Вы находитесь на странице: 1из 20

На 

правах рукописи 

Д Ж Е У С  Н а т а л ь я  Александровна 

ЛЕКСИКО­СЕМАНТИЧЕСКОЕ  СЛОВООБРАЗОВАНИЕ 
В МОЛОДЕЖНОМ  СЛЕНГЕ 

10.02.19 ­  Теория  языка 

АВТОРЕФЕРАТ 
диссертации  на соискание ученой  степени 
кандидата  филологических  наук 

Краснодар  2008  ООЗ  1 T 0 4 S 3 


Работа  выполнена  на кафедре  немецкой  филологии  Кубанского 
государственного  университета 

Научный  руководитель:  доктор филологических наук, 


профессор Г.Д. Сидоркова 

Официальные  оппоненты  доктор филологических наук, 


профессор Е.Н. Лучинская 

кандидат филологических наук, 
доцент Е.Г. Санарова 

Ведущая организация ­  Ставропольский  государственный 


университет 

Защита диссертации состоится  «/­^  »  ity&f^Ji  2008 г. в 9 часов 


на  заседании  диссертационного  совета  Д  212  101 08  при  Кубанском 
государственном университете по адресу: 
350040, Краснодар, ул  Ставропольская,  149, ауд 231. 

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке КубГУ 

Автореферат разослан  «  »  2008 г. 

Ученый секретарь 
диссертационного совета  4*&
­jv^­  ю  В.Баклагова 
Общая характеристика  работы 

Данное диссертационное исследование посвящено лексико­семан­
тическому словообразованию  в молодежном сленге 
Долгое время в российском языкознании исследование жаргонных 
субъязыков было практически  под запретом* господствовало  представ­
ление, что все, достойное изучения, представлено  в литературном язы­
ке, в то время как жаргонизмы лишь искажают и позорят русский язык 
В настоящее  время ситуация  изменилась,  и наблюдается  своеобразный 
«жаргонологический бум» (В М.Мокиенко), в результате которого в этой 
области  устранены  многие  лакуны,  прежде  всего  касающиеся  сбора и 
лексикографической систематизации соответствующего материала  Здесь 
можно отметить  хотя бы словари Д.С Балдаева,  В К Белко и И М Юсу­
пова (1992), В Б Быкова (1992;  1994), Ж.Росси (1987,  1991), В С Елист­
ратова (1994), И.Юганова и Ф Югановой (1994), С И Левиковой (2003), 
Т Г.Никитиной (2004), X Вальтер, В М Мокиенко и Т Г Никитиной (2005), 
эти и другие словарные издания дают достаточно полное представление 
о русском жаргоне 
Но обращение лингвистов к жаргону представляет интерес и науч­
ную ценность не только в плане знакомства лингвистической обществен­
ности  с  этим долгое  время  замалчиваемым  и табуированным  пластом 
языковой  реальности. Обращение  к жаргону  и просторечию  как к наи­
более живым и динамическим формам языкового существования позво­
ляет  по­новому  осветить  и  истолковать  многие  явления  языка, связан­
ные, прежде всего, с его социальными, функциональными  и историчес­
кими аспектами. 
Молодежный  сленг  представляет  собой  языковую игру  в относи­
тельно чистом виде, ибо одним из главных условий квалификации неко­
его феномена в качестве игры как раз и является отсутствие практичес­
кой целеустановки ­  игра  самоценна  и заключает  свой смысл, прежде 
всего, в самой себе, а не где­то снаружи (Й Хейзинга). Этим, разумеется, 
не утверждается, что пользование молодежным сленгом не имеет смыс­
ла для его носителей ­  за счет этого они самоутверждаются,  выражают 
свою причастность к молодежной субкультуре, противопоставляют себя 
миру взрослых и респектабельных членов социума. Однако эти установ­
ки сами по себе являются игровыми по сути и не равнозначны утилитар­
ным  целям  профессиональных  или  криминальных  жаргонов, детерми­
нированных соображениями эффективности производственного процес­
са, делового взаимопонимания  или конспирации 

3
Актуальность исследования  обусловлена живым интересом лин­
гвистической  общественности  к проблемам  маргинальных  коммуника­
тивных  кодов  (жаргону,  молодежному  сленгу  как  его  разновидности, 
просторечию и т д ) ­  явлению, долгое время замалчиваемому и требую­
щему усиленного внимания к себе. 
Объектом исследования  являются лексические  (отчасти, фразео­
логические) единицы, зафиксированные в словарях молодежного сленга. 
Предметом исследования выступают способы лексико­семантичес­
­кого словообразования в молодежном сленге. 
Практическим  языковым  материалом  работы  послужили  сло­
вари молодежного сленга, Толковый словарь живого великорусского язы­
ка В Даля (раздел об архаизмах в молодежном субъязыке), а также тек­
стовые фрагменты  из современного художественной  и публицистичес­
кой литературы, содержащие анализируемые лингвистические единицы 
Основная цель исследования заключается в том, чтобы выявить и 
описать особенности лексико­семантического словообразования  в слен­
ге и идентифицировать их функциональную значимость в контексте спе­
цифики такого феномена языковой действительности, как молодежный 
сленг 
Для реализации поставленной цели необходимо было решить сле­
дующие задачи. 
— рассмотреть характерные черты маргинальных  кодов общения, 
разновидностью которых является молодежный сленг, 
— проанализировать социо­психологические предпосылки и при­
чины возникновения  молодежной субкультуры как социальной органи­
зации; 
— изучить общеязыковые механизмы лексико­семантического сло­
вообразования, 
—выявить специфические характеристики лексико­семантического 
словообразования  в молодежном сленге и сопоставить их с таковыми в 
русском литературном языке; 
— проанализировать, как специфика словотворчества в молодеж­
ном сленге коррелирует  с функциональными установками  молодежной 
субкультуры и ее коммуникативного кода 
Методологической основой исследования  служат работы много­
численных отечественных и зарубежных ученых, специалистов  в об­
ласти лексикологии, лексикографии, социолингвистики  и философии 
языка, в числе которых хотелось бы выделить Б А.Ларина, Э Сепира, 
Е Д Поливанова,  Л.Леви­Брюля,  В.Н.Волошинова,  В.Д Бондалетова, 

