Вы находитесь на странице: 1из 14

Шлемы из могильника рязано-окских

финнов у с. Царицыно
(предварительное сообщение)

И.Р. Ахмедов (Санкт-Петербург), Н.А. Биркина (Москва)

Ключевые слова: эпоха Великого переселения народов, рязанские финны, защитное


вооружение, средиземноморские и дунайские импорты, межкультурные контакты.

Массив находок «западного» происхождения можно, происходящий из этого могильника, –


середины I тыс. н.э. в Восточной Европе, в пер- сегментно-пластинчатый с продольно-крестовым
вую очередь в регионах Поднепровья и Поочья, каркасом и наушами, который известен только по
постоянно пополняется. К сожалению, большая фотографиям и в музейные коллекции не посту-
часть их получена в процессе несанкциониро- пал (2014, с. 95).
ванных кладоискательских работ, и лишь отдель- Шлем конструкции “bandhelm” железный, с
ные вещи попадают в государственные музейные двухчастным куполом, соединенным продоль-
собрания. Такими счастливыми исключениями ным рантом в виде ленты и широким ободом,
являются два уникальных для среднерусской ар- наложенным поверх. По верхнему краю обода и,
хеологии шлема, происходящие из округи с. Ца- возможно, по краю продольного ранта прослежи-
рицыно (Касимовский р-н Рязанской обл.), по- ваются фрагменты декора в виде двойного ряда
ступившие в ГИМ благодаря дружеским усилиям полусферических выпуклостей. По классифика-
П.А. Бирюкова. Сведения о находках у с. Цари- ции К.  Микса, такие шлемы относятся к “Band-
цыно были проверены рязанскими археологами helm mit zweisegmentiger Kalotte” (Miks, 2009,
под руководством Д.А.  Иванова, которые обна- abb. 4). Размеры изделия: по нижнему краю обо-
ружили остатки захоронений с характерным на- да – 18 х 22 см, окружность – 54 см, общая вы-
бором женских украшений V–VI вв., что свиде- сота – 17,5 см, ширина обода – 5,5 см (на 1 см
тельствует о наличии здесь, на северо-восточной находит на пластины шлема); ширина продоль-
границе ареала культуры, могильника рязанских ной ленты (ранта) – 6,7 см (верх), 9,5 см (низ)
финнов1 (рис. 1) (сужается кверху, на 1,5 см находит на пластины
Впервые в научной литературе эти вещи как шлема); диаметр полусферических фигур орна-
происходящие из Касимовского р-на Рязанской мента – 0,3–0,4 см. Толщина пластин (вместе с
обл. упомянуты О.А. Радюшем в публикации, по- продуктами коррозии) – 0,2–0,3 см. Современное
священной шлемам эпохи переселения народов состояние предмета не позволяет описать его бо-
из Поднепровья. Они отнесены к двум разновид- лее подробно (рис. 2).
ностям: “bandhelm” (сегментно-пластинчатый По информации П.А. Бирюкова, полученной
с продольным каркасом) и “spangenhelm” (че- от находчиков, вместе со шлемом были выявлены
тырехчастный (четырехсегментный) с продоль- бронзовые пряжка с язычком, овальной рамкой и
но-крестовым каркасом из Т-образных пластин) неподвижной щитовидной обоймой, а также два
(Радюш, 2014, с. 40). В другой работе С.Э. Зубов ременных пластинчатых наконечника вытянутой
и О.А. Радюш упоминают еще один шлем, воз- трапециевидной формы, в одном из которых со-
хранилось слегка утолщенное в передней части
1
Авторы выражают благодарность Д.А. Иванову за све- кольцо (рис. 3). Подобные пряжки появляются
дения о работах на могильнике у с. Царицыно.
236 РАННЕСЛАВЯНСКИЙ МИР · 19
в Восточной Европе в постгуннское время. Они Царицыно. В частности, близкий по конструкции
встречены, в первую очередь, в уздечных набо- и форме купола двухчастный шлем, похожий на
рах стиля «Сахарная Головка – Лермонтовская колпак, украшенный орнаментом и с наушами с
Скала», хорошо известных в Крыму и на Кавказе. изображением барана или горного козла, пред-
Серия таких уздечных наборов представлена и в ставлен в левом верхнем углу южной стороны пье-
рязано-окских древностях второй половины V в. дестала колонны Траяна (Coulston, 1988, pl.120,
Они найдены в погребальных комплексах вместе 134; Miks, 2009, Аbb. 10: 1, 2). Происхождение
с другими принадлежностями воинского обихода, подобных вещей связывается с кушано-парфян-
характерными для ранней фазы горизонта, обыч- ской традицией, получившей развитие и в саса-
но называемого исследователями «шиповским» нидском, и в римском вооружении. Результатом
(Казанский, Мастыкова, 2010, с. 98). Типичны для развития этой традиции считают и персидский
ременных гарнитур рязанских финнов второй по- двухчастный шлем с гребнем III в. из Дура Евро-
ловины V в. и наконечники ремней. пос (James, 1986, p. 120, pl.15; 16; 1990, рl. 2.1.a–d;
Железные шлемы описанной конструкции 2004, Nr. 371, р. 104, pl. 47–48).
без сохранившегося декора известны в Нароне Такая форма характерна для некоторых саса-
(у церкви св. Вида (св. Вита)), в Далмации (два нидских шлемов V–VII вв. (североиранский тип
экземпляра, обнаруженные вместе со шлемом “Cheragh Ali Tepe / Amlash”). Они достаточно
типа “Baldenheim”), еще две недокументиро- широко представлены в северном Иране (Амлаш,
ванные находки происходят из Малой Азии; Чераг Али Тепе) и Месопотамии (Ниневия). В на-
