Вы находитесь на странице: 1из 192

Вкус мяты.

Душевные книги для добрых людей

Анна  Кирьянова
Уютные люди. Истории,
от которых на душе тепло

«Эксмо»
2020
УДК 821.161.1-32
ББК 84(2Рос=Рус)6-44

Кирьянова А. В.
Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло  / 
А. В. Кирьянова —  «Эксмо»,  2020 — (Вкус мяты. Душевные
книги для добрых людей)

ISBN 978-5-04-109204-7

Уют – это не прихоть и не каприз, а мощная психологическая защита,


действенное средство от невзгод. Если навалились проблемы, именно
уютная атмосфера и такие же уютные, родные люди рядом помогут пережить
непростые времена и сохранить жизненную силу.Можно ли обрести любовь
после предательства? Утешиться в самом глубоком горе? Найти свое место
в мире после потери всего?Мудрые истории Анны Кирьяновой подскажут
ответы на самые важные вопросы и подарят надежду на счастье.

УДК 821.161.1-32
ББК 84(2Рос=Рус)6-44

ISBN 978-5-04-109204-7 © Кирьянова А. В., 2020


© Эксмо, 2020
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Анна Кирьянова
Уютные люди. Истории,
от которых на душе тепло
© Кирьянова А.В., текст, 2020
© ООО «Издательство «Эксмо», 2020

4
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Искусство быть счастливой
 

Ведерко мороженого и другие истории о подлинном счастье

5
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Судьба изменчива, так часто взлеты в ней сменяют падения, а радости – разочарования.
В такие моменты необходимо понять, что для нас действительно важно, не опускать руки и
двигаться дальше. Так же, как это делают герои глубоких, трогательных и вдохновляющих
рассказов Анны Кирьяновой. Среди них обязательно будут те, которые найдут отклик в вашей
душе и помогут преодолеть любые трудности.
Маленькое счастье. Как жить, чтобы все было хорошо
Эта книга состоит из множества исцеляющих историй, которые рассказывают о добре
и зле, о том, как стать счастливым и как легко можно погрузить себя в несчастье, что такое
любовь и как отличить ее от совсем другого чувства. Истории, которые рассказывает психолог
и популярный блогер Анна Кирьянова, вызывают улыбку и трогают за душу.
Воздушные ванны. Истории, от которых дышится легко
В сборнике Анны Кирьяновой собраны короткие рассказы и размышления автора о том,
как дети показывают свою искреннюю любовь через объятия, как люди с завистью смотрят на
тех, у кого судьба сложилась лучше, забывая о собственной жизни. Как многие из нас тратят
все силы и время на успех, не понимая, что главное – быть счастливым.
Куриный бульон для души. 101 вдохновляющая история о сильных людях и уди-
вительных судьбах
Иногда плохие вещи случаются с хорошими людьми. Это сложно принять. Но мы гораздо
сильнее, чем думаем, по крайней мере, становимся сильными, когда этого требует от нас жизнь.
Вдохновляющие истории из этого сборника помогут преодолеть любые испытания.
 
У одной женщины с мамой были проблемы
 
И очень серьезные. Мама старенькая уже; она перенесла инсульт, почти потеряла зрение
и начала иногда заговариваться. Врачи сказали, что это – начало слабоумия и дальше только
хуже будет. И еще диагностировали депрессию.
Целыми днями мама лежала на диване и плакала старческими слезами. Читать или теле-
визор смотреть она не могла, глаза-то не видят, только силуэты слегка можно различить. И
нет сил, руки и ноги плохо слушаются. Иногда мама разговаривала с родственниками, которые
давно умерли. Но ей казалось, что они пришли и стоят у дивана, зовут ее к себе…
А ведь надо работать, деньги зарабатывать! Оля уходила на работу, а мама одна остава-
лась. Кошечка у них умерла от старости, а котенка Оля боялась брать – мама не видит, почти
не встает, кто будет еще и за котенком смотреть? Все это очень грустно и безнадежно было.
И приехала из деревни родственница в гости. Троюродная Олина сестра, мамина пле-
мянница. Из той деревни, откуда мама родом, где вся ее родня жила и живет. Такая толстая,
круглая, энергичная, румяная Зоя приехала за покупками и вообще – чего дома-то сидеть,
если можно поехать в город в гости? Зоя много-много говорила, махала руками, ела, пила чай
литрами, шумела… Но обстановка дома перестала напоминать склеп или скорбный дом. И эта
Зоя заманила маму в путешествие, представляете?
Она заманчиво рассказывала, как в деревне хорошо! Витька пьет и матерится. Ругается с
тетей Вассой все время. Дед Михалыч рубит дрова и свиней разводит. Тетя Поля печет шаньги с
картошкой в печи, пироги с капустой и морковью. У Петровых корова очень молочная, выгодно
купили. И наквасили три бочки капусты вот, уродилась капуста! Поехали к родне в деревню,
тетя Маша, чего тут сидеть на диване!
В общем, мама так увлеклась рассказами, что стала оживать. Перестала плакать. А энер-
гичная племянница заказала на вокзале услугу: встречают на вокзале у входа с такой тележ-
кой-креслом и волокут прямо до вагона! Сажают в поезд и рукой машут на прощание. А на
другом вокзале – встречают! Радуются, сажают в тележку и везут до такси. Спрашивают: «как
доехали?»…
6
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Это, кстати, правда! И, несмотря на Олины страхи и предупреждения, племянница Зойка


сманила маму в поездку. Увезла маму в деревню на поезде; то есть в другой город, а оттуда уже
в деревню, их на машине встретил трезвый Витька и увез. И уже в поезде от маминой депрес-
сии и слабоумия ничего не осталось, она очень энергично питалась и общалась с соседями по
плацкарту. А в деревне вообще ожила и пока не хочет возвращаться. Там шум, гам, тарарам,
шаньги, чай литрами, леденцы вприкуску, Витька на гармошке играет и матерится, тетя Васса
причитает, Михалыч дрова рубит и свиньи хрюкают. Пахнет печкой и пирогами.
И пока мама решила еще пару недель там побыть, в деревне. Оля переживает, а я ее
успокаиваю. И мама успокаивает, она звонит и бодрым голосом рассказывает новости.
Так что путешествия точно лечат. И родная обстановка лечит. Если же сидеть одному и
плакать целый день, – можно заболеть слабоумием и депрессией, это бесспорно. И это просто
хорошая история про путешествия и поездки, которые очень полезны…
 
Почему Бальмонта женщины любили?
 
А они его любили чрезвычайно. У него было огромное количество поклонниц; в него
влюблялись и что угодно ради него готовы были сделать. Хотя не сказать, что он был красавец.
Конечно, он стихи писал красивые, женщинам это нравится. И сам был романтик. Одевался
чистенько. Воспитанный, образованный человек с хорошими манерами. Но этого мало для
такой любви. Вот уж действительно – любимец женщин!
Его потому любили, что он в каждой женщине видел Богиню. Он не приставал и не делал
всякие двусмысленные предложения, нет; он просто создавал отношения. Так он это называл.
И в словах, во взгляде, в поведении его сквозило глубокое восхищение и даже преклонение
перед Прекрасной Дамой. Перед Любовью.
Шел Бальмонт по Москве в голодные и страшные годы после революции. Шел, шатаясь
от голодной слабости, – надо было дойти до дома. Там есть печка и можно кипятку сварить на
обед. А мимо проезжала дама в экипаже. Она иностранка была, но отлично по-русски говорила
и Бальмонта за его стихи обожала. Она пригласила поэта сесть в экипаж, чтобы его довезти до
дома. «Садитесь, – говорит, – пожалуйста! Я вашими стихами восхищена!» И дама, стесняясь,
сильно покраснев, стала спрашивать, как поэт живет. Может быть, она могла бы предложить
ему муку, масло, сахар? Может быть, у него нет продуктов? Так она ему даст, у нее есть!
Бальмонт ответил: «О, благодарю вас! Благодарю, у меня все есть!» Хотя он с голоду
помирал. А ответил так, – потому что разве можно брать у дамы продукты? Разве можно ее
обременять своими проблемами? Разе это достойно мужчины и поэта? И в такой возвышенный
миг соприкосновения двух душ, – разве можно сказать: «Давайте скорее и муку, и масло, и
сахар! Ничего у меня нет, я голодаю!» Нельзя.
А потом он заметил, что экипаж далеко уехал от его дома. Слишком увлекся разговорами
о поэзии и своим восхищением дамой. Она спросила: «А где ваш дом? Куда вас отвезти?», –
поэт сказал учтиво: «Благодарю вас! Как раз здесь я живу неподалеку!», – хотя дом его был
в другой стороне совсем. Поцеловал даме руку и вышел из экипажа. Потому что разве можно
обременять дам поездками по городу. Дамы – это не извозчики. Это Прекрасные Дамы. И
ничто не должно омрачать их жизнь. Никто не должен использовать дам… И побрел поэт
домой по холодному и страшному городу. Потому что он был Поэт.
Вот поэтому женщины Бальмонта и любили. В самом хорошем смысле слова. В самом
высоком. Потому что он был Мужчина. Хоть и поэт, добавлю от себя. Настоящий мужчина. А
женщины любят мужчин. Настоящих.

7
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Иногда дамы борются за любовь
 
А мужчина пассивно наблюдает за борьбой. Или вообще в другую комнату уходит и там
наслаждается звуками музыки, как композитор Лист. А женщины зубами и когтями борются
за любовь!
Писательница Жорж Санд увлеклась композитором Листом. А у него была другая воз-
любленная, которая ради него ушла от мужа. Ушла и стала жить с любимым композитором.
Разыгралась драма; любовный треугольник. И дамы решили биться на дуэли. Выбрали
оружие – ногти. И сошлись в кровавом поединке, пока композитор Лист сидел в другой ком-
нате.
Я не знаю точно, кому достался композитор. У кого маникюр был круче, ногти длиннее,
а любовь – сильнее. Но потом обе фурии с окровавленными ногтями и лицами позвали ком-
позитора и как-то его поделили. А мстительная Жорж Санд описала соперницу в черных тонах
в очередном романе.
Какая ужасная история и какой ужасный поединок! Что только не идет в ход: оскорбле-
ния, колдовство, ногти и зубы. А композитор сидит в комнате, словно мешок с картофелем,
и ждет, кому он достанется…
Так себе приз. Так себе кубок победителя. Не стоило так стараться и впиваться ногтями
друг другу в лицо. Есть другие композиторы. Или писатели. Или просто – мужчины. Мужчины,
которые не станут сидеть и ждать, чем кончится драка. И не создадут такую пикантную ситу-
ацию…
 
Для каждого человека есть его половина;
 
это слово не очень благозвучное. Не очень правильное. Но есть пара. Можно так себе
представить: две души были вместе. И решили родиться вместе; вроде как одновременно прыг-
нуть с парашютом и встретиться на земле. И прыгнули вместе – родились на свет. Наверное,
это страшно было – прыгать. Я вот не помню. Но во сне иногда падаешь с высоты; может, это
память о том прыжке?
Ну вот. Одни благополучно и быстро нашли друг друга и снова стали вместе. Стали
парой. А других раскидало в разные стороны ветром. И они долго-долго ищут друг друга.
Ошибаются, не тех принимают за своего человека; это понятно – облик наш изменился. Мы
вообще здорово изменились по сравнению с тем, какими были до прыжка. И вот ищут друг
друга по всей земле. Иногда – всю жизнь ищут. А иногда не находят даже. Но в душе точно
знают, что где-то есть их человек. Пара.
А некоторые запоздали с прыжком на секунду, замешкались. Это там секунда! А здесь –
лет этак пятнадцать – двадцать. Или тридцать. И встреча довольно странно выглядит, особенно
если это мужчина задержался с прыжком.
Ну, еще изредка бывает, что человек сильно стукнулся головой при падении. И забыл,
кого ищет. Мечется, а вспомнить не может. К счастью, такое бывает очень редко.
А остальные обычно все же находят. Отчаиваться не надо. Какой-то приборчик внутри
посылает и улавливает сигналы; как у светлячков или у бабочек. И мы своего находим в итоге;
свою пару.
Хотя иногда мы уже побиты жизнью, немного изранены, психика слегка искалечена…
Но находим. И говорим: «Наконец-то я тебя нашел!»
И можно снова быть вместе. Вплоть до нового прыжка. Он тоже синхронный; ведь то что
здесь – десять или двадцать лет, там – какая-то доля секунды, не больше.
И мы снова встретимся. Вот так я думаю. Может быть, все и не так. Но очень похоже…
8
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Один человек доверился другому;
 
это его личное дело. Взрослые люди сами решают, кому довериться. Это у одной жен-
щины был домик свой на юге, у моря. Был сад с фруктовыми деревьями и с  цветами. Она
хорошо жила, работала фельдшером. И всего ей хватало, только она мечтала о любви. О хоро-
шем человеке, с которым можно жить счастливо. И встретила в интернете свою первую любовь.
Давным-давно она полюбила одного парня, предположим, Эдгар его звали. Ей было тогда
восемнадцать. Они встречались, даже о свадьбе уже говорили, а потом этот Эдгар ее бросил.
Увлекся другой девушкой. И не отдал кассетный магнитофон – сейчас это так смешно звучит,
что и вспоминать нечего. Разве только для смеха.
Вот они с Эдгаром и вспомнили со смехом эту историю – тридцать лет прошло! Эдгар
жил в Москве теперь; он несколько раз был неудачно женат. Все какие-то не такие женщины
попадались. А сейчас был одинок и болен; потерял работу, набрал кредитов, машину разбил…
Эта Татьяна горячо ему сочувствовала; они по скайпу общались и переписывались. И Таня
поняла, что любовь никуда не ушла. Она одного Эдгара и любила всю жизнь!
Он ей предложил переехать в Москву. И она согласилась! Потому что любовь, потому
что есть любимый человек, который в ней нуждается. Они планировали пожениться. И вместе
бороться с трудностями жизни.
Таня продала свой домик и сад. Уволилась с работы и поехала в Москву, где Эдгар для
нее снял комнату временно – у него ремонт шел в квартире. Надо ведь к свадьбе привести все
в порядок, так ведь?
Ну, дальше все просто. Таня отдала Эдгару все свои деньги. Он попросил на лечение
от тяжелой болезни и на выплату долгов по кредитам. И на ремонт машины. Они же близкие
люди!
А потом выяснилось, что Эдгар живет с какой-то женщиной. Таня спрашивала в слезах;
зачем он так поступил? А Эдгар спокойно отвечал, что она взрослый человек и должна нести
ответственность за свой выбор. Ей не пять лет. А деньги он ей отдаст. Когда-нибудь потом.
Когда будут свободные деньги.
Таня кое-как выкрутилась и даже нашла работу. И стала жить в Москве; а потом позна-
комилась с нормальным человеком. Но это другая история.
Понимаете, не надо слишком доверять тому, кто тридцать лет назад вас бросил. И не
отдал кассетный магнитофон. Потому что люди не меняются, к сожалению. И поступят с вами
так же жестоко, как когда-то…
Мы взрослые. И надо учитывать прошлый опыт, вот это и есть – признак взрослости.
Хотя обмануть кого угодно можно. И это всегда больно.
 
Когда я была маленькой девочкой,
 
я налила лимонад в кружечку. Очень вкусный лимонад «Буратино». Это для папы. Мы
были на даче; папа трудолюбиво копал грядки в конце огорода. И я к нему с кружечкой, полной
лимонада, побежала. Чтобы пузырьки не исчезли; что за лимонадик без пузырьков?
Маленькому человечку трудно бежать по бороздам, обходить комья земли, переступать
через досочки и кучки сорняков; да еще на вытянутой руке нести кружку с лимонадом. Когда
я добралась до папы, лимонада осталось на донышке – все расплескалось… Только один гло-
точек остался. Папа взял кружку, выпил глоточек и сказал: «Замечательно! Я отлично утолил
жажду и восполнил дефицит глюкозы! Очень сладко и полезно!», – он же доктор был.
Глоточек всего-то остался на донышке, пока я бежала и пробиралась через препятствия.
Но остался! Это самое главное.
9
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Это про любовь. Мы бежим через жизнь, огибая препятствия и перепрыгивая через
ямки. Запинаемся, спотыкаемся, иногда падаем и снова встаем. Этот бег с препятствиями
занимает все наше внимание, все наше время, он требует усилий. И надо постоянно бежать, так
жизнь устроена. Только мы иногда забываем про кружечку, наполненную любовью. Главное,
ее донести, вот в чем смысл, понимаете?
Но бывает, добежишь до близкого человека или он до тебя, а в кружке-то давно пусто.
Или она потеряна и забыта где-то. И зачем было бежать? Сердце высохло и окаменело. Нет ни
любви, ни дружбы. И уже надо что-то копать. Отнюдь не грядку. Ямку…
Осторожнее надо с любовью. Это самое главное и есть. Этот глоток, капля в кружке,
которую надо донести до конца. Донести и отдать тому, кого любишь и ради кого бежал…
 
Ужасную ошибку
 
совершила одна женщина под Рождество. Сначала она все правильно делала, так она
думала. Надела сапоги, похожие на солдатские. Шубу и шапищу. Села за руль своего джипа и
поехала к одной дуре. Корыстной гадине. Разбираться.
Женщину звали Тамара Леонардовна, предположим. У нее был единственный сын, она
его поздно родила, для себя. И так вдвоем с сыном прожила тридцать лет. Сына она безумно
любила. Ради него и жила, и работала изо всех сил. И разбогатела ради него. А сын познако-
мился с девушкой Леной из общежития. Да еще с ребенком!
Тамара Леонардовна знала людей. Она знала, что эта девка, как она Лену называла, хочет
отнять у нее сына и поживиться имуществом. Вот и поехала она разбираться с девкой, узнала,
где та живет. И решила эту Лену запугать или подкупить; как получится уж. Но оторвать змею
от своего сына, который перестал слушать маму и толковал о женитьбе.
Тамара Леонардовна была лицом похожа на бульдога. Тяжелое лицо со складками и бры-
лями. А глаза у нее горели от злости, как у собаки Баскервилей. Она была большая женщина,
как памятник Родине. Думаю, на Кабаниху она походила более всего; из пьесы Островского.
По пути Тамара Леонардовна купила несколько яблок и груш. И погремушку для
ребенка. Все же праздник. Надо же как-то начать разговор, верно? Не звери же мы лютые, не
ягуары!
Так что все правильно она делала. Позвонила в дверь, вошла, как циклоп, сняла сапоги и
шубу. Поздравила с наступающим эту девку, только хотела начать спич, и тут увидела в манеже
ребенка.
Беленький такой мальчик. Петруша его звали, как робко сказала Лена. Она стояла и тряс-
лась от страха. Потому что Тамара Леонардовна могла напугать, уж поверьте!
Тамара Леонардовна подошла к манежу и протянула малышу погремушку. На! И тут
малыш вдруг залился таким радостным смехом, что Тамара даже вздрогнула. Малыш схватил
погремушку ручкой и стал так потешно переступать ножками в носочках, держась одной рукой
за борт манежа, – вроде танца такого. При этом он махал погремушкой и не сводил синих глаз
с Тамары. И еще радостно взвизгивал, от восторга. Почему-то Тамара Леонардовна внушила
малышу необычайный восторг!
Он стал тянуть ручки к женщине, визжа и хохоча. Глаза как щелочки стали, рот с двумя
зубами растянулся до ушек…
Вот тут Тамара ошибку-то и совершила. Взяла малыша на руки; инстинктивно. А Пет-
руша обнял ее крепко-крепко, изо всех сил. А потом стал рукой трогать лицо, погремушкой
слегка постукивать по лбу ей и ворковать…
Ну, и она стала ворковать. Стала умильным голоском говорить всякие глупые и бессмыс-
ленные слова: «Кто это такой малипусечка? Кто этот маленький попсинька? Кто у нас такой
сладкий сахарочек?», – как дура сделалась. И сердце ее сжалось так сладко-сладко, так горячо
10
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

стало в груди… А Петруша не сводил с нее влюбленных глаз и прямо цеплялся изо всех сил!
Ни за что не хотел к маме. И пахло от Петруши счастьем. Любовью. Ангелами, – если они
пахнут, то именно как маленькие детки…
Да Тамара Леонардовна и сама не хотела малыша отдавать. Она бы сейчас все на свете
отдала бы за Петрушу. С ней случилась любовь. Бах! – и все. И по складкам лица текли теплые
слезы…
Ну, дальше и так все понятно. Тамара Леонардовна приказала сыну жениться! Хотя он
приказов не слушал. Но женился; он же любил Лену и Петрушу. Шантажом и посулами Тамара
Леонардовна заманила молодых жить в свой огромный дом. Но она к ним не особо лезла, так
что они хорошо живут, мирно. Все внимание Тамары поглощено Петрушей. Они прямо не
могут друг без друга; у них любовь. Они очень-очень любят друг друга.
Так одна женщина совершила ужасную ошибку. Или чуть не совершила? Как знать? И
нашла свой рождественский подарок неожиданно. Рождество – особый день. И подарки тоже
особенные…
 
Семья, где нападают на своих, обречена
 
Как Месопотамия, которая была могучим государством. Вернее, она состояла из горо-
дов-государств, которые постоянно нападали друг на друга. А что, очень удобно: далеко ходить
не надо. Доехал до соседнего города и напал. Все сжег, разграбил, а потом написал клинописью
хвастливо; дескать, мы набросились в ночи, как львы! И окрасили кровью все вокруг. Желез-
ными топорами вырубили сады, здания по кирпичику разрушили, посевы сожгли, всех поуби-
вали, а чистые воды канала так загадили, что он превратился в болото! Это почти дословно
похвальба одного царя, Сарданапала или еще кого. Там много царей было, любителей вырубать
сады и загаживать каналы.
Так что ничего удивительного, правда? На своих нападать очень удобно. Все рядом.
Далеко ходить не надо. Вот и не ходили. Разрушали и грабили прямо в Месопотамии. Можно
сказать, в своей семье, у своих же.
Манера нападать на своих плохо кончается. И семья, где своих не щадят, со временем
ослабеет и вымрет, так обычно бывает. Единственный выход – уйти и создать свою семью.
Нормальную. Построить свой дом и посадить свой сад подальше от милых родственников:
Ашшурбанипала или Тиглатпаласара. Или как там они себя гордо называют…
 
Когда-то мы прокатились на теплоходе по реке;
 
два дня длилась эта прогулка. Маленький теплоходик, скромные каюты. Плывешь себе
по реке; тихая гладь воды, на берегах сосны и ели… И одна женщина средних лет все стояла у
поручней и смотрела на воду. Обычная женщина в белой панаме и в ситцевом платье летнем.
На верхней палубе играла музыка – старые песни. И многие танцевали. В возрасте люди были;
заводчане в основном по путевке от профсоюза.
Женщина была очень грустная. Она оказалась за нашим столиком, когда пригласили на
ужин всех. Ее звали Антонина Ивановна, можно просто – Антонина. Мы разговорились. И она
рассказала очень грустную историю.
Три года назад у нее умер муж. Они хорошо жили; дома не сидели. Ходили в походы,
ездили в санаторий и вот – катались на теплоходе. Она осталась совсем одна. Ей очень одиноко!
А познакомиться она ни с кем не может. На нее даже не смотрят, словно ее нет. Вот она пере-
стала краситься, одеваться, носить каблуки… И каждый отпуск или длинные выходные про-
водит как раньше с мужем. Ездит в тот же санаторий и селится в том же двухместном номере,
в котором они жили с мужем. Ее уже знают; и бронируют этот номер за ней. И на теплоходе
11
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

она катается так же; одну путевку ей дают почти даром, а вторую она покупает, лишнюю. И
плывет в двухместной каюте, как когда-то с мужем. И стоит на том месте у поручней, где они
вместе стояли. Ей даже кажется, что муж стоит рядом! Или лежит ночью в соседней постели…
И не так одиноко. Хотя грустно, да. Немного грустно…
Ах, неудивительно, что ее не видели и не замечали те, с кем она мечтала познакомиться!
Просто поговорить, пошутить, рассказать интересное, потанцевать на верхней палубе, надев
туфли на каблуках! Ей так этого хотелось в душе… Но другие люди словно видели рядом с
ней такого же печального и бледного человека, как и она сама. Неясный, призрачный силуэт
мужчины средних лет с поникшей головой. Они что-то видели и чувствовали; и проходили
мимо. Может быть, это была ее печаль? Ее тоска по умершему?
…Она поняла. Она стала думать о том, какую печальную историю она транслирует миру.
И почему сил нет, радости нет, любви и дружбы нет – она поняла! Место занято призраком
прошлого. И живые люди грустно и уважительно расступались, освобождая путь этой странной
паре. Никто не хотел мешать.
Все кончилось хорошо. Она приоделась, подмазала губы немного и робко поднялась на
верхнюю палубу, где играла музыка. Что-то такое старое, наивное: «новая встреча – лучшее
средство от одиночества»… Впрочем, я точно не помню песню. Но мотив был жизнеутвержда-
ющий. Как и слова. Слова, которые я ей сказала. И себе говорю иногда, когда слишком грущу
по тем, с кем каталась на теплоходе…
 
Мне поразительную историю рассказал
 
один человек. Необычный человек с необычными способностями. Он был с группой уче-
ных в одном странном месте, очень далеко. Там раскопали большой лабиринт; раскопки шли.
И ученые ломали голову над тем, зачем этот лабиринт был нужен. В каких целях его исполь-
зовали?
Этот человек сказал, что надо копать вот здесь. И указал место. Мол, там массовое захо-
ронение. Действительно, захоронение нашли! Но что все это значит? Почему людей убивали
и закапывали прямо в лабиринте? Или они сами погибали там?
И этот человек сказал, что все очень просто. Лабиринт – это такой тест на глупость. Здесь
проходила инициация. Молодых членов племени запускали в лабиринт. Кто находил выход –
тот становился полноправным членом племени. Кто не мог найти, – ну, такой человек был бы
обузой для всех. Зачем нужен тот, кто не может найти выход из довольно простого лабиринта?
Глупые опасны. Они не нужны!
Ученые поразились простоте жестокого теста. Безжалостного. А этот человек показал
еще нечто, что ученые не заметили или не поняли. На стене, на видном месте, был вырублен
план лабиринта. Вроде плана пожарного выхода…
Глупые не те, кто не мог найти выход из простого лабиринта. Глупые – те, которые не
видели подсказку. И просто метались в панике или безвольно сидели, отчаявшись, не прилагая
усилий для самоспасения.
Меня поразила эта история о лабиринте. Ему тысячи лет. И жестокому тесту на глупость
и безволие тысячи лет. Но жизнь жестока иногда. Надо искать выход и получать подсказки,
если хочешь выжить и жить…
 
Одна девушка взяла лапшу;
 
растворимую, в коробочке. И луковицу, как Буратино. А потом пошла к кассе платить.
Она вся опухла от болезни, одета была в старый пуховик. Это летом-то! Просто ее знобило. А
на ногах шлепанцы; ноги тоже опухли. Это случилось от переживаний – ее бросил гражданский
12
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

муж. И она еще кредит для него взяла, на машину. Он на этой машине и уехал; а она потеряла
работу. А потом заболела и очень стала некрасивая. Волосы повылезли, опухла, ослабела; денег
не было. Прошло полгода.
Ну, а в магазине она видит – ее бывший гражданский муж катит перед собой тележку,
битком набитую снедью вкусной. Ананас сверху лежит. И бутылки с дорогим алкоголем позвя-
кивают. Идет ухоженный, в модной одежде, смотрит на женщин оценивающе… И спрятаться
некуда. Выход через кассу!
Ей так стыдно стало. Это унизительно так; женщины поймут. Да и мужчины тоже… И
эта девушка взяла и незаметно пристроилась к полному мужчине с полной тележкой; он потел,
вытирал лысину платком и особо не смотрел ни на кого. Эта Света опухшей рукой незаметно
схватилась за ручку тележки этого мужчины. Вроде как они вместе. И непринужденно стала
за тележкой двигаться, стараясь к толстячку держаться поближе. А бывший тоже все ближе!
Катит свою телегу с яствами прямо в Светину сторону.
И Света стала с полным мужчиной разговаривать. Дескать, ах, какие вы выбрали яблоки!
Вот это просто огромное! А огурцы какие вы отборные взяли. Вы умеете выбирать продукты!
Так она говорила и трогала продукты. И пряталась за толстячка.
А толстячок так обрадовался, что его хвалят, что охотно вступил в беседу. И не обратил
внимания на то, что Света ему поправила воротничок рубашки так по-свойски. Они стали
разговаривать и беседовать приятно; так и прошли через кассу. Полненький мужчина даже
заплатил за луковицу. Лапшу Света незаметно оставила на полке у кассы, – стыдно как-то было
за лапшу. А лук полезный. Им лечат болезни! Это не стыдно…
В общем, бывший не посмел подойти. Света же не одна; вдруг это опасный толстячок?
И насмешки не было; не было унижения. Спасибо судьбе и находчивости!
Так Света познакомилась с будущим мужем. Который с первого взгляда узнал свою суже-
ную; опухшую, в пуховике и в сланцах, с луковицей, как Буратино…
Потому что своих узнаешь в любом виде и в любом обличье. Где угодно и когда угодно.
А выглядит Света сейчас очень хорошо. Любовь лечит. Почти как лук…
 
Можно дружить и любить
 
«в одно лицо». Единолично. И даже не догадываться об этом. А потом так и остаться
в одиночестве, искренне не понимая, почему богатые дары были отвергнуты так холодно и
жестоко? Ведь все было так хорошо!
Это одна психолог рассказала историю о дружбе двух женщин. Хотя на самом деле дру-
жила только одна женщина. В гостях одна дама стала с другой разговаривать, рассказывать о
себе и о своих проблемах. Вторая дама вежливо слушала, кивала, так что первая дама разохо-
тилась и все-все о себе выложила. О своем муже-изменнике, о непослушном сыне, о свекрови
ужасной, о проблемах на работе, о своем здоровье. И даже показала результаты анализов. Так
эти дамы подружились. Они просто созданы друг для друга, – так решила словоохотливая дама,
нашла вежливую знакомую в сети и добавилась в друзья. Отлично. Теперь дружба продолжи-
лась. Энергичная дама стала писать новой подруге, а та – ей отвечать. Но как-то коротко, хотя и
вежливо. И на звонки тоже коротко отвечала, но вежливо выслушивала. Но дружба ведь разная
бывает. И словоохотливой даме так даже было удобнее. Ей никакого дела не было, что проис-
ходит в жизни у ее новой подруги. И часто, страдая от бессонницы и личных переживаний,
она посылала открытки и картинки часа в четыре утра своей подруге. Проявляла таким обра-
зом внимание. А вернее, привлекала внимание. Увидит, что подруга прочитала сообщение, –
и пишет: «Ты не спишь? Я тоже не сплю. У меня муж опять напился и такого наговорил»…
Кончилось все плохо. Молчаливая дама молча заблокировала разговорчивую. А общая
знакомая тоже перестала с говорливой дамой общаться. Только сообщила, что у вежливой
13
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

дамы умирал отец все это время. Она поэтому не спала, переписывалась с врачами и с род-
ственниками. Ну, и попутно отвечала на душевные излияния малознакомой женщины. Веж-
ливая она. И не любит о себе рассказывать.
Психолог считает, что обе дамы виноваты. Надо было границы очертить жестче. А я пола-
гаю, что нет смысла очерчивать границы в таком случае, когда на нас просто плевать. Когда
мы – просто сливное ведро для чужих эмоций… Хоть заочерчивайся, как Хома Брут в повести
«Вий»; он тоже границы пытался очертить. Не вышло.
Тем более похождения словоохотливой дамы не закончились. Сейчас ей понравился один
мужчина. Он имел глупость придержать дверь в подъезде и поздороваться с ней. Сосед. Она
нашла его в сети, у них сейчас любовь. В смысле дама шлет ему открытки, изливает душу,
посылает музыку, а в ответ получает короткие вежливые ответы: «спасибо», «и вам всего хоро-
шего!». То есть, роман в разгаре. И это немного утешает даму после неудавшейся дружбы.
Думаю, ненадолго.
Неужели надо взрослому человеку объяснять, как неприятны прилипчивость и навязчи-
вость? Разъяснять, что у других дяденек и тетенек свои проблемы и своя жизнь? И музыка,
которая нам нравится, может им не нравиться совершенно? И писать в четыре утра только
потому, что человек в сети, не надо. Все хорошее отношение улетучится моментально, после
третьей открытки или исповеди, о которой никто не просил…
Человеку только кажется, что он что-то дает другому. Дарит свою душу. На самом деле он
дает свои анализы, и только. Даже доктору анализы надо давать на работе все же, а не на день
рождения дарить. Но вот уверен человек, что он много отдал. Задарил! А в ответ – жестокость
и холодность.
Ну, что дал, то и получил.
 
Отчуждение – это сложное философское понятие
 
Но есть еще простое отчуждение. Бытовое. Один мужчина отдал своего спаниеля,
который его очень-очень любил, своему приятелю. Ну, обстоятельства такие были. Ребенок
родился, жена нервничала из-за собаки, собака лаяла, и шерсть… Все понятно. Он и отдал
своему приятелю, который жил в поселке. Свежий воздух все же; собаке даже лучше будет.
А потом мужчина через два года навестил приятеля. Все некогда было! И хотел своего Джека
погладить; может, обратно забрать. Купил всяких вкусностей в зоомагазине, мячик купил, –
Джек любил играть в мячик! А спаниель так подошел спокойно. Вяло махнул хвостом. Гавк-
нул. Повернулся и ушел на свое место. И не стал играть в мячик. Что он, дурак, что ли, играть
в мячик с посторонним человеком? С чужим? Так и остался Джек у нового хозяина. И они
счастливо живут.
Или вот один отец приехал проведать сынишку Егорку. Этот Егорка так страшно рыдал
и хватал папу за ноги, когда папа уходил из семьи… Еле успокоили. Так долго он плакал и папу
ждал. Папа приехал спустя три года. Так обстоятельства сложились. Ребенок у него в новой
семье родился, работы много было. Вот этот папа накупил вкусностей, мяч футбольный купил
и приехал к Егорке. А Егорка подошел вяло; поздоровался чинно. «Здравствуйте!» – и стал на
«вы» родного отца называть. Очень воспитанный семилетний мальчик. А потом ушел в свою
комнату рисовать, на мячик даже не посмотрел. Он же не дурак, так ведь?
Прекрасно они все помнили, и спаниель Джек, и мальчик Егорка, и все-все, кого оставили
когда-то из-за обстоятельств. Отлично помнили. Поэтому и не стали играть в мяч, прыгать и
лаять. Или визжать от радости.
Вот это и есть – отчуждение. Простое такое, бытовое. Отчуждение от тех, кто оставил.
Ничего в этом сложного нет…
И поправить нельзя.
14
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Это история про жалобы подруги
 
Ее рассказал психолог, который и сам был этой историей удивлен и потрясен. К нему
обратилась молодая женщина и вот что рассказала.
Она с детства привыкла жаловаться. Стратегия такая у нее была. Чуть что-то случилось,
она сразу громко жаловалась другим и горестно рассказывала о своей проблеме. Мама у нее
так же поступала. А бабушка вообще советовала всегда пожаловаться добрым людям, поныть,
поплакаться, – и станет легче. Сейчас, кстати, некоторые психологи тоже этот способ предла-
гают.
Ну вот, эта женщина жаловалась подругам. У них-то все было хорошо: все три подруги
были замужем, имели детей. У них была хорошая работа и мужья хорошо зарабатывали. А
у  этой молодой женщины ничего такого не было. Ни мужа, ни детей, ни работы, ни денег,
ни привлекательной внешности… И подруги, еще со школы они общались, приглашали эту
женщину, чтобы как-то ее поддержать и развеять ее печали. Встречи проходили так: Жертва
жаловалась и сидела с печальным лицом, перечисляла свои несчастья. А подруги ее утешали и
поддерживали. Наперебой прямо. Жертва качала головой и обесценивала поддержку. Дескать,
все равно все будет плохо. Вам-то легко говорить. А у меня все так плохо, так плохо… И снова
жаловалась, а ее снова утешали.
Психолог спросил, чем все кончилось-то? Жертва улыбнулась так игриво, сверкнув
белыми острыми зубами, и сказала, что сейчас все хорошо. Она вышла замуж, родила ребенка,
нашла отличную работу. Муж тоже зарабатывает неплохо. Только подруги перестали общаться.
У них, у всех троих, начались несчастья и проблемы. Здоровье разрушилось, браки распались,
начались материальные проблемы. И эти суеверные дамы во всем обвинили Жертву. Ну, не
прямо, конечно, но общаться перестали совсем. Не отвечают ни на звонки, ни на письма. Очень
одиноко теперь. Очень грустно. В одном прибавилось, в другом убавилось…
Психолог стал искать причины токсичного поведения Жертвы. Объяснил, что это семей-
ная тенденция такая. Программа и паттерн. Что можно избавиться от привычки жаловаться,
если потрудиться хорошенько. Если осознать и купировать… Можно и с подругами наладить
отношения!
Жертва ответила, что она за другим пришла. Как ей найти новых подруг, а? Ведь теперь
хочется второго ребенка родить и дальше карьеру делать. Как научиться находить новых хоро-
ших подруг, чтобы исполнить задуманное? Успешных, веселых, энергичных, счастливых… А
со старыми зачем налаживать отношения?
Старых она уже съела…
 
Знаменитый писатель так сказал:
 
«Если бы я ждал вдохновения, я бы ничего не создал». Совершенно верно. Может, напи-
сал бы десяток лирических эссе или стихотворений, – и все. Это тоже хорошо, конечно. Но
этого недостаточно для успеха.
Если ждать вдохновения, свободного времени, удобной ситуации, тишины, прилива сил,
отличного самочувствия, если рассчитывать на понимание других и поддержку, вы ничего так
и не сделаете толком. Ничего не добьетесь. Только будете жалеть себя и говорить: ах, у меня не
было вдохновения, а когда оно пришло, у меня не было времени, а когда время появилось, у
меня бумага и чернила закончились, и соседи сильно шумели, и вообще – что я мог бы сделать
без поддержки и материального ресурса? Ничего не мог бы. Это точно. Вот и не сделал. А
жизнь прошла.

15
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Есть тупое и простое понятие: «дневная норма». Рабочие часы и продукт труда. Каж-
дый день надо что-то делать, выдавать норму. В любых условиях, в любых обстоятельствах, в
любом состоянии. Если по каким-то причинам сегодня дневную норму не выполнил, завтра
надо выполнить две нормы. Или такое можно дать себе послабление: выполнить заранее две-
три нормы, а потом немного отдохнуть. Но на самом деле это гораздо тяжелее, чем каждый
день выполнять свою обычную норму.
В самых тяжелых условиях выполняйте дневную норму. Только так можно добиться
успеха. Не было рояля у музыканта в тюрьме – он рисовал клавиши на дощечке и трениро-
вался, а в уме сочинял музыку. Не давали писать профессору Лосеву в лагерях, – он в уме
сочинял книгу и запоминал ее наизусть. Историю древней философии. И настоящие спортс-
мены в любых условиях делают упражнения. Дневную норму.
Так создаются великие, настоящие вещи. Книги, бизнес, картины, фильмы, завоевания…
Так создается успех. Тупой работой, выполнением дневной нормы.
А вдохновение – оно придет в процессе. Или не придет. И условия создадутся в процессе.
Или не создадутся. Это не так уж важно. Важен результат. Все остальное – отговорки, если
речь идет о настоящем труде и настоящем успехе.
 
Историю из жизни
 
рассказала одна женщина. Очень простую историю рассказала простым языком. Она на
стройке работает. И в обед все женщины там садятся рядом и едят то, что с собой из дома
принесли. Суп из банки и хлеб. Все, значит, едят свой суп, а у одной женщины супа нет. Она
вся в микрокредитах запуталась. И нет у нее банки с супом…
Доброй женщине жалко стало голодную коллегу. Она немного похлебала своего борща
и отдала банку с борщом этой, у которой не было супа. Ну, сердце же не камень, понимаете?
Женщина борщ с хлебом съела, губы утерла и говорит громко: «Что ж ты в борщ так
мало мяса положила? Не наваристо! И овощи надо было мельче резать!»
Вот и вся история про доброе дело. Про банку с борщом и хлеб, который мы отдаем тому,
у кого нету. И про то, что потом могут сказать, утерев губы…
Это часто происходит. Слишком часто. И от этого тяжело на душе.
Хотя снова протягиваешь свой суп тому, у кого нету…
 
Сообщение всегда приходит вовремя
 
И читаем мы его вовремя. Кто мои тексты давно читает, это заметил. Сообщение прихо-
дит вовремя для нас, неважно, когда оно написано, вот в чем дело. Это всегда своевременное
послание.
У одного мужчины погибла дочь. Такая трагедия внезапная. Она жила в другом городе,
взрослая была. И попала в аварию… Как раз начались праздники, и на почту, и в мессенджеры
стал рекой литься спам. Поздравления, реклама, идиотские картинки от незнакомых людей,
добрые пожелания от знакомых, – ну, как обычно. И, конечно, отцу не до этих поздравлений
было. Другие хлопоты и заботы свалились на него…
Прошло сорок скорбных дней. Жизнь продолжается, ничего не поделаешь. Надо рабо-
тать, жить, деньги зарабатывать, ведь еще двое детей и старенькие родители… Отец очень
любил свою Жанну, он не находил себе места и все молил, чтобы она ему хотя бы приснилась.
Хоть как-то сказала бы, что она где-то есть, что все не так безнадежно… Но ничего не проис-
ходило. Он тяжело страдал.
Отец стал разбирать письма и удалять все ненужное. Надо работать. Там же много писем
было и важных, по работе, на которые следовало ответить. Он разбирал, удалял ненужное,
16
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

потратил целый день на эту трудную и тяжелую работу. Особенно поздравительные открытки
ранили. Это и объяснять не надо, не так ли?
Он все письма разобрал, – но остался значок, что есть одно непрочитанное сообщение.
Он искал, искал, – там неудобно все сделано было, надо искать это сообщение вручную. И
нашел. Это было письмо от его дочери, Жанны. Она обычно никогда не писала сообщений,
только звонила, так уж было у них заведено. А тут в день гибели написала письмо.
В сообщении было написано: «Я люблю тебя, папа. Со мной все в порядке, не волнуйся.
Мы непременно увидимся. Береги себя!» Вот такие простые слова. Будничные.
И отец заплакал светлыми слезами. Он понял. И никто не разубедит его, что это было
сообщение, адресованное лично ему. Своевременное сообщение. Оно пришло вовремя. В ту
самую минуту, когда он перестал надеяться и расхотел жить.
Так что письма доходят. Именно тогда, когда надо. Слова не исчезают бесследно. Как и
душа. И любовь.
 
Сколько длятся горе и печаль?
 
Когда успокоится сердце и утихнет боль потери? Ученые говорят, что за два-три месяца
боль притупится и пройдет. Если потеряли близкого, если пришлось пережить предательство,
если вас бросили или лишили имущества, через некоторое время боль пройдет. Но она не
проходит иногда всю жизнь, лишь ослабевает немного. Особенно, если человек вел себя стойко
и мужественно.
Боль пройдет, когда вы выплачете слезы, так считали раньше. Изготавливали такие спе-
циальные флакончики-слезницы для сбора слез; еще в Древнем Риме они были. Когда человек
плакал от печали и горя, надо было слезы собирать во флакончик. Когда флакончик напол-
нится слезами – надо эти слезы вылить на могилу умершего или принести в дар богам. И боги
пошлют утешение усталому сердцу. Кончится боль, придет облегчение.
В викторианской Англии слезницу носили на шее, как медальон. Потекут слезы – надо
их собрать и флакончик закрыть крышечкой. Через год надо крышечку снять и дать слезам
испариться. Вместе с ними испарится и горе. Только память останется в душе о любимом чело-
веке…
Мудрое это изобретение – слезницы. Человеку в печали надо поплакать. Выплакать горе.
Но при этом собирание слез не давало погрузиться в беспросветное отчаяние. Когда горлыш-
ком флакончика собираешь слезы, это немного отвлекает и успокаивает. И плач не переходит
в душераздирающие рыдания. Объем слезницы тоже намекал и указывал, сколько надо выпла-
кать слез, какова «норма»…
За год это занятие становилось привычным ритуалом. А ритуалы поддерживают и уте-
шают, укрепляют психологическую защиту. Человек проживал свое горе и свою печаль, соби-
рая слезы. И ему потом становилось легче. Он выплакал свое горе, собрал слезы, а потом они
испарились. Это завершился тяжелый период. Началась новая жизнь.
А на память оставался изящный маленький флакон. Его хранили как драгоценное укра-
шение. Горе превращалось в воспоминание. Может быть, потому и депрессий не было? Был
траур, были слезы печали, а потом приходило облегчение.
Сейчас человеку не дают поплакать. Попечалиться. Хотят, чтобы он поскорее стал пози-
тивно мыслить и улыбаться; взял себя в руки и включился в общение, словно ничего не случи-
лось. И сам человек стал считать печаль чем-то ненормальным, какой-то болезнью, от которой
надо поскорее вылечиться и дальше весело шагать по просторам…
Иногда депрессия – это невыплаканное горе и невыдержанный траур. Приказ немедленно
утешиться, улыбнуться и забыть. Или притвориться, что все забыл.

17
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Но душа ничего не забывает. Вот для чего нужны были эти флакончики-слезницы – в
них выплакивали горе. Иногда горе надо просто выплакать…
 
Художник Куинджи писал удивительные картины
 
Они светятся. Он писал свет, удивительный свет на всех его полотнах. Эти картины пора-
жали людей неизреченным светом. Они прекрасны.
Художника люди отблагодарили так: одни сказали, что позади картин устроен хитроум-
ный осветительный механизм. Электрические лампочки приделаны, вот они и светятся, обма-
нывая публику. Ловкач и хитрец этот Куинджи! Мошенник!
Другие сказали: это химия. Всем известно, что Куинджи дружен с Менделеевым. А Мен-
делеев кто? Правильно, химик. Вот Менделеев и дал Куинджи химические светящиеся краски.
Каждый дурак мог бы нарисовать химическими красками светящуюся картину. Грош цена
таким картинам!
Были добрые люди, которые просто сказали: Куинджи продал душу дьяволу. Это совер-
шенно ясно. Вот откуда эта способность писать инфернальный свет на холсте. Добрые люди
так не могут. А Куинджи – может. Значит, он недобрый. Злой. Еретик, как минимум.
Профессор Академии художеств Клодт сказал, что картины – дрянь. Натыкал березок,
воду нарисовал и все раскрасил. И все картины одинаковые, вы заметили, господа? Как под
копирку!
Куинджи перестал выставлять свои картины. Переживал очень. Стал учить студентов
живописи.
Но на него все равно донос написали. За свет. Донос простой: Куинджи присвоил чужую
фамилию, обманом стал художником, он политически неблагонадежен и он маньяк!
А нечего свет писать. Лишнее это. Если ты видишь то, что другие не видят, да еще смеешь
это писать, про тебя тоже много чего напишут.
И Куинджи умер от сердца. Страшно страдал и переживал из-за всего этого. Он забыл,
что свет порождает тень. Чем ярче свет, тем чернее тень. Тень зависти, ненависти, скудоумия…
Но картины остались. Только немного поблекли; свет стал не таким ярким. Немного
повредила картинам тьма зависти и невежества.
Но свет все равно остался. Его еще можно увидеть…
 
Мы зашли в кафе, выпить чаю
 
Потому что устали очень. Это хорошее кафе, там всегда тихо и тепло. И чай подают в
чайничке синеньком, с узорами, к чайничку пиалы такие же. Недорого. И быстро подают. Мы
и зашли на минутку чаю выпить. Никого нет, только за спиной сидят люди; невольно слышишь
их разговор.
Там сидели старичок и старушка. Не просто пожилые люди, а очень старенькие. И к сто-
лику была прислонена палочка с петелькой для руки, видимо. В тихом кафе отлично слышно
каждое слово…
Старичок и старушка только что познакомились, прямо у кафе. Старушка упала, а стари-
чок помог ей подняться. Она его за это благодарила. Он ее поднял и в кафе завел. Как джентль-
мен. Спросил чаю и что-нибудь к чаю. И он все спрашивал старушку, не ушиблась ли она? Как
нога? Что с ногой?
А потом им принесли чай и они стали беседовать о процедурах. С упоением таким, вооду-
шевленно. Старушка рассказывала про свои процедуры. А старичок делился рецептами здоро-
вого образа жизни. И рассказывал, что чай надо заваривать водой из родника. Он лично воду
носит из родника, возит на саночках.
18
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Они так хорошо говорили, с таким удовольствием, эти старенькие люди. И старичок зака-
зал роскошное угощение: по три манта и еще большую лепешку. И им сладкий пирог с кремом
принесли от шеф-повара, – я же говорю, это хорошее кафе. На красивых синеньких тарелочках
по большому куску сладкого пирога с белым кремом, вот.
Они пили чай и беседовали прямо взахлеб. Договаривались пойти на родник, набрать
воды. Обменивались рецептами оздоровления. И ели с таким аппетитом, что даже радостно на
душе стало. Они познакомились. И это было как свидание.
Это и было свидание. Официант включил тихую музыку, чтобы все стало как в кино. Он
мне сам это по секрету сказал. И по секрету показал прозрачные пластиковые коробочки, где
еще лежали куски сладкого пирога – это комплимент старичкам от шеф-повара. Это с собой.
Мы ушли, а старички пили чай и ели свой пирог. Немножко перемазались кремом, как
дети. И болтали, как дети.
Так что жизнь не так уж плоха, правда? Такой уж выдался сегодня день. Мне тоже дали
с собой сладкий пирог, – это потому, что у шеф-повара на душе стало сладко, я так думаю.
Сладко и немного печально…
 
Одна девочка
 
на перемене бегала за пирожками в булочную. А с ней всегда бегал мальчик; он ей нра-
вился очень. Они еще маленькие были, в пятом классе. Девочке мама давала деньги на два
пирожка. Все жили бедно тогда, плоховато. И за школьные обеды не все могли платить…
Девочка покупала два пирожка, один отдавала мальчику. Поровну. И они бежали обратно
в школу, смеялись, болтали и пирожки ели.
А потом деньги мама стала давать на один пирожок. Девочке было как-то неудобно и
стыдно. Такой был у нее характер. И они бежали в булочную, девочка покупала пирожок и
отдавала мальчику. А потом они бежали обратно в школу, болтая и смеясь. Мальчик ел пиро-
жок на ходу.
А потом денег не стало. Маме перестали платить зарплату – девяностые годы были. Ну, и
мальчик перестал к девочке подходить. Чего подходить-то? Зачем? Пирожки ведь кончились.
Девочка плакала. Она не знала, как это называется; когда к тебе больше не подходят, если
кончились пирожки. А мальчик стал ее дразнить вместе с другими. И некому было объяснить
девочке, что так часто бывает.
Все было понятно и предсказуемо. Пирожок можно напополам поделить. А можно и без
пирожков дружить, правда?
Но все еще обидно, когда понимаешь, что дело было в пирожках. И в  нашем глупом
характере, который заставляет отдавать свое, потому что неловко, неудобно, жалко… Отдавать
можно. Верить нельзя. И надеяться на что-то тоже нельзя. Так сказал философ Аристотель,
покинутый друзьями в трудную минуту; у него тоже кончились пирожки…
 
Один богатый человек разочаровался в людях
 
Все у него непрерывно что-то брали и просили. Он был богатый. Вот и просили. Логика
понятна. У богатого надо просить и даже требовать. Пользовались им беззастенчиво, он доб-
рый человек, как ни странно. Почему-то считается, что богатые добрыми не бывают.
В общем, его довели однажды. Он решил стать злым. С утра у него требовали пожертво-
вание, потом еще пожертвование, потом школьный друг просил денег на новую машину, как
бы в долг, а потом дама, за которой этот богач ухаживал, стала требовать тоже новую машину.
Не в долг, а просто. Долги, впрочем, этому человеку никто не отдавал. Зачем? Он же богатый.

19
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

В общем, он решил заняться своим здоровьем. Он на нервной почве очень располнел.


Вот он решил бегать начать и сесть на диету. И вообще – побольше двигаться.
Он надел спортивный костюм и решил пробежать вокруг коттеджного поселка. Шапочку
напялил такую, их раньше «менингитками» называли. Нашел старые кроссовки. И побежал.
Побежал – громко сказано. Нелепо так бежал, задыхаясь, потом перешел на шаг. А еще
и перепачкался сильно, грязно было, оттепель. Он круг не пробежал, но устал и решил зайти в
магазин за диетическими продуктами. Забрел в небольшой супермаркет, – там деревня рядом
была. Сейчас в деревнях есть супермаркеты, да. Взял пакет кефира и диетический черный хлеб.
И пошел к кассе.
Товар выложил, а денег-то нет! Он карточку забыл взять, он много лет не был в магазине.
Прислуга все покупала. Вот он стоит весь грязный, в забрызганном костюме спортивном, в
шапочке уродливой. Дышит еле-еле, с хрипом. А люди из очереди его ругают. Зачем он всех
задерживает? И кассир сердится. Она уже пробила чек.
Такие вот злые люди вокруг. И вдруг девушка из очереди ему сказала: «Давайте, я
заплачу! Не переживайте, я тоже забывала кошелек. Я заплачу, да и все. Мне как раз зарплату
дали!»
И заплатила. Олигарх взял свой кефир и черный хлеб. Взял у девушки телефон, чтобы
деньги вернуть. И вернул.
А сейчас они вместе с этой девушкой уехали на море. И он мне сам говорил, что впервые
в жизни за него кто-то заплатил. Просто так. Без всякой задней мысли, по доброте душевной.
И впервые он такую девушку встретил!
За поездку она тоже порывалась деньги отдать. И тур искала подешевле. И свадебное
платье – чтобы не очень дорого. Зачем деньги тратить бездумно?
Вот так ему повезло в тот самый день, когда он разочаровался в людях. Люди все разные.
Богатые и бедные. Добрые и злые. Щедрые и не очень… Все разные. И во всех сразу не надо
разочаровываться…
 
Есть люди, которые очень милы
 
Они такие простодушные и немного неловкие. Им немало лет, но они прямо как дети.
Это они сами о себе говорят, простодушно хлопая глазами и горячо извиняясь. Ой! Я опять
все сделал не так!
Они делают именно то, что делать не надо ни в коем случае. Именно то, что вы их попро-
сили не делать. Пожалуйста, не верти так в руках мой новый айфон! Мне его только что пода-
рили! Пожалуйста, я дам тебе свою машину, но ты езди осторожно! Пожалуйста, не говори
Василию Николаевичу, что я собираюсь в Москву ехать. Пожалуйста, не рассказывай никому
мой секрет.
Вот о чем вы предупредили – это они и сделают. Тут же. Айфон разобьют, машину сло-
мают, про Москву расскажут и секрет выболтают тут же. Навредят вам как только могут.
А потом будут простодушно хлопать глазами. И горячо извиняться. Дескать, какое досад-
ное недоразумение произошло. Я совсем этого не хотел. Я просто позабыл о вашем предупре-
ждении. Чего это вы так разозлились? Я же не хотел ничего дурного! Просто уронил, разбил,
сломал, разболтал, предал, подставил, – но я не нарочно!
Видите ли, все дело в последствиях. Нарочно или не нарочно – это не так уж важно, когда
последствия катастрофические.
Никаких дел с таким человеком иметь нельзя. Это вредоносный человек. И отнюдь не
простодушный.
Видела я, как тихонько улыбалась одна дама, разбив машину подруги. Горячо извинялась
и тихонько улыбалась. И даже не думала компенсировать нанесенный ущерб.
20
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

А ущерб от них очень велик, от этих простодушных улыбчивых людей…


 
Эту историю рассказал психоаналитик
 
из другой страны. К нему однажды пришла очень красивая дама со стильной стрижкой;
черные волосы у нее были и синие глаза. Идеальная фигура, ухоженное лицо, маникюр… Она
выглядела великолепно! И одета была превосходно, модно. Психоаналитик думал, что даме
лет сорок-сорок пять. Но Элен сказала, что ей шестьдесят два.
Успешная и красивая женщина в жемчугах. Она была пианистка. И хорошо зарабаты-
вала.
Элен пришла посоветоваться. Она встретила мужчину моложе себя на пятнадцать лет. Он
тоже музыкант; но не такой известный и обеспеченный. И вот у них возникло чувство. Любовь.
Их многое объединяло; душевное родство и притяжение… Но Элен волновал ее возраст. Она
тревожилась и беспокоилась из-за разницы в возрасте и вообще из-за того, что ей столько лет
уже… Можно ли любить и на что-то надеяться?
Они долго говорили – час. Психоаналитик почувствовал, что Элен не раскрылась полно-
стью. Он назначил новую встречу, но она не пришла. Оплатила пропущенный визит и попро-
сила извинить. А он даже расстроился, до того ему понравилась эта красивая и умная дама.
Ну вот, через полгода Элен все же пришла. Психоаналитик увидел у дверей кабинета
старушку в блеклом костюмчике и в башмачках старушечьих. Волосы старушки были седыми,
глаза блеклыми, а лицо покрывали морщины. И сидела она, сгорбившись, опустив голову…
В кабинете старушка заговорила тихим голосом, старческим. Да, это была Элен! Доктор
был потрясен! Он подумал, что любовь оказалась несчастной. Музыкант разбил сердце краси-
вой дамы, бросил ее, растоптал ее чувства; наверное, так. Поэтому Элен превратилась в ста-
руху, как в страшной сказке?..
Нет. Элен сама отказалась от любви. Она поступила глупо, несмотря на все свое образо-
вание. Несмотря на свой ум. Она стала советоваться по поводу своего романа с друзьями и
родней. Ну и они быстренько ей все разъяснили. Что музыкант – альфонс и охотник за наслед-
ством. Что в 62 года надо о душе подумать, а не о романах. Что Элен уже бабушка давно. С
ума, что ли, бабушка сошла? Может, это деменция началась! Посмотри на цифры в паспорте
и на свое отражение, ты же старая! Ну кто тебя полюбит, сама подумай! Это он притворяется.
Увидел твои жемчуга, твою машину и неподобающий почтенному возрасту вид, – и хочет жить
за твой счет. Ты же старушка, одумайся!
Ей так говорили абсолютно все. Каждый день. Она давно уже не советовалась, давно
порвала все отношения со своим музыкантом, а они все звонили и писали, приходили в гости
или приглашали к себе. И вот все это говорили и говорили…
И  Элен действительно стала старушкой. И убила свою любовь, сама разбила свое
сердце…
Психоаналитик грустно качал головой, пока слушал тихий рассказ старой дамы. И жем-
чуга ее поблекли; умерли. Вернее, были убиты добрыми советами добрых людей.
Не надо слушать тех, кто под видом правды говорит вам смертельные вещи и отравляет
вам душу. Элен смогла вернуться к себе. И вернуть свою любовь. И жемчуг ее ожил. Но так не
всегда бывает, вот что я вам скажу. Не всегда. Воскресить невозможно. А убить – очень легко…
 
Из приятного расскажу маленькую историю
 
Добрый молодой человек вчера шел по улице и переживал, что денег нет. Он на самом
деле добрый, он раздал свои деньги тем, кто очень просил. Сам на себя ругался, но раздал.
Земляку из башкирской деревни, родственнику, и еще дал одному больному мальчику на кон-
21
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

феты. Жалко стало потому что. И денег не осталось совсем. Как-то он не рассчитал. И на миг
в его сердце появилось сомнение: а может, зря он раздал все? Может, плохо быть добрым?
И в тот же миг он увидел в закоулке двора богатую машину, застрявшую в снегу. И бога-
тую женщину, которая ругалась и не могла выехать. А вокруг никого нет!
Он подбежал и стал выталкивать машину. Забыл, что плохо быть добрым. И вытолкал!
Богатая женщина обрадовалась очень и дала ему пять тысяч рублей! Он не хотел брать. Изо
всех сил отказывался. Но богатая женщина сказала, что он ее спаситель. И велела немедленно
взять эти деньги в подарок. В подарок от души.
Не было денег, а стало пять тысяч. И еще его поцеловали и обняли крепко. И назвали
спасителем.
Так что добро не пропадет! Это мне рассказал лично Альфир. Я слово в слово переска-
зала. А из пяти тысяч он уже тысячу пожертвовал на доброе дело. Все равно много осталось!
У добрых все равно остается много. Почему-то так получается…
 
Трудное детство
 
было у Давида Ливингстона. Он в десять лет начал работать на фабрике – в XIX веке это
было нормальное занятие для бедных детей. Ну, еще можно было в работный дом податься,
это вроде тюрьмы. Или сразу в тюрьму, если начнешь попрошайничать. Вот Давид и пошел
работать, работая, он умудрился выучить математику, латынь и греческий. Это позволило
ему поступить в университет. Чтобы оплачивать учебу, он продолжал работать на фабрике. А
потом получил степень доктора медицины. Но не стал принимать пациентов в уютном каби-
нете, – он стал миссионером. И поплыл в Африку. Там он проповедовал, лечил, учил, – и путе-
шествовал. Пережил много стычек с бурами и португальцами, заступался за африканцев. Те
тоже любили доктора. А Ливингстон шел по Африке все дальше и дальше. Это он назвал зна-
менитый водопад в честь королевы Виктории. И пересек пустыню Калахари. Можно долго рас-
сказывать о его путешествиях и лишениях, которые пришлось перенести. Мне запомнилось,
как на Ливингстона напал лев. Схватил его, как кошка хватает мышь. А отважный миссионер
молился Богу и думал: «Все же лев – это не такая уж плохая смерть. Все же он царь зверей. Так
что ничего страшного!»… От льва Ливингстону удалось спастись, но его рука осталась иска-
леченной. Он выучился стрелять с другой руки, – стрелять часто приходилось. И продолжил
свое путешествие…
Чем он только не болел! Малярией, дизентерией, тропической лихорадкой, – но однажды
заболел очень сильно. Да еще и заблудился. Потерялся. Пропала экспедиция Давида Ливинг-
стона! Все газеты Англии и других стран писали об этом. Но что поделаешь? Ахали, охали,
качали головами, но предпринять ничего не могли.
А в это время другой человек, у которого было тяжелое детство, снарядил экспедицию
и отправился на поиски доктора Ливингстона. Его звали Генри Мортон Стенли. Детство его
тоже было не сахар – мать сдала его в приют тюремного типа. Где Генри находился до 15
лет. А потом он получил образование и стал газетным репортером. Хотя мог бы стать вором
или побирушкой. Вот он и отправился на поиски Ливингстона. Прошел шесть тысяч верст по
Африке, участвовал в многочисленных стычках с местными племенами и бурами, переносил
тяготы и лишения вместе со своим маленьким отрядом… И, знаете, нашел палатку доктора
Ливингстона – это в Африке-то! Ливингстон уже погибал от болезней и голода. Но встал и
вышел, опираясь на палку, стараясь держаться прямо.
А репортер Стенли приподнял шляпу и сказал вежливо, – он же никогда не видел мис-
сионера Ливингстона: «Доктор Ливингстон, я полагаю?»
Доктор тоже приподнял шляпу, – как же без шляпы! И ответил, мол, вы не ошиблись,
сэр. Это я! Рад знакомству!
22
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

И Стенли спас доктора. Он ведь привез еду, медикаменты и всеобщую поддержку. Потом
они подружились. И много разговаривали темными африканскими вечерами. Очень сомнева-
юсь, что они жаловались друг другу на тяжелое детство. И что они вообще жаловались. Им
было о чем поговорить, этим двум героям…
У кого было трудное детство – у того будет трудная жизнь. Только вот в чем дело –
трудности мы сами себе выбираем. Можно и дальше работать на фабрике или сидеть в приюте.
А можно отправиться в Африку. Там тоже трудно. Но особо жаловаться некому и некогда.
И еще – того, кто верит, спасут. Неожиданно появятся у палатки, приподнимут шляпу
и скажут вежливо: «Доктор Ливингстон, я полагаю?»… Спасет другой человек, тоже много
чего переживший. И потому готовый пройти шесть тысяч верст по выжженной африканским
солнцем земле для того, чтобы найти и спасти…
 
Очень больно, когда понимаешь – тебя просто использовали
 
И все эти улыбки, комплименты, доброе отношение были всего лишь маской, способом
получить желаемое. От нас просто что-то было нужно: товары, деньги, бесплатные услуги, эмо-
циональное обслуживание, наши связи, возможности… Что угодно, только не мы сами. Это
горько осознавать потом, когда желаемое получено, а нас оставляют наедине с нашими про-
блемами. И больше не звонят, не пишут, никуда не зовут. Использованную вещь можно выки-
нуть. Или убрать в кладовку, как дрель, которая нужна в хозяйстве. Понадобится – достанем!
Молодой человек пригласил девушку на вечеринку. Не очень привлекательную девушку,
полную такую, в очках. Эта девушка о нем мечтала, он знал! Она оделась красиво, потратила
много времени на макияж и прическу, волновалась, ночь не спала. И все шло отлично. Пока
она не поняла, что молодой человек ее пригласил, чтобы с ее отцом познакомиться и получить
хорошую должность. И с вечеринки толстенькая девушка шла одна, и горько плакала. Хотя
ничего ведь не случилось. Ее просто хотели использовать. А это так горько понимать.
Как только понимаете, что вас начали использовать – надо уходить с вечеринки. И дистан-
цироваться в отношениях. Это уже не отношения, это вы прислуживаете другому человеку,
служите ему, – вроде как дрель. Ему просто надо дырок насверлить, вот он к вам и обратился.
Так молодого Есенина поэтесса Гиппиус заставляла самовар раздувать и петь нецензурные
частушки на потеху гостям. Хотя и за стол усаживали, и чаю из самовара наливали… Вроде все
нормально было. Хотя на самом деле Есенин служил угощением и бесплатным развлечением…
Или с Эдит Пиаф в ресторан пришла компания друзей. Они всегда с ней ходили в ресто-
раны, хвалили певицу, пели ей дифирамбы и уделяли внимание. Только платила за угощение
всегда певица; так уж повелось. На это внимания никто не обращал, дело ведь не в деньгах,
не в угощении, так ведь? Дело в дружбе! И однажды Эдит Пиаф заказала для всех в ресторане
картошку. Просто картошку. «Хочу, – говорит, – просто картошки. И друзьям моим принесите
то же самое!» Друзья были при деньгах, не нищие, не клошары. И отлично могли сами себе
заказать угощение. Но так они разгневались и опешили, когда им картошку принесли, что все
стало ясно. Они просто пользовались деньгами певицы. И платить за себя даже и не думали…
Понять, что нас используют, очень просто. Человеку постоянно от нас что-то надо. Он
может даже и не просить, мы сами даем. Оказываем услуги, дарим, самовар ставим и счета
оплачиваем. Может, и частушки поем. Попробуйте один раз отказать вежливо. Сказать: «Я
сейчас не могу это сделать. Нет возможности!» И посмотрите на поведение своего знакомого.
Если он нормально воспримет отказ, извинится и спросит, не надо ли и нам помочь, – все в
порядке. Если надуется, рассердится и потеряет к вам интерес, – все понятно. К сожалению,
все понятно. Мы – дрель. Или другая полезная вещь, которая лежит в темном углу до поры,
до времени.

