Вы находитесь на странице: 1из 28

ГЛИНЯНАЯ МОДЕЛЬ «КОЛЫБЕЛЬКИ» ИЗ КАЛАНЧАКА

И НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ХРОНОЛОГИИ РАННЕЙ


И СРЕДНЕЙ БРОНЗЫ ДНЕПРО-ДОНЕЦКОГО РЕГИОНА

Алла Николова
Юрий Рассамакин

Введение
В настоящее время сохраняет свою актуаль-
ность проблема культурно-хронологического
соотношения северокавказской и катакомб-
ной культур и, в частности, участие первой на
формирование второй. Иногда, для решения
этой проблемы используются погребальные
комплексы с неординарными наборами арте-
фактов (Избицер 2004). В этом контексте ин-
терес представляет редкая для северопричер-
номорской степной зоны находка глиняной
поделки, аналогии которой часто называют
«люльками», «колыбельками», а также «по-
Рис. 1. Схема расположения кургана № 2.
возочками». Эта моделька сопровождала одно
из катакомбных погребений кургана эпохи
бронзы, исследованного авторами в 1978 году, Исследовано 10 погребений: № 6 – ямной;
недалеко от г. Каланчак Херсонской области. №№ 7, 8, 9, 10 – катакомбной; № 2 – бабин-
ской (культура многоваликовой керамики)?;
1. Результаты раскопок кургана1 №№ 1, 3, 4 – срубной культур и № 5 – позд-
Курган № 2 входил в группу из 3 курганов, несредневековое. Черноземная насыпь соору-
располагавшихся на степном плато правого жена над погребением 6 ямной культуры (рис.
берега р. Каланчак, в 3,5 км к северо-западу от 2/1).
г. Каланчак, справа от трассы Каховка-Симфе-
Погребение 1 (срубной культуры, рис. 2/3)
рополь. Курган занимал центральное положе-
находилось в центре кургана, на глубине 0,6
ние в группе (рис. 1).
м. Погребение разрушено. Судя по сохранив-
Насыпь кургана круглая в плане, распахана. шимся костям, скелет лежал на левом боку,
Сохранившаяся высота 0,2 м от современной ориентированный головой на восток. У чере-
поверхности, диаметр 12 м. Западная пола па стоял лепной плоскодонный сосуд баноч-
кургана разрушена оросительным каналом. ной формы. Край венчика слегка отогнут, у
дна небольшая закраина. Высота сосуда 11 см,
1
Описание приводится согласно отчету о раскопках с не-
диаметр венчика 10,2 см, корпуса – 10 см, дна
большими уточнениями (Евдокимов и др. 1978, 69-72). – 8 см (рис. 2/2).
Еще одна находка головки полусферической формы с
остатками обломанного в древности (?), круглого в сече- Погребение 2 (бабинской культуры?, рис. 2/5)
нии стержня бронзовой булавки, возможно, посоховид- находилось в 4 м к юго-западу от условно-
ной, была найдена в погребении ингульской катакомбной
культуры вместе с типичной для этой культуры чашей с
го центра. Яма овальной формы, размерами
ушком у с. Большая Белозерка, Каменско-Днепровского 1,0×0,5 м, ориентирована по линии юго-восток
р-на, Запорожской обл. (к. 21, погр. 36) (рис. 5). Это пог- - северо-запад. Дно на глубине 0,62 м. Судя по
ребение было в кургане одним из наиболее ранних впус-
кных погребений в кругу других захоронений ингульской сохранившимся костям, скелет лежал скор-
катакомбной культуры, однако, ему предшествовали пог- ченно на правом боку, головой на юго-восток.
ребения не только ямной культуры, но и раннекатаком- Левая рука согнута в локте, кости правой руки
бное (погр. 9), что четко отражено в профилях кургана
(Отрощенко и др. 1978, 37-64). не сохранились.

Tyragetia, s.n., vol. III [XVIII], nr. 1, 2009, 31-58. 31


I. Studii

2 5
3 4

Рис. 2. г. Каланчак, курган № 2: 1 - общий план кургана; 2, 3 - план и сосуд погр. 1; 4 - погр. 4; 5 - погр. 2;
6 - бронзовая пуговица из погр. 5.

Погребение 3 (срубной культуры) находилось рука согнута в локте, кости левой руки не со-
в 6 м к северо-западу от условного центра, на хранились.
глубине 0,37 м. Погребение разрушено. Судя Погребение 4 (срубной культуры) находилось
по сохранившимся костям, скелет лежал скор- в 8 м к северо-востоку от центра, на глубине
ченно на левом боку, головой на север. Правая 0,35 м. Погребение разрушено, положение

32
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

5 7

Рис. 3. г. Каланчак, курган № 2: 1 - погр. 5; 2 - погр. 6; 3 - погр. 8; 4, 6, 7 - погр. 10: 4 - план и разрез
погребения, 6 - бронзовое шило, 7 - сосуд; 5 - погр. 7ю

33
I. Studii

скелета установить не удалось. Погребение подростка лежал вытянуто на спине головой


сопровождалось лепным плоскодонным со- на северо-восток. Левая рука слегка согнута,
судом баночной формы. Высота сосуда 9 см, от правой сохранилась лишь плечевая кость.
диаметр венчика 10 см, дна 9 см (рис. 2/4). Возле правого плеча лежала лепешка смолы,
диаметром 3 см, кусок охры, 4 костяные тру-
Погребение 5 (позднесредневековое, рис. 3/1)
бочки (1) и глиняная моделька (2).
находилось в центре кургана. Яма овальной
формы, размерами 2,3×1,05 м, ориентирована 1. Трубочки из обработанных птичьих костей.
по линии северо-восток - юго-запад. Дно на Края их ровно обрезаны, поверхности заполи-
глубине 0,6 м. Полностью ограблено. В запол- рованы. Длина соответственно 5,5 см; 7 см; 3,5
нении ямы обнаружены фрагменты бронзово- см; 3,2 см, последняя распалась (рис. 4/2).
го изделия и бронзовая пуговица шаровидной
2. Глиняная моделька имела форму вытянуто-
формы с петелькой. Диаметр 1 см (рис. 2/6).
го прямоугольника с невысокими, слегка вы-
Погребение 6 (основное, ямной культуры, пуклыми длинными бортиками. Верхняя часть
рис. 3/2) находилось под погребением 5. Яма по краю торцов повреждена. К передней тор-
прямоугольной в плане формы, размерами цевой стенке поделка расширяется, а ее борти-
1,0×0,55 м, ориентирована по линии восток- ки слегка приподнимаются. Дно внутри слегка
запад. Дно на глубине 0,9 м от уровня погре- округлое, без четко выраженных, в отличие от
бенного чернозема. На дне остатки посыпки внешних контуров, углов. Особенно остро вы-
охрой. Очевидно, разрушено при ограблении делены торцевые углы. Внешняя поверхность
погребения 5. по периметру украшена врезным орнамен-
Погребение 7 (катакомбной культуры, рис. том. На продольных стенках, под краем бор-
3/5) находилось в 8 м к северо-западу от цент- тиков, нанесена горизонтальная линия, ниже
ра. Входная яма округлая в плане, диаметром которой расположен горизонтальный зигзаг.
1, 1 м. Дно на глубине 1,05 м. Вход в камеру Ближе к передней стенке нанесены два верти-
находился в северо-восточной стенке ямы. Ка- кальных зигзага, разделенные вертикальной
мера овальной формы, размерами 2,1×1,45 м, линией, образуя «елочную» фигуру. На пере-
ориентирована по линии северо-запад - юго- дней стенке вертикальный зигзаг обрамлен
восток. Дно на глубине 1,4 м. Высота свода 0,8 двумя вертикальными линиями. В дне, ближе
м. Скелет ребенка лежал, вытянуто на спине, к передней стенке, проделаны три сквозные
головой на северо-запад. Руки вытянуты. отверстия. Еще одно отверстие расположено
у одного из краев торцевой стенки. Длина мо-
Погребение 8 (катакомбной культуры, рис. дельки 7 см, ширина дна соответственно 1,4 см
3/3) находилось в 7 м к юго-востоку от центра. и 1,2 см, высота 2,5 см и 2 см (рис. 4/3).
Входная яма овальной в плане формы, раз-
мерами 1,5×1,0 м, ориентирована по длине с Погребение 10 (катакомбной культуры, рис.
юго-востока на северо-запад. Дно на глубине 3/4) находилось рядом с погребением 8 и час-
0,9 м. Вход в камеру расположен в северной тично его перерезало. Входная яма овальной
стенке. Свод камеры не сохранился. Камера в плане формы, размерами 1,0×0,9 м. Дно на
овальной в плане формы, размерами 1,75×1,25 глубине 1,1 м. Вход в камеру находился в се-
м, ориентирована по длине с востока на запад. верной стенке ямы. Камера овальной в плане
Дно на глубине 1,35 м. Скелет разрушен, отде- формы, размерами 1,75×1,25 м, ориентирова-
льные кости встречались в заполнении. на по линии юго-запад - северо-восток. Дно
на глубине 1,55 м. Свод камеры сохранился на
Погребение 9 (катакомбной культуры, рис.
высоту 0,8 м. Скелет лежал скорченно на спи-
4/1) находилось в 9 м к северо-востоку от цент-
не головой на запад. Правая рука вытянута,
ра. Входная яма округлой в плане формы, диа-
левая согнута в локте, кистью на тазе. Согну-
метром 1,1 м. Дно на глубине 1,05 м. Вход в ка-
тые в коленях ноги лежали коленями вправо.
меру находился в южной стенке ямы. Камера
За черепом обнаружены комок красной охры
овальной в плане формы, размерами 1,42×0,9
и бронзовое шило (1)2. У ног стоял переверну-
м, ориентирована по длине с востока на запад с
тый вверх дном сосуд (2).
небольшим отклонением. Дно камеры на глу-
бине 1,4 м. Высота свода камеры 0,7 м. Скелет 2
Анализ металла не проводился.

34
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

1 2

Рис. 4. г. Каланчак, курган № 2, погр. 9: 1 - план и разрез погребения; 2 - костяные трубочки (“флейта
Пана”); 3 - глиняная моделька “колыбели”.

1. Бронзовое четырехгранное шило, длиной 15 см, диаметр венчика 14 см, корпуса 18 см,
4,5 см (рис. 3/6). дна 9 см (рис. 3/7).
2. Лепной плоскодонный сосуд с раструбным 2. Анализ источника
горлом, округлыми плечиками. Край венчика Среди публикуемых погребений наибольший
уплощен. По горлу и плечикам сосуд украшен интерес вызывает катакомбное погребение 9,
шестью горизонтальными оттисками тесьмы. сопровождавшееся глиняной моделькой. Она
Внешняя и внутренняя поверхности покрыты относится к первому из четырех типов, выде-
горизонтальными расчесами. Высота сосуда ленных Е.В. Избицер, а именно, к предметам,

35
I. Studii

1
4

Рис. 5. с. Большая Белозерка, курган № 21, погр. 36: 1-2 - план и разрез погребения; 3 - вход в камеру (вид
с входной ямы); 4 - фрагмент бронзовой булавки; 5 - сосуд.

аналогичным модели из Уляп 5/1, открытой редственно входят в круг памятников северо-
Н.И. Веселовским (Избицер 1993, 23; 2004, кавказской культуры, т.е. относятся к куль-
410). Три первых из этих типов, по данным турному пласту, не использовавшему в обряде
Е.В. Избицер, «...непосредственно или опос- повозку» (Избицер 1993, 23).