аналогичный шлем из частной коллекции фигу- стоящее время в результате кладоискательских
рировал на аукционе в Германии в 2002 г. (Auc- раскопок появились сведения о находках шлемов,
tionshaus Hermann Historica, München) (Vogt, в том числе сасанидского облика, и на черномор-
2006, S. 280–282, Beil. 51–53, Taf. 46: 1–4; Zey- ском побережье Кавказа: в Абхазии и в округе
rek, 2005, p. 183–192; Quast, 2012, S. 353–355, Сочи, оказавшихся в VI в. одним из районов оче-
Abb. 3) М. Фогт относит эти изделия к типу “St. редного византийско-персидского противостоя-
Vid/Narona”. Д. Глад причисляет их, а также ния (James, 1986; Miks, 2009, S. 396–402, 504–508,
шлемы из погребения 1 кургана 7 и кургана  5 Аbb. 5; 6; 7).
Тураевского могильника (Генинг, 1976, с. 69, Экземпляр из Царицыно, однако, следует от-
74–77, рис. 14: 18; 29: 12; 31: 1), к типу ”Naro- носить к типу “St.Vid/Narona”, несмотря на неко-
na/Bretzenheim”, хотя образец из Бретценхайма торую близость его формы иранским параллелям.
снабжен двумя перекрещивающимися пласти- Шлем конструкции “spangenhelm”, второй,
нами на куполе (Glad, 2009, p. 45–46, fig.  7: найденный в Царицыно, выполнен в виде че-
11–14). Экземпляр из погребения 1 кургана  7 тырехчастного купола, с каркасом из горизон-
Тураевского могильника, также с двухчастным тального пластинчатого обруча и вертикальных
куполом, с кольчужными бармицами, украшен пластин с подтреугольным основанием. Детали
серебряными позолоченными пластинами с скреплены между собой бронзовыми заклепка-
прорезным геометрическим декором. ми. Часть купола фрагментирована, железные
Царицынская находка несколько отличается части сильно коррозированы, заклепки окис-
от указанных параллелей типа “St.Vid/Narona”, лены, шляпки утрачены. Навершие утрачено,
форма которых ближе к полусферической. Сле- нижний край обода частично обломан, на сохра-
дует отметить, что при рассмотрении шлема из нившейся части края не прослежены отверстия
погребения 1 кургана 7 Тураевского могильни- для креплений кольчужной бармицы. Возможно,
ка большинство авторов опираются на графиче- предстоящая расчистка в процессе реставрации
скую реконструкцию В.Ф. Генинга, в которой ему изделия позволит выявить дополнительные де-
придана полусферическая форма. Судя по фото- тали, скрытые на данный момент продуктами
графиям шлема до реставрации в публикации коррозии.
В.Ф. Генинга и после реставрации (коллекции ар- Общая высота шлема составляет 16, 8 см; по-
хеологического музея Казанского государствен- перечные размеры по нижнему обручу – 20 х 20
ного университета), он деформирован, но можно см; длина окружности – 66,5 см; ширина нижне-
предположить, что первоначально он был, скорее, го обруча – 3,2 см. Толщина обруча – 0,2–0,3 см;
сфероконическим. пластин купола – 0,2–0,3 см. Диаметр видимой на
Возможно, такая форма свидетельствует об поверхности части заклепок – 0,3–0,5 см, шаг рас-
определенной архаичности находок из Тураево и положения заклепок – 2,8–3,4 см (рис. 4).
И.Р. Ахмедов, Н.А. Биркина 237
Рассматриваемая находка относится к пред- 2015, с. 119).
ставительной группе изделий типа “Baldenheim” Действительно, если предположить, что ко-
с четырехчастным или шестичастным куполом, личество частей в конструкции шлема имеет
существовавших в последних десятилетиях V – хронологическое значение, и четырехчастные
VI в. (Spangenhelme mit vierspangiger Kalotte: Miks, образцы типа “Baldenheim” появляются ранее
2009, Аbb. 4; les casques a “equerres” geometriques: шестичастных, то их датировка может включать
Glad, 2009, p. 47–50). М. Фогт приводит 44 экзем- в себя и вторую половину V в. В пользу этой ги-
пляра шлемов этого типа, большая часть которых потезы свидетельствует дата погребения 1901 г. в
происходит из северной части Балкан и Подуна- Гюлтлингене, в котором был найден шестичаст-
вья, Италии, Альп, бассейна Рейна. Отдельные ный шлем, определяемая в рамках группы Флон-
находки отмечены на балтийском побережье Гер- хайм – Гюлтлинген (460–510 гг. или около 500 г.)
мании и в Скандинавии (Готланд) (рис. 5). Они (Quast, 1993, S. 39–43, 104). Подтверждает пред-
входили в состав престижной паноплии воинов, ложенную хронологию и облик уздечного набора,
относящихся к знати варварских раннесредневе- найденного вместе со шлемом в Климовском р-не
ковых королевств и, видимо, по происхождению (Радюш, 2014, с. 44; Ахмедов, в печати).
были связаны с ранневизантийским воинским Зона распространения четырехчастных шле-
обиходом (тип Batajnica по Д. Гладу: Glad, 2009, мов типа “Baldenheim” меньше, чем шестичаст-
p. 47–48, fig. 8: 1–6; Vogt, 2006, Tab.1, Аbb. 2). ных (рис. 5). Они найдены в центральной части
На территории Восточной Европы сегодня Италии (Торичелло Пелинья, регион Абруццо),
известны два таких шлема из Брянской области: Далмации (Салона (Солин), Нарона), Македонии
фрагментированный экземпляр из Климовского (Гераклея Линкестис – Битола), на восточной гра-
