем1 возделывать землю, ухаживать за хлопчатником, поливать его из
ближайшего арыка, собирать урожай, когда придет сезон. В жару, прохладу, дождь, в любое
время суток старик без устали и без отдыха занимался своим делом. Однако не приносил
ему богатства его труд – все отбирало начальство и местная знать, и лишь жалкие гроши
доставались семье дехканина. Поэтому не было достатка в его доме, не радовались дню
дети и внуки, прозябающие под дырявой крышей и ходящие в лохмотьях.
Шел однажды старик к полю, смотрит – в силках запуталась чудо-птица Семург.
Бьется она, хлопает крыльями, щелкает клювом, звонко кричит, однако не может
освободиться. Увы, попадется она иногда на ужин удачливому ловцу, тому, кто не смотрит в
Красную книгу и охотится в заповедных местах. А такое позволяют себе те, кто приближен к
трону или обслуживает здешнее начальство.
- Помоги мне, старик! – молит Семург. В ее глазах светится надежда на то, что
встретила она доброго человека. И не ошиблась.
В свою очередь, не удивился старик человеческому говору птицы. Знал он, что
Семурги – это волшебные создания, приносят они удачу и счастье. И пожалел он ее,
освободил от пут.
- Лети себе к солнцу, чудо-птица! - сказал он ей, вскинул на плечо кетмень и пошел
дальше. Работы на поле было еще много.
Однако птица не пожелала остаться неблагодарной. Взлетела она и приземлилась
впереди старика, распахнутыми крыльями преграждая его путь.
- Проси, чего хочешь – все исполню, - сказала Семург. – Не пристало нам, чудо-
птицам, оставлять без внимания своих спасителей. Отплачу я тебе добром. Хочешь стать
богатым – так дам я тебе сундуки, полные золота и серебра, сапфиров и бриллиантов!
Старик махнул рукой:
- Зачем мне богатства – разве в них счастье? Сундуки с драгоценностями отнимет или
сам эмир, или его нукеры, или просто разбойники с большой дороги. Богатство следует
зарабатывать трудом, а не брать его незаслуженно...
- Правду молвишь, старик, - согласилась птица, удивленная мудростью старика. –
Тогда хочешь быть знаменитым? Я могу сделать тебя великим мударисом или поэтом –
слава к тебе придет, а с ним и уважение, и богатство...
И тут старик имел иное мнение:
- К чему мне слава на старости лет? Почет и уважение добывается тоже трудом, не
нужно мне пятиминутной славы – оно быстро приходит и также быстро уходит...
Щелкнула клювом Семург, соглашаясь с этим мнением человека. Однако отступать не
желала, не в ее принципах было не платить добром за добро.
- Может, хочешь стать бессмертным? Я могу продлить тебе жизнь до бесконечности...
И ты увидишь правнуков и их правнуков, и правнуков тех правнуков...
Усмехнулся старик:
- Все в этом мире имеет начало и конец, не может быть рождения без смерти. Не
вмешивайся в волю Аллаха, сколько мне отмерено им, столько я и обязан прожить на
Земле. Таков порядок, и его ломать не следует...
Семург немного рассердилась:
- Старик, ты мудр, но дай мне шанс отплатить свое спасение...
Тогда тот, немного подумав, произнес:
- Хорошо. Я прошу тебя об одном: дай совесть эмиру, чтобы он не мучил нас
налогами и не угрожал казнями, если мы с ним не согласны; дай честность бекам 2, чтобы не
грабили они нас пошлинами и не вымогали взяток, а управляли справедливо; дай
ответственность казиям3, чтобы судили они по закону, а не по указанию вышестоящих
инстанций; дай порядочность стражникам, чтобы не занимались они вымогательством, а
защищали народ от преступников; дай мудрецам ясность мысли вместо тумана и лести...
Тогда и ко мне придут богатство, слава, и долголетие...
Вздохнула Семург:

1
Кетмень – мотыга.
2
Бек – наместник.
3
Казий – судья.
6
- Я могу погасить Солнце и зажечь новую звезду, повернуть вспять реки и осушить
океаны, поднять горы и занести пустыню снегом. Но не могу я изменить человеческую
природу – никакое волшебство не способно сделать из лжеца честного человека, из убийцы
– миролюбивого гражданина, из взяточника – порядочного чиновника... Прости, старик, но я
бессильна.
Сказала птица, взмахнула крыльями и взлетела, потому что решила больше не
прилетать к людям, не внушать им несбыточных надежд...
Но не вышло у неё, угодила в другие сети.
И сейчас она распятая, стреноженная, с перебитыми крыльями висит на гербе одного
восточного государства и печально смотрит на то, что твориться в стране, осознавая
невозможность вмешаться и сделать народ счастливым.
Где же ты, добрый старик с тяжелым кованым кетменём? Приди на помощь ещё раз,
выручи, молю тебя!
Если внимательно приглядеться к гербу, то можно увидеть, как из глаз птицы Семург
мелкими каплями стекают кровавые слёзы.
Такая вот грустная сказка.
(25.10.2009, Элгг)

Цепочка эволюции

Сотни миллионов лет назад на Земле господствовали динозавры. Ну, это не совсем
так, ибо ящеры тоже были не одинаковы: среди них жили те, кто питался растениями, и те,
кто питался мясом. Уж такое неравенство определила природа – должны быть почему-то
хищники и жертвы. Понятное дело, что господами считались не мудрые, не добрые, не
порядочные, а те, кто жил по кровожадным понятиям.
Какое же общество существовало в эру динозавров? Самыми спокойными и
неторопливыми считались диплодоки, любители листвы и травы, – весили они тонн
тридцать, были огромными по размеру, но, увы, тугодумы. Пока до чего узреют, пока сигнал
дойдет до крохотного мозга, так время уйдет не в их пользу, смотришь, а диплодоки уже
закованы и в рабстве. Вынуждены они работать на более мелких, но изворотливых, жестоких
и коварных, каких было немало вокруг.
А ими считались тиранозавры-рекс, стремительные хищники с огромными челюстями,
которые в одну секунду способны были расправиться с любым, кто повстречается на пути,
не подчиниться или станет противоречить. Боялись все тиранозавров, кланялись ему,
прислужливали. Даже бандиты-аллозавры не всегда вступали в схватку, порой стремились
уйти подобру поздорову, типа, жертв много, можно найти и в другом месте, зачем с властью
ругаться?
Больше всего старались угодить тиранозаврам мелкие животные типа крокодилов,
змей, варанов, которые доносили на бронтозавров, писали кляузы на птеродактилей,
подставляли плезиозавров и ихтиозавров, - такова уж была их суть, делать всем гадости.
Всем доставалось от этих пакостников, но никто не перечил им, боялись, так как жили те под
защитой тиранозавров. А тиранозавры любили доносы, так как это позволяло им под
предлогом сохранения политической стабильности расправляться с любым существом, то
есть просто на законном основании питаться и говорить о гуманизме и справедливости.
Были еще стегозавры – травоядные, у которых были пластины и щыпы, этим они
защищались от тиранозавров и прочих хищников. Считались они независимыми и вроде бы
ходили в героях, но на самом деле сами стегозавры плохо уживались друг с другом:
постоянно дрались, обзывались, сплетничали, соперничали. Короче, не было у них мира и
благополучия.
Да, в небе летали птеранодоны, тераторниусы и птерозауры, казалось им-то какое
дело до земноводных, летай себе, ни от кого не завися. Ан-нет, гадили они сверху на них,
иногда стаей нападали на какого-нибудь мелкого грызуна и пожирали, оглядываясь по
сторонам, как бы крупный хищник не нагрянул и их самих не употребил в пищу. А потом
взлетали в небо и кричали о демократии в мире флоры и фауны.
Так и жили динозавры сотни миллионов лет, не было у них никакого социального
прогресса, топталась жизнь на месте, и природа решила в одинг момент, что пора менять
ситуацию, требуется сделать что-то другое. Шестьдесят пять миллионов лет назад грохнулся
7
на Землю астероид, наделал он, скажу я вам, дел... Почти девяносто процентов жизни было
уничтожено. От поднятой пыли почернело небо, солнечные лучи не могли проникнуть к
поверхности и больше не давали энергии растениям, те высохли, а вслед за ним стали
вымирать травоядные. По цепочке отдали душу и хищники, которым уже не накого было
охотиться.
Природа начала ну, если не с нуля, то во всяком случае с новой эпохи. Возникли
млекопитающие, и они в течение миллионов эволюций стали доминирующими на планете.
Только думаете, порядок изменился? Нет хищников и нет жертв? Как бы не так! Опять пошло
все по прежнему кругу...
Посмотрите на человеческую расу – разве трудно отличить в них тиранозавров,
стегозавров, диплодоков, и крокодилов, змей и варанов – вот уж последние всегда
приспособятся. Наверное, поэтому они существуют до сих пор.
Природа почему-то оставила их цепочку жизни. И теперь скажите, к кому относитесь
вы? Может, в вас есть ген кого-то из тех ящеров, что жили миллионы лет назад?
(25.10.2009, Шотикон)

Об императоре Склавене

Много сотен лет тому назад, в Риме, который ныне называется Древним, властвовал
один Император. Легенды гласят, что по жестокости и кровожадности не было ему равных
среди предшественников, немало людей полегло от его подозрительности, хитрости и
коварства. Естественно, народ не любил Императора и желал ему скорой смерти.
Но речь пойдет не о том Императоре, хотя человек он был значимый для своего
времени. Просто был у него один раб по имени Склавен, и вот о нем-то мы и расскажем. Раб
как раб, трусливый, хитрый, ленивый и к тому же кляузник, то есть далеко не из таких, кого
вел в бой великий гладиатор Спартак. Такие рабы по своей натуре предпочитали свободе
неволю и послушание.
Склавен, войдя в доверие, всегда крутился возле Императора, доносил ему, о чем
говорят рабы, что делают военноначальники, какие слухи ходят среди свободных римлян. И
не раз на казнь отправлялся человек именно по навету этого раба, но об этом никто тогда не
догадывался.
Так получилось, что никто не знал, что у Императора было больное сердце, и
однажды, в тот момент, когда Склавен обливал грязью очередного сенатора, властитель
вдруг посинел и повалился на бок, глаза его остекленели. Испуганный Склавен схватил
своего хозяина за плечо, чтобы придержать, и увидел, что хозяин мертв. Это еще больше
вселило страх в душу раба.
В тот момент в помещение вошли стражники. Увидев мертвого Императора, они
решили, что это Склавен его убил. Раб начал оправдываться:
- Император сам умер, я его не трогал!
Однако стражники его не слушали, они наоборот, очень обрадовались смерти
Императора, ведь он был противен не только гражданам Рима, но и войску.
- Император умер! – закричали они. – Император умер!
Радостная весть быстро облетела императорские покои, и челядь возликовала. Тут
придворные и стражники обратили внимание на бледного Склавена, всё ещё стоявшего у
трона. Все почему-то решили, что именно он убил тирана и за это достоин высокой участи.
- Слава новому императору Склавену! Аве Склавену! – вскричали стражники. Их
поддержали сенаторы, и в одно мгновение раб стал главой государства.
Страх быстро прошел, и Склавен воссел на трон. Теперь он был владыкой Рима.
Однако не думайте, что он освободил своих товарищей – таких же, как он рабов, наоборот,
еще больше людей он приказал заковать в кандалы и отправить на галеры. Будучи жадным,
теперь Склавен грабил и отнимал богатство у кого попало, казнил всех недовольных. Его
солдаты рыскали по всей Империи, взимая непомерно высокие налоги. Подозрительно
бывший раб относился ко всему, и видел во всем зреющие мятежи и сговоры, поэтому на
плаху отправлялись и чиновники, и военноначальники, которые не нравились ему или
попадали в немилость. Более того, Склавен стравливал одних граждан с другими, чтобы они
были заняты выяснением отношений между собой, а сам при этом, как говорится, ловил
рыбку в мутной воде.
8
Империя при Склавене приходила в упадок. Уже не было того величия у Рима, как
прежде. Старый Император был плохим, а новый оказался еще хуже. Почему?
Да потому что раб останется всегда рабом, даже если он получил свободу. А если у
него вдруг окажется власть, то это самое страшное, что можно себе представить. С
ментальностью и психологией раба никогда не построить ни государство, ни свободное
общество, ни добиться справедливости и торжества законов.
Поэтому подумайте, если ваша страна катится в пропасть, может у власти сидит тот,
кто раньше был рабом? И незаслуженно, по случайному стечению обстоятельств стал
правителем?
Тогда не ждите расцвета и величия! Раб даст вам только рабство, а не свободу!
(22.10.2009, Цюрих)

Мозги общественного прогресса

В одной стране ученые изучали мозговую деятельность разных категорий людей,


чтобы понять, как развивается человечество и что конкретно приводит в движение прогресс
общества. Первым делом они обратились к Президенту, чтобы тот позволил снять
энцефалограмму его головного мозга.
- Вы – человек, который определил эпоху, Вы – великая личность, и об этом пишут во
всех газетах. Вами восхищаются многие видные чиновники и электорат, неоднократно
избиравший вас на этот высокий пост, - сказали ученые Главе Государства. – Поэтому мы
хотим разработать специальную методику, и на вашем примере показать, насколько
серьезна и трудна работа Первого Руководителя страны, сколько мыслительной энергии она
требует.
Президенту понравилась эта идея, и он согласился. Ученые при помощи присосок
налепили ему на лоб и виски датчики и подключили к осциллографу. Стали с трепетом
смотреть на экран, однако там высвечивалась одна лишь прямая линия.
- Ваше Превосходительство, Вы сейчас… думаете? – спросили Президента ученые, в
недоумении крутя умными головами.
- О-о, конечно, я сейчас мыслю о том, как спасти страну от мирового кризиса и
обдумывают текст антикризисной программы, - ответил Президент, устремив свой взор куда-
то в неведомую даль. Так он делал всегда, когда выступал перед министрами и депутатами,
и те благоговели перед ним в священном трепете.
Ученые опять глянули на прибор, а там сплошная прямая линия, нет никаких
всплесков, словно данный мозг вообще не функционирует. Всполошились деятели науки,
забегали, стали проверять исправность аппаратуры, правильно ли подсоединены провода,
крепко ли датчики зафиксированы на голове – вроде бы все нормально, а все равно итог
один – прибор отказывается фиксировать какую-либо мозговую деятельность у Главы
Государства.
Опешившие ученые решили больше не повторять эксперимент, чтобы не вызвать
гнев и упреки, просто поблагодарили Главу Государства за помощь.
После на кресло сел Главный Прокурор. Прибор зафиксировал слабые импульсы,
исходящие из головного мозга, линия была не совсем прямой, иногда она самую чуточку и
кое-где искривлялась. Стали ему показывать разные предметы, например, цветы, картины,
бытовую утварь с целью вызвать какие-либо ассоциации – осциллограф высвечивает такую
же линию. Тут кто-то предъявил толстый том Уголовного кодекса, и – плик! – побежала
змейка по дисплею. Оказалось, данный документ «оживил» прокурора. Тут кто-то другой из
ученых вынул сто долларов, и осциллограф забился в припадке от всплесков импульсов.
Уже по глазам прокурора было видно, как он обрадовался иностранной купюре. Когда же
ему ткнули в лицо пачкой банкнот, то прибор чуть не взорвался.
Прокурор схватил деньги и больше не разжимал руку. Пришлось отпускать его с
полученным «гонораром» обратно на рабочее место. «Мыслительные процессы у
работников правоохранительных органов возникают только при определенных
обстоятельствах», - отметили ученые в своих записях.
Третьим был фермер – изможденный и уставший человек, с красными воспаленными
глазами. Датчики еще не успели присоединить, как осциллограф разразился огромными
пиками.
9
- О господи, этот человек буквально излучает активную мозговую энергию! –
вскричали одни ученые, пораженные данными прибора.
- Что же вас тревожит? – спросили другие. – Сигналы зашкаливают... О чем вы
думаете?
- Ох, жизнь у меня такая, - вздохнул фермер. – Я должен думать, как посадить
сельхозкультуру, откуда воду взять и удобрения, как с банком рассчитаться, куда на
хранение урожай положить, как от проверяющих избавиться, как с налогами разобраться, как
технику отремонтировать... А ведь еще семья есть, родители и дети, праздники, дом, сад,
школа... Нет покоя мне, вот и думаю я целыми днями и ночами...
Удивленные ученые поблагодарили его и пожелали удачи. А в своей новой книге они
написали, что только те, кто занимается благородным делом, является двигателем
общественного прогресса, и их мозг – самый активный.
(19.10.2009)

Про предателя

Жил-был один человек. Ну, скажем прямо, ничего из себя он не представлял – ни


ученый, ни артист, ни мудрец, ни мастер, ни фермер, а просто так, обычный обыватель,
каких на белом свете сотни тысяч и миллионы. Но в тоже время нельзя сказать, что не
располагал он умом, вот именно «серго вещества» на пакости и подлости всегда хватало,
причем с избытком – и в этом была его сила. Человек был предателем, и этим гордился. Он
изворачивался и хитрил так, что никто не мог его никогда ни в чем обвинить или доказать его
нечистоплотность.
Он становился другом одного, чтобы потом предать его врагу, однако и ему потом
изменял. Не имея нравственных ценностей, вступал в партии и движения и только для того,
чтобы с легкостью перебежать на сторону других, которых позже также предавал, становясь
в ряды третьих. Он за деньги продавал государственные секреты, подставлял невинных,
унижал обездоленных. Ратуя за справедливость, он просил помощи у доноров, однако эти
же средства присваивал, обрекая на смерть тех, за кого, якобы, заступался.
Такова была его внутренняя сущность – подставлять и предавать, извлекая из этого
прибыль. Деньги – вот что было его целью. Однако кроме этого, он получал душевную
радость, видя, как от его предательства страдают люди.
Он достиг таких высот, такого мастерства в предательском ремесле, что привлек к
себе однажды внимание одной персоны. Кого?
Да самого Сатаны.
Явился к нему ангел тьмы и сказал:
- Ты достин восхищения даже у меня! Я считал себя самым лучшим предателем во
Вселенной, ибо я первым предал Господа!
- Но он тебя свергнул, и ты остался ни с чем, - усмехнулся человек. – А вот я на
предательстве делаю богатства! – и он показал сейф, забитый деньгами.
- Твои богатства – это тьфу по сравнению с тем, чем располагаю я, - произнес Сатана.
– И я достойно оплачу твое предательство, если ты его совершишь!
- Ха, я предал на Земле всех, кого мог – друзей и родителей, родных и
одноклассников, царей и эмиров, коллег и партнеров, государства и страны, партии и
фирмы, нет ничего такого, чему я не изменил! – с гордостью заявил человек. – Я достиг
совершенства в этом!
- Есть! Ты еще не предал Господа! Это последнее, что ты не совершил!
Тут человек задумался: ах, да, это точно! Но ведь за предательство Творца мне никто
ничего не обещал. Не было поэтому и смысла изменять ему. Хотя...
- Теперь есть, - прочел мысли человека Сатана. – Я озолочу тебя, сделаю самым
богатым. Отвернись от Господа, - и при этом он открыл на короткое время все свои
несметные сокровища, которые хранил в аду. О-о-о, там были миллионы тонн золота,
серебра, алмазов и сапфиров, и они все манили к себе своим великолепием и силой! – И все
это станет твоим – обещаю!
Человек мгновенно сделал последнюю сделку с совестью, и предал Господа,
подписав договор с Сатаной. В ту же екунду он очутился в аду, причем в кипящем котле.
10
- Но что это? – вскричал предатель, горя вечным проклятием. – Ты же обещал мне
иное!
- Понимаешь, я ведь предатель, - усмехнулся Сатана. – Я предал не только Господа,
но и тебя, а иначе какой же я презренный ангел? Предавать – это моя натура, как и твоя, и
мне все равно, как и тебе, кого предать!.. А ты ведь потом предал бы и меня – не правда
ли?..
Так что всех тех, кто предает, ожидает такая участь – быть преданным.
(18.10.2009)

Про мусорную корзину

В одном офисе находилась мусорная корзина. Большая такая была – литров на


двадцать. И туда бросали все то, что было уже не нужно: огрызки яблок, испачканные листы,
сломанные карандаши, уже не пишущие ручки, согнутые скрепки, треснувшиеся кружки, а
также много-много другого барахла. Впрочем, перечислять все не стоит, ведь загляните в
любой офис и вы сами увидите, что может стать мусором. Конечно, корзина все это терпела,
потому что видела в этом свою цель, и вообще смотрела на жизнь философски. Ведь кто-то
творил прекрасное, душевное, с порывами страсти и эмоций, а кто-то убирал за собой
отходы этого творчества – и это тоже было нужно и, как считало ведро, полезно.
Но этого не понимали остальные «жители» офиса – дискеты, компьютеры, принтеры,
органайзеры, копихолдеры, веб-камеры, телефоны, зеркала, ручки и другие предметы, без
которых невозможна солидная работа. Они смеялись над корзиной, называя ее
ассенизатором, клоакой бизнеса, и кричали: «Эй, ты, ведрянище, чем сегодня тебя
заполнят?.. Ха-ха... Ничем, кроме мусора! Ты будешь на самом нижней ступени нашей
социальной жизни, останишься презренным вместилищем отходов. А мы будем двигать
прогресс, совершенствовать человечество!»
Корзина только вздыхала и отмалчивалась. Она сама понимала свое неприятное и
неприглядное значение, давно привыкло к этому и поэтому спокойно воспринимала
насмешки и оскорбления бюрократической «аристократии». А что ей оставалось делать?
В один прекрасный (или все-таки не прекрасный? – кому как) день в офис пришел
босс и заявил сотрудникам: «Значит так, мы проводим модернизацию оборудования и
обновляем имущество. Сейчас вам на складе выдадут новую оргтехнику, бумагу,
канцелярские принадлежности. Нам нужно поддерживать высокий имидж, и поэтому
обновление всего просто необходимо... Чуть позже поменяем и мебель...» Работники в ответ
захлопали от радости в ладоши, и стали срочно подчищать места для новых вещей.
В мусорную корзину полетело все то, что раньше хранилось на столах и шкафах.
Утром уборщица должна была вынести содержимое на улицу, куда обычно подъезжала
автомусоровозка. А сейчас бумаги, канцтовары, дискеты, органайзеры, копихолдеры и
прочее лежали внутри этой двадцатилитровой пластмассовой емкости и, продавленные
обстоятельствами, молчали. А сама корзина им назидательно сказала: «Вчера вы были
хозяевами жизни, а сегодня – мои клиенты. Я тут нахожусь уже тридцать лет, и никто меня
не собирается менять. Потому что я нужна. А вы – приходящие... Увы, такова логика
жизни...»
(11.06.2007)

Про жестокого эмира

В одной восточной стране жил эмир. Жестокий и злой такой. Он казнил своих
подданных, которые ропотали против него, сажал недовольных в тюрьма и на кол, повышал
налоги для населения и бизнеса, чтобы ему жилось хорошо на эти деньги. Только этого
было мало, и поэтому для тщеславия заставлял придворных мудрецов расхваливать свое
правление и себя лично, мол, какой он великий и умный, и народ любит и уважает его.
Мудрецы, конечно, старались, пели ему песни и сочиняли во славу его стихи, писали
умные книги для нынешего и будущего поколения. Только никто в стране не верил эмиру и
про то, что пишут в книгах и газетах. Все ненавидели тирана.
Эмир это понимал и поэтому усиливал репрессии. По его мнению, чем быстрее
отрубят голову недовольным, тем меньше будет вожаков. А чем больше сидеть будет людей
11
за решеткой, тем спокойнее для власти. Стражники эмира рыскали днем и ночью, выискавая
тех, кого падет подозрение в организации революции или получении денег из-за рубежа.
Попутно они обделывали и свои делишки: вымогали деньги, грабили, убивали, прикрываясь
законом. И все это им сходило с рук. Потому что эмир разрешал им подобное совершать –
лишь бы его защищали от врагов.
Однажды эмир проснулся утром, а рядом стоит главный визирь – самое доверенное
его лицо в правительстве - и стражники. «Все, Ваше Величество, закончилось ваше время –
слазь!» - сказал визирь, сталкивая с кровати своего хозяина.
Эмир кричал: «Измена! Это дворцовый переворот! Покушение на Конституцию!
Караул! Вы ответите за преступление!» Но никто его не слушал: ни народ, ни мудрецы, ни
сами стражники. Бывшего властителя посадили в тюрьму, а потом и обезглавили. Ведь этот
человек принес народу много горя, да и помнить о его существовании никто не хотел.
Новым эмиром стал бывший главный визирь. Только он ничем не отличался от
предыдущего владыки. Точно также он грабил страну, потому что не успел много наворовать,
продавал золото, газ и хлопок за бесценок, лишь бы его другие державы поддерживали,
преследовал оппозицию и журналистов, которые критиковали его режим. Он позволял своим
стражникам более страшные вещи, вплоть до варения заключенных в котлах, лишь бы они
поддерживали его власть штыками. А мудрецы пели дифферамбы точно также в его честь,
как и раньше в адрес предыдущего эмира.
Да только сам визирь-эмир плохо спал. Потому что никому не доверял и всего боялся.
Он понимал, что в один прекрасный день придет кто-то из чиновников и пинком сгонит с
трона. Поэтому усиливал репрессии, в каждом видел заговорщика... А народ тихо ненавидел
его и читал запрещенные листовки. Об этом доносили визирю-эмиру, он приказывал найти
виновных и наказать. Находили кого-то и отрубали им головы. Да только все равно власть у
визиря-эмира была зыбкой.
Ведь таких правителей ничего хорошего не ждет. Они прекрасно это понимают. И все
равно садятся на трон, которого не заслуживают. Однако и народ не заслуживает того, кто
сидит во дворце. Просто люди чего-то ждут... Только чего? Нового эмира – справедливого и
честного?
Да только нет таких в природе...
(11.06.2007)

Про Матушку-природу и Старуху с косой

В одном месте находился родильный дом, и там властвовала Матушка-природа –


великая фея. Она каждый день давала новую жизнь, и этому радовались все люди, которые
приходили сюда. Сами посудите, как прекрасно рождение новой жизни, которую держишь в
руках. Маленькие, пухлые, гугукащие и плачущие существа вызывают не только умиление у
родителей, но и радость, вдохновение.
Поэтому роддом всегда был усыпан цветами, и над зданием сияло солнце, обогревая
всех своей лаской. Каждый вошедший ощущал радостную и цветущую атмосферу. Матушку-
природу все уважали и любили за ее доброту и дела. Отсюда начиналось все хорошее и
возвышанное, что могло быть в мире.
А недалеко располагалось кладбище, и там обитала Старуха с косой (сказать, что
жила – это сложно, ведь мертвые не живут) – злая колдунья. Естественно, здесь всегда было
мрачно, тоскливо и страшно, и сюда приходили только по принуждению. Ни одна музыка,
кроме печальной, не раздавалось с этой территории. Часто слышались плач и крики. А
Старуха старалась вовсю - махала косой, заполняя число своих «жителей. То есть это место
было противоположностью роддому: если там давали жизнь, то здесь отнимали ее. И кроме
скорби и страха кладбище не вызывало никаких эмоций. Если здесь и были цветы, то они
укрывали могилы, как бы закрывая их от постороннего взгляда. И только тусклая луна была
вечным спутником этого места.
Такое соседство было контрастным. И Старуха с косой всегда враждовала с
Матушкой природой. Конечно, по принципиальным вопросам.
- Ты отнимаешь у людей то, что я им даю! Ты убиваешь все хорошее, что существует
в природе! – гневно говорила Матушка-природа. – Ты создана только для того, чтобы лишать
живых надежды и любви, мечты и благоденствия! Ты самая подлая фея на свете.
12
Однако ее соперница не была согласна с ней:
- Неправда! Я успокаиваю тех, кто не нашел себя в этой жизни. Я даю
обезболивающее тем, кто неизлечим и мучается, я возвращяю в природу тех, кому не
следует быть здесь. Я есть конец твоего начала, и есть начало твоего конца!
Матушка-природа была с этим не согласна.
- Ты посмотри, как любят меня все живые, и как ненавидят они тебя! Посмотри, как
лучезарны улыбки тех, кто приходит и уходит из роддома. Потому что здесь начинается их
будущее.
- Ну, ты не права, - ухмыляется Старуха. - Меня любят, если так можно сказать, те, кто
находится на кладбище. Потому что я освободила их от того груза, что ты взвалила на них.
Ты не спрашивала: могут ли они делать то, что им определено тобой в жизни. Хотят ли они
этого? Почему ты одних делаешь сильными и красивыми, а других – слабыми и
уродливыми? Как получается, что одни люди – цари и пользуются всеми благами, а другие –
рабы, и живут они в нищите и безнадеге?
Матушка-природа хмурилась:
- Потому что мир не должен быть однообразным. Он должен быть разным, и от этого
прекрасен и волнующ. Нельзя делать всех одинаковыми и однотипными. Тогда нет
прогресса, нет движения.
Старуха находила свой аргумент:
- Я уравновешиваю всех – и короля, и крестьянина, и богатого, и бедного, и жертву, и
палача! Я не делаю ни для кого исключения. У меня находят покой и умиротворение те, кто в
жизни махал саблей и завоевывал города и страны, а также те, кто всю жизнь вспахивал
поле плугом или собирал золото у реки. Истину познают те, кто всю жизнь писал книги и
проводил исследования, и те, кто ленился это узнать. Спокойствие получают осужденные на
казнь и больные раком. Я им даю то, чего ты скрыла от них. То, чего не давала, исходя из
принципа разнообразия. Разве бедный не хотел быть богатым, а больной – здоровым? Разве
человек не хочет получить все по уму и труду, тогда как народами правят глупцы и лжецы?
Матушка-природа не знала, что и сказать в ответ. Она понимала, что Старуха с косой
права. Она давала жизнь, но не могла контролировать разнообразие последствий. Пока
существует жизнь, то будет и смерть. Если есть добро, то где-то рядом ходит зло. Ум
соприкасается с глупостью. Величие недалеко от низменности. Такой антоним существует
везде. Нельзя одно качество отделять одно от другого. Может, в этом и заключается
философия мирозданья.
Не будет смерти, то весь мир будет переполнен живыми. Смех станет
невыразительным, если не исчезнет плач. Радость не принесет чувства, если человек не
испытает скорби. Но если Смерть часто вторгалась в не свои территории, например, роддом
и забирала жертву, то Жизнь никогда не властвовала на кладбище. Во всяком случае ни
один человек еще не встал из могилы и не вернулся домой. Почему? На это Матушка-
природа никогда не ответит. Может, это ее соглашение со Старухой с косой?..
Поэтому нас всегда будут сопровождать две феи – Матушка-природа и Старуха с
косой, и над нами сиять Солнце и Луна...
(12.06.2007)

Наш паровоз вперед бежит

Жил-был паровоз. Хорошая была машина, мощная. И поэтому доверили ей везти


народ к светлому будущему. Потому что стало мрачно и неуютно жить на старой станции. А
тут появились миссионеры, которые говорили, что есть рай на Земле, только туда по
железной дороге можно добраться. Народ поверил, захотел перемен – нового места
жительства. Залили в котел воду, запаслись угольком, подцепили вагоны. Завалили вагон-
ресторан продуктами, причем деликатесами – это чтобы вкусно и сытно было в дороге. У
рычагов поставили ответственных машинистов. И скомандовали: «Вперед!»
Конечно, паровоз от работы не отказывался. Загудел изо всех сил, заработал
поршнями. Потянул состав, так как сила была и желание показать, на что он способен.
Разогнался, да так, что ветер в ушах свистел. Пассажиры ликовали. Мимо пролетали года и
другие страны. Счастье виднелось на горизонте. Народ мечтал побыстрее получить то, что
заслужил трудом. Даже оглядываться назад не хотел. Да и зачем? Все плохое осталось в
13
прошлом. А все прекрасное их ждало в будущем. Он уже виднелся в лучах фонаря,
установленного впереди паровоза. Пассажиры восторженно пели: «Наш паровоз вперед
летит...»
Прошли года. Скорость понемногу замедлялась. Уже выкипела вся вода в котле, пар
ушел в гудок. Колеса поизносились. Да и уголька осталось меньше. Температура
понижалась в печке, уже не было того жара, что раньше. Энтузиазма стало поменьше.
Машинисты ругались друг с другом. Еду в вагоне-ресторане давали по карточкам.
Пассажиры оглядывались и спрашивали, мол, а когда светлое будущее? Когда паровоз
привезет их к счастью? Пора уже ответ давать. Появилась оппозиция, которая постоянно
задавала неудобные вопросы: а правильный ли курс взят, там ли стрелку перевели, хватит
ли ресурсов для столь долгой дороги? Но вагоноважатый всех успокаивал: подождите
немного, вот скоро станция назначения покажется. Тогда все и получим то, о чем мечтали,
когда садились на поезд, а пока купите баклажанчиков и масла у меня, хоть и дорого, но зато
есть что поесть. Народ терпел, покупал дефицит и ждал – верил еще лозунгам и речам.
Пролетело еще какое-то время. Паровоз с трудом тащил вагоны, скорость была уже
минимальной. Уголь закончился. Воды давно в котле не было. Практически состав шел по
инерции. Машинисты давно плюнули на все и сидели за игрой в карты, не смотрели на
приборы, тем более на путь. Вагоновожатый тихо собирал деньги, которые заработал,
торгуясь тем или иным в дороге, и теперь ждал случая, чтобы выпрыгнуть с поезда и
исчезнуть. Пассажиры уже ропотали: не хватало еды в ресторане, тепла не было в купе и на
плацкарте. Постель износилась. Окна потемнели, ничего не было видно. Все спрашивали:
«Так где же счастье? Куда мы едем? Может, вернемся домой?»
Появились революционеры, которые толкали пассажиров к бунту: «Хватит нам мозги
пудрить! Нет никакого великого будущего! Мы не помним, что было раньше! Наверное, было
хорошо! Просто нас спровоцировали на эту бесконечную дорогу! Обманули!» Народ
забурлил, стал выходить из купе, требовать привлечения к ответственности всех тех, кто
имел отношение к поезду и к организации этой поездки. Пошли громить вагон-ресторан, так
нужно было запастить силой для революции. Но на полках ничего не было, ни крошки хлеба,
ни банки икры, ни бутылки водки – все давно закончилось. Голод и холод стали последней
каплей в их терпении.
Стали искать вагоновожатого. Да только тот умный был, сразу смекнул, что его
сделают козлом отпущения, и давно спрыгнул. Где он сейчас – не найти уже, то место давно
проехали. Побежали к паровозу, а там машинисты уже дерутся, обвиняя друг друга в
шулерстве. Их схватили поволокли на казнь. «Вы ответите за все! – орали пассажиры. – Нас
ввели в заблуждение! Ограбили! Мы потеряли столько времени на то, что было грезами!
Весь состав голодает и умирает от нищеты и холода!»
Машинисты отнекивались, мол, мы только за котлом следили, уголек подкидывали в
котел, да воду доливали. А за состав ответственности не несем. Тем более за путь, который
нам самим неведом. Мы тоже сало с хлебом не жрали, сами в мазуте и саже. Ищите других
виновников. Пассажиры подумали: как ни крути, а крайними делать машинистов нельзя –
такой же народ как и они сами.
Тогда приказали: останавливайте поезд. Машинисты дали по тормозам. Паровоз
вздрогнул, из под колес полетели искры. Состав окончательно замедлил путь и остановился
в какой-то пустыне. Нет ничего – ни деревца, ни воды, ни животных. Тем более жилых
построек. «Вот куда мы заехали с бредовыми идеями!» - негодовали люди, и хотели крови.
Тех, кто виноват в этом.
А найти не могут. Ведь сами согласились на эту поездку. Сами скидывались на
билеты. Сами помогали грузить вагоны углем, водой и едой. И тут один революционер
сказал: «Слушайте, во всем виноват паровоз! Это он завез сюда нас!» - «Точно!» -
согласились пассажиры, и схватили кто монтировку, кто топор, а кто гаечный ключ. И пошли
громить машину.
Паровоз был в ужасе, что с ним делали те, кого он столько лет вез по бесконечной
дороге. В течение короткого времени люди снесли котел, выкрутили все шестеренки,
вывернули из колен рычаги, разбили фонарь, который указывал путь в светлое будущее.
Кое-кто стащил колеса для личных нужд. Даже приборы – те, что не успели сломать –
растаскали по вагонам. Конечно, не все были удовлетворены этим, но на какое-то время
разрядили эмоции и негативные чувства.
14
Таким образом, крайними сделали паровоз. А про путеукладчиков, которые
проложили рельсы, никто и не вспомнил. Ведь пойди, разыщи их теперь...
(15.06.2007)

Про крокодиловы слезы

В одной фирме работали вместе менеджеры Крокодил и Лань. Были добрыми и


верными друзьями. Ходили друг к другу в гости, дарили подарки, вместе отмечали Новый год
и Дни рождения. Также в дружбе были их семьи.
И на фирме их уважали. Начальник Бегемот всегда ставил в пример подчиненным
Крокодила и Лань, мол, смотрите, какие хорошие работники, как слаженно работают, какая
от них высокая отдача. Что не успех, так это благодаря этим менеджерам.
Да и сами Крокодил и Лань, понимая, что способны на большее, старались вовсю,
чтобы всем на фирме было хорошо. Не покладая рук совершали финансовые и торговые
операции, расширяли сеть и объем продаж, увеличивали прибыль. Но не всегда так
получается. Бывают и промахи, и неудачи, - увы, таковы парадоксы жизни. Сорвалась
сделка, которую готовили два друга. Фирма села на мель. Работники заропотовали. Начали
требовать наказать виновных. Бегемот, естественно, не мог не прислушаться к мнению
народа. И он вызвал к себе Крокодила и Лань.
- Значит, так, - сказал он. – Из-за вас пострадала фирма. Вы не учли многого, хотя
считались хорошими менеджерами. Я обязан наказать вас. Но двоих не могу - мне нужны
менеджеры. Поэтому я уволю одного. Но кто им станет – выбирайте сами!
Крокодил и Лань остались одни в кабинете. Им было тяжело. Ведь осознавали свою
ошибку. Но самое сложное было – выбрать того, кто уйдет из фирмы.
- Мне уходить нельзя, - сказал Крокодил. – У меня семья, дети. Жена устроит
скандал, родители начнут укорять...
- Мне тоже нельзя, - мрачно заявила Лань. – Много неоплаченных счетов, долги. Не
могу же все это я повесить на родных...
Крокодил процедил:
- А я взял кредит в банке и купил дом. Если не буду платить проценты, то жилище
отнимут, и нас выкинут на улицу...
На это Лань парировала своим аргументом:
- А разве я не долгах как в шелках? Недавно машину приобрел, денег совсем не
осталось. На что жить? Нет, уйти мне нельзя...
Так долго спорили они, у кого положение хуже. Поняв, что друг друга не переубедить
и сочувствие не выдавить, перешли к иной тактике.
- Ты мне голову не морочь! – рявкнул Крокодил. – Из-за тебя сорвалась сделка и
обанкротилась фирма. Ты во всем виноват! И тебе следует уходить!
- Ха, как бы не так! – возмутилась Лань. – Это ты не доглядел, был невнимательным к
документам. Если бы ты сделал правильный расчет и указал это в договоре, то все было бы
иначе! Так что тебе проваливать отсюдова! Ты опозорил фирму! И меня, как коллегу и
партнера!
Такая тактика тоже не привела к результату. Пришлось использовать третий вариант -
угрозы. Сами понимаете, к этому прибегают, когда добрых слов не осталось.
- Сам не уйдешь, так я тебя вышвырну отсюда силой! – сердито сказал Крокодил,
хватая за грудки товарища. – Такой менеджер не нужен фирме, а мне противен такой друг!
- Ха, да ты сам пощаду просить будешь у меня! – грозно произнесла Лань, хватаясь
за нож. – Уж лучше уйди добровольно, пока поздно не стало. Подлецы в товарищах у меня
не ходят!
Скорее подсознательно, чем осознано Крокодил перешел к четвертой фазе
конфликта: он стукнул друга головой об стенку, да так, что тот потерял сознание. А потом
открыл пасть и откусил полтела. Во все стороны брызгнула кровь. Часть Лани упала на пол.
Крокодил сил рядом и стал прожевывать пищу. Из его глаз потекли слезы. Непонятно,
то ли от удовольствия, что расправился с врагом, то ли от жалости, что потерял друга, то ли
от разрядки напряжения, мол, проблема улажена.
Съев все, Крокодил пришел в себя.
15
- Эх, хороший был друг, - вздохнул он. – Где такого найдешь? Да, видно, не судьба
нам быть вместе.
И пошел выполнять свою работу. Ведь должность теперь была только для него. Как
говорится: дружба – дружбой, а служба – службой. Тут нет места хорошим чувствам и
товарищеским отношениям. А крокодиловы слезы – это от мыслей о прошлом,
безвозвратном...
(15.06.2007)

Про льстеца

Во дворе одного султана жил Льстец. Он был профессионалом своего дела. Его язык
был таким длинным и гибким, что слова, которые он изрыгал, повергали в экстаз и восторг
любого слушателя. Настолько они казались сладкими, чувственными, сердечными, что им
было нельзя не верить, тем более подвергать сомнению в неискренности говорившего.
А что касается умения сгибать спину перед правителем, то тут Льстецу не было
равных. Он умел согнуться в любом месте, в из любой позы и в любом положении. Не зря же
тренировал годами свой позвоночник. Даже змея не могла делать того, что вытворял с собой
Льстец, стараясь проявить свою преданность и любовь султану.
Конечно, султану нравились его речи, когда он прославлял во веки веков имя
правителя и его дела, подчеркивая превосходство над другими князьями, царями и
королями, приписывая личные качества и генетическую связь с великими предками. И еще
больше султан восхищался умением Льстеца мастерски исполнять поклон. Мало кто из его
подданных умел такое. У всех это получалось неумело, как-то неестественно,
чувствовалось, что люди низшего сословия не были способны на такой интеллектуальный
труд.
Поэтому Льстеца султан любил и всячески поощрял. А когда у него было плохое
настроение, то вызывал верного раба, и тот начинал говорить приятные для ушей слова:
- О, Ваше величество, вы самый умный, самый мудрый правитель на свете. Не зря же
вас почитает народ, уважают чиновники, любят другие державы!
- А ты не врешь? – с подозрением спрашивал султан.
На что Льстец отвечал:
- Да вы что, Ваше величество, посмотрите сами, как по утрам в школах и учреждениях
поют песни в вашу славу! Везде развешаны ваши портреты! Постоянно цитируют ваши
слова, даже студенческие дипломы не обходятся без цитат из ваших речей! А кандидатские
и докторские диссертации допускаются к защите, если они на 30 процентов состоят из
кусков ваших научных трудов! Разве у других королей такое может быть?
- Да, а ты прав! – расползался от удовольствия султан. Ему нравились убедительные
доводы Льстеца. – А как люди проявляют уважение ко мне?
- На каждый праздник в ваш адрес поступает много писем и поздравлений, и все они
публикуются в печати! А когда вы проезжаете мимо на бронелимузине, то все граждане
склоняются перед вами! – и тут Льстец так сгибал спину, что у земли торчали только его уши.
– А на общегосударственном празднике, названном в народе «Театр для одного зрителя»,
все актеры поют и танцуют для вас! Где еще такое возможно, как не в нашем султанате,
который стал независимым только благодаря вам!
После таких слов султан чувствовал себя очень хорошо. Он кидал на пол - прямо под
нос Льстецу серебряные монеты, которые тот жадно подхватывал и, пятясь как рак, уползал.
Он торопился в свой кабинет, где готовил очередную хвалебную статью для местных газет и
радио. Льстец знал, что иногда глава государства читает печатные издания, и был уверен,
что обнаружив там его статью, султан непременно обрадуется и подкинет еще немного
денег.
Так было до тех пор, пока однажды ночью не произошел переворот. Бывший
начальник секретной стражи ворвался в покои султана, и пока тот спал и ничего не
подозревал, отрубил ему голову. На утро в газетах была опубликована эта отрубленная
часть султана. В статьях расписывалось, что правитель получил по заслугам, он много лет
тиранил народ, грабил страну. Везде проходили праздники, торжества, гуляния, по
телевизору шли концерты. Прославляли начальника секретной стражи, освободившему
народ от ига, и которого единогласно избрали национальным лидером.
16
Новый султан, естественно, начал с чистки аппарата. Он выгнал многих чиновников, и
лишь некоторых оставил на работе – это тех, кто ему когда-то помогали делать темные
делишки, а потом и совершить переворот. Остался Льстец. Его-то и пригласили в покои
султана.
- Значит, это ты распевал песни во славу старого султана? – презрительно сказал тот,
когда Льстец бухнулся перед ним на ковер и попытался поцеловать его туфлю. Но султан
только оттолкнул его. – Ты занимался мерзкими делами, ничтожество
Льстец дрогнул:
- Извините, Ваше величество, но я нужен и вам. Если не я, то кто будет петь вам о
ваших заслугах и доблестях! Кто будет услаждать ваше внимание тем, что расскажет ваши
подвиги во славу народа и государства? Ведь это должен делать такой мастер как я!
Но новый султан не был согласен:
- Мне не нужны лизуны сапог! Меня будет прославялть народ! Потому что я
освободил его от тирании старой власти! Я дам ему справедливость!
- Но никто лучше меня не будет склонять перед вами спину, проявлять покорность и
раболепие! Вы сами убедитесь, что нуждаетесь во мне! Любой власти нужны лизуны и
подхалимы!
На что султан возразил:
- Как бы не так! Любой простолюдин и вельможа, богатей и солдат будут падать в ниц,
едва я появлюсь перед ними! Люди начнут меня боготворить! Так что ты мне не нужен! Тебя
отправят в тюрьму!
И по приказу эмира Льстеца бросили в глубокий зиндан, где на него набросились
уголовники и стали пожирать живьем вши и язвы.
Прошло некоторое время. Султан решил узнать, что о нем думает народ. Он выехал
на поле в сопровождении свиты, и возле хлопковых грядок увидел крестьянина, который
обрабатывал почву.
- Позовите-ка мне этого простолюдина! – приказал султан, и стражники быстро
исполнили его приказ. Крестьянина, недовольного тем, что отвлекли от работы, подвели к
бронелимузину.
- Эй ты, деревенщина, что ты думаешь о новом правителе? – высокомерно спросил
султан. Ему нетерпелось услышать добрые слова в свой адрес.
Однако крестьянина нахмурился:
- Ничего хорошего не думаю! Он не дал нам землю в частную собственность! Он так
же как и старый султан продолжает отбирать у нас урожай зерна и хлопка, заставляет
покупать дорогостоящие трактора! Установил высокие налоги! Его чиновники грабят нас! Его
стражники пытают моих детей, а банкиры отбирают деньги, которые я заработал потом и
кровью!
- Как, неблагодарный! – вскричал султан. – Он дал вам свободу, а стране -
независимость! Вы обязаны кланятся ему, когда видите! Если бы не он, неизвестно, что
было бы с вами... Жили бы в потемках и нищите!
Только крестьянин не повелся на эту ерунду.
- Какая свобода? – свирепо спросил он. – Это он сам себя освободил – от старого
султана, которому служил как начальник секретной стражи! А нас как держали рабами в этой
стране, так и держат! Он сам себе дал независимость от старой власти, а нас новая
прижимает еще хуже. И никогда я не стану гнуть спину перед ним. Я склоняюсь только перед
хлопчатником и стебельками зерна, потому что это мой труд. А нищим нас дел старый
султан, а нынешний еще глубже загнал туда!
Плюнул с досады султан и поехал в другой город. Там он спрашивал рабочих завода,
учителей школ, врачей, торговцев и парикмахеров, что они думают о власти. И везде
слышал проклятия и чувствовал презрение. Даже дети плевались, когда слышали имя
нового правителя.
Злой и недовольный вернулся во дворец султан. Заперся он в тронном зале и
несколько часов думал. Никто не хвалил его. Никто не кланялся ему. И это злило.
- Видимо, придется вернуть Льстеца! – вздохнул он. – Потому что без сладких слов и
явного раболепия мне будет плохо спать, кушать, работать! Жизнь без подхалимов для
правителей – это не жизнь. Ведь льстецы должны настраивать меня на царствование...
17
Из зиндана в тот же час вытащили Льстеца. Конечно, его здоровье сильно было
подорвано после нахождения в глубокой яме с уголовниками и вшами. Но деньги подняли
ему настроение, а весть о том, что он возвращается на старую должность вообще
обрадовало. Врачи, стараясь задобрить нового служащего, вылечили его и просили
замолвить словечко перед султаном.
- Да, - сказал Льстец, надевая халат, ушитый серебром и золотом, и любуясь собой
перед зеркалом. – Ни один султан или эмир, ни один властитель или президент не
обойдется без подхалимов и лжецов, без рабов и лизоблюдов. А я в этой части – самый
лучший, есть профессионал.
И пошел он обслуживать нового султана, рассказывать, как любит народ правителя и
как боятся его западные страны. И он был прав. Только в деспотичной стране могли ужится
лесть и обман, жить припеваюче подлые люди.
(16.06.2007)

Прокурорские очки

В одной стране жил мальчик. Рос в окружении бесправия и произвола, деспотии и


преступности. Каждый день он видел, как грабили его знакомых и соседей бандиты, которые
потом спокойно ходили под депутатской неприкосновенностью. Ему было непонятно, почему
милиционеры избивают и пытают тех, кто целыми днями трудился на заводах и фабриках.
Удивлялся он и тому, что банкиры не выдавали деньги тем, кто заработал их на хлопковых
плантациях или в швейных мастерских. Мальчик часто спрашивал, почему султан не
наказывает генералов, которые позволяют издеваться офицерам над рядовыми солдатами.
Или почему не сидят в тюрьмах те, кто ворует у народа его достояние и продает за бесценок
газ, нефть, металлы, золото, забивая лишь собственные карманы.
Мальчик видел, как тяжело приходилось его родителям, которые получали мизер за
свой многочасовый труд в школе и больнице. Его братья и сестра уже с малых лет сгинали
спину за фрезерным станком или на рисовом поле, и все равно денег не хватало на еду,
одежду и игрушки. Мальчик считал это несправедливым и хотел изменить мир. Только это
сделать не при помощи революций и гражданской войны, а совсем иными средствами.
Он понимал, что это возможно, если он начнет работать там, где есть сила, закон и
власть. Мальчик мечтал стать прокурором. Это люди носили специальные черные очки, и
видели все беззаконие, что имели место, и исправляли положение. Считалось, там где
прокурор, там справедливость и порядок, там нет преступности и царит демократия.
Поэтому люди уважали представителей закона и всегда почтительно говорили о ностелях
прокуроских очков. «Будут у меня такие очки, я сразу увижу преступление и накажу
виновных, - думал мальчик. – И тогда все заживут хорошо, воцарит мир и благоденствие. Не
будет бедных, каждый получи то, что заработал честным трудом. А преступники окажутся за
решеткой». И он старался хорошо учиться, чтобы поступить в юридический институт,
получить такую важную профессию.
Прошло время. Мальчик подрос. Он сумел поступить в институт, и через пять лет
получил специальность прокурора. В торжественный выпускной день ему от имени султана
вручили специальные черные очки и сказали: «Теперь ты представляешь закон. Тебе
доверяет сам глава государства. Ты должен оправдать его доверие. С честью носить звание
прокурора и эти очки правосудия».
Мальчик надел очки и огляделся. И мир совершенно преобразился. Он заметил, что
милиционеры на самом-то деле избивают дубанками тех, кто пытается думать иначе, чем
султан, а этого допускать никак нельзя – это ведет к беспорядку в головах людей, смуте.
Стало понятно, что экологическое движение финансируется западными спецслужбами,
чтобы оно подорвало доверие народа к власти и самому главе государства. Очки показали,
что правозащитники защищают врагов, которые внедряют в общество вредные и опасные
мыли, а журналисты своими статьями хотят организовать цветную революцию, выдают
военные секреты. Секретная служба не пытает людей, а всего лишь работает над тем, чтобы
получить информацию о заговоре и терроризме. А те, кого раньше мальчик считал
бандитами, на самом деле уважаемые и добропорядочные частные предприниматели.
Просто у них профиль бизнеса не такой, как у всех. И они не прячут от налогов свои доходы,
18
а только инвестируют их в нужную сферу экономики, например, в банки, игорный бизнес,
офшорные компании...
В расстерянности мальчик снял очки, и тут же мир вернулся с головы на ноги. Опять
он увидел изможденных и худых фермеров, которые лили пот на хлопковых плантациях.
Плохо одетые подростки трудились на заводах. Пьяные родители избивали своих детей,
чтобы те попрошайничали им на водку или занимались проституцией. Полиция крышевала
сутенерам и грабителям. Министры таскали народное добро по своим домам или
переплавляли за границу валюту. Султан подписывал указы, за которые ему платили
иностранные фирмы, и отказывал в амнистии тем, кого вели на казнь за веру в бога или за
научные открытия, несовместимые с деспотией.
«Да что же это за очки такие?! - вскричал мальчик. - Они ведь изменяют мир с правды
на неправду! Они обманывают меня!» Но тут ему главный прокурор сказал: «Подожди-ка, ну-
ка надень их снова и посмотри на свою зарплату... на свой дом... свою машину».
Мальчик надел очки и огляделся. Вместо хрущебы он увидел мраморный особняк,
рядом стояла крутая автомашина, хотя раньше была старая арба... А сейфы были полны
золота и денег, хотя раньше в одном единственном сундуке были лишь медные кольца его
родителей и пара монет, припасенные на черный день.
Мальчик снял очки... о чудо, стоял дом, осталась машина, да и деньги не исчезли. «Ух
ты, значит, это правильные очки, они не обманывают меня», - радостно произнес он. И
решил больше никогда не снимать их. Потому что прокурор всегда должен ходить в черных
очках и видеть только те преступления, которые ему позволялось видеть.
С тех пор мальчик ничем не отличался от других таких же представителей закона –
все ходили в очках. Они не замечали, как надзиратели варили заключенных в тюрьме, как
охранники посольств убивали мимо проходивших граждан, как ежечасно мэры и сенаторы
нарушают права человека. Ничем не реагировали на письма журналистов об их
преследовании со стороны милиции или женщин об их дискриминации со стороны
работодателей. В свою очередь, прокурорщики наказывали тех, кто замышлял
балотироваться в султаны, не спросив действующего султана: а можно ли? Они закрывали
многие неправительственные организации, так как были уверены, что те хотят совершить
антиконституционный переворот. Сам мальчик проявил доблесть, раскрутив уголовное дело
против лидера оппозиционного движения, который, как оказалось, спрятал дома 20 тонн
наркотиков, тысячу автоматов и сто пулеметов, семь танков и два истребителя-штурмовика.
Мальчика очень любили те, кого в народе обычно называли ворами и убийцами.
Потому что эти люди находили защиту и поддержку в лице правосудия. «Нельзя людей
судить за то, что они делают бизнес не так, как принято в другом мире, - говорил он, смотря
на все сквозь черные очки. – Нам Запад не указ, мы идем своим путем. У нас своя
демократия и свои традиции. Нас не свернуть с верного пути, и наш народ ни от кого
зависеть не будет». За это ему дарили дорогие подарки, а султан награждал орденами и
медалями.
К сожалению, родители и родственники не понимали мальчика. Более того, они
сторонились его, потому что презирали и боялись носителя прокурорских очков. Один раз
ему мать в сердцах сказала: «Сынок, что ты делаешь? Ты стал совсем другим, не нашим...
Сними эти очки, пока не поздно, одумайся!..» Но мальчик не хотел ее слушать. Он верил
своим очкам и поэтому со спокойным сердем отвернулся от семьи.
Его окружал мир, который был понятен, приятен и полезен через прокуроские очки. А
через них никогда не проскользали совесть, доброта, разум и закон... Так что если увидите
человека в прокуроских очках, знайте, может быть это тот мальчик, который когда-то мечтал
о справедивости и демократии...
(15.06.2007)

