Вы находитесь на странице: 1из 13

Хенрик Богдан

СРАВНИТЕЛЬНОЕ РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ КАК ЭЗОТЕРИЧЕСКАЯ


ПРАКТИКА: СЛУЧАЙ ВСЕОБЩЕГО БРАТСТВА1

Введение

В 1920 году Чарльз Стэнсфельд Джонс (Charles Stansfeld Jones, 1886 –


1950), которому тогда было чуть более тридцати, оказался на духовном
распутье. Всего лишь за несколько лет до этого он добился замечательных
достижений в двух магических орденах – AA и ОТО, быстро поднимаясь
по иерархической лестнице посвящений. Он даже был провозглашен
«магическим сыном» Алистера Кроули, Зверя 666, пророка новой религии
Телемы. Но на вершине своей магической карьеры Джонс выбрал другое
тайное общество, обладавшее совершенно другим характером – Всеобщее
Братство (ВБ, Universal Brotherhood). Чем же Всеобщее Братство настолько
привлекло Джонса, что он решил начать путь посвящений с начала, с самой
нижней степени этой организации? Что в учении Всеобщего Братства
настолько очаровало Джонса, что он оставался верен ему на протяжении
тридцати лет до своей смерти и даже стал его лидером, махагуру?
Известно, что Кроули считал Всеобщее Братство мошеннической
группой, организованной католической церковью в своих интересах. Однако
до настоящего времени почти нет публикаций, в которых бы излагались
цели, учение или история этого тайного общества. Для тех, кто
интересовался жизнью и трудами Чарльза Стэнсфельда Джонса, это
обстоятельство было особенно досадно не только потому, что Всеобщее
Братство сыграло решающую роль в жизни Джонса, но и потому, что почти
все члены немногочисленного телемитского движения в Америке в середине
1920-х годов были завербованы Джонсом во Всеобщее Братство. Хотя
большинство этих телемитов потеряли интерес к ВБ через несколько лет, как
показывает Мартин П. Старр в биографии Уилфреда Тальбота Смита,
телемитская ячейка ВБ продолжала функционировать под началом Джонса и
в 1930-е годы [Starr 2003].
Книга Старра «Неведомый Бог» остается единственным
исследованием, где уделяется внимание деятельности Джонса в ВБ, но
возможности Старра были серьезно ограничены тем фактом, что в его
доступе находились лишь несколько официальных документов братства.
Учитывая крайнюю секретность организации, о ней не было известно
практически ничего. Такая ситуация изменилась спустя несколько лет после
выхода книги Старра, когда в свободной продаже, как это ни странно, на
eBay появился огромный корпус документов ВБ. Когда я спросил продавцов

1
Henrik Bogdan. The Study of Comparative Religion as an Esoteric Practice: The Case of the
Universal Brotherhood. Пер. с англ. Д. Д. Гальцина.
(которые сами не знали, что они продают) о происхождении их коллекции,
они объяснили, что купили несколько каталожных ящиков, в которых
оказались документы, на распродаже подержанных товаров и поскольку их
совершенно не интересовало содержание ящиков, они решили выставить
документы на eBay прежде, чем их выбросить. Оказалось, что в ящиках
находился архив последнего махагуру Всеобщего Братства Фредерика Дж.
Кайзера (1915 – 2003), умершего в 2003 г. Архив содержит письма и
документы с начала 1910-х по 1970-е гг.
Цель настоящей статьи проста: на основе документов недавно
открытого архива я попытаюсь, во-первых, описать структуру, учение,
происхождение и цели Всеобщего Братства. Возможно, эта задача кажется
легкой, однако ее значительно усложняет крайняя секретность организации,
особый язык, используемый в документах и их колоссальный объем. Во-
вторых, что важнее, я рассмотрю вопрос о взаимопроникновении эзотеризма
и зарождавшейся на рубеже ΧΙΧ – ΧΧ вв. научной дисциплины
сравнительного религиоведения на примере Всеобщего Братства. Я
утверждаю, что раннее сравнительное религиоведение и эзотеризм ΧΙΧ в. не
просто разделяют многие общие черты, но часто оказываются совершенно
неразделимы.

