Вы находитесь на странице: 1из 42

0

Лобин А.Н. Артиллерия московских стрелецких полков в 1670–1680-х гг.

Впервые в историографии в статье исследуется артиллерия стрелецких


полков русской армии конца XVII в. Вводя в научный оборот источники из
нескольких архивохранилищ, автор подробно рассматривает вопросы
производства, снабжения, организации, использования однотипных полковых
орудий "непременных войск", и обосновывает главный вывод: "унификация
полковой артиллерии даже в частях «старой формации» — стрелецких приказах
— началась задолго до преобразований Петра Великого".

Ссылка для размещения в Интернете:

http://www.milhist.info/2012/07/23/lobin

Ссылка для печатных изданий:

Лобин А.Н. Артиллерия московских стрелецких полков в 1670–1680-х гг.


[Электронный ресурс] // История военного дела: исследования и источники. —
2012. — Т. I I. — С. 1-41. < http://www.milhist.info/2012/07/23/lobin> (23.07.2012)

www.milhist.info

2012г.
1

А.Н. ЛОБИН

АРТИЛЛЕРИЯ МОСКОВСКИХ СТРЕЛЕЦКИХ ПОЛКОВ


В 1670–1680-х гг.

При изучении полковой артиллерии русской армии XVII в., особенно


стрелецкой, возникают значительные трудности. Первая проблема, с которой
приходиться сталкиваться исследователю, — крайне скудная источниковая
база. Документы Стрелецкого приказа, главного ведомства, которому
подчинялись московские стрелецкие полки («приказы»), погибли в пожарах
XVII–XIX вв., поэтому историк ограничен в возможностях изучать быт,
структуру и вооружение служилых людей «по прибору» — стрельцов.
Сохранившиеся частицы архива этого приказа, в виде обрывков столбцов и
фрагментов делопроизводственных книг учета, раскиданы по различным
рукописным собраниям России. Отчасти отдельные моменты истории
стрелецкого войска можно прояснить с помощью привлечения документов
других приказов — Пушкарского, Оружейного и, главным образом, Разрядного.
Много интересной информации, описаний и рисунков, оставлено
иностранными путешественниками и послами. Но в целом комплекс уцелевших
источников достаточно небольшой.
Вторая проблема связана с интерпретацией сохранившихся
немногочисленных сведений. Дела Пушкарского приказа содержат данные об
отливке «полковых пищалей» целыми партиями. Так, известно, что большие
заказы московский Пушечный двор получает в период подготовки к войне
1654–1667 гг. Если тяжелые мортиры и «большой наряд» отливали Д.
Кондратьев, Г. Фальк и Ф. Аникеев (первые два мастера умерли от чумы в 1654
г.), то полковые орудия делали в соседнем амбаре «литцы» Т. Феоктистов, В.
Логинов, И. Антипьев. К сожалению, сохранившиеся записи «о литье» очень
кратки, например: «162 [1654] года июля в 19 день делают на Пушечном дворе
у пушечных литцов у Тимофея Феоктистова, у Воина Логинова, у Ивана
2

Антипиева шестнадцать человек ярыг, Фетька Петров с товарищы, полковые


пушки на два сверла проходят и прибыль оттирают»1. Большие партии орудий
Пушечный двор отливает и в следующем году. Приходно-расходная книга
Пушкарского приказа 1655 г. (скрепа дьяка А. Галкина) показывает активные
приготовления артиллерии с февраля этого года — мастеровые люди мяли
глину для формовок «полкового наряду», оковывали станки перед отпуском
новых орудий в полки2. После отливки орудия проходили обязательные
испытания стрельбой на прочность на полигонах в Ваганькове и у
Васильевского лужка, а затем направлялись на склады — Царяборисовский,
Мстиславский дворы и в амбары, расположенные между Неглинными воротами
и Глухой башней.
Но возникает вопрос — получали ли эти самые орудия именно
стрелецкие приказы? Известно, что с 1650-х гг. драгунские и солдатские полки
имели на вооружении по 5 орудий в каждом регименте3. Относительно же
артиллерии московских стрельцов неясность полная — сколько пушек имелось
в том или ином приказе, каковы их характеристики и конструктивные
особенности? Если в 1650–1660-х гг. не было никаких указов,
регламентирующих число артиллерийских орудий в полку, то как обстояло
дело с «регламентацией» в 1670-х гг.?
И, наконец, третья проблема — историографический вакуум, абсолютно
полное отсутствие исследований по интересующей нас теме. В свое время
важным этапом в изучении стрелецкого войска стали работы С.Л. Марголина, в
которых выявлены особенности комплектования, структуры и вооружения
стрелецких полков в Москве и городах4, и А.В. Чернова, по истории
становления стрелецкого войска5. Численности и размещению городовых
стрельцов на южных рубежах России посвящена диссертация В.А.
Александрова6. Одной из последних работ о московских стрельцах стала книга
М.Ю. Романова, изданная, однако, малым тиражом7. Специфическим темам —
одежде и вооружению стрельцов — за последние десять лет были посвящены
несколько статей в специализированных исторических журналах8.
3

Таким образом, артиллерия стрелецких приказов и поныне остается не


изученной. В литературе на этот счет обычно приводится ряд поверхностных
суждений и общих фраз. Например, М.Ю. Романов, автор последней
монографии по стрельцам, пишет: «Боевое снаряжение каждого стрелецкого
приказа дополнял «полковой наряд», состоявший из нескольких
артиллерийских медных орудий разного калибра. Обычно при каждом
подразделении имелось 6–8 пушек» 9. Возникает множество вопросов — что
это за «полковой наряд», из каких орудий он состоял, какого был калибра, как
применялся?
В процессе работы с документами Пушкарского приказа нами был
выявлен ряд источников, в которых затрагивались проблемы снабжения
стрельцов орудиями10. В ходе дальнейший штудий обнаружены некоторые
документы, так или иначе относящиеся к комплектованию стрелецкой
артиллерии. Именно реформы 1670-х гг. нашли отражение в приказной
документации — от этого периода сохранилось достаточно свидетельств о
производстве орудий и снабжении ими полков. Практическое значение в
выяснении некоторых вопросов истории стрелецкого наряда имеет переписка
Пушкарского и Стрелецкого приказов, отложившаяся в Научном архиве
Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи.
Здесь важно отметить «роспись медному наряду, которой прислан изо дворца»
1671 г., дела начала 1670-х гг. о присылке из Москвы медных пищалей в
пятнадцать стрелецких полков11. Полноценным дополнением к этому
комплексу источников являются росписи полкового имущества 1678–1679 гг.
девяти стрелецких полков, составленные в Белгородском столе Разряда на
основании справок из Стрелецкого и Пушкарского приказов12. Немаловажное
значение имеет техническая документация Пушечного двора — акты и книги
об отливке полковых орудий.
На основании вышеуказанных источников представляется возможным
попытаться составить представление о стрелецкой артиллерии конца XVII в.
Именно анализ подобных документов позволил рассмотреть заключительные
4

этапы реформ по перевооружению пехотных полков старой формации к 1680-м


гг., что и было апробировано в нашей предыдущей статье13.
Московский стрелецкий приказ–полк в 1650–1660-е гг. не имел
постоянной численности. Он мог насчитывать от 300 до 1400 человек.
Стрелецкая артиллерия была сборной, то есть состояла из нескольких видов
орудий — скорострельных, полковых и полуторных пищалей, калибром от ½
до 4 фунтов. Количество пушек зависело от численности приказов, условий
боевой обстановки и наличия самой возможности обеспечения материальной
частью. При решении каких-либо боевых задач воевода сам, по своему
усмотрению, из приданного наряда выделял определенное количество орудий
на стрелецкий приказ или отряд. Причем, в некоторых случаях стрельцы
вообще не имели артиллерии, к примеру, в 1655 г. в стрелецком полку Леонтия
Азарьева не было ни одной пушки, в отличие от шести солдатских и
драгунских полков, располагавших пятью орудиями каждый14. Только к концу
1650-х гг. за каждой стрелецкой частью, находящейся на театре боевых
действий, были закреплено определенное количество пушек. В 1660 г.
участвовавшие в боевых действиях стрелецкие приказы могли иметь от 2 до 7
разнотипных легких орудий, стреляющих дробом15.
Заменой испорченных при стрельбе орудий занимался Пушкарский
приказ, по запросу из стрелецкого ведомства. Так, 27 мая 1667 г. пушкарским
головам А.В. Александрову и М.И. Трофимову указывалось «принять им на
Пушечный двор Герасимова приказу Соловцова две пищали, которые
испорчены на стрельбе, а вместо тех пищалей дать таковых две пищали ядром».
Вместо двух «рваных скорострельных пушек» стрелецкий приказ (полк) Г.
Соловцова получил исправные пищали такого же типа, одну «немецкого литья»
весом 12 пудов, другую — «русского литья» весом 13 пудов 35 фунтов,
очевидно сделанную по немецкому образцу в России16.
В неспокойное время «разинщины» 1670–1671 гг. входившие в состав
группировок войск кн. П. Урусова, Ю. Долгорукого, Ю. Барятинского
московские приказы Ф. Александрова, Ю. Лутохина, Н. Колобова, В.
5

Бухвостова, А. Веригина, И. Полтева, А. Коптева, Ф. Головленкова, В.