Про евнуха и разбойников

У одного падишаха был гарем. Много в нем было жен и наложниц. И за всеми ими
ухаживал Евнух. И как его уважали женщины – словами не описать. Потому что Евнух знал
все о красоте и грации, прическах и аксессуарах, правилах поведения в светском обществе и
в делопроизводстве, и его не зря называли ходячей энциклопедией. Он был отличным
стихотворцем, и мог часами читать пылкие поэмы, а также красиво рисовал портреты и
19
пейзажи. Кроме того, помогал женщинами быть красивыми, ухоженными, привлекательными,
ибо хорошо знал косметологию и восточную кухню, дизайн одежды, руководил
упражнениями по аэробике и составлял диетологию для каждой жены и наложницы
падишаха. Поэтому ему доверял глава страны, отдав ключи от гарема.
Евнуха часто спрашивали:
- Евнух, мне подойдет это платье?.. А мне этот костюм?.. Мы понравимся нашему
повелителю?..
На что тот, осмотрев, отвечал:
- О, милая, ныне в сезоне модны яркие раскраски, желательно гафрированные ткани,
узкие в талии костюмы и полупрозрачные накидки, так что лучше перешей платье... А тебе,
дорогая, я рекомендую одежду от Версачче. Тебе подойдут темные цвета, они подчеркнут
твои глаза и светлые волосы... Девочки, сегодня займемся дизайном летней одежды! Начало
уроков в 11 часов, прошу никого не опаздывать!
И он вел женщин в швейные мастерские, где они моделировали и шили одежду, что
умилостивить падишаха и вызвать в нем пылкие чувства. Потом Евнух стриг своих
подопечных, моделировал для каждой уникальную прическу. А про маникюр и педикюр
говорить не приходится – тут ему равных не было. В бане Евнух всем делал массажи и
регулировал нахождение женщин в солярии. Фитотерапия, косметология, фэн-шуй – это
небольшая часть того, что знал и умел претворять в жизнь Евнух.
Сам того не подозревая, Евнух стал объектом тайных страстей и сплетен, борьбы за
его внимание и благосклонность. Он замечал это, и это ему льстило. Но знал пределы
дозволенного, ведь эти женщины были собственностью падишаха.
Однажды ночью Евнух обходил спальни, следя, как укладываются спать подопечные.
Убедившись, что все легли, он выключил свет и запер дверь гарема. И в этот момент
почувствовал что-то острое у шеи. Медленно обернувшись, Евнух увидел посторонних
мужчин с оружием, которыми руководил худой разбойник с одним глазом. Он приставил
кинжал к Евнуху и сказал:
- А ну-ка, отдай ключи! Мы хотим посетить это славное место – уж изголодались по
красавицам!
У Евнуха подкосились ноги. Он не мог понять, как эти люди смогли проникнуть сюда,
ведь все здание охраняется. Но раз они тут, значит, обошли все посты, прошли ловушки...
- Нет-нет, сюда вам нельзя! Только падишах вправе входить! – слабо произнес Евнух.
Его сердце сильно билось от страха.
Одноглазый захохотал:
- А он прислал нас вместо себя, гы-гы-гы! У него нет времени на своих женщин, гы-гы-
гы!
Вслед за ним захохотали остальные разбойники. Женщины, разбуженные шумом,
столпились у двери и наблюдали за происходищим сквозь окошечко в двери.
- Я не могу впустить вас! – дрожа от страха, сказал Евнух. Его взгляд упал на стоящий
у двери манекен в рыцарских доспехах и с мечом в руках. Стоит прыгнуть к нему и
выхватить меч...
- Не шали, - разгадал его намерения предводитель, дернув кинжалом. – Можем
порезать твое личко... – и тут его осенило: - Но если хочешь доказать свою силу, то так уж и
быть – возьми меч... – и разбойник открыл дорогу к оружию. Ему было интересно, каков в
искусстве меча страж гарема.
Женщины, которые испугались до смерти при виде преступников, из-за двери
кричали:
- Дорогой, защити нас! Возьми меч, сразись с ними! Убей их! Не допусти их к нам! Ты
же наш кумир! Наш герой! Ты же мужчина!
Евнух с досадой взглянул на дверь и вздохнул:
- Извините, дамы, я не мучжина, а всего лишь евнух! – и он передал одноглазому
ключи. – С меня не надо требовать того, на что я не способен! Например, быть мужчиной!
- Ты поступил верно, как и полагается евнуху, - ухмыльнулся тот, открывая дверь. С
восторженным ревом разбойники ворвались в помещения, хватая женщин и валя их на
кровати. Те истошно кричали, вопили, били кулаками насильников, но разве они могли
справиться с теми, кто умел брать все силой? Целую ночь они насиловали женщин, а под
утро стали выходить из гарема, довольные и удовлетворенные.
20
Евнух сидел у двери, где ему и полагалось быть всегда. Он даже не поднял тревогу,
хотя это мог сделать. Проходя мимо, одноглазый кинул ему монеты.
- Ты хорошо следишь за женщинами падишаха! Они нам понравились! Вот тебе
награда за это! А вот еще монета – это за то, что ты был и будешь евнухом!
И разбойники удалились тем же путем, как и вошли.
Евнух собрал с пола монеты, положил их в мешочек и зашел в гарем. Женщины в
беспамятстве лежали кто на кровати, кто на полу, многие были в синяках и крови – они
сопротивлялись до последнего. И к ним обратился тот, кого раньше они считали кумиром и
другом:
- Я могу быть вам советчиком и учителем. Я открою вам тайны красоты! Научу быть
молодыми и здоровыми! Но не просите меня быть тем, кем я быть не могу от природы!
Такова жизнь. От того, кто стал евнухом, не стоит ожидать подвига. Ему просто не
дано быть героем. Поэтому посмотрите вокруг, может, поэтому у нас такая жизнь, что
слишком много евнухов и разбойников среди нас.
(17.06.2007)

На смерть чиновника

В одном ведомстве работал Чиновник. Он был на счету у начальства. Так как умел
работать как настоящий бюрократ, и равных ему не было. Он всегда говорил: «Чиновник
должен показать, как важен и как занят! Нужны постоянные заседания и пятиминутки! И
только тогда народ поймет, что чиновника нужно уважать!»
Пробиться к нему и получить заветную подпись или решение было не легко. Люди
часами, а то и месяцами ждали в приемной, когда их примет Чиновник. Секретарша
постоянно говорила: «Извините, шефа вызвали на заседание в Кабинет Министров!.. Он
сейчас проводит планерку, подождите!.. Его отправили в командировку, и сегодня его не
будет!.. Идет заседание коллегии, и босс там выступает, вряд ли найдет для вас время!..
Ооо, вы не вовремя пришли, идет политобразование по книгам президента, а такое
мероприятие пропускать нельзя, так что приходите на следующей неделе, а лучше – через
месяц...»
Чиновник издал даже книжки, как нужно работать сотрудникам министерств, ведомств
и комитетов. Там говорилось, что нужно всегда и все протоколировать, собирать справки.
Обязательны бумажки и подтверждения этим бумажкам. Необходимо работать с
документами, так как написанное пером не вырубить топором, а люди никуда не денутся, да
и в стране их много. Рекомендуется не воспринимать слова посетителей близко к сердцу, так
как чиновников мало, а в стране больше 27 миллионов жителей – на всех чувств не хватит.
На все нужно смотреть с точки зрения государственных, только не человеческих интересов,
так как зарплату, машину, кабинет, кондиционер и секретаршу выдает государство. Кроме
того, граждан нужно приучать к другим профессиям, чтобы не было проблем с дефицитом
специальностей, например, учителя практиковались на швейных фабриках, бизнесмены -
собирали хлопок, врачи - убирали улицы, водители автобусов - варили сталь, прокуроры -
управляли сельским хозяйством, а полиция учила журналистов писать правильные статьи.
Заканчивалась книжка фразой, что без чиновников республика разрушится, будет анархия и
беспредел. В качестве доказательств приводились факты жизни других стран.
Конечно эта книжка была растиражирована и отправлена для ознакомления и
исполнения всем другим чиновникам. И кто плохо понимал или не соблюдал рекомендации,
того увольняли. Поэтому никто не хотел лишаться работы и действовали все по книге.
Однажды Чиновник торопился на очередную встречу в парламент – побеседовать с
депутатами о роли и значении законов, хотя в его приемной было сотни посетителей.
Водитель машины не справился с управлением, и на всей скорости врезался в троллейбус.
Было много жертв. Все ждали карету «скорой помощи», но врачи не торопились. Оказалось,
всех их вызвали на политпросвещение. Потом выяснилось, что водителей больничных
машин заставили собирать металлолом, и времени у них на выполнение прямых служебных
обязанностей нет. Лишь один сердобольный человек, который увидел это, взял и отвез
Чиновника в ближайшую клинику.
Лишь через полчаса в приемную вошла регистраторша, которая была на совещании
коллег. Она, не торопясь, начала заполнять бумаги, и истекающий кровью Чиновник с трудом
21
отвечал на вопросы. Женщина требовала четких и ясных ответов: год рождения, место
жительство, прописка, был ли за границей, судим ли, подавал вовремя декларацию о
доходах?..
- Прошу вас, помогите мне, - умолял Чиновник, чувствуя, как силы покидают его. Ему
требовалась срочная операция.
На что регистраторша ответила:
- Конечно поможем, только сейчас обед, а врачи не могут без обеда! А потом всех
собирают у главного – нужно сдать экзамен по книге Чиновника! Кто не сдаст – будет уволен!
Так что потерпите...
-Но мне плохо, я не выдержу, не протяну столько, - шептал Чиновник. Боль
охватывала его полтела, а другая часть вообще не реагирировала ни на что. – Я прошу
ускорить все...
- Извините, но нам нельзя близко к сердцу воспринимать заявления пациентов, -
парировала регистраторша. – Может, операцию сегодня и не проведут, так как анестезиолога
вызвали в департамент – готовить реферат по теории медицины, а хирург будет участвовать
на встрече с зарубежными коллегами. Медсестры должны пройти курсы, как стричь газоны и
махать флажками, когда проезжает президент. Сами понимаете – такие мероприятия из-за
вас никто пропустить не может.
Еще час взывал о помощи Чиновник, пока не сдох. Но и в морг его никто не торопился
отвезти, так как санитары были на уборке хлопка – именно это их обязывали делать по
книжке Чиновника. Только перед смертью Чиновник осознал, что он делал не так, как
следовало бы. Да только кому польза от этого? Ведь человеком нужно быть при жизни...
(18.06.2007)

Кредитоспособные иностранцы

ЭПИЗОД ПЕРВЫЙ. МОСКВА.


- Эй, вы, товарищ, ну-ка ко мне быстро подошли!
- Да, гражданин начальник...
- Старший сержант Иванов. Предъявите ваши документы!
- Да, конечно, пожалуйста...
- Так-так... Значит, Ибрагимов Муроджон... Республика Узбекистан... Что вы делаете в
Москве, гражданин Мурож.. Муро... Ибрагимов?
- Работаю на стройке. Я – каменьщик...
- А регистрация где?! Разрешение на трудовую деятельность?!
- Все есть, пожалуйста, гражданин начальник, посмотрите...
- Гм, действительно, все есть... Но у меня возникло подозрение, что бумаги эти –
липовые. Вы подделали документы, а это карается всей строгостью закона. Пройдем-те в
отделение, там разберемся... Понаехали тут всякие, грабят Россию...
- Гражданин начальник, я все оформлял по закону, можете все проверить. Только я
спешу на работу – хозяин не любит, когда мы опаздываем, штрафует нещадно...
- Это уже ваши проблемы, гражданин Ибрагимов! Говорите, мол, на стройке, а сами
наркотиками торгуете, паленую водку крутите... Да, я вспомнил, вы похожи на фоторобот, что
вчера разослали по всем отделениям. Этот типчик убил двух женщин ножом. Приметы
совпадают: вы тоже азиат, худой, загорелый и... э-э-э... черные волосы... Я вынужден вас
задержать на трое суток, пока будет идти дознание...
- Гражданин начальник, аллах с вами, я не разбойник, а строитель. У меня дома дети,
жена, я высылаю им деньги на пропитание...
- Ха, вы еще налоги не платите! Наносите экономический ущерб России.
- Что вы, что вы, гражданин начальник, я получаю деньги по ведомости, с них
бухгалтер фирмы отдает налоги вам...
- Мне? Вы совсем рехнулись, гражданин Ибрагимов? Взятку предлагаете?
- Я имел ввиду государству России. А на взятку у меня денег нет, всего лишь тысяча
рублей...
- А ну-ка, покажите деньги!
- Вот, смотрите сами...
22
- Хм, эээ... Вы можете помочь своими добровольными пожертвованиями борьбе с
криминалом в столице. Этих денег будет достаточно на первый раз...
- Да, да, понятно, гражданин начальник... Возьмите...
- Если хотите, то пройдем в отделение и я там вам оформлю квитанцию на эти
деньги...
- Не, нет, не нужно, зачем мне квитация? Это же я отдаю ради благородного дела...
- Хм, хорошо... Вот вам ваши документы. И не нарушайте закон и... э-э-э, переходите
улицу в положенном месте!..
- Рахмат, гражданин начальник!..
ЭПИЗОД ВТОРОЙ. ТАШКЕНТ.
- Гражданин в красной рубашке, подойдите ко мне!
- Здравствуйте, товарищ милиционер.
- Сержант Ибрагимов. Предъявите документы!
- Да, пожалуйста. Вот паспорт.

- Эге, так вы из России? Добропожаловать в Узбекистан, гражданин Иванов! Значит,


вы - турист? Где гостиничная регистрация?
- Я только вчера вечером приехал и остановился у своих друзей по армии. А сегодня
– понедельник, и ваш ОВИР не работает. Завтра пойду оформлять регистрацию.
- Так... непорядок! У вас приглашение есть?
- К-какое п-приглашение? Ведь Узбекистан и Россия находятся в безвизовом
режиме...
- Все равно нужно приглашение. А так вы приезжаете в республику нелегально... Как
вы докажете, что здесь вы менее трех суток? Покажите ваш авиабилет...
- В доме моих друзей эти документы. Если хотите, то пройдем туда и я вам их
предъявлю. Кстати, здесь в паспорте есть печать ваших пограничников, там проставлена
дата прибытия...
- Нет уж, это вы пройдете со мной в участок, там разберемся. Нам поступили
сведения, что в Ташкенте орудует банда гастролеров, грабят дома. Все подозреваемые –
лица славянской национальности. Ваши очертания совпадают с фотороботом
подозреваемых...
- Да боже упаси, какой там гастролер! Я инженер-механик, работаю на заводе.
Никогда криминалом не занимался.
- Ну а это мы проверим... Выворачивайте карманы, открывайте портфель.
Показывайте, что у вас там, Иванов!
- Вот, смотрите...
- Так, фотоаппарат цифровой, две тысячи узбекских сумов, сто долларов и э-э-э,
российские рубли... гм, триста рублей... А вы валюту задекларировали на таможне?
- Да, у меня есть декларация...
- А где сертификат об обмене валюты на узбекские сумы? Или на "черном рынке"
меняли - это страшно уголовное преступление!
- Я ничего не успел поменять. Мне друзья дали немного ваших сумов для проезда по
городу. Я, кстати, и шел искать обменные пункты...
- Гражданин Иванов, а доллары, по-моему фальшивые, а это карается у нас строго...
Пройдемте в отделение. Там проведем экспертизу денег, все выясним. На это уйдет три
дня...
- Товарищ сержант, может не надо это, а?.. Возьмите для экспертизы российские
рубли... и отпустите меня, пожалуйста...
- Вы хотите, чтобы я проверил рубли без вас?.. Без протокола?..
- Ну... да... Возьмите их...

- Что же... Ладно, пойду вам навстречу, так как вы наш гость, а гостям мы всегда рады!
Вот вам ваш паспорт. Отдыхайте, гражданин Иванов!
- Ох, большое вам спасибо, товарищ сержант. До свидания!
(23.06.2007)
23
Про книгу эмира

В одной стране эмир решил написать книгу. Чтобы его подданные знали, кто он такой,
чего хочет, как ведет царство к великому будущему, что для этого использует и какие будут
результаты для всех, в том числе мирового сообщества. Сказано – сделано. Долго работал
над книгой властитель, ему даже придворные мудрецы помогали, участвовали в ежедневных
совещаниях, на которых обсуждалась каждая буква, каждое слово. Ведь нелегкую ношу и
ответственную миссию взвалил на себя эмир, даже занемог от такого труда, зато итог был
восхитителен.
Толстая книга в кожанном переплете, с золотым тиснением и медным барьефом
эмира была издана огромным тиражом и сразу положительно принята читателями, которые
давно ждали ее – до них проскользали кое-какие сообщения. И пошло народное
обсуждение. Газеты и журналы на первых же страницах писали, что эта книга окрылила
подданных, и теперь они с новой энергией приступили к ратному труду, у них появилась цель
в жизни и теперь они знают, что нужно делать, чтобы страна процветала и они богато и
счастливо жили.
В коллективах состоялись дни политинформации о роли и значении этой книги в
улучшении психологической атмосферы и повышении производительности труда. Студенты
писали курсовые и рефераты, а школьники сдавали экзамены по этой книге. Будущие
кандидаты и доктора наук в срочном порядке вписывали цитаты из этой книги, отмечая, что
внесен посильный вклад эмиром в развитие гуманитарных, технических и естественных
наук, им сделано ценнейшее открытие Вселеннского масштаба.
Ученые проводили опыты и исследования только исходя из принципов, заложенных в
этой книге, и они получали сногосшибающие результаты. Появились целые направления
«Хлопоководство по книге эмира», «Гинекология по книге эмира», «Очистка мусора по книге
эмира», «Самолетостроение по книге эмира», «Дипломатия по книге эмира» и т.д. Технологи
и конструктора сумели открыть новые производства, когда осознали глубокую мысль
властителя, а селекционеры выводили новые сорта помидоров и баклажана тоже следуя его
заветам. Ежегодные аттестации чиновников, присвоения воинских званий и дипломатических
рангов, педагогических и заслуженных званий должны были происходить при демонстрации
персоналиями знаний этой книги. Во всех религиозных заведениях, причем разных течений и
конфессий, вначале публично читали молитвы по эмирскому труду – ибо только он обещал
спасение и всепрощение, а потом лишь по своим традиционным фундаментальным
писаниям.
Но это не все. Не стоит узко ограничивать действия печатного издания эмира лишь
вышесказанным. Следователи полиции и секретной канцелярии, прокуратуры проводили
свои оперативно-розыскные мероприятия и допросы в рамках установок, которые были
указаны в данной книге. Даже судьи вершили правосудие не по закону, а по этому труду, по
ценности превосходившему все нормативные акты, в том числе и Конституцию. Не будем
скрывать и того приятного факта, что врачи предпочитали использовать книгу, так как там
было указано многое и про болезни, и методы диагностики, и про лечение. А в местах
заключения осужденные просили просветить их в великих мыслях властителя, чтобы
осознать, в какую пропасть они шли, в какой темноте находились все эти годы. Что касается
работников кладбищ, то они вначале проецировали книгу на место будущей могилы и лишь
потом копали землю в точности по ее очертанию – на тот свет человек обязан был уйти с
напутствием эмира.
Книга была переведена на многие языки мира и разослана в другие страны. В
посольствах состоялись церемонии ее презентации, и присутствующие на ней эксперты,
ученые, чиновники, дипломаты, светская элита и музыкальный бомонд тепло встретили это
творение эмира, отметив, что для себя они почерпнули много ценного и даже намерены
следовать курсу, указаному в книге. В адрес эмира стали поступать восторженные отзывы
других руководителей государств - королей, падишахов, ханов, султанов, князей,
президентов, парламентариев и министров. Лауреаты Нобелевской и других международных
премий слезно просили прислать им книгу с автографом автора.
В стране проходили фестивали и конференции на лучшие знания по книге эмира.
Победителям и отличникам дарили сразу по десять книг. В детсадах выдавали бесплатно.
Не обошли внимание и нищих. Один из них получил эмирское творение в полиции, куда его
24
доставили за бродяжничество. «Ты, тупое создание, не приносишь пользу стране! – орал на
него старший стражник. – Только эмир целыми днями думает о народе, о своей стране! Вот
тебе книга - почитай, бестолочь, исправься, стань человеком! В следующий раз проверим,
как ты все понял! Если не выучишь – посадим!» - и пинком нищего выкинули из здания.
Тот огляделся по сторонам, поднял мешочек с вещами и пошел подальше от столицы.
Уже за городом его схватил желудок – тюремная баланда оказалась невозможной даже для
его желудка, – и справить нужду нищий кинулся на хлопковое поле. Уже там, сидя на грядке,
он стал чесать бороду: а чем подтереться-то? Ведь туалетная бумага закончилась... И тут он
вспомнил про книгу. Он достал ее из мешочка, открыл и тупо перелестал страницы, где была
написана только одна фраза: «Я, эмир, самый умный человек на свете!». Поскольку нищий
был безграмотным, то не уловил всей мудрости, философии, идеологии, законности,
гуманности, религиозности в этих семи словах, что нашли здесь другие жители страны и
иностранные граждане. Он без зазрения совести вырвал страницу, чем совершил пока
никому неведомое уголовное преступление, и использовал... ну, не совсем по назначению.
Хотя, по мнению этого бесхистростного и нелукавого человека, творение эмира ни на что
большее не годилось...
(25.06.2007)

Про прибор интеллекта

Как-то эмир вызвал к себе инженера и говорит ему:


- Сконструируй прибор, по которому можно определять интеллектуальные
способности человека. Я хочу знать, умные ли у меня визири, стражники, базаркомы,
чиновники, те ли они места по службе занимают? Кадры решают все!
- Будет исполнено, Ваше величество, - поклонился инженер и пошел работать над
новым заказом. Он понимал, какая ответственность на него ложится.
Через месяц инженер предстал перед властителем и продемонстрировал ему прибор.
Это был ящик с циферблатом и проводком, на конце которого был датчик на присоске. Эмир
долго ходил вокруг него, осматривал и потом попросил пояснений.
- Прибор прост по сути, - начал инженер. – Это циферблат на 10 делений. Что
показывает стрелка? – спрашиваете вы. Отвечу: самый умный – это цифра «десять», а
самый глупый – это «ноль». Интеллект располагается в этих промежутках. Действует прибор
так: датчик присасывается ко лбу, он изучает мозг и подает сигналы компьютеру, а тот
выдает результат на циферблат.
- Хм, хорошо, - сказал эмир. – Ну-ка, подай-ка мне датчик, включи прибор - и
отвернись. Я сам должен оценить свой интеллект.
Инженер выполнил поручение. Эмир влепил присоску ко лбу, а затем с выпученными
глазами смотрел на циферблат. Он улыбнулся, бросил в рот курагу, запил ее зеленым чаем и
произнес:
- Все так, как я и думал...
Некоторое время эмир сидел, закрыв глаза, и о чем-то думал. Инженер стоял, боясь
пошелохнуться. Затем властитель хлопнул в ладоши и приказал вбежавшему начальнику
стражи, у которого складки на животе колыхались как волны океана:
- Значит так, сейчас я подпишу указ о проверке всех моих чиновников на интеллект.
Инспектировать их мозги будет вот этот инженер. Приставь к нему охрану. Если кто-то будет
сопротивляться, отказываться от проверки – того казнить или выгнать с должности!
- Будет исполнено, Ваше величество, - поклонился толстенький начальник.
- А ты, ступай в министерства и ведомства, проверь всех на интеллект, составь отчет
о каждом, а потом я решу, что с ними делать, - приказал эмир уже инженеру.
Тот молча взял на руки прибор, поклонился и вышел. Нельзя сказать, что он
обрадовался этой миссии, но перечить властителю было нельзя. За дверями его ждал
экскорт полицейских. Вместие с ними он стал обходить все правительственные и
неправительственные учреждения, при помощи прибора измерять уровень интеллекта и
записывать результаты в таблицы.
Через два месяца он явился к эмиру и передал ему результаты. Правитель, жуя
ананасы и бананы, долго вчитывался в цифры, а потом сказал:
25
- Ты справился с заданием и получишь свою награду, инженер. А я сейчас начну
кадровую ротацию... Пока ты свободен!
И действительно, в течение недели были заменены многие министры, их
заместители, руководители ведомств, компаний, банков, комитетов, ассоциаций, даже
ректора университетов. Народ бурно восспринимал это, думая, что идет борьба с
коррупцией и местничеством. Читавший об этом в газетах, инженер выражал недоумение,
ведь это шло наперекор всем его исследованиям. Не выдержав, он попросился на прием к
эмиру.
- Ваше величество, - сказал он, когда получил аудиенцию. – Я не политик, однако не
понимаю смысла кадровых перемен. Тех людей, кто имел высокий интеллект, - «десять», вы
поставили в подчинении тем, кто имеет низкий уровень, - «два». Например, министрами
экономики и иностранных дел у вас люди, которые показали интеллект на «два» и «два с
половиной», то есть их ум близок к уму орагутанга...
Эмир самодовольно улыбался, слушая инженера, после чего пояснил:
- Правильно, ты не политик, и поэтому не понимаешь специфику Востока. Я тебе
скажу две позиции в такой кадровой рокировке. Умные всегда будут ненавидеть дураков,
поэтому с интеллектом «десять» или «девять» заместители начнут строить козни против
начальников с интеллектом «один» или «два». Народ начнет говорить, что экономикой,
финансами и обороной руководят идиоты. Мне всегда удасться найти козла отпущения. Все
неудачи в реформах я спишу на них, и останусь в белом костюмчике. Это первая позиция.
- А вторая позиция?
- А вторая - слуга не должен быть умнее хозяина, - хмыкнул эмир. – Расскрою тебе
тайну. Твой прибор показал мой интеллект как «три», поэтому я министрами поставил всех
ниже себя, то есть тех, у кого «1» и «2». Зачем мне те, кто будет постояно указывать мне на
недостатки и неправильные действия? А сейчас все в правительстве поют во славу мне,
каждый мой жест считают гениальным. Посмотри телевидение, там только обо мне и
говорят. Почитай газеты: там профессора, академики и даже прокуроры пишут обо мне
книги, типа, как я определяю эпохи, или некритические заметки всяких сторонников эмира. А
за рубежом меня так и любят депутаты, артисты, дипломаты...
Инженер слушал, выпучив от изумления глаза. Такого он не ожидал. Точно также как
не ожидал и концовки этой встречи.
- А теперь вот, что. Ты узнал мою тайну. А теперь она умрет с тобой. Эй, стража! –
эмир хлопнул в ладоши. – Казнить этого инженера за... шпионаж!
И несчастного инженера увели, и вечером обезглавили – вот в этом и заключалась
награда властителя. Удивительный аппарат засекретили, и только эмир им пользуется, когда
делает назначение регионального наместника или министра.
Но разве от народа скроешь интеллект правителя? Когда по телевидению передают
речи эмира, когда он встречается с избирателями и ведет беседы с ними, то уже итак
становится ясным, кто есть кто. Нельзя назвать экономическую или социальную политику
такого человека умной или правильной, если полстраны погрязла в нелегальных операциях,
большинство населения в нищите, а чиновники жируют на своих должностях, полицейские
пытают и убивают, и при этом все хвалят руководство.
Люди и без прибора инженера способны оценить интеллектуальное состояние
власти. Через собственную жизнь.
(26.06.2007)

Про верблюда и других животных

Жил-был верблюд. Обычный верблюд, высокий, медлительный и добрый, он любил


много думать и мечтать, но в глазах всегда была печаль. Да только в душу ему никто не лез
– кому это интересно? - все смотрели на его два горба и большие губы. Именно эти
физические данные вызывало усмешку у других животных. Например, лиса, вертясь вокруг
верблюда, смеялась:
- Эй, ты, горбатый! От чего у тебя два горба? Что ты там прячешь? Может крылья? Ха-
ха-ха. Лучше посмотри на меня: какая я гибкая, ловкая, какой у меня стан, а шерсть
пушистая-препушистая. Куда тебе, верблюду, до моей красоты! Завидуй, ходячий мешок!
26
Верблюд только грустно улыбался. Что он мог сказать в ответ действительно изящной
лисе? Конечно, ему было стыдно за свои горбы, но ведь от них не избавишься. Вздыхая,
верлюд жевал траву.
И тут в разговор вступал лев, который тоже искал случая задеть беднягу:
- Ха, зато какие у верблюда большие губы – ими только плеваться. Ха-ха-ха. А вот я
какой сильный, быстрый, посмотри на мою огненную гриву, говорят, я брат солнца! Моя
грация вызывает уважение у многих животных. Так, что верблюд, лучше учись у меня
красоте и уму.
Верблюд соглашался: да, лев красив, он быстр и умен, и по праву носит имя царя
зверей. А что взять с него, верблюда? Только губы? Или шерсти клок?
- Ха, смотрите, а ноги какие уродливые у этого верблюда! – хохотали гиены. Им
вторили обезьяны: - Гы-гы-гы, а шкура какая неказистая! Вот уж страшилище так
страшилище!..
И кто только не смеялся над верблюдом: и аисты, и крокодилы, и слоны, и даже
морские черепахи, которые специально приползали из озера, чтобы поглядеть на урода. Все
находили недостатки в нем, укоряли в этом, и при этом подчеркивали собственную красоту и
советовали следовать им. А верблюд воспринимал это как естественное – уже привык к
насмешкам, поэтому не тратил нервы на каждую фразу обидчика. Он лишь слушал, и,
закрыв глаза, продолжал размеренно и неторопливо жевать колючки. Он думал о своем...
Однажды прилетел гриф. Он сел на ветку высохшего дерева, и сказал:
- Беда пришла на нашу землю – засуха. Всем нужно уходить отсюда. Спасайтесь, кто
может! Следует перейти пустыню, а за ней – оазисы. Там вода, трава, пища, там
безопасность и спокойствие.
Испугались звери. Они и сами видели, как с каждым днем становится жарче,
испаряются водоемы, исчезает растительность. И решили последовать совету грифа.
- Я вас поведу в поход, - сказал лев. – Я – царь зверей, и все вы должны меня
слушаться.
Конечно, никто не собирался перечить ему. Он такой красивый, быстрый, умный. Без
сомнения, такой царь сумеет провести их через пустыню и дать им шанс на спасение.
- А мне можно с вами идти? – спросил, не переставая жевать, верблюд. – Я могу
показать путь через пустыню – я ее не раз пересекал!
На что получил презрительное шипение змеи:
- Ш-ш-ш-ш, тебя не хватало среди нас, горбатый урод. Раскатал губу – нас вести. Мы
сами доберемся, без твоей помощи. Только красивые как мы сумеют спастись. А уродам
суждено погибнуть! Вот так вот! Такова диалектика жизни!
С мнением змеи были согласны и остальные звери. Верблюда оплевали
презрительными возгласами и оскорблениями. И ему оставалось только слушать это и
вздыхать.
- За мной! – тут скомандовал лев, и все звери бросились за ним. Верблюд не мог
быстро идти, и поэтому скоро отстал от общей массы. Впрочем, он никуда и не торопился.
Ведь весь запас продуктов хранился в его горбах. Шерсть спасала от холода ночью и от
жары днем. Его ногам не были страшны пески. А губы могли ухватить любую соломинку,
даже колючий кустарник.
День шел верблюд. Второй. На третий ему стали попадаться бездыханные тела
зверей. То на бархане лиса лежит, высушенная солнцем. То крокодил умер от нехватки воды.
А черепаха выползла из панциря, и тот час была схвачена голодными грифами – ее скелет
верблюд обнаружил неподалеку от трупов буйволов.
Смотрел на них верблюд и качал головой. Он-то знал, как следует себя вести в
пустыне, как спасаться нужно от зноя и холода, где искать воду и растительность. И он знал
более короткую дорогу к оазисам. Но кому было нужно его мнение и опыт?
На шестой день верблюд встретил льва. Тот был в ожогах, еле дышал и не мог
пошевелиться.
- Это ты, верблюд? – с изумлением спросил он, когда тот склонился над царем
зверей. – Как ты сумел выжить? Ты же такой некрасивый, страшный...
- Чтобы выжить в этом мире, мало быть только красивым, - медленно ответил
верблюд. – То, что вы считали моими недостаткамии, тут стали моими достоинствами. Я
27
выжил благодаря горбам, ногам, шерсти. Мне очень жаль, что у вас так закончилась жизнь.
Прощай, царь зверей, я иду к оазисам.
Сквозь пелену смерти лев увидел, как неторопливо и гордо уходит верблюд. Как он
был красив на фоне пустыни. Ведь это была его стихия. Да только поздно звери осознали,
что за уродством могут скрываться другие качества, без которых порой трудно выжить.
(2.07.2007)

Зять эмира

В одном государстве правил эмир. Была у него дочь-красавица. А у дочери был муж,
который, естественно, был зятем эмиру. Зять этот был недалекий по уму, хотя имел диплом
врача. Только он не лечил людей – зачем этим делом заниматься, если есть более
интересные, хлебные места. Вот однажды зять пришел к эмиру и говорит:
- Ваше величество, сделайте меня генералом!
Эмир озадаченно почесал затылок:
- Но ты же не военный. У тебя соответствующих знаний нет. Сначала нужно
прослужить рядовым в армии, пройти офицерские курсы, показать себя в бою...
На что зять заявил:
- Ныне это неважно. Генералами и мясники становятся, значит, и мне, врачу, почему
бы не иметь звание генерала?
- Ладно, ты ведь мне как сын, уважу твою просьбу, - снисходительно произнес эмир, и
своим указом наградил зятя этим высоким воинским званием. И пошел зять в Министерсто
обороны, всех там на рога поставил, смуту навел. Но кто ему скажет в ответ – ведь это зять
самого эмира. Вот и терпели его долгие годы, закрывали глаза, как он продает налево-
направо танки и самолеты, ворует с военного бюджета средства, разбазаривает имущество.
Но не успокоился на этом зять, вскоре снова пришел в тронный зал:
- Интересуюсь экономикой, Ваше величество. Моя жена – ваша дочь – говорит, что
нужно финансами крутить, это сейчас перспективно для семьи нашей и важно для страны.
Можно мне стать главой налогового ведомства?
- Так ты не разбираешься ведь в налогах, - удивился эмир. – Зачем тебе лезть туда,
где ума с гулькин нос? Уж лучше ходи в генеральской форме по больницам...
Но настаивал на своем зять: мол, хочу – и все тут!
- Ладно, ты ведь мне как сын родной, - согласился эмир, подписывая указ о
назначении зятя главой налогового комитета. И стал тот налогами крутить по своему
усмотрению, всякую ерунду придумывать. Стонет экономика, разваливается финансовая
система, производство простаивает, но никто и пикнуть не смеет – ведь всем заправляет
зять эмира. А тот открывает свои банки, пропускает через них государственные деньги, кто
недоволен – быстро сажает в тюрьма за налоговые преступления. Эмир все это знает, но
разводит руками: чем бы не тешился зять, лишь бы ему не мешал...
Наскучило скоро это зятю – полцарства у него в кармане, хочет собственное
тщеславие удовлетворить, и пришел он в третий раз к свекру.
- Хочу стать дипломатом, - заявил он. – Нужно развивать наши отношения с другими
странами в новом ракурсе. А тут я готов приложить свое старание...
- О аллах, ты же не понимаешь тонкостей этой науки и искусства, дипломатия тебе –
это не пистолетом бряцать или деньгами швырять, - изумился глава государства. – Лучше
займись тем делом, на что у тебя диплом. В больницах врачей не хватает...
Опять настоял на своем зять, даже ногой топнул от ярости. Со словами: «Ты мне как
сын родной» эмир назначил его послом в далекую страну. То, что тот там дров наломал, на
нет свел всю внешнюю торговлю и чуть военно-политический кризис не устроил, так это не
страшно. Страшно другое - вскоре явился зять во дворец и стал требовать:
- Хочу стать эмиром. Могу ли я надеятся на этот трон в ближайшее время?
Задумался эмир, а потом говорит:
- Трон передается по наследству. Я говорил, что ты мне как сын родной, но ведь от
этого не стал кровным сыном, ты всего лишь супруг дочери моей! Эмиром может стать
только внук – твой сын, потому что в его жилах течет и моя кровь. А с этого дня ты, кстати, –
холостой, я развожу тебя с дочерью.
28
- Как? Почему? – вскричал ошарашенный зять. – По какому праву? Мы любим друг
друга...
- Потому что я так решил, - ухмыльнулся эмир. – Ты посягнул на то, на что не имел
права, а я ведь долго терпел твои проделки. Я тебя лишаю генеральских погон,
дипломатического паспорта и диплома экономиста-налоговика. Посиди в зиндане –
образумся. А дочери я найду другого мужа, а себе – достойного зятя.
И схватили стражники незадачливого зятя, хотя тот отбивался, брыкался, мол, он
офицер высокого полета, у него дипломатическая неприкосновенность, ему понятны налоги
и тарифы, и вообще так нельзя поступать с квалифицированными врачами. Да только
стражникам на это было наплевать. Потому что чтили эмира и знали: нельзя перебегать
дорогу родным, особенно, если у тебя нет кровной власти. Зять – это пришелец, а не
будущий владыка, ему следует знать свое место возле трона, но никогда не претендовать на
него.
(2.07.2007)

Про Фетровую Шляпу

Жила-была одна Фетровая Шляпа. Чванливая была, высокомерная. Потому что


занимала немалый пост в государственной службе. Имела свой кабинет с кондиционером и
телефоном, секретаршу, машину, командировки. На всех, кто ниже по социальному статусу,
смотрела свысока. Терпеть не могла Шляпа засаленных от тяжкого труда на хлопковых
полях Тюбетеек, или грязных от цемента Бумажных Кепок, занятых на стройке. Сторонилась
также Соломенных Шляп, которые работали на фабриках, или Хлопчатобумажных Платков,
которые целыми днями склонялись над котлами и готовили пищу для народа. «От них
неприятно пахнет, они чернь», - презрительно говорила Фетровая Шляпа. Фыркала она также
от вида Шапок-Ушанок, которые работали на Крайнем Севере и привозили домой заработок
для всей семьи, - мол, это предатели, купились на российские рубли.
И поэтому Милицейские Фуражки никогда не пропускали головные уборы
простолюдин в кабинет этой персоны. А те, кто добивался встречи с чиновником для поиска
справедливости, вскоре с угрозами расправы и пинками выбрасывались обратно. «Не
смейте критиковать высокие шляпы, не стойте поперек дорог важным шишкам! - орала им
Фетровая Шляпа, полняя брезгливости и негодования. – Вы недостойны даже того внимания,
что вам уделяют головные уборы начальства! Чтобы вашей шляпы не было здесь никогда!»
Зато Фетровая Шляпа преклонялась перед знатными персонами. Например, всегда
любезно открывала дверь, когда видела Черный Цилиндр – министра иностранных дел из
Великобритании. Уважительно относилась она также к Большому Котелку – торговому
советнику из Германии, едва встречалась с ним на правительственных конференциях. Но
больше всего Фетровая Шляпа любила Чалму Раджи, особенно если на ней был громадный
рубин или бриллиант. «О-о-о, Ваше величество!» - с трепетом говорила Фетровая Шляпа,
готовая склонить колени перед индийской особой, ведь иногда Чалма одаривала золотыми
монетами такое проявление раболепия.
Сотрудничала Фетровая Шляпа и с другими уважаемыми персонами, скажем,
Кожаной Кепкой, известной мафиози, у которой полгорода было в собственности, а все
партии героина и оружия проходило только через ее руки. А с Мексиканским Сомбреро
Фетровая Шляпа установила взаимовыгодные контакты, только об этом мало кто знал, в
частности, лишь кое-то из Милицейских Фуражек, с которыми делились дивидиенды. А со
Стальными Касками чиновник прокручивал махинации по торговле авиатоплива с боевых
самолетов или запчастей с танков, с кем надо делились...
Но мечтала Фетровая Шляпа о встрече с королевской семьей, хотелось ей приложить
губами к носителю Золотой Короны. И такая честь ее была однажды оказана. В адрес
чиновника поступило письмо с приглашением посетить дворец и получить аудиенцию у Его
величества. С трудом дождалась этого часа Фетровая Шляпа, и как настал момент, так сразу
вызвал свой служебный автомобиль. «Быстрее меня во дворец», - приказал он
Автофуражке. Та козырнула в ответ и вывела лимузин из гаража на автостраду.
Специальный сигнал на капоте открывал дорогу, даже на красный свет светофора.
Милицейские Фуражки, которые дежурили на улицах, подобрастно отдавали честь, едва
видели Фетровую Шляпу.
29
Но не везде, видимо, уважали чиновников. Дорога оказалась перекрытой
Строительными Касками – они расширяли траншею для теплотрассы. «Эй, вы, придурки! –
заорал на них чиновник, недовольный такой остановкой. – Чего тут устроили? А ну-ка
освободите мне путь!» На что получил ответ от прораба: «У нас распоряжение о ремонте
трассы от самой Фетровой Шляпы! Так что объезжайте!»
- Так я и есть Фетровая Шляпа! – в негодовании произнес чиновник. – Да, я отдавал
такой приказ, но это не значит, что мне запрещено здесь ездить! Так что, хамло, быстро
наведите тут мост, я должен проехать именно здесь!
Однако рабочие не стали его слушать, они сделали вид, что заняты, обсуждая
проблемы рытья. Тогда Фетровая Шляпа выскочила из лимузина и стала хватать все
Строительные Каски за шиворот и, брюзгая слюной, кричать, что она – важная персона и
перед ним следует проявлять учтивость. В конце концов, у рабочих терпение лопнуло и они,
оглядевшись, мол, нет ли Милицейских тут Фуражек, набили морду чиновнику. Пинали от
души, припомнили многое. Всю злость вылили на этого высокомерного бюрократа.
Автофуражка, увидев такой поворот дела, резко вывернула руль и умчалась подальше, хотя
в душе радовалась за такой "теплый" прием шефу.
Непонятно, как Фетровая Шляпа вылезла из этой передряги. Еле выползла на
оживленную улицу. Но проходившие мимо головные уборы брезгливо смотрели на помятую,
грязную, в прожогах Фетровую Шляпу. «Ой, не прикасайся к нам!» - вопили кокетки Модные
Шляпки, когда чиновник протягивал к нам руки для помощи. «Фу, какая мерзость!» - кривили
губами Летные Пилотки и Шелковые Тюрбаны, и приказывали не подходить к ним.
- Да это же я – Фетровая Шляпа! – орал чиновник. – Вы меня не узнаете?!
Эти слова вызвали возмущение у окружающих. «Смотрите, какая-та дырявая тряпка
смеет называть себя именем Фетровой Шляпы! – кричали прохожие. – Куда смотрят
Милицейские Фуражки! Эй, вы, возьмите этого самозванца куда следует!»
Прибывшие милиционеры, естественно, не распознали в Фетровой Шляпе важного
чиновника. Они решили, что это бродяжка, а таким место в тюрьме, и забрали для
выяснения личности. Да только его никто признавать в таком виде не хотел – ни друзья, ни
сослуживцы. «Как можно, чтобы эта грязная шляпка была уважаемым головным убором» -
говорили они, едва им показывали фотографию задержанного. Даже приглашенные на
опознание Автофуражка и Чепчик Прислужницы не узнали в нем своего хозяина.
«Итак, этого бомжа направить в тюрьму за самозванство» - сказала Судейская Шапка.
И Милицейские Фуражки быстро сопроводили бедолагу куда следует
Там бывший чиновник узнал, что бывают и Тюремные Кепки, которые не особенно
церемонятся с свежими уголовниками. Ведь раньше эти кепки были тоже нормальными, да
только такие как Фетровые Шляпы загнали их в самое дно жизни, превратили в отбросы. А
там, внизу, совсем другие законы и другая мораль. И чиновник познал, кем быть тем, кого он
раньше презирал, а также все прелести этой низжего существования.
Жизнь многообразна, кто-то из грязи в князи, а кого-то в лужу сажают. Однако всегда
нужно быть личностью и к другим относится с достоинством и уважением, какие бы
головные уборы не носили. Ведь пути и шляп неисповедимы...
(5.07.2007)

Про дочь падишаха

У одного падишаха была Дочь. Ну, не сказать что красавица, однако и не уродина, так
себе... Только что-то в ней было привлекательное, раз разговоры шли в народе, да
кулуарные разговоры в Интернете. Наверное то, что папа ее был главой государства,
который прикрывал все ее темные делишки. А так была она пустышкой, в голове ветер один
(впрочем, и ветра не было, так себе, пару электромагнитных импульсов).
Да только старалась Дочка доказать, что и она не лыком шыта, чего-то стоит на этом
свете (вот о стоимости говорить было сложно, тут все приходили в ужас – оценить ее было
невозможно ни по какому курсу валюты). Каким-то образом закончила университет и даже
западные курсы по бизнесу - тут все покрыто мраком. Потом стала доктором наук, правда,
никто ее работ никогда не читал и о ней, как об авторитетном ученом, не слышал. Да разве
это преграда для успешной и высокой карьеры? Ведь для Востока важны не мозги, а совсем
другое...
30
Отправил ее папаша устраивать заграничные дела. И день, и ночь на благо родины
работала Дочь, будучи в ранге Посла в одной северной стране. Заодно и свои личные дела
успевала решать, например, открыла несколько ювелирных магазинов, купила домик в
центре столицы, участвовала в разных кинофестивалях. Модные дизайнеры и политики
спешили к ней на свидание. Потому что там можно было получить и ласку с Востока, и
кусочек жирного барашка, что присылал падишах на разные мероприятия из всего того, что
на родине считалось национальным богатством. Правда, подданные падишаха не знали, в
какие суммы обходятся такие вечеринки Дочери, да и зачем простолюдинам знать это? У них
работы полно на хлопковых полях, у станков, за баранкой грузовика, у операционного стола
– пускай добывают себе на хлеб насущный и не отвлекаются на посторонние разговоры...
Известна была Дочь всему миру, в частности, в одной заокеанской стране по
уголовным делам. Но об этой славе говорить не станем, ибо это не тема для этой сказки. Ее
успехи определились и в культурной части. Нет, конечно, в кино падишахская Дочь не
снималась – не успела, да и предложений из Голливуда и Боливуда не поступали. Зато пела
она караоке неплохо, и решила, что этого «музыкального образования» достаточно, чтобы
заявить о себе как об популярной певице. На радио и телевидении стали крутить ее «хиты»,
которые всегда имели интерес у молодежи, особенно той, что слушает дребедень после
водки и наркоты. В официальных изданиях стали хвалить музыкальные критики
видеоролики, где запечатлена Дочь, давали самые высокие рейтинги. Правда, голоса ее
среди шума барабанов и бас-гитары никто не разобрал, да разве в современной эстраде это
важно? Зато сами ролики какие классные: то Дочь бриллиантами красуется, то у древних
замков возлюбленного на летающей машине ждет. Вот в чем главное – позиционирование
себя на фоне анимации и синтезаторной музыки. Вот что нынче определяет успех артиста.
Говорят, что после этого о Дочери стали говорить как о великой Клоунессе эстрады. Иногда,
правда, африканцы возмущались, мол, мелодии скатаны с их танцев «акуна матата», это
плагиат. Но кто негров слушает на Востоке?
Не была бы Дочь прогрессивной женщиной, если бы не вдарилась и в литературу.
Стала писать стихи. Неплохие, безусловно. Сам Пабло Неруда или Гете могли бы
позавидовать, а о Навои, Омаре Хайяме можно и промолчать – те вообще одноклеточные.
Только не все могли прочесть и двух строчек – так в этом мало кто признавался, но зато эти
шедевры были внесены в школьную программу. И дети декламировали их на праздниках и
смотрах-конкурсах. Кто больше выучит стихов этих, тому премия от самой Дочери. Правда,
таких победителей было мало – трудно было осилить текст...
А потом пошли ее дела еще круче. То конференцию по нефтехимии и минеральным
удобрениям в Азии проведет, то Комиссию по зоологическим исследованиям при
Университете математики возглавит, а то и вовсе фестиваль по мини-бикини
профинансирует. Потом ей цари и султаны других государств доверили открыть филиалы их
колледжей и детских садов в падишахстве. Дочь, естественно, воглавила эти учреждения.
Как она сама призналась журналу «Негро-Терра», владелицей которой и является, что у нее
мало свободного времени. «Всю себя отдаю искусству и общественной работе, - жаловалась
она, скромно утирая слезы. – Представляете, как встану рано - в 12 часов дня, сразу из
туалета звоню и начинаю спрашивать, как там мои фонды, поплняются они
пожертвованиями со стороны частных предпринимателей? А как закрытый Клуб женских
трусиков, много ли участников там, все ли членские взносы уплатили, ведь скоро семинар
нужно провести? А недавно я стала руководителем Ассоциации гимнастики для слонов.
Сами понимаете, слоны вымирают от гиподинамии. Им нужна аэробика. И тут наша
ассоциация их спасает. Вот такая у меня гуманитарная миссия». Сами понимаете, такие
речи слезу вышибают.
Конечно, этот журнал опубликовал только в одном номере 120 скромных фотографий
Дочери, причем рекламирующей нижнее белье, а также женский станок для бритья ног. И
там было сказано, что она не вывозит алмазы и рубины самолетами из страны, а всего лишь
пару вагонов золотишка отправила за границу. Так это для блага страны, все золото
хранится в западных банках на счетах Дочери – ведь она выступает гарантом сохранности
этих ценностей. Мол, чтобы воры не украли. И народ ей доверяет. Что даже говорят, что
хотим ее видеть на посту падишаха, как только тот станет старым и уйдет на пенсию. И
некоторые приближенные к трону политики стали говорить, что Дочь – человек умный,
пользуется авторитетом у населения. Она не просто бизнесвумен, а просто находка для
31
страны – ее личные инвестиции в народное хозяйство достигают сотни миллионов
долларов. Даже некоторые старушки всплакнули, когда узнали о ее трудном замужестве:
оказывается, ее муж-тарзан выгнал из дома с 2 тысячами долларами на улицу, оставил без
крова.
А ведь он имел большой бизнес в стране падишаха. Он владел заводами по
производству презервативов, и его изделия продавались не только в аптеках, но и на
крестьянских рынках, в столовых, детских садах, учебных заведениях. Журналисты писали,
что изделия зятя – самые лучшие на свете, и только они на самом деле приносят счастье
народа. А после того, как муж-негодяй прогнал свою жену, падишах сильно разозлился. По
его приказу стражники провели расследование и выяснили, что был нанесен огромный
экономический ущерб стране. Оказалось, что его презервативы конвертировались без
проблем в доллары и юани, а продавались они в 10 раз дороже, чем в других государствах.
Более того, по тайному приказу зятя все презервативы прокалывались. В итоге Генеральный
прокурор заявил, что из-за этого в тысячу раз возрос уровень заболеваний сифилисом и
гонореей, СПИДом, увеличилось количество абортов и незапланированных рождений детей
на 500%. Зятя объявили в розыск, правда, дальше страны падишаха его никто не искал.
И тогда Дочь пригрозила ему отмостить за народ, за поруганную честь семьи
падишаха, за подорванный имидж страны. Она прихвастнула, что у нее черный пояс по
греко-римской борьбе, и легко сломает стены неприступного дворца зятя, живущего по ту
сторону Земли.
И действительно, легко. Правда, потом выяснилось, что она сносила рестораны и
торговые дома, которые не хотели продаваться ей. Естественно, в своей стране. Дочь брала
такие неприступные крепости не только кулаками, но и при помощи тайной стражи, именно
эти бравые ребята быстро ставили непокорных на место. И так она расширяла свою
империю. Даже автозаправки, гостиницы, турфирмы, радио, кабельные студии и сотовые
компании открыла – и все для народа, чтобы простые люди пользовались ее услугами и
платили немаленькие деньги. Ведь нужно же ставить бизнес на правильные рельсы, вести
дела цивилизовано – чтобы всякая конкуренция не мешала развивать экономику страны.
Говорят, Дочь стала требовать справедливости и законности в стране. Она наехала на
местные авторитеты, которые в страхе задергались, и отдали ей в пользование свои
цементные заводы, строительные фирмы, даже торговые операции с хлопком и прочими
ресурсами. Именно за это и любят ее иностранцы – за прямоту и честность при заключении
сделок, мол, мне откат в 90%. Так и пророчат ей светлую карьеру у руля государственного
управления придворные политологи и социологи.
Правда, некоторые задавались вопросом: если у нее сложности с бывшим мужем, то
причем тут народ? Его и так грабили, так и сейчас продолжают грабить. Но таких гнусных
личностей быстро забирали стражники. Такие мысли не должны омрачать радость народа,
подрывать любовь к падишаху и его Дочери. Министерство закардонных дел сообщило, что
все сплетни о Дочери распространяются западными спецслужбами и маоцзедунскими
террористами. Поэтому выдворены были международные организации, особенно те, что не
хотели идти под крышу Ассоциации женских трусиков.
А Дочь скромно молчала, тихо ворочала деньгами в собственных банках, в Центре
зоологии иногда появлялась, чтобы порядок там навести и о себе напомнить, Ассоциацию
женских трусиков в ранг международной организации возвела и обеспечила ей
государственное финансирование. Стихи стала писать для знаменитых певцов типа Майкл
Джексон, Алла Пугачева, Бритни Спирс, Тина Тернер и другим, да только те пока еще не
осилили глубизну ее творений, наверное, были в шоке. Зато в дизайне моды равных не
было Дочери падишаха. В магазинах продавали только то, что конструировала она в своей
лаборатории. Талант ее был безграничен, - так писали газеты, ведь эта скромная женщина,
имеющая кулинарное образование и степень доктора колбасных наук, сумела обойти таких
кутерье как Ив-Сен Лоран, Версачче, Кристиан Диор и других. Дочь ждала своего звездно-
мирового часа и...
...этот час так и не наступил. В один прекрасный день она проснулась и узнала, что
ночью свергли с престола ее папу-падишаха. Верный визирь по безопасности сам лично
отрубил голову престарелому властителю, а через полчаса его короновали на трон. И
визирь-падишах приказал разобраться со всем имуществом Дочери, и стражники не стали
медлить, так как сами давно хотели поживиться несметными богатствами этой женщины.
32
Они ворвались в ее покои, пинками выкинули на улицу и стали подсчитывать чужие деньги.
И тогда запестрели газеты, где журналисты, получавшие подачки от Дочери за статьи о ней,
стали описывать кровожадные дела семейства падишаха. Говорили, что она бездарь в науке
и бесталантлива в искусстве. Все успехи ее бизнеса – от того, что налоговая инспекция ни
разу не приходила к ней, а прокуратура просто не видела ее проделки, потому что ослепла
на тот момент. И что Дочь никогда не смогла бы стать государственной женщиной, так как ни
авторитета, ни ума, ни характера на это у нее не было.
Сидела за решеткой Дочь, и плакала от обиды, читая статьи тех, кого она раньше
ласкала и приголубила. Злилась, что не на тех ставила карту. Даже западные политики и
модельеры забыли о ней, мол, не знаем такую, не встречались... А поскольку Дочери не
давали туалетной бумаги, то приходилось ей использовать страницы с журнала «Негро-
Терра», где были отпечатаны 120 печально знаменитых фотографий. Ее диски с песнями
теперь переплавляли для бутылочной тары. А видеоролики только крутили в стриптиз-барах
Южной Кореи и Турции, потому что только там интересовались этой поучительной историей.
Все золото Дочери вернули в страну.
Только осело оно не в народном банке. Нет, ведь у нового падишаха тоже есть дочь. И
она тоже хочет петь, сниматься в клипах, получить докторскую степень, дипломатический
паспорт и иметь хорошо поставленный бизнес. Сами понимаете, для этого нужен
первоначальный капитал, а тут достояние Дочери подвернулось. И теперь все комиссии,
центры, фирмы, ассоциации перешли к наследнице визиря-падишаха. Газеты писали, мол,
это торжество справедливости. В страну пришел порядок и закон. Прокуроры начали новые
дела против тех, кто раньше работал на старого падишаха и его Дочери.
А народ все терпел это, работая на хлопковых полях и в горячих цехах. Так и
получается, что в этой стране ничего не меняется. За исключением падишахов и дочерей...
(6.07.2007)