Тайна, секретность и сокрытие

Одна из наиболее примечательных особенностей ВБ и основная


причина, по которой мы так мало знаем об этой организации – ее крайне
секретный характер. Секретность здесь приобретает черты обсессии. Каждый
аспект организации – от истории основания и структуры до ее состава,
учения и целей – хранился за семью замками тайны, чтобы аутсайдеры не
узнали о существовании братства, а члены – о том, что им не полагалось по
степени. Конечно, в применении секретности ВБ ничем не отличается от
большей части институционализированных форм эзотеризма; на секретность
как важнейший социальный механизм эзотеризма обращали внимание,
например, Коку фон Штукрад и Хью Урбан [Stuckrad 2010; Urban 2001; см.
также Bogdan 2013].
В случае ВБ очевидно, что секретность призвана была создать у его
членов чувство исключительности. В братстве культивировалось
представление о том, что по своему учению и предельным целям (насколько
то и другое могли себе представить рядовые адепты) ВБ значительно
превосходило все экзотерические религиозные традиции и прочие тайные и
эзотерические группы. Секретность требовалась явно в качестве
формального условия с самого начала карьеры в организации: кандидаты
должны были подписать по меньшей мере четыре обязательства – почти
каждое длиной в несколько страниц – прежде чем быть допущенными в ВБ
хотя бы на испытательный срок. Каждое продвижение по иерархии
сопровождалось подписанием новых обязательств. В тайне должны были
держаться все аспекты ВБ: учение, структура, членство и даже само его
существование. Как будет видно позднее, ВБ строилось на основе переписки
одного члена с другим, вышестоящим – через такую корреспонденцию
отправлялись определенные тексты – так называемые сутры – для изучения и
размышления. Переписка велась в условиях строгой секретности; все письма
посылались анонимно с использованием заказных, так называемых
мистических имен на основе санскрита (например, Чарльз Стэнсфельд Джонс
пользовался мистическими именами Мантрина, Дхьянадайя Чела и Прабодха
Гуру)2. Каждому члену братства присваивался мистический номер, по
которому его или ее опознавали вышестоящие адепты. Все письма и
сообщения датировались с использованием уникального для ВБ так
называемого эннеатического календаря, который начинался в 1907 г.
(вероятнее всего, год, когда было основано ВБ).
Первоначальные обязательства в основном состояли из обещаний
хранить всю коммуникацию и документы в тайне. Первое или вводное
обещание было кратким и емким: «Сим я формально обязуюсь, с должными
оговорками в отношении совести, не открывать никакому лицу содержание
последующих уроков, а также не сообщать, от кого я получил их, а также не
раскрывать тот факт, что я принес это обязательство». Обязательства
значительно усложнялись по мере продвижения по степеням – вот, например,
начало «Второго обязательства, или обязательства Искателя», которое
размещалось на трех страницах:

«Я торжественнейшим образом обещаю, присягаю и обязуюсь, с


должными оговорками в отношении совести, хранить в глубокой тайне все
сообщения, которые могут быть мне переданы, и все сведения, которые в
какое-либо время могут быть даны мне, в любом виде, со стороны любого
лица или лиц в результате моего принятия данного обязательства, а также все
содержание любой корреспонденции, которую я могу вести в любое время с
любым представителем или представителями Всеобщего Братства как
таковыми, а также все документы, касающиеся учения, руководства или
обучения или любого другого рода, которые могут в любое время быть
сообщены мне, или которые в любое время могут перейти в мое владение, в
любом виде…» [Universal Brotherhood – III: 1].

… и так далее на протяжении двух с половиной страниц. По мере того,


как кандидат продвигался вверх по системе посвящений, содержание
обязательств все более концентрировалось вокруг необходимости полного
послушания своему гуру и другим вышестоящим, помимо изучения и
применения учений, содержащихся в секретных документах.