23
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

А в  личной жизни мы беззащитны. Мы доверяем по умолчанию, вот в чем дело. Мы


любим, потому и готовы отдавать, соглашаться, жертвовать. Но если слишком долго и много
приходится жертвовать, тоже стоит задуматься – любят ли нас? Или тоже используют, как
полезную вещь. Которую выкинут, как только она станет бесполезной…
 
«Все дело в рекламе», —
 
так уверял один коуч. Или бизнес-тренер. В общем, энергично уверял и доказывал, что
путь к богатству лежит через рекламу и продвижение бренда. Если рекламировать бизнес пра-
вильно, вы получите огромные продажи. Торгуете сумочками, скажем, – вам придет контракт
на покупку пяти тысяч сумочек. А потом – пятидесяти тысяч сумочек! И вы запрыгаете от
радости! Деньги потекут в ваш карман!
Один мужчина слушал, а потом сказал, что он не запрыгает. Он массажист. И если он
увидит у своего кабинета очередь из пятидесяти тысяч человек, он испытает желание убежать.
А прыгать от радости желания не будет!
Тренер сказал, что можно нанять сто массажистов тогда! Им платить немножко, а осталь-
ное себе брать. И деньги потекут в ваш карман, вы запрыгаете от радости!
Мужчина ответил, что люди идут именно к нему. Он уникальный специалист. И люди
будут разочарованы, если он будет предлагать каких-то других массажистов. Других они и сами
могут найти. Вот и все.
Одним людям реклама приносит успех и деньги. И контракты на пятьдесят тысяч сумо-
чек. А другим – головную боль и вынужденные оправдания перед пятьюдесятью тысячами
человек… Или круглосуточную работу на износ. Не всех обогащает реклама, вот в чем штука.
Иным людям она только вредит.
 
Люди покупают горячие бублики
 
И одни с удовольствием бублик уписывают. С аппетитом едят пышную мякоть и румяную
корочку. И расхваливают. А другие мрачно смотрят на дырку от бублика. И сетуют, что вот,
их обманули. За их же деньги продали дырку от бублика. Посмотрите, какая большая дырка.
Так вот и живут люди-то. Одни бублики едят, а другие остаются с дыркой от бублика. И
считают себя несчастными. И говорят: «Бублик – это такая дырка, а по краям немного теста».
Бублик – это бублик. Жизнь – это просто жизнь. И надо получать удовольствие, пользо-
ваться хорошим и не слишком сетовать на дырки. Без них, видите ли, бубликов не бывает…
 
Одинокий банан
 
предлагают купить в магазине. Большой такой сетевой магазин. Бананы лежат. И над
бананами жалостное объявление, прямо душераздирающее. «Купите одинокий банан. Он не
плохой, он просто потерялся. Отпал от грозди. Ему очень плохо. Но он не плохой, он хоро-
ший! Ему так плохо одному! Купите не гроздь бананов, а одинокий банан. Этим вы поможете
экологичному потреблению!» Я впечатлительный человек. Я смотрела в коробку: но одинокие
бананы мне не понравились. Они все были с дефектами; где-то кожура лопнула, а где-то к
банану приделана часть плодоножек от других бананов. Или я не знаю, как это называется. В
общем, одинокие бананы какие-то нехорошие все лежали. Помятые.
Рядом женщина средних лет с добрым лицом тоже читала объявление. Она шмыгала
носом; то ли простыла, то ли грустно ей стало от такого объявления. Она нерешительно

24
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

взяла одинокий банан с черными пятнышками и вертела его в руках. Положить назад как-то
неудобно, я знаю.
Женщина меня узнала и сказала печально: «Вот, надо же. Бананы тоже одинокими
бывают. Их никто не берет, никому они не нужны. Как люди прямо. Как я. Купить, что ли,
бананов одиноких? Как-то жалко их. Но они какие-то нехорошие, да?»
Да. Я тоже так думаю. Добро бы, скидка была на эти одинокие бананы. Или прибыль от
покупки передавали бы детям, скажем. Купил одинокий банан – второй достался ребенку или
старичку. Это я понимаю. А давить на жалость и призывать к сознательности не надо. Одино-
кими люди часто остаются именно потому, что они слишком добрые. Слишком жалостливые.
Слишком склонны винить себя в чем-то; и живут по «остаточному принципу». Себе похуже,
другим – получше.
Тогда можно все невкусное предлагать купить. Или что-то, у чего срок хранения завтра
кончится. Одинокую сметану и одинокую колбасу. Или одинокое уродливое пальто. Или оди-
нокий ботинок без пары. Он же хороший. Он не виноват, что остался один! Может, у вас есть
одноногий знакомый? Ему пригодится!
Пока я все это говорила, женщина начала улыбаться, а потом хохотать. И, смеясь, выбрала
хорошую, плотную связку бананов. Прямо загляденье! А я апельсины купила. Они же все оди-
нокие, так что сделала доброе дело, можно сказать.
И мы с женщиной в хорошем настроении, смеясь, вышли из магазина. Вспоминая оди-
нокий банан, который она хотела купить из жалости. Из совершенно непонятной жалости…
Не надо ничего из жалости делать, кроме по-настоящему добрых дел. Тем более вступать
в отношения с одиноким подпорченным бананом. Лишнее это. Если есть возможность выбрать
что-то за свои средства – надо выбрать лучшее. И угостить кого-нибудь, если у вас доброе
сердце…
 
«Почему я не могу получить больше?
 
Почему судьба не дает мне такую возможность? Я все время нахожусь на одном уровне
и с трудом свожу концы с концами!» – так часто говорят люди. Они честно прилагают усилия,
чтобы добиться большего. Больше зарабатывать, выше подняться по карьерной лестнице, рас-
ширить бизнес – выйти на новый уровень. А никак не получается это сделать. Почему?
Один философ привел хороший пример: вы заходите с трехлетним малышом в магазин и
покупаете ему шарик мороженого в вафельном стаканчике. Потом выходите на улицу, а малыш
неловко машет рукой, не доносит мороженое до рта… И шарик шлепается на тротуар. Малыш
отчаянно плачет, и вы снова заходите в магазин. Дитя тычет пальчиком в рекламный плакат, на
котором нарисован огромный вафельный рожок с тремя разноцветными шариками. И кричит:
«Хочу такое! Большое!» Вряд ли вы купите ребенку такое, большое. Просто потому, что он
своими маленькими ручками с одним-то шариком не смог справиться. Не смог распорядиться
маленьким мороженым. Да и не съесть ему так много, все растает. Поэтому вы снова покупаете
один шарик. И это – в лучшем случае…
Вот и вам дают снова один шарик. Не больше. Пока вы не научитесь правильно распоря-
жаться тем, что есть, вы не получите больше. Ни за что!
Если вы неправильно тратите свои деньги и при этом теряете их, вы вряд ли получите
больше. Нужно внимательно проанализировать: как именно вы тратите деньги? Может быть,
вы слишком расточительны и мгновенно поглощаете мороженое, даже вкуса не ощутив. Ам! –
и все. Нет денег. А может, вы набрали кредитов и живете в постоянных долгах. Едва выплатите
один долг, снова берете кредит? А может быть, вы тратите свои деньги на других людей слиш-
ком щедро, а на себя не тратите совсем? Отдаете свое мороженое, а потом плачете и бежите за
новым шариком? Может быть, вы не радуетесь, когда тратите свои деньги, не покупаете себе
25
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

ничего для удовольствия, – ровным счетом ничего? Или едите свое мороженое с недовольным
выражением лица, да еще ругаете его: «Невкусно!»… А может быть, вы мороженое прячете,
копите, не откусив ни кусочка, а потом требуете больше? А накопленное мороженое тает…
Вся проблема может быть в том, что вы неправильно распоряжаетесь полученным. Надо
научиться крепко держать в руках свой вафельный рожок и аккуратно, с удовольствием, не
спеша есть лакомство. Тогда в следующий раз вам могут дать большую порцию, почему бы
и нет? Большую порцию получает тот, кто правильно распоряжается малой. И благодарит за
полученное. Это тоже важный момент – благодарность.
Когда человек начинает правильно распоряжаться деньгами и своими преимуществами,
он получает возможность выйти на новый уровень. Надо крепко держать в руках то, что вам уже
дали. Получать удовольствие от полученного. Использовать его себе на благо. И благодарить.
Это касается не только денег, – любых преимуществ. Правильное использование дает новые
возможности. Когда научишься пользоваться тем, что есть, получишь новое, лучше и больше.
Так часто бывает…
 
Над мальчиком одним смеялись
 
за то, что из школьной столовой утаскивает еду. С собой берет сосиску и хлеб. Пюре
или кашу съест, а сосиску возьмет. Завернет в мешочек и в портфель положит. Или в карман.
Придумали ему обидное прозвище, вроде побирушки. И конфетку, когда кто-то угощал на день
рождения, тоже он клал в карман, никогда не ел. Жадный такой, бережливый. А этот мальчик
все уносил маленькому братику и коту, это были бедные годы. Просить он не умел, поэтому
только свое и уносил. Это не смешно. Совсем вот не смешно. Но все следили, переглядывались
и смеялись.
Над Андерсеном тоже смеялись. Он был странный очень; то рыданиями разражался, то
утопиться грозился, то влюблялся в дам и падал в обморок от чувств. А главное, он был жадный
побирушка. И старался не тратить деньги на обеды, все норовил к кому-нибудь в гости пойти
и там поесть. Друзья даже для смеха давали ему деньги на еду. И со смеху покатывались, когда
Андерсен бережливо прятал деньги в сундук, а потом снова к кому-то шел похлебать супа.
Надо же, какой жадный!
Андерсен умер и оставил своим друзьям наследство – все свои деньги. И их деньги, кото-
рые они ему давали на обеды. Он ни копейки не истратил из этих денег. Он для друзей все
берег и копил. Так он выразил свою любовь, – он не умел иначе выражать свои чувства. Только
в сказках умел. И вот – в сбережении денег. Он их копил для своих друзей, вот в чем дело. А
еще, оказывается, тайно посылал свои деньги одиноким и больным старикам. Это уже после
смерти сказочника выяснилось.
Так что осуждать чьи-то привычки не надо, наверное. И смеяться над кем-то не надо. Все
может оказаться не таким, каким кажется. Вовсе не смешным. Печальным и трогательным…
 
Я смотрела захватывающий фильм
 
про корабли, вмерзшие в лед. Отважные моряки пешком отправились искать спасения.
Им восемьсот миль надо было пройти по арктической снежной пустыне, по страшному морозу,
от которого зубы взрываются. А за ними гонится чудовище! Моряки ослабли от голода и цинги,
они еле идут, волоча за собой припасы. Консервы отравленные, – так уж вышло, палатки, ору-
жие, ящики какие-то… А потом они, совершенно обессиленные, устраивают привал. На страш-
ном морозе.
И, знаете, достают чайный сервиз: чайник, чашки и блюдца. И начинают пить чай.

26
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Фарфоровый красивый сервиз они волокли с собой, значит. И на диком морозе сидят
рядом с палаткой и пьют чай из красивых чашек.
Вот на этой сцене я оторвалась от захватывающего фильма про то, как моряки героически
спасают свои жизни. Вранье все это. Никто не бредет по арктической пустыне, погибая от
голода и холода, волоча за собой чайный сервиз. И никто не сидит у палатки в шинельке и
фуражке, распивая чай, когда за ним гонится чудовище…
Так вот и бывает. Читаешь книгу с психологическими советами и поучениями; или слу-
шаешь речи поучительные. Что делать человеку в отчаянном положении? Как спастись? Что
предпринять?
Надо мыслить позитивно. Это очень помогает. Все, кто перестроил свои мысли, стали
богатыми и счастливыми. Майкл стал позитивно мыслить и выиграл сто миллионов. А Грета
выздоровела от страшной болезни. Джон сколотил состояние, торгуя шнурками. Восьмидеся-
тилетняя Ада вышла замуж за юного принца.
Это чайный сервиз. Вот как увидишь его в фильме или в книге – и не хочется дальше
читать. Так не бывает. Так только в плохом кино бывает.
Это бесполезный совет, вот что я думаю. Как чайный сервиз в арктических льдах. Люди
берут с собой провиант и оружие. Энергию и защиту. Они в этом нуждаются, когда опасность
близко и надо спасать жизнь.
А бесполезные красивые советы – это чайный сервиз. Который никто не потащит с собой
в опасных обстоятельствах…
 
Возможно, ничего не получается из-за дома на море
 
Может, это дом на море всему виной. Или просто заманчивая картина безделья, которому
вы предадитесь, когда все-все сделаете и добьетесь успеха.
Разъясню по порядку. На вопрос: «Что вы будете делать, когда заработаете сто милли-
онов долларов?» большинство отвечает примерно так: «Куплю себе особняк на берегу моря
и буду отдыхать. Сидеть в кресле-качалке, смотреть на огонь в камине или на звезды. Или
неспешно гулять по берегу…» Большинство людей предоставляют блаженную картину отдыха
после напряженных трудов по добыванию капитала. Завоевывать, трудиться, лезть из кожи вон,
прилагать усилия надо для того, чтобы получить возможность отдыхать в счастливой праздно-
сти. Это и есть рай…
Мозг хитрый. Остроумный. И он говорит человеку так: а зачем надрываться, собственно?
Отдыхай сейчас. Что мешает-то? Заработай на кресло-качалку и отдыхай. А можно на стуле
качаться, на работе. Это еще удобнее. Так мы с тобой, дружище, сбережем огромный ресурс.
И начнем отдыхать прямо сейчас, раз тебе так хочется. Все. Отдыхай. Ничего делать не надо.
Цель, о которой ты мечтал, достигнута – отдых начался!
Так мозг устроен. Он не слишком фиксируется на море, доме, кресле-качалке и прочем.
Главная цель распознана – отдых. И достигнута. Вы бессильно валитесь на диван! Бах!
Надо что-то другое представлять в виде цели. Более энергичное. Видеть новые возмож-
ности и новые вершины. «Когда я разбогатею, я снаряжу экспедицию на Марс. Или построю
огромный госпиталь для бедных и буду им управлять. Или поеду раскапывать древние города,
как Шлиман!» – вот так лучше. Но большинство людей мечтают о доме на берегу моря, где
они будут отдыхать. И падают на диван…
 
Один мужчина любил в юности девушку Ларису
 
Она была такая яркая, пышная, с большими карими глазами – волоокая, как говорили в
старые времена. Веселая, энергичная, общительная… Она была как пышная роза; и пахло от
27
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

нее розовым маслом. Тогда были такие болгарские духи в деревянном флакончике. А он был
серенький замухрышка в советских джинсах за шесть рублей. С челочкой и в очках. Они вме-
сте учились в институте. И один раз он танцевал с Ларисой на вечеринке, потом ее провожал
до дома. Даже поцеловал. А потом он был как преданный пес; верный, добрый, любящий и
совершенно ненужный… Он остался в аспирантуре, Лариса выскочила замуж за «нового рус-
ского». За разбитного бизнесмена с машиной и квартирой. Тогда это было богатство.
Прошло много лет. Этот Алексей добился успеха, стал главой крупного издательства. И
сам написал много исторических книг. Он женился, но брак неудачный оказался. Как-то без
любви они прожили с женой десять лет и разошлись по согласию. А потом он уж и не хотел
жениться – и так все удобно и нормально. Только вот однажды машина сломалась. Пришлось
вызвать эвакуатор; а самому ехать на трамвае до дома. Две остановки. Нет смысла такси вызы-
вать. А пешком холодно и темно. Зима.
В трамвае Алексей как дурак себя чувствовал. Он даже не знал, как проезд оплатить,
сколько стоит билет. Раньше три копейки стоил,  – он отлично помнил это. Память такая
штука…
А в трамвае стояла, держась за поручень, пожилая женщина в пуховике, в уродливой
вязаной шапке. Сапоги такие китайские, матерчатые, нескользкие. Иссохшая старушка, пра-
вильнее сказать. Морщины и пепельного цвета кожа. Очки дешевые… Алексей скользнул
взглядом. И как будто кожура или кора стала отпадать от старушки; странное преображение
случилось. Он узнал! И вскрикнул: «Лариса!» Женщина пугливо посмотрела на него и тоже
узнала. И стала пробираться к выходу. Прочь!
Он понял душой – она не хочет, чтобы он ее рассмотрел, увидел, какой она стала. Но
все равно пошел за ней, люди как-то понимали и расступались молча. Он догнал Ларису у
дверей. Трамвай ведь не открывает двери по желанию пассажиров. Он догнал и сказал снова:
«Лариса!» А больше ничего не мог сказать этот красивый полуседой мужчина. Только рукой
касался рукава старого пуховика. Благоговейно касался. Он как-то все понял за секунду и
только одного боялся – что Лариса уйдет. Он ее всю жизнь любил. Но гнал это чувство и уби-
вал память.
Хорошо, что не убил. Они вместе сейчас. И  Лариса расцветает как роза; постепенно,
не сразу. Глаза ее стали живыми, лицо – розовым. И волосы отросли, которые погибли после
лечения. Она распрямилась и поправилась; как прежде. И все ужасное, что случилось с ней в
жизни, прошло и забылось. Она ожила. Кора растрескалась и исчезла.
Когда-то Лариса не узнала свою любовь; помешали очки, челочка, убогие джинсы, юно-
шеские прыщи… Не узнала. А он потом узнал. Он умел любить. А любящие прозорливы и
обладают каким-то радаром, прибором для распознавания своих возлюбленных в любом обли-
чье. Хоть в каком.
Это был специальный трамвай любви. Последний трамвай. Хорошо, что они успели в
него сесть и встретиться. Это как сказка про Соловья и Розу; только со счастливым концом. Мы
всегда узнаем своих, вот что я думаю. Может, по запаху. Он говорил, что был запах розового
масла…
 
Если ребенка не любят,
 
это плохо, конечно. Вот, скажем, мать не любит ребенка. Или отец. Ну, вот так получи-
лось; мать не смогла именно этого ребенка полюбить. Бывает такое.
Самое страшное, когда мать не признается себе в том, что она просто не любит. Это
же ненормально, так? Только плохая женщина не любит ребенка, это все знают. А так важно
оставаться хорошей. Достойной. Сохранить высокую самооценку.

28
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

И тут на помощь приходит атрибуция. Это не я не люблю овсяную кашу. Это каша про-
тивная. Была бы она вкусная, я бы ее любил. А она невкусная! Это не я не люблю ребенка. Это
ребенок плохой. Ведет себя плохо, смотрит исподлобья, орет, бегает, мешает, не слушается.
Он все это делает нарочно; умышленно. Это очень плохой ребенок!
Так Цветаева искренне считала свою младшую дочь Ирину дефективной, недоразвитой.
Хотя девочка медленно развивалась от голода, – мать ее недокармливала умышленно, о чем
сама писала. От отсутствия внимания – ее за ногу привязывали, чтобы она не ела из помойного
ведра. И от побоев, как это ни печально. Дефективный ребенок был отдан в приют, где и умер
от голода и болезней. И от нелюбви. Но плохих детей невозможно любить, так ведь?
И лорд Байрон отдал пятилетнюю Аллегру в приют. Потому что она была плохим ребен-
ком; упрямой, как осел, и ужасно прожорливой. Чем уж Аллегра помешала лорду в его замке
и сколько она ела, – неизвестно. Но ее отдали в приют не потому, что папа ее не любил. А
потому, что она была плохая. Понимаете? Она была дефективная. И не давала себя любить. В
приюте девочка умерла; она умоляла папу приехать, но это она хитрила. Она же плохая была.
Она ждала подарков, так говорил лорд Байрон.
Вот в чем ужас нелюбви. Злодей просто не любит. А хороший человек находит оправ-
дания своей нелюбви в поведении ребенка. И постоянно ругает, обижает, дергает, лезет, вос-
питывает, делает замечания… Для того чтобы оставаться хорошим. Правильным. Достойным.
Чтобы не порушить свою драгоценную самооценку…
На самом деле все нормально с ребенком. Сначала. А потом его всю жизнь сопровождает
глубокое чувство вины и сознание собственного ничтожества.
Кто-то ведь должен быть плохим в этой ситуации? Плохой – тот, кого не любят. Он сам не
дает себя любить! Хотя это гнусная ложь. Но так важно считать себя хорошим, убивая другого
нелюбовью и отторжением…
 
Один коммивояжер много работал
 
Сначала он был бедным и ездил на старой ржавой машине по бедным районам. К нему
хорошо относились; он вежливо, с приятной улыбкой, задешево продавал свой товар. И жители
гетто хлопали его по плечу, шутили и кое-что покупали. Не нападали ни разу на симпатичного
коммивояжера. Все шло хорошо. И трудолюбивый продавец заработал на новую машину. Он
купил свою мечту – «Ягуар» черного цвета.
А дальше вот что случилось: его возненавидели жители бедных районов. «Ягуар» забро-
сали пивными банками и исцарапали. Изуродовали новенькую машину. А самому коммивоя-
жеру хорошенько напинали. Дети показывали ему средний палец, а взрослые ругали нехоро-
шими словами. И, конечно, ничего не покупали у него, хотя цена была прежняя.
Коммивояжер вздохнул горько и переступил барьер: стал ездить в богатые районы и сту-
чать в двери добротных домов. Раньше он боялся, что его прогонят. Но люди охотно покупали
его товар, так что он даже повысил цену и разбогател. Обеспеченные люди тоже показывали
палец, глядя на «Ягуар» – большой палец. И улыбались вежливому, опрятному продавцу.
Не надо ездить на «Ягуаре» в бедные районы. Это отлично понял продавец. Там к нам
будут сносно относиться, пока мы тоже бедные и неуспешные. Милые неудачники. А при
малейших признаках успеха забросают пивными банками и надают пинков.
Надо искать достойное окружение, это ясно!
И еще одно ясно: у того, кто ненавидит чужой «Ягуар», никогда не будет своего. Так и
останется он с пивными банками и лохмотьями навсегда. А те, кому нравится хорошая машина
и чужой успех, те будут процветать и иметь хорошее. Так устроена жизнь.
А пинки и оскорбления – это всего лишь доброе напутствие и явное указание: надо ехать
в другой район к другим людям. Там ждет успех. Настоящий успех…
29
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Есть прекрасные бесплатные вещи:
 
виды природы, воздух, улыбка, запах цветка… А есть вещи платные. Созданные трудом
человека. Они могут стоить по-разному, но оплатить их придется все равно. Поэтому умные
люди не слишком налегают на бесплатное. И стараются отплатить деньгами, услугами, подар-
ком… Стараются не пользоваться бесплатным; особенно – чужим трудом.
Один скупой и очень богатый человек жил в большом доме. Он сначала ждал, что жена
будет заниматься уборкой. Вот у художника Куинджи жена ведь занималась уборкой; не было
у них прислуги. А у художника Репина гости сами на кухне накладывали себе еду, а потом
посуду сами мыли. Очень удобно! Но жена олигарха не стала убирать дом с утра до вечера; она
работала. Она предложила вместе прибираться в выходные, например. Но олигарх был толстый
и ленивый. Тогда жена предложила вызывать уборщиц из клининговой компании. Но олигарх
так раскричался, что он, мол, деньги не печатает, что от этой идеи пришлось отказаться.
Жена наотрез отказалась все убирать и мыть. Тогда богач нашел остроумный выход. Он
познакомился возле свалки с одним мигрантом-неудачником. У того непорядок был с доку-
ментами и полный тупик. И вот этого человека богач притащил в свой дом, поселил в каморке
и стал кормить объедками. Обноски дал кое-какие. А тот взамен стал вроде раба: все мыл,
чистил, прибирал, работал в саду, все чинил… А потом обокрал олигарха и сбежал. Зато богач
прожил два месяца в чистоте и уюте. Бесплатно.
Ученые даже подсчитали примерно, во сколько нам обходится бесплатное. Раздали сту-
дентам дешевые безделушки. Подарили. А потом попробовали выкупить обратно. Безделушка
стоила десять долларов, скажем. Но студенты отдать ее были согласны только за 20–25 долла-
ров. Как только они бесплатно присвоили вещь, мозг моментально увеличил ее цену. Бесплат-
ное превратилось в очень дорогое. Подсознательно люди понимали, что вещица стоит денег.
И больших денег. В два раза дороже, чем на самом деле, – так оценил бесплатное мозг.
Мы живем в мире обмена. Материальные ценности и труд, который их создает, должны
быть оплачены. За них надо что-то отдать, все нормальные честные люди это знают. И подсо-
знание заставит найти способ «заплатить»; создастся ситуация, в которой мы потеряем, «запла-
тим» двойную цену. Это не касается воров и грабителей, они по-другому устроены. А нормаль-
ный человек, даже жадноватый и хитренький, все равно рассчитается. Отдаст двойную цену…
Человек не понимает иногда, что сам заставил себя заплатить. Попал в неприятность,
утратил бдительность, свалял дурака… И потерял в два раза больше. Но это – работа подсо-
знания. Так что лучше платить за труд или вещи. Или самому помыть полы – это бесплатно…
 
Читать мысли очень трудно
 
Можно иногда, я знаю. И каждый раз это чудо! Почему-то необычайный подъем духа
испытываешь; это духовная связь так проявляется. Спонтанно и по наитию. Не со всеми, а
только со своими; с теми, с кем на одной волне.
Это бывает. Но есть люди, которые постоянно читают чужие мысли. Знают, что другие
думают. Но читают неправильно, причиняя страдания и себе, и другим.
Девушку вызвал начальник. Нина сразу все поняла. Он решил ее уволить за ошибки
в отчете. Он нашел ошибки в отчете, а еще Марина Игоревна ему наговорила гадостей про
Нину. Она вчера ходила к начальнику. Все ясно. В груди у Нины стало холодно, а в животе все
оборвалось. Она все поняла. Ей было велено зайти в конце рабочего дня. В конце дня она зашла
на ватных ногах, с высоченным давлением. И визгливо сказала, что ошибки у всех бывают.
Да, она неправильно составила отчет. Да, она плохо отзывалась о начальнике. Ну и что? Она

30
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

и сама может уйти! Всякого наговорила и разрыдалась – целый день провела в напряжении. А
начальник просто хотел ей поручить новый проект. Он чуть не упал, когда все это произошло.
Или одна хорошая дама знала, что ее мужчина сидит сейчас и смеется над ней с друж-
ками. И ждет, что она напишет или позвонит. Тогда он подумает: ах, не выдержала, побежала
за мной, как собачонка! Ха-ха! Это они поссорились с мужчиной. Он ничего такого не думал,
он лежал с инфарктом в реанимации. У него от переживаний сердце не выдержало. Он чуть
не умер. Как говорится, вот вам и ха-ха! Хорошо, что ей потом сообщили о его состоянии. И
она подумала: «Боже, какая я дура!»
Вот это она точно подумала. Потому что она мне это словами сказала – свои мысли.
Так что не надо читать чужие мысли. Чаще всего это приписывание, а не чтение мыслей.
Это злой голосок внутри вас говорит неправильное и путает специально. Это ваши страхи,
чувство вины, неуверенность, гнев говорят за другого человека, как кукла чревовещателя.
Надо поговорить сначала и узнать, что человек думает и чувствует. Тогда многих бед
можно избежать…
 
Философ Сенека приехал в свое поместье
 
Он долго добирался и устал. Римские дороги так себе, масса неудобств в пути, много
переживаний и беспокойств. Придворные интриги, с императором натянутые отношения,
денег не хватает – их всегда не хватает. Сенека был утомлен и раздражен. Он ходил по поме-
стью и ворчал: почему у деревьев такие ободранные ветви, шишковатые стволы? Вы, наверное,
плохо за ними ухаживаете. А это что за безобразный старикан сидит в доме? Кто его пустил,
этого чужого седого старика?
Управляющий сказал: «Просто деревья очень старые, господин Сенека. Они от старости
стали такими некрасивыми, с этим ничего не поделать. Только вырубить их. А седой старик –
это мальчик, с которым вы играли и дарили ему кукол на Сатурналии. Товарищ ваших детских
игр, вот кто это!..»
Как же так? Сенека отлично помнил, как он сажал сам эти деревья. И мальчика прекрасно
помнил. Но седой старик совсем не похож на мальчика; время изуродовало деревья и превра-
тило ребенка в старика.
Сенека ужаснулся и перестал ворчать. Как быстротечно время, как оно жестоко. Как мало
осталось жить, а он все тревожится, недовольство проявляет, нервничает из-за пустяков…
Надо радоваться каждому дню. Вот что понял философ. Время все уносит с собой, это
неизбежно. А мы отравляем себе радость жизни сварливыми сетованиями и требованиями.
Все так быстро проходит. Каждый день – драгоценность и подарок!
И Сенека сорвал последний персик – он был очень сладким. Очень вкусным. Последнее –
оно самое сладкое и вкусное, так написал мудрый Сенека. И перестал тревожиться по пустякам.
Надо насладиться сегодняшним днем как следует. И не омрачать его нытьем и претензиями.
И еще остались плоды на старых деревьях, – самые сладкие…
 
«Я правдивый человек! Режу правду-матку в глаза!» —
 
с тайной похвальбой говорят. Режут правду и людей этой правдой режут и рубят, как
топором. Стукнет такой «правдолюб» правдой, нанесет удар и дальше пойдет. Сохраняя высо-
кую самооценку; он же правду сказал! У кого-то ноги кривые, у кого-то макияж неправильный,
кто-то разоделся как Монтесума в зените славы, а кому-то муж изменяет. Правду говорить
легко и приятно, это еще Булгаков написал. Вот они и говорят черную правду с легкостью и
приятным чувством.

31
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Учитель родителям правду сказал: их сынок слабоумный дегенерат. Альберту нечего


делать в школе для нормальных детей. Мама Эйнштейна горько плакала от этой правды, навер-
ное. Шаляпину тоже правду сказали; нет у него способностей к пению. Раневскую назвали
«совершеннейшей бездарью» в одном подмосковном театре. А один доктор правдиво сказал
пациенту, что тот скоро умрет. Он не в те анализы посмотрел. И во время войны были очень
правдивые люди: они врагам рассказывали всю правду о наших войсках. И показывали, где
спрятались еврейские дети. Потом некоторые пострадали за свою правдивость – их назвали
предателями и судили. А они говорили в свое оправдание, что просто сказали правду. Они
очень правдивые!
Бывает черная правда. Смертельно опасная для других людей. И говорят такую черную
правду из черных побуждений «черные правдолюбы». Чтобы причинить боль и зло, вот зачем
такую правду говорят. Нанести удар и остаться безнаказанным. Надо такому правдолюбу тоже
правдой ответить. Сказать, что умысел его понятен. Ясен как день! А вот правда весьма сомни-
тельна. А потом ответить на их правду своей правдой; посмотреть на их ноги, проверить их
компетентность и выяснить, сколько враги им за правду заплатили; сребрениками, шнапсом и
яйками… А иногда сама жизнь покажет правду. Слабоумный ли мальчик Альберт и есть ли
голос у Шаляпина. И смертельна ли болезнь, про которую правдивый доктор сказал, что она
вас скоро убьет…
Психолог Кольберг был лжецом и преступником. Он обманывал фашистов во время
войны, тайно перевозил людей в Палестину, нарушая закон. И многие герои на допросах лгали
и изворачивались, даже под пытками правду не говорили. Иван Сусанин захватчиков обманул
и завел в болото. Или вот доктор обманул одного безнадежного больного, дал ему витаминку,
но сказал, что это экспериментальное лекарство. Больной был его другом, вот доктор и наврал,
используя последнее средство. Злокачественная опухоль рассосалась и пациент выздоровел.
Это белая ложь. Белая ложь – когда лгут ради самого ценного, что есть в мире; ради жизни
человека. Ради спасения своих от захватчиков.
Так что белая ложь лучше черной правды. Горькая правда лучше сладкой лжи, – воз-
можно, это так. Горькая – она как горькое лекарство иногда. Если только нет у правдолюбца
злого или корыстного умысла. Обычно он есть у любителей резать правду-матку. Их правда –
не лекарство, а яд. Пусть и они послушают правду потом, раз так ее любят. Если правду гово-
рить легко и приятно, то и слушать ее – просто наслаждение. Но почему-то «черным правдо-
любам» слушать правду не нравится…
 
У одной пожилой женщины была собачка
 
Ей сын подарил очень дорогую маленькую-премаленькую собачку, крошечную. Жен-
щина перенесла инфаркт, и сын подарил собачку, чтобы маму морально поддержать, как-то
отвлечь от печальных мыслей. И это помогло! Старушке,  – а, честно говоря, это была ста-
рушка, – стало гораздо лучше. Она пошла на поправку! Она гуляла со своим Микрошей, водила
его на тоненьком поводочке или носила в специальной сумочке. Микроша – потому что он был
крошечный, как микробик. Очень ласковый песик, послушный, игривый.
Однажды старушка вышла с  Микрошенькой гулять, а рядом машина остановилась.
Юноша и девушка так заинтересовались Микрошей, попросили погладить. Старушке не хоте-
лось разрешать своего песика гладить, но как-то неудобно отказать. Она поднесла собачку к
окошку машины. Девушка взяла и схватила Микрошу, а парень дал по газам и они уехали
моментально. Старушка побежала за машиной, крича и плача. Упала, сильно расшиблась и
потеряла сознание.

32
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Соседи вызвали «Скорую», старушку увезли в больницу. Сын к ней пришел, а она лежала
слабая, с синими губами. И только шептала имя своей собачки. Плакала старческими слезами
и шептала: «Микроша…»
Сын нашел этих молодых людей. Соседи запомнили машину и догадались, к кому эти
люди приезжали. Если это люди, конечно. И сын обратился к друзьям. Друзья в погонах быстро
вычислили, где живет владелец машины. В роскошном, знаете ли, доме живет, не бедствует.
И машина очень дорогая, приметная.
Сын приехал в этот дом. Он заставил открыть дверь; неважно как. И увидел Микрошу
– собачка была очень больна. Со дня похищения собачка не ела и не пила, только громко
плакала, а потом уж и плакать не могла – стонала и всхлипывала.
В общем, Микрошу забрал сын. Неважно как, но забрал. Да и ворам собака порядком
надоела; они же хотели с ней играть и веселиться. А украли больное животное, никчемное.
Которое только мешает и все пачкает.
Старушка выздоровела, к счастью. И  Микроша выздоровел. Сейчас они осторожно
гуляют, ни к кому не подходят, а Микроша мгновенно прячется в сумочку, если кто-то идет.
Все кончилось хорошо.
Я вот о чем: не надо красть чужое счастье. Чужую любовь. Может быть, это все, чем чело-
век живет и дышит. Только это и держит его на земле: другой человек, или место под солнцем,
или сад в три сотки, или первое место в конкурсе дурацком, микроскопическом… Вот это
микроскопическое и держит человека. Не надо отнимать для развлечения чужую крошечную
собачку. И не принесет счастья отобранное и сворованное счастье, простите за тавтологию.
Так запросто можно убить человека. Ради чего-то микроскопического, крошечного, чем
он жил и чем дышал. Но душа тоже крошечная. Говорят, она всего несколько граммов весит.
А в ней – вся наша жизнь.
 
Мне рассказали смешную историю про манипулятора
 
Один начальник уволил секретаря. «Секретарша», – он так говорил. И решил приспосо-
бить одного сотрудника для подачи себе чая. В небольшой фирме одни мужчины работали в
комнате, а в кабинете сидел начальник.
Он выходил из кабинета и говорил так грустно-грустно: «Как чаю хочется! Я бы выпил
чаю, да некогда заваривать. А так жажда мучает!» И смотрел на доброго Алешу. Тот вставал
и наливал чай в стакан с подстаканником. И подавал начальнику. Начальник вздыхал и гово-
рил, что ищет новую секретаршу. На следующий день начальник спрашивал у Алеши: «Ты уже
попил чаю? Везет тебе. А у меня ни минуты свободной. Ты, наверное, напился вдоволь горя-
чего чаю с сахаром!» Алеша вставал, – неудобно как-то становилось, – и наливал начальнику
чай в стакан. Еще начальник говорил, что у него болит голова. Температура. И если бы у него
был чай, ему бы стало полегче. И смотрел на Алешу. Через две недели Алеша уже с подносом
ходил в кабинет начальника и носил ему чай. А тот вроде и не просил, но вот так получилось.
Незаметно для Алеши. Но очень заметно для других. Алеша уже не мог отказаться от добро-
вольной обязанности. Он три раза в день носил чай начальнику. А тот и не искал секретаршу,
как выяснилось. Его все устраивало. Он стал Алеше еще другие поручения давать, но вот точно
таким образом. Мол, как ужасно, что я не могу забрать документы в главной организации.
Просто не успеваю. Если бы я был молод и здоров, я бы сел в маршрутку и пулей сгонял бы
туда и обратно…
Кончилось все банально. Алеша уронил стакан с горячим и сладким чаем – выронил из
подстаканника, – прямо на начальника. Очень спешил и был задумчив – все размышлял, как
грамотно и красиво отказаться от роли секретарши.

33
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Начальник так кричал и визжал страшно – все думали, что будет ожог сильный. Ожог
был. Но быстро прошел. И привычка использовать Алешу тоже прошла. Моментально.
А секретаря приняли на работу. Простую и энергичную девушку, которая прямо спра-
шивала начальника: «Хотите чаю? Нате!», – и подавала чай в кружке большой. Литровой. Ста-
кан-то разбился, а начальник был скуповат…
 
Одна из самых мотивирующих историй
 
начинается так: «Первые семьдесят пять лет жизни Ингеборг прожила в бедности». А
дальше еще интереснее. Ингеборг Моотц родилась в бедной семье, денег вечно не хватало.
Потом вышла замуж. Муж ей не разрешал работать. Он говорил, что она дура. Милый человек.
У него были кое-какие деньги, вот Ингеборг приходилось у него выпрашивать на хозяйство.
Она просила пять марок, а муж давал две. И добавлял от себя, что жена дура. Пусть запишет
расходы и ему покажет. Ну, она и записывала. В тетрадке в клеточку. Это ей потом очень
пригодилось.
Когда муж умер, Ингеборг осталась в бедности. Не в нашей нищете, а в  европейской
чистенькой бедности. Ей было 75 лет. Она нашла оставшиеся от мужа акции и решила попра-
вить свое положение. Стала играть на бирже.
Компьютера у нее не было; и  мобильного телефона – тоже. Она читала газеты и зво-
нила по домашнему телефону, покупая и продавая акции. Принцип ее действий был прост: она
покупала акции старых компаний. Если компания просуществовала сто лет, больше шансов,
что она еще немного протянет, так?
И вот Ингеборг разбогатела, записывая свои доходы и расходы в тетради в клеточку. И
даже купила племяннице дом за сто тысяч евро. Но на себя она капитал не тратила. Это же
только начало. Главные сделки еще впереди! Ей девяносто два уже, надо быть осторожнее с
расходами. Зато она купила себе ноутбук и стала им пользоваться. Какая молодец эта Ингеб-
орг!
Счастливый шанс может прийти в любом возрасте. И длительная полоса бедности, уни-
жений и неудач не сломит дух того, кто верит и надеется.
Самое удивительное, что в ответ на обидные слова мужа Ингеборг отвечала: «Раз ты не
даешь мне работать, я буду играть на бирже!» Муж смеялся, наверное.
Теперь смеется Ингеборг. Улыбается отличными зубами.
Надо выбирать акции старых компаний. Кто многое перенес и вытерпел, дольше дер-
жится на плаву…
 
Одна девушка вышла замуж так:
 
в поезде познакомилась с хорошим мужчиной, который ехал в командировку. Девушка
была полненькая и рыженькая, совершенно обычная. Но она вела себя необычно. Села в поезд,
достала маленькую красивую скатерть и застелила столик. Поставила маленькую вазочку с
букетиком – купила на вокзале. Подушечку достала вышитую. Переоделась в теплый домашний
костюмчик, надела тапочки голубенькие. А потом к ужину достала румяные пирожки, акку-
ратно завернутые в бумагу. И хороший чай. Красиво накрыла столик и стала угощать попутчи-
ков чаем с пирожками. Купе стало похоже на маленькую уютную комнатку. Бабушка с внуком
и этот мужчина пили чай, а девушка застелила свою полку легким пледиком. Очень уютно.
И стало тепло на сердце у всех, отлегла тревога. Так действует на людей уют. Есть уютные
люди, у которых дар такой,  – создавать уютную обстановку. И в  уюте можно расслабиться,
почувствовать себя лучше, ощутить защищенность от тягот жизни. Поэтесса Цветаева уют
презирала; дома у нее было очень неуютно и грязно, об этом современники писали. У Эдит
34
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Пиаф денег было много! Но дома не просто неуютно было; даже мебели не было. Мебель брали
напрокат, когда гости приходили. Ахматова тоже не слишком была озабочена уютом; к ней
приходила подруга Лидия Чуковская, старалась хоть как-то прибраться и создать уют. Все эти
женщины были не очень счастливы в личной жизни. И в целом – не очень счастливы… Без
уюта, даже самого крошечного, нет приюта. Нет психологического убежища.
Создать уют не так уж трудно. Нужны приятные маленькие вещицы, без которых можно и
обойтись, – но именно они создают уют. Это символы уюта, красоты и удобства: скатерть, поду-
шечка, вазочка, пушистый плед. Посуда красивая. Обязательно нужен кусочек природы: цветы,
аквариум, даже просто картинка с красивым видом природы. Это очень полезно для человека,
ученые это давно заметили. Комфорт и небольшие удобства создают уютную атмосферу. А
уют укрепляет психологическую защиту, помогает расслабиться и набраться сил. Даже рабочее
место можно сделать уютным и только «своим»; в своем уютном маленьком домике вы будете
защищены. И работать сможете более продуктивно.
…А мужчина в купе почувствовал огромную симпатию к уютной девушке. И ощутил
нежность и доверие – эти чувства связаны с уютом. В жизни надо держаться поближе к тем,
кто умеет организовывать жизнь и создавать атмосферу уюта даже в купе. Это сильные духом
люди, способные противостоять хаосу и тревоге. Маленький уют приносит большие счастли-
вые перемены, любовь и здоровье. И так хорошо, когда есть рядом уютный человек, от кото-
рого веет теплом…
 
В санатории отдыхали дети;
 
разные дети после лечения. Одна девочка сидела за столиком и рисовала: перед ней сто-
яли баночки с гуашью и стакан с водой, чтобы кисточку мыть. И слепой мальчик случайно
толкнул стакан с грязной водой. Рисунок залило, он был испорчен! И девочка закричала на
мальчика, тоже толкнула его. Мальчик извинялся, он же случайно… А мама девочки извини-
лась перед мальчиком и увела дочку в комнату. Она предложила кое-что попробовать, экспе-
римент поставить. Поиграть в одну полезную игру. Девочка радостно согласилась. Мама завя-
зала ей глаза шарфиком, как при игре в жмурки. И сказала: «Налей воды в стакан!»
Сначала это было весело. Это игра! Но через пять минут девочка поняла, что это не
очень-то весело и интересно; сделать что-то наощупь почти невозможно. И темно. И тревожно;
маму не видно. Вдруг мама ушла? Девочка стала снимать шарфик, а мама сказала: «Подожди
минутку. Подумай, каково было бы всегда ходить с завязанными глазами и ничего не видеть?..»
Девочка подумала и заплакала. А мама тотчас развязала шарфик и ничего больше не сказала.
Девочка и так все поняла. Через опыт.
Иногда люди делают ошибки не специально. Они не видят, вот в чем дело. Они лишены
того, что есть у нас: образования, опыта, таланта, воспитания, способности чувствовать тонко
или способности любить… Они не нарочно причиняют нам зло, такие люди. Иногда с них
можно снять шарфик; обучить, разъяснить, показать,  – и они поймут! А иногда нельзя им
разъяснить или показать. Невозможно. Они по-прежнему будут опрокидывать что-то или тол-
кать; даже без злого умысла. Они не видят душой. Их можно только остановить или словами
сказать: «Осторожнее! Сейчас вы все разрушите или сами больно ушибетесь!»…
…А девочка подружилась со слепым мальчиком; она стала ему помогать и опекать его.
Играть с ним… Он оказался очень добрым и даже не вспоминал об инциденте. Мальчик-то как
раз прекрасно видел – душой. А девочку мама научила видеть, завязав на пять минут глаза.
Научила понимать и сочувствовать. Но не всех можно научить; не всем это дано. Некоторых
людей надо просто принимать такими, какие они есть. И понимать, что они не нарочно раз-
бивают стаканы и портят что-то; они не видят. Глазами видят, а сердцем, душой – не видят.

35
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

И можно только самим проявить осторожность; мягко отстраниться. Потому что другого спо-
соба нет.
 
Неля работала так – ненормированный рабочий день
 
А работа была очень ответственная, она инспектировала крупные организации. Сутками
сидела за компьютером и сверяла отчеты. Начальник был токсичный человек, он создал такую
атмосферу, как на войне. И сотрудники все были нервные, ожесточенные. Платили хорошую
зарплату, но Неля даже не успевала тратить деньги… Выматывающая работа. В итоге Неля
заболела. Все верно: уйти с работы она не могла просто так. Вот организм и выдал решение
– тяжелую болезнь.
Нелю прооперировали, она долго болела, а потом подала заявление об увольнении. Она
больше не могла. И она стала проживать деньги, которых хватило не очень надолго, – ведь
лечение и лекарства тоже только условно бесплатны. Все надо покупать и оплачивать.
Она стала ходить гулять в скверик у дома, бледная и слабая. И искать работу. Жить-
то надо на что-то. И тут обнаружилось ужасное: как только Неля пыталась разместить свое
резюме, у нее сжималось горло, она задыхалась, в глазах темнело… Вроде панической атаки.
Причем это состояние возникало именно во время размещения резюме на вакансии финансо-
вого специалиста, – хоть в какой организации. Начинался страшный приступ.
Отчаянное положение! Жить-то на что-то надо. Где деньги брать? Надо работать. Хотя
сил маловато, но кому какое до этого дело…
Неля решила поехать в другой город и лично поговорить в одной организации. Раз невоз-
можно резюме оставить и ответить на вакансию. А денег мало! Бензин стоит дорого. И Неля
зашла на сайт, где можно брать попутчиков, – есть такой сайт. Довезешь людей до другого
города, получишь деньги, – бензин окупится. А в другом городе тоже берешь попутчиков в
обратный путь. Это был решительный шаг, но другого способа уже не было, деньги почти кон-
чились.
В общем, Неля проехала в декабре по нашим дорогам пятьсот километров на машине,
хотя чувствовала себя не очень. Ее растрясло, швы болели, спина ныла… Ухабы и рытвины.
И стемнело рано, и снег пошел. Но попутчики оказались очень хорошими: муж с женой и
пожилой мужчина. Спокойные, вежливые, доброжелательные.
Неля приехала в другой город, а в организации ничего не вышло. Бывает так. Она доехала
до набережной и в проруби увидела одинокую утку. Купила булочку и покормила утку… Вот и
все впечатления. Даже погулять не успела, пора обратно ехать – попутчики нашлись. И снова
прекрасные люди: мужчина с Кавказа и две женщины с большими сумками. Все добродушные
и спокойные. Дорога была еще сложнее, Неля же страшно устала. Но доехали благополучно. И
деньги остались; вышло где-то три тысячи кроме топлива.
Это мало, конечно. Но все равно деньги. А главное, Неля стала себя хорошо чувствовать.
Прошла тревога, депрессия, боли прошли, аппетит появился. Она еще раз поехала в тот город с
попутчиками. Только уже взяла четверых. А потом обратно вернулась. И немножко заработала.
А потом снова поехала.
В общем, она полностью выздоровела, а в  другом городе познакомилась с мужчи-
ной-попутчиком, славным человеком, заслуженным тренером. У него права забрали за
«встречку» по ошибке, вот он ездил и хлопотал насчет прав. Прекрасный человек оказался.
Права вернули. И вообще все стало хорошо. Если путь закрыт, надо ехать в объезд. Надо
другие пути искать. А географический способ лечения – это как раз поездки. Хотя с ними
связаны тяготы и усталость, конечно. Зато результат изумительный получился…

36
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
О великодушии
 
самая пронзительная история вот какая. Когда прошло «смертное время», первая бло-
кадная зима, голод остался. И блокада осталась. И бомбежки. Но весной истощенные люди под
бомбами стали копать огородики и сажать семена. Даже в центре Ленинграда были грядки. А
один заводчанин получил крошечный участок земли на окраине. И посадил капусту. Все лето
он после работы ходил на свой огородик и капусту поливал. Каких трудов это стоило измож-
денному голодному человеку – Бог знает. Трудно представить.
Он считал свои кочаны и представлял, как заквасит капусту и будет зимой есть. Это
спасет от голода и от цинги.
Он пришел осенью – а капусту всю украли. Всю. До последнего кочана.
И человек был потрясен и расстроен; нет слов, чтобы описать его состояние. А потом он
добрался домой на слабых ногах и записал в дневнике: мол, капусту украли у меня. Но я уже
не печалюсь. Свой же украл, ленинградец. Значит, он будет сыт и переживет зиму. Не фашист
украл, а свой. Ну, пусть поест и выживет.
Много великого и ужасного в блокадных дневниках. Но эта история про капусту – она
все объясняет. Всю душу человека показывает.
Автор дневника выжил. Может, поэтому и выжил – за великодушие ему награда доста-
лась. Жизнь. Это много – жизнь. И капуста – это много. Это тоже была почти жизнь…
 
Может быть, есть страна
 
для нас. Наша страна. Наш Изумрудный город. А там живут люди – наши люди. Срод-
ственники. И там живет наш человек, которому мы тоже снимся по ночам. И поэтому он не
может никого любить. Старается, но не может. Это же наш человек. И в нашем общем доме
пустует комната – наша комната. А на нашей веранде стоит наше кресло…
Все это мечты и фантазии, просто сны. А может, и нет. Потому что мне вполне реаль-
ная женщина пятидесяти лет рассказала историю из жизни. Она жила в своей стране сорок
восемь лет. Вполне хорошо. Работала преподавателем, имела приятелей, нормально зарабаты-
вала. Только семьи у нее не было. Так вот вышло – не смогла она никого полюбить. В юно-
сти были увлечения, но ничего серьезного не получилось. Так шла жизнь. Она свыклась. Все
хорошо, да? Только ее не очень-то любили и понимали, эту Олесю. С детства. Терпели, ува-
жали, не обижали, но как-то не понимали и не любили…
А два года назад она купила путевку в одну страну на море. Совершенно обычную путевку
в недорогой отель. Раньше она бывала за границей; по работе ездила в Европу, ездила в Россию.
А в эту страну поехала первый раз в жизни. Обычная поездка на море.
Она приехала и почувствовала запах страны. Он был таким несказанно прекрасным, что у
нее увлажнились глаза. Пока ехали на автобусе в отель, она взгляд не могла отвести от пейзажа.
Она узнавала и дорогу, и залив, и деревья, и маленькие домики… В отеле она оставила вещи
и спешно отправилась в ближайшее селение. Там все рядом. Подошла к дому, – на крыльце
сидел старик, разговаривал о чем-то с двумя женщинами в длинных платьях и в платках. К
своему изумлению рассказчица поняла, о чем они говорят. Не слова, но смысл уловила. Ста-
рик с бородой, в шапочке, посмотрел на нее. И женщины посмотрели внимательно. И стали
улыбаться, протягивать руки, приветствовать, словно давно ее знали. И приглашать в дом.
Она безбоязненно зашла и пила с ними чай из маленьких стаканчиков. Они говорили, а
она понимала смысл и кивала в нужных местах. А потом расплакалась от любви и восхищения.
Так плачут, вернувшись домой из долгого путешествия. Из пятидесятилетнего путешествия…

37
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Долго перечислять все радости узнавания. И радость встречи со своим человеком, – ее


описать невозможно. А Олеся его встретила там. Она уехала в эту страну, вот как получилось.
Съездила домой, уладила все вопросы, собрала деньги, нашла работу удаленную, и уехала. За
два месяца выучила язык. Взяла и выучила. Но она его скорее вспомнила.
А потом вот познакомилась со своим человеком. Вернее, узнала его. Он работал учите-
лем и жил один в своем доме с садом. Не встретил свое счастье до шестидесяти лет. А потом
встретил. Вернее, дождался и узнал.
Как это возможно? Никто не знает, не так ли? Может быть, потому человек и несчастлив,
и одинок иногда, что он живет среди чужеземцев. Говорит на чужом языке и общается с чужа-
ками. Хорошими, добрыми, но совершенно чужими… А где-то есть его родная страна и род-
ные по духу люди. И они его ждут. Хотя уже и не надеются на встречу. И позабыли, что ждут.
Пусть дождутся.
 