36
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

Исследовательница уже тогда исключила мо- ся формой с резко выраженными гранями и


дельки первого типа из числа моделей повозок углами, слабо выраженным «навесом» в пе-
и считала их моделями саней (Избицер 1993, редней, более широкой части (полностью не
23), хотя это прозвучало, видимо, не совсем сохранился), достаточно небрежным исполне-
убедительно. Поэтому одни авторы, продол- нием орнамента. В свою очередь, общая ком-
жают рассматривать аналогичные изделия в позиционная схема в виде зигзаговидного ор-
качестве моделей повозок (Кульбака, Качур намента сближает каланчакскую модель с на-
2000, 24-26, рис. 4), другие, интерпретируют ходкой из Ростова-на-Дону (Западный) 6/11, в
как детские игрушки типа «люльки» - «колы- меньшей степени, с находкой из могильника
бели», в частности, на основании орнамента, Лысянский II, 5/1 (Избицер 2004, рис. 3/3;
имитирующего плетение лозой (Федяев, Тата- 4/7). Свойственны этому типу моделей и от-
ринов 1997, 22), или же предпочитают назы- верстия, функциональная нагрузка которых
вать их просто «колыбель» (Kaiser 2003, 242). еще требует специального изучения.
Последняя интерпретация, на наш взгляд, бо-
На территории Украины находка из Каланча-
лее реальна, этому не противоречит система
ка не единственная. Известно еще три погре-
отверстий в бортиках этих изделий и на дне,
бальных комплекса, где найдены подобные
как на каланчакской модельке. Очевидно, до-
поделки, территориально охватывающие
казательством именно такой интерпретации
вместе с каланчакской Днепровское Левобе-
служит находка аналогичной модели – «колы-
режье и Подонцовье. Одна из моделек найдена
бели» внутри глиняной модели крытой повоз-
в погребении раннекатакомбного типа на ле-
ки (второй тип по Е.В. Избицер) в погребении
вом берегу Днепра, у г. Васильевка Запорожс-
могильника Чограй VIII, 3/3 (Андреева 1984,
кой обл. – курган 16 погр. 7 (Kaiser, Plešivenko
204), что отражает, очевидно, реальное ис-
2000, 188, Abb. 41,5; Kaiser 2003, Abb. 87). Пос-
пользование детских колыбелей в кибитках.
ледняя не орнаментирована и наиболее близ-
Относительную хронологическую позицию ка известной модельке из ст. Уляп 5/1, но осо-
этого типа моделей Е.В. Избицер определя- бенно из Чограй VШ 3/3 (Андреева 1984, Рис.
ет раннекатакомбным горизонтом (Избицер 2,7; Избицер 2004, рис. 1/9; 5/6). Две другие
1993, 24). В свою очередь, С.Н. Братченко да- происходят из катакомбных погребений По-
тирует часть комплексов вне северокавказс- донцовья: Кондратьевка 1/4 (Кульбака, Качур
кого и предкавказского регионов (например, 2000, 48, рис. 18/1-3) и Покровское 3/8 (Федя-
Ростов-на-Дону 6/11; Каланчак 2/9 и Покровс- ев, Татаринов 1997, 22; Кульбака, Качур 2000,
кое 3/8) средним периодом развития катаком- 25, рис. 4/5).
бных культур, в частности, донецкой (Брат-
ченко 2001, 44). В то же время, последний из Находка модельки из Васильевки имеет осо-
этих комплексов авторы публикации отнесли бенно важное значение для выяснения ниж-
к наиболее позднему этапу донецкой катаком- ней хронологической границы появления
бной культуры (Федяев, Татаринов 1997, 22). аналогичных поделок, так как в погребении
она сопровождалась характерным для Нижне-
В настоящее время Е.В. Избицер оперирует го Поднепровья сосудом раннекатакомбного
15 погребальными комплексами, в которых типа и костяной молоточковидной булавкой
были найдены модельки первого типа, вклю- (Kaiser, Plešivenko 2000, 198-199, Abb. 41/1-3;
чая комплекс из Каланчака (Избицер 2004, Kaiser 2003, 240-242; Abb. 87). Погребение
410), но, к сожалению, опубликованный свод Чограй VШ 3/3, единственное, которое С.Н.
погребальных комплексов с этими предмета- Братченко рассматривает как погребение ран-
ми отсутствует, что усложняет их изучение. Из некатакомбного времени, исходя из известных
15 учтенных комплексов Е.В. Избицер упоми- ему полных комплексов (Братченко 2001, 44),
нается восемь, а иллюстративно представлены также сопровождалось костяной булавкой, но
только пять из них (Избицер 2004, 410, рис. 1; другого типа – с сигаровидным стержнем и
3; 4; 5; 6). Мы приводим список из 12 комплек- рожковидной головкой (Андреева 1984, рис.
сов, известных нам по литературе (Табл. 1). 3/3; 1989, рис. 4/2). Собственно, раннеката-
При сопоставлении с другими однотипными комбным временем этот комплекс датировала
предметами модель из Каланчака отличает- уже М.В. Андреева (Андреева 1984, 204; 1989,

37
I. Studii

72), что соответствовало, очевидно, горизонту ца интерпретирует как раннекатакомбные


С по периодизации В.Н. Сафронова (Андреева преддонецкие, синхронные позднеямным, в
1989, 70). Комплексы же из Каланчака, Кон- то время как С.Н. Братченко определял их уже
дратьевки и Покровского, как упоминалось как ранний этап донецкой катакомбной куль-
выше, С.Н. Братченко относит к среднему пе- туры, которому предшествуют позднеямные
риоду развития катакомбных культур (Брат- погребения (Кияшко 1999, 171).
ченко 2001, 44).
Что касается Северного Приазовья, то А.В.
В погребении Уляп 5/1 найдены бронзовые Кияшко упоминает в этой связи комплексы
посоховидные булавки, появление которых из Каланчака и Кондратьевки в контексте
на других территориях (Нижний Дон, степное возможного выделения на этой территории
Предкавказье), как предполагают исследова- памятников раннего этапа азово-днепровской
тели, относится ко времени исчезновения из культуры, по терминологии, предложенной
погребального обряда костяных молоточко- С.Н. Братченко и О.Г. Шапошниковой еще
видных булавок, что соответствует третьему, в 1985 году (Братченко, Шапошникова 1985,
раннедонецкому периоду развития катаком- 412-415)3, и который мог бы соответствовать
бной культуры на Нижнем Дону по периоди- третьему, раннедонецкому периоду Нижнего
зации А.В. Кияшко (Кияшко 1999, 81-82, 163- Дона (Кияшко 1999, 174), и, следовательно,
166). Модель из этого комплекса Е.В. Избицер ранней фазе среднего периода развития до-
называет наиболее ранней из известных (Из- нецкой культуры на Северском Донце по С.Н.
бицер 2004, 416). В то же время по В.А. Три- Братченко или раннедонецкому (кубковому)
фонову, комплекс Уляп 5/1 относится к началу этапу по С.А. Смирнову. Тем не менее, подоб-
второго этапа северокавказской культуры, что ная относительная хронология катакомбных
соответствует, по его мнению, раннекатаком- памятников Приазовья при сопоставлении с
бной группе на Правобережье Кубани, в Кал- нижнедонской, представленной А.В. Кияшко,
мыкии и в Центральном Ставрополье (Трифо- пока маловероятна. Например, согласно пе-
нов 1991, 140-141; 144, рис. 19). риодизации С.Н. Санжарова для Северо-Вос-
точного Приазовья, погребения с моделька-
В свою очередь, А.В. Кияшко синхронизирует
ми, за исключением васильевского, должны
прикубанские раннекатакомбные памятники
соответствовать катакомбным памятникам
с третьим периодом своей периодизации ка-
позднего этапа, куда включены памятники
такомбной культуры Нижнего Дона, то есть
ингульского и бахмутского типов и небольшое
раннедонецким, занимающим место между
количество погребений донецкой катакомб-
собственно раннекатакомбными (второй пе-
ной культуры (Санжаров 2001, 70-128). Тог-
риод развития культуры позднеямного-ран-
да, комплекс из Васильевки, очевидно, может
некатакомбного времени) и классическими
соответствовать второму периоду развития
донецкими памятниками, а материалы Кал-
культуры позднеямного-раннекатакомбного
мыкии и Ставрополья с горизонтом С по В.А.
времени на Нижнем Дону по А.В. Кияшко,
Сафронову, но с определенными поправками
т.е. преддонецкому периоду, учитывая нали-
в отношении к последнему (Кияшко 1999, 81-
чие ребристости на плечиках сосуда и гори-
82; 162-166; табл. 7).
зонтальной схемы построения его орнамента
С другой стороны, согласно А.В. Кияшко (Ки- (Кияшко 1999, 79).
яшко 1999, 170-171, табл. 6), этот период в По-
На этом фоне раннекатакомбный погребаль-
донцовье соответствует ранней фазе среднего
ный комплекс из Васильевки на Левобережье
периода донецкой катакомбной культуры со
Днепра с моделькой первого типа, сопровож-
ссылкой на схему С.Н. Братченко, предвари-
давшийся выразительным набором предме-
тельно опубликованную им в качестве тезисов
тов, приобретает важное значение для пост-
в 1989 году (Братченко 1989, 27-29) или собс-
роения сравнительных хронологических схем
твенно раннедонецким (кубковый этап), по
для разработки в будущем более детальной
более поздней периодизации А.М. Смирнова
периодизации катакомбных памятников Под-
(Смирнов 1996, рис. 48). А.В. Кияшко исполь-
непровья и степного Приазовья.
зует терминологию А.М. Смирнова, который
наиболее ранние катакомбы Северского Дон- 3
Точнее, днепро-азовская катакомбная культура.

