Вы находитесь на странице: 1из 147

**>xf ш V

х х / IC i *

С
Режин П е рн у

Ьш*\шскм1

Издательство Францисканцев
Москва 2014
Кш\шскд;л

FONS MONACHORUM
Переведено с издания:
Régine P e r n o u d " H i l d e g a r d e de B in g e n " (nouvelle édition).
Éditions du Rocher, 1995

Перевод: Юлия Куркина


Научный редактор и богословский консультант:
о. Мариано Хосе Седано Сьерра СМР
Редакторы: о. Николай Дубинин ОРМСогм, Игорь Баранов
Иллюстрации: о. Андрей Буко ОРМСом
Верстка: Татьяна Шишова
Дизайн: Иван Сердюков

Книга известного французского автора Режин Перну создает яркий


образ Хильдегарды Бингенской, бенедиктинской монахини XII в., отли­
чавшейся необычайной одаренностью: она занималась богословием
и записывала мистические картины бытия, являвшиеся ей в видениях,
она сочиняла стихи и музыку, изучала свойства растений и их исполь­
зование в медицине, лечила физические и душевные недуги. В пере­
писке с императором и Папой Римским она бесстрашно изобличала то,
что считала грехом. Вскоре после кончины ее стали почитать как свя­
тую. Официально Хильдегарду Бингенскую канонизировал Папа Бене­
дикт XVI в 2012 г., присвоив ей титул Учителя Церкви.

© Éditions du Rocher, 1994


© Для русского издания - Централизованная религиозная организа­
ция Конференция монашествующих Католической Церкви, 2014
©Для русского издания - НО Издательство Францисканцев, 2014

ISBN: 978 - 5- 89208 - 120-7


Введение

ХцхьЬеллуЬхКитечшскд^-
лШ хт сЪ & сш >иххА Г
пуп)%шГЬ^1тяьехо ърршш
Маленький городок Айбинген расположен вокруг бенедик­
тинского монастыря, на покатых склонах, покрытых виноградни­
ками и спускающихся до самого Рейна. Каждый год 17 сентября
по его улицам проносят в золоченой раке останки основательни­
цы этого монастыря Хильдегарды, которая словно вновь пробуж­
дается к своему кочевому призванию среди собравшихся почита­
телей и паломников. Как много раз происходило на протяжении
истории, христианский народ считал ее святой и обращался к ней
за помощью и защитой, хотя Церковь официально не канонизи­
ровала ее. Еще один немец по происхождению, а именно, Папа
Бенедикт XVI, удивил всех, предложив присвоить ей звание учи­
теля Церкви, несмотря на то что большинству верующих в мире
она, вероятно,неизвестна.
Хильдегарда Бингенская была человеком невероятно много­
сторонних дарований; казалось, в ней примиряются контрасты
и приходят к гармонии харизмы, обычно несовместимые друг с
другом. Не часто случается, чтобы богослов, да к тому же жен­

5
щина, имела видения и писала о них. Она занималась изучением
и разведением лекарственных растений, лечила физические и ду­
шевные недуги, писала музыку и стихи, а кроме того, была вовле­
чена в реформу клира своей эпохи. Затворница и странница, мо­
нахиня, удалившаяся от мира, и вместе с тем женщина, не чуждая
политики, она имела решительный характер, и от природы сла­
бое здоровье не мешало ей энергично действовать и бесстрашно
обличать грехи современной ей Церкви. Всю жизнь она подчиня­
лась внезапным и могучим откровениям Духа, которые пережи­
вала с самого детства. Этот необычный опыт заставлял ее жить
как бы за пределами самой себя, отдавать свой ум, душу и жизнь
Другому, являвшемуся ей с силой апокалиптических откровений
Иоанна. Станем ли мы называть эти явления «экстраверсией»,
«экстазом», или же будет подчеркивать способность к экзистен­
циальному «расширению», способность вмещать в себя новое и
необычайное, как бы то ни было, перед нами то, что очень трудно
определить и классифицировать. В первом случае эта женщина
была словно «вне себя», то есть безумна. В другом она «одержи­
ма» кем-то другим, то есть кажется бесноватой. Непростая ди­
лемма. Сама Хильдегарда жила в страшном напряжении и сомне­
ниях, пока не получила от Церкви удостоверения подлинности и
ортодоксальности своего опыта. Однако то, что Бог открывал ей,
было даром для других, и поняв это, она решилась предложить
миру то, что Он давал ей познать и что она научилась познавать
сама в тайниках своего сердца и во всех творениях, исполненных
благословения Творца.
Хильдегарде выпало жить в трудное время. Сама она в одном
письме к Папе называет его «moderno»; в другом месте говорит
о своей эпохе как о «tempus muliebre», «женоподобном» време­
ни, уклонившемся от курса, задуманного Богом, от правильного
и справедливого порядка вещей. Следуя велению Духа, она су­
мела принести в самое средоточие современных ей проблем не­
много сердечности, мудрости и человечности. Она обращалась
не только к власть имущим - Римским папам, императору, ко­
ролям, епископам, аббатам; двери ее сердца и монастыря были
всегда открыты для людей нищих и всего лишенных, для просто­

6
народья, искавшего у нее духовного совета или лекарства для
врачевания телесных и душевных ран. Мне кажется, что, предла­
гая присвоить ей титул учителя Церкви, Бенедикт XVI как бы при­
глашает нас не бояться мечтать о будущем, не довольствоваться
ограниченным опытом нашего ближайшего окружения, расши­
рить горизонт своего восприятия, мысли, духовной жизни и мис­
сии. Мы стоим перед необходимостью научиться видеть и осмыс­
лять мир, человека, культуру и жизнь Церкви в более универсаль­
ной, всеобъемлющей перспективе, научиться видеть единство
всего сущего, воспринимать мир как великое таинство Божие,
ибо все в нем, по словам Хильдегарды, есть как бы «излучение»
Творца и исходит от Бога, «как лучи исходят от солнца».
Автор книги, которую мы предлагаем вниманию читателей, -
историк-медиевист. Она пишет для людей, уже очень далеких
оттого времени, вовсе не «темного» и не «мрачного», как все
еще часто повторяют наши учебники истории. «Познай пути», -
словно говорит нам Хильдегарда, как говорила своим современ­
никам, - чтобы напомнить, что все на свете и все мы исходим
из лона Пресвятой Троицы, хотя при этом живем в мире и в соб­
ственном теле, связанные с ними неразрывно; что Бог неустанно
преображает все сотворенное Им, ведя к совершенству косми­
ческого Христа - Альфы и Омеги вселенной.

о. Мариано Хосе Седано Сьерра СМР


Глава I

Ъ \ 0$8 Л О ^ у

1098 год. Могучая волна проходит в это время по всему извест­


ному миру - и на Востоке, и на Западе. Мир в буквальном смысле
стронулся с места. Но не по приказу кесаря, как в прежние време­
на, когда, чтобы сохранить целостность границ между римским
миром и варварами, приводились в готовность целые армии. Нет,
совершенно спонтанно толпы народа заволновались и пришли в
движение по призыву Папы, прозвучавшему в кафедральном со­
боре Клермона в день «зимнего» святого Мартина, 18 ноября 1095
года. Урбан II обратился к христианам, призывая их помочь вос­
точным братьям и отвоевать святой град Иерусалим.
Прошедший век доносил из тех мест лишь самые дурные вес­
ти. Христиане узнали, что самое святое место - Гроб Господень -
было разорено по приказу халифа Хакима; затем до них дошла
весть о разрушении 1009 года - а именно, 18 октября, поскольку
арабские хроники скрупулезно отметили дату - и о приказе не
оставлять камня на камне от ротонды, некогда воздвигнутой на
том месте императором Константином. Паломничества христиан
в святые места полностью не прекратились, но стали реже, и те,
кто оттуда возвращался, рассказывали всяческие ужасы о гонени­
ях и зверствах, жертвами которых становились христиане. С те­
чением времени положение лишь ухудшалось: турки-сельджуки,
обращенные в ислам, обрушились на Малую Азию и поколебали
силы Византии, пытавшейся остановить их натиск в Малазгерде.
После этого они напали на армянские племена, варварски истре­
били их и разрушили их столицу Ани. Участь сирийцев была не луч­
ше, и Антиохия, несмотря на оборону, в 1084 году попала в руки
турок. Призывы о помощи все множились, достигая Европы через

5
Средиземноморье, о котором арабские летописцы самонадеянно
говорили, что «больше ни щепки не приплывет по нему с Запада».
Ответ на обращение Папы превзошел все ожидания и вызвал
бурное движение по всей Европе. Не только рыцари и сеньоры,
большие и малые, «брали в руки крест», но и масса крестьян и
городских жителей устремилась в эту авантюру, масштаб кото­
рой сами участники осознавали плохо, и, вслед за несколькими
страстными проповедниками, самый известный из которых во
Франции именовал себя Петром Отшельником, отправились в
вооруженное паломничество. Это был порыв настолько же силь­
ный, насколько неорганизованный; и после всех попыток выжить
с помощью грабежей он не мог не закончиться поражением. При
этом мы можем лишь изумляться организационному духу, кото­
рый выказали главные сеньоры, назначенные своими правителя­
ми возглавить движение, а также выбору трех разных маршрутов
для пересечения Европы, с последующей встречей в Константино­
поле. Ни один глава государства, ни один король или император,
не пустился в этот путь. Одно это ясно отличает явление, которое
мы называли крестовыми походами (напомним, что сам термин
появляется только в XVII в.), от завоевательных набегов, которые
с тех пор совершались в Европе один за другим.

С л г'ут ъ был долгим: поход длился три года. В 1098 крестоносцы


1 1 у остановились перед Антиохией, в городских укреплениях ко-
* торой, как говорят, насчитывалось триста шестьдесят башен.
Крестоносцам понадобился год усилий и бесчисленных попыток
взять город, в которых хитрость тесно переплеталась с мужеством.
Однако уже с 1098 года крестоносцы на своем пути приступают
к возведению собора, посвященного святому Павлу - в Тарсе, от­
куда он был родом. Тут мы касаемся еще одной характерной черты
этого бурлящего мира: страсти к строительству. Город Клермон,
в котором состоялся церковный собор1, насчитывал не меньше пя­
тидесяти четырех храмов в то время, когда там находился Папа Ур­

1 Клермонский собор, созванный Папой Урбаном II, прошел с 18 по 27 нояб­


ря 1095 г. и положил начало крестовым походам. - Прим. ред.

9
бан II. Впрочем, Папа совершает настоящий «обход» произведений
романского искусства, поскольку во время своего путешествия он
освящает церковь Шез-Дье, главный алтарь только что построен­
ного огромного аббатства Клюни, которое вплоть до XVI в., до вос­
создания собора Святого Петра в Риме, останется самым большим
строением христианского мира; затем церковь Сен Флур, монас­
тырский храм Сен Жеро д’Орильяк, собор Святого Стефана в Лимо­
же и церковь монастыря Сен-Совер в том же городе; потом новые
алтари в аббатстве Сен-Совер в Шару и Сент-Илер в Пуатье. Он тор­
жественно освящает церковь коллегиального капитула Сен Сернен
в Тулузе, соборы в Магеллоне и Ниме и алтарь новой базилики Сен
Жиль дю Гар. Мы назвали только главные этапы этого путешест­
вия, которое наши современники, любители романских древнос­
тей, могут воспроизвести шаг за шагом. Неудержимое стремление
строить неразрывно связано с распространением городов. Древ­
ние городища расширяются, множатся новые; и это будет продол­
жаться больше столетия. Средневековье замков - это вместе с тем
и средневековье городов, не говоря уже о монастырях, которые
вырастают повсюду. После 910 года Клюнийская реформа вызовет
к жизни небывалый расцвет монашества. Нашествия предыдущих
двухсот лет способны были уничтожить прекрасный христианский
мир VI и VII вв., но теперь он чудесно возрождался из руин. После
реформы Клюни, реформы Робера Молемского и с основанием аб­
батства Сито (как раз в том же 1098 году) жизнь по уставу святого
Бенедикта глубоко обновляется, и возникают условия для расцвета
монашеской жизни. Решающий импульс ей даст, спустя некоторое
время, святой Бернард. Основание Ордена картузианцев святым
Бруно в 1104 году, а чуть позже (в 1120 г.) - рождение Ордена пре-
монстратов благодаря святому Норберту, свидетельствуют о ду­
ховном огне, которым пылала эта удивительная эпоха.

V вот в этом активно развивающемся мире, трудно точно


I I определить, когда именно, в семье местной знати пфальц-
^ ^ ^ гр а ф с т в а родилась девочка, родители которой, Хильде-
берт и Матильда (по-немецки Мехтильда), были, вероятно, ро­
дом из Бермерсхейма, графства Спонхейм. Она была десятым
ребенком в семье и при крещении получила имя Хильдегарда.
Это было неприметное рождение в семье, знатность которой не
отразилась ни в каких значительных событиях; но оно оказалось
удивительно соответствующим богатой и беспокойной эпохе
конца века. В следующем году, 15 июля, крестоносцы взяли Иеру­
салим.
Казалось, девочка была похожа на всех остальных. Похожа,
да не совсем, ведь уже с раннего детства ей случалось порой
изумлять свое окружение. Одно свидетельство, приведенное
позже (во время процесса канонизации), рассказывает, как она,
обращаясь к своей кормилице, воскликнула: «Посмотри-ка на это­
го хорошенького теленочка внутри коровы! Какой он беленький,
с пятнышками на лбу, на ногах и на спинке!». Когда спустя неко­
торое время теленок появился на свет, он совершенно соответ­
ствовал описанию Хильдегарды, которой было тогда пять лет. Но,
говорит она сама, даже еще раньше, «когда мне шел третий год, я
вдруг однажды увидела такой свет, что душа моя была потрясена,
но, поскольку я была еще совсем маленькая, я ничего не могла
рассказать». И она продолжает: «На восьмом году жизни меня
принесли в духовную жертву Богу, и до одиннадцати лет я видела
много вещей, о которых иногда по своей простоте рассказывала,
а слушавшие меня недоумевали и спрашивали друг друга, откуда
мне это приходит и что это такое. Сама я тоже удивлялась, так как
то, что я видела в своей душе, иногда представало мне и как вне­
шнее видение, а видя, что такого не было ни с кем другим, я стала
всеми силами скрывать видения своей души. Я не знала много­
го во внешней жизни, потому что часто болела уже тогда, когда
меня кормила мать, и потом тоже; это мешало моему развитию и
не давало набраться сил».
Когда Хильдегарде открывалось что-либо, она спрашивала у
своей кормилицы, видит ли та. Но та ничего не видала, и девочка
стала бояться и не решалась больше ни с кем делиться тем, что ей
дано было видеть. И все-таки иногда в разговорах ей случалось
сказать о событиях, которым только еще предстояло произой­
ти, а когда ей открывалось какое-либо видение, она начинала го­
ворить о вещах, казавшихся ее слушателям весьма странными.

ц
После, когда иссякала сила видения, заставлявшего ее открывать
вещи, превосходившие то, что она могла знать и понимать в ее
возрасте, ей делалось стыдно, она часто плакала и, сколько мог­
ла, пыталась хранить молчание. Опасаясь, чтобы окружающие не
спросили ее, откуда приходит у нее такое знание, она вообще не
решалась больше ничего сказать.
Можно предполагать, что это дитя с хрупким здоровьем об­
ладало даром как бы двойного зрения, который вызывал у окру­
жающих то изумление, то беспокойство. Некоторые психологи
нашего времени признают за детьми способности к интуитивно­
му постижению, намного превосходящие способности взрослых.
В случае Хильдегарды, вероятно, ее семья с самого раннего ее
детства поражалась необычайному дарованию девочки, а сама
она очень стеснялась его. В нашем веке мать Терезы Мартен, бу­
дущей сестры Терезы Младенца Иисуса, тоже очень рано замети­
ла у своей дочери некое предопределение свыше.
Когда Хильдегарде исполнилось семь лет, родители поручили
ее воспитание одной молодой женщине благородного происхож­
дения, дочери графа Спонхейма по имени Ютта. Ютта вела за­
творническую жизнь в монастыре Дизибоденберг, неподалеку от
Альзея, где они жили. Она взяла на себя ответственность за девоч­
ку, выказывавшую столь необычные задатки. В те времена было
в порядке вещей отдавать ребенка - мальчика или девочку - на
воспитание в монастырь. Монастырь, где Ютта вступила на путь
монашества, был двойным, то есть имел и мужскую, и женскую об­
щину, а основан был тремя или четырьмя веками раньше одним из
тех ирландских монахов, которые, вслед за святым Колумбаном,
покинули свой остров, чтобы в буквальном смысле засеять монас­
тырями всю Европу. Некоторые, как, например, монастырь Санкт-
Галлен (Святого Галла) около Констанцского озера, просущество­
вали, претерпев изменения, вплоть до наших дней. А Хильдегарда
впоследствии напишет житие святого основателя Дизибода.
Итак, Ютта взяла в свои руки воспитание необычной ученицы,
которую ей доверили. Биографы Хильдегарды рассказывают, что
она научила ее псалмопению и игре на десятиструнном инстру­
менте, под аккомпанемент которого их в то время пели. Всякое

12
воспитание тогда начина/юсь с обучения пению и пению псалмов,
а «научиться читать» означало «изучить Псалтирь». Возможно, по­
том воспитанники старались отыскать в рукописях Библии тексты
выученных наизусть псалмов. Это был в каком-то смысле обще­
принятый метод обучения: слова были им уже знакомы, так что
чтение и письмо, по сути, состояли в том, чтобы найти и воспроиз­
вести то, что память уже запечатлела. Хильдегарда впоследствии
скажет, что, хотя она изучила текст Псалтири, Евангелия и главных
книг Ветхого и Нового Завета, она никогда не занималась ни ис­
следованием смысла слов, ни разделением их на слоги и не имела
представления о грамматических формах и временах. Ютта не­
сколько пренебрегала преподаванием грамматики, устремив все
внимание на сами тексты.
Здоровье ее ученицы по-прежнему было слабым. Позднее ее
биограф в житийном стиле, который был тогда в ходу, так опишет
состояние Хильдегарды: «Сосуды скудельные испытываются в гор­
ниле, а мужество совершенствуется в немощи, посему в немощах
телесных она не знала недостатка, и обнаруживались они почти
с самых нежных лет, были многочисленны и почти непрестанны,
можно сказать, она редко держалась на ногах». Она призналась
Ютте в своих тайных видениях, и Ютта обратилась за советом к
одному из монахов мужской части монастыря по имени Вольмар,
который вскоре стал советником, а затем помощником и другом
Хильдегарды, каковым и оставался на протяжении почти тридца­
ти лет. Он же исполнял обязанности ее секретаря, когда в этом
возникла необходимость.

етство, полное болезней и тайных, скрываемых от всех,


I У видений, - таково начало жизненного пути Хильдегарды
^ 4 ^ / в стенах монастыря Дизибоденберг, в долине реки Наэ.
Достигнув соответствующего возраста, она выразила желание
принять постриг и стать монахиней из числа тех (кажется, их было
немного), которые жили в монастыре под опекой Ютты. Ей было,
скорее всего, лет четырнадцать или пятнадцать (возрастом совер­
шеннолетия для девушек в те времена считались двенадцать лет,
а для мальчиков - четырнадцать). Ранняя юность Хильдегарды,

14
как и детство, была скрыта от людских глав, подобно существова­
нию любой монахини, жившей по бенедиктинскому уставу.
Нам более или менее известно, как протекала жизнь мона-
хинь-бенедиктинок в стенах монастырей. Их день и ночь раз­
мерены каноническими часами, так как, за исключением особо
уважительных причин (например, слабого здоровья), ночной сон
прерывался службой Утрени, которая совершалась сразу после
полуночи. Час восхода был для монахов и монахинь часом Хва­
лы, за которой следовало богослужение Первого часа. Затем, как
правило, совершалась Евхаристическая Литургия, а после нее в
большинстве монастырей следовал завтрак. Затем наступало вре­
мя Третьего часа, название которого означало третий час после
восхода солнца (то есть 8 или 9 часов, в зависимости от времени
года), а потом - время работы, вплоть до Шестого часа (то есть 11
или 12 часов). После этой службы был обед, а потом - свободное
время до Девятого часа (14 или 15 часов), по завершении которого
монахини вновь брались за труд, физический или интеллектуаль­
ный, личный или совместный. Час вечерни означал окончание дня
(18 или 19 часов); за ним следовали вечерняя трапеза и свободное
время, то есть часы рекреации, которые, как правило, проводи­
лись вместе. Затем часто происходило собрание в зале капитула,
где все обитательницы монастыря собирались вокруг аббатисы.
Затем, на закате, совершалось последнее богослужение - Пове­
черие. В монастыре воцарялось молчание, чтобы не мешать от­
дыху и молитве.
Вся Псалтирь - сто пятьдесят псалмов - за неделю прочитыва­
лась полностью. Молитва, молитвенное размышление и труд на
протяжении дня чередовались, с поправками, которые вносили
разные литургические периоды: время покаяния (Адвент и Вели­
кий Пост), праздники, то есть, прежде всего, конечно, Рождество
и Пасха, и многочисленные праздники памяти святых, из которых
самым торжественным был день Сретения, праздник Пресвятой
Девы2, потому что в этот день в память о Христе - свете народов,

2 По-латыни называющийся Candelaria.

15
явленном в Храме Его Пречистой Матерью, богослужение совер­
шалось при зажженных свечах.
Ютта умерла в 1136 году, и, по-видимому, число монахинь ее
общины в монастыре Дизибоденберг к этому времени возросло.
Тотчас после ее смерти монахини выбирают Хильдегарду аббати­
сой. Ей должно было вскоре исполниться сорок лет. Она не имела
понятия, что близка к решающему событию своей жизни, которое
направит ее на совершенно новые пути.
Глава II

О гй рош те Хи\ь^€\др^с
о е* яугй
«И вот на сорок третьем году моего земного странствия, ког­
да я с великим страхом, трепеща, вглядывалась в небесное виде­
ние, я увидела великолепное сияние, посреди которого раздавал­
ся глас с небес, говоривший мне: «О немощный человек, прах от
праха, персть от персти, говори и пиши то, что видишь и слышишь.
Но как ты слишком робок, чтобы говорить, и неумел, чтобы изла­
гать, и непросвещен, чтобы записывать это, говори и пиши не от
человеческих уст и не человеческим разумом и не человеческой
волей, но так, словно видишь и слышишь небесные чудеса, от Бога
исшедшие. Повторяй их так, как они тебе открываются, словно
внемля словам наставника, и излагай сообразно тому, как они за­
думаны, явлены тебе и как тебе велено. И так, человек, говори,
что видишь и слышишь. Но не по-твоему и не по-человечьи, но по
воле Того, Кто ведает, зрит и обладает всякой вещью в потаен­
ной глубине Своих тайн». Это решительное повеление, в котором
определяется роль Хильдегарды, подобная роли ветхозаветных
пророков, бывших «устами Всевышнего» и лишь передававших
то, что они слышали, не заботясь ни о том, чтобы придать своим
словам вид вразумительной речи, ни о том, чтобы привести со­
держание Божественного послания в соответствие с правилами
логики или диалектики.
Хильдегарда настойчиво повторяет: «И вновь я услышала глас
с небес, говорящий мне: «Иди и поведай об этих чудесах и запиши
их так, как они явлены и поведаны тебе». Это было на тысяча сто
сорок первом году от Воплощения Христа, Сына Божия, когда мне
было сорок два года и семь месяцев. Необычайно яркий огненный

(7
свет излился с отверстого неба, почил на моей голове и на всем
теле, и на груди моей, подобно пламени, которое не обжигает, но
воспламеняет своим жаром, как солнце, согревающее все, на что
падают его лучи». И она прибавляет: «Я ощутила силу тайн, сокро­
венных вещей и восхитительных видений, посещавших меня с са­
мого юного возраста, то есть со времени, когда мне было около
пяти лет, и до сего дня, внутри меня, как и теперь; я не показывала
этого почти никому из людей, разве некоторым благочестивым
мужам, избравшим тот же путь, что и я; в противном случае я бы
мирно сохраняла молчание все это время, до сей минуты, когда
Богу по благодати Его угодно было явить мне сие». Потом она го­
ворит о словах, к которым мы еще вернемся: «Видения, которые
меня посещали, приходили не во сне, не в дреме и не в исступле­
нии; не через внешнее телесное зрение или слух. Я воспринимала
их не в каком-то потаенном месте, но, бодрствуя, видела свои­
ми человеческими очами и слышала своим слухом, хотя внутри,
лишь в уме и духе, и принимала их в местах, открытых по воле
Божией».
Такие слова трудно воспринять безоговорочно и сразу. Хиль-
дегарда говорит о своей тревоге, но настаивает на том, что дан­
ное ей повеление было, совершенно очевидно, непререкаемо:
«Как же это сделалось? Трудно плотскому человеку уразуметь
подобное, но случилось так: по прошествии юности, достигнув
зрелых лет, когда приобретается совершенная сила, я услыха­
ла глас с неба, говоривший: “Я есмь Свет живой, просвещаю­
щий всякую тьму. Человека, которого Я избрал и, как Мне было
угодно, чудным образом посвятил в великие чудеса, Я отделил
от древних людей, видевших во Мне многие тайны. Но Я распро­
стер его на земле, дабы он не превознесся надменностью духа
своего. Мир не познал от него ни радости, ни услады, ни помо­
щи ни в чем, что дано было ему в принадлежность, ибо Я лишил
его всякого дерзновения и упорства, оставив в боязни и ужасе от
своих скорбей. Ибо он страдал до самой глубины плоти своей,
терпя пленение духа и чувств, терпя великие телесные страсти;
никакой безопасности ему не осталось, но во всем вокруг себя
он видел себя виновным. Ибо Я затворил его разоренное серд-

15
це, чтобы дух его не превознесся гордыней или тщеславием, но
чтобы он находил в них не радость и ликование, а страх и муку.
И так он, в силе Моей любви, стал искать в своем духе то, что от­
крыло бы ему путь к спасению. И был найден некто, кого он воз­
любил, сочтя верным и подобным ему самому в деле спасения
Моим Промыслом - дабы открылись Мои сокровенные чудеса и
деяния. Тот же не отрекся и не отступил, но пришел к нему, воз­
высившись смирением и добрым произволением, и приклонился
со многими воздыханиями. Потому ты, человече, принимая то,
что Я обращаю к тебе ради явления вещей сокровенных, не в
смятении обманутых надежд, но в чистоте простого духа напи­
ши, что видишь и слышишь”».
«Я же, - продолжает Хильдегарда, - видев и слышав все это,
сомневалась и боялась неверно уразуметь и из-за разноречивос­
ти человеческих слов долгое время отказывалась писать, не по
упрямству, но по смирению, пока не была к этому принуждена на
ложе скорби, на котором распростерлась, пораженная язвой Бо-
жией так, что занемогла многими недугами сразу. Я испросила и
обрела [ответ] в свидетельствах благородной молодой девы доб­
рого нрава, а также мужа, к которому я, как уже говорила, втайне
прибегала за советом, и приступила к писанию. И пока я это дела­
ла, ощущая великую глубину [священных] книг, я восстала от одра
болезни и вновь обрела силы. Посвятив этому труду десять лет, я
едва смогла завершить его. Во дни Генриха, архиепископа Майнц­
ского, и Конрада, короля Румынского, а также Конона, аббата
обители Святого Дизибода, во времена Папы Евгения мне были яв­
лены эти видения и написаны эти слова. И я сказала и написала не
по склонности моего сердца или иного кого из людей, но так, как я
видела их в небесном видении, как слышала и приняла сокровен­
ные тайны Божии. И вновь услышала я голос с неба, говорящий:
«Возопи же и напиши так».
Язык видения удивителен. Удивительно, прежде всего, это
слово - «человече», то есть человеческое существо, человечес­
кое создание. Оно свидетельствует, что Хильдегарда действи­
тельно была призвана пророчествовать, быть устами Бога, лишь
воспроизводя слова, которые ей диктуются. На этом она будет

\9
настаивать всю жизнь, утверждая, что не говорит ничего, что ис­
ходило бы от нее самой, но лишь передает то, что глаголет «Свет
живой».
Это предисловие к первой книге, написанной Хильдегардой,
говорит о важнейшем повороте в ее жизни, которая с этих пор
примет новое направление. Момент этого поворота можно опре­
делить довольно точно. На составление первой книги, которую
она назвала «Scivias» —«Познай пути [Господни]», ушло десять
лет. То есть она работала над ней примерно с 1141 по 1151 годы.
Но книга отнюдь не была единственным занятием Хильдегарды,
которая на протяжении этого времени занималась множеством
других дел и начала ту неутомимую деятельность, которая была
ей так присуща.
Некоторые из рукописей Хильдегарды иллюстрированы.
В частности, в великолепном томе ее третьего сочинения, храня­
щемся в Государственной библиотеке в Лукке, есть десять пре­
красных иллюстраций на всю страницу, изображающих видения
монахини. Внизу, под главным образом, в небольшом украшен­
ном квадрате, мы видим саму Хильдегарду с лицом, обращенным
вверх, откуда на нее сходят потоки пламени. Она сидит на стуле
с высокой спинкой перед пюпитром и держит в руках таблички
для письма, где, вероятно, поспешно записывает видение, кото­
рое ей предстоит потом изложить более подробно. Она одета в
черное платье, поверх него наброшена коричневая накидка, под

20
которой угадывается белая котта3. Рукава охватывают запястья
обеих рук - той, которая держит таблички, и той, которая пишет.
Таблички имеют совершенно обычную форму и сделаны из чер­
ного воска, и на каждой можно различить две колонки. Прямо пе­
ред Хильдегардой - монах, сидящий, как и она. Он пишет гусиным
пером на свитке пергамента, который, по обычаю того времени,
линован. Этот весьма немолодой монах, по-видимому, Вольмар.
На некоторых иллюстрациях, в том числе на первой миниатюре
луккской рукописи, за спиной Хильдегарды мы видим стоящую
монахиню, явно более молодую, в длинном черном платье, с бе­
лым покровом на голове, из-под которого виден другой, черный,
ниспадающий набок. Очень возможно, что это Рихарда - мона­
хиня Бингенского монастыря, которую Хильдегарда, по ее соб­
ственным словам, любила, «как Павел любил Тимофея».
Таков отныне образ Хильдегарды. Суть ее жизни сосредото­
чилась на том, чтобы принимать и передавать то, что говорит ей
«Свет живой». Монах Вольмар, ее исповедник и - вероятно, не
без посредничества Ютты - ее первое доверенное лицо, будет ее
секретарем вплоть до своей смерти, то есть до 1165 года. Скорее
всего, именно благодаря ему монахи монастыря Дизибоденберг
окажутся посвященными в новую деятельность аббатисы и в ее
видения. Это не могло не вызвать беспокойства у церковных влас­
тей, в том числе у аббата самого монастыря, Конона. Он сообщил
о своих опасениях Майнцскому архиепископу Генриху, управляв­
шему епархией, к которой принадлежал его монастырь. Несмотря
на благоприятные отклики о содержании видений, и тот, и другой
были ими смущены. В это время, в конце 1147 года, начинаются
разговоры о желании Папы Евгения III созвать в Реймсе Собор.
Для подготовки Собора он намеревался провести синод в Трире.
К тому моменту тексты Хильдегарды уже составляли начало ее
первого труда - «Scivias». Это стало подходящей возможностью
для того, чтобы представить на суд собравшихся священнослужи­
телей труд монахини, сподобившейся откровения.