4
Д.СЛихачева,  Ю С Степанова,  В Б Быкова, В Г Костомарова,  Н Я Мар­
ра,  Й.Хейзингу,  ГП.Немца,  В.М Мокиенко,  БМГаспарова,  Е.С.Кубря­
кову, М А.Грачева, Т Г Никитину и др 
Научная новизна диссертации обусловлена тем, что несмотря на 
появившееся в последнее время значительное количество исследований, 
посвященных  жаргонной  речи  и  молодежному  сленгу,  многие  относя­
щиеся к данной тематике проблемы нуждаются в дальнейшей разработ­
ке, это, в частности, относится к явлениям спонтанного словотворчества 
в условиях ненормируемого словоупотребления, что исключительно ярко 
проявляется  в молодежном  сленге.  Этим  явлениям  главным образом  и 
посвящена настоящая диссертация 
Теоретическая значимость работы заключается, прежде всего, в 
выявлении специфических особенностей словообразовательных процес­
сов в молодежном сленге, существенно отличающихся от основных мо­
делей лексико­семантического  словообразования  в русском  литератур­
ном языке 
Практическая  значимость  заключается  в том, что результаты  и 
материалы исследования могут быть использованы для разработки лек­
ционных курсов, а также спецкурсов и спецсеминаров по проблемам те­
ории языка, социолингвистики, теории языковой игры и др 
Положения, выносимые на защиту. 
1. Жаргонную речь  неправомерно  рассматривать  как  однозначно 
негативное  явление,  засоряющее  и  «портящее»  национальный  язык 
Жаргон являет собой дестабилизирующее начало, необходимое для гар­
моничного существования динамической системы, каковой является язык 
Особенно  продуктивным  в плане языковых  инноваций  является  моло­
дежный жаргон (сленг), чутко реагирующий  на изменения  в жизни со­
циума и обнаруживающий тенденцию к постоянному обновлению своих 
коммуникативных  кодов  Он представляет собой своеобразную  лабора­
торию,  относительно  свободно  иллюстрирующую  возможности  и тен­
денции языка, которые не могут реализоваться  в его нормированном  и 
регламентированном  варианте 
2  Жаргон как одна из форм существования  национального языка 
не может существовать самостоятельно не только в силу своей лексико­
семантической «избирательности», ограниченности определенными со­
циальными и бытийными сферами жизнедеятельности, но и в силу того, 
что  является  «тенью»  литературного  языка,  отталкиваясь  от  него  при 
создании своих собственных коммуникативных  единиц. Например, при 
метафорическом  словообразовании  за основу,  как правило,  берется  ка­

5
кое­то слово литературного языка, а его метафорическое  переосмысле­
ние  выступает  уже  как элемент  жаргона  (ср. выхлоп  «перегар»,  перо 
«нож»). 
3  Молодежный сленг изначально представляет  собой форму язы­
ковой игры, ибо он предназначен не столько для удовлетворения комму­
никативных потребностей, сколько для самовыражения, самоидентифи­
кации и отмежевания от «чужих», в силу чего сама языковая форма име­
ет целевую установку привлечь внимание партнеров по коммуникации. 
Это стимулирует потребность  в новаторстве, оригинальности, в языко­
вой игре в более узком понимании как способе образования лексических 
и фразеологических  неологизмов. В связи с этим игровое словотворче­
ство играет в молодежном сленге несравненно более значимую роль, чем 
в литературном языке 
4. Молодежный сленг «балансирует» между тенденциями отмеже­
ваться от обычного языка социума и в то же время полностью не утра­
тить связь с ним  Это проявляется не только в наличии в сленге, с одной 
стороны, общепонятных языковых элементов и, с другой стороны, толь­
ко ему  свойственных  сленгизмов,  но и в самих  приемах  словотворче­
ства, где наряду с обычными способами семантического словообразова­
ния  и переноса  значения  обнаруживается  множество  странных  и при­
чудливых семантических сближений, порой кажущихся совершенно ало­
гичными (слова с «парадоксальной внутренней формой»), значительную 
роль играют маргинальные семантические ассоциации, симбиоз семан­
тического, морфологического  и фонетического  сходства  слов, явления 
энантиосемии, синэстезии и тд. 
5. Двойственная  природа молодежного сленга ­  культивирование 
собственной исключительности и единение с общенациональными кор­
нями ­  проявляется  в  исторической  неоднородности  его  лексического 
состава  Наряду с многочисленными  неологизмами,  иностранными  за­
имствованиями, формами игрового словотворчества в нем обнаружива­
ется значительное количество архаической лексики, образующей как бы 
его «основной словарный фонд» и являющейся общей базой для разных 
видов маргинальной речи  Это позволяет постулировать существование 
некоего «общенационального  жаргона», по отношению  к которому та­
кие формы, как молодежный сленг, воровское арго, просторечие, высту­
пают в качестве вариантов 
Методы  исследования 
В диссертационной  работе  использовались  следующие  методы 
компонентный, дистрибутивный, а также элементы трансформационно­
го и статистического анализа. 