Прибыльное дело

В стране, которой правил эмир, были созданы все условия для частного и малого
бизнеса, а также достойные условия для жизни простого народа. Согласно официальной
статистике, каждый год благосостояние людей улучшалось на 10%, а валовой национальный
продукт поднимался на 13%. Эмир назвал эти успехи «национальной моделью
экономического и социального развития», и предлагал многим странам скопировать его путь,
чтобы иметь такие же высокие результаты. Однако, иностранцы не торопились,
отнекивались, мол, посмотрим, что будет дальше, а некоторые даже с подозрением
относились к эмирской теории и практике. Ехидно замечали, что пять его принципов и семь
приоритетов несозвучны и нелогичны, и модель эта может быть реализована только в той
стране, где правит эмир.
Чтобы развеять все опасения зарубежья, заодно поднять имидж государства, эмир
приказал прессе начать массовый ликбез, пропаганду местных достижений в экономике и
социальной политике. В свою очередь, главные редактора на совещаниях стучали по столу и
орали, чтобы журналисты в своих статьях показали, какими методами и механизмами
местные бизнесмены развивают свое дело, и в результате чего имеют большие достижения.
«Заодно указывайте, что это все стало возможным благодаря мудрой стратегии эмира
нашего!» - рычали они, одновременно делая поклоны в сторону портретов главы
государства.
- А можно конкретнее, - попросил один не совсем понятливый журналист во время
заседания коллегии редакции газеты «Народное счастье». – Я, например, не видел
успешных бизнесменов, если, конечно, они не члены мафии...
- Тсссс, ты что болтаешь, - зашипел на него ответственный секретарь. – Так можно
быстро голову потерять... И нас по миру пустить...
Сам главный редактор вначале обалдел от возгласа неопытного журналиста, ведь, не
дай бог, пойдут слухи о политической близорукости редакции, а от высшего начальства
можно и по шапке получить за такие дела. А потом смекнул: так ведь это новичек, он две
недели как работает в издании – какой с него спрос? И тут у главного возникла идея.
- А пошлем мы тебя, милок, в командировку, чтобы ты сам убедился в успехах
реформ, проводимых великим эмиром, - сказал он, протирая руки от удовольствия. – Вот
33
тебе адрес крупного бизнесмена – Азим-ака Рустамова, он нам часто рекламу скидывает.
Личность он известная, даже эмир хвалит его. Судя по всему, обороты Азим-ака растут с
каждым днем, а его налоговые платежи формируют полбюджета города. Несмотря на это он
– самый простой и добродушный человек...
И поехал журналист к этому бизнесмену. Когда он подъехал к дому, то вначале
подумал, что спутал адрес. Потому что перед ним высился трехэтажный особняк в виде
замка средневековых феодалов. Везде телекамеры и милицейская охрана. Шестисотые
«мерсы» на въезде. Параболические антенны, сплит-системы... «Это, наверное,
дипломатическая миссия, а не дом простого бизнесмена», - испуганно произнес журналист.
- Что вам надо? – рявкнул сержант милиции, подходя к журналисту. – Ваши
документы!
Журналист показал удостоверение, а заодно и задание главного редактора в
командировочном листе.
- А-а-а, вы из прессы, - самодовольно сказал милиционер. – Да, нашим Азим-ака
интересуются многие журналисты. Золотой человек. Золотой у него бизнес.
Беспроигрышный... Хорошо, я сейчас доложу хозяину о вашем прибытии.
Через минуту журналиста пригласили в дом. Толстенький старичок в золотошвейном
халате и алмазными перстнями на пальцах пригласил гостя к дастархану. О, чего только не
было на столе: и персики, и груши, и виноград «дамские пальчики», и бананы, сочный
шашлык, лепешки, самса, душистый чай, шоколад плиточный и конфеты, а также многое
другое, что не успел охватить взором журналист.
- Пожалуйста, пожалуйста, к столу присаживайтесь, - прожурчал Азим-ака. – Рад
всегда встрече с прессой. Понимаю, что народ хочет рецептов, как стать богатым. Я угадал?
- Скорее узнать, как лучше поставить свой бизнес, - ответил журналист, с
благодарностью принимая от хозяина пиалу чая. – Говорят, что вам сопутствовала удача...
- Ну, удача сама по себе мало что значит, - скромно произнес Азим-ака. – Все зависит
от внешних обстоятельств. Например, если бы не мудрая политика эмира, то вряд ли бы я
стал тем, кем сейчас являюсь.
- Эмир создал благоприятную экономическую среду?
- Конечно, его указы по улучшению жизни народа увеличили в итоге количество моих
клиентов! – воскликнул бизнесмен. – Ко мне все чаще и чаще обращаются люди, причем
разного достатка и социальных слоев. Есть нищие, есть и королевских кровей. Потому что
без моих услуг сейчас никуда не дется. Вот, например, только на сегодня у меня тысяча
триста заявок. Мне пришлось расшириться, создать дополнительные рабочие места, ввозти
новое технологическое оборудование. У меня ныне – самая передовая экологически
безвредная технология производства.
- А есть иностранные инвестиции? – задал очередной вопрос журналист, торопливо
записывая информацию на блокнот.
- Безусловно, ведь последним указом эмира все инвесторы освобождаются от НДС,
на имущество и земельного налога на десять лет, а у меня производство непосредственно
связано с землепользованием. Только за три года я инвестировал в бизнес свыше 10 млн.
долларов. Теперь понимаете, почему народ тянется ко мне?
- Ваши услуги и товары сертифицированы?
- А как же! – вскричал Азим-ака. – Я прошел немало кабинетов, прежде чем получил
разрешение на этот вид деятельности. У меня лицензия на пять лет, все продукты
сертифицированы национальным агентством по стандартизации, а также зарубежными
инстанциями. Кроме того, тринадцать патентов от Агентства по изобретениям и
промышленной интеллектуальной собственности. А сколько благодарностей... Эй, вы! –
хлопнул в ладоши хозяин. Тот час подбежали слуги. – Принесите мне Книги благодарностей.
Через минуту пухлая книга в кажаном переплете лежала на столе. Перелистывая ее,
журналист убеждался, что в благодарностях народ не скупался. А Книга жалоб даже не была
заполнена.
- Да, это ясно, - сказал он, закрывая книгу. – А можно узнать предисторию вашего
бизнеса? С чего все начиналось?
- Конечно, конечно... Это было десять лет назад. У меня был маленький земельный
участок, работал я один, техники не было, все делал вручную. Появились прогрессивные
налоги, тарифы, народ крутился, чтобы товары достать, пенсионеры уже скопили капитал –
34
как тут не начать бизнес?.. И тогда количество клиентов стало расти. Я вначале взял в
аренду земли побольше, а когда скопил немного денег, то приватизировал все тут, приобрел
небольшую технику. И дела пошли. Чем больше эмир создает условий для прогресса в
стране, тем лучше мое хозяйство. Из малого предприятия я сколотил общество с
ограниченной ответственностью – тут обороты стали фантастическими. Пять лет назад
расширил свои интересы, обратил внимание на другие города и села. Там дела с
профильным мне бизнесом шли не очень-то хорошо... Я скупил все там, и сформировал
акционерное общество закрытого типа. 90% акций принадлежит мне и моей семье, 10 –
коллективу и западным инвесторам. Так что я в рыночной среде живу уже много лет. Думаю
о совместных предприятиях...
- А благотворительностью вы занимаетесь? Меценатством?
- А как же, а как же! – укоризненно сказал бизнесмен. – Многим малоимущим мы
оказываем услуги или с отсрочкой платежа, или предоставляем в долгосрочный кредит, или
вообще бесплатно. Кстати, у меня тут план слияния с банковскими структурами, хочу
создать финансово-промышленную группу «Азим Рустамов и сыновья». Большие программы
с западным участием хочу развивать. Попутное производство – золотодобыча, нефте- и
газовые скважины устанавливать, редкоземельные металлы выщелачивать... Для
диверсификации бизнеса я лесопилку приватизировал в России, теперь мне лес гонят, а у
себя здесь я деревообрабатывающий комбинат открыл, специфические товары высшего
качества изготавливаем. Конечно, народ привлек...
- Говорят, что ныне любой бизнес нужно начинать с религиозного освящения, то есть
получить разрешение от священников. Только тогда деньги будут праведными. А как у вас?
- Дорогой мой, у меня полное сотрудничество со всеми конфессиями, там меня знает
каждый мулла, каждый кардинал или реббе. Сами понимаете, мой бизнес должен быть
чистым, святым, чтобы люди знали, у меня нет никаких темных дел с нечистой силой.
Конечно, атеистам все равно, но я ведь человек набожный, думаю только о клиентах. Вот
сейчас у меня больше трех тысяч человек по всей стране работает, и все они – верующие
люди. Иначе нельзя.
Все записал журналист. А тут плов подали из свежего мяса барашка. Насел на
угощение журналист. Не отказался и от водки местного розлива. Тут хозяин для гостя
приготовил подарки, но что именно, говорить не станем – это не принято разглашать на
Востоке. Только отметим, что все это сложили в джип, а самого журналиста обещали
довезти до редакции. Милиционеры отдавали честь представителю прессы, рядом
танцевали красотки из местного дансинг-клуба, даже песни исполняли популярные певцы.
Журналист не мог нарадоваться этому уважению и гостеприимству.
- Каковы ваши прогнозы? – спросил на церемонии прощания журналист. – Я это
впишу в аккорды моей статьи...
- Надеюсь, что наш эмир проживет еще много лет и сделает немало хорошего для
страны. Чем больше он трудится на благо народа, тем больше у меня клиентов, больше
дохода, сильнее мой бизнес, крепче стоит моя семья... А когда он умрет, то мы ему окажем
самую высокую услугу...
- Какую? – не понял журналист.
- Как какую – ритуальную!..
- Подождите, подождите, я не понял, а кем вы работаете?
- Э-э-э, дорогой, я тебе три часа рассказывал, а ты не понял? Да могильщик я,
могильщик, людей хороню. Наш эмир сделал все, чтобы подданные его попадали ко мне
массами, разве я не могу отблагодарить его за это?.. Идем, я тебе свое кладбище покажу и
расценки на услуги, производство гробов увидишь, а заодно и нефтескважины...
Так уж получается, что в стране эмира динамично разивается только одна отрасль
экономики – кладбищенская. Именно по ней определяют рост ВНП и благополучие народа.
(9.07.2007)

Кирпичная дипломатия

Одного Кирпича назначили министром иностранных дел. Стал он, конечно, не за свои
таланты и способности, которых у него, кстати, и не было, а потому что так решил Булыжник
– президент страны. Просто ему требовались прямолинейные и твердые чиновники, которые
35
помогали проводить каменную политику по отношению к врагам и друзьям. Поэтому не
удивительно, что министром внутренних дел был Шлакоблок, Секретной службы – Бетонная
Балка, здравоохранения – Скала, социального обеспечения – Арматура, финансов –
Железное Дерево, а возглавлял Комитет по жилищно-коммунальной реформе Утюг
Чугунный. Сами понимаете, какая ситуация была в стране от таких руководителей.
Но расскажем о новом министре, который сам был из военных и любил платц-муштру
больше чем искусство и права человека, а в его черепке не было ни одного сигнала, так что
и говорить он толком не умел, лишь брюзжал и кричал что-то маловразумительное. Едва
Кирпич вступил в должность, как сразу потребовал документы своего предшественника. И
стал по привычке орать, листая бумаги: «Вот почему у нас плохие были дела на
внешнеполитической арене, потому что бывший глава Резина проводил гибкую политику. А
это неправильно и неоправдано! Это унизило нас перед всем миром! Нам нужна прямота и
твердолобость во всем! Только так мы расшибем всех в лепешку и добъемся успеха!»
По его приказу в тот же день одному государству, находящемуся в Западном
полушарии, объявили политическую блокаду и торговое эмбарго. Недоуменные дипломаты
спрашивали Кирпича: зачем? На что получали ответ: «Там ихний вождь проводит
пластилиновую доктрину, а мы, как известно, против пластилина во всем! Мягкость – это
признак бессилия и угроза безопасности!» Нужно заметить, что власти того государства
проигнорировали кирпичную политику в отношении к ним, отмахнулись как от мухи, мол,
мало ли какие придурки бывают на свете.
А потом у Кирпича была встреча с Послом из Великобритании. Позолочненный
Подсвечник был изящным и блистательным, выражался он учтиво и мягко, употребляя такие
слова, как «Вы любезны...», «Не соизволите ли Вы...», «Можно ли узнать у Вашего
кирпичного превосходительства...». Такие слова, наоборот, злили министра, который любил
армейские подходы и простоту. Не выдержав после очередного словесного излияния, Кирпич
наехал на Посла, переломал ему все конечности, поцарапал позолоту: «так будешь
изъясняться в своей говенной стране, а тут отвечай коротко и ясно на мои вопросы! Ясно? А
ну-ка, встал, упал, отжался! Кругом! Ша-агом марш!..» Так был британский дипломат
объявлен «персоной нон грата» и выдворен из страны. За это Булыжник наградил Кирпича
медалью «За верную службу».
Дальше пошло еще круче. Послы один за другим проходили аттестацию у Кирпича, и
кто не выдерживал экзамена, то в тот же день был экстрадирован. Говорят, главу
французской дипмиссии – Хрустальную Люстру - Кирпич разнес на мелкие кусочки, и труп в
срочном порядке вывезли домой. Закрывались международные организации, так как
министр заподозрил их в планировании цементной революции и клейно-обойной подрывной
деятельности. Вслед за этим закрылась военная база Гвоздей, которые вели
антитеррористическую операцию против международных преступников, - Кирпич считал, что
на самом деле западные железки хотят заменить Булыжника на Тетрадь – известного
оппозиционера, находящегося в изгнании. На этом министр не остановился, по его приказу
лишили аккредитации иностранных Микрофонов и Блокнотов, а местных журналистов стали
допрашивать по уголовным делам об антиконституционном перевороте.
Таким образом, Кирпич всех друзей превратил в врагов, а прежних врагов настроил
на более враждебные действия. Министр потребовал, чтобы граница была заминирована,
мол, нечего соседям к нам в гости похаживать. Заодно ввел визовой режим – это так он
усложнил жизнь динамитам-террористам, которые, впрочем, без всяких проблем пересекали
границу. Только визы мешали простым людям встречатся, ездить в командировки,
устраивать бизнес. Наживались на контрабанде Бетонные Столбы – пограничники и
Стальные Клещи – таможенники. Кирпичу на это было начихать, он считал, что защищает
интересы государства. Он чванливо смотрел на коллег с других стран, критикуя их за
антикаменный подход в международных делах. «Дипломатия – это одна из форм военных
действий! – орал он, стуча сапогом по трибуне. – Нам везде угрожают враги! Нас хотят
подчинить своей воле! Но наша страна никогда ни от кого зависеть не станет – для этого
есть верные и мощные кирпичи и камни! У нашего народа есть воля к победе во всем! Нами
руководит мудрый и авторитетный Булыжник! А вы идете на поводу у Гвоздей, Рашпилей,
Топоров и Пластилина – тех, кто кричит о демократии!»
Кирпич считал, что настоящая демократия – каменная, за ней народ как за стеной, он
защищен от происков врагов и разных там революций. Поэтому в его словарном запасе
36
появились новые термины «демократический кирпичизм» и «железобетонный демократизм»,
как основа политического развития страны. «Пластилинизм и резиновизм – это лишь модели
для разрушительного и загнивающего Запада, а мы – Восток! - утверждал министр. – Наш
Булыжник ведет нас к крепкому будущему!»
В результате такого Кирпича стали избегать многие государства. О скандальном
министре ходили слухи, готовились докладные, даже иностранные СМИ репортажи
посвящали. Конечно, всему миру стала ясна каменная политика Кирпича. В итоге его
перестали приглашать на заседания региональных и мировых структур, конференции,
торжества и прочие мероприятия. Даже многие соглашения и документы подписывались без
Кирпича, что злило его до невозможности. «Да как они смеют так нехорошо с нами
поступать! – визжал он, топая ногами и брызгая слюной. – Нужно начать войну с этими
недостойными! Они в лице меня унижают государство, у которого вот-вот наступит
Неокаменный век!»
Чтобы показать, кто в доме хозяин, Кирпич начал реформу в своем ведомстве. Он
уволил людей с интеллектом, и привлек тех, у кого твердые лбы и каменные мозги – именно
такие могли выдержать натиск министра и выполнить каменные распоряжения. Такие
дипломаты не готовили аналитические материалы и справки, а лишь издавали команды:
«Эй, ты, посол оттуда-то, а ну-ка к нам с отчетом о проделанной работе в нашей стране,
быстро!.. Передайте торговому советнику, чтобы через пять минут его задрюханный зад был
у меня в кабинете – нужно определиться с экономическими делами!.. Мадам, приказ
Кирпича, чтобы ваш начальник, то бишь консул, предъявил данные о выданных визах нашим
гражданам, давайте, к вечеру я его жду у себя в кабинете!.. Сами знаете, неявка – лишение
аккредитации и пинок под зад из страны!..»
После этого данную страну ООН оценило на уровне каменного века по
экономическому и политическому развитию. Сами жители этого государства сбегали
разными тропами и способами и просили убежища у соседей. Кирпич от радости протирал
руки, потому что теперь о нем и о стране знал весь мир. О кирпичной политике писали
диссертации, собирали конференции, обсуждали на ТВ-выпусках. Булыжник, видя успехи на
внешней арене, его всегда хвалил и ставил в пример другим министрам, которые тоже
стремились угодить в каменных делах. Президент даже через десять лет назначил Кирпича
послом в страну Гвоздей, ну, ту, военную базу которой Кирпич выдворил с позором. И там
этот твердолобый продолжил творить делишки, естественно, в бетонной манере. Это
привело к тому, что официальные структуры и местные жители стали игнорировать
посольство и самого посла.
Страна попала в мировую изоляцию. Никто не покупал товары, не давал кредиты, не
приглашал на Дни культуры. Туристы исчезли. Инвестиции пошли в другие страны. Был
закрыт транзит грузов и для транспорта. Безусловно, простые жители страны не виноваты,
что попали в изоляцию. Просто пока у власти Кирпичи и Булыжники, пока проводится такая
каменная политика, то не стоит ожидать лучшего для народа. От этого страдают все, кроме
самих кирпичей.
(13.07.2007)

Cветлое будущее свиньи

У одного стада баранов был вожак. Смелый так, отважный, любил он своих сородичей
и старался сделать все, чтобы им было хорошо. Искал для них поляны, полные вкусной
травы. Поднимал дух в период невзгод. Веселил, когда всех охватывало уныние. Защищал
их от врагов. Но однажды, в схватке с волком вожак погиб. Нет, конечно, и волку досталось –
еле уполз он, оставляя кровавый след на траве. Да только осталось стадо без руководителя.
И тут расстерялись они – что же им делать?
- Как же нам быть, беее? – запричитали они, склонившись над мертвым телом
вожака. – Как же жить дальше? Кто нам путь в наше будущее покажет, беее? Кто поведет
строить светлое будущее?
Долго ли, коротко ли стенали они и бились в истерике, да тут их услышала Свинья.
Прихрюкивая, она притопала на поляну и заявила:
- Ладно, бараны, помогу я вам, хрю-хрю! Поведу вас в светлое и теплое будущее,
хрю-хрю! От такого мы, свиньи, никогда не отказываемcя, а вы тем более захотите там жить!
37
- А ты сможешь? Дорогу знаешь? – засомневались бараны. – Нам нужно то будущее,
что обещал нам вожак, беее.
- Если согласитесь меня выбрать вожаком, то я вам более лучшее и великое будущее
открою, чем обещал вам ваш главный баран, хрю-хрю, - сказала Свинья. – Итак, хотите меня
видеть главной среди вас?
Бараны посовещались и решили, что Свинье доверять можно: вон она какая розовая,
толстая, большая, и пятак говорит о принадлежности ее к высшей расе. Такая обязательно
должна привести их к мечте. Правда, были и сомнения, которые распространяли некоторые
барашки, мол, нужно среди своего стада найти умного, зачем нам представитель другой
особи? Но их сразу отталкивали: нечего воду мутить, мы все одинаковы в способностях, и
никто дороги не знает. В итоге бараны заявили Свинье:
- Ладно, мы согласны. Веди нас, беее, к нашей мечте! Покажи нам дорогу!
Но тут Свинья говорит:
- Но и у меня есть требования к вам! Вы должны признать меня великим лидером,
хрю-хрю, читать мои книги, петь песни во славу мне, считать самым умным животным, хрю-
хрю. Не ставить под сомнения мои слова, а непокорных казнить по первому же моему
требованию, хрю-хрю. Мы должны быть едины! Только тогда вам обеспечено великое и
теплое будущее, хрю-хрю. Это вас устраивает?
Бараны посовещались, опять побили сомневающихся, и после этого сказали хором:
- Беее, согласны.
И Свинья повела стадо баранов к их счастью. По дороге бараны собирали
корнеплоды и желуди для вожака, поили ее водой, делали массаж спинки, охраняли от
дождя и холода, спасали от опасностей. Из самых сильных особей Свинья организовала
милицию, и они наводили порядок в стаде по законам и правилам, установленных Свиньей.
Конечно, немало она предоставила полномочий им, так как милиционеры, кроме всего
прочего, вымогали у своих сородичей продукты питания, пытали иногда непослушных и
оппозиционеров, заставляли работать на себя бесплатно. То есть они уже были особым
сословием в стаде, и требовали к себе уважения, почета, все больше власти. Но
большинство баранов оставались жить в условиях бесправия, полуголодного
существования, и они в первую очередь становились жертвами хищников.
Бараны шли за Свиньей, окруженные милиционерами, и терпели все невзгоды.
Потому что верили в мечту – в светлое и теплое будущее. И ради этого отказывали себе и
детям во многом необходимом для жизни. Из-за этого стадо сокращалось в численности,
хотя вожак заявлял через статистику, что уровень жизни возрос, а баранов за время ее
правления увеличилось в 30 раз. Нет, конечно, бунты кое-где проскальзывали, однако
милиционеры быстро пресекали их, казнили и мясо оставляли для волков. «Смотрите, хрю-
хрю, что ждет непокорных! – кричала Свинья. – Попасть в брюхо волкам – вот что ждет тех,
кто восстает против меня и официальной власти!»
А поскольку идти было еще долго до заветной мечты, то Свинья требовала постоянно
избирать ее на очередной срок в качестве вожака. «Я знаю путь, и только я смогу вас туда
привести, хрю-хрю! – говорила она. – Поэтому продлите мне сроки полномочий еще на
несколько лет!»
И бараны покорно продлевали. Но даже и когда эти все сроки полномочий вышли, и
официально Свинья не была вожаком, никто из баранов не протестовал, все считали
нормальным, что Свинья продолжает ими руководить. Ведь, поговаривали в стаде, да и
милиционеры подтверждали, что они уже в двух шагах от мечты. Тут уж можно и потерпеть и
не поднимать вопросы легитимности Свиньи, а также статуса ее семьи. Да, забыл сказать,
что у Свиньи появились родственники – Кабаны и Свиноматки, Хряки и Боровы, которые
жили среди баранов и пользовались такими же привелегиями, что и сама Свинья.
Безусловно, обилие родственников раздражало и без того нищих баранов, да только
смелости протестовать у них не было. Они покорно шли за вожаком, одновременно
обслуживая и других свиней. Надеялись, что осталось недолго терпеть невзгоды, и скоро все
будут в раю.
И настал тот день, когда Свинья закричала:
- Мы пришли, хрю-хрю, мы в раю, хрю-хрю! Радуйтесь, бараны! – и с этими словами
она прыгнула в грязную и теплую лужу, стала резвиться там, хрюкать от удовольствия. Вслед
38
за ней последовали остальные родственники, начали купаться, обмазывать себя грязью.
Они были на седьмом небе от счастья!
Бараны в изумлении остановились и смотрели на все это. Они ничего не могли
понять.
- Эта лужа и есть наша мечта, беее? Наше светлое и теплое будущее, бее? – спросил
самый худой и старый баран, которому уже терять было нечего и оторый уже не боялся
власти Свиньи.
- А я разве обещала что-то иное, хрю-хрю? – спросила Свинья. – Лужа – это и есть
мечта любого живого существа! Тут тепло, мокро, грязи много, вони – еще больше, хрю-хрю.
Жить в таком мире – это сплошное удовольствие. Смотрите, как радуются мои
родственники. Так что и вы можете, по очереди, естественно, заходить в лужу и получать
порциями удовольствие, хрю-хрю. Мои милиционеры подготовят график...
Свинья не врала. Ведь счастье она понимала по-своему, по-свински. И вела она
баранов именно сюда, к свинскому светлому и теплому будущему. Так чему же удивляться?
Но нужно ли было баранам это? Об этом следовало думать раньше, в тот день, когда
бараны выбирали вожака.
(14.07.2007)

Как Бегемот был послом

Одного Бегемота отправили Чрезвычайным и Полномочным послом в страну лягушек.


Ну, притопал этот Бегемот на болото, да так шумно, что распугал всех обитателей. Часть
лягушек попрыгали с камней, где они грелись на солнышке, в воду, а часть, наоборот,
всплыло с глубин и стало озираться: кто это так расшумелся. Более мелкие земноводные
решили не показываться, пока ситуация не прояснится. И цапли испуганно смотрели на
гостя, не понимая, что тут он делает?
- Ква-ква, вы кто? – изумленно спросила у бегемота одна лягушка, которая считалась
тут за главную. Ее так и называли: Зеленый Премьер-министр.
- Я? Да разве не видно – посол из другой страны! – в негодовании проревел Бегемот.
Он считал, что только одно его появление должно было привести всех в восторг и в нем
сразу признать дипломата. – Почему вы не встречаете меня как полагается?.. Это стыд и
позор вашему болоту!.. Это полное неуважение ко всем международным конвенциям и
соглашениям!..
Конечно, лягушки и цапли не хотели упасть в грязь, которой, кстати, на болоте было
предостаточно, нужно было показать, что и здесь чтут традиции гостеприимства, к тому же
это все-таки первый посол в их стране. Они принесли самые вкусные лакомства, которые
смогли отыскать. Учитывая массу и вес посла, можно представить, сколько пришлось
натаскать еды, чтобы прокормить. Обитатели болота уже изнемогали от труда, неся
деликатесы, пока их гость, наконец, не произнес:
- Уф, я наелся!
Лягушки не успели отдохнуть, как Бегемот затребовал обеспечить ему охрану.
- Зачем? – удивился Зеленый Премьер-министр. – Здесь вас никто не обидит, и на
болоте не страшно жить. Можете свободно разгуливать там, где вы пожелаете – везде вам
будут рады...
- Вы не понимаете?! – взревел посол так, что даже цапли взлетели в воздух, а у
главной лягушки затряслись от страха лапки. – Я же дипломат, и по конвенциям в стране
пребывания мне должны обеспечить безопасность, а как это можно сделать без охраны?
Если вы откажете – это станет позором для страны лягушек!
Лягушки были в расстерянности. Какая охрана нужна для огромного бегемота? –
недоумевали они. Ибо местные жители в сотни раз меньше его по размеру и весу – кто
посмеет обидеть такого посла? Но отступать было нельзя – раз этого требовали нормы
международных конвенций, то куда денешься? Пришлось обратиться к соседям-крокодилам,
чтобы те прислали двух здоровых аллигаторов. Именно они должны были сопровождать
дипломата везде и оберегать его от покушения и несчастных случаев. Только сами
понимаете, аллигаторы не желали служить бесплатно – их следовало кормить... лягушками,
рыбой и цаплями. Ежедневно в их пасти исчезало тысячи местных жителей – такова была
жертва для обеспечения безопасности Бегемота.
39
Потом он потребовал самую лучшую пещеру, так как это должно стать резиденцией
его дипломатической миссии. Там Бегемот жил под охраной двух аллигаторов, ему каждый
день носили еду, ухаживали за телом, чтобы никакой паразит не присосался к толстой коже
или хворь болотная не схватила. Его приглашали на все мероприятия, которые проводились
в стране, воздавали почести и уважение, и Бегемоту это нравилось.
Бегемот расхаживал по болоту, ревел от удовольствия, видя, как обитатели кланяются
ему и квакают хвальбу в его адрес. Чтобы еще больше поднять свой авторитет и значение
миссии он заявил:
- Согласно международному праву, посетить мою страну вы можете только при
наличии въездной визы, а ее выдаю только я.
Цапли, которые часто раньше летали в ту местность, откуда прибыл Бегемот, теперь
не имели права ее посещать без соответствующего документа. Да рыбам и лягушкам путь
был заказан, если Бегемот не поставит печать на их паспорта. Никто не хотел нарушать
писанные законы, и стали обращаться в пещеру.
Да только посол не торопился с раздачей виз, и никто не смел его в этом упрекнуть –
таковы были международные правила. Бегемот орал: «У меня времени нет на всех вас, я
занят, подождите немного!» Жители месяцами ожидали разрешения, стояли в очереди,
ругались между собой, кто первый пройдет на прием и кому полагается получить гостевую
или деловую визы, в ход шли кулаки, клювы, яды, зубы, шипы, чтобы не очутиться в конце
очереди. Так вскорее образовался огромный «хвост», который не только днем и ночью
простаивал у пещеры, но двигался вслед за Бегемотом, если тот куда-то уходил.
Складывалось впечатление, что это – своеобразный экскорт.
В тоже время Бегемот требовал подношений и подарков, поясняя заявителям, мол,
это позволит ускорить процесс рассмотрения документов и получения положительного
решения, и ему тащили все, что тот пожелает. А аппетит у посла был огромен, не зря же
говорят, что он приходит во время еды. Некоторые уже договаривались с аллигаторами-
охранниками, чтобы те выступили посредниками в этом вопросе. Те, безусловно, имели и
свой интерес.
Конечно, это не могло пройти мимо главной лягушки, да и слухи нехорошие шли по
всему болоту. Зеленый Премьер-министр пытался мягко намекнуть главе иностранной
дипломатической миссии, что так не принято здесь, и Бегемот нарушает внутренние законы
и устои, порождает коррупцию. Но тот, яростно топая, проревел в ответ:
- Нечего меня укорять! Я под дипломатической защитой, у меня есть иммунитет от
ваших законов! Таковы правила!
И лягушкам, цаплям, головастикам, жукам, приходилось терпеть этого чванливого и
высокомерного посла. Им не хотелось потерять уважение всего мира, если они попробуют
сделать что-то резкое и жесткое в отношении Бегемота. Да и что они могли сделать?
Бегемот мог передавить всех обитателей ногами и не заметить, что натворил. Никто не мог
противостоять мощи посла и его охраны. Тихо-тихо власть в стране стала переходить
Бегемоту.
Теперь он решал многие вопросы болота, к нему шли за советом, разрешением.
Бегемот подписывал указы, которые считались неукоснительными к исполнению для всех
обитателей болота, он взял права объявить войну или мир другим государствам,
устанавливал новые законы, взимал налоги и пошлины, по его звонку принимали на работу
или устраивали в школы и институты. Власть Зеленого Премьер-министра им уже не
признавалась, хотя однажды посол, проходя мимо жилища главной лягушки сказал:
- Значит так, милейший. Скоро прибудет президент моей страны. Вам следует
подготовится к его встрече. Нужна охрана, экскорт, много еды, концерты и прочие
торжественные мероприятия...
- Каковы цели визита, ква-ква? – поинтересовался Зеленый Премьер-министр.
- О добровольном и всенародноодобренном вхождении вашего болота в состав
нашего государства на правах района. Это будет грандиозное событие в истории вашей
страны, и лягушки, цапли и другие жители получат демократию и свободу... У вас
правителями станут Великие бегемоты...
Терпение Зеленого Премьер-министра лопнуло. Он в ту ночь исчез. А утром болото
потряс топот, от которого по воде пошли цунами, стали обрушиваться берега. Испуганные
жители, которых, кстати, осталось совсем мало в стране, повыпрыгивали на камни и со
40
страхом стали озираться. Они думали, что пришли еще бегемоты, и это ввергло их в ужас.
Однако ошиблись.
Это был Слон. Огромный. С большими ушами и длинными бивнями. Его ноги могли
затоптать штук пять бегемотов со всеми крокодилами впридачу. На голове нового гостя
сидела главная лягушка.
- Эй, посол, выходи, ква-ква! – прокричала она. – К тебе дело есть дипломатической
важности!
Удивленный Бегемот выполз из пещеры, вслед за ним появились встревоженные
шумом аллигаторы-охранники. Увидев Слона, они задрожали.
- Значит, так, Бегемот! – проревел Слон, хоботом притягивая к себе посла, который
упирался как мог. – Вали отсюда по хорошему в свою страну. Скажи там президенту, что я
еду Чрезвыйчайным и Полномочным послом к вам, и попробуйте только плохо встретить
меня!
- А вы, крокодилы, вон отсюда! – приказал охране дипмиссии Зеленый Премьер-
министр. – К вам в страну прибудет другой слон – сами понимаете, что с вами станет, если
ему не окажут высокой чести!
Бегемот и аллигаторы бросились из болота. С тех пор страну лягушек не беспокоили
никакие послы и другие дипломатические миссии. Им въезд был запрещен. А что делал
Слон в стране Бегемота – так это другая сказка, и к нам не имеет никакого отношения.
(4.08.2007)

Игры для взрослых

Говорят, жизнь – это театр, а мы в нем актеры. А еще говорят, жизнь – это игра, и
каждый играет в свои игры, надеясь на успех или удачу.
Например, генералы играют в шахматы. Только в специфические шахматы, не те, что
освещают по телевидению на международных матчах гроссмейстеров. Например, один
военноначальник двигает вперед ладью, и тот час по этой команде за сотню километров в
движение приходит танковый полк, устремляясь на позиции. Другой игрок ставит пешку, и
где-то навстречу бронетехнике бросаются гранатометчики и минеры, чтобы остановить атаку
противника. Хмыкнув, первый генерал начинает операцию с конем, что означает – в бой
вступает кавалерия, целью которой является уничтожение пехоты. Но и второй генерал не
дурак, он обдумывает ходы с офицерами – десантно-штурмовой бригадой, чтобы отсечь
кавалеристов от важных рубежей. Сами понимаете, что военные любят такие тактические
игры как шахматы. Особенно, если можно там порубить кого-то в капусту, напустить газы,
погрохотать артиллерией, пройтись потом парадом у поверженного короля – главы
государства.
А чем интересуются министры? Конечно, они играют в лото. Кто быстрее закончит
игру, тот для своего ведомства получает льготы, дополнительные функции,
финанисирование. Вот так сидят в одном кабинете министры финансов, налогов, экономики,
статистики, строительства, торговли, инвестиций, обороны и «выбивают» в свои фонды
ресурсы. Вышел в лидеры – получай функцию по лимитированию хлопка или
нефтепродуктов, а вот еще и льготы по освобождению от уплаты НДС на три года... Любят
чиновники игру в лото.
Но и другие чиновники не сидят без дела. Например, прокуроры, милиционеры и
секретные сотрудники играют в шашки. Они играют так, чтобы побольше съесть народа,
выбить у подозреваемых признания и получить личные выгоды. А если вышел в «дамки», то
и возможностей маневрировать на правоохранительном поле огромны. Поэтому прокуроры
спорят с милиционерами, кто будет проверять частную нефтебазу или допрашивать
оппозиционных журналистов. Ведь с «дамками» не спорят – им полагаются их победы.
Президент играет сам собой в карты. Он расскладывает их и смотрит: ага, вот этого
«короля» нужно сместить с поста министра экономики, а вот этого «валета» следует
продвинуть в комитет по распределению государственных ресурсов. Нужны свои «тузы» в
Министерстве внутренних дел и в парламенте. Козырные карты используются тогда, когда
нужно выкручиваться из пикантных ситуаций или снять напряженность с оппозицией. А вот
эту «шестерку пик» можно пожертвовать для прокуратуры: пускай едят, а пресса потом
трезвонит о свершении правосудия над вредителем и коррупционером...
41
Есть еще игры «джек-пот», «наперстки», «бутылочка», но этим увлекаются
определенные слои населения...
А во что играет народ? Обычно в игру «на хлопковом поле», «у мартеновской печи»,
«за операционным столом», «у школьной доски». Здесь выигрыш – вырастить урожай,
выплавить хорошую сталь, спасти человеческую жизнь, дать знания молодежи. Что касается
личных интересов, то зачастую их труд малооплачиваем, и все они, трудяги, зависят от тех,
кто сидит наверху. А там, увы, играют в другие игры...
(9.08.2007)

Про муравья и жуков

Cреди жуков жил и работал Муравей. Сами понимаете, как сложно находиться в
обществе жуков. Все они высокомерные, чванливые, задиристые, считают себя самыми
важными и нужными насекомыми в мире. В их владениях заводы, банки, страховые и
транспортные компании, у них в руках пресса и научные учреждения, сами руководят
министерствами и издают законы. Ездят жуки только на крутых машинах и останавливаются
в пятизвездочных отелях. На бабочек, гусениц, сверчков, кузнечиков смотрят всегда свысока,
их за живых существ не признают...
И таким маленьким насекомым как Муравей трудно конкурировать с ними, этими
хозяевами жизни. Ведь что есть у муравьев? Только сила, смекалка и желание трудится,
долго и упорно. Вот и трудился он целыми днями и ночами, порой не спал, делал в одиночку,
чтобы на лишние расходы не тратиться. Приходилось отказывать порой себе в еде. Но его
двигала мечта – быть рядом с жуками, доказать, что он тоже не хуже, чтобы на него
обратили внимание и сказали: «Ай да молодец!». И ему хотелось однажды придти на самую
известную тусовку и сказать: «Смотрите, я такой же как вы!», и все жуки начнут
апплодировать ему, хвалить и воздавать должное.
Тихо-тихо, с такими мечтами и жил Муравей, однако дела у него двигались. Скопил он
небольшой капитал, на которые открыл магазинчик. Товар бойко расходился, покупателям
нравилось добродушие продавцов и высокое обслуживание, и поэтому часто заглядывали к
Муравью. Через год муравей уже рядом построил кафе, которое вскорее перестроил под
ресторан. Магазин разросся до супермаркета. Обороты с каждым днем увеличивались, и
чтобы эффективнее распоряжаться финансами Муравью пришлось организовать
собственный банк. А где банк, там и исследовательские центры, и промышленные фирмы, и
благотворительные центры.
Слава о Муравье росла. Многие рекламные агентства боролись за право продвигать
его продукцию и работать под торговой маркой. Не было ни дня, чтобы по телевиденью не
передавали новость, связанную с Муравьем: то там мост построит, то тут детский сад
возведет, а то проспонсирует лечение больных за счет личной прибыли. Да и государству
отчислял он честно все налоги, что даже враги, насылавшие на него финансовых
инспекторов и прокурорских следователей, ничего поделать не могли.
Настал момент, когда Муравей надел смокинг, сел в лимузин и поехал на
традиционное мероприятие, где собирались жуки. Личное состояние и слава не позволили
швейцарам-мухам закрыть перед ним двери, они пропустили его, низко поклонясь. Куря
сигарету, Муравей подошел к жукам, которые все равно брезгливо смотрели на него, и смело
сказал:
- Теперь я такой как вы!..
Самый толстый и большой жук, оглядевшись по сторонам, быстро подошел к нему и
сказал:
- Теперь – нет! – и своим телом раздавил Муравья об стенку. Остальные жуки
заапплодировали ему. Они не любили выскочек и, тем более, чужаков.
Дело в том, что в обществе жуков могут быть только жуки с их чванством,
лицемерием, завистью и презрением. Муравьям и другим насекомым, которые работают не
покладая рук и всего добиваются своими талантами, упорным трудом, там делать нечего.
Это не их мир. Муравей ориентировался не на ту цель, и в итоге получил то, на что никак не
рассчитывал.
(9.08.2007)
42
Солдаты гастрономических сил

В одной стране была армия. Но служить там танкистом, летчиком или пехотинцем
было непочетно, да и опасно. Ведь на передовой стреляют, могут же убить, а кому это нужно
– себя под пули подставлять? К тому же, управлять техникой, пользоваться оружием
требовало сноровки, знаний, опыта, а это в себе вырабатывать солдатам не хотелось.
Самой почетной должностью в армии считались повара и каптерщика – заведующего
складом аммуниции. Почему? Не знаю... Считалось так – и все тут! Может, потому что там
всегда при харчах?
Вот и стремились туда все мужчины, порой взятки давали командирам, чтобы быть
при кухне или на распределении одежды. Даже генералы хотели командовать не боевыми
силами на передовой, а управлять материальными фондами и продуктами в тылу – это
было почетнее и безопаснее для собственной жизни. Призывники мечтали сражаться с
тарелками и вилками, проводить военные операции с картошкой и луком и совершать
маневры на кухне – от газовой плиты до стола и обратно. Для поваров и каптерщиков
изготовили даже специальную форму, и она ярко выделялась от других. Конечно, другие
солдаты и офицеры им завидовали.
Интерес к этому так был высок, что Главнокомандующий распорядился
сформировать отдельный род войск – гастрономический. Появились свои военные училища,
Гастровоенная академия, где ковались кадры для столовых, складов, и туда конкурсы на
поступления были выше, чем в других вузах. Специальность «военный повар» и «военный
кладовщик» ценились в ранге «прокурор», «президент», «министр». В итоге на всех парадах
первыми на плац выходили войска гастрономическрого назначения. Повара и каптерщики,
вооруженные ложками и ножами, строевым шагом шли мимо Главнокомандующего, тоже
одетого в поварскую форму, и отдавали часть. За ними везли полевую кухню, способную
одним махом накормить тысяча человек. Народ кричал: «Урррааа кашеварам и интендантам
– нашим защитникам!», а проходившим дальше матросам, десантникам и танкистам лишь
вяло махали руками – эти военнослужащие мало кого интересовали.
Тихо-тихо начались складываться стереотипы: если повар – то семья сыта, а если
кладовщик - есть достаток дома. И действительно, самыми богатыми и достойными
считались те, кто служил на этих должностях, впрочем, так оно и было – повара и
завскладом сорили деньгами как нувориши. Родители мечтали выдать дочь замуж за кока
или каптерщика. Более того, большая кадровая политика тоже строилась на отношении к
гастрономии: так, в руководители выдвигались те, кто служил в гастрономических войсках
или закончил соответствующее учреждение. Сами понимаете, какой переполох начался: все
дети «шишек» отправлялись туда на краткосрочную службу, министры покупали дипломы
поваров, чтобы остаться у руля власти.
Стали выходить кинофильмы, где главными героями были повара и завсклады –
именно они спасали родину от врагов, поддерживали народ в трудную минуту. Знаменитые
певцы посвящали свои песни поварам и каптерщикам. В театрах шли спектакли, в которых
право играть роль кока на корабле давалось только после прохождения серьезного кастинга.
На Дне военного повара (остальные Дни были отменены за ненадобностью или
малозначимостью) выступали самые-самые знаменитости, ведь там выдавались хорошие
гонорары.
Между тем, происходило смещение значимости родов войск и должностей в армии:
уменьшалось количество тех, кто стоял у пограничного столба с автоматом, кто сидел за
штурвалом самолета и смотрел через прицел артиллерийского орудия, зато увеличивалось
число тех, кто предпочитал проходить службу в столовых и на складе. Для этого даже
строились дополнительные пункты общественного питания и помещений, в которых хранили
портянки и сапоги, но туда попадали по блату или распределению министерства обороны. И
все равно поваров и каптерщиков становилось больше.
Прошли года. Танки заржавели в гаражах, пушки заклинило, снаряды отсырели.
Самолеты больше не взлетали. Не было кадров. Зато в стране было много военных
гарнизонов с поварами и каптерщиками. На полигонах отрабатывали маневры снабжения
интенданты и тактику кормления кашевары. С трибун перед Главнокомандующим
отчитывались о безопасности страны маршалы и генералы гастрономических сил.
43
Милиционеры и гэбисты, кстати, стремились больше проверять рестораны и кафе, а также
торговые точки и склады, чем искать террористов и шпионов – знаете, как-то это спокойнее.
Увы, мир не всегда постоянен. Настал момент, когда на страну напал враг. Народ
обратился к солдатам и офицерам: «Защитите нас!», на что получили ответ: «Чего, чего? Мы
– военные повара и каптерщики! Мы готовим еду и выдаем обмундирование! Стрелять и
идти в атаку – это не наша обязанность!» Отпора враг не получил – и кому, естественно,
оказывать сопротивление, если нет боевых частей? Вскоре страна оказалась в оккупации,
Главнокомандующий был низложен, власть перешла к захватчикам.
А что повара и кладовщики? Ну, они теперь поят и одевают врагов. Не зря есть
пословица: «Кто не имеет свою армию – кормит чужую». Так что все остались при своих
должностях и работе. Только независимости у народа нет...
(9.08.2007)

Идеальный муж

- ...Уважаемые радиослушатели, вот сейчас мы связались с одной из такой


счастливой женщиной по телефону и она готова поделиться рецептом счастья... Алло, вы
готовы?
- Да, конечно...
- Итак, наших радиослушательниц интересует, каким является идеальный муж...
Скажите на своем примере. Судя по вашему звонку, вы – самая счастливая женщина в
городе!
- Да, я очень счастлива, безмерно счастлива. Мой муж – известный конструктор,
хорошо зарабатывает. Он открыл свою фирму и ежедневно приносит много, очень много
денег. Я даже устала ходить в магазины и покупать себе косметику, бриллианты, костюмы,
порой хочется одется по-крестьянски, что, кстати, я часто и делаю... Конечно, муж – хороший
семьянин, и его любят дети. Ведь он их возит в парки развлечений, покупает мороженное,
игрушки, а летом мы ездим в Испанию отдыхать. Вот и сейчас собираемся в ресторан –
отмечать 20-летие нашей свадьбы...
- Ой, поздравляем вас с таким праздником. И все же - кто глава семьи?
- Мой муж, как и полагается мужчине. Он принимает самые ответственные решения,
держит свое слово... и при этом советуется со мной, так как уважает свою половинку. Если
мы покупаем мебель, то только я говорю, какую модель, какого цвета – и тут никаких
возражений не бывает. А насчет ремонта дома, приобретения очередного автомобиля,
прочей бытовой техники, то тут я уступаю мужу в принятии решений – тут я не разбираюсь.
Я даже не знаю, что такое продовольственный магазин, так как муж привозит все сам.
Иногда он готовит пищу... о-о-о, он великий мастер в этом. Он знает восточную и западную
кухню, и удивляет своим искусством всю семью.
- А как вы познакомились? Ведь так трудно найти достойного мужа... Наши женщины
жалуются, что попадаются или алкоголики, или трутни, или наркоманы, или импотенты...
- Знаете, это судьба, и все как в боевике. Я шла вечером от подруги, и за переулком
ко мне пристали четыре хулигана. Они хотели изнасиловать меня, и я думала, что это
конец... И тут появился он, мой герой. Оказывается, проходил мимо, услышал мои крики и
заступился. Боже, какой это был бой – Чак Норрис и Джекки Чан могут отдыхать. Все
произошло быстро. Пока я встала, мои насильники лежали без памятства на асфальте.
Потом мой будущий супруг проводил до дома... Так мы познакомились. А через день он
пришел с цветами и пригласил в театр. Он говорил только поэзией, цитировал Шекспира,
Пушкина, Байрона... Разве я могла отказать такому галантному человеку? И с тех пор не
жалею...
- Боже, как романтично! А какими еще качестваими обладает ваш супруг? Есть ли у
него отрицательные стороны?..
- Ну, отрицательными я бы назвало то, что муж иногда задерживается на работе, а мы
по нему скучаем. Конечно, он не пьет, не курит, не гуляет на стороне. Он великолепен в
постели – титан, нет, бог секса! Арнольд Шварцнеггер по сравнению с ним хиляк, потому что
такие объемы мышц!.. Такая сила!
- Что же, большое спасибо. Надеемся, что есть и другие женщины, которым можно
позавидовать. До свидания и до встречи в новом эфире!..
44
Жена вздохнула и положила трубку. Немного посидела у треснувшегося телефона,
всего замотанного изолентой, чтобы не развалиться на части, и встала с грязного пуфика.
Потом вошла в спальню. Муж, как всегда, храпел как паровоз, на ладан дышащей кровати –
было удивительно, что он еще не развалился. Вся комната была в пару алкоголя, что здесь
можно было заспиртовать любой организм для класса биологии. Возле мужчины лежали на
газете три бутылки водки, соленый надкусанный огурец и скелет селедки. Супруг уже три дня
беспробудно пил. Хотя и раньше были редки дни, когда был трезвым. Впрочем, трезвым он
был страшнее, чем сейчас, – хотя бы не бьет.
Супруга потрогала синяк под глазами. Сколько гематом суженный поставил на теле –
так это нужно считать с логарифмами и степенями. Поводом мог служить любой факт:
сделанный борщ вместо шашлыка, покупка кефира вместо водки, нежелание открывать
дверь ему и собутыльникам. Дать отпор такому хаму? Но как? Муж, конечно большой, но не
за счет мышц и могучего торса, а за счет веса – сплошные 150 кг жира, которые вытеснили
крошечные мозги из черепа и скрыли в складках живота достоинство, которым обычно
гордятся. Тут из памяти всплыли слова радиожурналистки: «Наши женщины жалуются, что
попадаются или алкоголики, или трутни, или наркоманы, или импотенты...» Что и говорить,
супруг имел все эти качества в одном лице.
«Я давно забыла, что такое секс», - вздохнула она, и на крайний случай проверила
наличие фалоиммитатора под подушкой – единственного друга в такие одинокие ночи. Она
его купила, когда поняла, что алкоголь давно превратил мужа в бесполезное чучело. Ведь он
пропивал все, что можно было сбагрить на вещевом рынке. Уже давно исчез из дома
телевизор, мебель, что было купили на свадьбу, также перекочевала в чужую квартиру. А
однажды обнаружилось пропажа обручального кольца, а также подарка родителей – золотых
сережек и браслета. Понятно, куда это влилось... Что касается книг, которыми зачитывалась
она еще в молодости, то их страницы давно стали подстилками для маринованных
помидоров и селедки, или использовались в качестве туалетной бумаги.
А ведь в первые годы совместной жизни было несколько иначе. Нет, муж не защитил
ее от насильников, о чем поведала женщина радиослушательницам. Наоборот, он был
одним из них. В ту ночь она поняла, какая агрессия в его душе живет, какой жестокий этот
человек. Потом, правда, он отошел от действия анаши и испугался за последствия,
прибежал к ней домой и стал замаливать грехи, мол, прости, женюсь. Пришлось ей взять
заявление из милиции и выходить за него замуж. Ведь не хотелось всеобщего позора, да и
будущему ребенку, зачатому таким образом, нужен был отец... Просто тогда он пытался что-
то изменить в себе. Но старые привычки победили. Он вернулся на старую стезю, не смотря
на отчаянные усилия молодой жены.
Так началась их совместная жизнь. За это время женщина получила дополнительные
профессии водопроводчика, слесаря, маляра, плотника, так как приходилось все делать
самой, особенно после разгромов, учиненных мужем в пьяном угаре. Но квартира не
становилась лучше: падала штукатурка, заляпаны были окна, текли водопроводные краны,
газовала плита. Вся посуда была в трещинах или с отбитыми частями. На приобретение
новых не хватало денег – все уходило на выпивку. Ресторан, театры – все это было лишь в
фантазиях женщины, ибо там она с супругом никогда не была.
Кстати, о поэтическом языке... Разговор в радиоэфире был сложен для женщины,
приходилось смотреть на заранее написанный текст, чтобы не сболтнуть лишнее, точнее, не
то слово. Дело в том, что в ее лексикон прочно вошел мат – именно такой язык воспринимал
муж, особенно после двух лет пребывания в колонии. Нет, тогда она спасла его от тюрьмы,
но через пять лет он все равно сел – за грабеж магазина. Из этих мест он вернулся злой, с
туберкулезом, и тату в стиле зэковского модернизма. И квартира превратилась в маленькую
камеру строго режима. Строгого соблюдения криминальных понятий. Так что не
удивительно, что и сынок начинал втягиваться в это, иногда до нее доходили слухи, что он
участвует в скинхедовских тусовках, что-то там творит...
Женщина подошла к мужу и собрала бутылки. Там, в кладовой собралось их куча.
Может, стоит это сдать бакалейщику, а на вырученные деньги купить ту губную помаду, что
она видела во французском бутике на прошлой неделе? А потом показать их сослуживцам в
больнице, где она работала медсестрой, и похвастаться: это купил ей муж на двадцатилетие
их свадьбы. Хотя бы так создать иллюзию того мира, в котором она пребывала 20 лет в
грезах, и который поддерживала подобными рассказами по радио...
45
P.S. Рассказ написан на реальных фактах.
(13.08.2007)