3 Котта (франц. cotte) - европейская длинная верхняя одежда с узкими


рукавами, заменившая в Средние века тунику. - Прим. ред.
Великолепным местом для синода был этот город Трир, о
котором в наше время любят говорить как о древнейшем горо­
де Германии. Знаменитые Черные врата, «Porta Nigra», еще и се­
годня свидетельствуют о его древности. Они были частью укреп­
лений, возведенных императором Константином, который до
316 года жил в этом городе вместе со своей матерью Еленой,
ставшей потом одной из христианских святых. В их эпоху Трир
был важнейшей митрополией Римской империи. Поскольку он
был узлом, через который проходили самые активные пути со­
общения, средоточием легионов, которые квартировали там на
случай отпора варварским набегам, и к тому же речным портом
на правом берегу Мозеля, он оставался императорской рези­
денцией до конца IV в. В прекрасном здании современного ка­
федрального собора еще можно различить общий план храма,
возведенного Константином и образующего нечто вроде ядра
строения. Дважды разрушенный - франками в VII в. и норман­
нами в конце IX, - он был перестроен в 1037 году. Приезд Папы
стал подходящим случаем для того, чтобы его расширить и уст­
роить новый алтарь в восточной части. В то же время архиепис­
коп Хиллин решил купить то, что до наших дней носит название
«Aula palatina» - бывший дворец Константина, превратившийся
к тому времени в руины. Он был отчасти восстановлен, чтобы
послужить местом встречи церковнослужителей, собравшихся
на синод.
Чтобы оценить важность этого синода, надо вспомнить о дол­
гих распрях, кипевших на германской земле между Римскими па­
пами и императорами, которые не соглашались отказываться от
своих привилегий и привычек, сложившихся в эпоху Каролингов,
и продолжали вмешиваться в назначение епископов и аббатов мо­
настырей. Реформа, проведенная деятельным Папой Григорием
VII, была принята лишь двадцатью годами раньше, в 1123, во время
соглашения, получившего название Вормсского конкордата. Од­
нако Папа Евгений III, созвавший синод, был цистерцианцем, вос­
питанником Клерво, то есть самого святого Бернарда. Для этого
понтифика святость оставалась главной заботой в исполнении его
обязанностей. Целью собора, который он созовет в Реймсе, будет

22
утверждение тенденции к реформе Церкви, начавшей проявлять­
ся после Григория VII.
Итак, представительное собрание состоялось в Трире в конце
1147 года. Вероятно, контраст между внушительным собранием -
епископами, кардиналами, аббатами монастырей - под предсе­
дательством самого Папы (в числе присутствовавших был и Бер­
нард Клервоский - бесспорный авторитет в христианском мире;
его влияния оказалось достаточно, чтобы несколькими годами
раньше погасить волнения, вызванные схизмой Анаклета) и ма­
ленькой худенькой аббатисой неприметного монастыря с берега
Рейна, удостоившейся, по ее словам, Божественных видений, был
разительным. По требованию архиепископа Майнцского Генри­
ха и аббата монастыря Святого Дизибода Конона Папа назначил
двух прелатов, которые должны были поехать на место и лично
посетить Хильдегарду, расспросить о ее поведении, привычках и
писаниях. Этими прелатами стали епископ Вердена Альберон (или
Оберон) и его викарий по имени Адальберт.
Оба отправились в монастырь Святого Дизибода. Результаты
опроса оказались удовлетворительными, и они доставили в Трир
уже написанную часть «Scivias». За этим последовала удивительная
сцена, три столетия спустя восхищавшая аббата Спанхейма Иоган­
на Тритхейма (известного эрудита, собравшего в своей библиоте­
ке больше двух тысяч рукописей и описавшего жизнь Хильдегар­
ды, предварительно изучив все доступные источники). «Публично,
перед лицом собравшихся, Папа прочел сочинения девы. Он сам
исполнял служение чтеца и огласил значительную часть написанно­
го труда. Все слышавшие слова сего писания, исполнившись вос­
хищения, единодушно воздали славу всемогущему Богу». Папа,
читающий перед огромным собранием труд маленькой монахини,
до тех пор никому, кроме ближайшего окружения, не известной, -
действительно необычайное зрелище. Автором заключения, сде­
ланного после этого слушания, считается святой Бернард: «Следу­
ет остерегаться угасить столь дивный свет, зажженный Божествен­
ным дыханием».
После заседания Евгений III лично написал Хильдегарде. Его
письмо положило начало переписке Хильдегарды, которая от­
ныне сделается важной частью ее жизни. Оно стало первым в
длинном списке писем: даже неполное современное издание «Ра-
trologiae Latina» включает в себя 135 писем из их числа (на каж­
дое имеется ответ) и занимает не меньше 240 убористых колонок
этого издания. «Мы восхищены, дочь моя, - пишет Папа, - и вос­
хищены сверх всяких ожиданий тем, как Бог являет в наши дни
новые чудеса, изливая на тебя Духа Своего, и ты, говорят, видишь,
разумеешь и описываешь многие сокровенные вещи. Мы узнали
об этом от людей, достойных доверия, видевших тебя и беседо­
вавших с тобой. Что же сказать нам, обладающим ключом веде­
ния, коим можем отверзать и замыкать, и по неразумию своему
пренебрегшим и не сделавшим сего? Итак, мы сорадуемся с то­
бою о благодати Божией. Мы приветствуем тебя и обращаем сие
[приветствие] к твоей милости, дабы ты знала, что Бог противит­
ся гордым, а смиренным дает благодать (см. Иак 4). Сохраняй же
благодать, которая в тебе пребывает, да восчувствуешь, что от­
крывается тебе в духе, и со всяким благоразумием опишешь это
всякий раз, как слышишь. (...) “Отверзи уста твои, и Я наполню их”
(Пс 70)». В заключение он прибавляет: «То, что ты дала нам знать
о месте твоего пребывания, открытом тебе в духе, сие с нашего
позволения и благословения и с благословения твоего еписко­
па, - да будет так; живи со своими сестрами по уставу святого Бе­
недикта в той обители».
Так пишет Евгений III, обращаясь к Хильдегарде. Последний
абзац требует некоторых пояснений: он дает разрешение на пе­
ревод восемнадцати монахинь, собравшихся вокруг аббатисы
монастыря Святого Дизибода, в Бинген, который впоследствии и
станет знаменит. С некоторых пор общине стало тесно в стенах
монастыря; нужно было подыскать для нее новое место жительс­
тва. Хильдегарда сообщила аббату и его собратьям место, кото­
рое, как она говорила, было указано ей Святым Духом: это был
Рупертсберг, расположенный недалеко (на расстоянии 25-30 ки­
лометров) от монастыря Святого Дизибода, в Бингербрюке - мес­
те слияния Рейна и Наэ, совсем рядом с небольшим портом Бин-
ген-на-Рейне, занятым и укрепленным Друзом во время римской
оккупации в конце I в. до Рождества Христова.
Этот перевод происходил не без трудностей. Мужская общи­
на монастыря Святого Дизибода недоброжелательно восприня­
ла весть об уходе монахинь, заметно сокращавшем численность
обитателей монастыря. Хильдегарда никогда не видела Рупертс-
берга, куда собиралась перебраться. То был холм, издавна но­
сивший имя святого Руперта - праведника, который по праву на­
следования избрал себе это место для жительства и жил там со
своей матерью Бертой.
Возникший конфликт длился довольно долго. В его перипе­
тиях вымысел переплетается с историческими фактами. Один из
монахов по имени Арнольд особенно яростно сопротивлялся ухо­
ду монахинь и подстрекал других всячески этому препятствовать.
Внезапно у него обнаружилась такая опухоль на языке, что он не
мог ни закрыть рта, ни членораздельно говорить. Объясняясь, как
мог, знаками, он велел привести его в церковь Святого Руперта, где
пообещал святому, что больше не будет чинить препон созданию
нового монастыря, а напротив, постарается помочь по мере своих
сил. Тотчас же он вновь обрел здоровье и первым начал готовить­
ся к возведению строений и выкапывать виноградники на местах,
где предполагалось построить дома для жительства монахинь.
Однако в это время больная Хильдегарда лежит в постели, ско­
ванная и тяжелая, как камень. Об этом доносят аббату Конону, и
он, не поверив, пытается приподнять ей голову или перевернуть ее
с одного бока на другой, но безуспешно. Ошеломленный этим, как
говорит автор «Жития», «необычайным чудом», аббат понимает,
что так проявляется воля Божия, и, в конце концов, дает разреше­
ние на переход. Монахиням предстояло еще получить разрешение
каноников майнцской церкви, но оно было получено беспрепят­
ственно. Так «дева Господня получила позволение придти жить со
своими сестрами в оратории Святого Руперта» и в окружающих
строениях, где был устроен новый монастырь. Он находился в ве­
дении графа Бернарда Хильдесхаймского, давшего согласие на
его основание. Мы видели, что этот замысел был одобрен и самим
Папой.
Приезд и вселение монахинь в новую обитель сопровожда­
лись большим стечением народа: жители соседнего города Бин­

25
гена приходили толпами, выражая радость по случаю их приезда.
Сама Хильдегарда и восемнадцать сопровождавших ее монахинь
тоже ликовали и благодарили Бога. Аббатису пришлось посадить
на лошадь и на протяжении всего пути до Рупертсберга поддер­
живать с двух сторон. Но, приехав на место, она тотчас почув­
ствовала себя окрепшей, как и тогда, когда ей удалось догово­
риться с братьями обители Святого Дизибода.
Монастырь Рупертсберга, оказавшийся в XVII в. жертвой швед­
ских вторжений, в наши дни совсем превратился в развалины. Из
обителей, основанных аббатисой, сохранилась только вторая,
а именно - монастырь Айбинген, расположенный на правом бе­
регу Рейна в Рюдесхайме. Только он пережил шведские, а затем
французские нашествия, которым подвергались эти земли. Он не­
сколько раз восстанавливался, и сегодня там находятся могила
Хильдегарды и несколько сохранившихся более поздних мозаик,
воспроизводящих сцены ее видений.
Но посмотрим, что это были за места, которые стали ее при­
ютом. Этот удивительно красивый край всегда вдохновлял поэ­
тов, особенно в XIX в. - в эпоху немецкого романтизма. По обоим
берегам реки Боппард близ Висбадена мы встречаем множество
названий, вызывающих ассоциации и со всякого рода легенда­
ми, и с реальными историческими событиями. Легенды эти час­
то поздние, подобно легенде о Мойзетурме, «Мышиной башне»,
возвышающейся на скалистом острове напротив Рупертсберга.
Рассказывают, как Майнцский епископ Хатто устроил там во вре­
мя голода склад зерна и, до крайности раздраженный требовани­
ями и жалобами бедняков, осаждавших его, велел запереть их в
амбаре и поджечь. «Слышите, как пищат мои мыши?» - пригова­
ривал он, слушая их крики. Той же ночью стаи мышей наводнили
его дворец. Спасаясь от них, он бросился в Рейн, но они устреми­
лись за ним туда и съели его живьем. Это один из вариантов зна­
менитой легенды о флейтисте, который с помощью волшебной
мелодии увлек за собой полчища крыс; когда же, избавив свой
город от их нашествия, он не получил причитавшуюся ему плату,
то пением флейты выманил из города всех детей и завел в реку,
где они и утонули.

26
Неподалеку, на правом берегу, в Санкт-Горсхаузене высится
скала / 1орелеи, прославленная поэмой Гейне. Лорелея неотдели­
ма от немецкой поэзии начала XIX в. Близ нее есть еще одна скала,
в которой легенда все еще видит семерых девушек, околдован­
ных водяным.
Но помимо этих захватывающих, иногда трагических исто­
рий, есть еще рейнские виноградники, сделавшие знаменитыми
и старинный город / 1орш, и Рюдесхайм, где и сегодня еще пол­
но трактиров и кабачков, а в старом крепостном замке X в. (Ни-
дербухе) открыт музей вина. Бенедиктинское аббатство Эбербах,
основанное в XII в. чуть дальше, ближе к Висбадену, благодаря
технике цистерцианцев, которые в Средние века по праву счита­
лись истинными знатоками всех отраслей сельского хозяйства,
очень скоро стало центром виноделия Германии. Местные вина
до сих пор пользуются самым живым спросом, в то время как цер­
ковь, монастырский двор, дормиторий - то есть все, что осталось
от аббатства - привлекают лишь некоторых туристов.
Сам же регион, невзирая на все разрушения, все еще щети­
нится многочисленными башнями и укрепленными замками. По­
рой мы видим одну лишь часовую башню, как, например, в замке
Райнфельс: она напоминает об одной из самых могучих крепос­
тей, которых когда-то в долине Рейна было великое множество;
а порой, как в Бухарахе, крепостную башню, вдохновлявшую Гий­
ома Аполлинера. Часто встречаются современные реконструк­
ции старинных башен: например, в замке Зоонек, на правом бе­
регу - в замке /1анек; или, в нескольких километрах от последней
(настоящее чудо!), - башня Максбург, единственная оставшаяся
невредимой с XIII в. Кроме того, есть замки и церкви, как, напри­
мер, Браубах (XIII в.) или Эстрих (XII в.), сильно реконструирован­
ные в эпоху Возрождения. Так, на протяжении сотни километров,
по обоим берегам реки, эта средневековая и романтическая ат­
мосфера, полная воспоминаний о прошлом, создает всей истории
Хильдегарды и ее спутниц словно очаровательную раму. Невоз­
можно отделить дух этих мест от деяний монахини-пророчицы:
этот «genius loci» совершенно соответствовал масштабу того, что
открывал ей обитавший в ней «Lux vivens» («живой свет»).
одворение Хильдегарды и монахинь ее общины в Рупертс-
берге относится примерно к 1148-1150 годам. Впоследствии
% ^ о н а напишет биографии обоих святых - покровителей мест
обитания ее общины. Святой Дизибод, ирландец, как говорят, в
VI в. поселился на берегах Рейна с тремя монахами, был их аб­
батом, при этом оставаясь отшельником, живя поодаль от них и
встречаясь с ними только для совершения богослужений. Так про­
должалось до самой его смерти, то есть примерно до 700 года. Он
был участником великого так называемого «крестового похода»,
а именно - миграции ирландцев, которые на протяжении Средних
веков самоотверженно покидали родной остров и селились в пус­
тынных местах, чтобы вести уединенную и созерцательную жизнь.
Неподалеку от этого места и примерно в то же время святой Галл
близ Констанцского озера основал монастырь, сохранившийся до
наших дней. Что же касается святого Руперта (или Роберта), то он
был франком и состоял в родстве с меровингской королевской
семьей. В 696 году он был назначен епископом Вормса. Затем, из­
гнанный язычниками, которых в тех местах было еще много, он
нашел себе прибежище в Регенсбурге (Ратисбонне), а потом ос­
новал обитель, вокруг которой в скором времени возник целый
город - нынешний Зальцбург. Наконец, в 718 году он вернулся в
Вормсскую епархию, там умер и был похоронен в Рупертсберге.
Написание этих двух биографий было лишь одной из сторон
деятельности Хильдегарды, жизнь которой была невероятно на­
сыщенна. Тем не менее, они напоминают о создании двух монас­
тырей, которые были местом ее обитания, молитв и видений до
тех пор, пока она не основала третью обитель - монастырь Ай-
бинген около Рюдесхайма, на этот раз на правом берегу Рейна.
Датой ее возникновения следует считать, по всей вероятности,
1165 год.
Можно представить себе жизнь в Рупертсберге, в стенах еще
строящегося или, во всяком случае, еще не устроенного оконча­
тельно монастыря, посреди виноградников рейнского побережья.
Хильдегарда и ее монахини поселились во временных строениях,
которые были полностью завершены лишь через несколько лет.
Вероятно, именно это она имеет в виду, рассказывая в 3-й главе

2$
своего «Жизнеописания», как, восстав от болезни, осознала, что,
«обретя душевный покой, должна теперь позаботиться о своих
дочерях, - об их телесных нуждах и нуждах духовных, как было
определено моими наставниками». Под «наставником», очевид­
но, следует понимать ее духовника, а то и попросту устав святого
Бенедикта. Позаботиться о монахинях действительно было нуж­
но: некоторые из них явно устали и пали духом. «В истинном ви­
дении с большой тревогой я увидела, как на нас восстали духи
злобы. Я видела, как они нападали на некоторых из моих благо­
родных дев через всякого рода суетные помыслы и тщеславие
и улавливали их, словно в сети. Тогда я, просвещенная Богом,
собирала их, наставляла и в душеполезных беседах вооружала
словами Священного Писания и разъясняла послушание. Однако
некоторые из них, видя меня в ложном свете, тайно язвили свои­
ми речами, сетуя, что не могут снести сурового правила уставной
дисциплины, которой я желала их подчинить. Но Бог послал мне
утешение в иных добрых и мудрых сестрах, не оставлявших меня
в моих скорбях, - как Сусанне [см. Дан 13 - прим. автора], кото­
рую Он спас от лжесвидетелей».
И Хильдегарда прибавляет: «И хотя я утомилась от этих зло­
ключений, отнимавших мои силы, благодатью Божией я смогла
завершить «Книгу заслуг житейских», открытую мне Богом». Ока­
завшись перед лицом и материальных трудностей, и тех, которые
возникали из-за поведения некоторых сестер вверенной ей оби­
тели, Хильдегарда все же не оставляет работы над своим вторым
сочинением - «Книгой заслуг житейских».
Впрочем, это далеко не единственное ее занятие: по-видимо-
му, сочинение музыки занимало ее на протяжении всей жизни. Что
же касается двух книг по медицине и естественным наукам, то в
автобиографии ничего не говорится о том, в какой момент они
были написаны. Вдобавок трудно представить себе жизнь мона­
хинь и самой Хильдегарды в ту пору без посетителей, постоянно
стекавшихся в Бинген. Местные жители встретили ее «с великим
ликованием и хвалами Богу», но гости приходили совсем не толь­
ко из близлежащих мест. Бернар Горсикс, цитируя биографию
Хильдегарды, пишет: «После трирского синода казалось, будто
весь католический мир пришел в движение... даже из самых отда­
ленных мест приезжали пешие и конные паломники».
Один из них привлек особенное внимание авторов жизнеопи­
сания святой, хотя его имени они не называют (книга II, глава з):
«Господь помогал ей [аббатисе] не только в болезнях или бесов­
ских напастях, но и в напастях человеческих; Бог обращал к доб­
ру сердца ее противников. Она сама рассказывала об обращении
одного философа, который поначалу враждовал не только с ней,
но и с самим Богом, а после пережил великое преображение, со­
вершенное рукой Всевышнего...». Этот философ, имя которого не
упоминается, мог быть ученым; но, во всяком случае, он был неве­
рующим и скептически относился к монахине, чьи необычайные
откровения так высоко превозносили. «Философ этот, имевший
большое богатство, долгое время сомневался в том, что было мне
открыто в видениях; но наконец пришел к нам и стал помогать в
устройстве нашей обители, доставляя разного рода сооружения,
устройства и прочие насущные предметы; нас очень обрадовало,
что Бог не забыл и о них. После тщательного, но благоразумного
исследования, он спросил, каковы и где находятся описания ви­
дения, и, в конце концов, уверовал в его Божественное вдохнове­
ние. Этот человек, сначала выказывавший нам свое небрежение
исполненными злобы словами, впоследствии (слава Богу, столь
много совершившему для обращения его сердца к правде!) стал
изливать на нас всяческие благословения. Таким же образом Бог,
желая сохранить сынов Израиля, потопил в Красном море фарао­
на. Изумленные такой переменой, многие еще более уверовали,
и Бог через этого мудрого мужа благословил нас... Итак, все мы
стали именовать его нашим отцом. Он же, вначале объявивший,
что принадлежит к княжескому роду, после пожелал, чтобы его
похоронили у нас, что и было исполнено».
В отличие от этого уверовавшего скептика многие посетители
приходили искать у богодухновенной аббатисы душевного мира
или телесного исцеления. Биографы Хильдегарды перечисляют
немало фактов, в то время казавшихся чудесными, хотя совре­
менному читателю они, вероятно, кажутся менее убедительны­
ми, чем ее необъятная переписка, где она дает советы - то есть

30
наставления - представителям власти, как духовной, так и мир­
ской. Но, конечно, чтобы понять причину и силу авторитета, ка­
ким пользовалась в тогдашнем беспокойном мире неприметная
монахиня с берега Рейна, лучше, как это сделал философ, обра­
титься к ее первому сочинению, получившему одобрение Папы и
святого Бернарда, - к «Бсмаэ».
Глава III

jS cw U s '
Конечно, теперь невозможно узнать, какой именно отрывок
из «Scivias» Папа прочитал перед синодом, собравшимся в Трире.
По крайней мере, известно, что речь идет о первых главах книги,
которые к 1147 году были уже написаны (весь труд был завершен в
1151 г.). «Scivias» состоит из трех книг. Первая представляет шесть
видений Хильдегарды с ее собственными комментариями; вто­
рая - семь, третья - тринадцать. Последнее из видений этой тре­
тьей книги заканчивается своего рода театральной пьесой или,
скорее, оперой. Добродетели в ней персонифицированы и пре­
терпевают нападки бесов. Позднее Хильдегарда вновь вернется
к этому сюжету в музыкальном произведении, названном «Ordo
virtutum».
Поскольку невозможно определить, какой именно отрывок
прочел Папа, мы предпочли выбрать третье видение из первой
книги «Scivias», характерный тон которого автор сохраняет и в
дальнейшем, во всех своих сочинениях.
«Я увидела огромную сферу, исполненную тьмы, овальной
формы, менее широкую у вершины, более пространную в сере­
дине, сужающуюся к основанию, во внешней части опоясанную
кругом света, а внизу окутанную мраком. И в этом огненном кру­
ге был охваченный пламенем шар, такой большой, что вся сфера
озарялась им. Сверху - расположенные в ряд три звезды, которые
поддерживали горение шара, чтобы огонь мало-помалу не угас.
И шар этот то поднимался выше и источал больше света, распро­
страняя свои огненные лучи дальше; то опускался ниже, где было
холоднее, из-за чего пламя угасало.
Но из этого сплетения огненных языков, окружавшего сферу,
исходил вихрь, а из оболочки тьмы, окружавшей сплетение ог-

32
Iюнных языков, - другой вихрь, который издавал могучий рокот и
распространялся по сфере во все стороны. В самой оболочке был
темный огонь, столь ужасающий, что я была не в силах на него
(мотреть, и, полный бурь и возмущений, острых камней, больших
и малых, он сотрясал эту оболочку всей своей мощью. Когда же
слышен был его треск, светящийся круг, и вихри, и воздух содро­
гались так, что раскатам предшествовали молнии, ибо этот огонь
прежде в себе самом ощущал сотрясение, производившее смуту,
но поверх оболочки небо было чистейшим и без единого облака.
В небе же я различала шар, горевший огнем, довольно боль­
шой, и над ним - две целенаправленно расположенные там звезды,
удерживавшие сам шар, чтобы он не вышел за пределы своего сле­
дования. Там же, в небе, повсюду находились многие другие свето­
носные сферы, среди которых тот шар, слегка переливаясь, изредка
испускал свет; и, касаясь пламени горящего шара, дабы подкрепить
горение своего огня, вновь направлял его к тем сферам.
Из самого неба исходили могучий свист ветра и вихри, распро­
странявшиеся по всей небесной сфере. Под небом же я видела
влажный воздух, над которым - облако, и оно, расходясь во все
стороны, источало свою влагу по всей сфере. А когда влага собра­
лась, внезапно с шумом пролился сильный дождь. Когда же она
иссякла, он сменился мелким дождем, который падал с легким
шумом. Тогда возникли свист ветра и вихри, которые распростра­
нились по всей сфере. Посреди всех этих стихий был песчаный шар
огромных размеров, и сами стихии окружали его таким образом,
что он не мог скрыться ни в одном направлении, ни в другом. Пока
же эти стихии с разнообразными ветрами пребывали в борении,
они своей силой вынуждали песчаный шар понемногу двигаться.
И между Севером и Востоком я видела словно высокую гору, от­
брасывавшую в сторону Севера много теней, а в сторону Востока
излучавшую много света. (...)
И вновь я услышала голос с небес, говоривший мне: “Бог, со­
творивший все вещи Своей волею, сотворил их для познания и
чести имени Своего. Не для того лишь, чтобы показать в них зем­
ное и преходящее, но чтобы через них явить вечное и незримое.
Сие и открыто тебе в видении, которое ты созерцаешь”».

зз
Затем Хильдегарда разъясняет свое видение. Предмет, кото­
рый она описывает вначале - круглая и темная сфера, - является
для нее знаком Бога. Вот комментарий: «Первоначально люди
были грубы и просты нравом; затем, при Ветхом и Новом Законе,
став более просвещенными, они начали вредить друг другу и друг
друга терзать. Но в конце веков, - прибавляет она, - им придется
из-за своего ожесточения претерпеть многие скорби».
Она поясняет, что облако мрака, окружавшее огонь, означает
тех, кто не верует. «Шар в этом огне - сверкающий пламенем и та­
кой величины, что он освещал всю сферу, - сиянием своего вели­
колепия открывал, чем является в Боге Отце возлюбленный и не­
изреченный Сын, Солнце правды, охваченный огненной любовью
и обладающий славой столь великой, что вся тварь просвещается
сиянием Его света. Огненный шар порой опускался ниже (...): это
означает, что Единородный Сын Божий, родившийся от Девы и
милосердно уничиживший Себя ради нищеты человеческой, пре­
терпит все телесные скорби и покинет мир, чтобы возвратиться
к Отцу. (...) Это значит: поскольку чада Церкви принимают Сына
Божия внутренним знанием сердца, святость Его тела возвысится
силой Его Божества и, посредством неизъяснимого чуда, ночь со­
кровенной тайны восхитит Его, скрыв от глаз смертных, ибо Ему
служат все силы».
Дальше она объясняет, что одно дуновение ветра есть знак
Бога, наполняющего вселенную Своим всемогуществом, а бур­
ный порыв и вихри порождены злобой сатаны, от которого «ис­
ходит злонравие (...), распространяющееся по сфере во все сто­
роны, ибо в веке сем все перемешивается между народами на
различный манер». Видимо, она имеет в виду, что убийство соче­
тается с жадностью, пьянством и самыми жестокими проявлени­
ями злобы.
«И все же, - продолжает она, - на этой оболочке небо чисто
и без единого облака, ибо за кознями древнего искусителя сия­
ет лучезарная вера. (...) Она исходит не сама от себя, но покоит­
ся на Христе. И в небе виден шар, горящий огнем, большой ве­
личины, истинно означающий Церковь, собранную верой: о том
свидетельствует непорочное белоснежное сияние, образующее

34
ореол славы; над ним - две ясно различимые звезды (...) показы­
вают, что Церковью управляют два Завета - завет ветхого зако­
на и завет нового. (...)
Там же, под небом, ты видишь влажный воздух, а внизу - бе­
лое облако, которое, расширяясь во все стороны, орошает вла­
гой всю сферу». Это образ крещения, «являющего всему миру
источник спасения для уверовавших. (...) Из него также исходит
дуновение с вихрями и распространяется по всей сфере, ведь,
как только стало распространяться крещение, принесшее спасе­
ние верующим, так посредством мудрых слов стала распростра­
няться и истинная слава; (...) в среде народов, которые остави­
ли неверность и обратились к кафолической вере, она достигла
всех».
Наконец, песчаный шар означает человека и мир, сотворенный
для него. Здесь комментарий Хильдегарды становится молитвой:
«Боже, чудесно сотворивший все сущее, Ты увенчал человека зо­
лотым венцом разумения; Ты облек его в дивное одеяние види­
мой красоты, поставив его, как князя, над совершенными делами
рук Твоих, которые Ты праведно и благо устроял посреди твари.
Ибо Ты наделил человека достоинством великим и дивным, пре­
вышающим достоинство других созданий». В этот миг созерцания
Божественного Хильдегарда выказывает чувство, которое мы не
раз находим в ее трудах и которое было присуще людям ее эпо­
хи - восхищение красотой творения. То же чувство глубоко испы­
тал и прекрасно выразил Гуго Сен-Викторский: «Богу, - говорит
он, - угодно было не только чтобы мир был, но чтобы он был дивно
красив и великолепен».
Когда Хильдегарда объясняет значение большой горы, вознес­
шейся между Севером - местом тьмы - и Востоком - обителью
света, открывается еще один аспект: она имеет в виду грехопаде­
ние человека «из-за ужасающей лжи лукавого духа, причиняюще­
го осужденным на проклятие многие муки». Она говорит о «людях,
которые упорно искушают Меня своим нечестивым искусством,
исследуя тварь, созданную для служения им и требуя открыть им
все, что им захотелось узнать. Могут ли они ухищрениями своего
искусства продлить или сократить время жизни, определенное

35
Создателем? Разумеется, не могут ни того, ни другого, ни на час.
Могут ли они изменить Божественное предопределение? Никак.
Однако иногда Я попускаю твари открывать вам ваши страсти и
их черты, ибо тварь боится Меня, своего Бога (...). О неразумные,
когда вы предаете Меня забвению, не желая обратиться ко Мне и
поклониться Мне, и взираете на тварные создания, чтобы узнать,
что они предскажут вам, вы упорствуете, отвергая Меня, и по­
клоняетесь жалкой твари, предпочитая ее Творцу». Вероятно, она
имеет в виду всякого рода гадания и лжепророчества. И дальше:
«Однако иногда, по Моему попущению, звезды являются людям
знамениями. О том свидетельствует Мой Сын в Евангелии, гово­
ря: «И будут знамения...». Это означает: люди будут просвещены
светом такого рода звезд; а их обращение будет указывать вре­
мена времен. В последние же времена по Моей воле наступят
бедствия и пагуба всякого рода; порой лучи солнца, сияние луны
и свет звезд будут меркнуть, чтобы привести в смятение сердца
человеческие».
Дальше Хильдегарда приводит в пример звезду, направляв­
шую путь волхвов, тем самым говоря: то, что каждый человек
имеет «свою звезду», определяющую его жизнь (как верит и учит
неразумный и заблудший народ), неправда. Вифлеемская звезда
воссияла, «ибо Сын Единородный родился от непорочной Девы.
Однако она никак не определяла путь Моему Сыну, а только по­
служила верным знамением Его воплощения для народа, ибо все
звезды и всякая тварь, боящаяся Его, исполняет лишь Мою волю.
Никакого другого значения они (звезды) больше не имеют (...)».
Так Хильдегарда расправляется с астрологией и гаданием, со всем
тем, что уводило человека от веры и искажало восприятие Божес­
твенной тайны: «Я не желаю, чтобы ты исследовал звезды, или
огонь, или крылатые существа или иную какую-либо тварь, чтобы
постичь будущее». Продолжая говорить о пагубных заблуждени­
ях и бесовском колдовстве, она вновь дает слово Богу, Который
взывает: «О человек, Я приобрел тебя Кровью Сына, не хитрос­
тью или нечестием, но величайшей правдой. Ты же оставляешь
Меня, истинного Бога, и следуешь за тем, кто лжив. Я - правда и
истина, и Я предваряю тебя в вере, увещеваю в любви и привожу
к покаянию, дабы ты, даже будучи уязвлен грехом, мог восстать
от бездны своего падения».
Продолжая комментировать видение, она прибавляет слова
наставления, которые обратил к ней Свет, открывшийся ее гла­
зам: «О безумные! Для чего вы пытаете тварь о сроках своей жиз­
ни? Никто не может знать времени своего, избежать или изменить
определенного Мною. Ибо когда твое спасение, человек, будет
совершено - будь то в земных вещах или в духовных, - ты оста­
вишь нынешний век, чтобы переступить порог в бесконечное. Ибо
когда человек обладает столь великой мощью, что любит Меня
превыше всякой твари (...), Я не отделяю его дух от тела, пока в
нем не созреют сочные плоды, источающие благоухание. Но того,
кого Я сочту немощным, то есть неспособным сносить Мое бре­
мя посреди искушений лукавого, в тяжком порабощении своему
телу, Я беру от века сего, прежде чем он иссохнет и увянет его
душа, ибо Мне ведомо все. Я хочу дать роду человеческому вся­
кую правду ради сохранения его, чтобы никто не мог найти оправ­
дания, когда Я предостерегаю человеков и увещеваю их творить
дела правды, когда наполняю их страхом смертного Суда так,
словно они должны вот-вот умереть, хотя бы на самом деле им
предстояло жить еще многие дни...».
В следующем видении, четвертом по счету в книге «Бсмэб»,
вопрос об участи человека вновь возвращается, и вновь в образ­
ной форме, соответственно этапам развития человеческой жизни.
«Я увидела ослепительное и безмятежное сияние, исходящее как
бы из множества очей, четырьмя углами обращенное к четырем
частям света, и сияние это, олицетворяющее высшую тайну Твор­
ца, было мне явлено в великой тайне. В этом ослепительном сия­
нии явилось другое, подобное утренней заре и обладавшее слов­
но пурпурным свечением (...). И я увидела словно образ женщины,
имевшей во чреве как бы совершенный образ человека; и вот, по
сокровенному предопределению Творца этот человеческий образ
обнаружил движение жизни, и огненная сфера, в которой не было
никаких черт человеческой плоти, овладела его сердцем, охва­
тила его мозг и пронизала все члены; затем человеческий образ,
оживотворенный таким образом, вышел из чрева женщины и со-

37
верша/i движения, подобные движениям людей (...), и уподобился
цветом их цвету.
И вот, наступило время скорбей для этого человеческого об­
раза, ибо падение сделало его добычей для всех опасностей: «Где
я, чужестранка? В сени ли смертной? Каким путем я следую - не
путем ли заблуждения? И какое утешение мне доступно - не уте­
шение ли странников? Ведь я должна была бы иметь скинию из
драгоценного камня, сияющую больше, чем солнце и звезды, ибо
заходящее солнце и гаснущие звезды не должны были сиять в ней,
так как ей приличествовало исполниться ангельской славы; топаз
должен был служить ей основанием, а драгоценный камень обра­
зовать все устройство ее; ее ступени должны состоять из чистого
хрусталя, а галереи - из золота, ибо я должна была быть среди ан­
гелов, ибо я - живое дыхание, которое Бог вдохнул в безводную
материю. Потому мне следовало знать Бога и любить Его. Но ког­
да моя скиния (тело человека - хранилище Святого Духа) уразу­
мела, что может очами своими озирать все вокруг себя (знак сво­
боды, дарованной человеку, возможность выбора, его желания и
способность самому выбирать то, что для него благо или дурно),
она обратилась к Аквилону (месту холода и отчаяния)».
Так возникают все несчастья твари:
«Некоторые постарались покрыть меня бесчестьем, застави­
ли меня делить пажить со свиньями и, послав в пустынное место,
дали мне в пищу горькие травы, пропитанные медом. Затем они
положили меня на давильню и подвергли многим мукам и пыткам
и, совлекши мои одежды, чтобы нанести множество ран, остави­
ли меня на съедение зверям; змеи и ядовитые скорпионы, аспиды
и подобные им обступили меня и наполняли своим ядом». Под­
вергаемая всем пыткам, она возопила: «Где ты, Сион, матерь моя?
Горе мне, ибо я оказалась вдали от тебя! (...) Когда же я изливаю в
тебе, матерь моя, слезы и издаю стоны мои, несчастный Вавилон
так возвышает шум своих вод, что ты не можешь услышать мой
голос. Потому я буду искать тесных путей, где смогу избежать
ужасных спутников моих и отвратительного плена». Сказав так, я
убежала на узкую тропу, где, горько плача, скрылась в небольшой
пещере, со стороны севера, ибо потеряла матерь свою. И вот,