Если бы у Льва Толстого был интернет,
 
он бы непременно комментарии писал. Интернета не было, приходилось писать длин-
ные статьи. Но вот точно говорю; непременно писал бы комментарии. Под статьей о премьере
оперы Вагнера он вот что написал бы:
«Все это глупо, балаганно, так что удивляешься, как могут люди старше семи лет серьезно
присутствовать при этом… Больше я уже не мог выдержать и выбежал из театра с чувством
отвращения, которое и теперь не могу забыть».
Хорошо сказано. Ядовито так. Мастерски.
А Шекспиру он написал бы: мол, удивляют глупости и безнравственности вашей пач-
котни. «Безнравственность» – капслоком. Потому что в статье Толстой это слово дважды под-
черкнул. И добавил, что глупые люди, как вороны на падаль, слетелись читать Шекспира. И
раскаркались: «Ах, это гениально!». А на самом деле Шекспир – просто мусор.
А Пушкину Толстой написал бы такой комментарий: «Пушкин – это киргиз». И пояснил
так: мол, «крестьянин, торжествуя», – что за бред? С чего крестьянину торжествовать? Поехал
в лавочку за табаком, а Пушкин и рад стараться. Заныл свою песнь, как киргизский акын: что
вижу, то пою!
И это я ни капли не придумываю. Это Толстой на самом деле писал такое. Только в
статьях. Комментарии были недоступны.
Впрочем, Шекспир, Вагнер и Пушкин тоже от него не отставали. И тоже других коммен-
тировали, да еще как!
Нет, все-таки хорошо, что интернета тогда не было. И приходилось изливать яд черни-
лами на бумаге. Это долго. И хорошо, что большая часть населения просто не умела писать
и комментировала устно…
Ах, лучше бы, право, написал хороший детский рассказ Толстой-то. А Пушкин – пре-
красное стихотворение. А Вагнер вместо того, чтобы бедного Ницше комментировать, написал
бы оперу. А Шекспир – пьесу…
Но интернета не было тогда. Это хорошо. А то не узнал бы мир ни Толстого, ни Пуш-
кина… Они бы так увлеклись ядовитыми комментариями, что позабыли бы о своем таланте.
Лучше свое писать. Эссе, пьесы или музыку. А в перерывах подбадривать и поддерживать
других талантливых или просто добрых людей. И хороших произведений стало бы больше. А
злобы и зависти – меньше…

38
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Когда все хорошо, может стать скучно
 
Жил человек с любящей женой, все хорошо было. Даже очень. А потом стало скучно.
Все приелось, мещанский быт, одни и те же слова и объятия… Или на работе все хорошо шло.
Деньги платили, относились по-доброму. А потом стало скучно. Все одно и то же, нет ярких
красок, все надоело. Старый друг стал скучным. Заранее все знаешь, что он скажет. Скучной
стала жизнь…
Хорошее – оно может стать скучным. Потому что оно хорошее. Скучное здоровье, скуч-
ные деньги, скучная дружба, скучная забота, любовь скучная. Это так бывает, когда все очень
хорошо. Когда счастье. Скучное такое счастье. Однообразное.
И человек знакомится с новой интересной женщиной, не чета жене! Веселая и искромет-
ная. Бросает работу и начинает рискованный бизнес. Это интересно и вдохновляет. И новых
друзей находит, энергичных оригиналов. Теперь все не так скучно, наоборот, масса впечатле-
ний. А потом он страшно пожалеет о том, что наделал. Когда его обманут, предадут, исполь-
зуют, бросят, кинут, пренебрегут им. Потому что он скучный. Или еще по какой-то причине.
Кончится скучное счастье. Придет болезнь или утрата случится. Внесет разнообразие в
скучную жизнь.
О, как будет жалеть человек о своей скучной жизни! Как будет он молить вернуть ему
скучное счастье, когда близкие рядом, когда ничего не болит, когда все так однообразно и
буднично, так хорошо!
Но он сам выпросил это у судьбы. Он не ценил хорошее. Не благодарил за мир и покой.
Капризничал. Жаловался на скуку.
Мирная жизнь – она скучная. И хорошие, любящие люди – они приедаются. Но ценить
все это по-настоящему человек начинает только тогда, когда потеряет навсегда.
 
Две женщины среднего возраста вспоминали «лихие девяностые»
 
Они тогда были подростками. И обе, – какое совпадение! – жили в поселках. В разных,
но очень, очень похожих. Все российские поселки похожи друг на друга.
Женщины вспоминали бедность и недоедание, – тогда многие плохо жили. Отцы пили,
зарплату не платили на предприятиях… А в  каждом поселке стоял магазинчик. «Коммер-
ческий магазин»  – так их называли. Вроде киоска. И там чего только не было, на вит-
рине! Жвачка, разноцветные конфеты, какая-то удивительная колбаса-салями, газировка,
игрушки… Только стоило все это дорого, а денег не было совсем.
И одна женщина рассказала, что ей хотелось этот прелестный магазинчик сжечь, разло-
мать, ограбить! Она ненавидела этот магазин, но ее как магнитом тянуло к нему. В душе она
мечтала разрушить магазин. А вторая рассказала, что темным унылым вечером она подходила
к магазинчику и рассматривала витрины. И восхищалась замечательными вещами, которые
видела. Она мечтала иметь такой же магазинчик. И в душе благословляла это чудесное, ска-
зочное место, – ведь от него делалось как-то теплее и светлее…
Как вы думаете, кто из них добился успеха? А кто так и остался в поселке, в бедности и
прозябании? Нетрудно догадаться. Девочка, которая любила магазинчик, хоть и не могла там
что-то купить, жила хорошо. В достатке. А девочка, которая мечтала магазин сжечь, – плохо-
вато жила. И ненавидела богатых. И другую женщину обругала за ее глупые детские мечты и
нынешнее богатство. Небось, наворовала себе!
Это старинный способ. Увидели хорошую вещь или счастливого человека – благословите
его своими словами. Постарайтесь получить хорошие впечатления и найти добрые слова. Их
можно мысленно сказать. Благословите и поблагодарите. «Какая красивая машина! Сколько
39
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

труда вложили в нее создатели! Она прекрасна, пусть ездит долго и остается такой же прекрас-
ной!», – это нетрудно подумать, правда?
Но некоторым трудно. Невозможно. Они проклянут и машину, и владельца, пожелают
им всего самого дурного. И сразу предположат, что хозяин машины – подлец и вор. Поэтому
у них, у этих людей, никогда не будет ничего хорошего. Даже если им подарят машину, она от
них уедет. А деньги – уплывут…
О хороших вещах надо говорить хорошо. Ничего, что пока их у нас нет. Счастье и богат-
ство приходят к тем, кто умеет их ценить. Хорошие вещи приходят к тем, кто не хочет их раз-
ломать или сжечь. Это древняя гавайская техника благословения, – другого слова не подобрать.
Говорите хорошо о хорошем. Радуйтесь, что оно есть в мире. И оно придет в вашу жизнь. Сча-
стье, любовь, деньги… Все это есть в магазинчике. А значит, мы когда-то сможем это купить.
 
Мэрилин Монро случайно нашла записи мужа
 
Там было написано, что он в ней разочаровался. И еще много такого. Он же драматург
был, этот Миллер, вот и записывал свои чувства. Написал, что Мэрилин его разочаровала. Он
ее не любит. Брак был ошибкой. Много всего написал, а она прочитала.
И  Мэрилин не стала устраивать сцены или истерики закатывать. Она погрузилась в
печаль. Снова попала в свою сумрачную комнату, где монстры шевелятся по углам и очень
холодно. Она так и написала в своем дневнике; мол, нет у меня злобы. Это нормально, что
меня хотят бросить. Это просто отчаяние. Это всегда так бывает; унижение и отчаяние. Меня
всегда предают, и это нормально, так и должно быть.
Когда нет ни злости, ни ярости, ни обиды, – это значит, человек привык к предатель-
ствам и просто вернулся в свою сумрачную комнату с монстрами. Он привык к своей комнате;
очень самонадеянно было выходить оттуда, не так ли? Все равно приведут обратно. Так в дет-
стве Мэрилин передавали из одного приюта в другой, от одних приемных родителей – другим.
Это нормально. Еще одно унижение и снова отчаяние. Лучше уж вовсе не выходить из своего
мрачного убежища. Оставаться в своем сумрачном приюте.
Ференци написал о том, что душа ребенка горит сначала, как одинокая свеча в темной
комнате. Если прикрыть свечу рукой, – в комнате станет в два раза темнее. Сумерки и полу-
мрак. Вот что происходит с жизнью ребенка, которого предают, унижают, обижают, бросают,
не любят… Он привыкает потом к этому сумраку. Так и живет. Но об этом никто не знает.
И каждый раз, когда его возвращают от солнечного света в мрачную комнату, он просто
говорит себе: «Это нормально. Меня и должны бросать, предавать, разочаровываться во мне.
Вот моя комната, не надо больше выходить из нее и верить приглашениям погулять по солнеч-
ному саду. Меня снова вернут в мою страшную комнату!»
В конце концов человек просто гасит свечу. Как Мэрилин. По крайней мере, так не видно
монстров. И перестает мучить слабая надежда. Сумрак превращается в тьму.
Единицы выходят на свет. Любовь спасает, спасает близкий и преданный человек рядом.
Это бывает. Но не очень часто…
 
Диккенсу подали на обед
 
в ресторане невкусный паштет. Вроде пирога такого. Писатель съел вкусные блюда, а
паштет есть не стал, но официант все равно включил паштет в счет.
На следующий день Диккенсу вновь к обеду подали паштет. Тот же самый. Диккенс отре-
зал кусочек, но есть не стал. Официант снова включил паштет в счет!
А потом официант снова подал паштет Диккенсу. Починил и подал. Вставил отрезанный
кусочек и замазал салом. И снова включил паштет в счет.
40
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Диккенс стал сопротивляться молчаливо. Он выливал в паштет остатки вина и чая,


тушил сигары, кости куриные втыкал… Официант терпеливо чинил паштет, очищал и снова
подавал к столу. И включал его в счет!
Так длилось неделю, пока Диккенс плыл на корабле. В конце концов он паштет выбросил
за борт. Уничтожил решительно! И правильно сделал. Официант был побежден.
Если какая-то ситуация неприятная, проблема повторяется, надо ее решать. Терпение не
поможет. Нет смысла делать вид, что все в порядке. Ведь еще и платить заставят…
Иногда единственный способ избавиться от паштета – выбросить его за борт. И громко
возмутиться, как матрос на броненосце «Потемкин». Действовать надо решительно и смело,
если кто-то повадился нас кормить паштетами. Надо решать ситуацию поскорее. Только так
можно избавиться от проблемы.
 
Когда говорят, что нужны помощники,
 
часто имеют в виду «рабы». Когда говорят, что помогать надо для воплощения идеи,
часто идея проста – надо бесплатно поработать на благо этого человека.
Идея хорошая, спору нет. Только лучше бы ее прямо выражали. Без обращения к совести,
без давления на жалость, без туманных описаний счастливого будущего. Обычно в другом
мире.
«Мне нужна помощь!» – значит, вам не заплатят ни копейки. Вот что это значит. Но
после этих слов даже спросить об оплате неудобно. Кто же берет плату за помощь? Помогают
даром, от сердца, бесплатно!
Только вот «помощью» работу называть не надо. Это разные вещи. Накормить голодного
или довести до дома слабую старушку – это помощь. А бесплатно работать по специальности
или строить дом начальнику – это работа. Или носить кого-то в паланкине – тоже работа. Или
в свое свободное время принимать пациентов. Или обои клеить.
Лучше прямо сказать: «Я хочу, чтобы вы бесплатно на меня поработали». Но это так
грубо звучит! И могут отказаться. Даже скорее всего откажутся. А «помощь» – звучит совсем
иначе, правда?
Вот где «помощью» называют бесплатный труд, там и рабство близко. Обычно так
бывает, к сожалению…
 
Запомнится главное;
 
я помню. Мне лет двенадцать было; подросток. А подростки угловаты и неловки, они
еще не привыкли к новому телу. Дедушке в Академии наук на юбилей подарили такую гро-
мадную, довольно уродливую штуку из яшмы и малахита с серебряными вставками – пись-
менный прибор. Он занял треть большого стола, за которым мы с дедушкой занимались. У нас
общий стол был. Ну, и я этот чудовищный и дорогой прибор как-то уронила. Хотя он тяже-
лый был и громоздкий. Этот жуткий каменный цветок, так сказать, упал и разбился на тысячу
кусков. Там же все было филигранно вырезано из камней, вот они и стали хрупкими. Ба-бах!
Дедушка прибежал в комнату. И увидел, что я жива-здорова. Махнул рукой, сказал: «Эх!», и
пошел за веником. И мы с ним все убрали. Я бормотала извинения напополам с оправданиями;
а дедушка сказал, что все это пустяки и ерунда. Главное, что мне на ногу это тяжелое изделие
не упало. Вот это – важно, да.
И с папой в то же время мы как-то жарили кабачки. Папа не очень в кулинарии разби-
рался, да и я тоже. Мучительный был процесс, скажу я вам. Мы чистили кабачки, потом выни-
мали семена, потом резали на ломтики, потом обваливали в муке и жарили в подсолнечном
масле. Дым, шкворчание, мука, масло брызжет… А в итоге медленно-медленно растет горка
41
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

пожаренных ломтиков на блюде. Мы на блюдо складывали поджаренные кабачки. На блюдо


кузнецовского фарфора.
Ну, и в конце процесса, когда все было готово, когда горка стала большой, я это блюдо
и уронила. Бац!
Папа был исключительно аккуратен. Он соблюдал гигиену и санитарию всегда, он же был
врач и ученый. Все знают, что на полу – полчища микробов и бацилл! Поэтому и осколки
блюда, и кабачки – все мы аккуратно сложили в ведро, помыли пол и  пошли выбрасывать
мусор. А по пути зашли в магазин и купили банку консервированной солянки. Ей и поужинали.
И тоже папа слова мне резкого не сказал. Даже в момент падения блюда. Только сказал:
«Эх!», – немного разочарованно. Он кабачки жареные очень любил…
Вот это и запомнилось. Контуженный под Сталинградом, израненный на войне дедушка
и его «эх!». И папа, подбирающий с пола осколки… Он мне не разрешил подбирать – вдруг
я порежусь?
Они были очень добры ко мне. И очень любили.
И не надо оправдывать себя минутным раздражением, вот что я думаю. Мол, извини, я
погорячился и поэтому на тебя закричал. Мужчины умеют сдерживаться, если любят. И если
они – настоящие мужчины.
…Такое и запоминается почему-то. На всю жизнь. И тоже учит сдерживаться. О каждом
крике и обзывательстве пожалеешь потом. О каждом! А о блюде не пожалеешь. Или о кабач-
ках…
Все проходит, теряет ценность и смысл. Только любовь остается навсегда. Может быть,
навечно…
 
Можно родиться красивым и богатым,
 
как англичане говорят, с серебряной ложечкой во рту. И потом потерять эту ложечку;
утратить счастье и преимущества. А можно родиться с двумя рядами зубов в ротике, с шерстью
и с густой бородой. Да еще иметь в придачу обезьянье лицо и сложение. Но прожить долго и
счастливо девяносто лет. Все зависит от того, кто встретится на жизненном пути. Если любя-
щие и добрые люди будут встречаться – можно преодолеть злое заклятие.
Так случилось с Перциллой Лоутер; «девочкой-обезьяной». Она родилась на свет мох-
натой и не очень-то похожей на девочку. И родители отдали ее в цирк, чтобы людям показы-
вать на представлениях. На потеху публике. Но владелец цирка Лоутер удочерил девочку, дал
ей свою фамилию и хорошее образование. А тех, кто обзывал Перциллу, мог и побить! Он
оказался добрым человеком. Перцилла выступала в цирке и отлично зарабатывала. Ее хотела
купить одна богатая дама за громадные деньги, – очень подозрительная дама, в своем дворце
она разводила обезьян. И неизвестно, зачем она хотела купить Перциллу; может, для опытов!
Но Лоутер не продал девочку, он же ее считал своей дочкой. Потом Перцилла вышла замуж по
любви за «человека-крокодила»; он был приятный молодой человек, даже красивый. Просто
кожа на теле у него была как панцирь. Зато сердце было мягким и добрым.
«Женщина-обезьяна» прожила почти 90 лет. Они с мужем хорошо зарабатывали, а потом
ушли на пенсию и провели старость в красивом доме, в полном достатке, в любви и согласии.
Перцилла сбрила бороду, когда муж умер, в знак траура. И оказалась вполне обычной симпа-
тичной старушкой; старость всех уравнивает. А хороших людей даже красит…
В начале жизни все может быть очень плохо. Гораздо хуже, чем у других. Но иногда
судьба посылает хороших людей-помощников тем, кого страшно обделила при рождении. И
в трудной ситуации могут встретиться добрые любящие люди; они помогут исправить вред и
обрести успех. Надо быть внимательнее к тем, кто нам встречается; они могут стать нашими
помощниками, эти люди. Или мы для них можем стать спасителями; кто знает? Именно люди
42
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

на пути – вот мощный ресурс для преодоления судьбы. Не надо забиваться в уголок и отказы-
ваться от общения. Наоборот. Нужно смело идти навстречу судьбе, и знакомиться, и общаться,
и работать. Это увеличивает шансы на счастье.
 
Про знаменитых героев много пишут
 
Их все знают. А про доктора Хавкина кто знает? Не очень много людей знают про Хав-
кина. И фамилия немного смешная, не героическая. Не Цезарь, прямо скажем. А вот Чехов
написал про доктора Хавкина: «Самый незаметный человек». Так и написал. Потому что был
потрясен его незаметными подвигами. Его незаметной деятельностью. И незаметным самопо-
жертвованием.
А ведь этот доктор Хавкин спас множество людей. Он сначала учился в университете и
хотел делать добро. Поэтому и начал медицину изучать. Примкнул к «народникам», – тогда
многие гуманные молодые люди в «народники» шли. Хотели людям помогать и просвещать
народ. Но «народники» оказались весьма агрессивными. Владимир Хавкин познакомился с
одной «народницей»-террористкой, Верой Фигнер, по прозвищу «Верка-револьвер», послу-
шал о кровавых планах по борьбе с кровавым режимом и решил народ спасать как-то иначе.
Без пролития крови и без Верки-револьвера. Ушел он от них
И стал учиться у Пастера. Вместе с Пастером три года разрабатывал вакцину от холеры.
И они эту вакцину создали! Надо было ее испытать на человеке теперь. Пастер на себе испы-
тывать забоялся, а доктор Хавкин вколол себе препарат и специально постарался заразиться
холерой. На благо людей. Вакцина подействовала. Доктор не заболел!
Доктор Хавкин немедленно отвез вакцину в Россию, где бушевала эпидемия холеры. Но
правительство не разрешило вакцину использовать. Мало ли. Если помогло доктору Хавкину,
другим может вред причинить. И вообще, как-нибудь народ сам справится. Хавкин вакцину
предложил Франции и Испании – задаром! Но они тоже отказались. Мало ли… Англичане
оказались хитрее и решили вот что: «Давайте, – говорят, – пошлем этого подвижника в Бомбей,
в Индию. Пусть там свою вакцину предлагает. Если это хорошая вакцина, мы потом ее себе
возьмем. А если плохая – мы не виноваты. А лучше всего, если этот доктор там и сгинет. Нет
человека – нет и вакцины. И рассуждать не о чем!»
Хавкин приехал в Индию и собственноручно привил 42 тысячи человек. Они не заболели
холерой, хотя была страшная эпидемия. Он их спас.
А потом его англичане послали снова в Индию, на этот раз с вакциной от чумы. Он от
чумы изобрел вакцину и тоже на себе испытал. Ввел вакцину и попытался заразиться чумой.
Вакцина подействовала! И он потом в Индии остановил эпидемию чумы. Поехал и всех спас.
Ну, вот и все, пожалуй. Вот и все незаметные подвиги этого доктора. Семью он не завел;
он же в очагах эпидемии жил и постоянно подвергался риску. И вообще тихий был человек,
незаметный. А деньги свои он отдавал на благотворительность и тайно посылал бедным.
Так что есть незаметные люди и тихое самопожертвование. Когда ни стран не завоевал,
ни в царей не стрелял, не метал бомбы и не совершал перевороты. Не собирал пожертвования.
Не плыл на плоту через океан…
Просто вот – был такой доктор. Самый незаметный человек. О котором так написал дру-
гой доктор, Чехов. Пораженный тихими, незаметными подвигами человека с немного смеш-
ной фамилией – Хавкин…

43
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Писатель Гюго любил актрису Друэ
 
Он любил ее пятьдесят лет. Это долго. Но Виктор Гюго был женат на другой и имел
пятерых детей. Жена изменила писателю, он тяжело это переживал и встретил Жюльетт Друэ
в театре. Она играла в его пьесе.
Она красивая была, Жюльетт Друэ. Скульптор Праден с нее лепил статую, а публика
рукоплескала актрисе, когда она на сцене выступала. Говорят, что она была куртизанка. Но
тогда всех актрис считали женщинами вольного поведения. Просто она нравилась мужчинам
и они дарили ей дорогие подарки. Она хорошо жила. А потом встретила Гюго.
Их роман продолжался пятьдесят лет. Жюльетт ушла из театра и стала жить затворницей
– писатель был страшно ревнив. И скуп. На содержание Жюльетт он выделял скромные суммы.
Все верно, ему же надо было семью содержать. А когда Гюго отправили в ссылку, верная воз-
любленная последовала за ним. И поддерживала любимого, как могла…
Чудеса любви и самоотречения проявляла Жюльетт. Даже жена Гюго, умирая в старости,
попросила у кроткой любовницы прощения за то, что дурно о ней думала. А Гюго называл
Жюльетт своей «истинной женой» и любовью всей своей жизни. Хотя и изменял с другими
дамами, к сожалению. Даже в дом Жюльетт их приводил.
Он так и не развелся. И на Жюльетт так и не женился. Пятьдесят лет длился этот роман с
женатым мужчиной, а потом – со вдовцом. Наверное, это великая любовь и великое счастье…
Но так грустно читать: Гюго жил в одном доме, а для любовницы снимал другой дом.
Маленький. И утром романтичный Гюго выходил на балкон, выпив чашечку кофе в кругу
семьи. И развешивал на перилах балкона белый носовой платочек. Это был знак для его доро-
гой Жюльетт: ночь прошла хорошо. Писатель выспался, попил кофе и чувствует себя недурно.
Вроде сообщения в виде «смайлика». Или приветствия «доброе утро!»
Может, это и великая любовь. Наверное. Но так трудно довольствоваться утром носовым
платком на перилах балкона. Или коротким сообщением в телефоне. Или прекрасными сло-
вами о любви и верности. Которые почему-то должна проявлять одна сторона. Та, что со сле-
зами умиления рассматривает носовой платок на балконе. Знак любви. Очень скромный знак,
на мой взгляд. Грустный и безнадежный, как белый флаг. Флаг поражения.
 
Любящий человек не может быть зрителем
 
Фромм много рассуждений о любви написал; много наставлений для тех, кто должен
учиться любви. А об этом упомянул лишь однажды. А это и есть главный признак любви. Не
быть зрителем.
«Пусть человек сам решит свои проблемы, выпутается из неприятностей, достигнет
успеха, разберется с привычками, выздоровеет, справится, улучшит свое эмоциональное состо-
яние, исправит поведение, решит задачи, станет гармоничным». Это правильно. Только вы-то,
зрители, зачем ему будете нужны потом? Когда он сам всего достигнет и со всем справится.
Тот, кто сидит в партере и хрустит поп-корном, наблюдая с интересом за нашими прыж-
ками и стараниями, не очень-то нас любит.
Тот, кто смотрит на нашу личную драму или трагедию со зрительского места, не очень-то
нас любит. Даже если всхлипывает в особо грустных местах. Или отворачивается – в страшных.
Тот, кто глазеет на то, как мы боремся в поединке с врагом на арене, – вряд ли любит
нас всем сердцем.
Поэтому зрители не интересны. И нечего удивляться, что мы расходимся в разные сто-
роны после драмы или поединка.
Спасибо за аплодисменты. За внимание. За присутствие.
44
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Но дальше мы справимся сами. Мы научились справляться.


Приходите на представление, – так мы им скажем. И не забудьте оплатить билеты. Зри-
тели должны покупать билеты.
А любящие – они всегда с нами. В мелодраме, в комедии или в триллере, – они играют
с нами и за нас. Потому что любящие не бывают зрителями. Никогда.
 
Я вспомнила про черную икру
 
И про светлое чувство. Это я в детстве знала мальчика одного. И мы приходили к нему
в гости иногда – он жил в частном доме. Тогда было немало частных домов. Очень простая
семья была. Папа такой, с красным носом и грубыми руками, в шапочке-«петушке», довольно
уродливой и самовязаной. В телогрейке и в сапогах кирзовых. Небритый. И он все матерился
себе под нос, привычно так. Для меня непривычно, но вот так все и было. На Джузеппе он
был похож, из фильма про Буратино. И дети его так и звали: Джузеппе. Вечно вполпьяна,
как писал Достоевский, этот Джузеппе ворчал, бурчал, стучал сапогами. И уходил со двора
работать грузчиком. Он после работы снова уходил работать.
А мама мальчика оставалась дома. Полная такая женщина в выцветшем халате, с кудерь-
ками перманента. Она болела и все лежала на диване. У нее был рак, вот. В груди был рак, она
сама говорила. И она могла умереть, это мне мальчик сказал. Потому что так врачи сказали.
Он знал.
На полу лежали плетеные коврики, между рамами – серая вата. Пахло больницей, как у
моих родителей на работе.
А женщина на диване часто ела черную икру алюминиевой ложкой из маленькой банки.
Да-да. И этот грубый Джузеппа бдительно смотрел, чтобы она все съела. И ворчал бранные
слова.
Ну, икра и икра. Просто это была диковинка тогда. И в магазине ее не продавали. Можно
было купить по блату в ресторане, вот. За десять рублей крошечную баночку. Я точно не
помню, но за какие-то сумасшедшие деньги можно было купить. Врач один сказал Джузеппе,
что жене надо есть черную икру. В ее положении это полезно очень. Очень поддерживает!
И этот грубый дяденька работал на одной работе, а потом халтурил на другой. До позд-
ней ночи. Иногда до утра. Он там зарабатывал деньги на черную икру. Он верил, что это спа-
сительный продукт. Раз врач так сказал и раз так дорого стоит – значит, спасительный. Вот он
покупал эту икру в ресторане у коррумпированного повара или официанта, и жене нес. А она
кушала алюминиевой ложкой. Так вот было.
И, знаете, мама этого мальчика не умерла. Хотя тогда лечение было не очень эффектив-
ным, наверное. Но вот не умерла. Я его потом встретила, его как раз из тюрьмы отпустили,
он там сидел за хулиганство. Так мама была жива. И отлично себя чувствовала. Хотя прошло
много лет!
И мальчик ничего, исправился. Стал шофером потом.
Это не искрометная история, конечно. В ней ничего такого нет; ни тайны, ни романтики,
на высоких чувств. А из возвышенных предметов – только баночка черной икры.
Но это про любовь. Которая дышит, где хочет. Где человек дышит, там и любовь рядом
дышит. И светло на душе от черной икры. Когда вспомнишь; а про любовь и икру редко как-
то вспоминаешь. Они – редкость. Дорогая редкость…
 
Художник Айвазовский не читал книг
 
Вообще не читал. Ну, может, в гимназии читал учебники, а потом бросил это дело. Он
с Пушкиным дружил, но и его сочинений не читал. «Зачем, – говорил Айвазовский, – мне
45
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

читать книги? У меня и так есть свое мнение!» Все поражались такому поведению художника.
И один современник уничижительно назвал Айвазовского «помесью добродушного армяшки
с архиереем», посетовав, что художник говорит медленно, с акцентом, и все какие-то не очень
интересные вещи. Это все потому, что он книг не читает! У него, дескать, и так есть свое
мнение!
У Айвазовского был источник, вот в чем дело. Свой, личный минеральный источник в
имении рядом с Феодосией. Это имение художник заработал своими картинами, удивитель-
ными и восхитительными морскими пейзажами. Он так писал море, что оно было как живое!
Причем на море не смотрел, не с натуры писал. Просто из головы. Хотя море любил, конечно.
И вот в Феодосии началась страшная засуха. Айвазовский взял и подарил свой личный
источник городу, изнывающему от зноя и жажды. На свои деньги проложил водопровод, 25
верст труб! И напоил весь город. Даром. Пятьдесят тысяч ведер воды каждый день получали
горожане из личного источника Айвазовского. Он не был жадным. Раз у него есть источник –
пусть все пьют минеральную воду. Пожалуйста!
Он гимназию в городе построил на свои деньги. Театр. Еще много разных культурных
заведений. И поил всех водой из своего источника. А великолепные свои картины часто просто
дарил.
Когда у человека есть источник, ему нет особой нужды читать книги. Он может себе
позволить их не читать – это личное его право. Он картины писал удивительные, гениальные.
А в 75 лет съездил в Америку и Ниагарский водопад написал. Когда ему читать-то было?
Пусть каждый занимается своим делом. Черпает из своего источника, если Бог ему дал.
А если щедро делится с другими такой человек,  – так нечего его критиковать и книги ему
пихать в руки. И писать про него неприятное.
Каждому свое. А источник был неисчерпаем. Там было все: и море, и горы, и земля, и
небо, и лето, и зима, и люди, и птицы, и рыбы, и спасение утопающих… Все было в источнике.
В первоисточнике. А книги и картины – это всего лишь пересказ. Ведра с водой, которыми
поят жаждущих…
 
Одна молодая жена принимала у себя родственников мужа:
 
свекровь, тетю с дядей, сестру с мужем. И очень-очень старалась. Из кожи вон лезла,
как говорят. Накрыла стол белоснежной скатертью, достала бабушкин сервиз, а на премию,
которую дали на работе, купила продукты. И решила сделать стол в русском стиле. Запекла
осетрину, разорилась на икру – выложила ее на блюдо. Тонко нарезала лимон. Буженину наре-
зала, окорок копченый разложила щедро. Испекла пироги с мясом, с рыбой, с капустой. Белые
грибы маринованные выложила. И горячий картофель в мундире поставила художественно в
чугунке на вышитое красивое полотенце. Ну, и сластей видимо-невидимо!
Родня пришла и плотно поела, запивая осетрину хорошими напитками. Поднатужились
и все съели! А пироги с собой унесли. Потом они горько жаловались мужу щедрой хозяйки,
соседям и общим знакомым. Рассказывали, что молодая жена им сварила картошку в мундире
на праздничный обед! Все ужасались и сочувствовали. Некоторые оправдывали жену – мол,
она еще молода и глупа! Но, действительно, картошка – это слишком! Это унизительно даже
– подать такое скудное угощение.
Вот ни слова ведь родственники не соврали, так? Была картошка? Была! Это чистая
правда. А про осетрину, буженину, икру и коньяк они просто умолчали. Так что не надо слиш-
ком верить рассказам таких людей. Они все съедят, но расскажут только про картошку. И
выставят вас жадными, недобрыми, глупыми… Попользуются хорошенько, а потом вот так
отплатят. И оправдаться невозможно будет. Ведь была картошка? Была!

46
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Жена иногда общается с этой родней. И на стол выставляет чай без сахара. Сахар вреден.
Пришли попить чаю – пожалуйста, вот чай. Просто чай. В простых чашках чайных. Попили
чаю? Вот и славно. Идите и рассказывайте. Потому что рассказывать будут все равно. Это
закон. Но когда про чай рассказывают – это не обидно. Закармливать пирогами и пряниками
тех, кто предвзято к нам относится, нет смысла – только хуже будет. Все равно запомнят только
картошку в мундире – вот ей и следует потчевать таких людей.
 
Репин был великий художник
 
Дорого брал за портреты; это правильно. Портрет, написанный мастером живописи, не
может дешево стоить. И Репин был обеспеченным человеком. Но скуповатым. Когда его дочь
Вера нуждалась в массаже, Репин ей посоветовал: мол, Верочка, ты один раз заплати масса-
жистке за сеанс. А сама все бдительно примечай, все ее приемчики. И потом сама себе массаж
делай! Это выгодное дело, так мы сэкономим большие деньги!
Здорово придумано. В парикмахерской надо бдительно понаблюдать за мастером, а
потом самой стричься. У стоматолога тоже надо быть приметливее. Потом можно самому себе
зубы лечить. Сантехник чинит трубы, – а вы наблюдайте, потом сами будете чинить. И за рабо-
той художника можно последить, запомнить приемчики, а потом самому портреты писать…
Чужую работу обесценить легко. Но тогда надо самому все делать. Один раз подсмотреть,
и довольно. Странно только, что за свою работу люди просят большие деньги. А за чужую
платить не хотят. Это же так легко и просто – чинить, лечить, массажировать, учить…
Но идея оригинальная. Не хочешь платить – научись и сделай сам. Как советовал великий
художник Репин.
 
Если вы наденете красную шапочку —
 
дело кончится плохо. И это не сказка. Людовик Шестнадцатый выбрал «средний путь».
Пошел на уступки, – это же правильно, идти на уступки? Когда разъяренная толпа ворвалась
в Тюильри, выкрикивая угрозы, Людовик надел красную шапочку санкюлота в знак согласия
с требованиями толпы. И даже попил красного вина из бутылки, которую ему кто-то сунул.
В знак примирения.
Он пошел на уступки. Вот на эти самые уступки, на которые учат идти, когда на нас
нападает кто-то разъяренный и агрессивный. «Вам надо всего лишь немного уступить, надеть
красную шапку и отпить вина из бутылки с чьими-то слюнями. Покивать и согласиться. И
конфликт уладится сам собой!»
Когда кто-то умышленно нападает и нарушает ваши границы, когда ворота уже сломаны и
вам угрожают, оскорбляют, унижают вас, – не надо надевать красную шапку. Надо или бежать.
Или так же яростно обороняться. «Бей или беги» – так работает нервная система. Не преду-
смотрены другие функции. И ничего хорошего не будет, если вы будете договариваться, усту-
пать, унижаться или пытаться сделать вид, что ничего не происходит. Просто кто-то поджигает
ваш дом и блюет в гостиной. Или рубит головы вашей родне.
Людовик имел много шансов спастись и спасти свою семью. Очень много. Он мог начать
палить из пушек и прогнать толпу. А мог сбежать и получить поддержку от своих сторонников.
Мог бы, мог бы… Вместо этого он пошел на уступки. Надел шапку. А потом ему отрубили
голову, вот и все.
Наполеон сказал тогда: «Какой трус!» – про Людовика. Может, и не трус. Просто уступ-
чивый человек, который хотел со всеми жить в мире, никому не причинять зла, не выглядеть
грубияном и показать, что он прислушивается к чужому мнению. Учитывает его и идет на
уступки.
47
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

На уступки надо идти с теми, кто не желает нам смерти или несчастья. С теми, кто не
замыслил недоброе. С теми, кто не ворвался с бранью и угрозами в наш дом.
А в случае нападения уступки всегда плохо кончаются. И не надо напяливать на себя
чужую грязную шапку и пить вино. Надо сохранять трезвую голову. Это поможет голову сохра-
нить.
Или хотя бы не выглядеть трусом. Это тоже важно.
 
Человек может иногда располнеть
 
даже при небольшом рационе. Многое зависит от гормонов, к сожалению. От скорости
обмена веществ. Но иногда причина очевидна – мы слишком много едим. Мы не голодны, но
зачем-то снова поели. И съели многовато, – мы и сами это понимаем, сожалеем, даем себе
слово сдерживаться. Но снова срываемся… Не надо себя клясть и ругать, – может быть, дело
в том, что вы просто не справляетесь с переживаниями, грубыми нападками, с какой-то трав-
мирующей ситуацией, с тревогой… Чувствительные люди могут переедать по этой причине.
Бывают, конечно, и просто обжоры. Лакомки. Как древнеримский поэт Гораций; он так
любил поесть, что завтракал три-четыре раза. Позавтракает и снова хлопает в ладоши, велит
рабам накрывать на стол. И снова завтракает. До обеда сидит и завтракает. Неудивительно, что
поэт был очень полным. Просто он очень-очень любил покушать и не прилагал усилий, чтобы
как-то себя ограничить. Но вот Бисмарк, например, даже прозвище имел – Железный Канц-
лер. Характер был очень сильный у этого деятеля, воля поистине железная. Но в одно время
враги и неудачи так достали Великого Бисмарка, что он начал очень много есть. Чрезвычайно
много. Он растолстел и не мог остановиться. Хорошо, что канцлеру встретился отличный док-
тор, который занялся его диетой. Стал следить за количеством еды, запретил вино, заставил
ходить на прогулки, а главное – наладил сон. Ведь нарушенный сон лишает человека энергии.
Бессонница лишает душевного покоя!
Бисмарк похудел и выздоровел. А ел он от стресса. Ведь во время стресса в организме
вырабатываются адреналин и кортизол; нарастает тревога. Уходит энергия. Организм бук-
вально приказывает немедленно запастись энергией впрок, съесть как можно больше! И самое
главное вот в чем. Когда младенец рождается на свет, единственное место, в котором он чув-
ствует себя в безопасности, – подле груди матери. Блаженное насыщение молоком матери, тес-
ный контакт с ней, чувство тепла и покоя, – вот что связано в нашем подсознании с процессом
еды.
В трудные времена мы стремимся обрести безопасность. А безопасность и процесс еды
теснейшим образом связаны. Если вас обидели, расстроили, причинили вред, если вы чувству-
ете тревогу и гнев, еда становится универсальным антидепрессантом, так сказать. Убежищем.
Спасением. Единственным способом почувствовать себя в безопасности. Нет вашей вины в
том, что вы начинаете есть. И корить себя, ругать, чувствовать стыд и вину не надо. Надо раз-
бираться с причинами своей высокой чувствительности. И с чувством одиночества; выходит,
нет рядом человека, к которому можно прижаться, обнять, получить помощь и поддержку?
Никто не может дать вам чувства защищенности, вот в чем дело. И вас мучает «эмоциональ-
ный голод»…
Это от морального одиночества – переедание. Иногда это главная причина. Только погру-
жение в глубокое детство дает иллюзию защиты… Но вот Бисмарк нашел выход из положения
– подружился с доктором. Это его спасло от ожирения, пьянства, депрессии и полного провала.
Может быть, и от преждевременной смерти на радость врагов… Не надо себя бранить и ругать.
Надо искать причину – тогда и выход найдется. Как доктор, который встретился Железному
Канцлеру. Все мы не такие уж железные…

48
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Очень понравился эксперимент
 
с обезьянами. Ученые поставили такой автомат с вкусной едой; кидаешь жетон – полу-
чаешь угощение. И сметливый энергичный самец быстро научился пользоваться автоматом.
Кидал жетон и получал лакомство. А одна старушка-обезьяна была глуповата. Не понимала
связи жетона, автомата и лакомства. Повертит в лапках жетон, уронит на пол и грустно смот-
рит, как умница-обезьян получает вкусные вещи. Смотрит и все. Не просит. Просто грустно
сидит, старчески сгорбившись, в уголке… Необучаемая старая дурочка.
Этот обезьян стал подбирать жетоны старушки с пола и кидать в автомат. Вот какой
умный! А потом он эту вкусную еду отдавал старенькой обезьяне. На свои жетоны себе поку-
пал еду, а на жетоны старушки – ей. И все ей отдавал!
Так что глупости это; мол, у животных нет души. Раз есть доброта и сострадание, значит,
и душа есть. Иногда очень добрая душа. Как у этого умного и великодушного обезьяна…
 
Когда над вами будут издеваться
 
и сживать со свету, вам для начала запретят жаловаться. Жаловаться – это фу! Разве ты
слабак? Разве ты предатель? Разве ты не понимаешь, как стыдно быть ябедой?
Это в старом фильме про концлагерь мучители заставляли истощенных детей писать
письма родным: «Мы живем хорошо! Здоровье у нас хорошее!» Потому что жаловаться – это
плохо, так ведь?
Сколько случаев травли в школе приводили к ужасному событию, – или, в лучшем случае,
к тяжелой моральной травме, – потому что тот, кого травили, не жаловался. Мучители ему
живо разъясняли, что жаловаться – это фу как некрасиво! А те, кто должен был на жалобы
реагировать, разъясняли то же самое. Стыдно жаловаться! Иди и постарайся найти общий язык
с ребятами. Подружись с ними! Или с фашистами подружись…
Робкие попытки найти защиту и решение проблемы заканчивались. А травля – набирала
обороты.
В армии при «дедовщине» было то же самое. Издеваться можно. Жаловаться – нельзя!
И избитым женам мужья говорили, что стыдно жаловаться на собственного мужа. Это какой-
то позор, – на мужа жаловаться. И часто то же самое говорили те, кому эти жены пытались
пожаловаться и найти защиту от мучителя. Какой стыд – жаловаться на мужа.
На начальника тоже стыдно жаловаться. Вроде ты доносчик какой-то и слабак, не можешь
свои проблемы решить сам. Доносы пишешь, жалобы, втягиваешь других людей… А потом
тому же начальнику жалобу передадут, а он тоже постыдит: «Эх вы, – скажет, – Иуда Искариот!
На родного начальника ябедничать пошли. Ужо я вам покажу!»…
Крестьяне все же собрались и пошли жаловаться на Салтычиху. А сотрудники «Франс-
телеком» – на Дидье Ломбара, который доводил людей до суицида. И в конце концов это сра-
ботало. Салтычиху посадили в яму, а Ломбара отдали под суд. А про зверства фашистов сняли
документальные фильмы…
Тот, кто уверяет, что жаловаться нехорошо, или сам – мучитель, или не хочет связы-
ваться. Выполнять свои должностные обязанности.
Ребенок должен делиться с родителями своей ситуацией. А человек – с теми, кто может
и должен помочь. Или с теми, кто может распространить информацию и позвать на помощь.
Это меры самоспасения, вот что это такое. Не надо поддаваться на манипуляцию и держать все
в себе, если вам или вашим близким угрожает опасность. Если вас мучают и вам угрожают.
Иногда пожаловаться – это спасти себе жизнь. Или другому спасти жизнь…

49
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Не надо от себя слишком многого требовать
 
Мы все же живые люди. Иногда слабые, утомленные, раздраженные; наш ресурс не без-
граничен. Одна молодая мама в декрете с третьим ребенком села в отчаянии и расплакалась.
Потому что только приберешься, – опять грязно. Игрушки, вещи, посуда, горшочки… Дети
старшие кричат и бегают. С самым старшим надо уроки делать, писать буквы и цифры. И,
главное, от уборки следа не остается моментально. А раковина вновь наполняется грязной
посудой. Посудомойка сломалась. Каша пригорела. Чашечка разбилась и надо осколки убрать.
Один ребенок просит пить, второй просто плачет, третий зовет на помощь: пример не получа-
ется. Главное, грязно дома. На ковре крошки, хотя вот только ковер пылесосили. И никак не
добьешься идеального порядка, никак!
Чем больше она старалась и все мыла, чистила, складывала, тем ужаснее казался всераз-
рушающий хаос. Он поглощал плоды ее труда моментально. Приготовленная еда съедалась,
снова появлялась грязная посуда. Вещи пачкались… Это был замкнутый круг. Вот она и рас-
плакалась.
Так бывает: чем больше хочешь все привести в порядок, чем больше усилий прилагаешь,
тем больше хаос. Схватишься за одно, – другое сломалось или испачкалось. За другое возь-
мешься, – испортится то, что уже сделал. И еще что-то надо делать уже, время пришло. А силы
кончились.
Ну так это и есть жизнь. Она иногда не дает все привести в порядок раз и навсегда.
Бывают такие периоды, когда невозможно добиться идеального порядка, это нормально. И
доводить себя до слез не надо, – потихоньку, по мере развития событий, надо поддерживать
порядок. Не надрываясь. И решать проблемы по мере их поступления. И ничего, все как-то
потихоньку образуется, само собой. С каждым днем будет полегче, если мы не будем надры-
ваться. Мы сбережем себя и свои силы. А потом или ремонт сделаем, когда будет время и воз-
можность. Или переедем в красивый дом. Или у нас появится больше времени и денег. Главное
– себя сохранить. И не надрываться, не корить себя, не требовать невозможного. Это просто
период такой, вот и все. А потом все будет иначе. Гораздо лучше. И это не только про уборку.
Вообще – про порядок в жизни…
 
Есть очень простой способ понять, кто перед вами
 
Какая у человека душа: добрая или злая, как в детстве говорили. Насколько человек скло-
нен к предательству, ко лжи и зависти; это не так уж трудно узнать. Конечно, у доброго чело-
века может быть полно недостатков; но пока можно просто узнать, чем он «заряжен» от при-
роды: добром или злом? Иногда этого вполне довольно, чтобы выстроить отношения.
Надо всего лишь пообсуждать с человеком других людей. Общих знакомых, например.
Или знаменитостей, успешных и красивых. И послушать, что человек скажет. Может, сначала
он недоверчиво и кратко будет говорить; вы же мало знакомы. Но вы проявите заинтересован-
ность, поддержите беседу. И иногда такие потоки грязи и яда польются из уст милого человека,
что вы ахнете и все поймете. Ни одного хорошего слова он ни о ком не скажет, если речь об
успешных людях зайдет. А общим знакомым так перемоет кости, такие расскажет подробно-
сти и ядовитые детали выкопает, что вы удивитесь. Вот так, через рассказы о других, человек
покажет свою натуру. И покажет, как он будет говорить о вас за спиной.
Добрый человек тоже может что-то сболтнуть, конечно. Но без яда и ненависти. Он
любопытен, он с интересом поддерживает разговор, но не говорит ничего дурного. Хвалит,
сочувствует, за что-то порицает слегка, но тут же находит оправдания тому, о ком говорит.
Конечно, этот певец располнел! Но у него было столько стрессов; он потом приведет себя в
50
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

норму. Конечно, коллега выпивает очень. Так жаль хорошего парня! Хоть бы ему девушка
хорошая встретилась… Человек говорит без злобы. Без зависти. Если бы его речи слышал тот,
о ком он говорит, то не обиделся бы…
Есть, наверное, люди, которые вообще никого не обсуждают. Сразу переводят разговор
на природу и на погоду. Или замолкают со значением! Но такие люди – почти святые. Или
профессиональные разведчики… Я таких не встречала почти.
Вот как человек говорит о других – так и о вас скажет. И так себя и поведет с вами. Если
он полон злобы и яда, они непременно изольются на вас. И про вас такой человек будет гово-
рить гадости. Доверять ему не надо ни в коем случае. Злословие – вот главный признак испор-
ченной души. Как мерзкий запах выдает гниль, так злословие выдает злую душу. А немного
посплетничать – это свойство социализированного человека. Если по-доброму и с сочувствием
говорит о других кто-то, он точно не злой. Даже, скорее всего, добрый…
 
В лифте ехал папа с малышом
 
Малыш в комбинезончике, в шапочке плотной, в варежках. В руках у него зеленая штука,
на которой катаются с горки. И этот мальчик лет двух как начал со мной разговаривать! Тря-
сет зеленой штукой и так эмоционально, экспрессивно рассказывает: «А-р-р-р! Гыу! Мммма!
Ыыыы!» Я говорю: «Надо же! Сейчас ты с горки поедешь! Быстро, с ветерком! Отличное это
дело!» Малыш прямо засиял от удовольствия. Я его понимаю! Как хорошо говорить на одном
языке и вести приятные беседы!
Он мне много-много рассказал. И показал. Я все понимала и вслух переводила. Мы
вышли из лифта, а славный ребенок не хотел со мной расставаться. Держал меня варежкой за
пальто и все рассказывал: Ыыых! Мммма! – и еще много интересного. Это значит: «Пойдем
вместе кататься! Я тебе все покажу и тоже дам прокатиться!»
Папа сказал, что малыш плоховато говорит. А по-моему, отлично он говорит! С такими
эмоциями, так понятно; слова он потом научится выговаривать. Это ничего! Но страстность
речи и энергию он проявил необычайные просто. Даже захотелось прокатиться на зеленой
штуке.
Которая я не знаю как называется. Но ведь все понятно, не так ли?
И мы расстались в преотличном настроении. Малыш махал мне пуховой варежкой. И
зеленой штукой. И смотрел ясными глазами на весь этот мир. О котором он пока знает куда
больше нас. Только рассказать не может. А когда сможет – забудет… Как все мы забыли когда-
то.
 
На лекции рассказывали о вредных людях
 
Психолог описывал их признаки; говорил, что эти люди обесценивают достижения и чув-
ства. Ядовито шутят и могут унизить на публике. Замечают радостно каждый промах и тут же
оскорбляют. Выуживают информацию, передают другим и сами используют для того, чтобы
больнее ударить потом. Заставляют оправдываться и считают, что им должны. Должны – и все
тут… И от таких людей надо защищаться; а лучше всего – уходить. Нет смысла терпеть такое
отношение. Можно заболеть и даже погибнуть.
Лекция кончилась. И один мужчина сказал: «Но разве можно уйти? Как же так? А если
мы с таким человеком вынуждены общаться?» Психолог еще раз объяснил, что организму не
объяснишь это. И неизбежно здоровье разрушится. А здоровье дороже желания быть хорошим!
И мужчина грустно сказал, что это жена оскорбляет его и унижает. Замечает все промахи и
издевательски называет «криворучкой» или «идиотом». Рассказывает интимные вещи своей
матери. Может при всех обозвать или закричать… С ней невозможно ни о чем поговорить; она
51
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

тут же начинает спорить и унижать. Мужчина очень горько все это рассказал, а потом добавил,
что у него уже было два инфаркта. И что делать?
Подошли другие слушатели. И кто-то сказал: «А у меня такая мать!», «Это копия мой
муж», «Так ведет себя моя сестра»… Оказалось, что таким образом ведут себя многие близкие
люди. Чужие себе этого не позволяют, а близкие наносят удары по больному месту и ядовито
кусают. Самые вредные люди оказались самыми близкими, вот в чем дело.
Внутривидовая агрессия гораздо страшнее межвидовой; это знают зоопсихологи. Чужа-
ков опасаются больше, чем своих. Чужой немедленно убежит или ответит адекватно. Может
ударить! Или опозорить в обществе. А свой – он безопасен. И его можно обижать сколько
угодно. Свой еще и понятен; все его слабые места известны. В них и бьют. А потом «давят»
на совесть и на чувство ответственности. И напоминают: «Мы с тобой одной крови! Ты не
можешь уйти!»
Близкие люди, которые так себя ведут, перестают быть близкими. Агрессор и мучитель
становится чужим. И от ядовитых нападок начинают защищаться; или уходят из отношений.
Если есть у агрессора ум и любовь, – он изменится. Если же он продолжит вредоносное поведе-
ние, значит, он ничуть не дорожит вами. И ему неважно, был ли у вас инфаркт, больно ли вам,
трудно ли… Приходится выбирать: жизнь или губительное терпение. Надо отойти на дистан-
цию; хотя бы психологическую. Не делиться информацией, не ждать помощи и понимания, не
открывать душу… И продолжать кормить таких людей, отойдя на разумное расстояние, если
вы их обязаны их кормить, – вот что сказал психолог. Другого способа сохранить себя просто
нет…
 
Следить и выслеживать некрасиво и подло, так ведь?
 
Лезть в телефон, подслушивать разговоры, читать переписку в сети, расспрашивать зна-
комых… Низкое это дело. И сейчас часто говорят, что так делать нельзя. Не надо опускаться
и искать информацию. Если подросток ведет себя странно, деньги и ценности пропадают из
дома,  – постарайтесь с ним поговорить. А если он будет отрицать очевидное, не вздумайте
лезть в его телефон! Когда подросток созреет, он сам расскажет правду! Только может быть
непоправимо поздно…
А если ребенок ничего дурного не делает, просто сидит и часами что-то пишет, тем более
не заглядывайте в его тексты и не проверяйте контакты. Вы же не шпион! Только вот у писателя
Мариенгофа покончил с собой шестнадцатилетний сын Кирилл. Воспитанный, образованный,
спокойный юноша. Все сидел и стихи писал, дневники вел. Все лежало открыто; но писатель
Мариенгоф считал ниже своего достоинства читать чужие записи. Шпионить за сыном. Он
потом дневники прочитал, после похорон. И был потрясен; в дневниках подросток высказывал
свои сомнения, свое намерение уйти из жизни, свою депрессию изливал… А внешне все было
просто прекрасно!
Ах, если бы отец прочитал дневники! Если бы он знал о замысле сына! Ведь подросток
специально все описывал так подробно; в глубине души он надеялся, что родители его отгово-
рят и спасут! Дети всегда надеются тайно на родительскую помощь. И все мы подсознательно
ждем помощи от близких людей. Иногда потому человек и оставляет «улики», – переписку,
фотографии, дневники, – он рассчитывает, что этот призыв о помощи увидят и как-то ему
помогут, спасут! Потом он может спасителя обвинить в «шпионстве», но главное, – будет спа-
сен.
Мариенгоф написал: «…умоляю вас: читайте дневники ваших детей, письма к ним, запи-
сочки, прислушивайтесь к их телефонным разговорам, входите в комнату без стука, ройтесь
в ящиках… Умоляю: не будьте жалкими, трусливыми «интеллигентами»! Не бойтесь презри-
тельной фразы вашего сына или дочери: «Ты что – шпионишь за мной?» Это шпионство свя-
52
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

тое. И еще: никогда не забывайте, что дети очень скрытны, закрыты. Закрыты хитро, тонко,
умело, упрямо. И особенно – для родителей. Даже если они дружат с ними. Почему закрыты?
Да потому, что они – дети, а мы – взрослые. Два мира».
Любой человек, не только ребенок,  – другой мир. Чужая душа – потемки, так гово-
рят. Иногда грань между «шпионством» и спасительным вниманием очень тонкая. Как между
«шпионом» и «разведчиком». Может быть, стоит обратить внимание на горькие слова отца,
который потерял единственного сына…
 
Хорошие истории имеют продолжение
 
У хороших сериалов есть новые серии. Хорошее не кончается никогда, просто заканчи-
вается одна глава или одна серия. А потом начинается другая.
Это слишком оптимистичное утверждение? Вот поэтесса Одоевцева попала в дом пре-
старелых вместе с мужем, поэтом Ивановым. Им шел седьмой десяток. Они обнищали, поте-
ряли свой дом и все свое имущество. А муж еще и заболел смертельно. Он умирал уже. Одо-
евцева в приюте писала стихи:

Мне дышать не надоело,


Хоть «печален наш удел»,
Жизнь – приятнейшее дело
Изо всех приятных дел.

Такой вот у нее был характер. Счастливый нрав. И муж, умирая, оставил завеща-
ние-просьбу; мол, дорогие мои друзья! Позаботьтесь о моей жене, пожалуйста. Только об этом
и прошу! А потом подозвал Ирину свою и сказал ей последние слова: «Какие красивые у тебя
ножки!»
И умер с этими словами. Вот такая история про любовь и счастливый характер одной
поэтессы. Которая никогда не жаловалась. Ни про кого гадостей не писала. А завещание мужа
спрятала; зачем людей тревожить и попрошайничать!
Вот и сказочке конец, да? Нет. Сейчас вторую серию расскажу. Одоевцева прожила еще
двадцать лет и в 83 года вышла замуж за писателя Горбова. Он ее любил безмерно с юности.
И на войне носил на груди ее роман «Изольда», представляете? Его ранили, роман пропитался
кровью… Но он его сохранил: роман сохранил писателя, а писатель – роман. А потом он нашел
Одоевцеву и женился. Ему было совершенно все равно, сколько ей лет.
А еще он подарил Ирине автомобиль, и она ездила на автомобиле по Парижу очень энер-
гично.
А потом она издала свои воспоминания беззлобные и гуманные. И разбогатела. А потом
вернулась в Россию и там дожила свой долгий век, на берегах Невы, как и мечтала.
И это тоже не конец фильма. Потом будет продолжение, вот на что намекала Одоевцева.
Тот, кто благодарен за жизнь, всегда получает продолжение. «На берегах Невы», «На берегах
Сены», – так ее книги называются.
«На берегах Леты» – эту книгу она не дописала, не успела. Но намек понятен, правда? И
продолжение следует – в другом мире, на других берегах. Потому что хорошее не кончается
никогда.
 
Все очевидно! Но мы все равно ошибаемся
 
И можем нанести глубокую рану. Плюнем, уйдем с чувством негодования или презрения,
не выслушаем объяснения; зачем их выслушивать, если все очевидно?
53
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

И будем неправы. Может, не узнаем о том, что мы были неправы. Но все равно это плохо,
вот о чем я думаю.
Это один писатель рассказал историю. Давно еще он собирал деньги на лечение другому
писателю. Тот тяжело болел, и братья по перу решили устроить сбор на лечение. Никаких
карточек в помине не было. Просто этого, предположим, Николая назначили ответственным.
Он ездил по домам коллег и собирал деньги по списку; там три рубля, там пять рублей… И
насобирал пачку денег: рубли, трешки, пятерки… Рублей двести насобирал, целый день ездил.
Ну, я не знаю сколько. Может, меньше. Пачку. Потому что он был бедный и внушительного
портмоне не было у него. Он деньги положил под рубашку, чтобы в трамвае не украли.
И он поехал по последнему адресу со своим подписным листом. На улице стояла очередь
большая за арбузами. Много-много людей. И из очереди его окликнул знакомый. Николай
подошел и стал разговаривать.
Знакомый стал просить в долг двадцать пять рублей, расписывая свое бедственное поло-
жение. Он поэт был, этим все сказано.
Николай стал говорить, что у него нет денег. Поверь, дружище, осталось мелочью копеек
восемьдесят и железный рубль с Лениным. Больше нет!
Николай развел руками. Он правду говорил и был готов отдать железный рубль с Лени-
ным! И тут на асфальт шлепнулась эта пачечка денег…
О, какой стыд! Какой позор! Все люди смотрели осуждающе, некоторые смеялись. А поэт
гордо отвел взгляд и замолчал. Так и молчал, пока Николай собирал деньги с асфальта, оправ-
дываясь, бормоча, пытаясь пояснить…
Больше они не разговаривали. Никогда.
Поэт не простил. А подходить и объяснять еще раз как-то глупо… Не настолько они
дружили. Просто знакомые.
А у Николая сердце с тех пор стало болеть и болеть. И он всю жизнь помнил этот жгучий
стыд за то, в чем был не виноват совсем. У него и правда был только рубль и мелочь…
Все очевидно. Но подоплека может быть совсем другой. Мало ли, кого с кем видели. Кто
на кого бросился. Кто кажется явно виноватым или явно правым. Все может быть совсем не так.
Надо разобраться и понять. Чтобы не болело ни у кого сердце…
 
Вот придет человек и начнет все считать
 
Все, что у вас есть. Расспрашивает и подсчитывает, а иногда пальцем показывает: все
посчитает. Сколько вы зарабатываете, сколько у вас комнат в квартире, сколько квадратных
метров, сколько дней вы на море отдыхали, сколько раз женились, сколько у вас детей, сколько
братьев и сестер… Сколько вы весите, сколько вам лет… Считает и считает. Детализирует и
подсчитывает.
В народе, у абхазов, например, такого человека остерегались очень. И резко ему отве-
чали: иди к себе домой и там считай то, что у тебя есть. А наше считать не надо. Посчитал
овец, пальцем в них потыкал, – стало меньше овец! Падеж начался или волки унесли. Посчи-
тал детей – на одного меньше стало. Или на двух. Или все пропали… Посчитал родню – кто-
то исчез, пропал, умер. Посчитал деньги наши – деньги стали уменьшаться. А наш вес – уве-
личиваться. Очень опасными и неприятными считали людей, которые все подсчитывали и обо
всем расспрашивали детально, въедливо.
«Куда ты пошел? Где ты находишься?» – тоже ненужные расспросы, если это не близкий
человек. Некто словно хочет узнать точные наши координаты с какой-то целью. Пустить ракету
или торпеду. Или обнулить счет; уменьшить количество того, что у нас есть.
Точные суммы заработка и количество имущества не надо называть посторонним людям.
Это въедливое внимание и ненужные подсчеты могут нам повредить, так считалось; это как с
54
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

паролем от банковской карты, с шифром от сейфа – не надо их сообщать чужим. А подсчеты


говорят об излишнем и слишком пристальном внимании к нам и к нашим делам. За такими
подсчетами часто прячется зависть. Это нехорошая «считалочка»; в кого пальцем ткнули – тот
и вышел. Детские «считалочки» по такому же принципу используют.
Странное внимание и подсчеты наше подсознание распознает как нарушение границ.
Пусть такой человек посчитает то, чем сам обладает. Или займется занимательной математи-
кой. Лучше перевести разговор на другую тему и посчитать что-нибудь другое. Не имеющее
к нам отношения…
 
Сказки и истории графини де Сегюр
 
во Франции до сих пор издают и очень любят. Графиня начала книги писать в 57 лет
для своих внуков; их было двадцать. А до этого рассказывала истории своим детям – их было
восемь. Детей графиня очень любила и баловала. Устраивала музыкальные вечера, представ-
ления, сочиняла сказки для них. Она жила любовью к детям. И была отличной мамой и бабуш-
кой.
Она была русская, графиня де Сегюр; Ростопчина. Это ее папа-генерал сжег Москву при
вторжении Наполеона. А мама тоже могла запросто что-нибудь сжечь. И ей бы ничего за это не
было, я так думаю. Сама графиня де Сегюр о матушке почти не писала, но ее сестра оставила
некоторые воспоминания о детстве.
У графини де Сегюр была странная привычка укрываться газетами. То есть, использовать
их вместо одеяла; это в детстве маменька не давала детям теплых одеял. И они спали при
открытых окнах,  – чтобы не изнежились. Умненькая графиня тайком укрывалась газетами.
От них гораздо теплее! Вот и привыкла. И еще детям не давали пить между приемами пищи.
Чтобы они не изнежились. Маленькая графиня нашла выход – она пила из собачьей миски
тайком. Если уж жажда становилась невыносимой. Еще маменька порола детей розгами. Чтобы
они не изнежились. И лишала еды – тоже с этой целью. Запрещено было также прикасаться к
маменьке руками. Обнимать и дотрагиваться. Чтобы дети не изнежились, естественно. Можно
было отвечать на вопросы, находясь на почтительном расстоянии. Это можно. Это разрешено.
Учтиво отвечать на вопросы маменьки.
И еще много всего было, очень странного, мягко говоря. На мой взгляд, по маменьке
сумасшедший дом плакал. Или исправительное учреждение, где с ней следовало обращаться
так же, чтобы она не изнежилась…
Но вот так прошло детство будущей детской писательницы.
И она не свихнулась, не ожесточилась, не стала всем рассказывать о душевных ранах.
Толку-то? Только обсуждать начнут и сплетничать.
Она стала совсем иначе относиться к своим детям. Она усвоила урок жизни; очень жесто-
кий урок. Но она его правильно поняла. И стала совсем другой матерью и бабушкой.
А дети ее любили. И не изнежились; многого достигли в жизни. Дети ее и по сей день
любят; другие дети. И читают добрые веселые истории даже не подозревая о том, каким на
самом деле было детство автора.
Нежное сердце и добрая душа остаются такими же. Даже если пил из собачьей миски и
газетами укрывался после побоев.
Не всегда жестокость порождает жестокость. А выбор всегда есть.
 