38
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

В.А. Трифонов и А.В. Кияшко подчеркивают, вать, в целом, как относительно синхронный
что на Нижнем Дону и в степном Предкавка- васильевскому комплексу.
зье, в частности, в Прикубанье, погребения с
В этом контексте, очевидно, попытка Е.В. Из-
костяными и бронзовыми молоточковидны-
бицер наметить эволюцию глиняных моделей
ми булавками предшествуют погребениям с
второго типа от находки в комплексе Уляп 5/4
посоховидными (Трифонов 1991, 141; Кияшко
к находке в комплексе Чограй VIII, 3/3 (где
1999, 163-164)4. Можно ли в этом случае пред-
такая модель была найдена вместе с моделью
положить, что комплекс из Васильевки может
первого типа), основанная прежде всего на
быть древнее комплекса Уляп 5/1, где пред-
особенностях орнамента и техники его нане-
ставлены посоховидные булавки и который
сения (Избицер 2004, 416-417), нуждается в
В.А. Трифонов относит к началу второго этапа
дополнительной аргументации, так как нет
северокавказской культуры (Трифонов 1991,
уверенности, что модель второго типа из Уляп
144), а В.И. Марковин причисляет к ранним,
5/4 действительно наиболее ранняя из них.
но несколько более поздним, чем наиболее
Но, при этом, нельзя отрицать продолжитель-
древние северокавказские погребения с «май-
ность существования обряда сопровождения
копскими» чертами (Марковин 1994, 261)? Не
умерших глиняными модельками, прежде все-
исключено, что здесь необходимо учитывать
го, первого типа, по Е.В. Избицер, временную
возможные региональные особенности хроно-
изменчивость которых трудно установить. Тем
логии отдельных категорий вещей, но сделать
не менее, исходя из известных нам комплек-
это достаточно сложно в настоящий момент5.
сов, можно предположить, что неорнаменти-
Более поздним, чем васильевский представ- рованные модельки первого типа могли быть
ляется также погребальный комплекс со наиболее ранними. Но это предположение
скорченным на правом боку скелетом, в яме требует дополнительной аргументации.
с уступами из могильника Лысянский II, 5/1
О том, что катакомбные погребения, сопро-
(Парусимов 1997, 20-21, рис. 29-31). На этом
вождавшиеся модельками первого типа, мог-
фоне комплекс Чограй VIII, 3/3, сочетающий
ли существовать в широком хронологическом
катакомбу и вытянутый обряд северокавказс-
диапазоне свидетельствуют сравнительные
кой культуры, возможно, следует рассматри-
материалы нижнедонских, предкавказских и
приднепровских погребений, где определяю-
щее значение имеет хронологическая «оппо-
4
Хотя В.А. Трифонов оговаривает этот момент, упоминая
комплекс Константиновское плато, 2/7 (Трифонов 1991, зиция» васильевского и каланчакского комп-
141, примечание 41). лексов. Последний, как мы отмечали выше, в
5
Ко времени распространения посоховидных булавок на отличие от раннекатакомбного комплекса из
территории Украины относится катакомбный комплекс
из Присамарья, на Левобережье Днепра, у с. Богдановка Васильевки, С.Н. Братченко относит к значи-
7/11, в котором помимо бронзовой посоховидной булавки, тельно более позднему времени, а именно, к
характерных бронзовых биконических бус и ложковид- среднему этапу развития катакомбных памят-
ной подвески были найдены также и костяные трубочки,
раскрашенные красной краской (Марина, Фещенко 1989, ников (Братченко 2001, 44). Но дело в том, что
рис. 2, 2-7). Авторы отнесли этот комплекс к манычскому позднекатакомбный период для С.Н. Брат-
типу и рассматривают его как несомненное свидетельство
ченко по сути отвечает уже началу перемен,
миграции носителей этой культурной группы в Днепров-
ское Левобережье (Марина, Фещенко 1989, 59-60). Сопро- приведших к смене культур (Братченко 1989,
вождающая это погребение керамика также свидетель- 29), а следовательно, началу становления ба-
ствует о достаточно позднем времени этого погребения
(Марина, Фещенко 1989, рис. 2, 3). Еще одна находка го-
бинской культуры6. Этот период исследовате-
ловки полусферической формы с остатками обломанного лями характеризуется по-разному, включая
в древности (?), круглого в сечении стержня бронзовой
булавки, возможно, посоховидной, была найдена в погре- 6
По сути, трехступенчатую периодизацию катакомбной
бении ингульской катакомбной культуры вместе с типич- культуры, в частности, для территории степного Под-
ной для этой культуры чашей с ушком у с. Большая Бело- непровья, отстаивал одно время С.Ж. Пустовалов: ранний
зерка, Каменско-Днепровского р-на, Запорожской обл. (к. горизонт – раннекатакомбные погребения, средний – ин-
21, погр. 36) (рис. 5). Это погребение было в кургане одним гульские, поздний – предмноговаликовый (предбабин-
из наиболее ранних впускных погребений в кругу других ский), как компонент в сложении бабинской культуры
захоронений ингульской катакомбной культуры, однако, (Пустовалов 1979; 1982). Но находясь в плену абстрактно
ему предшествовали погребения не только ямной культу- построенной сословно-кастовой модели и желания ее до-
ры, но и раннекатакомбное (погр. 9), что четко отражено в казать любыми методами, он отказался от своих выводов
профилях кургана (Отрощенко и др. 1978, 37-64). в последующих работах (Telegin et al. 2003).

39
I. Studii

и терминологию. Для зоны северопричерно- в качестве антропоморфных символов и гли-


морских степей аналогичные каланчакскому няные модельки – «колыбельки», как пишет
погребения давно известны в литературе как Е.В. Избицер «...отражают элемент непосредс-
погребения ингульской (днепро-азовской) твенного участия северокавказской культуры
катакомбной культуры (Шапошникова и др. в сложении раннекатакомбных памятников
1977, 33; Братченко, Шапошникова 1985, 415- на территории Предкавказья и Поднепро-
417). Их более поздний возраст по отношению вья», которые, к тому же, дополнительно мар-
к раннекатакомбным комплексам подтверж- кируют продвижение части северокавказско-
дается многочисленными стратиграфически- го населения на Нижний Дон и в Поднепровье
ми наблюдениями в курганах, включая не- (Избицер 2004, 418-419)? На наш взгляд, этот
однократные случаи прямой стратиграфии, тезис нуждается в более детальной аргумен-
где раннекатакомбные погребения всегда тации, поскольку возникает следующий воп-
предшествовали ингульским с вытянутым об- рос, действительно ли речь идет о непосредс-
рядом положения умерших (например, Ша- твенном участии населения северокавказской
пошникова и др. 1977, 29). Это, в свое время, культуры или же о влияниях, формы которых
доказал Г.Л. Евдокимов, выделив общий ран- нужно еще установить, во всяком случае, для
некатакомбный (преддонецкий) горизонт ка- территории северопричерноморских степей?
такомбных памятников и предположив также Так, например, для северокавказской куль-
наличие соответствующего ему раннего, «до- туры катакомбный обряд не характерен, но
классического» этапа в развитии донецкой типичным является вытянутое положение
катакомбной культуры (Евдокимов 1979), что погребенных, что, в свою очередь, было не
подтвердилось исследованиями последующе- свойственно обряду донецкой катакомбной
го времени. культуры и раннекатакомбным памятникам
понтийских степей. Очевидно, в данном слу-
Е.В. Избицер отмечает связь костяных трубо-
чае необходимо указывать о какой катакомб-
чек или так называемых «флейт Пана», ко-
ной культуре идет речь. В Северном Причер-
торые часто встречены в одних комплексах с
номорье вытянутый обряд в катакомбах типи-
модельками, с глиняными антропоморфны-
чен для ингульской катакомбной культуры. С
ми статуэтками (Избицер 2004, 410-415), что
другой стороны, В.И. Марковин, считает, что
представляется крайне интересным наблюде-
на формирование северокавказской культуры
нием. Отметим только, что «флейты» появля-
определенное влияние имели степные племе-
ются в «позднеямных» погребениях, связан-
на, в первую очередь, катакомбной культуры
ных со скорченным на боку обрядом. Причем,
(Марковин 1994, 258). Следовательно, можно
основной ареал их распространения связан
ли говорить в данном случае о восприятии
с территорией Приазовья, включая Нижнее
населением северокавказской культуры ката-
Подонье (Кияшко 1999). По подсчетам одного
комбы как погребального сооружения от сосе-
из авторов, например, среди 589 ямных пог-
дей еще в раннекатакомбный период, исходя
ребений бассейна р. Молочной, «флейты» из
из датировки комплекса Чонград VIII, 3/3?
4-6 трубочек сопровождали пять погребений,
из них: три детских, одно кенотаф (возможно, Совершенно очевидно, что в контексте тер-
детское с истлевшим скелетом) и одно взрос- риториального распространения глиняных
лое (Рассамакин 1992, 103-104). Полный обзор моделек за пределами Северного Кавказа и
таких комплексов не входит в задачу данной Предкавказья культурно-хронологическое
статьи. соотношение комплексов из Васильевки и
Каланчака может отражать продолжитель-
Нельзя исключить предположение, что в не-
ность существования традиции помещения
которых случаях в «позднеямных» погребени-
«флейт Пана» и глиняных моделек в местных
ях вместе с «флейтами Пана» могли находить-
катакомбных культурах, имевших, в отличие
ся и «колыбельки» - игрушки, изготовленные
от северокавказской, устойчивую традицию
из органических материалов, которые в силу
использовать колесный транспорт в погре-
плохой сохранности органики не могли быть
бальном обряде. Об относительной разновре-
идентифицированы. Однако, вопрос заключа-
менности представляемых ими раннеката-
ется в том, действительно ли «флейты Пана»

40
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

комбных и ингульских (средне/позднеката- костным образцам (Табл. 4). Объяснить такую


комбных) памятников мы упомянули выше. ситуацию лишь фактором «старого дерева»
Поэтому в этом контексте интересно сравнить нет оснований, даже с учетом вероятного ис-
имеющиеся радиоуглеродные даты для этих кусственного удревления таких дат на 50-150
территорий. лет. На возможность такого удревления ука-
зывают Н.Н. Ковалюх и С.В. Назаров, но и они
3. Радиоуглеродная хронология оставляют решение этой проблемы открытым
Имеющиеся в нашем распоряжении радиоуг- (Ковалюх, Назаров 1999, 9; Kovalyukh, Nazarov
леродные даты (76 определений) представле- 1999, 17-18).
ны в таблицах 2, 3, 4 и 57. В таблице 5 представ- При сравнительном анализе 14С дат для пог-
лены известные нам даты северокавказской ребальных комплексов вне их стратиграфи-
культуры для трех погребений из Усть-Дже- ческого контекста вообще трудно учесть фак-
гутинского могильника, которые, согласно тор «старого дерева» для радиокарбонных
В.И. Марковину, представляют первый этап дат, полученных по образцам от перекрытий,
развития культуры (Марковин 1994, 293). Но представленных иногда частями повозок (см.,
необходимо отметить, что эти три даты были например, Табл. 2: Виноградное, 24/22, 34;
получены достаточно давно по образцам де- Каменка-Днепровская, 11/9). Установить ре-
рева в Ленинградской лаборатории и требуют альные расхождения таких дат с радиокарбон-
крайне осторожного использования, до полу- ными датами, полученными в последние годы
чения новой серии дат, с использованием но- по костным образцам, практически невозмож-
вых технологий и техники. Кроме того, даты но и мы можем лишь строить всевозможные
для погребений 1 (более древняя) и 2 (более предположения о сомнительных случаях. Э.
поздняя) кургана 24 не соответствуют стратиг- Кайзер, например, не отрицает возможности
рафическому положению этих погребений, такого удревления, учитывая тот факт, что по-
поскольку погребение. 2 предшествовало пог- возки могли использоваться длительное вре-
ребению 1, частично перекрыв его (Нечитайло мя (Kaiser 2003, 74-75). Но, с другой стороны,
1978, 15). Однако, разница радиоуглеродных 14
С даты дерева, из которого делались повозки,
дат настолько значительная, что при калиб- очевидно, отражают период существования
рации их интервалы при 68,2% вероятности соответствующей культуры, помимо того, что
не пересекаются (Табл. 5). Это дает основания часть повозок могла быть изготовлена непос-
для сомнений в достоверности обеих дат или редственно до или для совершения погребе-
же одной из них. ния. Главным вопросом является, собственно,
Фактор достоверности дат актуален для мно- качество образцов дерева и здесь необходимо
гих культур энеолита-бронзы. Иногда не- надеяться на даты, которые могут быть скор-
корректность 14С дат достаточно очевидна на ректированы с помощью дендрохронологи-
фоне имеющихся повторных, более современ- ческого анализа.
ных дат для одних и тех же погребений или Сравнение 14С дат, представленных в табли-
же просто на фоне уже имеющихся серий дат. цах, можно считать формальным, так как со-
Достаточно наглядно это наблюдается при поставляются даты погребений, находящиеся
сопоставлении 14С дат катакомбных погребе- вне четкой стратиграфической взаимосвязи в
ний Сватовского могильника (Табл. 4). Но и рамках одного кургана. Проверка достовернос-
тут нельзя не заметить, что новые даты для ти радиокарбонных дат может осуществлять-
этого могильника, повторно полученные по ся лишь при наличии общих закономерностей
старым образцам дерева, все же достаточно стратиграфического соотношения различных
ранние и резко контрастируют с тремя новы- типов, полученных на разных памятниках и
ми датами для погребений из территориально сравнительного анализа сопутствующего ин-
близких курганов у с. Невское, полученных по вентаря, особенно импортов, если таковые
7
В Табл. 4, кроме дат для погребений донецкой катакомб- имеются. Исключение составляют четыре
ной культуры Подонцовья, включены также две даты для раннекатакомбные погребения (п. 15, 19, 22,
погребений из курганов на р. Молочной, которые, судя 34) из кургана 24 у с. Виноградного на р. Мо-
по обряду и инвентарю, представляются как погребения
мигрантов на эту территорию. лочной, для которых зафиксировано четкое