р-на и фрагменты из Болдыжского леса (р. Бол- нице Паннонии II, на правобережье Дуная, непо-
дыж, левый приток р. Болвы, левого притока далеку от Сингидунума (Батайница, современный
р. Десны, северная округа г. Брянск; по другим Белград). В Центральной Европе они известны на
сведениям, находка сделана в бассейне р. Навля, северном берегу Женевского озера (кантон Во,
левого притока р. Десны, южнее г. Брянск). Они Швейцария) и на правобережье среднего течения
опубликованы О.А. Радюшем и Е.А. Шинаковым. Дуная в Дольне Семеровце (Левице, Западная
О.А. Радюш подробно описал историю обнару- Словакия).
жения этих вещей, атрибутировал их как детали За пределами Европы один такой шлем про-
шлемов типа “Baldenheim”. По особенностям кон- исходит из Северной Африки, из Лебды (Лептис
струкции экземпляр из Климовского р-на был со- Магна, Триполитания, Ливия) в восточной ча-
поставлен со шлемом из Батайницы (правый берег сти королевства вандалов (Vogt, 2006, S. 25, 193,
Дуная, северо-западная окраина г. Белград). Ана- 196–198, 207–210, 218–219, 231–232, 248–249,
лиз декора показал его близость образцам этого 257–259, 265–267, Кat. 2, 5, 12, 13, 17, 21, 27, 31,
типа с раннехристианскими изображениями, най- 38, Аbb. 6).
денным в Центральной и Западной Европе (Доль- Большинство рассматриваемых находок со-
ни Семеровце, Монте-Пагано, Штессен, Планиг, средоточено в северо-западной части Балканско-
Пфеффинген). Некоторые орнаментальные детали го полуострова и на сопредельных территориях
находят аналогии на шлеме типа “Baldenheim” из (рис. 5). Вероятно, это связано с тем, что здесь,
коллекции Государственного Эрмитажа. Находки на границах остготского королевства и Византий-
из Брянской области датированы О.А. Радюшем ской империи, происходило политическое и воен-
второй половиной V – началом VI в. и соотнесены ное взаимодействие разных групп населения как
с событиями постгуннского времени в Восточной в эпоху сложения государства остроготов, так и
Европе (2014, с. 42–44, рис. 4; 5). во время правления Теодориха Великого, когда
Е.А. Шинаков определил шлем из Климов- Далмация – Савия, а также бывшая римская Пан-
ского р-на как относящийся к «четырехчастным нония II входили в состав остготского королев-
вариантам типа, скорее всего, византийского про- ства. Возможно, с остготским влиянием связаны
изводства и какой-то восточногерманской (пан- и упомянутые выше шлемы, обнаруженные на
нонско-трансильвано – иллирийской) принадлеж- Женевском озере и в Дольне Семеровце. Находка
ности» и датировал его в рамках конца V – начала в Лептис-Магна также может рассматриваться в
VI в., основываясь на аналогах четырехчастной контексте взаимодействия вандалов как с остго-
конструкции, найденных в Гераклее Линкестис, тами, так и с Византией, с египетскими провин-
Монте-Пагано и Торичелло Пелинья (Шинаков, циями которой граничила область Триполитания.
238 РАННЕСЛАВЯНСКИЙ МИР · 19
«Ранневизантийское» происхождение шлемов, петскому» типу “Deir el-Medina/Leiden”. При рас-
известных в Поочье и Поднепровье, не вызывает копках города также найден орнаментированный
сомнений. Наиболее вероятными регионами, из науш образца типа “Baldenheim” и фрагмент ку-
которых они могли поступить, следует считать пола еще одного железного шлема. Описываемый
северные провинции Византии, а также северо- «склад» был засыпан завалом крыши и стен при
западные районы Балкан (Мёзия, Паннония II, разрушении здания землетрясением 557 г., что по-
Савия, Далмация). Предполагается, что такие из- зволяет уточнить хронологию рассматриваемых
делия производились в римских государственных предметов. Находки подобных шлемов в неопре-
оружейных мастерских, наличие которых в го- деленном контексте в Египте (Дейр эль-Медина),
родских центрах северных провинций в V в. уста- лейденский экземпляр некоторые исследовате-
навливается по данным Notitia Dignitatum (Мар- ли считают возможным датировать концом III в.
кианополь, Наис, Рациария, Хорреум Марги). или даже более ранним временем, основываясь
Возможно, аналогичные мастерские существова- на изображениях на колонне Траяна и арке Гале-
ли и в ранневизантийское время (Sarnowski, 1988, рия в Салониках (рубеж III–IV вв.). На широкие
s. 126; James, 1988, p. 257; Vogt, 2003, S. 25; Bier- рамки бытования таких изделий может указывать
nacki, 2012, p. 100). находка в Эль-Хадите (Иордания), датирующаяся
Именно здесь зафиксирован весь спектр ана- 350–420 гг. Шлем, встреченный на участке XVI
логов восточноевропейским находкам типов у Храмовой горы в Иерусалиме, как и предметы
“Baldenheim”, “St.Vid/Narona”, а также извест- вооружения на соседнем участке XV, связывается
ному по описанию О.А. Радюша сегментно-пла- со временем, предшествующим или синхронным
стинчатому шлему с продольно-крестовым кар- взятию города персидскими войсками в 614  г.
касом и наушами из могильника у с. Царицыно (Негин, 2007, с. 347; Парушев, 2002, с. 191–193,