Организационная структура ВБ

2
Мистические имена, мантры и другие ключевые слова часто записывались шрифтом
девангари [см.: Universal Brotherhood – II].
Строгая секретность также распространялась на организационную
структуру ВБ. Поднимаясь по иерархии братства, его члены постепенно
узнавали, что ВБ являлось внешней структурой Интегрального Сообщества
(Integral Fellowship), иначе называемого Махачакра, или Великий Круг.
Изучение документов ВБ показывает, что структура организации была
крайне сложна и забюрократизирована. Возможно, ее лучше всего можно
описать так же, как Массимо Интровинье описывал другую равно сложную
организацию, Орден Солярного Храма – уподобив ее «китайской шкатулке»,
где каждый организационный уровень управляется другой, внутренней, еще
более тайной инстанцией [Introvigne 1995]. Насколько мне удалось понять,
ВБ состояло из трех видов подразделений: региональных, тематических и
административных. Региональные подразделения покрывали определенные
географические области или юрисдикции, которые могли различаться по
величине в зависимости от количества членов в том или ином регионе.
Требовалось трое членов, чтобы сформировать региональную группу на
базовом уровне. Тематические подразделения, по-видимому, объединяли
членов, достигших определенного уровня или выполнявших специфические
задания и концентрировавшихся на изучении тех или иных предметов.
Например, в июле 1924 г. Чарльз Стэнсфельд Джонс сформировал Телема
Грама – тематическую группу, работавшую над объединением учений ВБ и
телемы. Большинство ее членов, очевидно, состояли также в AA; Джонс
заявлял, что все ученики, находившиеся под его началом в AA, кроме
двух, к 1924 г. вступили в ВБ [Mantrina 1924]. Третья категория,
административные подразделения, по-видимому, была наиболее секретной из
всех, а члены нижних уровней даже не должны были знать о существовании
этих руководящих групп. Еще более запутывает картину тот факт, что члены,
достигшие высочайших уровней, сами не знали, как ВБ управлялось и
администрировалось. Значительная часть корреспонденции Джонса после
того, как он стал махагуру, то есть лидером ВБ, была посвящена попыткам
найти, как ВБ на самом деле устроено и существуют ли в нем группы, о
которых он не знает. Причина такого положения не только в абсурдном
уровне секретности, но, возможно, в большей степени вызвана самой
манерой организации различных региональных, тематических и (в
определенной степени) административных подразделений, которая
напоминала устройство современных террористических ячеек; то есть,
каждая группа должна была иметь только одного человека, находящегося в
контакте с группой наверху. Такая структура делала ВБ уязвимым в том
смысле, что, если контактное лицо умирало или уходило с поста, не оставив
после себя другого члена братства, группа оказывалась отрезана от ВБ. Это
значит, по крайней мере, в теории, что целая цепочка групп могла потерять
контакт с ВБ и продолжить работать самостоятельно. Такая возможность
явно разбиралась в одном официальном документе, адресованном членам
девятой, то есть высочайшей степени:
«По причине особенно сложной и тайной природы организации
Махачакра, всегда в пределах возможного остается ситуация, когда некая
неожиданная катастрофа или даже, в некоторых исключительных случаях,
некая специфическая комбинация обстоятельств, сравнительно
незначительных самих по себе, могут привести к тому, что отдельный
махачакрия или группа махачакрия, особенно если они находятся на уровне
чарака или чела и живут в регионе, где подразделения (Division) Братства не
имеют широкого распространения или до сих пор не имеют полной
диаспорической организации, окажутся отрезаны от сообщения с остальным
Братством и исчезнут, или, как им будет представляться, исчезнут из вида
высшего руководства. Иногда случается даже, что сообщение с некоторыми
отдельными членами или с некоторой группой, большой или малой,
намеренно прерывается, ввиду особых обстоятельств, либо в качестве
дисциплинарной меры или по причине смерти гуру, которого не
представляется возможным заменить сразу, или ради испытания или как
часть необходимого индивидуального или группового обучения.
В таком случае отдельный член или группа должны продолжать
изучение и применение, насколько возможно, того, что уже было ими
получено, на протяжение одного года. […] затем отдельный член или группа
уполномочены организовать то, что именуется Изолированным Кругом»
[Universal Brotherhood – I].
Создание Изолированного Круга в действительности означает, что ВБ
должно быть воссоздано на основе документов, к которым старший брат или
круг имел доступ. Это значит, что теоретически, возможно, существовали, и,
возможно, существуют до сих пор, независимые версии ВБ, развившиеся в
результате потери контакта с материнской организацией.

Основатель ВБ: Мервин-Мари Снелл

Одна из наиболее интригующих тайн ВБ – личность ее основателя.


Вопросы о том, когда, где и кем было основано ВБ, волновали Джонса много
лет и непонятно, пришел ли он к удовлетворительному ответу. Однако
внутренние свидетельства сутр, референции в письмах различных ранних
членов ВБ и другие документы из архива братства ясно показывают, что ВБ
было основано в 1907 г. профессором, доктором философии Мервином-Мари
Снеллом (Merwin-Marie Snell, 1863 – 1921)3. С 1881 по 1889 Снелл работал
под началом Спенсера Ф. Бэрда, куратора Смитсониевского музея и главы
Ихтиологической комиссии. В 1882 г. он также был клерком в сенате США, в
комитете по пересмотру законов. Он был членом Философского,
Биологического и Национального Географического обществ, а также состоял
в организациях Сыны революции и Сыны американской революции. Снелл
по вероисповеданию был обратившимся католиком, занимал пост президента
Альбертус Магнус колледж в городе Вичита, штат Канзас. Сегодня Мервин-
Мари Снелл практически забыт и о нем упоминают в современной