41
I. Studii

стратиграфическое соотношение как между мятников был составлен график 2, из которого


собой, так и с предшествующими и близкими были исключены явно ошибочные даты, а для
по времени погребениями ямной культуры погребений, имеющих несколько 14С дат, по-
этого же кургана (Görsdorf et al. 2004). В этой лучены комбинированные даты при помощи
связи, правомерность метода сравнения дат на соответствующей программы OxCal v3.8 (см.:
уровне их исходного радиоуглеродного значе- Табл. 6). В этом случае хронологический диа-
ния (ВР), представленного в Таблице 6, может пазон существования раннекатакомбных па-
быть оправдана, так как мы не можем сузить мятников сузился до 28-24 вв. до н.э., исклю-
и скорректировать их значения при калибра- чение составила дата Виноградное 24/19, на
ции, как это было бы возможно при наличии некорректность которой указывалось ранее. В
14
С дат для всей стратиграфической колонки свою очередь, памятники донецкой культуры,
того или иного кургана. При этом четко опре- имеющие более широкий хронологический
деляются некорректные и ошибочные даты. диапазон, охватывают 28-19 вв. до н.э.
Именно наличие такой колонки в упомянутом
Согласно С.Н. Братченко, в Сватовском мо-
кургане 24 у с. Виноградного (Görsdorf et al.
гильнике представлены погребения донецкой
2004, 131-133) дало возможность скорректиро-
культуры среднего и позднего периодов (Brat-
вать некоторые из полученных С14 дат, напри-
chenko 2003, 185-186, 191; Братченко 2004, 179).
мер, для ямных погр. 31 и 7, раннекатакомбно-
Судя по представленным радиоуглеродным
го погр. 19, которые явно не соответствовали
датам, наблюдаеся частичная синхронизация
стратиграфическому положению датирован-
раннекатакомбных памятников Днепровского
ных погребений. Если бы мы не имели четкой
Левобережья, Приазовья и Крыма (График 2)
стратиграфической колонки, тогда формаль-
со средним периодом донецкой катакомбной
ное использование этих дат могло привести к
культуры, по С.Н. Братченко, или же с ранне-
некорректным выводам8.
донецким (кубковым) этапом, по А.М. Смир-
Имеющиеся даты представлены на графике нову, на Северском Донце11. Значит ли это,
19, на котором достаточно отчетливо вычле- что в таком случае собственно раннедонецкий
няются аномальные (ошибочные) даты. Срав- период по С.Н. Братченко или раннекатакомб-
нивая их распределение по трем культурным ный (преддонецкий) по А.М. Смирнову, кото-
группам нельзя не заметить, что даты погре- рый по особенностям обряда и материального
бений раннекатакомбного типа, полученные комплекса погребений должен был бы соот-
в основном по образцам дерева, лишь в двух ветствовать раннекатакомбным памятникам
случаях по кости (Табл. 2), а также, даты до- Северного Причерноморья и их аналогам, дол-
нецкой катакомбной культуры, полученные жен предшествовать им, тем самым являться
исключительно по образцам дерева (Табл. 4), древнейшим локальным раннекатакомбным
охватывают большей частью 2950-2350 гг. до горизонтом?12 Естественно, такая ситуация
н.э.10. Для более корректного представления требует внимательного и объективного анали-
хронологической позиции катакомбных па- за всех имеющихся материалов. Определенное
предостережение уже высказал и С.Н. Брат-
8
В Табл. 2 приведены 14С даты и их калибрация для ран- ченко (Братченко 2004, 186).
некатакомбных погребений кургана 24 у с. Виноградного
без корректировки в соответствии со стратиграфической На фоне раннекатакомбных 14С дат и дат сред-
колонкой. него периода донецкой катакомбной культу-
9
При 68,2% вероятности использовался наиболее пред-
ставительный хронологический диапазон.
ры, явно более молодыми выглядят 14С даты13
10
Существуют еще две даты по костным образцам для
двух раннекатакомбных погребений из кургана «Тарасо- 11
Интересно, что оба погребения «донецких» мигрантов
ва Могила» у г. Орехов на Конке, которые хорошо укла- на Молочной также имеют очень ранние С14 даты. Бо-
дываются в этот интервал. Даты получены в лаборатории лее того, обе они являются наиболее ранними среди всех
Гейдельберга (Германия). Материалы подготовлены к наиболее достоверных дат донецкой культуры. При этом
печати. Очевидно, что при сравнительной характеристи- одна из них, более ранняя, относится, скорее всего к пог-
ке 14С дат определенное значение имеют технологические ребению бахмутского типа (Виноградное, 2/20) (Табл. 2).
аспекты. На таблицах 2 и 3 можно заметить, что даты Что позволяет сомневаться в корректности этих дат.
Берлинской (Bln) и Белфастской (ИВ) лабораторий име- 12
Это отметила также Э. Кайзер (Kaiser 2003, 73), но она
ют всегда значительно меньшие значения ошибки, чем использовала старые даты по Сватовскому могильнику.
даты Киевской лаборатории. Небольшие значения имеют 13
Подавляющее их большинство получено по костным ос-
14
С даты лаборатории Гейдельберга. танкам человека.

42
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

График 1. Датировка катакомбных памятников Днепро-Донецкого междуречья.

погребений ингульской культуры (Граф. 1; 2). исходить из имеющихся 14С дат (Табл. 3, Граф.
За исключением трех из них (Граф. 1), они ле- 2) без их необходимого критического анализа,
жат в диапазоне 25-19 вв. до н.э. Что опреде- как это пытается утверждать С.Ж. Пустовалов
ленно соответствует концу среднего (с элемен- (Telegin et al. 2003). Две C14 даты для погребе-
тами позднего периода) и позднему периодам ний (№№ 30 и 36) кургана 3 у с. Виноградного
донецкой культуры, по С.Н. Братченко, или (Табл. 3) необходимо оценивать в контексте ре-
позднедонецким, по А.М. Смирнову (Граф. 2). альной, а не придуманной стратиграфии кур-
Сомнения возникают относительно наиболее гана, где стратиграфически более раннее ям-
поздних дат, близких концу 37 в. ВР (Табл. 3; ное погребение 25 имеет две несколько более
6). Эта проблема должна решаться в контекс- поздние даты, чем ингульские, и одну слишком
те изучения бабинской культуры и ее радиоуг- позднюю, явно ошибочную 14С дату (Рассамакін
леродной датировки. В настоящее время этот 2005). При калибрации радиокарбонных дат с
вопрос еще слабо исследован. учетом стратиграфических данных, катакомб-
Что касается трех 14С дат для двух погребений ные погребения этого кургана могут получить
(Заможное 5/2 и Белорецкое 1/12) (Табл. 3; значительно более поздние хронологические
Граф. 2), то они не могут рассматриваться как рамки, при минимальной надежности постро-
достоверные, как с точки зрения имеющихся 14С ения общего графика.
дат для всех катакомбных комплексов, вклю-
Заключение
чая раннекатакомбные памятники и донецкую
катакомбную культуру, так и с точки зрения В целом, приведенные даты, в некоторой сте-
относительной хронологии и анализа матери- пени, соответствуют намеченной В.А. Трифо-
альных комплексов. Могильники ингульской новым схеме абсолютной хронологии степных
катакомбной культуры у с. Заможное, так же, культур энеолита-бронзы. Так, раннекатаком-
как и у с. Виноградное, представлявшие по бные погребения Прикубанья, синхронные
сути единую цепь курганов, как по обрядовым памятникам раннего этапа северокавказской
характеристикам, так и по достаточно устой- культуры в Закубанье и Ставрополье, соот-
чивым наборам инвентаря, не дают оснований ветствуют периоду 2900-2500 гг. до. н.э. (ВС),
для их четкой хронологической дифференциа- в то время как позднекатакомбные памятни-
ции и уж тем более, для утверждения об их воз- ки Предкавказья, вплоть до появления между
можном существовании более 1000 лет, если Северским Донцом и Днепром ранних памят-

43
I. Studii

График 2. Абсолютная датировка катакомбных памятников Днепро-Донецкого междуречья.

ников бабинской культуры были датированы в уточнении и хронологические границы выде-


периодом 2500-2100 гг. до н.э. (ВС) (Трифонов ленных периодов, поскольку пока они выгля-
1996, 47-48). Несколько позже, для более ши- дят слабо аргументированными.
рокой зоны, включая степи Северного При-
В целом, из вышеизложенного достаточно
черноморья, В.А. Трифонов уточнил хроноло-
очевидно, что раннекатакомбный комплекс с
гические рамки интересующих нас периодов.
глиняной моделькой «колыбельки» из Васи-
Первый из них он разделяет на два отдельных
льевки и «раннекатакомбно-северокавказс-
периода, на сто лет удревняя датировку его
кий» комплекс из Чограй VIII, 3/3 являются
начала и на столько же омолаживая его завер-
более ранними, чем ингульские из Каланчака
шение. В результате, период появления ран-
и Кондратьевки. Вопрос о комплексах с мо-
некатакомбных памятников на Нижнем Дону
дельками донецкой катакомбной культуры
и Северском Донце был датирован 3000-2700
должен быть уточнен как на региональном
гг. до н.э. (ВС). В этот же период, в северокав-
уровне, так и в контексте развития степных
казских степях вплоть до юга Калмыкии, рас-
культур средней бронзы, так как нет оснований
пространяются памятники северокавказской
для полной синхронизации раннекатаком-
культуры. В период 2700-2500 гг. до н.э. (ВС)
бного горизонта памятников Днепровского
раннекатакомбные памятники занимают зону
Левобережья, Приазовья и Северного Крыма
от Нижнего Дона до Днепра и Прикубанья,
со средним периодом донецкой катакомбной
а северокавказская культура ограничивается
культуры. С другой стороны, весьма заман-
территориально предгорьями Центрального
чивой выглядит возможность поиска связей
Кавказа (Трифонов 2001, 79-80). В последую-
в развитии северокавказской культуры (сред-
щий период, 2500-2200 гг. до н.э. (ВС) исследо-
ний и поздний этапы) с процессом формиро-
ватель включает различные степные катаком-
вания и/или развитием ингульской катакомб-
бные культуры – предкавказскую, батуринс-
ной культуры. Не исключено, что погребения
кую, манычскую, бахмутскую и ингульскую,
ингульской катакомбной культуры с модель-
синхронные с поздними памятниками севе-
ками «колыбелек» и упомянутый комплекс из
рокавказской культуры (Трифонов 2001, 80).
Большой Белозерки с фрагментом бронзовой
Правда, В.А. Трифонов не упоминает донецкую
посоховидной (?) булавки (см. примечание 5 и
катакомбную культуру и остается неясным, к
рис. 5) могут очертить как раз раннюю фазу в
какому из периодов она относится или как она
развитии собственно ингульской культуры, но
распределяется по этим периодам. Нуждаются
не раннекатакомбный период в целом.