Апробация  работы  Основные положения диссертации доклады­
вались  и обсуждались  на заседании  кафедры  немецкой  филологии Ку­
банского государственного университета  Результаты исследования были 
представлены  на  различных  межрегиональных  межвузовских  научных 
конференциях:  «Лингводидактические  проблемы  преподавания  иност­
ранных языков в школе и вузе» (Краснодар, 2006); «Современная линг­
вистика: теория  и практика»  (Краснодар, 2006), «Инновационные  про­
цессы в высшей школе» (Краснодар, 2006) 
По материалам диссертации опубликовано 6 научных работ, в том 
числе 3 работы в центральной печати. 
Структура диссертации обусловлена целью и поставленными за­
дачами  Работа  состоит  из Введения,  четырех  исследовательских  глав, 
Заключения, Библиографического  списка 

Содержание  работы 
Во Введении обосновывается  выбор темы исследования, опреде­
ляется  ее актуальность,  представлены  объект,  предмет,  практический 
языковой материал работы, формулируются цель и задачи исследования, 
характеризуется  его научная  новизна, определяется общая методологи­
ческая база работы, практическая и теоретическая значимость, перечис­
ляются методы исследования, представлена его апробация, а также по­
ложения, выносимые на защиту. 
В первой  главе ­  «Молодежный  сленг: языковая  специфика  и 
функционально­бытийный  статус»  исследуются  вопросы,  связанные 
со  взаимодействием  литературного  языка  и  жаргонных  субъязыков,  в 
частности, молодежного сленга. 
Национальный язык в своем  реальном  существовании  есть един­
ство порядка и хаоса, и именно этим обеспечивается его гармоничность 
и жизнеспособность  Нельзя  полностью  устранить  из языка  консерва­
тивное и упорядочивающее  начало, не поставив под угрозу само суще­
ствование общества и социальных форм организации, в то же время ис­
коренение всех деструктивных и хаотических элементов превратило бы 
язык в застывшую, мертвую схему, лишенную способности к развитию. 
«Именно действие  факторов, вносящих  «беспорядок»  в  архитектонику 
системы, нередко способствует установлению ее относительного равно­
весия.  . Именно эта особенность и определяет языковую ситуацию ­  сеть 
отношений  между  формами  существования,  сферами  употребления  и 
условиями функционирования языка» (Маковский  1980, с  3). Одним из 
таких «беспокоящих»  факторов как раз и является молодежный жаргон 
(сленг) 

7
Следует отметить, что до настоящего времени не вполне выяснены 
основания  выделения  такого явления,  как  «молодежный  жаргон  (или 
сленг)» в ряду других жаргонных и просторечных  форм, что особенно 
проявляется в лексикографической  практике  В словарях «молодежного 
жаргона»  сплошь  и рядом  встречаются  лексемы,  которые,  во­первых, 
имеют весьма длительную историю существования (восходящую неред­
ко к «офеньскому языку» бродячих торговцев), во­вторых, используются 
не только молодыми людьми, но и другими возрастными группами. Со­
циальный или профессиональный критерии выделения также дают сбои 
соответствующей лексикой пользуются не только школьники, студенты, 
члены  неформальных  молодежных  объединений,  но  и  представители 
криминальных  сообществ,  а также  просто  широкие  слои  населения, 
пользующиеся просторечием  Возникает впечатление, что как молодеж­
ный сленг, так и различные социально  или профессионально  маркиро­
ванные субъязыки ­  в своей основе восходят к одному и тому же явле­
нию ­  жаргону как таковому, лишь привнося в него свой колорит (глав­
ным образом, за счет лексических единиц, отражающих специфические 
интересы соответствующих сообществ). То есть, «базовая» лексика, от­
ражающая  общие для  всех  формы  жизнедеятельности  (еда, спиртное, 
секс, наркотики и т п),  будет в своей основе единой и для молодежного 
сленга, и для, скажем, жаргона уголовной среды, но в последней вряд ли 
столь же широко представлены словечки, связанные с молодежными ту­
совками, рок­группами, байкерами или компьютерами; с другой сторо­
ны, молодежный  сленг  не располагает  столь многочисленной  группой 
лексики, которая отражает взаимодействия криминальных сфер с право­
охранительными  органами или технологии «лихого дела». Таким обра­
зом, можно, по­видимому, утверждать,  что та  или иная  разновидность 
жаргона  не создается  ее представителями  «с нуля», за  основу  берется 
общий, традиционный пласт «национального жаргона» 
Интересным  представляется  вопрос об «экзистенциальном  стату­
се» молодежного (и других разновидностей) жаргона, о том, в какой мере 
такая система общения является автономной и самодостаточной 
Самодостаточным  средством  общения  заведомо  не могут  высту­
пать узкоспециальные терминологические системы (также нередко име­
нуемые жаргонами), которые и не претендуют на отражение всех сторон 
жизни, например, «жаргон компьютерщиков», «жаргон коллекционеров», 
«жаргон картежников», «жаргон продавцов» или «жаргон проституток». 
Такие системы общения рассчитаны на использование только в какой­то 