3
Я выражаю свою благодарность Уильяму Бризу (Breeze) и Мартину П. Старру, любезно
поделившимся со мной своими исследованиями о Мервине-Мари Снелле.
исследовательской литературе как о президенте научной секции Всемирного
Парламента Религий в Чикаго в 1893 г., целью которого было инициировать
всемирный диалог вероисповеданий4.
Снелл особенно подходил на роль президента научной секции
Парламента, учитывая тот факт, что он был одним из пионеров
сравнительного религиоведения. В то время как многие из его американских
и британских коллег-современников сосредоточились на изучении истоков
религии и так называемых примитивных форм религии, Снелл в большей
степени оказался под влиянием немецкой философии и феноменологии. По
его мнению, компаративный подход к религии открывал вечные истины,
лежавшие в основе всех экзотерических религиозных традиций. Как и его
современник Фридрих Макс Мюллер (1823-1900), Снелл утверждал, что
истина может быть найдена во всех великих религиях, если заглянуть глубже
внешних догматов, зависящих от исторических условий. Снелл изложил свои
идеи в ряде коротких работ и статей с такими заглавиями как «Советы по
исследованию священных книг» (1887) или «Сто тезисов об основаниях
человеческого познания» (1891). Поскольку Снелл был профессором в
престижном колледже, его книги рецензировались и обсуждались в ведущих
научных изданиях его времени [Snell 1887; Snell 1891]5.
Подобные идеи не были, однако, исключительным достоянием Снелла.
Наоборот, спекуляции по поводу возможности обретения духовных истин
через компаративное изучение религии процветали в эзотерических кругах,
особенно связанных с теософией. Согласно Елене Петровне Блаватской
(1831–1891), все экзотерические религии – только различные ветви того же
дерева, и чем ближе ты подходишь к стволу, тем ближе ты окажешься к
вечным истинам. Духовный проект Блаватской, изложенный в
«Разоблаченной Исиде» (1877) и «Тайной доктрине» (1888), состоял в
восстановлении извечной традиции, которая, как она утверждала, лежала в
основе мировых религий. С точки зрения Блаватской, ближе всего к этой
древней традиции были восточные религии – индуизм и буддизм, и поэтому
в особенности необходимо было изучать именно эти религии. Снелл был
хорошо знаком с теософией и теософским взглядом на религию; в 1895 г. в
журнале The Biblical World он напечатал, по-видимому, первую научную
статью на тему теософии. В этой статье под заглавием «Современная
теософия и ее отношение к индуизму и буддизму» Снелл выражает
восхищение главной целью теософии: «Она обещает объяснить доктрины и
мифы всех религий, и это, на самом деле, самая дерзновенная попытка,
когда-либо предпринятая, достичь колоссальной задачи примирения всех

