Вы находитесь на странице: 1из 4

28. Фортепианное творчество Н.К.

Метнера

Творчество Николая Карловича Метнера стоит особняком в русской


музыкальной культуре – ни к одному из стилевых направлений,
существовавших в первой половине ХХ столетия, он не примкнул. В его
стиле можно обнаружить влияние немецких романтиков – в частности,
Роберта Шумана и Феликса Мендельсона-Бартольди, можно также
говорить о близости к Александру Глазунову и Сергею Танееву.

Главное место в творчестве Метнера занимает фортепианная музыка,


составляющая две трети всего, написанного им, ведь Метнер был
композитором-пианистом, чьи авторские концерты привлекали
внимание публики не в меньшей степени, чем выступления Сергея
Васильевича Рахманинова или Александра Николаевича Скрябина. На
концертах Метнера звучали не только его собственные творения, но его
исполнительские интерпретации отличались такой глубиной, что
казалось – музыка рождается непосредственно в момент исполнения:
«Его исполнение всегда творчественно, всегда как бы «авторское» и
всегда как бы «в первый раз», – это высказывание Метнера о
Рахманинове вполне обоснованно можно отнести и к самому Николаю
Карловичу. Фортепиано же всегда оставалось для композитора наиболее
близким инструментом – до такой степени, что он испытывал некоторую
неуверенность при работе с оркестровыми партитурами, с
инструментами, на которых он не играл (впрочем, он утверждал, что
образы его будущих фортепианных сочинений являются ему
первоначально в оркестровом изложении). Любовь к этому инструменту
проявляется у Метнера даже за пределами фортепианной музыки как
таковой – в его скрипичных сонатах фортепианная партия настолько
развита, что ее исполнитель должен быть не только превосходным
аккомпаниатором с исключительным чувством ансамбля, но и истинным
виртуозом.

Центральное место в творческом наследии Метнера занимают 14


фортепианных сонат. Поражающие вдохновенной изобретательностью,
они заключают в себе целый мир психологически углубленных
музыкальных образов. Им свойственна широта контрастов,
романтическая взволнованность, внутренне сосредоточенное и вместе с
тем душевно согретое раздумье. Некоторые из сонат носят программный
характер («Соната-элегия», «Соната-сказка», «Соната-воспоминание»,
«Романтическая соната», «Грозовая соната» и др.), все они очень
разнообразны по форме и музыкальной образности. Так, например, если
одна из самых значительных эпических сонат (ор. 25) является истинной
драмой в звуках, грандиозной музыкальной картиной претворения
философского стихотворения Ф. Тютчева «О чем ты воешь, ветр
ночной», то «Соната-воспоминание» (из цикла «Забытые мотивы» ор.
38) проникнута поэзией задушевной русской песенности, нежной
лирикой души. Очень популярна группа фортепианных сочинений,
названная «сказками» (жанр, созданный Метнером) и представленная
десятью циклами. Это собрание лирико-повествовательных и лирико-
драматических пьес с самой разнообразной тематикой («Русская
сказка», «Лир в степи», «Рыцарское шествие» и т. п.). Не менее известны
3 цикла фортепианных пьес под общим названием «Забытые мотивы».

Монументальны и приближаются к симфониям фортепианные концерты


Метнера, лучшим из них является Первый (1921), образы которого
навеяны грозными потрясениями первой мировой войны.

Романсы Метнера (более 100) разнообразны по настроению и очень


выразительны, чаще всего это сдержанная лирика углубленно
философского содержания. Написаны они обычно в форме лирического
монолога, раскрывающего душевный мир человека; многие посвящены
картинам природы. Любимыми поэтами Метнера были А. Пушкин (32
романса), Ф. Тютчев (15), И. В. Гете (30). В романсах на слова этих
поэтов особенно рельефно выступают оригинально развиваемые
композитором такие новые черты камерной вокальной музыки начала
XX в., как тонкая передача речевой декламации и огромное, подчас
решающее значение роли фортепианной партии. Метнер известен не
только как музыкант, но и как автор книг о музыкальном искусстве:
«Муза и мода» (1935) и «Повседневная работа пианиста и композитора»
(1963).