44
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

Табл. 1
Список глиняных моделей первого (по Е.В. Избицер) типа или т.н. “колыбелек”

№ Пункт Культура Публикация или упоминание


Закубанье (Лаба)
1 Уляп (Ульский аул), 5/1 северокавказская
2 Уляп (Ульский аул), 5/4 северокавказская
Маныч
Андреева 1984, рис. 2/7; 1989, рис.
м-к “Чограй VIII”, Арзгирский р-н, катакомбно -
3 4/1-7
Ставропольский край, РФ, 3/3, северокавказского типа
м-к “Чограй IX”, Арзгирский р-н,
4 ? Избицер 2004, 410
Ставропольский край, РФ, 2/8
м-к “Лысянский II”, с. Киевка, Ремон- скорченное на правом
5 Парусимов 1997, 20-21, рис. 29-31
тненский р-н, Ростовская обл., РФ, 5/1 боку, в яме с уступами
Нижний Дон
донецкая катакомбная
6 г. Ростов-на-Дону, РФ, 6/5 Избицер 2004, 410
(?)
Братченко 1976, 142, рис. 72/19;
7 г. Ростов-на-Дону, РФ, 6/11 донецкая катакомбная
Избицер 2004, 410, рис. 3
Северо-Западное Приазовье
8 район Таганрога (?), РФ ? Кульбака, Качур 2000, 25
Северский Донец
с. Кондратьевка, Константиновский ингульская
9 Кульбака, Качур 2000, 48, рис. 18/1-3
р-н, Донецкая обл., Украина, 1/4 катакомбная
с. Покровское, Артемовский р-н, Федяев, Татаринов 1997, 22;
10 донецкая катакомбная
Донецкая обл., Украина, 3/8 Кульбака, Качур 2000, 25, рис. 4,5
г. Васильевка, Запорожская обл., ранний катакомбный
11 Kaiser, Plešivenko 2000, 188, Abb. 41
Украина, 16/7 тип
г. Каланчак, Херсонская обл., ингульская
12 Евдокимов и др. 1978, 69-72
Украина, 2/9 катакомбная

Табл. 2
Радиоуглеродные даты погребений раннекатакомбного типа
Северного Приазовья, Левобережья Днепра и Северного Крыма

Пункт и год Кург./ № ВС


№ Образцы ВР Литература
раскопок погр. лаборат. (OxCal v.3.8)
68.2% probability Telegin et al.
2580 (68.2%) 2340 2003, 164-165;
1 11/9 дерево Кі-3368 3960±70 95.4% probability Маллорі,
2850 (1.0%) 2800 Телегін 1994,
2700 (94.4%) 2200 3114
68.2% probability
2620 (68.2%) 2460
2 г. Каменка- дерево Кі-7098 4015±60 95.4% probability
Днепровская, 1986 2900 (5.8%) 2800
Запорожская обл. 2750 (89.6%) 2300
68.2% probability
2620 (56.7%) 2560
2520 (11.5%) 2500
3 дерево ИВ-3135 4062±19 95.4% probability
2840 (5.8%) 2810
2660 (68.4%) 2560
2540 (21.2%) 2490

В первой публикации дана дата 3900±50, а не 3960±70 (Маллорі, Телегін 1994, 31). Определить точную даты нам не
14

удалось, поэтому приводим здесь дату по последней публикации.

45
I. Studii

Пункт и год Кург./ № ВС


№ Образцы ВР Литература
раскопок погр. лаборат. (OxCal v.3.8)
68.2% probability
3090 ( 5.7%) 3060
3030 (62.5%) 2910
4 дерево Кі-3592 4370±50
95.4% probability
3320 ( 4.3%) 3230
3110 (91.1%) 2880
68.2% probability
2920 (26.2%) 2840
Telegin et al.
2820 (28.3%) 2740
5 2/6 кость Кі-9394 4230±70 2003, 164
2730 (13.7%) 2670
с. Виноградное,
95.4% probability
1982,
3010 (95.4%) 2580
Токмакский р-н,
68.2% probability
Запорожская обл.
2840 ( 7.4%) 2810
6 кость Кі-9544 4060±70 2680 (60.8%) 2480
95.4% probability
2880 (95.4%) 2460
68.2% probability
с. Виноградное, 2880 (13.1%) 2830
Назаров,
1983, 2820 (51.5%) 2660
7 4/6 дерево Кі-7094 4150±65 Ковалюх 1999,
Токмакский р-н, 2650 ( 3.6%) 2630
76
Запорожская обл. 95.4% probability
2900 (95.4%) 2570
68.2% probability
2860 (18.3%) 2810
2750 ( 9.0%) 2720 Görsdorf et al.
8 24/15 дерево Bln-4696 4113±42
2700 (40.9%) 2570 2004, Table 1
95.4% probability
2880 (95.4%) 2570
с. Виноградное, 68.2% probability
1984, 3020 (57.2%) 2860
Токмакский р-н, 2810 (11.0%) 2760 Telegin et al.
9 24/19 кость Кі-9401 4280±70
95.4% probability 2003, 164
Запорожская обл. 3100 (69.9%) 2830
2820 (25.5%) 2660
68.2% probability
2870 (19.6%) 2800
Görsdorf et al.
10 24/22 дерево Bln-4692 4131±39 2760 (48.6%) 2620
2004, Table 1
95.4% probability
2880 (95.4%) 2580
68.2% probability
с. Виноградное, 2880 (12.2%) 2840
1985, 2820 (31.8%) 2740 Маллорі,
11 Токмакский р-н, 24/34 дерево ИВ-3133 4160±19 2730 (24.1%) 2670 Телегін 1994,
95.4% probability c. 30
Запорожская обл. 2880 (19.1%) 2830
2820 (76.3%) 2660
68.2% probability
с. Болотное, 1978, 2860 (6.7%) 2810
Джанкойский р- 2750 (2.2%) 2720
Telegin et al.
12 н, Автономная 14/28 дерево Кі-1200 4020±90 2700 (58.5%) 2450
2003, 165
Республика Крым 2420 ( 0.7%) 2250
95.4% probability
2900 (95.4%) 2250

46
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

Табл. 3
Радиоуглеродные даты погребений ингульской катакомбной культуры бассейна
р. Молочной и Днепро-Молочанского междуречья

Пункт и год Кург./ ВС


№ Образцы № лабор. ВР Литература
раскопок Погр. (OxCal v.3.8)
68.2% probability
с. Жовтневое,
2480 (68.2%) 2290
1980, Токмакский Telegin et al.
1 3/3 кость Кі-9405 3910±60 95.4% probability
р-н, Запорожская 2003, 164
2570 ( 6.7%) 2510
обл.
2500 (88.7%) 2200
68.2% probability
3090 (11.6%) 3050
3030 (56.6%) 2900
Telegin et al.
2 5/2 кость Кі-9418 4370±60 95.4% probability
2003, 164
3330 ( 9.9%) 3210
3180 ( 1.1%) 3150
3120 (84.4%) 2880
68.2% probability
2480 (68.2%) 2290
3 6/2 кость Кі-9416 3920±60 95.4% probability
2570 (89.7%) 2270
с. Заможное, 1981,
2260 ( 5.7%) 2200
Токмакский р-н,
68.2% probability
Запорожская обл.
2300 (61.2%) 2130
2090 ( 7.0%) 2050
4 8/1 кость Кі-9403 3780±60
95.4% probability
2460 ( 7.3%) 2360
2350 (88.1%) 2030
68.2% probability
2340 ( 2.0%) 2320
2310 (56.6%) 2120
5 кость Кі-9522 3780±70
2090 ( 9.6%) 2040
95.4% probability
2460 (95.4%) 2020
68.2% probability
с. Заможное, 1985, 2130 ( 7.4%) 2090
6 Токмакский р-н, 15/4 кость Кі-9391 3605±70 2050 (60.8%) 1880
Запорожская обл. 95.4% probability
2150 (95.4%) 1750
68.2% probability
2840 ( 3.5%) 2810
Telegin et al.
7 3/36 кость Кі-9390 4020±70 2670 (64.7%) 2460
2003, 64
95.4% probability
с. Виноградное, 2900 (95.4%) 2300
1982, 68.2% probability
Токмакський р-н, 2620 ( 1.2%) 2610
Запорізька обл. 2580 (59.5%) 2400
8 3/30 кость Кі-9417 3980±70 2390 ( 7.6%) 2340
95.4% probability
2850 ( 2.8%) 2800
2750 (92.6%) 2200
68.2% probability
с. Виноградное, 2570 (16.5%) 2520
1983, 2500 (51.7%) 2340
9 8/1 кость Кі-9543 3950±60
Токмакский р-н, 95.4% probability
Запорожская обл. 2620 (94.2%) 2270
2250 ( 1.2%) 2230

47
I. Studii

Пункт и год Кург./ ВС


№ Образцы № лабор. ВР Литература
раскопок Погр. (OxCal v.3.8)
68.2% probability
2340 ( 2.0%) 2320
2310 (56.6%) 2120
10 кость Кі-9397 3780±70
2090 ( 9.6%) 2040
95.4% probability
2460 (95.4%) 2020
68.2% probability
2490 (68.2%) 2290
11 23/5 кость Кі-9393 3920±70
95.4% probability
с. Виноградное, 2580 (95.4%) 2190
1984, 68.2% probability
Токмакский р-н, 2460 (59.5%) 2270
Запорожская обл. 2250 ( 8.7%) 2210
12 кость Кі-9407 3860±70
95.4% probability
2570 ( 1.4%) 2530
2500 (94.0%) 2130
68.2% probability
2550 ( 1.6%) 2530
2490 (64.9%) 2280
13 33/4 кость Кі-9408 3910±80
2250 ( 1.8%) 2230
95.4% probability
2620 (95.4%) 2140
с. Виноградное,
68.2% probability
1985,
2200 (68.2%) 2020
14 Токмакский р-н, 33/3 кость Кі-9400 3710±60
95.4% probability
Запорожская обл
2290 (95.4%) 1940
68.2% probability
2130 (15.8%) 2080
15 34/9 кость Кі-9410 3640±60 2050 (52.4%) 1920
95.4% probability
2200 (95.4%) 1870
68.2% probability
3310 (12.3%) 3230
3110 (55.9%) 2920 Telegin et al.
16 1/12 кость Кі-9546 4420±60
95.4% probability 2003, 164
с. Белорецкое, 3340 (31.9%) 3150
1980, 3140 (63.5%) 2910
Веселовский р-н, 68.2% probability
Запорожская обл. 3090 ( 6.5%) 3060
3030 (61.7%) 2900
17 кость Кі-9398 4360±60
95.4% probability
3330 ( 7.2%) 3220
3120 (88.2%) 2880
с. Старобогданов- 68.2% probability
ка, 1980, Михай- 2210 (68.2%) 1890 Телегин
18 1/8 дерево Кі-2092 3670±110
ловский р-н, Запо- 95.4% probability 1992, 71
рожской обл. 2450 (95.4%) 1700
68.2% probability
2390 ( 1.5%) 2380
2350 (66.7%) 2200 Görsdorf
19 5 кость Bln-5240 3835±38
95.4% probability 2003, 400
2460 (93.7%) 2190
г. Запорожье,
2170 ( 1.7%) 2150
курган
68.2% probability
“Вознесенский”
2460 (33.8%) 2360
2350 (34.4%) 2280
20 14 кость Bln-5209 3866±32
95.4% probability
2470 (86.8%) 2270
2260 ( 8.6%) 2200