4
Помимо президентства в научной секции, Снелл выступал как ассистент председателя
Парламента Мировых религий. Он представил три доклада на Парламенте: «Будущее
религии»; «Чем наука о религии может помочь предприятию Единства и миссии» и
«Отношение науки о религии к философии» [World’s Parliament of Religions 1893: 1325–7,
1347, 1375].
5
Наверное, самая важная работа Снелла – его перевод «Болезней воли» Теодюля Рибо:
[Ribot 1894]. Снелл также издал поэму Мэтью Арнольда «Сохраб и Рустум» [Arnold 1896].
религий и философий мира» [Snell 1895:205]. Еще более важна его
позитивная оценка теософии как системы, принимающей в качестве
фундаментального источника религиозного знания «внутреннее озарение»
или «прямое духовное видение», а не рассудок, объективное откровение или
историческую традицию. Как мы увидим, этот подход также фундаментален
для ВБ. Несмотря на одобрительные ремарки в адрес теософии, Снелл, тем не
менее, в целом был настроен в ее отношении скептически. В частности, он
сильно критиковал веру в тайных учителей или махатм, а также вменял
теософии в вину, что она, в конечном счете, является системой верований, а
не научным или опытным путем к знанию. Согласно Снеллу, теософу
приходится слепо верить в Блаватскую и в то, что она находится в контакте с
махатмами: «В результате, мы имеем слепую веру в мадам Блаватскую, веру,
которая использует теорию независимого внутреннего озарения лишь для
того, чтобы обезопасить себя от любой рациональной критики посредством
убежденности и заявлений, что ее авторитет подтверждается внутренним
божественным голосом» [Snell 1895:201].
Основное различие между Снеллом и теософией заключалось в том,
что Снелл не рассматривал истины, лежащие в основе всех экзотерических
религий как отдельную традицию, которую можно открыть или
восстановить; он интерпретировал эти истины феноменологически6. К тому
же Снелл не разделял убеждения Блаватской, что вечные истины
содержались в основном в индуизме и буддизме; по мнению Снелла,
необходимо выйти за пределы внешней и временной формы религии, чтобы
обрести религиозную истину. Будучи пионером «науки сравнительного
религиоведения», Снелл настаивал на важности научной беспристрастности:
«Я должен еще раз подчеркнуть необходимость исключения
собственных религиозных мнений из исследований и работ на тему
компаративного религиоведения. Верным остается утверждение, как бы
странно оно не звучало, что в науке о религиях нет ничего религиозного.
Религиоведение проникает сквозь покров мыслей и предметов в
божественные глубины животворящего духа» [Snell 1896:210].
Остается вопрос, в какой степени Снелл исключил отсюда свои
собственные религиозные верования. Как уже упоминалось, Снелл обратился
в римский католицизм и, что знаменательно, придерживался католического
либерализма. Это интеллектуальное течение, повлиявшее как на церковь, так
и на католических ученых того времени, характеризовалось убеждением, что
ритуал и внешние догматы вторичны по сравнению с вечными истинами и
что именно через критическое изучение Библии и рациональный подход к
вере можно познать таинства Господни. Папский престол систематически
критиковал и часто осуждал либеральный католицизм за рационализм и
натурализм. В определенной степени это движение можно охарактеризовать
6
Идеи Снелла во многом похожи на аргументы Рудольфа Отто, утверждавшего, что
религия возникает из опыта сакрального, и таким образом, также на феноменологию
религии Мирча Элиаде, где упор делается на изучение иерофаний (проявлений
священного) как основ любой религии [Otto 1923; Eliade 1958].
как феноменологический мистицизм в том смысле, что здесь критическое
изучение и понимание вечных и центральных феноменов католической веры
выступает как средство стать единым с Богом, достичь unio mystica. В своей
научной работе Снелл расширил этот подход, прилагая его не только к
католицизму, но ко всем большим религиям. Что примечательно, на этом
Снелл не остановился. Он вынес свою работу в русле сравнительного
религиоведения за академические рамки и основал строго секретную
организацию с целью воплотить свое теоретическое знание на практике – это
было Всеобщее Братство. [Насколько я знаю, это единственный пример
ученого-религиоведа, который бы превратил теорию и метод сравнительного
религиоведения в тайное общество.]

ВБ на практике

Как же Снелл преобразовал свои интеллектуальные и научные


интересы в тайное общество? Как было сказано в начале, ВБ
функционировало через переписку между двумя корреспондентами –
учеником и его наставником. Ученик один за другим получал секретные
машинописные документы, которые он должен был скопировать и вернуть.
Он также должен был посылать своему наставнику подаяние, а тот, в свою
очередь передавал средства выше по иерархии [Universal Brotherhood IV].
Чем больше подаяния мог дать член братства, тем лучше, поскольку оно
рассматривалось как знак преданности делу. Кроули видел в этом лишь
финансовую пирамиду, организованную с целью получить от членов как
можно больше денег [Starr 2003:156].
Документы разделялись на три основные категории: открытые
документы, сутры и абхимантрические поучения. В первую категорию,
открытые документы, входило восемнадцать документов, где говорилось об
основных философских темах и давались базовые инструкции. После того,
как ученик получал, изучал и обсуждал со своим наставником эти
документы, он мог быть допущен до испытательного периода членства, так
называемой испытательной мантры. На этом уровне адепт получал свои
первые девять сутр вместе с четырьмя абхимантрическими документами.
Пройдя экзамен, ученик мог быть допущен до полного членства, став
чаракой. На уровне чараки было девять последовательных степеней,
носителям которых преподавались 81 сутра и 24 абхимантрических
документа (см. таблица 1).
Эти документы в целом составляют примерно 2 тысячи страниц
печатного текста, так что здесь мы имеем дело с довольно основательным
корпусом литературы. Судя по их содержанию и языку, высока вероятность,
что этот корпус был написан Мервином-Мари Снеллом. Помимо этих
документов, для разных степеней предназначалась большое количество
дополнительных документов, многие из которых, очевидно, были написаны
другими авторами. Вдобавок большое число писем-инструкций адресовались
отдельным грамам или ложам; многие из них написаны Чарльзом
Стэнсфельдом Джонсом.
Для чего были нужны все эти документы? Какова была цель ВБ?
Мартин П. Старр пишет в «Неведомом Боге», что, когда он задал такой
вопрос последнему махагуру Фредерику Дж. Кайзеру, тот ответил:
«Заставить людей думать» [Starr 2003:116]. Ответ Кайзера действительно
отражает доктрину ВБ: в официальных документах ВБ не-члены иногда
называются «не думающими людьми». Когда я впервые принялся за
исследование учений ВБ, я полагал, что Кроули был прав, считая ВБ
прикрытием для католической церкви, особенно учитывая, что сам
основатель обратился в католицизм, как и Чарльз Стэнсфельд Джонс, после
того, как он начал подниматься вверх по иерархии братства. К тому же ВБ
несомненно стремилось проникнуть в как можно большее число оккультных
организаций. (Насколько я могу судить, большинство членов ВБ
принадлежало также к другим эзотерическим группам, таким как АМОРК
или масонские ложи). Но потом я усомнился в том, что ВБ служило
интересам католической церкви: учения ВБ куда более универсальны и
инклюзивны, особенно если рассматривать сутры высших степеней и
абхиматрические тексты. Также здесь отсутствуют отсылки к традиционным
католическим доктринам, таким как непогрешимость учения церкви или семь
католических таинств (крещение, Евхаристия, покаяние, конфирмация, брак,
священство, соборование). Помимо этого, в важном письме из архива ВБ,
датированном 14 ноября 1931 г., Джонсу задается прямой вопрос по поводу
его вовлеченности в ВБ – по-видимому, его католическим корреспондентом в
Великобритании Фредериком Орамом:
«Вы сознаете, я полагаю, что интегрализм не может быть примирен с
католической верой (или даже со здравым смыслом), и что решение с Вашей
стороны пытаться отстаивать интегрализм будет означать, что либо Вам
придется покинуть Церковь (если Вы это уже не сделали), либо держать Ваш
интегрализм втайне и оставаться в церкви на плохом счету, подвергая себя
риску проклятия» [Oram 1931].
Насколько я могу судить, было бы упрощением классифицировать ВБ
как либеральную католическую организацию. Наоборот, здесь
использовались доктрины и концепции широкого спектра религий и, как
указывает имя организации, ее учения были универсальными по природе в
том смысле, что все религии, культуры, цивилизации, языки и т.д. должны
были быть изучены, сопоставлены и превзойдены для того, чтобы осознать
всеобщие истины, лежащие в их основе. Только тогда оказывается
возможным некое единение с божественным, согласно учениям ВБ. Как мы
видели, это совершенно согласно с тезисом Снелла как ученого и пионера
сравнительного религиоведения.