8
особой  бытийной  или  профессиональной  сфере,  а  во  всех  остальных 
случаях их носители пользуются обычным общенациональным  языком 
Далеко не все однозначно в этом плане и относительно таких лек­
сически  богатых систем, как «молодежный  сленг» или  «криминальный 
жаргон» (насчитывающих, согласно словарям, десятки тысяч лексичес­
ких  единиц,  относящихся  к  самым  разным  сферам  бытия),  в  которых 
отдельные семантические сферы представлены с многократной избыточ­
ностью  (на  одну лексему  литературного  языка  нередко  приходятся де­
сятки и даже сотни сленгизмов), другие ­  весьма скудно, а третьи, воз­
можно, не представлены вообще 
Как  показывают  наблюдения  жаргонные  дискурсы  даже  в своих 
ярких  проявлениях  выступают  как  гибридные  образования,  «замешан­
ные» на литературном языке 
Одним из самых характерных  признаков молодежного сленга, от­
личающим его даже от классического жаргона уголовного мира, являет­
ся, его максимальная открытость и динамичность, чуткое реагирование 
на процессы и тенденции окружающего мира  Молодежный сленг нахо­
дится в постоянным движении, и процессы «прокрутки» слов от момен­
та их появления до замены новыми словами происходят здесь значительно 
быстрее, чем в криминальном жаргоне, а тем более, в литературном язы­
ке  Именно через молодежный сленг просачивается большинство иноя­
зычных  заимствований,  в  нем  максимально  распространено  языковое 
экспериментирование  и игровое словотворчество. 
Динамика  существования  и развития  молодежного  сленга  в пер­
вую очередь проявляется, в процессах словотворчества и создания нео­
логизмов. 
Наиболее характерными для молодежного  сленга являются следу­
ющие типы  новых  слов  «наивные»  или  «примитивные»  неологизмы, 
которые  рождаются  в основном  из­за незнания  существующих  литера­
турных слов и являются чаще всего продуктом стихийного словотворче­
ства, «экспрессивные»  неологизмы, назначение которых ­  в новом обо­
значении  уже известных  явлений  и понятий  При  образовании  назван­
ных  неологизмов  редко возникает  потребность  в словесном  оформле­
нии действительно новой смысловой единицы, в подавляющем большин­
стве случаев жаргонное словотворчество  ищет новые формы репрезен­
тации известных понятий, нередко прибегая при этом к приемам языко­
вой игры, что акцентирует внимание на самой языковой форме новооб­
разования. Как бы парадоксально  это ни звучало, но именно в жаргон­
ном словотворчестве особо проявляется эстетическая функция языка, для 


которой  характерно  прежде  всего  привлечение  внимания  к языковой 
форме (РЛкобсон). 
Вопрос  о сосуществовании  в рамках  одного  социума  жаргона  и 
литературного языка не сводится к проблемам обычного двуязычия, ко­
торое  наблюдается у этнических  групп, живущих в иноязычной среде, 
ибо  всякий  жаргон  в большей  или  меньшей  степени  связан  с  нацио­
нальным языком, является «плоть от плоти» его порождением. Это в прин­
ципе не другой язык, а одно из ответвлений национального языка, и лю­
бой носитель последнего в той или  иной мере способен к восприятию 
жаргонных дискурсов. Жаргон связан с национальным языком не только 
общей фонетикой,  грамматикой  и необходимым  пластом общей лекси­
ки, но и приемами порождения новых («своих») слов и, главное, матери­
алом для их создания. 
Исключая случаи заимствования из других языков, жаргон при со­
здании  новых слов  опирается,  прежде  всего,  на лексическую  систему 
общенационального  языка, здесь  в целом  обнаруживаются  те  же при­
емы морфологического и семантического словообразования, что и язы­
ке­доноре  При  образовании  новых  слов  посредством  семантического 
переноса (метафоры, метонимии, синекдохи) исходным материалом вы­
ступают, как правило, лексические единицы русского литературного язы­
ка, так  что  вновь  образуемые  слова  оказываются  мотивированными  и 
при  соответствующем  контексте  понятными  для  обычных  носителей 
русского языка (ср  безбашенный,  бескрышник ­  «бездумный, рискован­
ный  человек», ручник,  тормоз, стоп­кран ­  «медлительный  или  туго 
соображающий  человек», протухать,  тухнуть ­  «скучать, быть в деп­
рессии», раскупориться, размедузиться ­  «расслабиться»,  сокращать­
ся, щемиться ­  «робеть» и тд ) 
В то же время в молодежном сленге не менее значима и противо­
положная тенденция ­  отмежевание от общепринятых языковых форм, 
камуфлирование и переиначивание всего ординарного. Доминирующий 
пафос  молодежной  субкультуры  инспирируется  духом  бунтарства  и 
стремлением  к самовыражению,  проявляющемся,  в частности,  в экст­
раординарном  и шокирующем поведении, не в последнюю очередь ­  в 
речевом. Тенденция говорить по своему, «не как все», ведет не только к 
постоянному пополнению лексики новыми («свежими») словечками, но 
и к разрушению фонетических, грамматических, стилистических и сло­
вообразовательных норм и правил. Возникает впечатление, что адептам 
молодежной субкультуры недостаточно просто оснащать свою речь сло­
вами, не  использующимися  в литературном  языке; недостаточно  даже 

10 
создавать собственные  слова  на основе традиционных  приемов слово­
образования  Многие сленгизмы  невозможно  мотивировать,  исходя  из 
традиционных понятий внутренней формы слова, семантического пере­
носа, метафоры или метонимии. Как объяснить, к примеру, появление у 
глагола сохнуть значения «спать», у ставить ­  значения «вымогать», а у 
существительного колбаса ­  более дюжины значений, среди которых та­
кие, как «безудержное веселье», «девушка» или «вечеринка»1? В процес­
сах словообразования принимают участия всевозможные ассоциации, как 
фонетического, так и семантического характера, и нередко присутству­
ют трудновыразимые иррациональные моменты, берущие начало из кол­
лективного бессознательного. (Не последнюю роль здесь играют такие 
маргинальные с точки зрения нормативного языка семантические явле­
ния, как синэстезия (когда означивание производится  как бы по парал­
лельным  каналам  восприятия  или  оценки,  например, стухнуть ­  «за­
молчать», вкусный ­  «дорогой», сухой ­  «трезвый», длинно ­  «приятно», 
длинный ­  «умный») и энантиосемия (развитие у одной и той же языко­
вой формы противоположных  значений, ср. ломово ­  «приятно» и «от­
талкивающе»)  Молодежный  сленг  «балансирует»  между  тенденциями 
сделать  себя доступным для непосвященных  и оставаться  одновремен­
но не вполне понимаемым ими, в чем, в частности, проявляется диалек­
тика между стремлением  к порядку и стремлением к хаосу (что, как го­
ворилось,  является  залогом  гармоничного  существования  живого язы­
ка); на собственно лексическом уровне указанная интенциональная ам­
бивалентность сленга проявляется в процессах мотивированного слово­
образования, с одной стороны, и немотивированного ­  с другой 
Во второй главе ­  «Молодежная субкультура как игровой фено­
мен» ­  молодежный сленг рассматривается как разновидность языковой 
игры в широком понимании последней ­  как особой прагматически мар­
кированной сферы использования языка. Формы его употребления едва 
ли возможно разграничить  на «игровые» и «неигровые», ибо он по са­
мой своей сути призван обслуживать форму игры, каковой является мо­
лодежная субкультура, и уже в силу этого изначально представляет со­
бой языковую игру. Сленг имеет метаязыковую природу, поскольку одна 
из основных его функций заключается в отделении «своих» от «чужих», 
а также в консолидации «своих» и выделении их на общем социальном 
фоне 
В то же время молодежный сленг тесно связан с языковой игрой и 
в узком  понимании  последней,  предполагающем  специальное  манипу­
лирование собственно языковыми средствами в целях создания опреде­