Все-таки дамам не угодишь
 
Не всем, а некоторым. Я в электричке наблюдала такую сцену: все места заняты. А на ска-
меечке для трех пассажиров сидят только двое: простой такой мужчина в курточке и в шапочке
55
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

вязаной. И очень полная большая дама с немного свирепым лицом. И с бровями как у Бреж-
нева. А в вагон зашла стройная дама в элегантном пальто и с изящной сумочкой. И тоже с
бровями, но с красиво сделанными. И с красиво сделанными губами. Вообще очень красиво
сделанное лицо у нее. И духами от нее пахнет так хорошо. Только немного сильно, так, что
у меня слезы потекли.
Мужчина протеснился и прижался к большой свирепой даме. Стройная дама в элегант-
ном пальто смогла сесть. И как начала ругать мужчину немного визгливо! Мол, воспитанные
мужчины не подвигаются, а встают и уступают место даме. Так поклонятся, прижав руку к
груди, и уступят место! А не ерзают, как тарантул, уступив крошечный кусочек сиденья. На
котором трудно разместиться, не помяв элегантное пальто!
А крупная дама стала пихать мужчину локтем изо всех сил. И басом ругаться, что он
совсем затолкал ее в угол, она даже дышать не может. И привалился к ней, как маньяк. Наглость
какая!
Мужчина стал весь красный и вскочил. Он стоял и держался за ручку на сиденье. А дамы
продолжали его бранить на весь вагон. Одна визгливым голосом, а другая – басом. За некуль-
турность, хамство и грубое поведение! А друг на друга они смотрели с одобрением и очень
ласково так. И кивали друг другу, и поддакивали.
А мужчина в шапочке стоял и краснел.
Потом мы вместе вышли из электрички, а дамы поехали дальше. Им вполне хватило
места на лавочке без мужчины, который чуть не плакал. Но потом он посмотрел на меня, а я
– на него. И мы засмеялись.
Потому что это было очень смешно. Хоть и немного грустно. Некоторым дамам не уго-
дишь…
 
Сегодня солнце, грязь, лед, ветер;
 
это весна приближается. А у  магазина музыка играет, стоят тележки, а в  тележках –
пакеты с подарками. Фрукты, конфеты и еще много всего. Большие такие пакеты. Это – день
рождения магазина; сквозь музыку слышно поздравления и объявления. Это маленький празд-
ник. Молодые сотрудники в жилетках с логотипом будут раздавать подарки старичкам. Вот и
старички стоят; совсем старенькие дедушки и бабушки.
Приятная музыка и приятное дело! Мы прошли мимо и зашли в другой магазин, пер-
чатки купить. И туда же просеменила старушка в сереньком пальто и в  серенькой пуховой
шапочке – как у ребенка, с ушками, под подбородком на бантик ушки завязаны. Старушка на
мышку похожа. Встала у прилавка и стоит робко.
В магазин зашел юноша в жилетке, оглядываясь по сторонам. Увидел старушку, подошел
и стал ей ласково говорить: «Ну зачем же вы ушли? Пойдемте на праздник! Сейчас будут
раздавать подарки!»
Старушка подняла морщинистое личико и тихо сказала, что стесняется. Нехорошо как-
то брать бесплатно подарки. Вдруг кому-то не хватит? А у нее пенсия нормальная. Она сыта.
Она просто подошла музыку послушать.
Юноша так добродушно ее взял под руку и повел за подарком, продолжая тихонько уго-
варивать. Там чай с булочками горячими дадут сейчас! И музыка еще долго будет играть! И
пакетов хватит на всех, пойдемте!
Старушка кивала головой в пуховой шапочке и улыбалась несмело. А юноша ее бережно
вел; мы вышли и видели, как он осторожно поддерживал старушку. И они медленно шли по
льду и грязи прямо на праздник, туда, где подарки и музыка.

56
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Как хорошо, что стеснительных людей все же находят и отводят на праздник, за подар-
ками. Робкие честные люди стоят в уголке; их и не увидишь даже. Надо, чтобы кто-то их взял
за руку и повел. И вручил самый лучший, самый хороший подарок. И на этом свете, и на том…
 
Отдых на курорте продлевает жизнь
 
Там море, горы, солнце, минеральная вода. А в  Шлиссельбургской крепости из всего
перечисленного была только вода; она сочилась прямо из стен и стояла в подвалах, там даже
крыс не было. Печи плохо топились, сплошной дым, тепла не было. Кормили плохо. Это же
тюрьма. Ужасная темница. Народовольца Фроленко бросили в этот страшный каземат с ган-
греной и на последней стадии чахотки. Через двадцать лет он вышел оттуда бодрым и крепким.
И прожил еще тридцать с лишним лет, до девяноста дожил. Другого народовольца, Морозова,
доставили в крепость в бреду и с кровохарканием. Он вышел через 25 лет абсолютно здоро-
вым, стал академиком и на девятом десятке бодро выполнял сложные физические упражнения.
Веру Фигнер, террористку, занесли в крепость на носилках. Она умирала. А через двадцать лет
пошла по этапу на Сахалин вполне энергично. Выздоровела. И еще немало таких удивительных
примеров; люди попадали в смертельные условия, сами были на пороге смерти, а потом раз! –
и выздоравливали чудом. И жили гораздо дольше, чем те, кто их заточил и издевался над ними.
Я думаю, дело в режиме и прекращении саморазрушительной деятельности. Стресс про-
ходил. Люди переставали разрушать себя и других, агрессивно себя вести, нападать, орать,
ругаться, бросаться на кого-то. Им приходилось смирно сидеть в четырех стенах и читать рели-
гиозную литературу. Или научную. Они мало спорили, дискутировали; перестукиванием особо
не поспоришь. И сохранили энергию жизни, которую так бездумно расточали в агрессивной
деятельности. Вот и выздоровели. Даже в чудовищных условиях. Сохранили ум, исцелились
от смертельных болезней.
Дело не в крепости. И, возможно, не в курорте даже. Хватит себя убивать агрессией и
спорами. И других тоже хватит убивать. Лучше почитать хорошую книжку или помечтать о
светлом будущем…
Впрочем, в крепости все же умирали. Шпики и доносчики, которых подсаживали к
заключенным, недолго держались: пару месяцев. Все верно: они-то оставались в стрессе, вот
в чем дело.
Так что для выздоровления иногда надо перестать злиться и причинять вред другим. Или
себе. Что иногда – одно и то же, оказывается…
 
Когда ученый Чижевский совершил свое открытие
 
насчет ионизации воздуха, он сел на телегу и поехал за белыми крысами. Это давно было,
в 1919 году. Чижевский погрузил клетки с крысами на телегу и поехал домой; он хотел лечить
крыс отрицательными ионами. Ученый ехал на телеге по грязи, весь погруженный в свои науч-
ные гипотезы, а за ним брела толпа граждан. Они комментировали. Одни говорили, что Чижев-
ский будет разводить крыс на мясо. Делать из них «каклеты и хрюкадельки», а потом продавать
доверчивым людям. Другие говорили, что ученый будет дрессировать крыс и потом откроет
цирк. И будет собирать деньги с доверчивых ротозеев, показывая крысиные бега. Третьи выска-
зывали мысли о том, что Чижевский хочет заразить весь город чумой. И с этой вредительской
целью решил разводить крыс.
Чижевский имел глупость ответить на комментарии. И в него полетела грязная брань,
оскорбления и угрозы.
Печальная картина. Едет ученый с крысами на телеге. А за ним бредет толпа мрачных
озлобленных людей и комментирует…
57
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Впрочем, мало что изменилось, не так ли? Отвечать нет смысла иногда. Цирк так цирк.
Хрюкадельки так хрюкадельки. Чума так чума. К чему спорить? Вступать в дискуссии? Надо
ехать, да и все. Не спеша, не слишком раздражаясь, двигаться к своей цели. К своим. Хотя
иногда так трудно не отвечать…
 
Чтобы набрать грибов или ягод, надо проявить внимание и усердие
 
Даже алмазы собирать надо внимательно и усердно. Так можно создать «запас энергии»,
если вы чувствуете упадок сил, если ухудшилось положение дел и припасы подходят к концу.
Нужно внимательно и старательно целый день фиксировать хорошие события и ощущения.
Любые, даже самые маленькие хорошие события надо фиксировать в уме. Заострять на
них внимание. Вкусный кофе сварили к завтраку или удачно яичницу пожарили – запомните
этот мелкий приятный факт. Небо голубое, погода приятная, – тоже запомним. Обратим вни-
мание. Быстро пришла маршрутка,  – это тоже положим в корзинку с добычей. Коллега на
работе угостил конфеткой – и этот милый пустячок запомним. И тоже угостим чем-то или
любезно поблагодарим. Услышали хорошую песню – этот добрый знак тоже берем себе. Целый
день складываем в корзинку все хорошее, ягодку за ягодкой. Так пчела собирает нектар с каж-
дого цветка и относит в улей.
Немало раздражающего и неприятного есть в жизни. Но фиксировать внимание на пло-
хом и складывать волчьи ягоды в корзинку не надо. Весь день надо обращать внимание на
хорошее; пусть даже на крошечное хорошее. Приятная информация, милый малыш, симпатич-
ная собачка, вкусная шоколадка, доброе слово… К вечеру вы сможете пополнить свой энерге-
тический ресурс. Вы немного устанете с непривычки; не так-то просто собирать энергию. Но
потом вы сможете воспользоваться плодами своего труда – появятся силы для решения про-
блем. Или они решатся сами по себе, как ни странно. И начнется «полоса удачи»; вернее, вы
сами ее создадите.
Это как в детстве: надо было соединить линией точки, получалась картинка. «Точки» –
это хорошие события и ощущения. «Картинка» – ваша жизненная ситуация. Фиксируясь на
хорошем, мы соединяем добрые события в единое целое, получаем картину. Или полную кор-
зину грибов, ягод, алмазов, монеток, – жизненных сил. Главное – внимание и усердие. Даже
если тяжело на душе и сил маловато, – надо постараться. Это работает.
 
Одной женщине достался дорогой котенок;
 
почти задаром. Собственно, ничего прекрасного в этом не было. Просто мама котенка
умерла при родах, он родился хилым. Но как-то выжил, а предприимчивая хозяйка сбагрила
погибающего малыша наивной женщине. У котенка еще даже глазки не открылись.
Женщина даже не поняла, что ее использовали. Она моментально привязалась к котенку
и стала его из шприца кормить. И выкормила красавца-кота, который был очень к ней привя-
зан. Чрезвычайно сильно. Вообще от нее не отходил.
Года через три этой женщине удалось на десять дней поехать на море. Первый раз в
жизни так случилось! Она отвезла котика к сестре и поехала. Попрощалась с сестрой и котом,
пообещала скоро вернуться и поехала к морю.
Она звонила сестре; тогда телефоны-автоматы были, мобильники имели только богачи.
А сестра через три дня, помявшись, сказала, что кот совсем перестал кушать и воду пить.
Лежит и не встает. Вызывали ветеринара, но он ничего не нашел опасного для жизни. А на
просвечивание и на анализы банально нет денег. Может, коту полегчает еще!
А потом кот перестал дышать; сестра и зеркальце подносила к мордочке – нет дыхания.
Кот умер. Его надо хоронить…
58
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Хозяйка в это время штурмовала кассы и все же купила билет; удалось уехать с юга
домой. Плевать на море, на солнце, на отдых; такое несчастье случилось… Это трудно другим
объяснить, но кто привязан к питомцу, тот поймет сердцем…
Она приехала, схватила кота, которого почему-то так и не похоронили, хотя он был как
мертвый. И стала кричать ему в ухо его имя. Изо всех сил кричать. Ушко слегка дернулось!
Кот был еще жив!
И кот выжил. Пришел в себя понемногу. Сначала еле ходил и сильно шатался, но не
отходил от хозяйки ни на шаг…
«Он подумал, что он больше не нужен! – так женщина рассказала. – Он подумал, что я
его бросила и не вернусь!» Кот 22 года еще прожил. Они расставались изредка с хозяйкой –
ненадолго, на чуть-чуть. Он тосковал, грустил, не ел, но больше такого не было – когда он чуть
не умер. Он знал, что его любят и что его не бросили. Если не бросили, если любят – можно
вынести разлуку. Это тяжело, но можно. Потому что ты нужен и за тобой приедут обязательно.
Скоро приедут. Надо просто подождать…
Так и у людей бывает; точно так же. Только брошенный человек ходит в садик или в
школу. Или на работу. Он же не кот, у него есть дела и обязанности. Ест и пьет брошенный
человек. Через силу, но ест и пьет. И даже разговаривает с другими – он же не кот, он умеет
разговаривать…
Но если поднести к его губам зеркальце, оно не затуманится. Не запотеет от дыхания.
Дыхания нет.
 
Писатель Мережковский букву «р» не выговаривал
 
Что не помешало ему выступить на немецком радио и сравнить Гитлера с Жанной д’Арк.
Может, конечно, он был ненормальный. Но он горячо приветствовал фашизм, поэтому напишу
о нем плохое. Как было, так и напишу, это общеизвестный факт.
Однажды этот литератор узнал, что его друзья разорились и стали нищими. Его же лич-
ные друзья, заметьте. О, как обрадовался Мережковский! Как захохотал искренне, от души.
Хохочет и выкрикивает: «Я гад! Я гад!» – это значит, он рад. Очень рад. Прямо безмерно рад
такому повороту дел. Он еще долго кричал, хохоча, как он рад обнищанию друзей и их непри-
ятностям. Ну, хоть искренний был человек, что ни говори. Искренний гад.
Я это к тому, что когда вы жалуетесь на проблемы и несчастья, где-то смеется от удо-
вольствия ваш личный Мережковский. Все сочувствуют, а кто-то непременно хохочет от удо-
вольствия. Может, не так громко, конечно. Просто посмеивается в кулачок. Но всенепременно
такое существо есть.
Поэтому не надо особо жаловаться. И доставлять такое удовольствие гадам. Потом все
наладится.
А гады останутся в одиночестве, когда мы победим. Это для них – наихудшее наказание.
 
Зло возвращается в виде тончайшей пыли,
 
брошенной против ветра, – так говорил Будда. У нас возвращение зла привычно назы-
вают «бумерангом». Причем сам злодей не видит никакой закономерности и еще пуще злится,
получив свое же зло обратно. Но добро тоже возвращается в виде бумеранга! И тот, кто делает
добро, точно так же не видит взаимосвязи. Иногда очень грустно доброму человеку: им поль-
зуются, его не щадят, платят иногда черной неблагодарностью… Но на самом деле добро воз-
вращается очень быстро; даже мгновенно!
Если вы совершили даже самый крошечный хороший поступок, в кровь выбрасываются
полезные гормоны. Они укрепляют иммунитет и продлевают жизнь. Вы этого не чувствуете, но
59
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

организм получил дозу самых лучших и самых полезных гормонов. Улучшилось настроение,
укрепилось здоровье. Так задумано природой; она немедленно награждает того, кто проявил
альтруизм. Ведь этот человек полезен для социума, он выполняет общественную миссию, он
нужен! Пусть чувствует себя хорошо и живет долго!
Добрый поступок повышает самооценку. Путь никто не узнает о вашем хорошем
поступке, но вы-то знаете. И самооценка немедленно повышается. Теперь легче преодолеть
трудности и добиться успеха. Легче понравиться другим людям и оказать на них влияние. И
гораздо меньше шансов заболеть депрессией. Усилится также защита от недоброй критики и
зависти…
Эти процессы запускаются мгновенно. Ваше добро вас же и лечит незаметно; вас же и
защищает. А подсознание ждет награды за добро, даже если сознательно мы ничего не ждем и
действуем тайно, например. Но мы вступили в процесс взаимодействия с миром, совершили
поступок, действие, которое непременно будет иметь последствия. И произойдет что-то хоро-
шее у нас или у наших близких. Может быть, наоборот, – не произойдет что-то очень плохое,
что нам угрожало. Но мы об этом можем и не узнать, как молодой человек, который остано-
вился, чтобы помочь старушке вскарабкаться на тротуар с дороги. Скользко было! А в  это
время впереди упала с крыши здоровенная ледяная глыба. Если бы парень шел так же быстро,
ему бы не поздоровилось! Но он даже не заметил происшедшее, он изо всех сил тянул тол-
стенькую старушку и помогал ей пройти скользкое место…
Мы видим только то, что очевидно. Да еще и выводы не всегда делаем правильные. Но
добрые поступки возвращаются порцией «гормонов здоровья», укреплением психологической
защиты, а иногда – совершенно очевидной наградой. Нам тут же в чем-то везет! А может,
мы избежали страшной опасности или тяжелой болезни? Добро может вернуться и нашим
близким; им тоже кто-то поможет в трудной ситуации. Или нашим старичкам; но мы об этом
можем и не узнать. Это неважно; важнее знать и верить, что бумеранг добра тоже возвраща-
ется. Странными путями иногда…
 
По улице шли старичок и старушка;
 
здесь их много. Наверное, просто потому, что есть бульвары и аллеи, по которым можно
гулять. Вот они и гуляют в любую погоду.
Старичок сначала держал старушку под руку. Скользко и грязно… А потом стал расска-
зывать и руками жестикулировать горячо. Он громко и с упоением рассказывал свой сон. Он
был в большом зале, полном нарядных людей. Был какой-то праздник, торжество. И вот его
вызывают на сцену. Он идет, а все хлопают и радуются. Потому что сейчас ему вручат подарок!
Такой огромный нарядный подарок в коробке с бантом ему вручают! Прямо на сцене. А
он громко, как вот сейчас, говорит:
–  Ах, вы немного ошиблись! Такой хороший подарок – это не мне. Не мне должен
достаться такой великолепный подарок, а моей жене Машеньке!
И с  этими словами старичок во сне отдает свой подарок в красивой коробке жене
Машеньке. А она стоит в серебристом платье, как артистка, и улыбается. Играет музыка и все
хлопают!
Тут старичок даже сам захлопал и на нас посмотрел со значением. Я тихонько хлопнула
в ладоши от неожиданности. Старичок гордо поклонился, как артист. А жена Машенька потя-
нулась к нему и поцеловала в морщинистую щеку. Словно он на самом деле подарил ей этот
роскошный подарок…
А потом он снова взял ее под руку и они побрели дальше. Совершенно счастливые и
умиротворенные. Побрели, поддерживая друг друга, по бульвару.

60
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Какая разница: во сне подарок или наяву? Все проходит. Как во сне все проходит. Оста-
ется любовь и возможность идти под руку по февральской аллее. Это главный подарок, я так
думаю…
 
Хорошие манеры – это прекрасно
 
Сдержанность, вежливость, деликатность, уважение к чужим чувствам. Только все
хорошо в меру. Астроном Тихо Браге был таким воспитанным и так боялся ранить чужие чув-
ства, что не вышел в туалет во время обеда. Он хотел писать. Но вежливо терпел и вежливо
вел беседу. А потом так же вежливо умер от разрыва мочевого пузыря. Дошел до дома и умер.
Сказав на прощанье, что жизнь прошла не напрасно!
Это он правильно сказал. Он много полезного открыл, хотя и полагал, что это солнце
крутится вокруг земли, а не наоборот. Если бы он еще пожил, он бы устранил эту досадную
ошибку. Но он действительно жил не напрасно!
Только умер напрасно, к сожалению. Поэтому терпеть можно до поры до времени. Ино-
гда надо все же и о себе подумать. Ни сердцу, ни нервной системе, ни мочевому пузырю не объ-
яснить, что надо терпеть и что нельзя ранить чужие чувства ни в коем случае. Вы же учитель,
врач, психолог, философ, продавец, астроном, полицейский, госслужащий или кто там еще
бывает, кто должен терпеть? И улыбаться вежливо в ответ на нападки и несносное хамство?
Нервная система мало чем отличается от мочевого пузыря – такой же орган. Надо как-
то помнить об этом. И вовремя реагировать, если нужна реакция. Потому что можно или опи-
саться, извините. Проявить несдержанность полную. Или пойти домой и там умереть от послед-
ствий своей вежливости.
И то, и другое совершенно излишне. Поэтому иногда можно пренебречь приличиями
и прервать разговор. Поставить на место зарвавшегося хама его же словами. Или выйти из
контакта, заблокировав его навеки.
Это правильно. Правила приличия – это прекрасно. Но есть высшие ценности. Напри-
мер, наше здоровье и наша жизнь. Наши внутренности, в конце концов. Они важнее светской
улыбки в нестерпимых обстоятельствах…
 
Дети мои однажды опоздали на самолет
 
Такая случилась незадача из-за аварии на дороге. Когда мы вбежали в здание аэро-
порта, уже посадка закончилась. Все. Их не пустили. Ну, ничего не поделаешь, хотя они же не
виноваты, так? Пришлось новые билеты покупать, хлопотать, беспокоиться… Потеряли день
отдыха, кучу денег и нервов. Но нервов не так чтобы очень; просто потому, что поняли – ничего
не поделаешь.
Нет смысла кричать и ругаться. Плакать и умолять. Сулить золотые горы и руки целовать,
валяясь в ногах… Да и у кого валяться-то? Это дико и глупо. Самолет уже взлетает и остано-
вить его можно только преступным путем. И то – потом не на самолете полетишь к морю, а
под конвоем поедешь в тюрьму. Шантаж, угрозы и насилие до добра не доводят…
Так и с тем, кто решил уйти. И уже вырулил на взлетную полосу. Нет никакого смысла
умолять, ругаться и обвинять. Тем более, нет смысла унижаться. Самолет все равно улетит,
а унижение останется. Не о чем просить и умолять не о чем. И объясняться, оправдываться,
говорить, что мы ни в чем не виноваты – тоже нет смысла.
Угрозами и шантажом можно остановить неизбежное – на время. Только все равно
никуда мы не полетим вместе.

61
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Пусть летит самолет. Пусть уходит человек. Это больно, несправедливо, но надо принять.
И начать хлопотать о своем личном полете. Или спокойно посидеть в зале ожидания, обдумать
план действий.
Мы все равно доберемся туда, куда нам нужно. Будут другие самолеты и поезда. Все
образуется со временем, если не отчаиваться и не терять самоуважения. Так всегда бывает.
Еще будет и море, и солнце. Их хватит на всех. Они никуда не улетят…
 
Сегодня видела несчастную семью
 
Не тревожьтесь, ничего плохого не случилось. Просто мама и две дочки с очень-очень
грустными лицами стояли на остановке и ждали автобус. И ели вкусные сладкие булочки.
Маленькая девочка в комбинезончике, девочка постарше в розовой курточке и мама в пальто.
У каждой в руке булочка и у каждой девочки, включая маму, совершенно трагическое выра-
жение лица. Брови домиком, ротики скобочкой и вообще – они вот-вот заплачут все разом.
Мама говорила, что автобуса долго не будет! Очень долго. Они невезучие. Им никогда не везет.
Автобуса не будет. В крайнем случае через час придет маршрутка. Переполненная маршрутка.
Им туда не влезть. А автобуса долго не будет. Скоро стемнеет. Становится холодно. Девочки
ели булочки. Маленькая девочка хныкала грустно…
Тут пришел автобус, большой и удобный. Почти пустой. Мама даже как-то растерялась.
И тут маленькая девочка уронила недоеденную булочку в грязь. И громко заплакала.
Мама погладила дочку по голове; они стали садиться в автобус. Большой и удобный,
который пришел так быстро! И мама говорила довольным голосом, что несчастье все же слу-
чилось. Булочку-то уронили! Потому что они – невезучие!
Автобус вез эту невезучую семью. Всех нас вез. А мама с дочками грустно-грустно смот-
рела в окно. И дети тоже очень печально смотрели на этот грустный мир, где им так не везет!
Все равно они хорошие. Мне понравились. Может, это у мамы магия такая; грустно жало-
ваться и ждать плохого? А вместо плохого приходит удобный автобус.
А булочку можно другую купить. Но лучше все же почаще радоваться и улыбаться. Не
слишком драматизируя жизнь…
 
У собачки может быть хозяин
 
Одна женщина на вокзале потешалась над собачкой. Стояла с приятельницами и отпус-
кала ядовитые замечания. Действительно, смешно: ободранная старая собачка сидит в пере-
носке и истерично лает. Женщина даже стала ее комично передразнивать: «ав-ав!». Дразнить,
проще говоря. Но тут здоровенный мужчина сообщил, что это его песик. Старенький и боль-
ной, да. Но он – хозяин. И попросил бы не издеваться над собачкой.
Женщина, конечно, закатила истерику визгливую: «ав-ав!», примерно так. И выставила
себя жертвой. Приятельницы ей очень сочувствовали, так всегда бывает.
А потом с женщиной случилось то же, что и с собачкой. Это никого не минует: старость
и болезни. И можно оказаться на вокзале, дрожа от холода и старости.
Прежде чем тыкать кого-то палочкой или над кем-то потешаться, надо вспомнить:
у собаки есть хозяин. Он придет и заступится. Даже за самую ободранную собачонку может
заступиться хозяин.
И это не обязательно человек, вот что я вам скажу. Не обязательно. И у каждой собаки
есть хозяин. Тот, кто ее создал. Кто ее любит и о ней заботится. И у каждого человека есть
хозяин. Или назовите по-другому, это неважно.

62
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Но кто-то придет и заступится. Кому-то очень не понравится, когда нас тыкают палочкой.
Или высмеивают то, что нам дорого. Иногда быстро приходит хозяин, иногда – запаздывает.
Но придет непременно.
Так что не надо ни над кем потешаться. Издеваться ни над кем не надо. Есть много просто
веселого в мире, не так ли?
Но злые и подлые выбирают дряхлую собачку в переноске. Она им кажется безобидной.
А зря.
 
Знаменитый предприниматель и инвестор Грэм
 
сказал с некоторым удивлением: среди его знакомых по-настоящему успешных людей нет
подлых. Тех, кто подлыми методами победил и остался на вершине успеха. Да, сначала были
такие люди. И в истории человечества их было немало. Но ни один из подлых не смог удержать
ни богатство, ни власть, ни социальное уважение. Они все потеряли.
«Своим детям я могу простить шум, фастфуд и ссоры, – примерно так сказал Грэм. –
Но я учу их не проявлять даже малейшей подлости». И это не из нравственных соображений,
а из совершенно практических – подлостью можно победить в игре и получить желаемое. Но
сохранить полученное невозможно.
Проявления подлости – даже самые крошечные,  – это маркер глубокой нравственной
испорченности и огромного эгоизма. Подлость – когда человек неожиданно наносит удар, до
этого уверив нас в своих дружеских чувствах или в любви. Когда посторонний человек нас
ругает и даже оскорбляет – это не подлость. Это хамство, грубость, враждебность… А когда
наш друг одобряет оскорбления «лайком» – вот это подлость. Крошечная такая. Мизерная.
Но подлость.
Подлость всегда неожиданна. Это удар от того, кто заявлял о дружеских чувствах. Под-
лость всегда умышленна. Человек отлично понимает, что и зачем он делает. Им управляет
желание что-то получить или лишить нас чего-то. Подлость всегда замаскирована. Если ули-
чить человека в подлости, он немедленно начнет врать и изворачиваться. Очень убедительно,
потому что заранее приготовился к самозащите и отпору. Так что будьте уверены – подлец
отлично изобразит Жертву, а вас выставит или дураком, или агрессором. Он прекрасно под-
готовил маневр.
Стратегию подлости усваивают в детстве. Так получают внимание родителей в семье, где
за внимание надо бороться любыми методами. Так получают награды и хорошие оценки, если
нет личных способностей. Так проявляют зависть, которая возникает при виде более успешных
и более «любимых» детей. И, конечно, усваивают простую вещь: удар надо наносить неожи-
данно. Подкрасться и ударить. Это приносит плоды.
Но в итоге подлый человек все теряет. Окружающие не одобряют подлость, даже если
временно принимают сторону того, кто выиграл подлыми методами. Людям свойственно при-
мерять ситуацию на себя; они остерегаются подлого человека. Не доверяют ему. А в бизнесе
не хотят инвестировать в того, кто использует подлые методы, справедливо полагая, что потом
сами станут жертвой подлого маневра. Подлость никогда не приносит настоящую выгоду. И
держитесь подальше от тех, кто способен на подлость. Даже если сейчас этот человек к вам
расположен…
 
После ссоры мы переживаем; добрые люди себя винят,
 
как одна женщина, которая поссорилась с приятельницей. Ссора яйца выеденного не сто-
ила, они о каком-то рецепте пирога заспорили. А получилось недопонимание. Приятельница
сочла себя оскорбленной и рассердилась. Женщина, Катя ее звали, хотела позвонить сразу, но
63
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

ее отвлекли неотложные дела – сынок приболел. И назавтра она не вышла на работу по той же
причине, не смогла с приятельницей увидеться – они вместе работали, на одном предприятии.
Но Катя очень переживала из-за размолвки, все винила себя…
Через два дня эта Катя зашла в сеть, чтобы написать этой даме ласковое и извиняющееся
письмо, и чуть не упала со стула. Приятельница про нее такого понаписала на своей странице,
что впору в суд было подавать за клевету. И опубликовала изуродованные катины фотографии
с обидными подписями. Кроме того, Кате позвонила коллега и сказала, что приятельница всем
живописует Катю и ее поведение в самых мрачных цветах. И уверяет, что Катя не на больнич-
ном с ребенком, а в запое. Называет Катю воровкой и доносчицей.
Так что за два дня эта дама себя так показала, что ни о каком примирении речи больше
не было. А ведь речь шла всего лишь о рецепте! Всего лишь о крошечной размолвке из-за
теста; какое лучше – дрожжевое или слоеное? Вот так. Человек себя показывает в конфликте.
В период ссоры человек полностью раскрывается: какой он на самом деле и на что способен.
Пока все мирно и тихо, мы можем совершенно человека не знать. Он вполне любезен и вежлив.
А небольшое охлаждение и маленькая размолвка полностью его покажут – он как свиток с
письменами развернется…
Не спешите себя винить и тотчас бежать с извинениями за человеком, который внезапно
раздражился и устроил скандал на пустом месте. Может быть, это психопат, к сожалению. Или
просто дурной человек, скверный. Нормальному человеку надо просто остыть. Но он не будет
делать вам ничего плохого, просто будет переживать и переоценивать свое поведение. А нехо-
роший человек так себя покажет, что вы ахнете. И будете рады ссоре; ведь именно благодаря
размолвке вы поняли, с кем имели дело…
Помириться все равно можно. Худой мир лучше доброй ссоры. Только теперь ни о какой
дружбе не может быть и речи. Осторожно идите по минному полю, ничем не делитесь, не
доверяйте, будьте вежливы. Этого вполне достаточно.
 
Поскольку мы потеряли посадочный талон,
 
пришлось ждать, пока все пассажиры зайдут в самолет и займут свои места. Ничего
страшного. Можно подождать иногда, спокойно пропустить всех вперед. Потому что пока мы
ждали, я узнала хорошую историю про одного молодого человека, который ждать совершенно
не хотел.
Он в метро был. И подошел поезд. Молодой человек ринулся с дверям, народу много
было. И стал проворно, и довольно агрессивно проталкиваться в вагон. Он всех распихал;
ловко оттеснил девушку в черном пальто. Даже не оттеснил, а грубо толкнул, потому что она
замешкалась, тоже кого-то пропускала. Толкнул и влез в вагон.
Собственно, он никуда не спешил. Это привычка такая у некоторых людей – всех рас-
пихивать. Поезд закрыл двери и тронулся. И через стекло он увидел лицо девушки,  – она
не успела в вагон зайти. Грустное такое лицо. И очень красивое. Она стояла и опиралась на
палочку, – он сначала палочку не заметил, увлеченный битвой, которую сам же устроил. И лицо
у нее было такое красивое и родное, что он даже задрожал. Что-то теплое в груди поднялось.
Так во сне бывает, когда мы встречаем там тех, кого очень-очень любили. И любим. Только в
земной жизни, где надо толкаться, у нас нет времени это ощутить, понимаете? А во сне – есть.
И мы просыпаемся иногда в слезах…
Он уехал в черный тоннель. С чувством потери и печали. О, как он раскаивался в том,
что так поступил…
Он вышел на следующей остановке, – какой-то порыв души заставил его так сделать. И
стал ждать на перроне. Через пять минут подъехал следующий поезд и из вагона вышла эта

64
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

девушка с палочкой. Она озиралась по сторонам. Она и сама не знала, зачем вышла, – случайно.
Не на своей остановке.
Они встретились взглядом, и все. Больше уже не расставались. Потому что это была пред-
начертанная встреча, – так они считают. А им виднее. Они уже лет двадцать вместе.
Так что толкаться и пихаться, извините за просторечие, нет смысла иногда. Можно уехать
от своей судьбы и от своей любви. Влезть в вагон и первым умчаться в черный тоннель – только
зачем? Мы в этот тоннель еще успеем. Можно подождать иногда и пропустить всех вперед.
Хотя в этой истории все кончилось хорошо. Как задумано свыше.
 
Только добро и любовь!
 
Не отвечай на зло, молчи кротко и старайся угодить! Это одной женщине посоветовал
целитель, когда она рассказала, что муж стал частенько приходить выпившим и устраивать
скандалы. Она боялась, что муж уйдет. А от него зависела семья; трое детей у них было. Стар-
шая девочка и близнецы-мальчики.
Она все делала, как учил целитель. Теперь муж приходил пьяным всегда. Но иногда про-
сто не приходил. А однажды дал ей затрещину. Денег не давал совсем, а затрещину дал. От
души. Когда она на коленях снимала с него ботинки.
Не надо подкреплять дурное поведение лаской и добротой. Всепрощением и объятиями.
Потому что это питает зло, вот и все. И показывает, что вы вполне заслуживаете такого к себе
отношения.
Потакать и попустительствовать глупо. Женщина это поняла и наняла отличного адво-
ката, который помог ей защитить свои интересы. И, знаете, муж даже не пробовал адвоката
обматерить или затрещину ему дать. И на судебные заседания ходил совершенно трезвым,
аккуратным, не пропускал их и был изысканно вежлив.
Неизбежный разрыв отношений все равно произойдет, если кто-то этого хочет. Разрыв
можно отодвинуть на время. Но это время вы проведете в роли бесправного раба. А потом все
равно придется как-то реагировать.
Целитель пусть как хочет, так и реагирует. Это личное его право. Только это бесполезные
наставления. Рабская угодливость и ласковые улыбки в ответ на удары не очень-то помогают.
Вернее, не помогают вовсе.
 
Одна женщина пожаловалась:
 
муж ее в грош не ставит. Не поздравил с днем рождения, оскорбил привычно, унизил.
Дети взрослые послали сообщение, и все. И вот она сидит одна дома и плачет. А ей пятьдесят
лет исполнилось. Она понимает, что жаловаться нехорошо. Просто так получилось, простите.
Некому рассказать. И рассказ вот как раз про такое же. Потому и написала комментарий.
А другая женщина деловито спросила: вы где живете? Если хотите, я сейчас приеду, если
вы в Москве. Куплю по дороге вкусные гамбургеры и пиццу, жирненькую такую, с ветчиной и
чтобы сыр так тянулся. И лучок с перчиком нарезан сверху. Куплю шипучий напиток. И кар-
тошку хрустящую, масляную такую, брусочками. И мы все это съедим, а потом в кино пойдем.
Если же вы далеко или не хотите моего визита, сейчас же все это себе закажите. Или купите
другое вкусное. А потом в кино отправляйтесь, красиво одевшись. Макияж, все дела. И радуй-
тесь! Радуйтесь жизни! Не позволяйте украсть свой день рождения. Каждый день – подарок,
каждый день жизни – это праздник. Я это по работе знаю.
И дама, которая пожаловалась, спросила: вы психолог, да?
А вторая дама ответила: нет. Я медсестра в реанимации.

65
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Да. Это правильная рекомендация от профессионала. Просто отличная. От опытного


практика рекомендация.
Я только могу присоединиться к этим словам. Не позволяйте украсть у себя даже один
день жизни. Даже один час не позволяйте украсть.
Плохому настроению, злым или равнодушным людям, скандалистам, – не позволяйте вас
обворовать. Купите себе что-нибудь хорошее, пойдите в хорошее место, общайтесь и наденьте
лучшее платье. Так посоветовал специалист, который каждый день видит, как хрупка жизнь,
как она драгоценна…
 
Из дома ушли достаток, счастье?
 
Здоровье ухудшилось, энергии не стало, пусто стало в жизни, ничего хорошего не про-
исходит? Куда все подевалось? В пустоту. Недаром раньше так проклинали: «Чтоб тебе пусто
было!». А философы говорили: «Из пустоты ничто не возникает».
Проще говоря, посмотрите, много ли у вас дома пустых коробок, сумок, баночек, ваз,
пакетов? Одна женщина так любила всякие коробочки нарядные и красивые – баночки от
йогуртов, например – что набрала их уйму. Жалко было выбрасывать. Денег у нее становилось
все меньше и меньше. А другой мужчина поставил в гостиной две громадные китайские вазы.
Через некоторое время он разорился и заболел.
Этого мужчину знакомый надоумил: посоветовал положить в вазы монетки. По при-
горшне монеток в каждую вазу; а к ним иногда монетки добавлять. Самое странное, что деньги
вскоре снова удалось заработать, а здоровье поправилось. Словно «черная дыра» перестала
вытягивать энергию…
Пустота – это и есть черная дыра, вакуум, абсолютный антипод материи. Пустота – это
небытие, Ничто, смерть,  – так считают философы и физики. Пустота поглощает материю,
она не нейтральна, она агрессивна! В космосе пустота может поглотить галактику, а в обыч-
ной жизни обычного человека – поглотить его жизненную энергию. Пустота противоположна
наполненности; жизни, радости, здоровью, богатству…
Держать дома пустые коробки и пустые ненужные емкости, которые никогда не наполня-
ются, не надо. Кастрюлю и ванну мы наполняем, а пустая красивая бутылка стоит и пылится.
Ее пустота заполняется нашей энергией, вот в чем дело. Пустая коробка отнимает силы. Пустая
ваза наполняется пылью и забирает успех. Абсолютно пустая комната – символ небытия.
Об этом еще древние римляне знали. И после тщательной уборки оставляли в пустой
кухне немного сора и объедков; чуть-чуть, в жертву Пенатам, домашним богам. Потому что
пустота отпугивает счастье и приманивает бедность. Объедки оставлять не надо; а вот поло-
жить монетку в пустую коробку можно, если пока ее нечем наполнить. Даже в карманы пальто
можно положить что-то, если оно просто висит в шкафу: денежку или средство от моли. А
ненужные пустые емкости копить не надо. Пустота поглощает все, как лангольеры у Стивена
Кинга. Антиматерия уничтожает материю. И лучше принять меры. Это точно не повредит, в
отличие от пустоты.
 
Сказочник Шарль Перро
 
один воспитывал четверых детей. У него жена умерла, больше он не женился. Он же знал
сказки про злую мачеху… Конечно, были и няня, и кухарка, – Шарль Перро был профессором,
деньги зарабатывал. Он не бедно жил. И любил очень свою жену. Он ее звал: «Моя волшебная
принцесса…»
Сидит вечером перед камином, дети по ковру ползают, играют, а он вышивает. Любил
вышивать. Тогда многие это дело любили, сам король увлекался вышивкой. Повышивает
66
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Шарль Перро и примется за новый законопроект. Не такой странный, как сейчас, а вполне
правильный. Например, о том, что не надо сжигать живых людей. Людям больно. Очень нехо-
рошо и некрасиво сжигать людей. А ведьмами часто называют вовсе не ведьм, а просто краси-
вых женщин с характером или некрасивых старушек с психическими отклонениями. Ведьмы,
конечно, тоже бывают. Это бесспорно. Но их тоже не надо мучить и убивать. Иначе чем вы,
добрые люди, лучше-то?
И еще Шарль Перро писал сказки. Про Красную Шапочку написал, про Спящую Краса-
вицу, про Кота В Сапогах, про Золушку… Эти сказки так понравились людям, что за год три
тиража раскупили.
А Шарль Перро все потерял: и место при дворе, и симпатию короля, и научный авто-
ритет. Сказки-то всем понравились очень. Но разве может уважаемый профессор, академик,
писать сказки? Сказки давайте сюда! А профессор – пошел вон! Чтобы не выдумывал всякие
недостойные глупости про ведьм. Ни в сказках, ни в законопроектах…
Так что автор прекрасных сказок закончил жизнь в печали и в бедности. Законопроект
могут простить, а сказки – ни за что не простят. Хотя будут обливаться над ними слезами или
смеяться, как дети…
Шарль Перро писал правдивые сказки. Все из жизни. И в сказке про Красную Шапочку
конец был совсем другой, кстати. Волк просто съел и бабушку, и внучку. И все.
Но русский переводчик написал продолжение сказки; про дровосеков, которые спасли
бабушку и  Красную Шапочку. И в  этом виде мы сказку знаем с детства. Добро с топором
победило зло. Так и должно быть.
Грустную историю жизни Шарля Перро тоже хочется дополнить. Сказки разошлись по
всему свету и много добра принесли людям. И сам Шарль Перро сделал немало добра. И его
личная история продолжается сейчас более счастливо, в хорошем месте. В сказочном. Где
никого не сжигают, не мучают, где нет ни печали, ни скорби. Где все снова вместе. Где сказка
вечна…
 
Перед счастливыми переменами
 
и поворотом жизни к лучшему вам могут предложить сдать экзамен. Вам будет послано
маленькое искушение. Вы не будете об этом знать; только очень чувствительные люди сердцем
почувствуют – неспроста это случилось! И в зависимости от того, сдадите ли вы экзамен, слу-
чатся или не случатся счастливые изменения в вашей жизни.
Одна женщина попала в полосу безденежья. Магазин ей пришлось закрыть; крошечный
магазинчик. Кредиты стало нечем платить. Она стала вязать на дому, а потом сломала руку.
Источник денег исчез! И вот она пошла в поликлинику, к врачу. И на дороге, у поликлиники,
представляете, нашла кошелек. В нем деньги – не очень много, но ей показалось, что много!
Можно неделю питаться и за квартиру заплатить.
Ах, как соблазнительно было все это! Как хотелось взять деньги себе. Но женщина взо-
шла на крыльцо, в поликлинике подошла к регистратуре, чтобы отдать кошелек и чтобы объ-
явление написали; чтобы нашли хозяина. А у регистратуры как раз плакала пожилая дама; она
потеряла кошелек! Она очень плохо видела, почти слепая. В кошельке была ее пенсия. Так
что владелица тут же нашлась. И горячо благодарила, даже деньги предлагала. Но женщина
не взяла.
И в скором времени рука зажила, потом предложили прекрасную работу с хорошей зар-
платой. Про случай с кошельком женщина забыла. А это и было искушение, вот в чем дело.
Экзамен. Такие экзамены всегда посылают тому, кого переводят на новый уровень жизни.
Искушение может быть местью – предоставляется возможность отомстить врагу! Иску-
шение может быть романом – можно изменить близкому человеку с кем-то симпатичным.
67
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Искушение может быть властью или деньгами; можно чуть-чуть сподличать, оттолкнуть кого-
то или подставить, и получить желаемое… Искушение гневом может быть, – обрушить свой
гнев на близкого, на беззащитного…
И вот в зависимости от того, как вы справитесь с экзаменом, вас или переведут на новый,
счастливый уровень, или оставят на прежнем. В трудный период, когда вы ищете выход и мыс-
ленно просите о помощи, будьте особенно внимательны. Непременно сначала придется сдать
экзамен и справиться с искушением.
 
Это история про награду
 
Профессор Яров этот рассказ приводит в своей книге. Девочка-подросток уже умирала
с голоду и ничего не соображала. У человека атрофируются чувства, ничего не остается от
нравственности во время пытки голодом. Так считается. И одни люди начинают есть других, –
немало таких случаев. А еще бомбежки, страшный холод, полная безнадежность… И хлебные
карточки потеряны, их легко потерять в кромешной тьме, в страшных очередях…
Девочка пошла в магазин, чтобы ограбить старушку. Старушка слабая, она не будет
сопротивляться. Она даже закричать не сможет. У нее легко отнять кусочек хлебца. Толкнул ее
и убежал, хотя бегом медленные шаги умирающей девочки не назовешь. И никто не побежит
вслед, – люди истощены. Такое вот идеальное преступление. Старухи свое прожили, а девоч-
кам хочется жить!
Девочка притащилась в магазин, а там как раз старушка покупает хлеб. Крошечный
кусочек черного хлеба из целлюлозы, опилок и дуранды. И еще есть старушки, можно любую
выбрать, послабее. Они такие хилые, так смотрят бесцветными глазами, прижимают к груди
хлебные карточки…
Девочка повернулась и ушла. Никаких угрызений совести она не испытывала, нет. Она
просто поняла, что так делать нельзя. Нельзя, и все тут. Лучше умереть, а так делать нельзя.
Ушла истощенная девочка, не стала никого грабить и ни у кого вырывать хлеб.
Это было искушение, вот что это было. И девочка его преодолела. Нельзя делать то, что
делать нельзя. И точка.
А награда, – спросите вы, – награда-то в чем? Вы же говорили про награду. Может быть,
девочка нашла буханку хлеба или ее эвакуировали чудом в хорошее место, где не было бом-
бежек и голода?
Нет. Ничего такого не случилось. Просто девочка выжила, вот в чем дело. И сама стала
старушкой. Прожила жизнь, вышла замуж, детей родила, работала, внуков нянчила. И стала
старушкой, а потом рассказала эту историю – для книги. Это и была ее награда.
Иногда для того, чтобы выжить, просто не надо что-то делать. Отказаться, уйти, не выры-
вать у другого хлеб. И наградой будет жизнь. И эта, и вечная. Я так думаю.
Хотя девочка ни о чем таком не думала. Она просто думала, что нельзя грабить старушку.
И все.
 
Поэт Афанасий Фет писал чудесные стихи;
 
нежные, восхитительные, полные нездешней музыкой. «Ель рукавом мне тропинку заве-
сила», «шепот, робкое дыханье, трели соловья»… Это жемчужины любовной лирики. Это –
поэзия. Истинная поэзия. От которой душа воспаряет ввысь.
Афанасий Фет был глуповат. Так говорили современники. Ни о чем возвышенном не
разговаривал. На романтической красавице Марии Лазич не женился, потому что она была
бедная. Женился на богатой. Был мировым судьей, помещиком, очень разбогател – он всегда
об этом мечтал. 18 лет стихов не писал. Написал статью для одного либерального журнала
68
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

про крестьян; но статью не приняли. Немного ошалели; лирический поэт писал, что мужиков
надо пороть. Они это любят и делаются послушными. А Чехов писал, что Фет плевал в сто-
рону университета. Велит кучеру остановиться; и плюнет. Тьфу! Даже кучер уже и без приказа
останавливался.
И выглядел Фет не очень лирично. С бородой и прожилки на носу. Сидит и считает
доходы от имения.
А потом возьмет и напишет такое стихотворение, что сердце воспарит и душа заплачет
светлыми слезами…
Как же так? Один писатель даже спросил; где, мол, тот златокудрый юноша с лазоревыми
глазами, который ангельским голосом поет эти дивные стихи? Где он?
Он внутри. Он внутри вот этого мирового судьи с бородой, который глуповат и разные
токсичные методы воспитания крестьян предлагает. Считает деньги, десятины земли, разводит
рыбу в прудах и взыскивает недоимку. Внутри Фета – юноша с лазоревыми глазами. С ангель-
ским голосом. Этот юноша и диктует ему стихи.
Не надо слишком идеализировать человека. Мы все – земные люди со своими ошибками,
недостатками, морщинками, складочками и неверными идеями. Мы обычные люди. Все, без
исключения.
Просто у некоторых внутри есть ангельский юноша или ангельская девушка. Они-то и
говорят иногда чудным голосом великие вещи.
 
Один молодой человек купил хороший телефон —
 
крутой, замечательный, с массой функций, – за большую сумму. Много работал, копил,
потом купил и показал в компании друзьям. Друзья отнеслись равнодушно вроде бы, но на
самом деле только о телефоне и говорили. Что цена на него завышена, что можно купить
гораздо лучший телефон дешевле, что этот телефон прослужит недолго, что отзывы о нем пло-
хие… Как это глупо – купить такой дорогой и почти бесполезный телефон!
Эти друзья работали мало и плохо; деньги тратили на выпивку и на развлечения. Да и не
было денег особо, они же еще кредиты платили. И такого про покупку наговорили, что молодой
человек очень расстроился. Телефон стал казаться ему никчемной роскошью, все удовольствие
прошло. А потом он заболел простудой и неделю восстанавливал здоровье.
Женщина в новом дорогом платье пришла на работу; ей живо сказали, что в таком платье
сумасшедшая соседка по грибы ходит. И еще сказали, что в одном магазине точь-в-точь такие
же платья продаются в десять раз дешевле! Реплика, – но никакого отличия. Это говорили две
дамы, одетые как артист Милляр в фильме «Морозко». И с такой же внешностью. Женщина
краснела, бледнела, пока все высказывались, а потом упала, когда шла с работы, и порвала
платье сильно. А потом заболела; желудок дал о себе знать.
И невесту так могут обесценить. И нашу картину или наш текст. Нашу мечту. Вообще
все, что нам дорого. За что мы много заплатили или что мы огромным трудом создали. И
это влияет на наше здоровье очень сильно; потому что в эту вещь мы вложились. Это – наша
личная энергия, наша часть, в некотором роде. Когда хулят, хают, обесценивают то, что нам
дорого, наносят удары по нам лично. Так это воспринимает мозг.
Надо подумать: кто хулит и критикует наш дорогой телефон или кубок победителя? Кому
так не нравится соболья шуба или «Ягуар»? Или наша картина? Что есть у этих людей и чего
добились лично они? Многое станет ясным. Умысел сразу понятен, поэтому мы избавим себя
от «двойного послания». И надо сразу дать понять, что мнение этих «друзей» нам неинтересно.
Спасибо, конечно, но мне мой телефон нравится. А эту красивую девушку я люблю и не хочу
обсуждать.

69
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Не позволяйте бить себя и доводить до болезни хулой и ядовитыми замечаниями. Надо


уважать себя, свое решение, свой выбор, свой труд. И не слишком похваляться, конечно; лучше
обсудить свой телефон с теми, кто уже пользуется таким же. Или намеревается пользоваться…
 
Одна девушка сломала ногу
 
Это ужасно. А случилось это на катке: она пошла с подругой кататься. Девушка, конечно,
не так уж молода, ей под сорок. Но она красивая такая. И на коньках отлично катается, с детства
занималась фигурным катанием. В личной жизни вот не везло. И подруга ее сманила на каток.
«Давай, – говорит, – пойдем кататься на каток. Там стоят на парковке роскошные машины, и
мужчины такие симпатичные и обеспеченные катаются. Мы там с кем-нибудь познакомимся!»
Глупость, конечно. Но эта Юля пошла. И так красиво начала делать пируэты и вер-
теться, – не знаю, как это называется. Фигура у нее точеная, раскраснелась, все смотрят на
нее… Звездный час. Тогда подруга хорошенько разбежалась и со скоростью пушечного ядра
врезалась в Юлю. Такая крупная подруга. Ровно слон, извините.
Юля упала и сломала ногу. А подруга стояла и говорила, улыбаясь, – мол, чего ты ноешь?
Чего хнычешь? Вставай давай, хватит привлекать внимание! Истеричка!
Вот такая сцена на катке. И тут к Юле подъехал прекрасный принц на коньках: вжик-
вжик! И оказал ей первую помощь, а потом на руках отнес в машину и увез в травмпункт. Это
был один разведенный доктор. Стоматолог, честно сказать. Ну и что? Хороший доктор – он
всегда доктор. Даже если зубы не выбиты, а только нога сломана.
И сейчас Юля с этим доктором женятся. Он себя идеально проявил за время ее инва-
лидности. Ухаживал, помогал, растирал ногу и вообще много внимания уделял ноге. И Юле,
конечно.
А подруга даже не позвонила, вот так. Пихнула и улыбалась от удовольствия. И сейчас
про эту Юлю всякие гадости рассказывает.
Ну, пусть одна ходит на каток. Лед скоро растает. И начнется весна, когда так хорошо
просто гулять с любимым человеком, даже прихрамывая. Это пройдет…
 
Чтобы не почувствовать себя бедным,
 
надо выбирать лучшее. Лучшее, но в той ценовой категории, которую вы можете себе
позволить.
Если я захочу купить картину Веласкеса, я почувствую себя бедной. Или если решу чер-
ной икры купить к ужину, – тоже почувствую себя бедной, конечно. Или даже билет в партер
Большого театра захочу купить – и снова будет ощущение бедности. Потому что это дорого
для меня. Не просто дорого, а для меня дорого.
Надо покупать лучшее из того, что нам по карману. Разумный человек даже прицени-
ваться не будет, если понимает – эта вещь ему не по карману. Пока не по карману.
Но как часто люди хотят получить то, что не может быть дешевым. По определению не
может. И чувствуют себя униженными, обманутыми, оскорбленными в лучших чувствах.
А надо просто адекватно оценивать свои возможности. И покупать самое лучшее из того,
что мы можем себе позволить. Не самое лучшее в мире, а именно из того, что мы можем себе
позволить.
И это уже вопрос здравого смысла: умение понимать, что мы можем себе позволить, а
что – не можем. Пока не можем.
И никто не почувствует себя оскорбленным. Ни мы. Ни тот, кому мы хотели предложить
несколько тысяч рублей за картину. Скажем, полторы-две. В рассрочку.

70
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Нет пока денег на соболя – можно пальто купить. Нет пока ресурса для дворца – можно
в ипотеку взять студию. А спектакль Большого театра посмотреть по телевизору в хорошем
качестве. Чтобы не расстраиваться лишний раз. И других не расстраивать разочарованным
видом и претензиями: «Почему так дорого?»…
 
Если от вас ждут жертвы, говорите прямо и честно
 
Иначе пройдет время, и ваша жертва обесценится. Она ничего не будет значить, вот и
все. «Мне это нетрудно!», «Мне это не нужно, это лишнее, у меня и так много!», «Это пустяки,
право слово! Вы меня нисколько не стесните!», – так мы отвечаем, когда ради другого человека
чем-то жертвуем. А иногда просто молчим. Молчим и отказываемся от чего-то очень важного
ради него.
Иногда тот, кто ждет жертвы, заранее укрепляет свои позиции. Не просит прямо. Так
Чехов не прямо попросил сестру Машу отказаться от брака с любимым человеком. А просто
грустно посмотрел, вздохнул, что-то жалобное сказал о своем одиночестве и плохом здоро-
вье… Благородная Маша все поняла и прожила свой век старой девой. А  Антон Павлович
женился тайком на любимой актрисе. И про жертву сестры позабыл.
А иногда говорят: «Если только вам это не трудно!», «Если ты сама так решила!», «Если
вас это не обременит!».
И мы послушно повторяем, мол, ах, ну что вы! Я просто мечтаю на верхней полке ездить.
И вы меня ничуть не стесните, если поживете у меня всей семьей пару недель. А замуж я и сама
не хочу. Хочу в выходные дни работать, мне это по сердцу! И на твой ночной звонок отвечаю,
потому что не сплю. Все нормально!
Чтобы было нормально, надо честно говорить цену жертвы. Не требовать ее уплатить,
но обозначить словами.
Да, я откажусь ради тебя от любви и от брака. Потому что я люблю тебя. Осознанно
откажусь. Мне это очень тяжело и сердце мое разрывается. Но я это делаю ради тебя. Ты готов
принять жертву? Да? Тогда просто помни об этом, пожалуйста.
Да, я вас пущу к себе пожить. Это не очень легко. Мне трудно жить в квартире с дру-
гими людьми. Но я пойду тебе навстречу, если у тебя нет выхода. Но честно тебе говорю –
это непросто.
Да, я отдам тебе деньги. Ты в сложном положении. Я помогу. Но эти деньги были отло-
жены на мой отпуск. Я не смогу поехать в отпуск. Вот, возьми.
О, как нам неудобно это сказать! Обозначить ценность жертвы. Но почему другому
удобно, тому, кто эту жертву ждет? И ждет изящной легкости манер. Легкости жертвы.
А потом позабудет напрочь – мы же сами сказали, что нам это легко, нетрудно, просто!
Надо говорить честно, если от нас ждут самопожертвования. Самопожертвование – это
когда мы жертвуем самим собой, вот в чем дело. Об этом можно напомнить. Честно, заранее,
на берегу. Цену жертвы должны знать обе стороны. Просто знать – и все.
 