35
ш'жное благоухание, подобное как бы сладчайшему дыханию
м.1гери, опьянило меня. (...) И я была столь упоена радостью, что
логово в горе, где я укрывалась, наполнилось возгласами моего
/1икования. (...) Я хотела взойти на высоту, где враги не смогли бы
обнаружить меня, но они разостлали передо мной бурные воды
морские, которые я не могла пересечь; а мост, перекинутый через
них, был так шаток и узок, что и по нему я не могла перейти. По
(»орегам моря высились горы, вершины которых были так высоки,
что я увидела свое бессилие достичь их».
Вновь ужасаясь, тварь опять взывает к вышней силе. «И тогда я
услышала голос матери моей, говоривший: «О дочь моя, беги, ибо
1ебе даны крылья, чтобы летать; они даны могущественным По­
дателем, Которому никто не может противостать. Итак, лети над
нсеми преградами со всею быстротой крыльев твоих». И вновь я
оказалась перед скинией, устроенной на незыблемых основани­
ях, и, достигнув ее, я, покончив с делами тьмы, стала творить дела
<нета. И в скинии сей, к северу, я воздвигла шероховатый желез­
ный столп, на котором повсюду развесила крылья, колыхавшиеся,
подобно веерам, и, найдя немного манны, вкушала ее. На восто­
ке же я устроила укрепление из квадратных камней и, возжегши
огонь, испила сладостного вина, смешанного с миррой. На юге я
также возвела башню, где повесила щиты красного цвета, а в ок­
нах выставила трубы из слоновой кости. Посреди той башни я из­
лила мед, из которого сделала драгоценное благоухание и другие
ароматы, так что их крепчайший запах окутывал весь двор ски­
нии. На западе я не сотворила никакого дела, ибо та часть была
обращена к веку сему». И, опять подвергаемая нападкам ненавис­
ти и лжи, тварь молит Бога: «Я вновь услышала голос, говоривший
мне: «Блаженная и неизреченная Троица явилась в мире, когда
Отец послал туда Своего Сына Единородного, зачатого от Духа
Святого и родившегося от Девы, чтобы Христос повел путем Исти­
ны людей, родившихся в разных состояниях и повязанных узами
греха». Так, мало-помалу, Хильдегарда разъясняет, что необходи­
мо человеку, чтобы обрести спасение.
Дальнейшее представляет собой комментарий к видению,
описанному прежде: «Сей женский образ, который ты видишь,

39
несущий в своем чреве совершенный человеческий образ, озна­
чает, что после восприятия женой семени мужа дитя, со всею со­
вокупностью его членов, образуется в сокровенной частице чре­
ва своей матери. И по тайному расположению Творца сей образ
свидетельствует о движении жизни, ибо, как только в силу пове­
ления и непостижимой воли Бога дитя в материнском чреве в мо­
мент, предопределенный Богом, обретает дух, оно движениями
тела свидетельствует о том, что живо, подобно тому как земля
раскрывается и дает расцвести цветам растений своих, когда на
нее нисходит роса. Так что оно подобно огненной сфере, которая
не имеет ни малейшей черты человеческой плоти и владеет серд­
цем этого образа, ибо душа, пылающая в очаге высшего знания,
различает многие вещи в кругу своего разумения. И сфера та не
имеет никакой черты человеческой плоти, так как она ни телесна,
ни эфемерна, как тело человека, и сообщает ему силу жизни. И,
будучи как бы основанием тела, она управляет им всем. (...) И вот,
человеческий образ, оживотворенный в чреве своей матери, вы­
ходя из него, обладает движениями, которые сообщает ему ог­
ненная сфера, в нем пребывающая. Следуя же своим движениям,
он изменяет и цвет свой, так как, когда человек принимает в мате­
ринском чреве дыхание жизни, рождается и проявляет движения
посредством дел, которые душа совершает вместе с телом, он
получает заслуги сих самых дел, ибо облекается сиянием добрых
дел и скрывается от мрака дурных.
Эта огненная сфера, сообразно телесным энергиям, являет
свое могущество так: в детстве человека она проявляет просто­
ту, в юности - силу, а в полноте лет (...) - являет в мудрости мо­
гущество добродетелей (...). Однако человек имеет в себе три
тропы (три пути или способа бытия). Каковы они? Душа, тело и
чувство - через них осуществляется жизнь. Каким же образом?
Душа животворит тело и поддерживает мысль, но чувства касают­
ся души и угождают телу. Ибо душа придает жизнь телу, подобно
огню, распространяющему свой свет во тьме, посредством двух
главных сил: разума и воли, которые суть две ее руки». Поскольку
Хильдегарда избегает упрощенных объяснений, она спешит при­
бавить: «Не то чтобы душа имела две руки, дабы двигаться; она

40
проявляет себя посредством этих двух сил, как солнце - посред-
( гвом своего сияния».
Итак, разум и воля - два средства, которыми обладает нело­
мок, чтобы проявить себя.
Дальше, описав возможности человеческого существа, Хиль­
дегарда еще раз с помощью своего видения описывает склоннос-
I и человека: «Душа в теле подобна жизненному соку в древе, а ее
<войства подобны ветвям древа. Каким образом? Разум в душе
подобен зелени ветвей и листьям; воля - цветам, дух - первому
плоду, из них произрастающему; разум подобен совершенному
плоду, достигшему своей зрелости; а чувства - как бы распростра­
нению его величия. Именно таким образом тело человека укреп­
ляется и сохраняется душой. Вот почему, о человек, тебе следует
уразуметь, кто ты по душе своей, ты, отрекающийся от разума и
желающий уподобиться животным».
После этапов человеческой участи пятое видение развивает
некоторые моменты Откровения и дает образ Церкви, следую­
щей за Синагогой.
«Я увидела как бы образ женщины, белой от головы до пояса,
черной от пояса до ног, а стопы ее были цвета крови. Вокруг ног
ее - чистое и сверкающее облако. Она была лишена глаз и, скрес­
тив руки, стояла возле алтаря, предстоящего очам Божиим, но
не касалась его. В сердце ее пребывал Авраам, в груди - Моисей;
в чреве - другие пророки, и каждый из них показывал свой знак
и восторгался красотой новой невесты. Последняя же явилась
великою, словно башня какого-либо города, над головой ее был
ореол, подобный заре. И я вновь услышала голос с неба, гово­
ривший мне: «Бог возложил на древний народ строгость Закона,
предписав Аврааму обрезание; но после обратил его в сладость
благодати, отдав Сына Своего тем, кто веровал в истину Еванге­
лия. И умягчил елеем милосердия уязвленных игом Закона. Вот
почему ты видишь как бы образ женщины, белой от головы до
пояса: это Синагога - матерь воплощения Сына Божия, с самого
рождения сынов своих и вплоть до полноты силы своей она про­
зревает во тьме Божии тайны, но не может узреть их целиком.
Ибо она есть не сияющая заря, являющая их откровенно, а та, что

41
издали взирает на них в изумлении и благоговении. (...) Синаго­
га восторгается новой невестой - Церковью, которая украшена
иными добродетелями, нежели она сама, окружена ангельскими
воинствами, чтобы бес не мог ни разрушить ее, ни ниспроверг­
нуть; тогда как Синагога, оставленная Богом, пребывает в поро­
ке. (...) Ноги ее в крови, а вокруг ног сверкает светлое облако,
ибо при завершении своем она предала смерти Христа, Пророка
из пророков, и сама, падши, погибла. Но сияющий и чистый свет
веры возник при гибели ее в сердцах верующих, так как в час па­
дения Синагоги восстала Церковь, и после смерти Сына Божия
апостольское учение распространилось по всей земле».
В противоположность Синагоге Церковь «является столь ве­
личественно, что подобна башне города, ибо, восприняв красо­
ту свою от Божественных заповедей, она вооружает и укрепля­
ет благородный град избранных. На голове ее - словно сияние,
подобное звезде, ибо при рождении своем Церковь явила чудо
воплощения Сына Божия, а также добродетели и тайны, которые
от сего произошли. (...) И так же как смертью Единородного Сына
Божия человек был вырван из смертной погибели, так и Синагога,
пред последним Днем, увлеченная Божественным милосердием,
оставит неверие и достигнет истинного познания Бога (...). Итак,
Синагога во тьме предваряет образ [Церкви], а Церковь последу­
ет в свете истины».
Этот великий образ - противопоставление Синагоги с завя­
занными глазами Церкви, созерцающей Божественные тайны,
вообще был характерен для эпохи Хильдегарды. Достаточно
вспомнить великолепный портал Страсбургского собора, запечат­
левший его в камне; или же чуть более поздний портал собора в
Бамберге с изображением Церкви и Синагоги, сияющих единой
красотой.
Эти отрывки из первой книги «Бсмэб » дают представление о
том, что будут являть собой труды Хильдегарды. Видения отли­
чаются удивительным своеобразием, они богаты и вместе с тем
детальны. Они развиваются прямо перед ее глазами, насыщен­
ные подробностями и красками, очень типичными для той эпохи
творческого подъема. Видения преувеличенные, все описания

42
и них доведены до крайности. Несмотря на то что темы их пре­
красно известны - Воплощение, искупление, творение, здесь они
развиты с силой, которая обновляет их до глубины и вырывает из
привычных условных формулировок; в них нет ничего бесцветно­
го или банального. Это огненные страницы, поток образов время
от времени приостанавливается вопросами: «Что это значит?»,
«Каким образом?». Продолжает Хильдегарда толкованиями, ко-
юрые уточняют смысл и значение увиденного.
Иногда видения содержат великолепные сравнения, перед
нами открываются целые феерии из драгоценных камней и то­
пазов, железных столпов и труб из слоновой кости; а иногда они
просты простотой, близкой самой природе: «Душа в теле подобна
соку в древе, а свойства ее - ветвям древа». Даже традиционные
и привычные для той эпохи образы, вроде Синагоги и Церкви, об­
ретают новую торжественность: «Белая с головы до пояса и чер­
ная от пояса до ног; стопы же ее - цвета крови».
Чтобы воспринять это огненное выражение основных хрис­
тианских истин, нужно было быть очень глубоко проникнутым
библейскими образами, чувствовать все интонации пророков.
Понятно, что святой Бернард увидел в нем «сияющий свет». С не­
ожиданной силой Хильдегарда возрождает для своего времени
постижение тайн, заключенных в Библии и хранимых Церковью.
Ее труды - новый взгляд на содержание веры, взгляд, полный огня
и очарования простоты.
Глава IV

^ C lU H b
ь Вт
В то время, как Хильдегарда заканчивает «Scivias», при этом
занимаясь устройством монастыря в Бингене, который будет на­
всегда связан с ее именем, происходит событие, вносящее неко­
торую человеческую, хочется даже сказать, сентиментальную,
ноту в этот необычайный жизненный путь.
Мы упоминали о том, что на нескольких миниатюрах, изоб­
ражающих Хильдегарду, мы видим юную монахиню, стоящую
позади нее и, как правило, отождествляемую с некой Рихардой,
ее секретарем; так же, как монах Вольмар, она неотделима от
написания «Scivias». Рихарда была дочерью маркизы Штадской,
которая много помогала Хильдегарде в деле основания Бинген-
ского монастыря. Ее брат Гартвиг был архиепископом Бремена.
Вероятно, Рихарда играла при аббатисе роль секретаря и испол­
няла различные монастырские служения. Именно в этом качестве
ей довелось принять участие, хотя и второстепенное, в создании
«Scivias».
В 1151 году Рихарда сама была избрана аббатисой монастыря
в Саксонии, в Бассуме Бременской епархии. Узнав об этом, Хиль­
дегарда спешно пишет ее матери: «Не пытайтесь развлечь мою
душу, не исторгайте из моих глаз горькие слезы и не уязвляйте
мое сердце жестокими ранами, говоря о том, что касается моих
дражайших дочерей - Рихарды и Аделаиды (ее сестры)». По всей
видимости, она использовала всю свою власть, чтобы помешать
этим двум молодым монахиням уйти. Но, очевидно, епископ Бре­
мена желал этой перемены, и в этом его поддерживал и одобрял
другой прелат, который до тех пор много помогал Хильдегар-

44
д е - Майнцский архиепископ Генрих. Аббатиса видела, как Ри­
харда удаляется от нее, и этот уход был для нее чрезвычайно бо­
лезненным. Она пытается обратиться к ее брату Гартвигу, чтобы
тот уговорил ее вернуться в Рупертсберг, наталкивается на отказ
и пишет даже Папе Евгению III. У нас нет ни письма ее, ни отве­
та Понтифика, но последний мог разве что сослаться на решение
местных церковных властей. Однако сохранилось письмо Хильде­
гарды к Рихарде: «Я любила в Вас благородство поведения, муд­
рость и чистоту Вашей души и всего Вашего существа». Подобное
сродство делало расставание поистине мучительным.
Но уже в следующем, 1152 году Бременский архиепископ Гар-
твиг пишет Хильдегарде, оповещая ее о смерти своей сестры. Он
говорит ей, что Рихарда пролила много слез по своему прежнему
монастырю и собиралась навестить Хил ьдегарду, когда ее настигла
смерть: «Сообщаю тебе, что сестра наша, моя, но еще более твоя;
моя по плоти, твоя по духу, вступила на путь, уготованный всякой
плоти, и (...), совершив святую и благочестивую исповедь, ведя
себя истинно по-христиански, она, оплакивавшая твой монастырь
многими слезами, исторгнутыми из сердца, предав душу Господу,
Его Матери и святому Иоанну, осенив себя крестным знамением
и исповедуя Пресвятую Троицу и единство в совершенной вере
в Бога, в уповании и любви - в чем мы уверены, - преставилась в
четвертый день ноябрьских календ (28 октября). Потому прошу
тебя, если ты сочтешь меня достойным просить о сем, чтобы ты
сохранила к ней ту же любовь, какой она любила тебя, и если тебе
представляется, что она в чем-либо заблуждалась, вменять в вину
не ей, а мне - ради стольких слез, которые она пролила, покинув
твой монастырь, о чем многие могут свидетельствовать. И если
бы смерть не воспрепятствовала ей, она, получив разрешение,
вернулась бы к тебе. Знай также, что, поскольку смерть помешала
ей, я сам приеду посетить тебя, если будет на то воля Божия».
Хильдегарда в своем ответном письме сначала оказывает зна­
ки почтения брату Рихарды, выразив пожелание, чтобы Бог всег­
да заботился о нем и направлял к исполнению Своей святой воли.
И продолжает: «Я же, немощная и убогая, узрела в тебе свет спа­
сения. Исполняй ныне заповеди Господа, дающего тебе благо-

^sr 45
дать и все, чему учит Святой Дух (...). Да узрит око твое Бога, да
постигнет чувство твое Его праведность, а сердце твое да пылает
любовью к Богу, дабы душа не ослабела; и прилагай всю ревность
твою к возведению башни Небесного Иерусалима, и да пошлет
тебе Бог Свою помощь, то есть сладчайшую Матерь милосердия.
Будь светлой звездою и сияй во мраке среди людей развращен­
ных и порочных. Будь подобен быстрой лани, стремящейся к ис­
точнику воды живой».
После этого, энергично напомнив о нуждах Церкви своего
времени, Хильдегарда пишет трогательные слова: «А теперь по­
слушай: так совершилось с моей дочерью Рихардой, которую я
поистине называю своей дочерью, ибо моя душа полна любви к
ней, так как в одном весьма могучем видении Свет живой учил
меня любить ее как самое себя. Слушай: Бог хранил в ней такую
ревностность, что чары века сего не смогли удержать ее, Он во­
зобладал над нею настолько, что она явилась посреди симфонии
мироздания, как цветок во всей своей красе и великолепии. Еще
когда она пребывала во плоти, мне доводилось слышать о ней в
истинном видении слова: «О девство, пребывай в царском черто­
ге!». И воистину она принадлежала к святейшему чину дев и была
в общении с ними, чему и радовались дщери сионские. (...) По­
тому Бог и не пожелал отдать Свою подругу противнику, то есть
миру. Теперь же, о дражайший, восседающий на месте Христа, ис­
полни волю сестры своей, как того требует послушание, и, подоб­
но тому как она всегда пеклась о тебе, пекись о душе ее и твори
благие дела с усердием, которое было свойственно ей (...)» (ю-е
письмо и ответ).
Поразительна безмятежность, звучащая в этом послании,
тогда как письмо Гартвига переполнено чувством. По-видимому,
аббатиса справилась с душевной болью и совершила в душе все­
сожжение, которое от нее требовалось.
Это печальное событие произошло, вероятнее всего, около
1151 года, когда Хильдегарда закончила «Бсмэб ». Автор «Жития»,
не приводя так много подробностей, как хотелось бы, все же со­
общает нечто о последующих годах в Бингенском монастыре. Он
недоумевает, какой поток добрых дел исходил от аббатисы, слов­

46
но ее орошали райские реки; «не только из соседних мест, но и
и ( всей Галлии и Германии отовсюду притекали к аббатисе люди
обоего пола, жаждавшие советов и наставлений. Многие прихо­
дили взглянуть на нее, чтобы исцелиться от телесных вожделе­
ний. А некоторые, по ее благословению, получали облегчение в
своих скорбях. Обладая пророческим духом, она прозревала
мысли и намерения людей и прогоняла тех, кто приходил к ней
с извращенными и дурными намерениями, желая лишь испытать
се. Последние, не имея сил сопротивляться духу, говорившему
через нее, бывали принуждены, образумившись и очистившись,
отказаться от своих лукавых замыслов. Что же касается иудеев,
приходивших поглядеть на нее и, в своей приверженности закону,
расспросить, то она словами благочестивых наставлений увеще­
вала их обратиться к вере во Христа. Со всеми, по слову Апостола,
она говорила кротко и с любовью, то есть так, как, по ее убежде­
нию, надлежит говорить с каждым».
«Житие» Хильдегарды сообщает о некоторых приписываемых
ей чудесах. Это, в первую очередь, исцеления от болезней, кото­
рые описываются очень неясно. Так, например, она избавила одну
родственницу от лихорадки, не поддававшейся никакому лечению.
В одном монастыре, название которого не упомянуто, у служанки
по имени Берта была опухоль на шее, не дававшая ей глотать ни
пищу, ни питье, ни даже слюну; достаточно оказалось знака крес­
та, начертанного Хильдегардой на злополучной опухоли, чтобы
та исчезла. Иногда Хильдегарда довольствуется тем, что посы­
лает освященную воду просящим о помощи людям, и их скорби
облегчаются. Так было с одной матерью, пришедшей просить об
исцелении дочери. Освященной воды, которую послала аббатиса,
хватило для исцеления юноши, находившегося в состоянии край­
него истощения. Некоторые из исцелений свидетельствуют о том,
как широка была известность Хильдегарды. Некая Сибилла, жив­
шая в Лозанне по другую сторону Альп, пишет, что избавилась от
«кровоточивости», и случилось это после ответа Хильдегарды на
ее письмо. А одному молодому человеку из Андернаха, который
молился Господу, взывая к заступничеству Хильдегарды, она яви­
лась, возложила ему руку на голову и сказала: «Да отступит от тебя

47
недуг сей, и будь здоров». Как только видение исчезло, больной
встал со своей постели.
Наконец, еще одно чудо произошло при очень трогатель­
ных обстоятельствах, во время поездки Хильдегарды по Рейну
в место, куда ее пригласили проповедовать. На корабле какая-
то женщина поставила перед ней своего ребенка, который был
слеп. «Хильдегарда, - повествует «Житие», - вспомнив о Том, Кто
сказал: «Пойди в купальню Силоам и умойся там», набрала реч­
ной воды в левую руку и правой благословила дитя, возливая ему
воду на глаза. И тотчас, по изволению благодати Божией, дитя
прозрело». Так, попутно, нам дается одна ценная подробность
относительно путешествий Хильдегарды: большинство из них со­
вершалось, как мы увидим, по рекам; в ее эпоху это был самый
распространенный способ передвижения.

17 Бингене, вероятно, между 1158 и 1163 годами, аббатиса со-


здает свой второй труд, озаглавленный «Книга заслуг житей-
%^Рских». Он включает в себя шесть видений, собранных в одну
книгу, тогда как «Бсмэб» состояла из трех книг и стольких же сю­
жетов. Первая касалась Творца и твари, как говорит Бернар Гор-
сикс в своем замечательном «Введении» в труды Хильдегарды,
вторая - Мессии и Церкви, третья - истории спасения. «Структу­
ра второго текста, продолжает он, то есть «Книги заслуг житей­
ских», едина. На протяжении всех шести видений один и тот же
персонаж, имеющий образ человека, обозревает восток, запад,
север, юг и, наконец, в пятом видении - всю вселенную. И только
в шестом человеческий образ приходит в движение вместе с че­
тырьмя сторонами света. Эта человеческая фигура - не кто иной,
как Бог». Итак, «Книга заслуг житейских» воспроизводит историю
спасения, с ее борьбой пороков и добродетелей и конечным тор­
жеством Бога.
Наконец, в 1163 году Хильдегарда создает свой третий труд -
«Книгу Божественных деяний», известную больше всего.
В 1165 она основала новый монастырь. По-видимому, монас­
тырь в Бингене больше не мог вмещать все возраставшее число
монахинь. В тех же краях, на другом берегу Рейна, чуть выше Рю-

45
десхайма была основана третья община - монастырь в Айбингене.
Даже в его названии заключено имя родного монастыря Хильде­
гарды, и сегодня он остается единственной сохранившейся оби­
телью, принимавшей в своих стенах аббатису, так как обе другие
были разрушены во время шведского вторжения XVII в. Именно
там, как мы уже говорили, находится и могила Хильдегарды, а мо­
заики в церкви, перестраивавшейся в XVII в., а затем преобразо­
ванной в наши дни, воспроизводят некоторые из ее видений.
Отдельные эпизоды из жизни Хильдегарды известны нам
благодаря переписке, дающей зачастую лучшее представление
о ней, чем ее биография. Так обстоит дело с фактом исцеления
Сигевизе, молодой женщины из Кельна, которая считалась одер­
жимой бесом. В связи с этим событием Хильдегарда какое-то вре­
мя переписывалась с монахами аббатства Браувейлера, которые
безуспешно пытались освободить женщину от одержимости. Их
переписка свидетельствует о том, насколько они доверяли Хиль-
дегарде.
Аббат Браувейлера обращается к ней в выражениях, красно­
речиво говорящих о ее авторитете: «Невзирая на то, возлюблен­
ная госпожа, что мы не видали Вашего лица, слава о Ваших доб­
родетелях сделала Вас известной, и, даже отсутствуя телесно,
духом мы прилежно пребываем рядом с Вами. (...) Мы слышали,
что сотворил в Вас Господь Всемогущий - да святится имя Его, -
совершив для Вас великие дела». Итак, он обращается к ней, про­
слышав о ней и ее репутации, и умоляет о совете в затруднитель­
ном положении, из которого не может выйти сам: «Одна благо­
родная дама, одержимая нечистым духом вот уже несколько лет,
была приведена к нам друзьями, дабы заступничеством святого
Николая, под покровительством которого мы пребываем, изба­
виться от непрестанно осаждающего ее врага. Однако хитрость
и злоба лукавого и отвратительного противника ввергли такое
великое множество людей в заблуждение и сомнение, что мы
весьма опасаемся, как бы не произошла от этого опасность для
Святой Церкви. Ведь мы, вместе со многими другими, на протя­
жении трех месяцев силились избавить эту даму самыми различ­
ными средствами, и, скажем с печалью, по грехам нашим ничего

49
не достигли; потому вся надежда наша - по Божьей воле - в Вас.
Бес же сей, однажды заклятый, дал нам понять, что несчастная
женщина может освободиться только силой Вашей молитвы и
боговидения и величием Божественного откровения (...). Потому
мы умоляем Вашу святость посредством письма указать, что Бог
явит или откроет Вам в видении касательно сего».
В ответе Хильдегарды мы находим, прежде всего, совет, ка­
кой линии поведения следует придерживаться: «Пораженная по
попущению Божию длительной и тяжкой болезнью, я едва в силах
ответить на Вашу просьбу. Что скажу, скажу не от себя, а от Суще­
го: есть разные виды лукавых духов. Бес, о котором вы говорите,
имеет ухищрения, уподобляющиеся порокам в человеческих нра­
вах. Потому он охотно пребывает с людьми, и даже насмехается,
и мало боится креста Божия, святых и всего, что принадлежит к
Божественному служению. Он не любит всего этого, но делает
вид, что избегает, как глупый и беспечный человек небрежет сло­
вами и предостережениями мудрых; потому избавиться от него
труднее, чем от других бесов. Его не изгнать без поста, трудов
умерщвления, молитв, милостыни и лишь по велению Самого
Бога. Итак, слушайте же ответ не человека, но Сущего. Изберите
семь добрых свидетелей, известных заслугами жизни, священ­
нослужителей, во имя Авеля, Ноя, Авраама, Мелхиседека, Иако­
ва и Аарона и в такой же последовательности, которые принесут
каждый жертву Богу живому, седьмой же - во имя Христа, при­
несшего Себя на кресте Богу Отцу. И посредством поста, бичева­
ний, молитв, милостыни и святых Месс, смиренно совершаемых в
сем намерении, пусть они, в полном священническом облачении,
в епитрахили, приблизятся к страждущей и окружат ее, и пусть
каждый из них держит в руке посох по образу Моисеева посоха,
которым тот по Божию повелению ударил по Чермному морю и
по скале; чтобы, как Бог явил чудеса посредством посоха, так и
сей злой дух был изгнан посредством посохов во славу Божию.
(...) Священников пусть будет семь - по образу семи даров Свято­
го Духа, дабы Дух Божий, Который в начале носился над водами и
вдохнул жизнь в лицо человека, отогнал нечистого духа от истер­
занной души».

50
Некоторое время спустя монахи аббатства Браувейлера вер­
нулись к исполнению этой задачи. Дух, заклятый по предписаниям
Хильдегарды, оставил было в покое свою жертву, но через некото­
рое время вновь овладел ею. Тогда они попросили аббатису поз­
воления привести к ней несчастную жертву, убежденные, что она
сможет исцелиться только в ее присутствии. Хильдегарда была в
то время тяжело больна, но молодая благородная дама (которую
по-прежнему все именуют именно так), одержимая бесом, все-
таки была приведена в монастырь. Она была полна презрения к
престарелой аббатисе и насмехалась над ней, называя ее Скрум-
пильгардой.
Наконец, по настоянию монахов Браувейлера, которые в те­
чение нескольких лет безуспешно пытались изгнать беса, владев­
шего женщиной, Хильдегарда решается ее принять. «Нас поверг
в ужас приход этой женщины и то, что мы видим и слышим ту,
из-за которой так долго мучились многие, но Богу угодно было
ниспослать нам росу Своей благодати, и мы смогли принять ее и
разместить в доме сестер без помощи мужчин. И впоследствии
мы непрестанно пеклись о ней, невзирая ни на ужас и смятение, в
которое повергал нас дьявол по грехам нашим, ни на постыдные
и полные издевки имена, которыми она желала нас называть, ни
на ее богопротивное поведение. И я увидела, что три вещи вызы­
вали самые жестокие ее муки: когда ее приводили из комнаты в
обитель «святых» (в храм); когда простые люди давали за нее ми­
лостыню; и когда по молитвам Святому Духу она (т.е. злой дух)
силой благодати Божией бывала принуждена удалиться».
Весь монастырь жил в молитвах и постах, творил милостыни
от дня Сретения (2 февраля) до Великой Субботы. «Многие укре­
пились в вере, многие сделались более ревностными и испове­
дали свои грехи (...). В Великую Субботу, когда освящалась кре-
щальная вода, в минуту, когда священник дунул на источник со
словами, внушенными Святым Духом учителям Церкви и разуму
человеческому (...), жена сия, присутствовавшая при том, была
охвачена великим ужасом и начала трепетать так, что ноги ее сту­
чали о землю; от нее обильно исходило тлетворное поветрие духа,
терзавшего ее. Вскоре я в истинном видении увидела и услышала,

51
что сила Всевышнего, осенившая крещальные воды и еще осеняв­
шая их, сказала сонмам бесовским, которыми одержима была эта
женщина: «Изыди, сатана, из храма тела этой женщины, и освобо­
ди в ней место Святому Духу». И тогда нечистый дух вышел из нее
как бы ужасной блевотиной, она освободилась и с тех пор стала
здорова чувствами, духом и телом, каковой и пребывает пока в
мире сем. Когда это сделалось известно в народе, многие с хва­
лебными песнями и со всякого рода молитвами и молениями вос­
клицали: «Слава Тебе, Господи!». Это было подобно истории Иова,
над которым сатана так и не получил полной власти (...). Бог не
допустил, чтобы душа этой женщины, преданной лукавому духу,
повредилась в вере, и враг был постыжен, ибо не смог отлучить ее
от праведности Божией». Так гласит текст «Жития» Хильдегарды,
добавляя, что она рассказывала эту историю «кротко, умиленно и
с полным смирением, не относя ничего на свой счет».
Кроме этой истории с экзорцизмом, которая многим может
показаться не слишком достоверной, переписка Хильдегарды го­
ворит, что она часто обращалась к средствам, диктуемым прос­
тым здравым смыслом, и предостерегала своих адресатов от
всякого рода преувеличений, крайностей, чрезмерных подвигов
и пр. Так было с некоей Хазеккой, расстройства которой объяс­
нялись попросту неуравновешенностью характера. Хильдегарду
неоднократно просили оказать ей помощь. Эта Хазекка сама была
аббатисой крупного монастыря в Крауфтале. Хильдегарда оста­
навливалась там около ибо года во время своего второго путе­
шествия в сторону Кельна. Именно после ее посещения Хазекка
обратилась к ней. Она была в явном смятении и открылась Хиль-
дегарде, надеясь получить полезный совет.
Она пишет: «После того как я, с Божией помощью, получила
поддержку Вашим столь желанным присутствием и Вашей при­
ветливостью, я оказалась избавлена от душевного страха и от
первого испытания, которому подвергалась. Поскольку же слово
Ваше, без сомнения, происходит не от человеческого духа, а от
того Света истинного, что просветил Вас более, чем многих иных,
я, следуя Вашему совету, медлила сделать то, что намеревалась.
Я хотела бы знать, дражайшая госпожа и сестра, которую я столь

52
жаждала увидеть в первый раз (и ныне желаю не меньше, но раз
не могу этого сделать телесно, соединяюсь с Вами сердцем), за­
клинаю Вас любовью Божией, которая явно пребывает в Вас, а
вы - в ней, не замедлите ответить мне, что Свет Живой явит Вам
в духе относительно меня и что мне надлежит исправить или при­
нять».
Ответ Хильдегарды короток и прям. «Всевидящий говорит:
«У тебя есть глаза, чтобы видеть и глядеть вокруг. Там, где видишь
нечистоту, омой ее, место безводное ороси; да благоухают аро­
маты, которыми ты одарена. Ибо если бы у тебя не было глаз, ты
имела бы извинение, но поскольку имеешь их, отчего не глядишь
вокруг себя? В разумении своем ты скора на слово; ведь ты час­
то судишь других за то, за что сама не желала бы быть судимой,
но вместе с тем порой ты говоришь, причем мудро. Бодрствуй,
неси свое бремя и сохраняй всякое доброе дело в сокровищнице
своего сердца, дабы не знать в них недостатка. Ибо в уединении,
к которому ты, по словам твоим, стремишься, не обретешь отдох­
новения - в состоянии ином, многотрудном, неизвестном тебе, а
стало быть, худшем, чем нынешнее, и тяжком, как бросание кам­
ней. Потому подражай горлице в целомудрии, но прилежно до­
бывай для себя виноградник избранный, дабы ты предстала пред
Богом ликом чистым и праведным».
Дело в том, что Хазекка хотела оставить монастырь ради от­
шельнической жизни, а Хильдегарда советует ей лучше испыты­
вать нынешнее состояние своей души, чем подвергать себя новым
трудностям, неизбежным в уединении, потому что они способны
ввергнуть ее в еще большее смятение, чем то, которое ее мучит.
Вероятно, Хазекка проявляет некоторую, по крайней мере, внут­
реннюю, неустойчивость, от которой Хильдегарда ее предостере­
гает. Очень возможно, что еще одно письмо (не опубликованное
в «Латинской патрологии», но воспроизведенное Петером Дрон-
ке) написано той же Хазеккой, которая собирается или начать
жизнь в уединении, или совершить паломничество в Рим. Хиль­
дегарда вновь предостерегает ее от неуравновешенности, кото­
рая для нее может быть пагубна. Она умоляет ее молить Бога о
даре святого благоразумия: «О дщерь Божия, называющая меня,

53
ничтожную жену, своей матерью в любви Божией, научись благо­
разумию, которое на земле и на небе есть матерь всех вещей,
ибо благодаря ему душа ровна и тело питается с подобающей
умеренностью».
Во многих письмах к разным людям Хильдегарда неоднократ­
но возвращается к рассудительности, которая необходима всег­
да, в том числе для того, чтобы избегать чрезмерных подвигов
покаяния и умерщвления плоти, на самом деле являющихся
заблуждением, и даже «заблуждением бесовским». Она умеет
найти яркие образы для убеждения и утешения тех, кому пишет:
«Подражай голубице в благочестии, - пишет она аббатисе монас­
тыря Пресвятой Девы Марии в Регенсбурге, - когда твой ум бес­
покойно стремится понять многое, а ты не можешь, оставайся в
покое и учись умеренности, ибо голубица благоразумна и спокой­
на. Когда тебя томит неудержимый гнев, обрати взор твой к чис­
тому источнику терпения, и вскоре гнев укротится, утихнет буря
и волна неистового пыла, ибо голубица есть терпение. (...) Живи,
уподобляясь голубице, и будешь жить вечно». Другой монахине,
зная, что та питает пристрастие к чрезмерным лишениям, она со­
ветует: «Остерегайся сделать землю твою пустынной и не истощи
ее до такой степени, что зелень трав и благоухание добродете­
лей не смогут на ней более произрастать, погибая от непрестанно
перепахивающего ее плуга. Я часто вижу, - прибавляет она, - что
когда кто-либо истощает свое тело чрезмерным воздержанием, в
нем рождается отвращение, а отвращение умножает пороки го­
раздо более, чем если сдерживать их, соблюдая благоразумие».
Подобные советы относительно умеренности встречаются в ее
письмах довольно часто.
Глава V