Идеальная жена

«Я с любовью смотрел на жену – самую прекрасную женщину на свете. Ее гибкая


талия вызывала зависить у многих женщин, мужчины же облизывались, смотря на ее
аппетитные груди. А лицо... о-о-о, тут Дженифер Лопес и Шакире остается плестись позади
очереди на конкурсе красоты. Один ротик, нежный и чувствительный, заставлял вздыхать
меня от желания прикоснуться к алым губам супруги. А в зрачках могла утонуть вся
Вселенная. Она была милой и доброй, глаза всегда ласково смотрели на меня, как бы
спрашивая: что ты хочешь, любимый. А мне, естественно, хотелось многого.
Жена вставала всегда рано и готовила мне завтрак: кофе, булочки с сыром и
капустным листом. И все это приносила мне в постель. Потом поднимала троих детей,
кормила и одевала их, двоих отправляла в школу, а младшего сына сама отводила в детский
сад. Днем она успевала выгладить мне рубашки и брюки, приготовить вкусный обед, убрать
квартиру, да так, что все блестит, встретить детей, помочь им сделать уроки. После чего
бежит на рынок и в магазины, покупает необходимые продукты, оплачивает коммунальные
услуги. Вечером успевает привести сына, приготовить ужин, и достойно встретить меня,
мужа, который приходит с работы поздно и уставший.
- Как ты сегодня чувствуешь? – спрашивает моя суженная, помогая мне снять плащ и
туфли. – Много работы было?
- Да, наработался, аж голова болит, - отвечаю я.
Супруга укоризненно качает головой:
- Переработаешься, дорогой, заболеешь. Мы все держимся на тебе, ведь ты – наш
кормилец, хозяин семьи, муж и отец. А на работе – еще и начальник.
- Сегодня я зарплату получил, - небрежно заявляю я, доставая из портфеля пачку
стодолларовых купюр. – Тебе дать на браслеты и кольца?
- Нет, милый, зачем мне деньги и драгоценности? – отказывается жена. – Наша жизнь
прекрасна любовью, а не товарно-валютными ценностями.
Ужин проходит как в ресторане – все вкусно и хорошее обслуживание. После него
жена несет мне газету и кладет на диван подушку – знает, что я люблю лежа читать.
Одновременно переключает телевизор на детективы. Конечно, супруга любит концерты, но
ради меня может посмотреть и про комиссара Мегрэ. Никто меня не отвлекает по пустякам.
Жена удерживает детей от лишнего беспокойства отца. Зато ночью меня ожидает безумный
секс. Тут все дозволено, а игры, которые придумывает супруга, усиливает мое влечение к
ней...»
...Писатель вздохнул, встал из-за письменного стола, отключил лампу и потопал в
спальную, где спала его жена. Даже при лунном свете было видно, какая она карга –
страшный крючкообразный нос, огромный как у крокодила рот, обвислые щеки. Но больше
всего писатель боялся ее глаз – хищных и надменных. Что касается фигурки, то на роль
жуткой ведьмы в кино она прошла бы без всякого кастинга, во всяком случае за годы жизни
он так и не нащупал груди и ягодиц. «И как я умудрился жениться на ней? – с болью подумал
муж и тут же вспомнил, что это она его на себе женила, споив каким-то снадобьем. Уж лучше
бы он тогда отравился, уже 20 лет был бы в раю.
«Эх, нужно вставать рано утром», - обреченно подумал писатель. Его ждала работа
на кухне – приготовить завтрак для жены в постель. Если сделает не вовремя и не так – то
скандала не миновать. Немало тарелок и стаканов сломалось о его голову за пережаренную
яичницу или недопеченную булочку... Потом погладить ей платье, вычистить ее обувь,
разбудить детей, накормить, отправить двоих в школу, проштопать носки младшему сыну,
отвести его в сад...
После работы забежать в сберкассу и оплатить коммунальные услуги, купить
продукты в магазине и отчитаться перед женой за каждую копейку. Не даг бог истратить чуть
больше, чем следует, или купить не то, что нужно – скалка по спине точно пройдется. А
криков сколько будет!.. Ой-ой, лучше такого не допускать. Не только соседи, но и милиция
прискачет, а им супруга расскажет, как супруг издевается над семьей, избивает, приходит
46
пьяным... «Ох, последний раз я пил водку перед свадьбой», - вспомнил писатель. Да,
веселые и счастливые были тогда времена.
А вечером... после работы нужно приготовить быстро ужин, накормить семью.
Думаете, что за этим последует отдых? Как бы не так. Пока жена болтает по телефону с
подругами, красит глаза и штукатурит лицо, ему предстоит убрать квартиру, вынести мусор,
собрать вещи детям, сделать за них уроки. Под звуки концерта, передаваемого по «ящику»,
выслушать ворчание и наставление жены о том, что опять он сделал что-то не то и не так.
А ночью... нет, не ждите этого - что касается секса, то он так же редок, как
государственные праздники. Иногда удается выпросить одну ночь вне графика, если,
конечно, заплатить. Нет, не за счет зарплаты, которая выуживается из карманов, едва
писатель выйдет из дверей Союза творческих деятелей (жена не доверяет и ждет чуть ли не
у кассы), а если удасться заработать «левые». Только эти деньги бывают также редко, как и
секс. А вообще секс напоминает больше работу за фрезерным станком – нужно
изворачиваться, чтобы чего-то получилось...
Ему друг как-то предложил сходить в квартал «красных фонарей», и писателя чуть не
хватил сердечный удар. Он помнил предосторежения жены, мол, уйдешь «налево» -
четвертую, и не пожалею. В ее словах были реалистичны, вся семейка ее такая: так,
старшая сестра посадила мужа на кол лишь за то, что тот поцеловал школьную подругу, а
младшая кастрировала своего суженного за чтение фривольных мужских журналов.
Кстати, о журналах. Писатель готовил свой материал именно в такое издание. Он был
уверен, что об идеальной жене мечтают сотни тысяч читателей из числа сильной части
человечества. Только кому такая попалась в реальной жизни? Этого писатель не знал, но
надеялся, что его статья с элементами фантастики поддержит тех, кто уже близок с
суисциду, или тех, кто еще витает в облаках и не столкнулся с суровой действительностью.
- Эй, ты, придурок, иди спать! – сквозь сон заорала жена. – Нечего шататься!.. На
девок, небось из окна смотришь, паразит?..
Писатель вздохнул и влез на кровать, где его не ждали как супруга... Статью он
надеялся дописать завтра.
(11.08.2007)

Не нужно и не надо

В одной стране жил и правил народом и государством Эмир. Нельзя утверждать, что
он был умным и мудрым, хотя и не скажешь, что серого вещества в мозгу нет. Вроде бы
говорил всегда дельные мысли, правильные выводы делал, а его последующие за фразами
реформы оборачивались совсем иным образом. Например, говорил о необходимости
приватизации, мол, она сделает всех нас собственниками и хозяевами средств
производства, да только владели заводами и фабриками, торговыми центрами и банками
коррумпированные лица, а не те, кто трудился у станка или на хлопковом поле. Обещал
Эмир усадить галопирующую инфляцию, а в итоге банки отказывались выдавать деньги
трудящимся и пенсионерам, мол, таким образом снижают рост цен. Эмир говорил о
народном контроле, однако в Конституции не было ни одного слова о его отчетности
гражданам республики. Короче, люди не понимали, где правда, а где ложь, где творит дела
Эмир, а где он ничего не делает и разрешает это делать своим коррумпированным
чиновникам.
Естественно, это народу мало нравилось. Они требовали реальных реформ и
скорейшего выздоровления экономики и укрепления социальных завоеваний, которые
считались завоеванными лишь на бумаге. Многие из них не раз выступали с предложениями
и идеями, как сделать реформы настоящими и необратимыми. Но Эмир от них отмахивался,
так как считал себя умнее всех и что только он один знает, где есть правда, как вывести
страну в светлое и великое будущее. Однако, оппозиция наседала, бурлила, постоянно
критиковала правителя и вынашивала свои идеи по государственному строительству. И
Запад тоже не молчал, давил на Эмира, требовал соблюдения демократии и гражданских
норм.
Страшно не любил оппозицию и Запад Эмир. Пытался он репрессиями утихомирить
их, да не получилось. Наоборот, себе хуже сделал – заморозили его счета в иностранных
банках, въезжать в другие государства запретили, санкции объявили. И тогда Эмир
47
придумал одну хитрость, благо именно на это и были развиты редкие извилины в коре мозга.
Созвал он парламентариев и говорит:
- Народ просит реформ. Есть люди, которые предлагают что-то изменить и вносят
свои механизмы и подходы. Мы не станем им противодействовать. Ибо инициатива и
желание строить счастливую жизнь – священы. Нужно только из всего того, что эти
рационализаторы, изобретатели и реформаторы предлагают, исключить ненужное и
некудышное. Сами понимаете, у меня ни сил, ни времени не хватит оценивать все это в
одиночку. И аппарату эмирскому не поднять такую работенку...
Депутаты тут замерли. Они, конечно, никогда открыто не выступали против
правителя, потому что предугадывали печальный исход этому, однако в кулуарах и на кухне
шептались о том, что и как нужно сделать, чтобы жизнь в стране была не хуже, чем на
Западе. Но при встрече с Эмиром всегда улыбались, кланялись ему и целовали ножки,
желали много лет благоденствия. И тут они опешили...
- Я решил создать два государственных органа управления и контроля –
Министерство по ненужным делам и Министерство по некудышным делам. Теперь они будут
давать оценку всем предложениям, программам и идеям в любой сфере жизни и практики,
будьто политические реформы или внедрение новых технологий в медицину и сельское
хозяйство. Они будут браковать то, что не нужно нам. Уверен, что в море шелухи да
найдется золотая крупинка!
Эти слова были встречены бурными апплодисментами. Депутаты вскочили и
куричали от радости: вот она, настоящая реформа! Вот где прогресс нашей жизни! Вот что
нас приведет к счастью! Вот что даст нам успех! Сенаторы прослезились от счастья.
Оппозиция проглотила языки от того, что раньше не додумалась до такой интересной схемы.
На следующий день вся подцензурная пресса хвалла мысли Эмира о создании двух
министерств, которым уготована судьба стать проводниками всего хорошего. Само собой,
правитель не медлил, за словами пошли распоряжения, и уже скоро новые ведомства
работали на полную катушку. А им было чем заняться. Благо народа много, территория
большая, есть где развернуться.
Министерство никудышных дел начало с того, что объявило некудышными программы
оппозиционных партий. «Это бред, а не политические платформы, никуда не годиться эта
галиматья!» - сказал новоиспеченный министр, которого в народе назвали Никуда.
Некудышными были названы и проекты, которые подавали на зарубежные гранты
неправительственные организации. После этого, естественно, банки не выдавали деньги
этим структурам, а Министерство юстиции не регистрировало партии. И все было законным
– раз никуда это не годится, то какой может быть разговор?!
В течение первого месяца Минникуддел забраковало тысячу разных документов,
которые приносили на утверждение бизнесмены, оппозиция, демократы, представители
третьего сектора, экологи, правозащитники. Так, к примеру, никуда негодными считались
проекты реформирования здравоохранения и высшего образования. Были порваны бумаги с
предложениями от международных структур по демократизации и либерализации
государства и укрепления законности, основываясь на позитивных опытах других стран.
«Никуда не годится механизм борьбы с коррупцией!» - отмечали чиновники Минникуддел,
когда процензурировали законопроект по борьбе с теневой экономикой и предотвращению
отмывания нелегальных доходов. В итоге, с коррупцией не стали бороться, так как это
считалось никуда негодным делом, то есть не стоящим внимания. Эмир, безусловно, был
согласен с мнениями экспертов.
- Раз они такое говорят, значит, это так и есть, я ничего не могу поделать! – развел он
руками перед прессой, а вечером поинтересовался у министра финансов, как там с
перечислением государственных денег на его тайные счета в зарубежных банках.
Через три месяца это министерство забраковало личные дела претедентов на
участие в президентских выбрах, отметив, то эти лица, а также документы и решения
выдвиженцев – никуда негодные дела. Центральная избирательная комиссия по итогам этих
заключений отказалась зарегистрировать кандидатов, а выборы опять выиграл Эмир, став
правителем еще на семь лет. Никуда был награжден орденом за успешные дела в развитии
страны и упрощения процессов реформ. «Без вас мы бы утонули в никуда ненужных делах,
спасибо вам, что избавили от бюрократии и бесполезной траты столь нужным нам энергии,
средств и времени», - поблагодарил Эмир министра.
48
Некудышными считались идеи запрета на привлечение к уборке хлопка детей и
студентов, снижения налогового бремени, отказа от полицейского контроля за
диссидентами, от системы прописки и регистрации, прекращении пыток в тюрьмах. Высший
аттестационный комитет направлял на экспертизу докторские и кандидатские диссертации, и
лишь после их решения присуждал ученые степени, звания или отказывал в них. В общем,
многое наработало министерство за столь короткий срок и получило должное уважение у
руководителя. Даже Запад признал важность этой госструктуры, так как постоянно
критиковал его в своих докладах на международной арене.
Только не думайте, что все реформы двигало только Минникуддел. Нужно отдать
должное другому ведомству - Министерство ненужных дел тоже не отставало. «Это нам не
нужно», - сказал министр по кличке Ненадо, когда журналисты попросили его
прокомментировать идею присоединения к Международным договорам и конвенциям по
правам и свободам человека, по запрещению применения противопехотных мин, по
ликвидации дискриминации женщин и больных и др. «У нас есть законы, которе ничем не
хуже, зачем нам чужие документы?» - недоумевал Ненадо.
И работа закипела. Эксперты министерств бросали в корзину идеи приватизации
важных стратегических объектов энергетики, нефтехимии, строительных материалов,
добычи редкоземельных металлов со стороны иностранных компаний, так как это было не
нужно никому в республике – ни Эмиру, ни его семейке и клану, ни, естественно, народу. Не
надо разгосударствлять и те объекты, которые находятся под вниманием мафии, ибо она
обеспечивает их бесперебойную работу.
«Не надо нам и присутствие правозащитников в зале суда, не нужны там и так
называемые независимые журналисты», - заявил Ненадо, когда утверждал приказ о запрете
нахождения этих лиц, когда идет судебный процесс над врагами народа. Ненужными
считались и адвокаты, так как прокуроры были честными и правильными. Врачам не нужны
были новые препараты, так как лечить можно было и старыми, запрещались ввозить
модернизированные аппараты и установки, ибо легче было пользоваться старыми, - этим
самым экономились государственные средства, которых на здравоохранение итак было
мало. Независимые СМИ вообще считались делами, чуждыми для ментальности народа и
ненужными для политической системы. Кстати, чиновника, похоронившего законопроект по
свободе масс-медиа, наградили путевкой в Северную Корею. Отличился также и другой
эксперт Минненаддел, который поставил запрет по передачи в частное пользование землей
фермерам и свободному выбору производства сельхозкультуры. «Это не нужно аграрному
сектору», - так было написано в резолюции.
Оказались также ненужными и закупки вооружения, так как Минненаддел считало, что
войны никогда не будет, и поэтому нужды в армии нет. Министерство обороны в итоге
превратилось в маленькое отделение Министерства полиции. Вот уж в Минполицию никто
носа не совал, там все шло так, как считал лично Эмир. А процесс там шел так, что
оппозиции и врагам народа мало не казалось. Впрочем, это не тема этой истории.
Само собой ненужными были проекты гуманитарных организаций по изучению
политической и социальной ситуации в стране, исследованиям по причинам суицидов или
уровня потребительской корзины, доходов мафии или расходования государственных
средств. Ненадо был против интереса третьего сектора в просвещении граждан в своих
правах, повышении политической и юридической грамотности. За такую упорную борьбу с
врагами министр вскоре был награжден орденом и представлен к генеральскому званию.
Иногда Миннекуддел кооперировался с Минненаддел, например, первый выдавал
документ, считающих тех или иных журналистов некудышными специалистами в сфере
СМИ, а второй отказывал в аккредитации по материалам первого ведомства. Или, наоборот,
Минненаддел утверждал, что нахождение в республике Международного Валютного Фонда
является ненужным, и Миннекуддел пропечатывал информацию о том, что все проекты МВФ
некудышные.
Но бывало так, что два ведомства и перехлестывались. Так, ежедневно на стол
Эмира ложилась справка из Минненаддел, что нет необходимости содержать штат
Миннекуддел и вообще оно не нужно. И рядом ложилась другая справка из Миннекуддел,
что сотрудники Минненаддел самые некудышные работники и все их дела некуда не годятся.
Просто каждый чиновник пытался выслужиться перед правителем. Но Эмир только
ухмылялся, это ему и нужно было.
49
Оказалось, что в стране столько ненужных и некудышных дел, что аппарат этих
министерств все разрастался и разрастался. Появлялись не только областные, но и
районные отделения, даже на предприятиях и учреждениях были отделы. Именно там
эксперты давали отпор тем идеям, которые бродили умы людей, не выпускали на волю те
чувства, которые владели гражданами. Они душили и хоронили все то, что могло навредить
Эмиру. Народ боялся не столько полицейских или прокуроров, сколько вызовов в
Минникуддел и Минненаддел. Потому что это было чревато последствиями.
Вот так Эмир вершит дела в стране. Точнее, два его органа... А если кто и виноват в
проблемах, то явно не Эмир. Есть два козла отпущения – но это только на будущее, когда
нужно будет показать народу, что есть ответственные в неудачах лица.
(15.10.2007)

Еще раз об идеальной жене

В одном городе жил парень, неплохой человек. Золотых рук мастер он был, все мог
сделать, все починить. И университет тоже закончил, хорошую профессию получил. Да и
внешним видом не подкачал, природа наделила его статной фигурой и упругими мышцами,
которые он накачивал постоянно упорными тренировками. Всегда был аккуратен и ухаживал
за собой, как и полагается воспитанному человеку.
Сами понимаете, что желающих стать его второй половиной было предостаточно.
Парень знал, что негоже быть одному и не собирался расстягивать холостяцкую жизнь до
бесконечности. Он искал ту самую, которая бы устраивала его во всем. Встречаться ему
приходилось не раз и не два, да только все девушки были не те, не его вкуса и интересов.
Естественно, выбор невесты и суженной продолжался не один год. В итоге его родителям
это надоело, и они отправили сына к одной свахе, знаменитой на весь город тем, что
устраивала удачные браки.
Парень и сам был непрочь к такому контакту, по телефону договорился с этой
женщиной о встрече, и через некоторое время был у нее дома.
- Итак, молодой человек, что вы хотите? – спросила сваха парня. – Что вам не
нравится и нравится в женщинах? Выкладывайте все!
Парень сказал, что встречался с многими претендентками на совместную с ним жизнь
в качестве супруги, однако никто его не устроил на 100 процентов. «Одна умела готовить, но
не могла шить, другая шила, да только не умела делать уколы и обрабатывать рыны, - с
горестью говорил он. – Повстречался с красивой девушкой, а потом выяснил, что она ничего
не знает об постельном искусстве. Попалась врач, да только на велосипеде ездить не умеет
и штукатурить стены. Была музыкантша, которая не знала иностранных языков».
- Так вы хотите, чтобы ваша невеста все могла и знала? – уточнила сваха. – В любой
области была профессионалкой?
- Вот-вот, именно – профессионалкой, - обрадовался парень. – Хочу, чтобы она знала
не только теорию, но и практику, и не получилось так, что она выучила рецепт пирога, но
никогда не выпекала его. И конечно, чтобы не была похожей на Бабу Ягу или необъятной как
Родина, то есть все стандартные физические данные... Короче. Чтобы не стыдно было пойти
с ней в театр или в гости.
- Ага, ясно, - сказала сваха, просматривая базу данных на компьютере. Через десять
минут она распечала на принтере листок и сказала: - Вот вам координаты одной особы.
Думаю, она вас устроит во всем. Звоните, назначайте встречу и... встречайтесь!
Парень с радостью взял лист и поспешил к ближайшему телефону-автомату. После
гудков на том конце провода взяли трубку, и парень услышал приятный женский голос. Он
представился, назвал причину звонка и предложил встретиться. Дама ответила согласием.
Была определена дата встречи у нее дома.
Парень с нетерпением ждал этого дня и готовился: постригся, купил новый костюм,
укрепил бисцепцы и трицепцы, чтобы выглядеть неплохо и не упасть лицом в грязь. Видимо,
и девушка готовилась также серьезно, потому парень был шокирован, едва она открыла
дверь. Перед ним стояла неземная красота, богиня, именно та, которая часто приходила во
сне к парню. Во всяком случае за ее фотографию на обложке удавились бы все гламурные
журналы. И одета она была эффектно.
50
- Это вам, - сказал парень, протягивая ей цветы, бутылку сухого вина и коробку
конфет.
- Спасибо, - ответила девушка, и сразу определила: - О-о-о, эти розы растут только в
Испании, сорт... – тут она назвала их по-испански.
- Вы знаете испанский? – приятно удивился парень.
- Конечно, я учила в школе английский, практику проходила в Великобритании,
испанский и французский – уже в институте, стажировалась в Чили и Бельгии, - сказала
девушка. – А это вино было изготовлено в Италии, я там месяц изучала процесс
винопроизводства.
- Ой, как интересно, - сказал парень. – Вы даже осведомлены об этом?
- Да, естественно, ведья в Турине училась год на мастера гастрономических наук,
получила диплом и потом проходила практику в лучших ресторанах Европы.
Тут девушка пригласила парня войти. Он обалдел, когда увидел комнаты в идеальном
состоянии. Интерьер создавал уют и ощущение теплоты, было видно, что тут поработал
специалист в своем деле. «Я сама ремонтировала квартиру и разрабатывала планировку», -
пояснила девушка. Оказалось, что она по первой специальности инженер-строитель и
дизайнер, и хорошо разбирается в архитектуре, сантехнике, а специальности электрика,
монтажера и плотника освоила тоже быстро. Практику проходила в стройтресте и потом
работала некоторое время в частной ремонтно-строительной фирме. «Сами понимаете, что
приходится самой чинить стиральную машину или инсталлировать компьютер», - развела со
вздохом она.
- Это прекрасно! – еще больше поражался парень. Девушка все больше и больше
нравилась ему.
Они сели за прекрасно сервированный стол. Горели свечи. Аромат, поднимавшийся с
фарфоровой посуды, дразнил нюх и возбуждал аппетит. Не менее двадцати блюд насчитал
парень, чем сильно был поражен.
- Это я приготовила сама, здесь есть японская, латиноамериканская и западно-
европейская кухня, - пояснила девушка. – Надеюсь, вам все понравится. Профессора в
Турине предлагали мне стать проректором Гастрономической Академии после защиты
докторской диссертации, но меня все тянуло на родину. И я рада, что не согласилась.
Ужин прошел в прекрасной обстановке. Парень восхищался кулинарным мастерством
девушки. И еще узнал, что по второй специальности она врач и ныне работает в городской
больнице главным хирургом. Немало жизней спасла эта девушка, и парень был уверен, что
в случае угрозы его здоровью будем кому его вытаскивать с того света.
- Какое у вас прекрасное платье, наверное, вы купили его у знаменитого кутерье,
может, Ив-Сен Лорана, или Версачче, или Джорджа Армани? – в восторге сказал парень,
смотря на красное платье, облегающее красивую спортивную фигуру.
- Нет, что вы! – вроскликнула та. – Я сама шью. Просто в школе посещала
специальные курсы и практиковалась в Доме дизайна одежды. Правда, было трудно, так как
одновременно ходила на секцию дзюдо.
- О-о, - тут парень чуть не упал со стула, - так вы можете постоять за себя?
- Приходится порой этим заниматься, - улыбнулась дама. Чуть позднее она
рассказала, что задержала одного бандита, пытавшего ограбить банк и взять в заложники
посетителей, и ее правительство наградило орденом за мужество и храбрость. И заодно
сообщила, что в свободное время она практикуется в управлении самолета, так как недавно
прошла соответствующую школу частных пилотов. «Но больше всего мне нравится
дайвинг», - призналась она, так как имеет сертификат на подводное плавание и
тренировалась на Карибах и в Красном море.
После ужина девушка предложила послушать музыку. Парень согласился, думая, что
сейчас она включит музыкальный центр. Но все оказалось проще: девушка села за пианино
и сыграла сложные композиции. Многие бы великие пианисты склонили перед ней головы в
знак уважения. «Вы прекрасно играете, - восхищению парня не было предела. – Где вы
этому учились?»
- Я в школьные годы занималась в музыкальном классе и проходила практику в
консерватории, - просто ответила та. – Иногда в джазбанде играла... Давно это было...
Тут парень окончательно сдался и решил, что эта девушка должна стать его женой.
Осталось только одно... И оно произошло в ту же ночь. Сначала был стриптиз, а потом... В
51
постели девушка показала такое высокое искусство секса, что парень просто не мог
остановиться. Уже под утро он, устав от всего, сказал:
- Это поразительно! Ты само совершество! Я и не знал, что существуют такие
разнообразные позы и такие ласки! Ты открыла мне заново мир секса. Нет, ты обязана стать
моей женой!.. Выбор завершен, и я не изменю своего решения... О-о, какая была чудная
ночь!
- Да, милый, я долго изучала искусство «Камасутры» и «Школу гейш», чтобы знать все
эрогенные зоны мужчины, а практику проходила в Квартале красных фонарей в Амстердаме,
в чем сильно повысила свою квалификацию, - сказала его возлюбленная в эротическом
белье. – Было, конечно, в первое время нелегко...
Парню показалось, что он ослышался.
- Что! Ты работала в публичном доме? – заорал он, вскочив.
- А ты думал, что всему можно научиться заочно? – удивилась та. – Теорию всегда
нужно подкреплять практикой. А сексуальные мастерство тем более...
- Да ты просто шлюха! – вне себя от возмущения парень спрыгнул на пол, быстро
оделся и бросился из квартиры. Он был готов разорвать первого встречного, настолько был
разъярен.
Уже через полчаса он стучался к свахе. Именно она казалась ему виновной в бедах.
- Вы кого мне предложили?! – кричал он. – Она же путанила за границей! Как она
может мне быть женой?
- Слушайте, молодой человек, - сердито ответила сваха. – Не морочьте мне голову.
Где вы видели профессионалок без практики? Хотите идеальную жену? Тогда женитесь на
той, кто не имеет никакого образования и представления о чем-либо, и сами учите ее,
давайте знания и практику. То есть слепите себе такую суженную, какая вас устроит. А ко
мне больше не приходите.
И пинком она выбросила парня из квартиры.
Говорят, этот парень... то есть уже старичок и поныне ищет идеальную жену. Может,
кто откликнется и напишет ему?
(18.10.2007)

Про палача

В одной стране жил один мужчина. Обычный такой человек, ничем не выделялся
среди себе подобных граждан. Жил скромно, одевался всегда в черное или серое, хотя ему
нравился всегда красный цвет. Но этот цвет он видел каждый день, когда шел на работу.
А работал он Палачом, причем считался профессионалом своего дела. Немало
народу прошло через его руки. Сами понимаете, Палач был последним живым существом,
кого видел перед смертью казнимый. Конечно, казни всегда были ухищренными и
страшными, нельзя сказать, что действовал только по одной схеме, типа, рубил головы
топором, – иначе какой же он виртуоз или профессионал? Например, то одного на дыбу
вздернет, да так, что у человека грудная клетка разрывается, то приговоренного к смерти
посадит на свежовыстуганный кол и наблюдает, когда изо рта умервщленного появиться
заостренный в крови конец. Электрический стул или крематорий он применял, если людей,
направляемых на смерть, было много, и он не успевал к вечеру со всеми расправиться.
Излюбленными способами у Палача были ювелирная гравировка бензопилой на черепе и
шее, или выжигание газовой горелкой стихов на теле.
В его рабочем кабинете было много инструментов и механизмов для казни: это
колесо, на котором разрывают человека, пресс-машина, чтобы раздавить всмятку, воронка,
которую вставляют в рот, чтобы в желудок залить 500 литров воды – от этого тело
вспухивает как мыльный пузырь. Купание в серной кислоте – это тоже был испытанный и
верный способ умерщвления. Что касается газовой камеры или инъекции яда в вену, то
таких новшеств палач не любил, мол, нет никакого наслаждения от этой работы.
Каждую неделю появлялись новые инструменты и способы казни, ведь не зря Палач
ходил в библиотеку и читал много книг по своей специальности. Нужно признаться, что его
считали профессором смерти, и в этом была правда. Безусловно, Палач не оставался бы
профессионалом, если бы не следил за новыми технологиями в своем деле, его часто
отправляли за рубеж на узкопрофильные конференции, где передавал свой опыт и, в свою
52
очередь, получал знания и навыки от коллег. Наверное, даже патологоанатом не знал все об
анатомии человека и жизнедеятельности тех или иных органов, чем Палач, а уж
препарировать их – тут он способен был показать высший класс, причем топором он резал
виртуознее, чем дирижер махал палочкой.
Не будем скрывать – работа у него была трудной и сложной. Начиналась она обычно
в 8.00 ч. утра и была напряженной весь световой день. Иногда приходилось работать
сверхурочно, вечером и даже ночью – это если ему приволокут на казнь много людей. А
Палач работал всегда один, не любил он помощников, да и таких не находилось среди
сограждан – никто не хотел идти на такую службу. Даже стражники и шпионы, которые
вылавливали людей за их инакомыслие, оппозицию к власти, или были на самом деле
преступниками, никогда не помогали Палачу в его работе. Говорят, что и судьи брезговали
встречаться с ним.
Но в Палаче нуждались все правительства, которые в стране менялись как перчатки.
Например, сегодня приходил к власти один Царь и начинал казнить противников. Завтра его
свергал Президент, который тоже давал распоряжение отправить на плаху тех, кто был за
Царя, ведь в одном государстве врагам не ужиться. В одну прекрасную (или не прекрасную)
ночь некий Комиссар убивал президента, и начиналась новая эра революции. И она не
могла начаться без казни сторонников Президента. После была военная хунта, и Генерал,
который провозглашал себя самым главным, арестовывал Комиссара и его
революционеров, после чего Палач не знал выходных и отпуска. Конечно, и хунта долго не
задерживалась, ведь своей очереди к управлению и грабежу страны ожидали Диктатор,
Вождь, Отец народов, Партократ, Император, Генеральный секретарь, Олигарх и т.д. и т.п.
персоны. И всем всегда требовался Палач для расправы над неугодными и укрепления
своего трона смертями неверных и неправильных.
Понятно, что через топор и другие орудия смерти Палача прошли не только простые и
безызвестные личности, о которых никто никогда не всплакнет и на чью могилку никто не
придет, но и именитые люди, которые олицетворяли цвет нации и совершили немало
прогрессивного для народа и общества. Были и те, кто раньше стоял у власти, и отдавал
приказ о казни неверных и противников. Никто из них никогда не думал, что встретиться со
своим Палачом, ведь все считали себя вечными государями и самыми правильными в
жизни. Палач, однако, всегда был напоминанием того, что нет постоянного в этой жизни, в
том числе и жизнь. Он даже считался символом стабильности этой ситуации.
Обычно стабильностью могли похвастаться не все работники. Были страны, где судьи
и полицейские вынуждены были искать работу, так как преступности становилось меньше.
Банки, акционерные общества и биржи зависели от умения стратегов правильно
реформировать экономику и благосостояния населения. Если хорошо работали дипломаты,
то и в армии большой не было необходимости. То есть профессии появлялись и исчезали,
если менялось отношение и нужда к ним. Но не всех это касалось. Поскольку кризисы
никогда не угрожали ассенизаторам, так как пока есть цивилизация, будет и мусор. Врачи
тоже не могли жаловаться на отсутствие клиентов, ведь болезни до конца победить
невозможно. Могильщики тоже расширяли свой бизнес, ибо земли было достаточно, и люди
долго не жили.
И Палач оставался при деле. Никто не хотел отменять эту профессию. Потому что в
любой диктаторской, тоталитарной, антидемократической, тиранистической системе всегда
находились люди, которых следовало казнить. И поэтому Палач не боялся за себя и за свой
кусок хлеба – его награждали за труд очень хорошо. Но он был скромен в потребностях, и не
рисовался своим богатством, хотя, если честно, в банке его счет ломился от
астрономических сумм.
Все было у Палача, кроме уважения и любви. Он не женился, так как ни одна
женщина не хотела выходить за него замуж. И соседей не было, ибо смельчаков жить рядом
с ним тоже не находилось. В друзья ему никто не набивался. Даже собутыльников не было.
Родители, братья и сестры от него давно отказались. А собственных детей он не произвел,
да и не мог по ментальности – дающий смерть разве может дать жизнь? И не удивительно,
что Палач всегда был один.
И Палачи не бессмертны. В один день он умер. Его похоронили за государственный
счет. Деньги на счетах перешли в фонд государства, ибо никто претендовать на кровавые
53
суммы не хотел. Но памятник на могиле поставили ему большой, больше чем королям и
президентам.
Потому что на нем выбили имена всех тех, кого он казнил.
(22.10.2007)

Как Крокодил служил Пиранье

В одном озере жила Пиранья, себя она провозгласила королем всех водных стихий и
окружающей земли. Потому что считала себя самой великой рыбой и способной всех
привести к великому будущему. Чтобы все звери и птицы ее уважали и следовали за ней,
она решила найти такого помощника, который был бы сильным и своим видом наводил
страх. Ведь если боятся, значит, уважают и будут подчиняться. И вскоре Пиранья заметила
Крокодила, который бесцеременно нападал на всех, кто подходил к берегу и пытался
напиться. «Вот кто может быть моим секретным агентом, стражнником и оплотом моей
власти», - решила хищная рыбка и подплыла к зеленому чудовищу, которое поедало только
что пойманного козленка.
- Слушай, Крокодил, поступай ко мне на службу! – предложила ему Пиранья. –
Будешь самым главным в моем правительстве, отвечать за мою безопасность и жизнь,
охранять устои рыбъего государства.
- А мне какой прок в этом? – лениво спросил Крокодил, пережевывая голову козленка.
- Как какой прок?! – воскликнула рыба-самозванец. – От моего имени ты можешь
кушать тех, кого ты хочешь и на кого я укажу! Ты сможешь пытать и вымогать, насиловать и
угрожать! Все тебя будут уважать и бояться!
- А меня итак все боятся! – ухмыльнулся Крокодил. Он не понимал, что это к нему
пристала эта рыбешка с зубами, хотя ее за кровожадность и беспощадность уважал – почти
родственницей была в этом ремесле и образе жизни.
- Да пойми ты, тупица, что под моей «крышей» ты будешь чувствовать себя вольнее и
безопаснее! – уговаривала несговорчивую рептилию Пиранья. – Так тебя называют
бандитом. А получив мое официальное признание, ты станешь законным бандитом. То есть
убивать и грабить сможешь, прикрываясь официальной властью и законом. Все так
секретные стражники делают. И тогда никто не сможет тебе перечить и сопротивляться – все
делается по государственным правилам.
Крокодил был так удивлен этим простым объяснением, что перестал даже жевать. Он
задумался, и думал долго. Его прельщало то, что свои безобразия он вправе делать на
законных основаниях, и тогда мартышки, львы и слоны не будут кричать ему: «Эй, ты,
зеленокожая убийца! Смертельное бревно плывет - берегись! Пожиратель жизни под водой,
будьте осторожны!» Пиранья дает ему власть, и почему бы не расширить ареал своего
грабежа? Ведь пока он не уходил далеко от берега, а ведь есть саванна, леса, горы, где
много еды и где все начнут преклоняться ему. И Крокодил согласился: «Уговорила!»
С этой поры жизнь Крокодила изменилась далеко не в лучшую сторону. То есть стало
хуже местным обитателям, а не ему. Теперь рептилия тянула под воду бизона, заявляя, что
тот не уплатил налоги государству, то есть Пиранье. Загрызла она слоненка за «нарушение
общественного порядка» - малыш радостно трубил о своем Дне рождения и приглашал
зверей на праздник. Не повезло и орагутангам и шимпанзе – они теперь обязаны были 90%
собираемых бананов и ананасов приносить Крокодилу, иначе бы он мог проглотить их за
нарушение правил ведения бизнеса. Розовые фламинго страдали от того, что не имели
въездной визы на озеро и были тут вне закона. Цаплям запрещалось покидать страну без
ведома Крокодила, который собственноруч... то есть зубами проставлял штамп на теле о
выезде за границу на два дня. Страусы обязаны были ежедневно являться к нему и
доказывать легальность нахождения в стране, то есть иметь прописку. После такой беседы
среди страусов недосчитывались двоих, а порой и троих особей.
Иногда Крокодил прогуливался по ближайшему лесу и проверял всех на
принадлежность к террористам, соучастию к совершению финансовых преступлений,
нелегальной торговле капустой, тыквой, манго и т.п. Всех подозреваемых он съедал, а
задержанных, кто уже не помещался в желудке, он тащил в камеру, чтобы разделаться с
ними позднее. Конечно, Крокодил делился с Пираньей, отдавал ему часть своих жертв.
Особенно им нравились политические противники, которые ропотали против Крокодила и
54
Пираньи, и тогда с ними поступали, как с врагами – они подлежали моментальной экзекуции
через пожирание.
- Сегодня я слышал, что антилопы-гну критиковали мою политику, разберись с ними, -
говорила Пиранья, обгладывая черепаху, которая имела несчастье прилыть сюда без
водительской лицензии, и верный секретный страж, доедая панцирь, отвечал:
- Разберусь. Сегодня ночью подползу и арестую всех подозреваемых в заговоре
против конституционной власти. Мы их слопаем за попытку антиконституционного
переворота и терроризм! – обещал секретный страж.
- Вчера ты выяснил, что это была за инициативная группа, которая хотела выдвинуть
на президентских выборах своего вожака вместо меня? – продолжала спрашивать рыба.
- Да, выяснил, это были львы, но их кандидата я этой ночью утащил в озеро, тело под
корягой лежит, можете сожрать, - лениво отвечал Крокодил. – Теперь никто не пинет о
перевыборах! Все будут и дальше считать вас законной властью!
Радостная Пиранья устремлялась по указанному адресу и с остервенением начинала
разрывать мертвую тушу представителя семейства кошачих. Сам Крокодил ранее сожрал
львицу, как жену врага государства. Не удивительно, что озеро называли Мертвой водой, а
всех тех, кто служил этим двум прохвостам, чудовищами в мундирах. Почему именно так?
Да потому что Крокодил был не один в своих зверствах в секретных операциях. Вполне
логично, что скоро появились помощники, такова уж диалектика природы: гнилое привлекает
падальщиков. Так, к Крокодилу на службу поступили гиены и шакалы, известные прохвосты
и негодяи. Они по его заданию рыскали по лесу и саванне, подслушивали чужие разговоры,
потом сообщали Пиранье и Крокодилу, что о них говорят звери и птицы. После этого шеф
секретной службы (а именно им стал Крокодил) организовывал провокации против
оппозиции и инакомыслящих, например, подбрасывал им лечебные травы или дубинки в
качестве доказательств их желания совершить военный мятеж или организации
наркоторговли. Под воду (на допрос и в тюрьму) попадали многие безвинные животные.
Например, утверждя, что трехмесячный ягненок хотел совершить теракт против Пираньи,
гиены приволокли бедняжку к озеру.
- Ах, вот кто у нас тут объявился, самый главный террорист! – закряхтел от радости
Крокодил, и для допроса уволок ягненка под воду. Через час он всплыл и сообщил
обезумевшим от горя родителям, что их сын признался в преступлении, и уже понес
заслуженное наказание – смертную казнь через поедание. Останки не подлежат
захоронению, так как и костей не осталось, да и не полагается террористов хоронить.
- Он дал показания против других зачинщиков мятежа, - сказал Крокодил, и через час
гиены и шакалы стали приводить других подозрительных типов. Среди них были и те, кто
верил в Солнце и Луну больше, чем в великую миссию Пираньи и святость Крокодила. Все
они за религиозный фундаментализм были подвергнуты каре. Сами понимаете, тут все сыты
были: и Пиранья, и Крокодил, и его сухопутные помощники-агенты.
Так продолжаться долго не могло, хотя это и происходило это значительно долгое
время. Звери и птицы были в отчаянии, и при этом ничего не предпринимали. Они не верили
в справедливость жизни, и мало кто из живущих в других землях-государствах, где было все
иначе, понимал, в чем причина их аппатичность к собственной судьбе. Почему-то этим
животным казалось, что должен прийти кто-то со стороны, например, герой, их защитить и
навести порядок. Самим же взяться за решение этой проблемы не хотелось. Впрочем, тут
была и «вина» Крокодила, который внушал через гиен и шакалов, что все попытки
противостоять Пиранье обречены на провал, и нет другого политика в озере, никто не сумеет
управлять государством лучше, чем они – Пиранья и Крокодил. С другой стороны, секретные
агенты сеяли раздор среди самих животных, например, бизонов натравливали на слонов,
кенгуру – на бегемотов, зайцев – на львов. Грызлись между собой медведи-правозащитники,
сороки-журналисты, муравьи-партийцы, птицы-секретари-ученые. И в этой мутной воде
крепла власть мерзавцев, а жизнь животных становилась все хуже и хуже.
И все равно, диктатура не вечна. Все произошло стихийно. Когда зайчишку поволокли
к озеру, со стандартным обвинением, якобы, за попытку изнасилования слона, родители
набросились на шакалов и стали бить. Конечно, зайцы – слабые противники, секретные
агенты могли быстро расправиться с ними. Но зайцев поддержали все сородичи, а это
тысячи особоей, огромная масса. От отчаяния. Потому что есть предел всему, даже
55
покорности. И тут шакалы опешили. Улюлюкая, зайчая орда мчалась на хищников, и в одну
секунду разметала их по сторонам.
Увидев это, вдруг ожили и осмелели львы, бизоны, носороги, слоны. Ревя, они
переломали шакалам и гиенам хребты, и их мертвые тела разбросали по всей саванне. А
потом бросились к озеру, где располагалась резиденция правителя и секретного стража.
Крокодил лежал на берегу и грелся на Солнце. Он только что съел одного
иностранного журналиста – броненосца за то, что тот посмел покритиковать режим, поэтому
прислушивался, как урчит живот. И тут он с удивлением услышал топот и крики, исходившие
из саванны. В данную секунду его мозги соображали туго, и он не осознал, какая опасность
ему угрожает. Лишь когда его окружили носороги и слоны, Крокодил понял, что возникли
серьезные проблемы, возможно, его песенка спета.
- Вы это чего? Против законной власти? – пытался защититься Крокодил, желая
спрятаться в темной воде, но все пути к озеру были закрыты.
- Сейчас ты ответишь за свои гнусные преступления! – проревел Носорог, чьи
детеныши были умертвщлены секретными агентами еще недавно. – С твоими помощниками
мы уже расправились, и грифы доедают их трупы!
- Я был лишь орудием в руках Пираньи, это она меня заставляла совершать все эти
гнусности! Пощадите! – крутился между зверями бывший шеф секретной службы. Он
надеялся, что мольбой разжалобит тех, кого он недавно унижал, пытал и убивал. И вызвав
чувства, сохранит себе жизнь и уйдет от наказания.
Тут Носорог ответил:
- Мы тоже орудия, только в руках справедливости и народного правосудия.
И он бросился на Крокодила. Остальные звери последовали за ним. Вся эта
многотысячнотонная масса обрушилась на тело рептилии и раздавила так, что расползлись
по сторонам кишки с недопереваренной пищей. Крокодил был размазан по всему берегу, и
лишь рачки доедали эту плоть.
- Это ждет и тебя, Пиранья! – орали звери рыбе, которая со страху ушла на глубину.
Больше оттуда она не всплывала, так как видела, что произошло с Крокодилом, и Пиранья
знала, что такое наказание ожидает и ее. Что стало с ней – никому не известно, да и не
интересно знать. Вполне возможно, что она там и сдохла от голода, ведь больше никто не
приносил ей еду.
В озере и окружающем пространстве опять наступил мир и благополучие. Лишь
родители пугали в сказках непослушных детей Крокодилом и Пираньей. А слово секретный
сотрудник было самой презрительной кличкой тому, кто вел себя недостойно и подло.
(26.10.2007)