48
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

Табл. 4
Радиоуглеродные даты погребений донецкой катакомбной культуры басcейнов
р. Северский Донец и р. Молочной15

Пункт и год Кург./ № ВС


№ Образцы ВР Литература
раскопок погр. лаборат. (OxCal v.3.8)
Северский Донец
68.2% probability
2120 ( 3.7%) 2090 Bratchenko
1 2/2 дерево Кі-620 3560±120 2040 (64.5%) 1740 2003, 186,
95.4% probability Table 1
2300 (95.4%) 1550
68.2% probability
1630 (65.5%) 1190
1180 ( 1.5%) 1160
2 3/2 дерево Кі-621 3150±180
1150 ( 1.2%) 1130
95.4% probability
1900 (95.4%) 900
68.2% probability
2340 ( 5.0%) 2320
2310 (63.2%) 2200
3 4/5 дерево Кі-892 3820±35 95.4% probability
2460 (10.0%) 2360
2350 (78.1%) 2190
2180 ( 7.2%) 2140
68.2% probability
2200 (68.2%) 2020
4 5/1 дерево Кі-906 3710±60
95.4% probability
2290 (95.4%) 1940
68.2% probability
г. Сватово, 1973- 1610 ( 4.4%) 1580
5 74, Луганская 7/5 дерево Кі-1568 3200±70 1540 (63.8%) 1400
обл.. 95.4% probability
1640 (95.4%) 1310
68.2% probability
2130 ( 7.1%) 2090
2050 (57.9%) 1870 Телегин 1992,
6 8/2 дерево Кі-1564 3600±75
1840 ( 2.1%) 1820 71
95.4% probability
2150 (95.4%) 1740
68.2% probability
2440 ( 7.9%) 2370
Bratchenko
2350 (56.1%) 2130
7 12/2 дерево Кі-1558 3800±90 2003, 186,
2090 ( 4.2%) 2050
Table 1
95.4% probability
2480 (95.4%) 1970
68.2% probability
2580 (62.8%) 2340 Bratchenko
8 дерево Кі-9857 3960±70 95.4% probability 2003, 187,
2850 ( 1.0%) 2800 Table 2
2700 (94.4%) 2200
68.2% probability
2900 (19.9%) 2830 Bratchenko
9 12/4 дерево Кі-1559 4200±80 2820 (48.3%) 2670 2003, 186,
95.4% probability Table 1
3050 (95.4%) 2450

Знаком вопроса отмечены погребения, которые могут относиться к бахмутскому или манычскому типам катакомбных
15

погребений.

49
I. Studii

Пункт и год Кург./ № ВС


№ Образцы ВР Литература
раскопок погр. лаборат. (OxCal v.3.8)
68.2% probability
2840 ( 5.7%) 2810 Bratchenko
10 дерево Кі-9858 4055±70 2670 (62.5%) 2470 2003, 187,
95.4% probability Table 2
2880 (95.4%) 2450
68.2% probability
2860 (14.4%) 2800
2760 ( 7.9%) 2720
11 12/5 дерево Кі-9859 4090±70 2700 (41.6%) 2560
2520 ( 4.3%) 2490
95.4% probability
2880 (95.4%) 2480
68.2% probability
2900 (18.9%) 2830 Bratchenko
12 12/9 дерево Кі-1560 4200±65 2820 (49.3%) 2670 2003, 186,
95.4% probability Table 1
2920 (95.4%) 2580
68.2% probability
2840 ( 3.5%) 2810 Bratchenko
13 дерево Кі-9860 4020±70 2670 (64.7%) 2460 2003, 187,
95.4% probability Table 2
2900 (95.4%) 2300
68.2% probability
3520 (49.0%) 3320
Bratchenko
3230 (10.4%) 3170
14 13/2 дерево Кі-1561 4600±75 2003, 186,
3160 ( 8.8%) 3110
Table 1
95.4% probability
2650 (95.4%) 3050
68.2% probability
2860 (10.4%) 2810
2750 ( 4.1%) 2720 Telegin et al.
15 дерево Кі-1561а 4070±80
2700 (53.6%) 2490 2003, 166
95.4% probability
2890 (95.4%) 2450
68.2% probability
2870 (19.8%) 2800
Bratchenko
2780 (48.4%) 2620
16 дерево Кі-9861 4140±70 2003, 187,
95.4% probability
Table 2
2900 (92.7%) 2560
2530 ( 2.7%) 2490
68.2% probability
2870 (15.5%) 2800
Bratchenko
2760 (50.1%) 2560
17 16/1 дерево Кі-1562 4100±80 2003, 186,
2520 ( 2.7%) 2500
Table 1
95.4% probability
2880 (25.4%) 2480
68.2% probability
2870 (16.6%) 2800 Bratchenko
18 дерево Кі-9862 4110±80 2760 (51.6%) 2570 2003, 187,
95.4% probability Table 2
2890 (95.4%) 2480
68.2% probability
Bratchenko
1610 (68.2%) 1390
19 18/1 дерево Кі-1229 3200±90 2003, 186,
95.4% probability
Table 116
1690 (95.4%) 1260

16
В другой публикации в одном и том же издании дата с тем же лабораторным номером представлена как: 3990±80
(Telegin et al. 2003, 166).

50
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

Пункт и год Кург./ № ВС


№ Образцы ВР Литература
раскопок погр. лаборат. (OxCal v.3.8)
68.2% probability
2840 ( 4.1%) 2810 Bratchenko
20 дерево Кі-9863 4030±70 2670 (64.1%) 2460 2003, 187,
95.4% probability Table 2
2900 (95.4%) 2300
68.2% probability
2900 (19.9%) 2830 Bratchenko
21 18/3 дерево Кі-1584 4200±80 2820 (48.3%) 2450 2003, 186,
95.4% probability Table 1
3050 (95.4%) 2450
68.2% probability
Bratchenko
2490 (68.2%) 2290
22 дерево Кі-9864 3920±70 2003, 187,
95.4% probability
Table 2
2580 (95.4%) 2190
68.2% probability
2130 ( 7.1%) 2090
2050 (57.9%) 1870 Bratchenko
23 18/4 дерево Кі-1564 3600±75 1840 ( 2.1%) 1820 2003, 186,
1800 ( 1.1%) 1780 Table 1
95.4% probability
2150 (95.4%) 1740
68.2% probability
2470 (66.3%) 2280
2250 ( 1.9%) 2230 Bratchenko
24 дерево Кі-9865 3890±70 95.4% probability 2003, 187,
2570 ( 5.1%) 2510 Table 2
2500 (88.3%) 2190
2170 ( 2.0%) 2140
68.2% probability
3630 (14.3%) 3580
Bratchenko
3530 (14.3%) 3490
25 19/1 дерево Кі-1565 4700±70 2003, 186,
3470 (39.5%) 3370
Table 1
95.4% probability
3640 (94.4%) 3360
68.2% probability
2880 (13.2%) 2830 Bratchenko
26 дерево Кі-9866 4155±60 2820 (55.0%) 2630 2003, 187,
95.4% probability Table 2
2890 (95.4%) 2570
68.2% probability
3350 (68.2%) 3090 Bratchenko
27 20/1 дерево Кі-1566 4500±80 95.4% probability 2003, 186,
3500 ( 1.0%) 3450 Table 1
3400 (94.4%) 2900
68.2% probability
2860 (15.6%) 2800
Bratchenko
2760 (50.9%) 2570
28 дерево Кі-9867 4100±70 2003, 187,
2520 ( 1.7%) 2500
Table 2
95.4% probability
2880 (95.4%) 2480
68.2% probability
2470 (68.2%) 2300 Bratchenko
29 20/3 дерево Кі-1567 3900±50 95.4% probability 2003, 186,
2560 ( 1.7%) 2530 Table 1
2500 (93.7%) 2200

51
I. Studii

Пункт и год Кург./ № ВС


№ Образцы ВР Литература
раскопок погр. лаборат. (OxCal v.3.8)
68.2% probability
2840 ( 5.0%) 2810
Bratchenko
2670 (63.2%) 2470
30 дерево Кі-9868 4050±60 2003, 187,
95.4% probability
Table 2
2870 (11.9%) 2800
2780 (83.5%) 2460
68.2% probability
2130 ( 7.6%) 2090 Klochko,
2050 (60.6%) 1880 Sanzharov
31 2/5 кость Кі-9520 3610±70
95.4% probability 2003, 209,
2200 ( 1.4%) 2170 Table 1
2150 (94.0%) 1760
68.2% probability
2140 (16.7%) 2080
с. Невское, 1998,
2060 (51.5%) 1910
32 Луганская обл. 2/10 кость Кі-9521 3640±70
95.4% probability
2210 (91.3%) 1870
1850 ( 4.1%) 1770
68.2% probability
2200 ( 3.3%) 2170
33 5/6 кость Кі-9522 3680±70 2150 (64.9%) 1960
95.4% probability
2290 (95.4%) 1880
68.2% probability
2430 ( 0.8%) 2420
2400 ( 6.7%) 1380 Телегин 1992,
34 5/4 дерево Кі-890 3840±40
2350 (60.7%) 2200 70
95.4% probability
2470 (95.4%) 2190
с. Николаевка,
68.2% probability
1971, Станично-
2490 (68.2%) 2280 Telegin et al.
35 Луганский р-н, 5/5 дерево Кі-616 3910±70
95.4% probability 2003, 166
Луганская обл.
2580 (95.4%) 2190
68.2% probability
2570 (16.8%) 2510
36 5/10 дерево Кі-618а 3950±70 2500 (51.4%) 2340
95.4% probability
2650 (95.4%) 2200
68.2% probability
2860 ( 7.4%) 2810
с. Привольное, 2750 ( 2.5%) 2720
37 1/3 дерево Кі-1706а 4030±90
Луганская обл. 2700 (58.3%) 2460
95.4% probability
2900 (95.4%) 2300
68.2% probability
2580 (68.2%) 2340
с. Войково,
38 4/4 дерево Кі-2093а 3960±70 95.4% probability
Луганская обл.
2850 ( 1.0%) 2800
2700 (94.4%) 2200
68.2% probability
2550 ( 2.8%) 2530
2490 (65.4%) 2300
39 г. Луганск 2/1 дерево Кі-583а 3930±60
95.4% probability
2580 (91.5%) 2270
2260 ( 3.9%) 2200