Все вышло из-под контроля и кубарем покатилось под откос;
 
бывает такой период в жизни. Хаос в мыслях, хаос в событиях; что день грядущий нам
готовит – непонятно. Скорее всего, ничего хорошего. Потому что волна следует за волной. И
даже план действий невозможно придумать, настолько все непредсказуемо…
Мы не можем повлиять на объективные события, не так ли? А может быть, стоит попро-
бовать? Древние философы полагали, что микрокосм повторяет огромный Космос и связан
с ним. Один мужчина в трудных и непредсказуемых обстоятельств не читал философов, но
поступал так: каждый день аккуратно брился. Хотя очень плохо себя чувствовал, был слаб и
71
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

тревожился за будущее. Надевал чистую выглаженную рубашку – у него только одна рубашка
тогда была приличная. И аккуратно наливал себе простой суп в тарелку, ужинал ровно в восемь
часов. Он один раз только мог поесть, у него денег почти не было. И заправлял каждое утро
постель старым одеялом. Но ровно и красиво!
А одна женщина протирала и красиво расставляла стеклянные фигурки на полке. Там
были зверушки, птички, цветочки; она устраивала волшебный сад. Все в ее жизни было тогда
разгромлено; все рушилось. Она жила на съемной квартире в ужасных, честно сказать, усло-
виях. Но на полке сверкал ее волшебный стеклянный сад, маленький оазис порядка и счастья.
Она справилась с неприятностями и жизненными бурями. И теперь у нее есть настоящий сад,
в котором царят порядок и гармония.
Если все выходит из-под контроля, если налетела жизненная буря и все сносит на своем
пути, нужно поддерживать хотя бы маленький порядок. Носочки в ящике сложите аккуратно,
вещи в шкафу разберите. Ничего не разбрасывайте; очень важно в такое время все склады-
вать и прибирать. Помойте посуду тщательно. Постарайтесь обедать и ужинать в одно и то же
время. Протирайте пыль тряпочкой… И особое внимание уделите своей одежде; нужно осо-
бенно опрятно одеваться и обувь чистить. Поддерживайте свой маленький личный порядок.
Так мы противостоим разрушительному Хаосу. Маленький порядок – это наша малень-
кая личная борьба с разрушительными силами и влияниями. Хаос – это символ смерти. Поря-
док – это Космос, это жизнь. Малое влияет на большое; а  наведение порядка благотворно
влияет на мозг. Мы лучше противостоим стрессу и депрессии, сохраняем силы, планируем
действия, даже в непредсказуемой ситуации. Сохраняя порядок, мы сохраняем спокойствие и
силы. Метод «маленького порядка» работает. И, возможно, все же влияет на внешние обстоя-
тельства – волны успокаиваются, шторм кончается…
 
Про серую утицу рассказала
 
одна пожилая женщина. Уже старушка. Она в молодости даже не подозревала, что некра-
сива. Не до этого, знаете, было. Послевоенные годы, деревня, где все ходили в плохой одежде;
обувь – что найдется, то и носили. Платок на голову и в поле! Немного она была косолапень-
кая, это от рахита в детстве. Роста маленького – от недоедания. Сложена так себе, – не модель.
Но тогда о моделях знать никто не знал. Заплетет жиденькую косицу, лицо сполоснет, – вот
и весь туалет.
Она вышла замуж по большой любви за красивого парня Сережу, тот с фронта вернулся.
Свезло ему. Вернулся живой, с руками и ногами, хоть и израненный сильно. Вот они полюбили
друг друга и поженились. А эта Маруся забеременела сразу. И стала ходить на своих косолапых
ножках с большим животом. Ходит и улыбается всем от счастья. Она добрая была.
А потом в магазине она случайно услышала, как девушки и бабы ее обсуждали. Они
ее не видели, очень увлеклись. И так Маруся узнала, что зовут ее «серая утица». Мол, такой
красавец женился на серой утице! Ха-ха-ха!
Она почему-то не ожидала такого. Молода еще была и наивна. Она заплакала горько и не
стала покупать пшено. Заплакала и пошла, переваливаясь, домой. Там поглядела в маленькое
зеркало на свое опухшее лицо – точно. Уродка она. Серая утица. Стоит и плачет, с зеркальцем
в руке. Другого-то не было, большого, а то бы она еще горше заплакала.
А муж Сережа забежал в избу на минуту, поесть. Увидел Марусю в слезах, спросил, кто
обидел? Маруся все ему и рассказала. Честно сказала, что так и так. Он несправедливо на ней
женился, люди говорят. Кто он и кто она? Серая утица!
Сережа ее обнял крепко и сказал, что она лучше всех. Навсегда и вовеки веков. Она
самая красивая. Никого красивее нет на свете. Он никого не видел лучше и никогда не увидит.

72
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Нет никого лучше его Маруси. Серая утица – ишь, что выдумали. Красиво, однако. Моя серая
утица!..
Так он говорил и прижимал ее к сердцу. Она запомнила, как сердце билось. От любви.
Много всего было в жизни. И рано не стало израненного на фронте мужа Сережи. И трое
детей остались, – она их подняла. Крепкая серая утица оказалась.
И она всегда считала себя красивой. Маленькое зеркало – что в нем увидишь? Правильно.
Нос, кусок щеки, глаз. Кусочек. А сердце любящего видит нас целиком. Другие так не увидят
никогда. Они вроде осколка зеркала…
Вот и вся история про серую утицу. Про красоту и про любовь. И про зеркало, в которое
надо смотреться…
 
Хорошая медсестра
 
была у нас в школе. Рыжая такая женщина, вся в веснушках. Спокойная и понимающая.
Она сидела в крошечном медицинском кабинете, в белом халате, – как картина Ренуара. Не
знаю, сколько ей было лет; все люди старше тридцати казались пожилыми.
На столе перед ней стоял перекидной календарь за давно минувший год. Это был особен-
ный календарь – календарь освобождения. На его листочках она писала красивым почерком:
«Освобожден от занятий!» и число.
Когда становилось невмоготу, когда ничего не болело, а просто вот – невмоготу, – можно
было прийти к медсестре и получить освобождение. На один день. Только на один. Но это было
спасительное освобождение именно в этот день. Когда невмоготу больше учиться, а впереди
две химии, алгебра и физкультура на улице. А ты уже не можешь. Не можешь – и все.
Надо было зайти и попросить освобождение. Робко и скромно попросить. Не врать. Не
выдумывать симптомы. Просто сказать: дайте, пожалуйста, освобождение. Что-то я плохо себя
чувствую!
Рыжая медсестра просила открыть рот и показать горло. Смотрела горло, а потом палоч-
кой мазала – какой-то гадостью. Это был обязательный ритуал. Открыть рот, показать горло,
вытерпеть палочку с гадостью.
А потом давалось освобождение на календарном листке. Законное освобождение на один
день. На улице, например, был мороз или слякоть, а на листочке – «25 июля». Или еще какой-
то летний день. И красивая надпись: «Освобожден!»
Она понимала. Понимала, что иногда человеку просто невмоготу. Не надо заставлять его
врать и унижаться. Требовать доказательств и симптомов. Устал человек. И поэтому плохо
себя чувствует. А горло – горло мы помажем для профилактики. Это обязательное условие. И
еще дадим витаминку. И отпустим домой.
Никто не злоупотреблял. Никогда. Я в хорошей школе училась с хорошими ребятами. За
год один-два раза посещали медсестру. Потому календарь так долго не кончался. А может, их
много было? С бумагой тогда было нелегко. Дефицит.
Так важно, чтобы можно было хоть изредка пойти и получить законное освобождение.
Честное. Пусть даже горло помажут вонючей мазью, это пустяки. И витаминку мы честно съе-
дим.
Всем иногда бывает невмоготу. Даже самым сильным и энергичным. Всем иногда нужен
листочек календаря. И рыжая медсестра в белом халате, которая все понимает…
 
Маленькое предательство —
 
оно почти незаметное. Даже рассказывать не о чем особо. Вот один мальчик в детстве
мыл посуду за всей семьей. Трудолюбиво и вдохновенно мыл. Мама ему говорила, что посуда
73
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

после его мытья становится особенно чистой. Необычайно чистой. Он просто рожден для
мытья посуды! Мальчик и старался. А потом услышал, как мама, смеясь, рассказывала подруге
о своем трюке. Доверчивый мальчик отлично моет посуду. Надо теперь сказать, что он и пол
подметает особенным образом. Прямо волшебным. Мама смеялась. Это смешно, да.
А одну девочку забыли забрать из садика. Что-то там родители напутали и забыли. Потом
спохватились, позвонили и попросили оставить девочку ночевать в группе. Ничего ведь страш-
ного в этом нет? Девочка даже не плакала, она как-то оцепенела от ужаса. И поняла, что оста-
вить могут когда угодно и где угодно. Это нормально. Ни на кого нельзя надеяться.
Или мама с маленькой дочкой ходила к любовнику. Девочка играла в соседней комнате,
пока взрослые обнимались, мягко говоря. А потом мама строго-настрого велела девочке папе
ничего не говорить. Потому что папа умрет. У него будет инфаркт, если он узнает. И кто будет в
этом виноват? Правильно, девочка. Она будет Девочка, Которая Убила Своего Папу. Малень-
кая убийца.
Много таких маленьких, незаметных предательств переживают иные дети. А на вид все
хорошо. И родители учат быть честным, добрым, порядочным. И сами они – вполне приличные
люди. Не бьют и не подвергают насилию, так ведь?
Маленькие предательства очень отражаются на судьбе человека. Он или сам становится
предателем – усваивает модель поведения родителя. Или его постоянно предают. Потому что
бессознательно он тянется к тем, кто способен предать. Ведь он когда-то таких и любил. Среди
таких и вырос.
Маленькое предательство – оно маленькое, конечно. Так ведь и человек еще маленький.
Крошечный совсем. С маленьким жизненным опытом и маленькими ресурсами для выжива-
ния. Маленькое предательство большому-то трудно пережить. А маленькое сердце разбивается
тихонько, почти неслышно, беззвучно. И некому рассказать о таком маленьком случае, кото-
рый произошел с маленьким человечком.
 
Если в аквариуме не менять воду, она станет затхлой
 
Рыбки потеряют свой яркий цвет; они превратятся в больных и вялых созданий. Даже
если их хорошо кормить, рыбки начнут болеть. Но ведь вода такая же, какую налили когда-то.
На самом деле нет. Это плохая вода. Теперь плохая. Стоячая, несвежая, затхлая.
Так и в жизни бывает: все по-прежнему. Та же работа, которая когда-то была интересной
и яркой. Тот же круг общения; знакомые все лица! Та же комната с тем же диваном. И отпуск
такой же – работа в любимом саду. Даже фильмы те же, хорошие, мы их наизусть знаем. И той
же дорогой мы идем. Ничего не меняется. Стабильность.
Стабильность со временем становится затхлостью; стабильная система обречена на само-
разрушение, как ни странно. В точности как аквариум с водой, которую не меняют. Хорошее
начинает превращаться в плохое и разрушительное, вот такой парадокс. Однообразие губит и
лишает сил, выматывает потихоньку. Вроде нет больших затрат энергии, но и свежая энергия
не поступает.
Свежие впечатления и новые знакомства жизненно необходимы человеку. Перемены
нужны. В привычной комнате надо сделать ремонт и мебель переставить. Обновить простран-
ство вокруг себя. Нужно искать новых партнеров в бизнесе, развивать новые направления. На
работе надо начать учиться новому. Или реализовывать новый проект можно вызваться. А
иногда можно кардинально сменить работу.
Кроме семьи и старых друзей нужны новые знакомые. «Мы тут истосковались по свежему
человеку!», – как говорил один помещик у Чехова; действительно, новый человек в окруже-
нии может дать новую информацию и привнести свежую струю. Можно и сотрудников новых

74
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

нанять; они «вольют энергию» в стареющий бизнес. Это «свежая кровь», она даст силы, уско-
рит процессы.
Если нет сил и все потеряло краски, стало мутно-серым, может быть, в аквариуме давно
не меняли воду. Поездка в новое красивое место, смена имиджа, новые контакты – все это
освежит и обновит вашу жизнь. И создаст новые нейронные связи в мозге. Стабильность –
это очень важно; но иногда она становится губительной. Выход в обновлении; так обновля-
ется компьютер, закачивая новые программы. В аквариуме надо менять воду периодически. И
рыбки будут живы-здоровы…
 
Доктор Бернард Лоун,
 
великий кардиохирург, стал разрешать «инфарктникам» садиться. Немножко двигаться.
Шевелиться… И пациенты стали быстрее и чаще выздоравливать. Это противоречило правилу:
строжайший постельный режим! Но оказалось, что двигаться надо обязательно. Переменять
положение тела.
Потом доктор приехал в СССР; его хорошо приняли ученые коллеги. Но когда доктор
стал советовать посадить пациентов в кресло и дать им двигаться, ему сказали сурово: вы –
капиталисты. Эксплуататоры, уж извините. И вам надо, чтобы человек побыстрее принялся за
работу. А у нас – гуманный социализм. И у нас человек будет лежать с судном, спеленутый, как
мумия, столько, сколько надо! Пока не выздоровеет. Или не умрет. Но он будет лежать! И мы
не позволим тормошить больного человека и заставлять его шевелиться. Потому что для нас
главное – правильное лечение гражданина, а не его работоспособность! Имеет право лежать
– пусть лежит. Не трогайте его!
Доктор ужасно удивился и даже главу в своей книге посвятил такому гуманизму. Губи-
тельному, прямо скажем.
Потому что человека надо немножко тормошить и шевелить. Немножко разрешать ему
двигаться. Даже принуждать. Тогда он быстрее поправится.
Жизнь и люди не оставляют нас в покое. Это иногда ужасно злит и раздражает. Мы только
прилегли! Только присели, а уже пора вставать, что-то делать, улучшать, исправлять, защи-
щаться…
Вот и хорошо. Доктор Лоун оказался абсолютно прав. Кто шевелился, тот выжил и выздо-
ровел. И начал снова работать.
И мы начнем. Немножко отдохнем и встанем. И не будем слишком сердиться на тех, кто
нас заставляет двигаться. Даже на эксплуататоров…
 
В магазине всех угощали колбасой
 
Знаете, бывают такие акции: выносят столик, режут кубиками колбасу и хлеб, делают
крошечные тарталетки с зубочисткой. И унылая женщина-продавец, с пышной грудью и мали-
новыми волосами, всем предлагала заученными словами попробовать. Люди проходили мимо;
да и мало было покупателей в тот день. Перед столиком стоял солдатик худенький, наголо
стриженный, пробовал колбасу.
Ах, с каким аппетитом он ее пробовал! Только успевал зубочистки аккуратно складывать
в тарелочку. Он наслаждался каждой крошкой. Но ел деликатно, не чавкал. И каждый раз рас-
хваливал отменные, превосходные качества колбасы. Громко и с выражением. Искренне так! И
снова смотрел выжидающе, как котик. Съест еще кубик – и похвалит продукт! И поблагодарит.
Продавец уже не унылая была. Она улыбалась. А потом отрезала солдатику большой
шмат колбасы и кусманище хлеба. Бутерброд! На здоровье, солдатик, кушай…

75
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Наверное, этот солдат станет генералом. Какой умный стратег и тактик! Он угощался,
благодарил, выражал высокую оценку продукту. И получил отличный большой бутерброд.
Плюс ласковую улыбку приятной дамы.
Если ешь чье-то угощение, утоляешь голод – почему бы не похвалить? Не сказать «спа-
сибо!». Это же так просто. И честно. И вообще – приятно посмотреть. Все довольны.
Кто благодарит за маленький кусочек – тот получит большой. Кто хвалит угощение –
того непременно еще угостят.
А не хочешь есть – проходи мимо, так ведь? И никто ни на кого не в обиде. Это так
просто понять. Но не все могут…
 
Про Жанну д’Арк все знают
 
Она боролась за Францию и защищала интересы короля, который ее потом предал.
И Жанну сожгли – дескать, она ведьма.
А была еще одна Жанна. Жанна Фландрская. В Средние века насчет имен особо не замо-
рачивались: мужа Жанны Фландрской звали Жан, маму – Жанна, сына – Жан, а дочь тоже
Жанной назвали. Чтобы особо голову не ломать. А вот настоящее имя-звание надо было заслу-
жить самому.
Жанну Фландрскую еще звали Жанной Пламенной. И Бретонской Стервой. Это уж кому
как нравится. А все потому, что эта герцогиня смогла защитить себя и свое имущество. Когда
напали враги и решили отобрать у нее Бретань, муж был в плену. И Жанне пришлось выбирать:
сдаться на милость победителей и все отдать, или защищаться. Она выбрала.
Надела красные сапоги, красные штаны и взяла меч. И начала оборонять свой город,
который осадили враги. Детям и женщинам велела разбирать мостовую и подавать камни на
крепостную стену. Распределила правильно стрелков. И началась оборона – успешная. Гро-
мадное войско захватчиков не могло захватить город.
Жанна в красных штанах ездила на коне по улицам и воодушевляла своих подданных. А
потом решила идти на прорыв – силы истощались. Надо было получить подмогу.
Она возглавила войско и пошла на прорыв кольца врага. Настал момент, когда ее бре-
тонцы испугались и побежали обратно. Только Жанна молча пошла навстречу врагам. Одна.
Мужчинам стыдно стало и они вернулись в строй.
А потом бретонцы забоялись ползти через земляной вал; другого пути не было. Враг бил
их одного за другим, как кроликов. Жанна вышла вперед и сама полезла энергично. Одна.
Солдаты вздохнули и тоже полезли. Стыдно как-то: герцогиня лезет, а они сбежать решили…
В общем, она прорвала кольцо врага и вывела свою армию из окружения. Их осталось
всего 300 человек. Дошла до Бреста, получила подкрепление, вернулась и наголову разбила
вражескую армию.
Вот так дамы Средневековья защищали свое имущество. Они отлично понимали, что
сидеть и плакать некогда. А помощь оказывают тем, кому выгодно ее оказать. Кто сам про-
рвался через кольцо осады.
А мужа она потом выкупила из плена. И прожила почти 80 лет – невиданное дело в те
времена.
Так что надо защищаться. И идти на прорыв. Приходится надевать доспехи и красные
штаны, если хочешь жить и выжить…
Жаль, портрета Бретонской Стервы не осталось. Тогда не до картин было и не до селфи.
Надо было жить и бороться. За свое имущество, за свою семью и за свою жизнь.
Она хорошо боролась. За свое.
А короли о себе пусть сами позаботятся. Такое мое мнение.

76
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Эта история на меня произвела впечатление
 
Ее рассказали в комментариях на моем Youtube-канале. А я перескажу своими словами.
У одной девушки умер брат Александр. Такая случилась утрата… Они с братом были
сильно привязаны друг к другу; брат всегда защищал сестру. И вот девушке, скажем, Жене,
снится сон. Видит она любимого брата, а он очень мрачен. Говорит так: «Не ходи на день
рождения! Иначе случится то, что я тебе покажу!».
И девушка оказывается во дворе посреди девятиэтажек. Ночь, темно. Она идет; каблучки
стучат. А сзади идут два мужика. И идут – догоняют. Приближаются. Они молчат, только
дышат страшно. И ускоряют шаг. А потом догоняют Женю и убивают.
Подробности писать не буду, они леденят кровь. Женя в ужасе просыпается, да не совсем:
снова видит брата Александра. И он говорит грустно; если, мол, все же так получится, что ты
пойдешь на день рождения и окажешься в этом страшном месте, беги скорее в этот подъезд.
Видишь дверь? Все двери заперты, а в этом подъезде домофон сломался и дверь отперта. Беги
сюда и спасешься!
Женя после этого сна не ходила ни на какие дни рождения. И вообще она не склонна
была праздно проводить время. Сон стал стираться из памяти. А потом Женя заехала домой
к коллеге по работе. Надо было взять документы. И коллега пригласила ее выпить чаю. Они
пили чай и болтали. Уже было довольно поздно. Раньше они почти не общались, а оказалась
приятная девушка! Коллега сказала, разливая уж которую чашку чая:
–  Знаешь, а у  меня ведь сегодня день рождения! Вот так и праздную. Никто даже не
вспомнил!
Женя встревожилась и заторопилась домой. Она вышла во двор. Темно. Решила пройти
через другой двор, срезать угол. И с ужасом узнала тот двор из сна! Девятиэтажки, каблуки
стучат звонко, темнота… А сзади идут два мужика. Сопят и ускоряют шаги. Все ближе и ближе.
Женя была в ужасе. Она вспомнила дверь, которую ей показал брат. И изо всех сил побе-
жала! Забежала в темный подъезд и бегом поднялась на пятый этаж. И спряталась там за мусо-
ропроводом, притаилась.
Форточка была открыта. С улицы все было отлично слышно. В ночной тиши один пре-
следователь говорил другому злобно и нецензурно: куда, мол, делась девушка? Куда эта гадина
подевалась? Она же почти в руках у них была, они же ее почти схватили!
Женя так и просидела в подъезде до рассвета, пока люди не стали выходить из квартир
на работу.
Так брат спас сестру. А сестра рассказала эту историю о своем спасении скептикам.
Знаете, скептик – это тот, кто побывал в подобной ситуации. Но все отлично объяснил
деятельностью мозга. И открытый подъезд со сломанным домофоном, и день рождения, о кото-
ром Женя знать не знала, и двух убийц. Не одного, не трех, а двух. Как во сне.
Вот такого скептика можно уважительно выслушать. А тот, кто обвиняет во лжи или про-
сто пишет убогий аргумент: «Чушь!», «Бред!», – тот не скептик. А просто недалекий человек.
Такие истории случаются. Наши умершие нас защищают странным образом. Но не всех.
Тех, кто считает это бредом, конечно, не защищают. Они могут быть совершенно спо-
койны, такие люди.
 
Философ Сенека
 
в юности болел туберкулезом. Это сейчас туберкулез излечим; а тогда это был смертный
приговор. Сенека с мягким юмором описывает, как он плоховато выглядел. Исхудалый, сла-

77
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

бый, чахлый, он выкашливал, извините, куски внутренностей. Видимо, легких. Он особо не


рассматривал – сил не было.
Сенека был философ-стоик. Он спокойно относился к смерти. И приготовился умереть.
Лег и лежит стоически.
А потом он посмотрел на своего папу и переменил решение. Отчаяние и горе отца не
поддаются описанию. Отец не мог вынести мысли, что сын умрет. Отец не был стоиком, он
был просто любящим родителем. Он не пережил бы потери любимого сына.
И  Сенека приказал себе жить. Так и сказал: «Приказываю себе жить! Чтобы жить,  –
добавил Сенека, – иногда надо больше мужества, чем чтобы умереть».
И, знаете, он выжил. И прожил долгую жизнь. В трудную минуту он приказывал себе
жить. Ради тех, кого любил и ради тех, кто в нем нуждался.
Жить – это требует мужества. Помереть нетрудно. Лечь, смириться, сдаться. А жить
очень тяжело.
Но надо постараться изо всех сил – ради тех, кому мы нужны. Так сказал мудрый фило-
соф Сенека.
 
У одного мужа жена попала в больницу
 
Живот заболел внезапно. Дальше все как-то очень быстро было, приехала «Скорая»,
осмотрели, увезли. Муж от растерянности поехал следом до больницы. Потолкался там, узнал,
что жену увезли на операцию. Ему велели пока ехать домой. А потом позвонить.
Он вернулся в квартиру: там тихо. Вещи разбросанные лежат. Чашка с остывшим чаем.
Главное, он все время, все последнее время ссорился с женой.
Денег не хватало. А она транжирила деньги, покупала слишком много продуктов. Вчера
купила клубники коробочку. Маленькую, за большие деньги. Пригоршня искусственных ягод
за сумасшедшие деньги! Ну какая клубника зимой, скажите на милость! Они же не миллиар-
деры.
Еще крем купила. Вот баночка стоит у зеркала. Тоже дорогой слишком. Он ворчал и
ругался.
На плите суп. Он сколько раз говорил, что не надо варить столько. Кто это будет есть,
они же вдвоем живут! До сегодняшнего дня жили вдвоем, да.
Он сел за компьютер. Он не хотел думать ни о чем; но тут же открылась реклама курорта.
Она хотела на курорт, на море. Это очень дорогое удовольствие, он так и сказал. Бездумная
расточительность, когда надо платить ипотеку и расширять жилплощадь. «Двушку» поменять
на «трешку». И яму надо под фундамент копать, строить дом. Машину менять пора…
И не только это. Она слишком надолго занимала ванную комнату. Он сердился. Они ссо-
рились. А сейчас – ванная свободна. И в кровати можно хоть поперек лечь. Никто не помешает
и одеяло стаскивать не будет.
И можно курить в квартире. Никто не закричит: «Ты с ума сошел! Прекрати!» Можно
пиво пить. Сколько влезет. И смотреть футбол или политические дебаты.
А на диване лежит ее халатик с вышитым медвежонком. Скомканный второпях; она пере-
оделась через силу.
Он халатик расправил, сложил и заплакал, как трехлетний малыш. Потому что одному
ничего не надо. Одному плохо. Невыносимо одному в доме, где жили вместе, вдвоем. Зачем он
ругался? Зачем экономил на мелочах? Впился в эту клубнику, как тарантул какой-то. Может,
это последняя радость была у человека?
Вот так он плакал один, вытирая слезы халатиком. От халата пахло женой.
А потом позвонил и узнал, что все прошло нормально. Хорошо. И побежал к машине
как сумасшедший. За клубникой поехал и купил пять килограммов сразу. Много прозрачных
78
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

коробочек с дорогими и не очень-то вкусными ягодками. Но у них все равно был немножечко
клубничный вкус. Привкус.
Вся палата ела клубнику и все хвалили. Жене пока было нельзя. Он раздал ягоды и сидел
у кровати жены. Счастливый. Счастливый, как все, кто смог удержать то, что почти потерял.
 
Одной женщине страшно не везло
 
Она сама рассказала: всю жизнь такое невезение, что даже страшно. На нее и в лифте с
ножиком злодей нападал, и в аварию она попадала в ужасную, и грабители ограбили, и избили
ее. Много чего еще было, очень много. А потом в нее ударила молния. Главный аккорд неве-
зения, так сказать. Вот это невезение так невезение!
По-моему, это исключительно везучая женщина. С удивительной защитой. Ангел-Хра-
нитель очень, очень ее любит и о ней заботится. Потому что плохое происходит со многими.
Но только единицы могут об этом рассказать. Единицы спасаются.
Если так везет, если спасаешься от неминуемой гибели даже после удара молнии, значит,
ты кому-то и зачем-то очень, очень нужен. Вот это важно помнить. Недаром спасшийся чело-
век дает разные хорошие обещания и приносит богатые жертвы другим людям. Он чувствует,
что его не просто так спасли, а для какой-то важной миссии. Но потом про это в суете дней
забывает… Так уж люди устроены.
Или вас ждет кто-то, кому вы жизненно-необходимы, кто без вас не сможет жить и
дышать. Вы чья-то пара или чей-то спасительный человек.
Или вы выполняете исторический замысел. Наполеон про это догадался. И даже специ-
ально ходил на самое опасное место во время боя – туда сыпались вражеские ядра. А он стоял
и думал о том, что с ним ничего не случится. И своей Жозефине об этом написал прямо; мол,
пока я нужен Высшим Силам для воплощения замысла, ничего со мной не произойдет плохого.
А потом, когда стану не нужен, тогда да. Тогда и песчинка может меня убить…
Так что спасение из опасной ситуации – это поразительное везение. И признак того, что
вы кому-то очень нужны. Или для чего-то важного очень нужны.
А кому и для чего – это мы позже узнаем. Если не будем слишком жаловаться и считать
неудачей чудесное спасение. Это удача. Удача и большое счастье. Они вас ждут впереди.
 
Один маленький мальчик
 
разобьет что-нибудь или еще как-то нашалит. И говорит потом: «Это сделал Ганька! Не
я!» Он плоховато еще говорил, не мог подробнее рассказать про Ганьку, который разбросал
игрушки, разбил чашку или написал в штанишки. Да-да, Ганька иногда писал в штанишки
мальчика. Такой нехороший!
Наказывать, ясное дело, следовало Ганьку. Мальчик не виноват!
У некоторых взрослых людей Ганька до сих пор есть. Он делает всякое плохое, но сам
человек не виноват! Поскольку на невидимого Ганьку все же трудно все свалить, Ганькой
назначают кого-нибудь вполне реального. Может, и вас.
Так, одну женщину мужчина обвинил, что это она изменила его жене. Ну, он тоже
немного виноват, но спровоцировала измену эта разрушительница семейных очагов. Злая
ведьма.
Иногда Ганькой назначают врача, иногда – психолога, иногда – учителя, иногда – роди-
теля. Кого угодно могут назначить на эту незавидную роль. Это он написал человеку в шта-
нишки! Сам носитель штанишек совершенно не виноват, это ясно и понятно.

79
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Одно могу сказать – можно заметить сразу, что вам предстоит играть роль нехорошего
Ганьки. Человек постоянно перекладывает ответственность за свои поступки на других людей.
Он никогда не бывает виноват.
Но кто-то же должен быть виноват? Правильно. Это вы.
Так что будьте внимательнее. И держитесь осторожно с теми, кто озирается рассерженно,
намочив штанишки. Ищет Ганьку…
 
Разрушить чужое счастье
 
очень легко. Как тарелку разбить. Разорить чужое гнездо, погасить огонь в чужом очаге, –
только дунуть надо посильнее. И все погрузится во мрак и холод.
Одной женщине позвонили и сообщили, что муж ей изменяет. Она послушала, потом
заплакала и в доме стало темно. Темно и холодно.
Муж все отрицал. Он говорил, что это неправда. Он ломал голову, кто бы это мог быть,
этот звонивший! Он доказывал, как умел, что все это – ложь. И жена вроде поверила. Но все
равно тень пролегла между ними. Холод и тьма пришли в дом. И постепенно они отдалились
друг от друга, – доверие ушло. Жена так и не смогла простить, а муж так и не смог как сле-
дует оправдаться. Потому что ничего конкретного сказано не было, по сути. Только про его
командировки говорили. Про какую-то Олю. Командировки, действительно, были частыми. И
от какой-то Оли приходили раньше поздравления и картинки. Он знать не знал, кто это, – так
он говорил жене. А теперь и подавно забыл.
Так прошло два года. Тихих и малоинтересных. Муж старался поменьше бывать дома
теперь. А жена наказывала мужа молчанием и редкими ядовитыми намеками на Олю.
Потом муж тяжело заболел. Он потерял работу, – кому нужен больной человек. И лежал
в больнице, под капельницей, бледный и худой. Жена его навещала. Так положено. Но не про-
стила в душе.
А потом он умер. И знаете, что выяснилось? Это сестра жены все устроила. Одинокая
женщина, которую этот же муж поддерживал и содержал, можно сказать. Жена когда-то поде-
лилась с сестрой своими подозрениями насчет картинки «от Оли». Сестра запомнила. И потом
все это использовала для звонка.
Сестра каялась спьяну-то. И даже слезы текли ручьем. Она нуждалась в прощении! Она
кидалась на грудь вдове и рыдала в голос. Напился человек, расчувствовался, раскаялся. И все
окружающие советовали жене простить. Надо простить, это же сестра родная!
Но жена не простила. Она, как вы поняли, не умела прощать. Сестра еще немного поныла
жалобно, а потом ушла к себе. Взять-то больше стало нечего. Зачем унижаться, если взять
больше нечего?
Так что верить не надо. Все сомнения надо трактовать в пользу человека. Не всегда
можно доказать свою невиновность.
И еще одно. Жалкая картинка, посланная полузнакомому человеку, может стать причи-
ной большой беды. Об этом тоже надо помнить…
 
Одну женщину обидел мужчина
 
И не какой-нибудь хулиган на улице. Вполне приличный мужчина в большом звании, с
седой головой. Сначала все шло хорошо: он пригласил Эльзу к себе домой. У него большой
дом. До этого он проявлял знаки внимания. Например, подарил пепельницу. Хотя Эльза не
курит. И значок вроде «Отличник боевой подготовки». Нет, он дарил еще цветы корзинами
через доставку регулярно. Но остальные подарки были довольно странными.

80
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Это был настоящий военный. Он всю жизнь провел на войне. Рано овдовел, теперь его
дети выросли и внуки уже были. И этот Георгий Яковлевич, предположим, видимо, решил
изменить свою жизнь к лучшему.
Вот он зазвал Эльзу в свой огромный дом. Она приехала на такси – не водит машину.
Такая красивая и нарядная. Духами побрызгалась самыми лучшими, надела великолепное пла-
тье. Конечно, она бы предпочла театр или филармонию для свидания, но согласилась. Дура
какая. Это она сама о себе говорила так.
Георгий Яковлевич встретил ее при параде. Надел форму. Чистую и выглаженную. Это
все, что было чистого и выглаженного в доме. Ну, еще белый фартук на абсолютно пьяной
домработнице был довольно чистым и выглаженным. Она им укрылась и спала на диване прямо
в обуви. Видимо, устала. Остальное было все просто ужасно грязное.
Но Георгий Яковлевич отодвинул модели танков со стола и стал разливать напитки. В
захватанный бокал из чешского хрусталя. А себе налил в вазу небольшую.
Я не буду все перечислять. Георгий Яковлевич стал водить Эльзу по дому и все ей пока-
зывать. Комнаты были или пустыми и грязными, как спортзалы в плохой школе. Или забитыми
вещами и грязными, как кладовки. Георгий Яковлевич приговаривал: «Живу холостяком, как
свинья!» И даже хрюкнул для иллюстрации.
Потом он повел Эльзу в гараж и гнусно хвастался машинами. Машины очень хорошие
были, правда. На них ездили охранник и садовник. Георгий ими просто хвастался. Дескать,
глядите, что у меня есть!
И заброшенный сад он показал Эльзе. Где он любил пить чай на солдатском одеяле и
спать в спальном мешке под яблоней. И яблоками-падалицами закусывать. Он и Эльзе пред-
ложил. Подобрал, обтер обшлагом и протянул…
Потом Георгий Яковлевич рассказывал, как он мечтает, чтобы было чисто. Как в казарме.
И показывал Эльзе, как надо заправлять кровать, с нитками. Нитки нужны, чтобы складку на
одеяле сделать правильно. И еще ее нужно бить тапком. Он снял рваный тапочек и колотил
по одеялу.
Рассказал также об одной военной операции. Поскольку он прихлебывал напиток из вазы,
он довольно путано рассказал. Больше показывал и изображал. Как враг полз по-пластунски,
например. Или как одного ранило в голову навылет. Но он не погиб. Георгий Яковлевич дота-
щил его до медчасти, и тот потом стал майором.
Это Эльза рассказывала мне очень долго. А от Георгия Яковлевича она сразу уехала.
Вызвала такси и уехала. А он сидел, пока такси ждали. Он был похож на старого грустного
сенбернара. И умоляюще смотрел на Эльзу, но не мог ничего сказать. Только лаял глухо: «Вы
уже уезжаете, да? Уже уезжаете?»…
Эльза страшно разгневалась. Она другого ждала. Романтики, кольца, шампанского,
музыки. Музыки… Музыка была. Генерал включил «Песняров». Была музыка!
Знаете, она только потом поняла. Мы поговорили, и она поняла. Георгий Яковлевич про-
сто одичал в одиночестве. Если бы он был дамский любимец и Дон Жуан, все было бы иначе.
А он был старый одичавший солдат. Он показывал Эльзе свои ресурсы, он вовсе не хвастался.
Он свои боеприпасы демонстрировал, склады и всякое такое. И показывал, что умеет заправ-
лять кровать правильно…
Ну и все. Сейчас у них полный порядок в доме. Все хорошо. И никто не пьет из вазы
напитки. В вазе стоят цветы, которые Эльза выращивает. И кровать теперь другая, хорошая.
И Георгий Яковлевич шагает по чистому паркету. Как гордый сенбернар.
Он же мужчина. Хотя так нельзя теперь говорить. Но он мужчина, одичавший от одино-
чества. Он не умел выражать свои чувства, потому что не имел особо опыта, вот и все. Он
и теперь их плоховато выражает. Просто обнимет, склонит седую голову на плечо и сидит. И

81
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

дышит. И это хорошо. Правильно… Хорошо, когда тебя понимают и принимают. Несмотря
ни на что.
 
Вот случай из жизни – про женщину,
 
которая не могла устроить свою жизнь. Хотя ее сынок, Антоша, и мама очень поддержи-
вали ее желание. Но ничего не получалось. Стоило Любе познакомиться с кем-то симпатич-
ным, как что-то случалось. Или Антоша заболевал, или у мамы подскакивало давление и при-
ходилось вызывать врача и сидеть подле маминой постели… Какие там свидания…
Антоше уже десять исполнилось. Взрослый мальчик. Он маме говорил: «Ну когда же ты
выйдешь замуж! Нужен все же мужчина в доме. И чтобы ты, мама, была счастлива!» Мама
Любы то же самое говорила. Вот теми же словами!
Однако именно близкие не давали устроить жизнь, скажу честно. Это интересно. Хотя
Люба не верила сначала. А потом решила все же поговорить более детально с сыном и с мамой.
Как они видят счастливую жизнь с мужчиной в семье?
Мама сказала, что очень нужен помощник в саду. Надо копать землю. Перестраивать дом.
Строить баню новую. Колоть дрова. Удобно также ездить в сад на машине мужчины. Хорошо
бы большая машина была бы. В нее можно грузить рассаду и саженцы. Или навоз. В квартире
нужен ремонт. Надо менять полы, трубы, обои клеить. Нужны деньги ведь, так? И ремонт.
И Антошу возить на секции на машине. А маму – по врачам. Она долго перечисляла детали
счастливой жизни.
Антоша тоже добавил, что это все отлично. И можно поставить этому трудолюбивому
зомби раскладушку в коридоре. Там есть место. В одной комнате Антоша, в другой – бабушка,
в третьей мама и тоже Антоша. Он там уроки делать привык. А этот гипотетический мамин муж
может жить в коридоре. А кушать из мисочки на табуретке там же. Хотя лучше пусть уходит
ночевать к себе домой. Он же не бродяга, наверное. Поиграет с Антошей, поучит приемам
борьбы, подарит планшет, покушает и идет себе восвояси.
«Или он может жить в саду!» – это мама добавила. В коридоре он будет сильно мешать.
В саду удобно. Он может все сторожить там и приводить в порядок.
Вот тогда Люба кое-что поняла. Близкие желали ей счастья. Но мужчина на таких усло-
виях вряд ли бы согласился жить. Разве что с ментальной инвалидностью, извините. Или
зомби.
Вот так планы близких людей могут сильно отличаться от наших. И видение картины
нашего счастья может нас немного напугать.
А тем более – напугать тех, кого мы приглашаем в нашу жизнь. Люди как-то чувствуют,
для чего их приглашают. И не очень-то стремятся воспользоваться приглашением…
Ситуацию удалось изменить к лучшему. К счастью. Но начинать пришлось с небольшой
корректировки картины счастливой замужней жизни в сознании близких…
 
С бережливостью и трудолюбием дело такое;
 
непростое. Можно потратить всю жизнь и все ресурсы на достижение достатка. Деньги
и вещи копить; строить дом, экономить, близких в рабов превратить, а самому стать рабовла-
дельцем жестоким. Это у одной девочки отчим такой был: хозяйственный и беспощадный.
Трудолюбивый, да. И бережливый. Он зарабатывал деньги фермерским трудом, это непросто,
конечно.
Девочку отдали в интернат, потому что она ленилась и много ела. Недисциплинирован-
ная была. Ей лет восемь было, а хлопот с ней слишком много. В общем, отдали. Стали зараба-
тывать деньги непосильным трудом.
82
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Прошло тридцать лет. Девочка уж давно на ноги встала и жила своей жизнью. Все нор-
мально; много пришлось пережить, но это позади. Незачем вспоминать.
Отчим разбогател все-таки. Дисциплина и бережливость; трудолюбие опять же. Огром-
ный дом построил, мебелью обставил шикарной, хорошие машины купил, счет в банке. Много
всего.
Но вы знаете, он заболел слабоумием. Альцгеймер у него. Он немного пожил среди рос-
коши, которую не замечал в силу своего состояния. А сейчас живет в приюте. В медучрежде-
нии. И не отличает кашу от черной икры. Никакой разницы нет для него. Он еще кое-что от
икры не отличает. Но за ним присматривают. Он ничего не понимает. Абсолютно.
Проходят годы; иногда очень много лет. И тот, кто кого-то куда-то отдал, сам оказывается
в таком месте. Только без надежды на будущее.
А богатство – да что в нем толку, если ты не можешь им пользоваться? Что толку в
дисциплине, бережливости, практичности, если все может вот так завершиться?
Рокировка происходит. Люди меняются местами. А богатство уходит как песок сквозь
пальцы. Не удержать. Как жизнь. Но иногда рассудок уходит первым.
 
Настоящий мужчина – как крейсер «Варяг»
 
Он так и уходит; непокоренным и отважным. И последняя его воля – защитить своих. И
купить им «посудомоющую машину», – чтобы облегчить жизнь.
Это одна женщина рассказала о своем отце-военном. Он уже был очень пожилым чело-
веком, когда врачи честно сказали ему диагноз. Операцию сделали, но бесполезно. И он потре-
бовал правду – и узнал ее. Но не сказал близким ничего. Просто слабел с каждым днем.
Он попросил жену отдать его форму в чистку. И добрел до магазина – купил себе лучшие
ботинки. Самые хорошие, какие мог позволить себе. Он объяснил, что скоро будет парад. И
он готовится к параду.
А еще он купил на свои сбережения «посудомоющую машину»,  – так он ее называл.
Потом чисто побрился, лег и ушел на парад. А на столе в конверте оставил листок бумаги –
разборчиво написал телефоны военной части своей, своих однополчан и друзей. И телефон
похоронной конторы, куда следовало обратиться – он там обо всем договорился.
И в конце записки добавил, что любил и любит. И уходит без страха. Он прожил хорошую
жизнь и честно выполнил свой долг перед Родиной и семьей. И разъяснил, как пользоваться
посудомоющей машиной. Отличная какая вещь все-таки! Облегчает работу по дому.
Вот такой жил на свете человек. Настоящий мужчина. Как мои дедушки. Их призывают
на парад. И они уходят, повинуясь приказу.
А близкие очень горюют и плачут, потому что с таким мужчиной жизнь была счастли-
вой. Хорошей. Правильной. Настоящей. Их не очень много, таких людей. Умеющих любить,
защищать и уходить.
Но лучше пусть будут с нами. Как можно дольше.
 
Не переписывайте чужие романы
 
Пишите свое. Не можете роман написать – стихотворение напишите. Или эссе. Или свя-
жите кофточку красивую. Или поиграйте с ребенком…
Даже если человек – гений, не переписывайте его романы. Пусть наймет стенографистку
или диктофоном воспользуется. Если это ваш любимый человек, не переписывайте семь раз
«Войну и мир».
Роман гениальный. И писатель гениальный. Так считается. Только потом к вам будут
относиться как к мебели.
83
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Софья Андреевна Толстая горько сказала: «Теперь я для него привычная мебель». Пере-
писала семь раз роман от руки; близорукая, постоянно беременная… Вот возьмите в руки
этот роман и попробуйте хотя бы страниц сто переписать. А она переписывала неразборчивую
рукопись. Полностью. Семь раз.
Позовут вас в кино или на бал, а вы вздохнете и скажете: «Я не могу! Мне надо «Войну
и мир» переписывать!»
Так проходит жизнь. В служении другому человеку, пусть даже гениальному. В переписке
чужой рукописи, которую отлично могли бы переписать специально нанятые люди. За деньги.
А свои деньги граф потом решил оставить добрым людям. Очень великодушно. Если
учесть, что его собственная семья состояла из 28 человек. Деньги он считал своими. Хотя это
странно как-то.
В служении надо знать меру, вот что я думаю. Можно любить, уважать человека, восхи-
щаться им, оказывать поддержку и помогать. Но переписывать его романы не надо. Надо писать
свое. Надо успеть написать свое. Прожить свою жизнь. Остаться любимой. Не стать мебелью.
Чтобы не бежать потом к пруду с изменившимся лицом, когда тебя начнут считать мебе-
лью. А это неизбежно происходит с теми, кто переписывает семь раз «Войну и мир»…
 
Сейчас словом «нарцисс» обзываются
 
направо-налево. А настоящий миф о Нарциссе не так-то прост. Нарцисс отверг краси-
вого юношу Аминия; тот заколол себя мечом на пороге дома Нарцисса. Знаете, это личное
право человека – не вступать в связь с юношей, который его домогается, разве не так? К тому
же, закалывать себя мечом на пороге чужого дома – что-то с психикой было неладно у этого
красавца Аминия.
Потом девушка Эхо привязалась к Нарциссу. Преследовала его всюду и повторяла за ним
его слова: «Оставь меня в покое!». Девушка истощила себя навязчивым преследованием так,
что превратилась в эхо.
И за это Нарцисса наказала богиня Афродита. Он увидел свое отражение в воде, сам в
себя влюбился и умер от голода и жажды, не в силах перестать любоваться собой.
С девушкой-психопаткой и юношей-истериком все более-менее понятно. Вот к вам бы
они привязались и начали требовать любви, – вы уверены, что вступили бы в связь с непри-
ятными вам лично особами? С девушкой, страдающей эхолалией, и с Аминием, мстительным
эмоциональным шантажистом?
На самом деле, забыта важная часть мифа. Он совсем о другом. У Нарцисса была сестра-
близнец. Он ее очень любил. А потом она умерла. И не в силах вынести боль потери, Нарцисс
смотрел на отражение своего лица в воде. Он не на себя смотрел, понимаете? Он видел дорогое
лицо горячо любимого и навсегда потерянного существа. Он глядел на ту, что была ему дороже
жизни. На умершую сестру, на своего близнеца.
Он умер от горя утраты.
А заводить отношения с прилипчивыми юношами и девушками он не хотел. Он был лич-
ностью в те времена, когда о личности мало знали и думали. Обладаешь красотой и молодо-
стью, склоняют тебя к сексу – ну так давай. Это угодно Афродите или еще кому-то там на
Олимпе. Не думай особо. Пользуйся и другим давай собой пользоваться, ишь, цаца какая.
Аминий ему, видите ли, не нравится! Одно слово – Нарцисс!
Нормальный нарциссизм присущ нормальным людям. Всем без исключения.
А те, кого называют Нарциссами,  – может, им просто не нравятся юноши и девушки
приставучие? Может, они любят кого-то в своем сердце? Безнадежной любовью. И им просто
лучше одним? Им так легче. Они же ни к кому не лезут, просто смотрят мысленным взором
на дорогое лицо…
84
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

А окружающим кажется, что Нарцисс любуется собой. Накажи его, Афродита! Зачем он
не дает себя целовать и хватать руками за нежные места? И сидит один у ручья?
Никому нет дела, что у других на душе. Какая тоска и печаль. И мало кто знает полностью
историю Нарцисса…
 
Одному мужчине пришло письмо
 
с фотографиями жены в соблазнительных позах. И рассказом о том, что эта жена фото-
графии высылает своему коллеге по работе. У нее роман. А муж – доверчивый осел, которому
надо открыть глаза.
Муж рассвирепел и набросился на жену, даже чуть не ударил. Ушел из дома, напился и
подрался. Попал в полицию. Крупные неприятности нажил себе.
А потом выяснилось вот что: жена на работе рассказывала, какой у нее ревнивый муж.
Жаловалась и потешалась при всех. И одна дама все это внимательно слушала, а потом подруге
рассказала.
Подруга рассказала другой подруге. Которая, знаете ли, была любовницей этого ревни-
вого мужа. И любовница просто-напросто скачала фотографии этой жены с ее собственной
страницы в сети. Профиль был открыт только для друзей. Но сделать страницу с фотографией
и именем друга очень просто. И подать заявку в друзья. А потом преспокойно скачать идиот-
ские фотографии с розой в зубах и в кружевном белье. Можно много чего наделать плохого, к
сожалению. Скачала и написала письмо в надежде, что муж уйдет от жены к ней.
Всю эту историю помог раскрыть психолог. Который, может, не отличался какими-то
особыми дарованиями в психологии, но был настоящим детективом про призванию. Он сопо-
ставил факты. Прижал к стене ревнивого мужа. Доказал наличие любовницы. Посоветовал, как
ее уличить. Нашел фотографии в сети. Проделал эксперимент с фейковым аккаунтом. Приме-
нил дедуктивный метод…
Какой отличный психолог попался мужчине. Редкий экземпляр.
Но семья все равно распалась. Супруги разошлись. Потому что в счастливом браке нет
любовниц, фотографий в белье и публичных рассказов о муже – на потеху публике.
Не надо про своих ничего публично рассказывать. Ни про детей, ни про мужа, ни про
родителей. Ничего интимного, личного рассказывать не надо.
Может, ничего плохого не будет. А может, этой информацией воспользуются какие-то
люди. И нанесут удар, даже если никто ни в чем не виноват.
А если виноват – тем более нанесут.
 
Ненависть иногда проявляется в заботе
 
Тиран заботится о жертве. Так мама заботилась об одной девочке: чтобы нос был пра-
вильной формы, она надевала девочке на носик прищепку. Обычную бельевую прищепку,
раньше были такие, деревянные. А обувь покупала на размер меньше. У девочки была слиш-
ком большая нога. Не нога, а лыжа какая-то. Как жить потом с такими ногами, на них же не
наденешь элегантную обувь. Это некрасиво. Вот мама и принимала меры. И кормила девочку
тоже правильно – то есть практически не кормила. Заботилась. Потому что можно стать тол-
стой и испортить себе жизнь. Мама обещала накопить денег и отдать девочку пластическому
хирургу, если она все же не станет красивой благодаря маминой заботе.
Мама била девочку в воспитательных целях. И объясняла, что побои идут дочке на благо.
Кто еще будет воспитывать ребенка, если не родная мать, которая обязана заботиться? Вот и
заботится, как может. Даже руки устали от побоев.

85
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Можно долго рассказывать о проявлениях заботы. Регулярной и активной. Об униже-


ниях, оскорблениях, побоях, голоде и прочем, – и о словах, которыми все это приправлялось
щедро. Это забота, вот что это такое.
К сожалению, это реальная история из жизни. В других случаях тоже была «забота», –
так Коллекционер у Фаулза заботился о своей жертве. Кормил ее и даже гулять выводил по
ночам. На свежий воздух. И заботливо запирал дверь подвала потом.
Такая забота – это ненависть. Это замаскированное убийство, долгая пытка. Самое
страшное, что девочка искренне верила: мама о ней заботится. Делает все для ее блага.
Когда кто-то проявляет удивительную заботу о вашем благе, подумайте, зачем он это
делает. А то можно оказаться в подвале с прищепкой на носу и в сандалиях малышовых, на
прочной цепи.
Забота бывает разной. И тираны умело маскируют свою ненависть, – даже от самих себя.
А эта мама сейчас обвиняет дочь в неблагодарности. И хочет общаться. Заботиться. И
к себе ждет заботы.
Может, дождется.
 
Это история про тонкий голосок
 
Тихий тоненький голосок услышала одна женщина. Это неправда, что голоса слышат
только сумасшедшие. Люди иногда кое-что слышат и видят. Просто не рассказывают, чтобы
их не сочли сумасшедшими…
Эта женщина переживала ужасные времена. Очень плохие. Она со своей маленькой доч-
кой стояла у киоска и покупала хлеб. Даже хлеб казался ей очень дорогим. Очень. Когда денег
нет, все кажется дорогим. А за квартиру ей вообще нечем было платить. Совсем. Трудное
время. И здоровье разрушилось. Она была очень больна. Никого, кроме дочки, у нее не было.
А родственники от нее отвернулись – так бывает.
У киоска затормозила роскошная машина. Невероятно роскошная. Из машины вышла
дама в соболях и бриллиантах. Очень красивая. И очень наглая. Она нецензурно выругалась,
оттолкнула женщину и потребовала пачку сигарет. Достала большую пачку денег из кармана
и рассчиталась, ругаясь. Плохое, видно, настроение у нее было.
Женщина отошла и дочку прижала к себе. Почему-то она не испытывала злобы или гнева.
И зависти не испытывала. Только горечь. Горько стало на душе на миг.
И тут тоненький голосок тихонько ей сказал: «Когда ты будешь богатой, никогда себя
так не веди!» Женщина даже оглянулась – никого нет. Шикарная дама в соболях умчалась на
своей невероятной машине. Темно, зима, захолустный район, трубы завода в ночном небе и
окошечко киоска тускло светится… Но голосок был! И женщина на всякий случай кивнула и
прошептала: «Когда я разбогатею, я не буду так себя вести. Ни за что!»
Вот и все. А историю эту она рассказала мне спустя много лет. Она была певица. И вскоре
после этого случая ее чудный голос оценили и пригласили выступать в знаменитом театре. Не
сразу. Это долгий был путь труда и борьбы. Но она стала богата! И машина у нее точно такой
марки, как та, которую она увидела у киоска, ночью, безнадежной зимой.
Много машин и всего прочего. Не в этом дело; а в том тоненьком голоске, который ей
велел вести себя хорошо, когда она разбогатеет.
Кто это сказал? Неважно. Кто-то сказал. Это был голос надежды.
Может быть, вам тоже что-то говорят. Но мы иногда не слышим этот тоненький голосок
и не видим ангелов ночью, зимой, в городской суете и в шуме жизни. Ангелы прозрачные и
почти невидимые. А голоса их тоненькие и тихие. Надо иметь слух и зрение. И веру. Тогда
можно увидеть и услышать слова надежды.
Пусть это будет метафора – про ангелов. Каждый понимает как хочет, не так ли?
86
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Интересную историю рассказал богатый человек
 
Когда-то он работал в фирме, организующей дорогостоящий отдых на лыжном курорте.
Он приглашал «удачников», любимцев Фортуны, провести пару дней в роскошной обстановке
в горах. Богатые люди рассказывали истории; люди ведь любят поговорить о себе. Только их
не особо слушают обычно.
А этот человек слушал очень внимательно. Он уделял гостям курорта массу времени и
даже побуждал их к рассказам. Горячо интересовался, просил наставлений и советов. Но не
для себя лично; он не сетовал на жизнь и не выпытывал секреты успеха. Просто внимательно
слушал и вникал в то, что рассказывали. На отдыхе люди разговорчивы обычно. И им нрави-
лось, что их уважительно и внимательно слушают.
Через некоторое время этот пытливый человек создал свою большую корпорацию.
Конечно! Ведь к его услугам был богатый опыт и дельные советы массы успешных людей. Он
не просто их обслуживал, он учился. И научился. У тех, кто имеет практический опыт, можно
многому научиться.
Этот умный человек получал знания из первоисточника. Узнавал о разных стратегиях,
об ошибках и победах, усваивал манеру общаться и вести себя. Он хорошенько «зарядился»
знаниями и полезной информацией. Он не спорил, не перебивал, не выкрикивал свое мнение.
Он учился, как учатся решать уравнения или плавать. И разбогател. Такая была у него цель
– достичь успеха и разбогатеть.
Если есть цель в жизни, надо больше общаться с теми, кто этой цели достиг. Хочется
хорошую семью создать – слушайте тех, кому это удалось. Хочется разбогатеть – учитесь у
тех, кто смог честно заработать. Хочется говорить по-английски – слушайте тех, кто отлично
этому научился. А спорить или обесценивать чужой опыт не надо. И завидовать тоже. Ученые
давно заметили – если нас окружают здоровые, счастливые и успешные люди, наши шансы
стать такими же резко увеличиваются. За счет получения информации и, возможно, обмена
энергией. Так что самый простой путь к достижению цели – слушать и понимать тех, кто цели
достиг. И может объяснить нам дорогу.
 
Просто появился кто-то поинтереснее
 
Вот и все. Мальчик дружил с девочкой; подростки. И была первая, нелепая, трогательная
любовь. Гуляли вдвоем, открывали друг другу свои маленькие тайны и целовались. Они были
– пара. А потом на вечеринку у друзей пришла красивая девочка. Она уже в ПТУ училась, на
парикмахера. У нее были золотые локоны, сапоги-ботфорты и кожаная юбка. Красивое личико
и длинные ноги. И мальчик все внимание переключил на нее. Танцевал с ней и рассказывал
анекдоты. И шутил беспрерывно. Не отходил ни на шаг.
Девочка грустно пошла домой одна.
Или один немолодой мужчина рассказывал, как в юности с девушкой пошел в гости. А
там был такой красивый юноша, с длинными волосами, с гитарой. И девушка моментально
переключилась на него. А про своего друга забыла. Только сказала о нем: мол, это Дима. Друг
детства. Я его сто лет знаю! И все. Он пошел домой, этот Дима. Потому что появился кто-то
поинтереснее.
Это нормально. Кто-то вышел во двор с новым велосипедом или с жевательными резин-
ками. Или с длинными ногами и с золотыми локонами. У кого-то шикарные джинсы и гитара.
А кто-то моложе и веселее, чем мы. И человека могут оставить; есть кто-то поинтереснее.
Обычное дело.

87
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Только с тем, кто нас оставляет ради локонов, конфет, гитары, ради нового интереса, –
не надо строить отношения. И надеяться ни на что не надо. Даже если они вернули нам свое
внимание и расположение.
Это продлится до тех пор, пока не появится кто-то поинтереснее. И нас снова оставят.
Такие уж это люди. Они с детства такие. И не за что осуждать, наверное.
Только очень грустно идти одному по улице. И душа болит почему-то.
 
Одна женщина победила испанскую инквизицию
 
Это поразительная история. Мария де Касалья жила в XVI веке. В самые мрачные вре-
мена, когда горели костры инквизиции, а на кострах сгорали живые люди. Доносы были делом
обыденным. Ведь доносчик не только удовлетворял свою зависть, он получал часть имущества
жертвы.
Вот на Марию и донесли. Она в женском коллективе, так сказать, произнесла такие слова:
мол, в объятиях мужа я чувствую себя ближе к Богу, чем в молитве. Может, она по-другому
сказала. Она умная и образованная была. Может, она толковала о любви земной, которая при-
ближает нас к пониманию любви Небесной. Может, она просто хотела выразить любовь к мужу.
Мы это уже не узнаем. Но ее немедленно схватили, подвергли пыткам и стали требовать при-
знание. Инквизиторы всегда требуют признание, чтобы все было справедливо.
В самом деле, они же не дикари какие-то, чтобы сжигать людей без суда и следствия.
Следствие длилось 10 лет.
Десять лет (!) Марию де Касалья держали в застенках и пытали. И десять лет она в пере-
рывах между пытками продолжала вести богословский диспут, доказывая свою правоту и отри-
цая обвинение в ереси. Снимут с нее «испанский сапог» или тиски, она снова начинает дока-
зывать свою правоту. И аргументированно отрицает все обвинения.
Это невозможно себе представить. Люди под пытками оговаривали и себя, и своих род-
ных. Объявляли себя еретиками и ведьмами. Да хоть кем, лишь бы боль прекратилась и сожгли
бы поскорее.
А Мария десять лет дискутировала. Все записано. Инквизиторы ведь не звери, они все
записывали.
Так вот. Ее выпустили на свободу. Взяли небольшой штраф, плату за услуги палача и
отпустили. Она их переспорила. Она победила в дискуссии. И выжила. Потому что десять лет
боролась за свою правду.
Этот случай описан в документах той поры. К сожалению, ничего неизвестно о том, как
сложилась судьба Марии де Касалья.
Хочется верить, что она вернулась в семью, что муж ее дождался. Женщины с таким
характером вызывают сильную любовь и уважение.
Их даже инквизиторы уважают.
Вот так одна женщина победила испанскую инквизицию. И вернулась домой с дискуссии.
Через десять лет…
 
Это история про щеточку
 
Обычную платяную щеточку – ей муж привык пользоваться, пальто почистить или
куртку. Грязно бывает на улице. Он как-то привык к этой щетке. Она лежала на шкафчике
в кладовке. Лежала и лежала. А жена иногда щеточку тоже брала и забывала положить на
место. Мужа это раздражало. Он делал замечание и щеточку убирал. Совершеннейшая быто-
вая мелочь, пустяк!