Пушечникова, Т. Полтева, П. Лопухина, Г. Остафьева и Л. Грамотина имели на
вооружении от 2 до 10 скорострельных казнозарядных и полковых пищалей
калибром в ½, ¾, 2, 3 и 4 фунта, весом от 4 до 17 пудов.
Для укомплектования остальных стрелецких полков, направляемых в
качестве военно-полицейских частей в охваченные волнениями районы страны,
в срочном порядке дополнительно выделялись партии полковых орудий. Все
они были небольшого калибра, до 2 фунтов. В феврале–марте 1671 г. «для
службы» из Пушкарского приказа в три московских стрелецких полка были
переданы медные пищали «на станках и на колесах» с «ядрами, свинцом и
фитилем»:
 в приказ Ивана Волжинского — 2-фунтовая пищаль «русского
литья» длиной 1,5 аршина, весом 9 пуд. 30 фун.; 1,5-футовая
пищаль «немецкого литья», длиной 1 ¼ аршина, весом 17 пуд; 3
пищали дробовых весом от 9 пуд. 10 фун. до 9 пуд. 21 фун.
 в приказ Осипа Салова — пищаль полгривенки ядро, длина аршин 8
вершков, «весом с вертлугом железным три пуда 16 гривенок»;
пищаль полгривенки ядро, длина аршин 8 вершков, весу с
вертлугом … два пуда 20 гривенок»
 в приказ полуголовы Василия Ефимьева — пищаль немецкого
литья полгривенки ядром, длина 2 аршина 10 вершков, весу 9 пудов
пять гривенок; пищаль полгривенки ядро, длина 1 аршин 10
вершков, весу четыре пуда 21 гривенок; пищаль дробовая весом 9
пудов 35 гривенок17.
В документе не приводятся данные о численности этих приказов, но
можно предположить, что указанное число орудий было дано им в
соответствии с количеством стрельцов в каждом. По крайней мере, другие
документы показывают выдачу стрельцам орудий пропорционально их
численности — 1 пушка на «сотню».
6

Прорисовки стволов 2-фунтовых пищалей (Историческое описание одежды и вооружения


российских войск, с рисунками, составленное по высочайшему повелению. СПб., 1899. Ч. I.
Табл. 148-149)
7

10 марта 1671 г. новые пищали получили еще два стрелецких приказа: «В


Семенов приказ Родышевского к пяти пищалям по двадцати ядер по два фунта
бес чети, а стрельцов в ево приказе пятьсот человек. В Семенов приказ
Расловлева к пяти пушкам по двадцати ядер по два фунта бес чети ядро, а
стрельцов в ево приказе пятьсот человек (выделено нами. – А.Л.)»18. А через
18 дней царь указал пушкарскому голове П.Б. Строеву «дать в приказы голове
московских стрельцов в Богданов приказ Пыжова, да в Олексеев приказ Жукова
для Киевские службы к полковым медным пищалям ядер по кружалам, зелья и
пеньки по пятидесяти выстрелов к пищали, да их же приказов стрельцом дать
зелья и свинцу по пятидесяти же встрелов да фетилю о пяти сажень…». Для
приказа Б. Пыжова было дано припасов «ко шти пищалям, а стрельцов иво
приказу шестьсот человек», для приказа А.Жукова — «к пяти пищалям, а
стрельцов ево приказу пятьсот человек» (выделено нами. – А.Л.)19. В первом
приказе были пищали медные, калибром в ¾, 1, 2, 3 фунта, во втором — ½ и 2
фунтов. В указанных двух случаях стрелецкие полки не получали артиллерию в
пункте назначения, Киеве, а уже выступали в поход со своими пищалями и
пушечным запасами. После окончания службы на периферии, как правило,
стрельцы сдавали закрепленные за ними орудия в городские арсеналы.
В архиве Пушкарского приказа также сохранились фрагменты дела об
оставленных в Шацке в январе–марте 1671 г. воеводой К.О. Щербатовым
боеприпасах и артиллерии20. Стрелецкий корпус Щербатова в составе четырех
приказов входил в состав армии Ю.А. Долгорукого, направленной против С.Т.
Разина. После разгрома восставших стрелецкие приказы, отличившиеся в боях
осенью 1670 г.21, сдавали артиллерию и боеприпасы в шацковский арсенал. Так,
полк головы В. Пушечникова оставил только одну «пищаль медную русского
литья», которая ранее была взята в Нижнем Ломове, полк Г. Остафьева сдал 2
пушки, полк Ф. Головленкова — одну четырехфунтовую пушку, а стрелецкий
приказ Л. Грамотина орудий не сдал вовсе. Кроме этого, от стрельцов
поступили также 150 гранат ручных, 58 пушечных, «70 гранат пудовых без
трубок и без запалов», 100 гранат по шестнадцать и по семнадцать гривенок
8

«без трубок и запалов, 340 ядер по фунту без чети, 270 ядер по полуфунту».
Таким способом Пушкарский приказ усилил вооружение Шацка, которое
нуждалось в этом после осады города отрядами «воровских казаков» атамана
М. Харитонова.
Новые пищали после 1670 г. получили также приказы Ю. Лутохина, И.
Полтева и В. Бухвостова. 13 марта 1671 года царь «указал дати ис Пушкарского
приказу в приказы голов московских стрельцов полковые медные пищали
вместо прежних взятых пищалей, что ис тех приказов взяты для службы
великого государя в розные приказы и в салдатские выборные полки, в Юрьев
приказ Лутохина три пищали, в Ыванов приказ Полтева да стольника и
полковника в Васильев приказ Бухвостова по десяти пищалей в приказ, с
станки и с колесы и с всякими крепи»22. Строчки царского указа ясно
указывают на то, что орудия закреплялись за стрельцами не на постоянной
основе, а в случае необходимости пушки могли передать не только в приказы,
отправляемые «на государеву службу» в дальние районы, но и в выборные
солдатские полки. Таким образом, мартовскими царскими указами 1671 г.
начался процесс перевооружения московских стрельцов новыми орудиями.
В тот же день, 13 марта, Василий Бухвостов подал в Пушкарский приказ
письмо. «В нынешнем во 179 году марта в 13 день в Стрелецком приказе в
письме за рукою стольника и полковника Василья Бухвостова написано: в
приказе де у него две пищали скорострельные медные немецково литья». Царь
Алексей Михайлович «указал те две пищали скорострельные медные стольника
и полковника из Васильева приказу Бухвостова взять в Пушкарской приказ» 23.
Взамен же, согласно вышеупомянутому указу, стрелецкий полк должен был
получить 10 новых медных полковых пищалей, которые, очевидно, были
доставлены после 20 марта. Столько же пушек получил и приказ Ивана
Полтева.
Итак, из документов видна насыщенность стрелецких частей артиллерией
— на «сотню» (от 70 до 100 человек) приходилось по одному орудию, что
является невероятно малой пропорцией. Для сравнения укажем, что полки
9

«нового строя» имели 5, 6, 8 пушек на полк, то есть по орудию на роту (120–


200 человек). Чем объясняется наличие в пехотных полках большого числа
артиллерии? Прежде всего, исключительным вниманием русского
правительства к огневой поддержке во время боя. Применение всевозможных
оборонительных средств — «шпанских рогаток», пик, полупик, полковых
телег, в сочетании с массированным огнем артиллерии и мушкетов, превращал
стрельцов в эффективное средство борьбы не только с пехотой. В условиях
противоборства со знаменитыми польскими гусарами, натиск которых в
сомкнутых боевых порядках на больших аллюрах выбивал с поля сражения
любую конницу противника, частые залпы могли сорвать атаку этой таранной
кавалерии, не говоря уже о легких «напусках» татарских и казацких отрядов.
Огромная огневая мощь стрелецких частей сыграла значительную роль в
полевых столкновениях с противником, в частности, и с отрядами восставших
«разинцев» в 1670–1671 гг. Мелкокалиберные легкие орудия передвигались на
колесах в интервалах между стрелецкими сотнями и впереди первой линии,
осыпая противника ядрами и дробью. Благодаря внедрению картузного
заряжания и применению картечи, стрелецкие «скорострельные» пушки
значительно увеличивали плотность обрушиваемого на противника огня.
Разнокалиберность орудий компенсировалась в бою их массовым
применением, хотя нельзя сказать, что такое положение вещей устраивало
Пушкарский приказ, выражавший озабоченность наличием в пехотных частях
сразу нескольких типов пищалей, к каждому из которых были необходимы ядра
только определенного калибра.
О том, что стрелецкая артиллерия до 1670-х гг. была легкой,
свидетельствуют не только приказные документы. Уместно здесь привести
высказывание И. Кильбургера, который в 1674 г. отмечал: «Несколько лет тому
назад умер иностранец, который … пушки умел хорошо обтягивать обручами.
Из таких я видел еще различные среди стрелецкой артиллерии, которые были
обтянуты 18-ю обручами. Но теперь нет никого больше в стране, кто обладает
таким умением»24. К сожалению, из-за ограниченности сохранившейся
10

