Вы находитесь на странице: 1из 145

Edward Conze Эдвард Копзе

BUDDHISM БУДДИЗМ
ITS ESSENCE AND СУЩНОСТЬ
development и развитие
П еревод с английского
И. Беляева

под р едакцией
С. В. Пахомова

Санкт-Петербург
«Наука»
2003
УДК 1/14 + 29
Б Б К 86.35
К 64

К о н з е Э . Буддизм: сущность и развитие. — С П б .: Наука, С. В . П ахо м о в


20 0 3 . — 2 8 8 с.

ISBN 5-02-026855-0 ДУХ ВОСТОКА


В книге известного буддолога Эдварда Конзе (1904 — 1979) за­ И ЗА П А Д Н А Я Ц И ВИ Л И ЗА Ц И Я
трагиваются основные вопросы, связанные с буддийской традицией.
Автор знакомит читателей с происхождением, становлением и развити­
ем (в том числе за пределами Индии) первой мировой религии, рассуж­
дает о философских проблемах, поднимаемых и решаемых ею, вскрыва­
ет основоположения всех важных направлений буддизма, уделяет вни­ ...Б ан к р о тств о нашей цивилизации
мание формированию монашеской общины и вопросу о восприятии ст а н о в и т ся все более и более очевидным...
буддизма мирянами, описывает буддийские духовные практики и т. д.
Пытаясь выяснить, в чем возможная ценность буддизма для современ­ Э. Конзе
ного западного сознания, Э. Конзе проводит частые параллели между
буддийской и западной культурами. Автор рассматривает буддизм и Кризис, столь отчетливо проявивший себя в Е в ­
как историко-культурный феномен, и как религиозно-философское ми­
ровоззрение, тем самым представляя его в целостном освещении. Книга ропе в первые десятилетия X X в. и приведший
английского буддолога является научно-популярным введением в осно­ к двум мировым войнам, показал, что упование на
вы буддийской религии, философии и психопрактики, она написана жи­ неуклонный прогресс наук, вера в развитие чело­
вым и ярким языком и наверняка окажется полезной как для специа­
листов, так и для широкого круга читателей. веческой духовности и гуманистические идеалы —
пустые иллюзии, лишенные оснований. У многих
открылись глаза на очевидное: культура в упад­
ке, прежние идеалы обесценились, традиционные
формы религии вылились в формализм. Стало ясно,
что необходимы какие-то новые жизненные ориенти­
ры. Если раньше западные нормы и ценности ж из­
ни считались для их носителей едва ли не священ­
ными, то теперь они утратили былое очарование. З а ­
пад все чаще искал основу истины и духа не в себе
самом, а в иных регионах. Естественно, что в по­
исках этих новых путей он, как уже не раз, обратился
к Востоку. Последний всегда представлялся З а ­
паду исполненным таинственных мистических пе­
© Издательство «Наука», 20
© И. Беляев, перевод, 2003
реживаний, погруженным в себя, отрешенным от
© С. В. Пахомов, вступительв материальности и суетливой повседневности. К а­
статья, 2003 залось, что там давно уже известны ответы на все во-
ISBN 5-02-026855-0 © П. Палей, оформление, 20

5
просы, мучающие современный мир. Индия, Китай, логической школы,1 развитие которой практически
Япония, арабские страны с их развитыми религиоз­ оборвалось в годы советской власти, — более внима­
ными идеями стали привлекательными цитаделями тельное знакомство с трудами авторитетных запад­
духа для ищущих людей, уставших от тревожности и ных исследователей было бы весьма кстати. Однако в
нестабильности. России мало кому известны труды Конзе, они почти
Едва ли не самым востребованным направлением не переводились, если не считать одного-единствен-
оказался буддизм. Если в X I X в. интерес к нему, да ного издания, претендующего на научность и вышед­
и то чисто академический, питали разве что узкие шего десять лет тому назад.2
специалисты, то в первой половине X X в. он уже Восполняя этот пробел, мы знакомим читателей с
стал желанным путем развития или образования для одним из самых известных и к тому же одним из пер­
немалого числа западных людей из творческой интел­ вых его сочинений такого рода, опубликованным в на­
лигенции, духу которой не отвечали официальные ре­ чале 1950-х годов.3 Данный текст нельзя назвать
лигиозные структуры. Правда, еще в конце того же строго академическим; это, скорее, своеобразное на­
X I X В. г-жа Блаватская включила буддизм в число учно-популярное эссе, в котором автор попытался в
основных приоритетов модной в то время теософии, сжатой форме представить максимально большее ко­
однако при этом его образ оказался изрядно искажен­ личество тем, относящихся к буддизму. Поскольку
ным: Будда превратился в одного из многих просвет­ Конзе не ставил перед собой цель написать сугубо
ленных «махатм», членов «оккультной иерархии», а научный труд, у него почти не встретишь обычных в
сам буддизм предстал как некая разновидность инду­ таких случаях академических «реквизитов» — об­
изма. Новые грани буддизма открылись широкой чи­ ширных ссылок на источники, сносок, словаря терми­
тающей публике как раз в десятилетия кризиса куль­ нов, перечня использованной литературы. Это сдела­
туры, из которого Запад медленно начал выходить, но сознательно, поскольку автор ориентировался пре­
пожалуй, только с начала 50-х годов (впрочем, мно­ жде всего на неискушенную аудиторию, мало
гие считают, что со временем кризис только усугу­ знакомую с предметом. Поэтому книга Конзе пред­
бился). Примерно в такой атмосфере, отчасти совпав­ ставляет собой только введение в буддизм, написан­
шей с эпохой второй мировой войны, и был написан ное с историко-философской точки зрения, исследо­
труд, который предлагается вниманию русскоязычно­ вание основных его доктрин и этапов развития. Автор
го читателя. сам подчеркивает общий характер своего труда, отсы­
Автором его является Эдвард, или Эберхард, лая заинтересованных к более специализированным
Конзе (1 9 0 4 — 1979), известный немецко-англий- монографиям. С этой же позицией связано и решение
ский буддолог. Расцвет его деятельности пришелся в терминологических проблем. Конзе старается по воз­
основном уже на послевоенную эпоху. Его многочис­
ленные книги, статьи, а также переводы буддийских
1 Ее оформление традиционно связывают с именем Ф едо­
текстов с санскрита давно завоевали международное
ра Ипполитовича Щербатского (1866 — 1942).
признание, став классикой в своей области. Сей­ 2 Конзе Э. Буддийская медитация. Внимательность.
час — когда в нашей стране очевиден интерес к буд­ Мудрость. Транс. Изд-во Московского университета, 1993.
дизму, когда идет возрождение отечественной буддо­ 3 См. библиографию трудов Э. Конзе в конце книги.

6 7
можности не «загруж ать» читателя сложными и экзо­ важен именно как живая реальность. «Я намерева­
тичными восточными терминами или названиями, но юсь описать живую традицию буддизма в ее многове­
пытается найти в языке, на котором говорит его по­ ковом существовании», — заявляет он. Конзе равно
тенциальная аудитория, подходящий эквивалент. Н е­ далек и от того, чтобы видеть аутентичность буддиз­
редко вместо оригинального названия буддийского ма только в его ранних (хинаяна) или только в его
сочинения он дает только его перевод. Например, поздних (махаяна) образцах. Он симпатизирует
входящие в состав Палийского корпуса буддийских предмету своего исследования во всех его разновид­
текстов Тхерагатха и Тхеригатха (буквально «С ти ­ ностях, относясь к ним как равноценным проявлениям
хи монахов» и «Стихи монахинь») им переведены как единого учения. Но что занимает его больше всего,
Psalm s of Brothers и Psalm s of Sisters, т. e. «Псалмы так это даже не буддизм как таковой, но то, что буд­
братьев» и «Псалмы сестер». Поскольку автор явля­ дизм способен дать современному миру и можно ли с
ется специалистом в этой области, такую «вольность» его помощью дать ответ на вызовы, брошенные ны­
можно объяснить тем, что здесь, как и в других слу­ нешней исторической судьбой. Это основная задача
чаях, он сознательно жертвует точностью формы ра­ Конзе, о чем он и сам сообщает на первых же страни­
ди понятности контекста. При подобном подходе цах своей книги: «Я пытался понять, какие именно
предмет утрачивает свою «экзотику» в глазах тех, кто буддийские медитативные практики можно использо­
его воспринимает, делается ближе по духу: вдруг ока­ вать в нынешнюю эпоху».
зывается, что на вещи повседневного мира, на то, что Одной из особенностей данного произведения,
нас окружает, можно посмотреть под буддийским уг­ отличающей его от сонма других буддологических ра­
лом. Даже под тривиальные факты нашей ж и з­ бот западных авторов, можно назвать его «востоко-
ни можно подвести сложные нюансы буддийской центризм». Возможно, это покажется странным, если
метафизики. Так, используя пример всем нам знако­ учитывать западное происхождение и образование
мой зубной боли, Конзе показывает, как действу­ автора, но если вспомнить о новых веяниях в общест­
ет объяснительный механизм буддийской теории ве, о чем мы говорили выше, объяснение будет понят­
скандх. ным. Конзе творил в грозные 1940-е, когда центр
Эдварду Конзе удалось создать достаточно цело­ коллективных симпатий смещался в сторону тех
стный образ буддизма, прежде всего, конечно, буд­ форм, которые могли бы пролить бальзам на общест­
дизма индийского, — наверное, этим и объясняется венные раны. У автора симпатия к Востоку, напри­
успех его книги в западных странах. Его историче­ мер, проявляется в следующем: всякий раз, когда он
ское изложение буддизма представляет собой не сравнивает западную культуру с восточной (буддий­
столько историографический разбор дат и событий, ской), его выводы выглядят далеко не в пользу пер­
сколько историю идей, формировавших и утончен­ вой. По сути, он отказывает европейцам в творческой
ные системы мысли, и идеалы народного сознания, и оригинальности, считая, что все лучшее они заимст­
в чем-то даже основы религиозных практик. При вовали именно с Востока: «...вряд ли найдется какое
этом автор отнюдь не «хоронит» буддизм в его исто­ бы то ни было произведение европейского духа, кото­
рическом прошлом и не обращается с ним как с от­ рое не являлось бы вторичным, которое не получило
жившим свое памятником старины. Для него буддизм бы первоначальный импульс для своего создания на

9
Востоке». Восток, таким образом, выступает в роли стороны власти, она, во-первых, допустила в свои ря­
некоей духовной родины Запада, источника всех его ды немало тех, кто стремился к относительно легкой
творческих смыслов. Когда Запад не отступает от жизни за чужой счет, а во-вторых, утратила необхо­
своего источника, он целен и гармоничен. Но стоит димый контакт с мирянами, своей главной опорой.
ему оступиться, и он увязает в различных негативных Интересное противоречие вскрывает автор и на при­
обстоятельствах. Например, для Запада расхождение мере двух практик, развивающих соответственно муд­
между словом и делом, теорией и практикой вошло в рость и сострадание. Первая практика приводит к то­
порядок вещей. Со времен Ф алеса европейского мыс­ му, что адепт воспринимает себя и мир только как
лителя судят не по образу жизни, а по образу мыслей, комбинации «факторов бытия», или дхарм. Во второй
и одно не обязательно должно совпадать с другим. практике взращивается положительное качество со­
Конзе не без ехидства замечает, что «никто бы не страдания ко всем живым существам, и в этом случае
стал доказывать „несостоятельность” философа на объект практики, т. е. существо, на которое она на­
том основании, что тот страшно груб со своей женой, правлена, отнюдь не разлагается на пучки бездушных
завидует своим более преуспевающим коллегам и воз­ и мгновенных компонентов, но осознается в своей
буждается, когда ему противоречат». С подобной конкретной специфике, со своими личными пробле­
раздвоенностью контрастирует позиция буддизма, в мами. Тем самым возникает некоторое противоречие
котором подчеркивается именно «истинный образ между безличным и личным моментами буддийских
жизни, праведность поведения, устранение привязан­ практик.
ности к этому миру». Тем самым буддизм демонстри­ Впрочем, Конзе тут же оговаривается, что будди­
рует большую цельность, большую монолитность, чем сты иначе подходят к восприятию противоречий, чем
западные духовные традиции. европейцы: «Они просто доводят любые противо­
Буддисты оказываются духовно выше по сравне­ речия до крайности, а затем оставляют их как есть»,
нию с людьми Запада даже в том, как они использу­ тогда как мы пытаемся «снять» какую-либо из край­
ют «излишек продукта» производства. Если европей­ ностей в пользу другой, опираясь на формальную ло­
цы и американцы тратят его «на войны, дамские без­ гику Аристотеля. По мнению Конзе, среди всех буд­
делушки и наркотики» (к последним относятся также дийских направлений наилучшим образом удалось
«табак, пиво, кино, художественная литература»), то преодолеть эти противоречия мадхьямике, проповедо­
«в буддийских странах он тратится на содержание вавшей «срединный путь» между любыми оппозиция­
сангхи и сооружение бесчисленных объектов покло­ ми. С другой стороны, бодхисаттва — это тот духов­
нения, таких как ступы и статуи». Таким образом ный герой, который, практикуя технику мудрости, в
буддизм оказывается не только нравственно, но даже то же время не утрачивает сострадания к конкретным
экономически выгодным! живым существам. Как ему это удается, автор, одна­
Тем не менее автор, при всех своих симпатиях, не ко, не поясняет.
склонен возводить буддизм в кумир. Так, он показы­ Как считает Конзе, буддизм со своей концепцией
вает, как развращающе действовала материальная анатмавады (учение о «не-я») может положительно
царская поддержка на раннюю буддийскую общину воздействовать на современное страдающее человече­
(сангху). Привыкнув к щедрым пожертвованиям со ство. Развивая идеи выдающихся философов-экзи-

10 11
Германии и Франции, он говорит о су­
стен ц и али стов возможность справляться с негативными обстоятель­
щ ествован и ив «исходном существе» человека некое­ ствами и привязывает его к радостям жизни невзирая
го «пустого окошка тревожности», через которое на их скоротечность. Т ак что «рай для дураков» ока­
«все другие формы тревоги и беспокойства черпают зывается необходимой спасительной уловкой. Вряд
свою силу». Ничто не может до конца удовлетворить ли вообще было бы возможно развивать культуру и
современного человека, которого, по выражению цивилизацию без признания — сознательного или
Ж .-П . Сартра, «тошнит» от мира, где встречаются бессознательного — этой абсолютной ценности ж из­
только изменчивые вещи, самым предательским обра­ ни, смысл которой — в ней же самой. Буддизм, разу­
зом ускользающие от него в тот момент, когда он меется, не осуждает такую установку, иначе ему при­
счел их полностью своими. По мнению автора, эта шлось бы лишиться всех своих мирских сторонников,
глубинная, экзистенциальная «тревожность» пред­ но он предлагает им по возможности вести себя со­
ставляет собой не что иное, как веру в некое вечное гласно Дхарме (учению), итогом чего станет попада­
«я», которое реально не существует. Эта вера — ис­ ние после смерти в более благоприятные условия, в
точник универсального страдания и в то же время из­ какие-то небесные сферы. В дальнейшем в народном
начальный источник бытия, которое, в сущности, и буддизме, например в культе Амитабхи, вера стала
есть страдание ( сансара). Если же отказаться от этой доминировать и над знанием и над действием: только
бесполезной и бессмысленной веры, тогда возможно искреннее взывание с верой к сострадательному Буд­
исчезновение «тревожности» и обретение абсолютно­ де (фактически божеству в глазах народа) поможет
го трансцендентного покоя, или нирваны. Путь к это­ освободиться от страданий и обеспечит попадание в
му и предлагает буддизм, чьи древние практики за рай Чистой Земли Сукхавати.
истекшие тысячелетия нисколько не утратили своей Любопытно, что подобная «трансформация» буд­
жизненной силы, полагает Эдвард Конзе. дизма до уровня популярного культа нисколько не
Универсальный характер страдания неочевиден на противоречила изначально заложенному в нем духу.
обыденном уровне. Конзе саркастически отмечает, Конзе отмечает пластичность буддизма, который мог
что «природа многих из нас такова, что мы предпочи­ приспосабливаться к любым условиям тех регионов,
таем жить в своеобразном раю для дураков, обращая куда он попадал. Мифология местных народов стано­
внимание на светлую часть жизни и преуменьшая ее вилась и его мифологией, правда, с небольшими изме­
неблагоприятные стороны». Между тем уже начиная нениями: местные боги и демоны превращались в вер­
с рождения, или даже с зачатия, человек непрерывно ных защитников буддизма или в его покровителей. В
движется к смерти. Для иллюстрации этого положе­ силу своей терпимости буддизм не отрицал и не пре­
ния Конзе приводит зловещий пример с казнью: «...в следовал (наверное, за исключением школы японца
момент зачатия у нас как бы выбивают из-под ног Нитирэна) никакие народные культы, он к ним про­
доску, и мы болтаемся в петле. В дальнейшем мы не­ сто адаптировался. Точно так же не отвергал он и ма­
избежно будем удушены, раньше или позже это гию, которая вообще содержится в нем изначально.
произойдет — лишь дело времени». Обращаясь к теме магического, Конзе и здесь отме­
Однако человек всегда жаждет жить, жить во что чает превосходство буддизма над религиями европей­
бы то ни стало, и этот жизненный оптимизм дает ему ской цивилизации, в том числе и над христианством.
12 13
Он пишет: «Н и одна из известных нам религий не ные манускрипты, разрушать святыни и даже убивать
достигала расцвета, не охватывая при этом как духов­ себя.
ное, так и магическое». Отсутствие какой-либо из Несмотря на популярность изложения, книга
этих двух сторон делает религию однобокой, негармо­ Конзе почти не страдает обычными для подобного
ничной. Буддизму же удалось одновременно удер­ жанра небрежностями и неточностями. Есть только
жать и возвышенное учение, и веру в чудеса, различ­ несколько моментов, с которыми трудно согласиться
ные народные суеверия. И то и другое оказываются безоговорочно. В частности, сомнительна, если не
необходимым условием жизнеспособности религии сказать фантастична, идея о том, что греческий мыс­
(впрочем, как и всей культуры в целом). По словам литель Пиррон заимствовал свою идею скептического
автора, изгнав магию и заменив ее материалистически воздержания от суждения из мадхьямики, да еще и
настроенной наукой, западная цивилизация пришла к через посредство джайнов-дигамбаров. Пусть нам и
тому, что «духовный опыт становится все более и бо­ известны факты контактов греков и индийцев, уходя­
лее недоступным». щие в глубины веков, однако сходство между двумя
Читая Конзе, проникаешься его уверенностью в разными региональными традициями необязательно
том, что буддизм мог бы многому научить наших со­ объяснять заимствованиями; скорее, имело место сов­
временников. Например, это вероучение могло бы падение во взглядах. Пытаясь связать греческую и
значительно смягчить воцарившиеся в нашем общест­ индийскую традиции, Конзе изрядно удревняет саму
ве ожесточение и агрессию, подобно тому как это мадхьямику, возводя ее истоки к 350 г. до н. э., что
произошло в Тибете, некогда довольно воинственном также не выглядит достаточно оправданным. Когда
государстве. Было время, когда Тибет был опасным же он обращается к вопросу о происхождении тан­
соперником Китая, угрожавшим его западным рубе­ тры, то оказывается, что она происходит из... древне­
жам, однако под влиянием буддизма тибетцы стали египетского гностицизма, претерпевшего метаморфо­
более смирными и мягкими, утратив свою былую аг­ зы под воздействием буддийской метафизики. Кроме
рессивность. Таким образом, буддизм в случае своего того, наверное, было бы слишком смелым говорить о
широкого распространения становится действенным влиянии буддийских «историй о чудесах» на еван­
средством против военных и террористических уг­ гельские сюжеты. Впрочем, все эти эпизоды в книге
роз, столь актуальных и для нашего времени. Буд­ Конзе достаточно редки, и в целом она остается впол­
дизм показывает и пример терпимости к инако­ не надежным источником для знакомства с содержа­
мыслию. Конзе отмечает, что даже если отдельные тельной стороной буддизма.
школы буддизма и могли довольно критически отзы­ Конзе связывал развитие востоковедных знаний с
ваться друг о друге, их представители никогда не пе­ развитием империализма; по его мнению, поскольку
реходили к действиям: «...в буддизме нет места ре­ последний потерпел крах, то и ориентализм должен
лигиозному преследованию». Напротив, за всю исто­ находиться в упадке. Причем это он относит и к
рию своего существования именно буддизм часто С С С Р , в котором «буддийский мистицизм пришелся
страдал от гонений (те же Тибет, Китай), а буддий­ не по вкусу диалектическим материалистам». Автор,
ские монахи Северной Индии смиренно позволяли однако, надеется на лучшее, и некоторые его выска­
варварам-тюркам и арабам уничтожать свои бесцен­ зывания, неожиданно для него самого, даже звучат

14 15
пророчески. Так, в конце своего труда он пишет:
«Осталось только увидеть, когда и где впервые поя­
вятся европейцы, облаченные в шафрановые одеж­
ды». Когда он писал эти строки, ничто не предвещало
реализации подобных надежд. Но теперь мы знаем не
только то, что э т о все-таки случилось, но и то, как
это происходило. После 1959 г., в связи с известны­
ми событиями в Тибете, в западные страны хлынул
А р т у р Уэйли
поток тибетских буддистов, что открыло глаза евро­
пейцам на существование ваджраяны, и многие из них
ПРЕДИСЛОВИЕ
стали принимать посвящения, уходить в монахи. У в­
лечение буддизмом продолжается по сей день.
Сам Конзе, умерший примерно через тридцать
лет после публикации своего сочинения, застал этот В настоящее время на английском языке, равно
феномен. Он захватил и нашу страну, особенно в пер­ как и на любом другом, не существует более исчерпы­
вой половине 1990-х годов: сразу в нескольких регио­ вающего и в то же время более ясного и удобочитае­
нах России (Калмыкия, Бурятия и др.) буддизм на­ мого изложения буддизма, чем то, которое мы можем
чал постепенно возвращаться в те места, откуда был найти в книге д-ра Конзе.
некогда изгнан под воздействием агрессивных идео­ Вам, вероятно, известна история о царе, спросив­
логий, и немалое число россиян, в том числе и рус­ шем слепцов, на что похож слон. Один из них, ощу­
ских, принимают буддийское вероучение. Все чаще пав его хобот, сказал, что слон похож на оглоблю по­
говорится о складывании «русского буддизма», сфор­ возки; другой, потрогав его ухо, сказал, что он похож
мированного на основе именно русских традиций. И на крыло ветряной мельницы, и так далее. Данная
эта «национализация» буддизма, еще совсем недавно притча удачно иллюстрирует попытки европейских
немыслимая, находится в русле отмеченного Конзе ученых написать историю буддизма. Но историков не
«европейского буддизма», который все увереннее стоит винить. В начале X I X столетия им были дос­
подхватывает эстафету учения, провозвещенного два тупны только свидетельства о средневековом буддиз­
с лишним тысячелетия тому назад. ме в Непале. Каким же огромным оказалось потрясе­
ние, вызванное последующим открытием более ран­
него Канона на Цейлоне, если стали считать, будто
эти палийские писания исчерпывают собой весь ран­
ний буддизм! Даже и в наше время (в 1932 г.) г-жа
Рис Дэвиде в своем «Руководстве по буддизму для
продвинутых учеников» (Rhys Davids. M anual of
Buddhism for Advanced Students) (довольно амбици­
озное название) в качестве источников привлекает
почти одни только палийские тексты. Годом позже

17
2 Эдвард Конзе
Э. Дж. Томас представил более полное изложение
буддизма в своей «Истории буддийской мысли»
( Е . J. T h o m a s . History of Buddhist Thought), но эта
работа была адресована скорее специалистам, чем
широкой публике. Другие книги, такие как «Буддий­
ская философия» Кейта (Keith. Buddhist Philosophy),
представляют собой простое перечисление взглядов,
которых придерживались люди, далекие от нас и «ис­
пытывавшие недостаток как систематизма, так и зре­
лости». Для д-ра Конзе вопросы, затрагиваемые и
решаемые буддизмом, являются современными, ж из­ ПРИ М ЕЧАНИ Е А ВТО РА
ненными, и он постоянно рассматривает их и в свете
исторических фактов, и в контексте нынешнего вре­
мени. Замысел этой книги возник у меня в 1941 г., ко­
По моему мнению, книги не имеют никакой поль­ гда я жил у своих друзей в Годшилле, в Хэмпшире, и
зы, если не выражают какой-либо точки зрения; но пытался понять, какие именно буддийские медитатив­
они должны выражать ее, не искажая фактов, а также ные практики можно использовать в нынешнюю эпо­
прояснять для читателя эмоциональное и интеллекту­ ху. Первые главы представляют собой лекции, кото­
альное отношение автора к этим фактам. Книга д-ра рые я читал несколько лет тому назад в Оксфорде, в
Конзе в большей мере, чем какая-либо из написанных Питерс-холле, и в них сохраняются отдельные следы
на эту тему, что мне довелось прочитать за прошед­ разговорного языка. В 1948 г. д-р Уильям Кон из
шее время, преуспела в этом. Оксфорда навел меня на мысль, что могла бы быть
оценена по достоинству работа, охватывающая все
пространство буддийской мысли, и вдохновил меня на
написание этой книги. Д-р Кон, а также, на более
позднем этапе, г-н Артур Уэйли и г-н Кристмас
Хамфрис устранили многие ошибки. Г-н Клод С ат­
тон и г-н Артур Саутгейт просмотрели эту работу с
точки зрения английской стилистики. Надеюсь, что
обсуждения с различными учеными помогли мне
справиться с некоторыми трудными и противоречи­
выми вопросами. В этой связи я должен также с бла­
годарностью упомянуть проф. Ф . У. Томаса, д-ра
Э. Дж. Томаса, проф. Мурти из Коломбо, проф. Ла-
мотта из Лувена, проф. Демьевиля из Парижа, проф.
Туччи из Рима и д-ра Потта из Лейдена. Многие
тексты, на которых основывается моя работа, на анг-

19
лийский язык никогда не переводились. Вероятно,
когда-нибудь станет возможным предложить читате­
лю выборку главных документов буддийской мысли,
которые будут реально обосновывать то, что в книге
просто утверждается.

Саффрон Клоуз, Эдвард Конзе ВВЕДЕН И Е


Эвельми.
Январь, 1951
Буддизм как религия

Буддизм является одной из восточных духовных


традиций. По своим базовым предпосылкам его док­
трина идентична многим другим мировым учениям —
тем, которые могут быть названы «мистическими».
Суть такой жизненной философии с большой убеди­
тельностью и ясностью была раскрыта Фомой Кем-
пийским в его Подражании Х р и ст у . Т о, что извест­
но как «буддизм», есть часть общечеловеческого на­
следия мудрости, которая нередко помогала людям
преодолевать этот мир и приобретать бессмертие, или
вечную жизнь.
З а последние два столетия духовные вопросы в
Европе перешли в разряд второстепенных, уступив
место вопросам экономическим и социальным. Смысл
термина «духовный» кажется в настоящее время не­
ясным. Его и в самом деле нелегко определить. Легче
объяснить, каким путем человек достигает духовных
высей, нежели рассказать о том, что они собой пред­
ставляют. Мне кажется, традиция мудрости, имею­
щая универсальное распространение, предлагает три
основных подхода к проблеме духовности:
— считать чувственный опыт не столь важным;
— пытаться отвергнуть привязанности;
— стараться одинаково относиться ко всем лю­
дям, вне зависимости от их взглядов, умственных

21
способностей, ощ ущ ений, цвета кожи, образован ия мышление последних двух тысячелетий окажется бес­
и т. д. смысленным. Примерно сто лет тому назад индий­
З а последние века совместные усилия народов ская мысль начала оказывать свое влияние на Евро­
Европы направлялись по каналам, которые, с точки пу, и это наверняка поможет оживить остатки евро­
зрения этой мудрости, не являются «духовными». пейской духовности.
Часто полагают, будто имеется какое-то фунда­ Буддизм отличается от других форм мудрости
ментальное, сущностное различие между Востоком и двумя особенностями.
Западом, между Европой и Азией, — различие во 1) Многое из того, что считается «буддизмом»,
взглядах на жизнь, в выборе ценностей, в душевной обязано не проявлению мудрости, а общественным ус­
жизни. Христиане, считающие буддизм неподходя­ ловиям, в которых существовала буддийская община,
щим для европейских условий, забывают об азиат­ используемому ею языку, а также знаниям и мифам,
ском происхождении своей собственной религии, да и имеющим хождение среди людей, становившихся буд­
всех остальных религий тоже. Религия является такой дистами. Поэтому всегда следует различать экзотиче­
организацией духовных устремлений, которая отвер­ ские курьезы и основные аспекты праведной жизни.
гает чувственный мир и отрицает побуждения, привя­ 2) Существует определенное число методов обрете­
зывающие нас к нему. В течение трех тысяч лет Азия ния освобождения при помощи медитации, которые в
оставалась единственным творцом духовных идей и буддийской традиции описываются полнее и яснее, чем
методов. Европейцы в подобных вопросах выступали где бы то ни было. Впрочем, выбор этих методов боль­
учениками Азии; они по-своему использовали азиат­ шей частью зависит от конкретного темперамента. Если
ские идеи, часто огрубляя их. Мне кажется, вряд ли внимательно приглядеться, то и в литературе джайнов,
найдется какое бы то ни было произведение европей­ суфиев, христианских египетских монахов-пустынников,
ского духа, которое не являлось бы вторичным, кото­ а также в тех трудах, которые католическая церковь на­
рое не получило бы первоначальный импульс для сво­ зывает «аскетической» или «мистической» теологией,
его создания на Востоке. Европейская мысль, особен­ можно обнаружить многое в этом роде.
но в Риме и Англии, преуспела в разработке Человека, полностью разочаровавшегося и в со­
общественного закона и порядка, а также в научном временном мире, и в самом себе, буддизм может при­
понимании чувственных феноменов и контроле над влекать разными сторонами — и запредельной утон­
ними. Европейская культура всегда была склонна к ченностью философской мысли, и великолепием своих
утверждению воли к жизни и активно обращалась к произведений искусства, и властью над целыми наро­
чувственному миру. Духовная же традиция человече­ дами, и своеобразным героизмом, чистотой нравов
ства основывается на отрицании воли к жизни и от­ своих последователей. Поначалу кого-то буддизм мо­
вращает от чувственного мира. Со времен Пифагора жет притягивать своей отрешенностью, но подлинное
и Парменида европейские духовные традиции перио­ его значение способен оценить только тот, кто испы­
дически обновлялись под влиянием Востока. Лишите тает его успешное воздействие в повседневной жизни.
греческую философию восточных элементов, уберите Предписания по ведению правильного образа
Иисуса Христа, святого Павла, Дионисия Ареопаги- жизни, которые содержатся в буддийских писаниях,
та и арабских мыслителей — и европейское духовное сгруппированы в три раздела: Н равствен н ость, Со­

22 23
зерцание и М у д р о с т ь Многое из того, что включе­ Все, к чему человек может привязываться, от чего
но в разделы Н р авствен н ость и Созерцание, явля­ он может зависеть и что он может присваивать, сле­
ется общим для всех индийских религиозных направ­ дует отнести к какой-либо из этих пяти групп, обра­
лений, искавших освобождение в удалении от зующих м атерию «индивидуальности». О вере в ин­
привычной суеты. Здесь же, в дополнение к прави­ дивидуальность говорится, что она возникает в ре­
лам поведения мирян, мы встречаем предписания для зультате представления некоего «я», которое ставится
братства странствующих монахов, а также различные над этими пятью «грудами». Эта вера выражается в
йогические практики: ритмическое и осознанное ды­ предположении, что все они являются «мной», или
хание, обуздание чувств, вхождение в транс с помо­ что «я есть» какая-то из этих групп, или что каждая
щью пристального созерцания цветных кругов, ступе­ из них — это «я сам». Другими словами, она выра­
ни экстаза, взращивание безграничного дружелюбия, жается в уверенности в том, что «я есть это», или что
сострадания, благожелательной радости и уравнове­ «я обладаю этим», или что «это находится во мне»,
шенности. Там же находятся вещи общедидактиче­ или что «я нахожусь в этом». Ф акт наличия индиви­
ского характера, которые можно обнаружить во вся­ дуальности исчезает вместе с верой в нее, так как
кой мистической религиозной традиции, такие как она — не что иное, как продукт воображения, лишен­
размышления о смерти, об омерзительности жизнен­ ный всякого основания. Когда индивид, состоящий из
ных функций материального тела, о триаде, состоящей произвольного нагромождения этих пяти «груд», пе­
из Будды, Дхармы (Истины) и сангхи (братства). рестает существовать, результатом оказывается нир­
Вероятно, мало кто практиковал все эти методы в те­ вана — цель буддизма. Если мы попытаемся выра­
чение одной жизни. Существует множество путей зить эту мысль, говоря, например, что некто обретает
к освобождению. Общее для них то, что все они наце­ свою «истинную индивидуальность», то тогда слово
лены на полное уничтожение веры в индивидуаль­ «индивидуальность» — так, как его понимают в на­
ность. Если слово «индивидуальность» воспринимать стоящее время, — становится слишком расплывча­
в его теперешнем неопределенном значении, то оно тым и смутным, непригодным для такого выражения.
не сможет передать нам тот смысл, который вкладывал Впрочем, буддийские писания стараются избегать по­
в него Будда. Согласно буддийскому учению (об этом добных высказываний.
мы более подробно поговорим в дальнейшем), человек, Я попытаюсь показать, что различные школы
со всем тем, что к нему относится, состоит из пяти буддизма возникли в результате различия их подхо­
«груд», известных также как скандхи. Они суть: дов к высшей цели буддизма. Уже во времена ранней
— Тело буддийской общины говорили, что люди различного
— Чувства темперамента и способностей достигают цели разны­
— Восприятия ми путями. Так, Шарипутра прославился своей муд­
— Побуждения и эмоции ростью, Ананда — верой и преданностью, Мауд-
— Акты сознания. гальяяна — магической силой. В более поздние
1 Соответственно шила, дхьяна и праджня на санскри­ времена буддисты разного умственного склада сфор­
те. (Здесь и далее, кроме особо оговоренных случаев, приме­ мировали различные школы; кроме того, распростра­
чания С. В. Пахомова). нение учения привело к его разделению по географи­

24 25
ческим и организационным признакам. Некоторые китайского языка. Однако она не вполне адекватна, и
методы достижения деиндивидуализации, которые китайцы по-прежнему обходятся без нее. Впрочем,
мы обсудим в последующих главах книги, в самом грамматика в латинском стиле, со всеми ее знакомы­
раннем пласте традиции, в том виде, в каком она ми категориями, может помочь нам, европейцам, бо­
дошла до нас, не упоминаются вообще или же описы­ лее легко освоить китайский язык. Подобным об­
ваются довольно туманно. Однако, с точки зрения разом попытка определить буддийское мышление
многих буддистов более позднего времени, в своей в философских категориях, имеющих хождение в
любви ко всем живым существам Будда не исключал настоящее время в Европе, способна облегчить зада­
ничего, что могло бы помочь им в достижении пра­ чу его понимания. Буддизм в качестве «философии» мо­
вильной цели. Основная часть этой книги посвящена жет быть описан как «диалектический прагматизм» с
объяснению позиций, отстаиваемых каждой из веду­ «психологическим» уклоном. Теперь давайте разберем
щих буддийских школ, методов, выбираемых ими в эти три определения по порядку и более подробно.
качестве исключительно собственного пути, а также Имея в качестве своего источника и своей цели
тому, как эти методы ведут к той же цели, что и ме­ учение об освобождении, буддизм всегда отличался
тоды других школ, и каким образом это соотносится с ярко выраженным практицизмом. Размышления о во­
историческим контекстом. просах, не имеющих отношения к освобождению, им
не поощряются. Страдание является основополагаю­
щим фактом жизни. Если человек ранен стрелой, он
Буддизм как философия не станет возражать, чтобы ее извлекли до того, как
он узнает, какой человек ее выпустил, — женатый
Для нас, европейцев, философия — это наука, или холостой, высокий или низкий, светлокожий или
созданная древними греками. Такая философия неиз­ смуглый. Все, чего он хочет, — это избавиться от
вестна буддийской традиции, считающей, что выясне­ стрелы. Последнее наставление Будды, обращенное к
ние природы реальности просто из чистой любозна­ его ученикам, гласило: Все обусловленные вещи не­
тельности является пустой тратой времени. Учение постоянны. Усердно р а б о та й т е над собственным
Будды посвящено исключительно описанию пути, ве­ освобождением. Н а протяжении всей долгой истории
дущего к освобождению. Всякая «философия», кото­ буддизма его последователи никогда не теряли этот
рую можно обнаружить в работах буддийских авто­ практический уклон. Бесчисленных недоразумений
ров, несущественна. Во всем обширном лексиконе можно избежать, если рассматривать высказывания
буддизма мы не найдем слова, соответствующего на­ буддийских авторов не в качестве утверждений о при­
шему термину «философия». Для пояснения мысли роде реальности, а понимать их как рекомендацию к
обратимся к аналогии. В китайском языке, каким его способу действия, как описание образа поведения и
понимают китайцы, нет никакой грамматики, и в Ки­ опыта, связанного с ним. «Если вы хотите достичь
тае ему обучают без использования каких-либо грам­ того-то, вы должны сделать то-то». «Если вы сделае­
матических правил. Некоторые европейские филоло­ те это так-то, ваш опыт будет таким-то».
ги, ориентируясь на модель наших латинских грамма­ По этой причине мы с определенной долей исти­
тических категорий, сконструировали «грамматику» ны можем сказать, что буддийское мышление тяготе­

26 27
ет к тому направлению, которое называется прагма­ как доктор умеет определять различные виды заболе­
ти зм ом . О ценности той или иной системы мысли ваний, знает их причины, противоядия и методы лече­
судят по тому, как ее можно использовать, т. е. по то­ ния, так и Будда учит Четырем благородным и с т и ­
му качеству жизни, которое становится результатом нам, которые определяют статус страдания, его про­
ее применения. Если, где бы то ни было, вы обнару­ исхождение и путь к его прекращению (см .
жите такие качества, как непривязанность к объектам с. 62 — 70). Если, однако, попытаться отделить ут­
желаний, доброта, спокойная уверенность в себе и верждения Будды от задач, на решение которых они
т. п., то можно делать вывод, что «философии», направлены, то они станут бессмысленными и утратят
скрывающейся за таким отношением, есть что ска­ свою силу.
зать в свою пользу. Если вы, знакомясь с тем и Несомненно, в буддизме главным средством дос­
или иными учениями, видите, ч т о они вед у т к тижения освобождения остается медитация. В ней
бесстрасти ю , а не к с т р а с т я м ; к непривязанно- всегда акцент ставится прежде всего на созерцание и
ст и , а не к зависим ости; к снижению мирского бла­ умственную дисциплину, а не на внешнее «делание
гополучия, а не к его возрастанию ; к умеренности, чего-либо». Практикующий стремится к контролю за
а не к ж ад н ости ; к удовлетворенности, а не к умственными процессами посредством медитации на
недовольству; к уединению, а не к общению; к них. Тем самым буддийская мысль пропитана тем,
ак ти вн о сти , а не к лен ости ; к радости о т дела­ что мы называем психологизмом. Она соединяет ме­
ния добра, а не к радости о т совершения зла — т о тафизику и психологию, и ничего подобного нельзя
вы м о ж ете с уверенностью у т в е р ж д а т ь : Э т о — найти на Западе.
Образец. Э т о — Учение. Э т о — Проповедь Учи­ В дополнение к прагматизму и акценту на психо­
теля. логизм буддийская мысль также склонна к тому, что
По мере того как буддизм развивался, его прагма­ можно назвать диалектичностью . Диалектика явля­
тизм становился все более явным. Следует заметить, ется формой логики, ассоциирующейся в Европе с та­
что все, о чем можно что-либо сказать, в конечном кими именами, как Зенон Элейский и Гегель. Она
счете есть ложь, — ложь уже в силу того, что слово отстаивает убеждение в том, что если тщательно и
высказано. Говорящий не з н а е т ; знающий не гово­ глубоко продумывать что-либо, придешь к противо­
р и т . Одно только арийское молчание не оскверняло речиям, т. е. к утверждениям, которые до определен­
Истины. Если какой-нибудь буддист что-либо вы­ ной степени исключают друг друга. Буддийские мыс­
сказывает (интересно было бы узнать, сколько сто­ лители любили парадоксы и противоречия. Я могу
ронников арийского молчания были вынуждены при­ проиллюстрировать это двумя цитатами из Алмазной
бегать к словам), то он подтверждает то, что в буд­ сутры — произведения, написанного скорее всего
дизме называется «искусными средствами». Иными около 350 г. н. э. и получившего большую извест­
словами, он высказывается только потому, что это ность, чем любой иной метафизический текст. В ней
может помочь другим людям на определенной ступе­ Будда говорит: «О С убхути , Т а т х а г а т а учил о
ни их духовного развития. »су щ ествах” как о „не-сущ ествах” . П о это м у они и
Духовное учение в первую очередь представляет назы ваю тся „су щ ествам и ” ». Или еще: «Сколько
собой лекарство. Будда подобен врачу. Точно так же бы сущ еств ни пребывало в эт и х тр ех мировых

28 29
системах, благодаря своей мудрости я знаю, како­ полнейшей чушью. В любом случае достаточно оче­
вы устремления их мысли. И почему? Т атх ага- видно, что мое состояние несчастья предполагает, что
т а учил об „устремлениях мысли ", о Субхути, я отождествляю себя с другими вещами, — я думаю,
как о „не-устремлениях". П о этом у они назы ва­ что в некоторой степени все то, что случается с ними,
ю тся „устремлениями м ы сли”. И почему? П ро­ происходит и со мной. Вот, скажем, есть зуб, и есть
шедшую мысль нельзя постичь, будущую мысль повреждение этого зуба; это — процесс, происходя­
нельзя постичь, настоящ ую мысль нельзя по­ щий в зубе и нерве, который к нему подходит. Если
сти ч ь». теперь мое «я» присоединится к этому зубу, убедит
Благодаря победе над мыслью противоречия исче­ себя, что это — «мой» зуб (а иногда убеждать себя
зают. Сброшены еще одни оковы существования, и особо и не требуется), и поверит, что все то, что про­
безграничный простор Истины открывается во всю исходит с зубом, воздействует на меня, то результа­
ширь. Мирские люди испытывают нечто подобное том, скорее всего, станет какое-то беспокойство мыс­
при чтении литературы абсурда. В буддизме правила ли. Буддист же посмотрит на это следующим обра­
формальной логики отрицаются — во имя свободы зом: идея «я» — всего лишь плод воображения, и ему
Духа, который превосходит их. Вдобавок введение не соответствует ничего реального. В мире происхо­
понятия Абсолюта и здесь, как и в философии Зен о­ дят самые разные процессы. Я вызываю в воображе­
на, Николая Кузанского и Гегеля, приводит к само- нии другую идею, — идею «принадлежности», и при­
противоречивым утверждениям. хожу к заключению, что некоторая, не совсем опреде­
ленная часть этого мира, «принадлежит» этому «я»,
или «мне». Такой подход весьма сильно отличает буд­
С ам оотри цани е или док три н а «н е -я » дизм от некоторых традиционных западных представ­
лений. Например, в философии Аристотеля эта идея
Специфическим вкладом буддизма в религиозную «принадлежности» (hyparkhein) некритически рас­
мысль была его доктрина «не-я» ( а н - а т т а на пали, сматривается в качестве окончательных данных опыта,
а н -атм ан на санскрите). Уверенность в существова­ и вся его логика и вся онтология построены на ней.
нии «я» буддисты рассматривают как непременное Доктрина анатмана весьма глубока. Буддисты го­
условие для возникновения страдания. Мы вызываем ворят, что потребуется не одна жизнь, чтобы постичь
в воображении такие идеи, как «я» и «мое», и в ре­ ее до конца. В том виде, в каком ее сохранила буд­
зультате появляются различные нежелательные со­ дийская традиция, она содержит два утверждения,
стояния. Мы были бы бесконечно счастливы, бла­ или положения.
женно счастливы, — примерно так, как, согласно не­ — В реальности нет ничего, что соответствовало
которым психологам, счастлив ребенок в материнской бы таким словам или понятиям, как «я», «мое», «при­
утробе, — если бы в первую очередь избавились от надлежать» и т. д. Другими словами, наличие самости
своей самости. Утверждение о том, что кто-то может не является установленным фактом.
стать по-настоящему счастливым только после того, — Нам приходится согласиться с тем, что в на­
как исчезнет, представляет собой один из диалекти­ шем эмпирическом «я» отсутствует то, что может
ческих парадоксов, который обывателю покажется считаться действительным «я» (см. с. 147 и сл.).

30 31
Смысл второго положения станет ясным по ходу почти к полному расхождению между теориями фило­
чтения этой книги. Сейчас же мы должны обратить софов и их практикой, между их взглядами на приро­
внимание на первое утверждение. ду мироздания и их образом жизни. Шопенгауэр и
Нас призывают бороться с разумной убежденно­ Герберт Спенсер, к примеру, сразу же приходят на
стью в том, что существует такая вещь, как «я», или ум в качестве особенно ярких образцов. Если евро­
«душа», или «субстанция»; или что существуют такие пейский философ доказал отсутствие эго, то он от­
понятия, как «принадлежность» или «обладание». нюдь не склонен низводить это утверждение с абст­
Т о, что «я» и т. д. являются данными мира опыта — рактного уровня и ведет себя в жизни так, словно эго
в том виде, в каком он предстает здравому смыс­ существует. Присущие ему жадность, ненависть и
лу, — не отрицается. Но мы должны отбросить идею привязанность остаются практически не затронутыми
«я» и другие родственные ей представления в качест­ его философскими доводами. О нем судят исходя из
ве фактов конечной реальности. И з этого непосредст­ последовательности его взглядов, не связанных с об­
венно вытекает следующее: если не существует такой разом его жизни, но существующих как бы отдельно
вещи, как «я», то не существует и такой вещи, как от него; судят по его стилю, по его эрудиции, — сло­
«личность». Ведь «личность» представляет собой то, вом, по чисто интеллектуальным критериям. Никто
что организуется вокруг воображаемой внутренней бы не стал доказывать «несостоятельность» филосо­
сердцевины, центрального источника, некоей «само­ фа на том основании, что тот страшно груб со своей
сти». женой, завидует своим более преуспевающим колле­
В своей книге Противоречие и Р еальн ость гам и возбуждается, когда ему противоречат. В
( Contradiction and Reality) я, используя современные буддизме же, наоборот, в большей мере подчеркива­
термины, попытался представить буддийские аргу­ ется истинный образ жизни, праведность поведения,
менты против объективной достоверности понятия устранение привязанности к этому миру. Чисто
«самость». Воспроизведение их здесь могло бы уве­ теоретическое утверждение, такое как «эго не суще­
сти нас слишком далеко. Какие бы аргументы ни бы­ ствует», здесь рассматривается как совершенно
ли приведены против «я», очевидно, что мы произно­ бесплодное и бесполезное. Мысль является не бо­
сим это слово по привычке, считая, что обходиться лее чем средством, и ее оправдывает то, что из нее
без него было бы трудно. Отрицание английским фи­ следует.
лософом Ю мом существования эго как сущности, от­ Не довольствуясь разумной убежденностью в
личной от умственных процессов, недалеко отстоит от том, что эго не существует, буддист стремится к пол­
доктрины анатмана. Чисто теоретически буддизм в ному изменению своего отношения к жизни. День за
этом отношении вряд ли может нас научить тому, что днем, в повседневных занятиях и заботах, он должен
нам и так уже известно, возможно — даже в более научиться вести себя так, будто эго не существует.
приемлемой для нас форме, как у Ю ма и близких к Тот, кто ожидает найти в буддизме совершенно но­
нему мыслителей вроде Уильяма Джеймса. Различие вые, ранее неизвестные идеи, связанные с проблемой
между буддийскими и западными философами состо­ самости, обретет немногое. Т от же, кто обратится к
ит в выводе, который они делают из того или иного нему за советом о том, как вести жизнь, лишенную
постулата, принятого ими. В Европе мы привыкли самости, многому научится. Большое значение буд-

32 33
3 Эдвард Конзе
дийской «философии» состоит в том, что она вырабо­ ловека. Какой бы сложной ни была эта проблема,
тала методы, позволяющие запечатлеть истину отсут­ сколь ненаучной она ни казалась, мы обязательно
ствия «я» в наших упрямых умах, а также установила должны прийти к ее решению, поскольку полное сча­
дисциплину, которой буддисты следуют, чтобы сде­ стье и плодотворность наших жизней зависят от этого
лать эту истину частью своей жизни. ответа. Суждения о природе и предназначении чело­
века или о смысле человеческого существования мож­
но грубо подразделить на два типа. Одни люди счи­
«Радикальны й пессимизм» тают, что человек есть плод земли. Земля — его дом.
Его обязанность — быть на земле, как в своем доме.
Благодаря другому аспекту доктрины анатмана, а Самосохранение является высшим законом, и даже
именно отказу от всего, что составляет или притяги­ долгом, для человека. Другие же полагают, что чело­
вает эмпирическую самость, буддизм приобрел репу­ век от природы зол, что он есть душа, павшая с не­
тацию «пессимистической» веры. И в самом деле, для бес, что он — странник на этой земле. Его задача со­
буддистов этот мир, т. е. все то, что обусловлено и стоит в том, чтобы заново приобрести то состояние
непостоянно, — исключительно зло. Он насквозь совершенства, которым он обладал до того, как нис­
пронизан страданием, поэтому должен быть совсем пал в этот мир. И тогда высшим законом и долгом
отброшен, полностью оставлен ради достижения цели для человека становится самоотрицание.
нирваны. Однако я не вполне уверен в том, что «р а­ Наша современная цивилизация предпочитает пер­
дикальный пессимизм» — подходящее слово для по­ вую точку зрения, буддизм — вторую. Разумеется,
добного отношения к миру. Тот, кто посещал такие неправильно полагать, будто и тот и другой подходы
буддийские страны, как Бирма и Тибет, отмечают, основаны на каких-то рациональных доказательствах.
что их жители непринужденно радостны и даже весе­ При всех ценностных суждениях следует быть осто­
лы, и это относится как к мирянам, так и монахам. рожным, чтобы не возвести чьи-то личные вкусы, нра­
Не загадочно ли, что налет пессимизма, который вы и предпочтения в ранг объективного и природного
можно обнаружить в буддийской доктрине всеобщего закона. Нужно лишь определить свою собственную
страдания, находит для себя столь радостное выраже­ позицию, но не навязывать ее другим. Буддийское
ние? Да, этот мир может быть обителью слез, но учение обращено только к тем людям, которые полно­
сбрасывание его тяжкого бремени — это радость. О т стью разочаровались и в мире как таковом, и в самих
такого мира нужно отречься. Если же в результате себе; оно обращено к тем, кто крайне чувствителен к
отказа от мира приобретается божественное царство, боли, страданию и к любому виду смятений, кто горит
то выигрыш неизмеримо превосходит потерю. В лю­ непреодолимым желанием счастья и кто способен к са­
бом случае лучшее, что мы можем сделать с таким моотречению. Ни один буддист не станет предпола­
словом, как «пессимизм», — это избавиться от него гать, будто все люди без исключения способны понять
и пристально взглянуть на проблему. его учение или желают сделать это.
Отрицательное отношение буддийских мыслите­ Буддист ищет абсолютное счастье за пределами
лей к этому миру непосредственно связано с вопро­ этого мира. К чему такое честолюбие? Отчего будди­
сом о смысле жизни и проблемой предназначения че­ сту не довольствоваться, насколько это возможно,
34 35
извлечением счастья из этого мира, каким бы малым ком пребываете т а м . Обычно мы по мере возможно­
оно ни казалось? Ответ заключается в том, что мы сти избегаем подобного опыта, потому что он оказыва­
никогда не бываем полностью всем удовлетворены. ется разрушительным и болезненным. Как правило, я
Если бы рост материального комфорта и земных удо­ очень забочусь о том, чтобы не пребывать наедине с са­
вольствий мог сделать нас счастливыми, тогда обита­ мим собой, и стараюсь, занять себя разнообразными
тели пригородов Лондона стали бы неизмеримо радо­ впечатлениями. Люди, которые всегда чем-то заняты,
стнее и довольнее, чем китайские кули и испанские которые вынуждены постоянно о чем-то думать и кото­
крестьяне. Н а деле же — все с точностью до наобо­ рые все время должны что-то делать, беспрестанно убе­
рот. Наша человеческая природа, возражают будди­ гают от этого переживания основополагающей и изна­
сты, устроена так, что мы можем быть удовлетворены чальной тревожности. Обычное для нас дело — опи­
лишь абсолютным постоянством, абсолютной свобо­ раться и полагаться на что-либо еще, но только не на
дой, абсолютной безопасностью. И ничего подобного пустой центр, заключенный в нас самих. Буддисты убе­
мы никогда не сможем найти в нашем изменчивом ждены, что мы никогда не будем пребывать в покое,
мире. пока не преодолеем эту основополагающую тревож­
Недавнее открытие ключевого значения тревож­ ность, и что мы сможем успокоиться только тогда, ко­
ности, находящейся в самой сердцевине нашего суще­ гда перестанем полагаться на что бы то ни было вообще.
ства, которое сделали философы и психологи, имеет
вполне буддийское звучание. Согласно идеям Ш еле-
ра, Фрейда, Хайдеггера и Ясперса, в самом основа­ Бессм ертие
нии нашего существа присутствует исходная тревож­
ность, маленькое пустое окошко, через которое все Взирая на природу человека возвышенно, будди­
другие формы тревоги и беспокойства черпают свою сты считают, что стремление к бессмертию вполне ра­
силу. В чистом виде эту тревожность переживают зумно и обоснованно. Целью буддизма, как и многих
только люди с интроспективным и философским других религий, является обретение бессмертия, веч­
складом ума, но даже и с ними это происходит весьма ной жизни. Будда, после того как стал просветлен­
редко. Если человек не ощутит ее на собственном ным, провозгласил, что двери к неумиранию откры­
опыте, то никакие объяснения его не убедят. Но если ты. Очевидна большая разница между продлением
он почувствует ее, то никогда уже не забудет, как бы существования данной индивидуальности, с одной
ни пытался это сделать. Это переживание может стороны, и бессмертием — с другой. Бессмертие —
прийти к вам во время глубокого сна; вы просыпае­ это попросту противоположность жизни, которая свя­
тесь посреди ночи и чувствуете некое удивление, что зана со смертью, не отделимая от нее часть. М ы на­
вы — т а м , а потом страшитесь и ужасаетесь от од­ чали умирать в тот момент, когда были произведены
ного только факта, что вы — т а м . Затем, на мгнове­ на свет. Уровень метаболизма в наших телах замедля­
ние, вы ловите себя на том, что находитесь на фоне ется сразу после нашего зачатия. Рождение — при­
какого-то своеобразного небытия, вас гнетет чувство чина смерти. Обстоятельства же, которые могут вы­
собственного бессилия и крайней беспомощности пе­ звать настоящую смерть, всего лишь случайности.
ред лицом того поразительного факта, что вы цели­ Акт рождения, или зачатия, если быть более точным,

36 37
является главной причиной того, что смерть становит­ приятие логической последовательности. На самом
ся неизбежной. Иногда мне кажется, что англичане деле, став бессмертным, мистер Джон Смит вообще
упорно продолжают следовать своему доброму обы­ не сможет узнать себя. Он должен будет расстаться
чаю казнить преступников через повешение потому, со всем тем, что делало его узнаваемым для него са­
что эта форма казни представляет собой параллель, мого и для других. Но он мог бы родиться заново, ес­
близкую ходу человеческой жизни. Как и при пове­ ли бы научился отрицать все, что мешает бессмертной
шении, в момент зачатия у нас как бы выбивают части его существа (которая находится, как полагают
из-под ног доску, и мы болтаемся в петле. В дальней­ буддисты, за пределами пяти скандх), если бы сумел
шем мы неизбежно будем удушены, раньше или поз­ отвергнуть все, что составляет дорогую ему малень­
же это произойдет — лишь дело времени. Мы посто­ кую самость. Буддийские практики как раз и состоят
янно сознаем опасность своего положения, независи­ в том, что они систематически ослабляют наши при­
мо от того, осмеливаемся ли принять его или нет. Как вязанности к тем вещам в нас, которые удерживают
можно оставаться при этом спокойным? Бессмертие, от повторного завоевания бессмертия, потерянного
таким образом, представляет собой не желание как-то нами после нашего появления на свет. Плоть смиря­
продлить существование индивидуальности, которую ется, инстинкты ослабляются, ум успокаивается, ло­
мы получаем ценой ее неизбежного последующего гическое мышление сбито с толку и истощено с помо­
уничтожения, а выход за пределы этой индивидуаль­ щью парадоксов; чувственным явлениям вообще уде­
ности. ляется мало внимания, а глаза тела заменяются оком
А теперь давайте предположим, что некий мистер веры и оком мудрости. Все это действительно напо­
Джон Смит сыт по горло положением дел, при кото­ минает заповедь Джона Уэсли,1в которой он настоя­
ром все производится лишь на короткий срок, с тем тельно советовал своим последователям у би вать себя
чтобы затем быть вновь уничтоженным. Предполо­ дюйм за дюймом.
жим, что он желает стать бессмертным. Тогда у него Но, как я уже сказал, все это зависит от взгляда
нет никакого иного выбора, кроме как отрицать само­ на природу человека. Тот, для кого человек — только
го себя вдоль и поперек. О т всего непостоянного в са­ земное творение, склонен сравнивать это буддийское
мом себе он должен избавиться. Попробуйте пред­ стремление к бессмертию с улиткой, которая покида­
ставить, что останется от мистера Смита, после того ет свой дом, желая отправиться в далекое путешест­
как он станет бессмертным. Его тело, очевидно, пере­ вие. Т от же, кто видит в человеке духовное существо,
станет существовать. Вместе с телом исчезнут ин­ предпочтет уподобить буддистов горным лебедям, ко­
стинкты — по той причине, что они связаны с его торые, покинув свое горное озеро и переходя от одной
железами и с нуждами его тканей. Понятно, что и ум лужи к другой, нигде не чувствуют себя дома, до тех
будет принесен в жертву. Поскольку наш ум и наше пор пока не вернутся в свой действительный дом, в
тело взаимосвязаны, его действия основываются на чистые воды горного озера.
данных, которые мы получаем от телесных органов
чувств, и он показывает нам свое непостоянство, не­
прерывно и безостановочно перескакивая с одного 1 Уэсли Джон (1703— 1791) — известный английский про
предмета на другой. Вместе с умом уйдет и его вос­ поведник, основатель секты методистов.