11 
ленного  эффекта (смехового, концептуального,  обличительного  и др ). 
Это осуществляется прежде всего посредством игры слов, которая в наи­
более  явном  виде  представлена  в каламбурном  обыгрывании  слов или 
фраз,  за  счет  чего реализуются  дополнительные  смысловые  потенции 
(на основе полисемии, звукового сходства, актуализации этимологичес­
кой формы и т п) 
Общей  основой,  обеспечивающей  возможность  словесных  игро­
вых манипуляций, является асимметрия знака и означаемого, те  одному 
означаемому может соответствовать два или несколько знаков, а одному 
знаку ­  два  или  несколько  означаемых.  Исходя  из этого, здесь  можно 
выделить следующие варианты соотношения знака и означаемого  1. Не­
сколько  подобных друг другу  знаков  соотносятся  с одним означаемым 
(ср  вена ­  веняк, венярка)  2  Несколько похожих по форме осмыслен­
ных слов­знаков соотносятся с одним означаемым (вена ­  веник,  венок) 
3  Несколько подобных по форме слов соотносятся с несколькими озна­
чаемыми (ср  чушь ­  чешуя, слово чешуя является не просто звукоподра­
жанием к слову чушь, но и поддерживает его своим значением ­  «нечто 
несущественное, то, от чего следует избавиться»)  4. Одно слово соотно­
сится с несколькими означаемыми (ср  вратарь ­  «голкиппер» и «швей­
цар, охранник»)  5  Два или больше слов, стягиваясь в одно, соотносятся 
со сложным означаемым, составленным из наложения смыслов (ср. эрек­
торат ­  «электорат» ­t­ «эрекция»)  Выраженность каламбурного эффек­
та непосредственно  зависит от того, в какой мере между сближаемыми 
словами и понятиями наличествует смысловая связь. 
Минимальными  потенциями  смыслового  наращивания  обладают 
искажения фонетической или морфологической  формы слова, в резуль­
тате которых образуются сленгизмы, внешне похожие на определенные 
слова русского языка и в то же время в такой форме в последнем не упот­
ребляющиеся  (вечеруха ­  «вечеринка»,  депра ­  «депрессия»,  врубон  ­
«понятно», озер ­  «азербайджанец»). Однако в том случае, когда образу­
емые на основе созвучия с исходным словом замены совпадают по фор­
ме с каким­либо имеющемся в языке словом, возникает уже элементар­
ное взаимодействие смыслов (шпага, шпора ­  «шпаргалка», герой ­  «по­
требитель героина», химера ­  «учительница химии»)  Каламбурный эф­
фект резко возрастает в случаях, когда образуемое на основе созвучия с 
новое слово вступает в игровое взаимодействие с исходным (йожиться 
­  «заниматься йогой», крышееды ­  «кришнаиты»)  Каламбурный эффект 
может достигаться также за счет контаминации, когда два или даже боль­
ше слов накладываются друг на друга, ср. мозжечокнуться ­  «сойти с 

12 
ума» (мозжечок+чокнуться), стипенсия ­  «стипендия» (+ пенсия)  Ана­
логичные  приемы  смыслового  обыгрывания  могут  реализовываться  за 
счет привлечение заимствований из других языков, за счет обыгрывания 
аббревиатур {гиббон ­  «сотрудник ГИБДД») или их создания (ср.  МГУ­
«мама где устроит») и др  Сленгизмы, создаваемые на основе игры слов, 
по  способу  образования  во  многом  соотносятся  с  «лингвистическими 
анекдотами»,  в  которых  обыгрывание  значений  слов  сопровождается 
развертыванием  соответствующего  сюжета 
В игровом  словотворчестве молодежного  сленга  имеет место как 
семантически немотивированное словообразование (когда новое обозна­
чение  чего­либо  опирается  исключительно  на  формальное  сходство  с 
обычным обозначением), так и семантически мотивированное словооб­
разование,  когда  включаются  механизмы  смыслового  взаимодействия 
соответствующих  слов 
В третьей главе ­  «Лексико­семантическое  словообразование  в 
молодежном  сленге: некаламбурные формы» ­  освещаются вопросы 
специфики сленгового словотворчества, не порождающего каламбурно­
го эффекта. 
К метафорическим  по способу образования  можно отнести боль­
шое количество сленгизмов, относящихся к самым разным понятийным 
сферам  Наиболее  продуктивные  в этом  плане  следующие  области се­
мантики: 1) обозначения людей, частей человеческого тела, профессий, 
внешности,  черт характера  и т.п. Широко  представлены  метафоричес­
кие обозначение  агрессивных действий, совершаемых, например, с це­
лью  убийства,  нанесения  повреждений,  овладения  имуществом  и  тд 
«Смягченной»  параллелью  этого  ряда  выступают  действия,  совершае­
мые с  целью  обмана,  сексуальных  притязаний,  негативного  психоэмо­
ционального  воздействия,  высмеивания  и унижения  объекта;  нередко 
действия того и другого ряда обозначаются  одними и теми же глаголь­
ными формами. Сравнительно  много глагольных  единиц метафоричес­
кого происхождения в сленге относятся к сфере внутренних состояний, 
эмоциональных реакций человека и их изменений  протухать,  тухнуть 
(скучать, быть в депрессии), раскупориться, размедузиться (расслабить­
ся),  сдуться (разочароваться), увянуть (потерять  интерес  к чему­либо; 
тж. умереть), сокращаться, щемиться (робеть), угарать, усыхать,  плю­
щиться (сильно смеяться, хохотать), сруливать, сползать (сходить с ума) 
К числу наиболее распространенных в жаргонной лексике относятся так­
же метафорические  глагольные единицы, связанные с процессом упот­