Изучая переписку Хильдегарды по тому, как нам ее представ­


ляет издание «Латинской патрологии» («Patrologiae Latina»), пре­
жде всего, мы находим иерархическую классификацию отправ­
ленных и полученных ею писем: сначала письма Римским папам
и епископам, потом - что особенно удивительно для монахи­
ни - представителям политической власти, начиная с императора
Германии; затем следуют высокопоставленные миряне, вроде
графа Фландрии, затем - настоятели монастырей, представите­
ли высшего духовенства, священники, обычные монахи и т.д., и
наконец - некоторое количество писем без подписи от простых
людей, просивших совета или молитвы Хильдегарды.
Первое из писем от представителей светской власти было на­
писано Хильдегарде императором Конрадом III Гогенштауфеном.
Узнав о святости ее жизни и о вдохновении Святого Духа, которое
ее посещало, погруженный в свои высокие обязанности и обре­
мененный бесчисленными заботами император все же пожелал
написать ей. Он уверяет ее в своей благосклонности к ней и ее сес­
трам; говорит о готовности помогать им при любых обстоятель­
ствах; настоятельно поручает ее молитвам себя и своего сына,
который, как он надеется, его переживет. Однако сын Генрих его
не пережил, и Конрад III, умерший 15 февраля 1152 года, вынужден
был оставить престол племяннику Фридриху. В то время преем­
ник еще не был определен, и он мог лишь рекомендовать изби­
равшим его князьям своего племянника, которому предстояло
славное и беспокойное царствование.
Вскоре из письма нового императора Фридриха мы узнаем,
что он пригласил Хильдегарду приехать встретиться с ним в ин-

ктр 55
гельхаймский дворец. «Доводим до сведения твоей святости, -
пишет он, - что ныне мы обладаем тем, что ты предсказала нам,
когда мы, находясь в Ингельхайме, попросили тебя приехать».
Подобная встреча, конечно, заслуживает того, чтобы остаться
в истории. Ведь император - не кто иной, как правитель, извест­
ный под именем Фридриха Барбароссы. Он был избран 4 марта
1152 года во Франкфурте, коронован 9 числа того же месяца в Ахе­
не, и, вполне вероятно, визит Хильдегарды относится к самому
началу его царствования, может быть, даже к тому же 1152 году.
Издание «Латинской патрологии» сохранило из этой переписки
лишь по одному письму: письмо императора Фридриха и ответ
Хильдегарды. Что касается авторов ее «Жития», то они вообще
не говорят об этом эпизоде, хотя он заслуживает внимания.
В самом деле, трудно представить себе более яркий контраст:
между той, которая называет себя «paupercula femina» («убогая и
немощная женщина»), «paupercula forma» («немощный скудель­
ный сосуд»), малым перышком, носимым волей ветра (ее излюб­
ленный образ), и, с другой стороны, блистательным императором,
которому суждено войти и в историю, и в легенду. Ему в это время
было около тридцати лет; он обладал могучим телосложением,
пышной шевелюрой, такой ярко-рыжей бородой, что она стала
причиной прозвища Барбаросса; он отважен, жаждет славы, но
и справедливости, и уже известен своими ратными подвигами в
недавнем походе на Восток. Дело в том, что примерно шестью го­
дами раньше он по призыву королевы Мелизенды присоединился
к военному походу, чтобы оказать поддержку Иерусалиму. Пред­
приятие не принесло желанных результатов, но подвиги Фридри­
ха восхищали других крестоносцев.
Встреча юного блестящего императора с неприметной мо­
нахиней, измученной преждевременными недугами, постоянно
угрожавшими ее жизни, произошла в великолепном дворце Ин-
гельхайма, близ Майнца, - в одном из немногих дворцов импера­
тора, остатки которых обнаруживаются благодаря современным
раскопкам. Как-то один поэт IX в., Эрмольд Черный, в стихотворе­
нии, посвященном сыну Карла Великого Людовику Святому, опи­
сал этот памятник: то был «громадный дворец, покоившийся на

56
ста столпах, со множеством всякого рода переходов, строений,
ворот и укреплений, с покоями без числа». Кроме того, он был
покрыт росписями: в дворцовой часовне они изображали «вели­
кие деяния Божии» - иными словами, сцены из Ветхого и Нового
Завета, - а в королевской зале - «великие подвиги человеков», то
есть деяния древних правителей и свершения самого Карла Ве­
ликого. Вероятно, речь идет о мозаиках на золотой основе, по­
добных тем, что сохранились до наших дней в некоторых итальян­
ских церквах - например, в Венеции или же во Франции в храме
Жерминьи де Пре.
Итак, встреча рыжебородого императора и маленькой хруп­
кой боговдохновенной монахини происходила в самой роскош­
ной обстановке. По-видимому, монахиня предостерегла цар­
ственного хозяина дворца от некоторых угрожавших ему опас­
ностей и посоветовала быть начеку, поскольку в своем письме он
спешит сообщить ей: «Мы, - пишет он, - неустанно прилагаем все
возможные усилия ради чести королевства». Затем он уверяет ее,
что в мирских делах, о которых она с ним беседовала, он собира­
ется выносить суждения с большим благоразумием, «не поддава­
ясь ни дружеским чувствам, ни ненависти к кому бы то ни было, но
руководствуясь единым стремлением к справедливости».
Ответ Хильдегарды отнюдь не свидетельствует о робости пе­
ред высоким положением адресата. «Малое перышко, носимое
по воле ветра» передает ему слова, которые услышаны, как она
говорит, от Высшего Судии. Прежде всего, она недоумевает: «Как
ты, будучи царем, считаешь такого человека необходимым». И,
продолжая, она использует привычный для нее прием развития
образа: «Послушай: один царь стоял на высоком холме и огляды­
вал с него все равнины, желая увидеть, что делал каждый из его
подданных (...) и наблюдая, чтобы иссохшее орошалось, уснувшее
пробуждалось (...). Но едва человек сей перестал бодрствовать
оком своим, набежала черная туча и покрыла долины, и тотчас
туда устремились вороны и другие птицы (...). И ныне, царь, будь
бдителен, ибо все твои земли осквернены лживым сборищем тех,
кто губит справедливость во мраке своих беззаконий (...). Ты же
скипетром милосердия наставляй ленивых, заблудших, жесто­

57
косердых. У тебя славное имя, ибо ты - царь в Израиле; весьма
славно имя твое. Помни же, что Высший Царь взирает на тебя, да
не подвергнешься осуждению за то, что неправо исполнял свое
служение и да не приведется тебе устыдиться. Да не будет так!»
Она советует ему наблюдать за нравами духовенства и не поз­
волять священнослужителям впадать в распутство и творить вся­
кого рода низости. «Беги сего, о царь, будь солдатом, рыцарем во
всеоружии, отважно подвизающимся против дьявола, дабы ты не
был рассеян и не пострадало твое земное царство (...). Отвергни
алчность, избери воздержание, истинно любезное Царю царей.
Ибо тебе следует всегда быть благоразумным. Внутренним взо­
ром я вижу тебя пребывающим посреди всякого рода смут и коз­
ней современников; и все же на время твоего царства ты будешь
иметь все, что необходимо для земных дел. Итак, остерегайся,
как бы Высший Царь не ниспроверг тебя за слепоту очей твоих,
неспособных неподкупно видеть, как ты держишь в руке жезл
царства твоего. Будь таким, чтобы благодать Божия пребывала с
тобою». В письме есть предсказание и срока правления Барбарос­
сы, и ожидающих его тревог, в которых ему действительно очень
понадобятся благоразумие и справедливость.
В дальнейшем из-за возобновления борьбы между Церко­
вью и империей тон переписки не мог не измениться. Порой эта
борьба доходила и до крайностей: например, Фридрих низложил
Майнцского архиепископа, оставшегося верным Риму, а его вой­
ска опустошили Милан. За время правления Папы Александра III
император выдвинул не менее четырех антипап.
Хильдегарда уже не застанет внезапной смерти Барбароссы,
который утонул в Армении, в водах реки Селеф, в начале нового
крестового похода, предпринятого ради освобождения Иеруса­
лима, вновь попавшего в руки Салах-ад-Дина. Это произошло в
1190 году, одиннадцать лет спустя после кончины аббатисы.
Хильдегарде довелось давать советы по поводу крестового
похода еще одному могущественному лицу - Филиппу Эльзасско­
му, графу Фландрии. К сожалению, невозможно точно датировать
его письмо. Время написания можно примерно определить толь­
ко благодаря наличию самого титула (Филиппа Фландрского):

55
Филипп унаследовал графство после смерти своего отца Тьерри
в 1168 году, но уже с 1157 года, как часто практиковалось, участво­
вал в делах правления. Письмо написано, по всей вероятности, до
сентября 1157, то есть до того момента, когда он действительно
отправился в Святую Землю и высадился в Акре с блестящей сви­
той рыцарей. Известно, что, прежде чем предпринять путешест­
вие в Иерусалим, он долгое время колебался, и, видимо, именно
в это время написал Хильдегарде. Примечательно, как этот могу­
щественный князь обращается к аббатисе монастыря на Рейне:
«Филипп, граф Фландрии и Вермандуа, госпоже Хильдегарде, рабе
Христовой, с приветствием и самыми возвышенными чувствами.
Вашей святости известно, что я готов сделать все, что в моих
силах, чтобы угодить Вам, ибо до слуха моего часто доходили
приятнейшие известия о Ваших благочестивых собеседованиях
и праведной жизни. И, хоть я недостойный грешник, но от всего
сердца люблю служителей и друзей Христа и охотно оказываю им
всяческое почтение, памятуя о сказанном в Писании: «Прилежная
молитва праведника творит чудеса». Потому поручаю милости
Вашего благочестия подателя сего послания, слугу весьма вер­
ного, который обратится к Вам вместо меня, несчастного греш­
ника. Я предпочел бы сам придти к Вам и говорить с Вами, как я
всегда желал, однако заботы мои столь многочисленны и велики,
и всякий день появляются все новые, что я не могу оставить их.
Ведь для меня наступает время, когда я должен буду отправиться
в Иерусалим, а для этого необходимы большие приготовления,
относительно которых я и прошу Вас удостоить меня совета, от­
ветив мне письмом. Я полагаю, что молва обо мне и о моих делах
»ачастую доходила и до Вас, и многие из них таковы, что я ис­
тинно нуждаюсь в милосердии Божием. Потому прошу и умоляю
и молитвенно припадаю к Вам: благоволите просить Господа о
несчастнейшем и недостойнейшем, каков я есть. Смиренно молю
Вас, зная о даре, каким наделило Вас Божественное милосердие,
просить Бога открыть, как мне следует поступить, и через пода-
геля сего письма сообщить Ваш совет: что мне надлежит делать
и как, дабы имя христиан возвеличилось во дни мои и дабы жес­
токие сарацины были отражены. И еще - что полезнее для меня:

59
остаться на той земле или возвратиться. Может быть, Вам извест­
но что-либо о том, что касается меня, или Вам дано будет узнать
это посредством Божественного откровения.
Будьте благословенны во Христе, возлюбленная сестра, и
знайте, что я жажду услышать Ваш совет и имею величайшее до­
верие к Вашим молитвам».
Ответ Хильдегарды написан в очень торжественном тоне:
«О чадо Божие - ибо Он Сам сотворил тебя в первочелове­
ке, - слушай слова, которые я увидела и услышала в душе и духе
своем, бодрствуя телом, когда, для ответа тебе, обратилась к
Свету истинному». Она напоминает Филиппу о праведном суде,
которым Адам был изгнан из рая, о том, как люди, забывшие Бога,
были истреблены потопом, и о том, как кроткий Агнец, Сын Бо­
жий, пригвожденный к Кресту, спас их, изгладив все их преступле­
ния и грехи. Эти рассуждения должны были заставить задуматься
графа Филиппа, имевшего репутацию человека вспыльчивого и
мстительно-жестокого. «Теперь слушай, о чадо Божие, - продол­
жает она, - чтобы ты мог взирать на Бога чистыми очами правед­
ности, как орел взирает на солнце; чтобы суждения твои были
справедливы и совершались не по твоей воле, из опасения, как
бы высший Праведник, давший человеку заповедь Свою и в Своем
милосердии призывающий его через покаяние к Себе, не сказал
тебе: «Для чего ты умерщвлял ближнего твоего, не ожидая Моего
суда?» Фраза удивительная, поскольку известно, что по приказу
Филиппа был насмерть забит бичом некий Готье де Фонтен, кото­
рого Филипп застал всего лишь беседующим со своей женой. Чуть
дальше Хильдегарда говорит ему: «Итак, возьми все свои грехи
и все небрежение и все неправедные суды твои и со знамением
креста прибегни к Богу живому, Который есть Истина и Жизнь и
глаголет: «Не хочу смерти грешника, но да обратится и жив бу­
дет». И если придет час, когда неверные вознамерятся разрушить
источник веры, тогда противостань им по мере сил своих и с по­
мощью благодати Божией. Я же вижу, что тревога, которой ты му-
чишься в тоске души своей, подобна заре, восстающей поутру. Да
совершает в тебе Свое дело Святой Дух через чистое и истинное
покаяние и да превратит его в жаркое солнце, дабы ты искал Его
одного и в Вечности пребывал в совершенном блаженстве».
Дальнейшая история покажет, что сдержанность Хильдегарды
была совершенно оправданна. Граф Филипп сильно разочаровал
гех, кто ожидал его прибытия на Святой Земле.
В 1177 году никто не знал, что конец Иерусалимского королев­
ства уже близок (через десять лет ему предстояло попасть в руки
Салах-ад-Дина), но всечувствовали, насколько оно непрочно. Иеру­
салимским королем был в то время еще совсем юный Балдуин IV.
Развивающиеся признаки проказы оставляли ему мало шансов
иыжить и еще меньше - оставить потомство. Двумя годами рань­
ше он устроил брак своей сестры Сибиллы, которая должна была
унаследовать королевство, с пьемонтским князем Вильгельмом
Длинным Мечом, сыном маркиза Монферрата, тем самым пыта­
ясь обеспечить династическое преемство. Но Вильгельм, заразив­
шийся во время эпидемии, умер в июне 1177 года. Бароны Святой
}емли питали очень большие надежды на приезд графа Фландрии
во главе блистательной армии. Король Балдуин не замедлил по­
жаловать ему почетную должность охраны королевства. Однако,
судя по вопросу, который Филипп задает Хильдегарде, видно, что
его решение еще далеко не было принято. В конце концов, он от­
казался. Отказался он и от участия в походе против Египта вместе
с византийскими военными силами. Не исключено, что такой по­
ход еще мог бы воспрепятствовать восхождению звезды Салах-
ад-Дина. Многие предчувствовали в нем врага, который скоро бу­
дет торжествовать победу, но Филипп Фландрский не желал быть
в их числе. В итоге византийский флот, соединившийся на рейде
около порта Акры, измотанный бесконечными проволочками,
отошел в море без всякого сражения.
Завершив свое паломничество, Филипп Фландрский подверг­
ся нескольким вражеским нападениям в Сирии, в долине Орон-
та, а затем вернулся на Запад, оставив за своей спиной довольно
угрожающее положение дел. Только отвага юного и неизлечимо
больного короля Балдуина, который решился сразиться с силами
Салах-ад-Дина, раз в десять превосходившими его собственные,
вопреки всяким ожиданиям привела к знаменитой победе при

61
Монжизаре и тем самым продлила существование королевства
еще почти на десять лет. Что же касается Филиппа, терзавшего­
ся запоздалыми угрызениями совести, то он вернулся на Святую
Землю через четырнадцать лет и умер перед храмом Святого
Иоанна в Акре 1 июня 1191 года. Видно, солнце, которое увидела в
нем Хильдегарда, восходило слишком долго!

К етрудно догадаться, что, обращаясь к святому Бернарду,


она говорит совершенно другим тоном. Бернард Клерво-
Р/ ' ^ ский лично писал бингенской аббатисе, извиняясь за крат­
кость своего письма. «Я поспешил написать твоей кротости, хотя,
теснимый множеством забот, пишу более кратко, чем желал бы».
И продолжает: «Мы благодарим благодать Божию, пребывающую
в тебе; благодарим, что ты хранишь ее как дар и милость, и молим
тебя отвечать на эту милость всем подвигом твоего смирения и
благочестия». Чуть дальше он прибавляет: «Потому мы вновь
увещеваем и молитвенно просим тебя поминать пред Богом нас
и всех тех, кто воссоединился с нами в духовном общении (...).
Мы поистине усердно молимся о том, чтобы ты была утверждена
в добре, просвещена в вещах сокровенных и стремилась к тому,
что непреходяще».
На это письмо Хильдегарда отвечает прекрасным посланием,
где позволяет себе даже некоторые признания: «...Мне, с детства
презренной и презреннейшей из жен, довелось видеть великие
чудеса, которые язык мой не в силах был бы произнести, если бы
Святой Дух не учил меня, как мне следует их излагать. О смирен­
нейший и праведнейший отец, по благости своей выслушай меня,
твою недостойную рабу, которая с самого детства всегда жила
в сомнениях. Своею мудростью и благочестием уразумей в душе
то, что даст тебе Дух Святой, ибо то, что сообщала тебе я, таковой
природы: мне дано внутреннее разумение того, что изъясняют
нам псалмы, Евангелие и другие книги, показанные мне в видении,
которое достигает моего сердца, воспламеняет душу подобно
огню и просвещает меня о самом сокровенном в сих творениях.
Однако же все это не научает меня немецкой словесности, кото­
рую я так и не постигла! Я понимаю читаемое буквально, но не

62
ясно, ибо я невежественна и не получила никакого наставления от
других; однако была просвещена изнутри, в своей душе. Я говорю
это, ибо не сомневаюсь в тебе, а твоя мудрость и благочестие уте­
шают меня; ведь люди так часто заблуждаются, судя по тому, что
мне доводится слышать о них». И она рассказывает, как прежде
открыла «сокровенные вещи», как она говорит, одному монаху,
который поддержал ее и ободрил.
«Я желала бы, отец, - продолжает она, - чтобы ради любви к
Богу ты поминал меня в своих молитвах. Два года назад я виде­
ла тебя в видении в виде мужа, взирающего на солнце не только
безбоязненно, но и с великим дерзновением, и плакала оттого,
что сама столь робка и нерешительна. Благой и смиреннейший
отец, прими меня в душу свою, молись обо мне (ибо я много по­
страдала в том видении), чтобы я сказала, что вижу и слышу».
Дальше, упомянув о болезнях, которым она часто бывала под­
вержена, она вновь обращается к святому Бернарду со словами:
«Что касается тебя, ты - орел, взирающий на солнце». Она про­
сит его не пренебрегать ее словами и заканчивает: «Прошу тебя
сохранить их в сердце, дабы ты неустанно (...) взирал на Бога за
меня, ибо Он Сам желает приобрести твою душу; и будь крепок в
брани Божией. Аминь».

знав о таких фактах жизни Хильдегарды, как приглашение


в императорский дворец или переписка со святым Бернар­
дом, который был, несомненно, величайшим духовным ав­
торитетом своего времени, мы уже не будем слишком удивлены,
что она переписывалась с Римскими папами - преемниками Евге­
ния III, от которого получила столь поразительное удостоверение
подлинности своих видений и творений. Его преемник Анастасий
IV обращается к ней в самых почтительных выражениях: «Мы
радуемся в Господе и ликуем, ибо имя Христово день ото дня
все более прославляется в тебе (...). Ведь нам довелось много
услышать и узнать о тебе». И он вспоминает, как высоко ценил
Хильдегарду его предшественник: «Последуя ему, мы пожелали
написать тебе и хотели бы получить от тебя ответ, ибо мы жела­
ли бы стяжать то, что Бог сотворил в тебе, хоть мы и движемся
к желанным благам, хромая как из-за телесной, так и духовной
своей немощи...».
Вероятно, он не ожидал ответа, какой получил от бингенской аб­
батисы: «О ты, крепкая броня и верховный владыка дивного града,
воздвигнутого Невестой Христовой, выслушай ту, которая и не на­
чинала жить, однако не поддается унынию из-за того, чего ей недо­
стает. О ты, муж, который, обладая разумением, изнемог, обуздывая
чванство и гордыню многих из тех, кто находится под твоим покро­
вительством, отчего ты не оживишь потерпевших крушение, неспо­
собных выбраться из своих бедствий без чьей-либо помощи? Почему
не вырвешь дурной корень, заглушающий добрые и полезные травы,
сладкие на вкус и благоуханные? Ты пренебрегаешь царской доче­
рью - праведностью, вверенной тебе и угодной высшим силам. Ты
допускаешь, чтобы дочь сия была повержена, чтобы венец и ризы ее
были осквернены злонравием этих людей, лающих подобно псам и,
подобно петухам, что порой кричат в ночи, испускающих нелепые
возгласы. Они - притворщики, лживо рассуждающие о мире, тогда
как внутри себя скрипят зубами, как пес, который, виляя хвостом,
приветствует знакомых, но разрывает доброго воина, полезного в
царском доме (...)». Письмо продолжается в том же тоне, который,
надо думать, не мог не ошеломить адресата. Хильдегарда не боится
даже произнести мрачное пророчество о грядущих днях: «Выслушай
же Сущего и Вечного: ныне мир пребывает в мерзости, потом пребу­
дет в скорби, а после - в ужасе столь великом, что люди перестанут
страшиться смерти от руки убийц. Повсюду есть час беззакония, есть
час раскаяния, а есть час молний и грома беззаконий (...)». Заканчива­
ет она увещанием: «Итак, о муж, поставленный пастырем, восстань и
устремись скорее к праведности, чтобы тебе не подвергнуться осуж­
дению пред высшим Врачевателем за то, что не очистил свою паству
от скверны и не помазал елеем. (...) Итак, держись правых путей и
спасешься, и возвратишься на стезю благословения и избрания, и бу­
дешь жить в вечности».

онтификат Анастасия IV был коротким - с июля 1153 года


11 >до декабря 1154. Но, судя по письму Хильдегарды, христи-
Р т анскому миру не стоит горевать о его кратковременное-

64
ти. Адриан IV, взошедший на папский престол вслед за ним, был
единственным за всю историю Церкви Папой-англичанином. Этот
энергичный и просвещенный человек состоял в дружеских отно­
шениях с Иоанном Солсберийским, известным ученым, который
стал впоследствии епископом Шартра. Как и его предшествен­
ник, он обращался к Хильдегарде в самых хвалебных выражени­
ях: «Мы радуемся, дочь моя, и ликуем в Господе, что слава о тво­
ей добродетели распространилась столь далеко и широко, что
ты сделалась для многих как бы благоуханием жизни. Собрание
верного народа возносит тебе хвалу». Он хочет побудить ее про­
должать свой путь: «Помысли, дочь моя, что змей, погубивший че­
ловека в Раю, все еще желает заполучить тех, кто велик, как Иов
(...). Ты знаешь, что много званых, но мало избранных, то есть тех,
кто претерпевает до конца; так что просвещай сестер, вверенных
твоей мудрости, в делах спасения, чтобы ты, с помощью Божией,
вместе с ними достигла Того, Которого не видел глаз, не слышало
ухо, и Кто не приходил на сердце человеку. Мы желали бы полу­
чить от тебя в ответ несколько строк наставления, ибо говорят,
что ты проникнута духом чудес Божиих, чему мы несказанно ра­
дуемся, и благодатью Божией воздаем тебе славу».
Ответ Хильдегарды написан совсем в ином тоне, чем пись­
мо Анастасию IV. Он обращен к человеку, которому предстоит
выдержать тяжкие испытания. Хильдегарда предостерегает, что
ему придется иметь дело с людьми, нравом подобными диким
медведям и леопардам: «Однако меч Божий поразит их, и из них
восстанет добрый глава. Ныне же советую тебе обуздать тех, кто
подчинен тебе, и не позволять им злословить тебя. (...) Ревностно
пекись о том, что в нынешнее время полезно для нравов. О слад­
чайший отец, помни, что ты человек на земле, и не бойся, что Бог
оставит тебя, ибо ты узришь свет Его».
Что касается Папы Александра III, то его понтификат, начав­
шийся в 1159 году, обещал быть нелегким с самого начала: престол
святого Петра в то время оспаривался двумя претендентами, и
некоторые хотели даже прибегнуть к суду императора Фридриха
Барбароссы! Четыре антипапы последовали друг за другом. Один
из них канонизировал Карла Великого, что было явным реверан­

65
сом в сторону царствующего императора; однако император при­
мирился с Папой только в 1177 году. Что же касается Хильдегарды,
то она переживала трудное время и написала письмо понтифику,
прося его о помощи. Александр III обратился к настоятелю церкви
Святого Андрея в Кельне, чтобы тот помог уладить разногласия и
принес аббатисе желанное утешение.

ажется, из всего сказанного достаточно очевидно, что в


переписке Хильдегарды мы встречаем имена всех сильных
Р % ,м и р а сего, все наиболее значительные фигуры и светской, и
духовной жизни. Мы еще вернемся ко многим корреспондентам
Хильдегарды, когда будем говорить о ее беседах-проповедях.
В завершение этой главы хотелось бы упомянуть о переписке с
еще одной женщиной, ее соотечественницей Елизаветой Шенау,
монахиней, тоже переживавшей мистический опыт.
Вероятно, последняя обладала даром пророчества, и имен­
но потому оказалась предметом насмешек некоторых духовных
лиц, искажавших ее слова. «Признаюсь, - пишет она Хильдегар-
де, - что из-за несуразных речей некоторых людей, говорящих
обо мне много неправды, в душе моей поднялась буря смятения.
Я легко снесла бы толки простого народа, если бы мой дух не со­
крушали те, кто носит духовное облачение. Ибо среди них есть
такие, кто, ревнуя не в меру, обращает в насмешку данную мне
благодать Божию и не боится дерзко судить о том, чего не зна­
ет. Эти люди распространяют повсюду письма, написанные ими
по собственному разумению и подписанные моим именем. Они
бесславят меня, говоря, будто я пророчествовала о Судном Дне,
хотя я никогда не была настолько дерзновенна: ведь приближе­
ние этого дня превосходит разумение всех смертных». Она при­
бавляет, что, стремясь избежать злых толков, старалась держать
втайне то, что ей было явлено в откровении. Однако ангел Божий
сурово упрекнул ее за умалчивание слова Божия, изреченного ей
«не чтобы остаться потаенным, а чтобы быть явленным во славу
Господа и ради спасения душ».
Дальше она рассказывает историю откровения о скором Суде,
которое происходило в совершенно определенные моменты. Во

ЬЬ
время Адвента, в день святой Варвары, она поделилась тем, что
было ей явлено, с настоятелем одного монастыря, а тот расска­
зал об этом епископам Церкви и некоторым духовным лицам.
«Некоторые из них приняли рассказ с почтением, другие стали
говорить дурное. Оказалось, что многие из тех, кто слышал рас­
сказ, на протяжении всего Великого Поста с великим страхом со­
вершали покаяние, творили милостыни и предавались молитвам
(...). В четверг перед Страстной неделей после больших телесных
страданий я была восхищена в духе, и Ангел Господень явился
мне, и я сказала ему: «Господи, что же со Словом, которое Ты об­
ратил ко мне?» Он отвечал: «Не смущайся и не унывай, если то,
что Я предсказал тебе, не произошло в день, который Я назначил;
ибо Господь умилостивился ради дел покаяния, которые сотво­
рили многие». После того, в шестой день, около третьего часа, я в
великой скорби пала на землю, исходя из себя, и Он вновь явился
мне и сказал: «Господь увидел скорби народа и отвратил от него
ярость гнева Своего». Я ответила: «Господи, разве не станут на­
смехаться надо мною многие из тех, кто слышал то слово?» Он
же сказал: «Все, что ради него с тобою случится, сноси терпеливо
и благодушно; помни, что и Творец всей вселенной претерпевал
людские насмешки. Ныне Бог испытывает твое терпение». В кон­
це Елизавета Шенау прибавляет: «Вот, госпожа, я сказала Вам все,
как есть, и Вы знаете теперь о моей невинности и о невинности
аббата, который печется обо мне, и можете это открыть другим.
Умоляю Вас помянуть меня в своих молитвах и, сообразно тому,
что Дух Божий откроет Вам, послать мне несколько слов утеше­
ния. Благодать Христова да пребудет с Вами».
Ответ Хильдегарды был на высоте оказанного ей доверия.
Вначале она, как всегда, предупреждает, что будет говорить не
от себя, а от имени «Света мирного»; сама же она - лишь «убогий
скудельный сосуд». И, как ей свойственно, она как бы определя­
ет место всего сущего в порядке тварного мира: «Прежде появи­
лись травы, растения и дерева; явились солнце и луна, и звезды
начали предначертанное им движение, затем появились рыбы в
воде и летучие твари. (...) Пока же Бог приготовлял для человека
великое знание, человек превознесся духом и отвратился от Бога.

67
(...) И тогда, о горе! все стихии смешались в борьбе света и тьмы,
а человек преступил заповеди Божии. (...) Сие продолжалось до
времени, когда явилось Слово Божие и взошло солнце правды,
просветившее людей Своими благодеяниями ради веры и дел,
подобно тому, как прежде восходит заря, а после дневные часы
начинают сменять друг друга вплоть до приближения ночи. Вот,
дочь моя Елизавета, как мир преобразился». Но люди продолжа­
ют поддаваться искушению древнего змея: «Когда змей видит
драгоценный камень, он тотчас впадает в ярость, вопрошая: «Что
это такое?» И подвергает дух, желающий воспарить выше обла­
ков, всяческим скорбям. (...) Послушай же: желающие творить
дела Божии всегда должны помнить, что они скудельные сосуды.
(...) Тот, кто исходит от неба, тогда как другие от него удалились,
не разумеет небесного, но лишь воспевает тайны Божии; как
труба, производящая звуки, играет не сама по себе, а рождает
звук лишь тогда, когда в нее дуют. Пусть таковые - кроткие, ми­
лосердные, нищие и страждущие, подобно Агнцу, Который Сам
издал трубный звук, - облекутся в броню веры». Она заканчивает
письмо, призывая Елизавету терпеть и радоваться: «О дочь моя,
да сделает тебя Бог зеркалом жизни. Что же до меня, всегда пре­
бывающей в мучениях страха и лишь изредка производящей как
бы слабый трубный звук силою Света живого, да поможет мне Бог
пребывать в служении Ему».
Эти две женщины способны были понять друг друга, посколь­
ку обе сознавали, что в своей нищете абсолютно все получили
от Бога.
Глава VI

Ъср^т^и^мукк
лщЬеххрЬм,
В рукописи, которая хранится в Лукке, в Государственной биб­
лиотеке (В1Ыю1еса governativa), есть две очень интересные мини­
атюры на разворот страницы: они изображают человека, стояще­
го с раскинутыми в стороны руками на фоне круга, символически
означающего мироздание. Этот образ стал широко известным и
даже несколько банальным, во всяком случае, в более позднем
варианте, вышедшем из-под пера Леонардо да Винчи.
Однако за три века до рождения Леонардо этот образ чело­
века с раскинутыми руками на фоне земного шара появился в со­
чинении скромной монахини с побережья Рейна. В той же мере,
в какой труды Леонардо исследовали, изучали, распространяли и
в классическую эпоху, и в новое время, труды Хильдегарды и ее
эпоха были преданы забвению. Тем не менее, этот образ челове­
ка, поставленного в центр вселенной, был известен с XII в. и стал
как бы итогом данного Хильдегарде откровения об устройстве
мироздания.
Вероятно, суть ее трудов, во всяком случае, самое порази­
тельное в них - именно постижение мира через видения. Больше
всего она говорит об этом в третьем сочинении, которое можно
считать самым завершенным, самым полным и вместе с тем са­
мым удивительным - в «Книге Божественных деяний». К счастью,
сегодня эта книга нам доступна благодаря замечательной рабо­
те, проделанной Бернаром Горсиксом. Мы хотели бы напомнить
лишь некоторые главные сюжеты этих космических видений, от­
крывающих перед нами образ вселенной, вполне удовлетвори-

^ 69
тельный даже с точки зрения современных открытий, особенно
если вспомнить об идее замкнутой и ограниченной вселенной,
которая восторжествовала после XVI в. и была в ходу еще и в XIX
столетии. Впрочем, мы не пытаемся определить, какие научные
выводы можно было бы сделать из этих видений. Видения отно­
сятся к совершенно иному регистру восприятия, далекому от чис­
той науки. Их своеобразие, их поэтическая сила делают их увле­
кательными сами по себе и способны пробудить наш интерес.
«Книга Божественных деяний» открывается величественным
образом, который впоследствии много раз повторяется вновь:
образом существа о трех головах и четырех крылах алого цвета.
Образ этот сопровождается комментарием, который важно при­
вести, чтобы ввести в это сочинение, то есть проникнуть в смысл
всей совокупности видений, которые оно содержит. «И я увидела
в сокровенном Божием, в сердце воздушных пространств Полу­
дня чудесный образ. Он имел человеческий облик. Красота и свет
лица его были таковы, что легче было бы смотреть на солнце, чем
на него. Широкий золотой ореол окружал его голову. В том оре­
оле другой лик - лик старца - словно довлел над первым; подбо­
родок и борода старца касались верха головы другого. С каждой
стороны шеи первого образа отходило по крылу. Крылья были
подняты и соединялись поверх золотого ореола. Внешняя сторо­
на изгиба правого крыла представляла собой голову орла; в его
огненных очах, словно в зеркале, светилось ангельское сияние.
Такое же место левого крыла представляло собой голову чело­
века, блиставшую подобно звездам. Оба лика обращены были к
востоку. С каждого плеча существа спускалось крыло, достигав­
шее колен. Его покрывало одеяние, светившееся, как солнце.
В руках оно держало агнца, сиявшего подобно светлейшему из
дней. Ногой оно попирало ужасного вида чудище, ядовитое и
черное, и змея. Змей сжимал челюстями правое ухо чудовища,
а телом обвивался вокруг его головы, хвост же достигал его ног,
слева от человекоподобного существа.
Существо заговорило и изрекло такие слова: «Я - высшая сила,
огненная энергия. Я зажгла каждую искру жизни. Ничто смертное
во мне не исчезает. Я решаю участь всего сущего. Мои верхние