источниковой базы, у нас нет возможности проверить, насколько сообщение


Кильбургера соответствует действительности. Вполне возможно, что такие
орудия, обтянутые обручами, действительно были. Так, в описи Переславля
Рязанского в 1678 г., среди присланного «полкового наряду», отмечены легкие
пищали «с седлы и с кругами и с кожеными покрышками»25. В общем, можно
заключить, что в первой половине 1670-х гг. стрелецкая артиллерия являлась
легкой и скорострельной, но разнотипной и не унифицированной.
Направить нужное количество пушек на театр военных действий
Пушкарский приказ мог не во всех случаях, поэтому полки довольствовались
тем, что хранилось в арсеналах крепостей. По этой причине полковая
артиллерия «разбавилась» большим числом разнотипных орудий, взятых из
городов. Значительная отдаленность периферийных военных округов от центра
и недостаточная производственная мощность Пушечного двора не позволяли в
короткий срок обеспечить артиллерией пехотные части. Решали эти проблемы
несколькими способами: часто направляемые на фронт полки получали
полковые орудия в городах, а Пушкарский приказ готовил новую партию
орудий для отправки в городские арсеналы. После окончания кампании (как
правило, к зиме) полк сдавал пушки в городскую казну, а ко времени
следующей кампании он мог забрать на месте сбора уже другие, новые орудия.
С 1650 г. Пушечный двор начинает производить новый тип орудий —
«длинные пищали» калибром в 2 фунта и длиной ствола в 3 аршина 7 вершков.
С 1660-х гг. могли отливать до 100 полковых пищалей в год, не считая орудий
другого типа (см. Приложение). Наибольшее число таких орудий мануфактура
производила в 1660-е гг. Именно тогда в войска поступают циркуляры о
перевооружении полковой артиллерии на новые образцы, но процесс
снабжения полков однотипными пищалями растянулся на несколько лет.
Можно с уверенностью предположить, что стрелецкие полки стали получать их
после 1674 г.
В это же время в недрах военных ведомств рассматриваются проекты
формирования значительного числа стрелецких частей. По планам 1674–1676
11

гг. в 12-ти «тысячных» (то есть численностью около 1000 человек) приказах
должно было быть на вооружении «240 пушек полковых», а в 20-ти
«пятисотенных» приказах — 100 орудий26. Очевидно, при составлении
подобных планов Разряд переписывался с Пушкарским приказом по поводу
технического обеспечения артиллерийским парком.
Вообще, проектов в первой половине 1670-х существовало несколько.
Следует отметить планы формирования не только новых сводных приказов, но
и целых пехотных корпусов. Например, предполагалось создать два воеводских
полка, состоящих из стрельцов.
«В полку боярина и воеводы»:
1 «тысячный» (1000 чел.) приказ: 11 пушек
3 «семисотенных» (2100 чел.): 24 пушки
18 «пятисотенных» (9000 чел.): 108 пушек
Всего: 12100 чел. стрельцов и 143 пушки.
«у товарища»:
2 «семисотенных» (1400 чел.) приказа: 16 пушек
12 «пятисотенных» (6000 чел.): 72 пушки
Всего: 7400 чел. стрельцов и 88 пушек27.
Некоторые из этих планов поражают своим гомерическим размахом. Так,
были проекты формирования стрелецких соединений в 23 приказа (151 пушка)
и даже в 63 приказа (411 орудий)28! «Тысячные», «семисотенные» и
«пятисотенные» приказы сводились в 4 оперативных полка — большой,
передовой, сторожевой, ертаульный.
Но столь грандиозное военное строительство не могло быть
осуществлено на практике — сформировать и обеспечить всем необходимым
такое количество пехотных соединений в условиях того времени было
нереально. Тем не менее в 1670-х гг. из стрельцов, драгун и солдат удалось
создать несколько сводных приказов. Ряд временных сводных пехотных частей
в начальный период войны с Турцией русское командование формирует в
«Низовой земле». В армию стольника князя П.И. Хованского и думного
12

дворянина Я.Т. Хитрово, отправляемую на Дон в 1674 г., входило 6 сводных


приказов (около 600 чел. в каждом, всего 3638 чел.), набранных из московских,
смоленских, луцких, торопецких и «украинных» стрельцов, солдат и драгун.
Естественно, орудия сводные части получали по остаточному принципу — из
оказавшейся на складах Пушечного двора артиллерии. В итоге на каждый
сводный приказ выделено только по… одной полковой пушке. В следующем
году Донская армия насчитывала уже 9 сводных полков29, причем число
полковых орудий было увеличено в несколько раз. Отметим, что в это время
регулярные части — выборные, солдатские и драгунские полки, — получают, в
основном, однотипные орудия.
Формировавшиеся новые сводные части были обеспечены пушками
различного калибра — полковыми, скорострельными, дробовыми. Разное
количество орудий в приказах объясняется наличием или отсутствием в тех или
иных городских арсеналах пушек, готовых к походу. В 1676–1677 гг. пехотный
корпус из сводных стрелецких приказов группировки И.Ф. Волынского
насчитывал:
 приказ полуголовы Л.М. Борыкова — 516 чел. драгун, солдат,
казаков, московских и городовых стрельцов, 9 пушек на станках;
 приказ полуголовы А.А. Янковского — 416 чел. московских и
городовых стрельцов, 11 пушек (из них 4 позже были оставлены);
 приказ полуголовы Д.П. Борковского — 453 чел. московских и
городовых стрельцов, 9 пушек;
 приказ полуголовы Ф.В. Рахманова — 438 чел. московских и
городовых стрельцов, 21 пушка (из них 12 позже были оставлены);
 приказ М.И. Тонкачевского — 450 чел. московских и городовых
стрельцов, 5 пушек.
В приказах В.А. Волжинского (297 чел.), Ф.И. Борыкова (334 чел.) и П.И.
Борисова (228 чел.) наличие орудий не указано30.
С внедрения в стрелецких частях строевого обучения по образцу полков
нового строя, начались преобразования и в «полковом огнестрельном наряде».
13

Но, в отличие от сводных соединений, в московских приказах в период


приготовлений к Чигиринским походам происходит замена старых
разнотипных орудий на единообразные пушки. В 1677 г. в Чигирин были
посланы три стрелецкие приказа — Г. Титова, Н. Борисова и Ф. Мещеринова
(всего 2197 чел.)31; еще три приказа направлены в Киев. Всего в шести полках
числилось 4200 чел. и около 30 орудий32. В войне с Османской Портой
стрелецкие полки были одними из самых боеспособных и проявили высокую
мобилизационную дисциплину, а в тяжелых изнурительных боях 1677–1678 гг.
с турецкими янычарами, спагами и татарской конницей высоко показали себя,
наряду с выборными (гвардейскими) полками33.
Одним из интереснейших документов, который может существенно
прояснить вопрос о ходе реформ в стрелецкой артиллерии, является «роспись
пушек и припасов стрелецких приказов» в составе 98-й книги Белгородского
стола, хранящейся в Российском государственном архиве древних актов34. В
свое время этот документ изучал С.Л. Марголин, в связи с подготовкой статьи
«Вооружение стрелецкого войска»35. В старой описи Московского архива
Министерства юстиции документ отмечен как «неизвестного года». С.Л.
Марголин, исходя из упоминания имен стрелецких голов, предположил, что
документ «можно датировать 70-ми гг. XVII в.» Дав росписи заглавие
«Переписная книга оружия московских стрелецких приказов», историк
исследовал лишь упоминаемое в ней ручное оружие, совершенно не
останавливаясь на вопросе артиллерийского вооружения. Мы, в свою очередь,
рассмотрим информацию, касающуюся полковой артиллерии.
Анализ рукописи позволяет предположить, что перед нами не цельный
документ, а несколько росписей разных лет, вклеенных в одну книгу.
Упоминаемые в тексте даты дают возможность сузить временные рамки: у
стрельцов присутствуют новейшие пушки, отлитые в 1662–1678 гг.; в росписи
припасов драгунского полка Ю. Инглиса, идущей после росписей стрелецких
полков, на листе 76 об стоит помета полковника о принятии вооружения в
январе 1675 г.; на листах 134–138 присутствуют документы начала 1678–1679
14

гг. То есть 98-я книга Белгородского стола состоит из разного рода материалов,
написанных в 1675–1679 гг.

