Вы находитесь на странице: 1из 2

Кожемякиной Екатерины, 222 группа

Николай Васильевич Гоголь родился и вырос на Украине. Он выходец из


среды среднепоместного украинского дворянства, а потому ему хорошо известен
его сельский и городской быт. Также писатель хорошо знаком с народным
творчеством Малороссии и фольклорно-поэтическими преданиями «запорожской
старины». Неудивительно, что эти мотивы отразились в творчестве Гоголя.

Дебютировал еще никому не известный молодой автор в 1831 году с первой


частью цикла повестей «Вечера на хуторе близ Диканьки» – «…живым описанием
племени поющего и пляшущего, свежими картинами малоросской природы…»
[1]. Такой «народностью» отличается и другой сборник повестей Гоголя –
«Миргород» (1835), между частями которого также существует идейно-
художественная связь. «Миргород» разделен на две части, по две повести в
каждой; в целом же композицию его можно представить таким образом:
«открывающие» сборник «Старосветские помещики» и «завершающая» повесть
«О том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем»,
повествующие о мелкодворянском быте, отражают избранный автором принцип
циклизации. Они схожи по стилистике, как бы обрамляют и объединяют между
собой два других произведения, контрастирующих друг с другом – основанного
на украинском фольклоре «Вия» и исполненного национально-исторического
пафоса «Тараса Бульбу». Так, одним из формообразующих принципов,
формирующим «Миргород», является контраст: высокая поэтичность и быт,
самоотверженная любовь к родине и поместная скука, народное и
мелкокрепостное. Народность в «Миргородских» повестях иная, чем та, что в
«Вечерах…». Она реализуется в отходе от идеализации нравов. В изображении
социальных полярностей проявляется гоголевский «реалистический пафос»,
критика и обличение окружающей действительности, ее противоречий, а также
«философский историзм».

Четыре миргородские повести можно условно разделить на «романтические»


(«Вий» и «Тарас Бульба») и «реалистические» (повесть о двух Иванах и
«Старосветские помещики»), причем последние считаются более зрелыми (хотя
это не всегда согласуется с хронологией) и являются результатом
переосмысления автором романтических проблем в реалистическом ключе [2].
Такая точка зрения позволяет углубить понимание «Старосветских помещиков»
как патриархальной идиллии, а «Тараса Бульбы» как патриотической повести,
написанной на актуальный исторический контекст, и заметить движение «с
обратной перспективой» [3]: от сентиментальной «природности» в первой
повести к «городской» (антропогенной) сатире в последней. «Миргород», «Град
Земной», суть общество со всей его историчностью, видится как личное, частное
во всеобщем (мир): человек со всеми его противоречиями и внутренними
переживаниями, даже погибая физически, продолжает жить в народном слове, в
его идее, духе, о чем – в «Тарасе Бульбе». Так, духовное, религиозное начало
преобладает в первой части, что нейтрализуется «мистерией» «Вий», где вера, ее
спасительность ставятся под сомнение, и сатирой, в которой жители Миргорода
вносят мелкие поместные интриги и распри в не только в «палаты», но и в стены
церкви. Ссора двух приятелей, отношения которых считались образцовыми,
вызывает у рассказчика вопрос «Что ж теперь прочно на этом свете?» и тут же
заставляет резюмировать: «Скучно на этом свете, господа!»

[1] Пушкин. Полн. собр. соч., т. 12. М.—Л., 1949, с. 27.


[2] Е. Н. Купреянова. Н. В. Гоголь / История русской литературы, т.2. Л.,
1981, с. 539
[3] В. Д. Денисов. Граду и миру: О сборнике Н. В. Гоголя «Миргород». /
Российский государственный гидрометеорологический университет, СПб.