70 пар
крылья покрывают земной круг; и по мудрости своей я - повели­
тельница вселенной. Огненная жизнь сущности: поскольку Бог
есть разум; как может Он не творить? Через человека Он напол­
нил мир Своими деяниями, ведь Он создал человека по Своему
образу и подобию и в нем, незыблемо и с благоразумной мерой,
запечатлел совокупность всей твари. От века создание сей тва­
ри - человека - было предрешено в Его совете. Как только дело
его сотворения было завершено, Он тотчас предал в его руки всю
тварь, дабы человек мог творить с нею то же, что Бог сотворил
с самим человеком - делом Своих рук. Так что я - слуга и опора.
Через меня возгорается всякая жизнь. Я, не имея ни начала, ни
конца, - это жизнь неизменная и присносущая. Жизнь эта - Бог.
Она есть постоянное движение, постоянное делание, и единство
ее проявляется в троичной энергии. Вечность есть Отец; Слово -
Сын; дыхание, соединяющее Обоих, - Дух Святой. Бог запечатлел
триединство сие в человеке: человек имеет тело, душу и разум.
Мое пламя господствует над прекрасным ликом земли: земля
же - это материя, из которой Бог сотворил человека. Как я про­
низываю воды светом, так и душа пронизывает все тело, как вода
пропитывает землю. Именуя себя жаром солнца и луны, я говорю
о разуме: разве звезды - не бесчисленные слова, рожденные ра­
зумом? И если мое дыхание, невидимая жизнь, покров мирозда­
ния, пробуждает мироздание к жизни, то это символ: воздух и
веяние ветра сохраняют все, что растет и зреет, и ничто не может
уклониться от предначертаний своей природы.
И я вновь услышала тот же голос. Он обращался ко мне с не­
бес с такими словами: «Бог, создатель вселенной, сотворил чело­
века по образу и подобию Своему. В Нем он прообразовал вся­
кую тварь, высшую и низшую. Он возлюбил его такой любовью,
что уготовал ему место, из которого изгнал падшего ангела. Он
венчал его славой и честью, которые сей ангел утратил вместе со
спасением. Вот что являет тебе лик, который ты созерцаешь. Чу­
десный образ, что ты видишь в полуденной стороне воздушных
пространств и в сокровенной тайне Божией, обликом подобный
человеку, олицетворяет любовь Отца небесного. Он есть любовь:
в лоне энергии вечного Божества, в тайне даров Его, он есть чудо

71
несравненной красоты. Образ же человеческий он имеет потому,
что Сын Божий облекся в плоть ради избавления человека от ги­
бели через служение любви. Потому лик лучезарен и сияет красо­
той. Потому тебе легче глядеть на солнце, чем на него. Ведь избы­
ток любви светится так ярко, так пламенно, что непостижимо для
наших чувств превосходит всякое человеческое разумение, кото­
рое обыкновенно сообщает душе знание различных предметов.
Здесь это явлено в символе, который позволяет верою познать
то, что внешний взор узреть не в силах».
Итак, видения Хильдегарды открываются Святой Троицей;
здесь даны образы Вечности, Слова и Дыхания; они означают, что
Бог есть Жизнь и Любовь. Высшая, огненная энергия вызвала тво­
рение человека, который рождается с телом, душой и духом. Все
происходит от этой жизни, как бы высвобождая троичную энер­
гию любви, отражением которой становится человек. Все описа­
но необыкновенно живо и с чувством красоты, но монахиня под­
черкивает, что тут она подошла к пределу того, что может созер­
цать человек. Сама она на этом изображении созерцает видение
широко раскрытыми глазами, переживая духовный восторг.
Второе описание продолжает и развивает первое. Оно слож­
нее, и в нем больше деталей. Вновь возвращаясь к образу Троицы
и «видению в форме яйца», о котором шла речь в первом труде,
«Бсм эб », Хильдегарда описывает человека в центре мира, и де­
лает это невероятно подробно: человек находится посредине це­
лой серии кругов; один из них огненно-черный, другой светлый и
вдвое шире первого; внутри - круг влаги, под которым виден еще
один, белый и плотный; эти шесть кругов образуют вокруг челове­
ка нечто вроде гигантского колеса.
«Вот, в середине груди существа, которое я видела в лоне
воздушных пространств полудня, явилось колесо удивительного
вида. Оно имело в себе знаки, уподоблявшие его видению в фор­
ме яйца, которое было мне открыто двадцать восемь лет назад и
которое я описала в третьей книге «Бсм эб ». Под изгибом ракови­
ны и во внешней части находился светло-огненный круг, господ­
ствовавший над другим кругом из черного огня. Эти два круга
были соединены, словно являя собой единое целое. Под черным

72
кругом виднелся еще один, похожий на чистый эфир и такой гус­
той, как два первые вместе. Далее следовал круг, словно из воз­
духа, ставшего влагой, по густоте подобный кругу светлого огня.
Под кругом из влажного воздуха виден был другой, из белого воз­
духа, плотный и твердостью напоминавший человеческое сухожи­
лие; густотой же схожий с кругом из черного огня. Эти два круга
тоже были соединены между собой, словно образуя некое целое.
Наконец, под твердым белым воздухом являлся второй слой воз­
духа и словно расстилался по всему кругу, как бы приподнимая
облака - то светлые, то низкие и темные. Эти шесть кругов были
связаны между собой без всякого промежуточного пространства.
Верхний круг своим светом наполнял другие сферы, а сфера водя­
нистого воздуха наполняла все прочие своей влагой.
Фигура человека занимала центр этого гигантского колеса.
Голова находилась вверху, а стопы ног касались сферы плотного,
белого и светлого воздуха. Пальцы обеих рук - левой и правой -
были вытянуты как бы в форме креста, в направлении окружнос­
ти, как и сами руки».
Все это видение содрогается от порывов ветра, исходящих
от четырех групп животных (вернее, их голов): леопарда, волка,
льва и медведя; затем краба, оленя, змея и агнца.
«Над головой фигуры сошлись семь планет: три в круге свет­
лого огня; одна в круге темного; три в круге чистого эфира. Все
планеты излучали свет на головы животных и фигуру человека. (...)
Круг светлого огня вбирал в себя шестнадцать главных звезд, че­
тыре были между головами леопарда и льва; четыре - между го­
ловами волка и льва; четыре - между головами волка и медведя
и четыре - между головами медведя и леопарда. Восемь из них
занимали среднее положение и поддерживали друг друга: они на­
ходились между головами и посылали друг другу свои лучи, уда­
рявшиеся о слой тонкого воздуха. Восемь других, что были возле
голов других животных, посылали свои лучи, достигавшие обла­
ков, простиравшихся перед ними. В правой части образа два язы­
ка, отличные один от другого, образовывали как бы две водные
струи, изливавшиеся на колесо и на человеческую фигуру. То же
было и в левой части: это подобно было бурлящим ручьям».

73
Итак, мы видим, что вселенная, описанная здесь, никоим об­
разом не статична: в ней, уравновешивая друг друга, происходят
разного рода действия и взаимодействия, а огненная энергия
умеряется водянистым кругом. Ее пронизывают ветры. Голова
льва - символ южного ветра, то есть главного, сопровождаемого
двумя сопутствующими ветрами, представленными в образе го­
лов змея и агнца. Эти ветры «хранят энергию вселенной и челове­
ка, то есть всего тварного мира. Они предохраняют их от уничто­
жения. Есть еще ветры, которые дуют непрерывно, хотя и мягко,
и подобны зефирам. Могучие и ужасные энергии главных ветров
не востребуются. Они будут использованы лишь в Судный День, в
конце времен, для совершения последней кары. (...) Южный ве­
тер несет зной и великие наводнения; северный - гром и молнию,
град и холод». В последующем тексте Хильдегарда сравнивает
страсти, волнующие человека, с бурными ветрами. Когда какой-
то ветер начинает дуть, естественным образом или в силу Божес­
твенного предначертания, он пронизывает тело человека так, что
ничто не в силах его остановить, а душа, воспринимая его, естест­
венно препровождает внутрь, к членам телесным, соответствую­
щим ее природе. Поэтому такое дуновение то утешает человека,
то заставляет содрогнуться.
Перечислив все, что воздействует на человека в природе -
солнце, луна, планеты, - Хильдегарда размышляет о нем самом.
«Что же до тебя, человек, видящий это зрелище, уразумей, что
те же явления совершаются и внутри души». Эти взаимодействия
естественных элементов и склонностей человека встречаются и в
других творениях Хильдегарды, медицинского профиля. В своих
сравнениях она заходит далеко. «Четырем главным ветрам соот­
ветствуют четыре энергии в человеке: мысль, слово, намерение и
жизнь чувств. Подобно тому как каждый ветер посылает свое ду­
новение вправо или влево, так и душа, ведомая этими четырьмя
энергиями, может путем естественного знания достичь желаемой
части, выбирая то добро, то зло». И сравнивает с южным ветром,
приносящим зной, «добрые и святые мысли, воспламеняемые
огнем Духа Святого и ревностью благочестивого намерения».
Напротив, западный ветер, который холоден, «означает нечести­

74
I

вые и бесполезные мысли, не согреваемые Святым Духом, и дела


хладные и бесчестные». Один только северный ветер «неполезен
для твари. У него также два крыла, направленные одно к востоку,
другое к западу. Они обозначают в человеке то знание Добра и
Зла, в силу которого он в своей душе, словно в зеркале, рассмат­
ривает, что полезно, а что неполезно. Так и твердь, верхняя и ниж­
няя, управляет землей».
В целом видения Хильдегарды подчеркивают некое космичес­
кое единство, которое воздействует одновременно на человека и
на мир, в котором он живет. Так, например, Аквилон, северный
ветер, «есть ветер опасный и пагубный для всего, чего ни коснет­
ся; его холод и грубость касаются и теплых волн, мягко исходя­
щих от солнца, которое творит росу и по всей земле производит
всякую силу полевых плодов». Мы встречаемся здесь с одним из
любимых понятий Хильдегарды - «сила» («viriditas», от латинско­
го «viridis» - мощный, крепкий). Она относит его и к природе, и к
человеку, имея в виду внутреннюю энергию, которая заставляет
растения расти, а человека - развиваться.
«Все явления, - настаивает Хильдегарда, - связаны с душой.
Ведь душа пребывает в теле подобно ветру, чьего дуновения не
видишь и не слышишь. Она воздушна и наподобие ветра испускает
свои вздохи и мысли; влажность ее, посредством которой благие
намерения достигают Бога, уподобляет ее росе. Подобно блес­
ку солнца, озаряющему весь мир и никогда не ослабевающему,
душа всецело пребывает в малой форме - человеке. Ее помыш­
ления позволяют ей устремляться повсюду: святые дела возносят
ее к звездам через Божественную хвалу; дурные и греховные по­
ступки ввергают во тьму».
Она продолжает, уточняя четвертое видение: «Разумная душа
произносит множество слов, звучащих подобно тому, как древо
раскидывает свои ветви, и, как ветви происходят от древа, так и
энергии человека происходят от души. Дела ее, каковы бы они ни
были, совершенные по согласию человека, схожи с плодами дре­
ва. Душа обладает четырьмя крылами: чувством, знанием, волей и
разумом». Рассуждения Хильдегарды о человеке как части приро­
ды побуждают ее вспомнить о времени сотворения мира. «Когда

75
Бог задумал человека, тот был весьма угоден Ему; ведь Он создал
его по Своему подобию и устроил по образу Своему. Человеку же
надлежит своим гласом возвещать все чудеса Божии. Ибо чело­
век совокупность деяний Божиих, и Бог познается человеком,
ибо посредством его Бог сотворил всю тварь, ибо в лобзании ис­
тинной Любви дал человеку разумно хвалить и славословить Его.
Однако ему не хватало помощника, подобного ему, и Бог дал ему
помощника в зеркале, которое есть женщина. Она же заключала
в себе весь род человеческий, которому надлежало возрастать в
энергии Божественной силы. Этой энергией Он произвел первого
человека. Так мужчина и женщина сочетаются, дабы взаимно со­
вершать свое дело, ибо мужчина без женщины не почитался бы
мужчиной, как и она не почиталась бы женщиной. Женщина есть
произведение мужчины; мужчина - орудие утешения женщины,
они не могут существовать раздельно. Мужчина обозначает Бо­
жество, женщина - Человечество Сына Божия».
Идет ли речь о человеке или о мироздании, видения объеди­
няют Бога и Его творение в нераздельное целое, и именно это
делает их грандиозными. «Пока душа пребывает в теле, она ощу­
щает Бога, ибо происходит от Него, но когда она исполняет свое
призвание посреди твари, она Бога не видит. Когда же покинет
мастерскую своего тела и предстанет пред Богом, она познает
свою природу и свое прежнее порабощение телу. (...). Потому
она с нетерпением ожидает последнего дня мира, ведь она утра­
тила возлюбленное одеяние, то есть собственное тело. Обретя
его, она узрит с ангелами славный лик Божий. (...) «Человек есть
одеяние, в которое облекается Мой Сын в Своем царском досто­
инстве, дабы явиться Богом всего творения и Жизнью жизни». (...)
В человеке Бог хранит всю совокупность Своего творения» (чет­
вертое видение).
Посреди этой вселенной важное место принадлежит ангелам.
Шестое видение, которое описано в форме, значительно отлича­
ющейся от предыдущих, почти полностью посвящено им. На этот
раз перед визионеркой является «как бы великий град в форме
четырехугольника, обнесенный стеной, состоящий из света и
тьмы одновременно; град, окруженный холмами и фигурами. На

76
восточной его стороне возвышалась большая и высокая гора из
белого и твердого камня, напоминавшая вулкан. На вершине ее
сверкало зеркало, блеск и чистота которого, казалось, затмевали
солнечный свет. В зеркале явилась голубица с расправленными
крылами, готовая взлететь. Само же зеркало - место сокровенных
чудес - источало сияние, которое поднималось и расходилось; в
нем явлены были многие тайны и многие образы и фигуры. В этом
сиянии на полуденной стороне возникло облако, белое в верхней
части и черное - в нижней. Над ним парил лучезарный сонм анге­
лов. Одни сверкали подобно пламени, другие были светоносны,
третьи мерцали подобно звездам».
С этих пор град появляется во всех видениях. В стенах его -
множество строений: церквей, дворцов, колонн, обычных до­
мов - в порядке, который варьируется от одного образа к друго­
му. Шестое видение, как мы сказали, в основном посвящено роли
ангелов. «Сонмы ангелов близ Бога на небесах есть тайна, кото­
рую беспрепятственно пронизывает лишь свет Божества. Она не­
приступна для тварного человека; лишь небесный свет открывает
некоторую возможность ее познания. Смысл существования этих
воинств гораздо более относится к Богу, чем к человеку. Человеку
он является разве что изредка. Однако некоторые ангелы, назна­
ченные служить людям, являют себя, когда это угодно Богу, через
знаки, ибо Бог поручил им различные служения и поставил служить
твари». Среди ангелов есть тот, «который пожелал существовать
лишь для себя самого» - сатана, и те, которых он в своем падении
увлек за собой. Но, прежде всего, есть «великий сонм ангелов,
одни из них подобны огню, другие суть чистый свет; третьи схожи
со звездами. Огненные ангелы заключают в себе самые горячие
энергии, и ничто не может поколебать их. Богу угодно было, что­
бы они непрерывно созерцали Его лик. Ангелы, являвшие собой
чистый свет, затронуты служением делам людским, которые суть
и дела Божии; эти дела благочестия ангелы представляют пред
лице Божие. Они непрестанно созерцают их и передают Богу их
нежное благоухание, избирая полезное и отвергая неполезное.
Что же касается ангелов, видом напоминающих звезды, то они
страждут вместе с человеческой природой и передают ее Богу,

77
как книгу; они пребывают рядом с людьми, по воле Божией обра­
щают к ним слова вразумления; добрые дела позволяют им сла­
вословить Бога, а от злых дел они отвращаются».
В другом, седьмом видении Хильдегарда возвращается к
«двум порядкам - ангельскому и человеческому» и говорит, что
«Бог испытывает истинную радость от ангельского славословия,
как и от святых дел человеческих. Конечно, ангел постоянно пре­
бывает пред лицом Бога, а человек непостоянен; потому челове­
ческих дел иногда недостаточно; в ангельском же славословии
никогда нет недостатка».
Пятое видение созвучно книге Откровения, которую Хильде­
гарда открыто цитирует. Описание главного образа в этом виде­
нии значительно отличается от его описания в других. «Я увидела
земной круг, разделенный как бы на пять долей: одна - на восто­
ке, другая - на западе; третья и четвертая - на юге и на севере, пя­
тая - в центре». Каждая из них видом напоминает натянутый лук.
Одна светоносна, тогда как запад отчасти покрыт тьмой; южная
же доля разделена на три части: две представляют «наказания,
а посреди них - чудища, придающие ему устрашающий вид. (...)
В восточном направлении, поверх изгиба земного и на некоторой
высоте, я различила красный шар, окруженный кругом цвета сап­
фира. У обоих слева и справа выступали крылья, поднимались с
обеих сторон, а затем изгибались и, смыкаясь друг с другом, про­
должались до половины земной окружности, которую они охва­
тывали (...). Из этого шара до середины крыльев выходила дорога,
над которой блестела яркая звезда». Из последующих пояснений
становится понятно, что речь идет о земном шаре, который раз­
делен на пять частей; а все в целом являет собой фигуру челове­
ка. «Земля являет образ человека. (...) Человек идет к спасению
души, ведомый пятью чувствами, позволяющими ему удовлетво­
рять свои нужды».
Дальше Хильдегарда, говоря о разных временах - времени
Адама, времени потопа, времени ожидания Христа, - использует
цитаты из книги Откровения. Наконец появляется черный конь и
наступает время, последовавшее за Страстями Христовыми. Затем
ему на смену является бледно-зеленый конь, «означающий вре­

7$
I
мя, на протяжении которого все, что сообразно закону и полно­
те праведности Божией, будет, в некоем всеобщем окаменении,
почитаться за ничто. (...) В это время на земле произойдут войны,
земные плоды иссякнут, люди будут умирать внезапной смертью,
а животные - наносить им смертельные укусы. Древний змий воз­
радуется обо всех этих карах, которые обрушатся на душу и тело
человека; ведь он сам утратил небесную славу и желал бы, чтобы
и человек лишился ее. (...) Змий возрадуется и воскликнет: «По­
зор создавшему человека, ибо тот отрекается от своей формы, от
естественной любви, от любви к женщинам». Так дьявольское ис­
кушение породит преступников и совратителей, ненависть и без­
законие дьявола, разбойников и воров; а мужеложство - самый
безобразный грех, корень всех пороков. Когда же эти пороки в
народах умножатся, устроение закона Божия распадется и Цер­
ковь будет поражена подобно вдове. Князья и богатые будут из­
гнаны своими слугами и побегут из города в город; благородные
будут уничтожены, богатые обнищают (...). Несомненно, древний
змий и другие духи не утратили совершенства формы, но они так
и не оставили надменность своего разума».
Впрочем, этот ряд описаний Хильдегарда заканчивает еще од­
ним напоминанием об Откровении: «Когда же, благодаря Моему
Сыну, настанет время рдеющей зари, то есть время совершенной
праведности, древний змий, поверженный и уничиженный, ска­
жет, что он был совершенно введен в заблуждение женщиной,
Девой. И возгорится на Нее вся его ярость (...). Но земля поможет
Деве, и Она освободится, ибо Мой Сын принял человеческий об­
лик; Мой Сын претерпит множество поношений и мук, дабы змий
был постыжен».
Наконец, приведем одно из самых удивительных видений -
девятое. «Обратившись к востоку (...), я увидела фигуру, лик и
стопы которой источали такое сияние, что ослепили мои очи. По­
верх платья из белого шелка она имела зеленый покров, богато
украшенный драгоценными камнями. На ушах ее были подвески,
на груди - ожерелье, на руках браслеты и украшения из тончай­
шего золота, служившие оправой для драгоценных камней. Но в
средине сферы Севера я видела другую фигуру. Странное явле­

79
ние возвышалось там. Вместо головы ее я видела сияние, ослеп­
лявшее меня, в средине утробы ее виднелась голова седовласого
и бородатого мужа, ноги же ее напоминали львиные когти. Она
имела шесть крыльев: два исходили от плеч, поднимались вверх
и отходили назад, соединяясь друг с другом и как бы покрывая
это сияние сверху. Два других крыла, также росшие от плеч, нис­
падали назад. Два последних спускались от бедер до пят. Порой
крылья поднимались, как если бы собирались развернуться для
полета. Все тело этого существа покрыто было не перьями, а ры­
бьей чешуей. На других же крыльях - тех, которые ниспадали на­
зад, - было пять зеркал. Верхнее зеркало на правом крыле имело
надпись: «Путь и истина». Второе зеркало в средине: «Я есмь врата
всех тайн Божиих». Зеркало на краю правого крыла: «Я есмь явле­
ние всякого Блага». Верхнее зеркало на левом крыле: «Я - зерка­
ло, отражающее добрые намерения избранных». На краю крыла,
поверх пятого зеркала было написано: «Скажи нам, ты ли народ
Израиля». Существо было обращено спиной к северу».
В этом странном видении смешиваются неожиданные обра­
зы, вроде персонажа, покрытого рыбьей чешуей, и обычные для
Хильдегарды, - например, зеркала. Известно, что зеркала были в
текстах той эпохи очень распространенной метафорой. Во вре­
мена Хильдегарды стеклянные зеркала (изобретение Высокого
Средневековья) уже стали привычным предметом обихода. Они
требуют света и отражают мудрость, святость, лицо и черты лю­
дей, достойных восхищения; потому этот образ так часто исполь­
зовался в письмах. Один немецкий историк Средневековья насчи­
тал больше двухсот произведений, озаглавленных «Зерцало».
Хильдегарда объясняет девятое видение сразу после его опи­
сания. Светоносная фигура - это «мудрость истинного блажен­
ства (...); одеяние из белого шелка - Сын Божий, воплотившийся
в непорочной красоте и облекший человека в белоснежную чис­
тоту и нежность Своей любви». Разъяснение смысла зеленых риз,
покрывающих фигуру мудрости, заслуживает особого внимания.
«То, что покров имел зеленый цвет и был украшен драгоценными
камнями, значит, что мудрость не отвергает внешние создания,
летающие, плавающие и ползающие по земле; она дает им расти

50
Первое видение св. Хильдегарды -
«образ существа о трёх головах
и четырёх крылах алого цвета».
Иллюстрация из Книги Божествен­
ных деяний (Liber divinorum
operum). XII в. Лукка

Св. Хильдегарда, получающая


Божественное откровение, делает
записи на восковых табличках.
За ней стоит молодая монахиня -
Рихарда, перед св. Хильдегардой -
ее секретарь, Вольмар.
Иллюстрация из Книги Божествен­
ных деяний (Liber divinorum operum).
XII в. Лукка
Бог и мироздание. Видение третье из первой книги Бс'таз.
Иллюстрация из Рупертсбергского манускрипта сочинений
св. Хильдегарды Бингенской. Ок. 1165. Факсимильное издание
1927-1933 гг. Айбинген
Хоры ангелов. Видение шестое из первой книги БсмаБ.
Иллюстрация из Рупертсбергского манускрипта сочинений
св. Хильдегарды Бингенской. Ок. 1165. Факсимильное издание
1927-1933 гг. Айбинген
Сотворение мира в шесть дней. Видение первое ив второй книги
БстаБ. Иллюстрация из Рупертсбергского манускрипта сочинений
св. Хильдегарды Бингенской. Ок. 1165. Факсимильное издание
1927-1933 гг. Айбинген
Аллегорическое представление истории Спасения. Видение второе
из третьей книги БсмаБ. Иллюстрация из Рупертсбергского
манускрипта сочинений св. Хильдегарды Бингенской. Ок. 1165.
Факсимильное издание 1927-1933 гг. Айбинген
Человек в центре мира. Видение второе из первой Книги Божест­
венных деяний (Liber divinorum operum). XII в. Лукка

Проявление космических энергий на Земле. Видение четвертое


из первой Книги Божественных деяний (Liber divinorum operum).
XII в. Лукка
I

Реликварий св. Хильдегарды Бингенской. 1929. Приходская церковь


Айбингена
и хранит их, ибо они предохраняют человека от рабства, снабжая
его пищей. Они тоже обладают некоторыми признаками мудрос­
ти, ибо не нарушают границ своей природы, в отличие от челове­
ка, столь часто преступающего пределы правого пути, который
ему предназначен».
Дальше автор объясняет смысл второго удивительного су­
щества. «Сверху, на месте головы, ослепительное сияние света
означает, что никто из живущих, отягощенных смертной плотью,
не может узреть великолепия Божества, просвещающего все. (...)
Бог и есть это сияние, не имеющее ни начала, ни конца. Голова
человека, которого ты видишь в чреве этого существа, говорит о
том, что в совершенстве Божественных деяний замысел спасения
человека пребывал от начала. То, что у существа шесть крыльев,
означает, что шесть дней мы трудимся, и в течение шести дней
человек призывает и славословит Бога, прибегая под Его покров.
Два крыла, соединяющиеся друг с другом, чтобы сохранить свет,
означают любовь к Богу и любовь к ближнему. (...) Что же касает­
ся нижних крыльев, то они суть настоящее и будущее. Ныне поко­
ления сменяют друг друга. В будущем явится жизнь неизменная и
нетленная; в конце времен она возвестит о себе великим множес­
твом бедствий и чудес, которые предрекут конец подобно полету
птицы. (...) Тело покрыто чешуей, как у рыбы, а не перьями, как у
птицы, вот по какой причине: нам столь же неведомо то, как рож­
даются и растут рыбы, как они увлекаются потоком текущих вод,
так и то, каким образом Сын Божий в Своей совершенной святос­
ти родился в иной природе, отличной от природы других людей.
Своею совершенной праведностью Он на распростертых крылах
Своих благих деяний вознес человека на небеса (...)». Наконец,
вот объяснения смысла зеркала: они подобны «светильникам раз­
ных времен. Их пять: Авель, Ной, Авраам, Моисей, и, наконец, Сын
Божий. Все пятеро освещают путь истины, которым заповедано
следовать человеку. Но лишь Страсти Сына Божия отверзли за­
крытые от него небесные блаженства». Ту же мысль мы встречаем
в других местах текстов Хильдегарды, особенно в ее переписке.
Этапы пути человечества до пришествия Христа, по ее мнению,
несли печать этих пяти персонажей.
на завершает видение словами, как бы подводящими итог

О ее восприятию человечества: «Итак, человек есть венец


чудес Божиих». В луккской рукописи неизвестная рука, воз­
можно, в XIII в., вновь повторила эту фразу, звучащую как ключ к
трудам Хильдегарды, в конце девятого видения: «Homo est clau­
sura mirabilium Dei».
Глава VII

51релз>^рость природы
Труды Хильдегарды Бингенской обширны и невероятно раз­
нообразны. Мы упомянули самые значительные из них: видения
вселенной, человека в центре тварного мироздания, музыкаль­
ные и поэтические произведения (более семидесяти симфоний),
богатейшая переписка, свидетельствующая о том, какое доверие
оказывали ей и религиозные, и светские власти ее времени. Кро­
ме них в ее жизни было множество других видов деятельности:
например, такой любопытный опыт, как попытка разработать,
возможно, с помощью своих монахинь, некий lingua ignota (но­
вый язык и даже алфавит), приведшая ее в конце концов к весьма
странным домыслам. Все эти занятия свидетельствуют о неисто­
щимом духе изобретательства, который может показаться пре­
увеличенным, излишним - в общем, несерьезным; а также о жаж­
де познания, характерной для ее времени. Стоит вспомнить, что
именно в ту эпоху во Франции Абеляр стал называть свои ученые
занятия «непрестанным исканием (inquisitio)» (тогда этот термин
еще не был отягощен ассоциациями, которые возникнут позже,
в середине XIII в.).
В этой невероятно плодотворной жизни нашлось место и еще
одному виду занятий, явно выходившему за рамки обычных забот
и интересов человека, посвятившего себя молитве. Нам известны
лишь два медицинских труда, написанных на Западе в XII в., и оба
они вышли из-под пера Хильдегарды. Она составила настоящую
энциклопедию знаний своего времени, с одной стороны, в облас­
ти естественных знаний, а с другой - в области медицины. И тот,
и другой текст довольно неожиданны для сочинений монахини,
одаренной мистическим опытом, которую гораздо легче предста­
вить себе погрузившейся в созерцание небесного.
Единственное, что можно сравнить с этими ее трудами, - это
сочинения еще одной аббатисы, настоятельницы монастыря Свя­
той Одилии в Мон-Сионе (Эльзас) - Херрады / 1андсбергской. Она
была современницей Хильдегарды и в 1175-1185 годах составила
энциклопедию (первую в европейской литературе), озаглавлен­
ную «Сад наслаждений» («Hortus deliciarum»). Это был сборник ис­
торических повествований, хроник, разных отрывков из Библии, из
Отцов Церкви, из трудов Гонория Отенского, а также из наблюде­
ний за повседневной жизнью. Сборник был адресован монахиням
обители Святой Одилии. Там есть, например, глава о Святой Трои­
це, за ней следует история сотворения мира, в связи с которой
автор рассуждает о самых разных предметах - от астрономии до
сельского хозяйства, от землемерного дела до устройства дорог
и т.д. Именно в этой книге историки средневековых технических
средств черпали большинство сведений. В этой обширнейшей ру­
кописи, состоящей из 324 листов, не меньше 336 миниатюр4. Од­
нако то, о чем пишет Хильдегарда, не просто обычное описание.
Она наблюдает связи между произведениями природы и людьми,
ищет знаний, так или иначе касающихся человека, его внутреннего
равновесия, здоровья.
Как ни странно, в наше время столь бурного развития медици­
ны и огромного множества открытий и достижений в этой облас­
ти, именно эта часть наследия Хильдегарды сделала ее известной.
Медицина Хильдегарды давно уже привлекает внимание публики
и является предметом многих исследований. Во Франции в этой
сфере наиболее известны труды Даниэля Морена5.
В Германии и Швейцарии тоже вышло несколько книг; был даже
создан центр здоровья, в котором используются методы, предла­

4 Рукопись Херрады погибла при пожаре страсбургской библиотеки во вре­


мя войны 1870 года; рукопись Хильдегарды, хранившаяся под № 1 в библи­
отеке Висбадена, пропала во время войны 1940 года. За прогресс в области
вооружений в XIX и XX вв. было дорого заплачено многими утратами в на­
учной сфере...
5 Sainte Hildegarde, une medicine tombee du ciel, tome 1, La Prevantion;
tome 2, Les Remedes; Editions Saint-Paul, Paris, Fribourg, 1991 et 1992.