88
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

И однажды он захотел почистить пальто, а щеточки нет на месте. Муж стал искать, рас-
сердился, начал упрекать жену. Она уверяла, что не брала щетку. Не трогала! Муж постепенно
вышел из себя, назвал жену неряхой и еще по-всякому… Она защищалась и твердила, что
не брала щетку! Произошел скандал из-за пустяка. Так бывает. Очень сильный скандал. Муж
все жене припомнил; ее забывчивость, неаккуратность, мелкие ошибки… Она тоже кричала и
даже заплакала. Многие знают, что скандалы иногда из-за мелочи происходят.
Потом они помирились, конечно. Муж извинился. Жена порывалась сказать, что все-таки
она не трогала щеточку! Но смысла не было снова это выяснять. «Я не хочу об этом говорить! –
твердо сказал муж, – не будем ругаться из-за мелочи!» Проявил великодушие. Как бы.
Потому что он нашел эту дурацкую щеточку. Он сам ее переложил, да и забыл об этом
– был поглощен мыслями о работе. А потом выдвинул ящик с обувью и увидел щетку. Вот
же она!
Он ничего жене не сказал. Ему не хотелось признать свою ошибку. Он боялся, что жена
торжествующе скажет: «Я же говорила, что не брала! Тебе надо память лечить и нервы!», – ну,
или что-то такое. И скандал начнется по-новой. Вот он и не сказал. А щетку вынес на улицу
и выбросил. Концы в воду!
Эту историю он совершенно забыл со временем. Жена пару раз вспоминала, но он отка-
зывался тему развивать. Зачем снова ворошить пустячный вопрос? Потеряла щеточку, и ладно.
Бывает!
…Прошло лет пять. Он сидел у постели больной жены. Он держал ее за руку и с ужасом
думал: кого он потом будет за руку держать? С кем говорить, смеяться, кого обнимать? Что
будет потом, когда ничего не будет?
Жена посмотрела на него, руку слегка сжала и вдруг прошептала: «Я тогда не брала
щеточку. Я ее не трогала. Скажи, что ты мне веришь, я очень переживала все это время. Весь
дом обыскала. Я не брала!»…
Она все время помнила про этот глупый случай. Про ничтожную щетку. Не в щетке дело-
то; дело в несправедливом обвинении. В неправде. Она не брала!
Несправедливые обвинения люди помнят всю жизнь. Всю жизнь – это не очень долго.
Жизнь сама по себе не очень долгая. Раз – и все…
И он теперь будет помнить всю жизнь эту нелепую историю про щеточку. Про неправду
и несправедливость. Которые сначала маленькие, как эта щеточка. А потом они становятся
огромными и страшными.
Это как пятна на душе и на жизни, которые ничем не отчистить…
 
«Токсы» – не таксы и не мопсы
 
«Токсами» на профессиональном сленге называют «токсичных людей». И много пишут
о манипуляциях, которые применяют эти ядовитые люди. Об их уловках и способах пагубно
повлиять на жизнь и здоровье окружающих. О способах, которыми они «проламывают» пси-
хологическую защиту и причиняют вред. И о признаках токсичного общения много пишут. Но
есть главный признак, по которому можно понять – вас укусил «токс».
Так в фильмах про зомби и вампиров, – после укуса нормальный человек тоже превра-
щается в агрессивного «живого мертвеца» и начинает кусать других, обычно – своих родных
и близких. Все правильно, они же близкие! Они рядом. И совершенно не ожидают нападения
от мамы или папы, от старого друга, от добродушного коллеги, от бабушки или от дочери,
скажем. Но именно на близких нападает «укушенный».
После столкновения с «токсом» вы испытываете сильное раздражение, даже гнев, кото-
рый сопровождается дисфорией – угнетенным, тоскливо-злобным настроением. Неважно, где
и как вас «покусал» ядовитый человек. На работе ли он впился в вас; или по телефону разго-
89
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

варивал, или лично, или комментарии писал ядовитые; вы будете испытывать вот это состоя-
ние: тоскливую злость и гнев. И вы совершенно не виноваты. Вы просто отравлены, как после
укуса ядовитой змеи. В организме выработалось огромное количество плохих, разрушитель-
ных веществ. «Токс» в буквальном смысле испортил вам кровь; анализы это показывают.
И после общения с токсичным человеком вы непременно возникшее состояние изольете
на близких. На мужа, на жену, на ребенка, на старенького родителя… И объяснить, в чем дело,
внятно не сможете. Трудно объяснить свою вспышку раздражения тем, что какой-то незнако-
мый человек вас задел обесценивающим и ядовитым комментарием. Или что коллега с вами
разговаривала о вашем платье так, что вам тошно стало. Как объяснить такую мелочь и глу-
пость, из-за которой вы набросились на близкого человека?
Вот это главный признак. «Токсы» хитрые. И кусают тех, кто не может дать сдачи – спе-
циально караулят в сети добрых людей. Или заводят ядовитые речи с теми, кто будет изо всех
сил стараться терпеть: из-за работы, например. «Токсы» специально выбирают страницы пси-
хологов или врачей, чтобы потом изображать жертву и всплескивать руками: ах, вы же психо-
лог! А так резко мне ответили! Стыдитесь! Или они нападают на служащих, которые должны
проявлять любезность и вежливость. Это их любимые объекты. Ни разу в жизни я лично не
видела, чтобы ядовитый человек привязался к вооруженному полицейскому или к нетрезвому
громиле. Они отлично выбирают объект для нападения. Интеллигента в шляпе, так сказать.
Если вы чувствуете токсичность контакта – прервите его немедленно. Всеми доступ-
ными способами. Блокируйте, не отвечайте, отворачивайтесь, привлекайте к общению других
сотрудников, чтобы иметь поддержку и свидетелей, – избегайте контакта, как учат в фильмах
про зомби. Потому что иначе вы сами превратитесь в «токса» и нанесете вред тем, кого любите.
А этого делать не надо. Пусть токсичный человек идет своей дорогой. А вы поберегите себя и
своих близких – это важнее всего, уверяю. Жизнь и здоровье важнее всего.
 
Саламандра не умирает
 
Она распадается на частицы, а потом появляется снова. Потому что у саламандры есть
голограмма; где-то в информационном поле, где-то непонятно где, но у саламандры есть голо-
грамма. Душа саламандры, так понятнее. Душа, которая определяет ее облик.
Биолог Уотсон написал: если из оплодотворенного яйца взять зародыш, крошечную сала-
мандру, а потом этот зародыш размолоть, растолочь, превратить в пыль, в кашицу, крошечная
саламандра умрет, правильно? Ее не станет.
Но если потом эти клетки снова поместить в питательную среду, они снова примут форму
саламандры. И она будет живая. Хотя она же умерла? А вот будет живая.
Человек посложнее устроен, конечно. Но он не умирает насовсем. Временно умирает.
А потом частицы собираются снова, только в другой среде, другие частицы, меньше клетки,
меньше атома, из другой материи. И человек снова становится живым и целым. Таким, как
его душа. И живет дальше, потому что окончательной смерти нет. И живое не может стать
неживым. Душу не размолоть, не растолочь, это еще один древний философ кричал тирану
Периандру, который приказал растолочь философа в ступе.
Мы все саламандры. Об этом и толковали мистики задолго до биологов. Смерть не
конечна; это временное состояние.
Главное, не повредить голограмму. Душу свою сохранить целой.
Все это так сложно рассказывать. Но понять просто – душой…

90
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Однажды можно утратить то,
 
за что нас любили. Если любили за что-то. Это огромное потрясение – понять, что
любили за красоту. За молодость. А они исчезли! Или за покладистый добрый нрав. Но из-
за болезни человек стал капризным и раздражительным. Раньше смеялся и шутил, а сейчас
плачет… Или за должность любили, за власть. Или за деньги, которых не стало, как у одного
мужчины.
Он был богатый. И семья его жила хорошо: жена, сын и дочь. Прекрасные отношения
были у них. Дочь училась в престижном заведении, сын в хорошей гимназии, жена выступала
на сцене. Для души; платили-то копейки. Она самореализовывалась.
Ездили по всему миру; везде побывали. Комфортабельные купе и каюты; шикарные
отели. Играли всей семьей в гольф и в теннис. И все было отлично, пока не кончились деньги.
У мужчины отняли бизнес. Долго рассказывать; он и сам был виноват, конечно. Но
работы не стало. И он сидел в кресле в своем кабинете и думал, что делать. А делать было
нечего. Только устраиваться на работу, да и все. Полное банкротство, крушение жизни.
Но самое плохое было в том, что его разлюбили. Стали попрекать, требовать, обвинять, а
потом, когда увидели, что без толку – стали презирать. Любовь кончилась. И жена, и дети стали
называть его «этот». Такое имя ему дали. И говорили с ним сквозь зубы, отрывисто. Потому
что это он был во всем виноват! Он все потерял!
Он собрал чемоданчик и ушел из дома. Если продать его вещи, можно прожить жене и
детям несколько лет безбедно. В чемоданчике были документы и смена белья. Он ничего не
взял.
Ну, а потом устроился водителем работать. Жил у старенькой мамы; в комнате, где жил
в детстве. И на стене висела картинка с корабликом – он ее отлично помнил.
Он и сейчас там живет. С мамой. Которая любит его не за что-то, а просто так. И ни в
чем не обвиняет. Он работает, подумывает начать бизнес с грузоперевозками. И потихоньку
встает на ноги.
А жене и детям он отдает часть зарплаты – как положено. И звонит, конечно. Но они
очень сухо разговаривают. А иногда просто не берут трубку…
 
В жизни приходится видеть и слышать
неприятное, тяжелое, даже страшное
 
Ничего не поделаешь, такова жизнь. Невозможно заткнуть уши и зажмурить глаза, хотя,
честно сказать, впечатлительные взрослые люди так делают иногда – во время страшного
фильма. Или переключают быстренько канал. А в жизни нет кнопки переключения. И мы доб-
ровольно выслушиваем печальные и трагические истории людей. Друзей, знакомых, родствен-
ников… Или жалобы больных слушаем и сочувствуем. Видим их страдания. Или из СМИ
узнаем о трагическом случае и проникаемся сочувствием. Мы же люди. Это нормально – слы-
шать, видеть, знать, участвовать.
Но так плохо потом на душе! Мы постоянно думаем о том, что узнали. Это влияет на
наше настроение и на наше здоровье в итоге. А может произойти вот что: с нами случится
похожая история. Болезнь, авария, травма… Почему? А потому что мы подсознательно вклю-
чились в чужой сценарий. Мы как бы сказали себе: «Это может произойти с каждым! Никто не
застрахован. Жизнь непредсказуема!» Собственно, сочувствие и происходит потому, что мы
представляем себя на месте другого. А от представления до реального воплощения события
всего один шаг. Особенно, если вы впечатлительный человек.

91
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Надо помогать и сочувствовать. Но «волшебная кнопка» для переключения каналов все


же есть. Ее даже дети знают. Есть такое детское присловье: увидел мертвого голубя, например,
надо быстро сказать: «Тьфу-тьфу-тьфу три раза, не моя зараза!» Смешно? Немножко смешно.
Но это момент психогигиены. Мы осознаем, что это не наша ситуация. Не наша судьба. То, что
случилось, не имеет к нам отношения. Это не наша история, это печальная история другого
человека. Нам она не принадлежит.
Мы окажем помощь, если нужно. Если нужно, выразим негодование или поддержим.
Примем посильное участие, если оно необходимо. Но иногда от нас вообще ничего не зави-
сит, мы увидели в сети или в телевизоре что-то неприятное, страшное… И надо сразу, как
можно быстрее, осознать: это не наша история. У нас своя судьба. Свой жизненный путь. Мы
не берем себе эту неприятную историю и не запечатлеваем ее в подсознании. Запечатлеть –
значит, запечатать. Принять. А этого делать не надо.
Так и скажите себе мысленно: «Это не моя история. Чужая. Я не беру ее себе!» И
этого вполне достаточно, чтобы защитить ранимую душу. И сэкономить силы для деятельной
помощи, если она нужна. Врач не может думать о каждом пациенте сутками, он утратит рабо-
тоспособность. И меры безопасности против инфекции врач обязан применять. Так и с добрым
впечатлительным человеком. Надо переключиться на конструктивную деятельность. И дальше
жить и работать. А «кнопку» переключения нажать просто. «Это не мое!» – дайте себе мыс-
ленный приказ и разъяснение. Этого достаточно для самосохранения.
 
Люди образуют пары
 
Притягиваются друг к другу. Особенно это заметно на отдыхе. По берегу бегал мускули-
стый старик. Энергично бегал, седой, бодрый, высоко поднимая колени. Остановится, сделает
упражнения, и опять бежит. Сейчас с ним бегает такая же женщина в возрасте, тоже мускули-
стая и бодрая. Даже колени так же поднимает. Они вместе останавливаются, и пожилой спортс-
мен учит ее делать упражнения. Хотя они на разных языках говорят; ну и что? Им хорошо
вместе бежать!
Или на берегу сидел тоже старенький местный житель. С удочкой. В ведерке – две кро-
шечных рыбки-малявки, зато сколько дел! Нацепить наживку, забросить удочку, потом еще
раз забросить, заботливо проверять поплавок… И глаза у него горят; ждет добычу! А сейчас
с ним дама ловит рыбу. Высокая худощавая дама с большими белыми зубами. Она ужасно
увлечена рыбалкой, тоже глаза у нее горят! И зубки сверкают! И ежик на голове прямо още-
тинился. Она командует местным рыбаком; отрывисто так, по-немецки. Хальт! Ахтунг! Айн,
цвай, драй! Тащи скорее, не зевай! С раннего утра они вместе ловят рыбу.
И полный мужчина, который просто лежал на шезлонге у бассейна со сладким коктейлем
в руке; просто лежал и ничего не делал, – теперь лежит рядом с такой же дамой. Они, улыбаясь,
пьют что-то сладенькое и пахлавой заедают. И молчат. Чего говорить-то, если все так хорошо
и понятно? Силы надо беречь. Пахлаву кушать…
Даже крошечная старушка, сгорбленная, как гномик, та, что ходила с лыжными палками,
идет рядом с таким же древним старичком. Было две палки, сейчас четыре. Два гномика идут
по берегу моря…
Для каждого найдется пара. Для каждого. Ничего особенного делать не надо. Надо про-
сто быть собой и заниматься своим делом. Даже если просто есть пахлаву – кто-нибудь при-
соединится.
Главное, с удовольствием чем-то заниматься. Искренне. Увлеченно, не слишком приста-
вая к другим; просто жить с удовольствием. И подойдет свой. Рыбак рыбака видит издалека…

92
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Один доктор давал советы мамам;
 
и высказал свою точку зрения на горчичники. Мол, они бесполезны в определенной ситу-
ации. Но все равно помогают. Температура снижается у ребенка.
«Но это же парадокс! Противоречивые вещи вы говорите, доктор! Взаимоисключаю-
щие!» – возмутились некоторые родители. А доктор пояснил: я, мол, говорю из личного опыта.
Горчичники помогают маме, а не ребенку. Но потом и ребенку помогают!
Все еще пуще рассердились на врача, который то ли говорит загадками, как Сфинкс, то
ли несет чушь.
А дело вот в чем. Мама напугана температурой ребенка и вызывает врача. Врача надо
дождаться. И одни мамы начинают метаться бессмысленно по квартире, а другие в тяжелом
отчаянии сидят рядом с ребенком и поминутно щупают ему лоб в тревоге. И градусник ставят.
Всем своим видом транслируя страх и тревогу.
А третьи мамы начинают действовать. Мочить полотенце для компресса или клеить гор-
чичники на икры – вот про эти горчичники говорили. Мамы что-то предпринимают, дей-
ствуют, оказывают помощь, энергично участвуют в ситуации. Они стараются что-то исправить
и чувствуют себя нужными. У них нет отчаяния и невыносимой тревоги; деятельность препят-
ствует этим деструктивным чувствам. И ребенку становится лучше. Даже от бесполезных, по
мнению доктора, горчичников. Температура снижается.
В трудной ситуации лучше действовать, чем сидеть в оцепенении или метаться, заламы-
вая руки. Действовать конструктивно, в тех рамках возможностей, которые у нас есть. Ком-
пресс приготовить, воды налить, проветрить комнату, применить безвредные средства, – пока
ждешь помощи, надо действовать.
Паника и оцепенение равно опасны. А горчичники – они могут помочь. Вот по такому
принципу даже, как описал доктор.
Но он кратко намекнул. А надо разъяснить подробно. Состояние матери передается
ребенку. Деятельность улучшает состояние мамы. И ребенку становится легче.
Это не только про мам и детей. И не только про горчичники. Это про жизнь.
 
Одни люди работают, чтобы другие могли отдохнуть
 
Папа мой отправлял нас с мамой каждое лето на море. На месяц. Мы жили в комнатке, в
домике, увитом виноградом. Старушка сдавала комнаты отдыхающим. А в садике был летний
душ; поднятая над землей железная бочка. А в комнатке – две кровати и тумбочка. И ковер с
оленями на стене. Шикарно. Тогда не все могли себе позволить так роскошно отдыхать на море.
Море шумело, светлячки вечером летали по саду, мне разрешали рвать черешню – в виде
исключения. В пять лет еще делают исключения! Хороший отдых на море…
А папа не любил отдыхать. Он оставался на работе. У него было две работы и лаборато-
рия для исследований. Папа просто не любил отдыхать на море. Он любил купаться в пруду
на окраине города. В воскресенье поедет на автобусе и искупается. Если захочет. Никакой раз-
ницы с морем. Работать гораздо интереснее и полезнее, чем на море отдыхать.
Это он так говорил. И я уверена была, что папа любит работать. А плавать он в пруду
предпочитает, в воскресенье. Когда насладится работой как следует!
Я только сейчас поняла, что врачи маловато зарабатывали. И чтобы мы с мамой могли
месяц отдыхать, папе надо было работать без отпуска, вот и все. Он старался. Потому что он
мужчина. А его жене и ребенку нужны солнце и витамины.

93
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

А я это море всю жизнь помню. Светлячков, черешню, волны и камешки. Даже когда
долго не было отпуска, этот отдых – воспоминание о нем, – придавал сил. Отдых, который
папа мне заработал.
Тот, кто работает, чтобы другие могли отдохнуть, – таких мало. Их надо беречь и ценить.
И тоже давать отдохнуть. Хотя они уверяют, что отдыхать не любят. А купаться вполне можно
в пруду.
Пусть и они отдохнут.
 
Если вы пережили тяжелый удар судьбы и смогли выстоять,
 
если спаслись от болезни, выжили в аварии, перетерпели тяжелое испытание и смогли
спастись, вы приобрели мощный ресурс. Вы стали закаленной сталью; теперь вас не сломить.
И вы сможете прожить долго и не пойти ко дну.
Я лично против опытов на животных; но этот опыт давно ставили, еще в середине про-
шлого века. Мышь помещали в емкость с водой, из которой невозможно было выбраться.
Мышка быстро тонула, поняв, что ее усилия бесполезны, выхода нет. А другой мышке протяги-
вали палочку; она цеплялась за палочку и вылезала. Протягивали в самый последний момент,
когда мышь уже погибала. И она спасалась.
А потом ее снова в эту емкость погружали. И мышь плавала очень долго, сутки. Она
погибала от голода, а не от того, что тонула. Она гребла лапками до последнего вздоха. Про-
должала плыть. Это жестокий опыт. Он показывает, как губителен страх. И доказывает, что
благоприятный опыт дает мощный ресурс. Кто получил спасение один раз, кто вскарабкался и
вылез из ситуации, тот потом не сдается. Не идет ко дну от страха и безнадежности. Он будет
плыть до последнего и бороться за свою жизнь.
Люди не мышки, у них больше возможностей. И жизнь – это, к счастью, не закрытая
емкость с гладкими стенками. В жизни можно доплыть до спасительной палочки, позвать на
помощь, можно увидеть берег, можно ощутить почву под ногами… Главное – плыть, вот в чем
дело. И это знают те, кто спасся чудом или выстоял терпеливо в трудной борьбе за жизнь. В
других испытаниях они сильнее и выносливее чем те, кто впервые столкнулся с трудностями
и несчастьями.
И еще одно – нельзя переставать надеяться. Нельзя отнимать надежду у других. Без
надежды человек, словно мышь, тут же пойдет ко дну. А надежда дает силы плыть и бороться.
Вдруг это эксперимент и испытание? И палочку все-таки подадут? И мы по ней вылезем. А если
не подадут – сами постараемся выплыть. Или зацепиться за что-то; или позвать на помощь.
Люди, в отличие от мышей, могут позвать на помощь.
Тот, кто пережил удары судьбы и болезни, тот имеет больше шансов на долгую жизнь и
спасение. Люди, прошедшие через испытания, живут дольше и сражаются успешнее.
 
Можно выиграть первое место
 
в конкурсе красоты. И получить много денег, роскошные подарки и внимание публики.
А можно выиграть первое место в конкурсе на самую уродливую женщину. И получить место
в цирке; и внимание публики, перед которой надо ходить в платье с блестками и корчить гри-
масы. Это чтобы деньги платили.
Мэри Энн Беван надо было прокормить четверых детей. А муж у нее умер. И ничего не
оставил. Вот она и пошла на конкурс уродов; чтобы выжить и детей спасти.
Она красивая сначала была. И работала медсестрой. А потом с ней случилось ужасное –
ни с того, ни с сего она стала терять свою красоту и превращаться в чудовище.

94
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Это злое проклятие – акромегалия. Человек становится очень некрасивым. Таким, что
может выиграть первое место на конкурсе уродов.
Каково было Мэри Энн, достойной женщине, матери семейства, сносить насмешки пуб-
лики и кривляться в вычурных платьях под хохот толпы – мы не знаем. Но это тяжело. Невы-
носимо. Только делать больше было нечего: кто возьмет на работу страшилище? А на ярмарках
хорошо платили. Она все деньги отсылала своим детям. Их пришлось устроить в интернат…
А потом Мэри Энн умерла. Раньше был такой диагноз: «от разбитого сердца». И от
болезни; от акромегалии довольно рано умирали тогда. Она детей на ноги поставила, сфото-
графировалась с ними на память, и умерла. Самая уродливая женщина в мире…
Прошло сто лет почти. И в наши дни выпустили смешные открытки с фотографией Мэри
Энн. Мол, свидания вслепую могут вот так закончиться – придет этакое чудовище! Очень
остроумно, не так ли?
Только один доктор увидел эти открытки и гневно возмутился. Как это можно – прода-
вать изображение тяжелобольного человека и смеяться над его болезнью? Как можно? Это же
низость!
Открытки не стали больше выпускать. Только старые распродали; деньги же потрачены!
И пожали плечами в ответ на возмущение доктора; мол, а что такого? Подумаешь. Смешно же!
Смешно. Этим Мэри Энн и зарабатывала на жизнь своим детям – смехом толпы. Хотя
ничего смешного нет. Кого угодно может поразить проклятие болезни. Но не все решатся сме-
шить ей публику в цирке… А она решилась. Потому что нужно жить и выполнять свой долг.
Даже если тебя из красавицы превратили в чудовище.
 
Замок из песка
 
можно построить. Как один одинокий старичок. Совершенно лысый и маленький, с боль-
шими оттопыренными ушками. В шортах и в рубашечке в клетку, в сандаликах. В моем дет-
стве был мультфильм про Гржемилека и Вахмурку, про двух гномов. Вот такой же старичок.
Сначала он вел себя дурно. Выпил стакан пива и приставал к другим старичкам и ста-
рушкам – здесь такой отель. Для тихого отдыха. Много пожилых людей. Так этот старичок
прямо хулиганил. Громко разговаривал, громко смеялся. Даже махал руками. И другие ста-
рички неодобрительно на него смотрели. Укоризненно качали седыми головами и пили свой
травяной чай. Никто не хотел дружить с этим ушастым Вахмуркой. Или Гржемилеком…
Он грустный ходил. А потом пошел на пляж и стал строить замок. Где-то взял детский
розовый совок и такой замок построил! С меня ростом. Многоярусный, с башнями зубчатыми,
со рвом, с бойницами и мостами. Невероятный замок из песка! Он с утра его строил один,
очень увлеченно. Пообедал быстренько и снова давай строить!
Может, он строитель или архитектор. Раньше был… И замок – огромный песчаный замок
– просто чудесный получился!
И старичок мгновенно стал знаменит и популярен. Другие пожилые отдыхающие пришли
и стали восхищаться громко. Хлопать в ладоши и просить разрешения сфотографироваться
у замка.
Он всем разрешал. Ушки у него очень красные – сгорели на солнце, пока он строил. И
лысина тоже красная. А на лице улыбка! Все его хвалят и восхищаются замком. И на ужин
он пошел в компании поклонников своего таланта. Он махал руками и громко рассказывал;
наверное, про то, как он строил замок. Все слушали его!
И за столом он сидел чинно, в обществе пожилых дам, которые не сводили с него глаз.
А пиво он больше не пил. Но травяной чай тоже не стал. Залихватски заказал колу!
Замок из песка – вся наша жизнь. Но можно так построить замок из песка, что все пора-
дуются и будут аплодировать. И на душе станет хорошо.
95
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

А потом его смоют волны. Но кто-то построит новый. Другие отдыхающие, после нас…
 
В Месопотамии было два вида врачей:
 
асу и ашипу. Асу врачевали как могли и умели: втирали масла, давали настои из трав,
даже «делали надрезы бронзовым ножом»  – оперировали. Ашипу не оперировали. Трав не
давали и масла не втирали. Они очерчивали круги и разбивали глиняные статуэтки. А боль-
ного старались не касаться; они говорили, что злые духи могут им повредить. Проще говоря,
заразиться боялись. Хотя еще не было понятия «инфекция».
Асу и ашипу давали прогнозы развития болезней. Записывали их на глиняных табличках.
Асу давали чаще хорошие прогнозы: «Больной сильно болен, но он выздоровеет!» Ашипу и
вслух говорили, и на табличках записывали: «Все бесполезно, болезнь смертельна!»
Они не сами писали, конечно. Специальные писцы записывали речи целителей и вели
историю болезни. Даже был многотомный труд по лечению больных и изгнанию злых духов.
40 глиняных кирпичей.
Ну вот, асу делали операции, чтобы спасти жизнь человека. Если в результате операции
они немного повреждали что-то, им отрубали руку. Они потом одной рукой втирали масла и
подавали настой из трав.
А ашипу руки не отрубали. Они же не оперировали. Иногда они даже в комнату больного
не входили; с порога диктовали: «Вам конец. Ничего хорошего не ждите. Ваш больной уже
мертв, можно сказать! До свиданья. Оплатить не забудьте мой визит и мои труды!»
Как вы думаете, кто жил лучше и богаче? Кого уважали, боялись и в очереди толпились,
чтобы пригласить к больному? А кто вымер как класс, так сказать?
Ашипу жили великолепно. Асу почти исчезли.
Вот такая грустная история о помощи. Тот, кто ободряет, поддерживает, деятельно помо-
гает, тот и виноват в итоге. И платят ему медной монетой – в лучшем случае.
А ашипу – те жили хорошо. Они же не подходили к больным. Не вмешивались. Никому
не помогали. И винить их было совершенно не в чем…
 
Психологическая война —
 
так можно назвать ситуацию, когда на вас нападает другой человек или группа людей.
Травят на работе, клевещут, распространяют слухи, угрожают, запугивают, обесценивают…
Это война; на вас нападают, а вы обороняетесь. Силы ваши тают, ресурсов все меньше. Как
победить в этой войне, как не дать себя уничтожить?
Надо понять цель противника. Цель психологической войны – сломить в вас волю к
сопротивлению, деморализовать и запугать. А потом уничтожить, когда вы ослабнете. Такую
войну называют еще «войной нервов». Так вот. Пока вы не деморализованы, пока вы не бои-
тесь и не теряете веру в себя, вы побеждаете. Победа на вашей стороне. Противник использует
дезинформацию, угрозы, шантаж, клевету. Разбрасывает листовки с карикатурами. Пишет и
говорит о вас гадости. Это обычные приемы психологической войны.
Но ранить вас или убить противник может только в случае вашей эмоциональной реак-
ции, вот в чем дело. Если вы поверите вражеским листовкам с угрозами и оскорблениями;
только в этом случае вы проиграете войну. А если вы над угрозами посмеетесь, а вражескую
листовку используете в бытовых целях, так сказать – вы победитель.
Проигрывает тот, кто реагирует на подлые приемы. Вас обозвали (а что, собственно, еще
ждать от врага?), оклеветали – так враг специально клевещет, больше-то ничего не может сде-
лать. Написали гадость, – это психологическая провокация, чтобы сломить ваш дух. Надо отве-
чать адекватно, легитимно, но вот психологически надо стараться сохранять стабильность. И
96
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

находить союзников, друзей, переключаться на позитивное общение, получать побольше поло-


жительных эмоций. Они укрепляют защиту.
В психологической войне выигрывает тот, кто сохранил хорошее настроение. Кто не
потерял бодрость духа. Кто остался при своих убеждениях и по-прежнему идет к своей цели.
Победит тот, кто улыбается и плюет, извините, на вылазки противника. Блокирует в сети, обес-
ценивает злые выпады в разговоре, не верит угрозам и спокойно вечером пьет чай с вареньем,
смотрит любимый фильм или с собачкой играет. Или с кошечкой. И сумел «выплюнуть» про-
тивника из головы. Вот это и есть Победитель. Побеждает в «войне нервов» тот, у кого нервы
крепче.
Потому что цель противника не достигнута. Вам не нанесен моральный урон. Ваша само-
оценка не пострадала. Вы не напуганы и не деморализованы. А противник утратит силы очень
быстро. Запасы его энергии не безграничны, это важно знать. И вскоре он «обескровит» себя,
нанося бесполезные удары. Каждая ваша улыбка, каждая ложечка ароматного варенья, каждый
поцелуй, который вы дарите любимым, ваш веселый смех, – мощный ответный удар в пси-
хологической войне. Цель врага не достигнута. Он истратил свой ресурс. И даже любопытно
посмотреть, что теперь с ним будет. С тем, кто начал и проиграл психологическую войну.
 
Высокомерие – неприятное качество
 
Это мне еще в детстве разъяснила няня в детском саду. Более грубыми словами. Нам
вилок в садике не давали. Только алюминиевые ложки. То ли мыть не хотели лишнее, то ли
боялись, что мы повыкалываем друг другу глазки. Не знаю точно. А макароны вот дали один
раз. Попробуйте макароны ложкой есть. Это неудобно очень. Но дети ели пальчиками, а неко-
торые – просто ротиком из тарелки. Я робко пролепетала, что мы дома макароны едим вилкой.
Вот тут-то няня меня и поставила на место. Назвала высокомерной цацей.
Или еще был случай, когда меня пьяный гражданин на улице узнал и в  честь нашей
встречи хотел угостить вином. Он его пил из бутылки, там было много слюней гражданина. Я
вежливо отказалась. Он меня тоже назвал высокомерной. И еще по-разному. Но особенно его
высокомерие возмутило, конечно.
Или в наполненном людьми лифте незнакомая дама решила со мной обсудить измену
ее мужа. Может, все дело в половой несовместимости, а? Потому что происходит то-то и то-
то. Я вежливо попросила не обсуждать интимные темы в лифте. И вообще их не обсуждать
с незнакомыми людьми. Я не сексопатолог, извините. И тоже дама выместила на мне свои
половые проблемы и проблемы мужа. Назвала высокомерной. И не только.
Когда лезут обниматься совершенно чужие люди, когда дают грязные приборы, пригова-
ривая: «Надо же, какая высокомерная! Да я просто этой ложкой суп мешала. Она не грязная. Я
ее облизала!», когда хлопают по плечу или принуждают к общению, – и тогда просишь отойти
или дать чистую вилку, непременно в высокомерии обвинят.
Вежливость, воспитание, брезгливость этим людям неведомы. Они все это называют
высокомерием.
Это они неправильно называют. Просто когда стоишь на четвереньках и ротиком хле-
баешь из корыта, все прямоходящиекажутся какими-то высокомерными. Какими-то гордели-
выми цацами. Трудно, что ли, изваляться в грязи и похрюкать вместе?
Трудно. Вот трудно, и все. С детства было трудно, даже невозможно. Сейчас уж поздно
себя переделывать.
Придется смириться с тем, что «высокомерной» называют. И норовят за щиколотку цап-
нуть. Из их положения это очень удобно сделать, это да.

97
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Человек сам хотел общаться;
 
был так мил, так эмоционален, так открыт. Самые лучшие чувства проявлял. Раскрывал
душу. А вы потянулись к нему, как цветок к солнцу. Вы поддерживали и ласкали его измучен-
ную душу, питали его изголодавшееся по любви сердце… Вы отдали все, что могли. А человек
ушел и пропал. И на звонки неохотно отвечает, и на сообщения сухо и кратко… Это так больно.
А потом, когда вы смирились и почти успокоились, когда твердо решили не быть навязчивыми,
человек снова звонит или приходит. Он снова хочет общаться! Вы ему интересны. Он соску-
чился, изголодался по любви…
Изголодался – вот точное слово. Мопассан писал о запахе жареного мяса, который так
манит нас, когда мы голодны. И так отвращает, когда мы наелись и сыты. И на еду наевшийся
человек смотрит с отвращением. Ни кусочка больше не влезет!
Этот человек вас ест. Вы его пища, вот и все. Он приходит, когда голоден. И испытывает
некоторое отвращение, наевшись досыта. Восполнит ресурс и уйдет. А потом придет, когда
снова захочет есть.
Такие отношения могут длиться долго. Они выматывают и обескураживают. Нет смысла
искать причину в себе или в сложном, противоречивом духовном мире этого человека.
Пришел – голоден. Ушел и не дает о себе знать – переваривает пищу. Проголодается –
и придет.
Это грустно. Но для него другие – это вкусная еда. Шашлык на палочке… И так не
хочется быть придорожным кафе, куда приходят подкрепиться…
 
Девочка с корзиночкой
 
так и не рассталась. В аэропорту были очереди; много людей. А у девочки и мамы было
много багажа: чемодан, рюкзак и большая сумка. И на спине у девочки был рюкзачок. Ей пять
лет, Машеньке. Она помогает маме. Три недели отдыхали у моря. И вещей пришлось взять
немало…
Девочка так и не выпустила из рук корзиночку. Уродливую кособокую корзинку из
бумаги. Даже не корзинку, коробку с ручкой. Из розовой бумаги склеена корзинка, а в нелепой
корзинке – камушки. И увядший цветок.
И всю дорогу девочка не расставалась с корзинкой. Неудобной и непрочной. Она держа-
лась за маму одной рукой, тащила свой рюкзачок, а в другой руке бережно несла корзинку с
камушками.
Ее уговаривали выкинуть корзинку. Та и правда мешала очень и грозила вот-вот разва-
литься. И камушки некрасивые. Просто серые камни. Ничего интересного.
Эту корзинку ей мальчик подарил, вот в чем дело. И камушки тоже подарил мальчик –
они играли на берегу. И цветок. Мальчик говорил на другом языке. Аниматор научил мальчика
клеить корзинки из бумаги; вот он и смастерил эту полукоробку-полукорзину и подарил. И
что-то сказал на своем языке.
Это было неделю назад. Мальчик уехал давно, улетел в свою страну. Цветок стоял в ста-
кане с водой и был живым. А камушки девочка мочила в море и они становились красивыми.
Снова красивыми. Оживали.
Поэтому девочка не расстается с корзинкой. И бережно несет ее в руке на отлете, чтобы
не помять, не испортить. Это любовь и память, вот что это за корзинка.
Может, багаж и не нужен. Не нужен там, куда мы летим. Только розовая бумажная кор-
зинка нужна с цветком и камушками – ее-то мы и несем всю жизнь осторожно. Бережно. В
ней любовь и память.
98
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

И цветок снова оживет в прозрачной воде. И камушки заблестят. И бумажная корзинка


станет иной. А какой – не дано увидеть пока. Как душа она станет, в которой все сохранилось
для жизни вечной…
 
Одна женщина жила в сумасшедшем доме
 
Она волонтером поехала в другую страну, не зная языка. От безысходности и от депрес-
сии поехала, чтобы помогать людям и отвлечься от своих бед. А бед немало было, уж поверьте.
И выхода не было. Денег не было, здоровья тоже, полное одиночество. Знакомая помогла уехать
волонтером, бывшая коллега.
В другой стране жить пришлось в сумасшедшем доме. Работа была такая – на лошади
катать пациентов. Больные были очень странными и очень больными. Но и женщина от них
мало отличалась уже. Она шла рядом с лошадкой, на лошадке верхом или в колясочке запря-
женной ехал пациент. И так они гуляли по дороге – двадцать километров в день. Тяжелая
работа. И дорога такая, неинтересная. Пейзаж унылый. Сделал круг, потом еще один. И один
расслабленный старичок что-то говорил, одни и те же слова. Женщина не понимала. Просто
кивала и улыбалась. И шла дальше. Хотя старичок раздражался и продолжал выкрикивать
слова. Одни и те же. И куда-то пальцем показывал.
Женщине было очень грустно. Она же ходила по кругу. И ничего не видела. Уставала,
ложилась спать, а утром опять одно и то же. И поговорить не с кем, она же не знала язык.
И за неделю до отъезда приехала русскоязычная женщина, тоже волонтер. Она уже не
раз жила в сумасшедшем доме и помогала пациентам. Эта женщина спросила: «Правда, озеро
просто прекрасное? А водопад как хорош! А какой чудесный лес и какие цветы, – как прекра-
сен мир. Какое чудесное место! Век бы гуляла с лошадкой по этому земному раю!»…
Оказалось, что надо было свернуть с кольцевой дороги, вот и все. Немного пройти по
желтой дорожке, – и выйти к озеру. К чудесному озеру с прозрачной голубоватой водой, аква-
мариновой. Там был сказочный лес, сады цветущие, там журчали ручейки и солнце отражалось
в водопадах, которые лились с зеленых холмов…
Просто надо было свернуть, вот и все. Старичок и говорил: «Идите направо, к озеру!» Но
женщина его не понимала. Мало ли, что лопочут дряхлые, выжившие из ума старички, сидя
в колясочке…
Хорошо, что еще неделя оставалась. И удалось насладиться райской красотой, и в озере
искупаться. И полюбоваться цветами и водопадами.
Надо понимать то, что нам говорят. Или спросить у знающего человека. Нам дают ука-
зания и знаки, только не всегда мы их понимаем и обращаем на них внимание. А из своей
ситуации женщина тоже нашла выход. Он был рядом. Она просто не видела, не понимала…
И в этом году она снова поедет в это место. В сумасшедший дом. В сущности, всю нашу
жизнь иногда можно так назвать, не так ли? Но есть дорожка к озеру…
 
Есть ситуации, когда нет смысла прилагать усилия
 
Применять разные средства и способы, чтобы улучшить отношения, добиться понима-
ния, разъяснить что-то или победить. Нет смысла и в терпении, хотя это полезное качество,
бесспорно. Вы ничего не сможете исправить, – разве что обладаете каким-то волшебным сред-
ством. Но, скорее всего, у вас нет способа что-то изменить к лучшему, потому что намерения
других людей или обстоятельства противоречат вашей цели и могут вас погубить.
В  Средние века были эпидемии чумы. И люди обращались к лекарям и аптекарям за
лекарством, – ведь должно быть что-то, что поможет не заболеть! Аптекари продавали арома-
тические подушечки с травами, запах которых должен был защитить от чумы. Лекари совето-
99
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

вали запускать в комнату пауков, – пауки примут болезнь на себя! Или еще есть хорошее сред-
ство: надо стрелять из пушек или звонить в колокола. Это изгонит чуму из воздуха. Понятно,
что эти средства не помогали. И люди умирали. Но хорошие врачи знали рецепт от чумы: надо
уехать из города. «Быстро, далеко, надолго», – так звучал этот рецепт. Но многие не пользова-
лись этим спасительным «лекарством»: им жаль было покидать свои дома и имущество. Лучше
вдыхать аромат розы и стрелять в воздух из пушечки, – это поможет. Или пауки, например…
Не помогало. Целые города вымирали, а пауки ползали в опустевших домах.
«Быстро, далеко, надолго» – этот рецепт надо применять в некоторых случаях. Это каса-
ется работы, личных отношений, общения. Бесполезно вдыхать ароматы и проявлять терпе-
ние в надежде, что все само переменится к лучшему. Уговорить чуму невозможно. А лекар-
ства против злобы и ненависти еще не изобрели. Надо применять этот рецепт и ребенка с ним
познакомить.
• если в работе или учебе есть угроза вашему здоровью. Вы начали непрерывно болеть,
слабеть, у вас нет сил идти на работу, например. Или у ребенка нет сил идти в школу, – нет,
и все тут. Хотя он старается… Или в общении с человеком вы плохо себя чувствуете, теряете
энергию, а через некоторое время у вас обнаруживают заболевание.
• вас могут ударить. Причинить вам боль и страдание. Ударить словесно, унизить, оскор-
бить; или ударить физически. А потом просить прощения вплоть до следующего раза. Или не
просить, – это неважно. Главное, могут ударить.
• у нападающих людей есть явное намерение причинить вам зло. Они не собираются оста-
навливаться. И имеют численный перевес или превосходят вас по ресурсам. Пытаться заиг-
рывать с ними или совершать попытки «подружиться» не имеет смысла. С таким же успехом
можно нюхать мяту и розмарин. Или пытаться подружиться с фашистами в битве. В травле
или преследовании не получится наладить контакт.
• если вы общаетесь с человеком психически нездоровым или конституционально-глу-
пым, как это называл русский психиатр Ганнушкин. Может быть, этот человек и не хочет при-
чинить вам вред, но вести спор или что-то доказывать – это как стрелять в воздух из пушки,
чтобы отогнать чуму. Или царапать скалу, как говорил Сенека. Такие споры заканчиваются
полным истощением сил или конфликтом.
 
К животным надо хорошо относиться
 
У них есть душа. Они отлично все понимают, только сказать не могут. А обезьяна Коко
могла говорить – ее научили языку глухонемых. И речь она понимала на слух.
Эта удивительная обезьяна шутила; говорила, что она птичка и умеет летать! А потом
добавляла: это просто шутка! Обругала другую обезьяну, когда та оторвала кукле ногу: «Ты
грязный плохой туалет!» И еще у нее были котята – настоящие котята. Она их любила, эта
Коко. Ухаживала за ними и растила. А когда один котеночек заболел и умер, Коко сказали об
этом – и она заплакала горько. А потом разгневалась…
Просто с Коко занимались и учили говорить. И слушать. У кого есть домашние питомцы,
те знают: наши любимцы нас отлично понимают. Просто говорить не могут, а ловких пальцев,
как у Коко, у них нет – чтобы жестами говорить.
Они просто смотрят и ложатся рядом. Или садятся. Успокаивают нас и поддерживают.
Плачут и смеются. Переживают за нас. Любят нас бескорыстной и абсолютной любовью, кото-
рую мы так отчаянно и тщетно пытаемся найти у людей.
Потом Коко умерла. Но незадолго до смерти она сказала на языке глухонемых: «Природа
наблюдает за вами!»
Может быть, она просто не знала слово «Бог». А может, думала, что ее не поймут. Даже
людей не всегда понимают, когда они так говорят.
100
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Не обижайте животных. Бог наблюдает за нами. И у всех есть душа. Просто одни умеют
говорить, а другие молча терпят…
 
Каким человек вас видит – таким и будет видеть
 
Ничего не изменится, даже если вы завоюете полмира или победите в конкурсе кра-
соты. Если сделаете великое открытие, пожертвуете собой, достигнете необычайного просвет-
ления… Все равно он будет видеть вас таким, каким видел всегда.
Одну женщину в детстве бабушка не любила и считала страшной. Так и говорила, как
в песне поется: «Почему ты страшная такая? Ты такая страшная!», – хотя она была обычная
рыженькая девочка. Она привыкла. Она с этой бабушкой жила. Страшная рыженькая девочка.
И вот она стала девушкой прекрасной. Стройной, прелестной, с копной рыжих волос.
Она шла по дороге к деревне со своей бабушкой. Энергичной злобной старухой, уж извините.
И останавливались попутные машины – одна за другой! Все шоферы предлагали под-
везти красивую девушку в легком белом сарафане. Они даже глазами мигали от ее красоты! И
робели, как дети. Заодно предлагали подвезти и старушку, конечно.
Девушка отказывалась, смеясь. А токсичная бабушка шла и громко орала: «Господи,
до чего ж ты страшная! Все тебя жалеют за это. Аж подвезти хотят из жалости. Надо же, –
думают, – какая страшная девка! Дай-ка я ее подвезу. Жалко же!»
Вот такую историю в комментариях рассказали на Youtube. Это в точности так! Будь ты
хоть Мэрилин Монро – для злой старухи будешь страшной. Будь хоть Эйнштейном – будешь
глупым. Будь хоть святым – будешь негодяем и злодеем. В глазах того, кто не любит…
Так не все ли равно, не так ли? Надо видеть свое отражение в глазах тех, кто любит. Или
просто нормальный.
А в мутные глаза злой старухи заглядывать не надо. Она страшная…
 
Улыбаться полезно, так говорят и пишут
 
Улыбка, даже насильственная, притворная, способна поднять настроение. И окружаю-
щим больше нравятся улыбающиеся люди. Так легче устанавливать контакты и находить дру-
зей. Улыбнитесь, когда вам грустно – и грусть пройдет! Это не совсем так. Сейчас ученые
установили, что нет никакой обратной связи между изображением веселья и улучшением
состояния. Наоборот, перейдя в режим «ручного управления», вы истратите последние крохи
защитной энергии. Принудительная улыбка ничего не даст, а силы эта гримаса заберет.
В русских сказках глупец тем и отличается: он улыбается на похоронах и плачет на сва-
дьбе. А слово «зубоскальство» имеет неодобрительное значение. Зубы скалит без повода или
неумный человек, или злой насмешник. А смех без причины – признак сами знаете чего… Так
уж сложилось в нашей стране; улыбаться во весь рот без повода было не принято. Это было
нарушением норм этикета.
Фальшивую улыбку испытуемые в эксперименте безошибочно распознавали на фотогра-
фиях. И люди с «приклеенной» улыбкой не нравились, не вызывали симпатии. Их восприни-
мали как лицемеров, лгунов, двуличных персон, которые улыбаются с какой-то целью. Так что
окружающие не «купятся» на неискреннюю улыбку, наоборот; примут вас за прислугу или за
агрессора, который скрывает свои подозрительные замыслы.
В  России искренность ценится дороже дежурной вежливости, такой уж менталитет в
нашей стране. Множество испытаний, трудная жизнь, мороз и холод, – попробуйте-ка улы-
баться окружающим при минус тридцати, замотанным в платки или в шапке, в тулупе с ворот-
ником до самых глаз? Не до вежливых улыбок. Поздоровался и пошел по делам. А с незна-

101
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

комцами и здороваться не принято было, к ним относились с опаской; мало ли, что на уме у
прохожего человека?
Улыбку у нас воспринимают как приглашение к контакту. Раньше могли в полицию
забрать за улыбки незнакомым людям. Это исторический факт, не очень приличный. Муж-
чины и женщины, которые нелегально занимались самым древним ремеслом, но не имели на
это официального разрешения, «желтого билета», ходили по Невскому проспекту и улыбались
прохожим. Предлагали так свои услуги. Улыбнулись в ответ – выразили согласие… Полиция
бдительно следила за слишком улыбчивыми людьми.
Улыбка – это знак, сигнал. Или предложение контакта, или демонстрация подчиненного
положения, заискивание, – если речь о незнакомых людях, разумеется. Или нахальное «зубо-
скальство», с оттенком наглости. Так трактуются неуместные улыбки в нашей стране, напри-
мер. Лицемерие и глупость были не в чести. Уважали людей серьезных, с чувством собствен-
ного достоинства.
А улыбаться полезно, это бесспорно. Только не против своей воли и не вопреки своему
состоянию. И улыбаться приятным людям тоже можно. Но только в случае, если вы готовы
вступить в общение потом. Может, вам улыбнутся в ответ. А может, навяжут общение и при-
станут, извините. Так что спокойное, доброжелательное выражение лица лучше заученной
улыбки. Честнее. Искреннее. И нет смысла гримасничать, растягивая губы, – обратная связь не
работает. Улучшить настроение можно добрыми делами и мыслями, а не мимикой. А хорошее
настроение вызовет искреннюю улыбку.
 
Отношения умерли
 
Неприятное сравнение, понимаю. Но все мертвое разлагается. Если не бальзамировать и
не мумифицировать, не погрузить в формалин, не иссушить, не заспиртовать… Вот все это и
проделывают с мертвыми отношениями, тратят огромный ресурс и драгоценное время. Делают
чучелко отношений, стараются изо всех сил.
Человек поступил нехорошо, низко, подло; причинил страдания, предал. Но надо как-то
жить дальше. Надо как-то принять и простить. И прощаем. И понимаем. И стараемся вспом-
нить хорошее – в точности, как в надгробной речи.
Только ничего не выходит, вот и все. Это мертвые отношения. Так когда-то из домашних
питомцев делали чучела – на память. И ставили на камин. Странный обычай…
Находиться в мертвых отношениях тяжело. Это требует постоянных усилий. Рано или
поздно они начинают отбирать энергию, мешать жить, тяготить, мучить… Хотя на вид они
похожи на настоящие, живые, – особенно, если близко не смотреть и руками не трогать.
Надо закончить такие отношения. Предать их земле или огню, – вот что надо сделать.
Прервать контакт, потому что уходит огромное количество сил на постоянное бальзамирова-
ние и убеждение себя в том, что все в порядке. Отношения есть. Любовь, дружба, уважение –
вот же они, стоят на камине. Или в банке с формалином лежат.
Иногда причина болезней и несчастий – вот эти мертвые отношения. Это они отнимают
силы и радость жизни.
Надо вздохнуть и закончить. И отписаться от страниц умерших друзей и бывших люби-
мых. Хотя это очень трудно. И чем больше проходит времени – тем труднее.
 
Один доктор подвернул ногу,
 
но все равно доковылял до работы. Нога очень болела! Но надо было вести прием паци-
ентов. Пришла женщина; доктор встал, чтобы ее осмотреть, да неловко! Запнулся больной
ногой о стул. Он растянул губы, сжал их – от боли. И так заскакал нелепо, ну, знаете, как это
102
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

бывает. Но справился с собой. Прихрамывая, подошел к пациентке и ей осмотрел горло или


живот, – он не уточнил. Не в этом дело.
А дело в том, что на него отзыв написала эта дама. Она писала, что заплатила в кассу
восемьсот рублей. И на приеме врач от алчного удовольствия сильно улыбался, хотя хотел это
скрыть. Аж лицо расползалось от радости в усмешке. И этот жадный врач даже начал припля-
сывать. Танцевал в кабинете. Улыбался и выделывал па. Увольте мерзкого эскулапа, который
танцует на костях пациентов!
Это о несправедливости. О том, что каждый видит то, что желает и способен видеть.
И о том, что кому-то страдание на нашем лице может показаться радостной улыбкой. А
хромота – танцем вприсядку…
 
Это история про старичка и топинамбур
 
Очень простая. Взрослые дети и внуки приехали в деревню, навестить дедушку, он
совсем ослабел и одряхлел. Конечно, ведь ему шел девяносто пятый год! Почтенный возраст.
Пора готовиться к переходу в другой мир. Вот и приехали попрощаться, можно сказать.
Дедушку они обнаружили, копающим грядки. Он в огороде орудовал лопатой, шатаясь
немного от слабости. Но глаза его сияли и он очень был увлечен своим занятием.
Видите ли, ему сосед подарил топинамбур. Корнеплод такой. Я не знаю, как его разводят;
а этот дедушка был топинамбуром просто поражен. Он его решил вырастить. И поэтому уми-
рать раздумал. Он же должен увидеть, как растет топинамбур, понимаете? И собрать урожай!
Дедушка выздоровел. Собрал урожай топинамбура. А потом снова его посадил, вот так!
И дожил почти до ста лет. Умер внезапно, когда собственноручно стирал коврик в ванной
каким-то новым неизведанным способом.
В сто лет умереть, стирая коврик собственноручно, – это нормально. Когда-то ведь надо
уходить на каникулы, в отпуск.
Но топинамбур продлевает жизнь! Полезное растение! Хотя дело вовсе не в топинамбуре.
А в интересе к жизни… Надо собрать урожай сначала. А потом еще может случиться масса
интересного…
 
Когда понимаешь, что человек неумен, извините,
 
сразу общаться становится легко. Теперь не надо ничего разъяснять, доказывать, аргу-
ментировать, цитировать. Можно легко и радостно общаться дальше. Нет ни разочарования,
ни раздражения. Ничего нет. Пусть говорит или пишет. Все ясно теперь.
Это как у Аверченко: он спорил с каким-то господином в гостях. Вступил в дискуссию.
А господин в разговоре упомянул, что у него на даче выпал огромный град. С виноградину
размером! Извольте, мол, посмотреть. Достал спичечный размокший коробок и с недоумением
стал говорить: а где же градина-то? Утром в коробок положил, а сейчас ее нет! Где она?
Ну вот и хорошо. Вот и славно. Теперь все ясно. И спорить совершенно не о чем с этим
господином. Можно ему улыбаться и вежливо кивать. Это дурак.
Это грубое слово. Его Аверченко написал, не я. Но под текстом о том, что единственным
способом спастись от чумы была эвакуация, что в угрожающих жизни обстоятельствах надо
бежать от опасности, кто-то написал: «Так что ж и школу теперь ребенку бросить?..»
Я не отвечаю. Что ответишь-то? Милый человек с мокрым спичечным коробком в кар-
мане. Со своим мнением. Потерялась градина – это бывает. Наверное, выронили. А коробок
мокрый – это дождик накапал в карман. Или хулиган плюнул. Потом еще выпадет град – непре-
менно принесите, я с удовольствием посмотрю.

103
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Вот так надо отвечать. Без злости и раздражения. Потому что все ясно. И ничего не
поделаешь…
 
Можно очень ошибиться, если поспешить с выводами и с действиями
 
Так ошибиться, что потом горько раскаешься, да уж поздно будет. У Чехова сытый бла-
гополучный помещик пригласил в гости священника, угостил чаем. И очень ему священник
не понравился: одет как-то неопрятно, обувь старая, да еще положил в карман кренделек со
стола. Не съел, а с собой взял. И этот помещик накатал жалобу начальству, описывая в черных
красках поведение своего гостя. Потребовал его наказать за внешний вид и за недостойное
поведение. А потом узнал, что этот молодой человек живет в страшной бедности, содержит
большую семью и еще одного безработного старичка. А кренделек взял для жены, она давно
сладкого не видела. Только делать было нечего – жалоба уже ушла куда надо. И как-то неловко
давать задний ход и признавать свою ошибку…
Или вот одна девушка поехала с группой в другую страну. Там они проходили тренинги
и обучение. Этой девушке очень не понравилось поведение двух других участниц группы: те
смеялись громко, шептались по ночам, спать мешали, с молодыми людьми заигрывали. Непра-
вильно себя вели! А на прощанье все обменялись письмами, где выразили свое отношение друг
к другу. И эта девушка написала этим двум развязным болтушкам все, что о них думает. Очень
гневно. С эпитетами. С укорами. Отдала свои письма, взяла письма, которые ей написали и
уехала. А в поезде стала читать то, что ей написали. И как раз эти две девушки написали ей
теплые, искренние, добрые слова и чудесные пожелания. Все самое хорошее, что только можно
написать от души. Выразили самое высокое о ней мнение и любовь… Как ей было тяжело это
читать! Как она представляла, – сейчас эти две симпатичные одногруппницы читают ее злоб-
ные послания…
Или одна женщина хотела, чтобы ее взяли, наконец, в штат. Срок договора подходил к
концу. Она написала директору письмо со своей просьбой: возьмите меня в штат, пожалуйста!
А потом стала думать, что ей откажут. Встревожилась. Вспомнила, какой директор жесткий,
холодный человек. И моментально отправила жалобу в трудовую инспекцию, рассказав обо
всех нарушениях. Отправила гневную жалобу, а ей приходит ответ от директора: «Дорогая
Мария Петровна, простите, пожалуйста, что Вам пришлось ждать так долго. Непростое поло-
жение сейчас у нашей организации. Извините великодушно. Вы приняты в штат, вам назначен
высокий оклад, а по итогам вашей работы будет выплачена премия. Одно удовольствие рабо-
тать с таким хорошим специалистом и хорошим человеком, – таким, как Вы!»… Эта женщина
страшно раскаялась в своем поступке. Но уже поздно было.
Подождать информации – вот что надо иногда сделать. Или поискать информацию. Пого-
ворить, разузнать, подождать ответа, если был сделан запрос, подумать и посоветоваться, – это
нетрудно. Не надо моментально все писать и высказывать, – может статься, мы ошибаемся.
И эта ошибка заставит нас потом пожалеть о поспешности суждений или поступков. Но вред
уже будет нанесен, вот в чем дело. И вернуть обратно брошенный камень невозможно. Можно
только извиниться. Но не все на это способны, как помещик у Чехова. Он только вздохнул да
рукой махнул, разрушив чужую жизнь – из-за кренделька, из-за печеньица…
 
«Черные ангелы» – так называли этих женщин
 
И вообще – как только их не называли… Сонька Золотая ручка, Ольга Остен-Сакен,
Мария Тарновская; по сей день про них пишут романы и снимают фильмы. Все свои аферы
они строили исключительно на личной привлекательности. На своей необычайной красоте.