Ствол 2-фунтовой полковой пушки в экспозиции Псковского Кремля (Псковский


государственный объединенный историко-архитектурный и художественный музей-
заповедник)

Как же осуществлялось снабжение полков орудиями? Ответ на этот


вопрос могут дать разрядные записи 1678–1679 гг., вклеенные все в ту же
книгу. 23 декабря 1678 г. царь указал «быть на… государевой службе в Севску
стольником и полковником и головам московским стрельцов Григорью
Титову, Василью Тяпкину, Матвею Вешнякову, Миките Борисову, Федору
Мещеринову, Василью Кривскому с приказы, а для … государевой службы
велено дать в Севску в Григорьев приказ Титова да в Васильев приказ Тяпкина
по шти пушек в приказ из тех, которые в прошлом во 186 году оставлены из их
же припасов». По прибытии полков на место назначения севский воевода
15

должен был выдать стрелецким головам «пушки … и всякие пушечные


запасы…. тот час же безо всякого мотчания».
Стрелецкий приказ Титова получил:
 5 однотипных пищалей калибром в 2 фунта (длина ствола 3 аршина 7
вершков), на походных станках;
 1 тюфяк (пищаль дробовая) немецкого литья, длина ствола 1,5 аршина 2
вершка на походном станке36.
Стрелецкий приказ Тяпкина получил:
 4 однотипные пищали калибром в 2 фунта (длина ствола 3 аршина 7
вершков), на походных станках;
 пищаль дробовую, длиной ⅔ аршина, калибром 1,5 фунта;
 тюфяк дробовой калибром 3 фунта, длина 3 аршина 2 вершка37.
К сожалению, неизвестно сколько орудий было в четырех остальных
приказах М. Вешнякова, Н. Борисова, Ф. Мещеринова, В. Кривского. По-
видимому столько же, но получали пищали они не в Севске, а в других городах
на пути к «государевой службе».
Документы 98-й книги еще интересны и потому, что в ней отражены
сведения не только о стрелецкой артиллерии, но и о дополнительном
комплектовании стрелецких полков даточными людьми. Так, по указу от 17
января 1679 г. велено пополнить направленные с большим некомплектом
стрелецкие полки Титова и Тяпкина дворцовыми даточными людьми «розных
городов» — в первый полк 203 чел., во второй 277 чел. Дополнительно, к уже
имевшемуся перечисленному выше артиллерийскому вооружению, в связи с
пополнением было выделено «по пушке в приказ с станки, и с колесы, и с
шоры, и с припрежеми, и с узды, и с седлы»38.
Как видно из документа, идет постепенное вытеснение легких дробовых
пушек однотипными орудиями новой конструкции — «длинными» 2-
фунтовыми пищалями с длиной ствола в 3 аршина 7 вершков. В связи с этим
изменяется и тактика полковой артиллерии: теперь орудия могли поражать
противника не с коротких дистанций (дробом), как это было ранее, а с дальних,
16

ибо длинный ствол в 2,5 метра позволял уверено обстреливать противника


цельными и цепными («на чепях») ядрами задолго до огневого
соприкосновения первых линий пехоты, что и было продемонстрировано ранее
в боях 12 июля 1678 г., когда полковая артиллерия в составе 9 орудий
стольника С. Грибоедова остановила атаку турецко-татарских частей и
поддержала контратаку рейтарского полка из «дивизии» Венедикта Змеева39.
В 1679 г. в Белгородский разряд на временную службу были переведены
8 московских полков, в том числе из Москвы шесть, из соседнего Севского
разряда – два (Г. Титова и Н. Борисова). Для удобства мы составили таблицы
полковой артиллерии пяти стрелецких приказов 1679 г., чьи росписи
сохранились в полном виде, расположив в соответствующих графах сведения о
калибре, длине ствола, массе, годе отливки и мастере40.
Первым в росписи идет многочисленный полк С. Грибоедова (более 1000
чел.). Кроме 9 полковых орудий в приказе числилась полевая мортира —
«пищаль верховая» 1670 г., отлитая мастером П. Яковлевым. К ней полагалось
сто ядер «полупудовых тощих». Наличие полковых мортир в приказах говорит
о принципиально новом артиллерийском вооружении — ранее «верховые
пушки» можно было встретить только в особых пехотных полках, например в
многолюдном полку Николаса Баумана41.

Таблица 1
Полковая артиллерия стрелецкого приказа стольника и полковника
Семена Грибоедова
№ Год
Калибр Длина ствола Вес Мастер
п/п отливки
1. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 пуд 10 ф ? Яким Микифоров
2. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 19 п. 35 ф. 1666 Федор Кирилов
3. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 21 п. 5 ф. 1666 Харитон Иванов
4. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 п. 22 ф. 1671 Яков Дубина
17

5. 1 фунт 3 арш. 7 верш. 13 п. 20 ф . ? Мартьян Осипов


6. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 п. 24 ф. 1671 Харитон Иванов
7. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 21 п. 10 ф. 1671 Яков Дубина
8. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 п. 35 ф. 1671 Яков Дубина
9.42 1 фунт 3 арш. с верш. ? ? ?
Всего к 9 пищалям 900 ядер, из них 842 по 2 фунта, 58 по 1 фунту.

Таблица 2
Полковая артиллерия стрелецкого приказа стольника и полковника
Григория Титова43
№ Год
Калибр Длина ствола Вес Мастер
п/п отливки
1. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 24 пуда ? ?
Пантелей
2. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 22 п. 5 фун. ?
Яковлев
3. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 п. 38 ф. 1674 Мартьян Осипов
4. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 22 пуда ? ?
5. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 18 п. 18 ф. ? Харитон Иванов
6. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 п. 27 ф. 1672 Харитон Иванов
7. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 22 п. 1664 Мартьян Осипов
8. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 п. 20 ф. 1672 Харитон Иванов
9. 2 фунта 1 арш. 11 верш. ? ? Ян Осипов
Всего к 9 пищалям 1850 ядер калибром в 2 фунта (гривенки). Как и в
приказе Грибоедова, у Титова числилась точно такая же полевая мортира 1670
г., отлитая тем же мастером и имеющая также 100 «ядер полупудовых тощих».
18

Таблица 3
Полковая артиллерия стрелецкого приказа стольника и полковника
Якова Лутохина
№ Год
Калибр Длина ствола Вес Мастер
п/п отливки
1. 3 фунта 3 арш. 7 верш. ? 1678 Харитон Иванов
2. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 19 п. 14 ф. ? ?
3. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 21 п. 15 ф. 1676 Яков Дубина
4. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 22 пуд. 1676 Яков Дубина
5. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 22 пуд 1676 Яков Дубина
6. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 22 п. 20 ф. 1676 Яков Дубина
7. 2 фунта 2 арш. 2 верш. ? ? Пищаль немецкая
Всего к 7 пищалям 1013 ядер по 2 фунта (гривенки). Через три года, и это
небезынтересно отметить, в киевском сметном списке денежной казны от 1
сентября 1682 г. указывалось, что в приказе Якова Лутохина («московской
надворной пехоты 662 чел.») числились только 2 пищали медных на станках и
на колесах, в том числе: «пищаль весом 19 пуд 6 гривенок, на ней вылит
признак чешуя острая да птица гриф, длиной 3 аршина 7 вершков., к ней по
кружалу 2 гривенки ядро. Пищаль витая, весом 18 пуд 35 гривенок, длиной 3-х
аршин 7 вершков, по 2 гривенки ядро. К тем пищалем 10 пуд зелья, 200 ядер
44
железных» . Обратим внимание — спустя некоторое время, когда часть
стволов была оставлена по пути следования к месту новой дислокации, полк
Лутохина не получает дополнительное вооружение, хотя в Киеве имелось
множество полковых разнокалиберных орудий XVI–XVII вв. Руководство
предпочитает оставить всего две пищали, но однотипных, а не плодить
разнокалиберность в полку.
19

Таблица 4
Артиллерия стрелецкого приказа стольника и полковника Александра
Карандеева
№ Год
Калибр Длина ствола Вес Мастер
п/п отливки
1. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 п. 5 ф. 1675 Мартьян Осипов
2. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 19 п. 10 ф. 1662 Яков Дубина
3. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 п.15 ф. 1672 Яков Дубина
4. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 пуд 1672 Яков Дубина
5. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 20 п. 5 ф. 1675 Мартьян Осипов
Всего к 5 пищалям 1022 ядра по 2 фунта (гривенки).

Надпись на казенной части 2-фунтовой полковой пушки (Псковский государственный


объединенный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник)
20

Отдельно, в графе «припасы», у А. Карандеева упоминается интересное


орудие (масса ствола — 40 кг, станка, который перевозился отдельно — 32 кг),
представлявшее из себя небольшой гранатомет для метания 5-фунтовых гранат
(в комплекте 92 «ядра тощих»): «По осмотру в тех припасех объявилось одна
пищаль медная верховая рукополная весом полтертья пуда на станку, станок
окован железом, с четверма кольцы, станок весом два пуда»45. Остановимся
здесь подробнее. Надо отметить, что подобные «рукопольные» гранатометы,
прообразы петровских мортирок, часто встречаются в описях городов, что
свидетельствует об их использовании в пехотных частях русской армии46. Что
это за орудие? Скорее всего, речь о мортирке с прикладом, который при
выстреле упирали в землю под углом до 45º, удерживая при этом руками,
отчего орудие и получило название «пищаль верховая рукопольная». Судя по
документам Пушкарского приказа, именно в 1670-е гг. на Пушечном дворе
делали такие мортирки калибром в 4, 5, 6 и даже 10 фунтов. Так, сохранился
«список с росписи, что приказал князь Юрьи Иванович дале делати, а написал
своею рукою» 1670-х гг., в котором отмечено: «Зделать … 10 пушек верховых:
4 пушек по 4 фунтов в гранате по пороху, в четырех пушках по шти фунтов в
гранат пороху, в дву пушках по десяти фунтов в гранат пороху. […] К
верховым к десяти пушкам четверо-фунтовых и шти-фунтовых и десять-
фунтовых гранат надобно 2000…»47. К большому сожалению, чертежей
небольших русских мортирок XVII в., также как и сохранившихся экземпляров,
до наших дней не дошло, поэтому в отечественном оружиеведении данный тип
«гранатометов» остается неизвестен.
Русское правительство в те времена было заинтересовано в новых видах
оружия и часто давало поручения своим резидентам вербовать «инжениоров» и
«мастеров». Например, в 1660 г., как только стало известно об опытах в Любеке
по метанию из мушкетов мушкетных гранат («а гранаты де из мушкета летали
на 80 сажень мерных»), тот час же агенту Иоганну фан Горну было дано
указание, чтоб он завербовал и выслал одного мастера «с гранатными
образцы»48. Скорее всего, здесь речь идет о каких-то специальных насадках на
21

мушкеты, с помощью которых стало возможным метание небольших ручных


бомбочек.