Про насекомых-правозащитниц

Жили-были две насекомые – оса Михусь и шмель Маратик. Оба были великими
бездельниками и болтунами. Готовы были пойти на все, чтобы не работать, но при этом
иметь все блага и весело жить. Целыми днями они летали над поляной, ко всем приставали
и выклянчивали еду или ночлег. Нужно заметить, Михусь и Маратик были настолько
наседливыми в своих требованиях, что легче было им отдать это, чем отказывать или вести
долгие нудные разговоры, объяснять, что так делать нельзя, нужно совесть иметь. И лисы, и
зайцы, и бегемоты, морщились, когда к ним подлетали насекомые, старались поскорее
избавиться от них, потому что у самих работы было невпроворот. Поэтому быстро
откупались медом, яблоком, петрушкой, супом или соком. А про осу и шмеля ходила
поговорка:
- Михусь и Маратик -
Братишка и братик.
Вместе летают,
Всем надоедают.
Отдашь им варенье,
И без них жизнь – одно наслажденье.
Так продолжалось долго, пока им одна лягушка Айна Фрош, сидя на болотном листе,
не сказала, едва они подлетели к ней поклянчить что-нибудь на обед:
56
- Хватит бестолку летать, ква-ква, и ко всем приставать! Займитесь делом лучше!
Полезным трудом, ква-ква!
- Еще чего, жжжж, - прожужжал Михусь. – От работы кони дохнут, а нам, насекомых,
вообще это претит.
- Ну, работают же пчелы, жуки, муравьи, почему отлыниваете? – недоумевала Айна
Фрош. – Да же я, старая, и то все чем-то занята для дома и для лягушатника. А вы молодые,
сильные...
- Бж-бж, пчелы нам не указ и не пример, - хмыкнул Маратик. – Мы сами с усами и с
жалом. Смотрите, какие они у нас, - и тут шмель и оса продемонстрировали свои ядовитые
концы. – Вот этой штукой мы накажем любого, кто захочет нам приказывать.
Тут Айну Фрош осенило:
- С жалом? Тогда вы можете наказывать тех, кто обижает слабых, ква-ква!
Но эта идея не пришлась по вкусу насекомым:
- Еще чего! Будем мы расстрачивать себя на всяких, жжжжж! Пускай они убегают, если
не могут за себя постоять, бж-бж! А мы только за себя, жжжж! Тут каждый сам за себя
должен – таков закон природы!
Но мудрая лягушка сказала:
- Неправда, это закон подлых. Если вы не хотите трудиться физически, то займитесь
защитой тех, кто нуждается в поддержке и помощи, ква-ква. Это называется правозащитой!
А то часто у нас слабых обижает сильный, ква-ква! Существует Фонд, из которого тем, кто
правозащитник, платят за труд. Так что вы будете сыты и пользу хоть какую-то лесу
принесете, ква-ква! Вы везде летаете, все видите! У вас есть жало, чтобы отстоять правду!
Этим Фондом руководит дятел Клопфен Пинхт, ква-ква.
Михусь и Маратик задумались. Идея им показалась заманчивой. Ведь можно было
особо ничего не делать, летать и жужжать, но за это хорошо платили. А как правозащитники
насекомые могли прославиться, получить уважение, значит, еще больше еды. И они
согласились. Они прилетели к дятлу Клопфену Пинхту, которому заявили о своем желании
стать правозащитниками. Нужно заметить, что дятел многое слышал об Михусе и Маратике,
и не особенно желал видеть этих бездарей в своих рядах. Однако был обязан выслушать и
принять их заявление, затем спросить:
- Почему вы решили стать правозащитниками?
- Как почему? – удивились насекомые. – Чтобы иметь много денег и еды! Получить
почет и уважение!
- Но в правозащитники не идут ради этого, - изумился Клопфен Пинхт. – Это очень
трудная, нудная и порой опасная деятельность.
- А против опасностей у нас ест жала, бж-бж, жжжж, - прихвастнули оса и шмель. –
Вообще-то неважно, зачем мы пришли в эту сфере деятельности, бж-бж, жжжж, важно, что
мы пришли! Так что скорее давай нам дело! Только серьезное! Чтобы все увидели, что мы –
серьезные насекомые! Ясно, бж-бж, жжжж?..
Клопфену Пинхту пришлось согласиться. Он сказал, что недавно с жалобой
приходила мышь Маусиня, мол, ее обижают и преследуют. «Клоп-клоп, вам нужно
разобраться в этом деле», - сказал дятел.
- Мышка? – поразились Михусь и Маратик. – А что так мелко? Бж-бж, жжжж, мы же
попросили серьезное дело! Значит, покрупнее! Бж-бж, жжжж, а нам что вы предлагаете?
Мелочь пузатую! На ней славу не построишь!
- Начните с этого, - сердито защелкал клювом Клопфен Пинхт. – И дело Маусини не
простое. Там цепочка всяких правонарушений, вот и проведите расследование. А потом по
итогам получите награду. А слава придет к вам по тому, как вы защитите эту обиженную
зверюшку.
Оса и шмель переглянулись. А потом сказали:
- Хорошо, мы посмотрим, что там за дело, бж-бж, жжжж! – и они полетели в сторону
опушки, где в норке жила мышка Маусини. Найти ее было не проблема, так как ее знали все
в округе.
- Эй, ты, Маусини, бж-бж, жжжж, ты здесь? – жужжали они над норкой. Мышка
осторожно выглянула. Она дрожала от страха.
- Вы кто? – спросила Маусини. – Я вас не знаю, пи-пи-пи...
57
- Мы бравые правозащитники, жжжж, известные своей смелостью и героизмом, -
ответил Михусь. – Мы многих птиц и зверей спасли от неправедного давления и
преследования. Слыхала про нас?
- Нет, пи-пи-пи, - удивилась мышка. – Мне были известны только два бездельника
Михусь и Маратик, но вы-то не они?
- Конечно, нет, бж-бж, - поспешно произнес Маратик. – Однофамильцы. Мы совсем
другие насекомые. Не бойся, бж-бж, мы тебя спасем.
Мышка шмыгнула носом:
- Хотелось бы, пи-пи-пи. А то меня кошка Катцени из коммунального хозяйства совсем
замучала, из моей норки выгоняет, мол, в незарегистрированном жилье обитаю. А я тут
давно живу, пи-пи-пи. Тут жили мои родители и даже бабушка с дедушкой.
- Ах какая эта подлая Катцени, бж-бж, жжжж, - занегодовали оса и шмель. – Сейчас
мы с ней разберемся. Жди нас, Маусини, мы вернемся с победой!
И они полетели в сторону речки, где жила кошка Катцени – ее Михусь и Маратик
знали, так как часто видели, когда прилетали к воде напиться. И точно, кошка была там, она
инспектировала домики бобров, ругая за то, что жилье незарегистрировано в коммунальной
службе.
- Эй, ты, мерзавка! Это мы с тобой говорим, бж-бж, жжж! – кричали сверху кошке два
правозащитника. – А ну-ка отвечай нам за свои преступления!
Катцини в удивлении подняла голову: кто это там ей приказывает. И узнала двух
бездельников.
- Вы это чего? Попрощайничать прилетели?
- Мы теперь защищаем невинных и обиженных, бж-бж! – гордо произнес Маратик,
крутясь вокруг кошки. – И мы не попрашайки, а знаменитые правозащитники.
- Не отвлнекайся, Маратик, жжжж, - перебил его Михусь. – Пускай эта непатриотка
скажет, по какому праву издевалась над мышкой Маусини!
- Да, бж-бж, ты хотела спровоцировать народ на волнения и беспорядки? Ведь за это
можно и ответить по закону, бж-бж, мы можем тебя зажалить до смерти! – и тут насекомые
продемонстрировали свои жала.
Конечно, Катцини испугалась и сразу запричитала:
- Да я не виновата, это все меня участковый милиции волк Вулфин заставляет.
Требует с меня информацию, кто и где живет без прописки и регистрации. Потом он их
наказывает. А я тут причем? Я просто свою работу выполняю. Попробуй не скажи, так сразу
Вулфини меня берет за шкирку и тащит в отделение. А там пытает и мучает! Вот кто
нарушает мои права. А вы меня сделали крайней! Наоборот, защитить меня вы обязаны, раз
уж являетесь правозащитниками!
Задумались тут Михусь и Маратик. Получалось все логично. Катцини принуждали
нарушать права Маусини, сама-то она не хотела этого делать. Значит, виноват волк Вулфин.
«Вот к нему мы-то и пожалуем, бж-бж, жжжж!» - решили насекомые и полетели к лесу, где
обычно жил участковый милиции Вулфин.
Волк сидел на пне и пил водку. Жизнь его серая не знала других способов снять
напряжение и расслабиться. И тут перед его глазами замелькали оса и шмель.
- А ну от меня! – досадливо махнул лапой Вулфин. – Пошли прочь!
Но насекомые вдруг нагло заявили:
- Да как ты смеешь, серая душа, на нас кричать? Нам приказывать? Да ты знаешь, кто
мы, бж-бж, жжжж?
Удивленный волк присмотрелся. Ба! – да это же два лоботряса Михусь и Маратик. Как
же их не знать, их фото во всех отделениях милиции висят в разделе «тунеядцы и
мошенники».
- Чего вам?! – клацнул челюстями Вулфин. – Хотите, чтобы я вас арестовал?
Но Михусь и Маратик наседали на него с двух сторон:
- Да мы – правозащитники, тебя по судам затаскаем! Как ты смеешь нам угрожать,
подлая тварь! Ты замызгал мундир кровавыми делами, пытками и незаконными арестами!
Ты не смеешь служить в правоохранительных органах, так как заядлый алкоголик и, может,
еще анашу куриш!
Волк отмахивался от них, а потом, когда устал, взмолился:
- Что вам от меня нужно! Оставьте меня в покое! Что я вам сделал плохое?
58
На что получил ответ:
- Почему мучил кошку Катцини? Почему оказывал на нее давление? Ты нарушал ее
права и свободы! Ты против демократии?
Волк вздохнул и развел лапами:
- А я тут причем? Это меня заставляет мэр леса медведь Бэр. Хочет он порядок
навести в округе, всех контролировать, все знать. Чтобы без его ведома никто дома не
строил, не приезжал в гости и не уезжал за рубеж на заработки. Вот и заставляет меня.
- Бж-бж, как это он тебя заставляет? – спросил Маратик, садясь на нос волку. Он
почувствовал, что и этот серый не совсем виноват в происходящем.
- Как-как? Дает в морду и орет в ухо! А лапы у Бэра, сами знаете, какие тяжелые, все
тело болит после встречи с ним, - закряхтел Вулфин и стал показывать намятые бока. –
Потом я по врачам бегаю. А мне работать на благо родины нужно, безопасность леса
обеспечивать! С таким куцым хвостом разве все успеешь?
- Так, значит, и твои права нарушаются, - заключили насекомые. – Ладно, Вулфин, мы
и тебя защитим, вот сейчас полетим к мэру и с ним разберемся!
- Да, да, напомните ему о том, что рукоприкладствовать начальникам запрещено и
это, к тому же, негуманно! – прокричал им вслед волк. Потом он уселся опять на пень и
продолжил пить горькую.
Насекомые были полны решимости найти виновного во всех бедах. Поэтому они,
минуя секретаря Папагая, который кричал им что-то о занятости шефа, влетели прямо в
берлогу. Там, развалившись, сидел Бэр и ел мед, который ему принесли пчелы в обмен на
право вести бизнес в лесу – такова была цена его услуги на официальную деятельность.
- Ах ты негодяй, бж-бж! Жрет общественный мед, жжжж! – жужжали Михусь и
Маратик. – Государство дало ему власть, а он подло злоупотребляет! Нарушает права
граждан! Вот сейчас мы с тобой разберемся!
- Эй, кто вы такие? – возопил медведь, пряча бочку с медом. – Кто вас пустил? Вот
сейчас я вызову Вулфина, он с вами быстро разберется!
Но этим он не напугал насекомых, оса и шмель сами кинулись в атаку:
- Ты кому угрожаешь, кусок жира? Да ты знаешь, кто мы, бж-бж? Мы -
правозащитники, жжжж! Защищаем всех обиженных и ниженных властью, то есть тобой!
Медведь смекнул, что с этими посетителями не следует быть грубым. Нужно быть
осторожным, не сболтнуть лишнее.
- А-а-а-а, вы из группа дятла Клопфена Пинхты? Тогда ясно. Всегда рад помочь
правозащитникам! Хорошим делом занимаетесь! Все правильно! Нам нужно строить
демократию и великое будущее! Так в чем дело? Что произошло?
- Ты заставляешь милиционера Вулфина нарушать закон, вести в нарушение всех
процедур уголовные дела, фабриковать материалы на неугодных тебе зверей и птиц! Мы
решили положить этому конец!
Бэр испугался:
- Нет, нет, это клевета! Я всегда служил закону, пользовался доверием у народа! Меня
уважают и пчелы-бизнесмены, и лисицы с улицы Красных фонарей, и ослы на стройках, и
стрекозы с ресторанов и баров. Даже сороки-журналисты про меня только хорошее пишут.
Но Михуся и Маратика не проведешь, не зря они сами были лоботрясами и знали,
когда врут.
- Не отвертишься от ответственности, мэр! Почему Вулфин обвиняет тебя в том, что
ты требуешь со всех наличие прописки и регистрации? Ты знаешь, что по Конституции мы
имеем право на свободное передвижение по лесу и поляне, а также на местопроживание?
Бэр понял, что его прижали к стенке. И тогда он поменял тактику.
- Ох, друзья, тут моей вины нет! – бухнулся он на колени. – Вся вина лежит на
президенте слоне Элефанте Великом. Это он каждый раз устраивает селекторное
совещание со всеми мэрами и трясет нас как грушевое дерево. Он требует навести порядок,
чтобы ему правилось легко! Это он издает тайные указы против оппозиции, простых
граждан! Мол, среди них есть зачинщики цветочной революции, приверженцы муравьиного
фундаментализма и прочего.
- И что?
- Это он, слон-президент, виноват во всех бедах. Вот кто главный нарушитель наших
гражданских прав! – свалил вину на другого медведь. – Разберитесь с этим ушасто-носастым
59
зверем! Он, как гарант Конституции, должен стоять на защите законов! Но на самом деле он
их нарушает! И нас тянет в это болото!
Михусь и Маратик перегляделись: а что, и Бэр, оказывается, жертва! Его вины тут нет!
Все проблемы – в слоне Элефанте Великом, а ведь о его злоупотреблениях и коррупции
говорили все, кому не лень, правда тихо, шепотом. И вылетели насекомые из берлоги, чтобы
взять новый курс – к дворцу президента, который располагался в горах и сверкал оттуда на
всю долину своим великолепием. Правитель считал, что, построив такой дворец, он докажет
миру свое право на президентский трон в течение всей своей жизни. Правда, этого мнения
не все придерживались, и поэтому в знак протеста у предгорья часто устраивались
демонстрации. Хотя с большими последствиями: львы и волки – служители правопорядка -
разгрызали демонстрантов насмерть.
Так вот, сейчас Элефант Великий нежился на солнце и жрал бананы, которые
тоннами тащили ему обезьяны-прислуги. Они знали, что глава государства должен быть
всегда сытым и здоровым. Иначе не поздоровиться многим. Рядом стояли придворные
льстецы-жуки и читали стихи во славу слона, описывали его подвиги в деле продвижения
народа страны к Великому банановому раю.
Тут к нему испуганно подскочил лев Левин – начальник охраны, полковник:
- Тут к вам пожаловали эти... как там?.. правозащитники!
- Кто? – взревел слон. – Эти купленные Западом пройдохи? Опять дятел Клопфен
Пинхт пожаловал?
Полковник Левин прошептал:
- Нет, две насекомые – оса Михусь и шмель Маратик. Обя известные пройдохи! У
меня полное досье на них. Можете просмотреть...
Тут Элефант Великий успокоился:
- Ах, пройдохи? Значит, из нашего клана! С ними можно найти общий язык. Пригласи
их сюда!
Михусь и Маратик влетели во дворец, полные решимости доказать, что они самые-
самые уважаемые и нужные государству. Ведь они убедились, что перед словом
«правозащитник» открываются все двери.
- Эй, ты, слон, бж-бж, жжжж! Как ты посмел нарушать гражданские права? Как смел
Бэру приказывать, чтобы он репрессировал всех зверей и птиц в лесу, бж-бж, жжжж! –
жужжали в ярости насекомые. – Ты должен быть привлечен к ответственности! Из-за тебя
страдает народ! Думаешь, если большой, то можешь обижать маленьких, бж-бж, жжжж?
Тут слон всплакнул:
- Опять виноват во всем я! Везде всем мерещится только я, словно в этой стране нет
других больших животных! А я, между прочим, беззащитен и уязвим!
Михусь и Маратик в расстерянности остановились. Вот такого уж признания они не
ожидали. Им казалось, что Элефант Великий начнет кричать и угрожать, а тут самый
большой зверь рыдал как дитя.
- Как это?
- Да-да, - заливался горючими слезами слон и размахивая ушами. – Все думают, что я
хоботом могу всех скрутить, а бивнями проколоть насквозь. А ведь я – доброе существо.
Меня даже мышь напугать может!
- Мышь? – изумились Михусь и Маратик.
- Да-да, именно мышь! Недавно некая Маусини вышла на дорогу с транспарантом, а я
шел мимо, прогуливался! И мне стало страшно, что эта зверюшка полевая может убить
меня! Ведь я знаю, что Маусини – террористка! Она покушается на мое право жить и быть в
безопасности. И поэтому я самозаточился в этом дворцек. А ведь я очень люблю своих
избирателей, свой народ!
И тут насекомые все поняли:
- А-а-а, вот кто на самом деле виноват во всем, бж-бж, жжжж! Оказывается мышка
Маусини нарушала ваши права, уважаемый слон Элефант Великий!
И пришлось осе и шмелю извиняться:
- Ох, простите нас, господин президент, бж-бж, жжжж. Мы сейчас полетим к Маусини и
накажем ее за терроризм и произвол, за организацию беспорядков и покушение на вашу
жизнь, бж-бж, жжжж!
С этими словами они вылетели из дворца. Слон смотрел им вслед с явной усмешкой.
60
Не прошло и десяти минут, как два правозащитника кружились над норкой.
- Эй, ты, мышка, вылазь! – орали они.
Маусини вылезла и спросила:
- Вы все выяснили?
- Да, выяснили, бж-бж, жжжж! – жужжали Михусь и Маратик. – Это ты сама во всем
виновата! Ты угрожала президенту страны! За это понесешь наказание!
И оса со шмелем набросились на бедную мышку, стали ее жалить, приговаривая:
- Вот тебе от правозащиты наказание! Будешь знать, как нарушать права и свободы
народа и представителей органов власти!
Они так закусали мышку, что та, опухгая, потом долго лежала в больнице. Дятел
Клопфен Пинхт пытался выяснить, в чем дело, однако и ему попало немало от насекомых,
после чего назвал осу и шмеля предателями дела. В свою очередь те обозвали его
наймитом и купленным за зарубежные каштаны и желуди скунсом. Теперь Михусь и Маратик
были уверены, что служить нужно правителю, как самому беззащитному существу в
государстве. Конечно, Элефант Великий их не забывал, всегда награждал и угощал разными
лакомствами. Потому что знал, что придворные правозащитники лучше независимых, тех,
кто действительно борется за права и свободы простых граждан.
(28.10.2007)

Про бесчестного судью

В одной стране вел судебные дела один человек по имени Думм Гезетц. Нельзя
сказать, что он не знал законов, но и не следует думать, что следовал им. Просто Гезетц был
удобный властям судья: судил тех, на кого указывал эмир Бештехунг, и так, как хотел этого
правитель. Поэтому никто и никогда из простого народа в суде не находил справедливости,
ибо по указанию Думм Гезетца в тюрьму отправляли невиновных, а бандиты и
коррупционеры даже легким испугом не отделывались – они получали свободу и все
награбленное обратно. Народ со слезами всегда встречал решения Гезетца и только страх
останавливал от революции и массовых простестов. Зато его любили преступники, так как
знали тарифы и ставку за откупы.
Гезетца считали символом судебной тирании, ибо ему и только власти поручали
самые грязные дела. Например, нужно было наказать одного бизнесмена, который решил
баллотироваться в эмиры, и Гезетц быстро отправил его в ссылку на 25 лет за ношение
одежды, не совместимой с традициями народа. Других оппозиционеров сажали на долгий
срок по подброшенным стражниками антиправительственных листовок, наркотиков и
патронов. Конечно, Гезетц работал не один, а в паре с государственным обвинителем
Гефенгнисом. Они очень любили хозяйственные дела, так как можно было бы «заработать»
на обвиняемых, которые, не желая сидеть, откупались на огромные суммы. Любили они
судить и крупных мафиози, которые делали хорошие откаты за мягкие или условные
приговоры. Скажем, один бандюган убил малыша, и Думм Гезетц дал ему штраф в 200
долларов. Или украл другой преступник у государства 20 млн. долларов, а Гефенгнис
посоветовал ему перечислить 50% этой суммы в одно частное предприятие, где работали
родственники прокурора и судьи. И лишь тогда он не будет посажен в тюрьму.
Но меньше всего нравилось им судить политических. Потому что тут капитала в
личный карман никакого. Хотя власти за каждый процесс и выгодное решение награждали
Думм Гезетца и Гефенгниса орденами и медалями, путевками, новыми квартирами и
автомашинами, иногда повышали в рангах и званиях. Только это было мизер по сравнению с
тем, что имели они от судебного разбирательства по хозяйственным или насильственным
преступлениям. Однако, чтобы усидеть на своих местах (а завистники так и поджимали,
сами хотели сидеть на этих должностях) приходилось часто судить и оппозицию, и
независимых журналистов, и диссидентов, и старичков и старушек, которые выступали за
возвращение им пенсий и пособий, заработанных в течение всей жизни, а также лиц, не
имеющих прописку и регистрацию, по самым строгим нормам закона.
Однажды Думм Гезетцу поручили провести дело в отношении нескольких мятежников
– людей, которые доведенные до отчаяния грабежами власти и коррупции полицейских,
открыто выступили против правительственных реформ. Эти люди вышли на митинг и
призывали эмира уйти в отставку, а всю его клику отправить под суд, настоящий суд,
61
естественно. Была кровавая мясорубка, устроенная стражниками. Скандал был огромного
масштаба. Весь мир взволновался. Страны требовали справедливого расследования. Эмир
Бештехунг не хотел упасть лицом в грязь и поручил верному судье провести все так, чтобы
мятежники оказались кровавыми террористами, насильниками и убийцами, а действия
властей по подавлению революции правильными. За это Гезетцу обещали место в
Верховном суде. Это было заманчивое предложение, и судья не устоял. Он осудил всех
мятежников к смертной казни, посчитав доказательства обвинения правильными и
доказанными, хотя там все было шито белыми нитками.
Только Думм Гезетца обманули. Место в Верховном суде передали сыну Гефенгниса,
недоучке из юридического института, потому что прокурор заплатил эмиру за это много
денег. И судья обиделся. Он написал письмо на имя правителя, в котором обвинил
прокуратуру, администрацию эмира и других чиновников в коррупции, произволе и
бесчинстве. «Любимый Эмир Бештехунг, - писал он. – Вас окружают предатели. Каждый
хочет вонзить Вам в спину нож. Особенно гособвинитель Гефенгнис. Он берет большие
взятки и поливает грязью Ваше славное имя. Только я – Ваш верный слуга, верный пес! Я
всегда стоял на страже Ваших великих интересов, поддерживал Вас и Вашу семью! Не
верьте никому, только мне! Я вам расскажу правду про предателей! Только позовите меня к
себе, любимый Бештехунг!»
Эмир Бештехунг, безусловно, подтерся этим письмом, а своим стражникам приказал
немедленно изловить этого судью и казнить, желательно тайно. Чтобы никто не знал об
этом. Операцию поручили лично Гефенгнису, который с радостью взялся за это. Потому что
давно косился на несметные богатства судьи, и хотел большую часть из них присвоить.
Тайные и явные стражники бросились искать Гезетца. Да только тот понял, что дела
обретают не тот оборот, как ему хотелось, и успел убежать в соседнюю страну, подкупив
стражников у границы. Там он обратился в Всемирную Лигию Наций и Государств за
помощью.
«Я – судья Думм Гезетц, всегда верил в закон и вершил правосудие беспристрастно,
непредвзято и честно, - писал судья на имя главы Всемирной Лигии. – Многие люди в моей
стране могут подтвердить эти слова. И поэтому меня невзлюбили враги демократии и
закона, они решили бросить меня за решетку и убить, этим самым, веру народа в закон». В
конце письма Гезетц просил предоставить ему политическое убежище в Западной Европе
или США.
Секретарь Всемирной Лигии задумался. Он многое слышал об этом человеке и был
неприятно поражен, что теперь вынужден решать дело судьи. Ведь политическое убежище
считалось механизмом спасения жертв, а тут обращался сам палач, на совести которого
немало казненных и посаженных невинных людей. Подавив чувства презрения и
отвращения, Секретарь распорядился провести расследование по нормам Международных
конвенций и законов, потому что даже этот негодяй имел право на это. Одновременно были
запрошены все страны, территории и государства, которые могут предоставить
политическое убежище Гезетцу.
Прошло полгода. Дело шло со скрипом и скрежетом. Стражники Эмира Бештухунга
рыскали везде, чтобы умертвить судью. А в это время ни одно государство не желало
оказывать помощь и поддержку Гезетцу. А судья рвал и метал, он писал гневные письма
Секретарю, мол, почему тянете время, когда меня спасут, вот-вот мне горло перережут те,
кто со мной боролся... эээээ... против беззакония? Секретарь успокаивал, что дело ваше
еше не завершено, ждите.
И судья дождался. В один прекрасный день к его конспиративной квартире явились
два человека в черных плащах и шляпах, которые представились сотрудниками Всемирной
Лигии. «Ваша просьба удовлетворена и Вам будет предоставлено убежище», - заявили они.
Гезетц обрадовался и сразу собрал чемодан. Они последовали вниз к черной машине.
И тут судья заметил, что у одного сотрудника из шляпы выглядывают рога, а у другого
из-под плаща – хвост. Страшное подозрение охватило его: «Стойте, вы кто такие? В какую
страну меня везете?» Поняв, что их разоблачили, сотрудники не стали скрывать:
- Да, мы - черти, слуги Сатаны! И Вам предоставлено политическое убежище в аде!
Потому что никто в этом мире не захотел иметь дела с вами! А за свои деяния только мы
можем вас поддержать!
62
И они, схватив Гезетца за шкирку, втолкали его в черную машину. Взревел мотор, и
автомобиль исчез. Видившие это прохожие, перекрестились. Они не знали, что судья
получил то, что заслужил.
Но он не один. На очереди в ад и прокурор Гефенгнис, и Эмир Бештехунг, и другие,
кто прославились черными деяниями на этом свете.
(11.11.2007)

Как в зоопарке выборы проходили

В одном зоопарке было много животных, привезенных со всех концов планеты: и


зебры, и слоны, и папугаи, и мартышки, и кенгуру, и крокодилы, и носороги и другие – всех
перечислять не станем, ибо это уж очень утомительно. Только скажем, что это было
большое сообщество, и все с разными взглядами на жизнь и культурой. Белые медведи
считались рассудительными и справедливыми животными, бегемоты – нахальными, слоны –
мудрыми и степенными, вараны – суетливыми, львы – задиристыми и высокомерными, а
шакалы – хитрыми и безпринципными. Жираф смотрел на всю жизнь в зоопарке свысока -
он летал в облаках. Крокодил, наоборот, не желал вылазить из воды и все делал из
подтишка. Пингвины вообще без царя в голове бегали по холодильнику и безобразничали. А
страус любил уходить из мирской суеты, засунув голову в песок, – там он думал о своей
религиии, птичей, естественно.
Короче, все текло своим чередом, пока... В один прекрасный день птица-секретарь,
ходя по клетке, не закричала: «Сегодня – день выборов директора зоопарка! Все на выборы!
Все на выборы! Нельзя пропускать это мероприятие! Это наша гражданская обязанность!»
Тут все звери, проснувшись, недовольно загалдели:
- Какие еще к черту выборы? О чем кричит птица-секретарь?
И тут та пояснила:
- Раз в семь лет происходят выборы директора зоопарка – того, кто отвечает за наше
здоровое состояние и сытную жизнь, гарантирует безопасность и обеспечивает наши права
животных! Поэтому сегодня именно этот день, когда вам пора стряхнуть с себя плесень и
выбрать того, кто будет нами руководить в последующие семь лет!
Тут удивился бурый медведь, который уже собирался лечь в берлогу и приготовился
сосать лапу:
- А разве у нас в зоопарке такие выборы когда-то были? Я что-то не припоминаю...
На что умная и всезнающая птица ответила:
- Когда-то проходили, но давно, вы тогда в яйцах сидели или головастиками были.
Сроки нынешнего директора уже трижды зашкалили, а согласно Красной книге, куда мы все
занесены как редкие и ценные экземпляры, нам следует выбрать нового руководителя
нашего зоопарка. Ясненько?
Тут звери, птицы и рыбы стали чесать те места, где у них обычно бывает мозг, хотя
некоторые предпочитали чесать совсем иные места – там было приятнее. Никто вначале не
понимал, зачем это нужно им, однако вдруг каждому захотелось показать, что он чего-то
стоит в зоопарке, а директорсттво – это именно та должность, которая позволит им быть
самым главным тут.
И тут все загалдели:
- О, да, это правильно! Это хорошая мысль! Не зря так написанов Красной книге!
Действительно, мы должны выбрать самого главного, и он станет нашим директором.
Птица-секретарь, важно похаживая по клетке, спросила:
- У кого есть кандидатуры – прошу представить, а я их внесу в избирательный лист, -
и тут она выдернула из своего хвоста перо и приготовилась записывать.
Звери стали шептаться, обсуждать. И тут крикнул носорог:
- Меня следует выбрать директором!
- Почему? – спросила его мартышка, которая любила совать свой нос во все дела. –
Чем ты лучше других?
- Я – толстокожий, - пояснил носорог. – У меня огромный рог, им я могу любого
проколоть. Меня боятся и уважают все звери! Я своей массой могу задавить любого!
Но с этим был не согласен слон.
63
- Бред, а не кандидатура! – проревел он, шевеля ушами и хватая хоботом огромное
бревно. – Посмотрите, какой я сильный. Мне ничего не стоит переломать тут! Я больше всех
вас ем, значит, я должен быть директором!
И тут птица-секретарь стала пояснять:
- Нужно выступать с программами, то есть теми идеями, которые интересны нам! А
мы станем выбирать, какая лучшая, и тогда изберем того, кто будет нашим директором.
- А-а-а, - протянули животные. Теперь им стало ясно, что следует делать.
Тут выступил лев:
- Значит, так. Я – хищник, могу разобраться со всеми, кто вам будет угрожать.
Недавно некоторые бандиты хотели утащить из зоопарка черепаху, которой недавно
стукнуло 300 лет, но я вовремя проснулся, заревел, и поднял всех на уши. Потом я бросился
на бандитов и оттяпал им руки-ноги.
И шакалы тут подхватили:
- Да, да, нам тогда достались головы и кишки. Это правильно! Нам нужен лев в
качестве директора – он снабдит нас свежим мясом! И под его защитой нам ничего не
боязно делать! Льва в директоры!
Но были те, которым не нравился этот кровожадный хищник. Так, к примеру, буйволы
сказали:
- Нет, если к власти придет лев, то нас он в первую очередь расстерзает. Потому что
лев - вечно голодный! Нам нужен кто-то из травоядных.
- Тогда это я! – воскликнула антилопа. – Я люблю красоту и гармонию! Вас я научу
любить природу и жизнь! Вы начнете творить прекрасное!
Однако эта кандидатура не устраивала насекомоядных, в частности, хамелиона:
- Думать только о прекрасном, но иметь пустой желудок – это не по мне! Все
творческие личности жили в нищите и впроголодь! Нам нужен тот, кто найдет много мух,
личинок, и будет приспосабливаться к любым запросам животных.
- Это ты, хамелион, не имеешь своего мнения, только меняешь цвет под любого, кто
сильнее тебя! – воскликнули филины. – Только директором зоопарка будет кто-то из птиц!
И его подхватил птичий гвалт: свою кандидатуру предлагали гуси, лебеди, чайки,
фламинго, орлы. Птица-секретарь не успевала выслушать предложения.
В это время голос из воды подали акула и пираньи:
- Эй, про нас не забывайте! У нас тоже есть право выдвигать и быть видвинутыми в
директора!
Со дна поднялся скат, который, сверкая электрическими разрядами, прошипел:
- Я – плоский, значит, удобный политик. Я предлагаю всех сделать в зоопарке
плоскими, и тогда мир восторжествует!
Акула, щелкнув челюстями, имела иное мнение:
- Чего? О чем бормочешь, электростанция? Занимайся своим делом – освещай
подводный мир, и директором стану я, как самая пробивная рыба. Со мной все дела в
зоопарке пойдут как надо. Только на меня посмотреть приходят тысячи людей, а это
огромные деньги!..
Короче, целый день шли выборы. Они сопровождались руганью, криками, драками и
оскорблениями. Науськиваемый шакалами, лев бросался на крокодилов, мол, только
попробуйте не отдать голос за меня, а бизоны бодались со слонами за право голосовать
первыми за себя. Мартышки закидывали лошадь бананами, заявляя, что парнокопытным
нечего делать в кресле директора, в то время как беркут грозил птичкам-колибри
разобраться с ними, едва он станет директором: «Всех вас заклюю!» Змеи грозились
проглотить всех грызунов, если они заикнуться выставить кандидатуру мангуста.
И под вечер в зоопарке появился сонный директор. Он до этого хорошо выспался,
поел и выпил, и теперь, хлопая себя по пузу, изумленно смотрел на раздраженных
обитателей. Он оказался единственным, кто был не в курсе дела.
- Эй, что случилось? – вскричал он. – Что за базар? Почему такой шум?
На что птица-секретарь гордо ответила:
- Это не базар, а выборы! – и уткнулась в подсчяет голосов.
Директор почесал затылок:
- А кого вы выбираете?
И тут получил ответ от тигра:
64
- Меня!
- Тебя? – не понял директор.
- Ага, меня, ибо теперь я – директор зоопарка! – прорычал тигр, показав огромные
клыки.
Но тут раздались крики со всех клеток:
- Врешь, полосатая шкура! Тебя еще не выбрали!
- Да, да, директором изберут меня! – вопила гиена, тут ее заглушил рев слон:
- Ха, как бы не так! Директором буду я!
Одновременно рявкнул волк, что он сильнее всех, с чем был не согласен вепрь. Само
собой, тут поднялся еще больший шум. Звери и птицы неиствовали, били о железные прутья
чем попало, разбрызгивали слюной. Во все стороны летела шерсть, а также кости тех, кого
кто-то потихоньку поедал в этой суматохе.
И тут директор рявкнул:
- А ну-ка тихо! Вы забыли, что директор – это я!
Птица-секретарь была не согласна:
- Ваши полномочия давно закончились! Теперь мы праве выбрать себе нового
руководителя! Так гласит Красная книга!
Директор усмехнулся:
- Чтобы вы не говорили, однако не забывайте, что ключи от ваших клеток храняться
только у меня, - и он указал на связку огромных ключей. - И именно я решаю, кто тут ест или
кого едят! Кто спит и кому купаться! Кому воля, а кому – неволя! Кого и куда расселять – это
тоже решаю я! А чтобы вы не имели иллюзий на счет выборов, то я прекращаю всю
кампанию!
И он выключил свет в зоопарке. Наступила тьма. Звери умолкли, испугавшись. Они не
знали, что последует затем. И поэтому сжались в комочек.
Директор, усмехнувшись, пошел домой. Он добился своего - больше никто не
покушался на его власть. Пока у него есть ключи, кресло директора не будет вакантным, о
чем бы не говорила какая-то Красная книга.
(17.11.2007)

Про эмира, который любил сказки

В одной стране жил Эмир. Хотя страна была огромной, население большое и
проблем – от горизонта до горизонта, одннако владыка не любил заниматься
государственными делами. Ему было скучно тратить свое время на благополучие народа, на
заботы о бедных, о развитии национальной экономики, потому что его личная экономика не
имела проблем. Однако уходить и с трона не желал – уж больно нравилось ему иметь все и
ри этом ничего не делать. И министры и губернаторы делали все, что им
заблагорассудиться, ибо Эмир их редко против шерстки гладил, а они взамен ему посылали
богатые подарки, клялись в верности и любви, подавляли любой бунт против кровавой
тирании.
Однажды Эмир услышал, что далеко на Востоке живет Султан, и ему каждый вечер
рассказывает сказки некая красавица Шахерезада. И от этого жизнь Султана сладкая и
веселая, и все в стране идет хорошо. А потом узнал Эмир, что на Западе есть братья Гримм,
которые пишут сказки королям и принцам, и от этого все реформы идут так, как надо. На
Юге раджи и ханы слушают другие занимательные истории, и народ за это любит
правителей. Потому что жизнь у них, как в сказке.
И тогда вскрикнул Эмир:
- Ах, теперь и у меня должны быть сказки! – и хлопнул в ладоши.
Тот час прискакали слуги.
- Значит так, - сказал им Эмир. – С этого дня все мои министры и губернаторы
должны рассказывать мне сказки. Передайте им мое повеление!
- Сказки? – поразились слуги. – Какие сказки?
- Любые, но что бы мне было хорошо от них! А кто будет рассказывать плохо и
неинтересно, скучно, то того я выгоню или казню!
Слуги бросились выполнять приказание повелителя.
65
На следующий день с докладом пришел визирь, который ведал в эмирате делами
финансов и экономики.
- Ваше благородие, - склонился визирь. – Я хочу рассказать сказку про нашу
экономику.
- Давай, давай, - обрадовался Эмир.
И запел соловьем тут визирь:
- Страна наша развивается динамично и целеустремленно, да так, что все соседи нам
завидуют. Экономический рост – 1 и даже 1,5% в год!..
- Эй, почему так мало? – взвизгнул Эмир, от злости хлопнув кулаком об стол. Посуда
рассыпалась по полу, и одним осколком чашки поранило щеку визирю. – Плохая сказка! Эй,
стража! Отрубите-ка этому плохому сказочнику голову!
Тут вбежали стражники и поволокли визиря на казнь. Быстро отделили голову,
повесили на кол и в газетах сообщили, что он врал, а не рассказывал сказки. Следующий
чиновник был осторожнее и говорил только то, что нравилось Эмиру:
- Ваше Величество, благодаря вашей мудрой политике наша экономика развивается
по эмировской модели, ее пяти принципам и семи приоритетам стремительно, что Великое
будущее, о котором нам говорите много лет, уже видно из-за горизонта. Итого, что мы
имеем? Прежде всего, рост валового национального продукта... эээээ... на 20 или даже 30%
в год! – и увидев, как повеселел правитель, визирь продолжил. – Население богатеет не по
месяцам, а по дням. В итоге, мы обещаем, что через год наши люди будут получать в 40 раз
больше, чем сегодня! Бедности уже нет! Вся страна – страна богачей!
- Ой, как хорошо, - согласился Эмир. – Дальше!
- А дальше я скажу вам вот что: иностранные инвестиции текут ручьем и мы
перегнали все государства в мире по объему на душу населения в... ээээ.... семь раз!
Реформы в сельском хозяйстве уже закончились, поэтому мы успешно собираем хлопок и
зерно. Подтягиваем добровольцев из числа студентов и школьников по линии трудовое
обучение. Промышленность крепнет – скоро начнем выпускать ковры-самолеты, которые не
выпускали с момента прихода к власти вами... ээээ... то есть, как только террористы хотели
сломать наши реформы! Энергетика способна удовлетворить все наши потребности!..
Долго еще говорил новый визирь, пока Эмир его не остановил:
- Хорошо рассказываешь! Готовься к новой сказке в следующем году. Будет плохо –
плохо кончишь...
Визирь поклонился и вышел. Вместо него вошел начальник стражи. И он начал:
- Ваше Величество, благополучие нашей страны основывается на ваших великих
идеях и установках. Каждый день мы вылавливаем сотни религиозных экстремистов, все
тюрьма забили ими, они сознаются в том, что их финансировали Запад и Юг. На три... ээээ,
нет, 20% возросло раскрываемость преступлений. В рядах нашей стражи нет предателей и
воров, все добытое у народа мы сдаем в казну! Население любит вас и стражников! Попасть
в полицейскую академию не так просто, нужно больше взятки платить! Зато все
руководствуются в своих делах не конституцией, а вашими книгами, дорогой Эмир! Отказали
в выезде за границу 2 тысячам недовольных, в том числе журналистам и правозащитникам!
В компьютерах некоторых мы нашли листовки и материалы, призывающие свергнуть
конституционный строй! Заблокировали Интернет, даже ни одна вражеская газета не может
проскочить сквозь границу...
- Хорошая сказка, - похвалил его Эмир. – Пока остаешься в должности!.. Эй,
следующего давай! – приказал он секретарю.
Вошел визирь по международным делам.
- Хочу порадовать владыку, что миссия на Западе завершена так, как надо. Снята
экономическая и политическая блокада, которая была введена против нас, когда вы, Ваше
величество, наказали бунтарей массовыми казнями – высасыванием крови, каннибализмом
и сварением в чае. Запад уверен, что этого не было никогда в истории страны, и вообще
наш хлопок и газ для них важнее! Отлавливаем оппозицию за рубежом. Тут мы хорошо
координируемся с начальником стражи!
- Хорошая сказка, - похвалил Эмир. – Что еще?
- О-о-о, на одном из континентов организовали международный симпозиум по
эффективности вашей внешней и внутренней политики! Народ пил водку и хвалил вас! Все
66
хотят перенять наш путь, поучиться нашим реформам! Наверное, будут лоббировать
правительство, чтобы расширили торговлю с нами...
От таких сказок настроение у Эмира поднималось только так, и он дарил награды и
деньги в зависимости от качества сказанной волшебной истории. Визирь по делам культуры
сообщал, что идеология национальной независимости вышла за рамки границ и теперь весь
мир хочет изучать ее, после чего получил орден на грудь. Министр образования рассказал
сказку, как студенты любят книги Эмира и ценят их выше, чем профильные предметы. «Не
знаю, какие они будут врачи и инженеры, но знать ваши книги будут на «отлично», - добавил
он, и за это получил награду от правителя в виде звания академика. А история начальника
благоустройства о том, какая высокая эффективность у коммунальных служб в период
отопительного сезона, вызвала слезы умиления. «Народ платит деньги за тепло, которое
имсходит не из батарей, а от вашего сердца, - склонив голову, произнес начальник. – Они
называют вас Солнцем, определившим галактику». После этого его отправили послом в
Китай.
А однажды Эмир вскричал:
- Теперь я начну рассказывать сказки! Созовите народ, чтобы он мог послушать меня!
Стражники быстро организовали совместное заседание Сената, Кабинета Министров,
дивана Эмира, и правитель стал говорить:
- Мои подданные, друзья и сограждане! Жить стало хорошо, жить стало веселей! А
помните, как было все плохо при старом режиме: У вас ничего не было, а теперь есть все! И
это дал вам я – свободу, богатство, справедливость и мир! Пока я у власти, вам ничего не
угрожает! Враги боятся меня, а значит, не нападут! Благосостояние народа растет
стремительно, вчера вы не имели трусов, а сегодня можете купить носки! Кое-кто покупает
машины и строит гостиницы. Моя дочь открыла ювелирный бизнес и сотовую компанию –
разве это не факт, что любой, простой гражданин может иметь хороший бизнес? А почему? А
потому что у нас самый лучший бизнес- и инвестиционный климат!
Нет больных у нас, тогда как в других странах люди мрут как мухи. Наша пресса –
самая свободная, она может ругать любое зарубежное правительство и не боятся
возмездия! Наши послы – самые честные, они защищают народ за границей. А прокуратура
следит за тем, чтобы никого у израильского посольства не убивали и в тюрьмах не сидели
без вины. Нет вины – найдем, и в этом есть справедливость правосудия...
Сказка Эмира была встречена бурными апплодисментами. Все решили, что
правитель должен остаться еще на несколько лет у власти, чтобы звершить начатое дело –
сделать нашу жизнь сказкой. Конституцию возвели при этом в ранг мифического документа,
мол, менять ее нужно в сторону счастливого конца. И если вы слышите с трибун речи глав
государств, то задумайтесь, а что это за сказка?..
(25.11.2007)

Про вурдалаков

В одной стране жили-были вурдалаки во главе с Блутзаугером – мерзопакостным


существом, каких еще белый (а также и черный) свет не видывал. Жизнь была не очень-то
хорошей и приятной: люди не давали себя на съедение, было трудно раздобыть свежую
кровь, и приходилось вурдалакам сосать жилы из шакалов, овец, жаб, которых вылавливали
в лесу или на болоте, а иногда они копошились на кладбище и обгладывали кости с могил.
От этого они становились еще коварнее, злобнее, мстительнее и... И выли на Луну от тоски и
отчаяния. Им хотелось большего, например, моря крови и горы мяса. Иметь машины,
роскошные виллы, золото. А этого и не было у них. Иногда они, чувствуя приступа голода,
вопрошали Блутзаугера:
- О вождь наш, скажи, долго ли нам так мучиться?
Тот и сам хотел поскорее зажить нормально, как и полагается статусу вампира. Вот, к
примеру, в Трансельвании граф Дракула живет и здравствует, и горя не знает, все есть у него
– слуги, власть и богатства. Или зомби в Африке тоже не страдают от голода – мяса много
бегает по саванне. А вот им не повезло – люди ненавидели и избегали этих хищников, у
которых никогда не было совести, морали и чести. «Ой, как там хорошо, почему там иначе,
за что Дьявол там устроил ад, а у нас рай?», - плакался Блутзаугер по ночам. И он все
думал, как бы сделать так, чтобы существование рода вурдалаков не закончилась плачевно.
67
И он придумал, и именно в тот момент, когда поедал одну женщину, которую поймал на
улице вечером и заколол вилами.
- Друзья, - сказал вождь, сверкая острыми клыками. – Я знаю, что нам нужно сделать!
– и он показал отрезанную голову, с которой стекала кровь. Его детишки в этот момент
доедали печень, селезенку и почки, а супруга - сердце – самые вкусные места.
- Что?! Что?! Есть эту голову? – вскричали вурдалаки, которые в этот момент поедали
худого и хилого зайца. Они чувствовали голод и с мольбой посмотрели на того, кому верили
все это время. Особенно на голову в его руке.
- Да нет, идиоты! Я понял, как нам получить то, что мы хотим! Нам нужно вжиться в
среду людей...
Это повергло в шок вурдалаков:
- Зачем? Они же нас ненавидят, потому что для нас люди – мясо и кровь! И нам
противно родниться с этими отбросами природы! Вурдалаки – вот ценность жизни, вот цари
Вселенной!
- Дурачье, вот поэтому нам и нужно жить среди людей, маскироваться под них и
сосать их кровь тогда, когда это нам охота. Нужно создать такие условия, чтобы люди с
удовольствием отдавали нам свою кровь... Ясно? – Блутзаугер обвел племя взглядом.
Идея пришлась по вкусу вурдалакам. Только они в недоумении спрашивали:
- Ооо, интересная и великолепная идея! Но как этого нам достичь цели?
И Блутзаугер посвятил их в свой план. Вурдалаки взвыли от радости, когда услышали
путь к великому будущему – авторитарному вампиризму, именно так называлась эта
программа. И начали упорно работать, чтобы воплотить в реальность свои коварные
замыслы. Они маскировались под людей, шли в народ, в государственные структуры и
подкупали начальников, чтобы стать самим маленькими начальниками. При такой
должности им удавалось наворовать денег, и их пускали в оборот - подкупали других
начальников и становились средними начальниками. Там ресурсов было больше, и хищения
были грандиозными по объему и размеру. Денег хватало, чтобы стать главными
начальниками и пролезть в министерства, правительство и парламент. Сами понимаете, что
процесс шел быстро и эффектно: принимали законы, которые устраивали только хищников,
гнулась правительственная линия, при котором вольно жилось только кровососам. Потом
вурдалаки стали назначать своих в полицию, в прокуратуру, суды, таможню, налоговую
службу, изгоняя людей с постов. Официально это называлось чисткой и кадровой политикой.
Конечно, вурдалаки в силовых инстанциях помогали закрывать махинации и преступления
собратьев в различных властных структурах.
- Оооо, - выли они от радости, потому что создавали такие тяжкие условия для людей,
что те готовы были покончить жизнь самоубийством. Но даже это не удавалось - вурдалаки
успевали их перехватить и напиться крови. Похоронить целыми удавалось только за
большие взятки, да и то никто гарантировать не мог, что какой-нибудь вампир ночью не
разроет могилу. Бизнесмены сами носили свою кровь в налоговую инспекцию, иначе им
грозили вурдалаки в прокуратуре за «финансовые преступления» посадить в тюрьму, где
надзирателями были тоже вампиры, а тем вообще не было ни в чем запрета: они любили
варить людей в чае и пожирать их плоть в свежеразделанном виде. Мафиозники стремились
сотрудничать с такой вампирской властью, выполняли щекотливые поручения в отношении
людей.
В здравоохранении и образовании тоже сидели вурдалаки: без крови невозможно
было получить медицинскую помощь, купить лекарства или поступить в вуз. Полиция только
тем и занималась, что сосала с иногородних все жилы, ловила диссидентов, которых жарила
над углем, как шашлык, а правозащитников обвиняла в терроризме и пожирала без суда и
следствия. Губернаторы мучили и избивали людей из деревень и поселков, закатывали
непослушных в консервы и экспортировали за рубеж – к тамошним вампирам. Министерство
иностранных дел приглашало только тех, кто был замечен в кровопускании людей.
Коммунальное хозяйство морозило жителей зимой, так как это было экономнее, чем тратить
энергию на холодильники с замороженными трупами.
А что Блутзаугер? Ну, понимаете, что он не сидел на мелкой должности. Ему удалось
пробиться в начале в руководство одной партии, а потом и возглавить ее. Пил он там
понемножку крови, осторожничал, сил пока не было и влияния на большее. Потом он
подкупил в парламенте многих людей обещаниями, а кое-кого и деньгами (средства ему
68
предоставили собратья из прокуратуры и судов), и те возвели его в ранг президента. Они
думали о своем личном благополучии, чем о чаяниях простых людей и всего человечества.
Им и в голову не могло прийти, что Блутзаугер – настоящий вампир, враг рода людского.
Однако было уже поздно.
Когда у Блутзаугера появились административные ресурсы, то он напустил на народ
своих хищников из карательно-репрессивных органов, и навел такого страху, что население
боялось выходить из дома, тем более критиковать или выражать возмущение. А те, кто шел
на это, выступал против построения авторитарного вампиризма, были или съедены, или
успели скрыться за границей (но и там их доставали кровавые руки нечеловеческого
режима). В одном городе всех демонстрантов сожрали за пару часов, и в ужасе были не
только сограждане, но и мировое сообщество. Страх, лицемерие, трусость и чванство стали
править балом в этом вампирском государстве. Все СМИ хвалили новый режим и лично
главного вурдалака, мол, благодаря ему идут реформы везде и жизнь стала лучше, чем
раньше. Да и депутаты, и иные партии, и религиозные деятели утверждали, что раньше
человеку было плохо, он рыскал в темноте, не видел просвета, а теперь ему открылись
новые горизонты, и в этом есть личная заслуга вождя. Никто не смел сказать, что
принимаются драконовские законы, суды служат только вампирам, а прокуроры и
полицейские высасывают кровь и жилы у народа. Запрещено верить в иные религии, люди
обязаны были молиться вампиризму и Дьяволу.
Блутзаугер принимал послания от собратьев из других стран, например, лично граф
Дракула поздравил его с назначением на этот важный пост. Ему понравилось и то, что его
охранники могут отстреливать у посольства живых людей, чтобы потом съесть их, а местная
власть закрывала на это глаза. Вампирский мир помог главному вурдалаку продлить свои
полномочия на пять лет, а потом еще раз переизбраться на семь. Лично Дракула писал: «Все
выборы были честными и справедливыми, народ любит своего вождя, и мы тоже должны
признать его как лидера страны!» Аналогичные мнения поступали и от других хищников
мира.
Но не думайте, что Блутзаугер насытился. Его руки были везде, там где хлопок,
золото, уран, нефть, газ, металлы, банки, валюта. Под контролем вурдалаков оказалась
практически вся экономика. Народу приходилось только батрачить на полях и у
мартеновской печи, получая жалкие гроши. Вурдалаки в форме и при оружии имели дома,
деньги, имущества, власть, заграничные поездки, они смеялись над людьми и грозились
сожрать в любую секунду. И пожирали, когда хотели. Они даже позабыли, что когда-то
побирались на кладбище. Тем, кстати, теперь жили обычные люди, которые боролись за
просторные могилы или удобные гробы.
Блутзаугер толстел от обилия всего того, чем владел. Такое не могло присниться
обычному человеку. Вождь уже еле передвигался, так как в животе его булькала
человеческая кровь, а на блюдах лежали оторванные руки-ноги, головы его противников,
которых он поедал ежеминутно. Его семья не могла насытиться человечиной, дочки
высасывали всю у народа, оставляя голышом даже детей и стариков, а жена принималу
ванну из крови и пекла пироги с мозгами. Вурдалаки под видом законов и при насилии
обложили данью и поборами всех людей, порой заставляя работать бесплатно. Они
устраивали оргии над трупами, называя это судом, или заставляли в День величия
вурдалака организовывать концерты и хвалить кровососание как самую лучшую идеологию и
форму жизни.
В стране уже забыли, что когда-то тут были человеческие законы. Люди думали, что
так было всегда, и их участь – быть мясом и кровью для вурдалаков. Им казалось, что так
стабильнее и спокойнее, чем жизнь без вампиризма. Потому что в школах и вузах, на работе
и на отдыхе, в СМИ и на базаре внушалось, что за границей плохо, потому что там нет
вурдалаков. Люди там мучаются от демократизма и прав человека, и жизнь там короткая,
скучная и опасная. И многие верили этому бреду. Были и такие, кто верой и правдой служил
вампирам, получая и свой кусочек от огромного пирога. Человеческого пирога. Конечно, в
круг вампиров их не впускали, но поручали самые грязные дела. Например, провести
собрание по выдвижению Блутзаугера вновь на пост президента, настучать на
инакомыслящих, подставить несогласных из человеческого рода.
И те старались. Потому что боялись и не хотели остаться совсем без крови. Они
предавали человечество, чтобы выжить при вурдалаках. А народ как стадо баранов шел
69
конвейером на скотобойню, становясь продуктом питания для вурдалаков. Потому что люди
не верили в себя и в свои силы. И может это объективно, что так и есть.
Ведь каждый человек заслуживает того вурдалака, которого боиться.
И если в какой-то стране вы видите, что люди живут плохо, однако в очередной
бесконечный раз выбирает одного и того же главу государства, если везде коррупция и
бандитские законы, то задумайтесь: а может там живут вампиры?
(26.11.2007)

Как шуты конференцию проводили

В одной стране жили-были шуты. Обычные шуты, клоуны, скоморохи, балагуры, каких
полным-полно в любом государтве. Ничего в этом необычного нет, ведь есть же трубочисты,
дипломаты, стражники, шофера, врачи, шпионы, цари и министры, и эти профессии никого
не удивляют. Да только шуты заметили, что их мало кто замечает в государстве,
интересуется их делами, не предлагает помощь и поддержку. И им обидно стало. Мол, а чем
мы хуже? Ведь тоже члены общества!
Вот собираются, к примеру, политологи на международную конференцию и
обсуждают тревожную в мире проблему – распространения «кактусовых революций», и им
главы государств, где подавляли танками кактусы, свои приветственные письма шлют,
орденами и подарками награждают по итогам этого форума. Много газет это освещают,
интервью берут у участников, люди знают, что есть такие вот политологи, которые умные
вещи говорят. Или например, дантисты твердят с трибун о росте кариеса в мире, и Эмир
пишет им, что проблему нужно решать немедленно, и издает указ «О развитии стоматологии
в горной местности» или учреждает следующий год как «Год здоровых десен и зубов». Даже
дипломаты доказывают за рубежом, что на их родине дети не собирают саксаул, потому что
в пустыне невозможно жить и вести аграрный бизнес, там ведь даже верблюды дохнут. И
тогда прогрессивные страны решаются помочь в инвестициях в саксауловую
промышленность, деньги текут рекой, дипломаты протирают от радости руки. То есть от всех
профессий есть польза стране.
- А мы чем хуже? – вскричал однажды один из клоунов по имени Клавун. И он
обратился к собратьям: - Давайте и мы организуем международную конференцию шутов,
продемонстрируем миру свою важность и весомость! Чтобы все поняли, что и мы нужны!
Идея пришлась всем по душе. Стали бегать они по разным инстанциям, получать
поддержку во властных структурах, финансирование, организационное содействие. Потом
при наводке стражников, шпионов и дипломатов нашли за рубежом экспертов, которые
выразили желание принять участие в данном форуме, выступить в поддержку шутовства.
Пригласили также других клоунов и балагуров, которые хотели изучить специфику
национальной модели шутовства и распространить местный позитивный опыт в своей
стране. Говорят, Эмир, которому доложили об этой идеи заранее материально
заинтересованные чиновники, одобрил эту идею и дал команду: всем помогать! И дело
пошло еще быстрее.
И вскорее в столице Эмирата состоялась конференция. О, много делегатов и
экспертов было на нем, всех не перечислишь, хотя стражники знали всех поименно.
Приехали шуты из Африки, Латинской Америки, СНГ и Азии. Послы из стран, где клоуны в
составе правительства и парламента сидят по многу лет, тоже посетили форум и даже
выступили с речами. Так дипломат из Индии говорил: «Успех вашей республики в шутовском
реформировании пользуется особым интересом у нас, мы хотим перенять ваш опыт и
сделать так, чтобы и наши клоуны жили как у вас!» А американский балагур признался:
«Нас, шутов из США, вдохновляет путь, который проделали ваши шуты под руководством
Эмира! Вы достигли грандиозных результатов! Ваша вся страна – это клоунада!» Российский
шут аж расплакался: «Вижу, что вы перегнали нас на много лет вперед, потому что не
догоняю ваших шуток, простите!» - и его засыпали овациями.
С докладом выступили много экспертов и аналитиков. Особым интересом
пользовалась речь заслуженного шута страны Клавуна, потому что ему апплодировали
особенно долго и кричали: «Смеху – смех!». Даже встали и спели песню «Арлекино,
Арлекино, есть одна награда – смех!..» Журналисты не успевали крутить телекамерами и
писать в блокноты основные цитаты. Но приведем коротко содержание того выступления,
70
часть которой было потом опубликовано в местных изданиях (даже в Интернете можете
найти).
- За последние 16 лет страна продемонстрировала успехи в реформировании сферы
шутовства и клоунизма, - говорил Клавун, кланяясь в сторону огромного портрета Эмира. –
Ежегодный рост шуток-прибауток, анекдотов и юмора составил 7%, а по оценкам западных
экспертов, и 9% в год – и эту цифру не отрицает и наш Госкомстат. Мы ставим задачу
довести долю клоунизма до 43% в создании валового национального продукта. Инвестиции
в наш сектор особенно велик, он достигает 14% в год, и в этом заслуга пяти принципов и
семи приоритетов, высказанных еще в начале нашей независимости великим и мудрым
Эмиром – родоначальником современной клоунады. Вырос и экспорт: если в пршлом году
мы экспортировали шутизм и клоунадство на сумму в 120 млн. долларов, то в этом году –
свыше 140 млн. Импорт зарубежной шутовской продукции снизился с 400 млн. до 5 млн., и
скоро мы выйдем на уровень клоунской независимости!
- Да! Да! – поддержал зал.
- Мы идем верным путем, указанным Эмиром, - продолжал Клавун. – Все поэтапно,
законно, социально защищенно, через государственное реформаторство, деиделогизацию
клоунизма! Если сравнить наши успехи с другими странами, то они далеко за нашими
спинами! Оттуда шуты гороховые шлют нам приветы и желание иммигрировать к нам! Мы –
не островок шутовства, а целый континент! Скоро наша центральная площадь будет
переименована в аллею скоморохов и придурков, а бюсты главных клоунов страны займут
там почетные места!
- Эмира – в главные клоуны! – кричал зал. – Назвать его «клоуном, определившим
цирк»! – дальше была высказана мысль, что свои силы шуты и клоуны черпают из мудрых
книг властителя, особенно из трехтомника «Эмират – государство с большим клоунизмом», а
также его выступлений перед парламентом, правительством и зарубежными делегациями.
- Это хорошая мысль! – согласился выступающий. – Нужно согласовать это с самим
Эмиром! А теперь: мы богаты не только хлопком и золотом, газом и ураном, но и шутками,
которых в год сочиняется на 20 млрд. долларов! Предлагается национальную валюту
переименовать в «клунисум», так как там уже отпечатаны главные шуты нашей страны. Это
обеспечит конвертируемость на 145%!
- Ууууууу! – хлопали участники конференции, пораженные такими цифрами. Всем
стало ясно, что с клоунами – не шути, это нужные стране люди, и к тому же - важный сектор
экономики, можно сказать, мотор всего развития. Но оказывается, это и важная сторона идеи
клоунской независимости, механизм борьбы с чуждыми мыслями и традициями, - так поняли
суть выступления все присутствующие на конференции. Иностранные делегаты плакали от
зависти и просили клоунского гражданства.
- Что мы имели раньше? – спрашивал Клавун, и сам отвечал: - Ничего. Наши
клоунизм насильственным образом вывозился Москвой, а взамен мы получали убогие шутки
и мерзопакостные приколы, не соответствующие традициям нашего народа. У нас украли
настоящую историю шутовства, все в учебниках было придумано враждебными балагурами
из союзного центра, мол, только благодаря им мы стали цивилизованными скоморохами и
аския. Нас заставили перепрыгнуть из феодальной шутовской системы в коммунистический,
разрушив наши жизненные ориентиры на смех и улыбки, юмор и анекдоты. А теперь,
получив независимость, мы осознали, что сами можем творить клоунаду. И в этом деле мы
имеем большой прогресс, что обогнали все развитые страны мира.
С другой стороны, наши враги не дремлют, засылают нам фундаменталистских
клоунов, которые хотят провести «цирковую» и эстрадно-балагурную революцию в стране,
насильственно превратить нашу родину в цирк-шапито, лишить нас радости и благополучия!
А всем известно, что наши шутки – самые лучшие, самые качественные!
- Дадим отпор чуждым шуткам! Не пропустим нецензурные анекдоты! – кричали
участники и эксперты. Тут же выступил генеральный прокурор, который рассказал, что за
последние годы возросло количество преступлений в клоунской среде:
- Увы, наша молодежь покупается на западные ценности, не ориентируется на
клоунские изделия нашего производства, - сетовал он. – В итоге в городе Люмп была
демонстрация негодяев и подонков, которых подкупили американское посольство и
международные организации, а также часть несознательных граждан, которых обманули
сказками о западной клоунаде. Были и такие, кто накурился и накололся концентрированной
71
клаунанашой. В итоге были погромы, убийства, насилие, каннибализм и прилюдная
мастурбация! Это все – последствия от сладкой западной клоунады и шутовства!
Участники конференции высказали мнение, что пора покончить с экспортом
радикального шутовства и демократического клоунизма, не соответствующие нашим устоям
и традициям! Было рекомендовано общественым структурам и народным движениям,
органам самоуправления граждан оказывать всемерную поддержку клоунизму, ввести новые
должности советников по национальному шутовству и скоморохству, проверять, насколько
жители склонны к пользованию враждебных анекдотов, прослушиванию вражеских голосов и
т.д. и давать им соответствующий отпор. Кроме того, высказана мысль создать в столице
Академию международного клоунизма с отделениями в областях и представительствами за
рубежом. Сидевшие на конференции иностранные дипломаты сразу попросились быть
представителями в своей стране, как только завершат они свою миссию в Эмирате. Также
проголосовали за создание печатного органа – «Народные Шутки», электронной версии
«Клоун в Интернете», чтобы пропагандировать идеи национального клоунизма и
противодействовать влиянию чуждых шутовских ценностей.
Говорят, что итоги конференции понравились Эмиру, он даже учредил орден
«Клоунский башмак», и им наградил многих видных деятелей политологии, социологии,
журналистов, партийцев, министров и иностранных дипломатов за их успешные дела в
развитии экономики и социальной сферы, укрепления международных связей. Да же сам
Клавун получил орден на лоб (именно туда крепиться он). Конференция получила широкий
резонанс в мире, в прессе писали: в ОБСЕ плакались от стыда, что не додумались сами
провести подобное мероприятие под своей эгидой. Даже НАТО просилось в следующий раз
быть наблюдателем, а ООН намекнула, что нужно и ей иметь свое управление по клоунам.
Правда это или нет – не знаем, однако эмиратская пресса отличается своей непогрешимой
истиной, публикует только реальную действительность.
И если вы узнаете из телерепортажей или по радио, что в республике проводятся
какие-то международные конференции, не совместимые по смыслу с местной ситуацией, и
если газеты печатают об этом на уровне сплетень, анекдотов и шуток, то задумайтесь: а
может, это очередная сходка клоунов?