Творческие и исполнительские принципы Метнера оказали


значительное влияние на музыкальное искусство XX в. Его традиции
развивали я развивают многие видные деятели музыкального искусства:
А. Н. Александров, Ю. Шапорин, В. Шебалин, Е. Голубев и др. Музыку
Метнера исполняли и исполняют крупнейшие музыканты: С.
Рахманинов, С. Кусевицкий, М. Оленина-д’Альгейм, Г. Нейгауз, С.
Рихтер, И. Архипова, Е. Светланов и др.
Путь отечественной и современной мировой музыки так же невозможно
представить себе без Метнера, как невозможно представить его себе без
его великих современников С. Рахманинова, А. Скрябина, И.
Стравинского и С. Прокофьева.

Выступать перед многочисленной публикой в больших залах он не


любил, отдавая предпочтение камерным залам – это объяснялось
природой его дарования, тяготеющего к интимности. «Искусство
зарождается всегда интимно, и если ему суждено возродиться, то оно
должно снова стать интимным». Хотя концерты Метнера – по словам
Мариэтты Шагинян – «были для слушателей праздником», сам Николай
Карлович ощущал себя в первую очередь композитором, а публичные
выступления воспринимал как своеобразные «творческие отчеты».

Современники называли Метнера «русским Брамсом», намекая на


общие черты фактуры, однако в его фортепианном стиле
обнаруживаются черты, восходящие к творчеству и других
композиторов – Людвига ван Бетховена, Роберта Шумана, а также Петра
Ильича Чайковского.

В фортепианной фактуре Метнера немало общего с оркестровым


письмом – например, особые штрихи, ассоциирующиеся со звучанием
струнных, или выдержанные педали, напоминающие звучание духовых
инструментов. Но при этом всегда сохраняется внимание к
особенностям фортепиано – например, к постепенно гаснущему звуку.

В произведениях Метнера всегда задействуется широкий регистровый


диапазон. Большую роль играют басовые голоса – в них нередко
излагаются мелодические линии. Впрочем, тематическое развитие
разворачивается непрерывно во всех элементах фактуры, что приводит к
повышению роли полифонического начала – в некоторые произведения
Метнера включены фуги.

Темы фортепианных произведений Метнера воплощают две основные


образные сферы – лирика и драматизм. Лирические темы – плавные,
«парящие», драматические характеризуются острым, сложным и
богатым ритмом, что перекликается со многими современниками, в
особенности – со Скрябиным. Разнообразие ритмического рисунка,
ритмические перебои возникают уже в ранних произведениях
композитора. У Метнера можно встретить и маршевость, и
танцевальность, однако все это получает своеобразную трактовку, в том
числе и с применением полиритмии.

Сложность ритма, изощренность и интенсивность тематического


развития в сочетании с фактурой фортепианных произведений Метнера,
насыщенной полифоническими элементами, приводят к четкости
графических линий музыкальной ткани, к преобладанию в ней
«рисунка», а не колорита – и это противопоставляет фортепианное
творчество Метнера некоторым современным ему течениям, в
частности, импрессионизму, представители которого сосредотачивали
свои творческие искания именно в области инструментальных «красок».

Сложностью отличается и гармонический язык Метнера, его творческие


искания направлены в сторону альтерированных гармоний, сложного
тонального движения (например, медленная часть «Романтической
сонаты» начинается в си миноре, а завершается в си-бемоль миноре).

Отличительная особенность фортепианных произведений Метнера –


повествовательная манера. Повествование может быть спокойным,
взволнованным, патетическим или иметь эпический оттенок.

В области фортепианной музыки Метнер проявил себя как тонкий


лирик, создавший глубоко содержательные произведения.