38 39
Ц е н н о сть сущ ествован и я рый мне хотелось бы отметить, состоит в следующем.
Дарвинизм и другие философии, на которые опира­
Как бы ни были красноречивы мудрецы, освещая лись крупные империи, весьма поверхностны; для ка­
этот вопрос, здравый смысл не может согласиться с ждой из них был свой срок (на самом деле очень ко­
тем, что подобная внемирность, пусть она весьма хо­ роткий), и это был далеко не мирный период. В то же
роша и благородна, все же почти неприемлема для то­ время великая и всеобщая традиция мудрости уходит
го, кто должен жить в этом мире и на этом земном в самую глубь, в самое дыхание и ритм жизни. Имен­
шаре. Все мы в настоящее время невольно являемся но смиренные наследуют землю, и именно смиренные
дарвинистами, и ценность существования, о которой унаследовали землю, потому что они — единствен­
говорит учение о запредельности, кажется нам слиш­ ные, кто желает находиться в соприкосновении с ней.1
ком невысокой. Как вообще можно было жить, при­ Китайский философ Лао-цзы очень красиво выразил
держиваясь его? Впрочем, исторические факты, ско­ это в Дао-дэ узине (чжан 7):
рее всего, обескуражат здравомыслящего человека. Вековечно Небо и постоянна Зем ля.
Буддийская община представляет собой древнейшую Небо и Зем ля вековечны и постоянны потом у,
человеческую организацию. Она просуществовала ч т о не сами собой рождены.
дольше, чем какое-либо другое религиозное сообще­ П о это м у и м о гу т б ы т ь они вековечными и по­
ство, если не считать родственную ей школу джайнов. стоянными.
Нам известно об огромных и грозных исторических П о это м у и совершенномудрый себя назад всене­
империях, охраняемых массами солдат, кораблей и пременно с т а в и т , но вдруг оказы вается впереди.
полицейских структур. Среди этих империй нет ни Себя он ч ем -то внешним п о ч и т а е т , су щ ество ­
одной, которая бы просуществовала хотя бы более ванье в э т о м обретя.
трех столетий. Но нам также известно и о движениях И уж не п отом у ли э т о , ч т о лишен он личных
добровольных нищих, которые всегда ставили бед­ интересов?
ность выше богатства; которые клялись не причинять Благодаря так о м у поведению он как раз и м о­
вреда живым существам и не убивать их; которые ж е т всегда и полностью блюсти свой личный ин­
тратили все свое время на возвышенные мечты и от­ терес.2
крывали прекрасные, никогда не существовавшие
земли; которые презирали все, что ценил мир, и кото­ 1 Довольно вольная трактовка библейского стиха: «Бла­
рые ценили то, что мир презирал, — кротость, щед­ женны кроткие, ибо они наследуют землю» (Мф. 5, 5).
рость, бездеятельное созерцание. И вот в то время 2 Цит. по: Торчинов Е. Л. Даосизм. Дао-дэ цзин. СПб.,
как эти могущественные империи, построенные на 1999. С. 230.
жадности, ненависти и лжи, просуществовали всего
лишь несколько веков, порыв самоотрицания пронес
буддийскую общину над временным отрезком длиною
в 2500 лет.
Я полагаю, что на основании этого факта может
быть сделан целый ряд выводов. Один из них, кото­

40
мифологию, которыми насыщен традиционный буд­
дизм, сводит учение Будды к некоей рациональной,
агностической теории.
В данной книге я намереваюсь описать живую
традицию буддизма в ее многовековом существова­
Глава I нии. Сознаюсь, что не знаю, какова была «первона­
чальная» доктрина буддизма. Полагать, что вся позд­
О БЩ И Е ОСНОВАНИЯ нейшая история буддизма есть «вырождение» «пер­
воначального» учения, — все равно что считать дуб
выродившимся желудем. Представляя данный труд,
О со б ен н о сть Д хар м ы я исхожу из того, что провозвестие Будды, взятое во
всей полноте, широте, величии и грандиозности,
Историк, который пожелает определить, что же в включает в себя все те учения, которые связаны с
действительности представляло собой учение Будды, первоначальной доктриной исторической преемствен­
столкнется буквально с тысячами работ, которые, ностью и которые выработали методы, ведущие к из­
провозглашая в качестве своего авторитета Будду, в бавлению от индивидуальности с помощью устране­
то же время придерживаются самых различных ния веры в нее.
взглядов, друг другу противоречащих. Некоторые
влиятельные авторы, воспитанные в духе нонконфор­
мизма, до недавнего времени верили, что истинно И сточн ики
буддийским следует считать только учение, пропове­
данное Гаутамой Буддой около 500 г. до н. э. Это ут­ На протяжении всей книги мы будем обращаться
верждение привело к своеобразному парадоксу. Дело к писаниям как к важнейшим источникам истории
в том, что древнейший слой существующих писаний буддизма. В связи с этим следует представить общий
можно вскрыть только с помощью неопределенных обзор буддийской литературы и вкратце рассмотреть
умозаключений и догадок. Во всех этих попытках ре­ различные классификации текстов, их датировку, а
конструировать «первоначальный» буддизм есть не­ также собрания, в которых они сохранились.
что общее. Все авторы, разумеется, едины в мнении о И в раннее время, и в дальнейшем писания разде­
том, что учение Будды — это совсем не то, что под лялись на дхарму и винаю. Виная посвящена мона­
ним понимают буддисты. Г-жа Рис Дэвиде, к приме­ шеской дисциплине, дхарма — самому учению. В бо­
ру, очищает буддизм от учения «не-я» и от монаше­ лее позднее время мы встречаем деление на три час­
ства. С ее точки зрения первоначальная доктрина ти — на винаю, дхарму (или с у т р у ) и абхидхарму.
буддизма состояла в некоем прославлении «Челове­ Абхидхарма имеет дело с более развитыми представ­
ка». X . Дж. Дженнингс хладнокровно опускает в пи­ лениями (см. с. 141 и сл.).
саниях все упоминания о перерождениях и заявляет, Другой важной классификацией является деление
что этим он восстанавливает их первоначальный на сутры и ш астры . Сутрой называют текст, кото­
смысл. Далее, д-р П. Дальке, игнорируя всю магию и рый, как считают, произнес сам Будда. Она всегда

42 43
начинается словами: «Так я слышал. Бхагаван нахо­ софское. Такое философское обоснование позд­
дился в ...». Под «я» подразумевается ученик Будды них сутр мы можем найти в учении о «трех телах»
Ананда, который полностью повторил Слово учителя Будды, которое разъясним ниже. Согласно ему, ста­
сразу же после его смерти. Многие сутры были со­ рые сутры были преподаны «телом формы» Будды,
ставлены через несколько веков после смерти1 Будды. а более поздние — его «телом наслаждения» (см.
Конечно, подлинные авторы этих сутр, не произне­ с. 228).
сенных историческим Буддой, неизвестны. Между Под ш астрам и подразумевают трактаты, напи­
самими буддистами произошло резкое размежевание санные обычно конкретными авторами, стремивши­
по вопросу о ценности этих поздних сутр. Одна часть мися быть более систематичными, чем авторы сутр, и
буддистов, приверженцы хинаяны, или малой колес­ цитировавшими сутры в качестве авторитетных ис­
ницы, придерживалась того взгляда, что работы, со­ точников. Многие шастры, созданные выдающимися
ставленные значительно позже 480 г. до н. э. и не мыслителями общины, такими как Нагарджуна, Ва-
декламировавшиеся на Первом соборе, последовав­ субандху и другие, сохранились до наших дней.
шем сразу после смерти Будды, не могут быть под­ Количество литературных памятников буддизма
линными словами Будды и не представляют собой было колоссальным. Далеко не все из них дошли
ничего, кроме поэтических вымыслов. Другая же до нас. Поэтому наша история буддизма всегда бу­
часть буддистов, приверженцы махаяны, или боль­ дет фрагментарна и гипотетична. В течение пример­
шой колесницы, невзирая на все хронологические на­ но четырехсот лет передача традиции была исключи­
тяжки утверждала, что даже эти поздние сутры ис­ тельно устной, она производилась в школах деклама­
ходили непосредственно из уст самого Будды. З а ­ торов. По многим признакам — обилию повторов,
держку же их появления они объясняли по-разному. склонности к стихотворной форме и цифровым обо­
К примеру, в одной хорошо известной истории рас­ значениям — ранние тексты, несомненно, относят­
сказывается, что прадж няпарам ита-сутры — тек­ ся к устной традиции. И з-за этой приверженности
сты, посвященные совершенной мудрости, — были многие древнейшие документы ныне оказались уте­
обнаружены самим Буддой. Однако для его совре­ рянными.
менников они были слишком сложны, и поэтому их Что касается датировки писаний, то мы пребыва­
поместили во дворце змеев, или драконов, называе­ ем в некотором сомнении. Буддизм представляет со­
мых нагами, который находился в Нижнем мире. К о­ бой такую совокупность традиций, в которых выделе­
гда пришло время, великий ученый Нагарджуна спус­ но не так уж много имен, и еще меньше нам известно
тился в Нижний мир и вынес эти сутры в мир людей. относительно подлинных дат. Когда мы пытаемся
В эту легенду верят не все буддисты. Желая приспо­ применять свои современные идеи исторического кри­
собиться к различным склонностям разных лиц, буд­ тицизма, то, конечно же, оказываемся в тупике.
дисты всегда были готовы дать людям, мыслившим Ланглуа и Сэньобо в своей книге об историческом
в образах мифа, объяснение мифологическое, а тем, методе утверждают, что «документ, для которого
кто прибегал к философскому мышлению, — фило­ невозможно у с т а н о в и т ь авто р а, датировку и про­
исхождение, бесполезен». Увы, именно этот аргумент
1 Точнее, паринирваны. (Примеч. пер.). относится к большинству документов, на основании
44 45
которых мы строим «историю» буддизма. Индийцы му освобождению, настойчиво предпринимают совмест­
всегда демонстрировали почти полное безразличие к ные усилия по выработке системы духовного исцеле­
историческим датам. Исторические изменения слиш­ ния, то результат по прошествии, скажем, десяти сто­
ком малозначительны по сравнению с неизменной летий оказывается довольно впечатляющим.
Истиной, и индийские буддисты разделяли это мне­ Кроме того, даже если имена авторов и упомина­
ние. Даже в отношении такой фундаментальной даты, ются, их никогда нельзя воспринимать в букваль­
как время жизни Будды, их предположения значи­ ном смысле. Великим личностям, таким как Ашвагхо-
тельно расходятся. Современные ученые обычно от­ ша, Нагарджуна и Васубандху, часто приписыва­
носят смерть Будды к 483 г. до н. э. В Индии буд­ ли столь много работ, что позднейшая религиозная
дийская традиция предлагает много других датиро­ традиция иногда даже удлиняла время их жизни
вок, например 832 г., или 632 Г . , или 332 Г . , или на несколько столетий. Современный исторический
333 г., или даже 232 г. до н. э. Без точно установлен­ критицизм испытывает огромные трудности, пы­
ной системы датировки большая часть того, что мы гово­ таясь определить, какие лица скрываются под одним
рим о временной последовательности событий буддий­ именем.
ской истории, оказывается не более чем правдоподоб­ Тем не менее приблизительная датировка литера­
ной догадкой. Мы должны, однако, признать, что турных произведений все же возможна. Например,
столь неудобное для историка буддийское отношение С у т т а н и п ата, скорее всего, является древнейшим
к датам на самом деле оказывается не таким уж и дошедшим до нас текстом отчасти из-за архаичности
неправильным, каким кажется. Дхарма сама по себе языка, а также из-за того, что комментарий на один
не имеет истории. Т о, что подлежит изменению, от­ из ее фрагментов включен в тхеравадинский канон.
носится только к внешним обстоятельствам, в кото­ Наши предположения, касающиеся датировки буд­
рых она проявляется. Многое же из того, что с духов­ дийских писаний, могут базироваться на лингвистиче­
ной и религиозной точки зрения представляется дей­ ских или доктринальных основаниях. В последнем
ствительно важным, вообще не находит места в случае можно столкнуться с опасностью, — ее редко
исторической книге. Многие уединенные пережива­ избегали и в прошлом, — сформулировать произ­
ния древних мудрецов и святых ускользают от взора вольную концепцию «первоначального» буддизма и
историка. затем все датировки соотносить с ней. Большую по­
Буддисты сохранили так мало авторских имен еще мощь нам оказывают китайские переводы, поскольку
и потому, что даже в лучшие времена для монаха бы­ в них тщательно фиксируются даты, и это позволяет
ло дурным тоном давать свое имя литературному про­ нам сделать вывод, что та или другая книга была соз­
изведению. Для него не имело значения, к т о сказал дана в Индии незадолго до этого времени. Но даже и
слово; важно было то, являлось ли оно истинным, по­ тогда мы приходим к заключению, что составление
лезным и согласованным с традицией. Оригиналь­ самых важных работ, вероятнее всего, растягивалось
ность и новаторство не поощрялись, а анонимность на долгие годы. Сочинения, подобные М ахавасту
была спутником святости. Такая позиция имела свои или Л ал и тав и стар е , содержат материал, который
преимущества. Если долгое время большое количест­ можно отнести к 2 0 0 — 600 гг. н. э. В таких книгах,
во людей, поодиночке посвятивших себя собственно­ как Л о т о с Благого Закон а или Совершенство Муд-

46 47
рости, заключенной в восьми ты сячах с т р о к ,1 по­ тантрическими текстами. Данджур, в 225 томах,
следние главы на несколько веков моложе первых. представляет собой комментарии и шастры и распада­
Все писания, дошедшие до наших дней, находятся ется на три части. Первая, состоящая только из одно­
теперь в трех больших собраниях: го тома, содержит 64 гимна, вторая — 26 6 4 коммен­
тария на тантрические тексты в 86 томах. Третья
I. П а л и й с к а я Т р и п и т а к а часть менее однородна. Прежде всего, она содержит
Она включает в себя писания одной из хинаян- 38 комментариев на праджняпарамиту (тома 1— 15),
ских школ — школы тхеравадинов. Писания других затем — шастры школы мадхьямика (тома 16— 33) и
хинаянских школ частично сохранились на санскрите далее — комментарии на различные сутры (тома
и на китайском языке, но большая часть их утрачена. 3 4 — 43) и шастры йогачаринов (тома 4 4 — 61). Этим
В дальнейшем я дам краткий обзор основных подраз­ завершается раздел махаяны. Затем следуют около
делений канона хинаяны. 30 томов научных работ, относящихся к хинаяне. На
3-й части 94 -го тома собственно буддийские шастры
II. К и т а й с к а я Т р и п и т а к а заканчиваются. З а ними следуют 30 томов, посвя­
Ее состав закреплен гораздо менее жестко, и с те­ щенных переводам санскритских работ по различным
чением времени она подвергалась изменениям. С та­ вспомогательным предметам, таким как логика, грам­
рейший каталог, составленный в 518 г. н. э., упомина­ матика, медицина, различные искусства, ремесла и
ет о 2113 работах, 276 из которых сохранились до на­ общественное хозяйство, и наконец — 13 томов ти­
ших дней. В 972 г. этот канон был впервые бетских трудов на разные технические темы.
напечатан. Позднейшее японское издание 1924—
1929 гг., Тайсё Иссайкё, включает в себя 2184 рабо­ IV. Сохранилось определенное число санскрит­
ты, образующие 55 томов, примерно по 1000 страниц ских работ, но какого-либо их канонического собра­
в каждом.2 ния не существует.

III. Т и б е т с к и е Г а н д ж у р и Д а н д ж у р В настоящей работе мы исходим из того, что все


Ганджур представляет собой собрание сутр, со­ трактаты, перечисляемые под этими четырьмя заго­
стоящее либо из 108, либо из 100 томов. И з них 13 ловками, — оригинальные источники буддийской
имеют дело с винаей, или монастырской дисципли­ мысли. Эта древняя классификация принадлежит лю­
ной, 21 — с праджняпарамитой, или «совершенной дям, более мудрым, нежели я сам, и у меня нет при­
мудростью», 45 — с различными сутрами и 21 — с чин оспаривать ее.
Большая часть этой книги посвящена обсуждению
верований и практик, разделяемых лишь частью буд­
1 Автор имеет в виду Саддхармапундарика сутру и Аш-
дийского сообщества, которое образуют монахи и ми­
тасахасрика сутру.
2 Тайсё Иссайкё имеет следующий состав: 21 том сутр; ряне, хинаянисты и махаянисты, а также — рассмот­
3 тома винаи; 8 томов абхидхармы; 12 томов китайских ком­ рению различных школ мысли. Впрочем, не так много
ментариев; 4 тома китайских и японских школ; 7 томов исто­ верований являлись общей основой всего буддийского
рии, каталогов, словарей, биографий. (Примеч. Э. Конзе). движения во всех его разновидностях, и именно с них

48 49
4 Эдвард Конзе
мы сейчас должны начать. Прежде всего нам следует
сказать несколько слов по поводу верований, относя­
щихся к Будде, и в связи с этим обсудить кажущуюся
«атеистичность» буддийской веры. Затем должен по­
следовать рассказ о некоторых общих пунктах уче­
ния, разделяемых всеми буддистами. Эти пункты ка­
ЭК S саются либо сущности духовной жизни — и тогда
(V
S- с
л sК ьи они заключены в «Четырех благородных истинах»,
£ либо структуры и эволюции мира — и тогда они з а ­
►н rS
а пз
< имствованы из индуизма.
ш S со сл

Будда
(китайский

Поскольку верования, относящиеся к Будде, не


являются частью нашего культурного наследия, то

— Дхарма скаидха-па
— Джняна прастхана
H
o большинству людей они неясны и поэтому требуют
V
яаO
пЗ (в П подробного объяснения. Будду можно рассматривать
аВЗ пSЗ
03 к <
C в трех различных аспектах: как человеческое сущест­
Сарвастивадины

<ЬС и
(С « a
I ^5 £о sа во, как духовный принцип и как нечто среднее между
«я §2 г а к
_ ^ я < 4 4 s я этими двумя.
л я " 3 я£ овз aa 3b gX
к 1. Как человеческое сущ ество Будда Гаутама
К
к
§■«12 U 05 § ^ vox
>» . . . < жил на северо-востоке Индии примерно в 5 6 0 —
CQ C J ТГ-J СО С<"\ -vf
480 гг. до н. э. Исторические факты его жизни нельзя
отделить от легенд о нем, которых придерживаются
все буддисты. Но как бы то ни было, для буддийской
ьо веры существование Гаутамы, или Шакьямуни (м уд­
VO
Я реца из племени шакъев), в качестве индивида —
(пали)

а
факт малозначительный. Будда есть некая типическая
фигура, воплощенная в данном индивиде, и именно
— Дхаммасангани

Я <tf это типическое затрагивает религиозную жизнь. Н е­


Тхеравадины

££3 к
Я смотря на то что обычные последователи буддизма
<и < h ян с£
— Вибханга

зачастую верят в Будду как в личностное существо,


et I 5
например:

& <св I I I I официальная буддийская теология никак не поддер­


к
s vo живает такую веру. Согласно официальной теории,
CQ < Будда, «Просветленный», есть некий архетип, прояв­
ляющийся в мире в различные периоды времени и пе-

50 51
ревоплощающийся в разные личности, индивидуаль­ миром и этой землей. Поэтому он заявляет, что Бод-
ные особенности которых ни в коей мере не представ­ хисаттва, представляющий собой нечто лежащее за
ляются значимыми. пределами этого мира и, несомненно, враждебное
Для буддистов, верящих в реинкарнацию, очевид­ ему, не имеет права даже на горсть той земли, на ко­
но, что Гаутама приходил в мир в 560 г. до н. э. не в торой он расположился для медитации. Бодхисаттва
первый раз. Как и всякое другое существо, он испы­ же, наоборот, утверждает, что благодаря бесчислен­
тал множество перевоплощений: был обитателем мира ным деяниям самопожертвования в своих предыду­
животных, мира людей, мира богов. Во время этих щих жизнях он завоевал право на этот небольшой
многих перерождений он делил общую судьбу со всем клочок земли.
живым. Такое духовное совершенство, которым об­ 2. Если бы учение Будды излагало всего лишь ка­
ладал Будда, не может быть результатом только од­ кое-либо человеческое существо, ему бы не хватало
ной жизни. Оно должно было созревать медленно, в авторитетности. Н а самом же деле оно исходит из ду­
течение целых эпох. Будда находился в длительном ховного принципа, из природы Будды, которая скры­
путешествии, продолжительность которого поражает вается внутри личности Шакьямуни и которая, как
воображение. Согласно принятому исчислению, оно мы могли бы сказать, «вдохновила» его понять исти­
заняло чуть больше трех неизмеримых эонов (т. е. ну и учить ей. Когда буддисты рассматривают Будду
кальп, см. с. 71). В годичном исчислении это могло в качестве духовного принципа, они называют его
быть примерно 3 х 1051 лет, или по крайней мере Т а т х а г а т о й или говорят о его т е л е Дхармы. И зна­
что-то рядом с этой цифрой. В течение всего этого чальный смысл слова «Татхагата» нам неизвестен.
времени будущий Будда практиковал все добродете­ Поздние комментарии объясняют этот термин как со­
ли всеми возможными способами. Ж е ст, призываю­ ставленный из двух слов: из т а т х а , «так», и причас­
щий землю в свидетели, характерный для большин­ тия прошедшего времени а г а т а , «пришедший», или
ства статуй Будды, символизирует его длительную причастия г а т а , «ушедший». Другими словами, Т а т ­
подготовку к реализации. Предание рассказывает нам хагата — это тот, кто пришел или ушел «таким-то
о сражении Шакьямуни с Марой — олицетворением образом», как и другие Татхагаты. Это объяснение
мирового зла, владыкой этого мира, — происшедшем подчеркивает то обстоятельство, что «исторический
непосредственно перед просветлением. Шакьямуни Будда» — не обособленный персонаж, что он —
говорит Маре о том, что он доказал свое презрение к лишь один из бесконечного ряда неисчислимых Тат-
мирской власти и славе тем, что жертвовал богатст­ хагат, которые появляются в мире в разные эпохи и
вом, телом и самой жизнью множество раз на протя­ проповедуют одно и то же учение. Тем самым Будда
жении многих жизней. Он указывает на землю как на Татхагата предстает, по существу, как один из мно­
свою свидетельницу, и божество земли поднимается гих. Особой известностью пользовались группы из
из глубин, чтобы подтвердить эти слова. Оно так­ семи, двадцати четырех или тысячи Татхагат. В ис­
же свидетельствует о том, что Шакьямуни завершил кусстве Санчи и Бхархута, к примеру, семь Татхагат,
выполнение практики и обета Бодхисаттвы. Эта т. е. Шакьямуни и шесть его предшественников,
притча заключает в себе глубокую духовную истину. представлены в виде семи ступ, содержащих в себе их
Мара, который соответствует сатане, правит этим мощи, или же в виде семи деревьев, под которыми

52 53
они обрели просветление. В Гандхаре, Матхуре и ла. Оно может перемещаться в пространстве разме­
Аджанте семь Будд носят человеческий облик, при­ ром не больше горчичного зерна; однажды Будда в
чем друг от друга они практически неотличимы. три шага поднялся на небеса Индры, которые на са­
3. Теперь мы должны рассмотреть Будду в его мом деле находятся очень далеко.
т ел е славы. Пребывая в качестве человеческого Детальное обсуждение всех традиционных знаков
существа, Шакьямуни, естественно, и выглядел как сверхчеловека могло бы завести нас слишком далеко,
любой другой человек. Но это обыкновенное, челове­ несмотря на то что понимание буддийского искусства
ческое, тело Будды являлось не чем иным, как разно­ невозможно без тщательного знакомства с ними.
видностью внешней оболочки, окружавшей и скры­ «Тело славы» Будды составляло восемнадцать футов
вавшей его истинную личность, случайной и незначи­ в высоту, и многие статуи Будды — именно такого
тельной. Оно вовсе не было адекватным выражением размера. Это тело имело золотистый оттенок. «М еж
подлинного существа Будды. То, что скрывалось за бровей Бхагавана располагался курчавый завиток
этой внешней оболочкой, представляло собой иную (урна), мягкий как хлопок, похожий на цветок ж ас­
телесную разновидность, во многом отличающуюся мина, на луну, на раковину моллюска, на тычинку ло­
от тел обычных смертных, и ее можно было уви­ тоса, на коровье молоко, на соцветие изморози».
деть только особым оком веры. Буддисты именова­ Многоцветные лучи света исходили от этого завитка
ли его по-разному: «тело наслаждения», «чистое те­ волос, который был белым как снег или серебро. На
ло», «тело, которое выражает истинную природу скульптурах урна часто изображена в виде простой
Будды». Перечень, состоящий из 32 «признаков точки или в виде драгоценного камня. Н а более позд­
сверхчеловека» и часто дополняемый списком из нем этапе буддийской истории тантра, под влиянием
80 «вторичных признаков», описывал наиболее вы­ шиваизма, интерпретировала урну как третий глаз,
дающиеся черты «тела славы» Будды. Этот пере­ «глаз мудрости». Здесь нам приходится иметь дело с
чень — общий для всех трех школ, и, должно быть, традицией, которая многим обязана йогическим прак­
он довольно древний. Изображения и статуи Будды, тикам. Для йогинов обычна концентрация на невиди­
которые мы находим в буддийском искусстве, нико­ мом центре над бровями или между ними, и учение
гда не относились к человеческому телу, всеми види­ йоги всегда придерживалось того мнения, что в этой
мому, но всегда старались представить «тело славы» части лба располагается нечто вроде центра психиче­
Будды. ской или духовной силы.
Мысль о том, что различные знаки на теле, по­ Два других признака «тела славы» Будды пред­
стижимые только мудрецами, указывают на предна­ ставляются особенно заметными и важными. У него
значение личности, на ее социальный статус и на ее имеется уьиниша (букв, «тюрбан», «головная повяз­
будущее, — отнюдь не открытие, совершенное на ка»), которая у статуй изображается в виде некоего
поздних этапах буддийской истории; она намного возвышения или выпуклости на макушке. Оно круг­
древнее, чем сам буддизм. Тридцать два признака лое в Гандхаре, коническое в Камбодже, заостренное
сверхчеловека были заимствованы из добуддийских в Сиаме и на бенгальских миниатюрах X I в. и в фор­
руководств по астрологии. «Тело славы» Будды не ме пламени в Лаосе. Кроме того, от тела Будды не­
подвергается физическим ограничениям обычного те­ прерывно исходит свет. Лучи, исходящие от него, ос­

54 55
вещают обширное пространство. «Вокруг т е л а Буд­ не может быть религией, другие — что буддизм, не­
ды на расстоянии в ш есть ф у т о в вокруг всегда сомненно, является религией, ведь вера в Бога и не
си яет с в е т , постоянно излучаясь во всех направле­ составляет существо религии. Эти споры предполага­
ниях, днем и ночью, будучи так и м же ярким, как ют, что Бог — понятие недвусмысленное и опреде­
ты сяч а солнц, и напоминая гору драгоценностей, ленное, что существование Бога — факт несомнен­
пришедшую в движение». Согласно общеиндийской ный. Мы можем выделить по крайней мере три зна­
традиции, тела великих людей излучают некую огнен­ чения этого понятия. Во-первых, это личный Бог,
ную энергию, и привычка к медитации усиливает ее. творец вселенной; во-вторых, это Бож ественная
Очень часто эта магическая мощь представлена язы ­ природа, предположительно безличная либо надлич­
ками пламени, которые вырываются из ореола, окру­ ностная; и в-третьих, это целый ряд богов, или анге­
жающего фигуру Будды, и иногда из его плеч. На лов, что почти одно и то же.
Яве небольшие языки пламени, исходящие из ореола 1. Что касается первого значения, то буддийская
вокруг статуй Будды, образуют священный слог ом; традиция не отрицает существование творца, однако
по форме это перевернутый вопросительный знак со она равнодушна к вопросу о том, кто сотворил все­
спиральным хвостиком. Голову Будды окружает ленную. Цель буддийского учения — освобождение
нимб, символизирующий божественность и святость. живых существ от страданий, а спекуляции по поводу
В искусстве Гандхары нимб придавался также богам происхождения вселенной, по мнению буддистов, от­
и царям, а в IV в. этот символ приняло и христиан­ нюдь не помогают решить эту задачу. Эти спекуля­
ское искусство. ции — не только пустая трата времени; они также
Всегда, когда в буддийской традиции говорится о препятствуют избавлению от страданий, поскольку
Будде, подразумевается эта его тройственность. Для рождают недобрую волю как внутри конкретного ин­
историка-христианина или сторонника агностицизма дивида, так и в окружающих. Придерживаясь подоб­
реален только Будда-человек, духовный же и магиче­ ного агностицистского подхода к вопросу о личности
ский аспекты Будды для него не более чем фикции. творца, буддисты тем не менее всегда ставили Буд­
Но верующие буддисты думают совершенно иначе. ду выше Брахмы, — того бога, который, соглас­
Для них более значимы природа Будды и «тело сла­ но брахманической теологии, сотворил вселенную.
вы» Будды, а плоть Будды и его историческое суще­ Они видели в Брахме бога, обуянного гордостью, ко­
ствование представляются им всего лишь лохмотьями, гда он говорил о себе: «Я есмь Брахма, я великий
наброшенными на его духовную славу. Брахма, Ц арь богов; я несотворен, я сотворил мир,
я являюсь господином мира, я могу т в о р и т ь , пре­
образовы вать и д а в а т ь рождение; Я являюсь О т ­
Л т е и с т и ч е н ли буддизм ? цом всего». Буддийские писания в этой связи указы­
вают, что Татхагата свободен от подобного ребяче­
Часто говорили о том, что буддизм — это атеи­ ского самомнения. Если безразличие по отношению к
стическая система мысли, и данное утверждение по­ личности творца вселенной считать атеизмом, то то­
родило многочисленные дискуссии. Одни полагали, гда буддизм действительно является системой атеи­
что поскольку буддизм не знает никакого Бога, то он стической.

56 57
2. В настоящее время — возможно, исключитель­ Подобным же образом Будда — своего рода лич­
но благодаря работам Олдоса Хаксли1 — нам извест­ ное воплощение нирваны — становится объектом
на разница между Богом и Божественной природой, всех тех чувств, которые мы обычно называем рели­
что составляет сущностную черту вечной философии. гиозными.
И если мы сравним атрибуты Божественной приро­ На протяжении всей буддийской истории сущест­
ды — как она понималась в наиболее мистических вовало противостояние между бхактическим и гности­
традициях христианской мысли — с атрибутами нир­ ческим подходами к религии, подобное тому, какое
ваны, то почти не найдем никаких различий. Это мы можем обнаружить в христианстве. Однако отли­
правда, что нирвана не имеет никаких космологиче­ чие здесь в том, что в буддизме гностическое видение
ских функций, что мир создан не Богом, но нашей всегда считалось более правильным, тогда как бхак-
жадностью и невежеством. Это правда, что позиция тическое, основанное на богопочитании, рассматрива­
буддистов относительно отвержения мира во всех его лось более или менее как уступка обычным людям
проявлениях более радикальна, чем та, которую мы (см. с. 192 и сл.). Философское мышление облекает в
замечаем у многих христиан. В то же самое время они некое эмоциональное тепло даже абстракции, ко­
обходились без целого ряда неуклюжих теологиче­ гда они имеют дело с Абсолютом, — достаточно
ских выкладок и не были вынуждены, к примеру, вспомнить Аристотелево описание Перводвигателя.
примирять существование всемогущего и любящего Однако в буддизме, вдобавок к этому, вся система
Бога с наличием огромного количества страдания и обрядов и религиозного величия ассоциируется с ин­
беспорядка в этом мире. Возможно, вследствие своей теллектуально понимаемым Абсолютом; это не впол­
склонности к точности мысли буддисты также нико­ не убедительно с точки зрения логики, но время дока­
гда не утверждали, что Бог есть любовь, поскольку зало, что такой взгляд имеет свое право на существо­
слово «любовь» для них было одним из наиболее не­ вание.
подходящих и двусмысленных, которое только можно 3. Теперь мы подошли к весьма сложному вопро­
использовать. су о политеизме. Христианское вероучение, которое в
Однако, с другой стороны, в текстах говорится, какой-то степени стало основой нашего образования,
что нирвана постоянна, устойчива, непреходяща, не­ убедило нас в том, что политеизм принадлежит от­
подвижна, безвременна, бессмертна, не рождена и жившей эпохе человеческой истории, что он вытеснен
неизменна; она представляет собой силу, блаженство монотеизмом и что ему нет никакого соответствия в
и счастье, безопасное убежище, приют, неприступ­ системе современного мышления. Чтобы оценить
ную крепость; она есть действительная истина и выс­ буддийскую терпимость к политеизму, мы должны
шая реальность; она является благом, конечной це­ прежде всего понять, что политеизм достаточно жи­
лью и единственным завершением нашей жизни, веч­ вуч даже среди нас. Если в прежние времена челове­
ным, сокрытым и неизъяснимым покоем. ческое воображение пробуждали Афина, Баал, Ас-
тарта, Исида, Сарасвати, Гуань-инь и т. д., то в на­
1 Хаксли Олдос (1894— 1963) — известный английский стоящее время его воодушевляют такие слова, как
писатель, создатель так называемой вечной философии демократия, прогресс, цивилизация, равен ство,
(philosophia perennia). свобода, разум, наука и т. п. Множество персональ­

58 59
ных существ уступило место множеству отвлеченных и Черчилля, они не склонны наделять их полной бо­
имен. В Европе поворотным пунктом стал момент, жественностью. Обожествление великих людей не ог­
когда французы низложили Деву Марию и перенесли раничивается политическими фигурами. Заядлый по­
свою любовь на богиню Разума.1 Причину этого из­ литеизм человеческого ума прорвался наружу в исла­
менения не нужно далеко искать. Персональные бо­ ме и христианстве сквозь оболочку официального
жества возрастают на почве земледельческой культу­ монотеизма в форме почитания святых. В исламе свя­
ры, где большинство населения неграмотно, в то вре­ тые вновь смешиваются с духами, которые с древних
мя как отвлеченные названия завоевывают признание времен населяли различные местности. Наконец, мы
у образованного населения современных городов. должны понять, что религиозные люди всюду ожида­
В средневековье люди отправлялись на войну во ют немедленного получения выгоды от своей религии.
имя Иисуса Христа, святого Георгия или святого И о­ Недавно я видел витрину одного англиканского мага­
сифа. Современные крестовые походы совершаются зина в Оксфорде и подумал, что в настоящее время
в поддержку таких абстракций, как христианство, святой Христофор, похоже, становится единственным
христианский образ жизни, демократия и права че­ святым, к которому обращаются в этих кругах. М е­
ловека. дальоны с его изображением защищают от автомо­
Впрочем, грамотность — не единственный фак­ бильных аварий. Подобным же образом и буддист
тор, который отличает наш современный политеизм ожидал от своей религии, что она сможет защитить
от политеизма древности. Другой фактор — это наша его от болезней и пожара, что она сможет дать ему
отделенность от сил природы. Каждое дерево, каж­ потомство и другие блага. Совершенно очевидно, что
дый родник, озеро или река, почти каждый вид жи­ этот единственный Бог, который парит над звездами
вотных могут однажды произвести божество. Ныне и присматривает за всей вселенной, на самом деле не
мы слишком далеки от природы, чтобы думать об может беспокоиться о таких пустяках. Особые нуж­
этом. К тому же под влиянием наших демократиче­ ды, таким образом, порождают особых божеств, что­
ских пристрастий мы все меньше и меньше располо­ бы те их удовлетворяли. В настоящее время мы р аз­
жены к тому, чтобы обожествлять великих людей. В вили в себе своеобразную веру в то, что наука и про­
Индии царей считали богами, да впрочем, уже и со мышленность обеспечат эти запросы , и наши
времен Египта деспотизм божественного правителя наиболее «суеверные» представления стали служить
был наиболее эффективным средством сохранения видам деятельности, содержащим большую долю слу­
обширных империй — в Риме, Китае, Иране и Я по­ чайности.
нии. Как бы ни превозносили люди Гитлера, Сталина Среди тех групп людей, которые приняли буд­
дизм, почти все виды деятельности содержали боль­
шой элемент случайности, и поэтому огромное число
1 Автор имеет в виду события, последовавшие после фран­ божеств было призвано для защиты и помощи. У
цузской революции 1789 г., когда якобинские власти установи­
буддистов и не нашлось бы никаких возражений про­
ли служение абсолютному началу в виде Разума. Впрочем,
тив культа множества богов, поскольку идея ревниво­
данный «культ» не покидал пределов Парижа и сразу же после
го Бога в достаточной мере чужда им; к тому же они
победы реакции был ликвидирован. Соответственно был вос­
становлен и культ Девы Марии. преисполнены убеждения, что любое интеллектуаль­

60 61
ное прозрение слишком ограниченно, поэтому нам 1. Ч т о же то гд а е с т ь благородная истина
весьма трудно знать, когда мы правы, и практически страд ан и я? Рождение е с т ь страдание, старение
невозможно быть уверенными в том, что не прав е с т ь страдание, болезнь е ст ь страдание, см ерть
кто-то другой. Подобно католикам, буддисты счита­ е с т ь страдание. Б ы т ь соединенным с т е м , ч т о не
ют, что вера может сохранять жизнеспособность нравится, е с т ь страдание. Б ы т ь разлученным с
только в том случае, если ее подогнать к умственным т е м , ч т о нравится, е с т ь страдание. Не получать
способностям среднего человека. Поэтому существо­ т о , ч т о хочется, — э т о т а к ж е е с т ь страдание.
вание брахманистских божеств ранние буддисты счи­ Словом, всякая привязанность к (любой и з) п я ти
тали само собой разумеющимся; в дальнейшем будди­ скандх е с т ь страдание.
сты принимали всех богов той географической облас­ 2. Ч т о же тогд а е с т ь благородная истина при­
ти, куда они приходили. чины страдан и я? Она с о с т о и т в э т о м стр астн о м
Если атеизм отрицает существование Бога, то мы стремлении к перерождению, сопровождаемому
были бы введены в заблуждение, описывая буддизм удовольствием и ж адностью , поиском удовольст­
как атеизм. Иное дело, что монотеизм никогда не был вия т о здесь т о т а м , т . е. в стремлении к ч у в с т ­
привлекательным для буддийского ума. Последнему венному оп ы ту, стремлении к увековечиванию себя
также были безразличны вопросы о происхождении или к саморазрушению.
вселенной — за одним исключением. Около 1000 г. 3. Ч т о же то гд а е с т ь благородная истина пре­
н. э. буддисты на северо-западе Индии вошли в кон­ кращения страд ан и я? Она с о с т о и т в полном пре­
такт с победоносными силами ислама. В своем жела­ кращении это го стр астн о го стремления, в о тк а зе
нии быть всем для всех и каждого некоторые будди­ о т него, в отречении о т него, в отбрасывании его,
сты, проживающие в том регионе, ввели в свою в освобождении о т него, в непривязанности к нему.
теологию понятие Л дибудды, разновидности всемогу­ 4. Ч т о же тогд а е с т ь благородная истина пу­
щего и всеведущего Будды, который посредством т и , ведущего к избавлению о т страдан и я? Э т о т
своей медитации породил вселенную. Это понятие восьмеричный п у т ь т а к о в : правильные взгляды,
также было усвоено некоторыми сектами в Непале и правильные намерения, правильная речь, правиль­
Тибете (см. с. 253 и сл.). ные действия, правильный образ жизни, правиль­
ные усилия, правильное памятование, правильное
сосредоточение.
Ч е ты р е благородные и стины Постоянное размышление над Четырьмя благо­
родными истинами как наиболее основополагающими
Обратимся теперь от Будды к Дхарме. Сущность фактами бытия является основной задачей в жизни
учения, принимаемого всеми школами, была выраже­ буддиста. Здесь я должен ограничиться первой исти­
на в Четырех благородных истинах, которые Будда ной. Рассмотрение некоторых из ее следствий помо­
впервые проповедовал в Бенаресе вскоре после своего жет нам увидеть буддийское учение в надлежащей
просветления. Сначала я представлю формулировку перспективе.
этого основополагающего учения, а затем прокоммен­ Понять смысл первой истины не представляет
тирую ее. труда, и всякий может с ней согласиться. В ней про-

62 63
сто перечисляются семь хорошо известных аспектов Когда люди видят труп, они часто вздрагивают и от­
жизни, которые преисполнены страдания. Наше ин­ ворачиваются. Если неприятные и вызывающие от­
теллектуальное сопротивление начинается только со чаяние реалии жизни становятся темой для беседы,
второй истины, предполагающей универсальность это шокирует «утонченных натур» и пугает людей по­
страдания. Однако мы должны справиться со своим проще. И снова необходимо особое умственное уси­
эмоциональным сопротивлением, которое мешает лие для того, чтобы вынести на поверхность то, что
прийти к полному пониманию даже первой истины. обычно скрыто. Я не могу показать здесь в деталях,
Природа многих из нас такова, что мы предпочитаем как происходит этот уход от разочаровывающей ре­
жить в своеобразном раю для дураков, обращая вни­ альности, — отчасти это случается из-за склонности
мание на светлую часть жизни и преуменьшая ее не­ к нарциссическому себялюбию, но главным образом
благоприятные стороны. Останавливаться на страда­ из-за страха, соединенного с желанием защитить
нии — значит противоречить нашим склонностям. свою личность от идей, которые угрожают ее целост­
Обычно мы скрываем свои страдания с помощью ности. Подавляющее большинство людей не может
различных «эмоциональных завес». Для большинства жить радостно, не встав при этом по отношению к
из нас жизнь была бы невыносима, если бы мы уви­ жизни в позицию страуса. И в этом смысле первая
дели ее такой, какая она есть, если бы наш умствен­ истина не является самоочевидной. Для того чтобы
ный взор смог бы отметить ее отвратительные черты уяснить ее, мы должны совершить насилие над свои­
в той же мере, как и благоприятные. Мы склонны не ми застарелыми мыслительными привычками. Поэто­
пускать беспокоящие нас факты в поле своего зрения. му, желая сломить сопротивление ума непривлека­
Данное обстоятельство можно проиллюстрировать тельным сторонам жизни, буддийский йогин будет
широко распространенным применением эвфемизмов, неоднократно и весьма подробно созерцать одно за
которые не представляют собой ничего, кроме попыт­ другим семь звеньев этой формулы страдания.
ки избежать употребления слов, вызывающих в нас В завершение данной формулы Будда заявил, что
неприятные ассоциации. Неясным или иносказатель­ все в этом мире связано со страданием. М ы уже упо­
ным выражением стараются скрыть какой-нибудь не­ минали о «скандхах» (с. 2 4 ). Теперь же скажем о
приятный или запретный факт. К примеру, во всех том, что невозможно «ухватиться» за материю, или
языках имеются сотни эвфемизмов, обозначающих же за ощущения, восприятия, побуждения и акты
смерть, уродство, болезнь, секс, процессы пищеваре­ сознания, не будучи при этом вовлеченным в страда­
ния и бытовые проблемы. Человек не «умирает», но ние. Буддхагхоша поясняет мысль Будды хорошо по­
«уходит», «делает последний вздох», «засыпает», добранными метафорами. «К ак в случае с огнем и
«уходит в мир иной», «соединяется со своим Т во р ­ топливом, с оружием и мишенью, с оводами, кома­
цом» и т. п. Требуется особое умственное усилие, для рами и т . д. и телом коровы, со жнецами и полем, с
того чтобы взглянуть в лицо реальной смерти. П о ­ деревней и грабителями — точно т а к же и здесь
всюду распространено стремление закрыть глаза на рождение и т . п. вы зы ваю т беспокойство в п я ти
неприятные факты, пройти мимо них, преуменьшить скандхах, в которых они происходят, точно т а к
их важность или приукрасить. Женщинам средних же, как т р а в а и ползучие побеги в зр а с т а ю т на
лет не нравится, когда им напоминают об их возрасте. земле или как ц веты и плоды покрывают деревья».
64
65
5 Эдвард Конзе
Универсальность страдания не сразу уясняется мым от неосознанного чувства вины. Все это хорошо
как самоочевидный факт. Мы упрямо цепляемся за иллюстрирует то, как богатые люди относятся к сво­
веру в то, что в этом мире все же можно обрести ка­ ему богатству. Я редко встречал состоятельных лю­
кое-то счастье. Только совершенный святой, только дей, которые бы не испытывали страха стать бедны­
архат может до конца понять первую истину. Будда ми. Они чувствовали себя недостойными своего бо­
выразил это так: «Трудно с большого расстояния гатства, что обычно проявляется в их попытках
вы пускать стрелу за стрелою через узкое о т в е р ­ доказать, что они заслужили его. Поскольку они при­
сти е и ни разу не промахнуться. Гораздо труднее обрели свое богатство за счет бедных, то желают не
расщ епить волосок на сотню частичек и о х в а т и т ь впускать их в поле своего зрения, или откупаться от
ими кусочек другого расщепленного волоска. Ещ е них, или мысленно принижать их, созерцая их ни­
труднее п он ять т о т ф а к т , ч т о „все е ст ь с т р а д а ­ чтожность. Подавленное сострадание выливается в
н и е'». бессознательное чувство вины. Легко сравнивать себя
Как бы там ни было, по мере нашего духовного с человеком ущемленным, бедным или уродливым
роста понимание универсальности страдания посте­ и ставить себя на его место. Некоторые из нас созна­
пенно углубляется. В мире есть довольно много оче­ ют, что ничего не сделали для того, чтобы заслу­
видных видов страдания. Большая их часть, однако, жить право быть более состоятельными, чем наши не­
сокрыта и доступна восприятию только мудрых лю­ удачливые приятели. Напротив, мы можем чувство­
дей. Явное страдание можно распознать по неприят­ вать, что вполне заслуживаем наказания и что в
ным и болезненным ощущениям, которыми оно со­ действительности нет ничего, что могло бы нас защи­
провождается, и по реакциям неприятия и ненависти. тить от подобной участи. Острого душевного страда­
Скрытое страдание содержится в том, что кажется ния избегают посредством вытеснения неприятного
приятным, но на самом деле болезненно в глубине. опыта. Мы также должны помнить о том, что наше
Достаточно упомянуть четыре вида скрытого страда­ социальное сознание никогда не может полностью
ния, понимание которых зависит от нашей духовной угаснуть. Люди более состоятельные всегда склонны
зрелости. винить себя в нищете других. И тогда они изобрета­
1. Пока приятно одному, другой с т р а д а е т . ют картину социального мира, в котором бедность ли­
Обычно люди бывают слепы к этому аспекту соб­ бо сведена к минимуму, либо оправдана, либо смягче­
ственных удовольствий. По мере того как наша спо­ на. «В Англии никто не должен нуждаться в еде».
собность к состраданию возрастает, она расширяет «Всякий может найти работу — стоит только этого
горизонт скорби, которую мы переживаем как свою захотеть». «Попрошайки — попросту лентяи, и часто
собственную. Жареная утка вкусна лишь до тех пор, они на самом деле богаты. Разве вы не читали в газе­
пока мы игнорируем чувства утки. Наш несознатель­ тах об одном недавнем случае?..» «Бедняки станут
ный ум обладает гораздо большей солидарностью с богаче, если перестанут так много выпивать или будут
другими людьми, чем мы это себе представляем. К о ­ меньше курить». Все это, может быть, и правда,
гда мы получаем удовольствие, одновременно лишая но зачем бы понадобилась такая разработанная су­
кого-нибудь его счастья, мы склонны считать это перструктура, если бы за ней не скрывалось чувство
удовольствие своего рода преимуществом, неотдели­ вины?