13 
ребления  спиртных  напитков  и наркотиков,  с состоянием  опьянения, 
похмельного синдрома и т п 
Большое  число производных  жаргонных  слов, хотя  и мотивиро­
ванных  по типу образования,  отдаляются от метафоричности  «в силь­
ном смысле»  в них в качестве внутренней  формы выступает  внешний 
аспект проявления того или иного явления например­ чамкатъ,  чавкать, 
хрумкать,  глотать, свинушить ­  «есть, принимать  пишу»;  трещать, 
шебуршать,  тарахтеть,  шкворчатъ,  щебетать,  свистеть,  хрюкать, 
хлюпать,  хрустнуть,  покашлять  ­  «говорить, сказать, разговаривать» 
Минимальная степень расхождения между семантическим статусом оз­
начающего и означаемого наблюдается  в случаях,  который можно обо­
значить как сдвиг означающего, ср  жрать, кушать — «пить спиртное» 
мусорить  ­  «пачкать рвотой», поплыть  ­  «пойти», валенки ­  «носки», 
ворота ­  «вход, проходная», вода ­  «водка», валюта­  «деньги»  и тд. 
Близки к этому и случаи своеобразной «синэстезии» (когда означивание 
производится  как бы по  параллельным  каналам восприятия  или оцен­
ки), например, стухнуть ­  «замолчать», вкусный ­  «дорогой», влажный 
­  «пьяный», сухой — «трезвый», длинно ­  «приятно», длинный ­  «умный». 
«Классический» метафорический перенос, выступающий одним из 
основных  приемов  семантического  словообразования  в  литературном 
языке, в целом не столь характерен для словообразовательных  процес­
сов в молодежном сленге, ведущей установкой которого является стрем­
ление избежать общеязыковых стереотипов и правил, поэтому даже при 
создании  новых, «своих» слов в нем обнаруживается тенденция к нео­
бычности словообразовательных  приемов, где особую значимость при­
обретает  фактор случайности  Этому в огромной степени способствует 
то, что сленг  является  почти  исключительно устной  формой общения, 
где роль  внутренних,  «словарных»  факторов  идентификации  значения 
знака сведена к минимуму  и где значение знака  формируется  главным 
образом прецедентностью его использования в соответствующем значе­
нию  Внутренняя форма слова или фразеологизма (которая в других ус­
ловиях выступает важнейшим  фактором  мотивированности)  здесь ока­
зывается  минимально  значимой  и поэтому допускает  особую  свободу 
игрового манипулирования. В сравнении с литературным языком в мо­
лодежном жаргоне количество слов с немотивированной (или «парадок­
сальной» внутренней формой возникает на порядок., ср. натараканить 
(наворовать), протараканить  (пренебречь,  проигнорировать), затара­
канить (выпить спиртного), натараканиться (напиться пьяным) и т п. 

14 
Жаргонная лексика отличается крайней  неравномерностью  в пла­
не оснащения различных семантических сфер, ­  в числе которых неко­
торым отдается особое «предпочтение». К ним можно отнести обозначе­
ние людей (особенно, женщин), человеческих качеств (особенно, нега­
тивных), употребление спиртного и связанных с этим физических и эмо­
циональных состояний, совершение агрессивных физических действий, 
нанесение физического, материального  или морального ущерба, совер­
шение сексуальных действий, выражение эмоциональной  оценки и т.п 
Количество номинаций, представляющих подобные сферы, представля­
ется  совершенно  избыточным  с точки  зрения  коммуникативных  и ин­
формативных  запросов;  именно  здесь,  в  первую  очередь,  происходит 
постоянное расширение и обновление лексического состава, дублирова­
ние имеющихся слов вновь создаваемыми, тиражирование многочислен­
ных  вариантов  и  модификаций  существующих  слов,  новообразования 
здесь становятся предметом своеобразной моды  Основная причина ги­
пертрофированного развития соответствующих лексических групп в том, 
что они открывают особые возможности для «самовыражения»: престиж­
но владеть «свежими» и модными словечками, престижно выразить свое 
отношение к лицам противоположного  пола (к сексу, к взрослым, к вы­
пивке и т п )  нестандартно, по­новому, с привнесением дополнительных 
нюансов и т.д. 
Сленговое  словотворчество особо  «расцветает»  применительно к 
ситуациям,  связанным  с  повышенной  эмоциональностью  Очевидна, 
например, эмоциональная  подоплека многочисленных  номинаций лек­
сической группы со значением «совершить ошибку, оплошность»: обла­
жаться, лажануться,  обломаться,  налажатъ,  лопухнуться, лохануть­
ся, фраернуться,  накосячить,  накосорезитъ и др. 
Именно в продуктивных лексических группах особенно много еди­
ниц, значение которых не мотивируется со стороны их внутренней фор­
мы, т.е  определяется  скорее  какими­то  внешними,  а не  внутренними 
факторами.  Чрезвычайно  продуктивна,  к примеру, лексическая  группа 
со значением «уходить, убегать, исчезать»  сдымить, упылитъ, стереть­
ся, стряхиваться,  смываться,  (с)линять,  сливаться,  танцевать,  срули­
вать, винтить, уматываться и тд. Характерна не только многочислен­
ность составляющих ее единиц, но и легкость окказионального образо­
вания выражений  со значением «покидания  какого­то места», почти не 
зависящая от исходного значения глагола и внутренней формы. Это свя­
зано, прежде всего, с ситуативным употребления данной речевой моде­
ли, что характерно для жаргонного словоупотреблению  в целом: разго­