(?), соотносимому с образцами производных от обр. 1–3; Biernacki, 2012, p. 95–101, fig. 6–9, 11,
типа “St.Vid/Narona” форм (Войвода, недокумен- 12; Quast, 2012, S. 355; Stiebel, 2003, p. 153–157;
тированная находка на Балканах). Отмечены на 2007, p. 43–46)
указанной территории и изделия конструкции Эта новая для рязано-окских финнов катего-
“spangenhelm” типа “Deir el-Medina/Leiden” (“St. рия вещей, определенно византийского проис-
Vid/Narona” V, вариант этого типа, обнаруженный хождения, чрезвычайно важна. Она должна рас-
в Синь (Далмация), многочисленные экземпляры сматриваться в ряду многочисленных связанных
в Новах, неопубликованный шлем с монетой VI в. с воинским обиходом изделий «дунайского» и
в области Шабла (Болгария), а также находки с «центральноевропейского» происхождения вто-
неопределенным контекстом в Новаково (Варна, рой половины V – начала VI в., зафиксированных
музей в Добриче) и рядом с Асеновой крепостью в Поднепровье и Поочье. Их ассортимент широк
XIV в. (Пловдив)). В Нароне (у церкви св. Вида) и включает в себя и предметы вооружения, и во-
встречены шлемы всех трех типов, причем образ- инские аксессуары. Набор аксессуаров весьма
цы типа “Baldenheim” и “St.Vid/Narona” входили представителен: гривны, фибулы, браслеты, ре-
в состав одной находки. В Новах на правобере- менные гарнитуры, которые в комплексах соче-
жье Дуная (в одном из центров на византийском таются с местными типами украшений и гарни-
лимесе в провинции Мезия II, более десяти лет тур. Находки, связанные с «западной» культурной
перед вторжением остготов в Италию бывшем ре- средой, фиксируются среди всех категорий убора.
зиденцией Теодориха Великого, известном также Оружие представлено длинными двулезвийными
могилой святого Луппа, к которой совершались мечами и короткими однолезвийными клинками,
паломничества) найден уникальный комплекс, аналогичными «малым лангсаксам» и коротки-
состоявший из множества шлемов. Они обнару- ми двулезвийными мечами. Известны клинки, в
жены в одном из помещений здания, расположен- том числе изготовленные из «дамаска», с рукоя-
ного рядом с епископальной базиликой, которое тями и ножнами, украшенными бронзовыми или
определено авторами раскопок как приют для серебряными деталями, в одном случае даже с
паломников. Зафиксированы фрагменты около 30 декором в стиле «клуазоне». Они найдены в за-
шлемов, некоторые из них были помещены друг в хоронениях вождей или воинов высокого ранга,
друга (в одном случае 8 штук). Хорошая сохран- в нескольких случаях погребенный был снабжен
ность четырех экземпляров позволила опреде- парой мечей – длинным и коротким. Среди пред-
лить их как изделия конструкции “spangenhelm”, метов конского убора преобладают комплекты,
в одном случае с наушами, близкие «римско-еги- характерные для восточноевропейской узды сти-
И.Р. Ахмедов, Н.А. Биркина 239
ля «Сахарная Головка – Лермонтовская Скала»; в В Волго-Окском междуречье ранее были из-
их числе также встречены два набора «западно- вестны только два умбона от щитов эпохи пере-
го» облика. К снаряжению всадника относится и селения народов. Умбон типа «Либенау» про-
уникальная для лесной зоны находка шпоры типа исходит из раскопок А.Г. Векслера на городище
«Лейна». Луковня в Подмосковье (Ахмедов, Казанский,
Наибольшее количество вещей «западного» 2004, с. 174, рис. 5: 8). Недавно у д. Стариково
происхождения фиксируется в могилах облада- на р. Дубна, неподалеку от ее впадения в Волгу
телей высокого социального статуса (например, (Талдомский р-н Московской обл.), были обна-
в погребении 525 могильника Борок II и 55 – мо- ружены еще один подобный умбон и рукоять от
гильника Заречье 4), где они выполняли функции щита (любезное сообщение сотрудника Тверского
социально-иерархических маркеров. Фиксируемая музея С. Андреева). Такие предметы защитного
система иерархических индикаторов сопоставима вооружения абсолютно не характерны для жите-
с той, что реконструируется по набору престижных лей Поволжья и Поочья. Их находки – важное до-
категорий изделий в захоронениях «знати» ранних казательство присутствия здесь носителей иных
«варварских королевств» Центральной и Западной воинских традиций.
Европы и «элитных» комплексах Поднепровья и Таким образом, шлемы из Царицыно, являясь
Северного Причерноморья. Это свидетельствует, абсолютно новой для воинской культуры рязан-
что в Среднем Поочье формирование представ- ских финнов категорией изделий, в то же время
лений о значении предметов воинского обихода органично вписываются в общий массив вещей
в системе социально-иерархических признаков «дунайского» и «центральноевропейского» об-
происходило в результате непосредственных кон- лика, входящих в набор воинского снаряжения
тактов рязанских финнов и носителей «западных» и вооружения. Ранее уже были предложены ре-
воинских традиций, судя по всему, даже частично конструкции путей, по которым такие предметы
инкорпорированных в местную среду. Часть ино- попадали в Поочье; один из них мог проходить