66 67
«Е сли р ад о сть мирских удовольствий
2. П риятное сопряжено с беспокойством, т а к И великую р ад о сть небес
как су щ е ству е т ст р а х лиш и ться его. С равн и вать с радостью уничтожения
Буддисты называют это беспокойство «страдани­ привязанности,
ем от утраты», и многие люди, если не все, подверже­ То она б у д ет меньше ее ш естн ад ц ато й ч асти .
ны ему. Тревога и страх неотделимы от привязанно­
сти. Это становится полностью очевидным только то­ Опечален т о т , чья ноша т я ж е л а ,
гда, когда кто-либо отважится освободиться от нее и И сч астл и в т о т , к т о сбросил ее;
вкусит последующие блаженство и бесстрашие. Если однажды он сбросил свою ношу,
3. В дальнейшем приятное привязы вает нас к То не б у д ет с т а р а т ь с я обременить себя вновь».
условиям, при которы х неизбежны многочисленные
страдания. Что касается второй и третьей истин, то их смысл
Какие только ужасы не ожидают нас лишь пото­ достаточно очевиден. Они утверждают, что страсть
му, что мы обладаем физическим телом! Сильное является причиной страдания и что отказ от нее мо­
удовольствие вызывает к жизни плохие кармические жет избавить от боли. Механизм, неизбежно связы­
последствия (наказание) и еще более страстные ж е­ вающий страдание и страсть, описывается в весьма
лания, которые еще крепче привязывают нас к этой важном дополнении к Четырем благородным исти­
жизни. И з-за обусловленности нашего существова­ нам, известном как формула взаимозависимого про­
ния страдание внутренне ему присуще. Обычно мы не исхождения. Она начинется с неведения, и далее пе­
способны в достаточной мере разглядеть это, и наши речисляются 12 условий, завершающихся смер-
глаза открываются только до того уровня, на котором тью-и-уничтожением, — условий, которые включают
мы, посредством продолжительной медитации, при­ в себя все, что происходит в этом мире. Открытие
обретаем некоторое понимание Необусловленного как Двенадцатеричной цепи причинности было провоз­
своего изначального источника (см. с. 147 и сл.). глашено как величайшее деяние Татхагаты. Один
4. Удовольствия, проистекающие о т чего-либо, стих подытоживает кредо всех буддийских школ, и
входящего в со став «скандх», не способны удовле­ его можно обнаружить повсюду — на стенах храмов,
т в о р и т ь более глубинные слои нашего сущ ества. камнях, статуях, стелах и в манускриптах, везде, где
Они непродолжительны, пронизаны тревожно­ буддизм оказывал свое влияние. « Т а т х а г а т а р а зъ ­
стью, грубы и вульгарны. Нелепо пытаться создать яснил причину всех т е х дхарм, которые возникаю т
что-либо реальное на чем-то зыбком, тривиальном из причин, а т а к ж е и способ их прекращения. Э т о
и незначительном, — на том, что может предло­ учение Великого А с к е т а » . Подлинное толкование
жить этот мир. Это становится все более и более Двенадцатеричной цепи причинности, однако, в каж­
очевидным по мере приобретения опыта духовного дой школе свое. Впрочем, изложение деталей выхо­
блаженства. По сравнению с ним чувственные удо­ дит за пределы этой книги. Практики, входящие в со­
вольствия кажутся неудовлетворительными и даже став восьмеричного пути, в последующих главах бу­
пагубными, поскольку они лишают нас покоя, кото­ дут рассматриваться более детально. Пока что
рый приходит благодаря отвержению и избавлению Достаточно отметить, что правильные взгляды озна­
от страсти.
69
68
чаю т Четыре благородные истины, правильные наме­ дозревали о том, что индийские «мудрецы прошлых
рения — желание самоугасания и благотворитель­ веков» задолго до того признали неизмеримость вре­
ность (что перефразировано Буддхагхошей посредст­ мени и пространства, однако сделали это не посредст­
вом трех терминов — «самоотречение, отсутствие вом «удивительных о тк р ы ти й и ясных показов» , а
недоброжелательности и необидчивость»), а пра­ благодаря своим космическим прозрениям.
вильные усилия — попытки человека покинуть не­ Что касается протяженности времени, то в И н­
благоприятные дхармы и приобрести, взрастить и дии измеряли космическое время не годами, а калъ-
развить взамен их благотворные состояния. пами, или зонами. Кальпа равна отрезку време­
ни, которое проходит между возникновением и унич­
тожением мировой системы. Буддисты говорят о
Космология длительности кальпы либо выдвигая некий аналог,
либо «вычисляя» ее. Представьте себе гору, состоя­
Четыре благородные истины — суть религиозно­ щую из очень твердых пород, более высокую, неже­
го учения буддизма. В своих взглядах на структуру и ли Гималаи, и представьте, что человек лоскутом
эволюцию вселенной буддисты, однако, довольство­ тончайшей бенаресской ткани раз в столетие дол­
вались заимствованием традиций современного им жен слегка дотрагиваться до той горы, — тогда вре­
индуизма. Индуистская космология в значительной мя, которое потребуется для того, чтобы стереть ее
мере мифологична и весьма сильно отличается от на­ полностью, составит приблизительно как раз один
шей. Поэтому будет уместно сказать несколько слов эон. Что касается цифр — одни говорят, что кальпа
о некоторых ее характерных особенностях. Мы огра­ длится только 1 344 ООО лет, другие предлагают число
ничимся здесь, с одной стороны, объяснением поня­ 1 280 ООО ООО, — то никакого согласия в этом отноше­
тий эонов и мировых систем, а с другой — шести нии не существует. В любом случае имеется в виду ог­
условий жизни. ромный и практически невычислимый период времени.
До коперниканской революции и изобретения те­ З а одну кальпу происходит эволюция мировой
лескопа европейский ум был заключен во вселенную, системы, начиная от ее первоначального сгущения и
весьма небольшую по своим размерам. В 1638 г. ос­ до окончательной гибели в огне. Одна мировая систе­
лепнувший Галилей писал своему другу Диодати: ма следует за другой, без начала и конца, почти не­
«У вы , т в о й дорогой друг и слуга Галилео за послед­ прерывно. Мировая система — это конгломерат
ний месяц безнадежно ослеп, т а к ч т о э т о небо, множества солнц, лун и т. д. Бесчисленные мировые
э т а земля, э т а вселенная, которые я благодаря системы располагаются в неизмеримо громадном про­
своим удивительным о тк р ы ти я м и ясным показам странстве. В некотором смысле, аналогичное пред­
увеличил в размерах в с т о ты сяч раз по сравнению ставление прослеживается в современной астрономии,
с т е м , какой земля казалась мудрецам прошлых когда та говорит почти о миллионе уже известных
веков, с э т и х пор и навсегда уменьшилась для меня «островных вселенных», многие из которых находят­
до размеров маленького п ростр ан ства, заполненно­ ся от нас на расстоянии от одного до двух миллионов
го только моими собственными телесными ощу­ световых лет. Каждая такая «спиральная туман­
щениями». Европейцы X V II в. совершенно не по­ ность» состоит из тысяч миллионов звезд, вращаю­

70 71
щихся вокруг общего центра. По форме они часто на­ «Боги» (дэвы) находятся «поверх» нас — в том
поминают мельничные колеса, — это, кстати, замеча­ смысле, что их материальная форма более тонка, чем
ли и буддисты. Земля образует часть «галактической наша, их эмоции менее грубы, продолжительность их
системы», у буддистов ей соответствует « э т о т мир жизни больше и они менее подвержены страданию,
С аха». чем мы. Они напоминают олимпийских богов, но с
Буддийские взгляды относительно размеров все­ тем важным отличием, что они не «бессмертны». В
ленной подтверждаются недавними открытиями; без­ некотором отношении они гораздо более похожи на
граничность буддийской вселенной не может не спо­ «ангелов», чем на «богов». Буддийская традиция
собствовать духовному росту. Однако было бы предлагает сложную классификацию богов, которую
неверно делать вывод, будто детальное описание уст­ мы здесь можем опустить. Асуры также представля­
ройства и состава мировой системы, которое дают ют собой разряд небесных существ. Это яростные ду­
буддийские писания, можно привести в соответствие хи, которые постоянно сражаются с богами. Одни ав­
с идеями современной науки. Почти все традицион­ торы причисляют их к богам, другие — помещают их
ные описания должны казаться нам неправдоподоб­ среди голодных духов.
ными. В частности, мы много слышим о «раях» и Животный мир, мир голодных духов и ады обра­
«адах», присущих каждой мировой системе, да и описа­ зуют триаду неблагоприятных рождений, или скорб­
ние земной географии достаточно сильно расходится с ных состояний. Термин «голодные духи» (преты)
картиной, которую предлагает нам современный атлас. первоначально относился к «духам предков», но бо­
Буддисты, кстати сказать, считают само собой разу­ лее развитая буддийская теория попыталась система­
меющимся, что жизнь не ограничена пределами этой тизировать под этим заголовком большую часть
земли и что живые существа обитают на многих звез­ фольклорных духов, бытовавших в Индии. «А ды »
дах, а более поздний буддизм махаяны придавал особое весьма многочисленны, обычно их делят на холодные
значение буддам и бодхисаттвам, которые трудятся ра­ и горячие. Поскольку пребывание в адах тоже ко­
ди облегчения страданий живых существ в мировых гда-нибудь подходит к концу, они в гораздо большей
системах, отличных от нашей (см. с. 205 и сл.). степени похожи на чистилище католической церкви,
Теперь перейдем к классам живых существ. В на­ нежели на ад православного христианства.
стоящее время мы различаем три разновидности ж из­ Страдание — участь представителей всех форм
ни: люди, животные и растения. Буддийская традиция жизни. Боги страдают оттого, что им придется в свое
насчитывает шесть уровней существования: это боги, время лишиться возвышенного состояния. В жизни
асуры, люди, голодные духи, животные и существа людей больше горестей, чем радостей, и часто их сле­
ада. Некоторые авторы насчитывают только пять «ми­ дующее существование оказывается хуже предыду­
ров», опуская асуров. Имеются большие расхождения щего. Преты все время мучаются от голода и жажды;
в деталях, но общая схема принимается всеми школа­ боль же, испытываемая обитателями ада, вообще з а ­
ми. Все неисчислимые существа в мире попадают в предельна. Соприкоснувшись с океаном страдания,
один из этих шести, или пяти, классов. Заслуги, кото­ человек, искушенный в буддийском учении, почувст­
рые кто-либо из них приобрел в прошлом, определяют вует жалость и будет размышлять так: «Если даже я
место, где этот кто-то должен переродиться. подарю этим существам наивысшее в мире счастье, то

72 73
оно все равно должно закончиться страданием. Т оль­
ко посредством вечного блаженства нирваны я могу
принести благо всем. Так что, прежде всего, я дол­
жен обрести истинную мудрость, а затем уже могу
работать на благо других живых существ». Как бы то
ни было, рождение в человеческом облике имеет важ ­ Глава II
ное значение для постижения Дхармы. Боги слишком
счастливы, чтобы чувствовать неудовольствие по по­ М О Н А Ш Е С К И Й БУ Д Д И ЗМ
воду обусловленного порядка вещей, и они живут
слишком долго, чтобы оценить непостоянство. Созна­
ние животных, голодных духов и существ ада слиш­ Сангха
ком омрачено. Человек же, однажды достигнув опре­
деленных высот духовности, уже никогда больше не Первое, и самое основное, деление буддистов —
переродится в «безрадостных состояниях». Впрочем, это деление их на монахов и домохозяев. В этой главе
согласно воззрениям большинства буддийских школ, я намереваюсь описать наиболее важные достоинства
он может по собственной воле искать перерождения в монастырской жизни, в следующей — перейти к об­
них для того, чтобы помочь тамошним существам зору народного буддизма, а затем — посвятить ос­
проповедью Дхармы. Таким образом, он радует и во­ тавшуюся часть книги описанию различных школ
одушевляет этих существ, а также взращивает в себе буддийской мысли.
и отвращение к существованию, и терпение. Костяк буддийского движения составляли монахи.
Только монашеская жизнь может полноценно обеспе­
чить благоприятные условия для духовной жизни, на­
целенной на высочайшую цель. Монахи жили либо об­
щинами, либо как отшельники, в уединении. Совокуп­
ное «братство» монахов и отшельников называется
сангхой. Сангха, естественно, всегда представляла со­
бой только меньшую часть буддийского сообщества. В
пропорции к домохозяевам число ее членов на разных
этапах истории варьировало в достаточно широких
пределах. В Китае, к примеру, в 450 г. н. э. насчиты­
валось 77 258 монахов и монахинь, а в 525 г. —
2 миллиона. На Цейлоне в 450 г. н. э. было 50 ООО
монахов, в 1850 г. их осталось лишь 2500, потом в
1901 Г. их число увеличилось до 7300. В Японии в
1931 г. на 58 400 священнослужителей приходилось
40 миллионов мирян. В Тибете в монастырях жило
подчас до одной трети всего мужского населения.

75
Монахи представляют собой буддийскую элиту.
ках и поэтому можно с уверенностью говорить, что
Только они и являются буддистами в собственном
они очень древние, поскольку появились в буддизме
смысле этого слова. Жизнь домохозяина практически
еще до его разделения на независимые школы. Слово
несовместима с высокими уровнями духовной жизни.
пратимокш а может означать либо «отказ от греха»,
Это было общим убеждением всех буддистов во все
либо «оснащение, вооружение». Дважды в месяц
времена. Их разделяла только та степень строгости, с
правила нужно было декламировать на собрании всей
которой они придерживались его. Хинаяна в целом не
общины.
была склонна признавать какие-либо исключения.
Правда, в Вопросах царя Милинды как-то неохотно,
но все же допускается, что мирянин также может об­
Б ед н о сть
рести нирвану, но сразу же оговаривается, что рано
или поздно он должен либо вступить в общину, либо
Бедность, безбрачие и непричинение вреда были
умереть. В любом случае, мирянин мог достичь нир­
тремя столпами монашеской жизни. У монаха почти
ваны в этой жизни только тогда, когда он следовал
никогда не было никакой личной собственности. Ему
монашеской дисциплине в одном из своих прежних
позволялось иметь одежду, чашу для подаяний, иглу,
существований. Махаяна пошла дальше, предоставив
четки, бритву, которой он должен был брить себе го­
мирянам возможность становиться бодхисаттвами,
лову каждые две недели, и цедилку, служившую для
т. е. буддистами высшего уровня. Известным приме­
удаления мелких живых организмов из питьевой во­
ром является мирянин Вималакирти. Чтобы бодхи-
ды. Первоначально его одежда состояла из лохмоть­
саттва не был увлечен домом и семьей, он должен
ев, подбираемых им на кучах мусора за деревнями.
был сохранять надлежащее, весьма бдительное отно­
Все это тряпье сшивалось и выкрашивалось в фор­
шение к чувственным удовольствиям. Он должен был
менный для монахов шафрановый цвет. Позднее
испытывать отвращение к ним и бояться их «подобно
ткань для одежд обычно предоставлялась мирянами в
т о м у , к т о , находясь в глуши, кишащей грабителя­
качестве пожертвования. Теоретически и по предпи­
ми, е с т пищу, дрожа о т стр аха, и беспрестанно
санию монах должен был обходиться без дома, т. е.
надеется поскорее убраться из это го ужасного
без постоянного пристанища. Монах вел бездомную
м еста».
жизнь, и чтобы начать ее, он должен был покинуть
Непрерывная преемственность монастырской ор­
дом, преисполнившись веры. Первоначальная стро­
ганизации была единственным неизменным фактором
гость монашеских правил, по всей видимости, требо­
буддийской истории. Монастырская жизнь регламен­
вала, чтобы монах жил в лесу под открытым небом, у
тировалась правилами винаи. Этот термин произве­
подножия дерева. Виная говорит о жизни в монасты­
ден от слова ви наяти , т. е. «уводить прочь» от зла,
рях, святилищах, храмах, домах и пещерах как о рос­
«дисциплинировать». Монахи придавали особую зна­
коши, которая, хотя и допустима, тем не менее таит
чимость соблюдению правил винаи. Монашеская дис­
множество опасностей. Пищу следовало добывать
циплина была кодифицирована в правилах прати-
мокши. Различные школы насчитывали от 227 ДО подаянием.
По сути дела, монах во всех своих нуждах должен
253 правил. Они почти одинаковые во всех источни­
был полностью полагаться на подаяние. Одни мона­
76
77
хи, желавшие вести особенно строгую жизнь, подчи­ ние сангхи и сооружение бесчисленных объектов по­
нялись этому правилу. Другие, по-видимому, уже с клонения, таких как ступы и статуи. Буддисты рас­
самых ранних времен принимали приглашения в дома сматривают практику собирания милостыни как
верующих. Запрет на владение деньгами существовал благоприятную почву для взращивания многих добро­
довольно долго. Примерно через сто лет после осно­ детелей. Монах не испытывал никакого чувства не­
вания общины некоторые монахи из Вайшали попы­ полноценности по поводу своего образа жизни. Он
тались нарушить это правило, и их поведение привело понимал, что он отнюдь не бездельник, что он ведет
к первому настоящему кризису. Второй собор в Вай­ достаточно деятельную жизнь, обуздывая свои жела­
шали решил этот вопрос в пользу строгого соблюде­ ния и развивая созерцательные прозрения. Посколь­
ния правил, но в более позднее время были сделаны ку одной из главных добродетелей считалась щед­
значительные послабления по поводу владения день­ рость, монахи были уверены, что, принимая милосты­
гами, землей и другой собственностью. ню, они дают домохозяину возможность накопить
Чаша для подаяний служила знаком независимо­ заслуги. В нынешнее время общество склонно считать
сти Будды. Многие статуи показывают Будду держа­ созерцательных людей паразитами. С буддийской же
щим эту чашу; это означает, что он получил ее в каче­ точки зрения наличие созерцателей — единственное
стве вознаграждения за отказ от статуса мирового оправдание существования человеческого общества.
владыки. Учителя нередко отдавали свои чаши для Во время своих походов за подаянием монахи час­
подаяний преемникам в знак передачи своей власти. то встречались со случаями унизительного к себе от­
И конечно же, необходимо вспомнить, что в азиат­ ношения. Их называли «лысоголовыми» или давали
ских странах прошение милостыни всегда было при­ другие обидные прозвища, и обуздание гордости в
емлемым способом зарабатывания на жизнь. Кроме этой связи рассматривалось в качестве одного из пре­
того, мы предпочитаем не вспоминать, что в средние имуществ сбора милостыни. Кроме того, находясь в
века все европейские монашеские ордена содержали таком положении, можно было научиться иметь мало
себя благодаря милостыне. Только экономическая желаний, быть удовлетворенным и сдерживать чувст­
система, сформировавшаяся с возникновением капи­ ва гнева и разочарования. Результат похода за мило­
тализма, сочла, что прошение милостыни несовмести­ стыней не был ясен заранее, поэтому монах учился
мо с ее потребностью в промышленных работниках, и временами вообще обходиться без самых нужных ве­
поэтому в качестве одной из первых мер приняла з а ­ щей. Равнодушие просящих милостыню монахов к
коны о бродяжничестве. Если обратиться к истории, мирской выгоде, их спокойное и отмеченное достоин­
то можно заметить, что все развитые формы челове­ ством поведение помогали обратить неверующих и
ческих сообществ, по-видимому, обладали достаточ­ укрепить веру у верующих.
ным излишком средств на обслуживание своих нужд. Практика прошения подаяния дает широкие воз­
Египтяне использовали его для строительства пира­ можности для того, чтобы правильно наблю дать за
мид. В настоящее время большая часть этого излишка своим телом , контролировать свои ч у вства и
тратится на войны, дамские безделушки и наркотики, сдерж ивать мысли. Монах должен ходить от одного
т. е. на табак, пиво, кино и художественную литера­ дома к другому, не делая различий между теми, кто
туру. В буддийских странах он тратится на содержа­ богат, и теми, кто беден. Он не должен обращать

78 79
внимания на то, что он получает, и не должен показы­ Э то т пример, я полагаю, подтверж дает общ ее наблю ­
вать, доволен он или нет. Если женщина подает дение, согласно которому откры тое исповедование
ему пищу, он не должен ни разговаривать с ней, ни альтруи зм а часто прикры вает чью -то личную выгоду.
глядеть на нее, ни гл азе ть на ее красоту или урод­ М ахаян и ст, как бы там ни было, долж ен и сп ользо­
ст в о . Пища, которую получали монахи, отнюдь не вать сбор подаяния в качестве возм ож н ости взрасти ть
всегда была обильна и вкусна или даже съедобна. свою лю бовь к окруж аю щ им его сущ ествам .
Проблемы с пищеварением приводили к «профессио­ Со временем, в особенности за пределами Индии,
нальным» заболеваниям монашеских общин. Опыт практика сбора подаяния была прекращена. Доводы в
буддийских монахов в каком-то смысле составляет пользу отказа от древнего нищенствования, которые
параллель опыту Франциска Ассизского, который приводит в своей И огаш астре Асанга, весьма благо­
некогда был процветающим человеком, «большим родны и альтруистичны; в настоящее время их часто
привередой в родительском доме». После своего ве­ можно услышать и из уст зажиточных христиан. С о ­
ликого отречения от всего имущества он взял с собой гласно Асанге, монахи могут владеть имуществом и
чашу и просил объедки, ходя от одной двери к дру­ быть богатыми, у них даже может быть золото, се­
гой. Как повествует легенда, «когда ему приходилось ребро или шелковые одежды, поскольку все это по­
съ ед ать э т о месиво из разных объедков, поначалу зволяет им быть более полезными для окружающих и
он морщился, поскольку т а к и не привык даже взи ­ помогать им. К настоящему времени обычай собирать
р а т ь на э т у пищу с благосклонностью. Наконец, милостыню полностью исчез в Китае, Корее и Анна-
превозмогая себя, он начинал е сть, и п отом ему ме. В Китае, при династии Тан, была основана осо­
уже казалось, ч т о никогда в жизни он не едал пи­ бая школа, а именно школа виная, для того чтобы
щи вкуснее». оживить древнюю практику сбора подаяния и уже­
Наконец, огромными преимуществами сбора по­ сточить соблюдение строгих правил винаи вообще.
даяния можно считать отсутствие уз, подлинную При династии Сун чаньские монахи занимались ни­
независимость, возможность свободно приходить и щенством, и эта практика до сих пор сохраняется сре­
уходить. По сравнению с жизнью странствующего ди монахов дзэн в Японии. В Японии, однако, сбор
монаха жизнь домохозяина казалась душной и неин­ подаяния не является основным источником средств
тересной. Даже жизнь монашеских общин, более осед­ существования; это лишь дисциплинарное упражне­
лая, содержала множество печалей и тревог, которые ние для новичков или способ получения денежных по­
отвлекали ум и препятствовали практике правильного жертвований по особому поводу или на благотвори­
пути. Каждый должен был соблюдать правила мона­ тельные цели.
стыря, прерывать медитацию ради приема гостей, по­
могать в управлении делами общины, брать на себя
обязанности и выполнять определенную работу. М онашеское безбрачие
Хинаяна считает, что собирание милостыни —
это прежде всего школа самодисциплины. Махаяна, Безбрачие представляет собой второй краеуголь­
большей частью отказавшись от практики сбора по­ ный камень монашеской жизни. Бесчисленные и тщ а­
даяния, делает упор на его альтруистические аспекты. тельно разработанные правила регулировали отноше­

80 81
6 Эдвард Конзе
ния монахов с женщинами-мирянками, которых они нейшего развития буддизма, в тантре, новичку пред­
могли встретить во время сбора милостыни, а также с лагалось подвергнуть себя этой опасности и вступить
монахинями, которых они должны были наставлять. в половые сношения, при этом сохраняя свой ум неза­
Распущенность считалась преступлением и немедлен­ грязненным. Н а протяжении более тысячи лет подоб­
но вела к изгнанию из общины. Целомудрие, назы­ ная дерзость должна была казаться монахам нечести­
ваемое брахмачаръей, т. е. поведением, достойным вым безрассудством. Кроме того, сексуальные отно­
брахмана или святого, было великим идеалом, от ко­ шения могли привести к рождению детей, что могло
торого монах ни за что не должен был отклоняться. стать ужасными узами для того, кто пожелал жить
Ортодоксы осуждали половые сношения как «бы ­ вне общества, в полной независимости. Имеется, од­
чью», или «звериную», привычку и воспитывали в се­ нако, и более глубокая причина того, что святые всех
бе определенное презрение к женщинам. Это презре­ времен смотрели на сексуальное побуждение с осо­
ние, однако, легко можно истолковать как защитный бенным подозрением. Половое сношение способно
механизм, так как женщина, особенно в жарком кли­ вызывать пленительное успокоение и расслабление.
мате, считалась источником постоянной опасности Известно, что невротики используют его с целью
для всех аскетов, принявших обет безбрачия. Монаха сгладить на время свои душевные трудности. С этой
предостерегали, чтобы он постоянно сохранял бди­ точки зрения лучшее — враг хорошего. В своей прак­
тельность, и один короткий диалог превосходно по­ тике вхождения в транс монах располагал гораздо бо­
дытоживает отношение ранних буддистов к этой про­ лее действенным методом вызывания внутреннего
блеме: спокойствия. Медитация и половое сношение имеют
Ананда: «К ак следует вести себя с женщина­ общую цель, и силы, которые они для этого исполь­
м и ?» Бхагаван: «Н е см о т р и т е на н и х!» Ананда: зуют, одинаковы. По той простой причине, что одну
«Л если приходится на них с м о т р е т ь ? » Бхагаван: и ту же силу нельзя использовать дважды, полное по­
«Н е разговаривайте с ним и!» Ананда: «А если при­ давление сексуальных побуждений является необхо­
ходится разговари вать с ним и?» Бхагаван: «К реп ­ димым условием для успеха в медитации.
ко стереги те свои помыслы! » Психологи часто отмечали сходство между мисти­
Причины такого отвержения сексуальных побуж­ ческими состояниями и теми переживаниями, которые
дений не нужно далеко искать. Философия, усматри­ бывают в сексуальной жизни. Они активно обсужда­
вающая источник всякого зла в привязанности к чув­ ли эротические образы, используемые некоторыми
ственному удовольствию, не станет множить случаи писателями-мистиками. В целом психологи склонны
потакания чувственным радостям. «Д о т е х пор пока рассматривать духовный опыт как производный от
даже малейший стр а стн ы й помысел у мужчины по сексуального и считают медитацию разновидностью
отношению к женщине не уничтожен, его ум ос­ сублимированной или ослабленной сексуальности, ко­
т а е т с я привязанным, подобно т о м у как сосущий торая задерживается на определенной цели или на
теленок привязан к своей м ате р и ». Весьма трудно объекте, — словом, это слабый вариант более силь­
иметь сексуальные отношения с женщиной, не испы­ ной сексуальности. С другой стороны, практикующий
тывая при этом к ней нежные чувства. Подобная по­ мистик склонен утверждать, что мы в той же степени
зиция фатальна для мужской свободы. В ходе даль­ являемся самими собой в медитации, как и при поло­

82 83
вом сношении, а то и больше. Он мог бы согласиться щийся вторым Буддой, принял в дар от тибетского ца­
со значительным сходством просветления и сексуаль­ ря одну из его пяти жен, и на многих изображениях
ного слияния, но все же будет вместе с Плотином Падмасамбхава представлен в компании двух своих
рассматривать духовную активность как первичную, а главных жен, Мандаравы и Еше Цогел. Марпа-пере-
сексуальную — как вторичную и производную. Весь­ водчик (родился в 1011 г.), один из величайших учите­
ма поучительна в данном контексте цитата из Плоти­ лей Тибета, женился в 42 года, но у него было еще во­
на, когда он говорит: « В экстати ческом единении семь учениц, являвшихся его духовными супругами.
между душой и высочайшим не о с т а е т с я никакого Довольно сильно отличается от описанного выше мо­
промеж утка. Больше не су щ е ству е т двух, но оба тивация японской школы син (основана около 1200 г.).
объединены в одно. Они не м о гу т б ы ть отделены Ее адепты заявляли, что они настолько «низки и ни­
друг о т друга, пока душа пребывает т а м . Э т о м у чтожны», что от них нельзя требовать соблюдения за ­
соединению в нашем мире подражаю т влюбленные, поведей Будды. Поэтому они по привычке продолжа­
когда ж ел аю т соединиться в одно сущ ество». С о ­ ли вести семейный образ жизни и ели мясо. Бонза
гласно этой линии доказательства, перенос медита­ Кэнрё Кавасаки кратко выразил мотивы этой школы:
тивной силы на сексуальную активность может при­ «Совсем необязательно полностью о тк а зы в а ть ся
вести к падению, к деградации, к растрате этой энер­ о т мира и п ракти ковать особо строгие предписа­
гии. П отворствуя половому инстинкту, можно ния, чтобы с т а т ь совершенным буддистом. Н аш
сделать его совершенно абсурдным и бесполезным. основатель, Сёнин Синран, был ж е н ат и жил, как
Секс мог бы стать «бычьей» и безуспешной попыткой полагается, в миру. Н аш долг — ж и т ь в с о о т в е т ­
достичь соединения просветления с эмоциональным ствии с законами морали нашего общ ества, нашей
удовлетворением, но по своей сущности он является семьи, рода зан яти й или нации и не выделяться на
неудачей или неверным применением стараний воссо­ фоне других людей посредством показных деяний
единения с Абсолютом. или акций». У нас еще будет возможность возвра­
В течение более чем тысячи лет эти взгляды оста­ титься к этой аргументации. Здесь же достаточно бы­
вались в общине господствующими. Позднее, под ло разъяснить, как большинство монахов относились к
влиянием определенных обстоятельств, некоторые чле­ безбрачию, и в то же время проиллюстрировать удив­
ны сангхи стали полагать, что сексуальная жизнь не ляющий западное сознание факт того, что среди буд­
настолько уж несовместима с монашеством. Мы рас­ дийских школ по поводу некоторых вопросов не было
полагаем сведениями о женатых монахах из Кашмира, единогласия. Сталкиваясь с этим или любым другим
живших около 500 г. н. э.; далее примерно с 800 г. спорным вопросом, буддизм, подобно пресловутой го­
н. э. тантра санкционировала женитьбу монахов в тех лове Януса, последовательно обращался к обоим про­
регионах, которые подпали под ее влияние. В тантре тивоположным направлениям. Он пытался прийти к
левой руки, как мы увидим чуть позже (см. главу истине не посредством исключения инаковости, считая
V III), не было сказано ничего постыдного о половых ее ложью, но путем включения ее в качестве другой
сношениях; наоборот, они были средством достижения формы той же самой истины.
просветления. Падмасамбхава, Лотосорожденный,
около 770 г. принесший буддизм в Тибет и считаю­

84 85
Непричинение вреда взойти в нас добродетели сострадания, то никогда не
случится так, что мы причиним вред кому-либо еще;
Около 500 г. до н. э. в Индии выдвинулись на скорее, мы добровольно нанесем ущерб себе. В дан­
первый план две религии, сделавшие принцип «не на­ ном случае мы уменьшаем привязанность и любовь к
вреди» основой своих учений; одной из них был своему «я» посредством расширения границ того, что
джайнизм, а второй — буддизм. Этот особый акцент считаем своим «я». Как бы приглашая всякого обла­
на запрете причинения вреда любому живому сущест­ дающего самостью войти внутрь нашей личности, мы
ву был, по всей видимости, реакцией на тот рост на­ разрушаем барьеры, отделяющие нас от других.
силия, который ознаменовал человеческие взаимоот­ Можно сказать, что благодаря подобному отно­
ношения после изобретения бронзы и железа. Он был шению буддизм оказал огромное облагораживающее
направлен в Индии не только против резни, сопрово­ воздействие на весь ход азиатской истории. Именно
ждавшей всякую племенную войну, но также и про­ всеобщая доброжелательность в первую очередь по­
тив ужасного убийства животных, обычного для ве­ ражает наблюдателя в странах, насквозь пропитанных
дических жертвоприношений, и в определенной сте­ буддизмом, таких как Бирма. Царь Ашока обратился
пени против жестокости, которой было отмечено в буддийскую веру, раскаиваясь в убийствах, с помо­
отношение крестьян к домашним животным. Учение щью которых он создал свою империю. Именно он
джайнов и буддистов основывалось на следующих сделал буддизм мировой религией. Книга сэра
двух принципах. Чарльза Белла Религия Т и бета (Charles Bell. The
1. Вера в родство всего живого, еще более усили­ Religion of Tibet) снова и снова показывает нам, как
вавшаяся благодаря учению о перерождении, соглас­ буддизм смягчал грубый нрав воинственных племен
но которому одно и то же существо может быть сей­ Тибета и Монголии и почти стирал следы их былой
час человеком, завтра — кроликом, затем — мо­ жестокости.
тыльком, а потом вновь лошадью. Таким образом, В данном контексте мы должны рассмотреть еще
плохо обращаясь с животным, человек может ока­ два родственных вопроса — отношение буддизма к
заться в скверной ситуации, — оно может оказаться вегетарианству и его отношение к религиозным пре­
его собственной покойной матерью или же лучшим следованиям. Поскольку невозможно поедать живот­
другом. ных, не причинив им при этом вреда, буддист должен
2. Второй принцип выражен в У дане, где Будда быть вегетарианцем. Но если он является монахом,
говорит: «М оя мысль блуждала во всех направлени­ который добывает себе пищу милостыней, собирае­
ях по всему миру. И никогда я не встречал ничего, мой при обходе деревни, населенной невегетарианца-
ч т о было бы дорого кому-либо более, нежели он ми, то он сталкивается с серьезными трудностями.
сам. Всем и каждому дорого собственное „я ” , по­ Т ак как он не должен испытывать никакой привязан­
э т о м у п у сть любой, к т о ж ел ает себе процвета­ ности к пище, от него требуется, чтобы он ел все, что
ния, не вредит другому». Другими словами, мы ему бросают в чашу для подаяний. Преподобный
должны так усовершенствовать свои эмоции, чтобы Пиндола заслуживает глубокого почтения потомков
могли чувствовать по отношению к другим то же, что за то, что он спокойно съел большой палец прокажен­
чувствуем по отношению к себе. Если мы позволим ного, упавший в его чашу. Монашеская дисциплина

86 87
была бы подорвана, если бы монахи начали приверед­ того чтобы продлить собственное жалкое существова­
ничать при выборе пищи. Впоследствии был достиг­ ние.
нут компромисс, и в современной практике буддисты, Само собой разумеется, что в буддизме нет места
воспринимающие свою религию серьезно, избегают религиозному преследованию — крестовым походам
есть мясо, даже если их к этому побуждают. или инквизиции. Если бы Будде нанесли оскорбле­
Часто буддийское вегетарианство критикуют на ние, буддист не усмотрел бы в этом существенного
том основании, что оно совершенно бесполезно: пусть повода для того, что убить или пытать человека, со­
какое-то немногочисленное количество куриц и коров вершившего это. « З а ч е м в о зм у щ а т ь с я , когда
и сможет уцелеть, избежав уничтожения, но обычный оскорбляют будд? Будд не м огу т за д е т ь оскорбле­
ход нашей жизни все же предполагает значительное ния». Для буддиста было бы абсурдно убеждать ко­
число случаев разрушений жизни, которых невоз­ го-либо в высокой степени своей доброжелательно­
можно избежать, пока мы живем. Даже при простом сти, при этом заживо его сжигая. Конечно, было
мытье рук мы убиваем столько же живых существ, бы большим преувеличением назвать все буддий­
сколько людей проживает во всей Испании. Так мы ские писания совершенно свободными от брани и по­
оказываемся перед выбором: либо убивать себя, для ношений. Даже в некоторых наиболее значитель­
того чтобы спасти других, либо убивать других, для ных священных книгах, таких как Праджняпарами-
того чтобы спасти себя. Похоже, что уничтожение т а и Л о т о с Благого Закон а, мы можем обнаружить
жизни неотделимо от самой жизни. Буддисты всегда прискорбную склонность части авторов ввергать
в полной мере осознавали вескость этого возражения. надолго в ад других буддистов, мыслящих несколько
Они советуют нам, по крайней мере, уменьшить ко­ иначе, чем они. Что, однако, удержало этот естест­
личество непреднамеренных убийств, — например, венный выплеск теологического недоброжелательст­
быть внимательными к тому, на что мы наступаем, ва от превращения его в намеренную нетерпимость,
когда гуляем по лесу. Кроме того, буддисты считают, так это ясное осознание различий темпераментов
что нам весьма полезно знать, сколько бедствий мы и индивидуальностей, которые присущи обычным
приносим одним лишь фактом своего существования, буддистам. Дхарма на самом деле является не догмой,
и раздумья о размерах этих бедствий должно побуж­ а Путем. Если главное место в религии занимает дог­
дать нас быть более энергичными, для того чтобы из­ ма и если кто-либо полагает, что всякое утвержде­
бежать условий, при которых наше собственное стра­ ние может быть либо истинным, либо ложным и
дание окажется вечным только потому, что мы причи­ что спасение человека зависит от его принятия истин­
нили огромную боль другим существам. Когда ного утверждения как истины, то тогда кто-то один
Кальдерон сказал, что нашим величайшим грехом яв­ из милосердия может спокойно уничтожать тела дру­
ляется уже то, что мы родились, он выразил типично гих, желая спасти их души. По мнению будди­
буддийскую мысль. Некоторым людям в этой мысли стов, однако, весьма трудно, если не невозможно, во­
видится только так называемый пессимизм, но она же обще делать какие-либо положительные утверждения,
напоминает нам о более благородной стороне нашей чтобы они не были при этом ложными и несостоя­
натуры, которая оплакивает ту бездумность, с кото­ тельными уже только потому, что их высказали (см.
рой мы все время уничтожаем других существ, для с. 178). Все словесные утверждения в лучшем случае

89
истинны наполовину, и их единственная ценность з а ­ ными заражению ею. Наконец, можно было бы ожи­
ключается в том, что они побуждают принять опреде­ дать, что в стране, в которой буддизм определяет
ленный способ действия. Поскольку Библия говорит все основоположения культуры, народные восстания
о том, что в доме Отца Нашего обителей много,1 то будут использовать его идеи для выражения своих
трудно представить, что к небесному граду ведет социальных ожиданий, подобно тому как лолларды1
только одна дорога. В соответствии со своими на­ и немецкие крестьяне поступали в отношении христи­
клонностями разные люди имеют различные потреб­ анства.
ности — то, что является пищей для одного, станет В своем желании осудить христианство многие ав­
ядом для другого, — и было бы нелепо предполагать, торы раскрасили буддизм в слишком чистые цвета, но
что кто-нибудь может в полной мере разбираться в следует признать, что иногда буддисты были способ­
нуждах других. Следование подобным убеждениям ны вести себя так, как, по нашему мнению, обыкно­
отмечает историю буддийской мысли смелым и прак­ венно свойственно поступать христианину. В Тибете,
тически всеохватным экспериментированием с ис­ к примеру, правил плохой царь Ландарма, который
пользованием духовных методов, действенность кото­ около 900 Г. H. Э. подвергал гонениям монахов. Один
рых удостоверяет только практика, только результа­ буддийский монах убил его. Официальная тибетская
ты, достигаемые с их помощью. Тибетская пословица история восхваляет его за сострадание к царю, ко­
гласит, что у каждого ламы своя религия и что суще­ торы й накапливал грехи, преследуя буддистов, и
ствует столько же буддизмов, сколько и лам. Уже более поздние поколения, далекие от желания осуж­
было сказано, что именно эта безграничная терпи­ дать поступок этого монаха, канонизировали его. А в ­
мость оказалась причиной упадка буддизма. Но как торы почти всех европейских исторических сочинений
бы то ни было, буддизм уже существует дольше, чем восхваляют Желтую церковь ( гелугпа), которая з а ­
многие исторические институты. В любом случае, ма­ нимает господстующее положение в Тибете на протя­
ло чего можно было бы достичь ценой сохранения его жении последних трехсот лет. Они полагают, что сво­
культовых форм и пренебрегая его духом. им обретением власти и превосходства над более ста­
Далее мы увидим, что царская протекция явилась рыми Красными школами2 эта школа обязана
одной из главных причин распространения буддизма. великому учению Цзонхавы,3 а также большей нрав­
Очевидно, что царская власть базируется на жесто­ ственной чистоте ее последователей и их относитель­
кости и насилии; очевидно также то, что обращение
правителей в веру не всегда было полным. Поэтому 1Лолларды, «бедные священники» — последователи
было бы большим преувеличением говорить, что буд­ Джона Уиклифа (ок.1320— 1384), английского богослова-ре-
дийские правители никогда не прибегали к насилию, форматора, за антикатолические воззрения объявленного ере­
тиком.
для того чтобы содействовать религии. Как только
2 «Желтая» и «красная» церкви названы так по цвету го­
монахи, благодаря своей дружбе с императорами и
ловных уборов, которые носили монахи этих «церквей» (точ­
царями, облекались некоторой общественной и поли­
нее, школ).
тической властью, они также становились подвержен­ 3 Цзонхава (Цзонкхапа, Цонкапа) (1357— 1419) — ве­
ликий религиозный реформатор, основатель школы гелугпа,
1 Иоанн, 14, 2. которая с X V II в. приобрела в Тибете доминирующее влияние.

90 91
ной свободе от магии и предрассудков. В какой-то вождь Сая Сан издал в 1930 г. прокламацию, в кото­
степени это верно, но некоторые успехи школы гелуг­ рой, на основании сочинения М. Коллиса Судебные
па были связаны с тем, что ее поддерживали мон­ процессы в Бирме (М . Collis. Trials in Burma.
голы, которые в X V II столетии часто опустошали мо­ P. 2 0 6 ), мы читаем: «В о имя нашего Владыки и во
настыри соперничающих красных сект и которые на имя великой славы Церкви, я, Тхупаннака Галон
протяжении всего этого времени поддерживали Д а­ Раджа, объявляю войну язычникам англичанам, кото­
лай-ламу, главу Желтой церкви. В Бирме царь Ану- рые поработили нас».
руддха (X I в.) вел войну с соседним царством Тха- Подобные примеры можно приводить бесконечно.
тон, для того чтобы силой достать копии священных В целом же буддисты могли бы сожалеть об отсутст­
писаний, которые царь Тхатона отказался предоста­ вии у людей такого качества, как милосердие, а также
вить. В такой воинственной стране, как Япония, мо­ о свойственной человеческой природе порочности.
настыри в средние века были источником постоянных В самой Индии монахи не пытались даже сопро­
беспорядков; многочисленные вооруженные орды тивляться, когда гунны-эфталиты, а позднее мусуль­
монахов имели обыкновение вторгаться в Киото, по­ мане захватывали монастыри, убивали их обитателей,
кидая свои горные уединенные места.. Китайские сжигали библиотеки и уничтожали священные статуи.
боксеры1 были участниками народного движения, Организованный буддизм, вследствие этих преследо­
прибегавшего к насилию и использовавшего буддий­ ваний, был истреблен раньше всего в Гандхаре, а з а ­
скую терминологию. Для Китая подобное смешение тем — на всем севере Индии. Но сущность уче­
народного недовольства с буддийскими верованиями ния — так, как она выражена в Прадж няпарамите и
довольно старо, и предшественники боксеров, такие у Нагарджуны, — дожила в Индии до наших дней и,
как секта Белого Лотоса,2 оказали сильное влияние под именем веданты, до сих пор является официаль­
на китайскую историю. В Бирме англичане оскорбля­ ной доктриной индуизма на его наиболее высоком
ли религиозные чувства бирманцев, позволив, напри­ уровне.
мер, продавать в стране спиртные напитки. Они так­
же разрушили монашескую дисциплину, запретив
церковную иерархию. Впоследствии в этой стране все Главные направления монашеской мысли
шире и шире распространялся своеобразный полити­
ческий буддизм, так как препятствовать этому про­ Двумя основными направлениями монашеской
цессу было некому. Например, народный бирманский мысли являются хинаяна и махаяна. В хинаяне, в
первую очередь, выделяется ст а р ая школа мудро­
1 Боксеры, или ихэтуани — участники народного восста­ с т и , которая примерно через двести лет после нирва­
ния в Китае в 1899— 1901 гг., направленного против иностран­
ны Будды разделилась на две ветви. Первая из них,
ного влияния. Восстание было жестоко подавлено войсками
тхеравада, развивалась на востоке Индии, в настоя­
Англии, Германии, Японии и других стран.
2 О бщ ество Белого Л отоса (бай-лянь цзяо) — синкре­
щее время она существует на Цейлоне, в Бирме и
тическая китайская народная школа, возникшая в XIII в. В Сиаме; вторая, сарвастивада, процветала полторы
1796— 1804 гг. ее участники подняли восстание против мань­ тысячи лет на западе Индии, в таких центрах, как
чжуро-китайской династии Цинь. Матхура, Гандхара и Кашмир. Кроме того, были и

92 93
другие школы, тексты которых к настоящему времени влиятельной в Непале, Тибете, Китае, Японии, на
почти не сохранились. Примерно в 250 г. до н. э. на Яве и Суматре. З а пределами Индии новых самобыт­
основе сектантских кругов «старой школы мудрости» ных школ, развившихся на основе смешения махаяны
махасангхики, жившие в Магадхе, а также на юге с местными верованиями, появилось не много. Среди
около Амаравати, образовали отдельную секту, кото­ них следует особо отметить школу чанъ (школа меди­
рая исчезла только тогда, когда буддизм в Индии тации) и амидаизм в Китае и Японии, а также нъинг-
был истреблен. мапу, впитавшую в себя значительную часть собст­
Более либеральная разновидность махасангхики венно тибетского шаманизма, в Тибете.
вскоре оформилась в новое течение, названное м ахая- Творческий порыв буддийской мысли стал зати­
ной. Махаяна сама разделилась на множество школ, хать примерно через полторы тысячи лет после нир­
но не сразу, а по прошествии примерно четырехсот ваны Будды. В течение последующей тысячи лет
лет. Каждая из этих школ уделяла особое внимание никаких новых школ, имевших важное значение, не
какому-либо одному из множества существующих возникало, и буддисты, насколько могли, лишь сохра­
способов освобождения. Представители мадхъямики, няли великое наследие прошлого. Можно вообразить,
основанной Нагарджуной примерно в 150 г. н. э., что примерно через 1500 лет лотос учения полностью
стремились получить освобождение, упражняясь в распустился. Скорее всего, и в грядущем нас не ждет
развитии мудрости, понимаемой ими как созерцание ничего значительного. Впрочем, условия нашей инду­
пустотности. Поскольку они сформулировали свои стриальной культуры ставят проблемы, решение ко­
учения, намеренно противопоставляя их учениям торых может привести к какому-то новому синтезу.
«старой школы мудрости», то мы характеризуем ее Если теперешняя цивилизация в ближайшее время са­
как «новую школу мудрости». Другая школа мысли, ма себя не уничтожит, буддизму придется приспосаб­
тесно связанная с мадхьямикой, полагалась в основ­ ливаться к ней. Дхарма не может быть услышана в
ном на веру в будд и бодхисаттв и на преданное их современном мире, в котором господствуют наука и
почитание. Впрочем, система мировоззрения, разра­ технический прогресс. Чтобы ее слышать, потребуют­
ботанная мадхьямиками, пренебрегла некоторыми ся большие усилия в адаптации учения, необходимы
идеями, которые имели значение для ранней махаяны также и серьезные изменения в его изложении. И
и которые позднее стали играть большую роль в па­ сколько бы попыток ни предпринималось в разных
раллельно развивавшемся индуизме. Влияние фило­ частях света, все они недостойны того, чтобы влиться
софии санкхья-йоги обнаруживается в школе йогача- в исторический контекст.
ра, основанной примерно в 400 г. н. э. Асангой, кото­
рый при достижении освобождения полагался на
интроспективную медитацию, т. е. на йогу. Наконец,
примерно с 500 г. н. э. развитие индуистской тантры
начало оказывать влияние на магическую разновид­
ность буддизма, также называвшуюся т а н т р о й , ко­
торая основывала достижение полного просветления
на магических практиках. Эта тантра стала очень

94
чем-то, что должно быть разделено с другими. М ис­
сионерский мотив всегда был очень силен в буддизме.
Царь Ашока являет собой прекрасный пример монар­
ха: он старался сделать свой народ счастливым с по­
мощью Дхармы и посылал своих миссионеров пропо­
Глава III ведовать ее в соседние страны. Когда замкнутое на
своих предписаниях монашество развилось в других
Н А РО Д Н Ы Й БУ Д Д И ЗМ регионах, на него сразу же стал оказывать влияние
формирующийся идеал бодхисаттвы (см. главу V ).
Рвение, с которым все буддийские школы разно­
П олож ение мирян сили свое провозвестие по всей Азии, а также качест­
ва, которые делали их способными на такие сверше­
По своей сущности и своему внутреннему содер­ ния, хорошо иллюстрирует история о Пурне, одном
жанию буддизм был и остается движением мона- из ранних апостолов Дхармы. Он попросил разреше­
хов-аскетов. Однако немаловажны для него и мир­ ния у Будды отправиться в качестве миссионера в
ские последователи. По мере распространения буд­ варварскую страну, называвшуюся Сронапаранта.
дизма и его трансформации из отдельной секты во Будда попытался отговорить его, и между ними про­
всеобъемлющую церковь последователи-миряне ста­ изошел следующий диалог:
новились для него все более необходимы. Как извест­ Будда: «Люди Сронапаранты свирепы, грубы и
но, монахи и аскеты, представлявшие ядро буддий­ ж естоки . Они склонны оскорблять, бранить и по­
ского движения, сами не зарабатывали себе на жизнь. р и ц ать других людей-. Если они б у д у т р у гать , бра­
Их материальное обеспечение зависело от доброй во­ н и ть и порицать т е б я злыми, грубыми и лживыми
ли обывателей. Кроме того, с самого начала Будда и словами, ч т о т ы сделаеш ь?»
монахи чувствовали свою ответственность за благо­ Пурна: « В так о м случае я буду д у м а ть , ч т о
состояние всех людей. Джатаки рассказывают нам люди в Сронапаранте на самом деле очень добрые и
историю о том, как Сумедха — Будда Шакьямуни в великодушные, поскольку они не б ью т меня руками
своей прежней жизни — отрекся от возможности и не бросаю т в меня камни».
достичь свободы от страсти и отверг нирвану. В то Будда: «Н о если они с т а н у т б и т ь т е б я руками
время Татхагатой был Дипанкара. Когда Дипанкара или бросать в т е б я камни, ч т о т ы сделаеш ь?»
прибыл в город Рамну, «Сумедха с радостью бро­ Пурна: « В т ак о м случае я буду д у м а т ь о них
сился перед ним в грязь, чтобы п ослуж ить ему как о добрых и великодушных людях, поскольку они
м о сто м ». Аежа в грязи и созерцая величие Будды не б ью т меня дубинами и не колю т оружием».
Дипанкары, он решил достичь « высшего познания Будда: «Н о если они б у д у т б и т ь т е б я дубина­
истины, чтобы помочь человечеству взо й ти на ми или к ол оть оружием, ч т о т ы сделаеш ь?»
корабль дхармы и переправить его через океан су­ Пурна: « В так о м случае я буду д у м а т ь о них
щ ествования, и тол ьк о после того , как э т о бу д ет как о добрых и великодушных людях, поскольку они
сделано, у й ти в нирвану». Дхарма представлялась не л и ш аю т меня ж изни».

96 97
7 Эдвард Конзе
Будда: «Н о если они убью т те б я , Пурна, ч т о им идеалам сострадания, они должны были приобре­
т ы сделаеш ь?» тать последователей. Если они хотели жить, то нуж­
Пурна: « В т ак о м случае я по-прежнему буду дались в подаянии от своих последователей-мирян
д у м а ть о них как о добрых и великодушных людях, или от своих правителей. В связи с этим следует рас­
поскольку они легко освободят меня о т это й о т ­ смотреть следующие два вопроса.
вратительной телесной оболочки. Я знаю монахов, 1. Что делали монахи для масс своих привержен­
которые с т ы д я т с я своих т е л , с т р а д аю т из-за них цев или для своих царствующих покровителей?
и п и т а ю т к ним отвращение и которые убиваю т 2. Как забота о нуждах мирян повлияла, в свою
себя с помощью оружия, принимают яд, веш аю тся очередь, на буддийскую мысль?
или бросаются в п роп асть».
Пурна: «П урна, т ы наделен величайшей добро­
т о й и терпением. Ты можешь о с т а т ь с я ж и т ь в Буддизм и св е тск ая в л а с т ь
т о й стране Сронапаранте. Иди и научи их, как
б ы ть таки м и же свободными, как свободен т ы Без поддержки царей и императоров триумфаль­
сам ». ное распространение Дхармы по всей Азии было бы
Часто заявляют, что хинаяна обладала меньшим невозможным. Один из величайших правителей И н­
миссионерским пылом, чем махаяна. Это неправда. дии царь Ашока (2 7 4 — 236 гг. до н. э.) был первым,
Как и махаяна, хинаяна была принесена на Цейлон, в кто сделал буддизм мировой религией, распространил
Бирму, Тибет, Китай, на Я ву и Суматру. Если же его по всей территории Индии, принес его на Цейлон,
произошло так, что в Тибете и Китае выжила только в Кашмир и Гандхару и даже отправил миссии элли­
махаяна, то это потому, что она лучше, чем хинаяна, нистическим владыкам того времени — Антиоху II
приспособилась к обычаям неиндийских народностей. Сирийскому, Птолемею Филадельфу и Антигону Го-
Например, царь Тибета пригласил 750 представите­ нату Македонскому. После Ашоки буддистов под­
лей хинаянской школы сарвастивада, процветавшей в держивали другой великий император, скиф Канишка
то время в Кашмире и Центральной Азии, для того (7 8 — 103 гг. н. э.), правивший на севере Индии,
чтобы та укрепилась в Тибете. Однако массам людей царь Харшавардхана (6 0 6 — 647 гг.), а также дина­
нужна была религия, пропитанная магией, и по этой стия Палов (7 5 0 — 1150 гг.), которая правила в Бен­
причине сарвастивадины вскоре исчезли из Тибета. галии. З а пределами Индии часто обращались в буд­
Таким образом, буддисты всех направлений всегда дизм китайские императоры и императрицы, монголь­
были готовы нести благую весть о Дхарме. ские ханы, а также государственные деятели Японии
Тем не менее везде, где бы ни распространялась такой величины, как Сётоку Тайси (5 7 2 — 621 гг. ) . В
Дхарма, где бы она ни становилась социальной реаль­ более поздней истории Индии мы встречаем всевоз­
ностью, буддийская теория старалась сочетать свою можные буддийские династии, правившие в разные
возвышенную метафизику с осознанным принятием времена.
магических и мифологических верований крестьян, Лишь некоторые из только что упомянутых мо­
воинов или торговцев, в среде которых она пускала нархов были буддистами, не имевшими склонностей к
корни. Если монахи желали оставаться верными сво­ Другим религиозным учениям. Такими исключениями

98 99
были династия Палов, правители Цейлона и Бирмы. же главным, мотивом оказания поддержки буддизму.
Н а самом деле буддизм не требует от своих привер­ Тогда каким же образом буддийская религия, кажу­
женцев абсолютной преданности. Кушанский прави­ щаяся анархической и отрешенной от всего земного,
тель Кадфиз I (2 5 — 60 гг. н. э.) называл себя вер­ способствовала укреплению власти правителя над его
ным последователем истинной Дхармы. На моне­ народом? Буддизм не только умиротворял сознание
тах, которые он пускал в обращение, на одной тех, кто жил потусторонним, но и освещал дорогу
стороне был изображен сидящий Будда, а на дру­ тем, кто желал ее осилить. Кроме того, вера в то, что
гой — Зевс, покровитель города Каписы. Канишка в этом мире зло неискоренимо и что в нем невозмож­
украшал свои монеты изображениями иранских бо­ но обрести истинное счастье, помогала подавлению
жеств — Вэрэтрагны, Ардохшо, Ф арро ,1 — индуи­ критики правительства. Притеснения правительст­
стского бога Ш ивы и Будды; последний был пред­ венных чиновников казались отчасти неизбежным об­
ставлен либо стоя, либо сидящим в позе лотоса, а его стоятельством мира рождения-и-смерти, а отчасти —
имя писалось греческими буквами как Боддо, или Бо- наказанием за какие-либо грехи, совершенные в про­
удо. Цари из династии Гупта благоволили как вишну­ шлом. Значение, которое буддизм придает отказу от
изму, так и буддизму, цари из династии Валабхи (с насилия, способствовало умиротворению населения
490 г.), хотя и были «приверженцами Ш ивы», по­ страны и делало положение ее правителей более безо­
кровительствовали буддизму, Харшавардхана соче­ пасным. К тому же, если для людей этот мир не столь
тал буддийское благочестие с культом солнца и т. д. уж важен, то их жизнерадостность не будет омрачена
Т ак же обстояло дело и за пределами Индии. Вели­ отсутствием имущества, а управлять веселыми людь­
кий хан Мункэ (около 1250 г.) поддерживал нестори- ми легче, чем замкнутыми и угрюмыми. Обычная
ан, буддистов и даосов, будучи убежденным в жизнь в буддийском обществе протекала прежде все­
том, — как он сказал об этом францисканцу Вильяму го в соответствии с религиозным учением, и люди хо­
Рубруку,2 — что «все религии подобны пальцам на тели быть «бедными», как, например, это было в
одной руке». Впрочем, он же говорил, что буддизм Бирме. М . Коллис (М . Collis. Trials in Burma. P.
подобен ладони этой руки, в то время как другие ре­ 214) приводит по этому поводу следующий весьма
лигии — ее пальцы. Хубилай-хан сочетал в себе содержательный комментарий, касающийся презри­
склонность к буддизму с интересом к несторианству. тельного отношения британцев к бирманцам из-за
Поскольку задача правителей — править, мало­ бедности последних: « Бирманец, который имел, как
вероятно, чтобы их убежденность в духовной ценно­ и многие другие деревенские ж ители, свой с о б с т ­
сти буддийского учения была единственным, или да­ венный дом и землю, жену, много детей, лошадку и
изображение любимой актрисы , буты лку вина и
1 Перечисляются зороастрийские божества: Вэрэтрагна — том и к сти хов, упряжку волов и кривую телегу из
бог победы, Ардохшо (Арти-Вахишта, или Аши-Вахишта) — т и к а , комплект ш ах м ат , набор игральных кос­
богиня благой судьбы, Фарро (Хварэна) — божество, вопло­ тей , — чувствовал себя на вершине сч астья, не
щающее божественную благодать и славу. В раннекушанском обращая внимания на мнение англичан, которые
пантеоне насчитывалось 14— 15 божеств зороастризма.
считали его бедняком, из-за того ч т о его годовой
2 Рубрук Вильям (Гийом) (1220— 1293) — монах фран­
цисканского ордена, известный миссионер и путешественник.
доход составлял всего-то ф ун тов д е с я т ь ».