104
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Но вы знаете – никакой особой красоты не было. Чехов на Сахалине видел каторжанку


Соньку и разочарованно описал ее – «старушонка». Даже у него закрались сомнения, а та ли
это роковая женщина отбывает каторгу? Может, ее подменила другая – за деньги? Как и почему
все были без ума от нее? И как ей удалось даже на каторге охмурить конвоира и пуститься с
ним в побег?
Как шестидесятилетняя Ольга Остен-Сакен влюбила в себя тридцатилетнего начальника
тюрьмы и с ним убежала? Что интересного и привлекательного в пожилой уголовнице? Ну, в
юности, положим, она была симпатичная. А сейчас-то в чем дело?
Как могла высокая, костистая, с «аристократическими чертами лица» Мария Тарновская
заставлять одних мужчин кончать с собой, застраховав жизнь в ее пользу, а других – убивать
тех, на кого она укажет? Почему мужчины с ума сходили в буквальном смысле слова от этой
дамы? Которая была не так уж хороша собой, честно говоря…
А они мужчинам улыбались ласково. В глаза смотрели. И изображали преследуемую
жертву, которая нуждается в защите и спасении. Падали мужчине в объятия и заявляли, что
только он может спасти бедного запутавшегося ангела. Только он и никто больше.
И, знаете, это безотказно работало. Без промаха. Всегда и со всеми мужчинами.
Такой вот незамысловатый трюк. Изображать преследуемую жертву и ласково улыбаться,
глядя в глаза. Как видите, это и в шестьдесят работает.
Ну, и они были подвижные. Энергичные. Ртуть, а не дамы.
Им бы женские тренинги проводить, отличный бы был результат. Но тренинги для дам
проводят мужчины или другие дамы, похожие… Ну, не буду писать, на кого похожие. Но уж
точно не на этих нехороших авантюристок.
Хотя немного авантюризма и живости характера не помешают все же…
 
Если взять страдание себе,
 
можно спасти другого человека. Принять страдание и лишения, а другого спасти. Так
думала одна шестилетняя девочка. Ее звали Симона Вейль. Симона переслала есть сахар,
потому что солдаты гибнут и голодают на войне. Шла Первая мировая. Какой странный посту-
пок, не так ли?
Она стала философом, эта Симона Вейль. И еще много странных поступков совершила:
пошла работать на завод в тяжелейшие условия, хотя имела отличное образование. Но раз дру-
гие люди работают так тяжело, она тоже должна, правильно? Она поехала в Испанию воевать с
фашистами, хотя очень плохо видела и была пацифисткой. Но если другие борются с фашиз-
мом, значит, и она должна, так ведь? Она писала о Боге и человеке. О том, что в страдании
человек становится собой. А еще писала о сказках братьев Гримм и о таинственных числах
пифагорейцев. Она была мистиком.
Потом фашисты пришли к власти. Евреев отправляли в лагеря смерти и сжигали в печах.
Симона Вейль была в безопасной Америке. Она боролась, участвовала в митингах и забастов-
ках, взывала к общественности, а потом просто стала есть столько же, сколько давали узникам
концлагерей. Ровно столько же. Страдание надо разделить, принять на себя, так она считала.
И тогда у кого-то страдания будет меньше, так ведь? Она умерла от голода в 34 года. Это было
в 1943 году.
Может быть, она зря заморила себя голодом? Но была другая Симона Вейль, еврейская
девочка, которую в 1944 году отправили в Освенцим. Там она была обречена на страшную
смерть, но каким-то чудом выжила.
Выжила, стала известным французским политиком, боролась за свободу и демократию,
открыто выражала свои взгляды. И против фашизма боролась, конечно. Вышла замуж, родила

105
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

троих сыновей и всю жизнь прожила с мужем. Долгую жизнь – девяносто лет. Хорошую долгую
жизнь…
И в энциклопедиях есть две Симоны Вейль: философ-мистик и политик. Одна умерла
в 34. Другая – в 90.
Может, истинные мистики правы. И страдание можно разделить или вовсе принять на
себя – целиком. Чтобы выжил другой; другая девочка.
Может, несъеденный сахарок достается тому, ради кого мы его не съели?
Если больше ничем не можешь помочь, можно разделить страдание и спасти другого.
Того, кто очень хочет выжить и жить…
 
Если что-то не происходит,
 
так и должно быть, наверное. Придется принять отказ и строить свою жизнь без того, что
нам не дали. Не требовать, не выпрашивать, не злиться. Ну, не дали и не дали. У нас много
чего другого есть. И мы за это благодарны!
Сверху посмотрят и одобрят такое хорошее поведение. И еще лучше дадут, чем то, что
мы просили. Обратят внимание на воспитанную скромную девочку или мальчика, которые не
катаются по полу с визгом и не требуют купить подарок. Может, Монсеррат Кабалье об этом
и не думала. Она просто думала, что никогда не выйдет замуж. Она уже старая – тридцать лет.
Ну, нет любви в жизни, зато есть работа и чудный голос.
Вот тут-то она замуж и вышла. За оперного тенора Бернабе Марти, который так страстно
поцеловал певицу на сцене, что она чуть сознание не потеряла.
Непросто все было: Бернабе жениться был не готов. Но она просто предложила порвать
отношения, раз такое дело. Это трудно, но лучше тогда расстаться…
Тенор подумал, заскучал, ощутил всю силу своей любви; позвонил и назначил встречу.
И на коленях просил Монсеррат стать его женой, вот так!
Они прожили в любви и согласии 54 года. Это был счастливый брак.
Счастье часто приходит, когда его не ждешь. Когда принимаешь себя и свою жизнь
такими, какие они есть. И делаешь то, что умеешь и любишь делать.
Судьба не любит вымогателей, попрошаек и вечно недовольных. Тех, кто громко жалу-
ется и ноет. Если что-то не получается и это что-то от нас не зависит, надо жить и петь. Или
рисовать. Или карьеру делать. Или дом строить. Любовь предначертана свыше; так считала
Монсеррат Кабалье. Многие вещи зависят не от нас. Но от нас зависит, достойно ли мы при-
нимаем отказ и неисполнение желания.
А в этом-то все и дело иногда…
 
Есть три пригоршни кармы у человека в жизни,
 
три пригоршни ягодок или зернышек. Одну пригоршню ему дают с собой; это то, что
собрали его родители для него, его предки. А две пригоршни он сам должен собрать в жизни.
Две горсти плодов своих деяний: добрых и злых. И за свою жизнь надо съесть первую «пор-
цию» – ту, что дали с собой. И вторую – ту, что собрал сам. А третью передать своим детям.
От родителей могут достаться хорошие зернышки, сладкие плоды. А могут – кислые и
горькие. Съесть все равно придется, ничего не поделаешь. И пережить трудности, несправед-
ливости, болезни, в которых мы не виноваты – их нам дали с собой. А вот остальное зависит от
нас, от наших усилий. Что соберем, тем и будем жить. И детям передадим. Такой вот есть древ-
ний и интересный взгляд на судьбу человека; несколько тысяч лет назад так считали мудрецы.
Если происходит что-то плохое, если жизнь полна трудностей, не стоит отчаиваться: две
трети судьбы все равно зависят от нас. Просто все приходят в эту жизнь с разным припасом,
106
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

всем дали с собой разные зерна. Если планомерно и осознанно совершать хорошие поступки,
не брать себе семена гнева, зависти, нечестности, вторая половина жизни будет счастливее пер-
вой. Съедим горькие зерна и кислые ягоды, а потом примемся за сладкие… И ученые заметили:
после сорока лет человек освобождается от негативных программ, унаследованных от родите-
лей. Если дожил до сорока и старался поступать правильно даже в тяжелых и искусительных
обстоятельствах, начинается более счастливый период. И могут прийти здоровье, достаток,
любовь; если их раньше не было в жизни.
Конечно, в том случае, если вы собирали хорошие зерна. Старались быть добрым, учи-
тывали прошлый опыт, исправляли ошибки… Карма считалась вовсе не окончательным при-
говором, наоборот, – побуждением к правильным действиям. Даже если первую пригоршню
приходится есть через силу, давясь горькими плодами, можно собрать себе и детям все самое
лучшее. И переменить свою судьбу, стать счастливее.
Одни люди это понимают и получают хороший «второй сезон», – очень много примеров,
когда счастье и любовь пришли к человеку после сорока. И финансовое благополучие тоже он
познал в зрелом возрасте, после бедности и неудач. Другие люди получили пригоршню сладких
зерен, но быстро съели, а набрали волчьих ягод или еще какой-то неудобоваримой гадости.
Не слишком стараясь… Такова древняя легенда о трех пригоршнях кармы. А после сорока
лет негативные наследственные программы теряют свою власть над человеком – это важное
наблюдение. Теперь мы едим то, что собрали сами…
 
То, что вам кажется поражением,
 
на самом деле – победа. Самая настоящая победа.
Вы не смогли ответить хаму в споре, дать яростный отпор, не сумели поставить наглеца
на место. Вы ушли как оплеванный, а вам вслед неслась ругань и улюлюканье. Это позорный
проигрыш! Нет. Это победа. Вы не стали ругаться с быдлом и выкрикивать ответную брань с
искаженным гневом лицом. Вы сохранили свое достоинство. Высказали свое мнение просто и
ясно. А в грязную драку не вступили. Хам не видел вашей боли. Не понял ваших переживаний.
Вы просто свернули контакт и ушли. Это победа.
Вы не успели всех обогнать, растолкать, схватить приз первым. Ловко подножку поста-
вить, воспользоваться чужим промахом или слабостью. Вам ничего не досталось, потому что
вы не приняли участие в игре. Игра называется «на драку собакам». Вы не стали играть. Зна-
чит, вы победили. Это победа.
На вас бросились толпой и старались унизить, обесценить. Вы отвечали, но вас никто не
слушал. Ваши слова извращали, доводы передергивали, вам затыкали рот. Вы не смогли дока-
зать свою правоту и ушли обесчещенным, – это поражение. Нет, это победа. Вы не стали про-
должать спор со злобными дураками. Не расплакались, не закричали, не стали хвататься при
них за сердце и просить валерьянки. Вы остались собой. Спокойным и вежливым человеком.
Вы остались при своем мнении, как оставались единицы во времена инквизиции и репрессий.
Не смогли удержать любимого человека? Не стали бороться, выслеживать, давить, при-
нуждать, – просто отошли в сторону, хотя сердце разрывалось от боли? И это не поражение,
а победа…
Диккенс писал: лучше быть преданным, чем предателем. Лучше быть обворованным,
чем вором.
Лучше потерпеть мнимое поражение иногда, – это и есть победа, как ни странно.
Потом мы это поймем.

107
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Самый простой способ выбрать
 
врача, учителя, спутника в путешествие, компаньона в делах – это довериться симпатии.
Первому безотчетному интуитивному ощущению, которое возникает в присутствии человека.
Если есть симпатия, ничем не обоснованная пока, – скорее всего, это тот, кто вам нужен. Ясное
дело, вы потом узнаете о человеке больше, постараетесь получить информацию, рационально
все взвесите и обдумаете. Но обратите внимание на самое первое чувство, которое возникает
при общении с человеком. Симпатичен он вам или нет.
Симпатия – самое древнее чувство, древнее любви и дружбы. Греческие и римские фило-
софы писали о «космической симпатии», о силе притяжения «своего к своему», подобного
к подобному. На этом притяжении, на законе симпатии, создан весь Космос, весь огромный
мир. Симпатия – это доброе притяжение частей одного целого друг к другу. И это чувство
«встроено» в человека; благодаря симпатии он ищет и находит своих. Тех, с кем он образует
целое. Еще ни рассудок, ни опыт не включились, еще мы ничего не знаем о человеке! А ино-
гда вообще видим только фотографию или текст, например. Но симпатия или пробуждается
сразу, или нет.
Один безнадежно больной человек требовал и просил, чтобы его лечил определенный
доктор. Почему-то у пациента возникло доверие именно к этому врачу. Хотя это был неопыт-
ный юный доктор, который страшно боялся ответственности. Но пожилой пациент настаивал!
Кроме того, именно во время дежурства этого доктора пациенту становилось лучше. И ана-
лизы улучшались объективно! Доктор взял ответственность и стал проводить лечение. И паци-
ент выздоровел. Ученые давно заметили, что пациенты чаще выздоравливают, если доктор им
симпатичен, если он им нравится. Просто нравится – и все…
Можно довериться симпатии. Это инстинкт. Его не подделать; он возникает мгновенно,
даже не в секунды, а в доли секунды. Этот человек нам приятен, мы с ним во взаимном при-
тяжении; как правило, симпатичный человек те же чувства испытывает к нам. По этому прин-
ципу можно распознавать «своих», – эти люди нам полезны, а мы – полезны им. Если есть сим-
патия к учителю, тренеру, врачу, психологу, партнеру в игре или в работе, – скорее всего, это
будет хороший и продуктивный союз. Знания усвоятся, лечение поможет, путешествие пройдет
благополучно… Закон космической симпатии, открытый древними философами, работает. А
информация тоже нужна, конечно. Но обычно она подтверждает наш первый инстинктивный
выбор.
 
Решение можно переменить
 
Иногда жизнь вынуждает нас переменить решение. Даже правильные на первый взгляд
решения. Совершенно правильные. Мы же тоже живые, а значит – изменчивые…
Одна женщина взяла девочку из детдома. Она долго готовилась, проходила специаль-
ное обучение, собирала документы… Это непросто – взять ребенка. Это очень ответственное
решение. Она была одинока, эта хорошая, умная, ответственная женщина. И девочку взяла с
самыми серьезными намерениями и подготовкой.
Девочка оказалась совершенно неуправляемой. Ее биологические родители сидели в
тюрьме. Алкоголики. Почти все шесть лет жизни девочка провела в детдомах. Она была нездо-
рова. И возможно, психически нездорова; она все делала назло. Писала на ковер, извините,
ломала вещи, нецензурно ругалась, бросалась в драку или просто тупо сидела в углу, сверкая
глазами, как звереныш. Женщина никуда не могла уйти – девочка открывала краны с водой,
хватала ножницы и резала одежду, всячески пакостила. Психолог не помогал, только советовал

108
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

потерпеть. Женщина терпела. Иногда ведь девочка играла, иногда пыталась неумело обнять;
но это еще хуже было.
И вот почему: женщина поняла, что девочка ей чужая. От нее пахнет не так. В квартире
поселился совершенно чужой и непредсказуемый человек, неуправляемый, который превратил
нормальную жизнь в ад. Разговоры и убеждения не помогали. Ребенок врал, издевался, в садик
девочку не брали пока. А отпуск без содержания не мог длиться вечно. Надо работать. Иначе
от жизни вообще ничего не останется. Руины…
И женщина поняла, что не справится. Она стояла, смотрела на бесноватую девочку, кото-
рая закатила очередной скандал. И приняла решение: надо отдать ребенка обратно в детский
дом. Иначе произойдет что-то страшное. Уютная квартира превратилась в комнату пыток; на
работу не уйти. Чужая девочка отравила все существование.
Можно осудить женщину. Она сама себя миллион раз осудила. Но не видела выхода в
отчаянии. И решила на следующий день увезти девочку обратно. Моментально стало легче
на душе. Она уложила ребенка спать с облегчением и стала представлять себе, как хорошо и
спокойно будет жить без этой чужой девочки.
А ночью ребенок заболел сильно. Поднялась температура; лекарства не помогали. Жен-
щина вызвала «Скорую». Девочка лежала вся красная от жара и горячей рукой держала жен-
щину за руку.
И говорила: «Мама, пусть я умру. Ты не плачь. Меня закопают в могилку, я буду на
кладбище лежать. Я плохая девочка. Только ты иногда приходи меня навещать, как в детский
дом приходила. Пообещай мне, что будешь приходить. Жалко только, что ты столько денег на
игрушки потратила. Ты их отдай хорошей девочке, лучше возьми другую, хорошую девочку!»
Ребенок не плакал и не жаловался. Просто вот давал все эти наставления. А потом
девочку увезли в больницу и сказали, что болезнь опасная.
Мать бегала из храма в храм – куда еще бежать в такой ситуации? И сидела на лавочке у
больницы, заливаясь слезами. И горько жалела о своем решении; не о первом – взять девочку,
а о втором – отдать.
Девочка выжила. И все изменилось волшебным образом, странным. Женщина приняла
девочку. Она стала «ее». Ее девочкой. Ее дочкой. А она стала матерью. Нормальной обычной
матерью, которая трясется над своим ребенком и иногда кричит на него. А потом просит про-
щения и обнимает. Ну, как обычно, когда любовь. Когда мама и непослушный, но любимый
ребенок.
К ним пришла любовь. И все изменилось.
А имен нет, потому что это – из самой настоящей жизни, непростой, противоречивой,
не слишком доброй, – обычной. Из жизни обычной мамы и обычной дочери. Которые живут
обычной жизнью: работа, садик, ужин, мультфильмы, книжки, кино по выходным и небольшие
ссоры из-за мороженого или шапки. Или неубранных игрушек, которые не пришлось никому
отдавать…
 
Отобрать что-то можно, конечно
 
И одни люди отбирают у других что-то ценное, важное. Только иногда отобранное обо-
рачивается против них, вот и все.
В компанию пришел новый энергичный сотрудник. Он моментально стал интриговать,
наушничать, подставлять девушку, которая возглавляла проект. Все мыслимые способы он
применил, чтобы ее опорочить, обесценить ее работу, унизить в глазах начальства; он прыт-
кий был парень, большой ловкач. Проект ему отдали; он стал руководителем. Но руководить и
работать он не умел; только плести интриги. И проект с треском провалился, огромные деньги
компании ушли в никуда.
109
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Или одна актриса сживала другую со свету разными способами. Очень подлыми. И полу-
чила чужую роль; вышла на сцену и так плохо, бездарно сыграла, что зрители ушли после пер-
вого акта. Интриганка при всех продемонстрировала полное отсутствие таланта. Это был пуб-
личный позор!
Отобрать чужой велосипед можно; только может оказаться, что ездить на нем отобрав-
ший не умеет. И моментально упадет в канаву, расквасив нос. И отобранные сапоги могут на
три размера меньше оказаться, их невозможно носить. А отнятое счастье моментально пре-
вратится в золу и пепел в чужих алчных руках. Это чужое счастье. Им невозможно попользо-
ваться.
Отобрали, отняли, заставили отдать – а толку-то? На велосипеде надо ездить, над проек-
том работать, на сцене – играть. А этого-то они и не умеют…
 
В лютый мороз или промозглой осенью так хочется согреться!
 
Нас может обогреть солнце или теплая печка; это просто спасение. Мы согреваемся, воз-
вращаются силы – мы оживаем! При этом мы ведь не забираем ничего ни у солнца, ни у печки
– мы им не вредим. Просто греемся. Получаем тепло. Так и в трудный, «ледниковый» период
жизни можно согреться рядом с людьми, которые излучают счастье, умиротворение, здоровье,
жизнерадостность, живут в достатке и любви.
Одна женщина меняла квартиру: ей надо было разъехаться с пьющим жестоким мужем.
Предстояло найти скромное маленькое жилье. Риелтор предлагал варианты, в основном в нека-
зистых панельных домах на окраине. Очень неприглядные дома, очень непривлекательные
квартирки… Изрисованные грязные подъезды, мрачные дворы. Но делать нечего, надо жить
по средствам. Женщина увидела рядом с убогой «панелькой» новый дом. Ах, какой замеча-
тельный! Как в рекламе. Двор прекрасный, цветник разбит, беседки, скамеечки… Она зашла
и присела – так хорошо стало на душе! Ребятишки играют, стоят в ряд красивые машины на
парковке, деревца цветут. Люди красиво одеты… Она сидела, а потом почувствовала прилив
сил и энергии. Словно согрелась.
Квартиру она купила плохонькую, но начала ремонт. Каждый вечер ходила в красивый
двор и сидела на лавочке – охранник пускал всех нормальных людей. Она привела квартиру в
порядок; пока делала ремонт, ей зарплату удвоили и дали повышение. Здоровье улучшилось.
Встретился мужчина достойный. А потом она смогла купить квартиру в этом хорошем доме,
у которого отогревалась в холодное время.
Ученые тоже заметили – если мы просто находимся рядом с успешными и благополуч-
ными людьми, если часто бываем там, где этих людей много, живем в таком доме или рай-
оне, отдыхаем в хорошем месте, – это благотворно влияет на наше здоровье и достаток. Мы
словно согреваемся, получаем энергию. Причем это не вредит никому; мы греемся у чужого
костра. Если при этом нет деструктивных чувств вроде зависти, – это восполняет наш запас
энергии. Делает нас счастливее, здоровее, даже богаче. Так что надо использовать возможность
согреться! А потом мы тоже сможем кого-то обогреть и подпитать, даже не зная об этом и
ничего не теряя…
 
Ехали мы в поезде
 
давным-давно, на заре туманной юности. Лет шестнадцати от роду ехали из Ленинграда
в  Свердловск, с подружкой. А на вокзале мы потеряли кошелечек с деньгами. Какие там
деньги, – копейки, но даже за постельное белье заплатить было нечем, так вышло. И вообще –
мы потеряли всю сумку, а в сумке – бутерброды и курица, их бабушка Роза дала нам в дорогу.
Говоря литературным языком, мы были несколько обескуражены. Да.
110
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Ехать надо было двое с лишним суток. Недолго. И умереть с голоду за это время было
невозможно. Даже наоборот – полезно очень не есть двое суток, так ведь? Мы похудеем. Это
прекрасно! Так мы решили. Мы даже радовались. И воображали, какими стройными мы вый-
дем из вагона, вот так! Это потому, что нам было шестнадцать лет, понимаете? Сейчас даже
не знаю, что я испытала бы, оставшись в плацкартном вагоне без денег, без телефона, без еды
и без постели.
Что-то просить у закусывающих пассажиров нам бы и в голову не пришло. Не те времена
и не то воспитание. Мы ехали и худели с каждой минутой. Смотрели в окошко, это очень
интересно. И болтали, как могут упоенно болтать девочки-подростки. А потом легли спать. А
потом встали и снова стали болтать и смотреть в окошко. Воды попили. Воды сколько хочешь
можно пить.
А потом к нам подошел солдат. Лицо у него было со следами ожогов. Он держал в руках
большие яблоки, апельсины и булки – булки он в поезде купил, по вагонам ходили тетеньки
с корзинками и продавали еду. Хороший такой солдат. Черные волосы и глаза раскосые. А на
кисти руки – татуировка.
Он все положил нам на столик – мы на боковых сиденьях ехали. И грубо сказал: мол,
жрите, девки. Вы совсем ничего не жрете. Наверное, у вас денег нет, да? Так я дам! У меня есть!
Мы снова были обескуражены, даже не поблагодарили от удивления. А солдат вдруг
улыбнулся так широко, ясно, искренне. И сказал: «А я живой домой еду. Живой! Наших всех
в Афгане убили. А я живой домой еду! Вот счастье-то выпало!»
И так он это радостно сказал, что и мы разулыбались. И взяли по яблоку – от них особо
не растолстеешь. А от денег отказались, конечно. Мы же не такие. Мы не возьмем!
Солдат ушел на свое место и все глядел на нас, улыбался. И подходил еще несколько раз
– чай приносил в подстаканниках. И сахар в бумажных упаковочках. И конфеты. И еще булки.
Те-то мы съели, не удержались…
Он просто остался живой. Это большое счастье – быть живым. От этого улыбаешься и
делишься всем, что у тебя есть с другими живыми людьми. Пусть тоже живут!
А на прощанье он мне подарил платок с люрексом из валютного магазина. Он сам так
сказал. Такой щедрый солдатик оказался. Живой.
Про это как-то забываешь. Тревожишься, переживаешь, сетуешь на неудобства. Булок
просишь или чаю требуешь.
Быть живым хорошо. Просто жить.
 
На пляже сидели отдыхающие
 
и горячо обсуждали одну семью: эта странная семья купалась в море. По мелководью
ходил отец с мальчиком лет восьми. А мама держала на руках довольно крупного ребенка, тоже
мальчика. Большого даже, лет пять ему на вид можно дать. А она его не спускала с рук и нежно
окунала в воду. Не давала ни ходить, ни плавать. Таскала большого мальчугана на руках. А он
впился в нее, как краб. И не просится в воду. Маменькин сынок растет!
И вся соль-то вот в чем: папа, мама и старший мальчик – белые. Европейцы. А маменькин
сынок на руках – чернокожий. Африканец, как сейчас говорят.
Сколько пищи для домыслов и рассуждений! Люди прямо глаз не сводили с этой матери.
И некоторые даже давали ей указания, мол, что вы не отпускаете своего мальчика? Пусть побе-
гает! Или поплавает! Но в основном просто жарко шептались и пальцем показывали.
Мама с чернокожим мальчиком вышла на берег. И оказалось, что ребенок не может
ходить. Только ползать немножко может. Ножки у него не работают.

111
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

А потом выяснилось, что это приемный малыш. Семья его усыновила и вот, занимаются
реабилитацией. Это мама ответила не в меру любопытной даме. И другим, которые подослали
эту даму с вопросами.
И хорошим любопытным людям стало стыдно. А нехорошим – неинтересно. Ничего
интересного нет в обычной человеческой доброте. Нечего обсуждать и не на что указывать
пальцем.
Мало ли, что мы видим. Важно то, как мы это понимаем и как ведем себя при этом.
Тыкать пальцем и усмехаться легко. И советы давать легко.
А тащить кого-то на руках очень трудно и тяжело.
Эта мама даже и не обиделась. Она привыкла. Привыкаешь тащить тяготы. И к шепоту
за спиной привыкаешь. Не это главное. Главное – любовь и море…
 
Может, нам что-то делать не хочется
 
Но обстоятельства заставляют это сделать, несмотря на предчувствия или печальный
опыт. Надо вздохнуть и положиться на Промысел Божий, как Вайолетт Джессоп. Она всегда
полагалась на Промысел. Другого выбора у нее не было. А миссия – была.
Вайолетт родилась в семье ирландских эмигрантов в Аргентине. Потом семья переехала
в Англию в поисках счастья. Но счастья и там не нашла: отец умер, мать заболела, и юная Вай-
олетт поступила стюардессой на «Олимпик» – огромный океанский лайнер, хотя ей не хоте-
лось плыть через Атлантику. Там климат не очень… «Олимпик» столкнулся с другим судном.
Могла случиться ужасная катастрофа, но все обошлось. Вайолетт благополучно сошла на берег
и поступила стюардессой на другой лайнер. На «Титаник». Она теперь была очень предусмот-
рительна; она взяла с собой средство спасения – еврейскую молитву. Еврейкой Вайолетт не
была, она была набожной католичкой. Но все молитвы обращены к Богу, так она рассудила. И
прилежно читала эту молитву каждый день, вплоть до столкновения «Титаника» с айсбергом.
Ей ужасно свезло – она оказалась в шлюпке во время эвакуации. И спаслась.
А потом во время войны поступила медсестрой на «Британик». Последний из трех гро-
мадных лайнеров. Судно напоролось на мину и стало тонуть. Вайолетт взяла свою зубную
щетку. Это очень важная вещь! И села в шлюпку, которую затянуло под гигантские лопасти
винта. Все пассажиры погибли. А Вайолетт осталась в живых; ее швырнуло головой о дно судна,
но роскошная копна волос защитила ее череп. Хотя он треснул сильно, о чем Вайолетт узнала
случайно, у врача, спустя много лет.
Она прожила 83 года. Тихой, размеренной жизнью. Она выполнила миссию, вот в чем
дело. Просто она не знала, в чем ее миссия.
Когда она сидела в шлюпке на тонущем «Титанике», какой-то мужчина сунул в руки
Вайолетт младенца.
На спасательном корабле потом к  Вайолетт подскочила незнакомая женщина и схва-
тила младенца. Даже не поблагодарила! – меланхолично подумала Вайолетт… Она про слу-
чай с младенцем особо не рассказывала – много было других рассказов с душераздирающими
подробностями и ужасными деталями.
А спустя много лет, когда она уже старенькая была, ей кто-то позвонил и сказал: «Пом-
нишь, ты спасла младенца? Это я!», – и засмеялся. И Вайолетт засмеялась от счастья. Хотя
больше ничего сказано не было!
Вайолетт была очень набожная. Она не лгала никогда! И на процессе по делу «Титаника»
она свидетельствовала на Библии вместе с другими: над темными волнами океана слышался
гимн: «Я ближе, мой Господь, к тебе!» Его многие слышали. Вайолетт плыла в переполненной
шлюпке, прижимала к себе ребенка и слышала гимн.
Может, это и была ее миссия? Этот ребенок? Своих у нее не было.
112
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

А молитвы помогают; она так считала. Не важно, на каком они языке. Просто надо делать
то, что делать не хочется, если нет другого выхода. И отправляться в путь по волнам, взяв с
собой молитву и зубную щетку…
 
Девочка мечтала о кукле Барби
 
Скромно мечтала. Она почти и не просила; только один раз сказала про эту куклу. Папа
ее спросил: что подарить на день рождения? Она и сказала.
Отец не жил с девочкой и с ее мамой. Он изредка звонил. Алименты перечислял неболь-
шие от официального дохода. А приезжал редко. Вот приехал в тот раз и спросил. А девочка
робко попросила.
Отец забыл про день рождения. И про следующий день рождения забыл. У него другой
ребенок родился, масса хлопот и расходов. Но он звонил пару раз, вы не думайте, что он забыл
о дочке! Он действительно ей пару раз звонил.
А потом, через три года, даже приехал. И купил куклу! Самую настоящую Барби, не
какую-то дешевую подделку. И про день рождения вспомнил. Он же родной отец!
Девочка вышла во двор к нему – он приехал на машине и они договорились во дворе
встретиться. Отец удивился – была девочка, а вышел голенастый подросток с какой-то удиви-
тельной стрижкой. С него ростом почти! Они сели на лавочку, и папа протянул дочке коробку
с куклой.
Девочка взяла. Совершенно равнодушно. Без радости и восторга. И сказала: «Спасибо,
но мне уже не надо!»
Отец был растерян. Он что-то мямлил и лепетал, расспрашивал про учебу и про здоровье.
И про маму. Девочка отвечала вежливо. А потом сказала: «Мне надо идти, меня мама с папой
ждут. До свидания, папа!» И ушла. А кукла в коробке осталась лежать на лавочке.
Эти куклы вышли из моды, наверное.
Мода быстро проходит. И детство тоже.
 
Дело было в доме престарелых
 
В хорошем доме, вроде санатория, – в другой стране. Там о старичках заботились очень
хорошо. Но старенькие люди все равно болели и умирали. И дряхлели на глазах, теряя умствен-
ные способности. Одну пожилую даму приходилось причесывать – она разучилась это делать.
Другая забывала пойти в столовую – ее приходилось туда водить под руки или вообще при-
носить еду в комнату. Скоро придется ее кормить с ложечки, – это ясно… Много было вот
таких выживших из ума, извините, пожилых людей. Персонал с ног сбивался, обслуживая их.
А еще был слепой старичок-курильщик. Как было, так и пишу! И ему не разрешали курить
без присутствия персонала – боялись, что он подожжет дом. Два раза в день его водили курить
под конвоем…
Приехала одна профессор-психолог. И посоветовала вот что; очень жестокие вещи. Посо-
ветовала не причесывать старую даму. А другой, той, что не могла ходить в столовую, не носить
еду! А старичка-курильщика оставить в покое, пусть дымит. Ему уже лет сто. Хуже не будет.
Авось, не подожжет дом этот слепой пациент с дурной привычкой!
Какие ужасные методы. Однако старушка начала сама причесываться помаленьку. А дру-
гая через день вполне хорошо нашла дорогу в столовую и с аппетитом поела! А слепой куриль-
щик признался, что он давно потихоньку курил в разных местах. И ни разу ничего не поджег.
Поэтому он единственный из ума не выжил – он жил своей жизнью и действовал самостоя-
тельно. Не желал ни от кого зависеть! Хотя курить – это очень вредно. Но вот так все было.

113
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Эта профессор изучала старость и слабоумие. Она не просто так дала эти распоряжения
– она знала о связи слабоумия и обслуживания. И написала гениальную фразу: мол, человеку
хочется стать объектом чьей-то заботы, когда он потерял собственную волю. Скоро он потеряет
здоровье, потом разум, а потом – жизнь.
Заботиться надо, конечно. И помогать надо. Но делать за человека то, что он может пока
делать самостоятельно – значит, погубить его. Излишняя забота и лишение самостоятельности
– это ласковое убийство. Как курение, даже хуже.
Самостоятельность помогает жить достойно. Хотя хочется иногда, конечно, чтобы о нас
позаботились: принесли завтрак в постель. Но лучше не надо!
 
Одна женщина перестала работать
 
Она мечтала об этом – работала она учителем и работу свою не любила, честно скажу.
Она уставала очень. Своих детей у нее не было – она одна жила и дожила до сорока пяти лет.
Нервотрепка, ученики халатно относятся к учебе, коллектив так себе, ссоры и распри скрытые,
огромный город, шум, транспорт, выхлопы и грязь. И холод. И женщине повезло, если можно
так сказать – умерла ее старенькая тетя и оставила квартиру в наследство. Тамара квартиру
свою продала, тетину – сдала, энергично и даже с каким-то остервенением действовала. И
купила крошечную квартиру у моря. Вот так!
Теперь можно было не работать. Денег от сдачи квартиры хватало на очень скромную
жизнь. И Тамара стала этой жизнью наслаждаться: покупать на рынке самую дешевую рыбу,
овощи, фрукты понемножку. Гулять по берегу моря и любоваться волнами. Вдыхать свежий
воздух… Долго все перечислять, все удовольствия. Это Тамара себе так говорила: это хорошая,
счастливая жизнь!
Только однажды утром она проснулась и не могла вспомнить, какое сегодня число. И
день недели. И месяц… Ей пришлось напрячься, чтобы вспомнить. А потом она так же забыла
свое отчество. Проснулась и не может вспомнить. Потом поднатужилась и вспомнила…
Это привело ее в ужас. У нее мама долго болела старческим слабоумием и симптомчики
были похожи. Тамара села на диванчик и стала думать. Осознавать. Она и не заметила, что
прошло полтора года. Они пролетели как один день. Ничего не осталось в памяти: рынок, рыба,
овощи, море, волны… А потом, как дети говорят, на горшок и спать. А потом снова рынок,
рыба, овощи…
Она поняла. Она вот что поняла: если так жить, скоро действительно – на горшок и спать.
Жизнь утекает стремительно, голова пустеет, память слабеет – все, чем не пользуются и не
тренируют, слабеет и портится. И можно незаметно превратиться в слабоумную старуху, бес-
цельно бродящую по берегу. Ей нечем и незачем жить, вот и все. И мозг слабеет и атрофиру-
ется.
…Она нашла работу: пошла в частную школу. Там тоже коллектив непростой. И работы
полно. И в маршрутке надо переться на другой конец городка. А вечером надо изучать англий-
ский – она на курсы пошла. И там почти познакомилась с приятным пожилым мужчиной. Они
улыбались друг другу. Это уже знакомство почти!
Мужчина тоже на курсы пошел, потому что однажды забыл название своей улицы. И кто
победил при Ватерлоо…
Жить размеренной жизнью без стрессов и проблем очень заманчиво. Очень это при-
влекает. Но можно начать скользить вниз; можно утратить ощущение времени. Рынок, рыба,
овощи, волны… А потом раз! – на горшок и спать. Хотя ты и так уже почти спишь; а жизнь
ускользает в этом размеренном полусне…

114
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Все люди ссорятся
 
Бывает такое – даже между любящими. Но в ссоре есть предел, граница, которую пере-
ходить не надо. Потому что вернуться обратно будет невозможно.
Хотя одной женщине удалось все же вернуться. Она с любимым мужчиной шла из кино
ночью по южному городу. Они перед свадьбой поехали отдохнуть на море. И вот – сходили в
кино. И теплой южной ночью возвращались под звездами в гостиницу. Женщина что-то не так
сказала, началась ссора, ее мужчина послушал-послушал обидные слова, потом развернулся и
ушел быстрым шагом в ночь. Гордо и свободолюбиво. Ни слова грубого не сказал, только что-
то такое, мол, иди ты к черту! И ушел.
А кругом ночь. И парк. И темно. В общем, она заблудилась, на нее напали грабители,
отобрали сумочку и избили. Хорошо, что больше ничего не сделали.
Она все же вернулась. Смогла добраться до гостиницы. Вид у нее был не очень. Потом
приехала полиция и так далее…
Отношения на этом закончились. Хотя это не предательство, не ругань грубая и не побои
– от любимого мужчины, по крайней мере. Он просто ушел да и все. Имел полное право, так
ведь?
Это не предательство. Но последствия от таких вещей бывают ужасными. И не всегда
можно вернуться обратно после того, как ушел…
 
«Приходи к нам через пять лет!»,
 
так одна женщина сказала мужу, который ее бросил. С пятью детьми бросил, младшая
грудная была. Дело было в другой стране, раньше это была часть Союза. Этот муж ушел к юной
девушке, ровеснице старшей дочери. Такая жизненная драма случилась. Но главное – он вынес
и вывез абсолютно все. Пусто и звонко стало в квартире. Просторно! Мальчики ездили на
стареньком велосипедике по пустым комнатам и звонили в звоночек: дзинь-дзинь! А жена не
плакала и не умоляла. Она гордо сказала вот эти слова вслед мужу, который волок очередной
мешок с добром:
– Приходи к нам через пять лет! У нас все будет!
Знаете, через пять лет этот муж пришел. Нищий, больной и жалкий. Он пришел и пил
чай. Гостям положено наливать чай. Это обычай. И пиала дрожала в его расслабленной руке.
Сгорбленный больной нищий старик пришел, – так думали дети. Пять лет – половина детства,
почти половина…
Мать получила высшее медицинское образование за эти годы. Она фельдшером была,
стала стоматологом. И работала на двух работах и подрабатывала, и училась, и трудилась по
дому. Это невероятно, но это так. И в квартире было уютно и красиво. Телевизор цветной,
холодильник, ковры, цветы на подоконнике и полная кастрюля вкусного плова с мясом. Вот
так.
Плова этому человеку тоже дали. Так положено. А чистенькие аккуратные дети тихонько
играли на ковре. В коридоре стоял новый большой велосипед. А от старого остался только зво-
ночек; дзинь-дзинь! Так позвонили мальчики на прощанье, когда седой сгорбленный человек
уходил из их дома.
Так нередко бывает. Тот, кто тащит мешки с барахлом, остается ни с чем. Тот, у кого все
забрали, прилагает усилия и отстраивает свою жизнь из руин. Один получает новую жизнь и
сохраняет любовь. А другому останется только звоночек от старого велосипеда. Дзинь-дзинь! –
и все.

115
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Группу пожилых людей повезли из дома престарелых на лето
 
в специальный дом отдыха. Богатые старички хорошо жили, как в отеле «все включено».
За ними присматривали, их обслуживали, но они все равно капризничали и жаловались. Так
получилось, что автобус с обслуживающим персоналом сломался в пути, и старички приехали
первыми. С ними был только доктор и женщина-психолог. Зато целая груда чемоданов, кото-
рые кое-как выгрузили у входа, водитель помог. А потом водитель уехал. Пожилые люди стали
выжидательно глядеть на доктора и на психолога – кто-то ведь должен разнести чемоданы по
комнатам, правильно? И слышалось недовольное ворчание: все устали и хотели поскорее рас-
положиться с комфортом и отдыхать.
Но чемоданов была огромная куча, и все очень тяжелые. Доктор и психолог попробовали
было потащить вещи, но не справились бы. И тогда психолог сказала: мол, я хрупкая дама.
Доктор тоже уже не молод. Давайте сделаем так: вы возьмете из своих чемоданов самое необхо-
димое и унесете потихоньку в свои комнаты. А потом приедет подмога и унесет все остальное.
Возьмите вот полотенчико, халат, зубную щетку, – это нетрудно, так ведь? Старички подумали
и стали доставать свои вещи. И помаленьку носить все нужное в свои комнаты. И, знаете, так
увлеклись этим занятием, что понемножку все вещи и перетаскали. Это оказалось совсем не
сложно и даже увлекательно. Свои вещи ведь нужны! Возьмешь одно, вернешься за другим не
спеша. И начались разговоры, настроение улучшилось и усталость прошла.
Когда приехал автобус с обслуживающим персоналом, все чемоданы были уже в комнатах
владельцев, а вещи разобраны и красиво расставлены и разложены. То, что казалось неподъ-
емным грузом, удалось унести по частям самостоятельно. И это подняло настроение и вернуло
силы. За ужином пожилые люди смеялись и шутили, вспоминая, как они отлично справились
со своими вещами. А пока они ждали, что другие взвалят на себя тяжести и поволокут, как
трудолюбивые муравьи, они сердились и раздражались. При этом гора чемоданов не уменьша-
лась…
Это хорошая история о том, что самую трудную и тяжелую проблему можно иногда
решить самостоятельно. Иногда неоткуда ждать помощи. Да и нехорошо взваливать свой лич-
ный багаж на спину другим… Надо решать проблему по частям: начать с самого необходимого
и неотложного. Сделать то, что нам по силам и то, что можно сделать. А потом вернуться и еще
что-то унести… С каждым удачным «ходом» будут прибывать силы и улучшаться настроение.
И гора багажа, которая казалась неподъемной, постепенно уменьшится. На других слишком
рассчитывать не надо. Потихоньку мы сами можем решить задачу, если приложим усилия.
Главное – помнить, что багаж-то наш, личный. И никто не обязан бесплатно его носить за нас.
Нет у нас обслуживающего персонала на другом автобусе, так что придется приниматься за
дело самим…
 
Для чего человек на свет родился?
 
А для чего он потом видеть свет перестал? Кто знает ответы на эти вопросы?..
Луи Брайль родился в семье сапожника или мастера конской упряжи – это неизвестно.
Известно только, что в три годика мальчик повредил себе глаз шилом. А потом и второй глаз
воспалился; средств лечения тогда не было почти. И в пять ребенок полностью ослеп.
Это ужасно: видеть – и перестать видеть. Стать слепым, когда только увидел свет! Только
начал ему радоваться…
Родители обучали мальчика, даже наняли ему учителя музыки, чтобы Луи играл на скри-
почке. Он научился!

116
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

И потом, в школе для слепых, он быстро всему научился. Только учиться приходилось
на слух – книги для незрячих писали очень неудобным способом: палочками. И книг почти
не было.
И  Луи с двенадцати лет начал разрабатывать шрифт для незрячих – выпуклые точки
на картоне обозначали буквы, знаки препинания, цифры и даже ноты. В пятнадцать лет Луи
создал шрифт для слепых! Только широко распространять его шрифт начали спустя долгое
время. Зрячим ученым шрифт показался каким-то неудобным. Зрячим. Ученым. Шрифт пока-
зался неудобным. Только подумайте над этим!
Луи Брайль преподавал слепым детям. И учил их музыке. Он болел туберкулезом и умер
довольно рано – в сорок три.
Он был очень добрым. Он никому не отказывал в помощи. Все раздавал и слепым, и зря-
чим; все, что у него было. Все, что он зарабатывал. Ну подумайте сами, много ли зарабатывал
сын сапожника, слепой чахоточный учитель? Наверное, не очень много…
Когда Луи Брайль умер, осталась коробочка. На коробочке было написано, что ее надо
сжечь, не открывая. Это вызвало любопытство и коробочку открыли…
Там лежали долговые расписки тех, кто брал «в долг» у Луи Брайля. Так и лежали, всю
жизнь. Он ни у кого ничего не потребовал и никому не напомнил. И просил сжечь коробочку
– вместе с расписками. Не открывая…
Зачем Луи Брайль родился на свет, а потом видеть свет перестал? Если бы не он, незрячие
люди не могли бы читать и писать; не могли бы изучать музыку и считать, не могли бы… Но
коробочка с долговыми расписками – это больше всего трогает сердце.
А сам Луи Брайль сказал однажды, что он видит свет. Всю жизнь видел! Незримый зем-
ными очами свет Надежды с Небес. Этот свет мы не видим. Увидим потом, другим зрением.
И нас научат там заново писать, читать и слышать музыку…
 
Вот представьте: некто напал на вас и колотит
 
А вы сжались в комок, прикрыли голову руками и защищаетесь таким образом от града
ударов. Ну, может, увещеваете нападающего еще «низким глубоким голосом», как одна дама
посоветовала в комментариях. Или второй вариант: некто напал на вас и колотит. А вы этого
некто хватаете за шиворот ловко, даете хорошего такого пинка и вышвыриваете за дверь. А
если это убийца, то действуете еще более решительно, хватая тяжелые предметы или берясь за
оружие. Вы не хотите умирать! И вы защищаете свою жизнь.
Заметьте, и в первом, и во втором случае речь идет о защите. Когда вы будете чувствовать
себя лучше?
Можете обвинить меня в агрессивности. Потом, когда моя жизнь будет спасена. Но я
лично предпочитаю второй вариант защиты. Который пытаются назвать «нападением». Пусть
называют как хотят. Это активная защита.
И вот знаменитый онколог предлагал пациентам представлять, что они борются с опухо-
лью. Представить опухоль в виде мерзкого чудовища и бороться с ней. Сначала мало что полу-
чалось; но у одних получалось, они начинали выздоравливать, у других – нет улучшений… И
доктор понял, в чем дело. Выздоровление чаще наступало у тех, кто представлял, как нападает
на мерзкого агрессора-опухоль. И расчленяет ее на кусочки; изо всех сил. Нападает, а не уве-
щевает низким грудным голосом, сжавшись в комочек… Вот эти люди чаще выздоравливали.
Активная защита похожа на нападение. Но мы действуем в пределах своих границ и
защищаем свою жизнь или свою личность. А те, кто нас увещевает низким голосом и советует
прекратить защищаться – это дружки чудовища. Но это не важно. Важно не дать себя убить.

117
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Под окном у пожилой женщины
 
стояли две лавочки. И черемуха цвела, и старый тополь шелестел листьями. А на лавоч-
ках собирался всякий сброд: мамочки с детьми. Дети вопят и плачут. Или визгливо смеются.
Матери на них кричат или просто кричат: крикливые такие. В поселке все крикливые. Еще
рыжая кошка приблудилась и тоже шмыгает туда-сюда. Мешает. Наверное, гадит везде. И
мужья этих мамочек тоже приходят и сидят на лавочках. Бубнят и ругаются. А по ночам моло-
дежь сидит на лавочках развратно. Обнимаются и разговаривают. Невозможно жить.
Эта женщина жаловалась везде. Писала, звонила и в форточку ругалась злобно. Она на
первом этаже жила в бараке. Ей мешал шум. И пух от тополя. И цветение черемухи.
Она так яростно жаловалась, что тополь срубили. И лавочки срубили; вырубили топо-
ром. Черемуху только трогать не стали пока, пообещали позже выкорчевать, когда разрешение
дадут.
И стало тихо. Вид на пустырь, за пустырем – болото и кладбище. Кладбище отлично
стало видно: раньше его тополь скрывал. Никто не мешает и не кричит. Только рыжая кошка
сидит у дверей. Худая и страшная: раньше ее подкармливали эти крикливые люди. А теперь
нет никого. Пусто.
И эта старуха – назовем уж вещи своими именами – стояла и стояла у окна. Смотрела на
черемуху и вспоминала молодость – она же была молодая тоже. И на лавочке обнималась под
тополем с кем-то. Было дело. А теперь – пустырь, болото и кладбище. И пень от тополя…
Она вышла и взяла в охапку рыжую тощую кошку. И принесла ее к себе, налила молока.
А потом сидела на диване и кошку гладила. А кошка громко мурлыкала. Это был блаженный
звук. Живой.
В тишине иногда плохо. Звуки жизни мешают. И тополь мешает. Мешают видеть болото и
то, что за болотом. Защищают от этого звуки жизни. И кошачье мурлыканье защищает. Жизнь
шумит листьями, как старый тополь, которого больше нет.
…Но черемуха осталась. И кошка. И можно жить.
 
Мы не наслаждаемся каждым мгновением жизни,
 
не рассматриваем травинки и не восторгаемся солнцем. Не замираем, глядя на небо; мы
замираем, глядя в квитанцию за квартиру. Не перебираем моменты прошлого с упоением, все
эти милые мелочи и счастливые дни не нанизываем на нитку памяти… Не ценим возможность
дышать и просто жить. И все время чего-то ждем и хотим. И злимся, если не получаем что-
то. И все время думаем о будущем, планы строим, хотим все больше и больше! Вот такие мы.
Нехорошие, да? Неправильно себя ведем. А это потому, что мы в целом здоровые и живучие.
Когда больных, умирающих людей обследовали и расспрашивали, вот они-то и говорили,
что ценят каждое мгновение и живут только настоящим. И любуются цветочком или букашеч-
кой. И вообще философски смотрят на жизнь, находя счастье в каждом моменте…
Вот такой парадокс. Так что, знаете, ничего страшного нет в том, что мы чего-то хотим,
строим планы, живем в будущем, в прошлом помним всякую дрянь иногда, обижаемся и
немножко жадничаем. Немножко большего хотим, чем у нас есть. Это свойственно здоровым
и живучим людям.
Так что бороться, хотеть, расстраиваться, спешить, надеяться, ждать лучшего – это нор-
мально. Это вы здоровы.
А наблюдения за букашечкой и восторг от солнечного лучика – вот это тревожит. И
умение находить счастье в каждом-каждом моменте – это пугает. И когда планов не строят и
о будущем не думают – это настораживает.
118
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Так что с нами все нормально, скорее всего.


 
Трудные условия жизни
 
заставили поэтессу Цветаеву отдать детей в приют под видом сирот. Чтобы их государ-
ство кормило. Жизнь ведь стала очень трудной. А без детей полегче все же ноша.
А Ирена Сендлер жила при фашистах в оккупированной Польше. Она раздобыла фаль-
шивые документы медицинского работника и посещала гетто, где содержали евреев перед
уничтожением. И эта Ирена выносила детей в чемоданчике. Прятала в чемоданчик грудного
младенца и выносила. Детей постарше выводили через канализационные стоки, прятали в
коробках, в ящиках, вывозили на машине – это грозило спасителям смертью. Мучительной
смертью. А грудничков в чемоданчике выносила эта Ирен.
И всего она вынесла две с половиной тысячи детей. Две с половиной тысячи.
Фашисты ее поймали. Пытали, сломали руки и ноги. Приговорили к смерти, но ей чудом
удалось спастись; бежать из тюрьмы. Это невероятно, но это так.
Ирена Сендлер прожила почти сто лет. На фотографиях она очень милая. Милая ста-
ренькая женщина, Праведница мира.
Одни не хотят нести свою ношу. Им тяжело. А другие выносят в чемоданчике чужих мла-
денцев из гетто, рискуя жизнью. Несут и несут. И это важнее стихов про любовь. Про любовь
к себе…
У каждого своя ноша в этой жизни. А у святых – еще чемоданчик, с которым они подой-
дут к Вратам. Пустой чемоданчик. Легкий…
 
Если вы оказываете услугу даже самому доброму и хорошему человеку,
 
со временем цена услуги и помощи упадет в два раза. Это как минимум. И ничего удиви-
тельного в этом нет, так уж человек устроен. Даже хороший, порядочный человек. Хорошее со
временем блекнет и забывается совершенно искренне. И происходит «присвоение». Не «док-
тор меня вылечил», а «я выздоровел». Хороший человек добавит: «С помощью доктора!» А
не очень благодарный про доктора забудет просто. Вплоть до следующей болезни, когда снова
будет нуждаться в помощи.
Маяковский в юности очень голодал и ходил в штиблетах на босу ногу даже сырой осе-
нью. Ему всего восемнадцать было, еще мальчишка. И более обеспеченный поэт Давид Бур-
люк давал Маяковскому рубль в день – на питание. Чтобы юный поэт мог не думать о куске
хлеба, а писать свои замечательные стихи. Через несколько лет Маяковский с благодарностью
вспоминал, как добрый Бурлюк давал ему полтинник в день на еду. Пятьдесят копеек… Но
это был рубль! Как же так? Неужели поэт забыл или специально обесценил помощь?
Он действительно забыл. Это отличный пример, как работает память в таких случаях. От
рубля осталось пятьдесят копеек, ровно половина. А ведь сам Маяковский был очень добрым,
он всем помогал, когда у него деньги появились. Тайно помогал одиноким старикам, подбирал
в голодные годы бездомных собак и котов, устраивал их у себя, кормил и заботился. Даже
прозвище «Щен» у поэта появилось потому, что он подобрал погибающего щенка и очень его
полюбил. У Маяковского у самого было доброе сердце! Но рубль превратился в полтинник.
Такова природа человека. Даже самого хорошего.
Так что особо удивляться не надо. Если хочет человек выразить немедленную благодар-
ность – позвольте ему это, пока память о добре свежа. Или не удивляйтесь потом, что все
хорошее «ополовинилось», как минимум. И тот, кому вы что-то отдали или кого спасли, видит
ситуацию несколько иначе. Поэтому так удивляются люди, узнав, сколько они на самом деле
должны, – если они брали что-то в кредит, понемножку, а потом им пришел счет. Этого не
119
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

может быть! Это слишком много! А потом посчитают и признают правильность подсчетов. Но
все равно ощущение – как будто нас обманули…
Поэтому лучше всего сразу рассчитываться за товар или за услугу. Не накапливать
долги, – они потом покажутся в два раза больше, чем мы ожидали. За товар или работу брать
плату сразу, – через некоторое время она покажется чрезмерной тому, кто платит. И за сделан-
ное нам добро благодарить лучше немедленно, пока память свежа и не началось уменьшение
рубля до полтинника.
Не стоит также огорчаться, если кто-то приуменьшил ваши заслуги, – такова память о
полученном и съеденном, или истраченном. Главное, вы сделали хорошее на рубль, и вы это
знаете. А тот, кто получил, – может, тоже сделает кому-то добро, как Маяковский. Проценты
и бонусы добрые люди получают свыше – так часто бывает…
 
Добрая Бесс, королева Елизавета,
 
любила хорошо одеваться. В детстве у нее ничего не было, ее держали в черном теле –
из-за матери. Ее папа, Генрих Восьмой, казнил ее маму, Анну Болейн. Это было проще, чем
развестись. И девочка жила в изгнании и бедности.
Но жизнь переменчива. И Елизавета стала королевой. У нее одних ночных сорочек было
три тысячи. И платьев куча, и туфель неимоверное множество, и украшений масса – она
только потеряла кварту жемчуга, он с нее так и сыпался. И золотого тритона с бриллиантовыми
глазками потеряла. Но ничуть не печалилась об этом. Купила новые драгоценности и меняла
наряды, как перчатки. Перчатки, кстати, она очень тоже любила и ввела в моду новый фасон
– до локтя.
Добрая Бесс одевалась просто роскошно! И говорила так: в  нашем возрасте надо все
брать обеими руками. Покупать то, что нравится. Одеваться красиво. И не слишком убиваться,
если что-то потерял. Нужно скорее купить новое!
Однажды Елизавета продемонстрировала шелковые чулки французскому послу. А дру-
гому послу – новую ночную сорочку. Ей очень хотелось похвастаться красивыми и модными
вещами. Которых у нее не было ни в детстве, ни в юности…
Может, она совершенно права – надо брать все двумя руками сейчас. Покупать себе кра-
сивые вещи. Одеваться модно. Это радует и поддерживает. Особенно тех, у кого ничего не
было в детстве и в юности.
Выглядела Добрая Бесс очень хорошо. Молодо. И прожила довольно долго для того вре-
мени. Ее очень поддерживали наряды и украшения. Для женщины это важно!
А замуж она так и не вышла. Да и не хотела. Женихи были так себе, на мой взгляд;
например, вдовец один. Иван Грозный. Копия папы доброй Бесс!
Нет уж, лучше оставаться свободной и носить прекрасные платья, не так ли?
 
Иногда человек приходит ненадолго
 
в нашу жизнь. Но успевает так много сделать… У одной девочки не было отца. Не было, и
все. Прочерк стоял в свидетельстве о рождении. А потом ее мама вышла замуж, когда девочке
было пять лет. И у девочки появился отчим. Он был довольно смешной; полный и лысоватый,
нос картошкой… Немного похож на артиста Леонова из старых фильмов. Он работал бухгалте-
ром, зарабатывал мало и поэтому еще домой брал работу. Это было давно; лет тридцать назад.
Жили бедновато, но не в этом дело. Этот толстый дядя Саша научил девочку читать и
считать. Особенно – считать хорошо научил. Купил ей подержанный велосипед в комиссион-
ном магазине и научил ездить. Он рассказывал ей про птиц и зверушек; они мастерили кор-
мушки для снегирей и синиц. Он научил девочку на лыжах кататься и на коньках – немножко,
120
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

он сам плохо умел. Выходные они проводили в парке рядом с домом; это был почти лес. Дядя
Саша разводил костерок и они жарили хлеб на палочках – это был шашлык, мяса тогда не было
почти. Очень вкусный шашлык! Перед сном дядя Саша рассказывал сказку и гладил девочку по
голове. И строго разговаривал, когда она капризничала. Очень строго говорил, что она лучше
всех! И поэтому не должна капризничать. Именно потому, что она – лучше всех!
И они гуляли втроем во дворе: девочка держалась за мамину и за дяди-Сашину руки и
повисала в воздухе, поджав ножки… А мама и отчим ее несли. И все-все видели, что у девочки
есть мама и дядя Саша, вот так!
Все не перечислить, что было хорошего за два года. Это были счастливые годы! Дядя
Саша купил девочке красивый портфельчик для школы. С медвежонком. Уже желтела листва,
пора было в школу идти, в первый класс. И первого сентября дядя Саша умер. От сердца. Он
потому и был такой полный, одутловатый – от болезни.
Он знал, что болен. Не знал, что так серьезно – но вот так все кончилось. И мама с
девочкой снова остались одни.
Девочка страшно плакала. Это было огромное горе.
А потом, спустя годы, она вспоминала это время как самое счастливое в жизни. Самое
важное. Отчим успел дать ей так много любви и внимания, что это защищало ее всю жизнь.
Эти два года дали ей силы и энергию навсегда. И любовь осталась навсегда.
Человек может за недолгое время сделать других очень счастливыми или очень несчаст-
ными. Он ненадолго приходит и оставляет после себя или дымящиеся руины, или прекрасные
замки из слоновой кости и цветущие сады.
Мы тоже здесь не очень надолго. Но это просто история про отчима дядю Сашу, которого
девочка не успела назвать папой. Он все ждал, а она не успела. Стеснялась.
Но она его так называет сейчас.
 