Про разбойника и стражника

Как-то один Мужичек шел из деревни в город – за покупками. Ведь скоро праздники, и
следовало хорошо их встретить, чтобы и следующих год был таким же плодородным и
благоприятным. Все весну и лето работал Мужик на поле, вращивал и собирал урожай,
зарабатывал деньги, и теперь решил оттовариться на всю семью. Торопился, ибо нужно
было вернуться к вечеру, дома его ждали дети и жена с подарками. Сами-то они уже
готовили ужин.
И тут из-за поворота выскочил Разбойник. В руках он держал нож.
- Привет, мужик! – сказал он, играя смертоносным орудием. – Куда торопишься?
Мужик оробел. Ведь с разбойниками шутки плохи. Это знал каждый – от мала до
велика. Даже стражники не всегда решались вступать с ними в бой.
- В-вот, на базар спешу, детишкам и жене подарки сделать, - заикаясь, произнес он. –
Ведь на носу праздники...
- И много ль у тебя денег? – поинтересовался Разбойник. – На праздник нельзя
скупиться... Показывай, показывай свое добро!..
Мужик задрожал и протянул ему кошель. Тот усмехнулся, потряс его – послышался
приятный для слуха звон. Потом он развязал и высыпал на ладонь десять монет.
- Не густо, - заметил Разбойник, хмурясь. Он ожидал иного.
- Больше не заработал, хозяин-то – скупердяй, все тянет с расплатой, - еле выговорил
Мужичек. Он уже хотел отдать все, чтобы Разбойник не зарезал его. – Бери себе кошель,
только меня не трогай, пожалей!..
Но Разбойник почесал за ухом, положил одну монету в карман, остальные засыпал
обратно в кошель и вернул мужичку.
- Извини, даже грабить тебя совестно. Ступай с миром. Но помни – в городе есть
пострашнее меня люди. Будь осторожен!
72
Мужичек, обрадованный таким исходом, поблагодарил Разбойника и поспешил
дальше. Он надеялся, что в городе уж его никто не тронет – ведь столица это. А Разбойник
спрятался за камень – ждать другую жертву, более богатую. Благо день еще не закончился,
может, какая-нибудь карета богатого вельможи проедет...
Однако зря Мужик не прислушался совета Разбойника. Потому что в городе
действительно развелось немало грабителей, причем многие из них и не прятались, а гордо
разгуливали по улицам, размахивая саблями и гремя щитами. Они проверяли хозяйственную
деятельность мастерских, взимали поборы и налоги с жителей, причем в тех объемах,
насколько позволяла им жадность, заодно, пытали, убивали, если кто-то возмущался. И
первый из них уже встречал каждого прохожего у городских ворот – это был пузатый и злой
Стражник.
- Стой! – приказал он мужику. – Куды идешь?
- На базар, за покупками, господин начальник, - смиренно произнес Мужик. Он также
недолюбливал эту братию, ибо немало крестьян было убито такими государевыми людьми.
Стражник хмуро осмотрел его и, скривив лицо, произнес:
- А паспорт есть? Прописка и регистрация? Налог на имущество заплатил? Налог с
урожая? И уплати заодно за ремонт дорог, раз уж зашел к нам!
Мужик расстерялся:
- О чем вы, господин начальник? Какие тут дороги – все сапоги разбил, пока до города
добрался... Одни камни, слякоть и ямы...
- Ах, ты, подлец, смеешь критиковать политику нашего правителя! – заорал Стражник
и стукнул кулаком в лицо Мужичка. Раздался хруст сломанных зубов, брызгнула кровь.
Бедняга упал на земл. Тут набежали остальные стражники и стали пинать его, приговаривая:
- Будешь знать, мерзавец, как супротив нашего правителя выступать! Как критиковать
его политику! Дороги ему, видишь ли не нравятся! А ты, мразь, знаешь, сколько много денег
уходит из казны на строительство дорог?!
Избив его до полусмерти, они стали обыскивать его и нашли кошел с девятью
монетами.
- Отлично, - улыбнулся Стражник, высыпав сродержимое кошелька к себе за пазуху. А
потом приказал: - Вышвырните, братцы, этого негодяя отсюда! Нечего ему в город входить
без регистрации и прописки!
Стражники схватили Мужичка, выволокли за пределы городской стены и вышвырнули
на пыльную дорогу.
- Без денег сюда не суйся! – орали они, смеясь. – И больше не смей говорить, что
дороги здесь плохие!
Несколько часов пролежал Мужичек, пока добрые люди не помогли ему смыть кровь
с лица, обвязать перебитые руки-ноги тряпками. Один старик даже отдал ему костыль,
чтобы тот мог вернутся к себе в деревню. И пошел бедолага домой, горюя. Ведь нечем ему
радовать детей и жену. И осень и зима теперь будут мрачной, ибо не купил он и
принадлежностей для хозяйства. Совсем без денег семья осталась.
У поворта опять он повстречал Разбойника. Тот выскочил и хотел было приставить
нож к горлу жертвы, как остановился и присвистнул от удивления:
- Батюшки, так это ты? Мы ж с тобой несколько часов назад встречались! Кто это тебя
так обработал? Что произошло?
Рассказал ему Мужик, что поделали с ним стражники, как отняли все деньги и избили
до крови. Задумался Разбойник, стало жаль ему этого человека, достал из кармана монету
и, протягивая, сказал:
- Возвращаю тебе твое добро! Возвращайся домой, и постарайся не иметь дела со
стражниками – те и мать родную ограбят, не моргнув!
Горючими слезами заплакал Мужик, взял монетку и закостылял дальше. Он не знал,
что и сказать своим родным. Боялся видеть опечаленные глаза детей и тоску жены.
Праздники были сломаны...
А тем временем Разбойник направился в город. Миновал он стену через тайный лаз,
ибо не хотел платить налоги никому, вошел в таверну, где обычно пировали стражники. Тот,
кого он искал, уже там и сидел: пузатый Стражник пил вино и поедал закопченную ножку
быка. Вокруг него высилась гора посуды со всевозможными явствами. Увиде Разбойника, он
махнул ему рукой: мол, иди сюда.
73
Разбойник подошел и подсел за стол.
- Здорово, брат, - сказал ему Стражник, хлопая себя по пузу.
Разбойник был удивлен:
- Какой же я тебе брат? Мы совершенно разные люди...
- Ха, как бы не так, - хмыкнул Стражник. – Мы оба с тобой одной профессии, делаем
одно дело – грабим этих придурков, - и он обвел рукой всех сидящих в таверне и ткнул в
окно, за которым ходили по улице люди. – Видишь, сколько мрази там ходит? Все они нам
должны деньги! И мы сохраняем им жизнь, если они не сопротивляются и добровольно
отдают нам деньги.
Разбойник не был согласен с такой философией.
- Ты грабишь, прикрываясь законами, а это более омерзительнее, чем делаю я,
просто грабя, потому что у меня нет иной профессии, нет семьи, дома, и я голодный, - сказал
он. – Я не обманываю. Я не презираю тех, кого граблю. Я не граблю кого попало. Я знаю, что
если отнять последнее у бедняка, то он умрет, умрут и его родные, а мне в итоге ничего не
достанется в следующем году. Я стараюсь экспроприировать богатых, зная, что у них не
убудется, если они лишаться пару монет. Ты же грабишь всех: и бедных, и средних, и
богатых, ибо ты не думаешь о будущем. Тебе лишь бы сейчас набить брюхо.
- Верно, - согласился Стражник, наливая из кувшина в кружку новую порцию вина. – А
что мне думать о народе – я не святоша какой-нибудь. Звон монет мне приятнее молитв и
песен. Добродетельностью заниматься стражникам не положено. Нам дали оружие и
поручили пополнять казну правителя. Заодно мы подправливаем и личные дела. Ибо такова
природа: одним быть хищниками, а другим – жертвою. Слава богу, мы не последние. Мне
чихать на тех, кто остается без денег, пускай подыхают. Зато мои сундуки полны золота и
серебра.
- Вот за ними я-то и пришел, - сказал Разбойник. Не успел пикнуть Стражник, как нож
вонзился ему в брюхо и вспорол кишки. Ткнулся он лицом в салат и больше не шевелился.
Разбойник спокойно обошел стол, поковырялся в сумке Стражника, достал оттуда мешок с
деньгами и привязал к своему поясу. Сидевшие в таверне посетители сделали вид, что
ничего не заметили. Они знали крутой нрав этого Разбойника и не желали на себе испытать
остроту и глубизну его ножа.
- Увы, и стражники порой бывают жертвами, - хмыкнул Разбойник. Он спокойно вышел
из помещения, и вскорее шел по пыльной дороге в сторону деревни.
Вечером он был там. Найдя дом Мужичка, он постучался. Дверь открыла ему
грустная супруга:
- Вам что надобно, добрый человек? – видимо, она была опечалена случившимся с
мужем. Из дома раздавался плачь детей.
- Ваш муж потерял эти деньги, я нашел и хочу их вернуть, - сказал Разбойник,
протягивая туго набитый мешочек. – Купите себе леденцов, пряников, новую рубаху и штаны
мужу, сапоги, а себе и детям – новых нарядов, да игрушек...
Супруга от радости не могла выговорить и слово. Разбойник ткнул ей в руки деньги и
быстро ушел. Напрасно звала его супруга на ужин, ибо тот не хотел слушать
благодарностей. Потому что добродетель не нуждается в похвалах и благодарностях. А
жадность, лицемерие, высокомерие – это худшее из человеческих качеств – всегда должно
презираться и осуждаться.
Но бывают в жизни разные странности. Например, порой разбойники благороднее и
честнее тех, кто призван защищать нас от них. Может, потому что сохранили совесть?
(3.12.2007)

Как Узурпатор присягу принимал

В одной стране жил и правил... ээээ, Узурпатор. Это раньше он назывался


президентом, когда его действительно избирали демократическим путем. Но это было так
давно, что мало кто и упомнит то время. Трудно пдсчитать, сколько лет и сколько раз у
власти этот человек, многое утекло с той поры, в том числе и золотовалютный запас
государства в его личные карманы, налево-направо распродал он богатство народа,
обзавелся врагами среди друзей и завел друзей среди врагов. Зато его охраняла огромная
армия полицейских и солдат, которые одновременно убивали и пытали инакомыслящих,
74
оппозицию. Поддерживала Узурпатора и чиновничья рать, которая тоже высосала немало из
страны и у людей.
Понятно, что будучи старым и больным, Узурпатор не собирался уходить на пенсию.
Давно зашкалили сроки пребывания у власти, даже придворные юристы не могли найти
повода для продления его сроков полномочий. Да разве это остановит Узурпатора. Решил он
сыграть в демократия и провел очередные выборы. На следующий день к нему вбегает
руководитель Главного избирательного комитета и говорит:
- Господин Узурпатор, у меня для вас две новости, правда, одна плохая, а другая –
хорошая.
Узурпатор только что набил себе брюхо, выпил бутылку джина с содовой и поэтому
благодушно махнул рукой: «Начинай с хорошей».
- Я подписал документ, согласно которому вы еще на 10 лет становитель главой
государства, поздравляю!
Узурпатор довольно икнул.
- А плохая?
- Плохая новость заключается в том, что за вас никто проголосовал, даже ваши
полицейские и чиновники!
Узурпатор вскочил злой-презлой и стал ругаться нехорошими словами. А потом
закричал:
- Чтобы никто пикнуть не смел о моей власти, сегодня же проведем инагурацию.
Быстро организуйте это. Чтобы после обеда я считался официально президентом
республики.
Руководитель ГИК поклонился и выбежал, чтобы раздать команды соответствующим
структурам.
Через два часа толпа журналистов, дипломатов, чиновников, почетных деятелей
кишела в главном зале Диктаторского дворца. Телевидение готово было все пустить в эфир,
шептались от восторга придворная челядь. Караул стоял в парадной одежде и
напружинился, чтобы отдать салют главе государства.
Узурпатор не заставил себя долго ждать. Он вышел к народу в мундире и сразу
подошел к трибуне, где на подставке лежала большая книга – Конституция страны. Согласно
протоколу, он должен был произнести клятву, положив руку на этот самый главный документ.
Руководитель ГИКа стоял с цветами, он призвал людей к молчанию.
Узурпатор положил левую руку на книгу и хотел было прочесть первые строки клятвы,
как... вдруг Конституция вскочила и запищала:
- Не смей, подлец! Ты нарушал меня все это время и сейчас не имеешь право быть
главой государства. Не прикасайся ко мне! – и книга прыгнула на пол и побежала к выходу.
Руководитель ГИК, чиновники, почетный караул стали ловить ее. Поднялась суматоха.
Журналисты не знали, следует ли это передавать в эфир. Они всего лишь показали, как
Конституция, продемонстрировав свою сноровку, не далась в руки и сумела скрыться.
Все в страхе замерли. И тут послышался злой рев Узурпатора:
- Эй, вы, придурки! Быстро принесите мне другую книгу! Никто не остановит меня! Я
останусь главой государства!
На крайний случай всегда держали Коран – священную книгу, на ней тоже
разрешалось принимать присягу. Ее быстро принесли и положили на подставку. Узурпатор
хмыкнул, подошел к книге и положил на нее свою заросшую волосами, пятнистую жирную
руку. Телеоператоры зафиксировали этот торжественный момент. И вдруг... Коран заговорил
человеческим языком:
- Ты – нечестивец и богохульник, как ты смеешь пачкать меня своими пропитанными
кровью руками и произносить священные суры? Я такого кощунства не допущу!
Как только книга это произнесла, тотчас вспыхнула яростным огнем. Он был такой
силы, что Узурпатор не успел отреагировать и обжегся.
- Мать твою! – вопил он, прыгая вокруг трибуны и дуя на обоженную ладонь.
Присутствующие замерли от страха. Прибежали врачи и быстро наложили повязку, сделали
обезболивающий укол.
Коран догорел, и лишь пепел остался на этом месте как символ того, что не все
подвластно правителю. Руководитель ГИКа расстерянно смотрел на шефа:
- Ээээ, Ваше превосходительство... а что же делать?
75
- Думать надо, идиот, – неси другую книгу! – наорал на него Узурпатор.
- Но у нас нет другого экземпляра Конституции или Корана! – лепетал тот в ответ, ему
мерещилось, что сейчас придет палачи и отделит голову от туловища. Может, в этот момент
Узурпатор этого и желал, но при виде тысячи присутствующих такого он позволить себе не
мог. И поэтому спосил:
- У кого есть какая-нибудь книга? Серьезная только?
Из толпы чиновников, дрожжа, выполз министр внутренних дел. В руках он держал
замызганный кровью том. Это был Уголовный кодекс, которым министр допрашивал
арестованных или избивал подчиненных милиционеров. Книга имела большую практическую
ценностть, и поэтому он всегда носил ее с собой.
- Вот, - сказал министр, протягивая кодекс.
Руководитель ГИКа быстро схватил книгу и, положив на подставку, отскочил – он
боялся, что и это издание может взбунтоваться. Но Узурпатор этого не боялся, ведь
Уголовный кодекс помог ему продержаться у власти столько лет, так что они были
родственниками по кровожадности. Но не совсем, как потом выяснилось.
Едва левая рука легала на переплет, как там возникли огромные металлические зубы,
которые вцепились в живую плоть.
- О-о-о!!! – из груди Узкрпатора вырвался дикий рев. Он стал отплясывать среднее
между румбой, джаггой и ча-ча-ча, пытаясь сорвать с руки кодекс. Но книга не выпускала
жертву, она впитывала в себя его кровь и шипела:
- Ты – преступник! Тынарушил все мои статьи и должен быть арестован! И предан
суду!
Наконец-то книгу удалось оторвать от руки Узурпатора. В ярости тот бросил ее на пол
и стал пинать, что во все сторону полетели страницы. А Узурпатор кричал, совсем
забывшись, что его слушают дипломаты и записывают журналисты:
- Законы писаны не для меня – для народа! Я выше закона и Конституции!
Тут министры и чиновники тоже взбеленились и стали ловить страницы, чтобы
порвать их в клочья, ибо их тоже раздражали такие слова – закон, Конституция, права
человека... Вскоре от книги ничего не осталось.
Тут вновь подбежали врачи, наложили швы, сделали перевязку. Узурпатор морщился,
но терпел. Ему хотелось поскорее завершить процедуру и вновь почувствовать себя
хозяином страны.
- Что нам делать, ик, ик? – трясся от страха руководитель ГИК.
- Завершить инагурацию! – прошипел злым голосом Узурпатор. – Есть ли у кого какая-
нибудь другая книга?
Чиновники молчали. Они боялись предложить, так как не знали реакцию книг. И тут
кто-то вытолкнул вперед директора секретной службы – одного из грязных людишек при
Узурпаторе. Именно ему поручались самые омерзительные дела: будь-то убийство, или
подстава, или сбор компрамата, или преследование – все эти задания выполнялись
успешно.
- Что у тебя? – рявкнул Узурпатор, насупив брови.
Директор повернулся вначале назад, чтобы отыскать того, кто его вытолкнул, а потом
спохватился, поклонился Узурпатору и запел нежным голосом:
- Ваше превосходительство, вы прекрасны и могучи, вы затмеваете само солнце...
- Книга есть, баран? – прервал его лесть тот.
Директор замялся:
- Э-э-э, есть вообще-то... легкое чтиво... не для такой миссии она... на ней нельзя
принимать присягу...
- Это мне решать, идиот! Давай сюда!
Директор секретной службы, смущаясь, передал ему толстый том. Эта была
«Камасутра» - искусство секса, лучшее учебное пособие гэбистов. Именно этим они и
занимались во время рабочего дня.
И именно на этой книге Узурпатор дал клятву перед присутствующими и при свете
юпитеров. Книга спокойно восприняла слова, ибо то, что делал до этого Узурпатор с народом
и страной было отражено на многих ее страницах как позиция и техника секса. А позже,
читая «Камасутру», Узурпатор понял, как многое он не знал в своей жизни, и улучшил
методы управления государством.
76
(14.12.2007)

Черная дыра

Жили-были два друга. Один был экономистом, а другой – физиком. Не смотря на


разность профессий они часто собирались и обсуждали насущные проблемы. Ведь в этом
мире нельзя быть в стороне от событий, которые происходят то тут, то там, а в итоге это
затрагивает всех.
В один прекрасный день заявился к физику его товарищ, весь взволнованный такой, с
кипой бумаг и говорит:
- Слушай, понять не могу в своих расчетах. Страна такая богатая, производим сотню
тонн золота, два миллиона тонн хлопка-волокна, сотни тысяч тон плодоовощной продукции,
добываем нефть, газ, уголь, редкоземельные металлы, но не знаю, куда уходят деньги от
продажи этих ресурсов.
- Да ты что! – поразился физик.
- И это еще не все: огромные таможенные пошлины на импорт, налоги на бизнес,
оказываем услуги, экспортируем, производим сами машины, самолеты, пластмассу, цемент,
кирпичи – все это учитывается в валовом национальном продукте, но денег нет в бюждете! –
продолжает дальше неудомевать экономист, растерянно смотря на бумаги. – Парламент
утверждает бюджет, но никто не может сказать, куда уходят деньги!
- Вот это да!
- И я удивляюсь: правительство заявляет, что есть огромные инвестиции,
гастарбайтеры шлют валюту из-за границы, банки ворочат большими денежными ресурсами,
растет ВНП, а почему мы такие нищие? Почему нет ничего в школах? Пенсионеры месяцами
ждут пенсий, а работники – зарплаты? Нет денег ни в банкоматах, ни в сберкассах, нигде, -
смущенно говорит экономист. – И я ничего не понимаю!
Физик почесал голову и протянул:
- Да, друг, это загадка... И что ты хочешь от меня?
- Вот я думаю, может, это какие-то физические явления влияют на экономику страны?
Может, ты сумеешь что-то понять! – ответил экономист.
Физик был не дураком, отказать другу не мог и сел за расчеты. День думал и считал,
два – выводил графики и строил таблицы, а на третий с уставшимим лицом и
покрасневшими от бессонных ночей глазами заявляет:
- Эврика! Я все понял, в чем проблема!
- В чем? – стал трясти его экономист, боясь, что тот потеряет сознание, прежде чем
скажет об открытии.
Физик встал, покачиваясь, и, показывая на исперещенную формулами и схемами
доску, сказал:
- В нашей республике появилась черная дыра!.. Это звучит фантастически, но это так!
Экономист ошалело посмотрел на него. Он не знал, что это такое.
- Поясни, - попросил он.
- В космосе существуют черные дыры – коллапсированные звезды. Они имеют
огромную массу и все втягивают в себя. У них такая сильная гравитация, что даже лучи
света не могут вырваться с поверхности... Теоретически возможно, что черные дыры могут
быть и на планетах...
- И ты хочешь сказать, что такая черная дыра появилась у нас? – прошептал
экономист, со страха падая на колени. Его мутило от такой мысли.
- Ага. Именно она засасывает все деньги, все валютные поступления, весь доход
страны! И поэтому никто не может ничего понять!
Экономист взъерошил чуб:
- Слушай, друг, а ты можешь показать, где эта черная дыра? Ее координаты? Мы
должны предупредить власти об этой опасности!
- Конечно, я подключился к спутниковой навигационной системе, картографическим
разработкам и сумел вычислить место расположения черной дыры... – тихо ответил физик.
- И где же она?
77
Тот показал на карту, где жирным кружком был обведена точка, - центр черной дыры.
Присмотревшись, экономист ужаснулся: там располагалось здание президентского дворца.
«Боже мой, какая опасность угрожает нашему властителю!» - воскликнул экономист.
- Нужно предупредить президента о черной дыре! – сказал он, хватая физика за
грудки. – Это наша гражданская обязанность! Теперь мы знаем, где исчезают наши богатства
и национальное дос тояние! Теперь президент будет знать, откуда исходит опасность!
Друг был согласен. Они сели в машину, захватив с собой расчеты, и поехали в
сторону президентского дворца. Трудно сказать, как долго им пришлось пробиваться сквозь
охрану, чиновников, прежде чем их подвели к главе государства. Тот, обвешанный
бриллиантовыми и золотыми орденами и медалями, с рубиновыми перстнями, в дорогом
костюме сидел за столом и курил дорогую сигару. Он был спокоен.
- Господин президент! – сказали друзья. – Мы знаем, в чем причина нашей бедности!
Мы поняли, куда уходят деньги! Мы совершили открытие!
- Да? – удивился президент. – И куда?
- В черную дыру! Здесь, у вас находится черная дыра, именно она засасывает все,
что в течение многих лет производит наш многострадальный народ! Нужно остановить эту
катастрофу, принять срочные меры! – взволнованно говорили экономист и физик. Они
выложили на стол все свои расчты.
Президент не был физиком и тем более мало что смыслил в экономике. Но он оценил
их открытие.
- Вы правы! Вы близки к правде! – согласился он. – Но это – государственная тайна, а
вы сунули нос туда, куда запрещено. Поэтому, я вас отправлю самих в черную дыру! – и он
нажал на кнопку на столе.
Дзииинь! - в ту же секунду в комнату влетели охранники, быстро скрутили друзей и
отвели в подвал. Там же быстро произвели казнь. Трупы закопали. А их бумаги с расчетами
сожгли. Чтобы никто из простых и смертных не знал об этом и не мог потребовать закрыть
черную дыру.
Так что если в какой-то стране ресурсов много, но при этом народ голодает,
экономика работает на неизвестно что или кого, то задумайтесь, может, это действие черной
дыры? Только искать ее долго не надо – она находится обычно в правительственном доме.
(17.02.2008)

Кому откроешь дверь?

Жил в одном доме за запертой дверью один парень. Нет, не его закрывали, а сам он
себя заточил в одиночестве. Почему? Был скромный такой, застенчивый, можно сказать,
даже робкий. Не хотел он никому зла, но и добро не приносил, не совершал подлостей, в то
же время не геройствовал, жил он от всего огорошенно, ничем не интересовался и никого, в
свою очередь, сам не интересовал. Порой казалось соседям, что это человек-невидимка там
существует.
Парень никогда никому не открывал дверь даже на редкие стуки и звонки. И поэтому
был удивлен, когда однажды к нему кто-то настойчиво стал ломиться.
- Кто там? – недовольно спросил он. Через глазок он увидел что-то яркое,
светящееся, радостное, но конкретно кто или что не разглядел, ибо все так рябило в глазах.
В этом было столько энергии и эмоции, что можно было просто ошалеть.
- Это я – твоя мечта! Открой мне дверь, и твоя мечта сбудется! – ответил кто-то
звонким и радостным голосом по ту сторону двери.
Парень замешкался. «Какая моя мечта? Разве у меня есть мечта? Вроде бы не было
и нет. Да и зачем она мне нужна?» - неудомевал он. В этот момент он не хотел никого видеть
и ни о ком слышать, тем более отпирать дверь. Особенно незванной мечте. Ведь соседи
могли позавидовать, потом устраивать ему козни от злости, ревновать к мечтам, да мало ли
что способны устроить эти люди. Лучше подальше от них, и от мечты.
- Ступай в другое место, я не желаю тебя знать, - проворчал парень, взъерошил чуб, и
вернулся в комнату. За дверью огорченно вздохнули и ушли...
Прошло еще несколько лет, и опять кто-то настойчиво стучиться. Торопливо так
стучал.
78
- Да что это такое?! – раздраженно сказал уже не парень, а молодой мужчина. – Кто
вторгается в мою жизнь? Кого там нелегкая носит?..
- Да открывай ворота, это же я – твое счастье! – мелодичный голос раздался за
дверью. Мужчина надел очки и взглянул в глазок и ничего разобрать не может: что-то
белоснежное порхает там, музыка раздается, радуга светит. – Не упускай меня. Ведь я
ветренная, сегодня тут, завтра – там, удержи меня!
Мужчина пожал плечами:
- Не понял, а я тебя разве звал?
- Как, не нужна я тебе? – изумилась счастье. Она не могла поверить в такое решение
и в такие мысли.
Ответ немного озадачил мужчину. Неизвестно, что принесет это счастье, ведь рядом
ходят столько завистников и подлых граждан, каждый норовит пакость подкинуть, лишь бы
кому-то было плохо, хуже, чем им самим. Такова уж человеческая природа – быть гадким,
урвать свое. Уж лучше подальше от таких ситуаций. А так мужчине живется спокойно, хоть и
без счастья, зато и без проблем.
- Вы ошиблись дверью, вам в следующую квартиру, - ответил он, и ушел в темную
комнату коротать время.
За дверью раздались удаляющиеся шаги...
Через несколько лет кто-то стал также настойчиво стучать в дверь: бух! Бух! Бух!
Зрелый мужчина вскочил с дивана и ринулся в коридор.
- Эй, что за безобразие! – заорал он. – Что за хулиганство! Кто там?
Из двери раздались звоны металла, сопение, шуршание.
- Да это я – твое богатство, быстрее открывай дверь, а то все растеряю! – ответил кто-
то. Мужчина посмотрел в глазок: ох, что-то золотое сверкало там, серебром переливалось,
хрустящие банкноты летали, рубины и изумруды сверкали, от такого богатства ошалеть
можно было.
Но не таков был домосед. Он почесал лысину и задумался: даааа, это ему нужно? С
таким богатством долго не протянешь, люди завистливые, донесут кому-нибудь, сразу
захотят ограбить его или ненароком убить, или налоги стянуть. Весь город в бандитах и
ворах, налоговиках и таможенниках, опасно иметь такое состояние, чай не банк он, а
простой человек. А так он и не богатый, хотя и не при лишних деньгах. Жилось же ему тихо-
спокойно, к чему эти хлопоты?
- Ступай-ка, знаешь, к другому, который в тебе нуждается, - произнес мужчина,
сердито топнув ногой. И пошел спать.
За дверью богатство, сопя, удалялось...
Прошли года, но не оставили в покое пожилого человека. Снова в один какой-то день
постучались, причем, уже спокойно и уверенно.
- Ну, что за дела? – возмущенно шепелявя, сказал пожилой человек. Его уже мучала
отдышка, и далеко ходить он не мог. – Кто там мучает меня?
Он протер огромные линзы на очках, надел их и потом взглянул в глазок: а там за
дверью что-то серое, серьезное, искрит и извергает пламя. Бог ты мой, что за чудище? Что
за кошмар?
- Я не чудище, а мудрость, - произнесло что-то. В голосе чувствовались уверенность и
тактичность. – Открывай дверь, поделюсь я с тобой опытом, знаниями и спокойствием.
Мужчина натянул на пузо пижаму и задумался. Зачем ему нужна мудрость, кому он
будет советовать и кого учить? Он никого не желает знать, и его мудрость никому не нужна.
Иначе люди станут косо смотреть на него, типа, вот умник выискался, шибко грамотный, или
наоборот, станут толпами ходить, просить чем-то подсобить. И начнут его мучить, доставать
всякими просьбами, проблемами, мозги ему крутить... «А надо ли мне это?» - с
неудовлетворением думал мужчина.Живется хорошо, пускай никому он и не помог, однако и
он ни от кого поддержки не искал.
- Знаешь что, проваливай подальше! – просопел мужчина и удалился в комнату.
Мудрость солидно шаркнула ножкой и неторопливо ушла.
Прошло еще немного времени. И к уже дряхлому старику однажды кто-то постучался.
Так лениво и непринужденно.
Старик медленно подошел к двери и стал думать. Столько лет он живет в комнате и
никому не открывал и никого не видел. Что-то тоскливо совсем стало, муторно, тяжело на
79
душе. Может, действительно стоит хотя бы раз открыть дверь и поговорить, а вдруг это не
так страшно? И не так опасно? Злые люди так не стучат...
Не стал смотреть в глазок старик и открыл дверь.
А перед ним стоит старуха с косой.
- Пришла я за тобой, - сказала она. – Только мне ты и открыл свою дверь. Значит, я
нужна тебе...
И взмахнула своим орудием.
Люди бывают разные, но не все завистливые и злые, раздражительные и гадливые.
Но какими бы они не были, однако никто не завидовал старику, который встретил смерть
открытой дверью.
А кому открываете дверь вы?
(18.02.2008)

Остров невезения в океане есть...

На далеком острове жил Каннибал. Конечно, не один, а с народом, только он был


просто главным, за вождя то есть. Ел всех, кого желал и днем, и ночью, и все сходило ему с
рук. Старейшины (они же сочинители законов) молчали, потому что боялись вождя, они даже
закон приняли «О каннибализме», где разрешали Каннибалу съедать сограждан и чужих в
знак особых его заслуг перед человечеством и островом. Те, кто исполнял приказы вождя,
следили, чтобы не было наоборот, - сограждане не сожрали своего предводителя. Иначе
нельзя - все государство разрушится...
Жилось туго народцу здесь, если честно говорить. Экономика была из вон рук плохая,
неизвестно куда уходили собранные бананы, пойманная рыба, стада слонов и кенгуру. Люди
голодали, а Каннибал и его семья, плюс охранники жили припеваюче. Иногда вождь собирал
возле своей пещеры старейшин и рассказывал им о жизни, например, что сегодня лучше,
чем вчера, а завтра мы все будем более счастливыми, чем сегодня. И тихонько ел кого-
нибудь. А народу давал немножко бананов и киви. Старейшинам позволял жить на самых
удобных деревьях. Простолюдины спали на песке. Конечно, некоторые сограждане пытались
потихоньку уплыть с острова, но далеко ли уплывешь, когда вокруг акулы, да барракуды
шныряют?
Зато повадились приезжать на остров иностранцы. Так, прикатил на авианосце
американский сенатор и говорит вождю, как у вас хорошо тут, все прекрасно и правильно,
демократия и свобода, лидера народ путем прямого голосования избрал. Каннибал
соглашается и простодушно рассказывает, что кто отказался прямо голосовать, попал ему на
обед. Даже те, кто хотел выставить себя на пост лидера, проиграли выборы и потом долго
варились в котле с приправой... «А демократия у нас специфическая – островная, то есть с
определенными традициями и обычаями, и их нельзя нарушать, мы идем к прогрессу своим
путем, своей моделью развития», - замечал вождь. Сенатор кивает головой, и предлагает
дружить против кого-нибудь. Каннибал соглашается, и продолжает есть тех, кого не успел
после выборов докушать.
Потом прилетел на самолете министр экономики Германии, ходит по пляжу и
радуется: какая мощная хозяйственная система создана на острове, есть все условия для
развития: вода, песок, пальмы, бананы, кокосы, носороги, да и людской потенциал
формируется как надо... А Каннибал отвечает: да, экономика у нас отличная, народу много -
на мясо хватает, жаловаться грех. И ест одновременно тех, кто выступал против такого
развития. Министр улыбается, жмет ему ручку и предлагает торговаться. Вождь
соглашается, не забывая обглодать ногу одного человека, который – какой ужас! - не захотел
делиться с государством своими бананами.
Не забывает об острове и российский премьер, так недавно прибыл на танке и с
башни спрашивает: вас никто не беспокоит, террористы, например? А Каннибал отвечает:
беспокоят, гады, мутят воду в обществе, грозят переворотом, но я их сьедаю первым. Да,
нельзя расслабляться вождю, нужно зорько следить за событиями. Ведь он единственный
гарант самого главного закона «О каннибализме». Премьер предлагает помощь в случае
нападения и обещает поставить на постой своих солдат. Каннибал соглашается: спасибо,
помощь всегда пригодиться, только присылайте упитанных военнослужащих, не
худощавых...
80
А южнокорейского президента интересовала проблема прав человека и свободы
прессы, мол, с этим у вас все в порядке? Каннибал пригласил его к столу и угощает:
кушайте, господин президент, это почка от правозащитника, это сердце – от независимого
журналиста, а эти мозги – от профессора, который критиковал вождя. Так что мы заботимся
об оппозиции, никого не упускаем из виду... Видит гость, что все хорошо на острове, и
предлагает Каннибалу покупать из Кореи холодильники для мяса и высокочастотные печки,
чтобы жарить продукты, не рубить деревья для растопки очага – все-таки экологию следует
соблюдать. Вождь не против. Конечно он за кооперацию и сотрудничество, за здравый
смысл и здоровую пищу...
Вот так живет Каннибал. Вот так существует народец. Вот так шастают на остров
разные делегации и видят то, что хочет видеть сам вождь: порядок, развитие, демократия,
традиции и устои. А о людоедстве и не вспоминают, словно этого здесь и нет. А почему?
Да потому, что на острове полным-полно алмазов. Копни лопатой - и килограмм
прозрачных камешков на ладони. Вот и едут за этим богатством американцы, россияне,
китайцы, французы, немцы, итальянцы, японцы. Каннибал продает бесполезные ему
алмазы, зато взамен никто в мире не замечает его страсть к человеческому мясу.
Ведь политика превыше трупов... ой, еды...
(28.02.2008)

Кинопроектор Судьбы

У Судьбы была одна работа – в монтажной. Она монтировала фильм о человеческой


жизни. Причем о каждой в отдельности. И это не просто, ведь людей на Земле с каждой
секундой становится все больше и больше – за пять миллиардов перевалило, а за каждым
следует сделать фильм, никого не пропустить и не оставить без судьбы. Сами понимаете,
работы было много. И ни одно тысячелетие она занята этим, вся человеческая цивилизация
прошла через монтажную.
Но у каждой личности – своя кинопленка. У одних цветная и с хорошим звуком. Иным
предоставлена черно-белая пленка и без звука. Одним выделен временной лимит на
тридцать минут, другим – полнометражный фильм, а третьим – вообще многосерийный, с
продолжениями. Фильмы были о жизни в Африке, Азии, Европе, Америке и даже
Антарктиде. Время – с начала развития человечества до сегодняшних дней. Судьба сама
решала, кому подрезать пленку, а кому продлить. Чем она мотивировалась в этом – трудно
сказать. Нельзя было понять, почему одним она давала достойную жизнь, а другим – жалкое
существование, почему одни были богатыми и здоровыми, а другие – бедные и больные.
Одних фильм вел к славе и почету, других – на эшафот и безмолвствию.
Судьба была суровой, но справедливой. Жизнь вообще непростая штука, и Судьба
это знала. И поэтому из ее мастерской выходили различные сюжеты. Одни были в стиле
Болливуда – музыкальные, яркие, красочные, с танцами и песнями, большой любовью и
эмоциальной историей. Другие словно штамповались в Голливуде – боевики: погони, драки,
тюрьмы, мрачное прошлое, но надежда на светлое будущее и торжество справедливости.
Были паторитические – то что снимались на «Мосфильме». Появлялись и комедии, и
любовные фильмы, и мелодрамы, и трагедии, и приключения, и даже фантастика. В каждом
фильме прослеживалась жизнь каждого человека, родившегося на Земле. Судьба следила,
чтобы фильм имел начало и логический конец. Правда, конец был у всех разный.
В процессе монтажа Судьба могла поменять направленность. Если герой проявлял
силу и дух, заявлял о себе, как о личности, достойной внимания, то она вносила коррективы,
например, из трагедии создавала шедевр с оптимистичным концом. Или наоборот, из
комедии превращала фильм в ужастик, если человек оказывался пустышкой. Так что каждый
сам себя вел или на кресло президента, или на скамью подсудимых, – Судьба только
подстраивала пленку под каждого. Не стоит ее винить в трагическом конце одного или
благодарить, что она дала славу и достойную жизнь другому, третьего вообще оставила без
ничего – памяти и внимания.
Когда фильм был готов, Судьба брала бобину и вставляла в кинопроектор, и
включала мотор. Гасился свет в зале, но в туже секунду вспыхивала лампочка в объективе,
и на экране начинался фильм. Длился он столько, сколько определено человеку. Судьба
смотрела и радовалась, если фильм удался, печалилась, если все вышло насмарку,
81
пожимала плечами, если было ни то, ни се. Как только лента заканчивалась, мотор
отключался, и в ту же секунду останавливалось сердце человека.
Жизнь – это лента в кинопроекторе Судьбы. Но личность может подсказать ей, как
построить фильм, если проявит свои человеческие качества.
(7.03.2008)

Про две авторучки

В одном пенале находились две авторучки. Одна черного цвета, другая – белая. Но на
этом контраст не заканчивался. Разными они были и по внутреннему содержанию – то есть
пользованию. Дело в том, что первой писали грязые статьи, доносы, кляузы, оскорбления и
анонимки, а второй – только яркие и чувственные письма, душевные стихи и жизненные
рассказы. Поэтому обе авторучки считались антиподами, и если честно, то друг друга
ненавидели.
- Ты пишешь всякую чушь, ненужные никому слова о добре и справедливости! –
презрительно говорила черная. – Ты где видела объективность и беспристрастность в этой
жизни? О каком гуманизме и братстве твердишь? Весь мир – это сборище подонков, и
поэтому нужно жить как с волками, и выть по-волчьи! Порядочность и совесть придумали
гаденыши и подонки! Народу нужна твердая рука и плетка!..
- Ты не права, - отвечала белая авторучка. – Нужно смотреть на мир добрыми
глазами. Если бы мир состоял только из темных цветов, то он давно бы разрушился. Добро
противостоит злу. И я помогаю поддерживать жизнь светлыми красками. Мои поэмы
вдохновляют людей на прекрасные порывы, мои истории движут их на подвиги, статьи – на
осмысление бытия! Сколько семей я создала, скольким дала зания и опыт, а скольким
открыла глаза на правду...А что пишешь ты?
На что черная хмыкала:
- Ха-ха. А я занимаюсь настоящим делом! Не одного человека я посадила в тюрьму
своими доносами – а это стоит немалого. А скольких я лишила карьеры и работы своими
кляузами, сколько семей разрушила доносами – разве это не успех моих чернил?! Черным
пи-аром привела к власти тиранов и негодяев – это тоже нужно уметь сделать! Лживыми
письмами убила поэтов, писателей, исследователей, политиков – в этом я мастер, и нет мне
равных! Анонимками задушила бизнес – это демонстрация моей силы! К моим строкам люди
относятся с опаской, значит, уважают! А мне это и надо, ведь мир держится на страхе!
Белая приходила в ужас от таких слов. И самое страшное было в том, что ее редко
доставали из пенала. И с каждым разом все меньше ею писали добрые письма,
поздравительные открытки, предложения дружбы, признания в любви, истории о жизни
доблестных и честных людей, размышления о происходящем, анализы о случившемся...
Складывалось впечатление, что мир забыл о белой авторучке и ее позитивных качествах
творить добро и справедливость, искать правду и пути решения проблем.
Зато черная практически не останавливалась в написании обличительных
материалов. Темные персоны от власти не могли совершить гнусности без волшебных
свойств этого «орудия труда». В этих делах она была незаменима. Сколько прокуроров
сфабриковало уголовных дел против честных бизнесменов и политиков этой ручкой –
сказать сложно, ведь всего не перечесть. Не меньше ею пользовались следователи
милиций, когда подписывали фальшивые акты об «самоубийстве» журналистов или
постановление об аресте правозащитников. Немало грязи вылилось и на независимую
прессу и оппозиционные партии, когда журналисты-политтехнологи от официальных
структур хотели заткнуть рот инакомыслящим. А что говорить, если даже сам глава
государства использовал эту ручку, чтобы написать лживые книги об успехах проводимых им
реформ и достижения демократии, или чиркал свои бессмысленные выступления перед
народом.
Так и получилось, что в пенале лежали две ручки: одна уже изношенная от
чрезмерного труда, а другая без пятнышка и следов употребления. Черная гордилась, что
востребована людьми, а белой приходилось горевать о своей бесполезности...
Люди, что вы делаете?
Какую ручку вы выбираете каждый день?
(10.03.2008)
82

Новая версия сказки о семерых гномах

Жили-были семеро гномов. Только прошли те времена, когда они алмазы и рубины
искали под землей. Нынче профессия рудокопа малопривлекательна и не рентабельна.
Богатства гномы добывают в новых местах: так, первый работал прокурором, второй –
милиционером, третий – судьей, четвертый – таможенником, пятый – секретным агентом,
шестой – налоговиком, седьмой – сотрудником юстиции. За короткое время они стали
богатыми и знаменитыми, к ним с поклоном не только каждая собака ползла, но и
королевичи и министры.
Утром они все уходили на работу, а вечером возвращались, начинали пировать и
хвастались своими достижениями.
- Уф, удачный день, - пыхтя, говорил первый гном, который прокурор. – Открыл
уголовные дела на джина из лампы Аладдина, мага-старика Хоттабыча и ковер-самолет за
то, что они без лицензии колдовали и пересекали границы, не имея разрешения на
зарубежные поездки. Они наколдовали мне богатств на три миллиона долларов. Завтра еще
напытаю на три или четыре даже...
- Сегодня я пытал трех поросят, которые открыли забегаловку на опушке, - хвастал
гном-милиционер. – Они не делились с милицией своими доходами. Поэтому одному кишки
вспорол, другого – зажарил, и мы сейчас его едим, а третьего я в чае сварил... гы-гы-гы.
Сейчас этот ресторан мне принадлежит. А волка, который навел меня на это доходное
место, назначил своим менеджером там, теперь он мне бабки отсчитывать будет...
Тут вступали в разговор гном-судья о том, что засудил на эшафот журналистов,
которые описали его заказные мафией судебные расправы над оппозицией, и налоговик, что
выцедил деньги из охраняемых грозным Драконом сундуков. Оказывается, даже эти
крылатые и хвостатые огнедыщащие чудища боятся налоговых проверок. Секретный агент
поведал, как из мальчика-с-пальчика он выбил признания в том, что он террорист и пытался
убить короля страны, и за это глава государства наградил его бриллиантовым орденом.
Сотрудник юстиции смеялся над попытками экологов зарегистрировать свою
неправительственную организацию по защите птиц-фениксов, и признался, что пока те не
дадут ему на лапу «зеленые», то об этом могут и не мечтать. А гном, работающий на
таможенном посту, показал фургон конфискованных товаров – это его дообеденная выручка.
Короче, каждый день гномам что-то приносили их должности, и поэтому всегда
вечером они молились, чтобы скорее наступило утро и они могли бежать на службу... за
богатством. Они уже были не теми добрыми существами, которые раньше помогали
попавшим в беду. Простые люди их дом обходили стороной, а новая асфальтовая дорожка
вскорее заросла сорняками.
И поэтому гномы были несказанно удивлены, когда, вернувшись домой, застали в нем
какую-то девушку. В их отсутствие она прибрала в гостинной, навела порядок в спальне,
постирала и выгладила их одежду, помыла посуду и приготовила пищу. Сперва гномы
решили, что неплохо завести служанку, мол, это облегчило бы им жизнь после праведоной
работы, но тут закралось сомнение, что девушка – порядочная. А вдруг засланная? Уж
больно иностранными выглядели ее наряд и прическа.
- Ты кто? – строгим голосом спросил прокурор. Конечно, от таких тонов сразу дрожали
преступники. И эта девушка тоже испугалась.
- Меня зовут Белоснежка, - призналась она, падая на колени перед гномами, которые
все были в мундирах и при оружии. – Я родилась и росла во Дворце, мой папа – король
соседней страны. После смерти моей мамы, он женился во второй раз, а моей мачехой
оказалась злая колдунья. Она решила, что я представляю угрозу ее трону, и приказала слуге
отвести меня в лес и заставить съесть это отравленное яблоко, - и Белоснежка показала на
аппетитный фрукт на столе. – Но я дала несколько золотых монет ему, и он меня отпустил. Я
бросилась бежать в лес, и бежала до тех пор, пока не наткнулась на ваш домик. Я сразу
поняла, что здесь живут волшебные гномы, и вы мне можете помочь. Мы должны создать
общество по борьбе со злой мачехой!
Гномы задумались. Не все было просто в этом мире. Они предложили Белоснежке
пройти в спальнюю комнату и немного поспать, пока будут совещаться. Едва она скрылась
там, как прокурор заявил:
83
- Подозрительно все это... А вдруг эта девушка действительно плела заговор против
законной власти? Попытка антиконституционного переворота - это, братцы, не игрушки!
- Она подкупила слугу, а это карается законом, - задумался милиционер. – Коррупция,
причем не одобренная властями.
- А деньги на подкуп откуда – из нелегальной деятельности? – нахмурился налоговик.
– Золотыми монетами не раскидываются! Наверное, не декларировала свои доходы, скрыла
от казны монеты!
- Пришла в нашу страну без таможенного досмотра – это преступление, где ее
декларация?! – воскликнул таможенник.
- А вдруг она шпионка и у нее задание – выведать все о вооруженных силах нашего
царства? – прошипел, озираясь, секретный агент. – Она же пришла с ядовитым яблоком,
значит, хочет отравить наши войска!
- Для этого она хочет создать подполье, а это незаконная организация, причем,
вмешиваться в дела суверенной страны, что карается законом! – пораскинув мозгами,
произнес сотрудник юстиции.
- Куда не ткнешься, с ее стороны сплошные преступления, - согласился гном-судья. –
Итак, нам пора принимать решение. Я, как судья, даю ордер на ее задержание и арест. Вам
остается провести оперативно-розыскные и следственные мероприятия.
Все гномы пришли в восторг от этого жуткого решения. Они тотчас кинулись в
спальнюю, скрутили ошалевшую Белоснежку, стали ее пытать, мучить, насиловать. Через
трое суток, она, обескровленная, обессиленная допросами, без волос и кожи, с сотнями
иголок под ногтями, с рубцами от раскаленных щипцов на коже и ожогов от папирос,
искаженным лицом от ударов электричества, синяками по всему телу, призналась во всех
грехах и подписалась под всеми обвинениями. В тот же день судья, исходя из гуманности,
приказал ее казнить, чтобы обвиняемая больше не мучалась.
Белоснежке отрубили голову. Потом отправили депешу злой мачехе, что ее
падчерица закончила жизнь самоубийством, съев отравленное яблоко. Королева была
довольна этим сообщением, и щедро наградила гномов. Сколько она им заплатила, никому
не известно, ибо гномы хранят государственные секреты.
У сказок бывают счастливые концы. Но если в них гномы работают в карательно-
репрессивных органах, то такого просто быть не может. Ведь это сказки – быть добрыми
палачами, судьями, милиционерами...
(12.03.2008)