15 
воры, как правило, ситуативно привязаны и ограничены фиксированным 
набором тематики,  стандартной  шкалой оценок и реакций, можно ска­
зать, что развертывание коммуникации определяется здесь «коммуника­
тивным контуром» (Б М Гаспаров)  В подобных ситуациях даже значи­
тельные отклонения в стандартном словоупотреблении могут не препят­
ствовать взаимопониманию  коммуникантов 
Одной из характерных особенностей жаргонного словотворчества 
является тенденция к «тиражированию» близких по значению слов про­
дуктивных лексических  групп, к созданию многочисленных синоними­
ческих или паронимических  вариантов слова. 
Во всех продуктивных группах жаргонизмов обнаруживается, преж­
де всего, высокая степень морфологических корреляций (ср  скентовать­
ся, сблатоватъся,  сдружбаниться и тд )  Морфологическая форма сло­
ва, как бы заранее определяющая семантические параметры слова и сбли­
жающая его с другими словами соответствующего ряда, является одним 
из главных факторов «окказионального тиражирования» слов  Кроме того, 
морфологическое  сходство определяет  и частичное  звуковое  сходство 
между словами, что также способствует их семантическому сближению 
В более полной мере фактор формально­звукового сходства реализуется 
тогда,  когда сходство  морфологической  формы дополняется  звуковым 
сходством корневой морфемы  Именно этот случай мы может наблюдать 
в синонимичных рядах типа наклюкаться,  наклюквиться,  наглюкаться, 
чрезвычайно распространенных в сленге  (Часто для образования таких 
синонимических  или  паронимических  рядов достаточно  звукового по­
добия корневой основы, ср  чмарить, чморить, чмурить, хмыритъ (уни­
жать, оскорблять, издеваться), клуша, клуха, клумба, клюква, клюшка (глу­
пая девица). Чисто семантическая основа синонимов имеет место тогда, 
когда их корневые морфемы относятся к одному и тому же понятийному 
ряду, ср. остаканиться, остограммиться, напузыриться, награфинить­
ся и тд. 
Существует такая семиотическая закономерность, что при единич­
ности или однообразии означаемого наблюдается, как правило, несораз­
мерный ему по количеству рост означающих  Именно это наблюдается в 
сленге  весьма ограниченный набор основных тем тиражирует на поряд­
ки превосходящее его множество знаков, совершенно избыточное с точ­
ки зрения логики и потребностей коммуникации  В то же время наблю­
дается и тенденция к дифференциации близких по значению лексем, язык 
использует все возможное, чтобы наделить равнозначные слова хотя бы 
минимальными различиями в значении  Например, в чрезвычайно бога­

16 
той лексической группе, соответствующей значению «выпить спиртно­
го», можно  выделить  несколько  подгрупп,  различающихся  такими  от­
тенками,  как «выпить слегка» (дернуть, вздрогнуть),  «выпить средне» 
(вмочить, вмандитъ), «выпить крепко» {бухнуть, врубить), «выпить зал­
пом» (жахнуть, грохнуть,), «пить из бутылки» (засосать,  выдринкать) 
и т п  Иногда для дифференциации  значений  используются  пароними­
ческие формы, ср. наблатоваться  (освоится, завести нужные связи) и 
наблатыкаться (освоить жаргонную речь), шнуровать (уходить, направ­
ляться куда­либо) и шнуроваться (уходить в тень, скрываться), 
Жаргон (в том числе и молодежный) тесно связан с нецензурной 
лексикой, ­  последняя  составляет  в  некотором  смысле  его  «архетип» 
Все «любимые темы» и соответствующие продуктивные группы жарго­
низмов имеют своих репрезентантов, прежде всего, в нецензурных сло­
вах и выражениях  Семантические сферы, наиболее продуктивные в плане 
тиражирования  номинаций, формируют  соответствующие  «коммуника­
тивные контуры», которые с легкостью вбирают в себя лексические еди­
ницы самой разной семантики для выражения своих типовых значений 
«Эталонными» заполнителями подобных ситуативно определенных форм 
выступают как раз «нецензурные» лексические единицы, ­  в значитель­
ной мере десемантизированные, нецензурные слова могут использоваться 
как бы в роли карточного джокера, способного выполнять любую требу­
емую от него в данной ситуации функцию. Поэтому в жаргоне тиражи­
руется множество словесных субститутов, призванных  эвфемизировать 
и  замаскировать  нецензурную лексику,  в тоже  время  по  возможности 
сохраняя ее эмоциональную силу. Многие из таких субститутов характе­
ризуются крайней степенью многозначности, унаследованной от нецен­
зурного слова­источника  (Показательно  в этом плане сленговое  слово 
колбаса, насчитывающее 13 значений, и его производные, ср  глагол кол­
басить может означать: развлекаться; развлекать других, танцевать; рас­
страивать, доставлять страдания, гулять, прогуливаться, пить спиртное, 
испытывать состояние похмелья, пребывать  в состоянии депрессии; из 
этого видно, что слово колбаса и его производные в сленге ­  типичные 
слова­джокеры, значение которых определяется, главным образом, ситу­
ацией). Аналогичную диффузность в сленге обнаруживают такие слова, 
как коцать,  гнать, дшамить, рисовать, подписать, маза, чума, хилять 
и др  Их значение можно определить только в контексте  Крайняя рас­
плывчатость одних жаргонизмов парадоксальным  образом сочетается с 
конкретностью  других;  порой для  «перевода»  жаргонизмов  на литера­
турный язык требуются многословные аналитические конструкции. При­