культурных вещей, такие как, например, поясные по верхнему течению Десны и левому притоку
гарнитуры с декором в виде птичьих головок и ко- Оки – Угре (Ахмедов, 2014, с. 159, рис. 13). На-
роткие однолезвийные мечи, начали воспроизво- ходки шлемов в Полтавской области и Подесе-
диться в окских мастерских, в некоторых случаях нье подтверждают это предположение. Умбоны в
с применением заимствованных технологических Подмосковье и шлемы на северной границе аре-
приемов. Это также указывает на появление среди ала культуры рязанских финнов косвенно могут
рязанских финнов новых групп населения, в том указывать на район, в котором происходил непо-
числе ремесленников, применявших привычные средственный контакт носителей данной культу-
навыки (Ахмедов, Казанский, 2004, с. 175–178, ры с «пришельцами».
рис. 7; 8;  9; Ахмедов, 2007, с. 147–150; 2010а; Трудно переоценить значение рассматри-
2010б; 2014, с. 142–151, рис. 3–7; 9). ваемых находок для изучения событий пост-
До недавнего времени находки защитного во- гуннского времени в Восточной Европе.
оружения в культурах поволжских финнов первой Шлемы относятся к престижным категориям
половины I тыс. н.э. фиксировались лишь в древ- вооружения. Так, образцы типа “Baldenheim”,
ностях андреевско-писеральского круга I в. н.э. иногда определяемые как «ранневизантийские
Это кольчуги и шлемы из Андреевского кургана офицерские», в Западной Европе найдены в за-
(погребения 25/1, 50) и два шлема из Пильнинско- хоронениях представителей воинской элиты:
го I могильника. Две кольчуги и шлем связаны с в погребениях 1901 г. в Гюлтлингене, 1782  г.
погребальными памятниками III–IV вв. Верхне- в Крефельд-Геллепе, 1939 г. в Планиге и др.
го Посурья (Селикса-Трофимовский могильник, (Quast, 1993, S. 43; Steuer, 1987, S. 191–197).
погребение 50; Степановский могильник, погре- Видимо, аналогичным статусом обладали и
бение 11). Находки сегментопластинчатых и уз- хозяева подобных шлемов в Поднепровье. На-
копластинчатых шлемов в Андреевском и Пиль- ходки в Поочье, несмотря на более скромное
нинском могильниках связываются со степной оформление, могли принадлежать предводите-
паноплией среднесарматского времени, а шлем лями отдельных групп мигрантов, пытавшихся
из Степановского могильника, судя по сохранив- освоить территории, сведения о которых могли
шимся фрагментам, близок прикамским образцам сохраняться еще с эпохи Германариха в среде
(Гришаков, 2008, с. 104, 111, рис. 23: 1–3; Зубов, вернувшихся после распада державы Аттилы
Радюш, 2014, с. 95–98, рис. 1, 2). восточногерманских федератов.
240 РАННЕСЛАВЯНСКИЙ МИР · 19
Не исключено, что импульсы, в результате неудачный набег на нижнедунайские территории
которых шлемы и другие «дунайские» импорты Империи гунны совершили уже в начале правле-
поступали в Поднепровье, были разновременны- ния императора Зенона (474–491 гг.). Последний,
ми. Возможно, часть находок связана непосред- кроме того, использовал, пусть и неудачно, во-
ственно с горизонтом дунайских древностей D2/3 енную помощь болгар против Теодориха в 486 г.
(430/440–460/470 гг.), к которому относятся яркие (Maenchen-Helfen, 1973, p. 157–168; Томпсон,
«княжеские» комплексы, например Ольвийский 2008, с. 185–188). Возможно, эти события также
и Киевский клады. Такие вещи в Поднепровье способствовали поступлениям «византийских» и
принадлежали элите различных групп дунайских «дунайских» импортов в Восточную Европу. Не
переселенцев (например упоминаемых Иорданом исключено, что после них военная активность
ангискиров, одной из групп, ушедших с Дуная в части «дунайских» переселенцев в Поднепровье,
Поднепровье вместе с сыном Аттилы Денгизи- бывших союзников гуннов, была переориенти-
хом) (Казанский, 2011, с. 30, 40–48, рис. 1). рована в сторону освоения лесных пространств
Находки шлемов и ряда других вещей (неко- верхнего течения Днепра и Десны, в результате
торых типов пряжек, мечей, уздечных наборов), чего некоторые группы достигли районов Сред-
датируемых в рамках последних десятилетий V – него Поочья.
начала VI в., позволяют предполагать, что часть Выдвинутые в статье предположения имеют
населения Поднепровья принимала участие в со- характер рабочих гипотез. Авторы надеются, что
бытиях третьей четверти V в. Такими событиями после проведения комплекса реставрационных
могут быть, например, попытки Денгизиха взять работ шлемы из могильника у с. Царицыно будут
реванш в Подунавье (кампании против остготов доступны для максимально полного изучения и
в 456–457 и 463/464–466 гг.), нападение и захват привлекут пристальное внимание специалистов
Хормидаком Сердики зимой 466/467 г. или давле- по истории древнего вооружения, что позволит
ние Денгизиха на Империю в 467–469 гг. с целью более конкретно определить их место среди древ-
получить земельные и торговые преференции, ностей эпохи Великого переселения народов и на-
закончившееся гуннским вторжением, разгро- чала раннего Средневековья в Восточной Европе.
мом и гибелью этого сына Аттилы. Последний