100 101
Буддизм повсеместно не одобрял накопления ма­ цей, слоном, конем, драгоценным камнем, супругой,
териального богатства в руках отдельных лиц, вдох­ министром и генералом. У него будет с т о сыновей,
новляя людей или раздавать все нажитое ими, или храбрых и красивых героев, покорителей вражеских
вкладывать его в благочестивые дела, как это имело армий. Он завою ет всю обширную землю вп л оть до
место в Бирме и Тибете в течение многих столетий. границ океана, а за т е м удалит с нее всякую т и р а ­
Если мы вспомним, что именно всеобщее поощрение нию и нищ ету. Он будет править без наказаний, не
европейцев в их желании обогатиться и повысить используя меч, посредством Дхармы и миролюбия».
свой «уровень жизни» не только уничтожило все дес­ То, что правители, покровительствовавшие буд­
потические формы правления в Европе, но и подорва­ дистам, жили более или менее в соответствии с этим
ло авторитет всякой стабильной и постоянной власти идеалом, было вымыслом. Когда в более позднее вре­
в этой части света, то мы сможем понять, почему для мя в махаяне был разработан новый пантеон божеств,
традиционно деспотичных правителей Азии буддизм блеск их славы отчасти отразился и на буддийских
должен был казаться благом. правителях. п Равители Явы, Камбоджи, а также
Уже со времен неолита правителей в большей или Цейлона в X в. считались бодхисаттвами. В Камбод­
меньшей степени обожествляли, особенно там, где же в конце X II в. Джаяварман VII освятил изваяние
они должны были управлять обширными и неодно­ своей матери как статую Праджняпарамиты, м атери
родными империями. Эта идея божественности царей Будды. Король Сиама до сих пор считается великим
была хорошо знакома в Египте, Китае и Японии. Она учителем Буддой ( Пхра П х у т т и ч ч х ао ). В уйгур­
сыграла важную роль в Риме и Византии и была вы­ ской надписи 1326 г. Чингисхан назван б о д х и сат т -
теснена демократическими идеями не так давно, од­ вой в своем последнем перерождении. Хубилай-хан
нако до сих пор демонстрирует удивительную живу­ стал в монгольской традиции чакравартином, мудре­
честь. Например, многие немцы питали чувство глу­ цом и святым (х у т у х т а ). Путешественники часто
бокого почтения к Гитлеру, и подобным же образом упоминают правителей Монголии и Тибета как «ж и­
относились к Сталину многие советские люди. В И н­ вых будд». Н а самом деле подобное употребление
дии всегда была популярной вера в божественность имени неверно, оно не выражает полного смысла, по­
раджей, сколь бы малыми ни были их владения. скольку, например, Далай-лама считается воплоще­
Нравственный авторитет правителя неизмеримо воз­ нием бодхисаттвы Авалокитешвары, а ургинский ху­
растал, если он представлялся как воля Бога. Буд­ тухта — проявлением будды Амитаюса. В буддизме
дизм получал особое признание у великих завоева­ развита идея о том, что будды и бодхисаттвы испус­
телей. Буддисты активно поднимали престиж таких кают иллюзорные тела, которые они посылают в р а з­
монархов посредством своей теории царя, поворачи­ личные уголки мира, и что высокие сановники стано­
вающего колесо (на санскрите чакраварти н ). Писа­ вятся такими же иллюзорными телами. Каков бы ни
ния рисуют несколько идеализированный портрет был точный смысл этих предположений, их оценка
такого правителя. Ниже приводится его описание престижа власти очевидна. Они не только увеличива­
по Дивьявадане: «О н победоносен во главе своих ют покорность населения, но и побуждают монахов
войск, справедлив ( dharmiko=dikaios) , царь Д хар­ выполнять функции духовных полицейских при пра­
мы, наделен семью драгоценностями, т . е. колесни­ вительстве. Одним из исторических казусов было то,

102 103
что за пределами Индии под буддийским влиянием Во-вторых, в буддизме есть что-то космополитиче­
настоящие теократии «египетского образца» были ское и интернациональное, что делало его особо вос­
созданы в Индокитае, на Яве и Тибете. требованным среди монархов, стремящихся объеди­
Во всех доиндустриальных обществах человек нить обширные территории. В буддийской интерпре­
был уверен в том, что процветание и благосостояние тации духовной истины нет ничего, или почти ничего,
государства зависят от гармонии с невидимыми не­ что могло бы привязывать ее к определенной почве
бесными силами, действительными правителями все­ или климату, к какой-либо расе или племени. Инду­
ленной. В Одиссее судьба его главного героя всякий изм, по сравнению с буддизмом, полон племенных та­
раз регулировалась решением, принятым на Олимпе. бу. Буддизму ничто не мешает перенестись из одной
Благодаря дружбе с буддийскими монахами прави­ части света в другую. Он способен одинаково легко
тель пытался сохранять хорошие отношения с незри­ приспособиться как к заснеженным вершинам Гима­
мыми силами, а монах, который заявлял о своей осо­ лаев, так и к засушливым равнинам Индии, к тропи­
бой близости с монархом, мог достичь высокого поло­ ческому климату Явы, к умеренному теплу Японии и
жения — стать важным советником. Так, у Вэй Ш оу к суровым холодам Внешней Монголии. Все — ин­
(ок. 550 г. н. э.) мы читаем сообщение о том, что в дийцы, монголы и голубоглазые нордические люди
Китае около 400 г. н. э. находился некий кашмирский Центральной Азии — могли приспособить его к сво­
монах, который был «искусен в предсказании судь­ им нуждам. И хотя буддизм по своей сути враждебен
бы, в охранительной магии и подробно говорил о индустриализму, в Японии вот уже сорок лет ему
судьбах других государств, и многие из э т и х пред­ удается приспособиться к чрезвычайно неблагоприят­
сказаний сбывались. Мэн-сюнь ч асто советовался ным и чуждым ему по духу призводственным услови­
с ним по поводу государственных дел». ям. Столь гибкое и легко приспосабливающееся ми­
Несомненно, те мотивы, о которых мы рассказали ровоззрение могло бы оказаться весьма полезным
выше, побуждали правителей покровительствовать не людям, которым нужно управлять огромными импе­
только буддизму, но всякой другой религии, которая, риями, поскольку оно способно помочь в объедине­
в свою очередь, поддерживала их власть. Однако нии разнородных групп населения, предлагая им об­
присутствовали два особых фактора, которые благо­ щие убеждения и практики и устанавливая контакты,
приятствовали именно буддизму. Во-первых, во мно­ которым могут способствовать монахи различных ре­
гих странах, например в Японии или Тибете, буд­ гионов. Известная роль в деле распространения буд­
дизм был не единственным учением, но введение этой дизма из индийских государств в неиндийские при­
новой религии было сопряжено со многими преиму­ надлежит купцам и торговцам. Строгие кастовые пра­
ществами, которыми была наделена более развитая вила индуизма запрещали ортодоксам покидать
цивилизация. К примеру, когда принц Сётоку Тайси страну; на морские путешествия смотрели неодобри­
решил принять буддийскую веру, весь комплекс ки­ тельно, они считались оскверняющими, так что путе­
тайской цивилизации был перенесен через море в шественники после своего возвращения должны были
Японию. Тибетцы наряду с буддийской Дхармой пе­ подвергнуться очищению. В средние века немалая
реняли и многие индийские светские науки, такие как часть внешнеторгового оборота Индии оказалась в
грамматика, медицина, астрономия и астрология.

104 105
руках буддистов, которые разносили свою религию этого мира. Эти люди были счастливы, хотя и счита­
повсюду, где бы ни появлялись. ли за ничто все то, о чем другие постоянно тревожи­
Теперь, рассмотрев проблему, связанную с взаи­ лись.
моотношениями буддизма и светской власти, можно 2. В главе I (с. 59 и сл.) мы объяснили, почему
исследовать вопрос о том, что он дал массам и своим мифология как будто бы удовлетворяет некоторые
последователям-мирянам. укоренившиеся потребности человеческой души.
Мир, каким мы его видим, слишком мал, для того
чтобы вместить в себя всю ту любовь и ту веру, кото­
Функции сангхи рые находятся в сердце человека. Согласно буддий­
ской теории, вера — это шаг в направлении буддиз­
Н а основе свидетельств о ранних буддистских об­ ма, для мирян же вера непременно в большей или
щинах видно, что в общении с мирянами Будда де­ меньшей степени является прибежищем всех их рели­
монстрировал большую практическую сметливость; гиозных устремлений. Вера в таком случае оказыва­
он всегда был готов понять их нужды и законные по­ ется не признанием определенных догм; ее сущность
воды для недовольства. Если немногочисленная элита можно было бы представить как определенную отре­
монахов сумела сохранить веру на протяжении более шенность от этого мира, а также как частичный пово­
чем 2500 лет, то она должна была что-либо предпри­ рот от видимого к невидимому. В чем же состояла ве­
нимать, чтобы последователи-миряне ее признали. ра буддийского мирянина?
Н а мой взгляд, запросы мирян, которым старался Он был проникнут почтением к Будде, к его уче­
угодить буддизм, можно разбить на три группы: ду­ нию (Дхарме) и к общине монахов. Он также был
ховные, мифологические и магические. убежден, что эти тр и драгоценности полезны для
1. Даже те, кто обычно не уделяет никакого вни­ него, что радость или горе человека зависят от совер­
мания духовным ценностям, периодически проника­ шенных им поступков и что благие намерения значат
ются чувством никчемности той жизни, которую ве­ больше, чем что-либо другое. Таким образом, челове­
дут. Они ощущают, что их нынешнее положение не ческий инстинкт приобретения сознательно направ­
позволяет им адекватно выразить свое истинное «я», лялся на приобретение заслуг. Их можно было при­
и думают, что бегство от мира могло бы помочь об­ обрести, к примеру, раздачей даров — священнослу­
рести согласие с самим собой. Человеку, утратившему жителям и святым людям в первую очередь, —
веру в себя, монахи могли предложить вразумитель­ ведением благочестивой жизни, практикой терпения в
ное объяснение происхождения и предназначения че­ тех случаях, когда оскорбляют, дружелюбным отно­
ловека, его места в мире, смысла его существования, а шением к другим.
также средства, с помощью которых можно обрести Западным людям зачастую сложно понять, что
лучшую жизнь. В этом случае проповедь учения ста­ именно буддисты вкладывали в понятие «заслуги».
новилась окном в иной мир. Многие монахи самой Преимущество «заслуг» состоит в том, что они либо
своей жизнью являли образцы такой доброты, само­ обеспечивают более счастливое и уютное существова­
обладания и непривязанности ко всему мирскому, в ние в будущем, либо, что более важно, обогащают
каких нуждались люди, стремившиеся вырваться из жизнь духовными возможностями и достижениями.

106 107
Рождение заново в лучшем мире можно было считать оружении, или ступе, были обнаружены весьма
или самим по себе хорошим событием, или же средст­ древние буддийские манускрипты, пролежавшие в
вом обретения более благоприятных условий для дос­ ней полторы тысячи лет. В ряде случаев, однако, чай­
тижения просветления в следующей жизни. Напри­ тья только напоминает о каком-либо случае из жизни
мер, очень плохой человек в новой жизни мог стать Будды. К примеру, Бодх-Гая, самое священное место
рыбой, а рыбам религия Будды была совершенно не­ в буддийском мире, располагается вокруг дерева, под
доступна. Для домохозяина нирвана была слишком которым Будда достиг просветления.
далекой целью, чтобы ее можно было преследовать в Какими же действиями и каким духом были освя­
этой жизни. Груз его прошлых деяний оказывался щены объекты, почитаемые буддистами? Почитание
очень тяжелым и не позволял высоко подняться. Н и­ ( п удж а) требует от человека делать подношения в
кто из тех, кто верит в существование индивидуаль­ виде пищи, цветочных гирлянд, зонтиков (которые
ности (а какой домохозяин не имеет такой веры?), не символизируют царскую власть), а иногда и денег.
может достичь нирваны; однако вера в индивидуаль­ Благоговейное отношение выражалось также обходом
ность, и это выражено в текстах достаточно ясно, не по кругу, человек совершал обход вокруг статуи или
препятствует возможности перерождения на небесах. храма, всегда оставляя их справа от себя.
Письменные источники, которыми мы располагаем, Изображения представляли собой важные объек­
показывают, что надежда на перерождение в небес­ ты созерцания и благоприятные источники приобре­
ных мирах в качестве награды за непорочную и на­ тения заслуг. Изготовление и преумножение числа
божную жизнь вдохновляла большое число будди- священных образов рассматривалось как занятие, в
стов-мирян на протяжении многих столетий. высшей степени способствующее накоплению заслуг,
Вера — это жажда того, чего в этом мире нет, и и во времена подъема веры изготовление образов ста­
она выражает себя в почитании. Буддисты имеют новилось чуть ли не переизбытком естественных сил.
обыкновение поклоняться мощам и отпечаткам стоп, В то же время верили, что процветание народа зави­
видимым свидетельствам пребывания Будды на зем ­ сит от почитания этих образов. Конечно же, для буд­
ле. Они также почитают так называемые чайтъи. диста образ никогда не был самим божеством. П ро­
Чайтья — это обычное название всякого святилища тестантские миссионеры часто полагают, будто языч­
или алтаря. Она всегда связана с личностью самого ники ошибочно принимают своих идолов за богов, но
Будды, хотя эта связь может быть и весьма опосре­ сами язычники эту мысль не поддерживают. Образ
дованной. Чайтья может содержать останки физиче­ является: 1) очень несовершенным символом божест­
ского тела Будды, его зуб или другие костные эле­ венной силы и недостаточной поддержкой для чело­
менты; в ней может находиться что-либо из того, что века, созерцающего его; 2 ) объектом, наделенным
Будда носил на себе или использовал, как, например, магической силой. Считается, что образ может вос­
одеяние, которое сохранилось в Хадде, или же чаша крешать духовную силу, представленную соответст­
для подаяний, которую показывали в Пешаваре; она вующим буддой или бодхисаттвой, но никто не заяв­
также могла содержать части дхармического тела ляет, что он обладает их материальным или чувствен­
Будды, т. е. священные писания. Несколько лет на­ ным подобием. В течение пятисот лет после нирваны
зад в Гилгите, что в Кашмире, в одном каменном со­ Будды буддисты отказывались изображать его, об­
108 109
ретшего просветление, в человеческом облике, по­ испускать странный свет. Даже после того как ку­
скольку он, строго говоря, превзошел все человече­ пец объяснил ей, что это был всего лишь зуб соба­
ское. Высекая на камне сцены из жизни Будды, они ки, сияние вокруг зуба сохранялось, — вот каки­
стремились напоминать зрителю о его присутствии с ми сильными были вера и преданность этой старой
помощью изображений дерева, колеса (символа женщины.
Дхармы), трона или ступы, содержащей его останки. Впрочем, буддисты никогда не считали, что могут
Мотивы, которые побудили их изменить этому обы­ как-то умилостивить Будду, поклоняясь его остан­
чаю и начать ваять и рисовать Будду в человеческом кам. Олимпийские боги настаивали на том, чтобы им
облике, нам до сих пор неизвестны. приносили гекатомбы, а Яхве — на том, чтобы его
Помимо того что образы символизировали духов­ почитали. Будда же никогда не выказывал желания,
ные силы, они также рассматривались и в качестве чтобы ему поклонялись, т а к же как погасший огонь
некоей магической энергетической станции. Магиче­ не т р е б у е т и не ж ел ает никакого топлива. Цель
ская сила, заключенная в них, проявляла себя перед поклонения состояла в том, чтобы вызвать в почи­
верующими в виде различных чудес при посредстве тателе умственный настрой, благоприятствующий
чайтий, ступ или статуй. Хинаяна считает, что эти чу­ духовному продвижению. Ибо «вера е с т ь семя, ве­
деса не были сотворены Буддой или реликвиями, а ра е с т ь лучшее б о г а т с т в о для человека в
были результатом либо милости архатов и божеств, э т о м мире».
либо же плодом непоколебимой веры поклоняющего­ 3. Теперь мы должны сказать несколько слов о
ся. Так об этом пишется, к примеру, в Вопросах царя магических функциях буддизма. В настоящее время
Милинды. Махаяна же допускает, что сверхъестест­ нам довольно нелегко понять магические убеждения
венная сила милости Будды продолжает сохраняться наших предков с точки зрения их эпохи. Полный пе­
в его останках и пребывает там, где они помещаются. реворот в мировой истории отделяет читателя, а так­
Но и хинаяна и махаяна убеждены в том, что святость же в определенной мере и историка, от магических
всякого объекта в большой степени порождается ве­ идей, которые господствовали в человеческом созна­
рой и поклонением, вложенными в него. Хорошо из­ нии на протяжении по крайней мере двадцати, а мо­
вестная история иллюстрирует это. Одна старая кита­ жет быть и двухсот, тысяч лет. Урбанизация и удиви­
янка узнала о том, что ее приятель собирается в тор­ тельные реальные успехи научных методов в про­
говую поездку в Индию и попросила его привезти ей мышленности и медицине разрушили веру в магию
один из зубов Будды. Торговец отправился в Индию, среди наиболее образованных людей. Во всяком слу­
но забыл о просьбе старой женщины и вспомнил о чае наука внушает нам больше доверия, поскольку ее
ней только тогда, когда уже почти доехал до дома. Н а успехи гораздо больше успехов магии. В какой бы об­
обочине дороги он увидел дохлую собаку, вырвал у ласти ни оценивались и ни сравнивались реальные
нее зуб и привез его старухе в качестве подарка достижения магии с результатами науки — будь то
из Индии. Старуха очень обрадовалась, соорудила повышение урожая, ведение войны, лечение болезней,
алтарь для этого зуба и стала вместе со своими друзья­ химия или даже создание погодных условий, — срав­
ми ежедневно ему поклоняться. По прошествии нение оказывается далеко не в пользу магии. Для об­
некоторого времени зуб приобрел лучистость и стал разованной публики, к которой обращена эта книга,

110 111
ценность магии окончательно символизируют попыт­ мых буддийскими священнослужителями, и люди по­
ки бирманских крестьян, которые в 1930 г. «д ви ­ лагали, что какая-нибудь злая сила может его уничто­
нулись на пулеметы, распевая заклинания. С ам у­ жить, если этими церемониями пренебречь. Плодоро­
л етам и в руках они стал и н а с т у п а т ь на регуляр­ дие почвы и здоровье людей зависели от монахов. В
ные войска. Они указывали пальцами на самолеты то же время личные желания людей также не остав­
в небе и ожидали, ч т о т е н ачн ут п а д а т ь » лялись без внимания. В странах, где господствовала
(М . Collis. Trials in Burma. P. 2 0 9). Нам кажется махаяна, верили, что бодхисаттвы отвечали и за зем­
нелепой вера в то, что кто-нибудь может сделаться ные радости верующих. Они могли спасти от пожара
неуязвимым для пуль благодаря использованию ка­ или наводнения, защитить корабли и скот, даровать
ких-то пилюль и масел, распеванию догматов или та­ детей. Сочинения более поздней тантрической шко­
туировкам на теле. лы дают подробные рекомендации по поводу того,
Такое пренебрежительное отношение к магии мо­ как можно, благодаря умилостивлению невидимых
жет сделаться серьезным препятствием для нашего сил, исполнить все желания. Свидетельством всеобъ­
понимания исторического прошлого. Чтобы сохранять емлющего сострадания, свойственного буддийской
жизнеспособность, чтобы крепко стоять на ногах, ре­ религии, служит то, что она принимает во внимание
лигия должна в определенной мере отвечать матери­ все желания человека — от желания полного про­
альным потребностям среднего человека. Она должна светления до получения дара красноречия и привора­
включаться в ритм общественной жизни, которая в живания женщины, в которую тот влюбился. В таких
прошлом повсюду была пронизана и управлялась ма­ странах, как Китай и Япония, буддизм сыграл очень
гией. Тогда, как и сегодня, обычный человек был важную роль в поддержании социальной стабильно­
полностью поглощен своими каждодневными пробле­ сти благодаря тому, что стал обладать в некотором
мами, которые касались урожая или скота, цикла ро­ роде монополией на все, что связано со смертью. В
ждения, женитьбы и смерти в семье. В какой-то сте­ Китае смерть и погребальные обряды являются пре­
пени он ожидал от религии душевного спокойствия, рогативой буддийских священников, которые при
которое проистекало из твердой веры и непорочности этом никогда не брались за проведение церемоний
и являлось наградой за жизнь в отречении. Но при бракосочетания. В Японии буддизм смог легко сме­
этом, выказывая странное отсутствие логической по­ шаться с местной синтоистской системой магии, с ее
следовательности, он надеялся, что та же самая рели­ почитанием предков.
гия, которая основывалась на отказе от всех мирских Мы еще многое узнаем о магической стороне буд­
вещей, обеспечит ему контроль над невидимыми ма­ дизма (глава V III). Моя же книга носит историче­
гическими силами, действующими повсеместно, и что ский характер, и поэтому здесь я счел достаточным
она может гарантировать или по крайней мере помо­ указать на особую важность магии в реальной прак­
гать в безопасном владении предметами мира. тике буддизма. Любая попытка рассматривать эти
Как и все другие религии прошлого, буддизм верования в качестве правдоподобных заняла бы
обеспечивал магическую защиту и магическую власть. слишком много места. Однако я должен предостеречь
Хороший урожай, согласно народным поверьям, в читателя, видящего в магии, чудесах и оккультных
огромной степени зависел от церемоний, устраивае­ силах отжившие суеверия, от того, чтобы он считал

112 ИЗ
8 Эдвард Конзе
более просвещенных буддистов, принимавших уча­ не признает магическую сторону жизни, она отсекает
стие в магических практиках, некими приспособлен­ себя от жизненных энергий мира, отсекает настолько,
цами, вынужденными, по существу, уступать убежде­ что оказывается не в состоянии довести человека до
ниям, которых они не разделяли. Читатели-протес­ духовной зрелости.
танты в особенности могут столкнуться здесь с тем Поэтому для буддизма было так существенно со­
же затруднением, которое отвращает их от традиции четание высокой метафизики с приверженностью к
католической церкви, в которой веру в оккультные общепринятым человеческим суевериям. Даже в та­
силы, в магию и чудеса всегда разделяли все — и ин­ ком возвышенном, далеком от всего мирского произ­
теллектуалы и невежды. К примеру, мы встречаем ведении, как П радж няпарамита, заметны следы та­
историю о Сюань-цзане, одном из выдающихся умов кого синтеза. Основная мысль ее книг состоит в том,
китайского буддизма. Будучи высокообразованным, что совершенную мудрость можно обрести только по­
много путешествовавшим, глубоко осведомленным в средством полного отказа от всякой личной выгоды и
философии человеком, он тем не менее постоянно только в пустоте, в которой все, что нас окружает,
встречается с чудесами во время своей поездки по исчезает подобно легкому сновидению. Но рядом с
Индии. Исторически действие сверхъестественных этим в высшей степени одухотворенным учением мы
сил и проявление чуда послужили одним из главных находим то же самое совершенство мудрости, пред­
поводов обращения отдельных лиц и целых племен в ставленное в качестве некоего магического талисмана
буддизм. Буддисту, каким бы утонченным и интел­ или счастливого амулета; и осязаемые и видимые пре­
лектуальным он ни был, невозможность чудесных яв­ имущества, которые эта совершенная мудрость вно­
лений не казалась очевидной. Он не видел причин ут­ сит в нашу сегодняшнюю жизнь, описываются во всех
верждать, что дух в материальном мире непременно деталях. Совершенство мудрости защищает нас от
должен быть бессильным. Н а самом деле он склонял­ нападений врагов, от болезней, от насильственной
ся к мысли о том, что вера в чудеса — необходимое смерти и от всяких «мирских бед». Добрые божества
средство поддержания духовной жизни. В Европе, будут охранять верующего, а злые духи ничего не
начиная с X V III столетия, убеждение в том, что ду­ смогут поделать. «О б р е т я совершенную м удрость в
ховные силы могут эффективно воздействовать на ма­ своем уме и вступ и в в би тву, погибнуть нельзя.
териальные явления, уступило место вере в неумоли­ Мечи и копья не см огут порази ть те л о верующе­
мую власть естественного закона. В результате этого го». Среди всех парадоксов, с которыми мы сталки­
в современном обществе духовный опыт становится ваемся при изучении истории буддизма, это сочета­
все более и более недоступным. Ни одна из извест­ ние духовного отрицания личной выгоды с магиче­
ных нам религий не достигала расцвета, не охватывая ским содействием ей — самый поразительный. И
при этом как духовное, так и магическое. Если рели­ каким бы нелогичным это сочетание не казалось, не­
гия отвергает духовное, она становится всего лишь малая часть буддийской религиозной жизни была
орудием власти, не способным ни изменить, ни даже обязана именно ему.
хотя бы ограничить людей, которые управляют ми­
ром. Т ак было в случае с нацизмом, так обстоит дело
и в современной Японии. Если, однако же, религия

114 115
Влияние мирян В Будде я принимаю прибежище.
В Дхарме я принимаю прибежище.
В сангхе я принимаю прибежище.
М ы только что рассмотрели различные сферы —
Во второй раз я принимаю прибежище в Будде.
духовную, мифологическую и магическую, в которых Во второй раз я принимаю прибежище в Дхарме.
сангха оказывала услуги мирянам. Наше представле­ Во второй раз я принимаю прибежище в сангхе.
ние о популярном буддизме было бы неполным, если В третий раз я принимаю прибежище в Будде.
бы я хотя бы кратко не рассказал о том воздействии, В третий раз я принимаю прибежище в Дхарме.
которое, по всей видимости, оказало покровительство В третий раз я принимаю прибежище в сангхе.
царя Ашоки (ок. 250 г. до н. э.) на отношение мона­
хов к мирянам.
Первоначально монахи, скорее всего, уделяли ма­ Что касается пяти обетов, то их формула такова:
ло внимания мирянам. Конечно же, монахи читали им 1. В о зд ер ж и ваться о т о т н я т и я чьей-либо
проповеди и давали советы в духовных вопросах. Н е­ жизни.
которое удовлетворение своих духовных потребно­ 2. Воздерж и ваться о т присвоения то го , ч т о
стей миряне находили в почитании чайтий и ступ, тебе не принадлежит.
а также в паломничестве к святым местам. Но поч­ 3. В оздерж и ваться о т неумеренности в ч у в с т ­
ти не существовало ритуалов и церемоний, в ко­ венных удовольствиях.
торых миряне могли бы участвовать. Связь с ма­ 4. Воздерж и ваться о т лживой речи.
гическими свойствами реликвий Будды и его главных 5. Воздерж и ваться о т крепких напитков, омра­
учеников придавала мирянину ощущение силы, чающих ум.
и именно миряне сохранили культ этих реликвий, Эти обеты можно интерпретировать по-разному,
поскольку монахи считали отправление такого куль­ но основной их смысл совершенно ясен.
та пустой тратой времени и сил. Что касается все­ Покровительство Ашоки, по всей видимости, ока­
го прочего, буддисты, как и все индийцы, покло­ зало весьма значительное влияние на изменение отно­
нялись индуистским божествам и использовали ин­ шения монахов к мирянам. Некоторые подразделения
дуистские заклинания для достижения своих целей. общины с тех пор стали стремиться к установлению
Поскольку в конечном счете обычному человеку лег­ связей с ними. Особенно следует выделить секту ма-
че поклоняться своим богам, чем исполнять их во­ хасангхиков, которые с самого начала своего незави­
лю, то монахи постоянно напоминают мирянам о симого существования пытались сделать монашескую
том, что Будду лучше всего почитать не внешни­ общину более умеренной, говоря о необходимости
ми поклонами, а исполнением предписанных обя­ смягчения правил винаи, отпугивавших своей чрез­
занностей. Минимальные обеты домохозяина обоб­ мерной строгостью многих потенциальных членов
щены в том, что традиционно известно как Три сангхи. В продолжавшейся примерно столетие борьбе
Драгоценности, а также в соблюдении пяти з а ­ за свое особое место среди других сект они пытались
поведей. Ф орм ула Т рех Драгоценностей, кото­ повысить значение мирян; другие секты тоже с боль­
рая декламируется уже свыше 2500 лет, выглядит шей или меньшей долей искренности развивали этот
так: новый подход. Буддизм превращался во все более

116 117
разностороннюю религию. Будда стал некоей разно­ люди пожелали присоединиться к сангхе, не имея
видностью Бога, высшего Бога среди всех богов. П о­ подлинного зова к монашеству, просто потому, что
читание Будды приняло более конкретную форму че­ это давало им возможность вести сравнительно лег­
рез представление его в человеческом облике, что по­ кую жизнь. Многое из первоначальной простоты мо­
лучило развитие спустя одно или два столетия после нашеского уклада кануло в прошлое. Монахи больше
правления Ашоки. Учение, вместо того чтобы его со­ не хотели довольствоваться старыми лохмотьями в
относили главным образом с нирваной, «дхармами», качестве одежд и надевали только то, что им дарили.
«концентрацией» и тому подобными вещами, непри­ Многие из них больше не желали просить пищу в ка­
влекательными для мирян, стало теперь уделять боль­ честве подаяния и имели в своем распоряжении регу­
ше внимания теориям кармы и перерождения, более лярное питание, готовящееся в монастырях. Когда же
занимавшими обычного человека. Для мирян была были записаны и священные тексты, монахи посте­
создана весьма обширная назидательная литература. пенно привыкли к письменным принадлежностям, а
Она состоит из историй о прежних жизнях Будды, это в данном случае оказалось губительным для обе­
которые дошли до нашего времени в виде Д ж а т а к тов бедности, как это было в случае и с ранними до­
( И сторий о рождениях) и Лвадан. Скульптурные миниканцами, и францисканцами. Во всех отношени­
изображения многих храмов иллюстрировали эти ис­ ях монахи становились заложниками судьбы и дела­
тории. В этой новой литературе совершенно не затра­ лись зависимыми от поддержки извне больше, чем
гивалась тема монахов и их жизнь в монастырях. В когда бы то ни было до этого.
ней достаточно скупо говорилось и об основном уче­ В то же время нельзя забывать, что определенное
нии буддизма. Она касалась только общих нравствен­ равнодушие к мирским делам, явившееся результатом
ных добродетелей и неизбежного закона кармы, в со­ буддийских практик, могло помешать выживанию ре­
ответствии с которым мы пожинаем то, что посеяли, лигии. Примечательно, как тесно переплетается мона­
сколь бы много жизней ни прошло между поступком шеская община с родами Магадхи в первые десятиле­
и его результатом в форме вознаграждения или нака­ тия буддийской истории. Этот сердечный контакт с
зания. Здесь мы имеем дело с новым провозвести­ селянами во многих случаях прекращался, когда цар­
ем, — провозвестием для занятых домохозяев, кото­ ская казна брала на себя ответственность за содержа­
рое старается пробудить их воображение и предан­ ние монахов. Когда поддержка Ашоки закончилась,
ность и привить им верность буддийской общине. возникла серьезная необходимость расширить связи
Такое внимание к нуждам мирян со временем все монахов с внешним миром и вновь завоевать благо­
более увеличивалось, результатом чего впоследствии расположение домохозяев. Именно эти условия яви­
стало развитие махаяны. Она будет рассмотрена в пя­ лись причиной происхождения махаяны с ее гораздо
той главе данной книги, пока же достаточно будет большей заботой о спасении многих, и именно она по­
рассказать о том, почему покровительство Ашоки могла успешно преодолеть кризис.
способствовало также и назреванию своего рода кри­
зиса в общине. Царская поддержка была щедрой, но
кратковременной. Это означало, что часть доходов
царской казны шла на содержание монахов. Многие

118
приятия письменных сообщений наши знания о ранней
истории буддизма оказались столь отрывочными и
бедными.
Тем не менее понятно, что за все эти века, когда
священные тексты сохранялись в живой традиции
Глава IV благодаря их коллективной рецитации или распева­
нию и особенно по мере распространения буддизма,
СТА РА Я Ш КО Л А М УДРОСТИ обязательно должны были появиться разнообразные
местные традиции. Принято считать, что сразу же
после кончины Будды собрался совет из пятисот ар-
Ш колы хатов и повторил писания, — в том виде, в каком их
запомнил Ананда. Но даже в то время нашелся мо­
Примерно в 480 г. до н. э., когда умер Будда, на нах, который заявил, что речи Бхагавана, как он их
северо-западе, по всей видимости, существовали ка­ помнит, звучали совсем не так, и этому монаху спо­
кие-то буддийские монашеские общины. Утрату физи­ койно позволили выступить.
ческого присутствия Будды и его направляющей руки И з всех школ и сект, сформировавшихся в результате
переживали как большую потерю. Никто не был на­ появления различных истолкований писаний, а также
значен преемником. По словам писаний, руководить из-за местных обычаев (см. с. 107— 111), мы должны в
общиной продолжало только учение Будды (Дхарма). первую очередь рассмотреть те, которые совокупно обра­
Оно, конечно же, не существовало в письменном виде. зуют группу, называемую старой школой мудрости.
В течение четырех столетий учения Будды не записы­
вались, а лишь заучивались монахами по памяти. П о­
добно брахманам, буддисты испытывали сильное от­ Ш ар и п утра
вращение к письменной фиксации религиозного зна­
ния. В античные времена такое же отношение мы Уже не раз отмечалось, что облик религиозным и
обнаруживаем и на Западе, в Галлии, где, согласно монашеским движениям придает не их основатель, а
Юлию Цезарю (О галльской войне: V I, 14), друиды кто-то из его последователей первого поколения.
«не считали правильным записы вать таки е выска­ Особой формой организации орден францисканцев
зывания (о философии) . Я полагаю, ч т о они придер­ гораздо больше обязан Элиасу из Кортоны,1 нежели
живались этого мнения по двум причинам: не жела­ самому святому Франциску, равно как и орден иезуи­
ли, чтобы принципы (п р ак ти к а) становились дос­ тов своим обликом больше обязан Лайнезу,2 чем свя­
тупными всем, а т а к ж е не хотели, чтобы т е , к т о
и зу чает принципы, опирались на письменный т е к с т
1 Элиас из Кортоны (ок. 1180— 1253) — ученик
и т е м самым пренебрегали развитием п ам яти ; и в
св. Франциска и один из ближайших его помощников.
самом деле, обычно т а к и происходит, ч т о обраще­ 2 Лайнез Диего (1512— 1565) — сподвижник Игнатия
ние к письму ослабляет усердие ученика и способ­ Лойолы, второй после него генерал иезуитского ордена (с
ность зап ом и н ать». Кстати, именно из-за этого не­ 1558 г.).

120 121
тому Игнатию Лойоле. В таком же положении на­ ствующее положение — в том смысле, что одна часть
ходятся святой Павел по отношению к Иисусу, общины соглашалась с его интерпретацией, а другая
Абу Бакр1 — к Мухаммеду, Ксенократ — к Плато­ сформировала свое мнение в осознанном противопос­
ну, Сталин — к Ленину, и также Шарипутра — к тавлении мнению первой.
Будде. Шарипутра, «Сын Ш ари», родился в Магадхе в
Легко убедиться в том, что сравнительно второ­ брахманской семье. Свою религиозную жизнь он на­
степенный последователь может оказывать гораздо чал рано под руководством Санджаи, одного убеж­
большее влияние, чем сам основатель. Последний, денного поклонника скептицизма. Через две недели
несомненно, является живым источником творческого после вступления в общину Будды он достиг полного
вдохновения, кладущего начало самому движению, но просветления и с тех пор вплоть до самой смерти про­
большая часть его учений и прозрений оказывается за водил свое время, обучая и наставляя младших мона­
пределами понимания обычных людей. Менее ода­ хов. Он обладал великолепным аналитическим умом.
ренный преемник создает некую разновидность Любил упорядочивать знание так, чтобы его можно
«карманного» Евангелия, которое в гораздо большей было легко заучить, держать в памяти, обдумывать и
степени согласуется с нуждами обыкновенного чело­ объяснять другим, и был наделен определенным
века и его способностью к пониманию. Когда Л. Ро- здравомыслием и трезвостью рассудка.
бен говорит о Ксенократе, преемнике Платона, что он Для тхеравадинов и сарвастивадинов Шарипутра
«заключил живую мысль Платона в жесткие рамки являлся вторым основателем религии. Точно так же
книжного учения, механизировал ее в соответствии с как Будда — царь Дхармы, так Шарипутра — его
повседневными нуждами обучения», то его замечание фельдмаршал. Он превосходил всех других учеников
в полной мере относится ко всем упомянутым выше в «мудрости» и учености. «Если исключить Спаси­
случаям. Правда, Шарипутра умер на шесть месяцев т е л я мира, т о никто не обладал даже ш естн адца­
раньше, чем Будда, и, таким образом, не мог возглав­ т о й долей мудрости Ш ар и п у тры ». Мы должны
лять общину после его смерти. Благодаря влиянию иметь в виду, что слово «мудрость» здесь употребле­
Шарипутры буддийское учение приняло особую фор­ но в довольно специфическом смысле, — в смысле
му, и это не только стало определять способ обучения некоего методичного изучения предписаний и правил
монахов, но и указало, каким аспектам Будды следу­ абхидхармы (см. с. 141 и сл.).
ет придать особое значение, а что должно отойти на В буддийской общине, однако, имелись и другие
задний план. течения. Многим монахам не нравилась абхидхарма.
Фактически для первых двадцати поколений По их мнению, другие ученики были гораздо важнее
буддистов преобладающим было понимание учения Шарипутры — например, Махамогаллана, который
Будды в версии Шарипутры. Он занимал господ­ преуспел в освоении психических сил, или Ананда,
самый любимый ученик Будды, лично сопровождав­
1Абу Бакр ас-Саддик (573— 634) — тесть пророка М у­ ший его на протяжении 20 лет. Для ортодоксальных
хаммеда и его ближайший соратник. После смерти Мухаммеда же абхидхармистов Ананда являлся объектом посто­
стал первым халифом (годы правления 632— 634), энергично янных неприязненных заявлений и своеобразным коз­
распространяя повсюду ислам. лом отпущения за все неприятности, которые выпада­

122 123
ли на долю буддийской церкви. Среди противников идеей совершенства, которой следовали ее ученики.
интерпретаций Шарипутры наиболее влиятельными Идеальный человек, святой или мудрец, находящийся
были саутрантики. на высшей ступени развития, называется архатом .
Примерно через сто лет после смерти Будды на­ Сами буддисты производят слово «архат» от ари, что
чала развиваться литература махаяны (см. главу V ). значит «враг», и хан, что значит «убивать», и таким
Однако имя Шарипутры продолжало ассоциировать­ образом архата можно рассматривать как «убийцу
ся с учением. В таких работах, как Праджняпарами- врагов», где под врагами понимаются страсти. Совре­
т а су тр а, Л о т о с Благого Закона и А в атам сак а менные ученые прослеживают происхождение этого
су тр а, он постоянно выступает как представитель слова от архати , что значит «быть достойным че­
низшей формы мудрости, которому еще многому сле­ го-либо», и подразумевают под «достоинством и за-
дует научиться, как не очень сообразительный, тупо­ служенностью» право на дары и поклонение. Скорее
ватый человек, не способный понять истинное учение всего, первоначально, в эпоху появления буддизма,
Будды. Ради него Будда и проповедовал низшую «архатами» называли всех аскетов. В качестве же
форму знания своего учения, которая известна как специального буддийского термина он применялся
хинаяна. только для обозначения совершенных святых, освобо­
Прежде чем излагать основные принципы школы, дившихся полностью и окончательно. Часто архатом
ведущей свое происхождение от Шарипутры, я дол­ называют самого Будду.
жен сказать несколько слов в пояснение термина Много идеализированных портретов архатов з а ­
с т а р ая школа мудрости, который часто употребляю печатлело и сохранило до нашего времени буддийское
в этой книге. Она называется школой мудрости, по­ искусство. Архат обычно избражался в виде важного
тому что «мудрость» в писаниях школы Шарипутры человека с бритой головой, несколько сурового. П и­
считается главнейшей среди пяти высших добродете­ сания старой школы мудрости определяют и изобра­
лей, к которым, кроме нее, относятся также вера, жают архата стандартной формулой, которая доволь­
усердие, внимательность и сосредоточение. И з всех но часто повторяется. Архат — это тот, в ком все
этих добродетелей только развитие мудрости может «и стечен и я» (т. е. чувственные желания, становле­
действительно гарантировать окончательное освобож­ ние, неведение, неправильные взгляды) высохли,
дение. Ш кола Шарипутры названа старой для того, к т о прожил великую жизнь, к т о совершил т о , ч т о
чтобы отличать ее от новой школы мудрости, которая должно б ы т ь совершено, к т о сбросил с себя т я ж ­
сформировалась ей в противовес после 100 г. до н. э. кое бремя, достиг своей цели, больше не подвержен
(см. главу V ). « становлению » , полностью освобожден, придя
надлежащим образом к знанию. Он отбросил вся­
кую привязанность к «я» и «мое», отрешен, усерден и
А рхаты серьезен, внутренне свободен, целиком управляет со­
бой, сам себе хозяин, хладнокровен, бесстрастен и
Нет лучшего способа понять дух старой школы строг.
мудрости, чем познакомиться с тем типом человече­ Авадана ш а т а к а (II, 3 48) дает несколько более
ской личности, который она стремилась создать, и с полное описание архата: «О н старал ся и прилагал
124 123
усилия, он боролся и так и м образом осознал, ч т о привлекательность для определенной части буддий­
э т о т круг „рождения-и-смерти", с его „п ятью со­ ской общины (см. с. 153 и сл.), вопрос о различии ме­
ставными ч астям и " ( скандхами) п ред ставл яет жду архатами и буддами стал приобретать определен­
собой постоянное изменение. Он отверг все усло­ ную значимость для буддийских мыслителей.
вия сущ ествования, которые создавались более Во все времена мистики пытались выделять сту­
сложными сочетаниями условий, т а к как их при­ пени на лестнице духовного продвижения. Прежде
рода с о с т о и т в т о м , чтобы распадаться и разру­ чем человек сможет достичь состояния архата, он
ш ать ся , и зм еняться и б ы т ь уничтоженными. Он должен пройти ряд уже известных ступеней. Здесь
о тк азал ся о т всех „осквернителей" и достиг ар- нет необходимости приводить детали, но некоторое
х а т с т в а . С т а в архатом , он у т р а т и л всякую при­ понимание поворотного пункта в человеческой жизни
вязанн ость к „тр ем мирам" (т. е. к миру чувствен­ существенно для того, что следует далее. Считается,
ных желаний, миру форм и миру-без-форм). З о л о т о что все люди принадлежат к одному из двух классов:
и ком земли были для него одно и т о же. Д ля его они либо обычные люди, либо святы е. Святых назы­
ума ч т о небо, ч т о ладонь руки представлялись од­ вают ариями. На санскрите арий означает «благо­
ним и т е м же. Он оставался хладнокровным (в родный», «правильный» или «благой». Обычные лю­
опасной си туац и и ) , как благоуханное сандаловое ди, обыватели, всецело живут в мире своих чувств, и
дерево, стоящ ее перед топором, который его сруба­ духовный мир, находящийся за пределами всего это­
е т . П осредством своего знания он сорвал „оболоч­ го, им либо совершенно безразличен, либо служит
ку неведения” . Он достиг знания, „сверх-знания”1 и лишь источником каких-то смутных и вялых устрем­
„способностей аналитической интуиции'". Он при­ лений. Сверхчувственный мир неизменной реально­
обрел отвращ ение к мирским благам и почестям и сти в буддийской теории известен либо под именем
с т а л достойным почитания, преклонения и уваж е­ нирваны — которая является последним и оконча­
ния со стороны дэвов (богов), включая Индру, тельным состоянием успокоения, — либо как П у т ь .
Вишну и Кришну». Путь — это то же самое, что и нирвана, если ее рас­
Не считая будд, никто не мог быть в той же мере сматривать с точки зрения продвижения по опреде­
совершенен, как архат. Поэтому логично было допус­ ленным ступеням духовного роста. В результате вы­
тить, что будда должен был обладать некоторыми до­ полнения духовных практик, которые будут описаны
полнительными совершенствами по сравнению с арха­ чуть позже, мы постепенно приобретаем опыт, пре­
том. Поначалу, однако, этому вопросу уделяли мало вращающий нас из «обычных людей» в «святых».
внимания, так как в нем не видели никакого практи­ Для этого события существует термин вступление в
ческого смысла. Только по прошествии трех или че­ п оток. В какой-то степени он соответствует тому,
тырех столетий, когда идеал архата утратил свою что мы в христианстве называем «обращением». В
этом случае перед нами внезапно открывается виде­
ние сверхмирского п у ти ; по словам Буддхагхоши, мы
1 Т . е. божественного ока; божественного слуха; познания
начинаем видеть Путь так, как мы видим яркую пол­
мыслей других; способности вспоминать свои прошлые рожде­
ную луну сквозь дымку облаков. В данном случае об­
ния; чудесных сил; знания, что его «истечения» высохли.
(Примеч. Э. Конзе) . лака служат символом наших чувственных привязанно­

126 127
стей. Вступив когда-нибудь в поток, мы еще должны книгой, описывающей эти практики, а именно Висудд-
будем выдержать длительное сражение. Иногда оно химаггой Буддхагхоши, название которой, весьма несо­
занимает много жизней, ибо нам нужно преодолеть вершенно, было переведено как П у т ь очищения.
свои привязанности к чувственным объектам и лю­
бовь к себе. Но главное, что поворот уже произошел.
Н р авствен н ая дисциплина

П р ак ти к и Выше мы говорили о монашеской стороне буддий­


ской дисциплины (см. главу II). Буддисты полагают,
Медитативные практики в буддизме — это источ­ что знания, или прозрения, обрести нельзя, если мы
ник всего, что в нем есть. Историческое развитие буд­ имеем только его словесную оболочку; оно обретается
дизма представляет собой, по сути дела, выработку все только в том случае, если мы можем ощутить его воз­
новых и новых средств достижения освобождения. О д ­ действие на наше непокорное тело. Мы мало что вы­
нако не так легко дать вразумительное описание этих играем от того, что получим лишь умозрительное убе­
практик, поскольку все они представляют собой мето­ ждение в ненужности чувственных удовольствий или
ды, направленные на отказ от мира, а многие современ­ во внутренней отвратительности и непривлекательно­
ные люди совершенно не заинтересованы в этом. Лишь сти того, что их вызывает, если эта убежденность
два момента этих методов находятся в пределах понима­ мозга и языка противоречит убежденности наших
ния обычного человека — начало и конец практики. мышц, желез и кожи. Эти органы тела действуют как
Отправным пунктом всех буддийских стремлений явля­ воплощения желаний, которые становятся почти авто­
ется недовольство миром, каким его видят; многие люди матическими. Если мы жадны до еды, разглядываем
ощущают такую неудовлетворенность довольно часто, всех девушек, которых встречаем на улице, и чувству­
несмотря на то, что прекрасно знают, как с ней спра­ ем себя несчастными, когда нам холодно, голодно или
виться. Конечным результатом духовной борьбы будди­ некомфортно, то тогда наша умозрительная убежден­
ста становится полный душевный покой, который на­ ность в ненужности и бесполезности мирских вещей
верняка хотел бы иметь любой человек, если бы только затрагивает только одну часть нашей личности и оп­
знал, что для этого нужно сделать. Но все то, что нахо­ ровергается действиями другой части нашего сущест­
дится между началом и завершением Пути, большей ча­ ва. Это хорошо иллюстрирует индийская история об
стью представляет собой тот тяжкий труд, которого лю­ учителе, который спрашивает своего ученика о том,
ди обыкновенно предпочитают избегать. что является для него величайшей ценностью. Ученик
Всегда бывает так, что сокровенное знание Пути почтительно отвечает: «Брахма, или Высший Дух».
открывается только тем, кто по нему идет. Тем не менее Тогда учитель ведет своего ученика к пруду, окунает
мы попытаемся разъяснить те методы, которые приме­ его голову в воду на две минуты и затем спрашивает о
няли в старой школе мудрости для обучения архатов. том, чего он больше всего желал в конце этих двух ми­
Эти методы традиционно разделяются на три основные нут. Ученик не мог не ответить, что больше всего на
группы, а именно нравственную дисциплину, транс и свете он желал глотнуть воздуха и что Высший Дух
мудрость. К счастью, мы располагаем замечательной удивительным образом был ему в тот момент безразли-

128 129
9 Эдвард Конзе
чен. И если расположение нашего духа таково же, то Когда такое видение, или образ, «тридцати двух
тогда какая нам польза от священного учения? частей тела» накладывается на облик привлекательной
Осознанное и строгое отношение к своему телу со­ женщины, можно быть уверенным, что оно окажет до­
ставляет основу обучения буддиста. Самым решительным вольно разрушительное воздействие на любые сексуаль­
образом освобождает нас от иллюзий индивидуальности ные страсти, какие только возможны. Кроме того, буд­
и отвержение самовлюбленности и нарциссической при­ дисты, подобно джайнам, учатся сосредоточению вни­
вязанности к телу. Шизическое тело всегда было в цен­ мания на «д евяти отверстиях т е л а », из которых
тре внимания буддиста: « Я говорю вам, ч то именно непрерывно истекают грязь и отвратительные субстан­
внутри этого самого тела, смертного по своей сути и ции, — на двух глазах, двух ушах, двух ноздрях, на рте,
имеющего всего лишь ш есть ф утов в высоту, нахо­ на мочеиспускательном канале и заднем проходе. Если
д ятся мир, и источник мира, и прекращение этого ми­ монах не довольствуется этим, ему советуют посещать
ра, и так ж е путь, ведущий к его прекращению». кладбища или кремационные площадки и смотреть, что
Человеческий ум приучен работать на сопоставлени­ из себя в действительности представляет тело на раз­
ях. Если мы взглянем на буддийские произведения ис­ личных стадиях его разложения. Всем этим буддийские
кусства, будь то скульптуры или другие изображения, практики намеренно противопоставляются привычкам
то обнаружим, что форма человеческого тела передается цивилизованного общества, налагающего запрет на те
с большой чувственностью в искусстве Амаравати и стороны жизни, на которые обращают внимание будди­
Аджанты и что она выражается с идеальной, неземной сты. Цель цивилизованного общества состоит в том, что
утонченностью в искусстве Китая и Тибета. Основная прямо противоречит Дхарме, и обычный его представи­
часть обучения монаха, однако, заключалась в утвер­ тель старается избежать всякого соприкосновения с тем,
ждении прямо противоположного. Его учили много­ что могло бы создать какую-либо опасность для его
кратно смотреть на это материальное тело как на отвра­ зыбких и неустойчивых радостей жизни.
тительное, мерзкое и в высшей степени неприятное: «А Как и многие христиане, буддист никогда и не ду­
далее ученик созерцает э т о тело о т ступней ног до мает гордиться своим телом, а чувствует к нему стыд и
кончиков волос на макушке, и наоборот, тело с ко­ отвращение. Мы никогда не должны забывать, что в
жей, н атян у той на него, тело, наполненное разнооб­ этой системе мышления соединенность с телом оказы­
разными нечистотами. В это м теле они таковы : вается с нашей стороны делом добровольным, ведь оно
служит таким удивительным инструментом для осуще­
волосы на голове, волосы на теле,
ствления наших предпочтений и желаний! Но стоит
ногти, зубы, кожа;
мышцы, сухожилия, кости, костный мозг, почки; только нам понять, как ненадежно наше тело, насколь­
сердце, печень, серозные оболочки, ко оно подвержено различным опасностям и порокам,
селезенка, легкие; насколько оно отвратительно в своих основных отправ­
кишки, брыжейка, желудок, испражнения, мозг; лениях, как мы начинаем испытывать стыд и ужас пе­
желчь, пищеварительные соки, гной, ред теми условиями, в которые наша божественная
кровь, сало, жир; Самость сама себя поместила, и понимаем, как опасно
слезы, пот, слюни, сопли, суставная жидкость, она разместилась меж двух кожных покровов, или, го­
моча». воря современным языком, меж эктодермой и энто­
130 131
дермой. Несомненно, подобные условия — не самые Это именно то, что называется «охраной дверей
лучшие для нашей Самости. Конечно же, она не может чувств». В чувственном опыте можно различить два
быть свободной и спокойной в условиях, которые со­ составных элемента. Один из них представляет собой
творены алчностью и которые побуждают ее испыты­ всего лишь чувственное восприятие внешнего раздра­
вать еще большую алчность. В этом отношении буд­ жителя, а другой — нашу волевую реакцию на него.
дийская традиция вторит духу известного стихотворе­ Контакт наших органов чувств с соответствующими
ния Эндрю Марвелла,1 в котором говорится: им раздражителями служит « поводом» для, говоря
словами буддийской формулы, «возникновения в нас
«О , кто сможет вырваться из этой темницы! алчных, печальных, злых и неблагоприятных со­
Э т а душа порабощена т а к плотно стояний, ибо они нахлы нут на нас, коль скоро мы
Костяными кандалами, сковавшими ноги остаем ся несдержанными» по отношению к своим
и связавшими руки; органам чувств. Поэтому мы должны научиться обуз­
Здесь она слепа из-за глаз, а там дывать свою безудержную жажду видеть, слышать и
Оглохла из-за барабанного боя в ушах!» т. д., которая действительно отчуждает нас от самих
себя. Мы должны научиться удерживать свой собст­
Хорошо найти слова, с помощью которых можно венный ум, или мысли, или сердце от попадания в з а ­
убедить других в пустотности всех обусловленных ве­ висимость от объектов, с которыми встречаются наши
щей. Но еще более существенно убедить в этом соб­ чувства. Мы должны научиться проверять каждый
ственное тело. Органам чувств в буддизме уделяется раздражитель, проникнувший в цитадель нашего ума,
особое внимание, они подвергаются строгому надзо­ чтобы наши нездоровые страсти не могли сковать его
ру. Для обозначения этой практики применяется тер­ и окружить, стремясь найти новый центр для себя.
мин и ндри я-гутти , в буквальном смысле — «охра­ Всякий, кто пытался выполнить наставления Будды,
на органов чувств». Когда монах прогуливается, он касающиеся контроля своих чувств, знает, сколь чу­
должен смотреть прямо перед собой, а не крутить го­ довищное насилие приходится применять к своему
ловой по сторонам. уму, чтобы сохранять его спокойствие даже на од-
ну-две минуты. Как же мы можем выяснить, в чем
«Не позволяйте взгляду блуждать
заключена истинная природа нашего ума, если мы да­
подобно лесной обезьяне,
же не способны защитить его от постоянного вторже­
Подобно дрожащей лесной лани
или испуганному ребенку. ния внешних импульсов и увидеть его таким, каким
Глаза должны быть опущены, он является сам по себе?
они не должны смотреть
Дальше, чем на шаг. Ум монаха не
должен блуждать, Транс
Словно беспокойная обезьяна».
Вторую группу буддийских методов традиционно
1 Марвелл Эндрю (1621— 1678) — английский пуритан­ называют концентрацией, или сосредоточением.
ский поэт, сатирик, политический и религиозный деятель. Санскритское слово с этим значением, самадхи, эти­

132 133
мологически соответствует греческому термину «син­ второй стадии он выходит за пределы мыслей, кото­
тез». Смысл «сосредоточения» состоит в сужении по­ рые направлены на объект и окружают его. Здесь
ля внимания волевым усилием на определенный срок прекращается дискурсивное мышление, и практикую­
и определенным образом. В результате применения щий развивает более цельную, умиротворенную и
такого метода ум успокаивается, подобно тому как уверенную позицию доверия, которую тексты назы­
выравнивается огонь в масляной лампе в защищенном вают верой. Эта позиция движения наощупь и выхода
от ветра месте. С эмоциональной точки зрения сосре­ из самого себя в направлении чего-то такого, что не­
доточение вызывает состояние умиротворенности, по­ доступно дискурсивному знанию, но что доставляет
скольку человек при этом на некоторое время выхо­ большее удовлетворение, в конечном итоге ведет в
дит за пределы всего, что могло бы вызвать в нем переживанию радости и восторга. Впрочем, в опреде­
беспокойство. Традиционно насчитывают три разно­ ленном отношении эта радость тоже представляет со­
видности практик сосредоточения: бой некое пятно, некое загрязнение, и поэтому от нее,
1. Восемь дхъян. в свою очередь, также нужно избавиться. Решение
2. Четы ре «безграничных». этой задачи осуществляется на следующих двух сту­
3. О ккультны е силы. пенях. В четвертой дхьяне практикующий перестает
Эти три составляющие были зачатками большей сознавать, что к нему относятся свобода и не-свобо-
части всего того, что появилось в буддизме в более да, благополучие и не-благополучие, радость и уны­
поздний период его развития. Практика дхьян приоб­ ние, поддержка и препятствия. Личные предпочтения
рела решающее значение для системы йогачары, делаются так неинтересны, что становятся незначи­
«безграничные» явились одним из источников ранней тельными. Все, что остается в этом состоянии ясной,
махаяны, оккультным силам было суждено стать прозрачной и бдительной восприимчивости, — это
сердцевиной тантры. Теперь нам следует пояснить совершенная ч и с т о т а вним ательности и непре­
каждую из этих трех разновидностей. рывной осознанности. Кроме этого, существуют еще
1. Дхъяны (на языке пали — джханы) являются четыре «бесформенные» дхьяны, которые представ­
средством для выхода за пределы воздействия чувст­ ляют собой стадии преодоления остатков объекта.
венных стимулов и наших обычных реакций на них. Пока мы «присасываемся» к какому-либо объекту,
Начинать упражнение следует с сосредоточения на сколь бы чистым и тонким он ни был, мы не можем
чувственном стимуле — таком как, например, круг, войти в нирвану. Практикующий вначале видит все
выложенный из розового песка либо образованный как безграничное п ростр ан ство, затем — как без­
голубыми цветами; это может быть чаша с водой или граничное сознание, потом — как ничто, и далее,
образ Будды. Первая стадия транса достигается то­ благодаря отказу от самого акта восприятия ничто, он
гда, когда человек обретает способность на некоторое достигает состояния, в котором нет ни восприятия,
время подавить свои нездоровые стремления — т. е. ни не-восприятия. Сознание и само-сознание оказы­
чувственное желание, недоброжелательность, лень и ваются здесь на пороге своего исчезновения.
апатию, возбуждение и смущение. Практикующий Выше этого уровня находится прекращение вос­
учится не впускать эти стремления и старается на­ приятия и чувствования, когда, как говорят, прак­
правлять все свои мысли на избранный объект. На тикующий касается нирваны своим телом . Сторон­