Естественная религия
Но почему эта малоизвестная организация достойна нашей памяти?
Чему ее пример может научить нас, исследователей западного эзотеризма?
Наиболее примечательный факт в истории Всеобщего Братства, конечно, это
личность его основателя, пионера в области сравнительного религиоведения.
Хорошо известно, что в конце ΧΙΧ – начале XX вв. такие оккультисты как
Блаватская и Кроули активно пользовались научной литературой о религии,
но они использовали сравнительное религиоведение как средство
легитимации, как способ «обосновать» свое собственное эзотерическое
понимание истории и религии. Мервин-Мари Снелл, с другой стороны, взял
теорию сравнительного религиоведения и применил ее как метод
достижения духовного просветления, гнозиса. Тайное общество, которое он
создал, представляло собой строго иерархическую организацию, в которой
было по меньшей мере девять степеней посвящения, но, по сравнению с
современными ей оккультными обществами, бросается в глаза полное
отсутствие практических инструкций, таких как руководства по медитации,
техники визуализации, практики йоги или магические приемы. Также во ВБ
отсутствовали ритуалы инициации – все было построено на теоретическом,
сравнительном познании истории, науки, языков, культуры и, главным
образом, религии. В определенной степени, знание, передаваемое в сутрах,
по-видимому, не слишком отличалось от того, которое Снелл преподавал
своим студентам в Альбертус Магнус колледже.
Важность Всеобщего Братства, по моему мнению, заключается в том
обстоятельстве, что оно дает нам возможность взглянуть на то, как мы,
ученые, анализируем взаимоотношения между эзотеризмом и религией.
Несколько упрощая, можно сказать, что эти взаимоотношения обычно
рассматриваются с двух точек зрения. Во-первых, в свете полемических
дискурсов, то есть если эзотерические течения и концепции
противопоставляются концепциям «истинной» или легитимной религии. Во-
вторых, с точки зрения ренессансных конструктов, таких как philosophia
perennis, то есть в свете идеи о непрерывной философской традиции, которая
часто рассматривается самими эзотериками как оппозиционная
экзотерическим формам религии или как преследуемая их представителями
(например, «Церковью»). Подход Мервина-Мари Снелла и Всеобщего
Братства, однако, отличаются от обеих этих точек зрения. Как вы помните,
Снелл утверждал, подобно другим представителям сравнительного
религиоведения, например, Максу Мюллеру, что «истина» может быть
обнаружена во всех великих религиях, если только ее ищут по ту сторону
внешних догматов, зависящих от исторических обстоятельств, и что именно
при сравнении религий открываются вечные истины.
Такой подход к религии можно в аналитических целях рассматривать
как пример того, что историк религий Иван Стренски назвал поиском
естественной религии, начало которому было положено в шестнадцатом
веке. Согласно Стренски, кризис Реформации, в результате которого
христиане начали сражаться с христианами, разделившись на протестантов и
католиков, и кризис открытия Нового Света, где европейцы встретили
туземные культуры и религии, кардинально отличавшиеся от всего, что знали
в Европе, навели интеллектуалов на мысль о поиске возможных истин,
лежащих в основе всех известных религиозных традиций, истин, которые не
были бы тождественны внешним догматам откровенных религий. Такие
мыслители как Жан Боден (1530-1596) и Эдвард Герберт, лорд Честер (1583-
1648), полагали, что религия – врожденное качество, изначально присущее
всем людям. Следовательно, она «естественна» в том смысле, что она
является «нормальной» частью человеческого бытия. Естественная религия,
таким образом, рассматривалась как нечто, объединяющее все великие
религии, но также как часть человеческой ситуации. Приверженцы теории
естественной религии часто говорили, что Бог проявляется через разумное
начало в человеке так же, как через законы природы, что в особенности было
важно для деистов XVIII в. Не вдаваясь в дальнейшие детали, нужно
добавить, что Стренски считает поиск естественной религии самим
основанием дисциплин сравнительного религиоведения и историко-
критического анализа Библии, возникших в ΧΙΧ в., утверждая, что такие
ученые как Макс Мюллер и Уильям Робертсон Смит по-разному пытались
определить Ur-religion, «прарелигию» или естественную религию, служащую
основой всем религиям мира.
Я думаю, что рассматривая Снелла и Всеобщее Братство в свете
концепции естественной религии, мы сможем понять, как сравнительное
религиоведение могло стать эзотерической практикой. Мервин-Мари Снелл
перестает казаться странным примером ученого-эксцентрика, представ
одним из представителей давней интеллектуальной традиции, доведшим
поиск естественной религии до логического предела.