Таблица 5
Артиллерия стрелецкого приказа стольника и полковника Никиты
Борисова49
№ Год
Калибр Длина ствола Вес Мастер
п/п отливки
1. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 21 п. 10 ф. 1664 Мартьян Осипов
2. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 21 п. 32 ф. 1674 Яков Дубина
3. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 22 п. 15 ф. 1674 Яков Дубина
4. 2 фунта 3 арш. 7 верш. 21 п. 8 ф. 1674 Яков Осипов
Всего к 4 пищалям 400 ядер по 2 фунта (гривенки). В малочисленном
стрелецком полку Борисова орудий было меньше всего, только 4 штуки, но все
однотипные.
Итого на 5 московских стрелецких приказов приходилось 34 полковых
орудия, из них 30 (88%) являлись новейшими однотипными 2-фунтовыми
пушками с длиной ствола в 3 аршина 7 вершков. Три остальных приказа (А.
Танеева, Н. Колобова, А. Спешнева) имели на вооружении 15 двухфунтовых
орудий (по пять в каждом), однако размеры их неизвестны. Исходя из примеров
комплектования полков С. Грибоедова, Г. Титова, Я. Лутохина, Я. Карандеева,
Н. Борисова можно предположить, что и три остальных полка также получили
однотипные пищали.
Итак, основным типом полкового орудия в стрелецких полках была 2-
фунтовая пушка с длинным стволом в 3 аршина 7 вершком и весом в 20–22
пуда. Несколько образцов таких пищалей сохранилось до наших дней в музеях
Москвы (музей-заповедник «Московский Кремль»), Санкт-Петербурга
(Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи),
Пскова (Псковский государственный объединенный историко-архитектурный и
художественный музей-заповедник). Несмотря на то, что орудия были
22

одинаковых размеров, все же они отличались друг от друга внешними


признаками, а именно — украшениями стволов, которые отливались с чешуей,
шипами, гранями, травами. Поэтому в документах такие пушки
характеризовались по-разному, например: «завели 60 образцов полковых
пищалей: травчатые и чешуечатые и витые и веревчетые и шиповые и
гранавятые и с иными признаки»50.

Таблица 6
Сопоставление надписей на некоторых двухфунтовых полковых пищалях
с длиной ствола в 3 аршина 7 вершков51
Год отливки 1666 1674 1679 1680
«Лета 7174 «Пищаль 2 «Пищаль 2
года лил гривенки ядро гривенки «Лета 7188 году
мастер длина 3 ядро длина 3 вылита пищаль
Мартьян аршина 7 аршина 7 2 гривенки
Надпись на Осипов. Длина вершков, в вершков, в ядро, в ней весу
казенной 3 аршина 7 ней весу 21 ней весу 23 22 пуд 8
части вершков пуд 30 пуд 20 гривенки, длина
ядром 2 гривенок. Лил гривенок. 3 аршина 7
гривенки, весу Пантелей Лета 7187 вершков. Лил
19 пуд 25 Яковлев лета лил Осип Евсей Данилов»
гривенок» 7182» Иванов»
Двуглавый
Изображение Двуглавый
орел, с
на дульной --- --- орел, с правой
правой
части стороны лев
стороны лев

Преимущества указанного типа полковых орудий перед своими


предшественниками – «короткими пищалями» времен Михаила Федоровича52
— заключаются в прочности ствола и дальнобойности. К недостаткам этих
23

орудий можно отнести большую массу ствола. По сравнению с теми же


«короткими пищалями», «долгие пищали» весили в 2,5 раза тяжелее. Для
перемещения такого орудия требовалась уже не одна, а две лошадиных
подводы. Перевозились пушки с помощью шорно-дышловой конской упряжки,
что обеспечивало более удобную транспортировку орудия. Упряжь с лямками,
с одиночной оглоблей и нашильниками удерживала накат пушки под гору.
Легкая и удобная упряжь значительно повышала маневренность орудия на поле
боя, и, по словам П.П. Епифанова, «разрешала быструю перепряжку лошадей и
тем самым способствовала сохранению орудий и прислуги при любой перемене
позиции» 53.
Все полковые орудия упоминаются вместе с лафетами, а также «с шоры, и
с припрежеми, и с узды, и с седлы»54. Ствол помещался цапфами на
двухстанинный дубовый станок для удобства изменения углов возвышения.
Колесный лафет под новое 2-фунтовое орудие представлял собою две толстые
деревянные станины, выпиленные из цельных брусов, соединенные между
собой толстыми деревянными подушками и украшенные множеством
фигурных оковок — «прорезным красным и черным железом». Железные
полосы, шины, втулки, петли, крюки и другие металлические детали под
лафеты ковались на железоделательных Тульско-Каширских заводах по заказам
артиллерийского управления, а пушечные станки делались по образцам,
присылавшимся «ис Пушкарского приказу». В связи с производимым
перевооружением в 1675 г. заводам было заказано для 134 пушечных станков
стрелецкой артиллерии большое количество «железных крепей к пушечным
станкам и колесам» 55.
Станины и колеса окрашивались в красный, песочный, зеленый, черный
цвета, и это было не случайно. Очевидно, схема цветовых различий московских
стрельцов перешла не только на «служилые платья» и знамена56, но даже и на
пушечные лафеты. Именно поэтому, к примеру, лафеты 5 пищалей и 1 тюфяка
полка Титова были окрашены в зеленый цвет, а 4 пищалей и 2 тюфяка полка
Тяпкина в зеленый и песочный57. Для других приказов лафеты окрашивались в
24

красный, синий, желтый и иные цвета. Обычно раскрашенные «под цвет»


стрелецких кафтанов лафеты с орудиями выставляли во время «посольских
встреч». В 1676 г. Б. Койет, секретарь голландского посольства, описывал один
из смотров: «Знамена… были, большей частью, очень роскошны и так тяжелы
от золота, серебра и красок, которыми на них были изображены образа
различных святых, что ветер… едва в состоянии был даже привести их в
движение. Перед полками стояли, в очень хорошем порядке, различные орудия,
штук 50, на изящных позолоченных и раскрашенных лафетах». Эффект от
такой посольской встречи был потрясающим. Русские дьяки в «Голландской
книге 7184 года» заметили, что члены этого посольства, «смотря пехотной
строй и пушки и всякие наряды, похваляли, и о украшенных на тех служилых
людех одеждах и различному ружью удивлялись» 58.
Поэтапное переоснащение новыми орудиями проходило, по всей
видимости, в течение 1674–1679 гг. Старые разнокалиберные пушки стрельцы
и полки «нового строя» по указу оставляли в городах или сдавали в
Пушкарский приказ, а взамен, в Москве, Севске, Белгороде и других городах,
получали однокалиберные пищали «нового литья» — двухфунтовые пищали.
К концу 1670-х реформы по унификации полковой артиллерии вступили
в завершающую стадию. К этому времени пехотные регименты «нового строя»
— солдатские полки уже имели единообразную артиллерию в составе 5 или 6
двухфунтовых пушек на регимент59. В 1679 г. в армии, готовящейся к походу
против турок, шесть стрелецких приказов получили по 5, 6 и 8 орудий, причем
прежняя пропорция (1 орудие на сотню) уже не соблюдалась:
«В Степанове приказе Янова» (1082 чел.) — 5 пищалей медных полковых
в станках на колесах (худы), четыре двухфунтовых (77 ядер) и одна 1-фунтовая
(38 ядер);
«В Ондрееве приказе Дохтурова» (921 чел.) — 8 пищалей медных
двухфунтовых (340 ядер) 60;
25

«В Офонасьеве приказе Парасукова» (856 чел.) — 6 пищалей медных


двухфунтовых «на летнем ходу» (413 ядер), из приказа Воробина было взято
еще 2 пищали «на летнем ходу»;
«В Олександрове приказе Карандеева (907 чел.) — 6 пищалей медных
двухфунтовых (300 ядер);
«В Иванове приказе Бугайского» (631 чел.) — 5 пищалей медных (1000
ядер)61;
«В Сергееве приказе Бренковского» (495 чел.) — 5 пищалей медных (1394 ядра
и дробь)62.