134 133
нему наблюдателю это состояние напоминает кому. щей внешностью людей их привлекательные стороны.
Движения, речь и мышление в нем отсутствуют. С о­ Но здесь не место вдаваться в технические подробно­
храняются лишь жизнь и тепло. Даже бессознатель­ сти таких медитаций. Их настрой сделается очевид­
ные побуждения, что говорится, усыплены. Внутрен­ ным при знакомстве с коротким отрывком из М е т т а
не это состояние похоже на то, что в других мистиче­ с у т т ы : « Д а бу д у т все сущ ества счастливы, спо­
ских традициях называют невыразимым осознанием койны и б еззабо тн ы ! Д а б у д у т они радоваться и
чистого созерцания, чистого намерения, проникаю­ ж и т ь в безопасности! Все сущ ества, слабые или
щего в реальность, союза ничто с ничто или же Еди­ сильные, в высших, средних или нижних мирах, м а ­
ного с Единым, погружения в Божественную безд­ ленькие или крупные, видимые или невидимые,
ну, в Божественную пустыню. близкие или далекие, рожденные или ожидающие
Однако, согласно ортодоксальному учению, эти своего рождения, — да б у д у т все они счастливы и
состояния, сколь бы возвышенными они ни были, не беззаб о тн ы ! П у с т ь н и кто не обманывает другого
гарантируют окончательного освобождения. Необхо­ и не презирает никакое сущ ество ни в каком со­
димо полное преодоление индивидуального «я», по­ стоянии; п у сть н и кто во гневе или из-за недобро­
скольку с помощью этих экстатических опытов мож­ ж ел ател ьн ости не п ож елает вреда другому! Точно
но достичь лишь временной его утраты. Постепенно м а т ь , присматривающая за своим ребенком и з а ­
ум становится все более простым, все более отрешен­ щищающая его, свое собственное д и т я , — т а к с
ным, все более умиротворенным, но это происходит безграничным усердием должен он за б о т и т ь с я обо
только пока длится дхьяна, в которой самость забы ­ всех живых сущ ествах, и зл у ч ать дружелюбие во
вается. Лишь мудрость может проникнуть в великую всем мире, внизу, наверху и посюду без ограниче­
п у с т о т у , только она может войти в нирвану, навсе­ ний; т а к п у сть он взр ащ и вает безграничную доб­
гда замещающую чувственные импульсы, которые рож ел ател ьн ость ко всему миру, не связанный,
преобладали в нашем уме, пока еще существовал ум, свободный о т недоброжелательности или враж ­
в котором можно было преобладать. дебности».
2. «Безграничные» ( апрамана) — это методы Следующей по порядку оказывается добродетель
взращивания особых эмоций. Таковых четыре: дру­ сострадания, развить которую гораздо труднее. Это
желюбие (м е т т а ), сострадание, сорадование и не­ такое состояние, при котором практикующий сосре­
прерывная осознанность. Основная цель упражнений доточивается на страданиях других существ, пережи­
состоит в сокращении границ, существующих между вает вместе с ними и желает им скорейшего избавле­
каким-либо индивидом и другими людьми — будь то ния от этих страданий. Н а третьей стадии, после того
дорогими, безразличными ему или же врагами. П рак­ как практикующий научился вызывать в себе состра­
тикующий пытается одинаково дружелюбно отно­ дание по собственному желанию, он должен трениро­
ситься к самому себе, друзьям, чужим людям и не­ вать в себе сорадование. Он сосредоточивается на
другам. Дружелюбие считается добродетелью. Оно благоприятных моментах жизни других людей, испы­
определяется как состояние, в котором человек жела­ тывает вместе с ними радость и проникается радост­
ет другим блага, увеличения благосостояния и стара­ ным сочувствием к их счастью. И напоследок остает­
ется увидеть за неприятной и зачастую отталкиваю­ ся непрерывная осознанность, которую мы, как счи­

136 137
тает традиция, можем успешно познать только после личные религиозные организации для обращения
того, как обретем устойчивость в третьей дхьяне, со­ других людей в свою веру. Изображение чудесных
хранив при этом три предыдущих эмоциональных со­ событий — излюбленная тема буддийского искусст­
стояния. Поэтому осознанности достигают достаточ­ ва. Даже если оккультное само по себе и не образо­
но редко, так что здесь мы ограничимся лишь упоми­ вывало раздел священного учения, оно все равно ока­
нанием о ней. зывало влияние на общину через ее мирских последо­
Практикующему предписывается не только р аз­ вателей.
вивать эти эмоциональные состояния, но и стараться Здесь, впрочем, необходимо внести дополнитель­
сделать их безграничными, т. е. научиться одинаково ное замечание. Опыт всех стран мира показывает, что
ровно относиться ко всем людям и все время стре­ невозможно развивать духовную жизнь так, чтобы в
миться уменьшить собственные предпочтения, симпа­ то же время она не порождала определенных психи­
тии и антипатии. Всякий, кто пытался воплотить в ческих сил и психических ощущений. Этот факт спо­
жизнь предписания Буддхагхоши по выполнению собен вызвать удивление только у тех, кому духовные
этих упражнений, должен был заметить, что, нахо­ практики действительно незнакомы. В результате
дясь в обычном рассеянном состоянии, нельзя испол­ вхождения в различные трансовые состояния Будда и
нить их правильно. Считается, что сначала ум должен его ученики обрели власть над многочисленными ви­
пройти через очищение и отрешенность (а это мо­ дами сверхъестественных и магических сил, называе­
жет дать ему только практика дхьян), для того что­ мых риддхи, или иддхи. Одни из них представляли
бы успешно применять «безграничные» ко всем собой силы, которые мы теперь называем психиче­
вещам. скими, — ясновидение, яснослышание, память о
3. В буддийском учении так много в высшей сте­ прежних рождениях и знание мыслей других существ.
пени рационального, что роль оккультного в нем з а ­ Другие были силами телесными. Ученики могли «по
частую недооценивали, и особенно это относится желанию проходить сквозь стен у , ограду или холм,
к современным европейским авторам. Они не при­ как через воздух; погруж аться в твердую почву и
нимают во внимание два решающих фактора: истори­ вы ходить из нее; ходить по воде или передвигать­
ческие условия, в которых буддийская религия разви­ ся по воздуху» . С помощью магических действий
валась, и законы духовной жизни. Они также не по­ буддисты могли продлевать жизнь своего тела. Они
нимают значения более поздних ступеней развития также могли облечь в форму или вызвать в воображе­
буддийской мысли, которые кажутся им периодом нии собственных двойников и придать им видимость
вырождения и падения с первоначальных высот. Буд­ жизни. Они могли принимать облик мальчика, змеи
дизм развивался в среде людей, которые столь же и т. п.
искренне верили в магию, как современные городские Христианские евангелия в определенной мере
жители верят в науку. Реликвии Будды ценились за подверглись влиянию буддийских учений, которые
магическую силу, которой они были наделены. Н е­ были известны в Александрии и других частях Сре­
беса, реки, леса и деревья в нем, колодцы — вся при­ диземноморья. Чудотворная сторона буддизма, види­
рода была наполнена духами. Чародейство — обыч­ мо, особенно пришлась по душе ранним христианам.
ное явление для индийцев, и его часто применяли раз­ Святой Петр, ходивший по воде, шел по стопам мно­

138 139
гих буддийских святых. Одним из излюбленных чу­ М у д р о сть
дес многих буддистов было двойное чудо. И з верх­
ней половины тела Татхагаты вырывался огонь, а «и з Мудрость является высшей добродетелью. Обычно
нижней ч асти его т е л а струились потоки воды». так переводят санскритский термин пра-джня (на пали
В Евангелии от Иоанна (7, 38) мы находим любо­ пання), и в целом с этим можно согласиться. Однако,
пытное место: « К т о верует в Меня, у то го , как имея дело с буддийской традицией, мы всегда должны
сказано в Писании, из чрева п о т е к у т реки воды иметь в виду, что смысл «мудрости» в ней особый, даже
живой». В качестве третьего примера мы можем упо­ уникальный для истории человеческой мысли. Под тер­
мянуть о том, что Татхагата мог бы, если бы только мином «мудрость» буддисты понимают методическое
пожелал, пребывать еще целую эпоху, подобно Х р и ­ созерцание дхарм. Это наглядно иллюстрирует формаль­
сту, который « пребывает вечно»? ное и академическое определение, которое дает Буддхаг-
Несмотря на то что психические способности не­ хоша этому термину: « М удрость обладает свойством
отделимы от конкретной ступени духовного развития, проникновения в истинную природу дхарм. Она вы­
их появление не во всех случаях благотворно сказыва­ полняет функцию рассеяния тьм ы заблуждения, ко­
ется как на характере, так и на духовности личности, торая скрывает подлинное бытие дхарм. Она прояв­
в которой они проявляются. В психических проявле­ ляется как о тс у т ст в и е заблуждения. Э т о с о о т в е т ­
ниях таится большая опасность: может возрасти гор­ с т в у е т утверждению: „Т о т, к т о сосредоточивается,
дыня; человек может погнаться за большей властью и зн ает, ч т о сущ ествует на самом деле"; сосредоточе­
потерять при этом и царство и славу; он может всту­ ние является ее непосредственной причиной».
пить в контакт с силами, которые будут разрушать Методы, с помощью которых можно развить муд­
его нравственность. В целом в первое тысячелетие рость, были изложены в книгах по абхидхарме. Очевид­
своего существования буддийская церковь полагала, но, они являются более поздними частями Канона (см.
что оккультные и психические силы допустимы, если с. 48). Некоторые школы, вроде саутрантиков, настаи­
только им не начинают уделять слишком много вни­ вали на том, что эти книги нельзя считать аутентичными
мания и показывать их в качестве дешевых трюков на словам Будды, и поэтому их необходимо отвергнуть.
публике. Однажды Будда встретил одного аскета, Точное значение слова абхи-дхарма не вполне понятно.
который двадцать пять лет сидел на берегу реки, пре­ «Абхидхарма» может обозначать более высокую, или
даваясь суровым аскетическим упражнениям. Будда высшую, дхарму. Когда именно были составлены книги
спросил его, чего он добился в результате всех своих по абхидхарме, выяснить трудно. Думается, однако, что
усилий. Аскет гордо ответил, что теперь, наконец, он не будет серьезной ошибкой отнести их ко времени пер­
умеет переправляться через реку, просто идя по воде. вых двух столетий после смерти Будды.
Будда объяснил ему, что эта награда слишком мала До нас дошли два варианта Лбхидхармы: один из
за подобные труды, поскольку всего за одну монету них представляет собой собрание из семи книг на язы­
его мог бы перевезти лодочник. ке пали, а другой, также состоящий из семи книг, со­
хранился в китайской версии, хотя изначально был со­
ставлен на санскрите. Палийские тексты относятся к
1 Иоанн, 8, 33. традиции тхеравады, а санскритские — сарвастивады.
140 141
Примерно через семь столетий после первоначального опыта, — метод, в котором понятия «я» и «мое» пол­
составления книг Лбхидхармы, т. е. около 4 0 0 — 450 гг. ностью отсутствуют и в котором все действующие си­
н. э., учения обеих традиций были окончательно коди­ лы трактуются как безличные дхармы. Абхидхарма —
фицированы. Кодификация тхеравадинского канона старейшая письменно зафиксированная система психо­
была выполнена на Цейлоне Буддхагхошей, а сарва- логии и, думаю, до сих пор значимая для достижения
стивадинского — в Северо-Западной Индии Васу- тех целей, для которых и разрабатывалась.
бандху. После 450 г. н. э. развитие учений абхидхар- Что же, в таком случае, представляет собой наша
мы почти, если не совсем, прекратилось. индивидуальность, говоря языком дхарм? Согласно аб-
Приходится признать, что стиль книг Лбхидхармы хидхармической традиции, личность, со всеми ее воз­
в высшей степени сух и непривлекателен. Способ об­ можными составляющими, можно разделить на пять
ращения к различным темам напоминает стиль бух­ груд, т. е. на пять своеобразных групп элементов, на
галтерских книг, инженерных руководств или, напри­ санскрите называемых скандхами. Все, о чем личность
мер, справочника по физике. Нельзя сказать, чтобы может думать как о самой себе, все, что она может
стилистические фигуры полностью отсутствовали в считать своим, обязательно попадает в одну из этих
буддийской литературе, ведь она создавалась для про­ пяти групп. Она может быть любой из следующих.
паганды и пыталась завоевать признание необращен­ 1. М атериальное (наше физическое те л о и м а­
ных и укрепить чувства верующих. Однако книги по териальное имущ ество ).
абхидхарме предназначались исключительно для буд­ 2. Ч у вство .
дийской элиты, и предполагалось, что мудрость, при­ 3. Восприятие.
обретаемая в результате внимательного их изучения, 4. Побуждение.
будет достаточной наградой и стимулом к знанию. 5. А к т сознания.
Главной задачей буддизма является искоренение Ложная вера в индивидуальность или личность
индивидуального существования, а это достигается возникает, как утверждается, из-за домысливания
тем, что некто прекращает о т о ж д е с т в л я т ь себя с сверх и надо всеми этими пятью грудами некоего «я».
чем бы то ни было. В силу давней привычки нам есте­ Н а схеме это выглядит так:
ственно размышлять о своем опыте в терминах «я» и
РЕАЛЬНОСТЬ ВЫ М Ы СЕЛ
«мое». Даже когда мы убеждены в том, что такие сло­
ва, строго говоря, слишком неопределенны, для того Ф орм а
чтобы быть приемлемыми, и что их необдуманное (= материя)
Чувство
употребление служит причиной наших повседневных
(= приятное, неприятное,
несчастий, даже тогда мы продолжаем ими пользо­
нейтральное)
ваться. Причин тому множество. Одна из них состоит Восприятие —> «Самость>
в том, что мы не видим никакого иного способа, чтобы (= зрение, слух и т. д.)
объяснить собственный опыт без использования таких Побуждения
терминов, как «я» и «мое». Величайшей заслугой аб- (= жадность, ненависть,
хидхармы является то, что она попыталась создать вера, мудрость и т. д.)
альтернативный метод рассмотрения собственного Сознание

142 143
Включение вымышленной самости в действитель­ пятидесяти четырех элементов, образующих скандху
ную картину нашего опыта происходит всегда, когда я волевых побуждений.
предполагаю, будто нечто является моим, или что я Проведенный анализ представляет собой пример
являюсь чем-либо, или что нечто является мною. Для того, как можно применять учение абхидхармы, одна­
наглядности мысли я вернусь к своему примеру с зуб­ ко нельзя сказать, что этот анализ уже сам по себе в
ной болью (с. 31). Обычно человек просто говорит: состоянии существенно уменьшить реальную зубную
« У меня боли т зу б ». Шарипутре это выражение по­ боль. Подобный анализ можно применить к любому
казалось бы в высшей степени неверным. Ни я, ни эпизоду нашего опыта. В книгах по абхидхарме при­
отношение ко мне (выраженное здесь предлогом у), водятся различные списки факторов бытия, от 79 до
ни зубная боль не могут считаться конечными факта­ 174, причем они считаются базовыми элементами, та­
ми реальности (дхармами). В абхидхарме выражения, кими же реальными, как и вещи обыденного мира,
относящиеся к какой-либо личности, заменены соот­ которые, впрочем, могут быть сведены к ним в ре­
ветствующими безличными высказываниями. Безот­ зультате анализа. В то же время абхидхарма предла­
носительно к личности, в контексте элементарных со­ гает и правила комбинирования этих факторов,
бытий, этот опыт можно разделить на следующие оформленные в виде перечня возможных отноше­
части. ний между ними. Пять скандх представляют собой
1. В качестве формы, т. е. материи, в нем высту­ только первые пять из этих факторов. Читатель дол­
пает зуб. жен помнить, что для того чтобы этот метод был эф­
2. Имеет место чувство боли. фективен, отличное знание содержания книг Абхид­
3. Имеется зрительное, осязательное и болевое хармы должно сочетаться со строгой умственной дис­
восприятие зуба. циплиной, с длительными и упорными практиками
4. Кроме того, в нем присутствуют волевые побу­ напряженного сосредоточения. В противном случае
ждения: негодование по поводу боли, страх перед медитация ничему нас не научит и не будет для нас
возможными последствиями, т. е. перед угрозой для полезной.
здоровья, страстное стремление к здоровому состоя­ Впрочем, основная идея довольно ясна: пережива­
нию и т. д. ния следует анализировать в контексте взаимодейст­
3. В нем также присутствует сознание — осозна­ вия безличных сил. Когда практикующий выявляет
вание всего этого. исходные принципы, скрывающиеся под поверхно­
Здесь исчезает «я», обычно употребляемое в р аз­ стью любых вещей и проявляющиеся внутри нашей
говорной речи: оно ничему не соответствует в приве­ так называемой личности или вне ее, то, если верить
денной выше схеме, не совпадает ни с одним из ко­ Абхидхарме, эти вещи начинают восприниматься в их
нечных фактов реальности. Впрочем, «я», как некая подлинном смысле, они начинают видеться такими,
воображаемая величина, все же является частью на­ какими их видит сама мудрость. Однако западным
шего действительного опыта. В этом случае оно читателям не следует полагать, что теория дхарм
должно быть помещено либо в скандху сознания (со­ представляет собой некое метафизическое объяснение
ответствуя самости как субъекту), либо же, под на­ мира, с которым можно поспорить и которое можно
званием ложной веры в сам ость, включено в состав обсудить. Напротив, эта теория является созерца­

144 145
ло Эдвард Конзе
тельно-практическим методом уничтожения тех сто­ счастливым ощущением силы и ясности о т ее про­
рон обыденного мира, которые связывают и обуслов­ хождения».
ливают наш дух. Ее ценность следует понимать в те­ Как мы видели, нездоровье ума происходит от
рапевтическом, а не в теоретическом смысле. При привычки отождествлять себя с тем, чем мы на самом
правильном использовании этот метод должен даро­ деле не являемся. Наша личность присваивает себе
вать большую силу, рассеивающую неблагоприятный разнообразные фрагменты реальности посредством
опыт. Сама по себе медитация на дхармы, очевидно, вещей, которые можно увидеть или потрогать. В этих
не способна искоренить все зло в наших сердцах. принадлежностях наша истинная самость отчужда­
Она — не панацея, излечивающая от всех болезней, ется от самой себя, и за каждую привязанность, кото­
но всего лишь одно из лекарств в сундучке Великого рая у нас формируется, мы расплачиваемся более или
В рачевателя. Тем не менее, если ее практиковать менее осознаваемым страхом. Будда учит, что мы мо­
достаточно часто, она способна помочь нашему уму жем обрести благо, т. е. избежать ужасного круга ро-
стать настолько здоровым, что у него разовьется при­ ждения-и-смерти, только полностью избавившись от
вычка смотреть на вещи безличным образом. Соот­ всех этих сращений.
ветственно должно уменьшиться и бремя мира. Ш ри В какой-то мере влияние, которое оказывают на
Ауробиндо в своем труде Основание йоги ясно пока­ нас наши принадлежности, ослабляется, если соблю­
зал, как медитация на дхармы может повлиять на на­ дать строгие правила нравственного поведения. Буд­
ше будущее: « В безм ятеж ном уме полностью спо­ дисту советуют оставить при себе как можно меньше
койна именно субстанция ментального бы ти я, имущества, покинуть дом и семью, больше заботить­
настолько спокойна, ч т о ничто не м о ж ет поколе­ ся о бедности, чем о богатстве, предпочитать дарение
б а т ь ее. Если появляю тся мысли или образы, они приобретению и т. д. В том же направлении действует
не т о чтобы возникаю т за пределами нашего ума, и опыт трансовых состояний. Несмотря на сравни­
они приходят извне и проходят сквозь ум, подобно тельную мимолетность состояния транса, память
т о м у как с т а я п ти ц пересекает безветренное про­ о нем все же должна поколебать веру в реаль­
с т р а н с т в о . Они п ро летаю т, ничего не задевая, не ность чувственного мира. Неизбежным результатом
о ставл яя никаких следов. Д аж е если ты сяч а обра­ регулярной практики трансовых состояний являет­
зов или ярчайших переживаний пересекут его ум, ся то, что вещи нашего обыденного мира начинают
неподвижное спокойствие все равно сохранится, казаться иллюзорными, обманчивыми, далекими
словно самой основой ума была субстанция вечного и призрачными, они лишаются обычно присущих им
и ненарушаемого покоя. Ум, который приобрел т а ­ устойчивости и надежности. Тем не менее полага­
кое спокойствие, м о ж е т н ач ать д е й с тв о в ат ь — и ют, что нравственность и транс одни не могут полно­
даже весьма напряженно и ярко, но он будет стью выкорчевать и уничтожить основания нашей ве­
по-прежнему сохранять свое глубинное спокойст­ ры в индивидуальность. Согласно учению старой
вие, происходящее не из него, но о т к у д а - т о свыше школы мудрости, только мудрость способна рассеять
и облекающееся в ментальную форму без всякого иллюзию индивидуальности, изгнать ее из наших
добавления о т него, безм ятеж но, бесстрастн о, хо­ мыслей, где она укрепилась в силу застарелой при­
т я и с радостью о т п ри су тстви я истины, и со вычки. Не действие, не транс, но только мысль1мо­

146 147
жет уничтожить иллюзию, которая пребывает в самой ленно. Другими словами, мы растождествляемся со
мысли. всеми обусловленными вещами. Предполагается, что
Если все наши страдания обязаны своим присут­ если мы сумеем действовать подобным образом есте­
ствием тому факту, что мы отождествляем себя с ственно и в совершенстве, наша индивидуальность
ложными принадлежностями, которые на самом деле будет исчерпана и автоматически проявится нирвана.
не наши, то можно сделать вывод о том, что было бы Конечно, такой подход требует от нас более возвы­
гораздо лучше обойтись без этих принадлежностей. шенного взгляда на самих себя. В некоторой степени
Этот простой и совершенно очевидный вывод можно мы должны ощущать стыд за то, что в нашем факти­
также представить более отвлеченно: то, чем мы в ческом существовании отсутствует необусловленное.
действительности являемся, идентично Абсолюту. Это также требует большой смелости, поскольку мы
Во-первых, мы допускаем, что существует некая выс­ должны будем отбросить все то, что, по нашему убе­
шая реальность, а во-вторых — что в нас самих име­ ждению, препятствует пробуждению изначальной не­
ется точка, в которой мы соприкасаемся с этой реаль­ обусловленной природы. Вот как говорит об этом
ностью. Конечная, или высшая, реальность, называе­ Буддхагхоша: «М онах р ассм атр и вает весь о п ы т
мая буддистами Дхармой или, иначе, нирваной, — своего обусловленного сущ ествования как опасный,
это то, что полностью выходит за пределы чувствен­ он о т к а зы в а е т с я о т него, борется с ним, не нахо­
ного мира иллюзии и неведения, мира, насквозь про­ д и т в нем никакого удовольствия. Точно т а к же,
питанного страстными желаниями и жадностью. Для как золотой лебедь, радующийся прекрасному озеру
буддиста постижение этой предельной реальности яв­ у подножия блестящ их вершин Гималаев, не захо­
ляется в высшей степени достойной целью его жизни. ч е т ж и т ь в грязной луже у ворот деревни непри­
Буддийская идея конечной реальности довольно касаемых, т а к и йогин находит удовольствие не
близка философскому понятию «Абсолюта», и не­ в сложных и обусловленных вещах, но тол ьк о в пу­
трудно ее распознать в понятии Бога у многих мисти­ т и спокойствия и умиротворения». Наше умение
ческих теологов, подобных Дионисию Ареопагиту и вспоминать свое богоподобное состояние, которым
Экхарту. Нирвана провозглашается абсолю тным мы обладали, прежде чем попали в этот мир, — один
благом, а Дхарма — абсолютной истиной в том из первых шагов на пути, ведущем к достижению со­
смысле, что они являются благом и истиной бесспор­ вершенной мудрости.
но, без всяких обсуждений и при любых условиях. По самому своему определению Абсолют не име­
Эти убеждения образуют основу буддийских ет никакого отношения к чему бы то ни было. В то же
практик медитации и созерцания. Практикующий от­ самое время идея освобождения подразумевает, что
личает необусловленный мир от мира обусловленных должно быть какое-то соприкосновение или же слия­
вещей. Мы страдаем потому, что отождествляем себя ние необусловленного с обусловленным. Но с точки
с обусловленными вещами, и действуем так, как буд­ зрения логики эта идея несостоятельна, и, обдумывая
то то, что происходит с ними, в действительности ее, буддисты обнаружили огромное количество пара­
произошло с нами. Посредством настойчивой медита­ доксов и противоречий (см. главу V ). Если абсолют­
ции и смирения мы должны отречься от всего, кроме ное как таковое не имеет отношения к этому миру, то
высочайшего, которое только одно и есть необуслов- ни утверждение о том, что оно трансцендентно, ни

148 149
утверж ден и е о том, что оно имманентно, не будут до н. э.), а позднее введенного на Западе Дионисием
корректн ы м и .Буддийская школа чанъ положила этот Ареопагитом в виде отрицательной теологии. Однако
факт в основу практик медитации, например, застав­ мы не должны забывать то обстоятельство, что нир­
ляя ученика ответить на вопрос: « П р и с у т с т в у е т ли вана в конечном счете не поддается ни мысли, ни
природа Будды в это й собаке?» Природа Б у д д ы , восприятию. Представление о том, что на определен­
без сомнения, является необусловленной, а собака яв­ ных стадиях нашего духовного продвижения нирвану
но взята в качестве не самого возвышенного примера можно помыслить и что это ее осмысление помогает
обусловленного объекта. Корректным ответом на этот в практике созерцания, является ценным только с те­
вопрос будет что-то среднее между « д а » и « н е т » , — рапевтической точки зрения, на самом же деле оно
какое-нибудь «днеш», сочетающее в себе «и да и ложно.
н е т » или «ни да, ни н е т » . В реальной практике такая убежденность в транс­
Поскольку Абсолют заключен в самом себе, о нем цендентности необусловленного означала, что к нему
вообще ничего нельзя сказать, равно' как невозможно можно приблизиться только благодаря полному отри­
выразить какое-либо отношение к нему. Всякое уси­ цанию вещей этого мира, какими мы их знаем. З а бо­
лие превзойти обусловленное оказывается тщетным. лее детальным описанием я должен отослать читателя
Всякое представление, создаваемое нами по поводу к специальным книгам по буддийской медитации, од­
Абсолюта, является ipso facto1 ложным. Тем не менее нако общие очертания данного подхода можно неме-
на немалой части пути к освобождению какое-либо из тить и сейчас. Недовольство этим миром — таким,
них может сослужить нам службу, если использовать каким мы его видим, — побуждает нас задаться во­
его как форму или стандарт, с помощью которых мы просом, что же нам в нем не нравится.
определяем значимость и глубину того или иного сво­ Считается, что неприглядные свойства этого мира
его переживания. Этот «Абсолют», представляющий можно обобщить в виде трех основных признаков:
собой объект предварительного и в высшей степени непостоянство, страдание и не-я, последнее озна­
ложного осмысления, в религиозной практике оказы­ чает отсутствие независимого существования. Все в
вается в одном ряду с обусловленным миром и рас­ мире непостоянно, изменчиво, подвержено разруше­
сматривается либо внутри, либо вне его. Старая шко­ нию, ни на что нельзя положиться и все в конечном
ла мудрости всегда подчеркивала запредельность А б ­ счете рассыпается в прах, несмотря на то что изо всех
солюта, его полное отличие от всего, что мы можем сил мы пытаемся удержать его. Что касается с т р а д а ­
сделать или испытать. Буддисты более позднего вре­ ния, то я должен сослаться на главу I, где рассматри­
мени, представители махаяны, исправили этот в вается первая благородная истина. Фундаментальное
чем-то односторонний акцент, привнеся в понятие не­ положение буддизма гласит: нет ничего, что либо
обусловленного значение имманентности. Старая прямо не воспринималось бы как страдание, либо не
школа мудрости подходит к высшей реальности с по­ было бы как-то связано со страданием — в прошлом
зиции отрицания — метода, детально разработанного или будущем, по отношению к себе или другим. Н а ­
великим Яджнявалкьей в упанишадах (около 600 г. конец, все есть не-я, ибо мы никогда ничем не обла­
даем с достаточной уверенностью, мы никогда ничего
1 В силу самого факта (л а т .). полностью не контролируем, равно как мы никогда в

150 151
полной мере не обладаем обладателем и не контроли­ ния нашего отвращения ко всем обусловленным ве­
руем контролирующего. Буддисты не утверждают, щам и отрешенности от них нашему взору все больше
что анализ опыта восприятия мира самоочевиден. Н а­ и больше будет открываться истинная природа необу­
против, они снова и снова повторяют, что мы сможем словленного. Самость приходит к своему исчерпанию,
принять его только после усердных, продолжитель­ а Абсолют остается. Все представления по поводу
ных, методичных упражнений в созерцании. Обычно Абсолюта, формирующие основу для медитации, ока­
мы склонны полагаться на относительное постоянство зываются временными строительными лесами, кото­
вещей, от которых зависит наше счастье в этом мире, рые становятся ненужными и убираются, как только
а также и власть, сколь бы слабой она ни была, — дом завершен.
власть над своими обстоятельствами и над самими со­
бой. Только в высшей степени чувствительные люди,
небезразличные к боли и страданию и обладающие Упадок
определенной способностью к отречению, легко со­
гласятся с тем, что предлагает буддийское учение. Буддисты, делая особый акцент на непостоянстве
Для того чтобы оценить по достоинству буддийскую вещей этого мира, не были вправе ожидать, что их
точку зрения и увидеть мир таким, каким его видели собственные институты станут исключением из этого
буддисты, мы должны выразить согласие пройти все общего правила. Подобно всему остальному, Закон
предписанные практики медитации, которые, как ут­ должен ослабевать или, по крайней мере, утрачивать
верждают, только одни и способны взрастить и укре­ ту неустойчивую опору в этом мире, которую он име­
пить в нас убежденность в том, что этот мир совер­ ет. Свою силу и превосходство он сохраняет лишь на
шенно не имеет никакой ценности. В данном случае весьма непродолжительный срок, затем следует дли­
нам необходимо принять на веру как медитации, так и тельный период упадка, а в конце концов — полное
их результат. исчезновение до той поры, пока не снизойдет новое
Таким образом, с одной стороны, есть высшая ре­ откровение. Расчеты относительно продолжительно­
альность, которая проявится на определенной стадии сти существования Закона расходятся. Первоначаль­
Пути как непрекращающееся, ненарушаемое и неза­ но говорили о периоде длительностью в пятьсот лет.
висимое блаженство умиротворенности. С другой Позднее он был увеличен до тысячи, полутора тысяч
стороны, есть обусловленные события, которые в ко­ или до двух с половиной тысяч лет. Писания, состав­
нечном счете оказываются непостоянными, связан­ ленные между 200 г. до н. э. и 400 г. н. э., содержат
ными со страданием и не принадлежащими нам. множество сведений, где предсказаны стадии отпаде­
По мере того как мы все чаще и чаще сравниваем эти ния от Благого Закона. В соответствии с одним сооб­
две стороны, мы все более укрепляемся в своем от­ щением, сохранившимся в палийском варианте, мона­
вращении ко всему, что может быть отмечено упомя­ хи могли приобрести Путь и становиться архатами
нутыми тремя признаками. Ничто из этого перечис­ только в первый период. С тех пор достичь высшего
ления не может дать нашей самости той безопасно­ результата святой жизни стало уже невозможно. Н е­
сти, которую она ищет. Ничто не может рассеять порочность сохраняется на протяжении второго пе­
нашу тревогу. Предполагается, что по мере нараста­ риода, глубокое знание писаний — на протяжении

152 153
третьего, но на четвертой стадии остаются только уже не способен должным образом понять глубину
внешние символы, вроде облачения священнослужи­ буддийской мудрости, и только простая вера в Буд­
телей; в пятый период остаются только одни релик­ ду — единственное, на что еще способны люди. Д а­
вии и религия исчезает совсем. Другая сутра пред­ лее, в X I X в., Ш ри Велигама из Цейлона уверял
сказывает, что в первые 500 лет после нирваны мона­ г-на Эдвина Арнольда, что люди отпали от древней
хи и другие верующие будут строго соблюдать мудрости и что теперь никто не может достичь тех
Дхарму, в последующие 500 лет они будут сильны в высот, которые были доступны мудрецам прошлого.
медитации, в третий 5 0 0 -летний период они будут Возлагать вину на неблагоприятные исторические
сильны в учености; в четвертый 500-летний период условия в том ощущении упадка, которое возобладало
они еще будут основывать монастыри, и наконец, в в общине с началом новой эры, можно лишь отчасти.
последние 500 лет они будут сильны в войнах и бра­ Все было намного сложнее. Сами методы, которые
ни. Тогда Чистый Закон станет невидимым. В Китае исповедовала старая школа мудрости, примерно через
обычно выделяли три периода. Вначале в течение 500 триста лет после нирваны Будды начали утрачивать
лет буддисты безупречно практиковали Закон и по­ свою действенность. В начальную эпоху существова­
жинали его плоды. Следующее после этого тысячеле­ ния общины мы слышим о большом числе монахов,
тие является временем фальсификации Закона, а з а ­ ставших архатами, причем некоторые из них достига­
вершающий период, длящийся 1000 или 3000 лет, ли этого удивительно легко. Все меньше и меньше о
представляет собой эпоху полного исчезновения З а ­ таких случаях упоминается в более поздних докумен­
кона. Несмотря на различия, все эти сообщения схо­ тах. В конце концов, как об этом было заявлено в
дятся на одном: в них содержится глубокое убежде­ пророчествах, приведенных выше, распространилось
ние в том, что примерно через 500 лет возникнет не­ убеждение в том, что времена архатов прошли. Слив­
кий кризис и произойдут решительные изменения в ки с молока были сняты. Ученые заняли место свя­
худшую сторону. тых, а ученость заменила практику. В одном из сар-
Поздний буддизм в полной мере поддерживает вастивадинских писаний рассказывается об ужасной,
идею этого упадка. Все литературные труды свиде­ трагической смерти последнего архата от руки одного
тельствуют об этом. Примерно в 400 г. н. э., когда из ученых. Эта история хорошо иллюстрирует на­
буддизм внешне еще сохранял весьма сильные пози­ строение той эпохи.
ции в Индии, Васубандху завершил свою известную Буддийская община отреагировала на эти неудачи
Сокровищницу Лбхидхармы грустным наблюдением, двояким образом. Одна ее часть отвергла первона­
что «религия мудрецов находится при последнем чальный буддизм в интерпретации Шарипутры и соз­
издыхании; в нынешнюю эпоху пороки очень силь­ дала новое благовестие (см. главы V — IX ). Другая
ны; жаждущие избавления должны б ы ть упорны и часть осталась верной старым представлениям, но
настойчивы ». Несколькими столетиями позже, при­ внесла в них некоторые уточнения. И з-за упадка рве­
мерно в 1200 г. н. э., Хонэн в Японии оправдывает ния, принимаемого членами консервативной группы
свой отказ от древних буддийских практик утвержде­ за упадок веры, начался переход от устной традиции
нием о том, что слишком много лет отделяет его эпоху к письменной. В I в. до н. э. впервые были записаны
от Будды; времена настолько ухудшились, что никто палийские писания на Цейлоне. Другое изменение

154 155
было связано со снижением уровня поставленной це­ больше, чем сейчас. Плодородный золотой песок по­
ли. В период первоначального буддизма многие мона­ крывает ее поверхность. Везде растут деревья и цве­
хи стремились непосредственно к достижению нирва­ ты, чистые озера и груды драгоценных камней рассы­
ны. Миряне и не очень честолюбивые монахи доволь­ паны повсюду. Все люди высоконравственны и сдер­
ствовались надеждой на получение более высокого жанны, счастливы и радостны. Зем ля плотно
рождения. Но примерно с 200 г. до н. э. почти у всех населена, но поля приносят урожай всемеро больше,
них появилось ощущение, что условия для достиже­ чем раньше. Т е люди, которые в настоящее время со­
ния просветления в этой земной жизни стали слиш­ вершают достойные поступки, создают изображения
ком неблагоприятными. Вполне естественно, что при­ Будды, строят ступы, предлагают дары; во времена
мерно в это время на передний план выдвинулось Майтреи они переродятся людьми и достигнут нир­
предание о грядущем Будде, М айтрее. Майтрея (от ваны благодаря влиянию его учения, которое будет
слова м ай тр и ) олицетворяет дружелюбие. Возмож ­ полностью идентично учению Будды Шакьямуни.
но, что истоки этого предания были в определенной Так, освобождение становится надеждой на дале­
мере связаны с персидской эсхатологией, но в новых кое будущее не только для мирян, но также и для
условиях оно получило иное звучание. Правда, тхера- монахов.
вадины принимали эту легенду без особого воодушев­ В начальный период своего упадка старая школа
ления, и их Меттея никогда не имел высокого стату­ мудрости еще демонстрировала достаточную интен­
са. Но для сарвастивадинов и последователей боль­ сивность духовной жизни. В 100— 400 гг. н. э. мона­
шой колесницы она стала приобретать все большее хи кодифицировали учение, а также составили мно­
значение. В соответствии с буддийской космологией жество комментариев и трактатов по абхидхарме. П о­
Земля проходит периодические циклы эпох. Для од­ сле этого они довольствовались тем, что старались
них циклов характерен упадок, для других — подъем. сохранить достижения прошлого. На протяжении по­
Средний возраст человека — показатель качества следующих 1500 лет старая школа мудрости медленно
той эпохи, в которую он живет. Его возраст может умирала, подобно огромному старому дереву, от кото­
колебаться в пределах от десяти до многих сотен ты ­ рого одна за другой отламываются ветви, пока не ос­
сяч лет. Во времена Шакьямуни средний срок жизни танется лишь один ствол. В 1000— 1200 гг. буддизм
равнялся 100 годам. После его ухода мир становится в Индии исчез; множество условий было тому причи­
все более порочным, а человеческая жизнь — короче. ной, его собственное ослабление, индуистское возро­
Своего высшего предела греховность и нищета дости­ ждение и мусульманские гонения — одни из них.
гают тогда, когда средняя продолжительность жизни Сарвастивадины имели свои поселения в Централь­
уменьшается до 10 лет. Тогда Дхарма Будды Ш акья­ ной Азии и на Суматре, но утратили там свои пози­
муни будет полностью забыта, однако после этого ции: около 800 г. — на Суматре, когда тантриче­
начнется новый подъем. Когда жизнь человека про­ ская ваджраяна пришла туда на смену хинаяне, и в
длится до 80 000 лет, Майтрея, в настоящее время 900 г. — в Центральной Азии, когда мусульмане з а ­
пребывающий на небесах удовлетворенных богов воевали ее. С другой стороны, тхеравадины продол­
( Туилита), появится на Земле, которая в то время жали существовать на Цейлоне, в Бирме и Сиаме.
будет изобильна и великолепна, и ее размеры будут Буддизм был принесен Ашокой на Цейлон примерно
156 157
в 250 г. до н. э. В средние века там проживало много
последователей махаяны. В настоящее время тхерава-
динская школа вытеснила оттуда все другие учения. В
Бирму буддизм, в махаянском варианте, был прине­
Глава V
сен примерно в V в., но начиная примерно с 1050 г. в
интеллектуальной и общественной жизни страны ста­
М А ХА ЯН А И НОВАЯ Ш КО Л А
ли преобладать тхеравадины. Подобным же образом
хинаяна и махаяна в первое время сосуществовали и в М УДРОСТИ
Сиаме, но с 1150 г. тхеравадины также стали приоб­
ретать все больший перевес, при этом в качестве свя­
М ахасангхики
щенного языка они использовали пали.

Все расхождения, имеющиеся в период эпохи ран­


ней буддийской общины, в основном были вызваны
географическими причинами. Дхарма возникла в Ма-
гадхе, а оттуда распространилась на запад и на юг.
Примерно через 100— 200 лет после нирваны Будды
между востоком и западом возникло некоторое ра­
зобщение и соперничество. Примерно ко временам
Ашоки разногласия внутри общины привели к перво­
му расколу. С тхавиравада отделилась от махасангхи­
ки (или наоборот). Она была консервативным
направлением, следовавшим учению старейших, бо­
лее же демократичные махасангхики, или великосо-
борники, отстаивающие законность великого собо­
ра, включали в свой состав монахов с меньшими до­
стижениями, а также мирян, и этим они отличались
от отгородившегося аристократического собора ар-
х ат о в .
Как именно происходил этот раскол, понять не­
легко. Почти все документы одной из отколовшихся
сторон, а именно махасангхиков, утрачены. Все те ра­
боты, которыми мы располагаем, пронизаны сектант­
ской чванливостью и злобой. Несомненно, что, ско­
рее всего, этот раскол пришелся на время царя А ш о­
ки и что он был связан с п ятью пунктами монаха по
имени Махадева. Этот Махадева возбудил большое

159
возмущение среди своих противников, которые опи­ ставлены несколько позднее. В их среде впервые по­
сывают его как сына торговца, совершившего инцест явились некоторые признаки махаянского идеала бод­
со своей матерью, отравившего своего отца, а затем хисаттвы . Кроме того, в историческом плане
убившего мать и нескольких архатов. Совершив все отдельные принципы махасангхиков оказали большое
это, он испытал угрызения совести, оставил дом и се­ влияние на отход буддийской традиции от личности
мью и принял посвящение в монахи, во многом внеш­ самого Будды: они сочли, что совершенно необяза­
нее, а затем попытался навязать свои п я т ь пунктов тельно слепо следовать его словам. «Б удда изложил
общине. Два из них были направлены против архатов, все свои учения в одном звуке». «О н понимает все
которым вменялись некоторые пороки, — как нрав­ вещи одновременно» . « Тело Т а т х а г а т ы безгранич­
ственные, так и умственные. Говорилось о том, что у но; т а к о в а же и его в л асть, и т а к о в а же продол­
архатов может случаться семяизвержение по ночам. ж и те л ь н о сть его жизни». « Будда никогда не ус­
Это должно было предполагать, что их страсти еще т а е т вести чувствующих сущ еств к просветле­
не полностью усмирены, раз они подвержены соблаз­ нию и п робуж дать в них чистую веру». «Б удда ни
ну и поддаются приставаниям Мары. Кроме остатков сп и т, ни г р е зи т ». «Будда всегда пребывает в со­
страсти в архатах также сохраняются и следы неве­ средоточенности». Такие высказывания совершен­
дения. Архаты не наделены полным всезнанием, и но не подобают Гаутаме, жившему в Магадхе много
поэтому по-прежнему остается нечто, что препятству­ лет назад. Делая акцент на сверхъестественных, или
ет их мыслям. Этот второй пункт сыграл очень важ ­ запредельных, качествах Будды, которыми он отли­
ную роль в развитии махаянского идеала всеведения чался от всех других людей, махасангхики уводили
(см. с. 183 и сл.). Причиной отделения махасангхиков внимание верующего от случайных исторических об­
стали исключительно пять пунктов Махадевы. Но стоятельств его появления. Некоторые махасангхики
вне зависимости от того, что о махасангхиках говори­ зашли настолько далеко, что стали считать Будду
ли их противники, у нас нет никаких оснований счи­ Шакьямуни только магически сотворенным суще­
тать, что их учения были менее древними, чем те, ко­ ство м , которое проповедовало Дхарму по поручению
торые мы описали в главе IV. Если мы и не говорим о Запредельного Будды. Если Будда жил только около
них здесь более подробно, то лишь потому, что это не 300 г. до н. э., тогда он и учить мог исключительно в
входит в наши задачи. это же время и его учение завершилось бы вместе с
Махасангхика стала отправной точкой для разви­ его жизнью. Однако, если истинный Будда сущест­
тия махаяны благодаря своим более широким взгля­ вует во все времена, тогда нет никаких препятствий
дам, а также некоторым теоретическим положениям. думать, что в любое время он может найти способ
Во всех отношениях махасангхики выглядели либе­ проповедовать свое учение. Таким образом, учению
ральнее, чем их оппоненты. Они мягче интерпретиро­ гарантировалось свободное и беспрепятственное р аз­
вали дисциплинарные правила, с меньшим высокоме­ витие, а нововведения, даже если их и нельзя было
рием взирали на домохозяев, более доброжелательно проследить в существующем корпусе писаний, могли
оценивали духовные возможности женщин и менее рассматриваться в качестве откровений подлинной
способных монахов и были склонны считать подлин­ природы Будды.
ными те добавления к писаниям, которые были со­

160 161
11 Эдвард Конзе
Х и н аян а и махаяна Махаянисты и хинаянисты жили бок о бок в од­
них и тех же монастырях и в течение длительного
Благодаря махасангхикам появилось и развилось времени следовали одним и тем же правилам винаи.
новое учение. Приверженцы первоначально называли И-цзин (ок. 700 г.) сообщает об этом так: «П осле­
его «колесницей бодхисаттв», бодхи саттва-ян ой , а дователи махаяны и хинаяны практиковали одну и
позднее маха-яной, «великой колесницей» или «ве­ т у же винаю, признавали одни и т е же п я т ь и зъ­
ликим путем». В противоположность этому после­ янав1 и следовали одним и т е м же четырем и с т и ­
дователей старой школы мудрости стали соотносить нам. Те, к т о почитал б о д х и саттв и ч и тал маха-
с хина-яной, или с «меньшей», «низшей», «низмен­ янские сутры , стал и н азы ваться м ахаянистам и;
ной колесницей». Махаяна представлялась великой т е же, к т о не делал этого, — хинаянистами».
по многим причинам — главным образом из-за все­ Каковы же были взаимотношения махаянистов и
объемлющей природы сострадания, из-за пустотно- хинаянистов? Хинаянская литература попросту игно­
сти, которой она учила, а также благодаря вели­ рирует махаянских реформаторов. Редко, если вооб­
чию провозглашенной цели: достижение состояния ще когда-либо, махаянские авторы вступают с ними в
Будды. дискуссию. Тем не менее определенную часть учений
В своем исконном значении термин хинаяна счи­ махаяны хинаяна незаметно усвоила.
тался оскорбительным, и последователи махаяны В свою очередь, махаяна, по всей видимости, так
пользовались им редко. Обычно они говорили о своих никогда и не пришла к определенному заключению
оппонентах как об учениках и пратъекабуддах. В на­ относительно хинаяны. В первые века, вплоть до
стоящее время, когда изначальное значение термина 400 г. н. э., мы достаточно часто слышим об учени­
«хинаяна» уже едва ощутимо, он может быть исполь­ ках и пратъекабуддах. По окончании этого периода,
зован в описательных целях, точно так же как искус­ когда махаяна становится все более независимой в
ствоведческие термины барокко и рококо в настоящее своих учениях, терминологии и мифологии, они упо­
время являются описательными, хотя первоначально минаются все реже и реже. Относительно представ­
они выражали неодобрительное отношение к спорно­ лений о сравнительной ценности обеих «колесниц»
му искусству. чувства махаянистов были противоречивы. Сектант­
У нас нет точных сведений о том, каким было чис­ ская склонность, вместе со стремлением к самоутвер­
ленное соотношение между индийскими хинаянистами ждению и превосходству, боролась с терпимостью,
и махаянистами в разные исторические периоды. По доброжелательностью и скромностью. Этот конфликт
всей вероятности, махаянисты начали превосходить приводил к различного рода утверждениям, неясность
хинаянистов только примерно с 800 г. н. э., когда которых так никогда и не была устранена.
буддизм в Индии уже клонился к упадку. Когда же В одно время считалось, что в колесницу будд не
буддийская вера распространилась в Китае, Японии и входит колесница учеников, в другое же время они
Тибете, «великая колесница» вытеснила и почти пол­
ностью уничтожила хинаяну, которая в настоящее
время сохранилась только на Цейлоне, в Бирме, К ам­ 1 Имеются в виду пять главных аффектов, препятствующих
духовному совершенству: невежество, гнев, страсть, зависть и
бодже и Сиаме.
гордыня.
162
163
отождествлялись. Порой на хинаянистов смотрели в Сомнения махаянистов относительно сравнитель­
высшей степени презрительно, грозили им геенной ной ценности двух колесниц, по всей видимости, ука­
огненной и называли «отбросами», а то и еще хуже. В зывают на то, что чувство сектантского превосходст­
других случаях господствовало более непредвзятое ва не могло быть органически присуще буддийскому
отношение: можно было «п о п рать веру в Т атх ага- учению.
т у » , если « в ы к а з а т ь презрение к т е м , к т о следо­
вал п у ти учеников или пратъекабудд, заявив: „Мы
превосходим их’’». Письменные источники
Сарвастивадины признавали три различные семьи
( готр ы ), или пути к освобождению: путь учеников, В 100— 200 гг. н. э. создается огромное количе­
достигавших нирваны через архатство; путь пратъека­ ство сутр махаяны. Если кто-нибудь захочет уловить
будд, или « сам остоятельно достигших просветле­ ее дух, то лучше всего обнаружит его в Л о то се Б л а­
ния, т . е. достигших полного просветления, но ухо­ гого Закон а, а также в Изложении учения Вимала-
дивших из мира, т а к и не провозгласив миру и сти ­ кирти, — и тот и другой текст доступны в англий­
ну»-, путь высших будд, достигших совершенного ских переводах.1 Сущность нового учения излагается
просветления и обучавших Дхарме других. Каждый в объемистых сутрах, имеющих дело с соверш енст­
индивид в зависимости от своего прошлого, своего ха­ вом мудрости. Санскритское слово пра-джня-па-
рактера и темперамента принадлежал к одной из этих рам -и та буквально означает « м удрость, выходящую
трех групп и должен был прибегать к помощи тех за пределы», или, как мы бы сказали, трансценден­
средств, которые соответствовали его натуре. Некото­ тальную м удрость. Буддисты всегда сравнивали
рые махаянисты соглашались с этим. Другие, одна­ этот мир страданий, мир рождения-и-смерти, с р аз­
ко, настаивали на том, что существует только один лившейся рекой. Н а ближнем берегу блуждаем мы,
путь к окончательному освобождению — колесни­ мучимые всевозможными неприятностями и горестя­
ца будд, или великая колесница, все же остальные ми. На другом берегу, по т у сторону, находится
колесницы, по их мнению, не способны далеко уехать. рай, нирвана, где все зло, вместе с отдельным инди­
Например, в С утре Л о то са говорится: « Все уче­ видуальным существованием, приходит к своему з а ­
ники полагаю т, ч т о достигли нирваны. Но Побе­ вершению. Смысл текстов праджняпарамиты трудно­
доносный н а ст а в л я е т их: „ Э т о временный отдых, уловим, и они весьма сложны для понимания. В то
а не окончательный покой”. Когда Будда пропо­ время как исконный буддизм возник в Северной И н­
ведовал э т о т м етод, он прибегал к уловке. Н е т ни­ дии, в регионе между Непалом и Гангом, тексты
какой нирваны без всезнания. С тар ай те сь достичь праджняпарамиты создавались в Ю го-Восточной
его!» Архатам говорили, что, вопреки их собственно­
му убеждению, они на самом деле не « выполнили сво­ 1 Недавно был опубликован и русский перевод первого из
их о бето в», не « завершили т о , ч т о должны были этих произведений: С у тра о Ц ветке Л отоса Чудесной Д хар­
сд ел ать». Поэтому им надо продолжать практику мы (Пер. с китайского и комментарии А. Н. Игнатовича. М.,
до тех пор, пока они не достигнут состояния знания 1998). В это издание вошли также переводы двух других маха-
Будды. янских сутр.

164 165
Индии, на плоскогорье Декан между реками Годава­ до наших дней; они были усвоены индуистской систе­
ри и Китсна, около Амаравати и Нагарджуниконды. мой веданты, в которую их включили ее основатели
Учениям махаянских сутр, и особенно праджняпа- Гаудапада и Ш анкара.
рамите, развитая систематическая философская фор­ Начиная с 180 г. н. э. переводы Праджняпарами-
ма была придана мадхъямикой. М адхьяма означает т а су тр оказывали огромное влияние на Китай. М ад­
срединный, а мадхъямиками называют тех, кто сле­ хьямика существовала там несколько столетий, с 400 г.
дует срединному п ути , т. е. пути между отрицанием (или 600 г.) по 900 г., в виде отдельной школы, назы­
и утверждением. Эта школа была основана Нагард- вавшейся санълунъ цзун. В 625 г. эта школа пришла в
жуной и Арьядевой примерно в 150 г. н. э. Нагард­ Японию, где стала называться санрон, но через ка­
жуна — один из самых тонких диалектиков всех вре­ кое-то время она угасла. Впрочем, приспособившись к
мен. Выходец из брахманской семьи, он был родом из китайскому и японскому мировосприятию, ее учение
Берара в Ю жной Индии, а деятельность его протека­ продолжает жить в рамках школы чанъ, или дзэн.
ла в Нагарджуниконде, близ Амаравати, а также в
Северной Индии. По легенде, он родился под дере­
вом арджуна, и наги, т. е. змеи-и,ари или драконы, Идеальный человек м ахаяны :
наставляли его тайным учениям во дворце драконов бодхи саттва
на дне моря. Его теория называется шунъя-вадой,
или учением о п у с т о т е . Он снабдил логическим ап­ Двумя ключевыми словами, которые встречаются
паратом воззрения, изложенные в сутрах о запре­ почти на каждой странице махаянских текстов, явля­
дельной мудрости, которые, как сообщается, он до­ ются слова «бодхисаттва» и «пустота». Прежде всего
был в нижнем мире нагов. В то же самое время, когда следует выяснить, кто такой бодхисаттва. Будда —
Шакьямуни, как повествует история, проповедовал значит просветленный. Б о д х и с а т т в а , буквально, —
доктрину учеников ( шраваков) людям, на небесах он это « т о т , чья сущ ность — просветление». Он —
проповедовал более глубокое учение, которое перво­ будущий будда, желающий стать, как было сказано,
начально было сохранено драконами, а затем прине­ просветленным. И это пока все, что касается бук­
сено на землю Нагарджуной. вального значения.
Ш кола мадхьямика процветала в Индии на про­ Было бы ошибкой полагать, что понятие бодхисатт­
тяжении более восьмиста лет. Примерно в 450 г. н. э. вы было создано махаяной. Все буддисты верят в то,
она раскололась на два направления: представители что каждый будда, прежде чем достичь просветления,
одного из них, прасангики, интерпретировали учение в течение длительного периода был бодхисаттвой.
Нагарджуны в духе универсального скептицизма, Особенно большое значение пути бодхисаттвы прида­
провозглашая, что их доводы направлены исключи­ вали сарвастивадины. Абхидхармакоша дает прекрас­
тельно на опровержение мнения оппонентов; предста­ ное описание сознательных установок бодхисаттвы:
вители другого направления, сватан тр и к и , считали, «Н о почему же б о д хи саттвы , некогда при­
что учение содержит и некоторые позитивные исти­ няв обет дости чь состояния высшего про­
ны. Мадхьямика, как и буддизм в целом, исчезла в светления, т р а т я т т а к много времени на его
Индии после 1000 г. н. э. Но основные идеи дожили достиж ение?