Литература

Ахмедов И.Р., 2007. Культура рязано-окских Ахмедов И.Р., 2014. Некоторые индикаторы
могильников. Инвентарь мужских погребений культурных взаимодействий в древностях
//  Восточная Европа в середине I тысячелетия рязано-окских финнов второй половины V
н.э. (Раннеславянский мир. Вып. 9) / Отв. ред. – начала VI  в. // Проблемы взаимодействия
И.О. Гавритухин, А.М. Обломский. М.: ИА РАН. населения Восточной Европы в эпоху Великого
С. 137–185. переселения народов (Раннеславянский мир.
Ахмедов И.Р., 2010а. К выделению индикато- Вып. 15) / Отв. ред. А.М.  Обломский. М.: ИА
ров социальной стратификации в культуре ряза- РАН. С. 138–176.
но-окских финнов в эпоху Великого переселения Ахмедов И.Р., в печати. О некоторых «дунай-
народов по материалам могильника у села Ни- ских» элементах в культурах поволжских финнов
китино // Лесная и лесостепная зоны Восточной во второй половине V в. // Сборник материалов I
Европы в эпохи римских влияний и Великого Сербско-российской археологической конферен-
переселения народов. Конференция 2. Ч. 1 / Ред. ции. Белград, 2014 г.
А.М. Воронцов, И.О. Гавритухин. Тула: ГМЗ «Ку- Ахмедов И.Р., Казанский М.М., 2004. После
ликово поле». С. 105–137. Аттилы. Киевский клад и его культурно-истори-
Ахмедов И.Р., 2010б. Короткие однолезвий- ческий контекст // Культурные трансформации и
ные мечи из Никитинского могильника // Ger- взаимовлияния в Днепровском регионе на исходе
mania–Sarmatia. II / Ред. О. Щеглова, М. Казански, римского времени и в раннем средневековье / Ред.
В. Новаковский. Калининград; Курск: КОИХМ, В.М. Горюнова, О.А. Щеглова. СПб.: Петербург-
КГОМА. С. 319–341. ское Востоковедение. С. 168–202.
И.Р. Ахмедов, Н.А. Биркина 241
Генинг В.Ф., 1976. Тураевский могильник Biernacki A.B., 2012. Early Byzantine Iron Hel-
V  в. н.э. (захоронения военачальников) // Из ар- mets from Novae (the Diocese of Thrace) // Byzan-
хеологии Волго-Камья / Отв. ред. А.Х. Халиков. tine Small Finds in Archaeological Contexts / Eds. B.
Казань: Казанский филиал АН СССР. С. 55–108 Böhlendorf-Arslan, A. Ricci. Istanbul: BYZAS 15.
Гришаков В.В., 2008. Хронология мордов- P. 91–104.
ских древностей III–IV вв. Верхнего Посурья и Coulston J.Ch.N., 1988. Trajan’s column: the
Примокшанья // Пензенский археологический sculpting and relief content of a Roman propaganda
сборник. Вып. 2 / Отв. ред. Г.Н.  Белорыбкин. monument / Unpublished PhD thesis. The University
Пенза: ПИРО. С. 82–138. of Newcastle upon Tyne. 849 p.
Зубов С.Э., Радюш О.А., 2014. Шлемы Сред- Glad D., 2009. Origine et diffusion de
него Поволжья в среднесарматское время // Сар- l’équipement défensif corporel en Méditerranée
маты и внешний мир. Материалы VIII Всерос- orientale (IVe – VIIIe s.). Contribution á l’étude
сийской (с международным участием) научной historique et archéologique des armées antiques et
конференции «Проблемы сарматской археологии médiévales. Archaeological studies on late antiquity
и истории», Уфа, ИИЯЛ УНЦ РАН, Уфа, 12–15 and early medieval Europe (400–1000 A.D.) (Mono-
мая 2014 г. (УАВ. Вып. 14) / Отв. ред. Л.Т. Яблон- graphs. 2). Oxford: BAR. 162 p.
ский, Н.С. Савельев. Уфа: ИИЯЛ УНЦ РАН, James S.Т., 1986. Evidence from Dura-Europos
Центр «Наследие». С. 94–104. for the Origins of Late Roman Helmets // SYRIA.
Казанский М.М., 2011. Древности пост- T. 63. Paris: Librairie orientaliste Paul Geuthner.
гуннского времени на юге Восточной Европы и P. 107–134.
ангискиры // Scripta Antiqua. Вопросы древней James S.T., 1988. The Fabricae: State Arms
истории, филологии, искусства и материальной Factories of the Later Roman Empire // Military
культуры. Альманах. Том первый / Гл. ред. Equipment and the Identity of Roman Soldiers (Pro-
М.Д. Бухарин. М.: «Собрание». С. 27–49. ceedings of the Fourth Roman Military Equipment
Казанский М.М., Мастыкова А.В., 2010. Conference) / Ed. J.C. Coulston. Oxford: BAR Inter-
Хронологические индикаторы древностей пост- national Series. P. 257–331.
гуннского времени на Северном Кавказе // Верх- James S.T., 1990. The arms and armour from Du-
недонской археологический сборник. Вып.  5 ra-Europos (Volume 2: Plates) // Thesis submitted for