Проект сформирования 12 "тысячных" и 20 "пятисотенных" стрелецких приказов, 1674-1676


гг. (РГАДА. Ф. 210 (Разрядный приказ). Столбцы Белгородского стола. Ст. 770. Л. 85)
26

Последние два приказа были сводными63.


Обращает на себя внимание «хаотичное» распределение снарядов — одни
полки получали по 200–270 ядер на пушку, другие — по 20–40. Причины этого
неизвестны — прежде вполне приемлемым соотношением было от 50 до 100
ядер на пищаль. Конечно, не во всех случаях Пушкарский приказ мог
обеспечить поставку однотипных орудий с длиной ствола в 3 аршина 7
вершков, некоторым приказам доставались пищали других размеров. Но, как
правило, все орудия были 2-фунтовыми. Необходимо принять во внимание, что
единообразие стрелецкой артиллерии повлекло унификацию боеприпасов к ней
(2-фунтовые ядра и картечь), что значительно увеличило эффективность
применения орудий в бою.
Полковые пушки могли не закрепляться за теми московскими
стрельцами, которые выполняли в городах Новгородского, Белгородского,
Севского и Казанского разрядов полицейские функции. Поэтому нас не должно
удивлять, например, отсутствие орудий в семисотенном «жилом» московском
полку Данилы Юдина Белгородского разряда в 1686 г.64 Кроме того, не имели
собственных пушек и стрельцы, откомандированные охранять в пути царскую
артиллерию — «Большой государев и голландский наряд»65.
Пушки, закрепленные за приказами, в мирное время хранились у съезжих
изб в стрелецких слободах. Наличие большого количества артиллерии в
стрелецких приказах тяжелым бременем ложилось на рядовых. Ежедневно
стрельцы должны были осматривать полковое имущество, «чтоб те пушки
были в целости и сохранности». В случае неисправности они на свои средства
чинили станки и колеса («делали выворотом (вычетом. — А.Л.) из полугодовых
жалованьев»).
Всего в Московском, Севском, Владимирском, Новгородском, Смоленском,
Рязанском, Белгородском разрядах в 22 приказах было 21101 чел. стрельцов,
имевших на вооружении порядка 133–135 полковых орудий66. Общее число
последних, таким образом, почти совпадает с казенным заказом 1675 г.
27

Тульско-Каширским заводам на выделку 134 лафетов по моделям для такого же


количества стрелецких полковых орудий67.
Несколько слов следует сказать о «ручной артиллерии» — гранатах.
Внедрение метательных снарядов началось с середины XVII в. В московских
стрелецких полках массово их стали употреблять с 1660-х гг. К примеру, в 1667
г. от 500 до 1000 ручных гранат было выделено на каждый стрелецкий приказ,
направляемый на «астраханскую службу»68. В период восстания Степана Разина
стрелецкие и солдатские части Ю.А. Долгорукого и Ю.Н. Барятинского активно
применяли разрывные снаряды в сражениях с мятежниками. В январе–марте
1671 г. стрелецкий корпус Щербатова в составе четырех приказов,
отличившийся в боях осенью и зимой 1670 г.,69 сдал оставшиеся 150 ручных
гранат в шацковский арсенал70.
Подобно солдатам, стрельцы учились бросать снаряды под присмотром
инструкторов, которые придавались приказам из состава «начальных людей
солдатского строя». В некоторых актах 1670-х гг. присутствуют упоминания об
обучении стрельцов бросанию учебных гранат. Например, в июне 1671 г. царь
«указал дати голове московских стрельцов в Михайлов приказ Уварова
двадцать ядер гранатных ручных пустых для ученья наряду иво
Михайлова приказу стрельцом (выделено нами. – А.Л.) ис Пушкарсково
приказу безденежно»71. Планомерное обучение в полевых условиях вообще
было характерно для всех пехотных соединений «старой» и «новой»
организации.
Анализ росписей полкового имущества солдатских полков 1660–1680-х
гг. позволяет заключить, что региментам «тысячного» состава выдавалось из
Пушкарского приказа от 400 до 600 гранат72. Примерно такое же число ручных
гранат выделялось стрелецким приказам (полкам). Так, в 1678–1679 гг. в
приказе стольника полковника С. Грибоедова (около 1000 чел.) числилось 455
«ядер ручных гранатных нарядных», в приказе Г.Титова (947 чел.) — «489 ядер
нарядных ручных в две и в три и в четыре гривенки», в приказе Я. Лутохина
(около 1000 чел.) — «544 ядра ручных тощих», в приказе А. Карандеева (около
28

500 чел.) — «267 ядер гранатных ручных нарядных весом по одной и по две и
по три гривенки», в приказе Н. Борисова (698 чел.) — «424 ядер ручных
гранатных»73. В период русско-турецкой войны самое большое число гранат
было в частях, входивших в корпус М. Черкасского, направленный на юг
против крымско-турецких войск в 1678–1679 гг.: всего 11626 «нарядных и
тощих», в солдатских и стрелецких полках — 5454 ручных гранат74.
Во время первой осады Чигирина в 1677 г. стрельцы и казаки,
оборонявшие город, с успехом использовали разрывные снаряды («метали
ручными гранаты»), выбивая турок из шанцев, что свидетельствует об их
прекрасном умении обращаться со смертоносными снарядами. Так, по рассказу
стрелецкого полуголовы А. Лужина, на вылазке 9 августа стрельцы и казаки
закидали противника ручными гранатами и бросились в рукопашную: «А бой
был съемный болшой, из задних шанец, турки пришед своим на помочь,
бились тот ден весь». Причем полуголова отметил низкую эффективность
турецких медных гранат, в отличие от русских чугунных: «А ручные де
гранаты были у них медные…А от ручных гранат ратным людем в городе
утеснения и порухи болшой не было»75. Сделанные из меди турецкие снаряды,
в отличие от русских чугунных, не могли в случае разрыва произвести большое
количество поражающих элементов — осколков.
Итак, 1670-е гг. занимают особое место в истории стрелецкого войска.
Именно в этот период московские стрельцы не только проходят строевое
обучение по образцу полков нового строя, но и получают новейшие образцы
артиллерийского вооружения — однотипные полковые пушки и боеприпасы.
Перевооружение стрелецких полков единообразными орудиями к 1680-м гг.
вступило в завершающую стадию. Исходя из результатов проделанного
исследования можно сделать вывод — к русско-турецкой войне 1676–1681 гг.
стрелецкая артиллерия в значительной части обладала унифицированными
орудиями. Таким образом, унификация полковой артиллерии даже в частях
«старой формации» — стрелецких приказах — началась задолго до
преобразований Петра Великого.
29

Приложение
Мы свели данные о производстве однотипных полковых пищалей в
таблицу, в основе которой лежат материалы Пушкарского приказа — акты
Пушечного двора 1660–1680-х (записи о производстве пушек в указах, памятях,
сказках и так далее), Записная книга денежного стола 1700 г. и другие76. Однако
сведения за 1650–1661, 1665–1670, 1672–1674, 1677–1678, 1685–1688, 1691–
1693, 1695–1697 гг. не сохранились в полной мере. Несколько восполнить
утерянные данные помогли описания пушек, стоявших на вооружении
крепостей,77 а также описи артиллерии78. И, наконец, для дополнения общей
картины масштабов производства, привлечены некоторые палеографические
надписи с полковых орудий, которые сейчас находятся в собраниях Кремля и
Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи.
Таблица впервые была включена в нашу диссертацию в 2004 г. и опубликована
в том же году79. За минувшее время обнаружены новые документы, вследствие
чего появилась возможность расширить наши знания о промышленном
производстве орудий.
При исследовании вышеперечисленных источников был выявлен ряд
интересных особенностей. Во-первых, если есть указание на то, что, к примеру,
в 1650 г. была отлита впервые 2-фунтовая пищаль длиной 3 аршина 7 вершков,
то следует учитывать — мастер никогда не отливал орудия по одному;
следовательно, таких пушек было изготовлено несколько. Партии отливались,
как правило, по 5–10 штук. Случаев отливки однотипных пищалей за 48 лет
(1650–1698 гг.) нами обнаружено 37. В девятнадцати из них количество
отлитых орудий составляет 596. В восемнадцати случаях нам не известно число
сделанных орудий, но если даже предположить, что каждый раз было отлито не
менее 10 штук, то даже самый минимальный подсчет показывает общее
количество отлитых с 1650 по 1698 гг. орудий почти 800 штук, что совершенно
развеивает прежние представления о «хаотичности» и отсутствии однотипного
производства.
30

Во-вторых, иногда разные по структуре документы могут содержать


информацию о производстве одной и той же партии орудий. В данном случае
необходимо сопоставлять указания на точные даты производства и
упоминаемые фамилии мастеров, во избежание дублирования. Если они
совпадают, то в разных документах речь идет об одних и тех же пушках. Если
же, например, даты совпадают, но фамилии мастеров нет, то в документах
описываются совершенно разные орудия, а «литцы» работали одновременно в
разных литейных амбарах.

Проект создания двух стрелецких воеводских полков численностью 12100 чел. при 143
пушках и 7400 чел. при 88 пушках, 1674-1676 гг. (РГАДА. Ф. 210 (Разрядный приказ).
Столбцы Белгородского стола. Ст. 770. Л. 86-87)
31

Протоколы испытаний «полковых пищалей» позволяют сделать вывод о


хорошем качестве изготовляемых пушек80. Конструкции их оставались
неизменными на протяжении почти полувека.