Про Дракона и Принцессу

Далеко-далеко, за морями и лесами, за болотами и горами, за снегами и пустынями,


находился старинный замок. Огромный, с множеством башень, крепкими стенами, одним
подъемным мостом. Где он располагался – мало кто знал, да и на картах никаких не был
отмечен. Может, в три девятом царстве, а может, и в три десятом государстве, а может и у
черта на куличках – тут даже с компасом не разберешься... Так что простые путники редко
сюда захаживали, если, естественно, случайно не терялись по дороге. Впрочем, и те,
которые сюда забредали, потом жалели. Если, конечно, успевали об этом подумать. Но были
и такие персоны, кто специально стремился сюда попасть, хотя знал об таящейся опасности.
Потому что в замке жил Дракон – одноголовый, с перепончатыми крыльями и
хвостом, когтистыми лапами. Он изрыгал пламя, летал над замком и угрожал всем, кто
захочет проникнуть туда. Можно, естественно, поинтересоваться: а кому нужно лезть сюда,
кого тянет в эти страшные места? Ну, за богатством, во-первых. Ведь в подвалах хранились
сундуки, полные золота, серебра, бриллиантов, изумрудов и сапфиров. А во-вторых, здесь
жила Принцесса. Красивая-прекрасивая, что ни словами сказать, ни пером описать. Любой
человек, едва на нее взглянет, так сразу влюбляется.
Вот их и охранял-то страшный Дракон. Никто не может сказать, ему от этого какой
прок? Сам Дракон тоже не знал мотивации этого, просто так было положено – охранять
сокровища и красавицу. А ей полагалось ждать, когда прискачет на белом коне принц или
благородный рыцарь, убъет Дракона, возьмет в награду золото, а ее - в жены. Так уж
полагается в сказке, ничего не попишешь, не отнимешь. Она сидела у окна, ела пирожки и
смотрела, как летает по небу Дракон, выискивая среди деревьев героев.
84
А таких в первые годы находилось немало. Были знатные вельможи, которые при
поддержке войска пытались взять приступом замок, но их всех на лету сжигал пламенем
Дракон. Скакали сюда и одиночки-богатыри, надеявшиеся на силу мускулов и крепкость
дубины, но и их в поединке побеждала летучая тварь, ибо сама считалась не слабаком.
Приходили также рыцари со свитой оруженосцев, они махали каким-нибудь оружием из
волшебного арсенала – меч-кладинец, копье-самострел, топор-вырубака, всепробивающая
стрела, да только на все эти штучки у Дракона были тоже волшебные контрмеры – крепкий
щит, твердый бронежилет, железный ошейник и т.д. В общем, трудно было одолеть
охранника замка.
Сама принцесса любовалась сражением с высоты башни, и вздыхала, когда
потенциальный жених проигрывал. Его дымящиеся кости еще долго лежали на поле, пока
это место не зарастало дикой травой или сорняком. Но Дракон, подсаживаясь у окна, ее
успокаивал:
- Слышишь, Принцесса, не грусти, значит, не он, тебе богом уготованный, не твой
суженный! Проходимец, хвастун и слабак. Только языком мести умеет, а мечом и не владеет!
Видела, как я его легко одолел?
- Видела, и видимо не судьба нам быть с ним вместе, подождем очередного, -
соглашалась Принцесса, и шла в бассейн, чтобы активным плаванием снять напряжение. А
вечерами она считала золотые монеты или игралась с рубинами. А чем еще заняться в
замке? Ну, разве с Драконом словечком перекинуться. Она продолжала ждать и верить, что
в один прекрасный день придет ее возлюбленный, освободит, предложит руку и сердце свое.
А Дракон продолжал нести дежурство, ибо это было его долгом.
Прошли года. Дракон продолжал каждое утро вылетать на охоту и высматривать
богатырей, волшебников и рыцарей. Он немного погрузнел, мышцы болели, пламя было не
столь обжигающим, а на спине появились какие-то болячки. Но все равно еще считался
грозным противником. Принцесса тоже не оставалась вечно молодой, уже вступала в
зрелость, ее организм требовал активной любви и родов потомства. Странные сны томили
ее по ночам...
Да только героев становилось все меньше. Если раньше таких было два-три в месяц,
то сейчас и один в год был бы в радость. Едва увидев его с высоты замка, Принцесса
махала ему платком, призывала о помощи. Богатырь мчался к ней на коне, на ходу вынимая
меч из ножен. Он видел, как у моста его поджидал уже не летающий Дракон, сложивший на
груди лапы. Монстр сразу оценивал противника, и только думал: сразу с ним покончить, или
поиграть? Конечно, ему было скучно, и он некоторое время играл в поддавки, типа, герой его
одолевает, а он стонет и уже вырубается, бъется из последних сил, и когда человек уже
считал, что бой выигран, то хитрая бестия быстро откусывала ему голову. Щелк! – и
бездыханное тело валяется на траве. Щелк! – и лошадь в закуску.
- Тьфу, какие невкусные, - отвлевывался потом Дракон. – Чем этот герой волосы
моет? Явно, не шампунем. А эта лошадь когда в последний раз купалась?.. Совсем не
следят за собой, тьфу!
- А ты их соусом сдобри, - советовала Принцесса, зло топая ножкой. Уж не нравилось
ей, что Дракон не подпускал к ее телу и богатству никого. Ну мог же сегодня проиграть! Но
ругаться с Драконом ей не хотелось. Ведь он оставвался ее единственным собеседником и
вообще живой душой на много сотен километров.
Прошли еще года. Героев больше не было. Все забыли дорогу сюда. А впрочем, вряд
ли их поджидала тут смерть. Ведь Дракон уже не летал, и даже не ходил – еле ползал.
Пламя давно потухло, зубы сточились, кожа шелушилась. Он плохо слышал, еще хуже
видел. Принцесса тоже постарела – седые и редкие волосы, кривой нос и полуослепшие
глаза, сухое сморщенное тело, худые ноги, бюст вообще прохудился. В таком образе только
без мозгов или слепой готов был на ней жениться.
Дракон и Принцесса вставали поздно, долго собирались, потом встречались в зале и
пили чай. Они мало говорили, потому что все темы были исчерпаны. Они уже никого не
ждали, ибо последний герой был закопан три десятка лет назад. А потом шли спать. И ничто
не снилось им, не тревожило чувства, ибо все эмоции и страсти давно погасли.
И вдруг в один прекрасный день раздался шум у стен замка. Старая Принцесса,
которая забыла, что это такое, выглянула из окна.
- Это кто там? – спросила она дребезжащим старческим голосом.
85
- Герой! – весело крикнул кто-то. Принцесса одела очки и увидела молодого человека
во всеоружии на белом коне.
– Ох, радость-то какая! – кряхтела Принцесса. - Поднимайся ко мне! Ах, я тебе сейчас
лестницу сброшу...
- Герой? – прошипел, выползая из подвала, Дракон. Он не мог увидеть противника,
тем более учуять. – Наконец-то! Чего так долго ехал-то?..
Рыцарь с сомнением посмотрел на них. Уж больно это не вписывалось в сказку.
Дракон понимал, что у него нет сил не только победить, но и вообще бороться. Ведь
не молодой же. Поэтому сразу признался:
- Считай, что ты меня одолел в честном бою! Можешь отрубить мне голову...
- И возьми меня в жены! – крикнула Принцесса. – Мое приданное – в подвале!
Рыцарь почесал нос:
- Э-э-э, вообще-то я люблю животных, и состою в Обществе по защите природы. Мне
убивать нельзя никого! Да и карается это законом!
- Вот как? – поразился Дракон. Такого ответа он не ожидал.
- Не нужно мне и золото – потом хлопот наберешься с налоговой инспекцией, да и
прокуратура будет интересоваться источником богатств, сказкам она не поверит! Зачем
усложнять жизнь?..
- Хм, ну и новости! – пробурчал Дракон. И это было ему не понятно.
Принцесса ждала последней фразы героя, она не раз прокручивала их в своих
мечтах. Но... ее уши услышали совсем другое:
- Э-э-э, вы, бабушка, зря стараетесь, мы с вами разного возраста. Меня, извините, на
старость не тянет, я геронтофилией не страдаю. В городе, где я живу, достаточно молодых
дам, чтобы сыскать себе невесту...
Принцесса упала в обморок от таких слов, а Дракон прикусил себе язык.
- Эй, ты чего несешь-то, что говоришь? – прийдя в себя, взревел старый монстр. –
Тебе полагается отрубить мне голову, захватить богатства и взять в жены Принцессу! Не
морочь нам мозги, приступай за исполнение положенного.
Герой был иного мнения.
- Как бы не так! Увы, тут наши цели расходятся. Я не знаю, чего вы столько лет
тянули, но ваше время, судя по всему, ушло. Даже у сказок есть свои пределы. Пардон, я
лучше отправлюсь на Восток, там арабские красавицы, летающие ковры-самолеты, джины в
лампах – романтика! Прощайте...
И он повернул коня. Долго смотрели ему вслед старые Дракон и Принцесса. Они
понимали, что это был последний их Герой в жизни...
(17.03.2008)

Откровения унитаза

Я нужный предмет в жизни человека. Хотя обо мне говорят иногда с усмешкой,
анекдоты травят. Но это они зря. Хотел бы я посмотреть на тех, кто обходится без меня...
Сами понимаете, никакой гигиены, удовольствия, да и мухи сразу налетают. Тут все
начинают мечтать обо мне, причем хотят импортный, отделанный цветочками или
рисунками, мягким и удобным стульчаком, безотказным механизмом спускания воды.
Да, я поглощаю дерьмо и мочу. Увы, таково мое назначение. Хотя порой и блевотина
достается, и бросают в меня окурки, презервативы, тампоны, сливают также еду, которую
больше никто есть не хочет. Я не обижаюсь. Ибо ничего другого делать не могу.
Естественно, никто во мне посуду мыть не станет. Или душ принимать. И акварель
разводить тоже не будет. И все же... На меня садятся и стар, и млад, и мужчина, и женщина,
и африканец, и европеец, и фашист, и коммунист. Кто-то ершиком протирает после себя, а
кто-то и не смывает за собой. Онанизмом занимаются тоже на мне, и кровяные пятна не
всегда вытирают, чем вызывают злость санитарки. Некоторые пользуются туалетной
бумагой, а бывает и обыкновенная газета летит в меня. Все зависит от культуры человека.
Одни сидят минуту-другую, другие – полчаса и более. Молодые, тужась на мне,
одновременно слушают МП-3, умудряются даже курить и пить пиво, а пожилые
предпочитают читать газету, делать пометки. Дети играют в куклы и машины. Короче, никто
не скучает.
86
А что я? Я только сужу о человечишках, которых обслуживаю. Странно, люди
стараются выделиться среди себе подобных: богатый не подпускает бедного, старик –
молодого, чиновник – гражданина, король – простолюдина. Хотя, если честно, я не нашел
никаких различий между задницей короля и бакалейщика, мафиозника и фермера, да и
дерьмо у них у всех одинаково.
Так что по дерьму они все равны, что бы на голове не носили – корону или кепку.
(4.12.2007)

Впечатление трибуны

Я – трибуна, которая стоит на центральной площади. Мне много лет, и я пережила


всех тех, кто стоял на мне. Чьи только ноги не топтали меня. Были революционеры,
опоясанные пулеметными лентами, которые перед толпами людей призывали к восстанию и
свержению строя. О, как их поддерживали люмпены и пьяная матросня: «Где это
правительство – в отставку ее!» И передо мной висели те, кто раньше носил корону. Через
несколько лет стояли другие, в серых шинелях, курили трубки, и они призывали казнить тех
революционеров, которые совсем недавно стояли на трибуне, - за предательство и измену
родине. И опять люд поддерживал руководство: «В тюрьма их, в каторгу, а лучше повесить!»
Потом были военные, которые бредили о мировом господстве. Они вели сладкие и
горячие одновременно речи о необходимости войны с врагами в других странах, оказания
помощи там пролетариату, или крестьянству, или еще кому-то в их свободе и
независтимости. И эти в генеральских мундирах не только посылали на другие континенты
войска, но и принимали здесь парады, в которых участвовали сотни танков, бронемашин и
тысячи солдат и матросов – свидетельство боевой мощи государства. И как раньше имели
поддержку от населения, оравших: «Мы назло всем буржуям, мировой пожар раздуем!».
Раздули. Мало не показалось никому.
Через некоторое время с меня уже гражданские, вставшие у власти, взывали к
рассудку и перемирию, мол, война принесла только беды, нужно браться за порядки в своей
стране. И они брались, ища наймитов и диверсантов, и найдя, естественно, козлов
отпущения своих провалов. И мирная демонстрация шла мимо трибуны, пиная портреты
бывших генералов и топча их окровавленные знамена. «Мир, братство, порядок!» -
скандировали они. Порядок навели полицейскими силами. Стало жить хорошо, весело. С
трибуны вожди рассказывали об объемах конфискованного о мафиозников и теневых
дельцов. Это радовало и давало надежды на скорое обогащение честных людей. Не
дождались.
Прошло еще несколько лет, и новые вожди славили прошлое и указывали путь в
будущее. Народ ревел от счастья и обещал выполнить планы следующих пятилеток уже
завтра. С каждым днем все меньше было товаров в магазинах и продуктов в холодильниках,
а с моего места руководители обещали процветание и изобилие, мол, немного потерпите,
поднажмите, нам нельзя снижать темпов. Темпы все равно снижались. Не успели
осуществить они свои благородные и человеческие замыслы. Похоронили всех тех, кто
столько лет стоял у руля государства, и даже взбирались на меня при помощи других. На
трибуну взошли новые, ранее малоизвестные лица, но которые все быстро и шустро
прибирали к своим рукам.
Они кричали в микрофоны об ошибках истории и прежнего правительства. «Мы
начинаем настоящую реформу, с человеческим лицом и другими важными частями тела,
верьте нам, доверяйте нашим мыслям и идеям!» - заявлял в каракулевой шапке лидер, и
рядом стоящие товарищи из его клики поддакивали и хлопали в ладоши. А народ, делая вид,
что ему верит, шел мимо с транспарантами и думал, как же найти денег на взятку для
поступления детей в вуз, как получить автомашину вне очереди или поехать за границу.
Всем хотелось счастья, а это могли им обещать только авторитетные люди. Многие так и не
дождались – кто-то умер с голоду, а кто-то уехал за границу. Пришлось эстафету перенимать
другим. И они повели оставшихся в стране к новым целям.
Вот и сейчас стоит какой-то толстый больной человек и говорит о независимости
страны, успехах своих реформ, грозит врагам стереть их в порошок и недопустить каких-то
революций. Я, слышавший немало подобных слов, не мог не ухмыльнуться от такой
лживости. А народ обещал проголосовать за этого лидера на очередных выборах и обещал
87
следовать за ним в великое будущее. По опыту знаю, что это будущее обычно заканчивается
на кладбищах.
Меня поражает только одно - люди ничему не учатся. И я, трибуна, являюсь символом
их глупости и лицемерия. Только кто от этого страдает? Точно – не я...
(5.12.2007)

Размышления бледной спирохеты

Говорят, что все болезни от нервов, и лишь я – от удовольствия. Казалось, меня


следует любить и лелеять. Ан-нет, люди испытывают ко мне самые негативные чувства,
причем дрожат от ненависти и злости, если слышать как приговор: «Уважаемый, у вас мы
обнаружили бледную спирохету!» Тут начинается бегодня, крики, слезы, обвинения друг
друга, кто из них виноват, хотя вину нужно искать, прежде всего, в себе.
Да, я – коварная, и не зря меня называют вирусом, сеющим конфликт и нервозность,
ломающим семья и даже личности. Потому что я подкрадываюсь незаметно, во время
позитивных эмоций, эйфории, и начинаю сразу паразитировать. Не сразу человек чувствует
меня в себе, а когда до него доходит, то тут начинается та-а-кое! Ведь я приношу боль,
унижение, стыд. Против меня ополчилось все человечество, ученые придумывают
антибиотики, однако я живучь. И меня невозможно до конца победить.
Как невозможно победить в человеке глупость, жадность, ненависть и безразличие. И
никому в голову не приходит, что это тоже вирусы, похожие на меня. И приобретаются они
тоже в порыве позитивных чувств. Скажем, народ, вдохновленный речами политика,
избирает его главой государства. И он мгновенно трансформируется в «бледную спирохету»
- паразита на теле общества. Этот человек начинает преследовать инакомыслящих,
оппозицию, высасывает деньги из государства, злоупотребляет властью. И он, естественно,
быстро размножается, окружив себя себе подобными, и увеличивает собственность за счет
ресурсов организма. Так что президент в этом случае ничем не лучше меня. Против такой
«спирохеты» не помогут вакцины в виде законов и Конституции, органов правосудия и
парламента, ибо он ловко уходит от их влияния. Ну совсем как я – которого до конца не
убить. И паразит продолжает жить в теле человека и общества.
Или взять другие вирусы, к которым относятся прокуратура, суд, милиция,
спецслужбы, таможня, налоговые службы, которые, казалось бы, должны нести пользу
стране и народу. Но они на самом деле живут за счет грабежа населения, экспроприации
чужой собственности, вымогательства, хищений и прочего, что указано в медицинском
справочнике под названием «Уголовный кодекс». Более того, эти «спирохеты» гноят
здоровые органы общественного тела – неправительственные организации и движения,
партии и международные фонды, независимую прессу, то что представляет угрозу
авторитаризму и коррупции, узурпаторству и теневой экономике... Вот теперь докажите мне,
что они, эти вышеприведенные структуры, – не мои собратья, вирусы-паразиты! Чем наглее
в беззаконии прокуратура и милиция, тем слабее гражданское общество, чем сильнее
зажимают рот и глаза, тем больше сосут ресурсы чиновники, и чем больше твердят о
продвижении к великому будущему, тем меньше способов излечиться от такой напасти и
увидеть великое настоящее. Свободы и права человека, народный контроль и подотчетность
власти – вот лучшие лекарства от социальных болезней, но врачи их боятся прописывать
больным.
Потому что если не будут больных, то зачем нужны врачи? Если есть демократия,
зачем нужны органы репрессий? Если люди способны к самоорганизации и ответственности,
то к чему аппарат принуждения? Но вряд ли вы это сможете объяснить народу и тем более
не захочет слушать вас коррумпированный чиновник. Как видите, инстинкт самосохранения
существует и у «бледной спирохеты», и поэтому нас никогда до конца не победить. И чем
больше я живу в среде людей, тем больше убеждаюсь, что между нами есть много общего.
Может поэтому, я считаюсь последствием от удовольствия...
(7.12.2007)

Мысли палача
88
Я – последняя линия правосудия, высшая форма обороны закона, крайняя мера
дознания. Да, официально моя профессия запрещена, хотя она такая же древняя, как
проституция, журналистика и юриспруденция, но куда уж без меня даже в современном
мире? Конечно, демократы ненавидят мою специальность, критикуют, вопят о
бесчеловечности, однако это не мешает мне существовать. Потому что любой следователь
прокуратуры, милиции, службы контрразведки не может без моих навыков и опыта, умения
добывать то, что ему не под силу или из-за боязни превысить полномочия и быть
обвиненным в этом. Вот мне и передают то, из чего я должен выудить информацию или кого
заставить признаться. Это не только настоящие воры и убийцы, но и те, кого нынче принято
называть «политические» - журналисты, верующие, политики, правозащитники. Бывают и
бизнесмены, и иностранцы. Но мне все равно, кто это за люди. В моих глазах они не люди,
а...
Вот и сейчас занесли в мой кабинет «мясо». Мой кабинет – это подвальное
помещение под следственным изолятором, а «мясо» - это туша с сердцем, почками,
мозгами, скелетом, мышцами и сосудами, полная крови. В первые минуты оно называется
человек или гражданин, как хотите, и даже пытается держаться достойно, да только потом
превращается в то, что любой может разглядеть в анатомическом атласе. Я работаю
спокойно, и никуда не тороплюсь. Мне платят не за время работы, а за результат. И поэтому
я знаю, что если не через полчаса, то через часа два подозреваемый сознается во всем.
Даже в том, что он не делал. Однако это не спасает от остановки процесса дознания. Ведь
следователи получают свое, но и я должен получить свое – удовольствие.
Я получаю неподписанные документы от лейтенанта, который ведет уголовное дело.
Он мне ничего не говорит, а мне и не нужно что-либо объяснять, я же знаю, что от меня
требуется. Офицер уходит, а я поворачиваюсь к своей жертве. Злобно ухмыляюсь. Не он
первый, и не он последний, кто испытает на своей шкуре мое искусство. За годы оно
отточилось, стало виртуозным, могу сказать, что заслуживаю «Оскара» за свой труд, жаль,
что подобных премий нам не выдают. Хотя... в средние века инквизиция отметила бы мои
таланты...
Начинаю неторопливо. Наручники позволяют удерживать подозреваемого от резких
движений, а мне совершать свои операции. Человек мычит, дергается, но я продолжаю
всаживать под ногти раскаленные иглы. Потом прижигаю уши сигаретой. Надеваю
противогаз и зажимаю шланг. Приятно смотреть, как мучается жертва. Развожу едкую
жидкость и прыскаю порцию под противогаз. Что там начинается – сплошное удовольствие.
Человек вертит головой, но разве это остановит процесс разъедания глаз и кожи?
Я прекращаю, снимаю с него противогаз и сую под нос документы. Ничего не
спрашиваю – жертва сама понимает. Но сильной оказалась, бестия, качает головой, мол, нет.
Это вызывает ухмылку на моем лице. Приятно видеть сильного противника. Ну, ничего, я
только разогреваюсь. У меня от боли и безисходности мусульмане свинину ели и водку пили,
христиане соглашались на обрезание без анестезии, а иудеи становились язычниками и
приносили в жертву своих детей. Недавно я заснял на видеопленку начальства из
прокуратуры, как подследственный бизнесмен ел прогнившую почку своего партнера,
которого, кстати, я умертвил раньше. Да, к слову, все органы жертв я помещаю в литровые
банки и выставляю в своем кабинете для обозрения. Это оказывает нужное психологическое
воздействие на последственного. Некоторые сразу говорят, что виновны. Но меня это не
устраивает. Ведь мне нужно не только признание, но и закрепить в сознании жертв, что
отсюда никто не уходит просто так, не познав таинства жизни и смерти. Они только тут
осознают, что я – навсегда, их бог, родитель, фемида, хозяин.
Я продолжаю. Насаживаю лейкопластырем на человека провода, и кручу динамо-
машину. Тока достаточно, чтобы тот вопил от боли. Еще бы! Ведь один конец на пенисе, а
другой – на глазу. Для меня покрутить ручку - это спорт, можно сказать, что я занимаюсь
физической нагрузкой. Занимаюсь этим часика два. Приятно, мускулы наливаются силой,
даже в тренажерную не надо ходить. Потом перехожу к водным процедурам: вставляю в ухо
подследственного воронку и заливаю воду. Лью до тех пор, пока из всех щелей организма не
начинает течь жидкость.
Человек мычит, кивает головой, мол, давай бумаги, подпишу. Я передаю ему ручку,
слежу, чтобы подписи были четкими, без ошибок. После чего прячу все в папку и кладу на
полку. Для лейтенанта я добился нужного. А теперь работа для меня. Жертва думает, что все
89
закончено. Естественно, это не так. Я беру скальпель – всегда интересовался устройством
глаза (хотя у меня их полная коллекция!). И приступаю, не смотря на протесты со стороны
человека. Его крики вызывают у меня соответствующие эмоции. Я ювелирно расписываю
«тату» на его теле, не оставляю без внимания ни один участок тела – все должно быть
«раскрашено».
Иногда мои «клиенты» умирают, но кого интересует судьба «мяса»? Все списываем
как вынужденная необходимость. Ведь мои коллеги обязаны сохранять стабильность в
стране, бороться с преступностью, укреплять власть. А тут все средства хороши.
Безотходных технологий не бывает. Обычно медики оформляют, что человек умер от
инфаркта или простуды, хотя любой человек, взглянув на мой «труд», усомнился бы в
квалификации такого патологоанатома.
Заканчиваю к ночи. Весь пол в крови. Жертва не шевелиться. Его тело – сплошной
синяк. И вообще трудно понять, что это было когда-то человеком. Мои ассистены отводят
подозреваемого в камеру. Если выживет, то предстанет перед судом. Если нет, то запакуют в
цинковый гроб – и на кладбище. Вообще-то, я бы и могильщиком бы работал, если
должность палача была бы занята.
Я так люблю свою профессию, что и на дом беру работенку. Правда, не от
правоохранительных органов, а от мафии. Они мне тоже часто носят «мясо» - должники,
конкуренты, партнеры, предатели... А мне все равно, из кого выбивать информацию.
Главное – не результат, а процесс!
(15.03.2008)

Про молоток и гвозди

Был один молоток. Обычный такой – деревянная ручка, железная головка. Бил он как
надо – сильно, уверено. Вбивал гвозди в доски прямо и с одного удара, и никаких трещин.
Крепко держались гвозди, поэтому конструкции были все устойчивыми. Уважали молоток за
такие способности и такую работоспособность, хвалили. Но молоток нос не задирал, был
скромным, считал, что многое зависит и от гвоздей, а они, стальные и с крепкой шляпкой,
его не подводили.
Однажды к молотку попались другие гвозди. Они были из мягкого металла, гнулись,
не хотели входить в доски. Молоток бил по ним, а те – брынь! – сворачивались в спираль
или отлетали в сторону, а бывало и так, что крошились. Ну никак не хотели нормально
вбиваться. Стал злиться молоток. Ругался. Уже бил не с размаха, а несколько раз стучал,
тихо. Однако это никак не помогало, гвозди в лучшем случае входили наполовину или
гнулись.
Стали ругать молоток, мол, какой ты неуклюжий, неспособный. Пришлось на помощь
плоскогубцы и клещи звать: с их помощь вытаскивали гвозди обратно и выпрямляли. А
потом еще раз пытались вбить. Увы, это редко приводило к успеху. И конечно, крайним
всегда оказывался молоток. И продолжали его оскорблять в непрофессионализме, типа,
мол, у плохого танцора тапочки виноваты...
С тех пор изменился молоток. Стал осторожным, боязливым. Уже не та точность и нет
прежней силы. Дрожал, прежде чем начать, промахивался часто мимо гвоздей. Причем не
бил, а слегка стучал, иногда гладил... Доски трещали. Гвозди визжали, но продолжали
гнуться и отказывались входить как надо.
Так долго продолжаться не могло – выкинули молоток. Стали клеить доски.
Конструкции были неустойчивыми, но на первое время годились для пользования. Но потом
– сильный ветер, легкое землетрясение – и все рушилось. Ругали... молоток, который уже не
имел никакого отношения к этому. По привычке. Потому что нуждались в крайнем.
А о гвоздях не говорили... Словно они не были виноваты...
(2.03.2008)

Про пилу и бревно

Жила-была пила. Обычная такая. Конечно, ныне много разных пил – электрические,
бензиновые, циркульные, для деревая и металла, но какие бы они не были, функция у них
90
одна - пилить... И этим занимались они с удовольствием и высокой продуктивностью.
Наверное, ни один инструмент так не работал, как пилы.
Пилили они бревна, днем и ночью, причем жестко и твердо, что во все стороны
летели щепки, стружки, сыпался . Вижзали зубья, впиваясь в дерево, со стороны казалось,
что пилы жуют стволы. Длинный ствол они в короткое время превращали в обрубки для
последующей топки. И никто не возражал этому процессу, потому что боялись и вообще
таково предназначение этих инструментов.
И однажды одной пиле попалось бревно, которое вдруг вскрикнуло, едва над ним
зависла тонкая пластина с зубьями.
- Ой, что это? – спросило оно.
- Как что? – неприятно поразилась пила. – Я – орудие правосудия и справедливости!
– она была злой, что не признали ее суровое значение.
- Ох, тогда вы должны выслушать меня, понять! – продолжило бревно. – Я сюда
попало незаконно! Меня похитили! Разрушили мой мир, изуродовали меня! И вы должны
мне помочь!
- Ну-ка, ну-ка, - насмешливо произнесла пила. – Послушаем обвиняемую!
Бревно начало историю:
- Я было самым прекрасным деревом в лесу. Высоким, о макушкой протыкало облака,
а ветвями скрывало зверей и птиц от непогоды. На мне жили белки, сороки, гусеницы,
филины, кузнечики и стрекозы. Даже муравьи путешествовали по стволу. Корнями я
удерживало землю и влагу. Своими плодами кормило многие живые существа, а листьями
обогащало кислородом планету. От меня была сплошная польза. И не понимаю, почему в
один день пришли ко мне какие-то топоры и срубили!
- Есть, значит, за что! – хмыкнула пила.
- Но я ничего плохого не делало – это не справедливо! Меня даже рисовали на
картинах, о мне песни слагали, а что взамен? А сколько благодарностей услышало от белок,
что я укрыло от дождя, или от куропаток - от хищной охоты ястреба? Или своей густой
листвой от жары спасало путников... Но разве меня кто-то слушал?
- Ну и что?
- Так я, дерево, не заслуживало того, чтобы меня срубили и принесли сюда! Зачем?
За что? Почему? – недоумевало бревно.
- И что же ты хочешь? – грубо спросила пила.
- Чтобы меня оставили в покое, не мучали, вернули обратно. Может, я еще сумею
прираститься к земле, пустить корни... Я даже не требую наказать тех, кто совершил надо
мной акт насилия!..
Пила сердито ответила:
- Хорошую историю мне рассказало ты, бревно. Но меня это совсем не интересует. Не
ты первый, и не ты последний, кто будет сетовать на невзгоды и несправедливость судьбы.
Увы, мир таков, что есть жертвы, есть хищники, и тебе просто не повезло! Я сюда
поставлена, чтобы карать, и поэтому тебя распилю так, как надо!.. И ничто тебя не спасет!
И с этими словами она вонзилась в бревно и стало с яростью двигаться по стволу, не
щадя ни сучек, ни листьев. Как не кричало оно, как не призывало к милосердию и
гуманности, пила превратило некогда прекрасное дерево в сотню полен, годных лишь для
растопки каминов.
Так что если увидите, как ведут дознание и следствие прокурорщики, милиционеры,
налоговики или таможенники, то задумайтесь: может это и есть те пилы, которым нужна
жертва, а вы – обычное бревно?..
(6.03.2008)

Про Пчелу и Муху

Однажды встретились Пчела и Муха. Это произошло случайно. Просто Пчела,


уставшая от долгого трудового дня, присела на первый встречный пенек, чтобы собраться
силами. Ведь много цветков ей пришлось сегодня облететь, прежде чем она собрала ведро
нектара. Но она радовалась, что день прошел не зря, и весь улей может гордится ее
трудовыми результатами. В этот момент из гниющей возле пня плоти выползла Муха. Она
91
была толстой, самодовольно хлопала по пузу и жужжала. Увидев Пчелу, Муха неторопливо
взобралась наверх и сказала:
- Привет представителю рабочего класса, хе-хе! Чё такая неопрятная и
взбаламошенная? Совсем за собой не смотришь. Выглядишь ужасно.
- Здравствуйте, - вежливо ответила Пчела. – Так работы много было. Не до внешнего
вида, хотя я стараюсь быть опрятной и чистой. На мне сейчас много пыльцы, крылья ею
испачканы. Ведь сейчас лето, и каждый день у меня на учете. Нельзя мне болеть или
лентяйничать, время упустишь – не нагонишь потом...
Муха была высокомерной и чванливой. Она не утруждала себя благородным трудом,
считала себя аристократией, белоручкой. Ей казалось, что именно таким, как она,
принадлежит этот мир. И поэтому к работягам относилась с презрением.
- Какое время, хе-хе? Время создано для нас, для наслаждения и удовольствия!..
Зачем тебе время? Для тебя что вчера, что сегодня, что завтра – все одно – работа, работа и
работа, хе-хе!..
- Как зачем? И почему – все одно? Ведь я живу в коллективе, и труд сплачивает нас,
пчел, делает умнее и сильнее, богаче. И мы все работаем, чтобы нам жилось хорошо. И это
счастье – приносить пользу семье, коллективу. Ведь нектар с неба нам не падает, его нужно
собирать. Целый день мы летам, а к вечеру прилетаем к улею с ведерками, потом
перерабатываем душистый нектар в мед, а зимой питаемся, растим молодежь, набираемся
сил на очередной трудовой год...
Муха с недоумением посмотрела на Пчелу. Такая речь казалась ей дикой:
- Хе-хе, что за глупости! Вот я, к примеру, не тружусь – и хорошо живу! Припеваюче!
Так что завидуйте мне...
- Это как? – удивилась Пчела. – Разве такое возможно?
- Конечно, - хмыкнула Муха. – Но эта жизнь – только для благородных насекомых,
таких как я. Тебе, увы, там не место, ты же пролетарская душа, мозоль трудовая.
Интересуешься, а как живу? Отвечу: я отыскиваю дерьмо – теплое, большое и вонючее, и не
важно, чье оно – лошадинное, человечье или собачье. Это не только мой дом, но и моя
мораль и жизнь. Там я нахожу себе пропитание, сон, силу, развлечение, и там выращиваю и
воспитываю детей. Чем больше дерьма, тем лучше мой мир. Мы не трудимся, так как в
дерьме есть все условия для прекрасной и благородной жизни. Поэтому мы живем в тех
местах, где много дерьма. Усекаешь, крестьянка?
- Но разве дерьмо вкусное?
- Конечно! – ответила Муха. – Это самая вкусная пища на свете! Но наша дерьмовая
философия определяет жизнь мух, обосновывает наше мироздание и нравственные оценки.
Мы смеемся над теми, кто каждый день трудиться, чтобы выжить, кто подставляет себя
опасности, кто заботится о других. Такое не для нас. Так как дерьмо дает нам все, что надо.
И мы ценим его больше, чем остальной мир. Аристократам – дерьмо, а вам, трудягам, -
работа и смерть. Вам не понять глубизны нашей философии, потому что вы совсем другие,
более низшие создания.
Пчела спросила:
- А можно мне попробовать это дерьмо? Интересно вникнуть в вашу философию...
Муха почала лапкой голову, после чего хмыкнула:
- Ладно, дам немножко, чтобы ты восхитилась моим миром и моим жизненным кредо.
Но не вздумай жить по-нашему, ты этого не достойна.
И она преподнесла на лапке немножко вонючей жижи. Пчела попробывала, и ее
стошнило. Едва пришла в себя. А потом сказала:
- Ты права, мне это никогда не понять. Дерьмовая жизнь – не для меня. Пускай я
крестьянка и работаю, не покладая лап, но наслаждение нахожу в меде и мире цветов.
Наверное, так жизнь распорядилась: тебе – дерьмо, а мне – нектар. Прощай, аристократка!
И Пчела полетела к улею, где уже собирались с пестрых полей ее друзья и товарищи.
Муха презрительно смотрела ей вслед, и поползла к родному дерьму, кишашей глистами и
личинками. Это был ее мир.
(25.03.2008)

Демократизатор для правозащитников


92
Милиционер сидел на скамейке и длинным пальцем ковырялся в носу. Козявки
вылетали одна за другой, и было удивительно, как их столько поместились там. Закончив эту
процедуру, затем принялся вычищать сухой палкой ухо от зеленой слизи, что накопилось у
него за три месяца. Он бы и пятки почесал под грязными носками, но это требовало
внимания, а отвлекаться ему было нельзя. Дело в том, что он наблюдал за спектаклем, что
организовало его начальство у ворот Генеральной прокуратуры.
Именно там группа цыган бодалась с пикитирующими у центрального здания
правозащитниками, которые требовали соблюдения законности в республике. Вообще-то
атакующей стороной были цыгане, а правозащитники лишь защищались, причем не особо
размахивая руками. Ведь они понимали, что если начнут драться по-настоящему, то их
потом обвинят в совершении уголовного преступления (именно этого момента и ожидал
милиционер). К тому же противно драться с теми, чьи права в числе других граждан страны
они и защищают. Поэтому оборона была вялой.
Милиционер не знал, что такое права человека и вообще, что подразумевается под
словом «закон». Этому их не учили. Зато он умел стрелять в прохожих и бить дубинкой
задержанных, пытать арестованных... и ковыряться в ногтях на ноге и в носу. Да, еще
организовывать потасовки. Вот сейчас милиционер оценивал, как цыганки били по голове
одного мужчины палками с воткнутыми гвоздями, другого по ногам арматурой, а одну
женщину таскали за волосы. Было много визга, крика и мата. Он морщился от
непрофессионализма, однако общего удовольствия обозреваемая картина не портила.
Нужно подзаняться этими цыганами, научить их кое-каким приемам, а потом можно
использовать в качестве провокаторов и наемников в борьбе с оппозицией и
пикитирующими, думал милиционер.
Правозащитники взывали к помощи милиционеров. Впрочем, напрасно, так как их
давно уже не было. Начальство приказало им попрятаться и делать вид, что ничего не
происходит, пока цыгане делают свою работу. А итог от них был не плохой: пятеро мужчин-
правозащитников лежали на асфальте с ранениями и еле шевелились, трое окровавленных
женщин стонали, прислонившись к железной решетке забора. Везде валялись разорванные
и растоптанные плакаты. Цыгане решили, что этого мало и приказали одной из своего
табора прикинуться мертвой. Та сразу упала.
Барон стал кричать, что правозащитники убили его жену, мол, куда смотрят
правоохранительные органы. Этого момента и дожидался милиционер. Очистив только
левое ухо и решив, что правым займется чуть позднее, он встал, вытащил дубинку из
штанины и бросился к зданию прокуратуры. Теперь пришел его черед веселиться, благо
правозащитники пытались встать на ноги и продолжить акцию протеста. Нужно же было
прекратить террор этих негодяев и подонков, который устроили против беззащитных и
добрых цыган, отомстить за убитую цыганку.
Милиционер предвкушал, как будут хрустеть черепа под ударом его дубинки, а перед
глазами мерещилась награда от министра внутренних дел за самоотверженный бой с
врагами государства...
(26.03.2008)

Народ для Короля

В одной стране правил народом и государством один Король. Считал себя очень
умным и мудрым, да и окружающие чиновники поддерживали его в этом мнении. Поэтому
Король вмешивался во все дела, какие были на свете, всем давал советы, от которых
ослушаться никто не смел. По его указу строились уродливые здания, хотя Король
официально считался самым лучшим архитектором; проводились нерентабельные
мелиоративные работы, хотя Короля трудно было назвать ирригатором; осуществлялись
неэффективные экономические преобразования, не смотря на то, что диплом финансиста
Король имел чисто номинально; внедрял демократию в авторитарно-коррупционном стиле,
перестраивал общество так, что в стране 99% стали бедными и нищими, и лишь 1% были
богатыми. Даже история и внешняя политика перестраивались под личные желания
правителя, чем под объективные законы.
И не мудрено, что такие проекты не всегда нравились людям. Они прятали доходы от
грабительских налогов, презирали прокуроров и полицейских, которые мало чем отличались
93
от бандитов, распространяли листовки, в которых критиковалась власть, слушали
зарубежные радиоголоса о событиях в стране и пикетировали правительственные
учреждения, где нарушались их права и Конституция. Король злился, что народ его не
понимает и бунтует, идет не тем путем, который был указан мудрым правителем, поддается
на иностранные провокации. «Ах, какие глупые подданные мне попались! – сетовал он,
читая сводки секретных агентов об инакомыслии и протестах граждан. – Ну, почему в других
странах все спокойно и тихо, все чтут законы и любят власть? А у меня только
революционеры, экстремисты, лентяи, воры, диссиденты и оппортунисты!»
Король считал, что народ не достоин иметь его, великого человека, и что вообще не
достоин жить в этом королевстве. Поэтому он приказывал армии и полиции ловить бунтарей
и диссидентов, сажать в тюрьма, а судьям – выносить им смертные приговоры. Тех, кто не
читал мудрых книг Короля и не цитировал в диссертациях его слова, ожидали огромные
штрафы. Газетам и журналам запрещалось сомневаться в правильности и безгрешности
правителя по всем вопросам, они обязаны были только прославлять «человека,
определившего эпоху». Да только малорезультативными были эти меры: население
продолжало ненавидеть Короля, листовки пользовались большим спросом, авторитет
оппозиционеров рос не по дням, а часам. Памятники лже-героям, возведенные по личному
указу главы королевства, подвергались актам вандализма. Экономика все равно чахла,
люди убегали в поисках работы в другие страны. Политическое подполье расширяло свои
ряды, а теневой бизнес перекрывал официальный в десятки раз.
- Они – предатели, не хотят поддерживать мои реформы, верить в мою идею
национальной независимости, - разъярялся Король, топая ногами и стуча кулаком по столу,
на котором лежали донесения шпионов о брожении среди народа. – Эх, был бы я
волшебником, то давно бы навел порядок. Даже полицейские больше думают о своем
кармане, чем об успехах моих начинаний. Никому довериться нельзя!
Так он кричал, стоя у открытого окна во Дворце. И надо же такому случиться, что
именно в этот момент мимо на ковре-самолете пролетал Чародей. Услышав
вышеприведенные фразы, он остановился, немного почесал затылок, а потом влетел в
кабинет правителя.
- Что же, я могу помочь тебе! – сказал он, вставая с ковра.
Король опешил:
- А ты кто?
На что получил ответ:
- Я тот, кто может исполнить твое одно желание. Не проси много желаний, потому что
у меня волшебный запас тоже не безграничный, осталось мало заклинаний, и я берегу
каждый. Так что подумай, что ты больше всего хочешь?
Король понял сразу, что Чародей не врет и действительно может исполнить его
желание. Он поковырялся в носу, размышляя, а потом сказал:
- Мне нужен народ, который никогда бы не критиковал меня, не строил козни против
моей личной власти, не поддерживал революционеров, был не против моих архитектурных
памятников и мелиоративно-землянных работ, верил бы в Короля больше, чем в Бога. И
чтобы всем хватало того, что они имеют, не претендовали на большее!
- И это все? – переспросил Чародей, записывая запросы Короля в блокнот.
- То есть я хочу быть главным над таким послушным и верным народом! –
суммировал все сказанное Король.
- Понятно, - ответил Чародей, захлопнул блокнот. – Да будет так! - и он прошептал
заклинание под нос, порвал один седой волос на бороде и тут... сверкнула молния, ударил
гром.
Перед глазами у Короля все качнулось, а когда он пришел в себя, то увидел огромные
плошади, уставленные какими-то холмами и мраморными сооружениями, металлическими
ограждениями. Было как-то тоскливо здесь, а заходящее за горизонт солнце усиливало это
чувство.
- Это где мы? – изумленно спросил Король. – Где мой дворец, слуги, народ?
- Мы на кладбище, - пояснил Чародей. – Теперь ты – директор этого места...
- Чего-чего? – рассердился тот. – Что за глупости! Я разве просил тебя об этом?
- А разве нет? – в свою очередь удивился Чародей. – На кладбище всегда спокойно и
тихо, никто не бунтует, всем всего достаточно. Так что все будут терпеть любые твои
94
реформы и начинания, ты не услышишь критику на свою речь, можешь строить мертвецам
любые памятники и сооружения. Здесь нет коррупции и подполья. Никакой враг не заползет
сюда, и здесь твои любые приказы не подвергнут сомнению.
- Но я хотел не этого! – возразил Король.
- Именно так и получается, если ты хочешь то, что мне сказал, - хмыкнул Чародей,
садясь на ковер-самолет. – Прощай – и радуйся, что ты стал главой такого места, где твои
мечты не имеют пределов!
Ковер взлетел и устремился в сторону заходящего солнца. Король кричал ему что-то
вслед, бесился и угрожал, но Чародей ничего не слышал. Ему было уже все равно, ибо одно
важное дело он сделал: дал народу шанс на иную судьбу, а Королю то, что он хотел. Как же
они этим воспользуются – это уже иная сказка.
(9.04.2008)

Про старый Дом

В одном старом городе есть старая улочка, в конце нее расположен старый Дом – из
кирпича, дерева, камней, проржавевшей крыши, даже пронзающие здание трубы и провода
были в таком возрасте, что могли заинтересовать археологов. Когда он был построен не
знал никто из в нем живущих, да и не интересовало это уже никого. А зря. Ведь Дом нес в
себе летопись тех людей, которые в течении многих десятилетий проживали здесь. И он мог
рассказать о сотнях и тысячах тех, кто когда-то вступал ногой на порог квартиры.
Дом помнил каждую личность, что рождалась тут, слышал ее первый плач и
последний вздох. Не одного человека выносили из квартир в последний путь, но и не мало
людей входило сюда в одежде новобрачных, начавших новую жизнь. Здесь росли и
формировались гении и уроды, ученые и алкаголики, руководители и диссиденты, палачи и
жертвы. Сюда приходили с ордером на выселение и на вселение, здесь прописывались и
расписывались. Стены помнили и ругань властей на кухне, и шопот молитв в коридоре, и
подпольно прослушиваемые песни зарубежных певцов на виниловых дисках, и
революционные песни из динамик радиоприемника. Тут учили Манифест Коммунистической
партии и читали «Майн кампф», писали листовки против правительства и печатали
подпольные издания за свободу.
Но стены были не одни, кто нес на себе отпечаток истории Дома. Так, полы могли
отличить топот матросских ботинок, взбирающихся стремительно наверх, – на арест, и
легкие шажки молодой женщины, спускающейся вниз на свидание с возлюбленным. Они
чувствовали на себе и удар упавших от пуль или топора тел, и кровь, которую пытались
смыть с ее поверхности, и звон падающих монет из портмоне пьяного богатого вельможи, а
также тяжесть вносимой и уносимой мебели.
А окна разве ничего не могли рассказать? Да, и они знали немало, например, как в
верхних этажей бросаются печальные или восторженные вгляды на идущих по улице,
гуляющих по парку, как призываются на баррикады или к атаке. У окон стояли и снайперы,
пытающие поймать цель на прицел, и влюбленные, мечтающие о чем-то, и родители, с
тревогой ждущих своих чад со школ и институтов. А сколько раз встающее солнце вселяло
надежду человеку или заходящая луна забирала с собой последние разочарования – разве
всего перечислишь?..
Потолки – часть Дома - были всегда высокомерными, конечно, они с высот
наблюдали за человеческой жизнью, как мы в микроскоп - за амебами. Перед ними
происходили драмы и трагедии, комедии и романтика, детективы и фантастика. На потолке
вешались от безисходности и писали яростные слова сопротивления, на него плевались от
равнодушия и швыряли горящие спички. Они несли как роскошные люстры, так и
керосиновые лампы, протекали от разорвавшейся трубы или покрывались копотью от
пожара.
Но жизнь не концентрировалась только в квартирах. В подъездах, подвале и на
чердаке встречались подростки и взрослые, там насиловали и любили, убивали и творили,
танцевали и пели, предавали и давали клятвы верности, то есть здесь всегда что-то
происходило. Хотя в Доме и редко делали ремонт, но это открывало очередную страничку,
ведь свежая краска всегда наносилась на старую, скрывая от взгляда похабные словечки и
рисунки, великолепные стихи и революционные лозунги, признания в любви и проклятия
95
кому-то. И на них чуть позднее наносились новые, чтобы показать отношения жильцов ко
времени и ситуации. В принципе, археолог, соскабливая штукатурку слой за слонем, мог бы
восстановить историю тех далеких лет. Дом нес в себе маленький мир, который проецировал
в себе все стороны большой жизни.
Но не все вечно в этом мире. И в один день к Дому подъехали огромная машина со
стрелой и стальным шаром на тросу, экскаваторы и трактора. Они стали сносить крышу,
ломать стены и потолки, лестничные площадки и балконы, выбивать фундамент и
выкручивать трубы. Рабочие, что управляли этими механизмами, не задумывались, что
сносили историю поколений. А впрочем, что говорить, ведь на этом месте будет построен
новый Дом, который станет очередной книгой жизни для других жильцов.
Это просто диалектика. Дом это понимал и поэтому спокойно покидал этот безумный,
но интересный мир.
(15.04.2008)

Утренний, Дневной, Вечерний и Ночной Дозоры

Когда наступает утро, то выползает из всех дыр и нор, оживает нечистая сила,
собирается для совершения очередных своих злостных дел, и держись, народ, потому что
мало не покажется, если к тебе с корыстными и кровавыми целями идут прокуроры,
милиционеры, чекисты, таможенники, налоговики, военные... Каждый орудует своим
чернокнижным мастерством и магическими инструментами, но итог всегда один – хищник
поедает жертву.
Первая волна Утреннего Дозора начинается в 7.00 с работников ГАИ, которые
выходят на дороги, переулки, неся на плечах запрещающие знаки и ставят там, где им
больше нравится. Их волшебные полосатые палочки давно приготовлены к бою – смазаны
лоском до блеска, заправлены батарейками и лампочкой, чтобы даже в глухой ночи они ярко
светились, намекая, не подмажешь – не проедешь. А радар работает даже с испорченной
электроникой и отсоединенными аккуумуляторами, и всегда показывают скорость, которая
близка к звуковой. Виноват – не виноват, прав – не прав, нарушил – не нарушил – это
никогда не волнует гаишника, этот вопрос второстепенный, ибо он останавливает не для
выяснения истины, а чтобы получить энное количество банкнот. Эта нечистая сила работает
до позднего вечера, изматывая нервы и души немало водителей и пассажиров, опустощая
карманы и без того бедных людей. И домой идет... пардон, едет на роскошном лимузине
«романтик с большой дороги» с мешками денег в багажнике.
В 8.00 на границах открываются таможенные посты, и нечистая начинает обдирать
как липку как собственных граждан, так и иностранцев. Не щадят никого – ни старика, ни
ребенка, вымогательства здесь достигают таких масштабов, что порой человек остается не
только ни с чем, но еще и должен государству. Нечистая сила любит деньги, но больше
всего, свободно конвертируемую валюту. Если есть она, то можешь провезти килограммами
наркоту и боеприпасы, а если нет, то и пачку презервативов не позволят ввезти или вывезти,
так как это угрожает экономическим, демографическим, политическим, социальным и
военным интересам страны. Особенно любят таможенники бизнесменов, челноков, в их
вещах роятся дотошно и долго, выискивая то, что позволит им потом конфисковать весь
товар или багаж. А если и не найдет, то не беда – нечистая придумает с потолка закон,
запрещающий человеку пройти таможенную зону, и треснись хоть башкой об стенку – не
докажешь обратного. И работают эти господа в униформах до 8.00 вечера, чтобы дать путь
для Ночного Дозора, но об этом чуть ниже...
С 9.00 часов начинают также сосать кровь вампиры из прокуратуры. О-о-о, эти
маленькой дозой не насыщаются, они если пьют, то гекалитрами, и жаль того человека,
который переступает порог этого нечистивого учреждения. Тут злобная сила прикладывает
все усилия, чтобы выжать из несчастного суммы на погашение вреда, якобы, от
совершенного преступления, и при этом чтобы личные закрома были полны чужим
имуществом и богатством. И прокуроры работают не столько на государство, сколько на
частный интерес, и соотношение бывает порой 1:100, то есть государству – медные копейки,
себе – золотые червонцы. Но самое подлое в том, что здесь прикрываясь законами
лицемерят, обманывают, подставляют, фабрикуют, унижают и пытают людей. Не
удивляйтесь, если у зданий прокуратур вы увидите дорогостоящие авто, а сами стражи
96
законов ходят в косюмах от Диора, цена которых не соответствует зарплате, - это верхушка
айсберга. Вам бы еще посмотреть на их зарубежные счета, частные особняки и дачи – от уж
где можно развести руками и крикнуть: «Вот, блин, где наворованное у народа!»
Нужно заметить, что этот Утренний Дозор составляет оплот вампирского режима
страны, защищает самую верхушку каннибалов через всеобщий контроль везде и за всем.
Прокуроры любят богатых, потому что можно их сделать нищими, диссидентов, ибо на них
можно повесить все недостатки экономических и политических реформ, журналистов,
которых легко обвинить в терроризме. Лучшими друзьями вампиров из Генеральной
прокуратуры являются мафиозники, казнокрады, расхитители народного добра, бандиты,
убийцы и прочая мразь. Сами понимаете, нечистая сила «моет» нечистые руки, потому что
эти руки потом поддерживают эту силу.
Работники юстиции тоже обожают работать в составе Утреннего Дозора. Они
отказывают тем, кто не имеет связей с вампирским центром и властью связей, в создании
партий и общественных движений, неправительственных организаций. Они не аккредитуют
международные организации, заранее обвиняя их в желании организовать «цветную» и
прочую революцию. Зато много денег они получают, пробивая заказные нормативные акты
для определенного слоя и кланов.
Итак, Утренний Дозор заканчивает работу к полудню, набив мешки и сундуки
отнятыми деньгами, золотом и серебром, и тут на дежуртво выходит Дневной. Рынки и
базары, лавочки и супермаркеты начинают обходить работники милиции – от участкового
лейтенанта до отряда по борьбе с терроризмом, которые занимаются откровенным рэкетом
и вымогательством у продавцов, бизнесменов, челноков. У станций метрополитенов
охотятся за иногородними сержанты и рядовые постовой службы – нужно снять свои
«сливки» за отсутствие регистрации, прописки, разрешения на работу и вообще за то, что ты
родился в этой стране. Санитарная милиция выбивает деньги у магазинов и фирм,
расположившихся на первом этаже зданий, за то, что в 40 метрах от них лежит «бычок» или
фантик от конфеты – непорядок, экология нарушается. А то, что вырубаются «легкие города»
- деревья и кустарники, так с этого уже получен навар, чего беспокоится-то! То, что не
вывозится месяцами мусор коммунальной службой, – так это головная боль той службы, а
не санитарной милиции. Впрочем, с той структуры милиционеры тоже свою долю имеют.
Кстати, за штамп для выезда из страны тоже требуется отвалить немало денег, и
такса зависит от скорости решения вопроса. Конечно, среди работников паспортно-визовой
службы порой попадаются принципиальные, которые не берут денег... правда, только от
оппозиции, ведь ей все равно запрещено выезжать за рубеж...
Днем прибыльно работают и судьи, вынося решения в пользу тех, кто больше
заплатил, или за кем стоит кто-то из крупной нечистой силы – прокурор, мафиозник, министр
и т.д. Законы никогда не берутся в расчет, точнее их зачитывают, чтобы наказать
невиновных, показать, мол, все идет демократическим и правовым путем. Обычно нечистые
судьи работают в паре с вампирами из Генеральной прокуратуры, и барыши делят пополам.
И волки сыты, и овцы целы. Лишь те, у кого не было денег на откуп или принципиально
боролся за свои права, остаются ни с чем. Хотя нет, остаются... за решеткой.
Днем работают на полную катушку и следователи МВД. Нет пределов их фантазий в
области пыток и истязаний. Они кипитят людей в чае, сдирают живьем кожу, насилуют
дубинками, душат противогазом, отбивают палками все органы, после чего их же
милицейские патологоанатомы свидетельствуют, что арестованный скончался от простуды
или зубной боли. Огромные ресурсы проходят через такие «грязные» отделы, как борьбы с
экономическими преступлениями, рэкетом, терроризмом, ибо любого неправильно
перешедшего дорогу можно обвинить в покушении на главу государства, а порвавшего
днежную купюру – в диверсии против финансовой системы страны. Милиционеры охраняют
«черные» валютные рынки, скупку краденного, перепродают угнанные автомашины и многое
другое, и все это делается в светлое время суток. А после работы нечистая сила идет на
другую работу – снимать кассу со своих личных супермаркетов, баров, дискоклубов,
ресторанов. И там, и там следователи милиции имеют неплохие доходы.
Налоговики – это тоже часть Дневного Дозора. Им нравится работать на проверках
прибыльных учреждений, например, в торговых фирмах, банках, строительных корпорациях,
ибо денег там столько, что даже кур тошнит. В накладе налоговые лешии никогда не
остаются, немало добра выносят они из своих походов в подобные учреждения. Им
97
нравится, когда законы запутаны, а инструкции секретны, когда люди работают нелегально,
делают непреднамеренные ошибки, ведь с этого снимаются огромные барыши. Любой
промах или недочет можно трансформировать в экономическое преступление вселенского
масштаба. И горе тем, кто вовремя не поймет, что нужно делиться чем-то. Потому что
делиться уже всем ему придется на суде и в прокуратуре. А там можно остаться без трусов.
Не стесняются налоговики отнять и выручку у старушки, что напекла пирожков и пошла
продавать у автобусной остановки – пенсии ведь не хватает на жизнь. Налоговой нечисти не
до жалости и не до совести – самим нужно ходить в дорогие бутики, покупать
бриллиантовые диадемы и кольца с сапфирами, чего уж старушку попускать мимо, или, как
говорится, с мира по нитке – лешему на костюм.
Вечерний Дозор начинается где-то в 17.00 часов. Дневной махает новым кровососам
и каннибалам ручкой и уходит на покой, и тут начинается очередной виток и с утроенной
силой. Просыпаются леприконы-чекисты, которые нынче тоже голодны, начинают слежку за
теми, кто может наполнить их организм свежей кровью. На заметку вначале берутся
успешные бизнесмены, которых потом путем фальстификации всего и запугивания обвиняют
в религиозной пропаганде или финансировании подпольного революционного движения, или
вывозе капитала за рубеж – все зависит от скудоумия или фантазии следователя секретной
службы. Конечно, чекисты сами помогают главным вампирам вывозить народное богатство
за границу, так ведь это разрешено нечистой силе. А простой народ должен быть только
мясом и резервуаром крови для ненасытных вампиров, ему ничего не положено. Тут
чекистам помогают внедренные в общество стукачи-мясоеды, поставляющие информацию о
политически неблагонадежных лицах или чрезмерно независимых журналистах. И если вы
видите огромные особняки в центре города или крутые заведения, то знайте, что
совладельцами являются и те гномы, которые носят погоны секретных работников.
Не успел Вечерний Дозор завершить свои дела, как ему на пятки наступает Ночной –
дел много. Оперативники с отдела по борьбе с проституцией выгоняют на панель
подконтрольных путан и делают наставления сутенерам и мамам Розам, как и где лучше
работать, какие сегодня ставки и тарифы. На границах закрываются таможенные посты, но
открывают «двери» пограничники. Им тоже хочется кушать, и они пропускают нелегально
огромные партии товара, колоны людей, лишь бы «зелененькие» грели их руки. Конечно,
провоз героина стоит дороже, чем трусов и джинс от Версачче, а автоматов и мин, чем дынь
и арбузов. Поэтому граница также бурно живет ночью, как и днем, и нечистая властвует тут
безрадельно.
Порой кажется, что все эти Дозоры – одно и тоже. Впрочем, оно так и есть. Утренний
Дозор может задержаться до глубокой ночи, а Вечерний – до 12 часов дня – все зависит от
объемов конфискуемого, отнимаемого, экспроприируемого, изымаемого. Не ищите
справедливости в этом. Не требуйте правды от них. Ибо нечистая сила оперирует иными
принципами, использует другую мораль, живет противоположной нравственностью. У нее
нет совести, ума, чести, а список низких качеств настолько большой, что не уложится в этот
рассказ.
Да, есть еще Зимний, Весенний, Летний и Осенний Дозоры, также существуют
Европейский, Азиатский, Африканский, Латиноамериканский, Австралийский Дозоры, но что
они из себя представляют – это не тема данной истории. Достаточно вам того, что
ознакомились с суточными негодяями и подонками, которые окружают вас, и о которых вы,
впрочем, сами можете рассказать немало.
(16.04.2008)