54
гаемые Хильдегардой. Не исключено, что такой же центр будем
открыт в Бретани. Повсюду - в Австрии, Германии, Америке - во t
никают «Общества друзей Хильдегарды». Их перечень приводится
в книге, озаглавленной как «Учебник медицины святой Хильдегар­
ды» и изданной Готфридом Херцка и Вигардом Стрелоу.
Прежде всего, в обоих этих трудах Хильдегарды читателя
поражает невероятная точность классификации и многообразие
познаний. Один из них, носящий название «Physica», состоит из
девяти книг, четыре из которых доктор Элизабет Клейн опублико­
вала под тем же заголовком. Другие четыре книги ( 1, 11, IV и X) были
изданы во Франции Пьером Мона под общим названием: «Книга
премудрости Божественных творений». Нам кажется, оно больше
соответствует ее содержанию. Кроме того, это сочинение иногда
называли «Книгой по простой медицине».
Второй труд озаглавлен «Книга по сложной медицине», или
«Causas et curæ».
Оба сочинения поражают знанием природы. Где и когда Хиль-
дегарда могла приобрести его, если прожила почти всю жизнь в
стенах своего монастыря? Иногда ответ более или менее ясен.
Например, когда она описывает главные реки тех мест, в кото­
рых жила, очевидно, что речь идет о личных наблюдениях. В кни­
ге, посвященной силам (стихиям) природы, она упоминает Рейн,
Маас, Мозель, Наэ, Глан и Дунай: все это хорошо знакомые ей
реки, по которым она не раз путешествовала, когда ее приглаша­
ли проповедовать в разные города империи. Она замечает, что
течение Наэ довольно беспорядочно: «То она (река) течет бур­
но, то вдруг словно замирает. И как раз в силу того, что порой
течет очень бурно, она скоро образует затор и останавливается,
а потому ее русло и берега неглубоки». Совершенно ясно, что она
видела то, о чем пишет. Она сравнивает качество воды этих рек,
предостерегает от использования воды Рейна, тогда как воду Ма­
аса, по ее мнению, можно «употреблять в пищу и пить, купаться в
ней и даже умывать ею лицо, потому что это делает кожу светлой
и нежной». Кроме того, говорит она, ее можно употреблять для
варки мяса, а вот вода Дуная «непригодна ни для пищи, ни для
питья, потому что своей резкостью раздражает внутренности че-
/ювека». Вода Глана «здоровая и пригодная для приготовления
пищи, для питья, купания и умывания». Во всем этом ощущается
личный опыт и наблюдение. Но таких, вполне объяснимых, заме­
чаний очень немного, особенно в сравнении с общей суммой и
характером знаний, собранных в сочинениях Хильдегарды.
Возвращаясь к заглавию «Премудрости природы», так соот­
ветствующему содержанию этой книги, действительно можно
сказать, что в области медицины, питания, окружающей среды
Хильдегарда может помочь оценить незамеченные свойства того,
что нас окружает: растений, животных, трав, деревьев. Читая ее
труды, мы открываем возможности, о которых не подозревали,
обнаруживаем скрытые силы, с которыми современный мир, где
все заранее определено, отобрано, обработано и упаковано, по­
терял всякую связь. Она открывает мир, живущий своей сокро­
венной жизнью, и приглашает исследовать ее тайны. Конечно,
этим занимаются и химики, но они предоставляют нам лишь ко­
нечный результат. Хильдегарда же дает возможность посмотреть
на вещи свежим взглядом. Ее работы должны были бы заинтере­
совать экологов. Она словно берет нас за руку и проводит посре­
ди неистощимых природных богатств, уча видеть то, что понача­
лу ускользает от нашего восприятия. Впрочем, для Хильдегарды
именно самые неуловимо тонкие свойства растений, плодов, жи­
вотных и рыб благотворны и целительны для человека. Каждый
начало в природе, каждый ее элемент обладают своими свой­
ствами - полезными или вредными, и сочинения аббатисы учат их
различать.
Сегодняшнего читателя, приступающего к чтению «Physica»
или «Книги по сложной медицине», скорее всего, ожидают сюр­
призы. Для начала ему придется привыкнуть к некоторым терми­
нам, для нас малопонятным: например, к понятиям, которыми
пользуется автор для общей классификации как «темперамента»
растений, так и человеческого темперамента. Существуют свой­
ства каждого элемента (холодный/горячий, сухой/влажный), то
есть некая первичная классификация, по сути, восходящая к Арис­
тотелю. К этому Хильдегарда прибавляет собственное понятие, о
котором мы уже упоминали: «viriditas», означающее жизненную
I
силу, «жизненные соки». Она часто употребляет его, говоря не
только о растениях, но и обо всех живых созданиях.
К тому же современного читателя могут поставить в тупик
ее способы исчисления количества. Мы привыкли считать и из­
мерять все точно, и когда нам предлагают «тщательно отварить
в воде бадьян (...), во время варки дважды поровну добавить
молодила (очитка), добавить крапивы, столько же, сколько мо­
лодила, и все перемешать», есть от чего прийти в недоумение.
А некоторые способы определения количества нам совсем непо­
нятны, как, например, в следующем рецепте: «Растереть в поро­
шок часть имбиря, полчасти корня солодки и третью часть, со­
ставленную поровну из индийского шафрана и имбиря; взвесить
полученный порошок и взять по весу столько же сахара. Все это
вместе должно весить примерно столько же, сколько тридцать
монет». Или: «Взять одну меру имбиря и чуть больше корицы,
растереть в порошок. Взять шалфея, немного меньше, чем им­
биря, и укропа, чуть больше, чем шалфея; истолочь в ступке и
т.д.» Иногда она рекомендует взять какого-либо вещества «на
кончике ножа», а иногда, как было распространено в те времена,
ей служит мерой половинка яичной скорлупы. Все это совершен­
но не похоже на измерения наших дней с точностью до микрона
или до сотых долей секунды. Но не стоит быть слишком требова­
тельными: в Средневековье точные вычисления были еще мало
знакомы обычным людям.
И все же есть многое, в чем современный читатель может по­
чувствовать, что подход Хильдегарды ему близок. Например, се­
годня приобретает большую популярность так называемое мяг­
кое медицинское воздействие. Перед лицом все возрастающей
специализации- следствия развития медицинской науки- не­
которыми начинает ощущаться потребность вернуться к целос­
тному взгляду на человеческий организм. Так вот стремление к
равновесию, которым пронизаны все труды Хильдегарды, пора­
зительно. Она столь же внимательна к состояниям души челове­
ка, как и к его телесным недугам, и никоим образом не отделяет
одни от других.
Например, в трудах о растениях часто видна ее озабоченность

$7
«меланхолией» и желание найти против нее средства. Хильдегар-
да считает ее тем более пагубной, что она подтачивает жизненную
силу, «viriditas». В основном, считает она, меланхолия происходит
от скопления черной желчи и порождает дурное настроение, а от
него, в свою очередь, возникают расстройства обмена веществ,
которые приводят человека в уныние. Обыкновенно скопившаяся
желчь становится причиной приступов потливости или ревматизма,
а также опасных припадков гнева. Хильдегарда предлагает несколь­
ко рецептов для удаления этой злотворной субстанции: хорошая и
правильно приготовленная еда, поскольку здоровье человека де­
ржится, в очень большой степени, на правильном режиме питания.
Некоторые средства действуют немедленно - например, роза при
припадках гнева. «Взять розу и чуть поменьше - шалфея, растереть
их в порошок, и в минуту, когда гнев начинает подниматься, вдох­
нуть немного этой смеси. Шалфей поистине успокаивает, а роза ве­
селит».
Итак, целый ряд лекарственных средств, а главное, режим
питания помогают удалить черную желчь. Эта подробность дает
возможность почувствовать, что является главным в методе
Хильдегарды. Она знает о пагубном действии черной желчи на ор­
ганизм; это значит, что у нее верные представления о роли печени
и последствиях расстройства ее функции. Одно из таких последс­
твий - безудержный гнев. Но его можно умирить зрелищем кра­
соты, которое сопровождается приятным запахом, - такова роза,
действующая еще благотворнее, если к ней добавить шалфея,
имеющего свойство успокаивать.
Все это может показаться примитивным и упрощенным, одна­
ко очевидно, что автор хочет вылечить не столько болезнь, сколь­
ко больного; очевидно внимание к особенностям поведения,
тоже порожденным разного рода внутренними расстройствами.
Для расцвета и полноты, как считает Хильдегарда, человек нуж­
дается в красоте и гармонии. Все эти принципы определяют ее
образ мыслей. По ее убеждению, естественное состояние челове­
ка - здоровье, и только грех подрывает его. Для того чтобы вос­
становить, поддерживать и сохранять естественное здоровье че­
ловека, помочь полному раскрытию его способностей, требуется

$$
постоянный, ежедневный труд и неусыпное внимание как к духу,
так и к телу. Природа - неисчерпаемый источник элементов, кото­
рые нужно уметь различать, не упуская из виду разного рода «пре­
мудрости», которые они в себе таят, а следовательно, вниматель­
но следя за режимом питания, чтобы сохранить или восстановить
равновесие. Этот режим включает в себя и периоды поста - не аб­
солютного, поскольку во время него разрешается есть овощные
и травяные отвары, фруктовые соки; они дают организму отдых
и предоставляют возможность периодически освобождаться от
всего лишнего, а значит, обретать покой.
Что касается самого питания, то оно должно быть сообраз­
но возрасту и состоянию; особенностям конкретного человека и
времени года. Хильдегарда особенно рекомендует три продук­
та, которые считает очень полезными и способными повышать
viriditas, жизненную силу, которая для человека - то же, что сок
для растения. Ее выбор не может не удивить. Прежде всего, это
полба - малоизвестный злак, который, как она уверяет, полезнее
всех остальных. Пшеница полезна в виде хлеба, особенно если он
из цельных зерен, «она улучшает плоть и кровь». Здоровым лю­
дям она рекомендует еще и овес, но делает оговорку: больным
он может повредить. Наконец, рожь дает «силу и бодрость». Но
все-таки полбу ничто не может превзойти в полезных свойствах.
Современные исследования показали, что этот злак действитель­
но содержит в себе все витамины, необходимые для сбалансиро­
ванного питания.
О каштане Хильдегарда говорит как о «плоде, полезном от
всякой немощи, какая ни есть в человеке». Она советует есть его
чаще - и в сезон, и вне сезона, сохраняя в виде муки. Есть еще
одно растение, которое обладает чрезвычайно полезными свой­
ствами: это укроп. Он «делает человека жизнерадостным, дает
прекрасный цвет лицу, приятный запах телу и хорошее пищеваре­
ние». Что касается фруктов, то лучшим из них Хильдегарда считает
яблоко, особенно «когда оно стареет, то есть ближе к зиме, когда
его кожура становится морщинистой». В таком виде оно хорошо
как для здоровых, так и для больных; все получают от него пользу,
если едят жареным или запеченным.

$9
Таковы продукты, имеющие лишь добрые свойства, способ­
ные поддерживать хорошее здоровье и настроение человека:
Хильдегарда очень внимательна ко всему, что «веселит серд­
це». Для нее важно, чтобы пища нравилась, была приятна. Она
всегда настаивает на том, что гармония даров природы благо­
творно влияет на человека. «Аромат первых ростков и цветов
лилии, - пишет она, - отрадны для сердца человека и рождают
в нем добрые помыслы». Она советует использовать лаванду,
которая способствует «чистому знанию и чистому уму». Пить
ее лучше, отварив в вине, или, если это невозможно, с водой и
медом. Если пить такой напиток теплым, он «облегчает боли в
печени и легких».
Большая часть растений, используемых для лечения, при­
нимаются в виде отвара, причем варятся обычно в вине, а не в
воде («желательно в хорошем вине»). Кроме того, Хильдегарда
советует прикладывать припарки или горячие компрессы из не­
которых растений к больному месту, прежде всего к голове, пос­
кольку она очень серьезно относится к мозговой усталости. Или,
как она говорит, хорошо делать небольшие лепешки из целебных
растений. «Когда мозг утомлен и как будто пуст, нужно расто­
лочь тимьян в порошок, смешать этот порошок с мукой, добавив
воды, сделать небольшие лепешки, есть их почаще, и наступит
облегчение», - уверяет она. Похожее средство она предлагает
изготавливать на основе мускатного ореха: «Взять мускатного
ореха поровну с корицей и немного гвоздики; истолочь в поро­
шок; с этим порошком смешать муку крупного помола, добавив
немного воды; сделать небольшие лепешки и часто понемногу
есть. Это средство смягчает горечь тела и духа, открывает серд­
це, обостряет притупленные чувства, приносит душе веселие,
очищает чувства, изгоняет дурное настроение, приносит в кровь
полезный сахар и укрепляет».
Впрочем, Хильдегарду интересуют не только небольшие на­
рушения здоровья, которые случаются в повседневной жизни.
Тот же укроп, в котором она видит исключительно благотворные
свойства, она рекомендует женщинам, у которых мучительные
роды. «Если женщина сильно страдает во время родов, следует

90
отварить в воде ароматные травы - укроп и кирказон6; варить их
следует на медленном огне и с предосторожностью; затем слить
воду и обложить еще горячими травами бедра и спину роженицы;
сверху обернуть ее полотном, чтобы боли утихли, а утроба откры­
лась легче и менее болезненно». В качестве средства от мужского
бесплодия она рекомендует молодило и без обиняков говорит,
что цикорий успокаивает «любовное желание мужчины». Если
какой-либо мужчина имеет в чреслах слишком много силы, пусть
ему сварят в воде цикория, и пусть он, находясь в ванной, оберты­
вает сваренные таким образом листья вокруг бедер; пусть делает
это чаще, и угасит желание, не повредив своему здоровью». Жен­
щинам при ежемесячном недомогании она советует пить отвар
ромашки.
Глухим она советует использовать шандру7: «Отварить в воде
шандры, вынуть ее из воды и сидеть над паром, чтобы он прони­
кал в уши; а также прикладывать к ушам и голове горячую шанд­
ру, и слух улучшится». Для остроты зрения она рекомендует при­
менять одуванчик или «летом, когда папоротник зеленый, чаще
прикладывать его листья к глазам во время сна; они очищают
глаза и делают зрение острее». Папоротник, по ее мнению, обла­
дает целым набором целительных свойств, которые она перечис­
ляет. Что касается расстройства зрения, то даже самая развитая
медицина сегодняшнего дня вряд ли опровергнет следующую
рекомендацию: «Если в глазах человека, в силу возраста или ка-
кого-либо недуга, высыхают вода и кровь, он должен ходить на
прогулки в зеленые луга и смотреть на них до тех пор, пока глаза
не увлажнятся, словно желая пролить слезы; ибо зелень травы ус­
траняет помутнение в глазах и делает их чистыми и ясными». Се­
годня известно, что глаз аккомодируется на расстоянии тридцати
метров, а поскольку такого простора в городе не найти, то нет
сомнения, что выезды за город, на зеленые луга, дают глазам от­
дых и укрепляют зрение. Она советует также употреблять чистую

^ Лекарственное растение, называемое также аристо/юхией (aristolochia).


Насчитывает более 480 видов. - Прим. ред.
7 Лекарственное растение (marrubium). - Прим. ред.
воду, «которая не была использована», и, по старинному обычаю,
«капли росы, падающие с виноградной лозы по весне, от утра до
полудня (...). Их нужно собирать в небольшой сосуд по утрам».
Сок молодых листьев яблони тоже хорош для укрепления глаз.
«Нужно понемногу увлажнять им веки, чтобы это было подобно
росе, ложащейся на траву». И еще совет: «Накладывать их на гла­
за в виде компресса, заворачивая в кусочек полотна».
При чтении трудов Хильдегарды, будь то «Простая медицина»
или «Сложная медицина», мы получаем возможность постичь бес­
конечное многообразие жизни и уроков, которые она способна
дать, вновь увидеть поэзию природы, звучащую даже в самих на­
званиях: вероника, ястребинка, кирказон. Названия сменяют друг
друга, переплетаясь, как цветы на орнаментах гобеленов XV в.:
майоран, лапчатка, репей. Читая ее книги, начинаешь сознавать,
что в наши дни, вероятно, следовало бы попытаться открыть при­
роду заново. Быть может, современные экологи вполне могли бы
почерпнуть в ее трудах что-то полезное для себя. Удивительное
дело - узнать, что душистый укроп приводит человека в уныние,
а фиалка, наоборот, помогает избавиться от меланхолии; что бук­
вица8 пробуждает дух познания, а если долго смотреть на пучок
тимьяна, улучшается зрение; что папоротник наделен множест­
вом целебных свойств и излечивает от недугов всякого рода; что
мирра отгоняет дурные помыслы, а марена излечивает приступы
лихорадки.
Примечательно, что в эпоху, когда экономический критерий
стал выходить на первое место, многие продукты этой разнооб­
разной ботаники исчезли, по всей видимости, из-за невыгоднос­
ти их разведения. После XII в. наши сельскохозяйственные куль­
туры заметно обеднели. Например, Хильдегарда подчеркивает
благотворное действие бобов. В ее время, когда картофель был
еще неизвестен, бобы и горох были самыми употребительными
крахмалистыми продуктами. «Бобы горячи, их хорошо есть лю­
дям сильным и здоровым, они лучше гороха. (...) Бобовая мука

о
Лекарственное растение (betonica officinalis). - Прим. ред.

91 ‘W
хороша как для здорового, так и для больного, потому что не отя­
гощает и легко переваривается». Напротив, горох, говорит она,
«хорош для того, кто обладает горячей природой (...); имея сам
холодную природу, он непригоден для больных, так как во вре­
мя пищеварения способствует утеканию влаги». Для нас же горох
стал привычным продуктом питания, а бобы - редкостью.
Можно сожалеть и об исчезновении шафрана, который выра­
щивался вплоть до пределов Англии, а теперь встречается лишь
кое-где в Испании. Культура конопли была заброшена практи­
чески повсюду, за исключением, увы, «cannabis indica», из кото­
рой изготавливают гашиш, /leca уничтожают ради производства
огромного количества бумаги, которую потребляют все. А ведь
«cannabis sativa», конопля, растущая в нашей сельской местности,
могла бы давать бумагу превосходного качества; к тому же она
могла бы занимать землю, которую оставляют под паром.
При чтении медицинских трудов Хильдегарды мы обнаружи­
ваем в окружающем мире много неожиданного. Удивительно,
что этими «открытиями» мы обязаны монахине, которая могла бы
ограничиться благоговением перед чудесами вселенной.
Глава VIII

‘^пиисстьт п ш сщ т щ
Удивительная личность Хильдегарды Бингенской проявляется
и в событиях повседневной жизни. Крайне редкий, если не исклю­
чительный, случай для того времени, чтобы монахиня, избравшая
созерцательную жизнь, покидала монастырь, не изменяя своему
призванию. Оно ведь требует постоянного местожительства и яв­
ляется одним из требований, которые будущая монахиня прини­
мает при принесении обетов. Некоторые монахини, в частности
настоятельницы, создавали новые обители и потому бывали вы­
нуждены покидать свою собственную. Так было с Терезой Авиль-
ской. По той же причине сама Хильдегарда в 1150 году оставила
свой первый монастырь в Дизибоденберге, чтобы около Бингена
основать другой, посвященный святому Руперту (Роберту). За­
тем, в 1165 году, она открывает еще одну обитель в Айбингене, по
другую сторону Рейна, которая носит имя святой Хильдегарды до
наших дней.
Но еще удивительнее путешествия, которые она проделывала
ради проповеди. Надо признать, что в те времена затвор мона­
хинь еще не был таким строгим, каким стал впоследствии: в кон­
це XIII в., а точнее - в 1298 году, конституцией Папы Бонифация
VIII им было строжайше предписано жить в пределах монастыря.
Стечением времени это требование становится еще суровее: в
XVI и XVII вв. женщины имеют право основывать лишь те ордена,
которые ведут исключительно затворнический образ жизни. Но в
XII в. жизнь монахини протекала в совсем других условиях.
И все-таки для нас, отделенных от нее большим временным
периодом, эта аббатиса, четырежды покидавшая свой монас­
тырь, чтобы ехать куда-то проповедовать и наставлять, представ­
ляет довольно странное зрелище. Одно время считалось, что она

94
ездила даже в Париж и в Тур, как уверяет автор одного из «Жи­
тий»; но, вероятно, это все же не так. Сигеберт из Жамблу - один
из людей, записывавших видения Хильдегарды, — после ее смер­
ти поехал с ее сочинениями к мэтрам парижской и турской бо­
гословских школ (Парижский университет еще не существовал);
вероятно, именно поэтому ее тексты стали так скоро известны
во Франции. Знаменитый епископ Шартра Иоанн Солсберийский
говорит о ней в одном из своих писем 1167 года, вспоминая, ка­
кое необычайное доверие имел к ней Папа Евгений III. Винсент
из Бове, живший в XIII в., был явно знаком с ее трудами и в своем
«Speculum historiae» («Историческое зерцало») упоминает ее имя:
«В то время в Германии жила дева, достойная всякого восхище­
ния; Божественное могущество наделило ее такими благодатны­
ми дарованиями, что, даже будучи мирянкой (здесь это означа­
е т - не посещавшей школы) и не обучившись грамоте, она, час­
то восхищаемая в духе, чудесным образом научилась не только
изъясняться, но и диктовать на латинском языке и таким образом
создала свои творения о кафолической вере».
Вероятно, при внимательном изучении переписки Хильдегар­
ды (которая была тщательно собрана и опубликована в «Латин­
ской патрологии» в прошлом веке) можно восстановить содержа­
ние проповедей, которые она произносила в некоторых местах.
Кроме путешествия в Ингельхайм, первой поездкой, которую
совершила монахиня ради проповеди, была, скорее всего, поезд­
ка в Трир в 1160 году, в дни праздника Пятидесятницы. Вскоре пос­
ле того как она уехала оттуда, церковные власти Трира отправили
ей письмо с просьбой написать и переслать им все, что она гово­
рила. Точнее, к ней обратился настоятель собора Святого Петра
(кафедрального собора), как он утверждает, вместе со всем ду­
ховенством города. Свою просьбу он излагает в выражениях, пол­
ных глубокого почтения и дружелюбия:
«Поскольку Вам по Божественному произволению были от­
крыты помышления многих сердец, - пишет он, цитируя святого
Луку, - мы, по воле Божией, возлюбили Вас всей силой своего
сердца и всей преданностью духа. Нам известно, что Дух Святой
пребывает в Вас и что Он открыл Вам много вещей, неведомых

95
другим людям. Ибо с тех пор, как Вы уехали от нас, посетив в
день Пятидесятницы, когда Вы, по высшему устроению, предска­
зали, что нам угрожает неминуемая Божия кара, нам довелось
видеть многие тяготы Церквей и испытать немало напастей от
людей, ибо мы, как открыл нам Ваш просвещенный суд, небрегли
об умилостивлении гнева Божия; и если бы милосердием Божи-
им Его ярость не отвратилась от нас, мы впали бы в отчаяние под
бременем таких опасностей. Но поскольку Бог пребывает в Вас и
из Ваших уст исходят Его слова, мы умоляем Вашу материнскую
милость изложить нам все то, о чем Вы говорили. (...) Да будет
покровительство Божие всегда с Вами и да совершит Он в Вас то,
что начал».
Вполне законно задать себе вопрос, какими средствами (ма­
териальными, или, как мы бы сказали теперь, техническими) рас­
полагала Хильдегарда, чтобы добраться из Бингена в Трир. Не
исключено, что она отправилась туда по реке, поднимаясь вверх
по течению Наэ, мимо места (близ Идар-Оберштейна), где река
оказывается как бы меж двумя высокими стенами, а затем по до­
роге, ведущей на запад, добралась до древнего римского города.
Дело в том, что, как бы ни были удобны речные путешествия, на
этом последнем отрезке, между Рейном и Триром, русло Мозеля
становится очень сложным и извилистым. Зато реку Наэ Хильде­
гарда знала хорошо, и, как мы уже говорили, она описывает ее в
«Physica».
Трир сыграл в жизни монахини немалую роль. Именно там
проходил знаменитый синод 1147-1148 годов, который, можно ска­
зать, дал ей право оставаться тем, кем она была. Воодушевляло
ее и необычайно богатое прошлое города. Мы уже говорили, что
Трир, находившийся на границе с «варварскими королевствами»,
был важным римским укреплением, местом, где пополняли запа­
сы войска, охранявшие границы огромной империи. И сегодня
«Porta Nigra» остается знаком присутствия римлян. В конце II в.,
когда ее возводили, это были северные ворота фортификаций,
окружавших город, общая длина которых насчитывала больше
шести километров. В XI в. святой Симеон, отшельник родом из
Сиракуз, поселился в развалинах «Porta Nigra», а после его смер­

%
ти епископ Трира Поппон Бабенбергский посвятил ему храм, уст­
роенный в восточной башне. По соседству, в помещениях второй
башни, был устроен монастырь (возможно, древнейший монас­
тырь Германии).
Возможно, Хильдегарда видела эту обитель Святого Симеона,
но, если судить по ее поэтическим сочинениям, ее больше инте­
ресовало аббатство Святого Максимина. Это древнее бенедик­
тинское аббатство (каролингской эпохи) было самым крупным
и богатым в Трирской епархии. В 1674 году оно было разрушено
французскими войсками по приказу Людовика XIV, и только при
археологических раскопках в 1987 году был обнаружен большой
храм IV в., возвышавшийся посреди кладбища (с южной стороны
от нынешней церкви Святого Павлина Ноланского).
В связи с этим вспоминается поразительное музыкальное
дарование Хильдегарды, которое нашло воплощение в семиде­
сяти произведениях, найденных и доступных нам сегодня бла­
годаря работе, проделанной доктором Христофором Пейджем.
Его стараниями сочиненная ею секвенция святому Максимину
была записана на диск. Ему прекрасно удалось выявить ценность
музыкальных произведений Хильдегарды, принадлежащих к на­
правлению григорианского хорала, этой созерцательной музы­
ки, в которой ощущается безмятежный покой даже в состоянии
восхйщенности и которая не столько побуждает исполняющего
искать каких-то новых и необычайных музыкальных впечатле­
ний, сколько помогает достичь внутренней сосредоточенности.
Об этом свидетельствует секвенция, начинающаяся с «Columba
aspexit» («Сквозь створки окна узрела голубица...»). В ней мы
опять находим образы, типичные для Хильдегарды; она часто
возвращалась к ним и в видениях, и в переписке: «Сия возвы­
шенная башня из Ливанского древа и кипариса украшена гиацин­
тами и алмазами; сей град превосходит искусство всех прочих
мастеров». И она вспоминает тех, кто совершает в аббатстве
Святого Максимина Божественную литургию: «О вы, приготов­
ляющие благоухания, пребывающие в сладостном цвету садов
Царя, совершая Святую Жертву посреди овнов, вы восходите
горе». Эти строки невозможно понять, если не знать, что в книге

97
Откровения благоухания и ароматы символически означают мо­
литвы святых, а овны - это напоминание об овнах из книги Ис­
хода, которые были принесены в жертву во время посвящения
сыновей Аарона. Вероятно, Хильдегарда имеет в виду священ­
ников, точнее, молодых монахов, окружающих предстоятеля в
алтаре церкви Святого Максимина. Музыка дает возможность
оценить всю красоту этой секвенции, но если говорить об обра­
зах, которые в ней используются, то они очень ясно отражают
свойственный Хильдегарде стиль речи. Точно неизвестно, когда
была сочинена прекрасная секвенция святому Максимину, но
она - свидетельство того, какое сильное впечатление произве­
ло на нее аббатство, посвященное этому святому.
Монастырь Святого Матфея с храмом, сохранившимся до
наших дней, - единственный памятник романского стиля, еще су­
ществующий в Трире. Его история тесно связана с историей го­
рода: он был освящен Папой Евгением III, когда тот приехал на
уже известный нам синод 1147 года. Поначалу он был посвящен
святому Евхерию - первому епископу города, но во время стро­
ительства был обнаружен более древний алтарь с мощами апос­
тола Матфея. Благодаря этому открытию в эпоху Хильдегарды
аббатство стало местом оживленного паломничества.
Нет сомнения, что аббатисе доводилось молиться в трирском
соборе - в великолепном древнейшем храме Германии, который,
к счастью, пощадили военные катастрофы XX в. Он был построен
самим императором Константином, и до сих пор в его сокровищ­
нице, которая, по преданию, принадлежала святой Елене, матери
императора, хранятся связанные с ним реликвии. Впервые храм
был разорен франками в V в., потом норманнами в 882 году. В на­
чале XI в. епископ Поппон Бабенбергский восстановил его, а в
последующие века добавились готические своды над нефом. Там
были собраны драгоценные святыни: Священный Хитон, который
в наши дни выставляется для поклонения в специальной часовне;
рукописи из знаменитого скриптория и ряд других святынь (неко­
торые из них хранятся теперь в епархиальном или городском му­
зеях), например Крест, воздвигнутый на рыночной площади при
восстановлении города после норманнских набегов. Весь этот

9$
ансамбль сделал Трир жемчужиной истории и искусства. Именно
здесь в 1908 году были опубликованы первые проекты по восста­
новлению и сохранению исторических памятников, которые по­
том, к счастью, приняло большинство западных стран.
Итак, в городе сохранился образец одного из прекрасных гер­
манских кафедральных соборов с двойной апсидой (одна из кото­
рых находится со стороны алтаря, другая - с западной стороны).
Несмотря на многократные реставрации и перестройки, в том
числе после пожара 1137 года (во время него сгорела новая цер­
ковь, построенная известным епископом Виллигизом; но был еще
первый пожар, который случился в самый день освящения храма,
30 августа 1009 года, и уничтожил все строения), собор сохранил
свою величественную красоту. Две апсиды, хоры которых словно
перекликаются друг с другом, заполняя огромное пространство
храма, являют собой символ архитектурного великолепия эпохи
и ее поразительного музыкального чувства, живой свидетельни­
цей которого была и сама Хильдегарда.

и
так, свою первую публичную проповедь аббатиса произ­
несла в месте, полном исторических воспоминаний и в
высшей степени достойном такой необычайной личности,
как она.
Сначала несколькими словами она рисует свой портрет.
«Я бедное, убогое существо, и нет у меня ни силы, ни здоровья, ни
мужества, ни знания». Но вот что открыл ей «сокровенный свет ис­
тинного видения» - и тут тон тотчас становится торжественным:
«Учителя и наставники не желают трубить в трубу правды, и по­
тому угасла в них заря благих дел, которая освещает целый мир
и есть как бы зеркало Света. Заря сия должна бы воссиять в них
вместе со знанием и направлять пути многообразных заповедей,
подобно тому как многообразна солнечная сфера. В них полдень
добродетелей с его жаром холоден как зима, ибо они не твори­
ли благих дел, исполненных огнем Святого Духа: они иссохли, и
иссякла их сила. Запад милосердия обращен в черный пепел, ибо
они не проявляют усердия и не помышляют о Страстях Христовых,
живя как должно, тогда как Он смиренно уничижился до нашего

99

человеческого состояния и в нем сокрыл Свое Божество, подобно


солнцу, скрывшемуся до времени. В них свирепствует Север с его
ветрами, ибо каждый из них обращает свою волю к погибели че­
ловеков, стесняя их, как власяница стесняет человеческое тело.
Итак, они не являются на Востоке благодаря добрым делам
и не сияют светом солнца; они не удаляются от зла на Западе, но
вместе с северным ветром рассеиваются в помышлениях своих
сердец. Потому дьявол посылает три черных ветра с Севера со
злорадным свистом. Первый - гордыню и ненависть - он обра­
щает против Востока, заря которого угасла. Второй - забвение
Бога - против Полудня. Третий - неверность - против Запада».
Дальше Хильдегарда пересказывает Ветхий Завет посредством
образов его главных героев, и делает это в присущем ей стиле.
Мы безошибочно узнаем манеру и язык Хильдегарды как в этой
преамбуле, где сразу появляются все силы вселенной (четыре
стороны света, ветры, космические стихии, занимающие в ее со­
чинениях такое большое место), так и в дальнейшем тексте, пред­
ставляющем собой историю искупления. По-видимому, именно
искупление и было предметом этой проповеди в Трире, которую
духовенство желало получить от нее в письменном виде.
Ее главная тема - неизменная благость Бога, Который неустан­
но напоминает человеку о Своем присутствии, преодолевая его
косность, возрождая его рвение, всегда готовое охладеть. «Пре­
ступив заповеди Божии, Адам утратил способность лицезреть
небесное, лишился своих светлых одежд и был изгнан в место
скорби. Ревность Господа изгнала Каина, пролившего кровь бра­
та своего. Среди сынов Адама явились многие народы, забывшие
Бога до такой степени, что утратили человеческий облик, и, согре­
шая самым постыдным образом, жили подобно скотам. Однако
некоторые чада Божии удалялись от этих людей и их похотей, и
среди них родился Ной. Тогда открылась ревность Божия, и Дух
Господень стал носиться над водами и образовал облака, из ко­
торых проливалась вода, затопив все. Так земля была омыта от
беззаконий и от крови Авеля, которую поглотила. Господь Бог со­
вершил это».
На следующем этапе появляется Авраам: «В Аврааме Пресвя­

100 *4^
тая Троица явила великие дела, сначала избрав его и направив на
путь послушания, дабы он ушел из земли своих отцов (...). Послу­
шанием Авраама Бог изменил судьбу Адамова греха: его обреза­
ние сделалось прообразом смерти, а плодовитость бесплодной
жены - прообразом рождения другого Сына от другой Жены, ибо
Сын Божий Своим Рождеством исполнил все, что было о Нем воз­
вещено».
Дальше являются законодатель Моисей и некоторые из тех,
кто пытался посреди беззаконий, творимых людьми, пробудить
в них дух покаяния - например, Иона. Хильдегарда продолжает:
«Явив в образах то, что собирался совершить, Бог вспомнил о Сво­
ем обетовании поразить змея в голову. И сотворил Жену - Деву,
исполненную послушания и непорочности, одарив Ее всяким бла­
гом, и гордыня, овладевшая Евой, в Ней лишилась силы. Сия Дева
зачала Сына Божия от Святого Духа. (...) Так Бог свершил дело,
которое задумал совершить в плоти, и отдал Сыну Своему все
плотское для одухотворения, ибо Он был плотью святою, проис­
ходившей от иной природы, никогда не поддавшейся наущениям
змея. И было так: сей самый Сын Божий водами крещения, верою
и послушанием обновил древний закон, а воздержанием от плот­
ских желаний указал путь святости». Завершая картину перехода
от ветхого Завета к Новому, она пишет: «Тогда Восток воссиял
Его силой, а Полдень возгорелся Его огнем, Запад перестал нести
гибель, и Север не был поражаем тлетворным ветром, ибо Страс­
тями Христовыми они усмирены до пришествия тирана, от кото­
рого явились всякое зло, неправда и беззаконие».
Хильдегарда утверждает, что в ее время народ духовных му­
жей (т.е. духовенство) небрежет законом, забывает творить доб­
ро и учить ему других. «Учителя и епископы погрузились в сон и ни­
мало не пекутся о правде». Она предостерегает, что земные влас­
ти не замедлят явиться, чтобы разрушить города и монастыри; те
же, кто поддался «немощам, свойственным женам», вскоре будут
наказаны. Она уговаривает тех, кто удаляется от зла, как в свое
время Ной, Илия и Лот, открыть себя и очиститься. Благодаря им
и другим мудрым людям мира люди вновь сделаются добрыми
и будут проводить жизнь в святости, а тогда «к народу вернутся

^£Г (01

силы, мужество и здоровье». Она заканчивает свою речь, сказав,


что видела Трир, охваченный новым огнем (тем же, что явился в
виде языков пламени над головами учеников) и весь украшенный:
площади его сияли чудесами, рожденными неугасимой верой.
Однако «ныне он весь объят заблуждениями, полон беззаконий
и подвержен всякого рода напастям (...), которым не будет кон­
ца, доколе их не изгладит покаяние, как было во времена Ионы»
(Письмо XLIX).
По-видимому, после пребывания в Трире Хильдегарда отпра­
вилась в Мец, о посещении которого упоминает «Житие». Воз­
можно, там она произнесла свое слово тоже в кафедральном
соборе, но не в том великолепном готическом соборе, который
существует доныне (полностью перестроенный в нашем веке), а
в том, от которого сохранилась лишь романская крипта. Ее пли­
ты, быть может, хранят звук шагов Хильдегарды. Попасть в этот
город после Трира было нетрудно; достаточно было продолжать
путь по течению Мозеля. Мец был в то время городом, имевшим
немалое торговое и культурное значение. Его «Scriptorium» был
широко известен; в нем сохранились до наших дней многие дра­
гоценные вещи, например созданный около 842 года «Требник»
епископа Дрогона Мецского. Без сомнения, Хильдегарда видела
церковь Святого Петра в Крепостных Стенах, существующую и
сегодня, и имела возможность с благоговением почтить некото­
рые святыни, хранившиеся в соборе и впоследствии рассеянные
по разным местам: например, знаменитый бриллиант эпохи Кар­
ла Лысого, на гранях которого изображена библейская история о
Сусанне (сегодня он находится в Британском Музее). Однако по
поводу ее проповеди у нас нет никаких сведений; ни в одном из ее
писем о ней не упоминается.