Производство однотипных полковых пищалей на Пушечном дворе во


второй половине XVII века
Год Длина Кол-во Дополнительные
Калибр
отливки ствола штук сведения
Известна 1 пищаль
3 аршина 7 «Соловей»
1650 2 фунта ?
вершков Е.Данилова. Вес 23
пуд. 17 фунт.
Известна 1 пищаль А.
1662, 8 3 аршина 7
3 фунта ? Григорьева
сентября вершков
Вес 27 пуд. 33 фунт.
Пищали отливались
3 аршина 7 коллективно под
1662-1663 2 фунта 100
вершков руководством М.
Осипова.
Известна 1 пищаль А.
3 аршина 7
1664 2 фунта ? Григорьева, вес 20
вершков
пуд. 10 фунт.
3 аршина 7 Известны 2 пищали
1664 2 фунта ?
вершков Х. Иванова.
Пищали отлиты М.
3 аршина 7
1664 2 фунта 60 Осиповым и Л.
вершков
Жихаревым
3 аршина 7 Известна 1 пищаль М.
1665 2 фунта ?
вершков Осипова, вес 20 пуд.
32

30 фунт.
Известна 1 пищаль М.
1666 3 аршина 7
2 фунта ? Осипова, вес 19 пуд.
вершков
25 фунт.
Известна 1 пищаль
1666 3 аршина 7
2 фунта ? Ф.Кирилова весом 19
вершков
пуд. 35 фунт.
Известна 1 пищаль
3 аршина 7
1666 2 фунта ? Х.Иванова весом 21
вершков
пуд. 5 фунт.
3 аршина 7 Известна 1 пищаль М.
1669 3 фунта ?
вершков Осипова.
Отлиты Х. Ивановым
1671,
2 фунта 3 аршина 7 65 и Я. Никифоровым. В
январь –
вершков марте 1671 г. из
март
испытанных 65-и
пищалей одна
разорвалась.
Не ясно, был ли
выполнен заказ
полностью или нет.
1671, март 2 фунта 3 аршина 7 100 Известны пищали
- декабрь вершков Я.Дубины,
Х.Иванова,
М.Осипова отлитые в
это время
Известна 1 пищаль Е.
1672 2 фунта 3 аршина 7 ?
Данилова
вершков
33

Известна 1 пищаль
2 фунта 3 аршина 7 ?
1672 Х.Иванова 20 пуд. 27
вершков
фунт.
Известна 2 пищали
2 фунта 3 аршина 7
1672 ? Я.Дубины 20 пуд. и
вершков
20 пуд. 15 фунт.
3 аршина 7 Известна 1 пищаль А.
1673 2 фунта ?
вершков Якимова.
Известна 1 пищаль П.
1674 3 аршина 7
2 фунта ? Яковлева весом 21
вершков
пуд 30 фунтов
Известны 2 пищали
1674 2 фунта 3 аршина 7 ?
М.Осипова весом 20
вершков
пуд. 38 фунт. и 21
пуд. 8 фунт.
Известны 2 пищали
3 аршина 7 Я. Дубины весом 21
1674 2 фунта ?
вершков пуд. 15 фунт. и
21пуд. 32 фунт.
3 аршина 7
1675 2 фунта 20 Отлиты М. Осиповым
вершков
1675,12 3 аршина 7
2 фунта 5 Отлиты О. Ивановым.
июня вершков
1675, 27 3 аршина 7 Отлиты А.
2 фунта 10
июня вершков Якимовым.
3 аршина 7 Известна 1 пищаль А.
1676 2 фунта ?
вершков Якимова.
1676,21 3 аршина 7 Отлиты Х. Ивановым
2 фунта 8
сентября вершков и П.Яковлевым.
34

1676, 11 3 аршина 7
2 фунта 10 Отлиты Я. Дубиной.
октября вершков
Отлиты П.
1676, 9-31 2 фунта 3 аршина 7 10
Яковлевым.
октября вершков

1676, 2
3 аршина 7 Отлиты М. Осиповым
ноября 2 фунта 10
вершков

Известна 1 пищаль
3 аршина 7
1678 2 фунта ? Х.Иванова
вершков

3 аршина 7
1679 2 фунта 4 Отлиты О. Ивановым.
вершков
3 аршина Известна 1 пищаль О.
1679 2 фунта ?
10 Сивакова.
вершков
Известна 2 пищали
3 аршина 7 Я.Дубины весом 19
1679 2 фунта ?
вершков пуд. 12 фунт. и 23
пуд. 20 фунт.
1680 , до 3 аршина 7 Отливались
2 фунта 108
августа вершков коллективно.
1680,
август- 3 аршина 7 Отливались
2 фунта 47
1684, 4 вершков коллективно.
июля
3 аршина 7 Отлиты Е.
1689-1690 2 фунта 6
вершков Даниловым.
1694 2 фунта 3 аршина 8 3 Отлиты Л.
35

вершков Жихаревым.
3 аршина 7 Отливались
1698 2 фунта 30
вершков коллективно.

1
Отдел рукописей Российской национальной библиотеки (далее — ОР РНБ). Ф.
532 (Основное собрание русских актов и грамот). Ч.1. № 993.
2
Научный архив Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и
войск связи (далее — Архив ВИМАИВ и ВС). Ф. 1 (Пушкарский приказ). Кн. 4.
Л. 100 об–101 об.
3
Акты Московского государства, изданные Академией наук (далее — АМГ). –
СПб., 1894. – Т. II. № 756. – С. 161.
4
Марголин С.Л. 1) Начало стрелецкого войска // Ученые записки кафедры
народов СССР Московского областного педагогического института. – М.,
1939. – Вып. 1. – С. 47–53; 2) Вооружение стрелецкого войска // Военно-
исторический сборник Государственного Исторического музея. – М., 1948.
(Труды ГИМ. Вып. XX). – С. 85–105; 3) К вопросу об организации и
социальном составе стрелецкого войска в XVII веке // Ученые записки
Московского областного педагогического института. – М., 1953. – Т. XXVII:
Труды кафедры истории СССР. – Вып. 2. – С. 63–96.
5
Чернов А.В. 1) Образование стрелецкого войска // Исторические записки. –
М., 1951. – Т. 38. – С. 283; 2) Вооруженные силы Русского государства в XV–
XVII вв. – М., 1954. – С. 46–47.
6
Александров В.А. Стрелецкое войско на юге русского государства в XVII в.
Дисс. … канд. ист. наук. – М., 1947.
7
Романов М.Ю. Стрельцы московские. – М., 2004.
36

8
Паласиос-Фернандес Р. Московские стрельцы // Цейхгауз. – 1991. – №1. – С.
8–15; Летин С. XVII столетие. Стрелец // Империя истории. – 2002. – № 2. – С.
12–18.
9
Романов М.Ю. Стрельцы московские. М., 2004. С. 49.
10
Лобин А.Н. Материалы Пушкарского приказа как источник изучения русской
артиллерии XVII в. Дисс. … канд. ист. наук. – СПб, 2004.
11
Архив ВИМАИВ и ВС. Ф. 1 (Пушкарский приказ). № 265, 304, 307, 308, 310,
311, 328.
12
Российский государственный исторический архив (далее — РГАДА). Ф. 210
(Разрядный приказ). Книги Белгородского стола. Кн. 98. Л. 28–70 об, 134–138.
13
Лобин А.Н. Артиллерия стрелецких приказов во второй половине XVII в. //
Бомбардир. – 2007. – № 19. – С. 88–96.
14
АМГ. – СПб., 1892. – Т.II. № 756. – С. 161.
15
История отечественной артиллерии. – М., 1959. – Т. 1. Кн. 1. – С. 319.
16
Архив ВИМАИВ и ВС. Ф. 1 (Пушкарский приказ). № 265. Л. 1.
17
Там же. № 308. Л.1–6.
18
Там же. № 310. Л.1–3.
19
Там же. № 307. Л.1–6.
20
Там же. № 304.
21
Крестьянская война в России под предводительством Степана Разина. – М.,
1962. – Т. III. № 100. – С.115–118.
22
Архив ВИМАИВ и ВС. Ф. 1 (Пушкарский приказ). № 311.
23
Там же. № 325.
24
Курц Б.К. Сочинение Кильбургера о русской торговле в царствование
Алексея Михайловича. – Киев, 1915. – С. 166.
25
Дополнения к Актам историческим (далее — ДАИ). – СПб, 1875. – Т. X. №
106. – С. 238.
26
РГАДА. Ф. 210 (Разрядный приказ). Столбцы Белгородского стола. Ст. 770.
Л. 85.
37