52
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

Пункт и год Кург./ № ВС


№ Образцы ВР Литература
раскопок погр. лаборат. (OxCal v.3.8)
68.2% probability
2890 (16.2%) 2830
Телегин 1992,
40 18/9 дерево Кі-854 4180±100 2820 (52.0%) 2620
7017
95.4% probability
3050 (95.4%) 2460
68.2% probability
2890 (16.4%) 2830
с. Астахово, 1975
41 22/3 дерево Кі-2809 4180±90 2820 (51.8%) 2630
Свердловский р-н,
95.4% probability
Луганская обл.
3000 (95.4%) 2450
68.2% probability
2870 (15.5%) 2800
2760 (50.1%) 2560 Telegin et al.
42 дерево Кі-2600 4100±80
2520 ( 2.7%) 2500 2003, 166
95.4% probability
2880 (95.4%) 2480
Молочная
68.2% probability
с. Жовтневое, 2870 (17.8%) 2800
1980, Токмакский 2760 (50.4%) 2580 Telegin et al.
43 12/2 дерево Кі-9409 4120±60
р-н, Запорожская 95.4% probability 2003, 164
обл. 2880 (91.9%) 2560
2530 ( 3.5%) 2490
68.2% probability
c. Виноградное, 2880 (12.3%) 2830
1982, Токмакский 2/20 2820 (55.9%) 2630
44 кость Кі-9389 4145±70
р-н, Запорожская (?) 95.4% probability
обл. 2900 (93.2%) 2560
2520 ( 2.2%) 2490

Табл. 5
Радиоуглеродные даты погребений северокавказской культуры
Кург./ № ВС
№ Пункт и год раскопок Образец ВР Литература
Погр. лабор. (OxCal v.3.8)
68.2% probability
Усть-Джегутинская, (г. 2470 (68.2%) 2290 Черных и
24/2
1 Усть-Джегута), 1980, дерево Ле-692 3900±60 95.4% probability др. 2000,
(гл. 2,2 м)
Ставропольский край. 2570 ( 4.4%) 2520 88
2500 (91.0%) 2200
68.2% probability
2840 ( 3.3%) 2820
24/1 2640 (64.9%) 2470
2 дерево Ле-687 4040±60
(гл. 2,7 м) 95.4% probability
2870 (10.3%) 2800
2780 (85.1%) 2450
68.2% probability
2860 (16.7%) 2800
2760 (10.0%) 2720
3 32/10 дерево Ле-693 4110±60 2710 (41.5%) 2570
95.4% probability
2880 (90.4%) 2560
2540 ( 5.0%) 2490

17
Комплекс Астахово, к. 18, погр. 8, дату которого (Кі-2090; 4140±60 ВС) опубликовал Д.Я. Телегин в качестве
катакомбной, в действительности относится к срубной культуре (Евдокимов 1992, 13-14, Рис. 23/4,5). Это также отметила
Э. Кайзер (Kaiser 2003, 73). Дата ошибочная, что дает основание сомневаться и в достаточно глубоких датах астаховских
катакомбных погребений.

53
I. Studii

Табл. 6
Сравнительная таблица исходных радиоуглеродных дат (ВР),
представленных в таблицах 2 - 518

Погребения
Погребения Погребения
№ Погребения донецкой ингульской Некорректные,
раннего северокавказской
Табл. катакомбной культуры катакомбной сомнительные
катакомбного культуры
2-5 (Табл. 4) культуры даты
типа (Табл. 2) (Табл. 5)
(Табл. 3)
25 4700±70 (д)* Х
14 4600±75 (д)** Х
27 4500±80 (д)*** Х
16 4420±60 (к)* Х
4 4370±50 (д)* Х
2 4370±60 (к) Х
17 4360±60 (к)* Х
9 4280±70 (к) ?
5 4230±70 (к)** Х
9 4200±80 (д)**** Х
21 4200±80 (д)***** Х
12 4200±65 (д)****** Х
40 4180±100 (д) ?
41 4180±90 (д) ?
11 4160±60 (д)
26 4155±60 (д)*
7 4150±60 (к)
44 4145±60 (к)
16 4140±70 (д)**
10 4131±39 (д)
43 4120±60 (д)
8 4113±42 (д)
18 4110±80 (д)*******
3 4110±60 (д) ?
42 4100±80 (д)
17 4100±80 (д)*******
28 4100±70 (д)***
11 4090±70 (д)
15 4070±80 (д)
3 4062±19 (д)*
6 4060±80 (к)**
10 4055±70 (д)****
30 4050±60 (д)********
2 4040±60 (д)
37 4030±90 (д)
20 4030±70 (д)*********
12 4020±90 (д)
13 4020±70 (д)******
7 4020±70 (к)
2 4015±60 (д)*
8 3980±70 (к)
38 3960±70 (д)

Звездочки в каждой колонке показывают, что существуют другие даты для того же погребения, которые также обоз-
18

начены таким же количеством звездочек; (к) и (д) - образцы, по которым получены даты (дерево или кость); а номера в
первой колонке отражают номера дат в соответствующий сводных таблицах (2 - 5).

54
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

Погребения
Погребения Погребения
№ Погребения донецкой ингульской Некорректные,
раннего северокавказской
Табл. катакомбной культуры катакомбной сомнительные
катакомбного культуры
2-5 (Табл. 4) культуры даты
типа (Табл. 2) (Табл. 5)
(Табл. 3)
8 3960±70 (д)**********
1 3960±60 (д)* ?
36 3950±70 (д)
9 3950±60 (к)* ?
39 3930±60 (д)
22 3920±70 (д)*****
11 3920±70 (к)** ?
3 3920±60 (к)
13 3910±80 (к)
35 3910±70 (д)
1 3910±60 (к)
1 3900±60 (д) ?
29 3900±50 (д)******** ?
24 3890±70 (д)*********
20 3866±32 (к)
12 3860±70 (к)**
34 3840±40 (д)
19 3835±38 (к)
3 3820±35 (д)
7 3800±90 (д)********** ?
5 3780±70 (к)***
10 3780±70 (к)*
4 3780±60 (к)***
14 3710±60 (к)
4 3710±60 (д)
33 3680±70 (к)
18 3670±110 (д) ?
32 3640±70 (к) ?
15 3640±60 (к) ?
31 3610±70 (к) ?
6 3605±70 (к) ?
6 3600±75 (д) ?
23 3600±75 (д)********* Х
1 3560±120 (д) Х
19 3200±90 (д) Х
5 3200±70 (д) Х
2 3150±180 (д) Х

Библиография

Андреева 1984: М.В. Андреева, Глиняная модель повозки из погребения катакомбного времени. СА 3,
1984, 201-205.
Андреева 1989: М.В. Андреева, Курганы у Чограйского водохранилища (материалы раскопок экспеди-
ции 1979 г.). В сб.: (Отв. ред. Р.М. Мунчаев) Древности Ставрополья (Москва: Наука 1989), 24-124.
Братченко 1976: С.Н. Братченко, Нижнее Подонье в эпоху средней бронзы (периодизация и хронология
памятников) (Киев: Наукова думка 1976).
Братченко 1989: С.Н. Братченко, Катакомбные культуры Северского Донца и Северо-Восточного При-
азовья. В сб.: Проблемы охраны и исследования памятников археологии в Донбассе (тезисы докладов
научно-практического семинара) (Донецк 1989), 27-29.

55
I. Studii

Братченко 2001: С.Н. Братченко, Донецька катакомбна культура раннього етапу (Луганськ: Шлях
2001).
Братченко 2004: С.Н. Братченко, Прадавня Слобожанщина: Сватівські могили-кургани ІІІ тис. до н.е. та
майдани. В сб.: (Гол. редактор С.М. Санжаров) Матеріали та дослідження з археології Східної України,
вип. 2 (Луганськ: вид-во СНУ ім. В. Даля 2004), 65-190.
Братченко, Шапошникова 1985: С.Н. Братченко, О.Г. Шапошникова, Катакомбная культурно-истори-
ческая общность. В: Археология Украинской ССР. Первобытная археология, том 1 (отв. ред. Д.Я. Теле-
гин) (Киев: Наукова думка 1985), 405-420.
Евдокимов 1979: Г.Л. Евдокимов, О раннем этапе катакомбной культуры в Северном Причерноморье.
В сб.: (Отв. ред. А.А. Моруженко) Проблемы эпохи бронзы юга Восточной Европы. Тезисы докладов
конференции (Донецк 1979), 45-46.
Евдокимов 1992: Г.Л. Евдокимов, Погребения эпохи поздней бронзы Астаховского могильника (Киев:
Институт археологии АН Украины 1992) (Препринт).
Евдокимов и др. 1978: Г.Л. Евдокимов, А.В. Николова, Ю.Я. Рассамакин, С.В. Полин, Отчет о раскопках
Краснознаменской археологической экспедиции ИА АН УССР в зоне строительства Краснознаменской
оросительной системы в 1978 году. Научный архив Института археологии НАН Украины, № 1978/16.
Избицер 1993: Е.В. Избицер, Погребения с повозками степной полосы Восточной Европы и Северного
Кавказа. III - II тыс. до н.э. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата истори-
ческих наук (Санкт-Петербург 1993).
Избицер 2004: Е.В. Избицер, Модели «повозок», «флейты Пана» и северокавказская культура. В сб.:
(Отв. ред. Л.Б. Вишняцкий, А.А. Ковалев, О.А. Щеглова) Археолог: детектив и мыслитель (Санкт-Петер-
бург 2004), 409-421.
Кияшко 1999: А.В.Кияшко, Происхождение катакомбной культуры Нижнего Подонья (Волгоград: изд-во
Волгоградского государственного университета 1999).
Ковалюх, Назаров 1999: Н.Н. Ковалюх, С.В. Назаров, О калибрации радиоуглеродных дат в археологи-
ческих исследованиях. В сб.: Materialy i Sprawozdania Rzeszowskiego Ośrodka Archeologicznego, тom XX
(Rzeszów 1999), 5-13.
Кульбака, Качур 2000: В. Кульбака, В. Качур, Індоєвропейські поемена України епохи палеометалу
(Маріуполь: Рената 2000).
Маллорі, Телегін 1994: Д.Р. Маллорі, Д.Я. Телєгін, Поява колесного транспорту на Україні за радіокар-
бонними данними. В сб.: (Отв. ред. И.Ф. Ковалева) Проблемы хронологии культур энеолита - бронзо-
вого века Украины и юга Восточной Европы. Тезисы докладов международной конференции (Днепро-
петровск: изд-во ДГУ 1994), 30-32.
Марина, Фещенко 1989: З.П. Марина, Е.Л. Фещенко, Новые погребения манычского типа в Днепров-
ском Левобережье. В сб.: (Отв. ред. И.Ф. Ковалева) Проблемы археологии Поднепровья (Днепропет-
ровск: изд-во ДГУ 1989), 50-61.
Марковин 1994: В.И. Марковин, Северокавказская культурно-историческая общность. В: (Отв. ред. К.Х.
Кушнарева, В.И. Марковин) Археология. Эпоха бронзы Кавказа и Средней Азии. Ранняя и средняя
бронза Кавказа (Москва: Наука 1994), 254-286.
Назаров, Ковалюх 1999: С.В. Назаров, М.М. Ковалюх, Київська радіовуглецева калібраційна програма.
В сб.: Археометрія та охорона історико-культурної спадщини, вип. 3 (Київ 1999), 70-80.
Нечитайло 1978: А.Л. Нечитайло, Верхнее Прикубанье в бронзовом веке (Киев: Наукова думка 1978).
Отрощенко и др. 1978: В.В. Отрощенко, Я.И. Болдин, С.Ж. Пустовалов, Ю.Я. Рассамакин и др. Отчет о
раскопках Запорожской экспедиции ИА АН Украины в 1978 году. Научный архив Института археологии
НАН Украины, № 1978/3.
Парусимов 1997: И.Н. Парусимов, Археологические раскопки в Ремонтненском районе. В сб.: Труды Но-
вочеркасской археологической экспедиции, вып. 1 (Новочеркасск: Музей истории донского казачества
1997).
Пустовалов 1979: С.Ж. Пустовалов, К сложению культуры многоваликовой керамики в степном Под-
непровье. В сб.: (Отв. ред. А.А. Моруженко) Проблемы эпохи бронзы юга Восточной Европы. Тезисы
докладов конференции (Донецк 1979), 102-103.
Пустовалов 1982: С.Ж. Пустовалов, К методике периодизации катакомбной культуры по данным пог-
ребального обряда. В сб.: (Отв. ред. В.Ф. Генинг) Новые методы археологических исследований (Киев:
Наукова думка 1982), 87-109.
Рассамакин 1992: Ю.Я. Рассамакин, Энеолит и ранний бронзовый век Северо-Западного Приазовья. Ру-
копись диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Научный архив Инсти-
тута археологии НАН Украины, № 1992/718.