166 167
Э т о из-за того , ч т о достичь высшего дхармы на самом деле полностью лишены свя­
п р о светл ен и я очень т р у д н о : т р е б у е т с я зи с личностью, — и и сп ы ты ваю т ты сячи
длительное накопление мудрости и заслуг, различных страданий из-за это й привязанно­
бесчисленные героические деяния в течение с т и ? Подобным же образом следует при­
тр ех неизмеримых калъп. з н а т ь , ч т о бо дхи саттвы в силу своей при­
Если бы б о д х и саттв а стремился к это м у вычки не привязываются к дхармам, которые
с т о л ь тру д н одости ж и м ом у просветлению п ред ставл яю т их т а к называемое „я", ни в
п отом у, ч т о только через него он смог бы об­ коей мере не с ч и т а ю т э т и дхармы „собой или
рести освобождение, э т о было бы понятно. „своими”, взращ и ваю т в себе с о ст р а д а т е л ь ­
Но на самом деле э т о не т а к . Так зачем же ную з а б о т у о других и готовы и с п ы т а т ь т ы ­
то гд а он предпринимает сто л ь неимоверные сячи страданий ради них».
усилия? Такова идея махаяны, полностью оформившаяся в
Он д е й с т в у е т на благо других сущ еств, рамках хинаянских школ. Нововведением махаяны
поскольку ж е л ае т в ы т а щ и т ь их из это го ве­ стало то, что она превратила эту идею в идеал, имею­
ликого п оток а страдания. щий значение для всех. Она ставит фигуру архата ни­
Но какую же личную пользу они извлека­ же бодхисаттвы и провозглашает, что все должны
ю т из блага для других? стремиться стать бодхисаттвами, а не архатами.
Благо других е ст ь их собственное благо, Что касается архатов, то махаянисты считали, что
ибо они ж ел аю т его. те не вполне избавились от привязанности к «я» и
К т о м о ж е т поверить э т о м у ? «мое». Архаты собрались достичь нирваны только
Д ей стви тельн о, людям, лишенным ж ало­ для себя, и они достигали ее, не обращая внимания на
с т и и думающим только о себе, трудно пове­ других. Таким образом, можно сказать, что архат
р и т ь в альтр уи зм б о д х и саттв. Но для со­ проводит различие между собой и другими и тем са­
страд ател ьн ы х людей э т о т а к легко! Р азве мым косвенно сохраняет некоторое понятие о себе как
мы не видим, как некоторые люди, у тверд и в­ об отличном от других, — и это указывает на его не­
шиеся в о т с у т с т в и и ж ал ости , радую тся способность осознать истину не-я во всей ее полноте.
страданиям других людей, даже если э т о вре­ Два отрывка из Праджняпарамиты выражают это
д и т лично им? Подобным же образом мы критическое отношение более убедительно. В первом
должны п ри зн ать, ч т о бодхи саттвы , у т в е р ­ противопоставляется путь бодхисаттвы хинаянскому
дившиеся в сострадании, находят рад ость в пути ученика, который стремится достичь архатства
т о м , чтобы т в о р и т ь благо для других безо или состояния пратьекабудды. Он достигает полного
всякой пользы для себя. Разве мы не знаем, просветления, но, будучи одиноким подобно носоро­
ч т о некоторые люди, невежественные в о т ­ гу, не проповедует свое учение другим.
ношении истинной природы обусловленных «К ак г о т о в я т себя практикующие, при­
дхарм, которые и образую т их т а к назы вае­ надлежащие к колеснице учеников и пратьека-
мое „я ” , привязываю тся к эти м дхармам в си­ будд? Они д ум аю т: „Одно тол ько « я » мы
лу привычки — несмотря на т о , ч т о э т и должны у к р о т и т ь , одно тол ьк о « я » должны

168 169
ум и ротворить, одно тол ьк о « я » мы должны вать любую возможность помочь другим людям до­
привести к нирване” . З а т е м они принимаю т­ стичь нирваны и только потом растворяться в ней са­
ся за упражнения, которые созд аю т благо­ мому. Таким образом, махаянисты утверждают,
творные основания для их самообуздания, са- что состояние архатства — не высшая цель. Они по­
моумиротворения, приведения к нирване. К о­ лагают, что идеалом должно стать не достижение об­
нечно же, б о д х и саттва не должен г о т о в и т ь раза эгоцентричного, холодного и ограниченного ар­
себя подобным образом. Он должен приняться хата хинаяны, а обретение состояния всесострада-
за выполнение упражнений, создающих благо­ тельного бодхисаттвы, который покинул мир, но не
творные основания, со следующей мыслью: бросил существ, обитающих в нем. Если в прежние
„Свое « я » я помещу в так о во ст ъ ( т . е. в нир­ века мудрость считалась в буддизме высшей доброде­
вану ) и, для того чтобы помочь всему о с т а л ь ­ телью, а сострадание — второстепенной, то отныне
ному миру, помещу в так о во ст ъ т а к ж е всех сострадание ставится на один уровень с мудростью. В
живых сущ еств; неизмеримый мир бесчислен­ то время как мудрость архата была плодотворна для
ных живых сущ еств я поведу к нирване». самоосвобождения, она оказывалась довольно беспо­
В переводе с тибетского слово «бодхисаттва» зву ­ лезной для помощи обычным людям. Бодхисаттва же
чит как героическое сущ ество. Христиане тоже ка­ мог быть тем человеком, который не только освобож­
нонизировали только тех святых, которые показывали дается сам, но и изобретает искусные средства для
добродетели в степени героя. Героические качества взращивания и созревания скрытых семян просветле­
бодхисаттвы иллюстрируются в П радж няпарамите с ния в других людях. Вот как говорит об этом все та
помощью притчи. же П радж няпарамита:
Представьте себе, что герой, обладающий многими «И сполнители труднейших деяний — в о т
совершенствами, отправляется куда-то вместе со свои­ к т о так и е бод хи саттвы , великие сущ ества,
ми матерью, отцом, сыновьями и дочерьми. По ка­ решившие получить высшее просветление.
ким-то причинам они оказываются в огромном дрему­ Они не ж ел аю т достичь нирваны тол ьк о для
чем лесу. Те из них, кто глуп, очень пугаются. Герой, себя. Н аоборот, они о х в ат ы ва ю т мир живых
однако, бесстрашно скажет им: «Н е бойтесь! Я мигом сущ еств, безмерно переполненный страд ан и ­
выведу вас из этих огромных и ужасных джунглей и ем, и все-таки , желая достичь высшего про­
доставлю в безопасное место». Поскольку он бесстра­ светления, не с т р а ш а т с я рождения-и-смер-
шен, силен, крайне заботлив, сострадателен, смел и на­ т и . С острадая всем, они нацелены на благо
ходчив, то никогда не станет выбираться из джунглей всего мира, на умиротворение всего мира. Они
один, бросив своих родственников. Мысль, высказы­ решили для себя: „Мы станем приютом для
ваемая против архата, такова: мы должны взять с со­ мира, пристанищем для мира, островами в
бой всех существ и привести их к просветлению; мы не мире, светильниками в мире, средствами для
можем оставить их на произвол судьбы, поскольку все достиж ения миром освобождения” ».
существа так же близки нам, как родственники. Появление идеала бодхисаттвы отчасти было обя­
Человек ни в коем случае не должен отделять се­ зано социальному давлению на общину (ср. с. 116 и
бя от других, и ему следует прежде всего использо­ сл.), но в немалой степени он присутствовал изна­

170 171
ч а л ь н о и в п р а к т и к е «безграничных», в которой мона­ все большему сужению поля «я» — поскольку с его
хи у ч и л и с ь не делать различий между собой и други­ помощью все опустошалось, — то практика метода
ми. Как мы уже сказали, буддисты располагали дву­ «безграничных» вела к беспредельному расширению са­
мя методами, посредством которых они избавлялись мости, поскольку практикующий отождествлял себя со
от чувства индивидуальной обособленности. Первый все большим и большим числом живых существ. В то
из них состоял во взращивании социальных эмоций, время как метод мудрости подрывает саму идею о том,
или чувств, таких как дружелюбие и сострадание. что в мире есть какие бы то ни было существа, метод
Второй заключался в развитии привычки рассматри­ «безграничных» увеличивает осознание личных проблем
вать все свои мысли, чувства и поступки как взаимо­ все большего и большего числа живых существ.
действие безличных сил (получивших название Как же махаяна разрешает это противоречие?
дхарм), постепенно отучавших практикующего от та­ Буддийские философы отличаются от философов, вы­
ких понятий, как «я», или «мое», или «сам». Между пестованных аристотелевской традицией, тем, что они
методом мудрости, которая вообще не видит никаких не пугаются противоречий, а радуются им. Они про­
личностей, а лишь одни дхармы, и методом практики сто доводят любые противоречия до крайности, а з а ­
«безграничных», в котором поощряется отношение к тем оставляют их как есть. Ниже приводится доволь­
людям именно как к личностям, имеется некое логи­ но известный отрывок из Алмазной сутры , иллюст­
ческое противоречие. Медитация на дхармы разлага­ рирующий этот момент:
ет как образ другого человека, так и личность самого « И т а к , о С убхути , б о д х и саттва должен
практикующего на совокупность безличных и мгно­ р азм ы ш л ять следующим образом: „Сколь бы
венных частиц. Она сводит нашу человеческую сущ­ ни было живых сущ еств во вселенной — рож ­
ность к пяти «грудам», или частям, к которым при­ денных из яйца, рожденных из чрева, рожден­
креплен некий ярлык. Если в мире не существует ни­ ных из влаги или рождающихся вследствие
чего, кроме мгновенно исчезающих и появляющихся магических превращений; обладающих формой
дхармических комбинаций — таких же холодных и или лишенных ее; мыслящих и не мыслящих,
безличных, как атомы, — то нет никакой возможно­ или не мыслящих и не не мыслящих, всех их я
сти для развития ни дружелюбия, ни сострадания. должен привести в нирвану, в э т о царство
Никто бы не стал желать добра дхарме, которая ис­ б езостаточн ой нирваны. И все же, если бес­
чезает в тот самый момент, когда ей соберутся его по­ численные живые сущ ества и были приведены
желать, равно как никто не стал бы испытывать и ж а­ т ак и м образом к нирване, в д ей стви тельн о­
лости к такой дхарме — будь то «объект ума», или с т и ни одно сущ ество не было приведено к
«орган зрения», или «восприятие звука». В тех кру­ нирване. И по какой причине? Если бы бодхи­
гах буддистов, где метод дхарм практиковался в с а т т в а имел представление „живое с у щ е ст ­
большей степени, чем метод «безграничных», присут­ во’’, т о его нельзя было бы н а зв а т ь „п росвет­
ствовали некоторая беспристрастность ума, равноду­ ленным сущ еством ( т . е. б о д х и сат т в о й ) ».
шие, отсутствие теплоты. Истинная задача будди­ Бодхисаттва — это существо, состоящее из двух
ста — одновременное следование обоим альтернатив­ противоречащих друг другу сил — мудрости и со­
ным методам. Если практика метода дхарм вела ко страдания. В своей мудрости он не видит и не разли-
172
173
чает личностей, в своем сострадании он намеревается cavus. Таким образом, наша собственная личность
спасти их. Умение сочетать эти противоречивые пози­ является разбухшей, поскольку составлена из пяти
ции — источник и его величия, и его способности ос­ скандх, но она также п у ст а изнутри, поскольку ли­
вободить себя и других. шена центрального «я», самости. Кроме того, слово
«разбухший» может означать «наполненный чем-то
чужеродным». Когда женщина «распухает», будучи
П устотн остъ беременной (греки и здесь используют тот же самый
корень в слове kyo), она заполнена инородным телом,
Сутра говорит нам, что для того чтобы успешно которое не есть часть ее самой. Рассмотрев личность
практиковать мудрость, бодхисаттва опирается на две под таким углом зрения, мы можем сказать, что в
установки: «Никогда не о т к а зы в а т ь с я ни о т одно­ ней нет ничего, что бы действительно ей принадлежа­
го живого су щ ества; прозревать истину о т о м , ло. Она заполнена чужеродным материалом. П о­
ч т о все живые сущ ества по своей природе п у с т о т - добно ребенку, это чужеродное тело должно быть
ны». Теперь мы попытаемся понять эту чрезвычайно изгнано.
важную идею п у с т о т н о с т и . Очень жаль, что эти оттенки слова ш ун ъята ут­
В этом нам опять поможет корень санскритского рачиваются, когда мы говорим о п у с т о т е . Здесь от­
слова. С его помощью слово п у сто тн ы й может стать крывается простор для множества недоразумений.
синонимом понятия о т с у т с т в и е собственного « я » . Несведущим, и им в первую очередь, пустотность мо­
Т о, что мы называем п у с т о тн о с ть ю , передается жет показаться простым ничто, каковым представля­
санскритским словом ш унъята. Санскритское слово лась и нирвана.1
шунъя происходит от корня шеи: надуваться, разбу­ Х отя в буддийском искусстве символом п у с т о т ­
хать. Ш унья буквально означает относящийся к че­ ности обычно является пустой кружок, не следует
м у - т о разбухшему. В отдаленном прошлом наши считать буддийскую пустоту простым ничто, или пус­
предки, обладая тонким восприятием диалектической тым местом. Этот термин употреблялся для обозначе­
природы реальности, часто пользовались одним и тем
же глагольным корнем, чтобы обозначить два проти­ 1 Есть определенный исторический парадокс в том, что
воположных аспекта одного и того же события. Они буддизм, эта в высшей степени некоммерческая и даже анти-
коммерческая система, повлиял на разработку инструмента, без
хорошо понимали и единство, и разделенность проти­
которого современная коммерция вряд ли смогла бы развиться.
воположностей. Т ак что глагольный корень шеи, или
Без изобретения нуля наши торговцы, банкиры и статисты до
греческое слово ky, по всей видимости, передавали сих пор мучались бы, орудуя неповоротливыми счетами. М а­
идею чего-то такого, что выглядит «разбухшим» из­ ленький кружочек, известный нам как нуль, стал известен ара­
вне, но является «полым» внутри. Это легко могут бам примерно в 950 г. н. э. как сифр, пустое место. Он стал
проиллюстрировать примеры из сравнительной фило­ цифрой (cifra) в латыни, когда примерно в 1150 г. понятие и
логии. Так, значение разбухший есть в таких латин­ обозначение нуля пришло в Европу. Первоначально в англий­
ских словах, как cumulus (куча, груда) и caulis ском языке для обозначения нуля употреблялось слово cypher,
(ствол). Т от же корень придает значение полый, которое является не чем иным, как санскритским словом ш у­
пустой греческому слову koilos или латинскому нья. (Примеч. Э. Конзе).

174 175
ни я о т с у т с т в и я « я » , или самоотрицания. В буддизме жизни. Буддийский мудрец — это верная Пенелопа,
и д е и , которые мы, как правило, не соединяем, могут которая терпеливо ожидает прихода своего Улисса, т.е.
быть связаны. Я представлю эту связь с помощью просветления. Он никогда не должен высказываться
диаграммы: утвердительно или отрицательно по поводу чего бы то
ни было. И если ему приходится сказать «да», он так­
Мудрость же должен сказать и «нет». А когда он говорит «нет»,
то он точно так же должен сказать и «да».
Абхидхарма— Дхармы— Своебытие П у с т о т н о с т ь — это то, что находится точно по­
средине между утверждением и отрицанием, между су­
Не-я ществованием и не-существованием, между вечностью и
полным уничтожением. Зачатки этой идеи можно обна­
пустое ружить в ранних изречениях Будды, которые передают
писания всех школ. Будда говорит Катьяяне, что пред­
Совершенство мудрости— Пустотность ставления мира обычно основываются на двух вещах —
существовании и не-существовании. «Это есть» — од­
Бодхидхарма — не то индиец, не то перс, при­ на крайность, «этого нет» — другая. Мир заключен
шедший в Китай примерно в 500 г. н. э., — сжато между этими двумя пределами. Святой человек пере­
выразил значение этого термина, сказав: «В се вещи ступает эти границы. Избегая обеих крайностей, Татха-
п усты , и не су щ е ству е т ничего, чего можно бы­ гата обучает Дхарме, находящейся посредине, где толь­
ло бы ж е л а т ь и к чему можно было бы с т р е ­ ко и может быть обнаружена истина. Дхарма теперь на­
м и т ь с я ». зывается пустотн остъю . Абсолют — это пустота, и
В своем специальном значении термины пустой и все вещи также пусты. В своей пустотности нирвана и
п у с т о т н о с т ь в буддийской традиции выражают наш мир совпадают: они больше не различаются и пред­
полное отрицание этого мира усилием мудрости. О с­ ставляют собой одно и то же.
новная идея состоит в полном отрицании окружающе­ Доктрина а н а т т ы открыто выступает против дово­
го мира и отречении от него, в окончательном уходе и дов здравого смысла. Учителя старой школы мудрости,
освобождении от него во всех его проявлениях и во признавая трудность преодоления противоречий, разли­
всей его протяженности. чали два рода истины. Высшая истина состоит из суж­
Абхидхармисты знали термин пустой, но почти не дений о дхармах, условная истина говорит о личностях
пользовались им. В Палийском каноне он встречается и вещах. Конечные события в этой школе подобны ато­
только в нескольких местах. Для школы же новой муд­ мам, клеткам и другим сущностям, обыкновенно не за­
рости этот термин — сезам, который открывает все мечаемым в обычной жизни, но реальным для совре­
двери, а Нагарджуна разработал его эпистемологиче­ менной науки. Новая школа мудрости понимает концеп­
ский вариант. П у с т о т н о с т ь у него означает тождест­ цию высшей истины глубже. Она определяет себя
во «да» и «нет». В этой системе мышления искусное исключительно в отношении к единственной высшей ре­
неделание одной рукой того, что делает другая, рас­ альности, которая представляет собой Абсолют в своей
сматривается как квинтэссенция истинного образа пустотности. Высшая истина — это уже истина не на­

176 177
12 Эдвард Конзе
учная, а мистическая. Очевидно, что в этом смысле
Когда новая школа мудрости, в свою очередь,
все, что бы мы ни высказали, окажется абсолютно лож­
сравнивает все дхармы с грезами, с эхом, с отражен­
ным. Пустотность не может быть объектом четкого
ным изображением, с миражем или магическим про­
представления. Мы не можем достичь ее, а если бы да­
явлением, то эти ее сравнения следует понимать как
же и могли, то не распознали бы, поскольку она не име­
технические термины. Только Абсолют не зависим ни
ет никаких отличительных признаков. Все учения, даже
от чего, он в высшей степени реален. Любая относи­
Четыре благородные истины, — ложь, свидетельство
тельная вещь функционально зависима от других ве­
нашего неведения. Теории скрывают от нас невырази­
щей, она может существовать и быть воспринимаемой
мый свет Единого и являются всего лишь условными
только относительно других вещей или при их по­
истинами, — в том смысле, что они соответствуют раз­
средстве. Сама по себе она ничего не представляет, не
личным уровням духовного опыта людей. В соответст­
обладает никакой отдельной, внутренне присущей ей
вии со склонностями и способностями существ учение
реальностью. «Деньги, в зя т ы е человеком в долг, не
может, и должно, неограниченно видоизменяться.
являю тся его собственными», — заметил Чандра-
Учение о пустотности часто передается с помощью
кирти. Но если всё до единого «лишено своего неза­
уподобления. Старая школа мудрости уже сравнивала
висимого сущ ествования» и в действительности не
окружающий нас мир с массой пены, с пузырем, с ми­
существует, подобно « дочери бесплодной д евствен ­
ражем, с грезой, с магическим проявлением. Эти мета­
ницы, вытесанной из камня», то как же тогда
форы должны были довести до нашего сознания мысль
мы видим, слышим и ощущаем окружающие нас ве­
о том, что мир довольно незначителен, неважен, обман­
щи, в действительности представляющие собой пус­
чив и нереален. Схожими сравнениями часто пользова­
тоту? Сравнения с грезами и т. п. предназначены для
лись западные поэты, вкладывая в них тот же смысл:
того, чтобы дать ответ на этот вопрос. М ы видим ма­
Но кто же т е люди, что цепляются гическое проявление или мираж, слышим эхо, видим
за высокую хвалу, сон и тем не менее знаем, что это магическое прояв­
Как ни пузыри в быстром потоке времени, ление — всего лишь обман (см. с. 231), что на самом
Мгновенно возникают, надуваются деле нет никакой воды при мираже, что эхо — не го­
и лопаются они, и уже лос человека и не осознанная речь и что объекты
Не рождаются, забытые, по десяти тысяч любви, ненависти или страха, воображаемые кем-то,
за час. в действительности не существуют.
Многих недоразумений в понимании концепции
Или более известное: пустотности мадхьямики можно было бы избежать,
если бы каждый используемый в качестве синонима
Мир — эт о не более чем мимолетное термин был рассмотрен в кругу всех своих возмож­
представление, ных значений. Одним из наиболее часто встречаю­
Обманывающее человека; щихся синонимов является термин недвойствен-
Радостные улыбки, горестные слезы.
ность. При совершенном знании все двойственности
Обманчивый глянец, обманчивый поток —
устраняются, объект больше не отличается от субъек­
Н ет ничего истинного, кроме небес.
та, нирвана — от мира, а существование — от не-су-
178
179
ловек никогда не сможет узнать, что он достиг нир­
ществования. Различие и множественность служат ваны. У пустотности нет никаких качеств, никаких
признаками неведения. Пустотность называют еще и признаков, ее никак невозможно распознать, и поэто­
так о во стъ ю , поскольку практикующий в этом случае му мы никогда не сможем понять, обладаем мы ею
воспринимает реальность такой, какая она есть на са­ или нет.
мом деле, без наложенных на нее идей. Таким образом, не-достижение в действительно­
Утверждения махаянских философов относитель­ сти равносильно самоисчерпанию, забвению себя в
но истинного знания прекращают казаться парадок­ полном самоотречении. Примечательно, что если
сальными и абсурдными, как только приходит осо­ осознавать, что обладаешь некоей высокой доброде­
знание того, что они пытались описывать реальность телью, то можно лишиться ее. Т ак же обстоит дело с
такой, какой она нам представляется на уровне пол­ простотой и смирением. Нельзя сознательно достичь
ного уничтожения идеи «я» или же с точки зрения безыскусной простоты, так же как невозможно осо­
Абсолюта. Если считать попытку описать этот мир с знать свое собственное смирение, при этом не по­
точки зрения Бога рациональной и осмысленной, то­ творствуя своей гордыне. Никто не может заявить,
гда махаянские сутры оказываются полными смысла что он достиг нирваны, не проведя при этом различе­
и рациональности. Мейстер Экхарт и Гегель пыта­ ния между собой и нирваной, между своим прежним
лись выполнить сходную задачу. Но их труды также и теперешним состояниями, между нирваной и ее про­
свидетельствуют, что замысел Бога понять не всегда тивоположностью. И все эти различения являются
легко. признаками глубокого неведения, которое отдаляет
нас от другого берега.
Подлинная опасность заключается в самом ис­
Освобождение пользовании речи, поскольку любое высказывание
любого человека выглядит как утверждение о чем-то.
Освобождение, как его понимает новая шко­ Находясь в системе, в которой не-утверждение яв­
ла мудрости, может быть понято через три отрица­ ляется одним из признаков достижения освобожде­
ния: не-достижение, не-утверждение, не-зависи- ния, практикующий всегда должен помнить, что оно
м остъ и через одно утверждение: всеведение. Столь не выдвигается в качестве позитивной теории или ме­
развернутое описание приводится для того, чтобы по­ тафизической системы. « Э т о возвышенное уче­
казать, что нирвана не достижима, что освобождения ние — не арена для петушиных боев логиков». Уче­
в действительности не происходит и что усердные ние о пустотности было преподано не для того, чтобы
старания бодхисаттвы на самом деле ни к чему не поддержать одну теорию в ущерб другой, но для того,
приводят, потому что «в п у с т о т е н е т ни д о сти ж е­ чтобы вообще избавиться от всех теорий. Поэтому
ния, ни не-достижения». Необусловленное по сво­ было бы довольно несправедливым по отношению к
ему определению лишено каких-либо отношений с идеям новой школы мудрости полагать, будто пустот­
чем-либо еще, или, как говорят сутры, оно абсолютно ность представляет из себя некий Абсолют, находя­
обособленно и одиноко. Таким образом, невозможно щийся позади обусловленного мира, некую основу
вступить в какие-либо отношения с ним и уж тем бо­ для этого мира, некий якорь для нас. Конечно же, это
лее — достичь его или овладеть им. Кроме того, че­
181
180
не так, «нирвана ничем не о тл и ч ается о т рожде-
Новый Завет сжато, одной фразой, говорит о
ния-и-смерти». Она вообще не является некоей от­
том, что « Сын Человеческий не имеет, где прикло­
дельно существующей реальностью. В равной степе­
н и ть голову»3 Располагая почти безграничным р а з­
ни неверным будет описывать ее как метафизический
нообразием выражений, новая школа мудрости про­
монизм, направленный против плюрализма сарвасти-
поведует доктрину не-полагания. Ключ к пониманию
вады. Однако именно таким учение мадхьямики часто
этого учения лежит в постижении значения тревож­
и представляют в книгах по философии. Тем не менее
ности в нашей жизни (см. с. 3 6 ). Эта тревожность
духу учения, избегавшего впадать в двойственность,
принуждает нас постоянно держаться за что-то и
противоречило бы противопоставление Единого М но­
опираться на что-либо, отличное от нас самих. Мы
гому. Мысль Нагарджуны была гораздо утонченнее,
привязываемся то к одному, то к другому человеку, и
чем подобные философствования. Пустотность —
ничто не страшит нас больше, чем возможность ос­
это не-различение «да» и «нет»; истина ускользает от
таться в одиночестве, наедине с собой, без малейшей
нас, когда мы говорим: «это есть» или «этого нет»,
мысли о внешнем мире. Для того чтобы спастись,
она находится где-то посредине этих суждений. Ч е ­
достичь освобождения, мы должны одну за другой
ловек, пребывающий в п у с т о т н о с т и , лишен как по­
отбросить все эти опоры и научиться смотреть безо
ложительного, так и отрицательного отношения к че­
всякого страха в пустоту своей собственной души во
му-либо. Учение Нагарджуны — отнюдь не метафи­
всей ее наготе. И вот когда мы окажемся без ка­
зическое, оно описывает практическую позицию
кой-либо твердой поддержки, без всякой надежды на
не-утверждения, которая только и может обеспечить
нее, то тогда сможем сказать, что «не полагаемся ни
вечное умиротворение. Ничто так не чуждо мудрецу,
на ч т о , кроме совершенной м удрости» или п у с т о ­
как борьба, спор за или против чего бы то ни было.
т ы , что одно и то же.
Эта безмятежность истинного мудреца — зародыш
С положительной точки зрения освобождение
диалектики мадхьямики. Она отчетливо выражена
описывается как всеведение. Это стремление к всеве­
уже в писаниях более ранних, чем сочинения Нагард­
дению кажется нам довольно любопытным и поэтому
жуны. Она ясно обнаруживается в очень древней
мы вкратце попробуем объяснить его. Оно является
С у т т а ни пате (стихи 7 9 6 — 803). А в С а м ъ ю т т а
итогом двойного развития: с одной стороны, высшая
никае Будда утверждает: «Н е я сражаюсь с миром, а
нирвана, состояние буддовости, превращается в цель,
мир борется со мной, ибо т о т , к т о зн а е т Дхарму,
к достижению которой верующий должен стремиться;
никогда не ср аж ается с миром. Тому, ч т о ученые
с другой — всеведение становится самым существен­
умы в мире с ч и т а ю т несуществующим, и я учу
ным признаком Будды. Первое, как мы видели, под­
как о несуществующем. То, ч т о ученые умы в мире
разумевает идеал бодхисаттвы. В каком же тогда
с ч и т а ю т существующим, и я считаю сущ ествую ­
смысле Будда рассматривается в качестве всеведуще­
щим». Цель диалектики Нагарджуны заключалась
го? Махаянисты провозглашают, что Будда являлся
вовсе не в том, чтобы прийти к некоему законченному
всеведущим в строгом смысле этого слова. Наделен­
и определенному утверждению, а в том, чтобы унич­
ный беспрепятственным восприятием, он доподлинно
тожить все мнения и свести все положительные убеж­
дения к абсурду.
1 Мф. 8, 20.
182
183
зн ал все аспекты существования во всех их деталях. ления от самости. Поэтому всеведение приветствует­
Конечно, ограниченные умы не могут надеяться на ся как цель духовной жизни. Взглянув на себя с пози­
понимание того, как действует безграничный ум. Но ции условий нашего повседневного существования,
мысли Будды на самом деле весьма отличаются от мы, скорее всего, согласимся с тем, что не имеем осо­
наших по своему качеству. Это «абсолютные» мысли, бенного желания стать всеведущими. Обычный по­
мысли Абсолюта об Абсолюте. Если как следует по­ следователь Дхармы не стремится к всеведению, не
думать, то мысль Будды на самом деле оказывается рассматривает его как подлинную цель. Думаю, что
вовсе и не мыслью, поскольку необусловленное мыш­ человек, следующий Дхарме, ожидает достичь со­
ление не может быть включено в скандху сознания, а стояния, отмеченного тремя основными признаками:
также потому, что она не отделена от своего объекта, 1) защита от физической боли; 2) освобождение от
но тождественна ему. В любом случае всеведение страха, тревоги и опасений путем устранения всех
нельзя приписывать Будде ни как человеческому су­ привязанностей к своему «я», а также всех их послед­
ществу, ни даже как воплощенному в «теле славы»; ствий, таких как смерть; 3) и наконец, надежда стать
однако оно может быть сущностно связано с Буддой центром или обителью спокойствия, чистой силы, ко­
как чистым духовным принципом, т. е. с дхармиче­ торая может превзойти и рассеять мир. Исторические
ским тело м Будды. Не все буддисты, по-видимому, документы, имеющиеся в нашем распоряжении, по­
соглашались с тем, что это всезнание со стороны зволяют предполагать, что именно эти мотивы и были
Будды обязательно для того, чтобы его религия при­ вдохновляющими для значительной части древней
обрела требуемую весомость. Если он знал все необ­ монашеской общины. Перед ними стоял идеал неза­
ходимое для достижения освобождения, то этого бы­ интересованности, подобно тому как перед стоиком
ло вполне достаточно, для того чтобы признать его возвышался идеал апати и . Именно против них на­
наставником, заслуживающим доверия. В нескольких правлена махаяна со своим акцентом на достижении
фрагментах палийских писаний Будда, по сути дела, всеведения. Если без конца мечтать об избавлении от
отрицает любую другую разновидность всеведения. тревог этого мира, то желание уничтожения «я» ско­
Махаяна же говорит, что, раз всеведение Будды з а ­ ро начнет напоминать непрерывный сон без сновиде­
ключается в основном в знании средств достижения ний. Будда же постоянно находится в бодрствующем
небес и освобождения, оно также охватывает и все состоянии, и не случайно, что в санскритском корне
остальное без исключения; например, Будда наделен «будх» заключены два значения — бо д р ство вать и
и таким бесполезным знанием, как знание количества з н а т ь . Это и было одной из причин, почему махаяна
насекомых во вселенной. Если бы Будда был лишен особо выделяла всеведение в качестве универсальной
этого, ему бы мешали вещи, выходящие за пределы цели.
его познаний, и он бы не мог быть тождественным с Кроме того, достоинство всеведения заключается
Абсолютом. на самом деле в том, что наше «я» не имеет ни малей­
Если оставить в стороне философское содержание шего желания его обрести. Ни одно из наших естест­
этого вопроса, т. е. стремление к всеведению, и по­ венных побуждений не заставляет нас стремиться к
смотреть на него с практической точки зрения, то это всезнанию. В качестве искомой цели оно совершенно
стремление окажется тождественным поискам избав­ чуждо нашему естественному складу ума. Очевидно,

184 185
что здесь мы сталкиваемся с противоречием: для ме­ время не сознавать вообще о вещах; стремиться ко
ня, последователя учения, цель должна быть привле­ всем вещам, но не рассчитывать когда-либо достичь
кательной, поскольку в противном случае мое «я» не их. Вот то чудо, которое мы должны совершить, для
будет пытаться ее достичь; однако она также должна того чтобы освободиться. « Т о т , к т о не у п раж н яет­
быть и непривлекательной, потому что в противном ся в т о м , чтобы достичь всеведения, упраж няется
случае мое «я» будет пытаться ее достичь. Но цель в достижении всеведения, он и войдет на самом де­
находится там, где есть мое нынешнее «я», а все, что ле в э т о всеведение».
оно ценит и понимает, прекратило свое существова­
ние и больше не может возникнуть. Как и любому
другому человеку, мне кажется совершенно нелепым Параллели
всерьез верить в то, что кто-то хочет доскональ­
но знать устройство вселенной. Насколько крохотное Нам, европейцам, идеи праджняпарамиты и мадхь-
пятнышко плесени на каком-нибудь камешке с атлан­ ямиков могут показаться странными, находящимися
тического побережья меньше Атлантического океана, совершенно в стороне от основного русла нашей фило­
настолько человечество меньше необъятной вселен­ софской традиции. Поэтому полезно будет напомнить
ной. Мое же «я» еще меньше этого. Всеведение и «я» читателю о том, что перед нами не какой-то особый
никогда нельзя свести в одно целое. Но когда «я» — индийский феномен. Средиземноморский мир знает,
уже больше не «я», может произойти все что угодно. или знал раньше, несколько подобных примеров.
Нам нелегко принять подобное противоречие и не Негативное отношение мадхьямиков к теоретизи­
пытаться его оспорить, это против нашей природы. рованию, к примеру, обнаруживает поразительную
Нам, людям какие мы есть, заманчиво представлять параллель с так называемым движением греческих
себе цель как нечто такое, чем можно завладеть, — скептиков. Основателем этой школы был Пиррон
вроде того как поймать бабочку сачком или открыть Элидский (ок. 330 Г. до н. э. ). З а исключением ак­
банковский счет. Нам нравится такое освобождение, цента на всеведении, его мировоззрение во многом,
которое мы, по словам Экхарта, можем заверн у ть в даже в деталях, соответствовало взглядам мадхьями­
одеяло и полож и ть под скамеечку. Чтобы испра­ ков. Пиррон не имел никаких положительных учений.
вить ошибку, заключающуюся в попытке достичь це­ Быть его учеником означало вести образ жизни, по­
ли как одной вещи среди многих других, окружающих добный образу жизни самого Пиррона. «О н хотел
нас, можно было бы сказать, что наша цель вообще открыть людям секрет их счастья, показав, что „спа­
представляет собой ничто, т. е. пустоту, или тождест­ сение можно обрести только в умиротворенности —
во «да» и «нет». Или же, иначе, что она — все вещи, в безоценочном мышлении, угасшей чувствительно­
причем не их сумма, а всеобщность, одновременно и сти, послушной воле; кроме того, он говорил, что эти
включающая и исключающая каждую отдельную поиски требуют усилий индивида, которые состоят в
вещь. Это кажется немыслимым, но в состоянии все­ стремлении умереть для самого себя» (L . Robin.
знания объект идентичен своему субъекту. Поэтому Pyrrhon et le scepticisme grec. 1944. P. 24).
следует: обращаться с вещами, не сознавая об этом Свобода от страсти — великая цель жизни, и не­
обращении вовсе; думать обо всех вещах — и в то же возмутимость является тем состоянием, которое сле­

186 187
дует взращивать в себе. Все внешние вещи представ­ Опираясь на эту параллель, можно сделать заклю­
ляю т собой одно и т о же, между ними н е т никакого
чение и относительно самого появления мадхьямики в
различия, и мудрец не отличает их друг от друга. Для
Индии. Этот вывод звучит довольно необычно, одна­
того чтобы достичь этого состояния безразличия, тре­
ко, я думаю, его стоит привести, поскольку он вполне
буется принести в жертву все свои естественные
правдоподобен. Фактически Пиррон основал свою
склонности. Все теоретические взгляды в равной сте­
школу сразу после возвращения из Азии, которую он,
пени необоснованны, и необходимо полностью воз­
вместе со своим учителем Анаксархом, посетил в со­
держиваться от формулирования утверждений и вы­
ставе армии Александра. Более того, Робен и другие
несения суждений. В Пирроновой философии присут­
авторитетные исследователи утверждали, что скепти­
ствует знакомое нам по мадхьямике разграничение
ческая философия была для Греции совершенно новым
между условной истиной, явлениями (phainomena),
учением, ни одна из прежних местных традиций в сво­
с одной стороны, и высшей истиной (adela) — с
ем развитии не вела к ней. Таким образом, можно за ­
другой. Высшая истина полностью скрыта. « Я не
ключить, что Пиррон, возможно, приобрел эти взгля­
знаю, сладок мед или н е т , но я согласен с т е м , ч т о
ды в Иране или Индии. Если он приобрел их не в
мне он к аж ется т а к и м » .
Иране, а в Индии, тогда очевидно, что основные
Для Пирронова воздержания от всех теоретиче­
принципы, проповедуемые мадхьямиками, уже распро­
ских суждений имеется специальный термин — эпохе.
странились в Индии примерно к 330 г. до н. э. Совсем
Значение термина очень хорошо разъяснил Аристокл
необязательно, конечно, что Пиррону их передали
Мессенский, описав его в трех пунктах. 1) Что являет­
буддийские монахи. Более вероятно, что он контакти­
ся внутренней природой (^собственное существование,
ровал с джайнами-дигамбарами, которые в сообщени­
свабхава на санскрите) вещей? Ее можно охарактери­
ях греков встречаются под именем «гимнософистов»,
зовать только с помощью отрицаний, поскольку все
нагих аскетов. Джайны и буддисты жили в близком
вещи в равной степени без-различны, не-мыслимы и
соседстве, и часто можно заметить следы влияния их
не поддаются вынесению суждения о них. Они равны
учений друг на друга. Любопытно, к примеру, отме­
между собой, и ни одна из них не имеет большего зна­
тить, что у джайнов был список из двадцати четырех
чения, нежели другая. Никто не может сказать ни об
следующих друг за другом тиртханкаров (спасителей),
одной вещи, что она в большей степени является
а древнему буддизму хинаяны был известен список из
эти м , чем не является. Можно с одинаковым успе­
двадцати четырех предшественников Шакьямуни. Я
хом утверждать, что она и е сть и ее н ет, или отри­
полагаю, что аналогичные джайнские представления
цать, что она е сть или ее н ет. 2) В каком же положе­
также весьма повлияли на махаянское учение о всеве­
нии находимся мы по отношению к ним? Мы не долж­
дении. По меньшей мере одно типичное джайнское
ны доверять одной из них больше, чем другой. Мы не
воззрение было засвидетельствовано среди высказы­
должны поддаваться им. Они не должны волновать
ваний Пиррона. Обосновывая ненужность создания
нас. 3) Как мы должны вести себя по отношению к
каких бы то ни было книг, он заявлял, что твердо ре­
ним? Наимудрейшим отношением будет бессловесное
шил не оказы вать никакого влияния на чей-либо ум.
молчание, невозмутимость и безразличие. Не-дея-
Но еще до него джайны, делая логический вывод из
ние — единственное возможное действие.
своего предписания о «невреждении», говорили, что
188
189
совпадений с точки зрения теории «заимствования»
нельзя совершать насилия над кем-либо, навязывая
мало что даст. Объясняя социальное законодательство
ему свои взгляды. Как бы то ни было, если согласить­
Ллойда Джорджа,1 мы не говорим, что он «заимство­
ся с тем, что Пиррон обязан своими основными идея­
вал» его у Германии. Действительное объяснение мы
ми «обращению» в индийское мировоззрение и что его
сможем найти лишь в том случае, если попытаемся
философия очень похожа на философию мадхьямики,
проникнуть в м оти в самого заимствователя. Простое
то тогда истоки учений мадхьямики, известных нам по
заимствование не сможет объяснить нам тот факт, что
писаниям и твердо датируемых не ранее 100 г. до н. э.,
как в буддизме, так и в иудаизме концепция мудрости,
должны восходить примерно к 350 г. до н. э., когда
сформировавшаяся после 200 г. до н. э., развивалась
прошло примерно сто пятьдесят лет со времени вхож­
вне собственных предшествующих традиций, но не на­
дения Будды в нирвану.
ходилась в противоречии ни с одним из их базовых по­
Каковы бы ни были положительные или отрица­
ложений. Нужно отметить только одно отличие: С о­
тельные стороны этого аргумента, остается исключи­
фия играет определенную роль в сотворении мира, то­
тельный факт: на протяжении одного и того же перио­
гда как п радж няпарам ита не имеет никаких
да, т. е. начиная с 200 г. до н. э., две различные циви­
космических функций и стоит в стороне, не участвуя в
лизации, средиземноморская и индийская, независимо
генезисе вселенной. Иконографии Софии и праджня­
друг от друга сформировали на основе своих собствен­
парамиты, по-видимому, также развивались независи­
ных предшествующих культур схожие комплексы
мо друг от друга. Для меня было крайне удивительно
идей, относящиеся к пониманию мудрости. В Восточ­
обнаружить одну византийскую миниатюру X в., кото­
ном Средиземноморье мы имеем книги мудрости Вет­
рая, как говорят, соответствует некоей александрий­
хого Завета, практически совпадающие по времени на­
ской модели. На ней София правой рукой показывает
писания с праджняпарамитой в ее первой редакции.
знак учения, в левой же руке держит книгу. Это изо­
Далее, под влиянием Александрии гностики и неопла­
бражение мало чем отличается от некоторых индий­
тоники создали сочинения, в которых главное место
ских статуй праджняпарамиты. В обоих изображениях
отводилось мудрости (Софии). В этих сочинениях, от
мы можем видеть параллельные линии развития, про­
Филона до Прокла, встречаются многочисленные до­
исходившие под влиянием местных условий, но на ос­
словные совпадения с текстами праджняпарамиты. У
нове какого-то общего, широко распространенного
одних христиан эту традицию продолжили Ориген и
культурного прообраза. Конечно, может существовать
Дионисий Ареопагит; символом другой, восточно-хри­
также какой-то скрытый ритм в истории, который ак­
стианской, традиции является великая церковь Святой
тивизируют определенные архетипы — как бы это на­
Софии, которая красноречиво свидетельствует о зна­
звал Ю нг — в определенные периоды в удаленных
чении мудрости. Бесчисленны параллели, а то и совпа­
дения, между толкованием хохмы] и софии, с одной друг от друга местах.
стороны, и буддийскими текстами, касающимися со­
вершенной мудрости, — с другой. Объяснение этих 1 Ллойд Джордж, Дэвид (1863— 1945) — английский
государственный деятель, лидер либеральной партии; пре­
мьер-министр Великобритании в 1916— 1922 гг., один из
1 Хохма — одно из важных каббалистических понятий,
творцов Версальского мирного договора 1919 г.
означающее божественную мудрость.

190
ет легкий путь веры от трудного и тяжелого пути мудро­
сти. Оба пути ведут к достижению одной и той же цели,
точно так же как человек может добраться до одного и
того же города либо по суше, либо морем. Одни люди
предпочитают метод усердной аскезы и медитации. Дру­
Глава VI
гие могут, посредством несложной практики полезных
средств веры и просто думая о Будде во время обраще­
БУ Д Д И ЗМ ВЕРЫ И П РЕД А Н Н О С Т И
ния к его именам, быстро достичь такого состояния, из
которого нельзя выпасть, т. е. из которого можно про­
должать движение по направлению к полному просветле­
П ри н яти е б х ак ти
нию, будучи уверенным в его достижении.
Вера, второстепенная добродетель в хинаяне, те­
Новая школа мудрости являла собой элитарное
перь возводится в ранг самой мудрости. Ее спаси­
движение, которое, будучи сострадательным, обра­
тельная сила оказывается гораздо большей, чем счи­
щало внимание на интересы обычных людей, а не
тали старые школы. Нужно было признать, что все
только на свои собственные. Таким образом, оно не больше усиливается упадок человечества. Трудный
могло довольствоваться простым формулированием
путь самообуздывающей, проницательной мудрости
положений утонченной метафизики, описанной нами в становился все менее осуществимым для многих, если
предыдущей главе. Для того чтобы выполнить свою не для большинства, последователей даже из числа
миссию, это движение должно было дополнить мета­ монахов. В данных обстоятельствах легкий путь веры
физическое учение мифологической системой.
оказался единственным спасением, на которое люди
Бодхисаттве предписывалась искусность в сред­
все еще оставались способны.
с т в ах . Его деятельность, направленная на просветле­ Примерно с 400 г. до н. э. в Индии начинает р аз­
ние других существ, не могла ограничиваться советом
виваться движение бхакти, а на рубеже старой и но­
медитировать на пустоту. В противном случае боль­ вой эр оно стало весьма влиятельным и сильным.
шинство людей, лишенных склонности к метафизиче­ Б х ак ти означает личную преданность тем или иным
ским исканиям, озабоченных добыванием средств су­
божествам, представленным в человеческом облике.
ществования и подверженных глубоко укоренившейся
Приблизительно с начала христианской эры бхакти-
привязанности к собственности, семье и дому, оста­ ческие тенденции, преобладавшие в массах индийско­
лись бы в стороне. Однако поскольку миряне тоже го народа и оказывавшие влияние на буддизм в тече­
подвержены страданию и, будучи изначально боже­ ние довольно длительного времени, проникли в него в
ственными существами, наделены духовными устрем­ полной мере. Метафизика новой школы мудрости бы­
лениями и способностями, то слово Будды может ла достаточно гибкой, для того чтобы усвоить эти
быть обращено также и к ним. тенденции и обеспечить их философским обосновани­
Неспособные к мудрости, они должны опереться на ем. Результатом органического соединения «новой
веру. Таким образом, путь запредельной мудрости до­ мудрости» буддизма и бхактического движения стало
полняется путем веры, или бхакти. Нагарджуна отлича­
то, что мы теперь будем называть буддизмом веры.
192 193
13 Эдвард Конзе
Махаяна настаивала на универсальности и обще­ дии и ведет свое происхождение от начала нашей эры.
значимости спасения, в противоположность хинаяне, Через четыреста— пятьсот лет в нее стало проникать
которая казалась несовершенной — не в последнюю все больше и больше идей из тантры. Все чаще начи­
очередь из-за сосредоточения своего внимания на нают упоминаться «заклинания», с помощью которых
элите и из-за того, что у нее имелось не много можно приблизиться к божествам и побудить их вы­
средств для поддержки и помощи тем, кто менее спо­ полнять чью-либо волю (см. с. 241).
собен к достижению просветления. Махаянист весьма Одним из первых будд, ставших объектом бхак-
серьезно относится к своему долгу по отношению к тического почитания, был Акшобхья (Несокруши­
менее развитым существам, окружающим его. Он мый), покровитель востока и правитель земли Абхи-
должен сделать так, чтобы Дхарма стала если не по­ рати. Он упоминается в некоторых раннемахаянских
нятной, то по крайней мере доступной для них. Внут­ сутрах. Его почитание наверняка было достаточно
ренняя логика совершенной мудрости ведет к тому, распространено, однако до нас дошли лишь фрагмен­
что она отрицается верой. Если нирвана и мир тожде­ ты легенды о нем. Культ Амитабхи демонстрирует
ственны, если все вещи есть одно и то же, тогда нет сильное иранское влияние, и его возникновение отно­
на самом деле никакого различия между просветлен­ сится примерно к тому же времени, что и культ Ак-
ным и непросветленным, между мудрыми и дураками, шобхьи. Амитабха — будда неизмеримого ( а м и т а )
между чистотой и грязью, и всякий должен быть на­ света ( абха), его царство располагается на западе. Он
делен одинаковой способностью к достижению осво­ известен также как Амитаюс, поскольку срок его
бождения. Если сострадание Будды безгранично, он жизни ( аюх) бесконечен (а м и т а ). Амитабхе посвя­
должен спасать также и дураков. Если природа Буд­ щено весьма большое число текстов. Наиболее из­
ды в одинаковой мере присутствует во всех них, тогда вестна из них Сукхавативъю ха, т. е. Проявление
все в равной мере могут приблизиться к состоянию счастливой страны , в которой описывается рай
Будды. Выводы, следующие из махаянского буддиз­ Амитабхи, его устройство и происхождение. Кроме
ма веры, имеют практическое значение. Он развивает того, большую популярность завоевал Бхайшаджья-
методы, с помощью которых устраняется различие гуру, будда врачевания. Самую большую известность
между бедняком и богатым, между невеждой и уче­ Амитабха приобрел в Китае и Японии. В Индии, по
ным, между грешниками и святыми, между целомуд­ всей видимости, он никогда не занимал столь высоко­
ренными и нечестивыми. Поскольку все имеют рав­ го положения, хотя Хуэй-же, китайский паломник,
ные притязания на достижение освобождения, то оно посещавший Индию в 7 0 2 — 719 гг., сообщает, что
должно быть одинаково доступным для всех. все говорили ему об Амитабхе и о его рае.
Другой род текстов имел отношение к бодхисатт-
вам. Как и будды, они весьма многочисленны, и мы
Письменные источники можем упомянуть лишь некоторых из них. Самым
выдающимся творением мифологического воображе­
Литература этого движения объединяет термины, ния буддизма веры стал Авалокитешвара. Будучи на­
обороты и идеи новой школы мудрости, имеющие от­ деленным магическими способностями, безграничным
ношение к персонам спасителей. Она родилась в И н­ состраданием и искусностью, он предоставляет защи­

194 195
ту и покровительство тем, кто страдает. Слово А в а ­ Некоторое число сутр было посвящено ему, часть из
локи теш вара состоит из слов ишвара (господин, них относится ко времени до 250 г. н. э. Многие дру­
владыка) и авал ок и та, что означает с состраданием гие бодхисаттвы, такие как Кшитигарбха и Саманта-
смотрящ ий вниз, т. е. на существ, страдающих в бхадра, могут быть лишь упомянуты, за их деталь­
этом мире. Авалокитешвара олицетворяет сострада­ ным описанием читателю следует обратиться к книге
ние. Изучение текстов и иконографических изобра­ Ч. Элиота Японский буддизм (Ch. Eliot. Japanese
жений говорит о том, что можно выделить три стадии Buddhism).
развития его культа в Индии. Первоначально он яв­
ляется членом троицы сверхъестественных существ,
состоящей из Амитаюса, Авалокитешвары и Махает - С у б ъ е к т спасения
хамапрапты (т. е. достигшего великой силы). Эта
троица имеет много параллелей в иранской религии, в Судя по писаниям старой школы мудрости пола-
частности в культе Митры и в зерванизме, персид­ гание на самого себя являлось одной из наиболее вы­
ской религии, которая признавала бесконечное время дающихся и отличительных черт, присущих ее после­
(Зерван Акарана = Амита-аюс) в качестве фунда­ дователям. Считалось само собой разумеющимся, что
ментального принципа. Усвоенный буддизмом, А ва­ человек может освободиться только посредством лич­
локитешвара становится великим бодхисаттвой, — ных усилий, что «никто не может быть освобожден
столь великим, что почти уравнивается в совершенст­ кем-то другим». Три новые идеи способствовали под­
ве с буддой. Он наделен величайшей чудесной силой рыву этой позиции буддизма веры. Т о были: учение о
помогать живым существам во всех их опасностях и передаче заслуг, понятие о том, что природа Будды
трудностях. Н а второй стадии Авалокитешвара при­ присутствует во всех нас, и введение большого числа
обретает целый ряд космических функций и черт. Он спасителей.
«д е р ж и т мир в своей руке», он неизмеримо велик — Вера в то, что заслуга может быть передана от од­
« 8 0 0 ООО мириад миль; каждая пора кожи на его ного лица другому, противоречит закону кармы — в
тел е заклю чает в себе мировую си стем у ». Он — том виде, в каком его принимала ранняя община.
владыка и повелитель мира. И з его глаз исходят По-видимому, первоначальная вера представляла со­
солнце и луна, из уст — ветры, из стоп — земля. бой убежденность в том, что каждый из нас несет
Во всех этих проявлениях Авалокитешвара напомина­ свое собственное кармическое бремя и что наказанию
ет индуистского бога Брахму. И наконец, на треть­ за проступки должен быть подвергнут сам согрешив­
ей стадии — в те времена, когда магические элемен­ ший, равно как и он должен получить награду за свои
ты в буддизме стали приобретать решающее значе­ благие деяния. Этот жесткий индивидуализм не яв­
ние, — он становится великим магом, придающим лялся существенной чертой учения о карме, и по­
силу своим мантрам, и таким образом приобретает скольку исторически понятие коллективной ответст­
множество черт, делающих его похожим на Ш и ­ венности предшествовало в своем развитии понятию
ву. Это уже тантрический Авалокитешвара. В неко­ ответственности индивидуальной, то, согласно ведам,
торых отношениях по популярности Авалокитешваре считалось, что все члены одной семьи или рода разде­
был равен Манджушри. Он олицетворяет мудрость. ляют одну общую карму. Индивидуалистическая ин­

196 197
терпретация закона кармы оставляет каждого инди­ ний, я желаю и збави ть о т страданий всех живых
вида наедине с его собственным наследием и, похоже, сущ еств, б ы ть лекарством , целительным ср ед ст­
отрицает всякую солидарность между различными вом, врачом и сиделкой для больных, покуда суще­
личностями по отношению к более существенным с т в у е т сама э т а болезнь. Проливая потоки пищи
элементам жизни, т. е. заслугам и грехам. М ы знаем и п и тья, я желаю погасить огонь голода и ж а ж ­
историю о брахмане, который возражал против уче­ ды. Я желаю б ы ть неисчерпаемой сокровищницей
ния Будды на том основании, что на практике оно для бедных, слугой, который сн абж ает их всем,
приносило заслуги только одному-единственному ли­ в чем они нуж даю тся. Моя жизнь, все мои переро­
цу. Будда ответил, что деяния святых обыкновенно ждения, все мое имущ ество, все заслуги, которые
воздействуют на бесчисленное множество людей, ко­ я приобрел или приобрету, — все э т о я поки­
торых они вдохновляют своим примером. Однако ни даю безо всякой надежды обрести и сохранить при
в одном буддийском писании не сыскать ни единого себе, покидаю для того , чтобы со зд а ть благопри­
примера, который указывал бы на то, что до 200 г. до ятн ы е условия для освобождения всех живых су­
н. э. существовало определенное учение о передаче щ еств».
заслуг от одного лица другому. Таковым было первоначальное намерение. Его
Заслуга — это такое качество, которое обеспе­ полностью выполняли великие бодхисаттвы на по­
чивает нам приобретение будущих благ, как матери­ следних, завершающих ступенях своего духовного
альных, так и духовных. Нетрудно заметить, что же­ продвижения и воплощали в своих обетах. Часть их
лание получить заслуги, сохранить их и накопить неизмеримых заслуг передавалась верующему, если
предполагает, как бы ни похвальна была эта цель, оп­ он просил об этом с верой и устремленностью.
ределенную степень своекорыстия. Буддисты всегда Во-вторых, особый акцент на тождестве Будды
стремились ослабить «обладательские» инстинкты, и этого мира приучил махаянистов к мысли о том,
управляющие менее духовными членами общины, от­ что природа Будды находится во всех частях этой
влекая их от таких объектов, как богатство и семья, и вселенной и, значит, в сердце каждого из нас.
направляя на одну-единственную цель, т. е. на приоб­
ретение заслуг. Но и такие действия, разумеется, « Господь Будда, восседающий на львином трон е,
достаточны только для людей довольно низкого уров­ О б и т а е т даже в песчинке и камне».
ня духовного развития. На более высоких ступе­
нях требуется отречься и от этой формы собственно­ Если предположить, что мы сами, посредством
сти, нужно быть готовым отказаться от своих накоп­ собственных усилий, боремся за достижение освобо­
ленных заслуг ради счастья и блага других. Махаяна ждения, то тогда какая же часть в нас ищет нирвану?
делает этот вывод и ожидает от своих последовате­ Что осуществляет эти искания: наша индивидуальная
лей, что они наделят своими собственными заслугами самость или же наша «более высокая самость», «са­
других существ, или, как говорят писания, что они мость Будды»? Махаяна пришла к выводу о том, что
«передадут, или п о с в я т я т , свои заслуги на благо в действительности именно Будда, находящийся
просветления всех живых су щ еств». « Благодаря внутри нас, ведет этот поиск и что именно природа
заслугам, проистекающим о т всех моих благих дея­ Будды стремится к обретению состояния Будды.