27
Там же. Л.86–87.
28
Там же. Л.87–94 и др.
29
Малов А.В. Московские выборные полки солдатского строя в начальный
период своей истории 1656–1671 гг. – М., 2006. – С. 568–569.
30
Там же. – С. 569–570.
31
Седов П.В. Оборона Чигирина в 1677 году // Российское государство в XIV-
XVII вв. Сборник статей, посвященный 75-летию со дня рождения Ю.Г.
Алексеева. – СПб., 2002. – С. 486–505.
32
Патрик Гордон. Дневник 1677–1678 гг. / Пер. Д.Г. Федосова. – М., 2005. – С.
10.
33
Седов П.В. Оборона Чигирина в 1677 году. – С. 486–505. По словам Патрика
Гордона, 3 августа 1678 г. при штурме Стрельниковой горы в «центре было 9
приказов стрельцов — около 5600 человек […] В таком порядке они наступали;
перед каждым пехотным полком везли полевые орудия и рогатки». (Патрик
Гордон. Дневник 1677-1678 гг. / Пер. Д.Г. Федосова. – М., 2005. – С. 93.
34
РГАДА. Ф. 210 (Разрядный приказ). Книги Белгородского стола. Кн. 98. Л.
28–70 об., 134–138.
35
Марголин С.Л. Вооружение стрелецкого войска // Военно-исторический
сборник Государственного Исторического музея. – М., 1948. (Труды ГИМ.
Вып. XX). – С. 85–105.
36
РГАДА. Ф. 210 (Разрядный приказ). Книги Белгородского стола. Кн. 98. Л.
135.
37
Там же. Л.136 об–137.
38
Там же. Л. 134 об.
39
РГАДА. Ф. 210 (Разрядный приказ). Столбцы Белгородского стола. Ст. №
1157. Л. 20–25.
40
Там же. Книги Белгородского стола. Кн. 98. Л. 28–70 об.
41
ОР РНБ. Ф. 532 (Основное собрание русских актов и грамот). Ч. II. № 1359.
42
Пищаль железная.
38

43
Всего 947 человек.
44
ДАИ. – СПб, 1875. – Т. X. № 33. – С. 106–107.
45
РГАДА. Ф. 210 (Разрядный приказ). Книги Белгородского стола. Кн. 98. Л.
57.
46
В описях они обозначены как «стволы гранатные» или «стволы мушкетные
гранатные». В описи Севска 1670-х гг. упоминаются «пятьдесят четыре ствола
железных гранатных» (Там же. Л. 125). В Пскове в 1696 г. числились
«шестнатцать стволов мушкетных гранатных в досках и с шомполами
железными» (РГАДА. Ф. 210 (Разрядный приказ). Книги Новгородского стола.
Кн. 66. Л. 137).
47
ОР РНБ. Ф. 532 (Основное собрание русских актов и грамот). Ч. 2. № 1923.
Отрывок на сставе 1.
48
Очерки по истории торговли и промышленности в России в 17 и начале 18
столетия. – М., 1928. (Труды ГИМ. Вып. IV). – С. 68.
49
Всего 698 человек.
50
Научно-исторический архив Санкт-Петербургского института истории РАН.
Ф. 175. Оп. 1. Ед. хр. 329. Л. 8.
51
ОР РНБ. Ф.550 (Основное собрание рукописной книги). F-IV-782. Л. 5–8
52
Лобин А.Н. Полковая артиллерия в царствование Михаила Федоровича
(1613–1646) // Исследования по истории средневековой Руси. Сборник статей в
честь 80-летия Ю.Г. Алексеева. – СПб.; М., 2006. – С. 383–397.
53
Епифанов П.П. Войско // Очерки русской культуры XVII века. – М., 1979. –
Ч.1. – С. 256.
54
РГАДА. Фонд 210 (Разрядный приказ). Книги Белгородского стола. Кн. 98. Л.
134.
55
Крепостная мануфактура в России. – М.; Л., 1930. – Ч.1. – С. 419, 459.
56
Подробнее об этом см.: Летин С. XVII столетие. Стрелец // Империя
истории. – 2002. – № 2. – С. 15–17; Någre widh Sidste Kongl. Am bassaden…aff
Erich Palmquist. Anno 1674. – Stokholm, 1898; Русские мундиры и знамена 1674
39

г. (Рисунки Висковатова с оригинала Э. Пальмквиста) (ОР РНБ. Фонд 550


(Основное собрание рукописной книги). F-IV-313. Л. 1–20).
57
РГАДА Ф. 210 (Разрядный приказ). Книги Белгородского стола. Кн. 98. Л.
135–138.
58
Посольство Кунраада фан Кленка к царям Алексею Михайловичу и Федору
Алексеевичу. – СПб., 1900. – С. 383, 389.
59
В драгунских полках орудий было меньше — от двух до шести (см. роспись
полкового имущества драгунских полков Ю. Инглиса, А. Гамолтона, К.
Фанбуковена: РГАДА. Ф. 210. Книги Белгородского стола. Кн. 98. Л. 75–80).
60
Кроме этого, приказ получил 642 ядра «гранатных наряженных»; часть
боеприпасов для него было подготовлено еще в Брянске.
61
«5 пищалей медных, и в том числе две пищали длиною по 3 аршина по 7
вершков, весом в 1-й 21 пуд 28 гривенок, во 2-й 19 пуд 5 гривенок;
2 же пищали, длиною по 2 аршина с 2 вершки; 1 пищаль, длиною 2
аршина с вершком, весу в них неведомо. К тем пищалям к 4-м 1000 ядер.
К 5-й пищали дроби железной на 400 выстрелов, весом 25 пуд.» (Русская
историческая библиотека. – СПб., 1889. – Т. XI. – С. 486).
62
«5 пищалей медных, и в том числе 2 пищали длиною по 3 аршина по 7
вершков, весом в 1-й 22 пуда, во 2-й 21 пуд 15 гривенок; пищаль длиною
2 аршина, весом 6 пуд 30 гривенок; пищаль длиною 2 аршина с четью;
пищаль длиною 2 аршина пол-3 вершка, весу в них неведомо. К тем к 5
пищалям 1394 ядра.» (Там же).
63
См.: Книги Разрядные по официальным оных спискам изданные с
высочайшего соизволения II отделением собственной е.и.в. канцелярии. – СПб.,
1855. – Т. II. – Стб. 1312–1321; Русская историческая библиотека. – СПб., 1889.
– Т. XI. – С.515–517.
64
РГАДА. Ф. 210 (Разрядный приказ). Книги Белгородского стола. Кн. № 131.
Л. 290об–291.
40

65
Как, например, приказ И. Волжинского, см.: Там же. Столбцы Белгородского
стола. № 741. Л. 4–30.
66
Подсчет см.: Лобин А.Н. Артиллерия стрелецких приказов во второй
половине XVII в. // Бомбардир. – 2007. – № 19. – С. 95–96.
67
Крепостная мануфактура в России. – М.; Л., 1930. – Ч.1. – С. 419, 459.
68
ДАИ. – СПб., 1853. – Т.V. – С.293. №51.
69
Крестьянская война в России под предводительством Степана Разина. – М.,
1962. – Т. III. № 100. – С. 115–118.
70
Архив ВИМАИВ и ВС. Ф. 1 (Пушкарский приказ). № 304. Сст. 1.
71
Там же. Оп.1 № 315.
72
Напр.: ОР РНБ. Ф. 532 (Основное собрание русских актов и грамот). № 1359.
Л. 1.
73
РГАДА. Ф. 210 (Разрядный приказ). Книги Белгородского стола. Кн. 98. Л.
28–70 об.
74
Книги Разрядные по официальным оных спискам изданные с высочайшего
соизволения II отделением собственной е.и.в. канцелярии. – СПб., 1855. – Т. II.
– Стб. 1312–1321; Русская историческая библиотека. – М., 1889. – Т. XI. – С.
481–486; Епифанов П.П. Войско // Очерки русской культуры XVII века. – М.,
1979. – Ч.1. – С. 256–257.
75
Седов П.В. Оборона Чигирина в 1677 г. – С. 503.
76
ОР РНБ. Ф. 532 (Основное собрание русских актов и грамот). Ч. III. № 2183;
№ 2202. Л.1–2; № 2198; № 2210; № 2217; Научно-исторический архив Санкт-
Петербургского института истории РАН. Ф. 175. Оп. 1. № 329, № 465; Архив
ВИМАИВ и ВС. Ф. 1 (Пушкарский приказ). № 353, № 372.
77
ОР РНБ. Ф. 550 (Основное собрание рукописной книги). F-IV-782. Л. 5–8.
78
Научно-исторический архив Санкт-Петербургского института истории РАН.
Ф.175. Оп.1. № 465; Российский государственный архив военно-морского
флота. Ф. 177 (Приказ воинского морского флота). Оп. 1. Д. 5.
41

79
Лобин А.Н. 1) Материалы Пушкарского приказа как источник изучения
русской артиллерии XVII в. – С. 116. Табл. № 12.; 2) Состояние полковой
артиллерии к началу царствования Петра Первого: к вопросу о
преемственности развития артиллерийского вооружения конца XVII-начала
XVIII вв. // «Мы были». Генерал-фельдцейхмейстер Я.В.Брюс и его эпоха.
Материалы Всероссийской научной конференции 12–14 мая 2004. – СПб., 2004.
– Ч. II. – С. 37. Табл. 1.
80
Архив ВИМАИВ и ВС. Ф.1 (Пушкарский приказ). № 355, № 372.

Оценить