Заключительные замечания

В заключении вернемся к Чарльзу Стэнсфельду Джонсу и завершим


историю Всеобщего Братства. Когда Снелл, махагуру-основатель ВБ умер в
1921 г., он, по-видимому, не назначил преемника, а учитывая секретность
организации, вероятно, что большинство членов не знали о смерти своего
лидера. Джонс подписал Открытое Обязательство 15 октября 1920 г., но
прошло еще четыре года, прежде чем он в 1924 г. всерьез сосредоточился на
ВБ. Впоследствии Джонс быстро поднялся по иерархии и занял в ней ряд
административных должностей, но начал подозревать, что высочайшие из
постов остаются незанятыми.
Насколько можно судить по сохранившимся письмам и документам,
лидер или махагуру был назначен через несколько лет после смерти Снелла,
но он, по-видимому, был слабым лидером в том смысле, что почти
невозможно найти следов его деятельности, а многие члены даже не знали о
его существовании. Джонс включился в политическую борьбу за власть,
когда различные юрисдикции заявляли, что именно они являются истинными
наследниками основавшего братство махагуру. В частности человек с
мистическим именем Катхиньяджайя препятствовал продвижению Джонса
на пост махагуру. Как упоминалось выше, Джонс уже в 1924 г. основал
Телема Грама и убедил большинство своих учеников из AA вступить в
ВБ. Джонс не скрывал своей работы в AA и ОТО и утверждал, что ВБ
должно принять во внимание тот факт, что человечество вступило в Новый
Эон. Однако не все члены ВБ благосклонно относились к связям Джонса с
Кроули.
С 1924 г. до начала 1930-х Джонс писал письма различным членам по
поводу хаоса в ВБ, пытаясь собрать как можно больше информации о
происхождении, целях и структуре оганизации. Когда в начале 1930-х гг.
второй махагуру покинул свою должность, Джонс был назначен в качестве
нового махагуру, оставаясь лидером братства до своей смерти в 1950 г.
Джонсу наследовал Джон П. Ковал (1900–1978). Ковал, по-видимому, был
предан ВБ, и большая часть дошедших до нас писем и документов относится
ко времени, когда он был махагуру. Один из самых интересных документов
этого периода – 300-страничная работа, в которой анализируются
официальные документы ВБ [Kowal 1963]. Интерес Ковала к телемитским
писаниям Джонса побудил его вступить в переписку с двумя главными
хранителями наследия Кроули – Джеральдом Йорком и Карлом Гермером.
Ковал вступил в AA, а Йорк стал членом ВБ – возможно, чтобы получить
доступ к материалам, касающимся Кроули, в архиве Джонса, теперь
находившемся во владении Ковала. На смену Ковалу в 1978 г. пришел
Фредерик Дж. Кайзер, бывший последним махагуру7. По-видимому, ВБ
умерло вместе с Кайзером в 2003 г. Или все-таки нет?