/  Отв. ред. А.Н. Бессуднов. Липецк: ЛГПУ. the Degree of Doctor of Philosophy University. Syria.
С. 93–104. College Institute of Archaeology. 502 p.
Негин А.Е., 2007. Позднеримские шлемы: James S.T., 2004. The Excavations at Dura-Eu-
проблемы генезиса // Antiquitas Aeterna. Поволж- ropos conducted by Yale University and the French
ский антиковедческий журнал. Война, армия и Academy of Inscriptions and Letters 1928 to 1937
военное дело в античном мире. Вып. 2. Саратов: // Final Report 7: The Arms and Armour and other
Изд-во Саратовского университета. C. 335–359. Military Equipment. London: British Museum Press.
Парушев В., 2002. Средневековен шлем от 304 p.
Варненско // Weapons and Military Equipment Dur- Maenchen-Helfen O.J., 1973. The World of the
ing the Late Antiquity and the Middle Ages. 4th–15th Huns. Studies in Their History and Culture. Berkely;
centuries (Acta Musei Varnaensis. 1) / Ed. V. Jotov. Los Angeles; London: University of California Press.
Varna. P. 191–194. 602 p.
Радюш О.А., 2014. Шлемы эпохи переселения Miks Ch.,  2009. Relikte eines frühmittelalterli-
народов из Поднепровья // Воинские традиции в chen Oberschichtgrabes? Überlegungen zu einem
археологическом контексте: от позднего латена до Konvolut bemerkenswerter Objekte aus dem Kunst-
позднего средневековья / Сост. И.Г. Бурцев. Тула: handel // JRGZM. 56. S. 395–538.
ГМЗ «Куликово поле». С. 40–53. Quast D., 1993. Die merowingerzeitlichen Grab-
Томпсон Э.А., 2008. Гунны. Грозные воины funde von Gültlingen (Stadt Wildberg, Kreis Calw)
степей / Пер. с англ. Л.А. Игоревского. М.: ЗАО (Forschungen und Berichte zur Vorund Frühge-
Центрполиграф. 256 с. schichte in Baden-Württemberg. Bd. 52). Stuttgart:
Шинаков Е.А., 2015. Конская упряжь и детали Konrad Theiss Verlag. 162 S.
шпангенхельма «темных веков» из Брянского По- Quast D.,  2012. Einige alte und neue Waffen-
десенья // Археологические исследования в Евро- funde aus dem frühbyzantinischen Reich // Thezau-
регионе «Днепр» в 2013 г. (Научный ежегодник) rus Avarorum. Régészeti tanulmányok Garam Éva
/ Ред. Е.А. Шинаков. Брянск: БрГУ. С. 111–125. tiszteletére / Archaeological Studies in Honour of
242 РАННЕСЛАВЯНСКИЙ МИР · 19
Eva Garam / Ed. T. Vida. Budapest: Magyar Nemzeti Stiebel G.D., 2007. A spangenhelm-type helmet
Museum. S. 351–370. // Mazar E. The Temple Mount Excavations in Jeru-
Sarnowski T., 1988. Wojsko rzymskie w Mezji salem 1968–1978 directed by Benjamin Mazar (Final
Dolnej i na pуłnocnym wybrzeżu Morza Czarnego. Reports. Vol. III) (Qedem. 46). Jerusalem: Institute
Badania Ekspedycji archeologicznej Uniwersytetu of Archaeology, Hebrew University of Jerusalem.
warszawskiego w Novae (Novaensia. 3). Warszawa: P. 43–46.
Uniwersytet Warszawski. 219 s. Vogt M., 2003. Die frühmittelalterlichen Span-
Steuer H., 1987. Helm und Ringschwert Prunk- genhelme. Ein Überblick zu archäologischen, kun-
bewaffnung und Rangabzeichen germanischer Krieg- sthistorischen und herstellungstechnischen Proble-
er (Studien zur Sachsenforschung. 6). Hildesheim. men // Acta praehistorica et archaeologica. № 35
S. 191–236. / Hrsg. W. Menghin. Rahden: Verlag Marie Leidorf.
Stiebel G.D., 2003. Arms from the large Byz- S. 9–29.
antine structure in Area XV (Chapter 11) // Ma- Vogt M., 2006. Spangenhelme. Baldenheim und
zar E. The Temple Mount Excavations in Jeru- verwandte Typen (Kataloge vor- und frühgeschichtli-
salem 1968–1978 directed by Benjamin Mazar cher Altertümer. Bd. 39). Mainz: RGZM. 389 S.
(Final  Reports. Vol. II. The Byzantine and Early Zeyrek T.H., 2005. Halûk Perk Müzesi’nden Bir
Islamic Periods) (Qedem. 43). Jerusalem: Institute Grup Miğfer (A Group of Helmets from Haluk Perk
of Archaeology, Hebrew University of Jerusalem. Museum) // Tuliya I. İstanbul:  Halûk Perk Müzesi.
P. 153–158. P. 183–192.
И.Р. Ахмедов, Н.А. Биркина 243

Helmets from a cemetery of the Ryazan-Oka Finns


near the Tsaritsyno village
(preliminary report)

I.R. Akhmedov (Saint-Petersburg), N.A. Birkina (Moscow)

Key words: Migration period, Ryazan Finns, defensive armament, Mediterranean and Danubian
imports, cross-cultural interactions.