коло 1163 года Хильдегарда вновь в пути; вернее, она пу­

О тешествует по рекам своего края. В это время она присту­


пает к своему последнему труду - «Книге Божественных
деяний». Одновременно с этим она проделывает большие пути
ради проповедей, содержание которых и сегодня не перестает
нас поражать. Кажется, для этого второго путешествия она из­

I02 ^2^
брала самый удобный путь по Рейну. Итак, Хильдегарда отправи­
лась в сторону Кельна. Не исключено, что она останавливалась в
Боппарде, недалеко от Бингена. Следующим ее этапом стал, воз­
можно, Андернах, тоже расположенный на берегу Рейна. Именно
в этом месте один тяжелобольной рыцарь, лежа в своей постели,
узрел видение, в котором, по его словам, ему явилась монахиня,
произнесшая: «Во имя Сказавшего: «возлагайте руки на больных,
и исцелятся» - да оставит тебя этот недуг, и будь здоров». Юный
рыцарь поднялся со своего ложа, и болезнь, ко всеобщему изум­
лению, оставила его.
Приглашение из Кельна было послано Филиппом, который на­
звался настоятелем «Большого Храма», то есть Кельнского собо­
ра, и написано от его имени и от имени всего духовенства города.
Исследования Сабины Фланаган позволяют датировать это пись­
мо: в 1165 году Филипп получает должность настоятеля собора, а
позднее становится архиепископом Кельнской епархии. Он тоже,
как и духовенство Трира, вспоминает посещение Хильдегарды и
просит ее написать и послать ему все, что она говорила.
«Возлюбив Ваше материнское благочестие, мы решили сооб­
щить Вам, что после того, как Вы от нас удалились, - ибо Вы при­
ходили по Божественному повелению и принесли нам богооткро­
венные слова жизни, - мы исполнились великого благоговения
перед тем, что Бог сотворил в столь немощном сосуде слабого
пола, перед дивными и сокровенными тайнами, которые Он от­
крыл Вам. Дух веет, где хочет, ибо посредством многих знамений
Он явил, что избрал любезное Ему место в Вас, в глубинах Вашего
сердца». И, поручив молитвам Хильдегарды тех, кто его окружал,
он продолжает: «Итак, мы просим Вас вверить посланию то, что
Вы изрекли устами, и передать его нам, ибо мы, подверженные
плотским желаниям, слишком легко небрежем вещами духовны­
ми, которых не видим и не слышим, и предаем их забвению».
В своем ответе Хильдегарда сначала создает картину в свойс­
твенном ей стиле: великолепную картину вселенной, где вновь
появляются различные персонажи Библии. «Тот, Кто был, и есть, и
грядет, - говорит она словами книги Откровения, - говорит пасты­
рям Церкви: Тому, Кто есть, сотворившему все по Своему произво­

ЮЗ
лению, надлежало стать тварью, чтобы Он имел в Себе Самом сви­
детельство из свидетельств (...). Грядущий же очистит и обновит
все посредством иных испытаний, изгладит неровности времен и
времен и сотворит все новое, а после очищения явит доселе неве­
домое.
Из Него исходил ветер, говоря: Я поставил твердь со всем, что
на ней, и в ней всякая сила. Воистину она имеет очи, чтобы видеть;
уши, чтобы слышать; ноздри, чтобы обонять; уста, чтобы вкушать.
Воистину солнце есть как бы свет ее очей, дуновение ветра - как
бы слух ее ушей; воздух - ее благоухание, а ее вкус - роса, по­
средством которой она источает силу как бы из уст своих. Луна
дает времена времен (смену времен года), тем самым открывая
человеку знание. Звезды, словно одаренные разумом, как нам
представляется, проходят круг, и их разумное устроение охваты­
вает множество вещей. Я наделил шар четырьмя углами - огнен­
ным, облачным и водным - и, словно венами, соединил между со­
бой все стороны света. Камни, подобно костям, Я наполнил огнем
и водой и дал земле влажность и силу, подобно костному мозгу.
Я распространил бездны, подобные тем, что поддерживают тела,
давая им опору, а вокруг них сотворил воды, текущие, чтобы их
сохранить. Все сущее создано так, чтобы оно не погибло. Если бы
облака не имели в себе ни огня, ни воды, они были бы подобны
пеплу. А если бы светила не получали света от солнечного огня,
они не сияли бы сквозь воды, а были бы слепы».
После этой картины взаимосвязи всех элементов вселенной,
«орудий просвещения человека, которые он постигает посред­
ством прикосновения, лобзания и объятия», Хильдегарда, как
всегда, от имени Божественного Света, обращается к пастырям:
«Я поставил вас как солнце и другие светила, чтобы вы светили
людям огнем учения, сиянием доброй славы, и приготовляли пла­
менеющие сердца. Так сотворил Я в начале мира. Я избрал Авеля,
возлюбил Ноя, явился Аврааму, избрал Моисея для установления
Закона, пророков сопричтя к числу возлюбленных друзей Моих».
Дальше Авель сравнивается с луной, Ной - с солнцем, Авраам -
с планетами, Моисей - со звездами, а пророки - с четырьмя сто­
ронами света, на которые опираются пределы земли.

104 пар
Она упрекает своих слушателей в косности. «Вы немы; в ваших
голосах не слышно гласа трубы Божией; вы не возлюбили святое
разумение, которое, подобно звездам, поддерживает круг обра­
щения. Труба Божия есть Божия правда, которую вам надлежало
бы исследовать с великим тщанием, подражая ей посредством
соблюдения правил и послушания, преподавая ее людям в свое
время со святым благоговением, а не навязывая силой. Но, упор­
ствуя в своеволии, вы не делаете этого. Потому речи ваших уст не
дают света тверди Божией правды, как если бы звезды вовсе не
светили». Она упрекает их в том, что они ведут себя, как «змеи в
норах»; «все еще пребывают в ребяческих мечтаниях». Наконец,
как бы обращаясь сама к себе, она восклицает: «О, сколько лукавс­
тва и нечестия в том, что человек не желает обратиться к добру
ни ради Бога, ни ради человека, но ищет славы без труда и вечной
награды без воздержания! (...) У вас нет глаз, ибо ваши дела не
сияют пред людьми огнем Святого Духа, и вы не преподаете им
доброго примера; из-за вас на тверди Божией правды недостает
солнечного света, а в воздухе - благоухания добродетелей».
Дальше она обращает к ним множество упреков - в вялости,
небрежении, косности, в греховной немощи: «Вам надлежало бы
быть столпами огненными»; и «если бы вы, используя данную вам
Богом способность к разумению, обличали тех, кто вам подвлас­
тен, они не посмели бы противостать правде, но сказали бы, что
ваше слово истинно. (...) Потому вся мудрость, которую вы искали
в Писании и учении, погибла в омуте вашего своеволия. Всякое
свое знание вы как бы погребаете своим прикосновением, упот­
ребляя для исполнения желаний и угождения плоти, подобно ди­
тяти, не ведающему, что оно творит».
Обращаясь к примерам библейских персонажей, жаждавших
сохранять и исполнять слово Божие, она в одной фразе высказы­
вает суть своего обвинения: «Вам надлежало бы быть светом, а
вы - тьма; ибо вы можете быть либо светом, либо тьмой; решите
же, на какой вы стороне». Она вновь приводит примеры из Писа­
ния и, наконец, приходит к христианскому крещению, в котором
«змей был постыжен, а смерть - уязвлена и повержена; ведь Цер­
ковь рождает иным образом. Жизнь Евы была бесплодна, а с Ма­

Ю5
рией явилась благодать, превосходившая урон, причиненный
Евой».
Слова решительные, даже страстные; можно себе предста­
вить, как они могли порой заставить трепетать слушающих - не
столько простой народ, сколько духовенство. Нам эти факты дают
возможность увидеть, насколько то время еще далеко от сакра­
лизации всего церковного, которая восторжествует, в частности,
в классическую эпоху; тогда Хильдегарда была бы, без сомнения,
осуждена за отсутствие почтения к епископам и иерархии. Перед
нами - совершенно иной образ мыслей; непринужденность, порой
даже резкость языка воспринималась людьми как призыв к обра­
щению, адресованный всем, в особенности тем, кто был избран,
чтобы провозглашать и передавать слово Божие. «Я вновь услы­
шала исходящий от Света живого глас, произнесший: «О дщерь си­
онская, венец славы не устоит на главе сынов твоих, и покрывало
твоих обильных богатств подвергнется опасности, ибо они не уз­
нают времени, которое Я дал им, чтобы видеть и чтобы наставлять
тех, кто им послушен. Им даны груди, чтобы питать младенцев, но
они не питают их как надлежит и в свое время; оттого многие Мои
чада, подобно бездомным бродягам, умирают от голода: их силы
не восстанавливает святое учение. Они имеют голос и не возвы­
шают его. Им вверены самые дела Мои, а они бездействуют. Они
желают иметь славу, не имея заслуг, и иметь заслуги, не потрудив­
шись. Потому Врагу удается поручать им свои дела, исполняя их
очи, уши и чрево пороками». Резкость выражений объясняется го­
товностью Хильдегарды к борьбе.
Она обличает пороки, которые много хуже ошибок заблуд­
шего народа, - «нравы скорпиона, дела змия», - и бросает ужаса­
ющие обвинения катарам, которых описывает удивительно тонко,
помогая увидеть, каким образом подобные заблуждения могли
проникнуть в прежде здоровое тело. «Придет народ, соблазнен­
ный и посланный дьяволом, бледный ликом, принявший обличье
совершенной святости, и воссоединится с высшими из начальни­
ков мира сего, чтобы сказать им о вас: «Зачем вы держите около
себя таких людей и почему терпите их в своем окружении, ведь
они скверными и нечестивыми делами оскверняют всю землю?

106
Это пропойцы и распутники, и, если вы не исторгнете их от себя,
то погибнет вся Церковь».
«Говорящие это (не забудем, что она обращается к еписко­
пам и духовенству) одеваются в жалкие заношенные одежды;
они будут шествовать, строго остриженные, и выказывать перед
всеми спокойствие и добронравие. Племя сие не знает алчнос­
ти, не владеет серебром и живет в таком воздержании, что его
трудно за что-либо упрекнуть. Однако же с ними Диавол; скрывая
свой истинный вид, он показывается им, как некогда, во времена
сотворения мира, прежде грехопадения; иногда же он уподобля­
ется пророкам и говорит сам в себе: «Народ шутит над тем, что я
являюсь ему в виде злобных зверей или отвратительных насеко­
мых. Но ныне я желаю лететь на крыльях ветра и проникнуть в них
испепеляющей молнией, чтобы они исполняли лишь мою волю.
Вот почему посреди этих людей я видом уподоблюсь Всемогуще­
му Богу». Ибо это диавол совершает все сие посредством невиди­
мых духов, которые из-за злых дел человеческих движутся между
ними повсюду под дуновением ветров и воздуха, бесчисленные,
как мухи и комары, тучами нападающие на человека в зной. Ведь
он вошел в этих людей таким образом, что не лишил их целомуд­
рия. Он попускает им быть целомудренными, потому что они того
желали.
И он вновь говорит в самом себе: «Бог любит целомудрие и
воздержание, и в этих людях я приму их вид». Так древний Враг
проникает в сие племя через бесов, которые в воздухе, и эти
люди воздерживаются от грехов распутства. Они не любят жен и
избегают их. Они являются людям как бы в совершенной святос­
ти и, вводя их в обман, говорят: «Другие, которые были прежде
нас и желали иметь целомудрие, погибли, как выброшенные на
сушу рыбы. Нас же не смущает никакое смятение плоти, никакие
вожделения, ибо мы святы и исполнены Святого Духа!» Увы! Тог­
да другие люди не знают, что делать; они подобны тем, которые
предварили нас в древние времена. Ибо те, кто немощен в ка­
фолической вере, начнет почитать их, преданно служить и всеми
силами подражать. Народ же будет услаждаться их речами, ибо
они покажутся ему праведными».

107
Так, в проповеди, произнесенной Хильдегардой в Кельне при­
мерно в 1163-1164 годы, она обличает новую форму ереси, в кото­
рой нетрудно узнать ересь катаров. На самом деле речь шла не
столько о ереси в строгом смысле слова, сколько о своего рода
новой религии, подобной сектам XX в.: о религии, поставившей
себя вне Откровения и строившейся на изначальном дуализме.
Согласно ей, в начале мира было два божества - одно, создавшее
мир видимый, материальный, телесный (злое божество), и дру­
гое, сотворившее души, дух (благое божество). Человек должен
поклоняться только второму. Примерно двенадцатью годами
раньше эта ересь появилась в Лангедоке. Ее адептов называли
«энрикианцами», так как «родоначальником» этого заблуждения
был монах по имени Генрих. Оно довольно широко распространи­
лось, особенно в окрестностях Тулузы; и даже святому Бернарду
незадолго до смерти пришлось объезжать эти земли, проповедуя
и вразумляя. Возвратившись в Клерво после окончания своей
миссии, имевший успех, он написал письмо жителям города, при­
зывая их твердо держаться правоверного учения.
«Наше пребывание у вас, - писал он, - было кратким, но не
бесплодным. Истина, которая была явлена вам через нас, не
только словом, но и делом (он имеет в виду совершенные им
чудеса) обличила этих волков, которые, придя к вам в овечьей
шкуре, пытались поглотить ваш народ как ломоть хлеба. Она
обличила лисиц, разорявших ваш виноградник, драгоценный
виноградник Господа. Но, хотя они и обличены, однако не пой­
маны». Она увещает бояться этих новых проповедников, кото­
рые, «принимая вид благочестия и совершенно отрекшись доб­
родетели, примешивают к небесным словесам новое по смыслу
и выражению, как примешивают отраву к меду. Остерегайтесь
сих отравителей и учитесь распознавать под овечьей шкурой
хищных волков».
Так предостерегает Хильдегарда. Описание этих людей, оде­
тых в ветхие, изношенные и выцветшие одежды, с бледными ли­
цами, с коротко остриженными головами, которые имеют вид
совершенного воздержания и целомудрия, «не любят и избегают
жен», делает их совершенно узнаваемыми.

105
Действительно, катары скоро распространились и в рейнской
области, которая была развитым торговым регионом, процве­
тавшим во времена проповедей Хильдегарды. Вероятно, именно
развитие коммерции и городской жизни, когда главной заботой
становилась прибыль, послужило подходящей почвой для учения,
имеющего внешне высоко духовный вид, на деле же чуждого
Евангелию и происходившего, скорее, от древних манихейских
идей. Оно представляло собой довольно упрощенный дуализм,
отождествлявший зло со всем телесным. Его адепты боялись
женщины, через которую передается жизнь и которая, рождая,
продолжает дело «злого божества». Их логика не знала нюансов,
они видели тело и материю исключительно как орудия греха. Это,
конечно, до предела упрощало им труд различения добра и зла
(предмет искушения Адама), то есть попытки самим решать, что
есть для меня добро, а что - зло.
В описании ближайших событий будущего монахиня явля­
ет удивительный дар пророчества. Прежде всего, она обличает
манихейские ухищрения: «Когда эти создания повсюду распро­
странят свои заблуждения, учителя и мудрецы, твердо стоящие
в кафолической вере, начнут гнать и преследовать их (манихе-
ев), ибо некоторые из них - отважные воины правды Божией. Не
смогут они поколебать и некоторые сообщества святых, чьи пути
святы. Потому они дают советы князьям и богатым, чтобы те уда­
рами палки и лозы принудили учителей Церкви и прочих духов­
ных мужей, которые им подвластны, вернуться к правде. Все это
совершится с некоторыми, другие этому ужаснутся и исполнятся
страха. Однако, по словам Илии, «множество праведных, кото­
рые не впадут в эти заблуждения, спасется, и основания их не
поколеблются».
Однако вначале, увлекая своими заблуждениями, эти соб­
лазнители (катары) говорят женам: «Вам не позволено пребы­
вать с нами, но поскольку вы не имеете учителей просвещенных,
слушайтесь нас, и все, что мы вам скажем и велим, то делайте, и
спасетесь». Так и жен они привлекли к себе и ввели в заблужде­
ние. После того, исполнившись гордости, они скажут: «Мы всех
их подчинили себе». Однако потом они сойдутся с теми женами,

(09
чтобы тайно творить блуд, и тогда их беззакония и беззакония их
секты станут явными».
Монахиня вдохновляется все больше и больше. Она предрека­
ет начальникам секты гибель: «Но Бог приготовил для ваших злых
и темных дел возмездие, верша которое оставит вас без помощи,
ибо потребует для вас не справедливости, но объявит нечести­
выми. (...) Вы будете в представлениях человеков дурным приме­
ром, ибо от вас не исходит свет доброй славы. Потому у вас не
останется ни пищи для пропитания, ни одежд, чтобы покрыться,
правдиво видя свою душу, а останутся лишь неправедные дела,
лишенные блага знания. Ваша честь погибнет, а венец падет с го­
ловы (...). Ибо надлежит изгладить порочные дела посредством
бед и скорбей. Так что многие испытания обрушатся на голову
тех, кто в своем нечестии навлекает бедствия на других. Ведь эти
неверные, соблазненные диаволом, будут орудием вашего нака­
зания, ибо ваше почитание Бога нечисто, и они будут терзать вас
до тех пор, пока не истребят ваши неправды». Итак, этим пороч­
ным обольстителям предстоят страшные наказания: «Князья и
прочие великие мира обратятся против них и будут убивать их,
как бешеных волков, повсюду, где найдут».
Внезапно пророчество принимает удивительный оборот, и
Хильдегарда предсказывает, что «в народе духовном взойдет заря
правды, и начнется это посреди малого остатка, который не будет
жаждать ни власти, ни богатств, растлевающих душу, но скажет:
«Помилуй нас, ибо мы согрешили». Таковые получат утешение и
придут к правде, избавившись от прежней скорби и страха, как ан­
гелы получили утешение от любви Божией, когда пал сатана. И бу­
дут они жить в смирении, не желая посредством злых дел проти­
виться Богу; но, избавленные с этих пор от всякого рода заблуж­
дений, будут твердо держаться правды, так что многие придут в
изумление из-за того, что столь яростная буря была предтечей
кротости. Люди же, которые будут жить прежде этого времени,
претерпят великую и беспощадную брань со своим своеволием,
к погибели тела своего, от которого не в силах разрешиться. Но в
ваше время будет много смут и борений против своеволия и не­
воздержанности нравов, и вы претерпите всяческие скорби».
Мы вправе задать себе вопрос: предвещая явление кротости
и мира после жестоких кар, которым подвергнутся катары, не
предвидит ли монахиня рождение новых орденов в начале XIII в.,
а именно, Ордена меньших братьев святого Франциска и Ордена
братьев-проповедников святого Доминика? Ведь их действитель­
но отличали кротость, смирение, покаяние. Можно сказать, они
открыли новую страницу Евангелия, принесли с собой новый рас­
цвет царства Божественной любви. Иными словами, этот текст
Хильдегарды можно было бы истолковать как «предведение» не­
ожиданного возрождения, принесенного нищенствующими ор­
денами, - и в первую очередь, именно в Лангедоке, где больше
всего свирепствовали и ересь катаров, и гонения на нее.
Коротко напоминая события, нужно сказать, что одной из при­
чин успеха катаров была их бедность, которую они старательно
афишировали. Во всяком случае, «совершенные», то есть те, кто
получил «соп5о1атеп1:ит», понуждали себя выполнять самые су­
ровые предписания. Это была религия, предполагавшая две ка­
тегории верных, и простые ее адепты получали «сопБо^теггёит»
только в час своей смерти. Духовенство того времени, особенно в
богатых рейнских областях, как и в регионе Тулузы, дурно распо­
ряжалось своим имуществом. Искушение богатством существует
всегда (во всяком случае, оно постоянно возрождается), особен­
но в периоды процветания. Хильдегарда - не последняя, кто упре­
кал духовенство в попустительстве своим прихотям и склоннос­
ти к легкой жизни. Однако даже ордена такого строгого устава,
как, например, цистерцианцы, были подвержены этому соблазну.
В XIII в. аббат монастыря в Сито, преемник святого Бернарда, поль­
зовался для своих передвижений таким роскошным экипажем, что
святой Бернард, увидев его, пришел бы в негодование.
Возникновение сект повсюду совпадало с ростом богатств и
развитием городской жизни; поэтому ересь катаров распростра­
нялась сначала в долине Рейна, а потом, главным образом, в райо­
не Тулузы. Граф Тулузы Раймонд V обратил внимание епископов
на численный рост секты, а его сын Раймонд VI тем временем все­
ми средствами содействовал ее успехам, пока его не обвинили
в том, что он отдал приказ убить папского легата Петра де Кас-

ш
тельно, приехавшего к нему в 1208 году с предписаниями. Это
убийство положило начало событиям, которые впоследствии на­
зовут альбигойской войной, со всеми ее ужасами и крайностями,
а значит, косвенно стало причиной учреждения суда инквизиции
в 1231 году.
Примерно в то время некий Доминик Гусман, проезжавший
через эти места и заметивший успех катаров, обратился к лю­
дям с призывом к евангельской бедности и вместе с тем к более
тщательному изучению правоверной христианской доктрины,
исключающей всякий дуализм. Интересно, что сначала он создал
женский монастырь, собрав в нем женщин, обратившихся от
катарской ереси, а затем создал первый нищенствующий орден -
Орден братьев-проповедников. Вскоре некий Франциск из Асси­
зи тоже создает двойной (мужской и женский) нищенствующий
орден. Его женская ветвь во главе со святой Кларой добилась от
Святого Престола «привилегии нищеты», по которой отказалась
от всякого дохода или имущества, кроме земли, на которой мо­
нахини жили. Так в начале XIII в. рождается новая форма мона­
шеской жизни. Ей суждено было распространиться не только по
всему Западу, но и нести евангельскую весть на Восток - Ближний
и Дальний.
гТч
I ■ альнейший текст кельнской проповеди Хильдегарды -
обличение дуализма. «Бог изначально увидел Свое дело
в Адаме; Он сотворил из праха его плоть и кости и вдунул в лицо
его дыхание жизни. Когда же Дух удалился от человека, то плоть
и кости его превратились в прах; однако они будут восставлены
в последний день. То, что Бог создал человека из персти земной,
знаменует Ветхий Закон, который Он дал человеку. Но то, что че­
ловек восстал на земле, в плоти и костях своих, свидетельствует
о Законе духовном, который принес Сам Сын Божий (...). Он истин­
но обновил его. (...) Боже, Творец всего сущего, Ты пошлешь Твое-
го Духа при звуке последней трубы, и люди восстанут в нетлении.
Они более не будут ни расти, ни иссыхать, ни обращаться в прах.
Ты восстановишь лицо земли, душа же и тело будут обладать еди­
ным знанием и единым совершенством. Вот что сотворит Бог,

112
безначальный и бесконечный. Ибо Ему нет нужды глядеть вспять:
Он Сам есть все. Он создал человека, в котором дело рук Его и
Его чудеса, и поручил ему созидать всякое здание добродетели,
посредством которого человек может восходить к Нему, к Тому,
Которого Он Сам возлюбил9, ибо Бог есть Любовь».
Проповедь заканчивается мольбой: «Ныне, о чада Божии, слу­
шайте и разумейте, что Дух Божий говорит вам, дабы не постигло
вас худшее и дабы вам не погибнуть. Дух же Божий говорит вам:
«Оглядите свой город и землю свою, и исторгните из своей среды
губителей, которые хуже, чем иудеи, и весьма подобны саддуке­
ям. Ибо, пока они с вами, вам не быть в безопасности. Церковь
рыдает и плачет над их беззакониями, ибо они своим нечестием
заражают ее чад. Итак, изгоните их далеко, чтобы ваше собра­
ние и ваш город не погибли, ибо в Кельне приготовлен царский
пир, звук которого проходит по всем вашим площадям. Что же
до меня, боязливой и убогой старицы, в последние два года я из­
немогла, говоря об этом повсюду вслух перед лицом учителей и
начальников и других мудрых мужей. Однако, поскольку Церковь
была разделена, порой я принуждена была умолкать».
У Хильдегарды еще будет случай вернуться к этому предмету,
важность которого она ощущала, и повторить свои предостереже­
ния в письме, адресованном духовенству Майнца (письмо X I— VII),
то есть, по сути, в проповеди, произнесенной во время третьего
путешествия. Там она еще более ясно говорит, в чем состоит за­
блуждение манихеев, и восстанавливает достоинство человечес­
кого тела, показывая, как тесно оно связано с духом. «Блажен
человек, которого Бог задумал сотворить скинией премудрости,
наделенной пятью чувствами. До конца своих дней, путем свя­
тых желаний и добрых дел, путем стремления к правде и самых
дивных добродетелей, которыми ему никогда не насытиться, он,
благодатью Божией, восходит от нового к новому. И так дости­
гает он славы вечной жизни, которая пребывает, не утомляя, без
конца. Так Бог до последних дней обновляет все сущее, все, что

9 т.е. к Сыну.

из
в ведении Его одного; так Он до последних дней пожелал совер­
шать Своим могуществом. (...) Тело и душа - одно, хотя каждое
имеет свои силы и свое имя; так же, как плоть и кровь; и в сих
трех, то есть в теле, душе и разуме, человек совершается и может
творить дела».
От рассуждений о телесно-душевной природе человека она
переходит к рождению Слова, Которое облеклось в плоть: «Сло­
во, Которое в начале было у Бога, воплотилось от Девы Марии;
Оно есть живой источник, обращающий в живые воды все, что в
Нем произрастает; как и Сам сказал: «У того, кто верует в Меня,
из чрева потекут реки воды живой». Дальше она доказывает, что
«Сын Человеческий ест и пьет, как предопределил делать и чело­
веку, чтобы плоть Его и кровь могли возрастать и питаться, чтобы
они не истощились и не иссохли, чтобы Он имел силу исполнить
Свое служение. Однако змей отравил эту пищу, когда прароди­
тели по дьявольскому умыслу были изгнаны из Рая, потому они
в скорби рождали своих детей, зачатых в грехе. Но Сын Божий
уничтожил это смертоносное зачатие, будучи зачат и рожден Свя­
тым Духом от Пресвятой Девы Марии, без всякого похотения му­
жеской природы. Свое Тело и Кровь Сын Божий дал в пищу учени­
кам под видом хлеба и вина; ибо сии подобает приготовлять для
Него. Ведь подобно тому, как зерно, скрытое в земле, рождается
и наливается, по благодати Божией, без смешения, одним лишь
теплом солнца и влагой воды, а виноградная гроздь не смешени­
ем, но непостижимой благодатью Божией растет и зреет, так и
Сын Божий, без всякого смешения, делается истинным человеком
в сокровенном Божестве».
От тайны Воплощения Хильдегарда переходит к тайне Евха­
ристии. «Ибо Сам Бог, знаменующий Собой и огонь, и воду, на­
столько сокровенен в горних глубинах, что тайна сия безмерно
превосходит способности человеческого разумения. Потому Он
избавил Пресвятую Деву Марию от всякого телесного желания,
и в Ней Его Сын воспринял Человечество без всякого греховного
вожделения. А Дух Святой, живой источник, осенил Ее подобно
сладчайшему облаку тумана и сошел на Нее, как роса на зерно.
Сила Всевышнего, осенившая Деву Марию, сотворившая в

114
Ней плоть и кровь Сына Божия, осеняет и жертву хлеба и вина че­
рез отверстые раны Иисуса Христа, так что это приношение со­
кровенно, действием Бога и Его святых Ангелов, преображается в
Плоть и Кровь, - как пшеница и виноград, благодаря присущей им
сокровенной силе, которая невидима для человека, пускаются в
рост. Но поскольку человек, даже омытый от беззаконий «банею
крещения», часто впадает в грех, раны Сына Божия кровоточат до
тех пор, пока разумный человек согрешает, - дабы покаянием и
исповеданием он омылся в этих ранах и был принят.
Однако люди, которых называют еретиками и саддукеями,
отрицают святейшее Человечество Сына Божия и святость Его
Тела и Крови, приносимых при совершении жертвы хлеба и вина.
Потому-то сатана, происходящий от Безначального и Бесконеч­
ного, в своей надменности противоставший единству Предвечно­
го Божества, руками этих людей засевает всю землю смертным
прахом. Он лжец, ибо помрачает их очи неверностью, ослепляя
до такой степени, что они не в силах ни уповать, ни веровать в ис­
тинного Бога. Так он, подобно змею, через неверных людей, сле­
дующих его внушениям и презирающих Бога, посягает на Божию
Святость и Честь. Ведь они не тверды в истинной вере в истинного
Бога, Который невидим, как и душа, то есть дух человека. Все их
желание устремлено к вещам плотским, и они попирают все, что
исходит от Бога, как и обольстивший их, ибо, пренебрегая слова­
ми Истины, похваляются ложью и лжеучением.
Падший ангел, будучи разумным, знает, что разумному чело­
веку дана возможность поступать по своему произволению. Он
распознал это свойство у первого человека, которому дано было
Божие повеление. И так же, как он ввел в обман жену, он ныне
пытается истребить в этих людях все, что задумано Богом, то есть
способность плодиться и размножаться, и побуждает их жить не
по предписанию Закона, а по их собственной воле, послушной
дьявольским внушениям». Потому они так ожесточенно умерщ­
вляют плоть, постятся, отвергают заповеди Божии и естествен­
ный порядок продолжения рода.
Хильдегарда призывает начальников города изгонять таких
людей: «Вы, короли, герцоги князья и другие христиане, боящие­

II5
ся Бога, послушайте и удалите род сей из Церкви, не давайте ему
воли, изгоняйте сих людей, но не убивайте их, ибо и они - образ
Божий. Да исполнитесь, по благодати Божией, пламенным духом,
Который есть живой источник, дабы вам совершить это прежде
дня гнева Господня и не лишиться чести, а также блаженства тела
и души».
«Изгоняя, но не убивая». Религиозным и гражданским властям
стоило бы почаще вспоминать совет Хильдегарды! Монахиня свя­
зывает немощь смертного тела и неспособность видеть истинный
свет с первородным грехом. Именно учителям и наставникам, ко­
торых поставил Христос, надлежит «печься о том, чтобы все люди
прежде смерти могли очиститься от своих грехов. Для этого им
самим надлежит иметь сердце чистое, бодрствовать и не судить,
разве что судом Всемогущего». Она говорит о необходимости
уважения к бедности и бедняку ради любви Христовой: «Хотя Бог
попускает богатому иметь богатство, дабы он поддерживал бед­
ного, бедный есть и образ Его, и возлюбленное чадо».
Решительно хочется сказать, что Хильдегарда предчувство­
вала появление нищенствующих монахов, которые, идя вслед за
братом Франциском и братом Домиником, отвоевали Госпоже
Нищете почетное место, чтобы нравы стали чище, а монашеская
жизнь обновилась, чтобы учение Церкви одержало победу над
манихейской ересью, или, точнее, сектой.
Глава IX

сроссшя
^xobn^aj^ hikA 3

Вероятно, на протяжении 1170 года, после посещения Кельна,


Хильдегарда совершила еще два путешествия ради проповеди:
в Майнц и в швабскую провинцию. Неизвестно, каковы были в
точности этапы этого последнего путешествия, в которое она от­
правилась, будучи уже семидесятилетней. Однако известно, что,
проезжая эти удивительно живописные края, с многочисленными
башнями, замками, пещерами, она остановилась в Кирхайме-на-
Теке. До нашего времени там сохранилась церковь XII в., посвя­
щенная святому Мартину. Духовенство города в лице некоего
Вернера - аббата или прево сообщества местных приходов - на­
писало ей, опять же прося обязательно выслать текст проповеди,
которую она перед ними произнесла (письмо LII в издании «Ра-
trologiae Latina»).
Аббат именует ее «матерью и невестой Агнца», и тон проше­
ния свидетельствует о состоянии души, в котором он обращает­
ся к ней: «Поскольку благоухание Вашей добродетели достигло
отдаленных мест земли, а Ваше сердце украсило мир не только
благими трудами, но и пророчествами о будущем, открывая Вам
небесное силою Святого Духа, мы находим, что достойно препо­
ручить Вашей святости наше братство, хотя мы сами того недо­
стойны». Именно поэтому они позволяют себе просить ее «в сво­
ей материнской благости благоволить написать нам и передать
слова, которые Вы, просвещенная Святым Духом перед лицом
нашим, а также многих других в Кирхайме, к нам обратили по
поводу небрежения священнослужителей, совершающих Боже-