Послесловие

В конце 2015 г. появился сайт, который выступает от имени Всеобщего


Братства, где даже были опубликованы некоторые из открытых документов
группы. Эта ветвь ВБ очевидно функционировала в полной секретности
прежде чем заявить о себе публично.

ЛИТЕРАТУРА

Arnold 1896 – Arnold M. Sohrab and Rustum: An Episode. Chicago: Werner


School Book Company, 1896.
Bogdan 2013 – Bogdan H. Secrecy as Esoteric Discourse // Clavis: Journal of
Occult Arts, Letters and Experiences. 2013. № 2. P. 27– 37.
Eliade 1958 – Eliade M. Patterns in Comparative Religion. New York: Sheed
& Ward, 1958.

7
В 1970-х гг. Кайзер написал биографию Чарльза Стэнсфельда Джонса с точки зрения
учений ВБ под названием «Сын Мага: биографический очерк, извлеченный из работ Брата
Ахада» (The Son of the Magus: A Biographic Essay Composed from the Writings of Frater
Achad). В настоящее время работа готовится к публикации Хенриком Богданом.
Introvigne 1995 – Introvigne M. Ordeal by Fire: The Tragedy of the Solar
Temple // Religion. 1995. № 25:4. P. 267–283.
Kowal 1963 – Bhratri [Brother] Tarasvata [John P. Kowal], Svasri [Sister]
Caturi. Caraka Bhashyasangraha Compiled by Bhratri Tarasvata
Upamaharaniganapati of Dhyani-Horton and by Svasri Caturi, Upamahaganapati
of Dhyani-Harwood. April 23, 1963, private collection.
Mantrina 1924 – Mantrina [C.S. Jones] to Kritabuddhi, June 18, 1924, private
collection.
Oram 1931 – Frederick St. J. Oram to Charles Stansfeld Jones, November 14,
1931, private collection.
Otto 1923 – Otto R. The Idea of the Holy. Oxford: Oxford University Press,
1923.
Ribot 1894 – Ribot T. The Diseases of the Will. Chicago: Open Court, 1894.
Snell 1887 – Snell M.-M. Hints on the Study of the Sacred Books. N.p.: J.
Murphy, 1887.
Snell 1891 – Snell M.-M. One Hundred Theses on the Foundations of Human
Knowledge. Washington D.C.: the author, 1891.
Snell 1895 – Snell M.-M. Modern Theosophy and Its Relation to Hinduism
and Buddhism // Biblical World. 1895. № 5:3.
Snell 1896 – Snell M.-M. The Nature and Scope of the Science of
Comparative Religion // Biblical World. 1896. № 8:3.
Starr 2003 – Starr M. P. The Unknown God: W. T. Smith and the Thelemites.
Bolingbrook: Teitan Press, 2003.
Stuckrad 2010 – Stuckrad K. von. Secrecy as Social Capital // Constructing
Tradition: Means and Myths of Transmission in Western Esotericism / ed. Andreas
Kilcher. Leiden: Brill Academic Publishers, 2010. P. 239–252.
Universal Brotherhood I – [Universal Brotherhood]. “CCLVI, Twentyeighth
Abhimantric: Premantric of the Ninth; Instruction to Carakas who are about to
receive the Ninth Mantra,” 17–8, typescript, OTO Archives.
Universal Brotherhood II – [Universal Brotherhood]. “LXXVI, First
Linguistic: Key to the Devanagari Characters for Use in Transliterating the Trial
and Caraka Mantras,” typescript, OTO Archives.
Universal Brotherhood III – [Universal Brotherhood]. “Second or Inquirer
Obligation,” p. 1, typescript, OTO Archives.
Universal Brotherhood IV – [Universal Brotherhood]. “XCV, Second
Almonric: Instruction Concerning Material Alms,” typescript, OTO Archives.
Urban 2001 – Urban H. B. The Adornment of Silence: Secrecy and Symbolic
Power in American Freemasonry // Journal of Religion and Society. 2001. № 3. P.
1–27.
World’s Parliament of Religions 1893 – The World’s Parliament of Religions
/ ed. John Henry Barrows. Vol. II. Chicago: The Parliament Publishing Company,
1893.