Людям не нравится знать неприятное
 
Особенно – если это их лично не касается. И пока не касается – эти люди очень велико-
душны и снисходительны. И говорят цитатами; мол, не судите и так далее. Хотя никто никого
не судит. Просто показывают пальцем на очевидное зло.
Это женщина рассказала, что у них во дворе благообразный такой мальчик из хорошей
семьи убил щенка. Подробности опускаю. Она пришла к родителям этого садиста, а они вот
примерно эту фразу и сказали. И вообще выразили сомнение в правдивости слов соседки.
Она щенка похоронила. А мальчик получил пожизненное потом – он людей начал убивать.
Предпочитал детей.
Директор школы слышать не хотел про травлю. Нет никакой травли, все дети в прекрас-
ных отношениях, а если кому-то дали слегка пинка – так это просто он не умеет заводить дру-
зей! Пусть научится! Теперь директор под следствием, ребенок на кладбище, а хулиганы стали
убийцами. Их ведь не судили и не остановили вовремя.
Или жена слышать не хотела про измены мужа. Это неприятно. Сейчас грянул гром:
у мужа двое внебрачных детей и еще третий ожидается. И он от жены ушел. Он перестал ее
уважать – никто не уважает тех, кто не пытается даже реагировать на очевидное. На обман,
унижение, травлю, измену, жестокость…
А если лично не касается – коснется в самом непродолжительном времени. И случится
то, что так старательно избегали видеть и «судить». Предательство, кража, насилие – не с самим
человеком, так с его близкими.
И произойдет вот что: на свои жалобные или гневные крики он услышит рассудительный
и «благочестивый» ответ: мол, мы не судьи. Мы не знаем, что там было или не было. Вы все
врете или преувеличиваете. Вот всякое такое человек услышит.
121
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

И, знаете, это ему очень не понравится. Очень. Ну, ничего не поделаешь. Неприятные
вещи, на которые не обращают внимания, превращаются в ужасные. И приходят к тем, кто их
поливал своим невниманием…
 
Девочку мама провожала до школы
 
Район был нехороший. Времена нехорошие. Вот и провожала. А потом бежала на работу
– она диспетчером работала. Девочка злилась. Она большая уже была – в пятом классе. Все
одноклассники ходили в школу самостоятельно. И девочке было стыдно, что ее мама водит.
Все смеялись. И мама была плохо одета. И такая болезненно-полная, на отечных ногах, очки
починены изолентой – не было денег на новую оправу тогда. Все смеялись…
И за углом дома, перед школой, девочка выходила вперед и шла как бы одна. А мама,
тяжело дыша, шла сзади. Как бы сама по себе… Она боялась за дочку. Вот и провожала. А
в  обеденный перерыв – встречала за углом. Стояла, ждала и встречала – отпрашивалась с
работы, она недалеко работала.
Но главное – вот эти утренние проводы. Злая девочка шла впереди, а мама – на рассто-
янии позади. А потом девочка еще прибавляла шаг и скрывалась в дверях. Даже не оглянув-
шись. Она злилась.
Потом мама перестала ее провожать.
А потом прошло много лет. Совсем незаметно прошло. И бывшая девочка шла по сырой
и темной улице. Взрослая тетя, шла совсем одна. Чужие люди проходили мимо, машины ехали
и фонари горели. И эта женщина вдруг так явственно почувствовала, что ее провожают. Она
не одна идет… Она даже оглянулась – но, конечно, никого не увидела. Мамы не было на свете.
Она давно умерла.
Бывшая девочка шла и плакала в темноте. Она все на свете отдала бы, чтобы ее прово-
жали. Чтобы мама шла рядом, дышала, чтобы можно было дотронуться до нее и взять за руку.
Но никого не было…
Может быть, мама просто сильно отстала. Специально, чтобы не видели те, кто смеялись.
И чтобы не злить девочку? Просто отстала, но идет и провожает. Как раньше… Так думала
женщина. Так она чувствовала.
Так мало тех, кто нас провожал и берег. Их уже почти не осталось. Но, может быть, они
просто идут позади. Они просто отстали – мы же сами хотели идти самостоятельно? Вот и идем.
Но они все равно провожают и берегут…
 
Люди женятся по страстной любви, а потом иногда расходятся —
 
даже с ненавистью и отвращением. Любовь, к сожалению, проходит, и супруги с ужасом
замечают – они совсем чужие друг другу. Ослепление страсти прошло, а проблем все больше
и больше… Вот поэтому политик, премьер-министр Великобритании, блестящий оратор и
талантливый писатель Бенджамин Дизраэли прямо говорил, мол, я не настолько глуп, чтобы
жениться по любви. Он женился в 35 лет исходя из корыстных соображений – на Мэри-Энн,
которая была вдовой его коллеги-политика. И никаких романтических чувств эта Мэри-Энн
у Дизраэли не вызывала. Просто у нее были деньги, вот и все. Тогда это было обычным делом.
Мэри-Энн была значительно старше, ей было под пятьдесят уже. Красотой она не бли-
стала, и по тем временам считалась дамой пожилой. И волосы седели у нее… Кроме того,
Мэри-Энн была романтичной, не очень образованной и экстравагантно одевалась. И говорила
глупости: путала греков с римлянами, не знала истории, проще говоря, несла чушь. Она была
не очень образованна. Даже королева Виктория сказала, что с нарядами жены Дизраэли еще
можно смириться, а с речью – нет! Все смеялись над старой женой политика. Ведь людям нет
122
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

никакого дела до доброго сердца и душевной красоты, они обычно смотрят на внешнюю сто-
рону. Да и сам Бенджамин Дизраэли открыто заявлял, что это брак по расчету, а не по любви.
Ему выгодно было жениться на этой вдове.
А потом, знаете, он ее полюбил. Присмотрелся и влюбился в свою романтичную и
немного нелепую пожилую жену. Он полюбил бывать дома, говорить с ней, сидеть рядом у
камина, обнимать ее… И яростно бросался на ее защиту, если ее кто-то критиковал. Он попро-
сил для своей любимой Мэри-Энн дворянское звание у королевы. Он окружил свою жену
любовью и вниманием. И они прожили в любви с согласии более тридцати лет, очень счаст-
ливо. Мэри-Энн говорила в старости шутливо: «Ты женился на мне из-за выгоды. А теперь,
если бы нам пришлось снова жениться, ты женился бы на мне по любви!» И это была правда.
Однажды Дизраэли страшно волновался перед важной речью в парламенте. Он выходил
из кареты, неловко хлопнул дверью и случайно прищемил руку своей жены. Сломал! Боль
была страшной, но как повела себя Мэри-Энн? Она сделала вид, что все в порядке, не подала
виду. Стерпела боль. И проводила мужа добрым напутствием на его выступление. Проявила
невероятный стоицизм, а потом уж почти потеряла сознание. Она хотела, чтобы ее Бенджамин
выступил прекрасно! Чтобы его ничто не угнетало и не волновало во время речи. Такой она
была женой, так она умела любить. А он отвечал ей не меньшей любовью – даже большей,
возможно…
«Благодаря его отношению ко мне моя жизнь была сплошной лентой счастья!», – при-
мерно так говорила счастливая и любимая Мэри-Энн о своем любимом муже. А Бенджамин
Дизраэли за годы этого брака достиг невероятных высот – ведь его всегда понимала и поддер-
живала его любимая женщина. Поистине, не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Брак, заклю-
ченный без намека на любовь, оказался исключительно счастливым и долгим браком; эти люди
были созданы друг для друга.
Жизнь полна сюрпризов. И то, что сначала кажется невероятным или неудачным, может
принести счастье, даже если мы этого не ожидаем. Даже если окружающие дают мрачные про-
гнозы и сплетничают, – все может оказаться не таким, каким казалось сначала. В личных делах
нет жестких правил, потому что истинная любовь все меняет к лучшему. Но прийти она может
не сразу, а со временем. И остаться с нами на всю жизнь…
 
Есть еврейская сказка про любовь и щуку
 
Щука верила в любовь. Она была очень романтичная. И вот однажды ее поймал рыбак,
такая беда с ней случилась. Но у щуки была надежда: рыбак бормотал, что сейчас отнесет
щуку пану и тот купит рыбу за хорошие деньги! Пан любит щуку! И вот задыхающуюся щуку
принесли к пану. Тот очень обрадовался. Подтвердил, что щука ему нравится. Он любит щуку!
Щука думала, что она спасена. Ведь ее любят! Вслух говорят об этом! Но пан ее приказал
изжарить. Он очень любил щуку. Но совсем не так, как она надеялась…
Так и с людьми. Слова о любви одинаковые, но для одного они значат верность, предан-
ность, доверие и поддержку. А для другого – возможность полакомиться. Наесться. Напитать
себя. А потом можно новую щуку поймать или купить, это нетрудно.
На свете много рыбок, которые верят в любовь и в слова о любви. Строят воздушные
замки, надеются и ждут. Ждут вот этих слов. А потом понимают, что в слова все вкладывают
свой смысл.
Любовь пана к щуке – это не любовь. Это хороший аппетит, не более. И одних слов мало;
главное – поступки все же. Хотя романтичные рыбки ловятся именно на слова. Это крючок
и приманка…

123
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Туфли покупать я не люблю
 
До сих пор помню, как моя элегантная мама мне подавала туфельки в магазине. В Ленин-
граде был выбор; небольшой, но был. А я послушно примеряла и на мамин вопрос: «Ну как?»
отвечала кратко: «Давят!» Потому что по сравнению с разношенными сандаликами новые
туфли давили. Какое-то неудобство и «бескомфорт», как говорила одна девочка. Ужасный бес-
комфорт. И мама рассердилась; я уже взрослые размеры мерила. И принесла мне галоши боль-
шого размера в виде тонкого намека. И спросила: «Ну как?» Я ответила, что вот эти хорошие.
Эти не давят. Нормально! Мама вздохнула. Она тогда поняла, что элегантности мне не хватает.
Я вся в папу. Который купил сразу три одинаковых кримпленовых костюма и радовался, что
теперь он костюмами обеспечен и можно не хлопотать. Костюмов надолго хватит…
Ну вот, я примеряла туфли. А они все неудобные. Давят. А которые не давят – те хлябают
и напоминают те самые галоши. И продавец подает мне все новые туфли. А они не подходят.
Давят или хлябают…
Я еще раз сама прошлась по залу. Повыбирала. Неудобно продавца занимать так долго;
неловко как-то. Я снова села на диванчик; рядом красивая дама примеряет обувь. Большой
диванчик, всем места хватит.
А продавец, пока я ходила, успела мне туфли принести, – знаете, вот просто отлично
подошли. Бежевые, с золотой вставочкой, на низком каблучке, вроде ботиночек, такие удоб-
ные! Красивые. Я надела – отлично! И я сказала, что вот эти прекрасные туфли я беру. И стала
в них прохаживаться немножко – чтобы понять, точно ли они такие удобные? Точно! Вот их-
то я и возьму! Сколько они стоят, интересно?
Дама с золотистыми волосами негромко сказала, что это ее туфли. Личные. Ее боти-
ночки. Она их сняла, когда стала мерить туфли. Ей прямо неудобно мне об этом говорить, но
это ее ботиночки…
Я просто вижу плоховато, вот и все. Я ботиночки даме тут же отдала, конечно. И говорю,
мол, вот единственное, что мне подошло и понравилось – а оно ваше! Оно принадлежит вам.
Вот так и бывает в жизни… Что-то так нам подходит и нравится, а оно уже принадлежит кому-
то… Это чьи-то ботиночки.
И дама очень грустно кивнула. И добавила: «Это про любовь. И про мою ситуацию!»
Так бывает. Единственное, что нам нужно и что нам идеально подходит – оно не наше.
Это чужие ботиночки и чужие отношения. И надо отдать.
А ботинки я другие себе купила. У них тут же оторвались немного набойки. Такая уж
сейчас обувь. И не только обувь…
Выбор огромный. Но выбрать особо нечего…
 
Нелюбовь всегда превращается в ненависть,
 
если продолжить контакт. Если не уйти или не захлопнуть дверь перед тем, кто вас не
любит и выражает свою нелюбовь. Сначала выражает неявно; обидными шутками, непрошеной
критикой, выражением лица, обесцениванием, игнорированием – чем угодно. Или ехидными
комментариями, вполне цензурными, без прямых оскорблений… И вы думаете: ну, не любит
и не любит. Надо уметь терпеть и достойно общаться, надо просто не реагировать, надо быть
вежливым… Не надо прогонять человека или блокировать его, нельзя быть нетерпимым к
критике и к чужому мнению…
Не в критике дело. И не в чужом мнении. Критика и ядовитые замечания – в данном
случае просто способ выразить нелюбовь к вам. А нелюбовь превращается в ненависть по мере
продолжения контакта.
124
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Вот Гертруда Банишевски тоже недолюбливала девочку, которую ей оставили на попече-


ние. Почему-то именно эта девочка вызвала у Гертруды нелюбовь. Противная девочка, непри-
ятная. И сначала Гертруда просто обзывала девочку, а потом стала избивать и прижигать сига-
ретами. Девочке было шестнадцать. И ее сестра жила с ней в семье этой няни Банишевски. У
сестры была нога сломана, бежать вместе они не могли. А бежать самостоятельно девочка боя-
лась. Гертруда заморила неприятную девочку голодом и жаждой в подвале. Ну, еще от удара
по голове девочка умерла и от пыток.
Это было в Америке в шестидесятые. Гертруда отсидела и вышла. Подробности истории
даже писать не хочу.
Но нелюбовь всегда превращается в ненависть, вот в чем дело. Если немедленно не
дистанцироваться, вы окажетесь в опасности. И будете горько сожалеть о том, что не вышли
из контакта при первых признаках нелюбви.
Не любят – так пусть не любят. Но не надо ни в свой дом пускать, ни в гости к нелюбящим
ходить, вот и все. А терпимость и толерантность проявлять на расстоянии можно. Это личное
право другого человека – нас не любить.
А наше право – не подпускать его близко и не позволять себя убивать. Никто не обязан
нас любить. Но и мы не обязаны позволять находиться рядом с нами. Это опасное дело – нелю-
бовь, если подпустить к себе близко…
 
Делайте ставки, господа!
 
Так в фильмах кричат крупье. Может, это правильно. Хоть раз в жизни можно сделать
ставку. Или продать азбуку и купить билет в цирк. Цирк приезжает ненадолго, скоро ярмарка
закроется и останется вытоптанное поле с бумажками и окурками. И рубль останется – неис-
траченный, сбереженный. И азбука, по которой надо учиться читать: «Мама мыла раму». И
рама тоже останется, которую надо мыть… А на сэкономленный рубль можно купить кон-
фет-подушечек, килограмм. Тогда их надолго хватит; слипшихся засахаренных подушечек с
повидлом…
Это неправильные рассуждения. Но то, что человек живет так мало да еще и стареет –
тоже неправильно. Учит буквы, моет рамы, а потом в окне видит свое постаревшее лицо, –
грустное отражение жизни…
Это вот одна женщина была в другой стране. Она накопила денег и купила тур. Там
хорошо было, она мечтала об этом скромном отдыхе. И каждое утро прогуливалась по глав-
ной улице городка, по аллее. И ей улыбался мужчина ее мечты. Кивал и улыбался. Она тоже
улыбалась робко и шла дальше, а сердце ей твердило – это твой человек! Это твое счастье,
твоя любовь, твоя радость! Может, конечно, это она от одиночества повредилась в уме. Она
так думала.
Через неделю она прилетела домой, вышла на работу. И такая ее взяла тоска и печаль,
что впору удавиться, извините. Дочь давно жила отдельно, своей семьей. Пятьдесят лет. Надо
думать о пенсии. Если она будет, конечно. Делать запасы надо. Разумно расходовать средства.
По выходным ходить в театр или в кино. А зимой с палками ходить по скверу, с такими спор-
тивными палками. Много развлечений.
Она взяла и продала свою шубу. Норковую шубу, большую, как плащ-палатка. Она на эту
шубу пять лет копила когда-то, а сейчас взяла и продала в интернете. Купила тур и полетела
в ту страну.
Никаких гарантий не было. Какие гарантии в казино или в жизни? Делайте ставки, и
все тут. Не хотите – не делайте. Все просто. Можно выиграть – это крошечный шанс. Можно
проиграть. Что, скорее всего, и случится. Но если ставку не сделать, точно никогда ничего не
выиграешь. И шуба, азбука и рубль останутся при тебе, вот так. Это гарантировано.
125
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Она встретила этого мужчину, он местный был. И по аллее ходил на работу. Возникли
чувства, – нет, они сразу возникли, она поэтому и полетела обратно. И начались отношения.
Что будет потом – неясно. Но и не так уж важно.
Потому что страшно не бесплодно потратить деньги за шубу, нет. Страшно сидеть на
диване и экономно есть подушечки из фунтика, по одной, чтобы надольше хватило. На всю
жизнь!
Только жить осталось не так чтобы очень долго, вот в чем дело. И вот о чем она подумала,
когда полетела в тот город на море снова… Там, кстати, тепло. И шуба совершенно не нужна…
 
Можно попасть в отношения,
 
в которых вы будете в одиночестве. Отношения будут. И одиночество в отношениях
будет прибывать день за днем, как вода во время наводнения. Вы будете чувствовать, что еще
немного – и вы утонете, захлебнетесь в одиночестве. А вам ответят: «Ты все выдумываешь!»
И от этих слов ледяной воды станет еще больше.
«Ты все выдумываешь!», – так говорят, если попытаешься рассказать о тревоге или гру-
сти. О своих переживаниях… «Ты просто ничего не умеешь!», – так говорят, когда попробу-
ешь рассказать о неудаче. И добавят, мол, ничего другого от вас и не ожидали. «Ты плохая
хозяйка» или «ты неудачник», – и холодная вода прибывает. «Зачем тебе этим заниматься?
Танцами, живописью, спортом, – да чем угодно. У тебя все равно ничего не получится. Это
пустая трата времени!» А если пожалуешься, что заболел, ответят, что ныть не надо. Прими
таблетку или к врачу сходи. Хватит жалоб! Возьми себя в руки.
Одиночество в отношениях – когда боишься рассказать о проблеме, о болезни, о неудаче
или попросить о помощи. Потому что отлично знаешь, что услышишь в ответ. Одиночество
– когда боишься поделиться своими чувствами. Потому что заранее знаешь, что тебе скажут.
Одиночество – когда обслуживаешь другого человека. А он расцветает, только когда говорит
о себе. Только тогда он становится более общительным – на время. А в остальное время – вы
стоите в ледяной воде, которая все прибывает, как на картине про княжну Тараканову.
И каждый день вам внушают мысль, что вам страшно повезло. Вас осчастливили своим
обществом. А иначе вы остались бы в одиночестве. Глупые, старые, некрасивые всегда оста-
ются в одиночестве. Кому они нужны? А вас вот взяли в отношения. Свезло вам!
Вот это и есть – самое страшное одиночество. Каземат и тюрьма, ледяная вода, в которой
можно захлебнуться. Одиночество раба при дворе рабовладельца. Одиночество, на которое
нельзя пожаловаться – вы же не одиноки. У вас есть о ком заботиться и кому служить!
Но это именно оно – смертельное одиночество, в котором можно захлебнуться, утонуть,
исчезнуть. Если не начать немедленно искать спасения, можно утонуть…
 
У одной маленькой девочки
 
дедушка умер. Она была совсем маленькая, лет трех. И дедушку очень любила. Его и
мама девочки любила – это был ее папа. Они бедно жили в маленьком городке. И смерть
дедушки совершенно их подкосила. Это было много лет назад, очень давно.
Девочка плакала сильно. А через несколько дней важно подвела маму к шкафу и стала
открывать дверцу. И говорить, улыбаясь: «Дедуська плинес мне касетки! Деда меня любит, он
сказал!»
Мама открыла шкаф, девочка нашла пальто дедушки и стала что-то искать маленькими
ручками. Мама полезла в карман – а там кулечек с ирисками. С простыми ирисками «Бура-
тино», маленький кулечек. Видимо, дедушка купил их для внучки, да забыл отдать. Не успел…

126
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Мама с дочкой ели ириски, и мама плакала. А маленькая дочка лепетала про «дедуску».
Про то, что он всегда будет все давать и помогать! Он сам так сказал!
Мало ли что ребенок лепечет. Но только с тех пор им стало легче жить: все как-то стало
получаться и меняться к лучшему. И жизнь наладилась постепенно.
Вот такая простая история про «касетки». Которые нам передают из другого мира, чтобы
нам было послаще жить. Жизнь ведь – не больно сладкая штука…
 
Кто пережил унизительную, страшную, настоящую бедность,
 
тот знает цену деньгам. Тот понимает, как это важно – иметь деньги. Жить свободно.
Продавать свой труд за хорошее вознаграждение – это хорошо, правильно и нравственно.
А тот, кто бедности не знал, тот может философствовать о пользе бедности. Вот как граф
Толстой, который написал, что иметь деньги – это гадко, безнравственно, нехорошо! Это он так
написал, потому что не ведал ни холода, ни голода, ни раздумий о том, чем накормить ребенка
и где взять обувь. Он босиком ходил, в посконной рубахе, по своему поместью. И проповедовал
бедность. Потому что он понятия не имел, что это такое. Он бедность только видел. Но он в
ней не жил. И проигрывал в карты поместья, завтракая рябчиками. Потом, правда, перешел
на овощной суп. И даже пробовал пахать землю сохой. Но он не ведал унижений бедности. Не
понимал, что это такое.
А тот, кто бедность пережил в детстве и в юности, тот знает цену деньгам. Некрасов вот
очень деньги любил. Он в юности помирал с голоду, за копейки писал прошения, не ел по три
дня, дрожал от холода. Потому что у него денег не было.
Или Чехов вот – юность его прошла в бедности. В настоящей унизительной бедности,
когда дыры на сапогах закрашивают чернилами. Когда стыдно за то, что под сюртуком нет
целой рубашки. Когда в гостях совестно так много есть, но остановиться трудно, и берешь
кусочек за кусочком, мучительно краснея, – потому что голод не тетка…
Кто настоящую бедность пережил – тот возвращаться в нее не желает. Это ад. Это холод-
ная пустыня без еды, питья и без тепла. Ты одинок и слаб. А если подойдет другой бедный
путник – тебе и дать ему нечего.
Хорошо ругать деньги и хвалить бедность, если ты ее не знал никогда. А если знал –
это мощный стимул никогда в бедность не возвращаться. И с иронией относиться к графам,
которые вдруг почувствовали, что иметь деньги – это гадко.
Кто был слепым и больным, тот расхваливать это не будет. И предпримет все усилия,
чтобы не вернуться в прежнее состояние. И другим поможет не оказаться в бедности. А граф
с поместьями, может, и великий мыслитель. Только вот беда – так и не довелось ему всласть
пожить в бедности. Как-то он не решился на это, все колебался и размышлял.
Нет ничего хорошего ни в бедности, ни в болезни. А здоровье и деньги – это прекрасно.
Но это понимают те, кто пережил и испытал.
 
Профессор Гарвардского университета Э. Лангер
рассказывает такую историю: в психиатрической больнице
 
была особая палата. «Палата безнадежных», так ее называли. В этой палате лежали люди,
на выздоровление которых не было надежды. Их обслуживали, заботились о них, но надеяться
было не на что… И однажды в больнице начался ремонт. Пациента из «палаты безнадежных»
перевели в обычную палату, где тоже находились люди не вполне здоровые, конечно. Но их
лечили и вылечивали, они выздоравливали и покидали больницу. И в палате они общались,
смотрели телевизор, спорили о чем-то, играли в настольные игры… И этот безнадежный паци-

127
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

ент вдруг стал чувствовать себя все лучше и лучше. Он стал выздоравливать, хотя до этого
много лет провел в состоянии «овоща», так сказать. А здесь он пошел на поправку. И воз-
можно, совсем бы исцелился, но ремонт кончился. «Безнадежного» пациента вернули в его
«безнадежную палату». И этот человек вдруг умер. Он не смог перенести жизнь без надежды,
возвращение в прошлое…
Человек должен общаться с другими людьми даже в самой трудной и безнадежной, каза-
лось бы, ситуации. Пока он пребывает в замкнутом пространстве, пусть даже окруженный
заботой персонала, он будет чувствовать себя все хуже и хуже. Если нет обычного общения,
разговоров, совместных занятий, если нет обычного человеческого внимания, – не професси-
онального, а именно человеческого, – состояние будет становиться все хуже и хуже. Закрытая
дверь и полный покой губительно действуют на психику и губят душу…
И еще – нельзя отнимать у человека надежду. Если человек надеется, очень жестоко
отнять у него то, чем он живет. И вернуть его в закрытую «палату безнадежности», откуда нет
выхода. Даже если не говорить об этом вслух, человек все равно догадается, что выхода нет.
Пока с ним разговаривают, спорят, играют в настольные игры и рассказывают новости, человек
чувствует себя живым. А когда его просто обслуживают профессионально, не уделяя ни капли
тепла и эмоций – он начинает погибать. Сначала наступает психологическая смерть, а потом
– физическая, это закон. Социальная смерть влечет психологическую, а потом и физическую
– такая вот формула.
Так что в тяжелых обстоятельствах и в  болезни не надо замыкаться в себе и зацик-
ливаться исключительно на лечении, например. Или грустно сидеть в кресле, не двигаясь,
погружаясь в мрачные однообразные мысли. Надо идти к людям и стараться общаться. Если
общаться не получается пока – можно просто побыть среди людей. Так одна женщина в пору
страшных личных переживаний просто бродила по большому торговому центру. Люди ходили,
разговаривали, смеялись, ругались, покупали, закусывали,  – и ей становилось немножечко
легче… Так она спасла себя в трудное время.
«Время от времени нам надо (…) вступать в контакт с добрыми и энергичными людьми,
чтобы не осыпались с нас листья», – написал Фридрих Ницше. Это правильные слова. Общение
лечит и спасает, а более всего лечит надежда. Возможность выздороветь, спастись, решить
проблему, найти свое счастье и выход из трудной ситуации – ведь другие выздоравливают в
нашей палате, так? Значит, и мы можем! Общение отвлекает от мрачных мыслей и укрепляет
рассудок. Дает силы жить и преодолевать тяжелые времена. А запертая дверь и клетка – они
убивают. Иногда быстрее, чем болезнь или несчастье…
 
Первая реакция – это всего лишь первая реакция
 
Надо немного подождать, а потом все ясно будет. Вот позвоните доброму и воспитанному
человеку в три часа ночи и расскажите анекдот. Или про политику что-нибудь. Какая у него
будет реакция? То-то и оно. Так мы воспринимаем неожиданную информацию. Мы к ней не
готовы. Особенно, если информация неприятная. И человек может отреагировать агрессивно.
Но это всего лишь первая реакция.
Одна девочка лет семнадцати разрыдалась и родителям сказала, что она предохранялась.
Она не какая-нибудь дурочка. И сама не знает, как так получилось, но получилось. Она бере-
менна. Родители кричали страшными голосами разные обидные и страшные слова. Девочка
ушла из дома к бабушке, та спокойнее отреагировала, она страдала старческим слабоумием в
легкой степени. На следующий день девочка поняла, что ошиблась. Нет беременности!
А родители успели договориться о покупке дорогой коляски, кроватки, манежа, ободрать
обои в комнате, чтобы ремонт начать, купили дорогие витамины и присматривали сад в интер-

128
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

нете, чтобы возить туда малыша. Свежий воздух нужен малышам, это всем известно. А папа
уже и имя придумал. И родители даже разочаровались немного, когда узнали про ошибку.
Так что не надо с моста в воду бросаться или уходить куда глаза глядят, содрогаясь от
рыданий. Еще ничего не кончено, еще не вынесен приговор, это всего лишь первая реакция.
Неправильная, но первая реакция – она импульсивная и необдуманная очень часто.
Гнев и отрицание – это первая реакция. Надо подождать. Посидеть у бабушки, попить
чаю и дать людям вынести то, что мы наделали. Если мы что-то наделали.
Все может успокоиться и устаканиться, просто людям нужно время, вот и все. И себя
корить за первую реакцию не надо слишком сильно. Надо все обдумать и принять решение.
Еще ничего не кончено. Гроза пройдет, небо прояснится. А там уж решим, что делать
дальше. Вместе…
 
Иногда советы ученых людей
 
ничего не стоят по сравнению с советами людей опытных. Опытных странников, которые
давно живут и много прошли испытаний.
«Поговорите экологично с мужем насчет токсичного человека, который нарушает ваши
границы. Приведите аргументы и выскажите свое мнение, не задевая ничьи чувства»…
«Бла-бла-бла», как в кино говорят. Когда издеваются над чьими-то речами.
А бывает, прочитаешь жизненный совет в комментариях – и восхитишься.
Это одна женщина написала, что к мужу приезжает родственник и живет в квартире
подолгу. По очень долгу. Это невыносимо. А муж не реагирует на просьбы. Ему неудобно дво-
юродному брату отказать. Как бы выгнать. Это как-то нехорошо. И этой женщине ответили
так: «Послушайте меня, старую тетку. Я знаю жизнь. Вы вот что сделайте: ходите по дому
в неглиже. И этому брату улыбайтесь. Проблема решится моментально! Муж изменит свою
точку зрения очень быстро!»
Это жизненный и честный совет. От опытной странницы. И его можно применять на
практике. Не только жене, но и мужу, если подруга привыкнет заполночь засиживаться или
троюродная сестра повадится гостить неделями. Это поможет. Ходить в неглиже и улыбаться…
 
Милость свыше не в том,
 
что ничего у человека не случается. И живет он в сытости и довольстве без всяких про-
блем и бед. Все у него хорошо. И ничего неприятного или плохого не происходит.
Милость в том, что плохое случается там и тогда, когда помощь возможна. Неизбежное
все равно произойдет, вот в чем дело. Стрела уже выпущена, канат перетерся, ловушка готова
и ждет. Но все происходит в то время и в том месте, когда можно получить помощь. Когда
есть надежда на спасение. Когда крушение случилось, ты попал в ледяную воду, потерял все
имущество… Но ты – счастливец. К тебе проявили особую милость. Рядом плавает обломок, за
который можно уцепиться изо всех сил и держаться на плаву. Если будешь хорошо держаться,
можно дождаться спасательного корабля.
Счастье не в том, чтобы не попасть в неприятность или никогда не болеть. А в том, чтобы
рядом были средства спасения, которыми надо воспользоваться. Главное – их увидеть и за них
уцепиться.
Это не всем дается – такая милость. Но люди это редко ценят. И считают себя несчаст-
ными, брошенными, ненужными.
А кто, интересно, послал эту доску в темных волнах океана? Кто дал совок, чтобы выко-
пать ступеньки и вылезти из ловушки? Кто посадил на этот рейс именно того доктора, кото-

129
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

рый вас спас? Или послал случайного знакомого со спасительной информацией, от которой
зависела ваша жизнь?
Так что плохое случается, как говорил Форест Гамп. Такова жизнь. Но случается и
милость к попавшему в беду человеку – веревочная лестница, протянутая с Неба. Нельзя избе-
жать предначертанного. Но можно крепче держаться и грести свободной рукой. И благодарить
за милость, – которую так редко замечают…
 
Кулич в красивой коробке
 
купила одна женщина. Безумно дорогой, итальянский или французский кулич, не какой-
нибудь там дешевый, кривоватый, с разноцветными крошками сверху. Она купила этот доро-
гущий кулич от горя и от плохого настроения – импульсивная покупка. Яйца она не красила,
пасху из творога не делала, ей было очень плохо. Она поссорилась со взрослым сыном, с люби-
мым человеком рассталась и наговорила много плохих и страшных слов. Так бывает. И на
работе ей сообщили, что ее должность сокращают. Пришло новое штатное расписание.
Вот она зашла в магазин деликатесов и схватила этот громадный кулич в красной с золо-
том коробке. Чтобы почувствовать праздник. Чтобы себя как-то поддержать и повеселить.
Порадовать!
Но ничего не вышло. Она мрачно шла с этой коробкой и думала, какой кулич дорогой.
Ужас просто. Мука, вода, сахар и разрыхлитель, – а дерут такие деньги. А она сдуру купила.
Может, он невкусный, этот кулич. Химия сплошная. Надо экономить – ведь могут уволить с
работы. На что жить-то? Хоть сухари суши про запас из этого кулича.
Так она шла угрюмо с нарядной коробкой. А у подъезда увидела старенькую, очень ста-
ренькую бабушку. Бабушка стояла и грелась на солнце. Бедно одетая старушка. Совсем дрях-
лая и морщинистая.
И женщина вдруг перестала злиться и тревожиться. Она взяла и подарила коробку с кули-
чом этой бабушке. Просто от порыва чувств. И сказала не религиозные слова, не поздравление:
она это не умела особо. Просто сказала: «Это вам, берите!» И хотела пойти домой.
Старушка обхватила коробку ручками в старческих пятнышках и заулыбалась беззубым
ртом. А потом прижала коробку одной рукой, а другой достала из кармана крашеное яичко.
Немножко треснувшее, коричневатое. И подарила его женщине – тоже угостила. Молча. С
улыбкой беззубой и светлой. Может, она уже из ума выжила, конечно. Но вот так все и было.
И с этого крашеного яичка все наладилось. Сын сам позвонил и поздравил с Пасхой.
Сказал, что не сердится, но нервы надо лечить, мама! Мама согласилась и попросила проще-
ния. Все стало хорошо.
И любимый мужчина приехал. Он подумал и сделал предложение. Все же он любил эту
нервную женщину…
А на работе перевели в другой отдел. Там даже лучше было, полегче и поинтереснее.
Но это было чуть позже. А в тот вечер женщина сидела одна, ела яичко, – она не знала, что
еще рано его есть. И почему-то было у нее счастье на душе. Кулича в красно-золотой коробке
не было, а счастье – было.
Можно отдать кулич. И получить треснувшее яичко. И счастье, мир, покой, радость.
Откуда они берутся – это тайна.
Откуда и душа взялась, я так думаю. Вот и вся история про кулич и яичко.
 
С человеком стало не о чем говорить
 
Хотя он говорит, рассказывает эмоционально, с подробностями, в лицах, – что сказала
свекровь при встрече и как посмотрела. Как ребенок сходил на горшок; как он вчера кашлял,
130
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

а потом все прошло, но все равно надо дать витамины, ведь в садике скоро утренник! Мусо-
ропровод засорился позавчера. Решили купить новый чайник, старый стал барахлить. У мамы
было давление. Ездили на дачу.
Море информации. Но говорить совершенно не о чем. Человек замкнулся в своем
маленьком мире, его ничего не интересует. Он утратил интерес к большому миру и сосредо-
точен на маленьком. Вроде бы ничего страшного, так ведь? Обычная жизнь. Но почему этот
человек так плоховато выглядит, почему он увял, глаза его потухли, исчезла живость реакций,
он постарел! Из него ушла энергия жизни, хотя он так живо рассказывает о событиях своего
маленького мира. Но ничто другое его просто не интересует. Вообще не интересует. Ни искус-
ство, ни спорт, ни политика, ни чья-то судьба, ни научные открытия – ничего! Он так и гово-
рит: мне это неинтересно!
Это очень нехороший симптом. Это угасание души. Психолог Франкл рассказывал в
своей книге о том, что заключенные переставали интересоваться внешним миром, все их вни-
мание было сосредоточено на событиях в бараке, на отношениях с другими заключенными,
на мелких ссорах и маленьких радостях. Они переставали видеть жизнь за стенами барака.
Это было начало конца, начало психологической гибели личности. Сначала это была защита
от страшного мира; убежище. Но потом душа стала задыхаться и гибнуть. Утрата интереса к
миру и сосредоточенность на своей крошечной камере – это плохой признак.
«С ней стало совершенно не о чем разговаривать!», – так говорят и начинают избегать
контакта. Кому интересно слушать одно и то же: мелкие распри, болезни ребенка или его
маленькие успехи, двуличная свекровь, муж-эгоист, квитанции, платежи, – это важно, конечно.
Важно для того, кто об этом говорит. Но больше такого человека ничего не интересует. И он
сам перестает интересовать других. Теряет связи с социумом.
Что интересно помимо начальника, квитанции за газ и успехов ребенка? Кроме отноше-
ний с мужем или мамой? Кроме зуба, который лечили на прошлой неделе? Что еще интересно?
Если вы сможете искренне назвать хотя бы две-три темы, которые вас волнуют, интере-
суют, но не связаны лично с вами и с вашими родственниками – все в порядке. Если не можете
сразу ответить и ответы приходится буквально выдавливать из себя – дело плохо. Может, в этом
причина увядания, ослабления памяти, слабости и потери друзей? Душа угасает, как пламя
без притока воздуха. Безболезненно, незаметно, тихо… Надо выходить из убежища, которое
превратилось в ловушку. Только это может помочь.
 
«Раньше вещи чинили, а не выбрасывали!», —
 
глубокомысленно ответил старик на вопрос: как ему удалось прожить в браке пятьдесят
лет? Или семьдесят? Все восхищаются этим высказыванием мудрого старика. Мне тоже оно
показалось мудрым.
А потом я вспомнила про колготки. Колготки рвутся, это все знают. Особенно – некаче-
ственные колготки. Это неприятно, правда? Ну, вздохнешь и распечатаешь новую упаковку. А
раньше действительно было не так. Совсем не так.
Колготки стоили от трех с половиной до семи рублей. Это было очень дорого. Врач за
полторы ставки получал сто восемьдесят – в лучшем случае. Мои родители были докторами и
работали с раннего утра до вечера. И еще дежурили. Колготки были нужны и мне, и маме. Не
так-то просто было купить колготки – это дефицит. Но если найти, отстоять очередь, то можно
купить. Изредка удавалось, если живешь в большом городе.
Женщины чинили колготки. Это была трагедия, если их порвешь, поставишь «затяжку»,
если пойдет «стрелка»… И колготки сначала стирали в мыльной воде – так они крепче дела-
лись. Якобы. Или держали в холодильнике – это тоже укрепляло ткань. Якобы. В магазинах
продавали специальную штучку для подъема петель, если «стрелка» пошла. А особо ценные
131
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

колготки можно было чинить в мастерской. Отстоишь очередь, сдашь колготки в починку,
потом получишь. А потом снова порвешь… И мало было женщин в целых колготках. Их што-
пали, поднимали петли, мазали стрелки лаком для ногтей… И горько плакали, если колготки
рвались – других могло не быть. И что делать – непонятно. Разве что надеть уродливый сати-
новый пояс и к нему пристегнуть не менее уродливые толстые коричневые чулки. Чулки съез-
жали и перекручивались…
Много было хорошего раньше, это так. И вещи чинили, потому что они стоили очень-
очень дорого, купить их было трудно, а рвались колготки точно так же, как сейчас. И женщины
ходили в зашитых, заштопанных, починенных колготках очень долго. А когда колготки окон-
чательно умирали, их не выбрасывали. Из них делали губочки для мытья посуды и оставляли
«на запчасти» для починки других колготок…
Так что раньше вещи чинили, это правда. Их и сейчас чинят. Чинят автомобиль, ремон-
тируют квартиру, сережку золотую чинят и стиральную машину… А другие вещи просто
выбрасывают. И покупают новые.
Все зависит от ценности вещи. Одно надо чинить. И никто не волочет машину на свалку
из-за поломки. А другие вещи лучше выбросить. Их чинили от безысходности, от бедности,
от невозможности купить новые.
Так и с отношениями. Ценные отношения никто не выбросит. Их чинят, если они подда-
ются восстановлению. Прилагают усилия. А бесконечно ремонтировать колготки и плакать над
ними нет смысла. Нет смысла вкладывать огромные силы в отношения, которые вас убивают и
разрушают. Или не приносят счастья ни вам, ни другому человеку. Это только нам решать сей-
час: надо что-то чинить или нет смысла это делать? Зашивать, штопать, замораживать, погру-
жать в мыльную пену и носить в мастерскую три раза в неделю…
Если бы старик ответил: «Мы прожили вместе так долго потому что любовь помогла нам
пережить испытания!», – это был бы хороший ответ. А про починку вещей – ему, видимо, не
приходилось штопать колготки. Не все надо чинить. И хорошо, когда есть выбор…
 
Когда писатель Зощенко был маленьким мальчиком,
 
мама ему говорила: «У тебя холодное сердце. Ты не умеешь любить!»,  – и вздыхала.
Она по профессии была актрисой. И наверное, знала, как выглядит любовь. Любовь ведь часто
предоставляют на сцене. А мальчик был молчалив и скуп на выражение чувств.
В дом Зощенко приехал дядя Георгий, брат матери. Он умирал от чахотки; взрослые
говорили, что жить ему осталось мало. Он умирает.
Маленький Мишенька зашел в комнату к дяде. И они стали играть в карты. Мишенька
выиграл – игра была простая. И заметил, что дядя разволновался, разгорячился, обиделся
даже. Хотя ничего этот тяжелобольной не говорил такого. Просто мальчик обладал чувстви-
тельной душой. Он понял. И стал проигрывать. Глупо себя вести, специально. Дядя развесе-
лился, порозовел и хлопнул мальчика картами по лбу: мол, ты маленький дурачок! Вот и вся
игра.
А через неделю больной умер. Игра кончилась вот так.
Никто не знает, как умеет любить другой человек. И что он чувствует. И милосердие
видят только на картинах или на сцене. И любовь видят в исполнении актеров. А замкнутому
сдержанному человеку бросают укор: «У тебя холодное сердце!»
Или хлопают картами по лбу, смеясь. Потому что выиграли! Потому что им дали выиг-
рать, – так правильнее.
Никто не знает сердца сдержанного человека.

132
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
У Зощенко есть такой эпизод – стареющий профессор
 
вспоминает женщину, в которую был влюблен лет пятнадцать назад. Тогда пришлось
расстаться, как-то обстоятельства сложились неудачно, жизнь развела, как говорится. А сейчас,
на склоне дней, его вдруг потянуло к этой женщине. И он нашел ее в Петербурге, специально
приехал и разыскал – тогда это непросто было.
Он увидел немолодую некрасивую даму с проседью. Она сидела за столом и пила чай
из блюдца, с какой-то лепешкой. Увидев профессора, она захлебнулась и вскочила – она была
поражена внезапной радостью, она бросилась к нему, – а он не знал, как поскорее уйти. Он
ужаснулся и разочаровался…
Это потому, что он ее и прежде не любил. Не было у него настоящей любви, так, фанта-
зия, не более. Потому что истинная любовь не исчезает при виде седин, изменившейся внеш-
ности или болезни. Сначала можно вздрогнуть от перемен, а потом вновь увидеть дорогое лицо
сквозь оболочку. Какая разница, как человек одет, если мы его любим? Телесный облик – наш
земной костюм. Он может износиться и истрепаться, но мы не его узнаем; мы узнаем того, кого
любим. Хоть в рубище, хоть в лохмотьях.
Истинная любовь не пройдет при виде седины, морщин и некрасивого чайника с лепеш-
кой на оловянной тарелке. При виде убогой комнаты и бедного платья. Если все это вызвало
раздражение и отвращение – значит, не было любви. Без обид; не было – и все.
И когда кто-то бросает другого человека за то, что он постарел, подурнел, заболел, – это
плохо и больно, конечно. Но самое плохое – значит, и прежде не было настоящей любви. Влюб-
ленность была, эротическое влечение, интерес, – что угодно. Но любви точно не было. Потому
что любовь не проходит, если костюм износится и пальто выйдет из моды. Или порвется. Не
за костюм ведь любят!
Но иные люди любят именно костюм. Платье. Тело. И когда портится то, что они любили
– они берут тайком свою шляпу, как этот профессор, и уходят тихонько.
Это очень грустно. Но если разлюбили за то, что стал некрасивым, больным и старым –
значит, и не любили по-настоящему никогда.
Что ж. Пусть берегут свое платье как можно лучше. Вещи и тела изнашиваются, как их
ни храни.
Вечны только душа и любовь. Истинная любовь не проходит из-за телесных перемен. А
если прошла – значит, это была не любовь.
 
Кажется, что вещи – это ерунда какая-то
 
по сравнению с важными жизненными событиями и обстоятельствами. По сравнению
с радостями и горестями жизни. Что про вещи особо говорить и вспоминать? Особенно про
те, которые были куплены и изношены давным-давно. От них даже лоскутка не осталось! А
ведь, чтобы купить эти тряпки или предметы быта, приходилось так много и трудно работать!
Стоили ли они того, эти вещи-то? Они же превратились в прах. Есть масса других событий, о
которых можно вспомнить. И вспоминаем, конечно.
Только вещи вспоминаются исключительно ярко. Одна немолодая дама вспомнила, как
ей купили пальто в детстве. Можно было клетчатое купить, с кроличьим воротником-стойкой и
с уродливым хлястиком. Оно было дешевле намного. Но папа заметил, что девочка с восхище-
нием смотрит на коричневое пальтишко-клеш, отделанное песцом. Не просит, просто смотрит
во все глаза. И купил ей это пальто. Хотя оно было очень-очень дорогое. Прошло шестьдесят
лет. Шестьдесят! А пожилая дама про это пальто написала в комментариях. Она его отлично
помнит. Нет, не в пальто дело. Она помнит радость! Любовь отца.
133
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

А другая дама вспомнила розовые туфельки с атласным верхом. Тетя привезла из ГДР.
Это были восхитительные туфельки, туфли счастья! А другой тетеньке сорок лет назад мама
купила шагающую куклу. Куклу можно было вести за руку, вот так! И дама подробно описала
эту куклу; во всех деталях.
И выросший мальчик вспомнил про пистолетик-фонарик. Пластмассовый пистолетик,
щелкнешь курком – загорается лампочка. Дорогая, редкая вещь, ему папа купил с получки,
задорого, пять или десять рублей пятьдесят лет назад отдали за пистолетик. Не только игрушки
вспоминали, конечно. Одной даме муж в молодости подарил серьги золотые. Он месяц раз-
гружал вагоны, чтобы к ее дню рождения эти серьги купить. Совершенно ненужная роскошь,
такой тяжелый труд! Ну зачем эти серьги? Ах, сколько радости они тогда принесли! И спустя
несколько десятилетий женщина их бережно хранит. Они, эти серьги, спасли ее брак. Однажды
она сильно поссорилась с мужем и решила уйти от него. Стала собирать вещи, увидела эти
серьги – и расплакалась. И помирилась с мужем. А могла бы сгоряча разрушить семью!
Не в вещах дело, конечно. Дело в той радости, которую они принесли когда-то. В том
счастье, которое они дали. В той любви, которая была выражена этим подарком. Шагающей
куклой, часиками наручными, пистолетиком или серьгами. Туфельками или пальто…
Вещи не исчезают бесследно, они навсегда остаются в душе. И смягчают наше сердце
даже просто воспоминанием о них. Мы становимся добрее и мягче. И тоже дарим тем, кого
любим, хорошие вещи. Даже если можно купить что-то практичнее и дешевле. Или вовсе обой-
тись без ненужной роскоши.
Но лучше купить. Ваш ребенок и любимый человек на всю жизнь запомнит этот подарок.
И спустя шестьдесят лет напишет о чудесной вещи, которую вы ему подарили. А помнить будет
всегда. До последнего дня…
 
Одна женщина на день рождения
 
подарила подруге золотую цепочку. Истратила всю зарплату; она не так уж много зараба-
тывала. И вот, купила и подарила эту изящную тоненькую цепочку. Дело в женском коллективе
быстро узналось; они с подругой работали на одном заводе. И все стали критиковать эту Олю,
которая подарила такой дорогой подарок. Одна коллега даже подошла при всех и спросила:
мол, а ты подумала, стоит ли золотом осыпать подругу? И дарить ей роскошные сокровища,
а? Она-то тебе что дала, что подарила? Это прямо неприятно видеть – такую необдуманную
расточительность! …на заводе простые разговоры и не больно-то дипломатичные речи…
А эта Оля кратко ответила: «Вареники дала».
Какие такие «вареники»? И надо ли за вареники из муки и ягод или творога дарить юве-
лирные украшения ценой в зарплату за нелегкий труд?
Оля пояснила: «Когда я лежала в больнице и помирала, кушать ничего не могла, мне
подруга звонила и спрашивала: что я хочу покушать? Я просто так ляпнула про вареники с кар-
тошкой. Почему-то про них вспомнила я в туманном состоянии и в тошноте. А Галя приехала
в мороз минус тридцать на двух трамваях и привезла мне кастрюльку с варениками. Налепила
и привезла. И так несколько раз приезжала ко мне, выхаживала, сидела рядом и разговаривала
со мной. Так что ничего вы не понимаете. Будь у меня царство либо миллиард долларов, и этого
было бы мало для моей Гали – за вареники-то. А у меня только зарплата есть. Благодаря Гале.
Потому как если бы не вареники, был бы у меня крест на кладбище, а не зарплата. Ясно вам?»
И все женщины задумались. Стали перебирать мысленно: а есть ли у них такая подруга
с варениками?
Не в варениках дело. И не в цепочке золотой. А в союзе двух сердец, которым выпало
счастье истинной дружбы. А проще сказать: как важно, чтобы ты был кому-то нужен. И ничего
за это не жалко. За вареники.
134
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

 
Это рассказывала одна старушка
 
в Царском Селе. Когда фашисты ворвались в город, жителей согнали в подвал Лицея –
тех, кого схватили. Там были женщины, старики, дети. Мужчин не было почти, все воевали.
В  Екатерининском парке есть памятник скромный – здесь держали последнюю оборону те,
кого не взяли на фронт. Милиционеры, учителя, я не знаю, кто еще, – практически безоружные
и без боеприпасов, они просто стояли насмерть – и все. Защищали город. Все погибли.
А в подвалах стали искать евреев среди жителей и выволакивать их. Ходил такой фашист
с палочкой; видите ли, старушка тогда была девочкой. Поэтому она говорила так: с палочкой.
Может, это трость была или стек. И этот фашист белыми глазами рассматривал лица в свете
фонаря. И говорил: «Юда!» Тогда другие фашисты хватали и волокли куда-то человека. Стоял
плач и крик, но потом раздались выстрелы – все замолчали. Стало тихо.
А эта девочка-подросток успела выхватить ребенка в синеньком чепчике у жен-
щины-еврейки, когда ее поволокли. Как-то исхитрилась и взяла этого младенца. Мать ей отдала
– она все понимала.
И эта девочка сидела с младенцем в руках, тряслась от ужаса. И пришел этот фашист
с палочкой. Он пристально смотрел на девочку и на младенца. А потом указал на ребенка
палочкой и пролаял: «Юда!» Он как-то догадался. Как-то узнал.
И девочку оттолкнули, отобрали ребенка и утащили его. Он плакал. А она ничего не
могла сделать, совсем ничего.
Потом людей выпустили, все разошлись, подавленные и потрясенные. И девочка ушла;
мама ее чуть не сошла с ума, она думала, что все, убили ее.
А на следующий день девочка снова пришла к Лицею – это опасно было. Но она пришла.
Она сама не знала, зачем, но, может, надеялась, – я не знаю. Рассказы очевидцев и участников
не всегда такие стройные и понятные. Девочка пришла, а на земле лежит синий чепчик. И все.
Все, что осталось.
Она взяла чепчик. И он с ней был всю войну.
И я почему-то этот рассказ очень запомнила. Мои дедушки бились за Ленинград. Прадед
тоже воевал. А другой прадед умер от голода.
Но вся война – это синий чепчик на земле у Лицея. И поэтому нет прощения и оправда-
ния. Не синий платочек душу рвет сильнее, а младенческая синяя шапочка. И больше добав-
лять ничего не буду.
 
Воля к жизни может исцелить человека
и продлить его дни до глубокой старости
 
Великий Гёте родился почти мертвым, почерневшим, безгласным. Мама его три дня не
могла родить; виной тому была полная луна, так считал сам классик. Его еле-еле удалось ожи-
вить растираниями. И конечно, здоровье его было очень слабым. Да еще он заболел чахоткой, и
в 21 год началось легочное кровотечение. Чем только не болел бедный юноша! Пожалуй, у него
не было ни одного здорового органа. Но он все равно предавался излишествам юности: пил
вино, дрался на дуэлях, а потом еще и неудачно влюбился, безответно. И даже хотел покончить
с собой, так сильно страдал.
И в этот кризисный момент, когда гибель была близка, Гёте вдруг страстно захотел жить.
Страшно умирать молодому! Жизнь прекрасна, так хочется жить! Но здоровья нет и ничего
не поделать, так?

135
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Но Гёте принял меры, которые не только наградили его отменным здоровьем, но позво-
лили прожить более восьмидесяти лет. И не просто прожить, а насладиться всеми радостями
жизни. И создать великие произведения, добиться успеха и обрести богатство и славу. Что же
он сделал?
• Перво-наперво он отказался от излишеств. Стал осторожен с алкоголем, почти не пил
вина. Придерживался личной диеты. Соблюдал распорядок дня, ложился спать вовремя. И он
делал это всегда. Не допускал исключений.
• Почувствовав утомление, он отправился в путешествие и два года прожил а Италии.
Это не каждый может себе позволить, конечно. Но смысл в том, что надо менять обстановку и
получать новые впечатления, использовать все возможности для путешествий.
• Гёте много и творчески работал. Непрерывно творил. Он продавал свои произведения,
не раздавал даром свой труд. И это его вдохновляло и мотивировало.
• Он старался избегать ссор и интриг, хотя в его времена это было непросто. Он был сме-
лым и мужественным. Но без надобности не спорил, хорошо отзывался о других талантливых
людях, не завидовал и не подличал.
• Он любил и был любимым. И любил со всем пылом, искренне, восхищаясь объектом
любви. И его любили в ответ – ведь любят тех, кто способен любить. За редким исключением,
конечно.
• Он перестал бояться. Он делал то, что внушало ему страх и ослабляло его дух: назло и
наперекор себе делал. Не мог выносить барабанный бой – специально заставлял себя его слу-
шать. Страдал головокружениями – специально залезал на высокие колокольни и преодолевал
себя…
Чего он только не делал, чтобы выжить и жить! И он стал совершенно здоровым крепким
человеком. И прожил долго назло судьбе и мрачным прогнозам врачей.
А еще он очень любил фиалки. И засадил ими весь свой родной город Веймар – они и сей-
час там цветут. Как память о великом человеке. И как напоминание о том, что человек может
преодолеть смерть и болезнь, если соберет все силы и не отступит от своего плана выживания.
Любовь и работа – вот что дает силы жить долго, так говорил Фрейд. И еще маленькие радости
вроде фиалок. И увлечения – Гёте учился рисовать и собрал огромную коллекцию минералов.
Ему просто сильно хотелось быть здоровым и жить долго. Но одного хотения мало, нужен
план действий, от которого нельзя отступать никогда, ни при каких обстоятельствах. И нужна
воля к жизни. Так что кроме гениальных книг Гёте оставил гениальный способ стать здоровым.
И прожить долго. Для того чтобы прожить долго, нужна смелость, так считал великий человек.
И план выживания, от которого нельзя отступать.
 
Не надо себя приукрашивать
 
И других приукрашивать не надо. Я рассказала историю о хромой некрасивой учитель-
нице, которая выдавала себя за испанскую поэтессу Черубину де Габриак. И о печальном ее раз-
облачении. А мне читатель рассказал историю о женщине средних лет, которая жила с мужем,
нянчила маленькую внучку, помогала дочери, посылала посылки сыну в армию, а в сети на
своей странице публиковала свои отфотошопленные фотографии; знаете, есть такие приложе-
ния, которые делают обычную даму средних лет похожей на звезду экрана? Вот, она такие фото
постила и стихи про любовь и одиночество.
Она себя чувствовала непонятой и одинокой душевно. Муж ее не понимал, он простой
был человек, автослесарь. И храпел по ночам, когда она мечтала о любви. Или улучшала свои
фотографии. Они были очень красивыми!
И вот ей написал однокурсник, с которым был в юности роман в стройотряде. Они стали
переписываться, ожили былые чувства… Этот Андрей предложил встретиться, он жил в сосед-
136
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

нем городе, можно было добраться на автобусе, часов шесть ехать. Дама согласилась, оделась
прекрасно, сделала прическу и маникюр. И поехала – они договорились встретиться в кафе.
Она приехала раньше. И села элегантно за столик с чашечкой кофе. Достала пудреницу и
стала поправлять макияж. Все же тридцать лет не виделись! Надо выглядеть сногсшибательно!
И в зеркальце она увидела своего Андрея. Он изменился, но был такой же, как на аватарке
и на своих фотографиях: седой и с брюшком. Он зашел в кафе и смотрел по сторонам – искал
ее. Не мог узнать. А потом узнал. И тихонько так, как вор, выскользнул за дверь. На цыпочках
так пошел и выскользнул, очень быстро. Ужасное зрелище.
И женщина поняла. Она отложила свою пудреницу и зашла в смятении в туалетную ком-
нату. И посмотрела в зеркало. Стояла перед ней крупная тетенька весом под сто килограммов.
На лице – резкие морщины у рта. Редкие от возраста ресницы накрашены по одной тщательно.
И у глаз тоже морщинки. Крашеные волосы, кокетливо уложенные в молодежную прическу…
Может, свет в туалете был плохой, тусклый. А может, она искренне забыла, как она выглядит.
И жила в мире фантазий. Которые разрушились моментально, и карета превратилась в тыкву.
А принц – в крысу…
В общем, она поехала домой через пару часов. От Андрея пришло сообщение; мол,
извини, я заболел и не смогу прийти. Прошу прощения!
А она ехала в автобусе, смотрела на свое отражение в темном стекле. И слезы текли по
лицу; хорошо, что тушь была дорогая, водостойкая. Она приехала домой и обняла своего мужа.
Она давно его не обнимала. А он ни о чем не подозревал и тоже ее обнял изо всех сил. И
сказал, что она сегодня просто красавица. На пользу ей пошла поездка к подруге! И внучка
подбежала, пролепетала, что любит бабушку! Обняла за ногу и прижалась.
Может, они не понимали эту женщину, близкие-то. Но принимали такой, какая она есть.
А изображать кого-то и мистифицировать не надо. Потому что разочарования люди не про-
щают обычно. Особенно тем, кто изображает Черубину де Габриак…
 
Я в третьем классе принесла в школу спички
 
Я была воспитанной и послушной девочкой. Спички я принесла вот почему: папе кто-то
подарил такую картонную книжку-коробку. Спичечные коробки были вставлены в красивую
обложку. И на каждом коробке была этикетка: птичка. Необычайно красивые разноцветные
птички. И названия написаны: сойка, сова, сорока, зимородок, снегирь… Это была восхити-
тельная вещь! Вот я и взяла в школу, ребятам показать.
Почему-то одна девочка тихонько побежала к директору и донесла. Мол, Аня принесла
спички! Директриса грузными шагами зашла в класс, где мы рассматривали картинки на
коробках и восхищались.
Спички у меня отобрали, а в дневнике директор написала красной ручкой ужасное заме-
чание: «Принесла много спичек с целью поджечь школу!»
Нет, по сути все верно. Принесла много спичек? Да. А умысел поди докажи. Попробуй
оправдаться! За тебя придумают, обвинят и вынесут приговор. И этими же спичками запалят
костер, на котором сожгут маленькую поджигательницу.
Конечно, меня не ругали. Потому что знали, о каких именно спичках идет речь. Даже
суровая бабушка расхохоталась на кухне вместе с не менее суровым дедушкой. А мама развела
изящными руками с идеальным маникюром. А папа рассказал о некоторых формах психоза,
но мне слушать не разрешили.
Я только потом поняла. Это директриса мечтала поджечь школу, я точно знаю. Поэтому
она не увидела прекрасных птичек. Сочла мой рассказ за глупое оправдание. Ясно же, для чего
нужны спички. Чтобы поджечь школу. Вместе со всем ненавистным содержимым: учителями,

137
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

детьми, уроками, расписанием, проверками из районо и неудавшейся жизнью несчастной ста-


реющей женщины.
Я не знаю, можно ли поджечь школу спичками. Но я знаю, что нам приписывают часто
свои собственные потаенные желания и намерения.
А на директрису я не обижалась. Я потом оторвала этикетки осторожно, медицинским
пинцетом, наклеила их в альбом для рисования. И подарила директрисе. Довольно уродливо
получилось, конечно. Но от души.
Она даже похлопала меня по плечу. И издала звук одобрения. Письменно его не передать.
Она не злая была.
Просто несчастная.
 
Хуже всего в жизни приходится тем, на кого вообще не обращали внимания
 
и чьим воспитанием никак не занимались. К такому выводу пришел биолог Уотсон. Он
сначала изучал эксперименты с крысами. Одну группу крысят сажали в клетку и дрессировали
жестоко – разрядами тока. Других просто сажали в клетку, но не причиняли боли. Просто
ограничивали в чем-то, брали в руки, проявляли внимание. А третью группу так и оставили
в гнезде, где они родились. И вообще никакого внимания на этих животных не обращали.
Словно их и нет!
Крысы из первых двух групп нормально себя вели и прожили нормальную жизнь. Обща-
лись, обзавелись потомством, выстроили социальные связи, так сказать. А из третьей группы
выросли такие жуткие чудовища, что ученые боялись в лабораторию заходить – эти крысы
кусали их за ботинки, вцеплялись в брюки, проявляли невиданную агрессию. Свобода и пол-
ное отсутствие внимания сделали их опасными и злыми.
Биолог Уотсон привел результаты другого исследования – про людей. Дети, которых вос-
питывали гуманно, словами, и дети, которых воспитывали преступные родители, воспитывали
грубо иногда, – в целом выросли нормальными членами общества. Конечно, ничего хорошего
нет в грубом воспитании. Это ужасно. И наверное, эти выросшие дети с печалью и болью вспо-
минали свое детство. Но вот такой результат получился. А самое большое количество пре-
ступников, алкоголиков и психопатов получилось из третьей группы – из детей, на которых не
обращали никакого внимания вообще. Которые были не нужны взрослым. Которым никто не
говорил: «Нельзя это делать!»
Конечно, люди – не крысы. Они намного сложнее устроены. Но самое важное – нельзя
не уделять ребенку внимания, не замечать его, игнорировать. Это самое плохое – быть никому
не нужным. Брошенным эмоционально, выкинутым из сердца. Те, кого воспитывали «плохие
родители», имеют больше шансов прожить хорошую жизнь и устроить свое личное счастье,
чем те, кто был вовсе «неприкасаемым». Кого как бы и не было. Кого просто не замечали,
словно его и нет…
Человек все сможет преодолеть, если решит исправить свою жизнь. Чехова папаша изби-
вал в детстве; да еще как! И многие великие люди имели ужасных родителей, жестоких и лице-
мерных. Это, конечно, принесло им много горя и страданий, повлияло на их здоровье и пси-
хику, но они справились и добились успеха. А вот самые тяжкие испытания выпали на долю
ненужных детей, «неприкасаемых», эмоционально отвергнутых. Они всегда в группе риска. И
это отражается на всей их жизни…
Одному мальчику завидовали другие дети: мама разрешала ему гулять хоть всю ночь.
Не проверяла у него уроки и не интересовалась, ходил ли он в школу. Не заставляла ходить к
зубному врачу. А еще она разрешала ему купаться в шторм… Он только потом, повзрослев,
понял, что был помехой своей матери. Она рассталась с отцом мальчика, вышла замуж за дру-
гого мужчину, и мальчик был для нее неприятной обузой. Да еще напоминал отца внешне.
138
А.  В.  Кирьянова.  «Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло»

Так что проявляйте доброе внимание. Ошибки воспитания можно исправить, если при-
ложить усилия. А вот безразличие – это подсознательное пожелание смерти своему ребенку.
Доброе внимание и любовь искупают ошибки воспитания. И это самое лучшее, что мы можем
дать ребенку.
 
Мстительные мужчины
 
могут разрушить жизнь; хотя, в сущности, за что мстить-то? За то, что не любят? За
то, что отвергли знаки внимания? За то, что ушли? Но это ведь не умышленная обида, не
сознательное оскорбление! А бывает, что мстят за свои собственные фантазии. Так поступают
иногда натуры романтические, которые экзальтированно говорили о высоких чувствах…
…Поэтесса Елизавета Дмитриева была не очень красива. Полноватая, невысокая, хромая
– она перенесла в детстве костный туберкулез. Старший брат передразнивал лизину хромоту и
отрывал ноги ее куклам: смеялся. «Какова хозяйка, такова и кукла!» – так он говорил. Мстил
за то, что больной девочке больше внимания уделяли.
Потом Елизавета стала писать стихи под именем Черубины де Габриак. Она выдумала
прекрасную испанку и посылала стихи в редакцию от имени этой загадочной красавицы. Наду-
шит письмо, положит туда сушеные цветы, – а редактор Маковский стихи печатает. И тает от
любви к загадочной Черубине. Ищет встречи с красивой незнакомкой, но она лишь по теле-
фону звонит и говорит приятным голосом иностранной красавицы.
В реальной жизни за Елизаветой ухаживал поэт Гумилев. Любовь у них была. А потом
что-то произошло; Лиза вроде как отказалась выйти замуж за поэта. И он ей сказал: «Хорошо
же! Вы меня узнаете! Попомните!» И отомстил. Взял и облил ее грязью при всех, да такой,
что другой поэт, Волошин, ему дал пощечину. Сама Дмитриева так и не написала, что сказал
Гумилев про нее. Но до конца жизни не могла его стихи читать. Раскрывала книжку – и горько
плакала…
Другой поклонник, редактор, выследил свою Черубину и встретился с ней. И был пора-
жен ее внешностью. Так поражен, что мстительно эту внешность описал: хромая, маленькая, а
особенно рот ужасный у нее. Какие-то клыки изо рта торчат во все стороны. Ужас! Мог бы и
не писать, правда? Тем более ничего отталкивающего не было в Елизавете – приятная простая
девушка. Но романтики бывают мстительными. Хотя мстить совершенно не за что…
Елизавета Дмитриева умерла рано, в сорок лет, в ссылке, после революции уже. Тогда
тех, кт