Г \\J
ственную жертву; дабы они не изгладились у нас из памяти и мы
имели их всегда перед своим взором».
Сабина Фланаган в своем блестящем исследовании пере­
писки Хильдегарды удивляется реакции этого братства свя­
щеннослужителей, которых монахиня сурово призвала к более
ревностному благочестию: они не только не обиделись, но и
пожелали сохранить память о ее наставлениях. Впрочем, удив­
ляться этому - значит не вполне представлять себе состояние
духа общины, пережившей, видимо, охлаждение религиозного
пыла, но не утратившей его окончательно. Тронутые словами
Хильдегарды, эти люди почувствовали, что они их возрождают.
Образ, который описала Хильдегарда, сам по себе был спосо­
бен потрясти. Она вновь описывает его в ответном письме, да­
тированном 1170 годом:
«Бодрствуя душой и телом, я увидела прекрасный образ,
имевший вид дамы столь пленительной и любезной своей нежной
красотой, что человеческому уму не под силу ее помыслить. Она
стояла на земле и достигала небес. Лик ее был светозарен, а очи
вознесены к небу. Она была облечена в белоснежную ризу из свет­
лого шелка, а поверх нее - в хитон, украшенный драгоценными
камнями - изумрудами, сапфирами, алмазами и жемчугом; ноги
ее были обуты в обувь из камня оникса. Однако лик ее был запы­
лен, одежды справа разорваны, а хитон утратил свою изящную
красу. Обувь ее была замарана, и она вопияла к небесам голосом
громким и жалобным, восклицая: «Внемлите, небеса: лик мой
запятнан; рыдай, земля, ибо одежды мои разодраны! Стенайте и
простирайтесь, бездны, ибо обувь моя запятнана! Лисицы имеют
норы, и птицы небесные - гнезда, я же не имею ни утешителя, ни
посоха, на который опереться».
«И еще говорила: «Я пребывала в сердце Отца, пока Сын Че­
ловеческий, Который был зачат и родился от Девы, не пролил
Свою кровь. Он обручился со мною и омыл меня Своей кровью,
возродив чистым и простым обновлением от воды и Духа, то
есть от того, что прежде было иссушено и отравлено ненавистью
змея. Те, кому пристало печься обо мне, то есть священнослужи­
тели, благодаря которым мой лик должен бы воссиять, как заря,

Ц$
и усердием которых одежды мои должны бы блистать подобно
молнии, хитон - искриться драгоценными камнями, а обувь -
быть белоснежною, замарали мой лик грязью, разорвали мои
одежды; из-за них померк мой хитон и черна моя обувь. Те, кото­
рые должны были меня украсить, разорили меня». И она перечис­
ляет, какие оскорбления нанесли ей люди, которые должны были
заботиться о ее красоте. «Священники Христовы, которым сле­
довало бы хранить мою чистоту и служить мне в чистоте, лишь
растравляют раны, в своей непомерной алчности обходя церкви
одну за другой».
Хильдегарда говорит и о последствиях преступной алчности:
«/1жесвященники обманывают сами себя, ибо желают пользо­
ваться честью священнослужения, не исполняя его обязаннос­
тей, что невозможно, ибо никому не дается награда без труда.
Как только благодать Божия касается человека, она побуждает
его трудиться, чтобы получить воздаяние».
В эпоху Хильдегарды церковные бенефиции еще не разда­
вались столь щедро номинальным служителям Церкви, не забо­
тившимся об исполнении своих обязанностей, столь щедро, как
это будет впоследствии, в XIV и XV вв. и в классическую эпоху:
в силу конкордата 1516 года монарх получал право назначения
епископов и аббатов монастырей. Но стремление получать дохо­
ды, которые полагались за исполнение церковной должности, не
исполняя самой должности, - увы, склонность, присущая челове­
ку в любые времена. Видимо, Хильдегарда понимала, что и алч­
ность сильных мира, и гнев народа однажды обрушатся на этих
священников, пытающихся обратить свою должность в монету:
«Безрассудные князья и народ устремятся на вас, о священни­
ки, пренебрегшие Мною. Они изгонят вас, и обратят в бегство,
и захватят ваши богатства, ибо вы в свое время не радели о слу­
жении. И скажут о вас: «Отвратимся от Церкви с ее прелюбодея­
ниями, хищением, злокозненными людьми». И, совершая сие, за­
хотят угодить Богу, ибо скажут, что из-за вас Церковь растлилась
(...), и многие внутренне возмутятся против вас, и многие народы
будут ложно мыслить о вас, видя, как вы почитаете свое священ­
ническое служение и посвящение за ничто. Они будут помогать

г \\9
мирским царям и князьям изгонять вас из своих пределов, ибо
вы злыми делами предали непорочного Агнца». Хильдегарда ут­
верждает, что в этом видении ей раздался голос с небес: «Таков
образ Церкви».
Она продолжает описывать видение: «И вновь я, убогое со­
здание, увидела образ жены, державшей высоко в воздухе меч,
извлеченный из ножен; одна сторона его лезвия была обращена
к небесам, другая - к земле. Меч был простерт над духовным на­
родом, который некогда прозревал пророк, восклицая в радости
сердца: «Кто сии, летящие, как облака, и подобные голубицам в
проемах окна?» Этим людям, вознесенным от земли и отделен­
ным от остальных, подобает жить свято, сохраняя голубиную
простоту в делах и нравах. Ныне же и в делах, и в нравах они рас­
тленны». И все же видение заканчивается ободряющей нотой:
она видела также священнослужителей чистых и простых душой,
и Бог глядел на них так же, как в то время, когда ответил пророку
Илии: «Осталось в Израиле семь тысяч человек, не преклонявших
колени пред Ваалом». «Ныне, да исполнит вас неугасимый огонь
Святого Духа, дабы вы обратились на лучший путь».
Проповедь в Кирхайме, по всей вероятности, черпает пищу в
том величайшей силы и точности образе, который описывается
в письме, написанном в ответ на просьбу местного духовенства.
Это, конечно, суровое предостережение, но, видимо, оно достиг­
ло цели, раз адресаты пожелали заполучить текст.
Предположительно, во время своего пребывания в Швабии
Хильдегарда заехала и в аббатство Хирсау, близ Фрейденштадта,
в ее время бывшее одним из известнейших монастырей Ордена
бенедиктинцев. Оно было основано в XI в., приняло клюнийскую
реформу и имело более ста дочерних монастырей. Сегодня от
него ничего не осталось, кроме Эйлентурма - прекрасной квад­
ратной башни начала XII в., возвышавшейся в монастырском
дворе, напротив церкви. В первом этаже ее, принадлежавшем
когда-то библиотеке аббатства, сохраняются немногие фрагмен­
ты былой обители. С этой библиотекой связаны воспоминания о
Конраде из Хирсау, бывшем почти современником Хильдегарды
и всеми силами учившем почитанию классических авторов антич­

120
ности- Цицерона, Горация, Овидия и других, которых считал
источниками культуры, обязательными для изучения в монасты­
рях, чтобы монахи развивали в себе вкус к красоте, тонкость вы­
ражения, литературное чутье.
Но нам лучше вернуться к предыдущему путешествию Хиль­
дегарды в сторону Майнца, потому что оно оказалось связан­
ным с затруднениями, омрачившими последние годы ее жизни и
вместе с тем побудившими написать прекрасные страницы, осо­
бенно о музыке.
В письме высшему духовенству города она описывает, что
случилось: «В видении (...) мне было велено написать о том, что
заповедано нам наставниками (Хильдегарда и ее монастырь под­
чинялись архиепископу Майнца) по поводу одного усопшего,
погребение которого было у нас совершено священником и без
всяких преткновений. Несколько дней спустя после его погребе­
ния наши наставники приказали извлечь его из кладбищенской
земли. Охваченная ужасом, который можно себе вообразить,
я, как всегда, обратилась к истинному Свету - и вот что узрела в
своей душе: если, по их приказанию, мы исторгнем тело усопше­
го, то это наведет на нас великую погибель, которая в виде густой
тьмы опустится на место, где мы находимся, и охватит нас напо­
добие черного облака, какие возникают перед бурей или грозой.
Потому мы не хотели извлекать тело умершего, который был ис­
поведан, помазан, причащен и погребен безо всяких помех, и не
подчинились приказаниям тех, кто хотел нас к этому принудить.
Мы не пренебрегли советом праведных мужей или прелатов, но
боялись (...) нанести оскорбление человеку, который при жиз­
ни принял Христовы таинства. Однако, чтобы не ослушаться во
всем, мы, как нам было велено, прекратили петь Божественные
хвалы и воздерживались от причащения Тела Господня, тогда
как обычно мы принимали его каждый месяц. В то время, когда
я и сестры горевали обо всем этом и, сокрушенные тяжким бре­
менем, пребывали в сильной печали, я услышала в видении такие
слова: «Не подобает вам из-за человеческих слов воздерживать­
ся от таинства, ибо в него облеклось спасительное Слово, кото­
рое родилось, не нарушив девства Марии. Однако вам надлежит

т
испросить разрешения ваших начальников, наложивших запрет»,
(...) Я услышала, что виновна оттого, что не предстала перед на­
ставниками с совершенным смирением и преданностью, прося
их о разрешении принимать Причастие; ибо нам не могло быть
вменено в вину то, что мы приняли этого человека, погребенно­
го после совершения всех обрядов, приличествующих христи­
анину, и препровожденного в Бинген обычным порядком, на что
не последовало никаких возражений». Чтобы понять этот текст,
важно помнить, что человек, отлученный «от общения верных»,
естественно, не имел права на церковное погребение; но, види­
мо, прелаты Майнца были плохо осведомлены, поскольку, как
уверяет Хильдегарда, перед кончиной умерший примирился с
Церковью. Тем не менее на непослушный монастырь был нало­
жен интердикт: там не могли совершать Святую Мессу, а псалмы
и гимны в течение дня предписано было не петь, а вполголоса чи­
тать. Это не могло не печалить Хильдегарду, считавшую музыку
очень важной частью жизни общины и формой выражения веры.
Это побудило ее написать настоящую апологию музыке в письме
к духовенству Майнца.
«Вспомним, - пишет она, - как человек желал обрести глас
Духа Живого, утраченный Адамом из-за его непослушания; до
грехопадения человек был непорочен и имел голос, подобный
тому, что ангелы имеют в силу своей духовной природы (...).
Сие подобие гласу ангельскому Адам утратил и настолько по­
забыл искусство, которым был одарен до греха, что, пробудив­
шись, словно от виденного во сне, он, обманутый хитростью
дьявола, сделался невежественным и непостоянным. Восстав
на волю Сотворившего его, он по беззаконию своему был по­
гружен во тьму внутреннего неведения. Однако Бог, ради пер­
воначального блаженства сохраняющий души избранных для
света Истины, постановил Сам в Себе, что всякий раз, как Он
коснется сердца некоторых людей, изливая на них пророчес­
кий Дух, Он, вместе с просвещением души, возвратит им нечто
от того, чем обладал Адам, прежде чем был наказан за непо­
слушание.
Потому, чтобы человек мог вкусить сладость Божественной

ш
хвалы, которой Адам услаждался прежде падения, но позабыл,
будучи изгнан (дабы искать ее), пророки, просвещенные тем же
Духом, создали не только псалмы и песнопения, певшиеся ради
возрастания веры слушающих, но и разного рода музыкальные
инструменты, производившие множество звуков, дабы, благо­
даря как форме и свойствам инструментов, так и смыслу слов,
которые повторялись, одухотворенные и наполненные с их по­
мощью, они могли внутренне просвещаться. Вот почему мудрые
и ученые люди, подражая святым пророкам, благодаря своему
мастерству, тоже нашли некоторые виды инструментов, чтобы
петь по благорасположению души. Они преображали то, что
пели, искусством и движением своих перстов, уподобившись
Адаму, созданному перстом Божиим, то есть Святым Духом, ибо
его голос прежде грехопадения был искусен и сладок во всяком
созвучии. Если бы он пребывал в состоянии, в каком был сотво­
рен, смертный человек в своей немощи не мог бы выносить силы
и звучности его голоса.
Потому, когда лжец сатана услышал, что человек, по вдохно­
вению Божию, поет, подражая сладчайшим песнопениям своей
небесной отчизны, и видя, что его ухищрения обращены в ничто,
пришел в ужас и стал, терзаясь, искать в безднах своего злого
умысла, как бы ему умножить злонамеренность, нечестивые по­
мыслы или суету всякого рода не только в сердце человека, но и
в самом сердце Церкви, и повсюду, где возможно, посредством
раздоров, соблазнов или неправедных распоряжений воспре­
пятствовать совершению Божественной хвалы и воспеванию ду­
ховных гимнов, уничтожив их благозвучие.
Потому-то, - прибавляет Хильдегарда, - и вам, и всем пре­
латам надлежит неустанно размышлять об этом и, прежде чем
своей властью замыкать уста поющих хвалы Богу в Церкви или
запрещать им приступать к таинствам, исследовать причины, по
каким вы это делаете, сначала со всем тщанием обсудив их меж­
ду собой».
Размышления о голосе Адама, который был подобен ангель­
скому гласу и утрачен вместе с Раем и который человек с трудом
восстанавливает с помощью пения и музыки, благодаря бого-

ю
вдохновенным пророкам, - одна из прекраснейших страниц в
переписке Хильдегарды. «Душа есть симфония», - говорит она
и, верная своему стилю, описывает в том же духе монашескую
Литургию Часов - молитвенные хвалы Богу, которые соверша­
ются семь раз в день. По ее мнению, канонические Часы подоб­
ны Божественным откровениям библейской эпохи, и она видит
связь между этими установленными ритмами дня и моментами
творения: «Как тело Иисуса Христа рождено от Духа Святого
приснодевством Марии, так и песнь хвалы зачата в Церкви Свя­
тым Духом в ладу с небесной гармонией; ведь тело есть воистину
одеяние души, имеющей живой голос; потому надлежит, чтобы
оно вместе с душой воспевало хвалы Богу голосом, присущим
ему. Пророческий Дух повелевает с радостью прославлять Бога
на кимвалах и иных музыкальных инструментах, которые созда­
ли мудрецы и ученые мужи; ведь все полезные и необходимые
человеку искусства являются благодаря веянию Духа, которого
Бог вдохнул в тело человека; потому достойно и праведно, что­
бы он хвалил Его во всякое время. Атак как, слыша некоторые
песнопения, человек воздыхает и стенает, вспоминая природу
небесных созвучий в своей душе, то и псалмопевец, исследовав
и познав природу духа (ибо душа по природе подобна симфо­
нии), увещевает нас воспевать Богу на гуслях и десятиструнной
псалтири. (...) Начало дня, когда, еще прежде восхода солнца,
занимается заря, именуется Хвалами, и Ты истинной мудростью
и любовью Своей тотчас исполняешь его дыханием жизни. Как
солнце после восхода начинает простирать блеск своих лучей,
так и душа источает огненное дыхание жизни, пламя которой
есть разум, являет знание Добра и Зла, и ее, как солнце, узнаешь
по сиянию.
Затем время, когда Бог поселил Адама в Раю и открыл ему
райскую славу и блаженство, разрешив вкушать от всякого пло­
да, кроме древа познания Добра и Зла, подобно времени от пер­
вого до третьего часа.
Время, когда Адам давал имя всему, что дышит, всем птицам
небесным - всему, что он увидел и познал своим разумом, а так­
же когда он слышал Бога, говорящего с ним в великолепии Свое­

124 пар
го Божества, подобно промежутку от третьего часа до шестого.
Тогда Бог являлся ему со стороны востока, и он видел не Лик Его,
но лишь сияние. Затем Бог, ублажив его этим знанием, навел на
него сон, и тот, мирной душой склонившись ко сну, задремал,
как сын пред лицом отца. Но и во сне Бог хранил его дух столь
же высоко, как и тело, в которое вложил его со способностью
познавать Добро и Зло и все, чему предстоит совершиться. Он
показал ему потомство, которому уготовано наследовать Небес­
ный Иерусалим. В том сне Он взял одно из его ребер и сотворил
ему жену, увидев которую, Адам возликовал. Он и жена его ис­
следовали, чем им питаться и что делать. Расположившись близ
древа познания Добра и Зла, она ожидала своего супруга. Уви­
дев то, древний змей, глядевший на нее так, как ангелы глядят
на Господа, приблизился к ней, чтобы ввести в обман. Время, в
которое это совершилось, подобно промежутку между шестым
и девятым часом.
Ева, которую Бог сотворил в Раю из ребра мужа, в Своем пред-
ведении зная о Жизни, посредством Которой всякая жизнь пре­
бывает, взяв начало в Жене, ибо через Нее мужу предназначено
войти в славу небесного Рая, соблазненная змеем, дала своему
супругу пищу смерти. И, поскольку своего света они лишились,
свет Божий, явившийся сначала Адаму, явился им обоим подоб­
но пламени с южной стороны и вопросил: «Адам, где ты?» То вре­
мя подобно времени между девятым часом и вечерней. После,
изгнанные из Рая, они пришли в мир, на землю, где уже царила
тьма».
Этот комментарий к Часам и апология музыкального искус­
ства, которая ему предшествует, напоминают один отрывок из
седьмого видения «Книги Божественных деяний», где Хильде-
гарда упоминает о «флейте святости, гуслях хвалы, органе сми­
рения - царя добродетелей». Для нее инструменты по природе
предназначены «восхвалять Бога» - как и богослужения Литургии
Часов с пением псалмов, в течение дня переходящие одно в дру­
гое, как бусинки четок. Она помогает увидеть глубокое созвучие
между ритмами времени и ритмами литургии. Это созвучие мог­
ло по-настоящему ощущаться, пожалуй, только в ее эпоху, когда

125
люди стремились не столько рассуждать, сколько воспринимали
вещи по подобию. Для нее вся эта игра символов способна пере­
дать суть монашеской жизни.
Именно потому она порицает «тех, кто приказывает умолк­
нуть песнопениям Божественной хвалы, разве только для этого
есть несомненная причина». «Таковые, - говорит она, - не будут
наслаждаться звуками ангельской хвалы на небесах, ибо на зем­
ле они неправедно лишали Бога сладкозвучия возносимых Ему
похвал; разве что они искренне покаются и смиренно принесут
удовлетворение». Духовенство Майнца должно было остро вос­
принять подобный упрек: ведь их город славился богатыми тра­
дициями литургического пения. Именно одному из архиеписко­
пов этого города, Рабану Мавру, мы обязаны гимном «Veni Cre­
ator Spiritus». А собор Святого Мартина, то есть кафедральный
собор Майнца, - самый древний из романских храмов Германии
(вместе с церковью в Шпайере) - своей двойной апсидой зримо
напоминает о процветании литургического пения в эпоху Хильде-
гарды: два хора, находившиеся каждый в своей апсиде, словно
перекликались друг с другом и наполняли звучанием человечес­
кого голоса все огромное внутреннее пространство. В 1975 году,
после восстановления храма, было отпраздновано его юоо-ле-
тие. Этот архитектурный ансамбль остается достойным своего
исторического значения: ведь архиепископ этого кафедрального
собора был к тому же имперским князем и великим канцлером
Германии.
Ходатайство Хильдегарды оказалось убедительным, но раз­
ногласие с прелатами Майнца не было разрешено тотчас: веро­
ятно, они отнеслись к ее обращению настороженно. Однако ее
неожиданно поддержал архиепископ Кельна Филипп. Он лично
приехал в Майнц и привез с собой одного рыцаря, заявившего,
что он был отлучен, а после вновь принят в общину верных в то
же время, что и человек, похороненный в Рупертсберге. Кажет­
ся, при этом присутствовал даже священник, который снял от­
лучение с них обоих. Так что к великому облегчению монахинь
Хильдегарды интердикт был отменен.
Но возникло недоразумение: архиепископ Майнца Христиан,

I26 W
которого не было в то время в городе, поскольку он находился
в Риме, посылает письмо, подтверждающее интердикт на Бин-
генский монастырь. Хильдегарда пишет ему ответ (письмо VIII),
объясняя, что произошло, и умоляя ознакомиться с обстоятельс­
твами, при которых отлученный, чье погребение породило такие
неурядицы, за год до смерти примирился с Церковью. Она про­
являет настойчивость и «со слезами молит его о милосердии»,
призывая в свидетели архиепископа Кельна, и, в конце концов,
архиепископ Христиан пишет второе письмо. Лучше узнав, как
все было, он склонен теперь проявить сострадание, тем более
что невиновность монахинь стала для него очевидной. В конце
письма он признается, что не знал хорошенько, как обстояло
дело, и просит о «прощении и милости». Так завершается этот
неприятный инцидент, который из-за неудачного стечения об­
стоятельств длился неразумно долго.
Кроме строк, посвященных катарам, в письме духовенству
Майнца есть пространные рассуждения о таинстве Евхаристии и
священническом служении. Это письмо в действительности бога­
то теми же идеями, которые мы находим в видениях Хильдегар­
ды, но здесь они выражены более доступным образом. Например,
столь свойственная ей мысль о душе как «viriditas» тела: «Душа
действует через тело, а тело - через душу, и душа есть жизненная
сила («viriditas») тела, и таким образом человек, в котором есть
огонь, вода и влажный воздух, благодаря которому он сам вды­
хает и выдыхает, являет собой полноту. Как солнце с места, где
находится колесо круговорота, который оно совершает, сопро­
вождаемое бурным ветром, распространяет жар своих лучей и
порождает все силы, так и разумная душа в теле распространяет
влагу своего дыхания в существе, которое знает, поскольку она
разумна. Душа и тело, их силы и присущие им свойства, так же как
плоть и кровь, суть одно целое, и благодаря этой триаде - телу,
душе и разуму - человек являет собой полноту и может действо­
вать».
Чуть раньше, перед этим текстом, она пишет о человеческой
красоте, чувство которой было так присуще ее эпохе: «Воистину
блажен человек, которого Бог сотворил как бы скинией Своей

т
премудрости благодаря его пяти чувствам; на протяжении всей
жизни, благодаря разумному желанию творить добрые дела,
стремлению к праведности и смиренным добродетелям, кото­
рые никогда не насытятся, он, по благодати Божией, неустанно
восходит от нового к новому и таким образом счастливо до­
стигнет славы непреходящей, нетленной и вечной жизни. Ведь
Бог творит все новое до последнего дня, стало быть, все, что Он
пожелает сотворить Своей силою и безграничной властью после
сего дня, известно Ему одному. А блаженные человеки, причаст­
ные тому обновлению, благодаря сладчайшим инструментам и
созвучиям и хвалам обретут бесконечную, все превосходящую
радость пред лицом Божиим.
В том же письме есть прекрасные строки о бедности, вдох­
новленные, как она сама признается, посланием святого Иакова.
«Богатый желает почестей из-за своего богатства; его принима­
ют и почитают, ибо надеются на его помощь в беде и боятся его
власти. Бедняка же надлежит принимать из любви Христовой,
потому что Он - брат всякому человеку. Не годится обращаться
с обоими одинаково, ибо это неблагоразумно. Если предложить
богатому и бедному одно место, то богатый откажется из пре­
зрения, а бедный устрашится. Но бедного надлежит принимать
из любви к Богу, ибо Бог - брат человеку; и хотя Бог попускает
богатому владеть богатством и уделять часть его бедным, Ему
любезен бедняк, который есть Его образ. Ведь богатый, надме-
ваясь из-за своего богатства, повелевает людьми и может причи­
нять им вред, обращаясь с ними, словно они не такие же люди,
как он сам, и тем хулит имя человека, который сам по себе - об­
раз и подобие Божие».
Это длинное письмо заканчивается молитвой, в которой Хиль-
дегарда обращается, прежде всего, к «Марии, maris Stella (Звез­
де моря)». Она описывает Сына Божия «благим и мудрым Садов­
ником, Который собирает для блага каждого полезные травы, то
есть праведных и совершенных людей, которые подобны полез­
ным растениям, выросшим на доброй почве, ибо они послушали
Его и, внимая Его слову, охотно исполняли Его заповеди в духе
веры и любви».

ш
( ^ У 'Ь с л е разрешения конфликта Хильдегарда проводит пос-
1 1 ледний год своей жизни в монастыре Айбингена, где ей по-
V могает монах Сигеберт из Жамблу, занявший место Воль-
мара. К сожалению, он не оставил рассказа о смерти аббатисы. Мы
можем прибегнуть лишь к тексту «Жития», составители которого
описывают ее кончину по рассказам монахинь, находившихся при
Хильдегарде. «Блаженная матушка, - пишут они, - ревностно под­
визалась ради Господа в духовной брани и трудах. Исполнившись
отвращения к жизни века сего, она всякий день желала разрешить­
ся и быть со Христом. Бог, вняв ее желанию, известил ее о близя­
щейся кончине, какой она прежде желала, предвидя ее в проро­
ческом духе, и за некоторое время она сказала об этом сестрам.
Наконец, претерпев страдания в болезни, на восемьдесят втором
году жизни, в 15 день октябрьских календ (17 сентября) 1179 года
она совершила блаженный переход от земной жизни к небесно­
му Жениху. Ее дочери, радостью и утешением которых она была,
горько плача, похоронили возлюбленную матушку, ибо, хоть они
нимало не сомневались, что и теперь она сумеет радовать их и по­
могать им, сердце их было исполнено великой печали, ибо они ли­
шились своей неизменной утешительницы».
Дальше «Житие» описывает чудо, которое произошло вскоре
после ее кончины: «Над домом, в котором святая дева предала
свою блаженную душу Богу, в начале воскресной ночи в небе
появились две радуги, ярких и разнообразных цветов, которые,
расширяясь, достигали оконечностей четырех сторон света, одна
от севера до юга, другая от востока до запада. Наверху эти ра­
дуги соединялись, и из них возникал ясный свет, подобный свету
лунного ореола, который, распространяясь далеко вокруг, рассе­
ивал над домом ночной мрак. В этом свете мы увидели сверкаю­
щий крест, сначала небольшой, но мало-помалу делавшийся ог­
ромным; вокруг него - бесчисленные окружности разного цвета,
внутри которых находились малые кресты в сиянии своих орео­
лов, однако меньше первого. Большой крест был распростерт на
тверди и более простирался в сторону востока, освещая землю
вокруг обители, где святая дева отошла с земли на небеса, и даль­
ше постепенно угасал. Быть может, подобным знамением Бог от­

чяг №
крыл, каким сиянием Он исполнил ту, которую возлюбил в небес­
ных обителях».
«Житие» повествует и о нескольких чудесах, совершившихся
на могиле, - об исцелениях, о «дивном благоухании, исходившем
от ее гроба».

Х
ильдегарда умирает в эпоху великого расцвета. Роман­
ское искусство еще полностью жизнеспособно, вместе
с тем готические своды легко и естественно занимают
свое место в архитектуре, делая нефы все более широкими и
светлыми. Скоро в небо дерзновенно устремятся многочислен­
ные шпили.
Повсюду разворачивается бурная деятельность. Это уже не
массовый порыв, в атмосфере которого родилась монахиня, хотя
паломничество на Святую Землю, со всеми его последствиями,
продолжало расти и шириться. Жестоким ударом христианско­
му миру стала утрата Иерусалима, вновь завоеванного Салах-ад-
Дином через восемь лет после смерти Хильдегарды. Святой Град
был потерян, но не Святая Земля; вокруг наскоро восстановлен­
ного храма Святого Иоанна в Акре объединяются воины, жители
и монашеские ордена - тамплиеры и госпитальеры. Народ вокруг
них уже несколько другой: повсюду мы видим торговцев, иду­
щих вслед за паломниками; их присутствие становится все более
привычным, а их деятельность - все более решающей. Венеция
не замедлила утвердиться на Ближнем Востоке, где клонился к
упадку блеск Византийского царства. Его богатства будут нещад­
но разграблены и захвачены теми же войсками, которые пришли
освобождать христианские святыни, а потом использованы в
средиземноморской торговле. В то время как в Лангедоке испол­
няются предсказания монахини из Бингена, войны и потрясения
следуют друг за другом до тех пор, пока, наконец, искушение ма­
нихейством не оказывается побежденным кротостью и ясностью
в вероучении10. Однако тут же возникает новая угроза - инквизи­

10 Имеется в виду возникновение францисканского и доминиканского ор­


денов.

130
ция, а вместе с ней - все искажения, которых не могло не быть
в этом обращении духовной власти к власти земной и которые
очень скоро обернулись против тех, кто их породил.
В эпоху, сменившую время Хильдегарды, тоже будет немало
мистиков и людей необычайных духовных дарований. Они по­
стоянно поддерживали стремление к реформам и к внутреннему
обращению, которое делает жизнь Церкви подобной жизни жи­
вого существа. И все же людей, подобных Хильдегарде, которые
были бы полностью плодом своего времени и вместе с тем аб­
солютно верны Евангелию, будет немного. Если сравнить ее ви­
дения и проповеди с видениями и проповедями Иоахима Флор-
ского, бывшего почти ее современником (он умер в 1204 году,
четверть века спустя после нее), мы увидим у него и подлинную
апокалиптическую силу, гораздо более сильный акцент на про­
рочестве и вместе с тем весьма сомнительные, почти бредовые
высказывания. Монах из Калабрии отважился даже предсказы­
вать наступление некой новой эры - царства Духа (почти «Нью-
Эйдж»!), и его проповеди увлекли многих из тех, кого дух свя­
того Франциска мог бы сохранить от заблуждений. Конечно, у
него появилось и появляется «духовное потомство», о котором
пишет кардинал де /1юбак, а именно - все пророки «третьего со­
стояния, которое наступит во времени и на этой земле и будет
веком Духа». Надо сказать, что «это потомство постоянно меня­
ет облик и появляется не только внутри Церкви или рядом с нею,
но даже среди людей совершенно светского образа мыслей».
Иными словами, можно найти связь между ним и всеми будущи­
ми милленаризмами. Можно сказать, что в Иоахиме было нечто
от Мерлина и античных сивилл. По этому пути Хильдегарда не
шла никогда.
С другой стороны, в интеллектуальном мире все возрастал
интерес к системе Аристотеля, которая постепенно восторжест­
вовала в Парижском университете, возникшем в начале XIII в. Для
тогдашнего мира студентов и ученых Аристотель был тем же, кем
в XIX и XX вв. станет Гегель. Но дело в том, что университет при­
тязал на «обладание ключом к христианству». В XIV в. (в период
авиньонского пленения Римских пап) он продемонстрирует это

131
как нельзя более ярко: Римские папы окажутся под протекцией
французских королей. Но несмотря ни на что, именно в это вре­
мя святой Фома Аквинский выстраивает систему мысли, где идеи
Аристотеля поразительным образом сочетаются с христианским
вероучением. Это событие положило начало философии, кото­
рая впоследствии займет главное место. Она больше не мыслит
тварный мир в постоянном акте творения, что постепенно приве­
дет к представлениям о замкнутой вселенной, все части которой
можно познать путем разумного анализа.
Тем временем происходит еще одно разделение: внутренняя
духовная жизнь и социальное бытие следуют параллельными,
не пересекающимися путями. Вдали от массы народа, за высо­
кими стенами, в орденах, реформированных наподобие карме-
литского, живут те, кто восходят к совершенству, уходя во все
более строгий затвор. Что касается духовенства, то церковная
иерархия, которая после Булонского конкордата 1516 года во
Франции назначается светской властью, явно стремится к авто­
номии. С конца XIII в. даже в церковной архитектуре мы видим
признаки разделения между духовенством и народом, которое
ощущается и в организации литургического пространства: воз­
вышение пресвитерия, решетка или гобелен в соборе Альби
уступают место каменной стене. Интересно, что именно та ее
часть, которая богато отделана и украшена скульптурами, обра­
щена внутрь, тогда как народ видит лишь амвон, а позже - ка­
федру для торжественных проповедей. Впрочем, с конца XVIII в.
намечается движение в обратную сторону, которое будет мало-
помалу утверждаться.
Так в истории Церкви сменяются, пересекаются, перепле­
таются разные этапы. Наша собственная эпоха, видимо, испы­
тывает духовный голод, который часто не находит себе пищи
в жизни церковных приходов. Хильдегарда, наделенная даром
пророчества, бывшая «устами Божиими», возвещавшими то, что
она слышала от «Света Живого», была в полной мере человеком
своего времени: она переписывалась с императором и Папой,
влияла и на политику, и на духовную жизнь, умела видеть как
былинки, так и бесконечные космические пространства, и, воз-

132
можно, могла бы способствовать примирению между различны­
ми образами мысли и разными сторонами жизни, к которому мы
сегодня стремимся.
Содержание

Введение. Хильдегарда Бингенская - «тевтонская сивилла»


и учитель для нашего времени........................ .................................5

Глава I. Мир в 1098 году....................................................................8

Глава II. Откровение Хильдегарде о ее пути............................... 17

Глава III. «Scivias»............................................................................. 32

Глава IV. Жизнь в Бингенском монастыре.................................. 44

Глава V. Император и монахиня.................................................... 55

Глава VI. Вселенная и человек в видениях Хильдегарды..........69

Глава VII. Премудрость природы.................................................. 83

Глава VIII. Путешествия и наставления........................................94

Глава IX. Последние сражения. Духовная музыка.................... 117


Режин Перну
Хильдегарда Бингенская

Некоммерческая организация частное учреждение


Издательство Францисканцев
123100 Москва, Шмитовский проезд, д. 2, стр. 2
Тел.: (495) 605-44-93, факс: (495) 605-48-94
http://www.edit.francis.ru.
e-mail: franmosc@df.ru
Тираж юоо экз.

12 +

Интернет-магазин христианской литературы


http://www.store.icatholic.ru
franbooks@gmail.com

Тираж 1000 экз. Заказ № 6668.

Отпечатано в ОАО «Можайский полиграфический комбинат».


143200, г. Можайск, ул. Мира, 93.
www.oaompk.ru, www.oaoмпк.pф тел.: (495) 745-84-28, (49638) 20-685
Хильдегарда, наделенная даром пророче­
ства, была в полной мере человеком своего
времени: она переписывалась с императо­
ром и Папой, влияла и на политику, и на ду­
ховную жизнь, умела видеть как былинки,
так и бесконечные космические пространст­
ва, и, возможно, могла бы способствовать
примирению между различными образами
мысли и разными сторонами жизни, к кото­
рому мы сегодня стремимся.

увидела ослепительное и безмятежное


сияние, исходящее как бы из множест­
ва очей, четырьмя углами обращенное к че­
тырем частям света, и сияние это, олицетво­
ряющее высшую тайну Творца, было мне яв­
лено в великой тайне...»
огда мозг утомлен и как будто пуст,
нужно растолочь тимьян в порошок,
смешать этот порошок с мукой, добавив
воды, сделать небольшие лепешки,
есть их почаще, и наступит
облегчение».
СВ. ХИЛЬДЕГАРДА БИНГЕНСКАЯ

;р в н ан в ш и в м м я
1БВМ 978-5-89208-120-7

Оценить