Пресс-доверчивый человек

Один человек верил в официальную прессу. «Раз нам говорят о чем-то с экрана
телевизоров, передают по радио или печатают в газетах, то это правда, - рассуждал он. – Не
может родное правительство обманывать граждан независимой и суверенной страны. А все,
что твердят за рубежом о нас, так это вранье и провокация!» Поэтому утром он включал
телевизор и смотрел новости.
«У нас самая демократичная демократия, мы достигли высот в правах человека и его
свобод, чего не снилось другим народам, и не зря наша Конституция мировым сообществом
признана самой прогрессивной», - говорил в политической программе «У нас и у них» один
98
профессор-юрист, директор Центра по развитию Конституции, соблюдению законности и
прав человека.
Человек верил ему, и шел на работу. По дороге он видел, как озлобленные
милиционеры били резиновыми дубинками пикетчиков у Генеральной прокуратуры, ловили у
станции метрополитена иногородних и вымогали у них деньги, стреляли в прохожих у
израильского посольства, подкидывали патроны и наркотики оппозиционерам. «О-о-о, это и
есть, наверное, наша демократия, наши великие права, о чем говорил сегодня директор того
Центра!» - восхищался Человек, мысленно желая работникам репрессивных органов
здоровья и силенок в такой нелегкой и опасной работе.
По дороге он покупал в киоске «Пропагандист-макулатурщик» газету «Вся правда
Востока и неправда Запада» и читал на первой полосе большое выступление министра
экономики на сессии парламента о том, что развитие народного хозяйства идет полным
ходом, снижена инфляция, рынок заполнен товарами и услугами, для бизнеса в очередной
раз снижены налоги, инвестиции прямо захлебываются, ожидая, когда мы их примем к себе.
Затем в обеденный перерыв человек бежал на ближайший базар, чтобы купить себе что-
нибудь перекусить, и видел, какие громадные цифры расписаны на продуктовых ценниках, в
магазинах товары продают из-под полы, иногда по записи и талонам от местного комитета,
причем выдают не больше трех штук чего-то на руки. Бизнесмены между собой шептались,
что стало трудно перевозить товар, мол, таможенники дерут как медведь барашка, а
налоговики последние копейки выбивают для себя и в госказну. «Это и есть наша светлая,
социально защищенная рыночная экономика!» - гордился человек, считая, что за пределами
страны совсем худо, что хоть вешайся.
После обеда он шел на пятиминутку и там слушал выступление одного грамотного
политинформатора, который читал журнал «Финансы и деньги». Статья посвящалась
денежному обороту, и в ней министр финансов и глава Центрального банка утверждали, что
все граждане предпочитают хранить деньги в банках, а валюты, в том числе и иностранной,
вполне достаточно, чтобы не иметь проблемы. И тут человек почему-то вспоминал, что до
сих пор не может обналичить деньги в банкомате, куда его зарплату зачислила бухгалтерия,
и какие длиные очереди у сберегательных касс в ожидании поступления хоть мизерной
суммы. Там дедки и бабки дрались за право получить пенсии или снятять суммы со своих
вкладов. «Как хорошо у нас, что наши министры думают о народе, все делают во благо нас»,
- водушевленно думал он, считая, что за границей народ мрет от безденежья.
Вечером человек идет домой, слушая портативное радио, а там сообщает
генеральный прокурор, что плюрализм мнения в стране соблюдается, оппозиция разрешена,
нет цензуры в средствах массовой информации, можно даже на демонстрацию шагать.
Только заходит он в подъезд, а оттуда толпа вооруженных до зубов чекистов выводит
окровавленного соседа – диссидента, который вчера по вражескому радио критиковал
власть. «Это и есть плюрализм – арестовывать врагов народа, и здесь наше правительство
делает все верно», - соглашался человек, пожимая руки тем, кто потом пытал диссидента в
подвале – значит, так надо.
Вечером он садился на кресло, снова включал телевизор, а там по программе «На
сигнале» министр внутренних дел успокаивал телезрителей: «Благодаря политике
президента в стране снизилась криминогенная ситуация. Нет бандитизма и грабежей,
исчезли убийства и насилия. Об этом свидетельствует наша статистика. Так что все мирно и
спокойно». И верил ему человек – ну, не будет же сам министр врать о том, в чем он
специалист и за что зарплату получает. Решил он прогуляться перед сном. Выходит на
улицу, а в темном переулке стоят двое в повязках на глазу, с ножами и угрожают ему, мол,
гони деньги.
- Что вы делаете! Статистику милицейскую портите! – зло орет им человек. – Министр
только что сказал, что вас нет и быть не может!
Рассердились на это замечание бандиты и сказали, что сейчас его самого не станет –
пырнули ножом, прямо в сердце.
Умер бедолага. Утром родные завернули его вместо савана в газеты, положили
вместо гроба в ящик из-под телевизора, примостили там радиоприемник со свежими
батарейками, и похоронили. И если вы идете по кладбищу, и вдруг услышите из могилы
звуки радиоприемника, то знаете, там лежит и верит официальной прессе доверчивый
человек.
99
(5.05.2008)

Хобби президента

У президента одной страны было хобби. Сами понимаете, президенты – тоже люди со
своими слабостями и «бзиками», имеют увлечения, которым занимаются в свободное от
работы время. А как же иначе? Ведь целыми днями и порой ночами они заняты
государственными делами – издают указы, назначают или снимают чиновников,
выслушивают доклады, стучат кулаком по столу или по мордам бездельников, говорят
умные вещи по телевизору, участвуют в различных заседаниях, принимают делегации и
дают обеды в честь гостей. От этого объема труда и сойти с ума можно. И снимать
напряжение им позволяет хобби.
Конечно, у всех людей оно разное. Одни играют в музыкальные инструменты, другие
живописью увлекаются, третьи кроссворды сочиняют, четвертые кораблики строят. Бывает и
так, что некоторые находят правду в вине и среди женщин... но это не касалось нашего героя
– на такую чепуху время не тратилось им... И в этих увлечениях государственные мужи
проявляли такие же высокие и разносторонние таланты, как и в правительственном
управлении. Так и у нашего главы государства было увлечение, не менее значимое, чем
основная работа...
Каждый вечер он возвращался с президентского дворца домой – в такой же
роскошный особняк, с таким же количеством охранников, выходил из лимузина, скидывал с
уставших плеч бронежилет, который носил весь день, после чего спускался в подвал. Там у
него была мастерская. Нет, не художественная, не швейная, а даже не киностудия, а
обычная плотницкая – полная молотков, стамесок, рубанков, пил и плоскогубц. Именно
здесь творил президент то, о чем днем он вырисовывал в своев воображении, делал эскизы
на бумагах из-под черновых указов. Сюда ему доставляли ужин и не отвлекали, пока
президент пилил, строгал, делал нарезки, шлифовал, покрывал лаком, забивал гвозди.
Вот и сегодня он упорно работал над новым проектом. Вообще-то, из его рук
выходили одни и те же изделия, одного же типа и назначения, но сегодня президент
особенно старался – было вдохновение. Он даже не слушал главу иностранной делегации, с
которым встречался утром, а чертил на папке очередной рисунок и все думал, как бы
поскорее вернуться домой и начать творить. Из дорогостоящих досок ценных пород,
складированных в мастерской, после его трудов вскоре появлялось чудо. Оно было
изящным, геометрически точным, инкрустированный замысловатой восточной резьбой -
ганчем, покрытый лаком, обитый красным бархатом, с позолоченными металлическими
углами, даже ручки были изящно сделаны. Любой посторонний восхитился бы им, понял,
сколько любви и стараний вложено в него. Представляю, сколько могло стоить на рынке это
изделие, если бы президент вздумал его продать. Однако он не бегал за славой и
богатством – того и другого у него было достаточно, даже с излишком. Лишь альтруизм
двигал им.
«Хорошо получилось, лучше, чем в прошлый раз», - восхитился своей работой
президент, отступая назад и отбрасывая инструменты. Пот градом катился со лба, да только
что может быть выше чувства удовлетворения, когда видишь конечный результат. «Это
сделал я для человека, которому подарю», - тихо сказал он, смотря на смастеренный им
гроб. Дело в том, что сегодня вечером его стражники должны были тайно умертвить
политического оппонента, похищенного три дня назад из квартиры, и именно для трупа
готовил глава государства данный гроб. Ох, сколько таких изделий прошло через его руки,
сколько в него легло людей!.. Знали бы враги, какую честь он им отдает – сами бы
напрашивались под гильотину!
«И пускай после этого посмеет кто-либо сказать, что я нетерпим к своим оппонентам,
не уважают оппозицию», - хмыкнул резидент, предчувствуя удовольствие, когда ночью
пойдет на кладбище и самолично похоронит своего врага... Ведь хобби – это сильная штука,
осбенно если оно – продолжение основной, государственной работы.
(8.05.2008)

Акула, определившая океан


100
В одном океане плавали тунцы – веселые золотистые рыбы, количество их такое, что
порой затмевали они дно многих вод. Все хорошо у них было, пока к ним не подплыла акула,
такая злая и вечно голодная, и при этом весьма хитрая особь. И говорит: «Уважаемые рыбы,
нельзя вот просто плавать в океане – без идеи, программы, верного курса и, самое главное,
без лидера – не порядок это, гнусно и срамно!». На что тунцы удивленно отвечают:
«Почему? Мы тысячи лет так плаваем и не знали проблем. Нас коллективизм, лидер не
нужен, нам все хватает – и еды, и пространства, и света...»
Усмехнулась акула, щелкая острыми как пилы зубами: «Неверно мыслите, рыбки!
Нынче век не тот – весь океан будоражит от межрыбъего терроризма, спрутовского
религионизма, баракудского национализма, усиливает этот процесс глобализация
моллюсков, миграция особей идет с Южного полюса к Северному и с экваторов – к
мередианам! Киты, говорят, переводят свое питание с планктона на нас, и тут радостей для
нас мало! При таком хаосе нам нужно сплотиться, чтобы не потерять свои ценности,
ментальность, не купиться на чуждые нам идеи, открыть для себя великое будущее».
Испугались тунцы: что-что, а об этом не ведали, не чуяли. А вдруг действительно это
опасно? Ведь вымерли когда-то в древности кистеперские рыбы, ихтиозавры и триллобиты,
наверное, не сумели защитить себя и свое подводное сообщество от гибели. И спрашивают
они у акулы:
- И что же нам делать? Как быть?
Улыбнулась хищница и отвечает: «Прежде всего, избрать меня президентом
тунцового общества! Слушаться меня, никогда не перечить и не критиковать! Изучать мои
труды и верить им как себе! Лишь тогда я спасу вас от несчастий и гибели, выведу на дорогу,
которая откроет нам благополучие!»
Поверили ей тунцы, избрали лидером. В тот же день она получила статус «акулы,
определившей океан» и повела избирателей в новые моря, полные опасностей и надежды.
От имени тунцов она вступала в диалог со спрутами, камбалами, барракудами, кашалотами
и электрическими угрями, которые попадались в дороге, при этом требовала, угрожала,
обещала, юлила, обманывала. Объявила войну скатам, и те от злости пережрали четверть
косяка тунцов. Кашалоты, которые оказались в дураках из-за лжи акулы, тоже не остались в
долгу, и проглотили еще четверть косяка. Долго гнались за тунцами раки и крабы, которые
оскорбились от неуместных обвинений акулы, а медузы обещали весь обжечь своими
ядовитыми жалами, если они еще раз сунуться на их территории.
Трудные времена настали для косяка. Среди тунцов пошли волнения и брожения,
начали они шептаться, что не то делает их вождь, не туда ведет. Раньше у них были
спокойные воды, яркое солнце, множество рачков и водорослей, а теперь полная голодуха,
бурные моря, холода и множество опасностей со всех сторон. Ничего, к тому же, непонятно в
идеологии акулы, которая, кстати, сама судит и казнит тех, кто ей не нравится. То объявит
среди тунцов некоторых оппортунистами и оппозиционерами и ест их, то другим заявляет:
«А, вы примкнули к религиозному течению Аль-Карамбы, то есть изменили мне, а
прозелитизм строго карается» - и пожирает их, не слушая их оправдания и заявления. Видит
акула, что недовольство в косяке растет с каждым днем, и наняла на службу других акул,
объяснив их полицейские функции: следить и наказывать тех, кто хоть слово против
президента промолвит. Мол, глупые они, им нужен лидер и наставник, а то заплывут не туда
и совсем с лица моря сгинут.
И стали акулы-стражники останавливать всех тех, кто им казался подозрительным, и
без суда и следствия кушать – по закону военного времени, объявленного лидером. И так
репрессиями уничтожили еще четверть косяка. Оставшая часть рыб еще больше испугалась
за жизнь свою и решила, что лучше молчать и ничего не говорить против, может так
останутся целыми. Они с тех пор безропотно принимают на веру все, что им говорит акула,
делают то, что она им приказывает. Так тунцы в конце концов поверили, что у них – самое
лучшее сообщество, а у других – самый что ни на есть кризис и падение в глубину, их лидер
– самый лучший, что родился за миллионы лет в океане, а у других – просто глисты и амебы,
ничего дать не могут. Иногда рыбы смеются над теми, кто проплывает огромными косяками
мимо, мол, как вам плохо, хотя сами когда-то в десятки раз по численности превосходили
всех.
И все равно акула ест своих подданных, и это воспринимается тунцами как борьба с
врагами режима. Иногда они организуют демонстрации и собрания в защиту своего лидера,
101
мол, так надо, это верный путь, еще немного – и будет все хорошо. И плывут они куда-то в
великое будущее, уменьшаясь в численности с очередным днем. А акула и ее стражники
тихо-тихо, а иногда публично жрут тунцов, объясняя, что эти личности поддались влиянию
чуждых идей, изменили тунцовому сообществу, и понесли заслуженную кару. И толстеют с
каждым разом они, и аппетит еще больше их усиливается. Уже остался вообще мизер от тех,
кто когда-то именовался косяком.
И никак тунцы не вразумеют, что внедренные им идеи акулы, ее лидерство нужны
просто для удовлетворения элементарного чувства голода. Может, это поймет самая
последняя рыбешка... перед смертью...
(18.05.2008)

Особенности восточного туризма

Один мужчина, проживающий в Западной Европе, как-то в одной газете прочитал


рекламу: «Приглашаем посетить Восток! Экзотика, традиции, гостеприимство!
Незабываемые ощущения! Романтика и вдохновение! Путешествие запомнится на всю
жизнь! Обращайтесь в турфирму «Тешавой-ака и Компани». Куча фотографий, из которых
сразу бросился в глаза золотой глобус с одним континентом, памятник какому-то бородатому
мужчине, указывающим путь вперед, потом дыни, арбузы, помидоры на рынке, котел с
кипящейся жидкостью и золотозубый повар с тарелкой в руках. Интересные данные
давались о стране, мол, раньше там при царизме было хреново, а сейчас при
независимости сплошной расцвет всего и вся, развитие тамошнее лучше всех в мире идет,
демократия и рынок самые эффективные, на зависть соседям и назло врагам. Да и цена
вроде бы на тур невысокая, то есть сильно по карману не бьет. Заинтригованный этим
предложением, мужчина позвонил по указанным телефонам. Долго, правда, звонил, так как
на том конце провода не хотели поднимать трубку. Наконец-то раздался недовольный
женский голос:
- Алло, чё надо?
- Я тут по объявлению, - немного смутился мужчина. Сначала подумал, что не туда
попал, может, в притон какой-нибудь.
- Про какое объявление толкуете? – злобно прошипела женщина. – Мы тут тыщу их в
день даем! Это про поставку арбузов? Или вы насчет гастарбайтеров? Если про хлопок, то
начальник придет завтра, и вы сможете с ним обсудить детали...
- Не-ет, я про туризм, - расстерянно произнес мужчина. – Тут в газете говорится об
экзотике, традициях, гостеприимстве...
- А-а-а, так сразу бы и сказали, - голос немного смягчился. – Все ясно. Приходите к
нам, приносите паспорт и деньги, мы оформим вам визу, купим авиабилет, и через неделю –
доробожаловать в нашу гостеприимную восточную страну! Вас там ждут как короля, и
почести будут соответствующие!.. Хлебнете... э-э-э, куча удовольствий ждут вас! Так
понравится, что еще раз захотите приехать, и тут мы вам скидку сделаем...
Обрадовался мужчина. Сначала договорился на работе о предоставлении ему
недельного отпуска, потом побежал в банк и снял требуемую сумму, после чего явился в
фирму «Тешавой-ака и Компани». Правда, располагалась она в каком-то замызганном
здании в темном переулке, и комната была не совсем солидной. Женщана, которая
встречала его, не очень хорошо говорила на иностранном языке, но все же смогла понять,
что мужчине надо. Она обещала все быстро организовать, после чего с радостью взяла
деньги, поставила большую печать на договоре и протянула ему первый экземпляр.
- Поздравляю, вы стали одним из тех, кому посчастливится побывать на моей родине!
Мы вам позвоним, как все будет готово! – улыбнулась она, продемонстрировал целый ряд
золотых зубов. Да и золотые кольца на всех ее пальцах и золотой трос на шее
свидетельствовало о том, что дама – человек солидный, слов на ветер не бросает. Проникся
к ней уважением мужчина и вернулся домой, предвкушая поездку. Ох, что ему только не
снилось: арбузы, кипящийся котел, бородач на коне... – сплошная романтика!
Ждать пришлось почему-то долго. Не неделю, а целый месяц. Женщина по телефону
оправдывалась, что с визой проблема – очереди в консульский отдел, нужно доплатить,
чтобы все ускорить, потом авиабилеты подорожали, мест свободных на самолете нет – если
хотите все побыстрее пошло – пардон, но еще несколько кредиток... Мужчина понимал, мол,
102
наверное, действительно напряженное направление, туристов масса туда прет – всем же
охота увидеть Восток, экзотику, традиции и гостеприимство. Пришлось в два раза больше
дать сумму, чем оговаривалось в контракте. Несколько сложнее было объяснить шефу, что
переносится его отпуск на неопределенное время и ломается рабочий график. Слава богу,
начальство понимало, что Восток – дело тонкое, только вздыхало и отодвигало дату.
Прошло время, и наконец-то все формальности были улажены. И хотя женщина
обещала привезти документы домой, на самом деле это мужчине пришлось ехать на фирму
после нескольких дней ожиданий и бесполезных звонков туда. Увидев его, женщина в золоте
сначала не могла припомнить, кто это, а потом спохватилась:
- Ой, простите, не узнала вас – долго жить будете!
После чего долго копалась среди бумаг, и наконец-то вытащила конверт.
- Вот ваши документы! Поздравляю! Счастливого пути!
Мужчина открыл конверт, посмотрел дату вылета, потом на часы и вскрикнул:
- О, боже! Но самолет же сегодня! Через два часа!
- Так и хорошо! – улыбнулась женщина. – Мы же обещали, что быстро все сделаем!
Так что через два часа вы сможете вступить на борт нашего авиалайнера! Мы рады
сообщить о начале вашего путешествия!
Мужчина побагровел от изумления:
- Но я не готов! У меня не собраны чемоданы! Не подготовлены вещи! Какой кошмар!
На что женщина пожала плечами:
- Извините, но это ваша вина! Вы знали, что едите на Восток, то почему не
подготовились? Наша фирма не несет никакой ответственности за ваше, пардон,
разгильдяйство!
Того чуть не хватил удар, он выпученными глазами смотрел на сотрудницу фирмы, на
ее сверкающиеся золотые зубы и рой разных мыслей вращался в голове. Наконец он
успокоил полет своих «пчел», отдышался и заявил:
- Но я не знал, что именно сегодня у меня вылет! Я же сам к вам пришел...
- Считайте это сюрпризом! – проворковала женщина, доставая сигарету и изящно
прикуривая. – Мы такая уж компания – приносим радости и сюрпризы своим клиентам. Не
тратьте зря время, лучше бегите в аэропорт, а то самолет – тю-тю, улетит без вас, а никто
деньги вам не вернет – не в традициях нашей восточной авиакомпании, да и нашей фирмы...
туристской... да...
Мужчина вскочил и бросился в аэропорт. Хорошо что с собой была кредитка, именно
ею можно было расплачиваться за услуги по пути. Так он расчитался с таксистом и с
магазином «Дюти-фри», где приобрел сумку, кое-что из одежды и предметов санитарно-
гигиенического профиля. Правда, не совсем повезло в одном, что на борту самолета
стюардесса, которая коверкала иностранный язык, отказывалась принимать электронную
кредитку за вещи, которые мужчина хотел купить у авиакомпании, и требовала только
наличные. «Кэш, мистер, и только баксы», - твердила она, рисуя на бумаге знак «$», думая,
что мужчина не понимает о чем идет речь. Тому осталось только развести руками.
Полет продолжался около семи часов. Самолет был заполнен максимум на десять
процентов, хотя было заявлено женщиной, что билеты трудно достать, рейсы перегружены
туристами... «Может, это чартерный?» - подумал мужчина, пытаясь прочитать газету на
незнакомом языке, что преподнесла ему стюардесса. А потом бросил все попытки и
постарался расслабиться. За время полета дали какую-то бурду в пластике, высохший
бублик и прокисшее вино, иногда – по настойчивой просьбе - колу. По телевизору
показывали кино тоже на незнакомом, наверное, восточном языке. Мужчина ничего не
понял, так как сюжет был замысловатым: песни, пляски, стрельба, крики, поножовщина и
драки, суровые полицейские, коварные враги и томные красавицы. Зрители пытались
разгадать, что именно было в фильме: то ли какие-то оппозиционеры хотели организовать
покушение на главу государства, то ли люди из спецслужб где-то революцию готовили, то ли
журналисты в Интернете гадости на строй лили, но все равно победил герой, который всех в
салат изрубил и заявил подоспевшим репортерам что-то гордо и значимо, а что именно
было не ясно – перевода не последовало. Потом заиграла торжественная музыка, появился
знакомый золотой глобус с континентом, флаг, на фоне которого президент отдавал честь
народу, стоявшему у его ног.
103
И вот посадка. Самолет приземлился, подъехал к стоянке. Тут подкатили два
автобуса, и голос стюардессы пронесся по салонам. Сюдя по всему, она первым приглашала
выйти наружу каких-то важных людей, которых встречали с теплотой и радостью, им даже
пограничники салютовали. А потом пошли обычные люди, которые тащили по трапу
телевизору, коробки, мешки, сумки. Мужчине было легче – всего лишь сумка. Их всех
посадили в обычный автобус, но ехать не торопились - пришлось еще полчаса ждать,
жарясь на солнце, пока пограничники и таможники обшарят весь салон с собаками, а
служащие аэропорта раз десять всех пересчитают и отметят. «Это наверное, такая
традиция», - восхищенно подумал мужчина, чувствуя себя как в микроволновой печи.
Наконец-то автобус тронулся.
Едва он остановился у дверей здания, как народ рванул туда со всей скоростью,
словно боялся куда-то опоздать. Почему они торопились, мужчина понял чуть позднее. Дело
в том, что чуть раньше прибыло еще несколько рейсов, зал пограничного контроля был
полон людей, а работало всего два поста, и там скопилась очередь. Пограничники не
торопились обслуживать, они долго пробивали что-то на компьютере, подозрительно смотря
на прилетевших, задавали какие-то вопросы, щупали паспорта, сканировали визу, после чего
ставили штамп на страницу.
Когда мужчина встал у окошка, как хмурый пограничник что-то спросил на восточном
языке. Стараясь быть вежливым и доброжелательным, мужчина сначало на своем
европейском языке, а затем жестами показал, что не понимает. Это разозлило сидевшего по
другую сторону границы. Он начал злобно что-то кричать, выбрасывая слюни, покраснел от
натуги, затем вызал вышестоящего офицера, который, презрительно смотря на иностранный
паспорт, стал тоже что-то требовать от мужчины. Однако это ясности не внесло. Мужчине
показали место на скамейке, мол, типа сиди и жди, пока проверят тебя по какой-то базе
данных. Пришлось сидеть и потеть от жары – здание не вентилировалось. Через три часа
его пропустили дальше, поставив заветный штамп на визу.
Но это был не выход. А вход в таможенную зону. Там тоже было полно людей, и
работало только три поста. Кто-то из пассажиров возмущался, что что-то исчезло, чего-то не
хватает, однако это говорилось на местном языке, который был неизвестен туристам. Какие-
то парни, воровато оглядываясь, предлагали мужчине организовать быстрый проход через
таможенный досмотр, если тот отстегнет им немного денег. Мужчина подумал, что это
сервис аэропорта, однако наличных у него не было и он расстерянно развел руками, типа,
«айм сорри». Те сначала недоуменно посмотрели на него, потом покрутили пальцем у виска
и плюнули ему под ноги. «О-о, это, наверное, восточное приветствие», - подумал мужчина и
плюнул, в свою очередь, сам на них. Однако реакция была другой, парни полезли выяснять
отношения и схватили мужчину за грудки.
- О-о, это есть ваша восточная благодарность! – обрадовался мужчина и тоже схватил
одного за грудки и стал с ним раскачиваться. – Это хорошо! Это мне нравится! – кричал он,
радуясь такому приему. Действительно, гостеприимная страна. – Это ваш танец такой?
Официальный? Для гостей?
Незнакомцы побагровели от злости, стали шипеть, как змеи, но тут вмешался
таможенник, что-то грозно им крикнул, и парни ретировались. Мужчина, махая им вслед,
мол, спасибо за встречу, взял сумку, засунул в паспорт таможенную декларацию и подошел к
офицеру. Тот посмотрел на документы, потом хмуро осмотрел мужчину и предложил
положить вещи под рентген. Долго смотрел, а потом стал щупать, не спрятаны ли там что-то
от контроля. Мужчина подумал, что таможенник проверяет, насколько прочна ткань сумки и
стал уверять, что купил ее в «Дюти-фри», а там дают гарантию на товар, вот чек,
посмотрите.
Но тот отмахнулся от бумажки и потребовал показать валюту. Мужчина
продемонстрировал кредитку, чем привел в изумление офицера. Тот долго смотрел на
карточку, пробовал ее на язык, кусал, и очень расстроился. Из всего, что им было
произнесено, мужчина понял фразы про какую-то маму, доллары и дерьмо, наверное, это
было символами страны. Мужчина обещал обязательно сфотографироваться у памятника
этой мамы, взять в качестве сувениров местные доллары и посмотреть на кучку дерьма,
если это самая большая гордость страны. Таможенник поперхнулся, замычал что-то
нечленораздельное и указал ему дальше: вали!
104
Но проверка не закончилась. У выхода стоял полицейский в зеленой форме и кепке,
он играл наручниками и осматривал у всех документы и проверял багаж, наверное, следил,
чтобы туристы не завели тараканов, жучков или какие-нибудь болезни. Конечно,
полицейский потребовал предъявить документы и мужчине, оглядывая его с ног до головы.
И хотя он не знал ни одного из европейских языков, однако что-то долго выяснял на своем
восточном, смотрел все документы, что были в конверте, звонил кому-то по рации, потом
вновь задавал вопросы и получал одинаковый ответ: «Я вас не пронимаю, извините!» Сам
устав от бесполезного допроса, полицейский вернул паспорт и широким жестом показал
тоже на дверь. «Какие тут вежливые, показывают дорогу», - обрадовался мужчина. Ему уже
нравилось гостеприимство местной власти.
Вот зал ожидания, и тут толпа встречающих. Мужчина долго искал табличку со своим
именем: женщина в фирме обещала, что представители «Тешавой-ака и Компани»
обязательно встретит его и отвезет в гостиницу. Так он простоял час, но никто не пришел.
Зато подкатили какие-то мужики и, ссорясь между собой, обещали отвезти быстро и дешево
до центра города. При этом называли сумму, равную той, что обычно мужчина тратит на
поезд из одного города в другой в своей стране. «Ох, а у них цены как у нас, значит,хорошо
живут», - приятно поразился мужчина. Но – увы! – денег не было, а на кредитку таксисты
смотрели с недоумением, словно им предлагали туалетную бумагу. «Такие у них, наверное,
не принимают, скорее всего, их технологический и банковский прогресс опередил Европу», -
подумал мужчина, вздохнул и стал пробираться сквозь толпу к выходу.
По дороге его толкали, что-то говорили, дергали за рукав, но мужчина только
вертелся и ничего не мог понять. А когда очутился на улице, то увидел, что сумка его
открыта, и там не хватает несколько пакетов с вещами. «Потерял», - вздохнул мужчина,
решив, что его вещи вывалились из самолета во время посадки. Ну не могли же они
пропасть в этой плотной толпе этих милых и добрых людей... Автобусная остановка
располагалась недалеко, да только мужчина еще не успел обналичить карточку, а значит,
транспортные услуги пока были недоступны. Попытка совершить банковскую операцию в
аэропорту к успеху не привела, кассирша показывала, что такие карточки у них не
принимают. «Я же говорю, мы отстали от них», - сам себе сказал мужчина. Слава богу, что у
него была карта города, и на ней он сумел найти гостиницу. Судя по масштабу, она была
рядом, но на самом деле он дошел до нее лишь к вечеру, когда высох от жары, а ноги еле
держались. Он несколько раз терялся в ориентирах, а местные жители, к которым он
обращался за помощью, с изумлением смотрели на карту, пытаясь понять, что на ней
нарисовано, и показывали в другую сторону. Еле дополз...
В гостинице наконец-то появилась переводчица. Конечно, она говорила на родном
языке мужчины, правда, с каким-то невероятно жутким диалектом, и порой 60% фраз
уходили в песок, но в общем мужчина очертил ситуацию: оказывается, встречающий ждал
его еще позавчера и вчера, и сегодня решил, что самолет не прилетит из-за плохой погоды в
Европе. Поэтому о нем позабыли... «Вот наши идиоты, что же они сообщают неверные
сведения о погоде, ведь была прекрасная неделя», - негодовал мужчина в отношении
национальной метеослужбы Европы. И пришлось ему извиняться за просчеты его страны
перед сотрудниками гостиницы и фирмы, и за неудобсто, которое он доставил тому
встречающему, которые вчера его зря ждал в аэропорту.
А потом его провели в номер. Там было неплохо. Правда, через некоторое время
стали звонить дамы, которые на ужасном английском настойчиво предлагали какие-то
услуги, то ли экскорт, то ли массаж, то ли согревание ночью от холода и одиночества. «Надо
же, какое тут гостеприимство», - восхитился мужчина, поблагодарил невидимых женщин за
заботу и внимание, отметив, что ему всего достаточно: в номере есть одеяла, сплит-система
работает, да и массаж пока не нужен, может, потом.
Кстати, вечером он в гостинице встретил своего земляка, который, узнав о проблеме
обналичивании карточки, дал в займы 500 долларов. Мужчина обещал ему вернуть уже
дома эту сумму. А утром, едва город проснулся, пошел прогуливаться по улицам. Проходя
мимо одного, судя по всему, официального здания (там развивался государственный флаг,
был герб и куча охранников) он заметил, как какие-то люди с плакатами дрались с цыганами.
Точнее это цыгане, вооруженные арматурой и палками с гвоздями, нападали на
пикетирующих, злобно крича. Весь асфальт был в крови, стонали пораненные женщины, а
105
полицейские ходили рядом, делая вид, что ничего не видят. «Что это?» - спросил мужчина у
экскурсовода, приставленного к нему. Та, скривив лицо, ответила:
- Обычный спектакль, каждую пятницу здесь такое бывает!
- Спектакль? – удивился мужчина. – А что это за спектакль такой?
- Очень популярный среди жителей нашего города, они часто сюда приходят
поглазеть на представление, которое называется «Правозащитники против прокурора»,
правда, сегодня новая серия «Цыгане бьют правозащитников», - терпеливо пояснила
экскурсовод. – Так что все это – сцена, мишура, отработанные действия, отработка голоса и
движения. Мне это уже надоело... все равно все бесполезно... Ничего не добьются эти
правозащитники... такая уж страна... и народ...
«Ой, как интересно, - подумал мужчина. – Какая идилия, какое творчество! Актеры так
реально вошли в роль цыган, правозащитников и... этих полицейских, что диву даешься... И
кровь похоже на настоящую, и крики как в реальности, и полицейские хорошо статистов
играют... Жителям так повезло, что такие у них есть таланты».
А потом экскурсовод повела его в обменный пункт поменять валюту на местные
деньги. У будки висела таблица курса и наименование валюты, которые можно было
обменять: там были английские фунты стерлингов, японские йены, российские рубли,
китайские юани, корейские воны, кенийские шилинги, кувейтские динары, а также доллары и
евро. Вначале мужчина протянул сидящей внутри девушке, которая грызла яблоко и читала
газету, купюру в 100 долларов. И тут же услышал: «Мы не меняем доллары».
- Почему? – не понял мужчина.
- У нас нет такого количества национальной валюты, - объяснила сотрудница пункта,
не отрываясь от чтения.
- А пятьдесят долларов можете?
- Нет!
- А десять?
- Нет! Не понятно что ли! Нет денег!
Озадаченный мужчина повернулся к экскурсоводу с вопросом, мол, что это означает?
- Понимаете, наши деньги так ценны, что их мы сами интенсивно используем, и на
размен на доллары не хватает – нет лишних, - сказала та. – Здесь никого не интересует
иностранная валюта, наша самая крепкая, устойчивая, конвертируемая и любимая. Мы –
патриоты, любим только свои деньги!
- А если у меня были бы йены или песо, то вы бы поменяли?
- Нет, - хмыкнула сотрудница из будки. – У нас детекторов нет.
- А зачем вы разместили эту информацию тут? – мужчина показал на таблицу.
- Для красоты!
Мужчина отошел, чеша затылок и думая, вот это да – какой экономический прогресс,
какая сильная финансовая система! Не то что в его стране – инфляция больше 1% в год –
ужас! И тут экскурсовод, осмотревшись по сторонам, сказала:
- Подойдите к тому человеку в форме – он вам организует обмен денег!
- А кто это?
- Это полицейский, он охраняет этот обменный пункт...
- А разве полицейские этими вопросами ведают?
Экскурсовод нервно дернула плечами:
- У нас – ведают. Они всем тут ведают, не только валютой. Если вечером пройдетесь
по улице Красных фонарей, то увидите служителей правопорядка, которые защищают жриц
любви!
- О-о-о, какая справедливость, какая демократия! Женщин, действительно, нужно
защищать, и им помогать во всем! У вас полное гендерное равенство! – восхитился мужчина,
и подошел к полицейскому. Тот обрадовался, что может помочь гостю в таком деле и быстро
поменял ему 100 долларов на кипу потрепанных местных денег. «Если нужно еще будет вам
поменять сумму, то приходите сюда, я тут каждый день дежурю, мое имя...» - и он назвал
трудно запоминающееся слово. Мужчина записал его в блокнот и обещал еще зайти.
- Какие у вас гостеприимные полицейские, как они рады помочь иностранцам! –
поражался мужчина.
Дальше их путь лежал на восточный базар – именно здесь творились чудеса, как
писалось в рекламе, мол, это сердце и душа местной жизни. Действительно, здесь были
106
лавки, полные товара и продуктов питания. А какими ароматами несло с фруктовых и
бахчевых площадок – аж слюнки текли! Мужчина стал прохаживать по рядам, смотря на
четырехзначные цифры и стараясь перевести их в эквивалент его валюты и соизмеримость
со стоимостью в его стране. Получалось, что дороже.
- А у нас люди – богатые, им эти цены легко пережить, - пояснила экскурсовод. – Если
даже в 2 раза подорожает – все равно купим, деваться-то некуда! Граница перекрыта,
таможня... э-э-э... интенсивно работает...
- Вот это да! Как далеко вы пошли в экономических реформах! Вам нипочем рост цен!
Тут он заметил, как какие-то солидные люди в сопровождении полицейских стали
проходить мимо торговцев, что-то им строго внушать, и те раболепно склонили головы. А
когда мужчина пошел в обратную сторону, то увидел новые ценники, и там цифры были в
100 раз меньше первоначальных.
- А что это? – не понял он, указывая на цифры.
- Это возврат к тем ценам, что были у нас 20 лет назад... Только 1 раз в день на один
час мы используем дорогие цены, а остальные 23 часа – только дешевые, то что вы видите!
Эта комиссия... по рыночному ценообразованию из правительства проверяет, чтобы
дешевые цены были всегда, пока у нас есть важные гости из других государств и банков...
- Оу-у-у-у! Я просто восхищен вашей страной! – мужчина подошел и попытался купить
овощи по тем ценам, что были на ценнике. Да только продавцы сказали, что этот товар уже
выкуплен, и если мистер хочет, то через неделю они доставят ему заказ. «Ой, спасибо, но
через неделю я буду дома», - огорчился мужчина.
- А вы дайте нам свой адрес – мы вышлем вам столько, сколько хотите! – ответил
старик. Мужчина протянул ему листок и заметил, как спешно собрались остальные торговцы
и покинули рынок со своим товаром. «Наверное, повезли заказ в дома клиентов, ох, какая
логистика, какой сервис!» - догадался он. Действительно, прошед какой-то уважаемый и,
наверное, богатый человек и все скупил по новым ценам... значит, хорошо тут живут.
Проходя мимо одного дома, он заметил, как подъехали полицейские и пожарные
машины. Пожарники выдвинули лестницы к стенам здания, а полицейские взобрались по
ним к окнам и стали срывать вывешенное постиранное белье. «А что они делают?» -
спросил мужчина, удивленно следя за этой процедурой.
- Э-э-э, это они тренируются согласно приказу мэра города, как дать отпор врагам.
Например, если террористы развешают фашистские флаги, то полицейские должны уметь
быстро их снять, - пояснила экскурсовод. – И этим самым обезвредить их вредное
идеологическое влияние!
- А почему жители такие недовольны, - мужчина показал на негодующую толпу,
которая кричала проклятия носителям погон. – Или это тоже репетиция?
- Кричат, что виноваты... ведь сегодня – день государственного флага и нужно
вывешивать только стяг и портрет любимого вождя, который указал нам путь в великое
будущее и которого мы называем как человека, определившего эпоху, - грустно произнесла
экскурсовод. – А полотенца, трусы,бюстгалтеры и носки следует вывешивать в другие дни...
Завтра, послезавтра...
- Оу-у-у, какие интересные у вас традиции, - заметил мужчина. – Ой, а это что? – и тут
он указал на отряд, который дубинками разгонял старушек, детей, мужчин от дома, возле
которого стояла строительная техника. Судя по всему, прекрасный старинный многоэтажный
дом подлежал уничтожению.
- Этот дом сносят, а жители не хотят уходить...
- А разве так можно делать? Разве у вас не признается частная собственность?
Экскурсовод вздохнула:
- Признается по закону, но не для всех. Признают собственность чиновников,
прокуроров, полицейских, бандитов – это почетные люди города. А этим жителям
предложили... э-э-э... самые лучшие участки – на окраине столицы, прям у хлопковых полей
и огородов... люди выражают тут свое... э-э-э... удовольствие, мол, спасибо государству
родному за такую заботу, чтоб оно развалилось... Наверное, расшумелись, и полиции
пришлось их прогонять.
- А-а-а, - протянул мужчина. – Ясно. Наверное, хулиганят. Тогда все ясно. У нас тоже
антиглобалисты шумят, - и стал расказывать, что глобалисты иногда сжигают автомашины и
ломают витрины магазинов. Но тут полицейские более решительнее. Наверное потому, что
107
их почти столько же, сколько и гражданских, если чуть не больше. Куда не ткни взглядом –
зеленая кепка плывет. «У нас самая почетная и доходная профессия – это полицейский», -
пояснила экскурсовод. И мужчина понятно кивнул: да-а, это интересное обстоятельство.
Потом он видел, как у станций метрополитена старички и старушки платили
полицейским, которые проверяли их документы. Или сопровождали похоронные процессии,
свадьбы, мероприятия в кинозалах. «Как это почетно – иметь экскорт», - вздыхал мужчина,
жалея, что в его стране полиция только бореться с преступностью, а простым людям таких
услуг не оказывает. Он очень удивился доброте полиции, которая выдает разрешение на
выезд за границу, мол, вот как заботяться о гражданах, интересуются их судьбою. «А кому
отказывают, так это лишь потому, что эти лица проявляют эгоизм - не берут с собой в поездку
семью, а это не очень хорошо», - пояснила экскурсовод, и мужчина, подумав, согласился с
этим мнением. Да, правильно, если едешь куда-то – захвати супругу и детей!
На следующий день он на автобусе поехал на площадь Независимости. Правда, ему
два часа пришлось его ждать, ибо расписания движения не было, и мимо презжали
автобусы с другими маршрутными номерами. А потом он час коптился в салоне, поскольку
водитель ждал (при этом не выключая мотор и страшно чадя соляркой), пока народ не
скопился до такой плотности, что одно тело чуть не входило в другой, и после этого
тронулся. Кондуктор, который еле протискивался через пассажиров, брал деньги за проезд и
забывал выдавать абонемент. Он несколько раз прошелся мимо мужчины и требовал
оплаты, и каждый раз мужчина платил ему. «Наверное, тут оплата за каждую остановку», -
подумал он.
Из окна он видел множество транспарантов, развешанных то на домах, то
перпендикулярно и параллельно улицам. Что на них написано, мужчина не знал, и стал
расспрашивать пассажиров. Один из них – студент - немного знал иностранный и стал
пояснять:
- Это мудрые цитаты нашего вождя.
- Он их так много говорит?
- Ага, и мы должны их знать наизусть. А поскольку времени их учить нет, то по дороге
смотрим, читаем и запоминаем. А потом сдаем экзамены, и лишь потом получаем зарплату
или стипендию, или утверждают балансовый отчет в налоговой инспекции...
- А зачем вам нужны эти цитаты?
- Э-э-э, это как Библия или Коран, - с кислым лицом сообщил студент. - Президент
читает суры, которые сам придумывает, и мы обязаны ему верить также как богу. Он говорит
обо всем, и в тоже время ни о чем. Это философия великого будущего!..
Пассажиры в салоне угрюмо слушали разговор, не желая вступать в диспут. А
мужчина удивлялся такой интересной традиции на Востоке.
Наконец-то он доехал до места назначения. Площадь была величественной,
красивой, много сооружений. Там же был и тот глобус с одной страной величиной с
континент Евразия, который был в рекламном проспекте. На этом глобусе мужчина не
обнаружил свою родину. «Может, это глобус Марса или Плутона», - возникла мысль, и с ней
спорить не хотелось. Однако вышла неувязка: фотографировать ему не разрешили, так как
рядом располагался то ли сенат, то ли парламент, короче, как заявил злой полицейский,
стратегический объект. Там, может, хранились атомные бомбы или ракеты, раз нельзя было
запечатлеть объекты на память.
От площади он прошелся вниз и остановился у памятника бородачу на коне, которого
раньше видел в рекламном проспекте. Оказывается, много столетий назад эта личность
была великой, поскольку отправила на тот свет сотни тысяч мирных жителей Востока. Со
слов экскурсовода, бородач лично рубил головы или заливал кипящим маслом жертв. «А
почему вы поставили памятник убийце?» - не понял мужчина.
- Такая уж у нас традиция – уважать убийц, особенно осуществлявших массовые
казни, - ответила экскурсовод. – В этом и есть величие этого военноначальника и
государственного деятеля. Мы и сейчас живем по его принципам и строим великое
будущее...
- То есть... убиваете и грабите?
- Гм, наверное...
- А памятник жервам у вас есть?
108
Экскурсовод почесала за ухом и произнесла: «Есть, но не сегодняшним. Им поставят
только тогда, когда умрет нынешний убийца...» Потом экскурсовод пригласила мужчину
принять участие в каком-либо культурном мероприятии.
- Ой, как интересно, - произнес тот. – А что вы предлагаете? Что-то особенное,
восточное, неповториемое есть?
- Конечно! – воскликнула экскурсовод. – Сколько угодно. Например, типичная
народная забава «Полиция разгоняет демонстрантов». Суть такова: собирается люд в три-
пять тысяч человек, на них натравливаются солдаты и полицейские на танках, всех давят и
стреляют. Сплошная, в общем, мясорубка. Сами понимате, зрелищная картина получается:
море крови, трупы, гильзы, крики, плач...
- Хм, а что еще?
- Есть еще мероприятия «Оппозиция в гостях у полицейских»: человек сидит в камере
и палач в форме пытает его при помощи игл, утюга, горячего чая и противогаза – оч-чень
интересная традиция... Или еще «Прилипала бизнесмена» - это когда сотрудник налоговой
инспекции присасывается к фирме и выкачивает жизненные силы... А также «Театр для
одного зрителя» - это когда на площади Независимости для главы государства дают концерт,
он только один смотрит и хлопает в ладоши. А граждане наблюдают за этим в телевизоре...
- Хо, ну и дела! Как интересно! – хмыкнул удивленный мужчина.
- Могу предложить поучаствовать в ритуале «Актив у мэра»: это люди собираются у
главы города и два-три часа выслуживают оскорбления, испытывают унижения, обещают и
кланяются. Хочу сказать, что все это у нас – массовое явление, весьма популярное, раз не
имеет конца... Есть еще интересный обычай «Дети на хлопковых полях»,
продолжительностью в два месяца. А весной и летом мы организуем просмотр мероприятия
«Врачи на прополке», и почти круглый год «Инженеры убирают мусор». Знаете –
завораживающее зрелище, такого у вас на Западе нет...
- Я подумаю, а потом дам ответ, - несколько озадаченно произнес мужчина. Он
испытывал некоторое смущение. Ох, уж этот Восток!
Поскольку пришло время обеда, он заскочил в кафе и хотел поесть немного. Был суп.
Он заказал одну порцию, а когда ему принесли, то он черпнул ложкой, и всплыли на
поверхность вместе с картошкой и морковью несколько жирных зеленых мух. «Что это?» –
спросил он у повара.
- Мясо, - коротко ответил тот.
- А у вас только такое мясо? Нет баранины, курицы, рыбы?
- Есть. Но если вы не указали, какое мясо нужно, то мы используем насекомое мясо.
Очень вкусно, это специально откормленные мухи, калорийные и полезные для организма, -
стал уговаривать повар. – Это очень традиционное блюдо...
Но мужчина рисковать не стал, и отодвинул в сторону тарелку. Он только выпил
жидкость, которая официально именовалась чаем, хотя была слегка чем-то окрашена и
бесвкусна, и покинул душное кафе.
Вечером мужчина прогуливался по улицам, и вдруг заметил фланирующих по
неосвещенным тротуарам симпатичных девушек, которые махали руками проезжащим
автомобилям. Некоторые из них останавливались, девушки вступали в разговор с сидящими
внутри людьми, после чего садились в салон и уезжали. «Наверное, они едут домой», -
подумал мужчина. Правда, через два часа он вновь прошелся по этой улице и увидел тех же
самых девушек, которые отсчитывали деньги появившимся из темноты полицейским.
«Может, штраф платят, за то что ходят в несколько открытой одежде?» - возникло
предположение. И он подошел, чтобы спросить их, можно ли сфотографировать эту
традицию, чтобы рассказать своим соотечестивенникам, как тут чтут мораль.
Полицейские не знали иностранного языка и решили, наверное, что он пристает к
женщинам и стали тузить его вначале руками, потом ногами, а после и дубинками. Мужчина
упал без сознания. Он пролежал всю ночь, пока сердобольные прохожие не вызвали карету
«скорой помощи». Но она приехала только через три часа, когда тело совсем не подавало
признаков жизни.
Прибывшие полицейские провели расследование и установили, что мужчина умер от
простуды. Тело упаковали в цинковый гроб и отправили на родину. Вещи, в том числе
кредитку, конфисковали. А экскурсоводу пришлось писать письмо родным скончавшегося о
109
том, что туристов у нас любят... Только не всем везет. Такова уж специфика нашей страны и
такие уж традиции восточного туризма.
(27.05.2008)

Ментология – наука о ментах

Мне в жизни приходилось встречаться со множеством людей, которые имели свою


точку зрения на милицейскую службу и людей, в ней занятых. Мнения были противоречивые,
но подавляющая часть высказывала негативные эмоции, и некоторые из них я записал в
блокнот. Не потому, что негативны, а потому что весьма оригинальны. Собралось много
интересных цитат, но я приведу всего несколько из них. Итак, моя знакомая – студентка
биологического факультета, как-то ляпнула: «Чем больше я узнаю, кто такой мент, тем
понятливее мне жизнь рептилий». Речь вообще-то шла о крокодилах, однако это не меняет
сути. Видимо, для естествоиспытателя есть равенство между животным миром и
представителем карательно-репрессивных органов. Ее коллега, интересующийся
палеонтологией, промолвил: «Даже в эпоху динозавров (бес-) порядок наводили
ментозавры». Скорее всего, речь идет о распространенном хищнике того времени –
Тираннозавре-Рекс. Кстати, их преподаватель (со слов студентов) как-то пошутил: «Одни
считают, что обезьяна – пародия на человека, другие, что мент...»
А женщина, которая один раз была в милиции в связи с обменом паспорта, сказала:
«Разница между ментом и бандитом лишь в униформе». Видимо, встреча с офицером так
потрясла ее, что она итог высказала в этой интересной фразе. Хочу привести также мнение
учителя русского языка: «У царя было три сына: один умный, другой – добрый, а третий –
полная им противоположность – мент». Не знаю, откуда такая присказка, но, видимо, от
жизни... все сказки и пословицы – от нашей жизни. Иногда думаю, не ботаник ли это сказал:
«Чем дальше в лес, тем меньше там ментов». Что он имел ввиду – протяженность леса, или
рассеяность по территории представителей органов, или их концентрация в других местах?
Как-то на одной из конференции на тему прав человека, прошедшем в Польше,
адвокат из СНГ заявил: «Полицейское государство – это не только, когда много ментов, но и
если люди живут и думают как менты». Точно подмечено, не правда ли?! Чуть позже одна
психолог съехидничала: «Такая вот у нас ментальность», имея ввиду связь духовно с
ментами. Вот у меня такой связи нет, а некоторые ее испытывают по несколько раз в день. И
видимо не зря появилась такая фраза: «Упаси бог меня от ментов, а от бандитов я сам
уберегусь». Да-а, сотрудники МВД – это страшная сила, что лучше от нее откреститься,
если, конечно, веруешь. И отсюда еще одна цитата, которую я услышал от врача в
Ташкентской клинике: «Первой напастью для человечества был Сатана, второй – СПИД, а
третий – милиционер!» И тут я вычитываю очередную мысль, которую мне передали от
одного священнослужителя, ставшего свидетелем расстрела людей в Андижане: «Когда нет
дьявола, его замещает милиция!»
Но не все такие уж строгие к представителю суровой власти, некоторые жалеют
носителей погон и фуражки: «Будь милостлив в пути: подавай нищим и гаишникам». Они
понимают, каков сложный у них труд, и тут уместна крылатая фраза бишкекской
журналистки, которую я услышал тоже на конференции: «Книги пишут мудрецы, статьи –
журналисты, а паспорта и доносы – менты». Гм, не знаю про доносы, скорее всего, они
собирают их от своих тайных осведомителей... а может и пишут – такова же их профессия –
гадить людям. Например, разве не жизненна мысль: «Парадокс: когда кричишь «Милиция!» -
ее нигде не бывает, а когда ее не ждешь, она тут как тут». Волшебство какое-то, и не зря в
народе популярно начало к сказке: «И у чародея, и у милиционера есть волшебная
палочка». Правда, если первый может быть добрым, то второй – никогда таким не бывает.
Иначе, откуда такая фраза: «Честный милиционер – это не исключение из правил, это
– мутация». Может, это мнение генетика, а может, простого обывателя, ни разу не видевшего
такого представителя правопорядка. Кстати, о медицине, вот что я услышал от
родственника-врача, который сам работает в системе МВД: «У хирурга, и у милиционера
могут быть одинаковые операционные инструменты, только цели операции разные». А вот
одного правозащитника достали настолько приходы домой работников МВД и пропажи после
них вещей, что он в сердцах произнес: «Вор тащит, что