Occasional finds of helmets of the Migration period, found near the village Tsaritsyno (Kasimov district of
the Ryazan region), were transferred to the State Historical Museum. The helmets belong to the types St.Vid/
Narona and Baldenheim. Most of the scholars attribute them to the categories common for the early Byzantine
armament. The closest parallels to the Tsarytsino helmets originate from the north-western part of Balkans and
neighbouring regions. In Eastern Europe the finds of helmets of the Baldenheim type are also known in the
Desna river basin (Bryansk region, Russia) and in the Middle Dnieper region (Cherkassy region, Ukraine).
The helmet of the St.Vid/Narona type is the first find in Eastern Europe. These helmets, found near Tsarytsino,
are to be considered in the context of the “Danubian” cultural impulse and its evidence at the sites in the
Dnieper and Oka basins, dating from the second half of the 5th to the turn of the 5th–6th cc. This impulse
is to be connected with the movement of groups of the “Dan-ubian” migrants after the fall of the Empire of
Attila, which could have taken part in the military activities of Attila’s inheritors near the northern borders
of the Empire. Most of the finds of the “Danubian” character are related to the military equipment, arms and
harness. By now the defen-sive armament was represented only by two finds of umbo in the Moscow region
(Lukovnya, Starikovo). The finds of such a special category as helmets, common for the equipment of the
barbarian military elite, justify the hypothesis, provided earlier by some scholars, on the direct presence of
the migrants, the part of which was incorporated into the community of the Ryazan Finns, in the Oka basin.

Translated by I. Grigoryan
244 РАННЕСЛАВЯНСКИЙ МИР · 19

Рис. 1. Основные памятники рязанских финнов.


1 – Вакинский; 2 – Кузьминский; 3 – Фефеловский; 4 – Борковской; 5 – Павловский;
6 – Дубровичи; 7 – Кораблинский; 8 – Гавердовский; 9 – Троице-Пеленицы; 10 – Заречье 4;
11 – Никитинский; 12 – Щатрищенский; 13 – Кисструс; 14 – Дегтянное; 15 – Облачинский;
16 – Еремеевский; 17 – Дуброво-Срезневский; 18 – Бортниковский; 19 – Шиловский;
20 – Кулаковский; 21 – Пролетарский; 22 – Белые Бугры; 23 – Борок 2; 24 – Ундрих;
25 – Терехово; 26 – Тырново; 27 – Мелехово; 28 – Польное-Ялтуново; 29 – Кошибеево;
30 – Старый Кадом; 31 – Кокуй; 32 – Шокшинский; 33 – Куземкинский; 34 – Курман;
35 – Земляной Струг; 36 – Царицыно; 37 – Деулинский; 38 – Барское 2.
И.Р. Ахмедов, Н.А. Биркина 245

Рис. 2. Могильник у с. Царицыно. Шлем типа “St.Vid/Narona”.


1 – фото шлема с разных ракурсов; 2 – декор по верхнему краю ленты обода;
3 – декор по верхнему краю обода и по краю ранта; 4 – прорисовка шлема. Железо.
246 РАННЕСЛАВЯНСКИЙ МИР · 19

Рис. 3. Могильник у с.Царицыно. Пряжка и наконечники ремней,


найденные вместе со шлемом типа “St.Vid/Narona”.
1 – пряжка; 2–3 – наконечники ремней; 1–3 – сплав цветных металлов.
И.Р. Ахмедов, Н.А. Биркина 247

Рис. 4. Могильник у с.Царицыно. Шлем типа “Baldenheim”.


1 – фото шлема с разных ракурсов; 2 – прорисовка шлема. Железо, бронза.
248 РАННЕСЛАВЯНСКИЙ МИР · 19

Рис. 5. Карта-схема находок шлемов.


Экспликация: 1 – четырехчастные типа “Baldenheim”; 2 – шестичастные типа “Baldenheim”;
3 – находки отдельных деталей шлемов типа “Baldenheim”; 4 – тип “St.Vid/Narona”
и его производные; 5 – тип «Дейр эль Медина/Лейден» и его производные.
Находки четырехчастных шлемов: 1 – Царицыно. 2 – Болдыж. 3 – Климовский район.
4 – Черкасская область. 5 – Дольни Семеровце. 6 - Батайница. 8 – Вид. 7 – Салона. 9 – Синь.
10 - Гераклея Линкестис. 11 – Торичелла Пелинья. 12 – Женевское озеро. 13-Бретценхейм.
14 – Лептис Магна. 15 – Дейр эль Медина и возможное место находки шлема из музея в Лейдена.
16 – Иерусалим. 17 – Эль-Хадита. 18 – Малая Азия. 19 – Новы. 20 – Новаково. 21 – Войвода.
22 – Шабла. 23 – Асенова крепость.
По М.Фогту с дополнениями авторов.