56
А. Николова, Ю. Рассамакин, Глиняная модель «колыбельки» из Каланчака

Рассамакін 2005: Ю.Я. Рассамакін, Курган біля с. Старобогданівка та деякі проблеми абсолютної хроно-
логії доби ранньої бронзи басейну р. Молочної. В сб.: (Відп. ред. С.М. Санжаров) Матеріали і досліджен-
ня з археології Східної України, № 5 (Луганськ: вид-во СНУ ім. В. Даля 2005).
Санжаров 2001: С.Н. Санжаров, Катакомбные культуры Северо-Восточного Приазовья (Луганск: изд-во
ВНУ 2001).
Смирнов 1996: А.М. Смирнов, Курганы и катакомбы эпохи бронзы на Северском Донце (Москва: Наука
1996).
Телегин 1992: Д.Я. Телегин, Об абсолютном возрасте катакомбной культуры по радиокарбонным опре-
делениям. В сб.: Новые открытия и методологические основы археологической хронологии (тезисы до-
кладов конференции). Археологические изыскания, вып. 7 (Санкт-Петербург 1992), 68-73.
Трифонов 1991: В.А. Трифонов, Степное Прикубанье в эпоху энеолита-средней бронзы (периодизация).
В сб.: (Отв. ред. В.М. Массон) Древние культуры Прикубанья (по материалам археологических работ в
зонах мелиорации Краснодарского края) (Ленинград: Наука 1991), 92-166.
Трифонов 1996: В.А. Трифонов, Поправки к абсолютной хронологии культур эпохи энеолита - бронзы
Северного Кавказа. В сб.: (Науч. ред. Ю.Ю. Пиотровский) Между Азией и Европой. Кавказ в IV - I тыс.
до. н. э. (материалы конференции, посвященной 100-летию со дня рождения А.А. Иессена) (Санкт-Пе-
тербург: Государственный Эрмитаж 1996), 43-49.
Трифонов 2001: В.А. Трифонов, Поправки к абсолютной хронологии культур эпохи энеолита - средней
бронзы Кавказа, степной и лесостепной зон Восточной Европы (по данным радиоуглеродного датиро-
вания). В сб.: (Отв. ред. Ю.И. Колев) Бронзовый век Восточной Европы: характеристика культур, хроно-
логия и периодизация (материалы международной научной конференции) (Самара 2001), 71-82.
Федяев, Татаринов 1997: С.В. Федяев, С.И. Татаринов, Уникальное погребение катакомбной культуры
с «игрушкой». В сб.: (Отв. ред. В.И. Кадеев) Проблемы истории и археологии Украины (к 140-летию со
дня рождения академика Д.И. Багалея). Тезисы докладов научной конференции (Харьков: АО «Бизнес-
Информ», 1997), 22.
Черних и др. 2000: Е.Н. Черных, Л.И. Авилова, Л.Б. Орловская, Металлургические провинции и радио-
углеродная хронология (Москва: Институт археологии РАН 2000).
Шапошникова и др. 1977: О.Г. Шапошникова, В.С. Бочкарев, И.Н. Шарафутдинова, О памятниках эпо-
хи меди - ранней бронзы в бассейне р. Ингула. В сб.: (Отв. ред. О.Г. Шапошникова) Древности Поингу-
лья (Киев: Наукова думка 1977), 7-36.
Bratchenko 2003: S.N. Bratchenko, Radiocarbon Chronology of the Early Bronze Age of the Middle Don. Sva-
tove, Luhansk Region. In: The Foundations of Radiocarbon Chronology of Cultures Between the Vistula and
Dnieper: 4000-1000 BC. Baltic-Pontic Studies, vol. 12, 2003, 185-208.
Görsdorf 2003: J. Görsdorf, C-14 Datierungen von Menschenknochen aus dem Kurgan Voznesenskij, Zaporož‘e.
In: E. Kaiser. Studien zur Katakombengrabkultur zwischen Dnepr und Prut. Archäologie in Eurasien, Band 14.
Deutsches Archäologisches Institut, Eurasien-Abteilung (Mainz am Rhein: Verlag Philipp von Zabern 2003),
399-400.
Görsdorf et al. 2004: J. Görsdorf, Y. Rassamakin, A. Häusler, 14C Dating of Mound 24 of the Kurgan Group near
Vinogradnoe Village, Ukraine. In: (Eds. T.F.G. Higham, C. Bronk Ransey and D.C. Owen) Radiocarbon and
Archaeology: Proceeding of the Fourth International Symposium, St Catherine’s College, Oxford (9-14th April,
2002). Oxford: Oxford University School of Archaeology, Oxbow Books. Monograph 62, 2004, 127-134.
Kaiser 2003: E. Kaiser, Studien zur Katakombengrabkultur zwischen Dnepr und Prut. In: Archäologie in Eura-
sien, Band 14. Deutsches Archäologisches Institut, Eurasien-Abteilung (Mainz am Rhein: Verlag Philipp von
Zabern 2003).
Kaiser, Plešivenko 2000: E. Kaiser, A.G. Plešivenko, Die bronzezeitichen Grabsitten im unteren Dneprgebiet.
Eurasia Antiqua, Zeitschrift für Archäologie Eurasiens 6, 2000, 125-208.
Klochko, Sanzharov 2003: V.I. Klochko, S.N. Sanzharov, Radiocarbon Dating of Early and Middle Bronze Age
Relicts of the Siversky Donets (Luhansk Region). A Preliminary Report. In: The Foundations of Radiocarbon
Chronology of Cultures Between the Vistula and Dnieper: 4000-1000 BC. Baltic-Pontic Studies, vol. 12, 2003,
209-211.
Kovalyukh, Nazarov 1999: N.N. Kovalyukh, S.V. Nazarov, Radiocarbon Dating Calibration in Archaeological
Studies. In: The Foundation of Radiocarbon Chronology of Cultures Between the Vistula and Dnieper: 3150-
1850 BC. Baltic-Pontic Studies, vol. 7, 1999, 12-26.
Telegin et al. 2003: D.Y. Telegin, S.Z. Pustovalov, N.N. Kovalyukh, Relative and Absolute Chronology of Yam-
naya and Catacomb Monuments the Issue of Co-Existence. In: The Foundations of Radiocarbon Chronology of
Cultures Between the Vistula and Dnieper: 4000-1000 BC. Baltic-Pontic Studies, vol. 12, 2003, 132-184.

57
I. Studii

Modelul de lut al „leagănului” din oraşul Kalančak şi câteva aspecte ale cronologiei
epocii bronzului timpuriu şi mijlociu în regiunea Nipru-Doneţk

Rezumat
Autorii publică mormintele din tumulul nr. 2, cercetat în anul 1978 lângă localitatea Kalančak din regiunea Herson,
Ucraina. Modelul de lut al „leagănului” a fost descoperit în mormântul nr. 9, ce aparţine variantei Ingul a culturii
Katakombnaja. Autorii investighează problemele de interpretare a artefactelor precum „leagăne” şi de studiu al
problemelor controversate ale cronologiei relative şi absolute a culturii catacombelor din regiunea stepelor Mării
Negre.

Lista ilustraţiilor:
Fig. 1. Harta grupului de tumuli cu tumulul nr. 2 din apropierea oraşului Kalanchak.
Fig. 2. Kalančak, tumulul nr. 2: 1 - planul tumulului; 2, 3 - planul mormântului nr. 1 şi vas din mormântul nr. 1;
4 - vas din mormântul nr. 4; 5 - mormântul nr. 2; 6 - nasturi din mormântul nr. 5.
Fig. 3. Kalančak, tumulul nr. 2: 1 - mormântul nr. 5; 2 - mormântul nr. 6; 3 - mormântul nr. 8; 4, 6, 7 - mormântul
nr. 10 (4 - planul şi profilul mormântului, 6 - sulă din bronz, 7 - vas); 5 - mormântul nr. 7.
Fig. 4. Kalančak, tumulul nr. 2, mormântul nr. 9: 1 - planul şi profilul mormântului; 2 - obiecte din os („flautul lui
Pan”); 3 - modelul de lut al „leagănului”.
Fig. 5. Bol’šaja Belozerka, tumulul nr. 21, mormântul nr. 36: 1-2 - planul şi profilul mormântului; 3 - incinta.

Clay Model of the “Cradle” from Kalanchak town and Some Aspects of the Early-Middle
Bronze Age Chronology in the Dnieper-Donetsk Region

Abstract
Authors are publishing the graves from mound № 2 excavated in 1978 near Kalanchak town in the Kherson region
of Ukraine. The clay model of “cradle” has been found in grave № 9 of the Ingul Catacomb culture. The authors
investigate the problems of the interpretation such artifacts as “cradles” and study the disputable questions of the
relative and absolute chronology of the Catacomb culture in the Black Sea steppe area.

List of illustrations:
Fig. 1. Map of the kurgans group with kurgan 2 near Kalanchak town.
Fig. 2. Kalanchak town, kurgan 2: 1 - plan of the kurgan; 2, 3 - plan of the grave 1 and vessel from grave 1; 4 - vessel
from grave 4; 5 - grave 2; 6 - bronze button from grave 5.
Fig. 3. Kalanchak town, kurgan 2: 1 - grave 5; 2 - grave 6; 3 - grave 8; 4, 6, 7 - grave 10 (4 plan and profile of grave,
6 - bronze awl, 7 - vessel); 5 - grave 7.
Fig. 4. Kalanchak town, kurgan 2, grave 9: 1 - plan and profile of the grave; 2 - objects from bonse (“flute of Pan”);
3 - clay model of “cradle”.
Fig. 5. Bol’shaia Belozerka village, kurgan 21, grave 36: 1-2 - plan and profile of the grave; 3 - entrance to the cata-
comb; 4 - fragment of the bronze pin; 5 - vessel.
12.12.2008

Др. Алла Николова, Институт археологии НАН Украины, пр. Героев Сталинграда 12, 04210 Киев,
Украина;
Др. Юрий Рассамакин, Институт археологии НАН Украины, пр. Героев Сталинграда 12, 04210 Киев,
Украина, e-mail: eneolith@i.com.ua

58