198 199
В-третьих, Будда был учителем, но не спасите­ мы знаем, что индийские буддисты хинаяны имели
лем. В буддизме же веры высшие бодхисаттвы пре­ обыкновение оспаривать то, во что нельзя было пове­
вращаются для верующего в спасителей. Как только рить, и отрицали махаянских будд и бодхисаттв, раз
бодхисаттва достигает определенной зрелости в накоп­ не существовало никаких свидетельств, подтвер­
лении совершенной мудрости и уничтожает свою соб­ ждающих их реальное существование.
ственную личность с помощью основательного про­ Мне кажется, что в данном случае мы имеем дело
никновения в понимание пустоты, с тех пор его суще­ с тем же философским различением, с которым стал­
ство претерпевает полное превращение. Всякая киваемся при рассмотрении векового спора между но­
личная заинтересованность и привязанность исчеза­ минализмом и реализмом. Для номиналиста реальным
ют. В принципе, бодхисаттва мог бы прекратить свое существованием наделено только индивидуальное,
существование на этой ступени, но сострадание удер­ для реалиста же — всеобщее. Т о же самое происхо­
живает его от этого шага. Он продолжает действо­ дит и в религии: для одного типа мышления опорой
вать, но его деятельность с этого момента становится для веры служит подлинное историко-фактическое
совершенно чистой. Истинный правитель, он наслаж­ обоснование, в то время как для другого продукты
дается своим господством и покровительством над творческого мифологического воображения занимают
миром. Н а этой стадии бодхисаттва приобретает все более важное положение, чем продукты историческо­
виды неземных и сверхъестественных качеств. Он го развития человечества. Многие христиане придают
может чудесным образом переродиться по своей воле большое значение утверждению о том, что Иисус
в любом месте и в любой форме, какую только поже­ Христос являлся исторической личностью. Для ми­
лает принять; он овладевает безграничной способно­ фологического сознания вопрос об историческом су­
стью к превращениям и т. п. Новая школа мудрости ществовании неуместен. Подобный умственный склад
говорила о возможном существовании таких сверхъ­ предполагает, что религиозное и духовное значение
естественных существ. Буддизм веры представлял их имеет только Христос, а отнюдь не человек Иисус. В
всех как конкретных индивидов и наделял именами, истории раннего христианства позиция махаяны была
легендами, четкой и осязаемой индивидуальностью. представлена некоторыми гностическими сектами, ко­
Однако очевидно, что Акшобхья и Амитабха, торые провозглашали, что Христос снизошел на че­
Авалокитешвара и Манджушри, все небесные будды ловека Иисуса во время крещения и оставил его при
и бодхисаттвы, признаваемые этой школой, являются распятии в тот миг, когда Иисус воскликнул: «Б ож е
творениями, не имеющими под собой никакого исто­ Мой, Боже М ой! для чего Ты Меня о став и л ?>И
рического или фактического основания. Нелегко по­ Философы проводят различие между тем, чем ка­
нять, почему махаянисты соглашались с их реально­ ж е т с я личность, и тем, чем она я в л яется по сути. В
стью и отрицали, что эти новые спасители были всего традиционнном представлении о Христе нет ни еди­
лишь творениями, всего лишь фикциями, продуктами ного элемента, который бы не являлся дохристиан­
человеческого воображения, субъективными и произ­ ским, который бы не имел параллелей в других рели­
вольными выдумками. Объяснить позицию махаяни- гиозных системах, который бы не напоминал преда­
стов отсутствием исторического осмысления (что в
целом присуще индийцам) невозможно, поскольку 1 Мф. 27, 46.

200 201
ния о м е с с и и , об Осирисе, о Геракле и многих других. подлинным источником ее культа. В широкой косми­
Мифологическая школа опирается на мифологические ческой перспективе ранней махаяны подобные попыт­
концепции. Воплощается ли миф в конкретной исто­ ки привязки к скудным данным человеческой истории
рической личности, для нее совершенно неважно и казались труднообъяснимыми.
несущественно. Имена Амитабхи и других будд и
бодхисаттв могут быть выдуманными, но реальность,
скрывающаяся за ними (Абсолют), присутствует все­ Цели верующего
гда.
В Китае подобная позиция махаяны вступила в Чего же, в таком случае, ожидал верующий от
противоречие со строгим и точным историческим вку­ будд и бодхисаттв? В буддизме веры спасители в ос­
сом, свойственным китайской письменной традиции. новном выполняют следующие четыре функции.
Мы обнаруживаем здесь стремление найти историче­ 1. Они содействуют развитию добродетелей ве­
ское ядро в представлениях о небесных бодхисаттвах. рующего, помогают ему справиться с алчностью, не­
Например, о Манджушри говорится, что первона­ навистью и заблуждением, а также защищают его от
чально он был китайским царевичем, жившим в пер­ духов и людей, которые злонамеренно пытаются вос­
вом столетии, во времена императора Мин-ди, на препятствовать выполнению духовных практик.
Утайшани, или Горе Пяти Вершин (Панчаширша). 2. Кроме того, они даруют материальные блага.
Такая его локализация во времени и пространстве Поскольку будды и бодхисаттвы всемилосердны, то
устроила всех. Подобным же образом и истоки Ава- было бы естественно и в какой-то степени логично
локитешвары прослеживались вплоть до его бытности предположить, что они должны принимать во внима­
китайским царевичем. Тибетский царь Сронц- ние действительные нужды и потребности своих при­
зан-гампо (ум. в 650 г.) имел двух жен, китаянку и верженцев, защищать их от земных невзгод и отвра­
непалку. Они были отождествлены с двумя богинями, щать от них несчастья.
Белой Тарой и Зеленой Тарой. Для индийского со­ К примеру, Авалокитешвара защищает караваны
знания это был обычный случай воплощения предвеч­ от грабителей, мореплавателей от кораблекрушения,
ной духовной силы. Некоторые китайцы рассматри­ преступников от казни. С его помощью женщины ро­
вали эту ситуацию иначе. Бессознательно придержи­ жают желанных детей. Стоит только подумать об
ваясь идей эвгемеризма,1 они считали, что царевны Авалокитешваре — и огонь прекращает гореть, мечи
были «обожествлены» как две Тары, т. е. что богиня разлетаются на куски, враги становятся дружелюбны­
Тара стала символом обожествления двух историче­ ми, оковы разбиваются, заклинания возвращаются к
ских личностей, которые, будучи изначально далеки тому, от кого исходят, звери убегают, а змеи утрачи­
от того, чтобы воплощать какую-то идею, и являлись вают силу своего яда. Этот аспект буддизма веры
входит в логическое противоречие с особым акцентом
1 Эвгемеризм (евгемеризм) — представление о том, что на необходимости отречения, которым целиком про­
божества на самом деле являются обожествленными людьми. никнута буддийская доктрина. Как учение магиче­
Названо по имени Эвгемера (ок. 300 г. до н. э.), греческого ское буддизм обещает устранить зло физически; как
мыслителя из Мессены. учение духовное буддизм стремится к очищению

202 203
умов от неправильного отношения к нему. Выше мы было поддержки извне. Преданность чувствовала се­
уже показали (с. 113): то, что несовместимо в вообра­ бя несчастной, не имея вечно существующей личности
жении, спокойно существует в действительности. в качестве своей опоры. Махасангхики удовлетворили
3. Будды и бодхисаттвы становятся объектом стремление мирян к преданности, поддержав их убе­
страстной любви. В настоящее время слово любовь жденность в том, что Будда в качестве надмирного
является в высшей степени двусмысленным и содер­ существа (см. с. 161) не ушел безвозвратно, но про­
жит великое множество самых разнообразных значе­ должает существовать и после своей нирваны в том
ний. В нашем контексте любовь в смысле бхакти о з­ или ином виде. Махаяна значительно развила эту
начает отношение одной личности к другой — той, идею и наполнила всю вселенную, вплоть до ее край­
которой не только поклоняются и которую почитают, них пределов, живыми буддами и бодхисаттвами, ко­
но которую жаждут лицезреть, с которой жаждут торых можно было любить и хранить как сокровище.
быть вместе, с которой не желают расставаться и ко­ 4. Наконец, будды и бодхисаттвы обеспечивали
торую желают удержать. Традиционный взгляд на благоприятные условия для достижения просветления
Будду, сформулированный «мудрыми», сделал его в будущей жизни. В этом отношении махаяна всего
довольно неподходящим объектом для такой любви. лишь продолжает линию своих предшественников.
О нем говорили как об угасшем, а после того как он Очевидно, что большинство верующих никогда не на­
достиг нирваны — как об ушедшем в никуда. О ста­ деялись достичь высшей цели, нирваны, при жизни.
лась только его Дхарма, безличная сущность. Его Вместо этого они могли надеяться только на заслужен­
теория с самого начала оказалась эмоционально не­ ный допуск в тот мир, где было гораздо меньше пре­
приемлемой для тех, кто понимал религию как лю­ пятствий к достижению полного просветления, чем в
бовь. Ананда, главный представитель бхактического мире людей. Перерождение на небесах было для них
душевного склада среди непосредственных учеников непосредственной наградой за святую жизнь и за при­
Будды, любивший Бхагавана как личность, не мог нятие ими прибежища в Трех драгоценностях. Там,
смириться с его утратой. Он высказал довольно ере­ находясь среди богов, добродетельные могли «оконча­
тическое мнение о том, что, войдя в нирвану, Будда тельно исчезнуть» ( париниббаяти) и «более не воз­
вознесся на небеса Брахмы, точно так же как во вре­ вращаться из того мира». Махаяна лишь заменила не­
мя своего рождения он спустился с небес Тушита. беса старых индуистских богов на небеса будд и бод­
Со временем бхактические тенденции в Индии хисаттв и расширила возмож ности, которыми
набирали все большую силу. Захватили они и буд­ располагал обычный человек, увеличив число раев, в
дизм. Все в большей и большей степени верующие
которых он мог бы перерождаться. Уже в хинаяне Рай
желали «пребывать в видении Будды» или «созер­
Майтреи, как место будущего перерождения (см.
цать Татхагату». Несмотря на официальное опровер­ с. 156), приобрел большую популярность. Майтрея,
жение, они желали верить, что Господь Будда на са­ грядущий Будда, в настоящее время правит и пропове­
мом деле не исчез, что он все еще где-то существует. дует на небесах Т у ш и та. Н а этих небесах, населен­
Мудрость и преданность вступали здесь в открытое ных радостными богами, будущий Будда мировой
столкновение друг с другом. Мудрость состояла в системы пребывает постоянно в своем предпоследнем
том, чтобы полностью отказаться от какой бы то ни существовании. Благочестивые буддисты стремятся
204
205
после смерти отправиться в царство Майтреи и оста­ системам, которые населены живыми созданиями,
ваться там до тех пор, пока не переродятся вместе с представляющими все шесть уровней существования
ним в последний раз на этой земле. (см. с. 72 и сл.). Другие же земли будд, подобно раю
Взирая на необъятное звездное небо, последова­ будды Амитабхи, являются «чистыми землями». Н е­
тели махаяны воображали, что там повсюду находят­ которые будды создают не естественные, а идеаль­
ся такие же райские сферы. Подобно тому как в на­ ные, или трансцендентные, места обитания в том
шей мировой системе появился Будда Шакьямуни, смысле, что они находятся за пределами « т р е х ми­
точно так же и другие мировые системы имеют своих ров» — миров чувственного желания, формы и бес­
будд. В своем соотнесении различных будд с разны­ форменности; в них нет женщин, животных, го­
ми мировыми системами махаяна не была оригиналь­ лодных духов и проклятых, они населены только
ной. Так поступали уже махасангхики и саутрантики. высокоразвитыми и совершенными бодхисаттвами,
Новизна махаяны состояла, во-первых, в развитии являющимися либо богами, либо людьми, « чистыми
понятия земли будды ( буддха-кш етра), а во-вто­ телом , речью и умом» и рождающимися посредст­
рых, в различении, которое она проводила между вом чудесного проявления. Там можно увидеть луче­
чистыми и нечистыми землями будд. зарное тело Будды, внимать его проповеди и все бо­
Каждый будда имеет определенную ограничен­ лее и более очищаться, до тех пор пока состояние
ную сферу влияния, в которой «глубоким, возвышен­ Будды не будет достигнуто полностью. Этот «р ай »
ным и чудесным голосом» он учит Дхарме живых су­ часто описывается с большой чувственной образно­
ществ, тем самым помогая им достичь просветления. стью. Он светел, создан из лазурита, в нем нет кам­
Земля будды — это в некотором роде ц арство Бога, ней и песка, ям, крутых обрывов и сточных канав. Он
мистическая вселенная, населенная живыми сущест­ приятен, приносит успокоение и радует взгляд, укра­
вами, которыми будда правит и которых ведет к зре­ шен драгоценными деревьями, посаженными в шах­
лости. Согласно Буддхагхоше, будда состоит в двоя­ матном порядке и покрытыми золотыми нитями, цве­
ком отношении с этой вселенной: 1) благодаря своему тами и т. д. «С у щ ества, рождающиеся в т о й земле,
всеведению он имеет представление о всей вселенной, никогда не подвергнутся преждевременной смерти,
которая является полем его знания; 2) обладая выс­ б у д у т безмерно богаты , добродетельны, правдивы
шей властью и авторитетом, он оказывает влияние на и искренни, ласковы и обходительны в речах. Их се­
определенное число мировых систем. Первый род от­ мьи и родственники всегда б у д у т с ними. Они бу­
ношения ясно просматривается в ранней хинаянской д у т искусными в умении примирять ссоры, всегда
литературе. Вторая же идея, состоявшая в простран­ тво р я для других благо уже одной своей речью. Они
ственной ограниченности магического влияния будды, никогда не б у д у т завистливы ми или гневливыми,
его власти на определенной области (как отличной от но всегда б у д у т придерживаться праведных прин­
его высшего господства в ней), в ранней хинаянской ципов».
литературе напрочь отсутствует, она была воспринята Все это представляет собой попытку пойти на­
Буддхагхошей из махаяны. встречу популярной религии. Однако для буддизма
Но это еще не все. Многие земли будд тождест­ махаяны характерно то, что его последователи пред­
венны естественным и потому нечистым мировым приняли серьезные усилия для объединения народных

206 207
представлений с основными идеями новой школы поистине странной. Среда, в которой приходится
мудрости. Если бы под этими райскими землями под­ жить существам, в большой мере, особенно в отноше­
разумевали некую конкретную физическую реаль­ нии ее приятности или непривлекательности, опреде­
ность, то это бы противоречило духу учения об уни­ ляется их поступками (кармой). Разнообразные ады,
версальной пустотности. Н а самом деле эти миры яв­ например, произведены деяниями тех существ, кото­
ляются всего лишь продуктами ума самих бодхисаттв. рые там перерождаются. Безводные пустыни нашего
Вот цитата из А в атам сак и : мира существуют по причине наших малых заслуг.
«Земли будд, столь же бесчисленные, сколь Мир вещей ( бхаджана-лока) есть не что иное, как
бесчисленны пылинки, создаются одной лишь некое отражение человеческих деяний. Среда сущест­
мыслью, взращиваемой в уме бодхисаттвы со­ вует до тех пор, пока существуют люди, чья карма з а ­
страдания, ставляет их воспринимать ее условия. В подобном же
Который, практикуя добродетельные деяния духе теперь заявляют, что заслуги бодхисаттвы могут
в бесчисленных кальпах, привел всех существ к быть так велики, что он может сотворить чистую зем ­
истине. лю не только для себя, но также и для тех, кому он
Все земли будд возникают в чьем-либо уме и эти заслуги передает.
имеют бесчисленные формы; Будучи общедоступной религией, буддизм веры
Иногда чистые, иногда загрязненные, они учит о множественности миров будд. Являясь ответв­
существуют в различных циклах наслаждения и лением буддизма мудрости, он знает, что эту множе­
страдания». ственность можно признать истинно существующей
Земля будды — результат альтруизма бодхисатт­ только условно. В конечном счете все обители явля­
вы, который ставит перед собой задачу не ухода от ются единой обителью, а одна обитель представляет
злонамеренных существ, а их обращения. В этом от­ собой все обители. В конце концов естественные и
ношении весьма поучительна Р атн ам егха: «Если идеальные обители будд суть одно и то же. Будда
б о д х и саттв а распознает чрезмерную людскую алч­ вездесущ, и поэтому э т о т мир, по сути, представля­
н о сть и насилие, он не должен говорить: „Прочь ет собой идеальный мир, стоит только распознать его
о т эт и х людей, так и х жадных и грубых , — и чув­ как таковой. «Здесь, прямо в это й ком нате, — го­
с т в о в а т ь себя подавленным и з-за это го и о тв о р а ­ ворит Вималакирти, — проявляются все вели чест­
чи ваться о т них. Он принимает о б ет пребывать в венные небесные дворцы и все чистые земли всех
чистейшей обители, в которой даже сами имена будд». Наш мир кажется нам нечистым, полным са­
э т и х людей не бу ду т слышны. Но если б о д х и с ат т ­ мых разнообразных невзгод и печалей, отвратитель­
ва о т к а зы в а е т с я о т помощи всем живым су щ е ст ­ ным, полным опасностей. Перед теми же, однако, кто
вам, его обитель нечиста и его р аб о та не закон­ имеет истинную веру, тот же самый мир, во всех сво­
чена». их деталях, предстает в виде чистой земли, « с о т в о ­
Сегодня мало кто способен поверить в то, что ренной из л азу р и та, образующей гладкую равнину
можно сотворить мир, просто возжелав этого. Буд­ в форме ш ахм атной доски из восьми рядов, разде­
дийская убежденность в том, что этически окрашен­ ленных золоты м и нитям и, и засаженной драгоцен­
ные поступки имеют творческую силу, кажется нам ными деревьями». И снова приведем слова Вимала-

208 209
14 Эдвард Конзе
кирти, которые показывают парадоксальность этого ные лица или группы, в особенности святые и сангха.
учения: «И з-за своих грехов сущ ества не м огу т В махаяне в положении высшего «поля заслуг» все
уви деть ч и с т о т у нашей земли будды. Н а самом более укрепляется будда.
деле э т а земля всегда была чистой. Вся нечисто­ 3. Следует размышлять о будде, постоянно повто­
т а заключена в нашем собственном уме. Говорю ряя его имя. Поскольку имя заключает в себе силу
тебе, Ш ар и п у тра, ч т о б о д х и сат т в а, будучи чи ст будд и бодхисаттв, призыв к нему представляет собой
и твер д в своем устремлении, с м о т р и т на все вещи в высшей степени достойное деяние. Так были выра­
беспри страстно, с мудростью будды, и т е м самым ботаны бесчисленные формулы взывания. Наиболее
э т а стран а будды п ред ставл яется ему лишенной известной из них является «Поклонение будде Ами­
любых н ед о статк о в и омрачений. Н аш мир всегда табхе!» Н а санскрите это звучит так: «О м намо Ами-
т а к же ч и ст, как и т о т . И т е м не менее для того, табхая буддхая», по-китайски — «О м а-ми-то-фо»,
чтобы спасти малоспособных сущ еств, проявля­ по-японски — «Намо Амида буцу». В то время как
е т с я э т о т грешный и нечистый мир». профессиональные практикующие старались превзойти
себя, повторяя священное имя, мирянам позволяли ду­
мать, что «единственный акт преданности», «единая
М ето д ы мысль о будде» «за один-единственный миг» обеспе­
чит ему освобождение.
Таким образом, определив цель, мы можем обра­ 4. Следует быть твердо уверенным, что выбран­
титься к пяти методам, с помощью которых обычно ный будда или бодхисаттва принял «обет» спасти
рассчитывают обрести рождение в одной из «б л а ­ всех живых существ и что он, таким образом, и жела­
женных земель». ет, и может спасти их, забрав в свой рай. Твердую
1. Человек должен вести чистую, праведную веру характеризуют три особенности: она должна
жизнь, взращивая в себе желание уподобиться буд­ быть искренней; практикующий должен быть глубоко
дам. убежден в своем собственном бедственном положе­
2. По мере своего развития махаяна придавала все нии и в силе обета будды; он должен «передать», или
большее значение поклонению буддам как средству посвятить, свои заслуги этому раю, а также принять
накопления заслуг. Поклонение включает в себя та­ обет о перерождении в нем. Совместные действия —
кие действия, как восхваление добродетелей будды, сострадание будды и наша вера — приведут к желае­
признание его красоты, мысленное восхищение им, мому перерождению.
прошение ( пранидхана) о предоставлении возможно­ 5. При медитациях следует сосредоточиваться на
сти когда-нибудь переродиться совершенным буддой совершенных качествах земли будды; нужно трениро­
и подношение даров. Последнее представляет собой вать свое зрительное воображение, чтобы видеть
особый источник накопления заслуг. Заслуга, приоб­ будд и бодхисаттв, а также слух, зрение и обоняние,
ретаемая подношением даров, тем больше, чем более чтобы воспринимать чувственную красоту земель
возвышенным и достойным является принимающий. будд.
В ранние времена в качестве «несравненного поля з а ­ Таковы пять методов. Одни авторитеты полага­
слуг» этого мира рассматривались некоторые отдель­ ют, что путь к спасению — только вера, другие счи­

210 211
тают, что к освобождению ведет повторение святого ных и личных усилий и поэтому позволяет «вести»
имени. Велись большие споры по поводу первого и себя к освобождению; отчасти потому, что он не тре­
пятого методов, поскольку, с точки зрения некоторых бует для себя никаких особых привилегий, подчиня­
людей, в них слишком много внимания уделялось са- ясь тем самым высокой добродетели и мудрости.
мополаганию. Вообще, буддизм веры в Индии был Элементарная скромность позволяет нам увидеть, что
склонен принимать во внимание моральные достоин­ всякая заслуга, которую мы приписываем себе, ничто
ства почитателей. Великие грешники, а также « т е , по сравнению с заслугами будд и бодхисаттв, с силой
к т о оскверняет священную Д харму», не могут быть их помощи. Гордыня всегда считалась грехом, к кото­
спасены с помощью одной лишь веры. Как они могут рому были особенно склонны продвинутые буддисты.
заявлять о своей искренней любви к будде, если нару­ Теперь же их учат покорно принимать дары от друго­
шают его нравственные учения, если не желают сле­ го, кого они могут воспринимать только посредством
довать его воле? Позднее в ходе развития амидаизма веры. Любая гордость за наш разум, гордость за чис­
в Японии был провозглашен своего рода тоталита­ тоту нашей души противопоставляет наше собствен­
ризм веры, т. е. вера становилась всемогущей и не з а ­ ное «я» всем остальным. Если же разум считать бес­
висящей от нравственного поведения (см. главу IX ). плодным и бесполезным, а сердце — порочным, то
тогда эта самость уменьшится. Одна только милость
Абсолюта способна вывести нас отсюда, ведь наши
Вера и уничтож ение « я » личные представления и старания слишком незначи­
тельны. Ибо никогда не следует забывать, что лич­
Специфические черты буддийских школ, появив­ ный спаситель и рай, которые предстают перед срав­
шихся через пятьсот лет после нирваны Будды, были нительно несведущими, полностью тождественны
вызваны частично социальным давлением, частично Абсолюту, о котором известно сравнительно знающе­
скрытыми тенденциями, заложенными в проблеме са­ му. До конца следуя логике, свойственной буддий­
моуничтожения. Как мы уже видели (с. 167 и сл.), ской диалектике, можно сказать, что буддийское со­
махаяна, приняв идеал бодхисаттвы, старается устра­ вершенство обнаруживает себя там, где оно полно­
нить остатки своекорыстия. Бхактические тенденции стью исчерпывается, и проявляет себя там, где оно
исключают в вере всякое полагание на собственные становится полностью неразличимым. Буддийская
силы, всякую надежду на то, что человек способен жизнь должна строиться таким образом, чтобы в ней
планировать и контролировать свою жизнь и спасе­ можно было практиковать буддийский путь. Искрен­
ние. Но когда мы судим о них с позиции отказа от нее сердце и вера, не знающая о достоинстве собст­
собственной самости, «буддизм веры» оказывается венной искренности, — это все, что требуется.
прямым продолжением буддийской ортодоксальной Просьба Будды о том, что для своего спасения прак­
традиции. Во многом послушание в согласии с верой тикующий не должен учиться чему-то особенному,
приводит к уничтожению единичной самости, — от­ выполняется и в данном случае, как и во всех других.
части потому, что здесь отсутствует полагание на са­
мого себя, т. е. на собственные силы; отчасти потому,
что практикующий видит тщетность всех сознатель­

212
ровоззрению, раскрывающемуся благодаря погруже­
нию в транс. Темпераменту одних монахов лучше
соответствовал тран с, другим более подходила муд­
р о сть. В С а м ь ю т т а никае (II, 115) различие между
этими двумя путями демонстрируется на примере
Глава V II двух людей, которых звали Мусила и Нарада. Много
места описанию двух различных путей, санкхьи и
Й О ГА ЧА РА йоги, уделяет Бхагавадгита. « Люди мудрости» обыч­
но предстают главным образом как интеллектуалы, а
«люди т р а н с а » — как созерцатели и аскеты. П ер­
М удрость и тран с вые «п освящ аю т себя Д харме», последние просто
«м е д и ти р у ю т». Мудрость ведет к прозрению, в то
С первых веков нашей эры начала развиваться но­ время как транс — к успокоению. Мудрые уделяют
вая школа, известная как йогачара. После 500 г. н. э. мало внимания магии, «люди транса» — достаточно
она стала все более и более доминировать в учении много. В соответствии с традиционным учением
махаяны. Теории этой школы очень сложны, и их не­ прийти к просветлению возможно только тогда, когда
легко изложить в популярном очерке. Они предпола­ оба крыла будут действовать вместе. Сарвастивади-
гают более глубокое знание методов воздействия ны всегда придавали первостепенное значение мудро­
транса ( самадхи), чем то, которым обладает боль­ сти, понимая ее как созерцание дхарм. У некоторых
шинство из нас сегодня. из них, например у Харивармана, экстатические
В системе практик первоначального буддизма со­ трансовые практики отходили на задний план. М ад­
держались все более поздние системы мысли (с. 128, хьямики опять же все внимание уделяли мудрости,
134). Различные практики разбивали на три группы: понимая ее как утонченную диалектику, приводящую
нравственн ость, тр ан с и мудрость (с. 128— 153). к уничтожению всех мыслей. Движение йогачары
Теоретические разработки, о которых говорилось в представляет собой реакцию на подобную переоценку
главах IV — V I, вводились в оборот специалистами в значения мыслительных процессов, приведшую к
«мудрости», и методы абхидхармы были реальной последующему пренебрежению практикой транса.
движущей силой, стоявшей за этими разработками. В чем же состоит своеобразие учения йогачари­
Как же тогда обстоит дело с нравственностью и тран­ нов? Они учат тому, что Абсолют — это Ум. Вряд
сом? Нравственность вообще не вызывала споров до ли можно назвать эту идею совершенно новой. Она
сравнительно недавнего времени, когда ее отвергла ясно утверждалась в писаниях многих школ, и мы
тантра левой руки (см. с. 258 и сл.). Что же касается должны постараться понять, почему ею так долго
особенностей в подходах и опыте тех, кто сосредото­ пренебрегали и по какой причине йогачарины стали
чивался на практике транса или экстатической меди­ развивать ее.
тации, то теоретические формулировки буддийского В палийских текстах Будда явственно заявляет,
учения их не особенно интересовали. Задачей и це­ что хорошо управляемый ум подобен прозрачной воде
лью йогачаринов было придать должное значение ми­ в чистом пруду, на чьей поверхности нет никакого му­

214 215
сора. «У м вполне самопросветлен, но обычно он з а ­ ет ся умом», и поэтому он ни существует, ни не-су-
грязнен случайными омрачениями, приходящими ществует. Предубеждение против мудрости, пони­
извне». Другими словами, когда ум оказывается один маемой как диалектическое растворение всего, ясно
на один с Истиной, проблеск просветленности мысли определяет, исходя из данного отношения, подход к
показывается в самой сердцевине нашего существа и, данному вопросу.
аналогично, во всей реальности. Учителя старой шко­ Но развитие идеи абсолютной «самопросветлен-
лы мудрости, прямо не отрицая это утверждение, ной мысли» на этом не заканчивается. Китайские
придавали ему на самом деле не слишком большое буддисты, с их особым упором на пассивность и не­
значение. В их теоретических построениях в полной деяние, принимали высказывания Праджняпарами­
мере господствовала абхидхарма, а ведь она рассмат­ т ы и провозглашали, что освобождение состоит в
ривала реальность как соединение из последователь­ достижении состояния « не-ума». Они отвергали вся­
ных дхарм, или моментальных событий. Мы видим кую умственную деятельность и утверждали, что
мир в его истинном свете только тогда, когда сознаем, только глупые люди практикуют добродетели и меди­
что «с у щ е с т в у ю т тол ьк о дхармы» (д х а м м а -м а т- тируют. И х тезис о том, что «ни о чем не надо ду­
т а ) , как это выразил в своей короткой формуле м а т ь » , не находил большой поддержки у их индий­
Буддхагхоша. Ф орм ула же йогачаринов « т о л ь - ских^ собратьев из школы мадхьямика.
ко-ум» ( ч и т т а - м а т р а ) во многом развивает свое Йогачарины, в свою очередь, придавали древнему
содержание, противопоставляя себя традиционной аб- изречению несколько иное значение. Им казалось
хидхарме. весьма важным утверждение о том, что Абсолют есть
Далее, в праджняпарамите конечным фактом су­ Ум — в том смысле, что его вообще не следует ис­
ществования признается п у с т о т н о с т ь . Описывать кать ни в каком объекте, но только в чистом субъек­
ее в форме ума, как это делают йогачарины, мадхья- те, который свободен от всех объектов. Прежде чем
микам казалось совершенно бесполезным. Праджня- мы приступим к рассмотрению этого довольно зага­
п арам и та су тр ы отнюдь не игнорируют традицион­ дочного учения, мы должны представить краткий ис­
ное представление о том, что в центре всего находит­ торический очерк школы йогачара.
ся самопросветленный ум. Просто этот самый « у м »
их не интересовал вообще. И х занимала только диа­
лектическая природа мышления абсолюта, или абсо­ Письменные источники
лютного ума (см. с. 150 и сл.), — мышления, в кото­
ром содержится внутреннее противоречие и которое Тенденции к образованию школы йогачара впер­
совпадает с собственным отрицанием. Конечно, мыш­ вые обнаруживаются примерно в 150 г. н. э. с появле­
ление «в своей сущностной изначальной природе», нием Сандхинирмочана сутры . В нашем распоряже­
когда оно полностью свободно от любой алчности, не­ нии имеются некоторые другие тексты 150— 400 гг.,
нависти и неведения, есть « состояние прозрачной которые учат «то л ь к о -у м у ». Л ан к аватар а су тр а,
ясн ости », и на этом уровне оно представляет собой Л в атам с ак а и Лбхисамаяланкара занимают среднее
«сущ ностное бы ти е всех дхарм». Но, как продол­ положение между текстами мадхьямиков и сочине­
жает сутра, этот ум «в д ей стви тельн о сти не явл я­ ниями йогачаринов. Лбхисамаяланкара является

216 217
важным комментарием на П радж няпарам иту, соз­ ке был вызван ее большим значением для пропаган­
данным примерно в 350 г. н. э.; он до сих пор служит ды. В средневековой Индии правители имели обык­
основой для толкования Праджняпарамиты в мона­ новение устраивать диспуты, во время которых
стырях Тибета и Монголии. А ватам сак а развивает представители различных школ, находившиеся перед
учение о то ж д еств е н н о сти всего, обосновывая его большими аудиториями, состязались один на один.
идеей взаимопроникновения всех элементов мира. Победа в диспуте несла с собой повышение авторите­
Единственный вечный принцип вселенной — непо­ та и приобретение покровительства. Обучение логике
движная б езм ятеж н о сть ума, отражающегося в кос­ давало буддистам преимущества перед их противни­
мосе, — своим присутствием сообщает всему духов­ ками, и индуистские школы вскоре осознали, что не­
ную значимость. Таинства ума можно увидеть повсю­ обходимо развивать собственные логические системы.
ду, и посредством любого объекта можно произвести Логика Дигнаги имела важные косвенные последст­
любые добродетели и раскрыть все тайны вселенной. вия. Там, где йогачара становилась влиятельной си­
А в атам сак а су т р а стала основным текстом той шко­ лой, интерес буддистов смещался с традиционной аб-
лы, которая получила известность в Китае под назва­ хидхармы на новую логику, и хотя абхидхарма внеш­
нием хуаянь-цзун, а в Японии — кэгон-сю. Ее вели­ не не отвергалась, ей придавали все меньше и меньше
чайшим теоретиком был Ф а-цзан (ум. в 712 г.). Эта значения. В настоящее время традиция логики йога­
школа внесла немалый вклад в более утонченное от­ чаринов все еще жива в Тибете. Довольно обширная
ношение к природе на Дальнем Востоке и вдохновля­ литература, связанная с индийскими логическими
ла многих художников в Китае и Японии. В Индии текстами, имеется в Китае; вплоть до X V в. подоб­
она представляет собой необходимое связующее зв е ­ ные тексты можно было найти и в Японии.
но между йогачарой и тантрой. Йогачара исчезла из Индии примерно в 1100 г. н. э.
Ш кола йогачара была основана приблизительно в вместе с буддизмом. В Китай она была принесена не­
400 г. н. э. двумя братьями, Асангой и Васубандху, сколькими учителями. Среди них были два высочай­
уроженцами Северо-Западной Индии. Некоторые ших ума — Парамартха (5 0 0 — 569 гг.), который в
ученые относят деятельность Асанги к 320 г. н. э. 546 г. пришел из Удджаини (Оджайн), что в Восточ­
Асанга и Васубандху систематизировали теорию ной Индии, и Сюань-цзан, великий путешественник
толъко-ума, а также разработали три других учения: и паломник (ок. 650 г.). Ш кола Сюань-цзана извест­
о сознании-вместилище, о трех видах собственного на под названием вэйили.
сущ ествования и о трех т е л а х Будды. Эта школа Сюань-цзан подытожил свое учение в Чэн-вэй-
создала чрезвычайно сложную схоластическую систе­ ши-луне, или Т р а к т а т е об обретении [прозрения в
му и была несвободна от избыточной склонности к т о , ч т о все е с т ь ] «то л ь к о -у м », который до сих
спекуляциям. пор является классическим текстом этой школы на
И з рядов йогачары вышли последователи, кото­ Дальнем Востоке. Он представляет собой извлечения
рые развили буддийскую версию науки логики. Буд­ из десяти индийских комментариев на сочинение В а ­
дийская логика была создана Дигнагой примерно в субандху Т ри дцать иллок. Основное внимание С ю ­
440 г. н. э., и многие трактаты на эту тему составля­ ань-цзан уделил комментарию Дхармапалы, на­
лись в Индии вплоть до 1100 г. н. э. Интерес к логи­ стоятеля монастыря Наланда, и почти пренебрег

218 219
остальными девятью. Знаменитым и весьма влия­ для обозначения того, что абсолютно отлично от это­
тельным деятелем школы вэйши был ученик Сю- го мира, — как, например, тогда, когда христиане на­
ань-цзана Куй-цзи (6 3 2 — 683 гг.). Он написал зывают Бога личностью. Почему же среди всех ком­
большое количество комментариев, а также Энцикло­ понентов этого мира йогачарины выбрали для обозна­
педию учений великой колесницы. Ш кола вэйши чения Абсолюта именно сознание?
скоро разделилась на северную и южную ветви. П о ­ Этим они стремились указать на то место в мире,
мимо школ Парамартхи и вэйши в Китае встречались на то измерение самосознания, где мы скорее всего
и некоторые другие линии традиции йогачары, оста­ сможем найти Абсолют. Во всем нашем опыте объект
вившие свой след в истории благодаря описанию дол­ противопоставлен субъекту. Согласно абхидхарме,
гих продолжительных схоластических диспутов о р аз­ субъект идентифицируется со скандхой сознания, оп­
личных тонкостях учения. В 633 г., а потом вновь в ределяемой осознанностью в качестве своего отличи­
712 г., подобная школа под названием хоссо (китай­ тельного признака. Точно так же как лезвие ножа не
ское фасян-цзун, «признак дхармы» ) появилась в может порезать само себя, так и мы не можем непо­
Японии. В период Тэмпё она стала весьма процве­ средственно в опыте воспринимать сознание в качест­
тающей благодаря деятельности Содзё Гиэна (ум. в ве объекта, предстающего перед нами. И поэтому,
728 г.). Ш кола дожила до наших дней и теперь пред­ коль скоро мы обращаемся к субъекту, он становится
ставляет собой одну из малых японских сект с сорока объектом и прекращает быть субъектом. Интроспек­
четырьмя храмами и монастырями и семьюстами свя­ ция, таким образом, не оставляет нам надежды на
щеннослужителями . то, чтобы встретиться с субъектом лицом к лицу. К о­
нечный субъект, обнаруживаемый в конце бесконеч­
ного движения вспять, полностью выходит за преде­
«Т о л ь к о -у м » лы нашего опыта, поскольку не принадлежит этому
миру, трансцендентен ему. Попытка достичь его поч­
В буддийской философии ум, мысль и созна­ ти невозможна. Но именно за это и принимается
ние — термины взаимозаменяемые. Описывая нир­ йогачара.
вану в положительных утверждениях, — называя ее Посредством строгого отвлечения от всяких объ­
толъко-ум ом , или только-м ы слью , или т о л ь - ектов, входя в состояние транса, практикующий мо­
ко-сознанием, — йогачарины в чем-то отходят от жет надеяться на достижение подобного результата.
буддийской традиции, которая всегда предпочитала При любых условиях, в которых обычно может ока­
давать Абсолюту отрицательные значения. Слово заться моя личность, субъект всегда ассоциируется с
нирвана буквально означает угасание ветр а, и там, каким-нибудь объектом. С другой стороны, если в
где другие традиции говорят о вечной жизни, буд­ отсутствие объекта, противопоставленного субъекту,
дизм ведет речь о бессмертии. Буддизм ревностно не остается никакой примеси какого-либо отношения
защищает запредельность Абсолюта, стремясь избе­ к объекту, тогда я могу сказать, что осознал свою
жать опасности неверного понимания, которое может внутреннюю сам ость во всей ее чистоте. Тем самым
возникнуть в том случае, если имя, прилагаемое к че­ об освобождении можно сказать, что оно состоит в
му-то, что можно найти в этом мире, используется и отказе от всего объективного, в отказе от внешних

220 221
воздействий на эту внутреннюю самость, которое ект. В реальности все вещи и мысли представляют со­
реализуется тогда, когда она может быть оставлена бой не что иное, как толъко-ум. Все наши иллюзии
одна, безо всякого объекта или мысли. «Н е су щ е ст ­ основаны на том, что мы рассматриваем объектива­
в у е т никакого схваты вания т а м , где нечего схва­ ции, созданные нашим же умом, как мир, не зависи­
ты вать». мый от этого ума, подлинного источника мира и его
Теперь мы можем отчетливо увидеть связь между субстанции. Как философское учение это очень похо­
этой линией аргументации и опытом экстатического же на идеализм Беркли. Епископ Беркли сказал, что
транса. Школы мудрости уничтожили окружающие « некоторые истины ст о л ь близки и очевидны для
нас объекты — как посредством строжайшего анали­ ума, ч т о человеку нужно только раскры ть глаза,
за, который не нашел вокруг ничего, кроме мгновен­ чтобы у зр е ть их. Только одно я считаю подлинно
ных дхарм, слишком безличных и хрупких, чтобы важным, а именно ч т о весь хор небес и все земные
вызывать у нас привязанность, так и посредством вещи — словом, все т е л а , которые образую т вели­
строгого растож дествлени я, отсекающего любую чие мира, — не су щ е ству ю т в о т с у т с т в и е ум а».
идентификацию мысли с объектами: « я не э т о , э т о Внешний мир — это в действительности сам ум.
не мое, э т о не я сам ». Глубокая интроверсия экста­ Множественность внешних объектов — « всего лишь
тической медитации тоже устраняет объект, но при изображение», «н и ч то , кроме идей». «Точно т а к
этом не отвлекается от него. Связь с этими опытами же как в мираже н е т никакой реальной воды, х о т я
придавала теориям йогачары особую окраску. Выше представление о реальной воде и производится,
мы показали (с. 134— 135) , что стадии дхъяны по­ т а к и н е т никакого объекта, кроме производимого
следовательно реализуются благодаря успешному от­ понятия о нем». Высочайшего прозрения достигают
влечению от всех внешних стимулов или объектов, тогда, когда все вещи видятся как полнейшая галлю­
которые все в меньшей и меньшей мере оказывают цинация. Для обоснования этого убеждения йогача­
влияние на ум, до тех пор пока все шесть органов рины опирались не только на определенные логиче­
чувств не оказываются неподвижными; в высочай­ ские доводы, которые доказывали невозможность су­
шем же трансе вообще не остается никакого внешнего ществования внешних объектов, но также и на живой
объекта. Иогин ищет счастья и полноты не во внеш­ опыт экстатической медитации. Н а более высоких
них вещах, но в спокойной умиротворенности чистой ступенях транса йогин мог встречаться с яркими зри­
обращенности вовнутрь своего собственного ума. мыми образами, не соответствовавшими никакому
Ш колы мудрости всегда утверждали, что мы пребы­ внешнему стимулу. В своих упражнениях он сосредо­
ваем в беспокойном состоянии из-за того, что ложно точивался на таких объектах, как синий круг или ске­
отождествляем со своей истинной самостью то, что лет, которые превращались в галлюцинирующие идеи
находим в своем эмпирическом «я». Йогачарины же или, согласно Асанге, в одну только мысль. Мир
теперь определяют истинную самость как высший подобен сну. Сон представляет собой всего лишь
субъект. Естественным оказывается, что корень вся­ восприятие идей, соответствующие им объекты во
кого зла лежит в нашей склонности рассматривать все сне реально отсутствуют. Точно так же как чело­
как отделенное от этой внутренней самости или как век понимает необъективность картин сновидения по­
внешнее по отношению к ней, существующее как объ­ сле того, как проснулся, так и тот, кто прозрел бла­

222 223
годаря знанию истинной реальности, осознает не­ лось и учение о карме, согласно которому некто обяза­
объективность восприятий во время бодрствующего тельно ощущает последствия своих собственных деяний
состояния. и не наказывается и не награждается за поступки, со­
вершенные другим человеком. Далее, остается также
наблюдение того, что некоторая часть индивидуального
Сознание-хранилище прошлого опыта, каким бы он ни был, сохраняется на
определенный срок в виде некоего бессознательного и
В йогачаринском понятии сознания-хранилища оказывает влияние на последующие действия. Это прав­
( алая-виджняна) интересен скорее мотив, лежащий да, что иллюзия индивидуального существования может
в основе его появления, чем его конкретное значение. поддерживаться стойким желанием, но она подтвержда­
Асанга постулировал существование надличностного ется и обычным наблюдением. Конечно, можно отмах­
сознания, являющегося основой всей деятельности нуться от всего этого и указать ищущему на состояние
ума. Впечатления от всего прошлого опыта сохраня­ нирваны, в которой все эти наблюдения предстали бы в
ю тся в нем, равно как все поступки и их результаты. совершенно другом свете.
Это не индивидуальная душа, привязанная к психо­ Для всех же тех, кто не продвинулся столь глубо­
физическому организму, но объективный факт, кото­ ко, вера в индивидуальность должна была казаться
рый мы в своем невежестве и себялюбии ошибочно столь правдоподобной, что они могли бы попытаться
принимаем за индивидуальную душу, или «я». Кон­ найти для нее какое-то объективное подтверждение.
цепцию сознания-вместилища, разработанную йога- В этом заключалась слабость защитных положений
чаринами, понять нелегко, и ее появление привело к буддизма, что всегда беспокоило всех буддийских
самым жарким дискуссиям. теоретиков. Ересь веры в индивидуальное существо­
Т о, что такая концепция, и без того неудовлетво­ вание проникла даже в саму общину. Например, по­
рительная, вообще оказалась разработанной, указы­ следователи одной из восемнадцати традиционных
вает на серьезные затруднения в буддийской системе школ, саммитии, получили известность как пудга-
мысли. В доктрине анатты провозглашается, что в ла-вадины, или «сторонники веры в сущ ествова­
действительности не существует никакой индивиду­ ние личности». Они поддерживали идею о различ­
альной самости (или постоянного «я » ), которая могла ных существованиях самости, или души, но не делали
бы служить опорой для единства и самотождествен- из этого практических выводов. Пудгалавадины гово­
ности индивида. То, что кажется индивидуальностью, рили о неопределенном существовании, названном
на самом деле является последовательностью момен­ ими пудгала, т. е. личность. Оно ни отлично, ни
тальных дхарм, постоянно сменяющих друг друга. не-отлично от пяти скандх и продолжается на протя­
Тем не менее сохраняются относительное единство жении нескольких жизней, вплоть до достижения жи­
каждой серии дхарм и ее отличие от других серий. вым существом нирваны. Эта «личность» представ­
Эта доктрина также не могла отменить здравое на­ ляла собой нечто среднее между самостью истинной и
блюдение того, что индивид намного лучше помнит самостью эмпирической. С одной стороны, она пред­
свой собственный внутренний опыт, чем чужой; в полагала ощущение личностной самотождественности
действительности он не помнит его вообще. Сохрани­ (подобное «эмпирическому я »), с другой — должна

224 225
15 Эдвард Конзе
была растворяться в нирване (подобно «истинному жизни именно для разрешения трудностей, присущих
я »). Среди всех спорных высказываний вышеизло­ доктрине анатты, в действительности представлял со­
женное рассматривалось как наиболее уязвимое для бой пример воздействия на буддизм индуистской фи­
критики. Н а протяжении столетий представители лософской системы санкхья, которую приблизительно
традиционного учения выдвигали аргумент за аргу­ во времена Асанги Патанджали (ок. 450 г. н. э.) ис­
ментом против пудгалавадинского допущения сущест­ пользовал для теоретического обоснования методов
вования сам ости . Но чем более упорно и настойчиво йоги, по сей день распространенных в Индии. В пе­
пытаются выбросить что-либо из ума или из системы риод между эпохой абхидхармы и эпохой, когда раз­
мысли, тем более вероятно, что оно вернется вновь. вивалась йогачара, умонастроения в Индии претерпе­
Представители традиционной линии в конце концов ли значительные изменения. В древние времена мона­
были вынуждены признать понятие «постоянного я», хи вообще не интересовались вселенной. Ментальные
но не открыто, а завуалированно, в довольно темных состояния и психологические методы — вот и все,
и невразумительных концепциях, подобных подсоз­ что имело значение для желавшего познать самого се­
нательному жизненному потоку (бхаванга) тхера- бя. Теперь же, когда стали искать не индивидуально­
вадинов, продолжающемуся существованию т о н ­ го, но всеобщего спасения, ментальные состояния
чайшего сознания саутрантиков, коренному сознанию рассматривались в их связи с развитием космоса, ко­
махасангхиков и т. д. Сознание-хранилище йогачары торому уделялось все больше и больше внимания.
было представлено в подобном же духе. Когда совет Этот сдвиг был заметен уже в йогачаре, но еще бо­
быть безразличным к индивидуальной самости был лее заметным он становился в развитии тантриче­
усилен утверждением о том, что «не су щ е ст ву е т ни­ ских учений, к рассмотрению которых мы вскоре об­
какого я » , подобные уступки здравому смыслу стали ратимся.
почти неизбежными.
Уступив желанию исследовать происхождение ил­
люзий сознания, йогачарины погрузились в бездну Поздние учения
бесконечных умозрительных построений. Начав с по­
стулирования сознания-хранилища, они поставили пе­ Помимо своих представлений о тождестве нирва­
ред собой задачу вывести из него весь действитель­ ны и ума, а также спекуляций о сознании-хранилище,
ный мир и четко проследить процесс эволюции, в ко­ йогачарины известны тем, что они придали оконча­
торой высший субъект отчуждается от самого себя и тельную, систематическую форму двум старым идеям,
превращается в объективный мир. Поступив таким одна из которых онтологическая, а другая — буддо-
образом, они построили в высшей степени запутан­ логическая.
ную и сложную систему спекулятивной метафизики, Что касается первой, то в йогачаре различали три
которая не имела прямого отношения к практике до­ вида самостоятельного сущ ествования. Учение о
стижения освобождения. Они ушли от теоретической них достаточно упомянуть здесь мимоходом. Соглас­
простоты прошлых времен, когда теоретики стреми­ но ему, вещи могут восприниматься на трех различ­
лись скорее уничтожать иллюзии, чем объяснять их. ных уровнях. Во-первых, так, как они видятся здра­
Корпус философской системы йогачары, вызванный к вому смыслу, т. е. в своем воображаемом проявлении
226 227
в качестве объекта; здесь вещь просто дана сама по становится всего лишь вымыслом или фантомом. Уже
себе, как отличная от всех других. Во-вторых, их про­ в хинаяне Будда наделялся чудесной властью создавать
явление может быть зависимым. Здесь вещи рас­ своего призрачного двойника (н и м и т т а); он посылал
сматриваются более научно, а именно с точки зрения его проповедовать в одном месте, в то время как в дру­
их обусловленности друг другом. И наконец, в-треть­ гом собирал подаяние. Индуистские боги также облада­
их, существует и такой уровень, с которого все выгля­ ли подобной способностью. Так, мы читаем в Дигха
дит завершенным и абсолютно реальным. Вещи уже никае, что Брахма Сахампати показался перед группой
не противостоят как объекты, но воспринимаются ин­ Тридцати трех богов в материальном теле, «п отом у
туитивно благодаря йоге. Здесь все вещи — это одна ч т о его естественный облик был бы невыносим для
таковость, неразличенный только-ум, который и з а ­ взора эти х богов». В махаяне эту идею стали исполь­
пределен и имманентен всему. зовать для того, чтобы определить отношение историче­
Здесь следует упомянуть учение о т р е х тел ах ского Будды к единому вечному Будде. Единый Будда,
Будды, поскольку оно явилось конечным результатом тело Дхармы, существовал во все времена, но в различ­
многовековых размышлений о трех аспектах Будды, ных случаях он проецировал в этот мир фантомные тела
которые мы описали выше (с. 51— 56). Три тела суть будд, чтобы они исполняли свою работу.
тел о Дхармы, те л о наслаждения и видимое тел о . Магический смысл, приданный таким идеям, имел
Тело Дхармы — это Будда как Абсолют. Только в большое историческое значение. Сам мир, в котором
своем теле Дхармы Будда является истинным Буд­ проявляются формы Будды, — не более чем магиче­
дой. Оно одно подлинно реально, два других тела ская видимость (майя). Впрочем, проповедуя о том,
происходят из него и поддерживаются им. Тело на­ что мир есть магическая иллюзия, буддисты не имели
слаждения — это проявление Будды для бодхисаттв в виду то, что он не существует вообще. Мир реален,
в разных чистых землях будд. Различные собрания т. е. осязаем и зрим, однако при этом он ложен, по­
видят разнообразные тела наслаждения и слышат го­ скольку заставляет человека ошибочно принимать его
лоса, исходящие из них. Это тело отмечено тридца­ за то, чем он по сути не является. Мир не истинен, и
тью двумя отличительными признаками и от него ис­ поскольку он представляет собой лишь магический
ходят многие чудесные феномены. Оно сотворено обман, то к нему не следует относиться слишком
мыслью, минуя обычные процессы зачатия и рожде­ серьезно. Практически с самого начала буддийской
ния. Наконец, проявленное тело — это личность, во­ истории вещи этого мира называли майей. Теперь же
ображаемое магическое творение. При своем созда­ область применения этого термина несколько расши­
нии оно проходит различные стадии: нисхождение с рилась. Вот как сказал об этом Будда фокуснику
небес, покидание родного дома, практика аскетизма, Бхадре в Р а т н а к у т е : «Н аслаждения всех сущ еств
достижение просветления, образование общины и и вещи, которыми они обладаю т, вызваны майей
обучение учеников, наконец, земная смерть — и все их собственных деяний; э т а община монахов —
это для того, чтобы пробудить и довести до зрелости майей Дхармы; я сам — майей м удрости; и в целом
существ, наделенных слишком малым прозрением. все вызвано майей совокупных условий». Другими
Человеческий облик Будды, всегда в большей или словами, мир — это некая фантасмагория, в которой
меньшей мере считавшийся незначительным, теперь магически сотворенные существа спасаются от маги­

228 229
чески сотворенного страдания магически сотворен­
ным спасителем, показывающим им несубстанциаль-
ность всего, что существует. Не стоит поэтому удив­
ляться возникновению и широкому распространению
убеждения в том, что только магические методы смо­ Глава V III
гут эффективно иметь дело с такой вселенной. Свое
оформление это убеждение нашло в тантре, к которой Т А Н Т Р А , И ЛИ М А ГИ ЧЕСКИ Й
мы теперь и должны обратиться. БУ Д Д И ЗМ

П роблем а т а н т р ы

В отличие от современных европейцев азиаты бы­


ли достаточно хорошо знакомы с волшебными трюка­
ми чародеев, фокусников и т. д., которые были ча­
стью их повседневной жизни. Мне кажется, в этой
связи будет уместно привести конкретный пример то­
го, как индиец, араб или китаец воспринимал все эти
вещи. В X I V в. арабский путешественник Ибн Бату­
та посетил наместника Ханчжоу. Фокусник « взял
деревянный шар с несколькими отверсти ям и , через
которые были пропущены длинные веревки, и, дер­
ж а шар за одну из э т и х веревок, подбросил его в
воздух. Ш ар улетел т а к высоко, ч т о мы совер­
шенно потеряли его из виду. Теперь в руке у фокус­
ника о ставал ся тол ько тонкий коней, ремня, и он
зах о те л , чтобы один из мальчиков, помогавших
ему, взялся за него и взобрался наверх. Т о т начал
взби раться по веревке, и вскоре мы потеряли из ви­
ду и его! Фокусник за т е м три ж ды позвал мальчи­
ка, но не получил никакого о т в е т а ; тогд а он, как
б у д то в припадке ярости , вы хватил нож, взялся
за ремень и т а к ж е исчез! Через некоторое время он
сбросил вниз одну из рук мальчика, з а т е м ногу, з а ­
т е м другую руку и другую ногу; после это го он
сбросил вниз туловищ е и в кони,е концов голову!
З а т е м , п ы хтя и задыхаясь, он спустился сам, вся

231
его одеж д а была в крови. Он поцеловал землю перед вполне рациональной, наподобие «этической церкви»,
эмиром, а п отом ч т о - т о сказал ему по-китайски. совершенно не соприкасаясь ни с чем сверхъестествен­
В о т в е т эмир о тд а л приказание, и наш друг взял ным или мистическим, тогда тантра для него предста­
части т е л а т о го парня, правильно соединил их, нет невообразимым «вырождением» того, что заклю­
ударил по ним, и в о т , в мгновение ока, появился чала в себе эта религия. В сущности, буддизм всегда
мальчик; он поднялся и в с т а л перед нами! Все э т о был связан с тем, что рационалистам могло бы пока­
поразило меня свыше всякой меры. Кади Афхаруд- заться суеверными представлениями (см. с. 111— 113).
дин, стоявш ий рядом, промолвил: „О А л л а х !” Я Утверждение о реальности необычных психических
же думаю, ч т о не было никакого подъема и никако­ способностей, и даже чудодейственных сил, никогда
го спуска, т а к же как не было и убиения и воскре­ не оспаривалось (с. 138— 140). Для тех, кто был
шения; все э т о всего лишь фокус». пригоден к этому, взращивание таких сил являлось
Согласно П радж няпарамите, весь процесс до­ частью достижения освобождения, для других — со­
стижения освобождения можно уподобить этому вол­ мнительным счастливым даром. Существование раз­
шебному трюку. Свидетельством этому служит личных бесплотных духов и реальность магических
следующий диалог между Бхагаваном Буддой и Суб- сил принимались как нечто само собой разумеющееся,
хути: «Бхагаван: „П ред ставь, Субхути, ч т о искус­ и вера в них составляла часть тогдашней космологии.
ный маг, или его ученик, вдруг застави л бы вол­ Европейские авторы, пишущие о тантре, зачастую
шебным образом появиться на перекрестке дорог находятся в плену эмоций. Их антипатия к ней отчас­
тол п у людей и, после т о го как он со т в о р и т их, ти вызвана их высокомерием, поскольку они убежде­
за став и л бы э т у то л п у людей исчезнуть. Как ны в том, что переросли магические верования наших
т ы думаешь, С убхути , был бы тогд а кто-нибудь предков. Кроме того, тантра склонна вызывать в них
кем-нибудь у б и т , или замучен, или истреблен, или внутреннее негодование. Им кажется, что в истории
с т е р т с лица зем л и ?” Субхути: „Н а самом деле буддизма абстрактная возвышенная метафизика по­
н е т, Б хагаван !” Бхагаван: „Так же и б о д х и саттв а, степенно уступала место предрассудкам с их верой в
великое су щ ество, приводит бесчисленных су­ персональные божества и колдовство, с их бессмыс­
щ еств к нирване, и т е м не менее н е т ни одного су­ ленным исполнением магических ритуалов и прочими
щ ества, которое было бы приведено к нирване, т а к разнообразными суевериями. Намеренная безнравст­
же как ни кто их не вел бы к ней. Когда б о д х и с а т т ­ венность, похоже, заступает место возвышенного ас­
ва слы ш и т об э т о м , и не дрож и т, и не пугается кетизма прошлых времен. Прежняя безучастная не-
этого, и не у с т р а ш а е т с я , то гд а можно с ч и т а т ь , привязанность к миру оказывается подмененной же­
ч т о он вооружен великим оружием” ». ланием подчинить его, с тем чтобы он соответствовал
Отсюда и следуют практические выводы буддий­ самым низменным влечениям, а смирение перед об­
ской тантры. Она является логическим итогом всего стоятельствами — желанием приобрести власть над
того, что ей предшествовало, и трудности, с которыми ними. И если прежде первейшим основанием для ду­
сталкиваются многие исследователи, на самом деле ховного роста была бедность, то теперь практикую­
создаются ими самими. Конечно, если кто-то решил щий думает об умиротворении и умилостивлении Ку-
для себя, что «первоначальный» буддизм был религией беры и Джамбхалы, богов богатства. И так далее.