17 
мечательно, что сосуществование крайне диффузных и крайне конкрет­
ных слов является характерной чертой языков архаической стадии раз­
вития, что, в частности, делает современный  жаргон  моделью для ре­
конструкции языковых ситуаций далекого прошлого 
В жаргонной лексике достаточно четко проявляются типовые кор­
реляции  значений  многозначных  слов  Соответствующие  корреляции 
касаются в основном определенного круга «избранных» значений, кото­
рые входят в число «ключевых» тем жаргонной семантики (напр., «фи­
зическое воздействие», «принятие спиртного», «вступление в сексуаль­
ный контакт», ср  засадить, засандалить и др )  В таких типовых корре­
ляциях проявляется та же особенность жаргонной семантики, о которой 
говорилось  выше  по  поводу  «слов­джокеров»  Характерным  приемом 
жаргонного словоупотребления является диффузность семантики слова, 
ее  ограниченность  каким­либо  общим  признаком,  который  позволяет 
обозначать данным словом весьма разнообразные по своей природе яв­
ления 
В  четвертой  главе «Архаизмы  в молодежном жаргоне» ­  пред­
ставлен пласт устаревших слов, практически не встречающихся в совре­
менном русском литературном языке. 
Этот слой архаических слов является не только чрезвычайно живу­
чим, но и наиболее распространенным  он присутствует в самых различ­
ных вариантах жаргонных субъязыков, в просторечии и, прежде всего, в 
арго преступного мира 
Наличие в жаргоне архаических  форм объясняется  заимствовани­
ями из территориальных  говоров, профессиональной  речи и просторе­
чия XVIII­XIX  вв. Большинство  жаргонизмов, восходящих  к указанно­
му периоду, сохраняют активность и в настоящее время (например, стре­
мать «бояться», стремный «опасный»,  стебать «издеваться», коцать 
«резать, царапать», хилять, шкандыбать,  кандехать  «идти», лох «про­
стофиля»,  чмо «никчемный человек» и др. 
Диалектизмы,  профессионализмы  и элементы  просторечия  пере­
ходили в жаргон либо без изменения своей формы и семантики (ср, лат­
рыга «отчаянный, озорной человек», зырить «глядеть, смотреть»), либо 
в  переосмысленном  виде. Сопоставление  современных  жаргонизмов с 
соответствующими словами­источниками  позволяет установить, что пе­
реосмысление  в процессе  заимствования  осуществлялось  в целом  на 
основе обычных для русского языка приемов переноса значения (мета­
форы, метонимии, синекдохи)  Распространенное  в современном моло­
дежном сленге «игровое словотворчество» практически отсутствует 

18 
Этимологический  анализ  позволяет  установить  «историческую 
реальность» множества сленгизмов, непонятных с точки зрения совре­
менного русского языка и кажущихся, на первый взгляд, искусственны­
ми,  произвольно  придуманными  (вроде  свиря, чувырла, чмо,  шканды­
бать, пиндюрить,  туфта, мутота, фуфло и др  Это все реально суще­
ствовавшие в прошлом русскоязычные лексемы или производные от та­
ковых)  Интересно  отметить,  что  жаргон способен  «консервировать»  в 
себе  элементы,  вышедшие  из  общего употребления  и потому  ставшие 
непонятными с точки зрения современного русского языка. 
Таким образом, молодежный  сленг оказывается  «укорененным»  в 
российском языковом прошлом  Поскольку одни и те же архаичные эле­
менты свойственны различным разновидностям жаргонной речи (моло­
дежному  сленгу,  воровскому  арго,  просторечию) и относятся, так  ска­
зать, к их «основному словарному фонду», можно говорить о существо­
вании некоего «общенационального жаргона», по отношению к которо­
му отдельные жаргонные субъязыки выступают как варианты 
В Заключении излагаются основные обобщения, выводы и резуль­
таты диссертационного  исследования 

Основные положения и результаты исследования  отражены в сле­
дующих  публикациях 
1  Немотивированное  семантическое словообразование  в сленге // 
Лингводидактические  проблемы  преподавания  иностранных  языков  в 
школе и в вузе. Материалы межрегиональной научно­практической кон­
ференции  ­  Краснодар, 2006 (в соавторстве). С  162­169 
2  Молодежная  культура как игровой  феномен  //  Инновационные 
процессы в высшей школе: Материалы XII Всероссийской научно­прак­
тической конференции  ­  Краснодар, 2006. С  115­116 
3  Архаизмы  в молодежном  жаргоне  //  Научная  мысль  Кавказа 
Приложение №  15  Ростов­на­Дону, 2006  С. 348­352. 
4  Особенности  семантического словообразования  в сленге // На­
учная мысль Кавказа  Приложение № 15  Ростов­на­Дону, 2006 (в соав­
торстве)  С. 348­352 
5  Просторечие и молодежный жаргон как один из полюсов дихо­
томии  функционального  назначения  в языке //  Экологический  вестник 
научных центров черноморского экономического сотрудничества. Вып. 
3 ­  Краснодар, 2006 (в соавторстве)  С  104­107. 
6  Семантический перенос как фактор мотивированного словобра­
зования // Современная лингвистика­ теория и практика  Материалы VI 
межвузовской научно­методической конференции  Часть I  ­  Краснодар, 
2006  С. 64­68 

19 
Типография Краснодарского  государственного 
университета культуры и искусств 
Краснодар,350072, ул 40­летия Победы,33 
Заказ № 46, тираж  110 экз