232 233
Это враждебное отношение к тантре по меньшей зультат усвоения примитивных верований письменной
мере несправедливо. Тантра действительно заявляет, традицией и итог их осмысления в буддийской фило­
что преследует две цели — успех ( сиддхи) в дости­ софии.
жении полного просветления в этой жизни и успех в Буддийская тантрическая литература весьма об­
обретении здоровья, богатства и власти. Но это нело­ ширна и почти не исследована. Лишь малая ее часть
гичное сочетание мирских и немирских целей старо, была переведена, а ее тексты, зачастую намеренно,
как и сам буддизм, и составляет один из столпов его написаны на весьма запутанном и трудном для пони­
могущества (см. с. 116 и сл.). Как мы увидим, без­ мания языке. Подобно индусам, буддисты выделяют
нравственность, о которой пойдет речь, представляет «тантру правой руки» и «тантру левой руки». В инду­
собой качество, присущее не обычным мирянам, а изме различие между этими двумя группами таково:
святым. Заявление о том, что заклинания и магиче­ «последователи т а н т р ы правой руки» (дакшина-
ский ритуал — вернейший путь к полному просветле­ чарины) придают большее значение мужскому все­
нию, по своей выразительности и в самом деле явля­ ленскому началу, а « последователи т а н т р ы левой
ется новым, но к нему неуклонно вело длительное руки» ( вамачарины) — женскому началу. В буддиз­
историческое развитие. Тантра — отнюдь не кош­ ме различие между этими двумя направлениями со­
марные фантазии нескольких заблудших извращенцев стоит главным образом в их отношении к сексу (см.
с сомнительной репутацией; она была и есть неизбеж­ С. 258 и сл.). Применительно к тантре левой руки

ная стадия развития буддийской истории. уместно употребить термин ш ак ти зм . Индуистский


шактизм обычно ассоциируется с шиваизмом. Ш ива-
итские учения оказали огромное влияние на буддий­
И с то р и я т а н т р ы ский шактизм. Ш акти — это творческая энергия,
или «сила», некоего божества, олицетворенная в виде
В настоящее время невозможно точно определить, его подруги или супруги. В шиваизме культ шакти
когда были изобретены первые тантрические практи­ обращен к жене Ш ивы — Парвати, или Уме, кото­
ки. Тантристы обыкновенно склонны к секретности. рая также известна как Великая богиня и Великая
Наверняка оккультные и эзотерические взгляды цир­ м а т ь . Особенностью шактизма является то, что мно­
кулировали в узких кругах посвященных задолго до гие божества существуют в нем как в мирной, так и в
того, как о них стало известно. В качестве более или устрашающей форме. Устрашающая форма П арва­
менее общеизвестной системы мысли тантра получила ти — это Дурга, Недосягаемая, или Кали, Черная.
распространение примерно в 5 0 0 — 600 гг. н. э. Устрашающие формы связаны со смертью и разруше­
Впрочем, ее зачатки относятся к самим истокам чело­ нием, с некромантией, с жертвоприношениями людей
веческой истории, когда жизнь земледельческих об­ и животных. В то же время в шиваизме имеется ог­
щин была пропитана магией и колдовством, когда бы­ ромное число женских божеств — ведьм, колдуний и
ли распространены человеческие жертвоприношения великанш-людоедок, многие из которых были вклю­
и культ богини-матери, ритуалы плодородия и культ чены в буддийский шактизм. Последователи более
хтонических божеств. Т ак что на самом деле тан­ радикальных шиваитских практик не всегда находили
тра — явление не новое, она представляет собой ре­ поддержку со стороны своих современников. В одной

234 235
из индийских драм, относящейся к 900 г. н. э., шива- дой как алмаз, чистой как пустое пространство и неотра­
итский маг Бхайравананда поет такую песнь: зимой как удар молнии. Ваджра теперь отождествля­
лась с высшей реальностью, с Дхармой и просветлени­
Чернокнижие, заговоры — пусть ем. Ваджраяна мифологизирует учение о пустотности и
они к атя тся в ад! учит адепта тому, что с помощью ритуалов он может
Мой учитель освободил меня восстановить свою истинную алмазную природу, обрес­
и о т практики транса. ти алмазное тело и преобразиться в алмазное существо
С выпивкой и женщинами (в а д ж р а с а т т в а ). Возникновение ваджраяны может
мы живем отменно, относиться примерно к 300 г. н. э., но вид, известный
На пути к освобождению мы весело пляшем! нам, эта система начала приобретать с 600-х г. н. э.
Пылкую юную девицу к алтарю я привел.
Гухъясамадж а-тантра — один из самых ранних ее
Я ем свежее мясо, пью крепкое вино;
И все это — подаяние, и шкура текстов. Ваджраяну основали многие учителя, среди них
для моей кровати тоже. был и «второй» Нагарджуна (ок. 6 0 0 — 630 гг.). Име­
О какой еще религии, кроме этой, на наставников тантры прослеживаются примерно до
можно м е ч та т ь ? 1100 г. н. э. По всей видимости, ваджраяна происходит
Боги Вишну и Брахма могут проповедовать из нескольких мест: с крайнего севера Индии, с восто­
Освобождение посредством транса, ка, т. е. из Бенгалии и холмов Ассама, а также с запада,
священных ритуалов и вед. из района под названием Уддияна, который, возможно,
Но один только возлюбленный Умы совпадает с окрестностями современного Пешавара. В
смог научить отдельных случаях определенную роль в формировании
Нас освобождению, а такж е пьянству тантрических идей сыграли неиндийские традиции.
и забавам с женщинами. Эротический мистицизм, а также особое внимание, уде­
ляемое женскому началу, многим обязаны дравидийско­
Научное исследование тантрических текстов еще му слою индийской культуры, сохранившему в культе
только началось. На настоящий момент, насколько мы сельской богини скорее матриархальные элементы
можем судить, среди множества различных тантриче­ культа богини-матери, чем элементы ведийской рели­
ских сект выделяются две крупные школы, которые гии. В Бенгалии развитию и организации тантрических
имеют наибольшее историческое значение, — «левосто­ учений способствовало покровительство династии Пала.
ронняя» разновидность ваджраяны и «правосторон­ Официальный буддизм того времени представлял собой
няя» разновидность ми-и,зун ( школа тай н ). Слово смесь праджняпарамиты и тантры. Монахи, жившие в
ваджраяна в переводе означает алмазная колесница. Наланде и в поселениях, основанных царями из дина­
Ваджра (буквально «молния») означает жезл Индры, стии Пала, — таких как Одантапури, Викрамашила,
напоминающий жезл Зевса и Тора, особенно эффек­ Джаггадала, Сомапура, — сочетали метафизику и ма­
тивно используемый в качестве оружия. Сам неразру­ гию, как это делали Герберт Реймсский и Альберт Ве­
шимый, он может разрушить все что угодно. В поздней ликий из средневекового фольклора. Диапазон их инте­
буддийской философии это слово использовали для обо­ ресов хорошо представлен на примере Вагишваракирти
значения некоей сверхъестественной субстанции, твер­ (ок. 1000 г. н. э.), о котором Таранатха говорит: « П о ­

236 237
стоянно созерцая лик святой Тары, он разрешал все ны были приняты школой тэн дай , основанной Дэнгё
свои сомнения. Он основал восемь религиозных школ Дайси, который дополнил их более «открытым» уче­
праджняпарамиты, четыре школы для изложения нием, опирающимся на сутру Л о то са благого зак о ­
Гухъясамаджи и по одной школе для трех других ви­ на. Ш актизм никогда не был широко распространен
дов т а н т р . Он так ж е основал множество религиоз­ в Китае или Японии. Эротические тенденции получи­
ных школ с целью обучения логике мадхьямики. Он в ли развитие в секте т а т и к а в а , входившей в школу
больших количествах создал эликсир жизни и раз­ сингон в X I в., но впоследствии она была запрещена.
дал его другим, т а к ч т о старые люди, достигшие В 1132 г. была учреждена реформированная школа
150-летнего возраста, и даже более старые, вновь сингон, получившая название синги-сингон-сю.
становились молодыми». Это сочетание праджняпара­ Тантрическая литература включает в себя множе­
миты и тантры продемонстрировало удивительную жиз­ ство трактатов, заклинаний, прославлений и описаний
неспособность. В Бенгалии его уничтожили мусульмане, мифологических существ. Тантрические божества
но на Яве и в Непале оно получило широкое распро­ часто носят те же самые имена, что и божества тради­
странение, а в Тибете до сих пор продолжает существо­ ции бхакти. Однако за тождеством имен божеств
вать в качестве живой традиции. скрывается глубокое различие в их функциях. Бхак-
Тантра правой руки известна главным образом по тические божества — творения мифологического во­
системе Амогхаваджры (7 0 5 — 774 гг.), которая со­ ображения, их любят и к ним обращаются за помо­
хранилась в Китае. Утверждают, что это учение так­ щью. Тантрические же божества — это олицетворе­
же ведет свое происхождение от Нагарджуны. ния духовных и магических сил, и взывание к ним
Китайская школа ми-цзун соединяла в себе две тан­ помогает восходить по ступеням освобождения.
трические системы, каждая из которых воплоща­
лась в магическом круге (м андала). Считается, что
круг утробы (гарбхадхату-м андала) и круг молнии Тан три чески е п ракти ки
(вад ж рад хату -мандала) в высшем смысле тождест­
венны друг другу и что они представляют различные Подобно другим школам буддизма тантра созда­
аспекты высшей реальности. Здесь вселенная пред­ ла свой собственный комплекс практик. Для тантры
ставлена в виде Будды Махавайрочаны. Его тело со­ существенно различие между посвященными и непо­
стоит из двух взаимодополняющих частей — пассив­ священными, и в соответствии с этим учения четко
ной (ментальный элемент утробы ) и активной (м а­ делятся на эзотерические и экзотерические. Будда,
териальный алмазный эл ем ен т). Весь мир является изображенный в палийских буддийских писаниях,
самораскрытием Будды, что и представлено этими гордился тем, что он ничего не утаивал « в з а ж а т о й
двумя мандалами. Это учение пришло в Японию с ладони» , т. е. не сокрыл ни одного элемента знания,
Кобо Дайси примерно в 800 г. н. э. и в виде школы относящегося к достижению освобождения. Тантра
сингон (букв, истинное слово) до сих пор представ­ же, наоборот, утверждает, что о действительно эф­
ляет собой одну из самых крупных японских сект, фективных методах достижения освобождения и об
имея к 1931 г. 8 миллионов последователей и И тысяч их правильном применении нельзя узнать из книг и
священнослужителей. Другие эзотерические доктри­ что им можно обучиться только при непосредствен­

238 239
ном контакте с духовным наставником, или гуру. I. Что касается использования заклинаний, то
Только гуру, которому мы смиренно следуем и кото­ здесь мы должны выделить три периода. Ранние буд­
рый для нас занимает место Будды, может передать и дисты, подобно всем другим индийцам того времени,
разъяснить все тайны и секреты учения. Узкие круги ожидали, что магические формулы защитят их от
посвященных собирались вокруг гуру, а то, чему учат опасности и помогут им в мирских делах. Употребле­
за их пределами, в действительности весьма далеко от ние заклинаний для таких целей было широко распро­
правды. странено у всех народов, относящихся к доиндустри-
Без получения посвящения приступить к духовной альному периоду человеческой истории. При этом
практике невозможно. Посвящение в этой буддий­ подразумевались по крайней мере два предположе­
ской системе играет такую же важную роль, какую ния: во-первых, что болезни и многие другие несча­
оно имело в мистериальных культах Древней Греции стья возникают в результате вмешательства каких-то
и Рима. Кроме того, мы можем отметить, что посвя­ демонических сил, и во-вторых, что слова имеют силу
щение всегда имело большое значение в примитивных эффективного воздействия на демона — либо отго­
сообществах, и в этом отношении, как и во многих няя или прогоняя его прочь, либо вызывая какую-то
других, тантрический буддизм представляет собой более мощную благосклонную магическую силу, на­
возврат к примитивным способам мышления и дея­ правленную против него. Веру в действенность маги­
тельности. На санскрите церемония посвящения обо­ ческих слов в большой мере поддерживали священно­
значается словом абхишека, что буквально означа­ служители и врачи, которые питали к этому опреде­
ет окропление. Посвящаемый окропляется святой ленный личный интерес. Конечно, всегда находились
водой, и в этом мы можем обнаружить некую парал­ скептики, которые, подобно Васубандху, указывали
лель с христианским крещением. Эта церемония про­ на то, что лишь травы и лекарства являются цели­
исходит от древнеиндийского ритуала возведения тельными средствами, а вовсе не магия, однако врачи,
на престол наследного принца. Теоретически царе­ которые «боятся, что люди смогут обходиться без них
вич посредством совершения этой церемонии дол­ и поэтому перестанут давать им деньги», заявляют,
жен был превращаться в мирового правителя. В дан­ что лекарство успешно действует только благодаря
ном случае подобным же образом предполагалось, м ан тр е (что на санскрите означает «заклинание»),
что вода Знания поможет посвященному стать духов­ знание которой составляет их профессиональную тай­
ным мировым владыкой, т. е. буддой. Описание всех ну. Мантра — это заклинание, произнесение которо­
разновидностей поклонения и ритуалов, практикуе­ го вызывает чудесные действия. В качестве защитных
мых посвященными, могло бы завести нас слишком заклинаний буддисты использовали не только тради­
далеко. Существуют, однако, три метода, с которыми ционные брахманистские мантры, но также и некото­
мы должны разобраться достаточно подробно. Их рые короткие буддийские сутры. Китайский путеше­
суть такова: ственник Сюань-цзан рассказал своему биографу
I. Рецитация заклинаний. Хуэй-ли,1 как С у т р а сердца совершенной мудрости
II. Исполнение ритуальных жестов и танцев. помогла ему в переходе через пустыню Гоби, когда он
III. Отождествление с божествами с помощью
особой медитации. 1 Хуэй-ли (род. в 615 г.) — монах школы вэйши.

240 241
16 Эдвард Конзе
призвал на помощь Гуань-инь,1 учившую этой сутре. магии, но который тем не менее не смог уйти от воз­
В пустыне Гоби Сюань-цзан «столкн улся с полчи­ мездия за один неправедный поступок, совершенный
щами самых разнообразных демонов и странных им в отдаленном прошлом; возмездие состояло в том,
чудищ, которые, казалось, окружили его со всех что грабители забили его до смерти (Ibid. Р. 188).
сторон. Н есм отря на декламирование имени Гу­ Тантра же говорит о том, что мантры и дхарани на­
ань-инь, он не смог их прогнать; когда же он прочел дежно действуют только при неукоснительном соблю­
э т у су тр у , т о при звуке ее слов все они мгновенно дении всех многочисленных и детальных правил их
исчезли. Где бы он ни встречался с опасностью, произнесения.
э т о было единственным, чему он мог доверить Тантрические буддисты изобрели бесчисленные
свою безопасность и освобождение». мантры, в совокупности они образовали довольно
Начиная с III в. н. э. буддисты все чаще и чаще сложную науку, имеющую собственные законы. К
стали использовать мантры для защиты своей духов­ примеру, мантра, обращенная к мужскому божеству,
ной жизни от вторжения вредоносных божеств. К должна оканчиваться на хум или п х а т ; если же бо­
наиболее известным сутрам, таким как Л о т о с благо­ жество женское, то последним словом в его мантре
го закона (глава 21), Л ан к аватар а су тр а и другим, должно быть сваха, если же оно ни мужское, ни жен­
были добавлены специальные главы, посвященные ское — намах. Оставив эти детали в стороне, мы
заклинаниям. должны сказать несколько слов о тех причинах, кото­
В третий период, начиная с V II в., для некоторой рые побуждали тантристов верить в то, что бормота­
части общины мантры стали основным средством ние каких-то бессмысленных слогов или слов способ­
достижения освобождения. Допустимая, но еще пока но производить столь серьезное воздействие на мир.
только вспомогательная, практика бормотания закли­ Конечно же, мантры приводятся в действие силой
наний становится в мантраяне, или в колеснице ума. Мантра — это средство вступления в контакт с
м ан тр , основным ключом к освобождению от уз су­ невидимыми окружающими нас силами через обраще­
ществования. Если их правильно использовать, то на ние к их персонификациям. Эти мантры даровали нам
самом деле не останется ничего такого, чего с помо­ благожелательные сверхъестественные существа. К
щью мантр нельзя было бы достичь. Их сила « мо­ примеру, известная мантра ом мани падме хум, кото­
ж е т даже д ар овать состояние Будды, — чего еще рая повсюду встречается в Тибете, — она написана
большего, нежели э т о , можно п о ж е л а т ь !» Около на скалах, на домах, на молитвенных колесах и всегда
200 г. до н. э. Нагасена в Вопросах царя Милинды у людей на устах — является одним из наиболее цен­
( Questions of King Milinda. Ed. Trenkner. P. 150) ных даров Авалокитешвары этому страдающему ми­
учил тому, что заклинания могут защитить только в ру. В 1-й главе Махавайрочана сутры сила и дейст­
том случае, если им не противостоит дурная кар­ венность мантр объясняются следующим образом:
ма, — что было ясно показано на примере Маудгалья- « Благодаря изначальному обету будд и бодхи саттв
яны, ученика Будды, который был весьма искусен в чудесная сила п р и су тст в у ет в м антре, т а к ч т о с
помощью ее произнесения можно приобрести безгра­
1 Гуань-инь — то же, что и бодхисаттва Авалокитешвара. ничные заслуги». Тот же текст говорит, что «успех
В Китае его стали воспринимать в женском облике. наших планов, реализуемых с помощью м ан тр, про­
242 243
и сте к а е т о т их освящения Буддой, который вло­ приобрел большое значение на севере Индии и в
жил в них глубокую и непостижимую силу». Произ­ странах, попавших под влияние Тибета. В любом слу­
несение мантры — это путь поклонения некоему бо­ чае, согласно тантрической теории, эффективный ри­
жеству, и этимологически слово «мантра» родственно туал должен включать в себя все три составляющие
таким словам, как греческое «meimao», выражающее нашего существа, т. е. тело, речь и ум. Тело задейст­
страстное желание, томление и напряженное стремле­ вовано посредством жестов, речь — посредством
ние к цели, а также древневерхненемецкое «minn-ia», мантр, а ум — через пребывание в трансе (самадхи).
что означает «заставить любить кого-либо». III. Тантра сочетает в себе потребности масс в
Л ля того чтобы понять значение мантр в ритуале преданном поклонении с медитативными практиками
тантрического буддизма, мы должны в заключение йогачары и метафизикой мадхьямики. Другими слова­
вкратце описать четыре операции, которые М ахавай- ми, тантра вобрала в себя весь пантеон популярной
рочана с у т р а выделяет в процессе их рецитации мифологии с его невероятным разнообразием бо­
(дж апа). Прежде всего это созерцательная р е ц и та ­ жеств, фей, ведьм и т. д. Однако тантристы при­
ция, включающая в себя четыре аспекта: а) практи­ нимают также и метафизические положения прадж­
кующий декламирует мантру, созерцая в своем собст­ няпарамиты, в соответствии с которыми на самом де­
венном сердце форму ее букв, — это называется ле реальна только пустотность, тогда как любая
«сердечным просветлением»; б) практикующий хо­ множественность в конечном счете оказывается нере­
рошо различает звук отдельных букв и в) хорошо по­ альной, пустой фантазией нашего больного воображе­
нимает значение фраз; и, наконец, г) «практика ды­ ния. Множественность богов, таким образом, в дей­
хания», в которой практикующий регулирует свое ды­ ствительности не представляет собой ничего, кроме
хание, стремясь созерцать взаимопроникновение продукта воображения, и ни одно из божеств реально
верующего и Будды. После этого следуют вторая и не существует. Мы, люди современные и свободо­
третья операции — рецитация, сопровождаемая под­ мыслящие, от всего сердца согласились бы с этим ут­
ношениями божеству цветов, благовоний и т. п. И, верждением. Впрочем, здесь имеет место важное раз­
наконец, четвертая операция — рецитация реализа­ личие: для нашего современного мировоззрения мно­
ции, когда благодаря силе мантр практикующий до­ жественность вещей, окружающих нас, реальна, чего
стигает «успеха» ( сиддхи). не скажешь о божествах, — мы считаем их выдум­
II. Помимо звуков большую роль в тантре играют кой, связанной с нашим разочарованием в естествен­
ритуальные жесты. В тантре была разработана весь­ ной жизни при встрече с тягостными фактами повсе­
ма детальная классификация магически действующих дневной «реальности». Согласно же тантре, вещи и
положений рук. Некоторые из наиболее общеприня­ боги одинаково нереальны по сравнению с единой
тых ритуальных жестов известны по статуям будды и всеобъемлющей пустотой, но в целом образы мифо­
бодхисаттв, и они же являются одним из наиболее су­ логии представляют собой более ценный вымысел,
щественных признаков, позволяющих отождествить чем эпизоды нашего будничного практического опы­
данную статую. Объем книги не позволяет нам вда­ та, и, когда мы с этими образами правильно обраща­
ваться в детали. Танец для индусов представляет со­ емся, они могут оказать нам неоценимую поддержку в
бой некую форму «песни, исполняемой т е л о м » ; он деле освобождения от пут существования.

244 245
Тантра разработала систему медитации на бо­ мере соответствуют визуальные и тактильные ощуще­
жеств, в которой выделяются четыре этапа: ния, нежели их звук. Однако в магических традициях
Прежде всего следует осознать пустотность и по­ всех времен звук в гораздо большей мере приближа­
грузить в нее собственную индивидуальность. ется к сущности силы, чем что-либо другое. Каждое
З а т е м практикующий должен повторять и визуа­ слово может быть разложено на составляющие его
лизировать семенные слоги ( биджа). слоги. Согласно тантре, различные слоги не только
В - т р е т ь и х , практикующий формирует представ­ соответствуют различным духовным силам или боже­
ление о внешем облике божества, какой явлен в ста­ ствам, они также могут быть использованы для их
туях, на изображениях и т. д. вызывания. Тем самым такой слог в определенном
В -ч е тв е р ты х , через отождествление он сам ста­ смысле можно назвать «семенем» данного божества,
новится этим божеством. подобно тому как зерно пшеницы заключает в себе
1. Мы уже знакомы с утверждением новой школы само растение. Логично было бы предположить, что
мудрости о том, что пустотность является конечной если практикующий на первой стадии может раство­
реальностью; йогачарины отождествляли эту пустот­ рить свою собственную самость в пустоте с помощью
ность с умом и учили тому, что за его пределами во сосредоточенной мысли, то тогда так же возможно и
внешнем мире ничего не существует. С самого начала создать из пустоты весь мир феноменов. С помощью
развития буддизма во всех его ответвлениях считали, определенных звуков — таких как ом, хум, сваха —
что признание индивидуальности, на самом деле ил­ практикующий действительно создает божеств из
люзорной, — основа греха, страдания и заблужде­ пустоты. Утверждения о том, что эти божества объ­
ния. Тантра же теперь советует йогину « р а зв и в а т ь ективно не существуют, до тех пор пока их не сотво­
п у с т о т н о с т ь » посредством взращивания мысли: рит йогин с помощью звуков, делают тантру совер­
«я , в самом своем сущ естве, обладаю алмазной шенно уникальной системой. Подобными способно­
природой». Успешное взращивание в конечном счете стями обладали, наверное, только египетские жрецы.
должно уничтожить индивидуальную личность. Вот Большая часть мифологических систем не решается
как об этом говорит Садханамала: «Огнем пред­ лишать своих божеств объективного и независимо­
ставления о п у с т о т е все п я т ь скандх у н и ч то ж а­ го существования. Обычно считается непочтитель­
ю тся безво звратн о» . Если мы отождествили себя, ным по отношению к божеству говорить о нем, что его
или свое «я», с пустотностью, состояние нашего ума « н е т » . Здесь же, однако, божества — всего лишь от­
отныне называется «мыслью о просветлении» (бод- ражения. Творческое воображение доходит здесь до
х и - ч и т т а ). высшего предела, хотя традиция и сдерживает его.
2. Начиная с эпохи вед отношение к звуку в И н­ 3. Неопределенность и сумбурность индивидуаль­
дии было гораздо более серьезным, чем на Западе. ной фантазии приводится в некоторый порядок прак­
Н а протяжении всей своей истории западная филосо­ тикой визуализации облика божеств. Этот облик с
фия обращалась к зримым проявлениям вещей, звуку особым педантизмом описывается в так называемых
же она отводила второстепенное место, такое же как садханах, некоторые из которых восходят примерно к
запаху или вкусу. Каким-то образом мы пришли к 300 г. н. э. Перед художниками стояла задача твор­
убеждению, что реальному облику вещей в большей чески воплотить эти предписания. Подавляющее

246 247
большинство тантрических образов, дошедших до фически, в своей видимой форме, либо в виде сан­
нас, тесно связаны с предписаниями садхан. Только в скритских букв, образующих их семенные слоги, либо
редких случаях художники вносили изменения, руко­ в виде различных символов. Некоторые мандалы
водствуясь собственными художественными целями, подробно, хотя и очень сжато, изображают всю все­
например для того, чтобы увеличить симметрию мно­ ленную; они включают в себя не только будд и бодхи­
горуких образов. Художественный образ рассматри­ саттв, но также богов и духов, горы и моря, знаки зо ­
вается в качестве основы для визуализации божества. диака и великих еретических учителей. Мандалы —
Эту своего рода подсказку, без которой мы должны прямое продолжение древней магической традиции.
обходиться в дальнейшем, заменяет то, что можно Первым шагом на пути мага, который желал обрести
было бы назвать «галлюцинацией божества». магическую силу, всегда было отделение его обычно­
4. Типичным для магии является то, что отожде­ го окружения от Магического круга, в котором может
ствление с божеством позволяет нам обрести магиче­ себя проявить сила. В последние годы К. Г. Ю нг об­
ские силы этого божества. Безусловно, божество ил­ наружил, что некоторые его пациенты непроизвольно
люзорно, и столь же иллюзорны блага, которые мы от рисовали изображения, похожие на буддийские ман­
него получаем. Это отождествление происходит бла­ далы. Круг и квадрат, по его мнению, являются суще­
годаря пустотности всех вещей, — пустотности в ственными элементами мандалы, и, хотя Ю нг нико­
нас, объединенной с пустотностью божества. На гда в действительности не понимал буддийских мето­
третьем этапе происходит видение божества. Н а чет­ дов медитации, его попытка свести тантрическую
вертом этапе мы сами становимся божеством. С убъ­ традицию и психологию бессознательного могла бы
ект тогда отождествляется с объектом, а верую­ оказаться плодотворной для дальнейших исследова­
щий — с предметом веры. «П очитание, п очи таю ­ ний в этой области.
щий и объект почитания — все т р и неотделимы
друг о т друга». Это ментальное состояние называет­
ся йогой, сосредоточением ( самадхи) или трансом Т ан тр и ч еская философия
(дхъяна).
В тантрической медитации очень важны магиче­ Если тантра стремится достичь освобождения по­
ские круги, или мандалы, которые известны всем лю­ средством священнодействий, то в ней неизбежно
бителям буддийского искусства. Мандала — это диа­ должно быть такое представление о вселенной, в со­
грамма, показывающая божества в их духовных или ответствии с которым подобные действия м огу т
космических взаимосвязях и используемая в качестве стать средством для достижения этой цели. В космосе
основы для проникновения в духовный закон, кото­ заключается огромное количество сил, или способов
рый представлен таким зримым образом. Мандалу проявления мировой силы; с помощью священнодей­
либо рисуют на обрывке ткани или бумаги, либо вы­ ствий мы приспосабливаемся к этим силам и застав­
кладывают на земле кучками разноцветного риса и ляем их служить своим целям, которые при этом сов­
камешков, либо вырезают на камне или металле. К а­ падают с целями космоса. Будда больше не выглядит
ждая тантрическая система обладала собственными только как запредельная духовная рельность. Везде­
мандалами. Божества представлены на них либо гра­ сущность природы Будды обязана тому факту, что

248 249
она воспринимается в виде космического т е л а . Т ан тр и ческая мифология
Ш есть элементов, составляющих основу мирозда­
ния, — земля, вода, огонь, ветер, пространство и Ранний буддизм рассматривал личность человека
сознание — являются субстанцией этого космическо­ как соединение скандх. Тантра же теперь переносит
го тела, а действия тела, речи и ума — его функция­ это представление на самого Будду, заявляя, что и он
ми. Мир — лишь отражение света Будды, более со­ состоит из пяти скандх. Скандхи сами по себе явля­
средоточенного в одном месте и более рассеянного в ются буддами. В европейской литературе их часто на­
другом в зависимости от обстоятельств. Будда — это зывают дхьяни-буддами, но данный термин, введен­
тайная реальность, скрытая во всех вещах, это их ный Ходжсоном1 примерно столетие назад, нельзя
сердце, живая и главная истина. По отношению к не­ считать подлинно санскритским: в тантрических тек­
му мы не являемся внешними элементами, и поэтому стах он нигде не встречается. Пришло время отка­
все, что нам следует сделать, — это осознать, что мы заться от него. Сами тексты всегда говорят о « п я ти
сами есть и Будда, и космос. Логические обоснования Т а т х а г а т а х » , или о « п я т и Д ж инах». Д жина озна­
и рассуждения в данном случае бесполезны. Только чает «победитель», или «завоеватель», и этот древ­
мистически значимые действия могут помочь нам ний эпитет, прилагавшийся к Будде, первоначально
осознать нашу внутреннюю и универсальную общ­ относился к его победе над страстями. Тибетцы все­
ность, или тождество, с Буддой. гда говорят о пяти Джинах, и я буду следовать их
Легко увидеть, что данная теория является логи­ примеру. Пять Джин — это Вайрочана («просвет­
ческим развитием идей тех буддийских направлений, ляющий», или «блистающий»), Лкшобхья («непоколе­
которые предшествовали тантре. Для старой школы бимый»), Р атн асам бхава («возникший из драгоцен­
мудрости нирвана была полной противоположностью ности»), А м и таб ха (%<бесконечный свет») и А м ог-
этому миру. Ранняя махаяна отождествляла нирвану хасиддхи («беспрепятственное достижение»). Эти
и мир страдания в абсолютной реальности пустоты. пятеро будд, впервые появившиеся вместе около
Теперь же, в тантре, мир оказывается манифестацией 750 г. н. э., полностью отличаются от всех других
дхармового тела Будды. Кроме того, старый буддий­ будд, известных буддизму прежде. Все будды дотан-
ский призыв к полному самоотрицанию выражен те­ трического периода начинали свою деятельность как
перь в новой метафизической формулировке. «Когда обычные человеческие существа или даже животные
мы рассматриваем себя и всех других сущ еств как и затем, последовательно очищаясь духом в течение
проявление вечного жизненного начала, т о д е й с т ­ многих миллионов рождений, медленно и постепенно
вуем с ощущением о т с у т с т в и я „я ” , с ощущением продвигались к состоянию Будды. Что касается пяти
свободы о т личностных, эгоистических интересов. Джин, то они были буддами всегда.
Тогда, и тол ьк о то гд а, мы можем п о с в я т и т ь себя Пять Джин представляют собой тело вселенной.
земному тр у д у , не причиняя ущерба своему духов­ Кроме того, тантра разработала систему мистическо­
ному продвижению. Ибо посредством своего изме­ го «соответствия» пяти Джин различным компонен­
нившегося умственного отношения к эт о м у миру
феноменов мы практически превзошли э т о т мир» 1 Ходжсон Брайан (1800— 1894) — английский индолог,
(фон Глазенап). собиратель древних индийских рукописей.

250 251
там вселенной. Так, пять элементов соответствуют венствующее над всеми ними. Этот персонаж иногда
пяти Джинам, пяти чувствам и пяти чувственным носит имя Махавайрочаны, иногда Ваджрадхары, а
объектам, пяти основным направлениям (при этом иногда его просто называют Адибуддой.
пятым будет центр). В то же время устанавливаются Именно эта идея и стала той отправной точкой,
дальнейшие соответствия — с буквами алфавита, когда буддизм начал полностью отходить от своих
частями тела, с различными видами «жизненного ды­ первоначальных учений и готовить себе путь к выми­
хания», с цветом, звуками и т. д. Но и это не все. К а ­ ранию. Совершенно ясно, что такая разновидность
ждый небесный будда отражается в небесном бодхи- учения должна иметь тенденцию к развитию моноте­
саттве и мирском будде и объединяется со своей жен­ изма. Как мы видели прежде, в буддийской традиции
ской ипостасью силы, шакти. Далее, с принятием всегда твердо считали, что размышлять о мире следу­
идеи о том, что каждый Джина предводительствует ет лишь для того, чтобы от него избавиться, а не для
целым мистическим «семейством», эта система может того, чтобы объяснять его происхождение. Первопри­
в принципе сгруппировать вокруг этих пяти Джин чину этой проявленной вселенной вокруг нас склонны
всех остальных божеств в качестве второстепенных были видеть в неведении, а не в Боге. Йогачарины
божественных сущностей. первыми создали в высшей степени сложную и запу­
Система пяти Джин была наиболее влиятельной, танную систему, предназначенную для объяснения
но ни в коей мере не единственной мифологической того, как мир внешних объектов выводится из неведе­
системой тантры. Точно так же как буддизм мог счи­ ния как причины, а из «сознания-хранилища» — как
тать, что человеческая личность состоит из пяти основы существования вселенной. Примерно через
скандх, не устанавливая над ними и вне их какого-то 500 лет, в 950 г., некоторые тантрические ученые,
объединяющего начала, так и сведение всей вселен­ жившие неподалеку от Джакарты, сделали весьма
ной к пяти Татхагатам, как к ее конечным составляю­ близкую к монотеистической космогонию центром
щим элементам, должно было удовлетворять логиче­ буддийского учения.1 До сих пор Татхагата был
ским требованиям большинства буддистов. Однако тем, кто провозглашал истинное учение о причине
после 800 г. н. э. в различных местах и в различных возникновения вселенной. Теперь же он сам стано­
формах появляется учение, старающееся произвести вился этой причиной. В К ал ач ак р а-тан тр е, как и в
пять Татхагат, рассматриваемых в качестве эмана­ некоторых китайских системах, Будда действует по­
ций, от изначального, первого или первозданного добно творцу. Будды, прежде являвшиеся владыка­
Будды, которого иногда называют Адибуддой и ко­ ми и покровителями йогинов, теперь оказались ма­
торый является единственным вечным жизненным гами, сотворившими этот мир посредством своей ме­
началом вселенной. дитации. Все вещи — их магические творения. Все,
Сведения об Адибудде обычно считались самым что существует, они видят в своей творческой медита­
тайным разделом учения, и в настоящее время мы не ции. И то, что они видят, должно быть реальным, по­
в состоянии провести четкое различие во взглядах на
него, относящихся к разным школам мысли. Многие 1 Автор, вероятно, имеет в виду группу буддийских храмов
школы в качестве главного из пяти Джин выделяли Боробудура с острова Ява, построенных в виде мандалы, оли­
обычно Вайрочану. Другие вводили шестое лицо, гла­ цетворяющей собой вселенную.

252 253
1. Древний буддизм был строго мужской систе­
скольку помимо этой медитации ничего не существует
мой, и в нем допускалось существование весьма не­
вообще, ведь на самом деле все является мыслью. З а
многих женских божеств, да и те были достаточно
многие столетия сложилась йогачаринская традиция
второстепенными. Более высокие божества были бес­
описывать высшую и конечную реальность как «заро­
полыми, какими и являлись обитатели полей Будды.
дыш Т а т х а г а т ы » . И теперь говорится о том, что
Женский пол в целом считался препятствием на пути
мир исходит именно из этого зародыша. Разработка
к высочайшим духовным достижениям, и когда бод­
этой космогонии была последним творческим актом
хисаттва двигался к обретению состояния Будды, то
буддийской мысли. Как только она достигла этой
он прекращал перерождаться женщиной. Женщина
ступени своего развития, ей уже не оставалось ниче­
не могла стать Буддой.
го, кроме как раствориться в окружавших ее монотеи­
Первыми самостоятельными буддийскими боже­
стических религиях.
ствами были Праджняпарамита и Тара. Культ Тары,
по всей видимости, проник в буддизм примерно в 150
г. н. э. Тара, чье имя происходит от санскритского
Т а н т р а левой руки
слова «тараяти», является спасительницей; она помо­
гает нам «переправиться» на другой берег, избавляет
В нашем историческом обзоре мы уделили особое
нас от страха и опасений и дарует исполнение всех
внимание различию, проводимому между тантрой ле­
желаний. Тара была творением народного ума. В
вой руки и тантрой правой руки (см. с. 235 и сл.).
противоположность ей культ Праджняпарамиты воз­
Основными чертами тантры левой руки являются
ник в немногочисленных группах аскетов-метафизи-
следующие: 1) почитание различных ш ак ти , или
ков. В махаяне Праджняпарамита стала не только од­
женских божеств, с которыми мужские божества со­
ной из добродетелей, книгой и мантрой, но также и
единяются в любовных объятиях и от которых они
божеством. Персонификация запредельной мудрости,
получают свою энергию; 2) присутствие огромного
по-видимому, начала развиваться примерно с начала
количества разнообразных демонов и устрашающих
нашей эры. В П радж няпарамита су трах она описы­
сил, поклонение богу Бхайраве ( Ужасному) и тщ а­
вается как «м а т е р ь всех будд». Что значит эта фра­
тельно разработанный ритуал, связанный с погребе­
за? Подобно тому как ребенок рождается от матери,
нием; 3) включение половых сношений и других форм
так же и полное просветление Будды происходит
«безнравственного поведения» в число практик, веду­
только от совершенства мудрости. Именно она пока­
щих к достижению освобождения.
зывает им путь за пределы этого мира. Таким обра­
Тантра левой руки столкнулась со значительным не­
зом, женское начало оказалось бок о бок с Буддой, а
одобрением и осуждением, и такое нравственное него­
в определенном смысле — даже и над ним. Интерес­
дование послужило препятствием к тому, чтобы многие
но отметить, что тексты праджняпарамиты с их осо­
наблюдатели ее поняли. Тем не менее ее жизнеспособ­
бым вниманием к женскому мировому началу появи­
ность оказалась удивительной; за несколько веков она
лись на юге Индии — там, где дравиды сохранили
превратилась на Востоке в историческую силу первой
живую передачу многих матриархальных идей, в го­
величины, и поэтому мы должны попытаться лучше ра­
раздо большей степени вытесненных исключительно
зобраться хотя бы в трех ее наиболее ярких чертах.
255
254
мужским брахманизмом севера страны. Почти в лю­ не бесчеловечными за их отвержение всех нормаль­
бой системе древнего мышления мы можем найти по­ ных влечений. Однажды Иммануила Канта спросили,
нятие первоначала, которое представляет собой как почему он никогда не был женат. Кант ответил, что
женственность, так и мудрость и в котором материн­ всю жизнь у него была лишь одна «возлюблен­
ство сочетается с девственностью. Так, в ту же эпоху ная» — метафизика и что он хотел бы оставаться вер­
в средиземноморском мире мы встречаем Софию, и ее ным ей. Также и авторы П радж няпарамита су тр
изображение следует образу Иштар, Исиды или сознавали, что стремление к совершенной мудрости
Афины; в ней соединяются абстрактная идея мудро­ могло предполагать некое подобие любовного отно­
сти и образ Великой Матери (M agna Mater), и она шения к Абсолюту. Интерес к последнему должна
помещается рядом с высшим мужским существом. была поддерживать особая труднодоступность совер­
Подобно Иштар и Деве Марии, Праджняпарамита шенной мудрости. И действительно, нам открыто
по своей сущности являлась как матерью, так и девой. говорят о том, что бодхисаттва должен думать о со­
Она — «матерь всех будд», и это значит, что она не вершенной мудрости с той же силой и исключитель­
бесплодна, но чревата множеством благих деяний, и в ностью, с какой мужчина думает о «милой, привлека­
ее изображениях особенно подчеркиваются ее полные тельной и красивой женщине», с которой он догово­
груди. С другой стороны, подобно деве, она остается рился о свидании, но которая избегает встречи с ним.
«непорочной, н е тр о н у то й », и писания выделяют ее Однако то, на что только намекается во многих
недоступность больше, чем что-либо другое. трактатах, посвященных совершенной мудрости, со­
Несмотря на то что таким образом буддизм при­ вершенно открыто выражается в шактизме. Высшая
знал важность женского начала в мире, персонифици­ реальность в нем понимается как союз мужского (ак­
ровав его разновидности в образе многих женских бо­ тивного) и женского (пассивного) начал. Активное
жеств, в целом сексуальное отношение к женщине не начало именуется «искусностью в средствах», а пас­
одобрялось, и сексуальная подоплека, заключенная сивное — «мудростью». Только единство этих двух
как в женственности, так и в отношениях между муж­ начал может привести к освобождению. Единый А б ­
ским и женским аспектами, замалчивалась. В тантре солют является двойственным союзом, и этот акт со­
же левой руки понятия, заимствованные из половой единения наполняет его «высочайшим блаженством».
жизни, открыто привлекались к объяснению духов­ Искусство этой школы, как хорошо известно, изобра­
ных явлений. Психологам, конечно, хорошо известно, жает будд и бодхисаттв в акте полового сношения,
что зачастую почти неприкрытая сексуальность вхо­ называемого тибетцами позицией я б —юм (букв,
дит в состав мистических переживаний. Даже аб­ «отец— мать»).
страктное метафизическое мышление не вполне сво­ 2. В йогических практиках тантры левой руки осо­
бодно от своей «либидозной»1 стороны. Это ощущали бый акцент делается на устрашающем аспекте вселен­
даже те философы, которых обычно считали чуть ли ной. Путь левой руки направлен на то, чтобы изба­
вить человека от его эго, с тем чтобы тот мог полно­
1Либидо, в психоанализе 3 . Фрейда, — сильное жизнен­ стью отождествиться с божественным началом. Цель
ное влечение, выраженное в форме сексуальных ощущений; у состоит в том, чтобы полностью уничтожить все эле­
К. Г. Юнга либидо обозначает жизненную энергию как таковую. менты, образующие эго, т. е. наши желания и стра­

256 257
17 Эдвард Конзе
сти, и избавиться от них. Сосредоточенность на само­ объедками. Неудивительно, что это учение очень час­
разрушении может в определенной степени соответст­ то вызывало помутнение человеческого рассудка.
вовать облику многих грозных божеств, которые Цель этих учений должна быть совершенно ясна
представляют собой собственные попытки йогина всякому, кто знаком с мистическими учениями. В дан­
учинить это разрушение. Как говорит об этом д-р ном случае имеется намерение привести органы чувств
П . X . Потт, «идея разрушения естествен н о пробу­ в контакт с возбуждающими их объектами — либо
ж д а е т ассоциацию с кладбищем и кремационной благодаря сильной привлекательности, либо посредст­
площадкой, где у н и ч тож ается материальное т е ­ вом отвращения. С одной стороны, можно только то­
ло. Посвящения в практики „левостороннего пу­ гда полностью осознать тщетность и относительность
т и ” должны производиться преимущественно в всех чувственных удовольствий, когда отдашь себя на
м естах погребения. Р и т у а л вдохновляется их осо­ их волю. С другой стороны, мы знаем также о христи­
бой атм осф ерой». С эзотерической точки зрения анских святых, которые старались побороть в себе чув­
кладбище представляет собой место, где разрывается ственное отвращение к омерзительной пище, отправляя
последняя связь между человеком и земным миром. ее себе в рот. Подобное поведение действительно на­
3. Наконец, мы должны рассмотреть аргументы, ходится в полном согласии с духом аскетизма. Далее,
выдвигаемые в оправдание всех разновидностей без­ легко увидеть, насколько логично вела к подобным вы­
нравственного поведения. Не следует ожидать, что водам метафизика махаяны. Она учила, что нирвана и
последователи какой-либо религии и в самом деле этот мир представляют собой одно и то же. Тогда и
станут защищать, к примеру, необходимость «еж е­ страсти также оказываются не вне нирваны, « с т р а ­
дневного полового сношения в безлюдных м естах с с т и — т о же самое, ч т о и нирвана». Обе ветви тан­
12-летними девочками из к асты чандала» как не­ тры соглашались с этим утверждением. Тантра правой
кий священный долг. Г ухьясам ад ж а-тан тр а, одно руки отстаивала позицию, согласно которой страсти,
из наиболее ранних и наиболее почитаемых писаний прежде чем они станут крыльями просветления, долж­
тантры левой руки, по-видимому, учит противопо­ ны быть преобразованы. Чувственная любовь — лю­
ложно тому, что отстаивал буддийский аскетизм. Она бовь к самому себе, к женщинам, к мирским вещам —
говорит нам о том, что мы легко сможем достичь со­ оправдывалась в той мере, в какой она являлась отправ­
стояния Будды, если будем « п о т в о р с т в о в а т ь всем ным пунктом для развития универсальной и всеохваты­
плотским удовольствиям, которые только можно вающей любви. Страсти, следовательно, должны не по­
п о ж ел ать ». Лишения и аскетизм терпят крах там, давляться, а облагораживаться и преобразовываться.
где доминирует « удовлетворение всех желаний». Тантра же левой руки считала, что страсти могут быть
Только самые безнравственные, самые запретные превращены в средство достижения освобождения и в
действия могут казаться привлекательными для по­ своей непосредственной, непреобразованной форме.
следователей этого учения. Практикующему предпи­ Думаю, что возражение против безнравственных
сывалось игнорировать аскетические запреты на из­ практик, выдвигаемое во имя религии, само по себе
лишества в еде. Он должен был питаться сырым мя­ относится не столько к религиозной, сколько к быто­
сом слонов, лошадей или собак, и вся пища и питье вой жизни. Возможно, йогинам тантры левой руки не
должны были быть перемешаны с грязью, мочой или хватало духовности, но также и совершенно ясно, что

258 259
им страшно недоставало признания. В равной степени который говорит о взглядах некоторых «последовате­
верно, что они и не желали получить его. Чтобы лучше лей свободного духа»: «П о т о м они доходят до т о ­
разобраться в этом, мы должны понять, что религия го, ч т о заявляю т, ч то , до т е х пор пока человек
может существовать либо в виде института, либо в ви­ имеет склонность к добродетелям и ж ел ает испол­
де крайне индивидуалистических взглядов. Когда ре­ н и ть высшую волю Господа, он все еще несоверше­
лигия оформлена в институт, тогда религиозное учение нен, поскольку поглощен приобретением. П оэтом у
и практика редко вступают в конфликт с обычными они дум аю т, ч т о можно не верить в добродетели,
нормами общественной морали. С другой стороны, ч т о можно получить дополнительные заслуги и
мистики, более склонные к индивидуализму, никак не ч т о можно совершать грехи. Следовательно, они
могли понять, почему религия и нравственность обяза­ способны п о тв о р ст во в ат ь всякому низменному ж е­
тельно должны быть как-то связаны друг с другом. ланию, поскольку отвергли состояние невинности,
Основой для обычной нравственности людей служит и законы более не властны над ними. Они заявля­
нечто большее, чем социальные запреты, т. е. по суще­ ю т , ч т о на самом деле стали свободными, выйдя за
ству она опирается на страх социальной изоляции, ко­ пределы заповедей и добродетелей. Они легко дару­
торую мистик рассматривает как идеальную почву для ю т своему тел у все, ч т о оно пож елает. Для них
развития духовного освобождения. Пока йогины ощу­ высшая с в я т о с т ь человека с о с т о и т в следовании
щают некоторый страх перед социальными запретами, без принуждения и во всех о б сто я те л ь ства х своему
«свободы духа», к которой стремятся, они еще не до­ природному и н сти н кту; так ой человек м о ж ет о т ­
стигли. Находясь на той стадии духовного продвиже­ д ат ь ся всякому порыву, ведущему к удовлетворе­
ния, на которой они еще чувствуют свою связь с мо­ нию потребностей т е л а » .
ральными правилами своего социального окружения,
они могут обнаружить, что уничтожение привязанно­
сти к ним окажется для них благотворным, равно как и К он тр ол ь над т е л о м
жизнь в изоляции, вдали от уюта и человеческого теп­
ла. Такой бунт против общественных ограничений на­ Впрочем, было бы неправильно говорить о боль­
зывается «антиномизмом». В разное время подобное ших расхождениях между доктринальными формули­
выступление случалось во всех религиях, и в буддизме ровками тантры и учением древнего буддизма. Есть
оно не ограничивается исключительно тантрами; его один важный пункт, в котором тантра во всех своих
также можно было наблюдать среди амидаистов, а ответвлениях остается верной духу буддийской тради­
также представителей школы чань. Безнравственное ции. В качестве главного предмета приложения усилий
поведение, таким образом, оказывается необходимым он также рассматривает физическое тело. Мы указы­
переходным этапом на пути к вне-нравственному об­ вали выше (с. 130— 131), что тщательное дисциплини­
разу жизни. Почти точное соответствие буддийскому р о в ан а тела является краеугольным камнем буддий­
вне-морализму мы находим в описании Рёйсбрука,1 ских упражнений. И это относится ко всем школам,
несмотря на все имеющиеся между ними расхождения.
Именно при виде величественной осанки некоего
1 Рёйсбрук Жан (1294 — 1381) — известный фламанд­
ский мистик.
монаха обратился в буддизм Шарипутра. Лишения,

260 261
претерпеваемые в скитальческой жизни, требовали Амитабхи физические тела существ будут « т а к же
совершенного владения своим телом. Монах, как сильны и крепки, как алмаз Н араяны ». Тантра вос­
Будда сказал Шарипутре, должен уметь выносить приняла эту идею и переняла множество йогических
холод, сильную жару и муки голода; он не должен бо­ практик, которые позволяют преобразовать это тело в
яться оводов, змей или нападения людей и диких зве­ нетленное алмазное тел о , превратить его в удобную
рей; он не должен с недовольством размышлять о колесницу, предназначенную для совершения духов­
том, где можно поесть и переночевать. Работа над те­ ного путешествия, а также сделать его зрелым, доста­
лом составляла самую суть повседневной жизни буд­ точно сильным для того, чтобы выносить испытания,
диста, проходившей спокойно, вдали от доктриналь­ накладываемые на него духовной работой. В этой
ных споров. Комфортные телесные ощущения упорно связи наиболее авторитетной считалась физиоло­
игнорировались и отвергались. Мускульные движе­ гия, предлагаемая хатха-йогой. Согласно ей в теле
ния сопровождались постоянным вниманием, т. е. находится огромное количество нервов или артерий
практикующий старался осознавать, что он делал, ко­ ( нади), т. е. каналов оккультной силы, и четыре
гда ходил, стоял, сидел и т. п. Ритмичное и осознан­ энергетических центра, которые называются нервны­
ное йогическое дыхание контролировало легкие и всю ми сплетениями (чакра) или лотосам и (падма).
дыхательную систему. Практикующий боролся с по­ Первый нижний центр располагается в области пуп­
требностями пищеварительного тракта с помощью ка, второй — в области сердца, третий — сразу под
голодания — принимая за правило не есть никакой шеей и последний — в голове. Среди бесчисленных
пищи после полудня, — а также посредством медита­ нервов три являются наиболее важными: два из них
ции на вредные и отвратительные аспекты еды и про­ располагаются по обе стороны от позвоночного стол­
цесса питания. Органы чувств, как мы видели выше ба, а третий — посредине. Левый нерв представляет
(с. 132), подвергались жесткому контролю. Управ­ мудрость, правый — искусность в средствах, а цен­
ление телом и его умерщвление составляли сущест­ тральный — абсолютное единство. С помощью эзо­
венное содержание духовной жизни. В то же самое терических практик, которые совершенно непонятны
время к телу, несмотря на то что оно было бременем, без опытного наставления гуру, йогин заставляет
не следовало относиться с презрением. Высочайшего мудрость и искусные средства объединиться в самом
состояния транса, как мы видели (с. 134), достигали нижнем нервном центре, создав таким образом про­
именно с его помощью. Тело предоставляет великое светленный ум (б о д х и -ч и т т а ) . Этот ум затем дол­
блаженство и полное успокоение, и поскольку всякая жен двигаться вверх, вдоль по срединному нерву, до
мыслительная деятельность угасает, то реализация тех пор пока это не вызовет состояние устойчивого
этого состояния зависит от тела. Практикующему го­ блаженства в самом верхнем нервном центре. Боль­
ворят, что он должен «прикоснуться к бессмертно­ шую роль в этой технике играет система дыхательных
му элементу посредством собственного т е л а » . упражнений, поскольку считают, что они дают спо­
Всякий, кто когда-либо пытался медитировать, собность управлять жизненными ветрам и , которые,
должен был наблюдать, что слабость и беспокойство в свою очередь, определяют направление тока ок­
в теле можно устранить с помощью длительной меди­ культной силы в нервах. Все это, будучи изложенным
тации. Так, Сукхавативью ха учит о том, что в раю здесь в общих словах, звучит слишком фантастично,

262 263
и даже сама попытка все это представить хотя бы в
мало-мальски приемлемом виде заняла бы немало
страниц. Я должен отослать читателя к пространным
трактатам по хатха-йоге, которые сейчас доступны.
В данном контексте мы позаботились главным об­ Глава IX
разом